Труханов Евгений: другие произведения.

Джет

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
 Ваша оценка:


   Джет
   Глава 1. Последний певец декаданса
  
   Я выкурил последнюю сигарету и бросил пачку на пути. Поезд опаздывал на целый час. Я был бы готов ждать и весь день, но отсутствие сигарет и хорошей погоды мешало. По перрону пронесся холодный ветер, и я задрожал. Не очень веселая погодка. Днем температура не поднимается выше пятнадцати, а утром держится на уровне десяти градусов. Вокзальные часы показывали шесть утра. В зал ожидания не догадался зайти только я. За полтора часа ожидания я озверел до такой степени, что мог бы разорвать на куски любого, осмелившегося ко мне подойти. Но никто и не собирался подходить к среднего роста юноше лет пятнадцати-восемнадцати в серых джинсах, черной рубашке и распахнутой брезентовой куртке. Мне стало интересно: а для кого я красуюсь, показывая, что мне не холодно (а у самого уже губы посинели - такого я еще никогда не добивался)? Дело в моем воспитании, призывавшем меня всегда отличаться от других, не выделяясь в толпе?
   Я порылся в карманах, наткнулся на любимый нож (ношу уже два года, а понадобился только два раза - порезать хлеб на стоянке и перерезать горло одному не очень хорошему человеку), вытащил гору пачек из-под таблеток... Н-да, нехорошо получилось... Свести счеты с жизнью не получилось, известия о моей игре с лекарствами до неё не дошли. Единственным плюсом был бесценный опыт о невеселых последствиях передозировки: аллергия, болезненная реакция на слишком яркий свет, слабость, апатия, сонливость, плохой аппетит... Я никогда не любил врачей и считал, что наши чувства взаимны. Но судьба решила меня побаловать. После отличной вечеринки и употребления энного количества лекарств разного сорта последовало небольшое веселье (сродни эффекту от употребления сильного наркотика) и потеря сознания. Заботливые друзья позвонили в больницу, и уже через пятнадцать минут (абсолютно фантастическое время) "скорая" везла меня к добрым дядям и тетям в белых халатах. Придя в сознание уже в палате, я поприветствовал старых знакомых - высокую стоечку капельницы с пакетами, внутри которых находилась соленая вода. Они поприветствовали меня монотонным капанием, и я вновь отключился. Утром у меня состоялся разговор с врачом. Тот оказался очень умным и язвительным человеком. Я попытался задавить его своими интеллектом и эрудицией, но он победил меня одной фразой.
   - Таких как ты положено сдавать в психбольницу, но тебе повезло. За последний год у нас не было ни одного самоубийцы, и портить статистику мы не хотим, - сказал мастер интеллектуальных битв.
   - А чего так? - спросил я.
   - Надеемся получить премию, как лучшая больница города, - сказал врач.
   - И что со мной случилось? - спросил я.
   - Отравился перезрелой черешней, - сказал врач. - Внимательней нужно быть.
   - То есть, - я перешел на шепот, - Никакой дурки?
   - Никакой, - прошептал врач.
   Я облегченно вздохнул.
   - Чистенько тут у вас, - заметил я.
   - Убираемся старательно. Тем более, через два дня приедет комиссия для осмотра помещений. Также они будут рады узнать мнение пациентов о нашей прекрасной больнице.
   Я понимающе улыбнулся.
   - Что ж, подождем...
   Последней палатой, которую посетили члены комиссии, была моя. Их было трое: высокий толстяк со злыми глазами и бульдожьими щекамиЈ строгая дама в офисном костюме и низенький неприметный человечек в очках.
   - Как вам тут? - спросил человечек.
   - Отлично. Только вот..., - сказал я, глядя на стоящих сзади врачей. Выражения их лиц не обещали мне ничего хорошего. Я незаметно улыбнулся.
   - Только вот...? - спросил человечек.
   - Тут иногда лампочки моргают, - сказал я.
   Толстяк медленно повернулся к врачам.
   - На электростанции проводятся работы, - сказал мастер интеллектуальных битв, - МЫ не рискуем включать больничный генератор, так как электричество может выключиться, а в этот момент кому-то понадобится срочная помощь.
   Толстяк кивнул.
   - Больше у вас никаких жалоб? - спросили меня.
   - Никаких, - широко улыбнулся я. - Я бывал во многих больницах, но это - лучшая.
   Когда члены комиссии и заведующий вышли из палаты, медперсонал облегченно вздохнул.
   Меня выписали через два дня. Я снова оказался в самом худшем городе планеты. Больше моей ненависти к этому городу была только ненависть ко всему миру и своей судьбе. Если бы каждый атом вселенной состоял из слова "ненависть", то это не выразило бы и миллиардной доли моей ненависти к окружающим...
   По вокзалу пронеслось сообщение о прибытии поезда. Наконец-то! Я сложил пустые пачки в один карман, подошел к краю перрона и посмотрел вниз. Стандартные ржавые рельсы. Я отклонился назад, и через мгновение меня обдала ветерком от прошедшего в нескольких сантиметрах от моего лица вагона. В последнее время мне нравилось рассматривать различные способы самоубийства. Поезд остановился, и нужная дверь оказалась как раз напротив моей не очень скромной персоны. На перрон вышел кондуктор, следом за ним начали вылезать пассажиры. Они одаривали меня лениво-оценивающими взглядами и исчезали в толпе. Я старался сразу же забывать их лица, что было сложно, учитывая мою память. Одной из последних в проходе появилась высокая стройная девушка с бледной кожей, лицом богини и фантастическими изумрудными глазами и черными волосами, подстриженными на манер персонажей аниме. Она была одета в узкие джинсы и черную майку. В левой руке, предплечье которой было покрыто замысловатой и очень красивой татуировкой, девушка держала небольшой саквояж.
   - Дагон, - радостно закричала она и бросилась мне на шею.
   - Смайлик, - улыбнулся я. От падения меня спасла только готовность к подобной выходке. Мы горячо поцеловались, Смайлик легко отстранила меня.
   - Что не так? - спросил я.
   - Холодновато у вас, - сказала Смайлик.
   Я взял у неё сумку и быстро пошел в сторону моста. Смайлик догнала меня через секунду. Я знал, что она хочет меня расспросить, но это случится гораздо позже. Через двадцать минут мы были в жилище Алукарда - музыканта, композитора, художника и моего старинного друга. Он жил в пятикомнатной двухъярусной квартире с мансардным потолком на четырнадцатом этаже построенной на деньги его семьи высотки. На остальных тринадцати этажах располагались музыкальная студия и киностудия, один этаж был забит серверными стойками, на других находились остальные объекты увлечений Алукарда. На крыше была обширная оранжерея.
   Выйдя из обитого панелями из красного дерева лифта, мы прошли через коридор, стены которого были украшены различными фресками и картинами. У двери в квартиру стояли два охранника, которые сразу же меня пропустили (я имел такой же доступ к помещениям здания, что и хозяин). Все здание охраняли только они, бывшие бойцы спецподразделения, фанатично преданные своему работодателю. В квартире было полным-полно людей. Завидев меня и Смайлика, они принялись приветствовать нас, и лишь через полчаса я смог протащить её на второй ярус. Он состоял из центральной комнаты и четырех спален: Алукарда, моей и двух для особых гостей. В центре большой комнаты стоял средних размеров стеклянный стол, его окружали огромные кожаные кресла. В одном из них сидел Алукард. Увидев нас, он поднялся.
   - Алукард! - также радостно, как и при встрече со мной, закричала Смайлик, бросилась на вампира (многие считали Алукарда именно им) и обвила своими прелестными ножками. Это зрелище показалось мне забавным. Алукард, конечно был не двести двадцать сантиметров ростом, но намного выше меня, всегда носил серый костюм в викторианском стиле, высокие сапоги, красный плащ, замысловато повязанный галстук-бабочку, шляпу с мягкими полями и очки с желтыми стеклами в проволочной оправе. Многие считали его косплейщиком. Ему было двадцать четыре года, когда он стал косить под персонажа хитрого японца, никто не знал. Смайлик радостно, как ребенок, запрыгала, чем вызвала улыбку Алукарда (что было для него великим подвигом).
   - Что сегодня будем делать? - спросила Смайлик.
   - Тебе лучше сейчас отдохнуть, - сказал Алукард.
   Смайлик улыбнулась нам и ушла в спальню для гостей. Она знала, что спорить с Алукардом бесполезно. Я сел в кресло, мне тут же принесли напиток - темно-зеленую жидкость для меня и красную для Алукарда. Я выпил половину и поставил бокал на стол.
   - Чёртов поезд опоздал, - сказал я. Алукард кивнул.
   - Наш форум опять прикрыли, - сказал Алукард. На этот раз кивнул я: это стало привычным делом. Если при первых закрытиях все носились, как угорелые, то теперь пользователи разочарованно зевали и принимались ждать, а админы отправлялись искать нового провайдера.
   - Без меня справятся? - на меня накатилась волна усталости, я не хотел ничего делать.
   - Справятся, - сказал Алукард. - Отдыхай.
   - Не нужно было подмешивать мне снотворное, - сказал я. - Это нечестно.
   Алукард чуть скривил губы, допил свой напиток, достал из кармана плаща пачку игральных карт, вынул оттуда джокера и положил в свой бокал. Я засмеялся, допил жидкость, поставил бокал на стол и щелкнул пальцами. Алукард опустил взгляд на свой бокал. Тот был наполовину наполнен темно-зеленой жидкостью. Передо мной стоял бокал с темно-красной, в ровной глади отражался джокер. Алукард приподнял уголок губ - его обычная улыбка - коснулся полей шляпы и показал мне карту. Я второй раз щелкнул пальцами, и положил джокера в бокал. Алукард снова посмотрел вниз. На столе стояли два бокала с темно-синей жидкостью, в обоих лежало по джокеру. Алукард бросил карту в темноту.
   - Неплохо, - сказал он.
   Я с трудом дошел до спальни и упал на кровать. Хоть в крови и было пара грамм снотворного, желание спать ушло вместе с ударом о матрас. Я внимательно осмотрел комнату. Красные обои с причудливым черным узором, в одном углу стол, в другом высокий шкаф, кровать в центре, напротив входа, обращена к нему торцом. На столе три фотографии в рубиновых рамках: мать и отец Алукарда с маленькой дочерью на фоне водопада; подросшая дочка с подружкой на вечеринке; Алукард и его сестра ночью на крыше этого здания. Я почти не знал его сестру. Видел её пару раз только потому, что сутками обитал в доме Алукарда. Она пару раз приходила, одна или с друзьями, брала в своей комнате деньги, интересовалась, все ли в порядке у Алукарда и уходила. Однажды Алукард представил меня ей. Она скользнула по мне рассеянным взглядом думающего совершенно о другом человека. Уверен, она тут же забыла мое имя. Зря, потому что именно я через две недели пытался унять сочащуюся из перерезанных остро отточенным кинжалом на обеих руках вен кровь. Позже некоторые спрашивали меня: как я оказался в ванной номера роскошного отеля, и почему Алукард впоследствии не убил меня? Первый вопрос вполне естественен, ответ тоже. Даже ненадолго покидая дом, Алукард назначал старшего, который должен был следить за соблюдением правил. Я следил за этим уже третий день (обычно старшие менялись каждый день, так как постоянные гости пытались нагадить, чтобы самим занять место временного хозяина, но я справился очень хорошо, и Алукард предложил мне управлять домом до его возвращения). Прибежала заплаканная подружка Алукардовой сестры, сообщила, что заперлась в ванной со скальпелем. Я сначала пришел в ярость и спросил, почему подружка не позвонила, куда надо. Та ошарашенно похлопала глазами: такое даже не пришло её в голову. Я спросил номер комнаты, прихватил пачку денег и побежал в отель. Идиотка-подружка побежала со мной, но догнать меня сложно даже ягуару. Я вбежал в здание, кинул консьержу пачку денег и побежал по лестнице. Чтобы добраться до ванной, пришлось выбить две двери, что, учитывая мою ярость, было не трудно... Теперь настал через второго вопроса. Последнего, кто его задал, я сбросил с двенадцатого этажа. Мерзавец оказался живучим... Пару раз все же ответил... Она была одета в джинсы и футболку. Решила дать шанс восхищаться своим идеальным телом патологоанатомам. Крови уже было немало. Я ремнями перетянул руки выше порезов, вызвал "скорую". Чертовы врачи приехали только через сорок минут! Все это время я беспомощно сидел на краю ванны. Чертова подружка упала в обморок, а отойти за бинтами я не мог. Что я мог, черт бы меня побрал, сделать!? Её увезли, в больнице сделали вид, что помочь. Минут через пятнадцать в коридор вышел молодой хирург, и сказал, что девушка умерла. Кроме врача, подружки покойной и меня никого больше не было. Я нарочито медленно подошел к врачу и позволил выплеснуться всей накопившийся злости. Схватил его и со всей силы кинул в стену. Он не успел подняться, я подскочил к нему, пальцы сомкнулись на его горле. Как можно было не спасти молодую здоровую девушку, у неё всего лишь вены на предплечьях порезаны? Врач начал вертеться, заявлять, что она потеряла слишком много крови. Я ударил его об стену еще раз, заявив, что сердце у неё еще билось. Хирург тут же предложил другое объяснение... и еще... В общем, причина смерти - халатность врачей. Я не знаю, почему они не сделали все правильно. Через два дня проводившего операцию врача нашли в одном из многочисленных темных переулков города забитым до смерти, а помогавший ему медперсонал уволили. Алукард не стал подавать в суд, девушку это бы не вернуло... На меня волнами начала накатываться усталость, и я уснул.
   Вечером мы сидели в дорогих кожаных креслах на втором ярусе квартиры Алукарда. Я - напротив упыря, на коленях у которого устроилась Смайлик. На подлокотнике моего кресла тоже сидела какая-то девушка, я не знал даже её имени. Просто традиция. Через два кресла от меня гость Алукарда, высокий длинноволосый парень неопределенного возраста любопытно рассматривал нас.
   - Алукард и Дагон, вы уже стали легендой на улицах города. Чего только стоит ваш форум.
   - Что за форум? - спросила Смайлик.
   - Обычный форум. Регистрируешься, создаешь тему или присоединяешься к существующей и общаешься.
   - И чем же он знаменит?
   - Там разрешено обсуждение любых тем и выкладывание любых материалов, -сказал я. - Никаких запретов и авторских прав. Когда форум разросся, на нас стали обращать внимание. Очень быстро нашего провайдера прижали к стенке, и мы отправились искать нового. Теперь мы меняем их каждый месяц.
   - А из-за чего на вас так взъелись?
   - Я же сказал, мы разрешаем публиковать все, что угодно, включая запрещенные материалы: от детского порно до рецептов изготовления взрывчатки.
   - А почему вас просто не арестуют?
   - Для этого нужно знать поймать, логично? Мы же не дураки. Пытались блокировать доступ к нашему сайту, мы выложили рецепт обхода во всех социалках. Пытались преследовать пользователей, но после того, как один из правительственных сайтов завалили Ddos-атаками, успокоились. Сейчас просто находят провайдера и заставляют отключить нас. Через суд ничего не добитсья. Деньги рулят. В общем, ничего интересного.
   - Но вы знамениты не только этим, - сказал гость. - Есть твои книги, Дагон.
   - Пять рассказов, повесть и один роман, - сказал я. - Не так уж много, чтобы стать легендой.
   - Но достаточно, чтобы прославиться и стать кумиром многих людей.
   - Возможно, - я пожал плечами.
   - Да ладно, не скромничай! - засмеялась Смайлик. - Ты неплохо продаешься.
   - Продаются девочки, - улыбнулся я. - Я покупаюсь.
   - Невелика разница, - заметила Смайлик.
   - Есть еще одно ваше общее предприятие, - сказал гость. - Джет.
   Улыбка сползла с моего лица. Я переглянулся с Алукардом и сильно усомнился в том, что белобрысого не унесут отсюда ногами вперед.
   - Что за "джет"? - спросила Смайлик.
   - Опасный, дорогой и популярный наркотик, - сказал я ледяным голосом. Затем обратился к белобрысому. - Зря вы подняли этот вопрос. Играть с нами опасно.
   Смайлик потрясенно замолчала. Белобрысый усмехнулся.
   - У меня и в мыслях не было играть с вами. Я здесь, чтобы сделать вам предложение.
   - От кого? - спросил я.
   - От гильдии, - сказал белобрысый.
   Алукард усмехнулся. Чем ничтожнее группы людей, тем более высокого они о себе мнения. Гильдия представляла собой объединение торговцев наркотиками города. Руководил ей мифический толстяк Бигбо - якобы, глава этого города. Нам уже несколько раз угрожали, так как мы не желали платить налог и следовать правилам. Мы разводили руками и отвечали, что это рынок, а на рынке правил нет, а что касается налогов, то гильдия не государство, так что пусть отваливают.
   - Мы вас слушаем, - сказал Алукард. Смайлик хотела что-то сказать, но так как заговорил он, не посмела.
   - Несколько членов гильдии желают отсоединиться от основной. Они предлагают вам сотрудничество.
   - И почему мы должны соглашаться? - спросил я.
   - Терпение Бигбо не беспредельно, рано или поздно он захочет убрать вас с дороги, а противостоять клану сложней, чем уничтожить одну семью... Итак, вы согласны?
   - Не так быстро, - сказал я. - У нас демократия, выборы, все такое.... Ну а если серьезно, то мы бы хотели поговорить с твоими хозяевами.
   - Боюсь, это будет трудно устроить..., - начал белобрысый.
   - Постарайся, - сказал Алукард. Белобрысый задрожал.
   - Х-хорошо. Завтра вечером я сообщу вам...
   - Утром, - поправил я. - Завтра утром. Алукард посмотрел на белобрысого. Тот кивнул и попрощался.
   - Сегодня больше никаких дел? - спросил я, когда белобрысый ушел.
   - Нет... Милая, иди вниз, - сказал Алукард сидевшей на кресле девушке.
   Я покачал головой и ушел в свою спальню, проигнорировав Смайлика. Она вошла через несколько минут. Присела на кровать рядом со мной. Я взял её за руку. Она задумчиво провела по внутренней стороне моего предплечья.
   - Сколько? - спросила она.
   - Около года, - ответил я.
   - Зачем?
   - Деньги
   - Ты же можешь заработать их другим способом, - сказала Смайлик.
   - Я слишком ленив, чтобы регулярно работать, - сказал я.
   - Книги.
   - Сотый раз говорю тебе, что не могу
   - Постарайся. У тебе талант.
   - Нет никакого таланта.
   - Если бы у тебя не было таланта, ты бы не написал и строчки.
   - Так и есть.
   - Постарайся.
   - Стараюсь.
   - Нет, не стараешься. И не желаешь меня слушать.
   Я вздрогнул.
   - Только не надо говорить, как она. Это меня злит.
   - Этого я и добиваюсь, - сказала Смайлик
   - Вам всем легко говорить, - проворчал я, - вы ни разу не пробовали связать между собой хотя бы два слова.
   - Но ты немало написал...
   - Попробуй сама.
   - У меня ничего не получается. Нет у меня такого таланта
   - Такой талант есть у всех.... Я же, черт побери, не могу писать так, как хочу!
   - Никто не может. Так писатели развиваются
   - Тогда какой резон мне писать дальше? Сидеть и проклинать себя за то, что не можешь сам себе понравиться? Чувствовать себя так, будто находишься на беседе у психиатра, когда тебя хвалят?
   - Просто продолжай писать и сомневаться, - сказала Смайлик. - Ради меня. Или ради неё.
   - Это было уже множество раз, не будем повторяться. Лучше вообще не продолжать этот разговор, все упрется в вопрос: "Откуда тебе знать, что я способен на большее, если ты сама не можешь добраться даже до моего уровня?"
   - Ты прав... Давно с ней виделся?
   - Месяц назад или около того. После передозировки стараюсь о ней вообще не вспоминать.
   - О передозировке я и хотела с тобой поговорить. Зачем?
   - Хотелось расслабиться, но я немного переборщил с дозой
   - И чуть не умер
   - Вообще-то, риск был небольшой. Но даже если бы умер, что с того?
   - Врешь. Ты просто её выбесить хотел. Ведь она не оценила твоей жертвы. То, что ты приехал повидаться с ней, вместо того, чтобы отлично провести время со своими друзьями
   - Возможно, - пожал я плечами. - Я часто сам не знаю. чего хочу. Тебе это известно.
   - Это точно... Но без неё не обошлось... Хотел отомстить?
   - Типа того
   - И не подумал, как она будет страдать?
   - Знаешь, мертвецам как-то наплевать на проблемы живых... В случае же выживания.... У меня есть способы уладить подобные проблемы. Чувств у меня осталось немного
   - Но совесть у тебя еще осталась? Продаешь наркотики. Тебе приходило в голову, что их не только взрослые употребляют?
   - Ну и что? Это проблема детей и их родителей, а не моя. Я никого не заставляю.
   - Ты бездушен, Дагон, - сказала Смайлик.
   - Может и так. Мне наплевать на всех, кроме тех, кого я люблю.
   - А любишь ты только её. Только, знаешь, думаю, и на неё тебе наплевать.
   - Я эгоист сволочь... И не нужно ревновать. Ты знаешь, что я принадлежу ей.
   - Да, знаю, - сказала Смайлик, и в уголке её глаза образовалась слеза. - Ради своего счастья ты пойдешь по трупам.
   - Если у меня не будет другого выхода...
   - Он есть всегда
   - Зачем он мне?
   - Я люблю тебя, Дагон, - сказала Смайлик после некоторого молчания
   - Знаю. Я тебя тоже.
   Когда я проснулся, её уже не было. Некоторое время водил рукой по еще теплой простыне... Смайлик была великолепна во всем (в том числе и в постели, что отмечал сам Алукард), мы прекрасно понимали друг друга. Я действительно любил её, но это любовь была другой, не той, которая тесно переплелась с моей жизнью, пропитав вены губительным ядом. Стоя в душе под ледяной водой, я думал продолжал думать о Смайлике. Мы познакомились случайно, её пытались ограбить в переулке два идиота. Я вовремя оказался рядом. Заметив меня, один из парней пырнул Смайлика ножом, а затем напал на меня. Я спешил и поэтому получил три колотых раны, но с придурками разобрался. Один с трудом убежал, прикрывая руками разбитое лицо. Второму пришлось ползти, сломанные ноги мешали подняться... Я донес девушку до дома одного моего знакомого, оставившего мне ключи на время отъезда. Перевязал, напоил и накормил. Мой знакомый снимал комнату, кровать там была одна, так что остальное предсказать не трудно, хотя я даже не заикнулся об этом. Утром Смайлик поведала мне свою историю (об этом я тоже не просил). Она рано осталась сиротой, жила у вечно пьянствующей тети, выполняла тяжелую работу. Когда ей было двенадцать, один из собутыльников её родственницы попытался изнасиловать девочку. Она ранила его ножом, за что получила по ребрам и была выставлена на улицу. Год жила на улице, отдаваясь первому встречному за копейки, еду или крышу на ночь. Не умерла только потому, что не было средств на необходимое для этого количество дряни. За год успела перепробовать все, от бензина до "винта" и героина (не только по отдельности, но и вместе). Случайно попалась Алукарду, он хорошенько промыл ей мозги, поле чего Смайлик прижилась в семье упыря. Тот к тому времени сам зарабатывал себе на жизнь, родители были мертвы (мать, малоизвестная певица, прыгнула с крыши, когда Алукарду было тринадцать; отец, майор спецназа, застрелился двумя годами позже). Именно Смайлик познакомила меня с Алукардом (друзьями мы стали после смерти его сестры). Сейчас Смайлику шестнадцать.
   Когда я вышел из душа, в комнату вошла девушка и протянула мне записку от Алукарда... Так, значит, придется одному болтаться по городу. Я нашел в шкафу чистую одежду - черные джинсы, черную рубашку и черную кожаную куртку. К сожалению, моей любимой бело-зеленой брезентовой, в карманах которой я носил необходимые любому джельтенмену вещи, нигде не было, поэтому мне пришлось зайти на склад в подвале и взять кастет и нож. Привычка. Я отправился в "Радугу" - закрытый бар, в котором сутками без перерыва танцевала "золотая молодежь" этого проклятого городка. Там, как всегда, на полную катушку играла музыка и, как всегда, было полно народа. Я отправился к столику в дальнем конце зала, подальше от колонок, сделал заказ. Решил провести весь день в этом ужасном месте: первый час я просижу, привыкая к обстановке, затем схожу к стойке, узнаю свежие новости, а потом, может быть, закажу музыку и станцую с какой-нибудь шлюшкой, коих тут превеликое множество. Вместо часа я просидел за столиком шесть. Я уже собирался идти к стойке, но мои планы нарушил подошедший к столику парень лет семнадцати-восемнадцати. Он сел напротив, держа в руке полупустой стакан с "ягуаром" .
   - Здесь занято, - сказал я.
   - С вами хотели бы поговорить, - сказал парень. - Не желаете пройти со мной?
   Я внимательно посмотрел по сторонам, ища людей Алукарда. Они есть в каждом более-менее приличном заведении. Сегодня таковых в "Радуге" не оказалось... Жаль. Мой труп будет сложней найти.
   - Желаю, - улыбнулся я.
   - Следуйте за мной.
   Мы протиснулись сквозь толпу и охранников, вышли из переулка, в котором располагался бар. У тротуара стоял черный лимузин с тонированными стеклами. Я посмотрел на запрещающий остановку знак и усмехнулся.
   - А на переднее можно? - спросил я.
   - К сожалению, нет. На переднем я, - улыбнулся парень и открыл дверь. Я залез. Передние сиденья от задних защищал черный экран, сквозь который было ничего не видно, но прекрасно слышно. В машине сидел высокий седеющий мужчина лет пятидесяти. Машина мягко тронулась.
   - Нельзя ли узнать, куда мы направляемся? - дружелюбно спросил я.
   - Нет, - ответил мужчина.
   - Та-ак, - протянул я. - Еще вопрос: а какого хрена нас на одного больше, чем требуется?
   - Заткни пасть! - рявкнул седеющий мужик и приставил к моему боку пистолет. - Не рыпайся
   Через несколько минут машина остановилась. Мужик достал черные очки.
   - Надень.
   - Правильно говорить "одень", - сказал я, напяливая очки. Они оказались не совсем обычными. Во-первых, из-за треугольников нельзя было пользоваться боковым зрением, во-вторых, через них нечего не было видно. Я вылез из машины, меня подхватили под руку и повели вперед. Мы преодолели пять ступенек средней крутости, зашли в здание в вращающимися дверьми. Прошли расстояние в семь шагов, зашли в лифт. Вместе со мной и сопровождающим зашел еще кто-то. Слева от меня слегка скрипнула замочная скважина, лифт плавно пошел вверх. Судя по скорости, мы поднялись, примерно, на уровень двадцатого этажа. Мы прошли три метра вперед, повернули направо, прошли пять метров, затем налево и два метра. Я почувствовал присутствие еще двух человек. Меня ввели в комнату. Я услышал шорох бумаг и пропитый голос:
   - Можешь снять очки, мальчик.
   Я чуть наклонил голову набок, закрыл глаза, снял очки, отдал их стоящему сзади человеку. Затем медленно открыл глаза. Я это время я успел осмотреть кабинет. На противоположной входу стене цвета индиго широкое окно с пуленепробиваемым стеклом, Правую стену заслоняет огромный стеллаж с книгами. Левая стена увешана разного рода сувенирами - несколькими японскими картинами, катанами, европейскими мечами, африканскими масками, под которыми стоял огромный диван из кожи крокодила. В одном углу стоял столик с напитками, в других просторные кожаные кресла. Над входом висели старинные часы с корпусом из железного дерева, золотым циферблатом и серебряными стрелками, заполненными ртутью (часы я распознал по стуку маятника, остальное дорисовало моё писательское воображение). В центре кабинета, за огромным столом из красного дерева в огромном кресле сидел невероятно толстый мужик лет сорока шести со старательно зачесанными назад и намазанными густым слоем геля черными волосами. Он был одет в строгий деловой костюм, наверняка стоящий больше, чем самая дорогая в этом городе проститутка. Под костюмом виднелись жилет и лимонного цвета рубашка с золотыми запонками и красный галстук.
   - Для начальника вы выглядите слишком банально, - сказал я. - Хотя классическая английская рубашка и запонки - это забавно.
   Я подошел к столу и упал в просторное кресло. Белобрысый пошел к столику.
   - Что будешь? - спросил толстяк.
   - Джет, - сказал я и улыбнулся. Толстяк вздрогнул.
   - А у тебя длинный язык. Смотри, чтобы тебе его не укоротили.
   - Может, не будем разбрасываться пустыми угрозами и перейдем к делу?
   - Люблю такой подход, - кивнул толстяк. - Думаю, ты в курсе последних новостей?
   Я кивнул.
   - Три дня назад от меня отделились несколько моих помощников и решили создать отдельную семью. Они занимали высокие руководящие должности, без них управлять сложно. Я предлагаю тебе и твоему другу работать на меня, занять места ушедших.
   - Сомневаюсь, что он согласиться, - сказал я.
   - Постарайся его убедить. Если же нет, то переходи один. Вместе с преданными тебе людьми, конечно.
   - Допустим, я соглашусь. Что дальше?
   - Я знаю, что вы должны встретиться сегодня ночью. Если твой друг согласиться, убейте их. Если нет... Знаешь, как это делается. Нож в спину, остальных как-нибудь потом. Как разберешься, приходи
   - А что будет, если я откажусь?
   - Мне не отказывают, - улыбнулся толстяк.
   - Вы не настолько привлекательны, - ухмыльнулся я.
   - Осторожно, ты можешь отсюда не выйти.
   - Не нужно пустых угроз. Если вечером я не приду навстречу, ваш балаган могут пустить под откос.
   - Ты пытаешься бросить мне вызов?
   - Не пытаюсь, а бросаю.
   - Не переоценивай свои силы и силы своей шайки оборванцев. Мне достаточно кивнуть, и вас сотрут в порошок! - толстяк покраснел и застучал кулаком по столу.
   - А вы не переоцениваете свои, - спокойно сказал я. - Возможно, вы можете уничтожить мою шайку оборванцев. Но если к ней добавятся ваши конкуренты?
   Толстяк слегка успокоился.
   - Не будем сориться Дагон. Что тебя заставляет отказаться? Друзья, которые продадут тебя за копейку, красивого мужика или умелую сучку? Какие-то убеждения, долг и прочая ерунда?
   - Друзей у меня нет, - сказал я. - Убеждения есть. Мне плевать на всех с высокой башни. Я не собираюсь кому-либо подчиняться.
   - Все мы кому-то подчиняемся, хотим мы того или нет.
   - Я никому не подчиняюсь. Единственный закон для меня - собственное желание.
   - А если тебе припрут к стенке и скажут: "Плевать мы хотели на твои желания, будешь делать то, что мы хотим"?
   - Я плюну им в лицо. Я же сказал, делаю только то, что хочу делать. Пусть убьют меня, но им придется постараться.
   Толстяк захохотал.
   - А я в тебе не ошибся. Ты именно то, что мне нужно. Соглашайся на мое предложение. У тебя будет все, что пожелаешь. Деньги, власть, лучшие в мире женщины... Все.
   - Нет
   - Вот так, не задумываясь? Другие на твоем месте ползали бы у меня в ногах для того, чтобы получить это.
   - Стоящий перед вами человек похож на других? - сказал я. - Я даже глаза ни перед кем не опущу, даже перед богом, если он существует.
   - Это твой окончательный ответ?
   Я задумался
   - Пожалуй, нет. Я обдумаю.
   - Что ж, до свиданья. Обдумывай не слишком долго. Уверен, скоро мы снова встретимся.
   - Посмотрим, - я встал подошел к двери. Парень, что привел меня сюда, протянул мне очки.
   - Это не очень-то поможет. Я знаю, где нахожусь.
   - Надень очки, а не то глаза выколю, - прошипел парень.
   Я пожал плечами и взял очки.
   - Будь осторожен, Дагон, - сказал толстяк.
   - Не волнуйтесь, Бигбо, - усмехнулся я.
   Когда мы отъехали на достаточное расстояние, мне разрешили их снять. За рулем сидел тот же парень. На этот раз меня пустили на переднее сиденье. В машине больше никого не было. Я осмотрел салон, пристегнулся.
   - Мальчик боится разбиться?
   - Так чувствую себя уверенней. Ты бы тоже пристегнулся, мало ли что.
   - Да пошло оно, я вожу лучше Шумахера... Зря ты не согласился на его предложение. Теперь тебе недолго осталось жить.
   - Неужто Бигбо так страшен? Как по мне - идиот идиотом
   Парень испуганно оглянулся.
   - Спятил что ли? - прошептал он. - Да если он узнает, тебе крышка.
   - Хочешь сказать, он настолько могущественен?
   - Ну ты и дремучий тип... Он давным-давно купил этот город. Здесь все работает на него. Если кто впадет в немилость - конец
   - Власть - это хорошо. А сам как, мечтаешь занять его место?
   Парень еще раз боязливо оглянулся, кашлянул.
   - Да. Все мечтают, только никому нельзя показывать это перед боссом. Из его кабинета ты уже не выйдешь.
   - Есть определенный план?
   Парень подозрительно взглянул на меня. Я усмехнулся.
   - Не боись, не донесу.
   - Ну... Сначала нужно очень близко к нему подойти, завоевать доверие. А это можно сделать только путем четкого и своевременного выполнения приказов. Чтобы его скинуть, нужно подобраться очень близко.
   - И как успехи? Небось, уже разделяешь и властвуешь?
   - Если бы... У босса есть... воспитанник, что ли. Преемник. Зовут Сон. Мерзкий тип, очень внешностью на тебя похож.
   - А с характером что?
   - Он псих полный. Садист. Любит убивать жестоко. Издевается над девушками. Особенно над... необычными.
   - Странный кандидат в преемники. Ты, по-моему, лучше.
   - Само собой... Но Сон... Он хоть и маньяк, но умный и хитрый, как еврей.
   - И, как еврей, жадный и трусливый.
   - Жадный - да, но не трусливый. Он вообще ничего не боится, потому что псих... Я давно пытаюсь подставить его, но не получается. Он, несомненно, знает, что я под него копаю, и поэтому осторожничает.
   - Ясно... Зовут-то тебя как?
   - Ронни, - ответил парень.
   - Знаешь, Ронни, думаю у тебя ничего не выйдет.
   - Почему это? - надулся парень.
   - Потому что ты ничто.
   - С какого черта!?
   - С такого, что за дорогой нифига не следишь, - сказал я, ударил парня в лицо и со всей силы рванул ручник. Колеса противно заскрежетали, машину развернуло, она покружилась немного и налетела на столб. Я с трудом открыл искореженную дверь и вылез наружу. Отер шедшую из носа кровь, засунул голову в салон. Живой или не живой, помешать мне парень не мог... Я быстро зашагал по улице. До встречи оставалось два часа. Я слегка опоздал, поэтому не успел поговорить с Алукардом. С ним была Смайлик. Мы сели в машину, поехали на окарину города, остановились возле обветшалого деревянного здания с осыпавшейся штукатуркой. Возле входа стояли два охранника, нас провели на второй этаж. Одна из комнат была наскоро обустроена на один раз. За старым расшатанным столом сидел высокий тридцатилетний мужчины с длинными каштановыми волосами и серыми глазами. В углу на табуретке сидел белобрысый. В другом углу сидел человек в капюшоне. Мужчина приветственно кивнул.
   - Рад вас видеть, Алукард. Вы несколько опоздали.
   - Где остальные? - холодно спросил Алукард. Он был слегка зол. Я предоставил ему возможность вести переговоры, отошел к дверному проему и оперся о стену, в упор глядя на охранника. Смайлик стояла в двух шагах от Алукарда.
   - Я говорю от имени всех
   Алукард кивнул.
   - Я знаю, что вы хотите предложить. У меня появились вопросы.
   - Это естественно. Постараюсь на них ответить.
   - Если я соглашаюсь, кто руководит?
   - Я, вы, возможно, Дагон. На равных правах, конечно.
   - Не пойдет. Слишком легко расшатать.
   - Что вы предлагаете?
   - Руковожу я.
   - Не слишком ли вы задираете нос?
   - Вы обратились ко мне за помощью. Я ничего не теряю. На вас же охотятся.
   Мужчина задумался, посмотрел в сторону человека в капюшоне.
   - Думаю, это нас устроит. Вы согласны?
   Алукард хотел ответить, но его прервал человек в капюшоне.
   - Перед тем, как вы дадите ответ, я хотел бы задать вопрос Дагону.
   - Для начала снимите капюшон, Абро, хочу взглянуть на вашу милую мордашку, - сказал я.
   Человек поднялся, подошел к столу, скинул капюшон. Смайлик вздохнула. Под ним обнаружилось покрытое шрамами лицо: один горизонтально по лбу, второй от левого виска до правого уголка рта, третий и четвертый пересекали глаза, пятый шел по переносице, шестой рассекал пополам губы и подбородок, седьмой шел по щеке, задевал край подбородка и заканчивался на кадыке. Последний был моим творением. На нас смотрели холодные металлические глаза.
   - Вы не изменились, - заметил Алукард. Абро кивнул ему.
   - Вы помните, что я вас ненавижу? - спросил он у меня.
   - Это и был ваш вопрос?
   - Нет, - сказал он. - О чем ты сегодня разговаривал с Бигбо?
   Смайлик резко повернулась ко мне, сидевший за столом мужчина вздрогнул, его охранник напрягся, белобрысый вскочил. Лишь Алукард не шелохнулся.
   - Он предложил мне работать на него, а в доказательство лояльности попросил убить вас.
   Охранник напрягся сильней, мужчина с каштановыми волосами полез рукой под стол, белобрысый приготовился бежать. Смайлик потянулась к ножу, который всегда носила в кармане. Абро, как и Алукард, не дрогнул.
   - И что же вы ответили? - медленно спросил Абро.
   Я медленно обвел их глазами. Охранник был готов броситься на меня в любую секунду, Белобрысый дрожал, мужчина за столом навел на меня ствол пистолета, рука Смайлика лежала на ноже. Даже Абро слегка напрягся. Алукард оставался невозмутимым, так и стоял ко мне спиной.
   - Я сказал..., - медленно начал я и потянулся к карманам с кастетами-лезвиями (вручили на выходе вместо ножа и кастета), - что он мне глубоко не симпатичен.
   Все заметно расслабились, Алукард ядовито усмехнулся.
   - Не играй так со мной, я человек нервный, - сказал Абро.
   - Мы согласны, - сказал Алукард.
   - Значит, завтра приступим?
   - Я приступлю, - сказал Алукард.
  
   Алукард отпустил водителя и сел за руль. Это значило, что он все еще зол. Я сидел сзади и не обижался. Мы долгое время молчали, но Смайлик не выдержала.
   - Кто такой этот Абро?
   - Торговец наркотиками, убийца. Его редко нанимают из-за его внешности.
   - Откуда столько шрамов?
   - Большинство от пыток. Самый свежий от Дагона.
   - Как?
   - Спросишь у него.
   - Останови у тротуара, - сказал я.
   - Куда ты? - спросила Смайлик.
   - От вас подальше, - сказал я и захлопнул дверь.
   Машина отъехала. Я закурил сигарету и побрел в сторону переулка. Меня начала поглощать злость. Причины были другие. Алукарда разозлило то, что Абро еще жив. В свое время он пытался приударить за его сестрой, не очень, правда, успешно. После отказа он принялся распространять лживые слухи о ней. Парень был редкостной сволочью. Он был на три года старше Алукарда, некоторые говорили, что они давно друг друга знают. Наши же с ним пути пересекались только один раз, но этого хватило, чтобы возненавидеть друг друга....
   После моей выходки к нам стали относитсья с подозрением, но переговорам это не помешало. Обсудив насущные вопросы, мы распрощались. На выходе Абро отвел меня в сторону.
   - Не желаешь приобрести интересующие тебя сведения, касающиеся одной юной особы, к которой ты неравнодушен? - спросил он, усмехнувшись.
   - Что за сведения? - ледяным тоном спросил я. Мне часто делали такие предложения.
   - Фотографии этой особы с неким человеком. Думаю, он не вызовет у тебя особых симпатий. Что скажешь? Пригодится?
   - Возможно, - процедил я.
   - Знаешь, непонятна мне твоя любовь к такой, мягко говоря, ветряной девушке... Знаешь, не смотря на нашу неприязнь, я хочу помочь тебе справиться с болезнью и развеять иллюзии... А эти фотографии... Знал бы ты, что на них...
   Я схватил его за куртку.
   - Послушай, ты, апостол Павел, - прошипел я. - Мне плевать, что там за фотографии. Но вот имя этого человека меня интересует. Уверен, ты располагаешь подобными сведениями.
   - Уверен, что тебе не нужны фотографии?
   - Имя
   - Ну что ж..., - Абро достал объемный конверт, вытащил одну фотографию, достал из кармана карандаш, написал на обратной стороне имя и вручил мне. На фотографии было два человека. Высокий парень с короткой стрижкой и девушка с длинными каштановыми волосами с рыжим отливом. Она была одета в синие джинсы и черно-белую футболку, мой подарок. Сидела у парня на коленях, улыбалась. Они о чем-то шептались. Я посмотрел на фон. Какая-то вечеринка.
   - Деньги получишь завтра, - буркнул я.
   - Не передумал? - спросил Абро.
   - Нет.
   - Тогда, знаешь, я просто подарю тебе их
   Я выругался и еще раз просмотрел фотографии. Некоторые из них были подделкой, но только некоторые! Я реагировал одинаково, когда узнавал о её новом парне. Всегда одни и те же действия и чувства... Это убивало меня, сжигало изнутри, разливалось по телу жгучим ядом, скользкими холодными щупальцами проникало в мозг, грызло душу... Черт! Трудно управлять эмоциями.... А ведь некоторый называют меня бесчувственным мерзавцем... Как только такого свет носит? Поэтому я и предпочитаю вести ночную жизнь, чтобы вы не задавались этим вопросом...
   Я резко повернул влево, уперся в тяжелую металлическую дверь. Простучал пароль костяшками пальцев. Мне никто не ответил. Тогда я ударил по двери ногой. Через секунду щелкнул замок, и она открылась. Я вошел в внутрь, дверь тут же захлопнулась.
   - Какого черта!? Дайте свет! - крикнул я.
   Над моей головой загорелась лампочка. Через десять метров еще одна. К спине приставили нож.
   - Свой, успокойтесь, - сказал я и напряг лежащую в кармане руку с кастетом.
   Сзади кто-то что-то пробурчал и убрал нож. Я кивнул и, не оборачиваясь, пошел вперед. Прошел длинный лабиринт коридоров с множеством дверей, некоторые из которых были открыты (или их вообще не было). Все комнаты были одинаковы - тесные будки с оштукатуренными или криво поклеенными газетами стенами и висящими под потолком проводами с лампами. В одной играли в шахматы двое потрепанных и сонных парней, в другой кряжистый лысый мужик тискал четырнадцатилетнюю, невероятно худую девочку с криво постриженными "каре" серыми волосами. Её лицо было измазано расплывшейся от слез тушью. Она умоляюще посмотрела на меня большими серо-зелеными глазами, но прошел мимо. В третьей комнате такого же возраста девчушка качала на руках закутанного в грязные пеленки младенца. Грязная мужская майка - единственный атрибут одежды - едва прикрывала большой круглый живот. Она была невероятно бледна и костлява, на руках виднелись многочисленные синяки. Слева на стене висел кожаный плащ с белой буквой "А" в кругу. Я взял плащ, на его место повесил свою куртку, не забыв забрать кастеты. Двинулся дальше. У дверей интересующей меня комнаты, как всегда, стояли два охранника - высокие худые парни с дубинами, одетые в потертые песочные штаны от "афганки" и дырявые спасательные жилеты. Я кинул им небольшой пакетик с разноцветными таблетками. Охранник поймал, отошел в сторону. Закрывая дверь, я услышал треск разрываемого жилета и громкое сопение. Комната, в которую я вошел, отличалась от предыдущих лишь наличием розетки. Почти все пространство занимали составленные столы, заваленные бумагами, различными таблетками и порошками, жидкостями всех цветов радуги, бумагами, пачками из-под сигарет и презервативов, бычками, канцелярскими принадлежностями. В единичном экземпляре были телефон, древний ноутбук, модем, маленький свинцовый бюст Ленина, забитая стеклянная пепельница, обклеенный скотчем будильник, дырокол, алюминиевая тарелка с ложкой и граненный стакан. Позади стола все пространство занимали картонные коробки, места хватало ровно для одного человека. Этим человеком был Профессор - среднего роста худощавый парень в круглых очках. Он, как всегда, был одет в потрепанный костюм с коричневым галстуком. Профессор поднял голову и протер очки.
   - Дагон!
   - Привет, Профессор, - сказал я, садясь на древний скрипящий стул и кладя ноги на стоящую рядом табуретку.
   - Странное ты выбрал время для визита... Погоди, сейчас дам пепельницу, - сказал он и достал из ящика стола последний номер "Плейбоя".
   - Да вот, пришлось, - сказал я, стряхивая пепел на волосы привлекательной блондинки лет восемнадцати.
   - Ого, вижу, ты решил вспомнить былое, - сказал он, указывая на плащ.
   - Взял тут в одной комнате
   - Пуля, - сказал профессор. - Местный житель... Сейчас, наверное, в отключке в комнате любовницы. Любит срываться на близких... А я-то уже подумал, что ты стал анархистом, вернулся к корням. Прикольно смотришься, тебе идет
   - У меня дело
   - Само собой, - усмехнулся профессор. - Кто интересует?
   Я положил на стол фотографию.
   - Сейчас-сейчас..., - профессор поднял с полу стремянку, достал с самого верха коробку, пошуршал в ней и извлек тонкую папку, пролистал её.
   - Так-так... И зачем тебе он?
   - Переверни фотографию, - сказал я.
   - А-а... Понимаю... Отлично смотрятся.
   Я демонстративно хрустнул пальцами.
   - Не обижайся. Я всего лишь констатирую факт.
   - А я и не обижаюсь. Просто констатирую факт.
   - Ладно-ладно... На, смотри.
   Я пролистал досье. Ничего интересного, как всегда. Обыкновенный урод.
   - Берешь? - спросил Профессор.
   - Беру
   Парень вздохнул, убрал коробки.
   - Сколько возьмешь за то, чтобы поговорить с парнем? - спросил я
   - Чтобы ласково убедить не подходить к твоей девушке на расстояние ближе трех километров? - Профессор еще раз пролистал досье, достал старинные счеты, пощелкал, - Птица он некрупная, поэтому все по стандартам. Чем заплатишь?
   - Информацией
   - Информация распространяется быстро, ты мог уже опоздать. Как тогда с тем придурком, который пытался приударить за твоей любовью...
   - Уверен, тебе понравится.
   - Говори
   - Она касается новой банды торговцев...
   - Извини, ты опоздал. Уже четыре дня известно, что от Бигбо отделился Химера с подопечными...
   - А известно то, что мы с Алукардом заключили с ними соглашение и теперь возглавляем весьма сильную компашку?
   Профессор удивленно вздохнул.
   - Не плохо. Но не покрывает расходы. Еще что-нибудь?
   Я улыбнулся.
   - В семью входит Абро, и я рассказал ему, где найти твою черную задницу.
   Профессор задрожал, испуганно обернулся, помотал головой
   - Ты, что рехнулся!? Он же меня на куски порвет!
   - За то, что ты подставил его, и он чуть копыта не отбросил? Да, за это можно убить... Я могу тебе помочь
   - Как!?
   - Ты по-прежнему соблюдаешь наш договор и докладываешь, если о ней что-нибудь всплывет. Если появляются люди с инфой о ней, извещаешь меня. С подробными досье на этих людей. Теперь у меня к тебе будет еще поручение.
   - Какое?
   - Ты ищешь для меня информацию о Бигбо.
   - Но я...
   - Придется отказаться от собственных убеждений. Это залог твоей безопасности и счастливой жизни.
   - Ты хоть понимаешь, о чем просишь!? Если у него возникнет хоть тень подозрения, меня убьют.
   - А если откажешься - не доживешь до утра.
   - Не задирай нос. Все убежище встанет на мою защиту.
   - Первая половина - наркоманы и алкоголики, вторая - трусы и дохляки. Попытаешься напустить на меня своих шавок - глазом не успеешь моргнуть, как этот подвал затопит кровью. Так что не вякай и исполняй поручения. Все будут счастливы, вот увидишь... Бывай.
   Я вышел и комнаты, прошел тот же лабиринт, на этот раз настороженно. Но ничего не произошло. Дверь в комнату с беременной девочкой была закрыта, оттуда доносились крики, звуки ударов и плач. В комнате с лысым мужиком и девочкой двери не было, дела у них продвигались. Я прошел мимо, не обратив на них никакого внимания... На улице посветлело, приближался рассвет. Фонари уже погасили, вечная экономия и стремление заработать. Кто-нибудь свернет шею с темном переулке, а место на городском кладбище стоит немало... Смешно... Через полчаса я уже поднимался на лифте. Из квартиры почти все ушли, лишь несколько влюбленных медленно танцевали под тихую музыку. Я некоторое время покрутился внизу, затем зашел в свою комнату и повалился на кровать. Мне ужасно сильно захотелось, чтобы сейчас ко мне вошла Смайлик, обняла, о чем-нибудь спросила.... Очень редко мой желания сбываются, но сегодня мне повезло.
   - Я тебя разбудил? - спросил я, целуя внутреннюю сторону сгиба её кисти.
   - Да
   - Прости
   - Не волнуйся, - сказала Смайлик и встревожено добавила, - Что-нибудь случилось?
   - Да, - вздохнул я.
   - У неё опять новый парень?
   - Угу.
   - Почему ты сидишь, сложа руки? Подошел бы к ней, предложил бы встречаться, превратил бы её жизнь в сказку. Я знаю, ты можешь это сделать.
   - Думаешь, я дурак? Она этого не хочет.
   - Почему?
   - Не знаю.
   - Завтра у нас важный день, тебе нужно отдохнуть
   - Завтра у вас важный день. Это ваша игра.
   - Но ты тоже в ней участвуешь.
   - Для этого мне много сил не надо.
   - Спи, - сказала она, и я тут же заснул.
   Весь следующий день мы решали вопросы управления. Мы разбили наше тайное общество на отделы, каждый из которых занимается своей работой и возглавлялся одним человеком, получающим приказы напрямую от Алукарда. Каждый отдел имел свое название. Отдел информации занимается рекламой наркотиков на улицах и добычей сведений из различных организаций, как нелегальных, так и легальных. Его возглавляет Химера - мужчина с каштановыми волосами, с которым мы вели переговоры ночью. В отдел защиты входят наши ударные силы и охрана. Также отдел занимается вербовкой новых членов, поддержанием порядка внутри общества, грабежами и вымогательствами. Руководитель - Абро. Отделом изготовления руководит Жезл, молодой, слегка раздражительный парень, выгнанный из института химик. Я взял на себя руководство отделом распространения. Кроме этого, я отправил своих подручных в другие отделы, чтобы знать обо всех происходящий в обществе событиях. Пригласил в отдел своих знакомых, чтобы не сомневаться в кадрах.... Последний отдел - отдел уборки - занимается отмыванием денег. Мы с Алукардом ввели структуру отделов для того, чтобы каждый знал ровно столько, сколько ему положено, и поимка мелкой сошки не приводила бы к аресту половины членов общества.
   За очень короткое время мы выросли в серьезную и сильную организацию, которая могла наравне тягаться с Бигбо и Ко. Вся уличная преступность принадлежала либо нам, либо Бигбо. Мы старательно пресекали попытки отвоевать самостоятельность. Мы проявляли особую активность в наборе новых членов среди школьников и студентов. В организации, кстати, было немало девушек.
   Смайлик поселилась у Алукарда, у нас возникли стабильные отношения... Через несколько дней после создания организации мне пришлось платить за свои ошибки. Её парня недостаточно сильно прижали к стенке, он рассказал все ей, она нашла меня и закатила скандал. Сказала, что я не имею права вмешиваться в её личную жизнь. Ну-ну... Человек, который пытался покончить жизнь самоубийством из-за этой девушки, любил её до беспамятства и "Лебединого озера" в исполнении огромной стаи бабочек в животе, был готов спуститься в ад, хлебнуть кипящей смолы и станцевать на углях, по идее, должен обладать какими-нибудь привилегиями... Я несколько обиделся, и изрядно покалечил парня при помощи своих кастетов-лезвий, которые окончательно вытеснили из карманов другое оружие. Парень понял намек, и в тот же день покинул город в очень скверном состоянии. Она ничего не узнала, Смайлик же побранила меня за излишнюю жестокость и потащила на дискотеку. Через месяц я полностью распрощался с прошлым. Любовь, конечно, осталась, но я достаточно глубоко её закопал, чтобы она не мешала.
   Каждую неделю я приходил в нотариальную контору, принадлежавшей нашей организации и забирал пачку денег - моя часть дохода от налога с уличных торговцев и продажи крупных партий наркотиков. Каждый день мы со Смайликом ходили по магазинам, клубам, ресторанам, кино, паркам, музеям, концертам, театрам и прочим увеселительным местам. Пару раз в неделю, если позволяла погода, выезжали на природу. Раз в две недели уезжали в другой город и развлекались там. Посещали её друзей. В отличии от окружения любви моей жизни среди друзей Смайлика было несколько человек, которым набить морду хотелось после пяти минут знакомства, а не сразу. Но приятней в общении я от этого не становился. Привычка говорить всю правду в лицо обычно отталкивает от меня людей
   Однажды мне позвонил один из членов нашего общества и передал просьбу Алукарда присутствовать на какой-то там встрече на каком-то там складе. Для страховки я позвонил Алукарду. Ответил его охранник, подтвердил сведения, что-то еще сообщить отказался... Время для встречи назначили вампирское, но это не особо меня волновало. К двум часам я подошел к большому кирпичному зданию. В окрестностях стояло много машин, что нетипично для этого района. Также по дороге в нескольких местах я заметил наблюдателей. У дверей склада стояло два человека с оружием. Я зашел внутрь. У стен склада несколько фургонов. В центре склада правящая верхушка нашего общества. Возглавлял Алукард. Напротив стояло шесть человек. Возглавлял их высокий китаец в черном костюме. Ему можно было дать от сорока до шестидесяти, сухое морщинистое лицо и густые черные волосы с проблесками седины говорили, что ему где-то пятьдесят. Несмотря на то, что Алукард был выше его на полторы головы, китаец смотрел на него презрительно. За его спиной стоял среднего парень лет двадцати с длинными золотыми волосами. Одет он был в белый костюм с серой бабочкой. По бокам стояли три человека. Позади всех стояла невысокая стройная девушка с узким правильным, слегка бледным лицом и слегка раскосыми глазами. Черные волосы были собраны в хвост. Она была одета в черные джинсы (на поясе висела небольшая кожаная прямоугольная сумка, которая, отчего-то мне очень не понравилась) и обтягивающую черную кофточку. На очертания груди с чуть выступающими сосками глазели все, кроме Алукарда. Он в упор смотрел на китайца, который говорил на языке славян лучше самих славян, то есть нас.
   - Вы принесли то, что мы просили? - спросил он, словно прокаркал.
   -Сначала вы, - холодно сказал Алукард.
   Китаец кивнул, девушка принесла из фургона сумку. Алукард скользнул по девушке взглядом, она вздрогнула и отошла в сторону. И задышала чаще. Взгляды правящей верхушки нашего общества стали еще похотливее. Слегка вздымающаяся грудь произвела на них большее впечатление, чем орава доступных проституток. Китаец сел на корточки, расстегнул "молнию". Сумка была забита денежными пачками. Я засунул руки в карманы куртки (плащ решил оставить дома). Алукард кивнул, из тени вышел человек, подошел к фургону (наши, как я понял, были темно-зелеными, их - темно-синие), принес сумку, расстегнул и подал Алукарду. Он небрежно бросил её на пол. Из сумки выпал запаянный пакетик, туго набитый овальными синими таблетками. Джет. Интересно, интересно... Китаец наклонился и взял выпавшую пачку. Вскрыл, попробовал таблетку на зуб. Мечтательно щелкнул языком, кивнул. Двое охранников принесли еще семь сумок. С нашей стороны прибавилось четыре сумки. Алукард дал незаметную команду, и три человека забрали деньги. Китаец вручил каждому по сумке, сам положил во внутренний карман пиджака вскрытую пачку. Он не успел сделать и трех шагов, как снаружи донеслись звуки сирен, внутрь вбежал кто-то из наших и крикнул: "Полиция!" Китаец ускорил шаг, все понеслись к воротам, но те резко зарылись. Я услышал звук опускаемого засова. Китаец резко обернулся:
   - Вот вы и в ловушке, - сказал он, а затем кивнул охранникам, - свяжите всех
   - Беги, Дагон! - крикнул откуда-то Алукард. Интересно, когда он успел исчезнуть?
   Как будто я сам не знаю, что делать надо. Во время сделки я внимательно осматривал помещение, стараясь зафиксировать каждую деталь (что не слишком сложно с практически эйдетической памятью). Я побежал к двери склада, возле которой находилась перекочевавшая от стены какой-нибудь школы внутрь здания пожарная лестница. Второго этажа у склада не было, но для дополнительной прочности перпендикулярно стенам с выходами здание пересекали балки из железнодорожных рельсов, двести пятьдесят штук, по две на метр. Охранники китайца не стояли столбом, повыхватывали оружие. Один начал стрелять, ни разу не попал, несколько пуль попало в лестницу, другие в кирпичную стену. "Повезло, травмат", - подумал я.... С другой стороны, у этого-то охранника "Макар", а у ранних версий травматических ТТ есть не очень хорошая особенность: секунд за пять-семь можно поставить нормальный ствол и вставить обойму с боевыми патронами. Чем и занялись два охранника. К счастью, они решили проделать эту операцию на ходу, намериваясь обогнать меня и разрушить мой план. Но это неважно. Пусть последний раз я висел на турнике полгода назад, пусть вместо кефира перед сном у меня сигареты, пусть я бегу по чертовым узким рельсам - нет в мире человека, бегающего быстрее меня. На середине пути в лопатку врезается резиновая пуля - будто молотком ударили - я едва не падаю, но скорости не снижаю. Следующая пролетает мимо. До противоположной стены остается метров двадцать, и тут мне грубо напоминают - хоть я и лучший бегун на короткие дистанции, скорость моя четырехсот двадцати метров в секунду не достигает. Я чувствую толчок и обжигающую боль в левом плече и возле шеи... ТТ очень чувствителен к "заваливанию" ствола, это меня и спасает. За метр до цели получаю резиновую пулю в левую ляжку и что-то острое в правый бок. Ногу сводит, но прыгаю и пробиваю огромной окно. Прыжок получается неудачным: вылетаю, как пушечный снаряд и падаю на плоскую крышу примыкающего здания. Из-за боли в боку кувырка не получается, сгибаю ноги, валюсь на левую сторону, из легких вышибает весь воздух, отчего те чувствуют себя немного лучше (странно, но факт), лопатку, в которую попала резиновая пуля неприятно прошибает боль. Вытаскиваю из бока что-то острое, смотрю по сторонам. На крышах несколько человек приближается ко мне, внизу повсюду бегает полиция, куча машин с сиренами, настоящий бардак. Один из людей на крыше указывает на меня и что-то кричит. Двое бегут ко мне. Я со стоном поднимаюсь на ноги и бегу на них. Они сбрасывают скорость Я же набираю обороты, подбегаю к ближайшему, он пытается на меня броситься, перед самым его носом я слегка меняю направление и слышу в стороне возмущенные крики. Инерция такая штука, с ней шутки плохи. Второй бежит мне на перерез, но не успевает. Ближе к концу крыши появляется третий - шкаф два на два - и готовится задержать меня... И где они прогуливали уроки физики? Сношу дуболома, как паровоз гипсовую статую. Восстанавливаю слегка утраченную скорость, прыгаю на соседнюю крышу. Алукард выбрал хороший район для встречи, все здания с плоскими крышами, и почти все близко прилегают друг к другу. Слышу выстрелы за спиной, от крыш отлетает штукатурка (забавно, да?) или что-то еще. Стреляют метрах в ста от меня, пули просто падают. А был бы АК - натуральный фарш "Дагон" без примесей был бы готов!
   Здания неожиданно заканчиваются, ближайшее в трех метрах, но выше моего на несколько этажей. Несмотря на общие паршивость ситуации и состояние организма, радуюсь, как ребенок, получивший подарок на Новый год. По стене здания, цепляясь за дырки из под кирпичей, сползает несчастный парень, заметив меня, начинает сползать быстрей, и я решаю ему помочь. Прибавляю скорости, безумно хохоча, прыгаю и врезаюсь прямо в тушку парня. Слышу его сдавленный крик. Черт, как же это приятно - слышать хруст костей сминаемого тобой врага. Летим вниз в мусорный бак. В первые благодарен чиновникам, которые забрали деньги, предназначенные уборщикам мусора. Убирались тут, явно, давно. Бак падает набок, я вываливаюсь на дорогу, поднимаюсь. Судя по крикам, к краю крыши подбираются стрелки, поэтому заставляю измученный нарзаном организм бежать дальше. Дома снова стоят тесно друг к другу, места между ними моей скелетообразной особе едва хватает, но я и не в такие щели пролезал. Детство у меня было богатым всяческими приключениями, да и сейчас не страдаю от отсутствия оных.
   Я прохожу метров двести, и неожиданно ноги складываются, как китайские ножики, улица впереди плывет. Прислоняюсь к стене... Черт! Надо было перекусить перед встречей. Или покурить... Поднимаюсь и, опершись руками о стены, бреду дальше. Легкие разрываются, пытаюсь глубоко вдохнуть и закашливаюсь. Вместо дыхания хрип и сопение. Бегун я отличный, но только на короткие дистанции. Астма здорово мешает... До выхода из лабиринта остается метров пять, я останавливаюсь и прислушиваюсь. Слышу два голоса.
   - Всех поймали? - спрашивает один.
   - Нет. Главари сбежали, - отвечает другой
   - Ничего. Скоро поймаем. На каждой улице стоят патрули, выезды из города перекрыты, ориентировки разосланы, объявления о розыске уже развешивают. Никуда им не уйти.
   - Не знаю, я многое слышал об этих парнях. Говорят...
   В разговор вмешивается третий:
   - Отставить разговоры! Вы на задании. Подойдите ближе. А что это ты там в темноте прячешь!? А ну, тащи сюда!... А ты в курсе, что пить на службе запрещено?
   - Товарищ сержант, - неуверенно говорит первый, - Мы тут неизвестно сколько торчать будем, на этом дубаке...
   - Ладно, ладно. Давай сюда бутылку и беги за закуской.... Пошли, ребята, в машине согреемся.
   Ноги по-прежнему еле меня держат. Выхожу из переулка, иду по темной стороне улице, аккуратно перехожу дорогу, миную несколько домов, сворачиваю за магазин и оказываюсь на улице, одна сторона которой занята многоквартирными панельными домами а другая деревянными бараками. Дорога тоже подходящая - грунтовая с остатками асфальта. Полицейский подходит к ларьку, долго там шумит (я за это время успеваю подойти с другой стороны), уходит с колбасой, батоном и орешками. Рукоять пистолета призывно торчит из поясной кобуры. Парню лет двадцать пять, руки у него заняты, а я хоть и едва стою на ногах, драться умею. Но мне нужно время, а, напав на служителя правопорядка и отобрав оружие, я его потеряю (да и на кой черт мне оружие?). Как только полицейский скрывается за углом, выхожу из тени и стучусь в окошко. Через минуту оно открывается. "Чего вам?", - спрашивает женский голос. Достаю из карманов все деньги и кладу на тарелку. Сегодня ночь нарушения принципов, так что...
   - "Ягуар", зажигалку и пачку "Некста".
   Женщина пытается отпираться, но пересчитав деньги, выдает желаемое. Позже мне будет очень плохо (если доживу), но сейчас у меня нет другого выхода. В два глотка выпиваю розовую мерзость, выкуриваю несколько сигарет... Никогда не был любителем энергетиков, да и аллергия у меня на них зверская. Смайлик за время бедности напилась этой гадости вдоволь, а вот моя любовь любила употреблять подобные вещества. К счастью, удалось её отучить... Сигареты не лучше - опилки опилками (живя у Алукарда, привык к настоящим табачным листьям - разница тошнотворна), но убийца лошадей и хомячковый нитроглицерин в них присутствует.
   Силы постепенно возвращаются, настроение пытается подняться, но я быстро ставлю его на место. Нахожу табличку с названием улицы и удивляюсь способностям своего мозга. Я часто мысленно разговариваю сам с собой - помогает думать. Однако при большой концентрации или всплеске адреналина (второе чаще) в голове остается пустота, и позже выясняется, что я мог поступить правильнее или лучше. Сейчас же все произошло как нельзя лучше. Я прибежал в район, из которого можно сравнительно безопасно добраться до квартиры, в которой сейчас находятся или появятся (наверное) Алукард или Смайлик. Даже если их поймали, мне нужно место, где можно отдохнуть.
   Иду с максимально возможной скоростью, периодически оттирая никак не желающую сворачиваться кровь с лица. Часто натыкаюсь на полицейских, хоть и передвигаюсь по дворам. Обойти опасность не составляет. Позади половина пути, начинает светлеть. Судя по подслушанным разговорам, приказано искать юношу пятнадцати-шестнадцати лет, рост 170-175 сантиметров, астеническое телосложение, каштановыми волосами, без особых примет. Больше никого. Плохо. Рассвет застает меня в трех кварталах от пункта назначения, через полчаса открываю старую деревянную дверь с множеством царапин и остатками темно-красной краски. В подъезде воняет сгоревшей картошкой, прокисшим молоком и кошками. Поднимаюсь на третий этаж. На лестничной клетке нет перил, в нескольких местах торчит покореженная арматура, не натыкаюсь на неё только чудом. В полутьме нахожу сколоченную из фанерных листов тумбочку. Переворачиваю, отламываю ногу... Крепкая, зараза. Третья деревяшка отламывается легко, выковыриваю из полости пропитанную солидолом бумагу, достаю ключ. Пять минут вожусь с слегка проржавевшим замком. Внутри темно, лишь из дальней комнаты льется тусклый свет от экрана телевизора. "Здравствуйте, в эфире утренние новости", - доносится до меня женский голос. Я подхожу к дверному проему. "Несколько часов назад полицией была проведена облава тайное общество, занимавшиеся торговлей наркотиками, контрабандой и похищением людей. Во время сделки с крупным бизнесменом задержаны члены правящей верхушки общества, кроме лидеров и создателей - их личности не установлены, на улицах они известны как Алукард и Дагон. Местонахождение их сообщницы неизвестно". Я захожу в комнату и вижу только изящную тонкую ручку на подлокотнике с красивой и знакомой татуировкой.
   - Видимо, они никогда не научатся, - сказал я.
   Смайлик поднимается, подбегает ко мне, обнимает и осыпает поцелуями.
   - Дагон! - радостно кричит она, но затем разглядывает мое лицо. - Господи! Что с тобой!?
   - Ничего серьезного. Мне просто нужно отдохнуть.
   Я делаю два шага и треряю сознание.
  
   У окна многоэтажки стоят два человека и смотрят на суетящийся город. Солнце недавно встало, улицы уже заполнены людьми. С высоты видна общая картина, но не отдельные эпизоды. Но Абро был уверен: где-то там сейчас наступают друг другу на ноги пешеходы, ругаются и бьют по рулям водители, стоят люди в дурацких нарядах и пытаются вложить в руки прохожих рекламные брошюры, большинство пытается пройти мимо, другие машинально берут макулатуру и идут дальше. В переулке дерутся уличные коты и шпана, в темном углу между домами лежат напившиеся вдрызг подростки и взрослые люди, наступают на шприцы и матерятся работяги. Где-то там грабят, насилуют, убивают, читают книги, занимаются любовью, убирают улицы и подъезды, теряют и находят вещи, продают и покупают - и где-то там скрываются Дагон и Алукард. И нужно их найти. И убить.
   - Это не так-то просто, - задумчиво говорит Абро.
   Второй человек оборачивается и озадаченно смотрит на Абро. Но затем в его глазах зажигается понимание. Он кивает.
   - Да. Но их ищут все. И рано или поздно найдут
   - Или они нас найдут. Все говорят, что Алукард ушел без единой царапины.
   - А Дагон серьезно ранен, - замечает собеседник Абро.
   - Серьезно, - задумчиво повторяет тот. - Серьезно ли?
   - Не волнуйтесь вы так. Чувствую конец этой истории уже близок.
   - Возможно... Что дальше?
   - Мы поймали всех, кроме них. Процесс уже пошел. Скоро будет суд, и он будет очень быстрым. мы позаботимся. О вас вообще никто ничего не узнает.
   - Все равно, я не буду спать спокойно до тех пор, пока не поймают их. По слухам, Дагон использовал еще кого-то для операций.
   - Мы проверяем эти слухи. Вам не о чем беспокоиться. Здесь вы в полной безопасности. А у Алукарда и Дагона есть свои заботы. Тем более, они могут и не узнают ни о чем.
   - Вы их недооцениваете.
   - Мы найдем их
   - Вы его неделю уже ищите! И результатов нет!
   Абро помолчал некоторое время.
   - Извините. Нервы. В последнее время сплю очень плохо, - сказал он.
   В комнату вошел человек. Лицо его сияло.
   - Дагон и Алукард мертвы
   - Где тела? - спросил Абро.
   - Сгорели. Мы нашли их на окарине, завязалась перестрелка, наши почти все полегли... И мы поймали девчонку.
   - Куда дели?
   Человек сделал знак, и вошли двое, тащившие Смайлика. Девушка сопротивлялась даже связанная.
   - Отлично, - сказал Абро. - Найдите то, что от них осталось. Передайте вашему начальству, что охрану можно снять. Я некоторое время побуду здесь, это хорошее место. Подготовьте мне ванну. Думаю, сегодня я буду отлично спать.
   Смайлик задрожала.
  
   Темнота. Вечная, холодная. Звуков нет, есть только вибрации. Прикосновения, удары. Их места горят, словно политые кислотой. Кто-то говорит, вибрация больно решет по ушам. Удары, толчки. Затем странное дрожание, от которого начинают ныть зубы и раскалываться голова. Везде кислотный жар, удары сменяются скрежетаниями, укусами. Появляются звуки: крики, ругательства, рыдания, мольбы, насмешки, рычания, шипения. Смех. Я понимаю, что это мой смех и просыпаюсь.
   Жара нет, есть приятное холодное прикосновение знакомых пальцев. Голова раскалывается. Приоткрываю глаза и вижу Смайлика. Она сидит на мне и зашивает рассеченную скулу. Лицо бледновато, глаза слегка мутноватые, волосы растрепанны. Моего кадыка касается выпавший из-под майки медальон с улыбающийся рожицей. Я пытаюсь ответить ему взаимностью.
   - Не дергайся, - серьезно и как-то даже сердито говорит Смайлик. Затем целует меня в лоб и улыбается, - Извини. Мне нужно зашить твою рану.
   - Оставила бы так, - я почти не шевелю губами
   - Не могу.
   - Сколько я проспал?
   - Часов шесть. Сначала я не стала тебя беспокоить, но потом решила перевязать. Большинство твоих ран кровоточили, и поэтому ты прилип к простыням. Я отодрала от тебя белье вместе со струпами. Пришлось применить свои навыки
   - Ты отлично справляешься
   Смайлик смущенно улыбнулась.
   - Ты еще к зеркалу не подходил. Думаю, потом будешь на меня зол. Нет под рукой к меня нормальных ниток, приходится шить чем попало
   - Ничего, мне не впервой. Злиться на тебя я тоже не собираюсь
   - Верю... Я закончила. Теперь остальные
   - Да я и сам могу
   - Знаю, и можешь гораздо лучше меня. Но для себя ты все делаешь отвратительно. К тому же, я все еще чувствую себя виноватой.
   - Ладно. Только перевязывай самые крупные, остальные сами заживут.
   - Мечтать не вредно.
   Я вздохнул. Не понимаю, мы же не в Африке живем, зачем каждую царапину забинтовывать? Я в детстве столько ссадин и порезов в день получал, что уже давно иммунен ко ввей внешней заразе. Я мог бы с легкостью помешать Смайлику заниматься ерундой, но не стал. Ограничился брюзжанием. Во-первых, она вряд ли отстанет. А во-вторых, мне просто было приятно. Второй раз в жизни мне делали хорошую и приятную перевязку. Первый раз был давно - лет шесть или семь назад, я тогда лежал в больнице с дыркой в животе. Там была молодая красивая медсестра Мария. Она была совсем не похожа на Смайлика, но её прикосновения были такими же прохладными, аккуратными и нежными.
   Смайлик перестала меня мучить и унесла мусор. Затем пришла и села рядом.
   - Все еще чувствуешь себя виноватой? - спросил я.
   - Немного, - пожала плечами девушка.
   - Знаешь, как загладить свою вину?
   - Как?
   Я взял её за руку, привлек к себе и поцеловал.
   - Я так и знала, - сказала Смайлик.
   - А я знал, что ты знала. Это полезно для тебя. Если бы я этого не сделал, ты бы понеслась готовить кушать, а тебе нужно отдохнуть. Я же себя вполне неплохо чувствую
   - Ненавижу тебя, - обиженно сказала она.
   - Знаю. Я люблю тебя
   И сейчас это было правдой. Накатилось тихой, незаметной волной и накрыло с головой. Мы поцеловались, я засунул руку по её майку, и гладкая мгновение назад кожа покрылась мурашками. По моему позвоночнику пошли щекочущие караваны электрического тока радости и желания. Затем время стало осязаемым. Очень тонкой густой пеленой, которую можно тянуть сколько угодно, но очень легко порвать... Было прекрасно....
  
  
   Солнце наполовину зашло за горизонт. Я осмотрел комнату. Стены заклеены обоями с желтыми цветами почему-то только до половины стены, дальше идет побелка. Потолок неровный, на стыках плит здоровые трещины. В одном углу шкаф, в другом стол с компьютером, в третьем телевизор, напротив него, в центре комнаты кресл, под ним кусок ковра. Признаков люстры или лампочки в комнате не наблюдается. Осторожно поднимаюсь с кровати. По голове будто ударяют клевцом. Осторожно прохожу по коридору, останавливаюсь у входа на кухню. Стены обклеены тетрадными листами, исписанными различными символами, древними алфавитами, пентаграммами, детскими рисунками (сам когда-то рисовал ворона в тетрадках). Все листы исписаны аккуратно, с экономией места. На полу древний технический линолеум со следами мела, потолок кое-как заштукатурен, со стального крюка свисает провод с лампочкой. Возле правой стены небольшой крепкий стол с обитыми оцинковкой ножками. Слева раковина, газовая плитка, над ней утыканная самодельными радиаторами вытяжка, дальше темно-зеленый стол с ящиками (вместо ручек кучки вбитых гвоздей) и холодильник, покрытый марками, вырезками из газет, счетами за электричество, чеками, штрих-кодами, этикетками от мороженного, брошюрами, визитками, игральными картами и многим другим. Возле плиты стоит Смайлик. Увидев меня, она улыбается.
   - Ужин будет готов через полчаса.
   Я киваю и неожиданно холодею. Тепло очень быстро отходит от конечностей и концентрируется в сердце, заставляя его замирать. Знаю я это чувство... Блевал минут пять (хотя не ел уже двое суток), остальные двадцать пять стоял под холодной струей воды, чистил зубы. Из душа вылез более просветленным, чем сам Будда. Поставил на стол красно-черную толстую свечу, найденную в шкафчике в ванной. Подсвечника не нашел (естественно - такая свеча обычно для других целей используется, да и на полу под них место специальное есть), пришлось взять стакан. Я хотел уже сесть, но Смайлик меня остановила.
   - Пожалуйста, сядь лицом к выходу, - просит она.
   Я пожимаю плечами и обхожу стол... А-а, ну понятно. Последняя стена обклеена страницами старых книг по анатомии и религиям. Весьма познавательное и неаппетитное зрелище. "Прикольно", - хмыкаю я и принимаюсь за еду... Неплохая запеканка. Мясо, картошка, яйцо, сыр, зелень. Смайлик достает два граненных стакана, наливает туда яблочный сок. Я удивленно поднимаю первую бровь.
   - Алкогольного ничего нет. Да и маленький ты еще, - говорит Смайлик.
   Поднимаю вторую бровь.
   - Продукты в холодильнике были. Я никуда не ходила
   - Когда куплены?
   - Не больше недели тому назад. А что?
   - Ничего
   Я успел опустошить стакан наполовину, когда Смайлик вновь заговорила.
   - Новость о налете на вас быстро распространилась. Полиция хотела держать все в тайне, но, кто-то из сотрудников дал интервью. Вас кто-то предал. Он сообщил о встрече и передал сведения обо всех членах организации. Операцию планировали долго, поэтому никому не удалось сбежать. Кроме вас, конечно. Скоро должны официально огласить списки подозреваемых. Есть идеи, кто мог вас сдать?
   - Есть. Это либо Химера, либо Абро, Жезл исключается...
   - Почему?
   - Он помешан на изготовлении наркотиков... Да и сам немного балуется. Никто не замечает его пристрастий. ему не зачем менять установленный порядок
   - Есть еще потенциальные предатели?
   - Есть. Алукард.
   - Не верю
   - Почему?
   - Он не такой. Он не стал бы предавать тебя. Ты его друг, и сам должен прекрасно знать.
   - Верно, я его друг. И сейчас я на свободе, как и он.
   - Он бы так не поступил. В организации были хорошие люди. Да и ты мог не убежать.
   - Мы прекрасно друг друга знаем, знаем, чего стоим. Что же касается других людей - мне и Алукарду наплевать на них в равной степени
   - Пусть и так. Но у него должна была быть причина, чтобы так поступить
   - Одну я знаю - ему это просто надоело. Из интересного занятия тайное общество могло превратиться в проблему. Если это так, то он нашел лучший способ устранить проблему
   - Я не верю тебе, - вздохнула Смайлик. - Строить теории можно бесконечно. У нас нет никаких фактов.
   - И не будет. Если виновен Алукард - список подозреваемых опубликуют рано или поздно. Если виновны другие - не опубликуют, пока не поймают меня... Короче, можешь пока что не думать об этом.
   - И что мы будем делать?
   - Завтра увидим. А сегодня мне нужно помыть посуду.
   - Почему тебе? - спросила Смайлик - Что-то не помню, чтобы ты любил это занятие
   - Потому что ты приготовила ужин. И хочешь отдохнуть
   - И как ты узнал?
   - Я всегда знаю, что тебе нужно
  
   Утром я первый делом пошел к зеркалу... Видок, мягко говоря, не очень. С трудом преодолев желаний разорвать к дьяволу все швы, я оделся, прихватил деньги, закрыл дверь квартиры и вышел на улицу. На каждом столбе и на стене каждого дома висело объявление о моем розыске. Сорвав пару штук для самоуспокоения, я зашел в магазин. На доске информации также висел мой портрет. К счастью, узнать меня по половине лица сложно (швы я заклеил пластырем). Быстро закупившись, я отправился на поиски сигарет, но ларька в округе не оказалось. По дороге встретил два патруля, но замечал их раньше и поспешно ретировался. Когда я вернулся в квартиру, Смайлик еще спала. Я принялся поспешно готовить завтрак, попутно изрезав себе все пальцы. К сожалению, не успел до того, как Смайлик проснулась. Она вошла на кухню, когда я, шипя и тихо матерясь, пытался выжать сок из апельсинов руками и ножом.
   - Это так трогательно, милый, - мурлыкнула она, обняв меня поцеловав в шею.
   - Не вижу ничего трогательного, - сказал я. - Садись, кофе будет готов минут через десять
   - Что собираешься сегодня делать? - спросила она, допивая сок
   - Хороший вопрос, - сказал я, щелкая языком. - Учитывая то, что я стал очень популярной персоной и все журналисты готовы подраться за интервью со мной, придется нам сидеть дома.
   - Почему нам? - ехидно спросила Смайлик. - Потому что мы стали звездной парой номер один?
   - Потому что я тебя никуда не отпущу
   - Ладно, не стану с тобой спорить. Раз мы весь день будем дома, тебя ждет ночь на полу...
   Я недовольно заурчал
   - ... и уборка этой чертовой квартиры
   Никогда не любил таких сюрпризов. Только этим меня не испугаешь. Что же касается ночи на полу, то еще не вечер.
   - Согласен, - усмехнулся я. - Что, не ждала от меня такого?
   - Честно говоря, нет.
   Мы весь день убирались. Вернее, она убиралась, а я сидел на тумбочке в позе лотоса, старался медитировать и уверял её, что помогаю морально... Впрочем, это в прошлом. Я решил не хитрить и исправно перебирал хлам в шкафах. А там было множество интересных вещей. Свернутый в катушку ОЗК, самый первый противогаз, набор метательных ножей (Смайлик предложила выкинуть, но я отказался и воткнул все в висевшую на кухне разделочную доску), кастеты-лезвия (точь-в-точь, как мне подарили), парики, опасные бритвы, двадцать литров концентрированной серной кислоты (спрятал, пока никто не увидел), набор хирургических инструментов, арбалет, статуэтки различных богов, пачка соли, пожеванное распятие и книги. По совершенно разным предметам: химия, биология, генетика, физика, различные языки, инженерия, история, военная подготовка (чего только стоит "Пособие солдата пехоты" - сам когда-то изучал - и "Манускрипт 1.33"), социология, различные пособия и самоучители (в том числе "Поваренная книга анархиста", полная версия - знаю почти наизусть) и книги по оккультизму. Нашел сатанинскую библию, прочитал - понравилось. Почитал еще - не понравилось. Самой неожиданной находкой оказалась старинная книга в переплете из кожи. MALLEUS MALEFICARUM, Maleficas, & earum hФresim, ut phramea potentissima conterens - шедевр мировой литературы, его просто необходимо изучать в школах. Нужно будет прочитать как-нибудь... Моя уборка вышла простой, как невкусный винегред - я сложил все обратно в шкаф, разместив более компактно.
   Следующие два дня я размышлял, как лучше самоубиться. На смену прохладе пришла чудовищная жара, и в квартире стало невыносимо. Я с трудом починил небольшой вентилятор, но особого эффекта это не дало. Как назло, из-под крана шла вода почти комнатной температуры. Пока Смайлик пила много холодного чая, почти не ела, развешивала повсюду мокрые полотенца и пыталась заниматься йогой, я нашел способ, изящный, как корова на льду. Наморозил кучу льда, набрал в ванну холодной воды и высыпал туда весь лед. Получилось неплохо. После первой процедуры я притащил в ванную колонку, лимонад и орехи. К вечеру Смайлик меня выгнала. Впрочем, я и сам был рад чем-нибудь заняться, так как орехи кончились. Посидев у компьютера полчаса, я раздраженно ударил рукой по столу и вздохнул. К жаре прибавилась духота. Отлично!
   - Надеюсь, Алукард сейчас тоже сидит в какой-нибудь дыре и вариться в собственном соку, - пробормотал я.
   - С чего ты решил? - спросила Смайлик
   - Наши серверы накрылись. Все
   - И что с того?
   - Большинство расположено у Алукарда. Значит, он находиться не у себя дома. Из этого следует. Что дома у него теперь нет
   - А вдруг это ему тоже просто надоело и...
   - Он давно сам не следит за этим, есть ответственные люди. Обычно сайт становиться доступен через несколько часов, а то и меньше. Он не доступен уже два дня. Я пару раз проверял - ничего
   - И где тогда Алукард?
   - Где угодно. Город не маленький, найти его будет очень трудно.
   - А почему ты думаешь, что он все еще в городе?
   - Потому что здесь идет веселая игра, и Алукард не откажет себе в удовольствии в неё сыграть
   - Тогда нам нужно найти его
   - Попробую
   - А почему раньше не пробовал
   - Ждал подтверждения, что он не у себя дома
   - А чтобы делал, если бы он был там?
   - Пошел бы к нему и поговорил... Ты устала, ложись спать, я, наверное, всю ночь просижу
   - Ты тоже не очень-то выглядишь. Сделать тебе что-нибудь?
   - Нет, спасибо
   Конечно, я немого приукрасил насчет того, что попробую поискать Алукарда. Все, что я мог сделать - оставить на каждом посещаемых Алукардом форумах сообщения, разместить сообщения в социалках, поспрашивать знакомых фидошников, послать сообщения на все известные мне номера и адреса электронной почты Алукарда. Сообщение было небольшое, четырнадцать символов. Увидев его, Алукард сразу поймет, от кого оно, и что означает. Рассылка и переговоры заняли у меня не так много времени, как я предполагал, поэтому под утро я уже сладко спал.
   Следующий день ничего не было. Я опять почти весь день просидел в ванной, изредка подходя к компьютеру. Я не спал почти всю ночь, но получил награду за мучения в виде небольшого снижения температуры. День не принес ничего нового, вечером мы немного прогулялись. Часа в три утра зазвонил телефон, я оказался возле него через полсекунды.
   - Слушаю, - сказал я, выходя на балкон.
   - Цел? - спросил хорошо знакомый голос
   - Цел. Сам как?
   - Живой. Со Смайликом все в порядке?
   - Да. Где встречаемся?
   - В центре города, возле старой библиотеки. У тебя два часа. Приходи один.
   - Я приду
   Выпив чифиря и забрав ключи, я вышел на улицу. За час нашел и угнал мотоцикл, остановился в километре от места, дальше пошел пешком. На окарине людей не было, здесь же попадались редкие прохожие, преимущественно стоящие на ногах не совсем твердо. Я прибыл минут за десять до назначенного времени, но Алукард меня опередил. Транспорт он тоже нашел - возле разбитого тротуара стояла ничем не примечательная машина.
   - Почему не появлялся на улицах? - спросил Алукард
   - Слишком приметно выгляжу после падения из окна - сказал я и повернул голову.
   Мы проезжали мимо фонаря, поэтому Алукард смог хорошо рассмотреть мою весьма некрасивую физиономию.
   - Неплохо, - усмехнулся Алукард
   - Кто нас сдал?
   - Абро
   - Точно?
   - Его нет в списке подозреваемых.
   - Но он не один действовал. Заодно с ним были все наши в полиции и, как минимум, половина часовых.
  
  
   Алукард кивнул
   - Поэтому их оправдают. Правда, судебный процесс начнется только после того, как нас поймают или убьют
   - Нужно найти Абро
   - Завтра мы будем знать, где он находиться. Тебя где высадить?
   - На том перекрестке... Бывай, Алукард
   - Бывай
   Когда я вернулся домой, Смайлик уже не спала.
   - Где был? - спросила она сонно
   - С Алукардом встречался
   - И?
   - Если повезет, то через несколько дней все будет кончено
   - А если не повезет?
   - Если не повезет, то мне будет уже все равно
  
   Алукард пришел не один. За его спиной стояли пятеро одинаково сложенных парней неопределенного возраста. Все они были одеты в черные джинсы и белые майки.
   - Это и есть тот самый Дагон? - скептически спросил один из них, похоже, предводитель.
   - Не похож он на хорошего бойца, - заметил другой
   - Что ты здесь делаешь, пацан? Тут взрослые дяди играют.
   - Вы его в деле не видели, - сказал Алукард
   Парни синхронно пожали плечами.
   - Нашел? - спросил я
   - Отель "Роза", последний этаж. Номеров немного, коридоры извилистые
   - От меня что-то требуется?
   - А ты можешь что-то предложить? - спросил один из парней
   - Алукард, зачем нам эти идиоты? - вздохнул я. - Мы и вдвоем справимся
   - Да вы без нас и внутрь не войдете, - сказал беломаечник.
   - Зачем идти против толпы? Они пошумят, мы наверх пройдем, - сказал Алукард
   - Мог мы мне сказать, я бы позвал своих ребят
   - Таких же придурков, как и ты? - спросил предводитель
   - Любой из них вас по стенке размажет, - сказал я
   Ко мне тут же подскочили два парня, один попытался ударить, я увернулся и попал под второго, который просто толкнул меня. Я растянулся на полу. Оказывется, они все разного роста и комплекции, я просто не разглядел в темноте. Парни заржали. Я встал и улыбнулся. Во вне закипела злость.
   - Зря вы так, - укоризненно сказал я.
   Они стояли и улыбались. Зря. Первый получил удар в живот, второй нож в ребра. Остальные хотели броситься на меня, но предводитель остановил их.
   - Не трогать. Сами виноваты. Нельзя недооценивать противника. Поднимайтесь.
   Нападавшие поднялись. Тот, кого я ударил ножом, бросил на меня полный ненависти взгляд.
   - Зря ты так, - сказал предводитель. - Теперь у нас на одного меньше.
   - Я всего лишь по ребрам скользнул, это почти не помешает... Кстати, ты, амбал. Никогда не пытайся одним ударом завалить противника, который быстрее тебя. Не успеешь. И нож верни
   - На чем мы остановились? - спросил Алукард.
   - На том, что ты дашь мне оружие. Сомневаюсь, что нас встретят с копьями и дубинками.
   - Получишь завтра
   - Хотелось бы сейчас, - сказал я.
   В это время прозвучал выстрел, и один из парней упал. Все бросились на пол. Алукард достал пистолет, сделал пару выстрелов. Ответом было два крика и несколько дыр в стене. Я подполз ближе.
   - Сколько? - спросил я у Алукарда
   - Семеро. Из здания выбраться сможешь?
   - Без проблем
   Я дополз до выхода, пробежался по коридором, разломал заколоченное окно, оббежал квартал. Когда добрался до места, оказалось, что большая часть нападающих уже мертва. В щели меджу домами стоял еще живой человек и что-то бормотал в телефон. Черт! Я в три шага добрался до него, зажал рот рукой и вогнал нож под лопатку. Человек тут же обмяк. Из телефона донеслось: "Держитесь, мы прибудем через несколько минут". Нужно предупредить Алукарда, а пробежать квартал я не успею... Нужно просто пересечь дорогу, расстояние в шестьдесят-семьдесят метров, пустяк. При условии, что в тебя не целятся... Ну и черт с ним!
   Я сделал пару шагов в направлении здания, когда раздался взрыв, и библиотека загорелась. Я со всех ног рванул туда. На середине дороги меня остановил лидер беломаечников.
   - Стой!
   - Где Алукард!?
   - После того, как ты ушел, он приказал убираться из здания. Сам же остался внутри.
   - Дьявол! - прорычал я и рванулся вперед
   - Стой, черт тебя побери! Ты ему уже ничем не поможешь!
   Я на скорости выбил дверь, глаза тут же заволокло дымом. Я побежал вперед, стараясь не дышать и хоть примерно соблюдая направление. Я шел напролом, не разбирая дороги, стремясь попасть на второй этаж, где горели разломанные стеллажи. После неизвестно какой по счету выбитой двери я очутился в просторном зале. Дыма было немного, огня тоже. В дальнем конце, прислонившись к стене, сидел Алукард. Одежда была и идеальном состоянии, лишь на уровне груди виднелась дырка в костюме, сквозь которую сочилась кровь, пропитывая ткань вокруг.
   - Живой? - прохрипел я, опускаясь на колени рядом с Алукардом.
   - Пока что да, - сказал он. - Зачем пришел?
   - Вытащить тебя отсюда, дьявол тебя раздери
   - Скоро он это и сделает, - усмехнулся Алукард. - Пуля пробила легкое, скоро я захлебнусь кровью.
   - Не боись, я тебя вытащу
   - Лучше сиди и слушай, времени на прощание у нас мало. Или уходи
   - Я слушаю
   - Те, что сегодня пришли со мной - уличные наемники. Они помогут тебе проникнуть внутрь. Дальше уже сам.
   - Знаю
   - Абро подставил нас не просто так, ему заплатили. Думаю, ты сможешь узнать, кто.
   - Смогу
   - Если тебе нужно будет еще что-нибудь...
   - Не нужно. Давай лучше потратим остаток твоей никчемной жизни на разговор по душам
   - Я знал, что ты это скажешь - сказал Алукард усмехнувшись
   - А знал, что все так произойдет
   - Предполагал, - сказал он и закашлялся. По его горлу потекла кровь. - Еще кое-что...
   Алукард полез под рубашку, резко дернул и достал темный серебряный медальон с угловатым лицом смеющегося шута, и вложил в мою руку.
   - Держи. Мне его подарила моя сестра. Сказала, что он приносит удачу, по моему же, за его обладателем ходит смерть. Но ты уж хорошо с ней знаком.
   - Да, - сказал я и схватил Алукарда за руку. - Я отомщу за тебя. Клянусь.
   - Сначала тебе нужно отсюда выбраться, - Алукард указал за мою спину
   - Выберусь, - сказал я, оглядев горящие стены
   - Прощай
   - Прощай
   В зале стало очень жарко, царапины безумно болели. "Удачи", - сказал Алукард, когда я выходил в коридор. Его холодный, чистый смех звучал у меня в ушах, заглушая треск горящего дерева. Кожа покрылась мурашками, я ощутил холод - свидетельство того, что нахожусь в шаге от ожогов. Разбивая мешающие головешки, избегая дыма и слишком большого жара, я искал окно. Как назло, ни к одному потенциальному выходу было не подойти из-за завалов. Забрел в другое крыло здания. Над головой затрещала крыша, я побежал, не разбирая дороги, кашляя и хрипя, сквозь режущий глаза дым и заставляющий вскипать кровь жар. Впереди мелькнул просвет, я бросился вперед, полетел вниз и ударился о землю. Это слегка пояснило голову и уняло кашель, я прополз вперед и перевернулся на спину, когда силы кончились. Здание превратилась в огромный факел, дым обсидиановым столбом поднимался в небеса. В окнах многих домов горел свет, с балконов кричали люди, у здания собиралась толпа. Вдали слышался вой сирен. Кто-то толкнул меня в плечо.
   - Повезло тебе, однако, из ада вернулся. Встать сможешь?
   Я повернул голову. Надо мной стоял беломаечник. Подняться оказалось не трудно. Парень поддержал меня, мы прошли несколько улиц и сели в машину.
   - Везунчик ты, да, - задумчиво сказал парень, отъезжая от тротуара. - Из такого пекла выбрался. Адам уверен, что ты труп. Хотел бы посмотреть на его физиономию...
   - Что за Адам?
   - Начальник наш, предводитель. Главарь банды, если тебе так больше нравится
   - Сколько вас выбралось?
   - Трое: я, Немец и Адам. Мы гадов добили, а тут новые приехали. Адам с Немцем свалили, я здесь затихарился. Бандиты начали тут расхаживать, оружием махать, потом пришел еще кто-то отдал пару команд и уехал. Бандиты в разные стороны разбрелись, осматривать все начали. Я решил из укрытия вылезти, а тут смотрю - ты валяешься.
   - Куда едем?
   - В логово к нашим. Леска должна была с разведки вернуться. Посидим, поговорим, решим, что дальше делать
   - Сначала надо кое-куда заехать, - сказал я
  
   Я зашел в дом, оставив парня ждать в машине. На кухне все было в порядке, в комнате был перевернут стол, растрепана кровать, вырвана дверца шкафа и выбито стекло в окне. Я выругался и побежал вниз.
   - Гони к своим!
  
   В небольшом полуподвальном помещении было прохладно и сыро. Тьму рассевала тусклая лампочка, висевшая над железным столом, на котором располагались ноутбук с колонками, стопка дисков, куча бумаг, коробка с пивом и несколько кошельков. У стен стояли двухъярусные кровати, три из них были заняты. У стола на табуретке сидел Адам - высокий загорелый парень с тонкими чертами лица, узкими плечами и длинными руками. В его зубах тлела сигарета.
   - Итак, позволь мне представить мою команду
   - Вернее то, что от неё осталось, - заметил я
   Адам кивнул
   - За моей спиной Псих, - низкий худой широкоплечий парень с длинными волосами приветственно кивнул, - Слева в шляпе Кардинал. С Бомбо ты уже познакомился
   Амбал сердито засипел.
   - Тебя сюда привез Хмель. Леска прибудет с минуты на минуту... Ах, вот и она!
   Лица вошедшей я не рассмотрел. Она взяла из коробки бутылку, вздохнула и устало упала на кровать
   - Плохи наши дела, - сказала она. - В отель прибыл наряд полиции, да и своих людей у клиента прибавилось. Внутрь попасть будет сложнее, да и одному там не управиться. Нужны еще люди.
   Адам вопросительно взглянул на меня
   - Не волнуйся. Эту часть я беру на себя. Вам нужно сделать свою часть работы, раз деньги заплачены
   - То есть, продолжаем готовиться?
   - Да. Мне нужно кое-куда съездить.
   - Хмель тебя подвезет, - сказал Адам.
   - Лучше я, - сказала Леска. - Быстрее получиться.
   - Хорошо. Следуй за ней.
   Мы вышли на улицу, и я увидел приставленный к стене мотоцикл. Весьма неплохая и недешевая вещь.
   - Садись. Куда ехать?
   Я назвал адрес, и мы поехали. Водила девушка неплохо, только две последние скорости включала слишком рано, от чего мотоцикл неприятно дергался. Мы остановились у черного входа, я зашел внутрь, Леска пошла за мной. Я зашел в комнату, захватив по пути изорванную куртку, и принялся копать в карманах.
   - Я не знаю твоего имени, - сказала Леска. - Прошлый заказчик умер, его имени я тоже не знала. Это мне, в принципе, и не надо, но лицо увидеть нужно
   Щелкнул выключатель, я обернулся. Девушка нервно заморгала, затем её глаза расширились от испуга. Я узнал её сразу же и рванулся вперед, не обращая внимания на пятна в глазах от резкого перехода из темноты в свет. Леска испуганно вскрикнула, но сделать ничего не успела. Я схватил её за горло и прижал к стене.
   - Не ожидал снова тебя увидеть, - сказал я. - Скажи, как тебе мое лицо? Такое... необычное... А ведь из-за я так неудачно упал. Я потерял друга и приличный вид благодаря тебе, прекрасная метательница сюрикенов. Какого черта ты тогда делала на складе!?
   Это была та самая девушка азиатской наружности, грудью которой так восхищались мои коллеги, и которая изящно метнула сюрикен мне в ребра. Сам сюрикен я нашел позже, копаясь в куртке - как оказалось, я не выбросил его, а положил в карман. Вместо клейм и узоров на нем было слово "Мария". Я очень долго смеялся и напевал старую песенку.
   - Работала.... И меня обманули также, как и вас.... Я ничего не знала о ловушке и с трудом сумела убежать.
   - Где ублюдки сейчас?
   - Половину убил твой друг, другие где-то затаились и ждут, пока все рассосется.
   - Не хочешь стать частью первой половины?
   - Если ты меня убьешь, мои друзья найдут тебя...
   - И что? Как люди они мне не нужны, у меня своих достаточно. Как препятствия, я могу легко устранить их
   - Тогда вперед, убивай
   - Я этого не сделаю. Будешь мне должна
   - Хорошо... Что дальше? Может, отпустишь меня, наконец?
   - Ладно
   Я медленно разжал руку. Девушка осторожно посмотрела на меня, попыталась отойти, но я притиснул руки к стене и прильнул к ней. Сначала было нелепое удивление, но затем она с жаром ответила на поцелуй. Смешно.
  
   Леска то и дело нервно поглядывала в сторону, где оставила мотоцикл. Я неизвестно в который раз прошелся от центра двора до стены дома, возле которой мы стояли. Двор замкнутый, входа только два - с противоположных углов. Если нас захотят поймать, то сделать это будет проще простого, и никто даже не вмешается - ни одного окна нет.
   - У тебя имя есть? - спросил я, чтобы убить время. - В смысле, человеческое имя, а не погоняло.
   - Есть. А тебе зачем? - глупо спросила девушка.
   Я рассмеялся. Мы едва перебросились парой фраз со времени знакомства, а я уже поражался её детской глупости, смешанной с наивностью и привычкой верить во все сказанное другими. Если бы не шрам, я бы решил, что бросок сюрикена мне приснился.
   - Как зачем? Вот женюсь я на тебе. И как же я буду представлять тебя свои друзьям. "Вот моя жена, прошу любить и жаловать. Как зовут, не знаю, прозвище - Леска".
   - Не поняла
   - Чего ты не поняла?
   - Когда ты решил на мне жениться?
   - Прямо сейчас, - я решил поиграть в театр абсурда, - Завтра купим кольца и распишемся
   - Мы же несовершеннолетние, - неуверенно сказала Леска
   Я отлично разбираюсь в людях, и могу за определить их чувства, лучше чем они сами. Я был готов поспорить на что угодно, что она не поняла шутки.
   - Ну, это можно обойти, - продолжал я издеваться, - Я знаю людей, который могут нас обручить. Свидетелей тоже не трудно найти - на каждом углу валяются и заранее празднуют. Так что, покупаем кольца - и все. К твоим глазам подойдет тонкое колечко с крошкой рубина.
   - А платья? - тупо спросила Леска. - Что с тобой?
   Гореть мне в аду за такие игры. Аллах покарает меня за такое свинство. На мои глаза навернулись слезы. Ужасно хотелось упасть, бешено хохотать и кривляться. Но я сдержался. Леска подошла ко мне и коснулась плеча. Я резко вдохнул и медленно выдохнул. Затем минуту ничего не говорил.
   - У тебя есть чувство юмора? Знаешь, вообще, что такое юмор - черный, белый, фиолетовый хоть серо-буро-малиновый?
   Девушка непонимающе смотрела на меня.
   - Я пошутил, невеста ты моя дорогая
   Какое-то время девушка смотрела на меня и непонимающе моргала. Слишком часто. За это время я успел отлично рассмотреть её: маленькая, добрая и наивная девочка. Родители не ласкали её, не дарили кукол, о любви она читала только в старых паршивых романах. В то время, как другие дети собирались группами и шли играть, нарушать общественный порядок или колотить самого младшего и беззащитного, она бродила по сырым негостеприимным и беспощадный улицам, прижимая к груди единственную куклу - подарок избалованной девочки-чудовища какого-нибудь богача, который просто лень выбрасывать и легче отдать такому плохо одетому и всеми презираемому чуду. Позже, когда все склоняется перед гормонами, девушки не рассматривали её, как соперницу, парни считали легкой добычей. Поняв, что хотят большинство мужчин от большинства женщин, девочка нисколько не изменилась, она также прижимала к груди истрепанную куклу. Испробовав это на себе, она стала белой вороной, предметом для плевков и избивания девушек и задирания юбок и шлепков по заднице парней. Для родителей она была недоразумением, возникшим в результате того, что им было лень забежать в аптеку. Она продолжала мечтать о любви из романов, и все подряд пользовались этим. В какой-то момент она убила, но не поняла, что сделала. Ей вдолбили в голову, что убийство - величайшее зло, человеческая жизнь бесценна. Она убивает с закрытыми глазами. Открыть глаза значит убить её. Пусть внешне она и выглядела, как черная вдова, хладнокровный убийца - истрепанная кукла и мечта о настоящей любви никуда не исчезли. Увидев истинное лицо человека, легко предсказать его судьбу. Сейчас я знал её судьбу. И почему я ничего не сделаю? Потому что у меня есть своя цель, свои проблемы и своя смерть. Теоретически, ей еще может попасться человек, который сделает её счастливой. Который способен на это. Только я не видел, чтобы такой шанс давался дважды. Со стороны ближнего выхода послышался грохот. Леска бросилась туда. Какой-то бродяга попытался украсть её мотоцикл. Убежал от смерти он с трудом. Уверен, было бы поблизости кладбищу, оттуда бы закричали: "Ну дайте же наконец-то поспать!" Леска осмотрела своего Буцефала и успокоилась. Вреда ему не причинили. Когда мы встали на исходную позицию, девочку с куклой безжалостно затолкали туда, где не ступала нога неандертальца. С противоположного входа послышался легкий шум, и в щели между домами появилось человек двадцать. Во главе шел высокий худой парень с длинными покрашенными перекисью волосами. Одет он был в кожаный плащ до пола. Левая рука была обмотана цепью. В правой руке зажата битва с вколоченными в неё гвоздями. Другие выглядели примерно также, у некоторых были банданы с черепами и буквами "А" в кругах. Скрыться в тени зданий я не успел.
   - Дагон! - заревел идущий впереди
   - Хой! - поддержали его остальные
   - Ну привет, парни. Давно не виделись. Есть работа.
   - Хой! - снова крикнули парни.
   - Это кто? - спросила Леска
   - Это..., - я улыбнулся. - Это мое детство.
  
  
   - Экстремистская анархическая группировка "Дельта". Состоит из самых отчаянных людей с улицы. Возраст людей от четырнадцати до двадцати. Образовалась из небольшой дружной компании. Поначалу промышляли разбоем, грабежами, торговлей наркотиками в малых количествах. Очень редко убийства. Ну и конечно же, воцарение анархии. Дагон умело использовал её в своих целях.
   - Это все? - спросил Абро
   - Они нападут сегодня ночью
   - Откуда такие сведения у начальника отделения полиции?
   - Это еще не все, - сказал начальник, низкий толстенький человек с пронзительными серыми глазами и черными волосами с проседью, - они будут пользоваться только холодным оружием
   - Откуда такие сведения, - повторил Абро
   - Ваш так называемый Дагон сегодня днем назначил мне встречу и сообщил об этом.
   - И вы его не задержали!?
   - А зачем?
   - Вы... Ай, ладно! Раз эти сопляки будут только с холодным, неа не составит труда их перестрелять
   - А вот этого не будет. Я пообещал, что мы тоже будем без огнестрельного оружия.
   - И вы ему поверили!? Это же очевидная уловка, чтобы лишить нас преимущества
   - Он только уравнял шансы. И я верю ему больше, чем другим якобы честным людям.
   - Ладно, хрен с ним. Все равно, нам ничего не грозит. У нас обученные люди...
   - А у него, думаете, нет? Я уже сталкивался с этой группировкой. Поверьте, это опасные ребята. У них умелый командир. И не думайте, что Дагон пошлет всех вперед, а потом будет сидеть и ждать. Он пойдет первым
   - Что ж, тогда все будет просто, - улыбнулся Абро.
   - Никаких "просто". Я сказал, что нельзя. Если сегодня будет произведен хоть один выстрел, я засажу вас пожизненно.
   - Какого черта вы вообще все это допустили?
   - Потому что не терплю несправедливости, - сказал начальник и пошел к выходу. - И, кстати, вот еще. С ним будут "Фазаны".
   - Ну, ничего, я сполна отыграюсь на твоей сучке, Дагон, - пробормотал Абро, когда начальник вышел.
  
  
  
   - Скажи мне, что мы со всего этого получим? - в сотый раз спросил Череп, нынешний предводитель "Дельты"
   Я проигнорировал его. За моей спиной Леска говорила по телефону.
   - Они готовы, - сказала она через минуту.
   - Пусть приступают, - сказал я
   - Но мы все еще далеко
   - Доверься мне
   - Ладно
   - Пошли, - сказал я.
   - Мы не двинемся, пока ты не скажешь, что это нам даст, - требовательно сказал череп.
   - Немного деньжат, немного опыта и тонну лулзов
   - За лулзы! - закричал Череп
   - За Дагона! - поддержали анархисты.
   - Смотри и запоминай, - сказал я Леске.
   Эта ночь запомниться жителям квартала надолго. Анархисты орали, громили все подряд, распевали шедевры КиШа и вообще вели себя неприлично. У отеля все было относительно спокойно, пока не пришли мы. Как только появились анархисты, "Фазаны" отошли.
   - На этом наша работа заканчивается, - сказал Адам. - Дальше ты со своими оборванцами
   - Идет. Уходите?
   - Пожалуй, нет. Посмотрим, чем все кончиться. Если что, постараемся увезти то, что от тебя останется. За дополнительную, плату, разумеется.
   - Идет
   Я пошел ко входу.
   - Я с тобой, - сказала Леска.
   - Это не твое дело
   - Нет, мое. У меня тоже есть с Абро кое-какие счеты...
   - Хорошо. Но на последний этаж я иду один.
   - Если этот этаж будет
   - Насчет этого можешь не волноваться
   Мы плавно вошли внутрь. На первом этаже были полицейские и щитами и дубинками. "Хой!" - крикнул кто-то из наших, и началось. Я достал кастеты и пошел сквозь людей, как раскаленный нож сквозь масло. Правда, вскоре противников мне не осталось, полицейские и анархисты разбились на дуэльные кучки. Я подошел к лифту. Не работает. Пошел по лестнице вместе с теми, кто также не нашел себе противника. Так просто пройти нам не дали. Каждый этаж приходилось отбивать. Чтобы добраться до лестницы, требовалось преодолеть лабиринт коридоров. Из каждой комнаты вываливался полицейский. Мы продвигались все выше и выше, число шедших за мной сокращалось. Вскоре со мной остались только Череп и Леска. Она была вооружена своеобразной дубинкой. Забавно. Мы прошли еще один этаж и столкнулись с людьми Абро.
   - Этих не щадить, - сказал я
   - Началось, - сказала Леска
   - Хой! - крикнул Череп и бросился вперед.
   Я шел впереди, и живых сзади не оставалось. Кастеты-лезвия - удивительная штука. Леска неплохо фехтовала, Череп отлично махал дубиной и здоровенной цепью. Со времени нашей последней встречи он неплохо подучился. За спинами врагов то и дело мелькало лицо Абро, но добраться до него я не мог. Наконец мы добрались до последнего этажа. Здесь был только один огромный номер перед последними дверьми стояли семь человек.
   - Дальше уже я. Разбирайтесь с этими. Потом можете спускаться.
   - Хой!
   Я пошел вперед, Леска и череп бросились с боков. У моих ног упали два человека, остальные не успели мне помешать, и я вошел внутрь. В комнате было темно, возле дальней стены стоял Абро. Облокотился на огромное шелковое кресло.
   - Среди ублюдков шел артист в кожаном плаще - мертвый анархист, - задумчиво сказал Абро.
   Я сделал несколько шагов вперед. Из-за кресла послышался крик, Абро ругнулся, пнул что-то ногой и поднял Смайлика. Она была связана, он развязал её, и заслонился девушкой. Вытащил из её рта кляп
   - Дагон, - слабо сказала она.
   Не смотря на следы побоев, порезы и рассеченную губу, мятую и грязную одежду, она была прекрасно. Абро приставил к её горлу, на котором были видны следы удушения, длинный нож.
   - Сделай одолжение, мой юный анархист, отойди подальше, - сказал он.
   Я так и сделал.
   - Знаешь, когда мы рассек мне лицо, я поклялся, что отомщу. Так и вышло. Твою рожу уже кто-то покарябал. Но у тебя еще есть слабые места
   Я молчал.
   - Как только я кое-что узнал о тебе, то задался вопросом - какого черта ты возишься с какой-то там поклонницей суицида, предлагаешь свою любовь девке, которая раздвигает ноги пред каждым, кто захочет, когда у тебя есть она, - он кивнул на Смайлика. - Богиня. И всецело твоя. И потом я понял. Жадность. Ты хочешь иметь все - и корабль в шторме истинной любви со взлетами и падениями и тихую гавань, теплое лоно, где можно передохнуть. Где тебя всегда приласкают и утешат путем сексуального удовлетворения. Только знаешь, так не бывает. Бог велел делиться. Как только прикончу тебя, навещу твою главную любовь и утешу её. Уверен, ей понравится. Как там её зовут?
   Абро гадко засмеялся. Я сделал шаг вперед.
   - Стой, где стоишь! - прошипел Абро, прижимая острие ножа к шее Смайлика. - Иначе полюбуешься на милый красный фонтанчик. И будь другом, положи кастеты, чтобы не искушаться.
   Я откинул кастеты в сторону
   - И нож тоже. Медленно, без резких движений
   - Ты совершаешь большую ошибку, - сказал я. - Главную ошибку ты совершил, когда пошел против меня. Затем еще несколько. Эта же приведет к твоей смерти, - говорил я, левой рукой кладя нож на пол и залезая правой в карман плаща.
   - Ты слишком высокого мнения о себе, - сказал Абро. - Скоро мне надоест с тобой болтать, и я тебя убью. А потом еще развлекусь с твой подружкой...
   Я усмехнулся. Это было последнее, что увидел Абро. Сюрикен рассек переносицу и глубоко вошел в мозг.
   Смайлик бросилась ко мне. На её плечо попала кровь.
   - Что это было? - испуганно спросила она
   - Сюкен, - сказал я, наслаждаясь ароматом её волос.
   Не знаю, сколько мы простояли. Целуясь, обнимаясь и что-то бормоча. В какой-то момент я снова понял, где нахожусь и что нужно делать. Я поднял кастеты и подошел к трупу. NЖаль, что ты умер так легко. Попади ты в мои руки, я бы устроил тебе ад. Ты бы молил о смерти, скулил, но я оставался бы равнодушным. Холодные и методичные пытки. Я бы не убил тебя. Отрубил бы тебе руки и ноги и оставил подыхать в грязном темном переулке среди мусора, наркоманов, пьяниц и бывших зеков. Ты бы стал посмешищем, развлечением для отбросов, тебя бы прикармливали, чтобы не сдох. И никто не сжалился бы над тобой и не убил тебя. Всем твоим миром была бы помойка. Только если бы тебя никто никуда не перенес, в чем я сильно сомневаюсь. Ты бы жил долго, очень долго, переживая своих старых мучителей и приобретая новых. Ты бы пережил меня, и, умирая, я бы смеялся над тобой... Если бы у меня была возможность за всю свою жизнь воскресить одного любого человека, я бы воскресил тебя. Не Алукарда, моего друга, не других моих знакомых, а именно тебя. Не за то, что ты виновен в смерти Алукарда, не за то, что попытался убить меня. За то, что сделал со Смайликом. Я бы стал дьяволом, инквизитором, палачом и священником, яростью, жесткостью, болью и искуплением. Я бы стал страшней самого худшего, что может произойти с человеком. Ужаснейшим кошмаром..."
   - И перестал бы быть собой, - сказала Смайлик. Оказывается, все это время я говорил вслух. - Не нужно ненавидеть мертвеца. Он изнасиловал меня, ты наказал его. Нужно уважать смерть. И надо бы похоронить его.
   - Смерть - это мой старый друг. Поэтому об уважении не может идти и речи. Что же касается этого куска мяса, то пусть валяется здесь. Служащие могут пустить его на удобрения, а то тут цветы слишком чахлые. Пойдем отсюда.
   Я взял её за руку и мы медленно пошли. За дверью лежало семь туров, Лески и Черепа не было. Весь отель опустел. Полиция ушла, забрав с собой раненных. Имущество отеля пострадало не сильно, лишь на первых трех этажах были видны следы сражения. Мы прошли мимо расколоченных стеклянных дверей и спустились по усеянной осколками лестнице. Во внутреннем дворике, в котором находился вход, собрались все анархисты. Они словно чего-то ждали. У некоторых были пробиты головы, сломаны конечности, ножевых ранений почти не было, синяки, ушибы и ссадины получили все.
   - Хой! - крикнул Череп, как только увидел меня.
   Остальные его поддержали. Кроме стоящих в центре дворика четырех парней.
   - Так ты уделал Абро? - уважительно спросил один из них, высокий лысый детина
   - С дороги, - сказал я.
   - Погоди, - поморщился парень. - Ты наверху был, значит что-то хапнул. Анархисты делиться должны Правильно я говрю?
   Анархисты закивали.
   - Давай так, - продолжал детина. - Ты нам деньги, а мы тебе - дорогу.
   - Или плащик твой, - сказал низкий белобрысый парень с широкими плечами и битой в руках.
   - Или еще чего-нибудь, - сказал голубоглазый шатен в джинсовой куртке с выкидным ножом в рукаве.
   - Или девчонку твою на пару минут, - добавил лохматый рыжий парень с ядовито-зелеными глазами и засмеялся.
   - Повторяю, с дороги, - спокойно сказал я и пошел вперед.
   Лысый детина упер мне руку в грудь.
   - Не-не-не, - замотал головой он. - Плати. Делиться надо. Кошелек или жизнь.
   Парень угрожающе поднял кулак.
   - Или смерть, - сказал я.
   Кастеты наделись за полсекунды. Я ударил одновременно ударил лысого по руке и лицу. Следующий удар пришелся в живот. Парень не успел упасть, а я уже шел дальше. Остальные несколько замешкались, но затем бросились вперед. Шатен махнул ножом, я уклонился и ударил его по свободной руке. Белобрысый подошел с другой стороны и ударил дубиной. Не успевая уйти, Я блокировал кастетом и разжал кулак. Пальцы чуть не оторвало. Белобрысый получил пол ногам и упал. Шатен получил по лицу, рыжий хотел напасть, но внезапно побледнел, его кадык дернулся. Я предплечьем отбил руку с поварским топориком, ударил кастетом по горлу, схватил парня за шиворот и бросил на землю. Тот упал на спину, захлебываясь кровью и рвотой. Я резко развернулся. Рыжеволосый боец превратился в безобидного и беззащитного мальчишку, с ужасом смотрящего на то, как я подхожу к нему и ставлю ногу на голову и начинаю давить. Парень заплакал, потом закричал и резко смолк. Отерев ошметки мозгов об его одежду я пошел дальше. Шатен ползал на коленях в луже крови, среди которой виднелся глазной белок, воя и шаря по земле руками. Услышав меня, он приподнялся и залепетал. Я прошел мимо него и ударил с разворота по голове, снимая скальп. Шатен упал на землю, визжа так, что начинали болеть ужи. Я подобрал его нож и разбил кадык ногой, чтобы парень заткнулся. Белобрысый попытался ударить битой, когда я к нему подошел. Я ногой выбил биту из ослабевших пальцев, прыгнул парню за спину, схватил за голову и перерезал горло. Лысый стоял в стороне, пытаясь подняться на ноги. Его глаза были готовы вылезти из орбит. Руки ходили ходуном, а коленки ритмично дергались. "Не надо, не надо", - дрожащим голосом повторял он. Я остановился и несколько мгновений смотрел в его глаза. Ничего, кроме дикого страха в них не было. Взвесил в руке нож, сделал шаг вперед и со всей силы всадил клинок в макушку лысого. Парень дернулся и обмяк. Я отбросил окровавленный кастет в сторону и осмотрел толпу. Все ошеломленно рассматривали трупы. Ничего, кроме ужаса и отвращения не читалось на лицах. Череп неуверенно преступал с ноги на ногу, не зная, что предпринять, чтобы вернуть себе контроль над бандой. Леска смотрела перед собой пустыми глазами. Что-то в ней изменилось, будто она проснулась от долгого сна... Когда я заговорил, в она вздрогнула и потрясенно вздохнула.
   - Кто еще хочет что-нибудь у меня потребовать? Не стесняйтесь, - мой голос стал скрипучим и хриплым, будто я не говорил много лет.
   Люди продолжали стаять и таращиться, кто на меня, кто на трупы. Вначале я не точно определил состав толпы. Среди анархистов стояло множество знакомых мне людей: одноклассники, знакомые, бывшие друзья и просто случайные прохожие, ни одного из которых я не мог толком рассмотреть. Чувствуя, что теряю сознание, я глубоко вздохнул и быстро подошел к Смайлику. Её лицо исказили лютая боль и отчаяние. Она мелко дрожала и с трудом держалась на ногах. Я взял её под руку, и мы пошли прочь. Толпа перед нами расступалась, люди испуганно шарахались. Перед тем, как скрыться в темноте, я сказал, не оборачиваясь:
   - Каждый, кто посмеет хоть на километр подойти к моим близким, закончит свою жизнь так же.
  
   Смайлик сидела на кровати. Я стоял у окна и вглядывался в темноту. Мой разум отказывался понимать мою судьбу. Зачем ломать дорогих мне людей? Почему бы просто не заставить меня страдать, грызть землю, посыпать голову пеплом? Вы хотите сломать меня? Но сколько бы вы не пытались, я останусь собой. Вы калечите дорогих мне людей. И не остановитесь, пока не измените меня. Только это невозможно. И что я должен сделать, чтобы остановить это? Я не хочу страдать за других и не могу измениться. Но, похоже, по-другому быть не может.
   Я подошел и обнял Смайлика. Та заплакала. Из изумрудных глаз текли слезы, невероятной красоты алмазы, обжигающая кожу кислота, смертельный яд, излечивающий любые болезни эликсир, битое стекло, кровавый дождь, благословление и проклятье.
   - Прости, - сказал я.
   - Скажи, кого ты на самом деле любишь, Дагон? Кто тебе дорог?
   - Ты
   - Не ври, пожалуйста
   Я никогда не чувствовал себя так плохо, как сейчас. Что я могу ответить? Я любил девушку с каштановыми с рыжим отливом волосами и бездонными серо-зелеными глазами. Я совершал ошибки, падал в ловушку, выбирался и попадал в следующую, увлекая за собой все больше людей. И, похоже, сейчас дошел до последней, из которой уже не выбраться вместе с ними. Здесь уже не помогут умения артистично маневрировать и превращать ложь в правду. Чтобы выбраться, нужно кого-то бросить, предать, обмануть, оставить на съеденье. Бескровно отсюда не выбраться.
   - Ты ведь любишь её, да?
   Я молчал. Я не мог ответить. Иногда я не знал, что ответить, иногда мог уверенно сказать: "Да! И всегда буду любить!". Сейчас же я ничего не отвечу. Мое сердце - трофей горгоны, в нем нет жалости, есть только цель. Мне надоело изворачиваться. Лучше уж разрубить все узлы и идти дальше, запутывая новые.
   - Ответь, пожалуйста, - жалобно сказала Смайлик.
   - Какой ответ тебе нужен? Чего ты хочешь? Чтобы я свел тебя с ума ложью или убил правдой?
   - Мне нужен ответ. Не важно, какой.
   - Ты его не получишь, - сказал я, встал и раздраженно прошелся по комнате.
   Некоторое время стояла тишина. Слышались гудки машин и ругательства пьяниц во дворе. Раздалось приглушенное рыдание.
   - Что же я натворила? - сказала Смайлик. - Что же я с тобой сделала? Почему я не ушла, когда еще была возможность это сделать? Я была бы несчастной, но другие получили бы шанс стать счастливыми. Из-за меня ты стал чудовищем
   - Ты ни в чем не виновата. Я совершал ошибки и теперь плачу за них. Алукард, будь он проклят, играл со смертью и получил шанс сыграть последнюю и лучшую свою партию. Ты бы ничего не изменила
   - Изменила бы. Ты бы был счастлив
   - Я и счастье несовместимы. Я раз за разом делаю одно и тоже, пытаюсь вернуть её любовь потому, что я этого хочу. Я заранее знаю результат. Это моя игра, и меня не заботит конец, я живу процессом. Я могу остановиться, но зачем?... Когда я впервые встретился со смертью, она властно кивнула мне, вселяя ужас, и прошли мимо. В следующий раз она кивнула приветственно, узнав меня. Сейчас же мы идем бок о бок, как старые друзья. Везде я вижу её приглашающе протянутую руку. Когда-нибудь я в ответ протяну свою, и моя игра закончиться. До тех пор я не остановлюсь и буду играть.
   - И ломать жизни. И разбрасываться счастьем, потому что оно тебе ни к чему. Кто-то будет тебя ненавидеть, кто-то будет тебе благодарен. Я же приношу людям только несчастье
   - Забудь об этом. Есть только ты и твои желание. Желания остальных ничего не значат. Чего ты хочешь сейчас?
   - Не знаю, - честно призналась Смайлик. - Сейчас мне хочется, чтобы ты обнял меня и сказал: "Я с тобой, я люблю тебя и всегда буду рядом". Через секунду - чтобы возненавидел меня и прогнал. А еще через мгновение - чтобы просто убил
   - Значит, ты хочешь уснуть. Ты устала
   - Обними меня. Просто обними
   Я обнял её и закрыл глаза, наслаждаясь темнотой и ароматом её волос.
  
   Несколько следующих дней мне постоянно названивали то из полиции, то черт знает откуда. Я посылал всех куда подальше. Правда, один раз идти по этому адресу пришлось мне.
   - Слушаю, - сказал я в трубку с омерзением. - Предупреждая сразу: мне плевать, как вас зовут, сразу говорите кто вы и что вам нужно
   - Здравствуйте. Я адвокат Алукарда
   Я удивленно открыл рот. Бывает и такое.
   - Не можем ли мы где-нибудь встретиться?
   - Где?
   - В кафе "Степь". Знаете, где это?
   - Знаю
   - Я буду там через час, если вам будет удобно
   - Удобно
   - Тогда до встречи
   Мне очень не хотелось оставлять Смайлика одну. Она почти не разговаривала, но вапросы отвечала односложно. Но я должен был сходить на встречу. Я отлично знал Алукарда и догадывался, что тот поручил адвокату. Это могло принести прибыль и улучшить состояние Смайлика.
   Обычно я прихожу минут за пять до встречи, это моя привычка. Можно осмотреться и подготовить нужные фразы. Но в этот раз я слишком мало знал, поэтому подготавливался в автобусе. Я вылез на площади то ли революции, то ли восстания или еще чего-то там и прошел остаток пути в триста метров пешком. Можно было заказать такси, но я отказался по нескольким причинам. Во-первых, триста метров - это не расстояние. Во-вторых, дорого и непрактично. В-третьих, я хотел иметь хотя бы небольшое представление о месте встречи. Вряд ли это ловушка, но лучше на всякий случай сразу наметить пути отступления, чем бежать потом неизвестно куда, рискуя попасть в тупик или куда-нибудь свалиться. Кафе стояло среди других похожих заведений. Во дворе был пожарный выход, но бежать этим путем было бы неудобно - оказываешься на открытом пространстве, до ближайшего выхода на улицу метров сто. Дверей множество, на каждой магнитный замок, сходу не откроешь (приложив силу, потратишь от трех до десяти секунд, в зависимости от мощности магнита и веса двери). Я больше предпочитал узкие коридоры, где может развернуться полтора сравнительно худых человека с множеством сужающихся и расширяющихся ответвлений. В любом лабиринте я чувствовал себя лучше любого минотавра. Конечно, недостатки есть, но они есть везде.
   Я вышел на площадь, посмотрел на огромные часы на постаменте, кивнул и вошел внутрь кафе. В ушах зазвенело от тишины. Через несколько секунд я стал различать приглушенные голоса, шепот, стук фарфоровой чашки о блюдце, скрежет вилок по тарелкам и резкие смешки. В помещении царил приятный золотисто-дубовый полумрак. Помещение было разделено на три зала, отличавшихся друг от друга лишь количеством столов. На полу песочного цвета плитка, когда-то шершавая, сейчас гладкая, но не скользкая. Стены обиты желто-зеленым шелком, на каждой несколько картин, горшков с вьюнами и бутафорских луков с полными колчанами стрел. Под темно-синим потолком висели несколько квадратных светильников. Я подошел к покрытой темными панелями стойке, за которой стоял низкий человечек в синем костюме, сильно похожий на бурундука.
   - Что вам угодно? Хотите заказать стол? Самый дешевый вон в том углу
   Я ухмыльнулся. В любом официальном учреждении меня принимали подобным образом, считая, что денег у меня очень мало или вообще нет. Один раз я поддался искушению и на глазах изумленного фотографа в салоне вытащил огромную пачку американских президентов.
   - Нет, спасибо. Мне назначил здесь встречу один человек...
   - Так вы Дагон? - как-то неуверенно спросил бурундукообразный человечек, словно надеясь, что ошибся.
   - А что, непохож?
   - Честно говоря, нет, - сказал человечек, к нему подошел официант и что-то прошептал. - Это все-таки вы. Следуйте за официантом.
   Мы прошли в правый зал, официант остановился у одной из занавесок.
   - Советую не подслушивать, - сказал я, заходя внутрь.
   Занавески почти не пропускали свет в небольшую овальную комнату, покрытую образующими рисунок плитками. В центре располагался стол со стеклянной столешницей на стальных ножках. За ним сидел не худой не толстый старик в черно-сером костюме.
   - Приятно с вами познакомиться
   Старик поднялся и протянул руку. Несмотря на кажущуюся немощь, пожатие было крепким. Мое уважение к нему сразу же возросло. Ненавижу вялые рукопожатия, словно человек сейчас упадет от потери сил или старается вытереть об твою руку сопли.
   - Алукард рассказывал мне о вас
   - Не сомневаюсь. Время хоть и бесконечно, но зачем попусту тратить полезное
   - Вы правы, - старик присел. - Вина?
   - Не откажусь
   - Кстати о времени, - сказал старик, налив вина в хрустальный бокал на янтарной ножке. - С чего вы решили, что оно приносит нам пользу? Мы стареем, умираем, и все это из-за времени
   - Время бесконечно, соответственно, на нас с вами повлиять никак не может. Им никто не управляет
   - С чего вы так решили? Может, кто-то управляет им используя нас?
   - Тогда бы этой встречи не было. И вы уводите разговор в сторону
   - Прошу прощения. Это все старость. Перейдем к делу. Алукард завещал часть своего имущества вам
   - А именно?
   - Дом и кое-какое количество денег. Квартира так и оформлена на Алукарда. Были проблемы с полицией, но я их уладил. В свое время мы прятали целые страны, не то, что одного человека... Вы мне ничего не должны, Алукард уплатил
   - Это все, что вы хотели мне сказать?
   - Касательно дел, да. Но, думаю, у вас возникли ко мне вопросы.
   - Вы правы. Но я задам вам лишь один. Что за картина?
   Я кивнул на смутно различимое изображение. Огромная равнина, плоская, как стол, равнина. В правом углу виднеется темная пропасть, дно которой усеяно костями, а стены покрыты человеческими скелетами.
   Ближе к нижнему краю полотна небольшая горка черепов, на вершине которой лежит человек с отрубленными конечностями. Грязные темно-каштановые волосы растрепаны, разбитые губы искажает презрительная улыбка, лицо скорчено от боли. Холодно сверкают кроваво красные глаза. Смотря на это, я слышу внутри себя ледяной смех мертвеца.
   - Как бы вы её назвали?
   - "Месть"
   -Угадали... Вы уверены, что больше ничего не хотите узнать?
   - Уверен. Узнаю, когда придет время. Спасибо за вино. Прощайте
   - Знаете, вы правы, - сказал старик, когда я отодвинул занавеску. - Временем никто не управляет. И это печально. Возможно, в противном случае мы бы не делали то, что делаем.
   - Люди не меняются, - сказал я и вышел из комнатки.
  
   - Я больше не могу, - сказала Смайлик.
   Мы вернулись в квартиру Алукарда. Поначалу я думал, что все будет хорошо, но Смайлику не стало лучше.
   - Мы должны куда-нибудь съездить. Сменить обстановку. Тебе нужно развеяться. Мы справимся со всеми проблемами. Мы одна семья все-таки
   - Нет. Я не могу
   - Попробуй. Напейся, обкурись, переспи с сотней парней, хоть убей меня, но сделай так, чтобы тебе стало лучше!
   - Я хочу умереть
   - Почему?
   - Я не могу жить. Это... Это давит на меня убивает... Я постоянно слышу, чувствую... Ты со мной, но этого недостаточно. Я хочу умереть, но не могу сделать этого сама. Пожалуйста, убей меня!
   Я был бессилен. Впервые я абсолютно ничего не мог сделать. Даже искренняя любовь была бесполезна. Я всегда считал, что никто кроме меня не знает, как можно страдать. Но глядя на Смайлика...
   - Я сделаю это. Дай мне несколько дней.
   - Спасибо. Перед тем, как умереть я хотела бы последний раз побыть с тобой
   Вместо ответа я поцеловал её. Вот моя последняя ловушка.
   Гораздо позже я достал из шкафа печатную машинку, пачку бумаги, захватил сигареты, заперся в своей комнате и сел за стол возле кровати. Закурил сигарету, поудобнее устроил пепельницу из человеческого черепа, закрыл глаза и напечатал первую фразу. "Он никогда бы не решился посмотреть ей в глаза, если бы это не было его последним шансом что-то сделать". Слова текли рекой, скорость движения пальцев по клавишам соответствовали скорости мыслей, сигареты выкуривались неспешно. На семнадцатой странице, чтобы не заснуть, я включил музыку. Голос покойного Горшка (светлая память любимому нами злостному потребителю веществ) заметно ускорил работу. Впервые все шло так быстро, без ошибок и противоречий, без сбивания с темпа. Все просто и красиво. Сводит с ума.
   Когда я проснулся, музыки не было. Я лежал на кровати (не помню, чтобы вставал из-за стола), Смайлик сидела в кресле и дочитывала повесть. По её щекам текли слезы, а на губах играла улыбка. В криво усмехнулся. Я был готов отдать что угодно, лишь бы увидеть эту улыбку, а она досталась мне за какие-то слова.
   - Это прекрасно, - сказала она, дочитав. - И печально. Очень. Ты обязан показать это ей.
   - Возможно, - сказал я. - Только, думаю, ты немного переоценила эту дурь
   - Возможно, я чересчур эмоциональна. Покажи ей. Она может верно оценить. Уверена, она скажет то же, что и я
   - И еще добавит, что это слишком мрачно, слишком жестоко, слишком биографично, слишком правдиво и так далее, - проворчал я. - Хотя, правдивость она зачтет в плюсы
   - У тебя будет возможность проверить свои догадки
   - У нас, милая. У нас
   - У тебя, - сказала Смайлик горько. - Надеюсь, ты не забыл сове обещание
   - Я никогда не даю обещаний. Но то, о чем ты просишь, сделаю. Завтра
   - Не надейся переубедить меня за это время.
   - Я и не буду пытаться. Я просто хочу побыть с тобой
   Конечно же, я пытался. Только ничего из этого не вышло. Наступило завтра, прошел день, наступила ночь.
  
   Она лежала в горячей ванне. Она была прекрасна. Богиня. Я взял скальпель и аккуратно перерезал яремную вену. Кровь не ударила фонтаном, но потекла очень быстро. Слишком быстро.
   - Прости, что оставляю тебя одного
   - Тебе не за что просить прощения. Если бог существует, то ты получишь желаемое. Я очень бы этого хотел
   - Я уже получила то, что хотела. Благодаря тебе... Ты должен пойти к ней и поговорить. Поверь, это поможет. Она любит тебя. Вы будете счастливы
   Я горько усмехнулся. Смайлик начала закрывать глаза.
   - Я люблю тебя, - сказала она
   - И я тебя
   - Ты любишь её. И она тебя любит. И вы будете счастливы
   Она закрыла глаза. Я отпустил её руку только тогда, когда почувствовал, что она остыла. Как же мне хочется заплакать. Но я не знаю слез и от этого страдаю еще больше. Я потерял многих друзей и близких, но никогда не плакал. Плакал, когда узнал о смерти любимого музыканта, и все. Дагон не знал слез.
  
   Дальше был туман. На похоронах на меня смотрели не зло, никто не кричал: "Убийца". Во взглядах была жалость. В некоторых уважение и ужас. Я вернулся в холодную квартиру. Посмотрел в отражение в окне. Лицо украшено красноватым шрамом от брови до шеи. На меня смотрит нечто. Там нет наивного мальчишки, каким я был. Там нет Артема Гвоздева, писателя под псевдонимом, воспевающего самоубийства и месть. От Дагона тоже мало что осталось. Небольшой кусок Алукарда, попавший сюда случайно. Кто-то смеется. Презрительно. Я разбиваю окно, закрываю лицо руками и сползаю по стене. Копаюсь в осколках, нахожу самый острый и подношу к внутренней стороне правого предплечья. На нем еще видна сеточка от игры лезвием от безопасной бритвы. "Столбики электропередач", как я привык их называть. Стекло хорошее, боль сильная. Натыкаюсь острием на упругие сухожилия, поднимаю чуть выше. Идет неплохо. Левое хуже. Чертовы вены сколькие, как слизняки. Раньше бы я взбесился, но сейчас спокойно продолжаю чертить кровавые дорожки вдоль предплечья. Никто от меня не ускользнет. Пытаюсь резать дальше, вена утирается, следуя советам Теневого Джеки, чуть приподнимаю и проворачиваю острие. Работает. Огромное вам спасибо, Железный Роджер. Наконец дело закончено, я отбрасываю осколок в сторону, расслабляюсь. Внутри меня что-то кипит, но я не обращаю внимания. О чем кипит, понятно. Бешенство по поводу того, что страха нет. Совсем. Когда к человеку идет Смерть, он дико боится и пытается убежать. Я же жду. Иди же быстрей. Мое сердце - трофей Горгоны, там нет ничего, кроме холодного смеха. Алукард, нужен третий игрок? Возможно, мы....
  
   Глава 2. Самый сильный наркотик.
  
   - Двести, - сказал низкий сухой старичок, держа в руках пять карт
   - Утраиваю, - ответил высокий потрепанный блондин с нахальным взглядом
   - Ах ты, поросенок! Ты против кого идешь малявка?! Да я колоду месил, когда ты еще под стол ходил!
   - Оно и видно. Принимаешь?
   - Я думаю...
   - Ну, думай, думай...
   - Принимаю
   - Пас, - сказал третий, высокий щуплый негр.
   Четвертый, среднего роста широкоплечий шатен лет восемнадцати, лишь кивнул
   - Стрит. Видишь, малявка!
   - Ха! Полный дом! - рассмеялся блондин
   Старичок схватился за сердце.
   - Чтоб ты сдох, упырь бездомный. Чтоб твоя потаскуха-мать...
   - Эй, ты не наглей. Мама - это святое
   - Ешьте вы все землю! - закричал четвертый. - Флэш-рояль!
   Старик и блондин стихли. Блондин вскочил со стула, потряс головой, посмотрел на карты, схватил со стола хрустальный кувшин, выпил все содержимое в один глоток и потряс головой еще раз еще раз. Затем пораженно рухнул на стул. Старичок посмотрел в потолок, потом на карты. Негр дрожал так, что вибрировала часть стола. Шатен победно улыбался.
   - Жулик! - проскрипел старичок
   - Мочи шулера! - закричал блондин и прыгнул на стол
   - Кстати, а как там наш суперигрок? - спросил негр, когда все утихомирились и поставили стол на место. - Помню, ему тоже удавалась рояль выкладывать.
   - Эх, хорошая тогда была игра, - старичок мечтательно закатил глаза. - Вот мы с ним тогда
   - Уймись, - сказал шатен. - Правда, интересно. Он, по слухам, ислам принял
   - Да вот и нифига, - сказал блондин. - Валяется в больнице
   - Да ну, он труп уже, - сказал шатен.
   - Да не труп, - сказал блондин. - Вот Призрак - уже труп. Три раза уже по частям собирали, на четвертый не собрали. Всегда говорили ему: "Завязывай с мотоциклами, помрешь". А он в ответ монтажкой бил. Вот и доигрался
   - А они, вроде знались? - спросил старичок
   - Ну да. Как раз вместе в "мазду" въехали. Гвоздь несколько ребер сломал, а Призрак знатно вляпался. Его после этого во второй раз спасали.
   - А в третий что с ним было?
   - Решил по недостроенному мосту на байке покататься. Колесом в щель какую-то попал, улетел на арматуру.
   - Неповезло
   - Ага... А Гвоздь выкарабкается, молодой еще, да и прозвище подходящее... Но дурак, конечно, какой!
   - Да уж! По такой дури, да из-за бабы!
   - Бабы - это последнее, из-за чего стоит ссать кипятком
   - Меси, Мамба, - сказал старик. - Чего-то мне снова играть захотелось.
  
  
   Перед дверью в кабинет начальника издательства, нервно перешептываясь, ожидали три человека. Из кабинета доносились крики и глухие удары. К нервной тройке и сидящей за столом молоденькой секретарше подошел высокого роста человек в идеально сидящем на нем старинном белом костюме.
   - По какому поводу сбор? - спросил он, поправляя очки с круглыми стеклами. Впечатлительной секретарше показалось, что его длинные, до пояса, белые волосы шевельнулись, как клубок змей.
   - Поликарпыч опять взбесился, - ответил один из нервной тройки
   - Кто у него там?
   - Щавель
   - А-а... Тогда понятно
   - А ты зачем сюда пришел-то?
   - Да у меня к Поликарпычу дело есть
   - Не советую. Он сейчас в таком бешенстве, что от тебя мокрого места не оставит
   - Нам не нужна низкопробная фантастика! - заорал кто-то в кабинете. - Проваливай!
   Дверь открылась, и в коридор вылетел молодой растрепанный парень. Поднявшись, он осоловело посмотрел по сторонам и пополз прочь. В следующую секунду из кабинета вышел огромный мужчина лет сорока с короткими волосами и четырехдневной щетиной. Он оглядел работников яростным и полубезумным взглядом. Нервная тройка встала по стойке "смирно", секретарша задрожала. Взгляд начальника смягчился и стал почти деловым, когда он посмотрел на небрежно облокотившегося на столик секретарши парня.
   - А-а, Сергей! Заходи, поговорим... А вы чего встали!? У вас что, работы нет!? Я сейчас мигом найду! Работать! Живо! - от рева начальника, казалось, задрожали стены.
   Сергей зашел в кабинет, и дверь захлопнулась. Нервная тройка тяжело вздохнула, а секретарша упала в обморок.
   - Устраивайся поудобнее, - сказал Поликарпыч, садясь в кресло. - Что там с нашим делом?
   - Никуда меня не пустили. Валяется он в реанимации, будет жить или нет - под вопросом
   - Как так? - удивился начальник. - У него же там пустяки. В этом деле главное - в больницу привезти. Его привезли, какие могут быть проблемы?
   - Нашли его поздновато, пришлось с того света тащить. К тому же, врачи что-то с лекарствами перепутали, он сначала в клинической смерти побыл, теперь в коме валяется. Неизвестно, когда очнется, если вообще очнется.
   - Повесть, в принципе, можно уже сейчас выпускать, тираж за день раскупят, но все-таки есть места, который хорошо бы отредактировать... Можно, конечно, позвать кого-нибудь другого, чтобы прошелся...
   - Не советую. Писатели те еще сволочи - могут так испоганить, что потом ничего не сделаешь. Сами знаете... К тому же, он еще может выкарабкаться. У него это не первый раз
   - В нашем деле нужно иметь четкий план. А он таков: если за две недели ничего не меняется, мы запускаем книгу в продажу. Кстати, нужно придумать название. На милости судьбы надеяться не стоит.
   - И кого мы будем просить название придумать?
   - Никого! - рявкнул Семен Поликарпыч. - Для хорошего названия нужно прочитать повесть, а какой-нибудь проныра мигом выложит книгу в свободный доступ, и мы останемся с носом! Сами придумаем. Ты и я
   - Хорошо, - кивнул Сергей.
   - Пока мы будем придумывать название, я выбью деньги на тираж, не показывая никому книгу... Кстати, ты позаботился о том, чтобы первым узнать, если что случится с нашим писателем?
   - Один пациент и две медсестры. Сообщат сразу
   - Отлично. Теперь остается подготовка. Мы сорвем огромный куш!
  
  
  
   Свет, что-то синее, что-то белое, что-то стеклянное. Приглушенные звуки.... Темнота и тишина. Интересно, сколько я тут. Я ведь уже был здесь, правда?... Открываю глаза, морщусь, моргаю. Белый грязный потолок, пара ламп. Поворачиваю голову... О, хлорид натрия, снова вместе! Что там еще на очереди? Плазма, это тоже старая знакомая, что-то непонятное, метронидазол, тоже старый знакомый. При внутривенном введении ощущения весьма забавные. Будто по венам разбитое стекло течет. Кстати, о стекле. Как там мои руки? Ничего, забинтованы, пока что не болят. Пробую пошевелить пальцами, внутри словно что-то щелкает, и все тело пронзает резкая боль. Твою мать! Что на этот раз!? Какую заразу вы мне занесли, айболиты!? Левая рука занята капельницей (плазма так медленно идет), пытаюсь поднять правую и замечаю, что та привязана к кровати тонкой полоской бинта. Разрываю полоску, рука болит ужасно. Замечаю идущую от руки трубку, по которой течет неприятного цвета желтая жидкость. Нащупываю наполовину наполненный пакетик... Теперь все понятно. Опять чертов сепсис. Знаем, летали! Больше недели ходил с торчащей из пуза трубкой и чертовым пакетиком... Холодно же как! Кожа сухая, пить ужасно хочется. И спать. Нет, сначала пить! Спать нельзя, пропущу медперсонал... Черт, все же заснул! Вырубился, и все. Плазма на капельнице исчезла, осталась вода соленая и вода кусачая. Вторую в пузатой стеклянной бутылочке устанавливает высокая молодая медсестра с красно-каштановыми волосами и черными глазами со слипшимися от туши ресницами.
   - О, здрасте, - говорю я приветливо. - Не были бы вы так добры, чтобы принести мне хотя бы ведро воды. А лучше два.
   Девушка пытается молча уйти.
   - Не может быть, чтобы такая красивая девушка может быть злой. Хотя бы стакан. Пожалуйста! Не для того же меня спасали, чтобы убивать Через минуту девушка приносит стакан воды. Ура! Крепко обхватываю граненного спасителя, руку безумно сводит, пальцы начинают дрожать, и стакан разбивается об пол. Медсестра достает из-за угла труппку с совком и убирает осколки.
   - Ну вот, теперь мне влетит от дежурного врача, - укоризненно говорит она.
   - А мы ему ничего не скажем, - я некоторое время рассматриваю её милую грудь. - Пропажу одного стакана не скоро обнаружат. К тому времени меня не будет, и вы сможете все свалить на больного. Я не обижусь, обещаю.
   - Ну спасибо... У нас туту вообще дурдом. Иногда на серьезные нарушения не обращают внимания, а иногда и за пустяшную оплошность выговор сделать могут
   - В подобных учреждениях все делается по желанию левой пятки заведующего отделением... Думаю, вы будете настолько добры, чтобы принести еще один стакан? За это разрешу вам обращаться со мной на "ты". Уверен, вас зовут Марина
   Девушка немного смущается, замечая, на что я смотрю, и уходит. Странно. Второй стакан она мне не доверила, пришлось пить с рук. Вода противная, теплая и слегка горьковатая. Мерзость!
   - Меня зовут Оксана, - говорит медсестра, ставя стакан на столик
   - Прелестное имя, - замечаю я. - Я Дагон
   - Забавное прозвище. А имя есть?
   - Есть. Артем. Но это мое второе прозвище
   Оксана улыбнулась.
   - Можно нескромный вопрос? Сколько я тут?
   - Пять дней.
   - Мда, нехорошо... А почему я в реанимации один? Не сезон?
   - Типа того
   - А почему вокруг меня не сидит куча родственников и друзей и не ловит приколы?
   - Глава отделения запретил. Приходили твои родители и какая-то девушка...
   - С рыжими волосами, чуть ниже меня ростом?
   - Да
   Я вздохнул и выругался. Вот теперь мне точно конец.
   - А сейчас что?
   - Первые несколько дней они по очереди в коридоре дежурили, родители звонят постоянно, спрашивают. Девушка каждый день сюда приходит
   - Сейчас она здесь?
   - Она, скорее всего, внизу, в отделение обычно не пускают
   - Черт!... Ладно, сходите к врачу и скажите, что я хочу с ним поговорить
   - Сейчас в больнице только дежурный
   - Сойдет
   Врач вошел так, будто был ведущим мировым хирургом. Он окинул меня ленивым взглядом, отчитал медсестру и соизволил обратиться ко мне:
   - О чем вы хотели поговорить со мной?
   - О посетителях
   - В реанимацию строго воспрещено впускать посетителей, если...
   - Врете, - холодно сказал я. - Я уже бывал в подобных тому местах и знаю, что исключения делаются довольно часто
   - Но не тогда, когда я на посту. Ваши родственники и сидящая внизу юная особа нарушают правила и мешают персоналу работать. Я бы с удовольствием прогнал их, но...
   - Глава отделения запретил, - сказал я
   - Относительно родителей -да. Но относительно той девушки...
   - Я советую вам не предпринимать никаких действий. Иначе можете за это поплатиться
   Врач надулся и презрительно усмехнулся.
   - А ты в курсе, что я могу сделать так, чтобы тебя признали здоровым и отправили домой, где тебе будет очень плохо? В любой момент
   - А вы в курсе, что я могу сделать так, чтобы вас признали мертвым от перелома шеи и привезли в морг, где вам будет очень плохо? В любой момент
   Врач отошел на шаг
   - Мне некогда с вами разговаривать. Вы обсудите все с главой отделения
   - Мы еще не закончили обсуждение, - сказал я. - Сделайте мне одолжение: не сообщайте никому, что я пришел в сознание
   - До тех пор, пока не придет оперирующий вас врач, - сказал врач, выходя
   Я кинул. Это меня устраивало.
   - Зря ты так, - сказала Оксана.
   - Сегодня суббота, верно?
   - Да
   Отлично. У меня полтора дня на то, чтобы все обдумать. Я попал в крайне паршивое положение. Одному из больницы мне не убежать, связаться с кем-нибудь возможности нет.... Мне бы один звонок! В бытность свою главой "Дельты" мне часто приходилось вытаскивать людей из больниц, интернатов и даже тюрем. Ко мне часто обращались с просьбами выкрасть людей, поэтому мы с Черепом собаку съели на таких операциях. Зачастую речь шла о краже девушки для каких-нибудь отчаявшихся влюбленных при деньгах. Больницы всех видов были самым легким. Хватало двух человек. Я навешал больного и объяснял, что нужно делать, а Череп ждал в назначенном месте, чтобы увезти его. Выкрасть тоже было несложно, очень редко мы привлекали третьего человека. Интернаты легко поддавались правонарушениям. Общественные места и транспорт, машины, дома и квартиры не представляли для нас проблем. А вот тюрьма... Самое сложное наше дело. Привлекалось все общество, но все равно нам с трудом удалось совершить задуманное. За него мы получили солидный куш, но свою часть я потратил на услуги врачей и лекарства. К счастью, сестра Черепа была нейрохирургом, поэтому висящую на куске кожи и мышц руку удалось пришить обратно... Мне все больше не нравилось настроение в организации, и я решил покинуть её, всерьез занявшись писательством и учебой. Первое целиком пожирало время, отведенное для второго, поэтому ничего хорошего из этого не вышло. Это не значит, что я болван, совсем наоборот, намного умней многих своих сверстников. Просто планово учиться было не интересно, поэтому я редко посещал занятия. Изучал я только то, что нравилось, и, естественно, знать стал гораздо больше. Поначалу меня хотели выгнать, но затем внезапно передумали. Почему - не знаю. Пользы я особой не приносил, вреда, впрочем, тоже, а проблемы документов меня не интересовали. Одно писательство мне не нравилось, и я попробовал заняться музыкой. Выучил три аккорда на гитаре, я собрал таких же амбициозных и ничего не умеющих людей. После семнадцати песен (стихи и музыка мне давались не очень трудно, правда все они сильно походили на творчество ныне покойного Горшка), одного концерта в местном доме культуры и феерической ссоры группа распалась (что естественно - срифмовать пять слов и придумать подходящую мелодию мог только я). Вернувшись к писательству я наконец-то смог придать приличный вид некоторым своим произведениям, и их издали. Впрочем, пользы, кроме денежной я от этого не получил (когда нет музы, написать что-то хорошее сложно), и, познакомившись с Алукардом, забросил это дело.
   Забавно у меня мысли скачут. У меня так всегда, но ярче всего проявляется при употреблении большого количества лекарств и наркотиков (что, в принципе, одно и тоже). Не о том мне думать нужно! Скоро жить станет трудно (промывать мозги и давить на жалость будут активно), и нужно найти выход. Убежать нельзя, но... Именно! А я и забыл про это! Всех неудавшихся самоубийц положено помещать в психушку. Продержат там не долго, недели две, но этого хватит, чтобы эмоции немного угасли. Мне хватит их и сейчас, пока выздоравливаю, поэтому лечиться нужно как можно быстрее. В прошлый раз с сепсисом быстро разобрались. Главное вытащить эту чертову трубку из моей руки, потом можно будем уже бегать. Скорей бы только это произошло, а то я человек неуравновешенный, могу и сорваться. Остается ждать
   Ну да, неделя или больше, конечно! Вечером у меня поднялась температура и заболела голова, пить захотелось ужасно, я всю ночь не спал. Медсестры в панике пытались сбить безостановочно растущую температуру, выдали мне аспирина, от чего к утру я чувствовал себя так, словно два дня прожил в долинах Мак-Мёрдо. За пять минут температура упала с сорока до тридцати пяти градусов, что чуть меня не убило. Меня постоянно бросало из жара в холод, ни лекарства, ни спирт, ни капельница не помогали, я часто терял сознание и бредил, что воспринимал, как лучший из подарков небес (когда я находился в сознании, время тянулось, как золотая проволока). Мысли постоянно сбивались, и я не мог связать два слова. Я с трудом дотянул до понедельника
   Очнувшись, почувствовал, что холод, жар и жажда ушли, пришла убийственная усталость. Кто-то ласкал мою ладонь. Теплая, мягкая и нежная кожа. Я открыл глаза. Не совсем правильные лицо, брови и губы, зеленые глаза с легким оттенком серого. Длинные волнистые волосы каштанового цвета с сильным рыжим отливом. Под глазами мешки от недосыпания, веки немного распухли от слез. На меня смотрела моя вечная любовь, моё вечное проклятье и благословление. Единственный дорогой мне человек, без которого у меня нет жизни. Мои губы тронула слабая улыбка.
   - Как ты узнала?
   - Лене кто-то сообщил, и она рассказала мне
   - Прости, - сказал я
   - Зачем ты сделал это? - её голос одновременно излечивал и рвал остатки души.
   - Я..., - мой голос сорвался
   Я эгоист, наркоман, алкоголик и анархист. Мне плевать на все. Я... Я не знаю, почему я это сделал!
   - Я совершил ошибку
   - Ты не ответил на вопрос, - в её голосе отчетливо проступил металл
   - Это был бешенный порыв, я не думал ни о том, что делаю, ни о последствиях
   - Но почему ты не пришел ко мне? Я всегда готова помочь тебе
   - И что бы дала эта помощь? Я бы мучил и себя и тебя. А так ты могла бы меня со временем забыть. Лучше сломать человека один раз, чем ломать его всю жизнь
   - Со временем и ты мог бы меня забыть...
   - Тебе мало доказательств, что я никогда тебя не забуду?
   Она замолчала и провела рукой по лбу. С её плеч упал халат, она наклонилась, чтобы поднять его и зацепилась за край кровати. Рукав её куртки задрался, и я увидел кончик струпа. Резко схватил её за запястье и вывернул руку так, что та хрустнула. По предплечью, вдоль вены шел тонкий порез от лезвия безопасной бритвы. Тренировалась...
   - Какого черта? - зарычал я, сжимая пальцы (мышцы молили о прекращении пытки, но я был беспощаден).
   - Я говорила, что если ты умрешь, то утянешь за собой других
   - Почему? Чувство вины? - я был зол, поэтому не постеснялся говорить издевательским тоном
   - Потому что я тоже люблю тебя идиот! - сказала она и заплакала. - И всегда любила.
   Я разжал пальцы, и рука беспомощно упала на кровать
   - Ты говорила мне пару раз, добавляяя какую-нибудь фигню типа "как друга", "как брата"... Один раз сказала просто так, когда я смеялся над своим самоубийством, говорила, что я тебе очень дорог, что если попытаюсь что-нибудь сделать с собой, то не переживешь этого... дай руку.
   Я медленно водил пальцами по предплечью, изредка нажимая на вены.
   - Я не верил, потому что сам обманывал некоторых таким образом. Сволочи и лжцу сложно поверить в правду... Иногда я ненавидел тебя, хотел разозлить, заставить чувствовать виноватой по отношению ко мне... Ребячество, конечно... Почему ты просто не сказала мне?
   - Я пыталась тебе сказать, но ты ничего не ответил. Решила, что либо тебе все равно, и ты просто забавляешься, либо хочешь использовать меня. Когда узнала о передозе, почувствовала себя виноватой, но мне сказали, что ты соврал, и я поверила... Я боялась признаться. Меня уже предавали люди, которым я открывалась и доверяла свои тайны. Но когда ты сделал это...
   - Прости, я не хотел стать причиной твоих слез... Тебе лучше?
   - Да, больше не болит, спасибо. Это очень приятно
   - Старый трюк...., - я вздохнул. - Мне очень жаль. Я не хотел причинять тебе боль
   - Тебе тоже было больно
   - Я привык. Боль почти не мешает, - сказал я. - Она не имеет никакого значения
   - Для меня она важна
   - Знаю
   Мы что-то говорили друг другу, я держал её за руки, потом она ушла... Смешно. Я думал, что знаю все свои ловушки. Но сегодня столкнулся с самой коварной. Она часто говорила мне, что не доверяла никому, кроме меня. Я не верил. Думал. Что раз она открывалась многим, значит, говорила так всем... Странно. Я считал, что вижу все, но не замечал самого простого. Что она просто не может быть одна, её это убивает. Ей нужен человек, который готов просто быть рядом. Молчать и слушать, ничего не требуя. Люди же любят это, любят сломать и испортить то, на что сами не способны. Я невольно присоединился к ним и предал её... Сильнее всего человека гложет ненависть к самому себе. Это единственное, что нельзя свалить на другого. Здесь виноват только ты... Я постоянно смеюсь в этом театре абсурда, где никто не знает сценария, но все рвутся в суфлеры. Я совершаю ошибки, но получаю счастье. Разве это не смешно? Здесь бесполезны слова, я могу сказать, что чувствую, но меня никто не поймет. Да никому они и не нужны.
   Через двадцать минут пришел главврач, и после не очень долгого, но весьма полезного для нас обоих разговора, меня перевели в обычную палату к трем поломанным железнодорожникам. И к обеду начались серьезные испытания. Первые два дня я думал, что либо умру, либо выйду из больницы полным психом, но на третий родители наконец перестали со мной ругаться и спорить (все слова закончились за пару часов, затем просто повторялись, но в какой-то момент ссориться надоело всем) и согласились приходить в больницу раз в день на пару часов (с едой, естественно - на больничных харчах еще ни один самоубийца не прожил и нескольких дней), а не сидеть там сутками и пилить меня почем зря. Остаток дня я спал, а затем решил все-таки познакомиться с товарищами по палате. Парни оказались компанейскими, в чужие дела не лезли, но помогали, если нужно было. У двоих были сломаны руки, третий валялся с переломом позвоночника. Единственным нашим занятием были карты и шахматы (вторые очень быстро всем надоели по причине моего превосходства в навыках и опыте). До конца недели у меня также дико скакала температура, вместо засыпания я просто терял сознание, из руки постоянно шел наипротивнейший красно-желтый гной, голова частенько болела, но к выходным мне стало лучше. В понедельник, хорошо перед этим покушав, я смог встать с кровати - вернее, меня подняли на ноги, потому что руки болели дико и слушаться отказывали. Я знал, что сразу же в глазах потемнеет, и больной упадет на кровать или руки поддерживающих (опыт пятилетней давности никуда не делся). Но также по прошлому опыту мне было известно, что после первого вставания сможешь сносно ходить через полтора дня. К тому времени из руки наконец-то вытащили проклятую трубку, отчего мне сразу стало гораздо лучше. Количество вливаемых в организм жидкостей уменьшилось во много раз. Если первую неделю иглу из меня вообще не вынимали, то теперь кололи только пять раз в день. Катетеры я всегда презирал и ненавидел, поэтому к началу третьей недели походил на лютого героинщика (особенно, когда с рук сняли бинты).
   Я приходил в себя с бешенной скоростью, незадолго до выписки меня посетил парень из "Терновника" - издательства, которое первым опубликовало мои "опусы". После смерти начальника я начал сотрудничать с другими издательствами (вернее, я всегда сотрудничал со всеми, кто мог меня опубликовать, но после этого не имел дел с "Терновником"). Парень представился Сергеем и положил на стол рукопись.
   - Наше издательство ознакомилось с ней и хочет опубликовать. Она хороша, очень хороша, но все-таки её не мешало бы доделать. Если вы возьметесь за это, издательство гарантирует вам её публикацию большим тиражом...
   - И семьдесят процентов с прибыли мне в руки, - сказал я.
   - Это невозможно, - твердо сказал парень
   - Ко мне разрешили пускать посетителей только сегодня, - сказал я. - Вы примчались сразу же. Значит, вам до смерти нужно мое согласие. Я же соглашусь только на таких условиях
   - Нас они не устраивают
   Ну да, ну да. Знаем плавали...
   - Значит, устроят другое издательство. Ваш начальник, Поликарпыч, давно занимается этим бизнесом. Он увидел что-то особенное в повести и хочет заполучить её. Получит только на этих условиях
   - Мы можем опубликовать и без вашего разрешения. Копий рукописи всего лишь две, никто о них не знает, так что...
   - Вы бы уже сделали это, будь у вас возможность. Только я могу с легкостью восстановить повесть и договориться с кое-какими людьми. Например, - я сделал паузу, словно раздумывая. - С "АСТом". Уверен, у них найдутся доказательства того, что я подписал с ними контракт на издание книги. Что скажете?
   - Подождите несколько минут..., - сказал Сергей, выходя из комнаты посещений
   Я улыбнулся. Ответ мне известен.
   - Семен Поликарпыч согласен, но инвесторы...
   - Уверен, он сможет их убедить. Я поработаю над рукописью. Как закончу, сообщу
   - Постарайтесь сделать это побыстрей
   Через несколько дней меня выписали и настоятельно порекомендовали побеседовать с психотерапевтом, что я и сделал. От него (точнее, её) я получил предложение полежать в психбольнице, на что с удовольствием согласился. Пускать туда посетителей не любят, а мне как раз нужно отдохнуть. К тому же, я всегда мечтал посетить психушку.
  
   - Эй, Алькатрас! - заревел Димон, которого все здоровые обитатели больницы звали Костылем. - Погоди!
   Я остановился у лестницы, ведущей на третий этаж, где находилась столовая и множество палат. Ремонт здесь делали лет пятнадцать назад, стены уже облупились, с потолков в коридоре и многих палатах текло, оконные рамы насквозь прогнили.
   - Шевели ластами, Костыль, - сказал я. - Опоздаем на обед
   Костыль добежал до меня. Он хромал на левую ногу, левой рукой поддерживал распухшую правую. Он всегда опаздывал в столовую, задерживаясь в единственной женской палате на нашем этаже. Обычно, пока мы поднимались по ветхой лестнице, он весело болтал о девочках, но после того, как его поколотил Макс по кличке "Шкафчик", стал вести себя тихо. Но к девушкам ходить не престал. Хотя, как по мне, выглядел он не очень - среднего роста, непропорционально (как-то топорно) сложенный, с короткими плешивыми волосами (некачественные наркотики употреблял) и тусклыми серыми глазами. Впрочем, находящиеся на нашем этаже девушки были далеко не вершиной красоты.
   - Что у нас сегодня на обед!? - спросил он весело, садясь за стол
   - Ваш любимый супчик! - заорал на всю столовую Миша "Электрик", санитар (вроде как). - Кушайте, ребятушки! А затем ваши любимые общественно-исправительные работы! Вижу, вам не терпится приступить. Но сначала надо хорошенько подкрепиться, чтобы хорошо работать. Правда, Каспер. Вижу, ты рвешься вперед! Ты же наш боец и главный мачо!
   Каспер что-то пробормотал невнятно. Девушки захихикали. Сказать, сколько Касперу лет, было затруднительно. Он был очень высоким и худым. Обтянутые кожей руки висели до колен, костлявые пальцы находились в непрерывном движении. Он посмотрел на меня своими плоскими, как у рыбы глазами и опустил голову.
   - А ты почему не ешь, писатель ты наш? - спросил Электрик. - Тут не Смольный, тут работать надо
   - А ты попробуй подойти и заставить меня, - сказал я, допивая чай.
   Электрик поморщился и почесал бок. Под халатом и рубашкой у него был гипсовый корсет. Нечего пытаться учить новичка правилам хорошего тона. Сломанные ребра будут долго срастаться.
   - Успокойся, анархист, не дрыгай ручками, - сказала Олеся, ковыряясь в салатике. - Кушай
   Я ничего не ответил. В первый же день своего пребывания здесь я затеял драку с тремя считавшими себя крутыми пациентами и частью персонала. Когда мы с Крестом - странного вида парнем, умеющим не только махать кулаками, но и попадать ими в лица, катались по полу, колотя друг друга, мне в лоб заехал косяк двери, и мы полетели к дальней стене коридора. Из палаты вышла среднего роста, чуть ниже меня, девушка с длинными, до пояса, черными (и недавно мытыми) волосами, черными глазами и бледной кожей без видимых глазу недостатков. Она поправила на себе черно-белую пижаму и довольно невежливо попросила убираться и не мешать людям спать. В этот момент ко мне подскочил медперсонал, обездвижил и отправил в карцер. Дойдя до угла коридора, я успел обернуться и увидеть, что девушка мило беседует с Вовой - главарем местной медицинской шайки успокоителей. По всей больнице ходили слухи, что она регулярно согревает ему пост и поэтому имеет некоторые привилегии, вроде нераспространения на неё больничного режима и ежедневного душа (остальным разрешали мыться только раз в неделю, те же, кто попадал в карцер, мылись под дождем или краном в туалете). После выхода из карцера меня попытались побить соседи по палате (местная традиция), потом я попытался побить их, затем, когда ругательства надоели всему отделению, пришил санитары и побили нас всех. В карцер никого не посадили. Тоже традиция.
   В следующий раз наши с Олесей пути пересеклись, когда меня, как новичка, отправили в другое крыло за сигаретами. Не знаю, зачем здесь вообще курить, когда стены больницы пропитаны запахом жженых опилок, но отказаться я не мог (вернее, мог, но зачем?). Добираться до никотиновой палаты предстояло по узким балкончикам, карнизам, сливам, трубам и пожарным лестницам. В палате я некоторое время поспорил с обкуренными пациентами на счет количества сигарет и наспорил полные карманы джинс. На обратном пути я ошибся карнизом (луна исчезла, и стало как-то темно), поскользнулся, вытянул руку, ища опору, и ввалился в открытое окно. Прямо на чью-то кровать. Раздался крик, к истерическому голосу присоединилось еще несколько, я попытался выскочить обратно, но какая-та девчонка (судя по визгу) схватила меня за ногу и ни в какую не хотела отпускать. По высоким моральным соображениям бить я её не стал, но от хорошего удара кастетом по губе мои принципы меня не спасли. Включился свет, прибежали санитары, связали меня и понесли в карцер. Перед этим нехило побив. Но я успел передать Касперу больше половины сигарет (я помнил заветы Макса "если тебя поймали, ни за что не отдавай сигареты девкам и враждующим нам психам; но если не передашь ничего, по возвращению тебя убьют).
   Мы вышли во внутренний двор, где уже стояли больные из другого крыла. Нас пересчитали, разделили по группам и отправили работать: полоть, равнять изгородки клумб, поливать все, что можно. Я некоторое время послонялся туда сюда, делая вид, что активно помогаю кому-нибудь (этим же занимались все здравомыслящие больные). К тому времени, как ушли медсестры (а с ними и их помощники), я пошел к другому крылу. У стены среди многочисленных бычков стоял Жора - мой старый знакомый (я знал его еще до того, как познакомился со Смайликом), сатанист, бывший наркоман, а ныне продавец веселящих веществ и пациент психиатрической больницы N1 имени А. Чайки (хотя я назвал бы его бакланом). Он нисколько не изменился - те же кучерявые огненно-рыжие волосы и такая же густая брода, те же классические брюки с ровными стрелками, длинный кожаный плащ с погрызенным воротником и библия подмышкой. Я встретил его в поликлинике, в очереди к психотерапевту. Как оказалось, он задолжал некоторым людям небольшие суммы денег и склонил к близости девушку, которую склонять не стоило, вследствие чего принял решение поправить психическое здоровье во избежание нарушений здоровья физического. Позже мы снова встретились уже в больнице.
   - Привет, - сказал я, подходя и опираясь о стену
   - Здорова. Когда выпустили из карцера?
   - Сегодня утром, - я потянулся так, что захрустели позвонки. - Как дела за стеной?
   - Как обычно. Наши жидам проиграли
   - Плохо.... Когда валить собираешься?
   - На следующей неделе. Все уже утряслось, можно возвращаться в мир живых. А ты что?
   - Не знаю, - я пожал плечами. - Держать меня здесь могут хоть три вечности, сам я пока еще не решил
   - Советую уходить до ноября, потом сложней намного... Как книга?
   - Почти закончил.
   - Издавать будешь?
   - Буду. Тут делать нечего, только и делай, что пиши... Кстати, бумагу найти можешь?
   - Сколько
   - Ну, листов сто
   - Будет
   - Спасибо
   К нам подошел изрядно поднабравшийся Вова
   - А вы ч-чего не работаете? - спросил он
   - Иди к Олесе. Она с тобой поговорить хотела, - сказал Жора
   - А-а, ну ладно... А вы, работать идите
   - Уже идем
   Вова пошел к двери, по дороги поколачивая психов.
   - Не боишься, что она тебе отомстит? - спросил я, усмехаясь
   - Не успеет... Если повезет, мы насладимся прекрасным шоу. Если не повезет, то только ты
   На землю упала огромная капля. Я посмотрел на затянутое тучами небо, вышел из-под крыши и поднял лицо к нему. Через несколько секунд хлынул дождь. Больные отправились внутрь, медсестры подгоняли непонятливых. Я тихо смеялся.
   - Небеса любят тебя, - сказал Жора. - Бывай
   - Бывай.
  
   - Ну, что, мелкий, чего не рисуешь? - спросил Электрик, посмотрев на пацаненка лет шести с добрыми щенячьими глазами.
   - Мне нузан клсасный каландаш, а ты его заблал, - медленно сказал пацаненок, показывая пальцем на Электрика
   - Кто, я!? - удивился Электрик
   - Ты
   - Я его не забирал... А, я его вижу, вон он
   - Где!? - мальчик побежал в указанную сторону
   - Где моя лофадка? - спросил он, вернувшись без карандаша
   - Убежала наверное, - сказал Электрик. - Ты поищи, а мы пока что прогуляемся
   Пока мальчик искал свою игрушку, Электрик положил её на шкаф.
   - Моя лофадка! Достань!
   - Иди сюда, - Электрик присел на колени. - Видишь ты девочку? Подойди к ней и скажи, чтобы она тебя поцеловала. Поверь, она этого хочет
   Я уныло наблюдал за этим цирком, пытаясь нарисовать гибрид медведя, черепахи и орла. В последний раз вместо карцера меня поместили в комнату к недоразвитым детям.
   - Достань, пожалуйста, - мальчик покраснел и робко посмотрел в сторону белобрысой девочки, к которой питал абсолютно детские чувства (знакомые каждому, кто помнит свое детство). Оно покраснела в ответ. Смешно, что лет через семь такого уже не будет
   - Скажи ей, что хочешь её, - говорил, улыбаясь, Электрик, - Подойди, положи свои руки ей на плечи и...
   - Заткнись, придурок! - сказала Олеся. - Ты натуральное убожество! Озабоченный хренов козел!
   - Отдай лофадку, - заверещал мальчик
   - Сам достань
   - Отдай лофадку, отдай! - на глаза мальчика навернулись слезы, он затрясся.
   - Достань игрушку, твою мать! - крикнула на Электрика Олеся, подходя к мальчику
   Пацаненок упал и конвульсивно задергался. Электрик засмеялся. Я подошел к нему, схватил за шиворот и выкинул из комнаты. Затем подошел к сколоченному из фанеры шкафу и достал игрушку из фиолетовой пластмассы. Кинул её Олесе.
   - Успокой его, - сказал я и вернулся к повести, из которой вылавливал ошибки.
  
   Сразу после того, как Жорика выписали (комиссию он прошел с подобающим достоинством), начались серьезные и плохие перемены. Вову, Электрика и его банду выгнали. Произошло это после того, как те, напившись, притащили в больницу друзей и попытались изнасиловать девушек. Часа в два утра туда прибежали все здравомыслящие люди, мы с Максом и еще несколькими ребятами ввязались в драку, в ходе которой чуть не задавили Каспера, Максу сломали руку, а мне пробили голову. Через три дня большинство медсестер уволили, а на их место пришли некие бесполые существа, каждое из которых было на голову выше меня (мы в детстве называли такое существо "баба-конь"). Вместо карцера теперь связывали, били и кололи аминазин. Для меня сделали исключение и после укола кидали в карцер. Аминазин добавляли в еду. Теперь больных заставляли пить таблетки, и горе тому, кто попробует задержать их во рту, а не проглотить (одному однажды чуть не вырвали язык). Только вот со мной такие фокусы не пройдут, я пятнадцать раз лежал в различных больницах и необходимые навыки приобрел... Что касается лечения, то я, основываясь на своем опыте, решил, что это вообще не медсестры, а ПТУ'шницы (бывших выпускников ПТУ не бывает, как и военных, только мертвые). Об уровне их образования можно судить хотя бы по тому, что они мне выдали вместо обычного и дешевого пирацетама (чтоб голова от напряжения не болела) чертов фенибут. Это, в принципе, не проблема. Проблема в том, что делать стало абсолютно нечего. Бумага у меня закончилась (с двух сторон уже исписана), новую достать негде. Вместо черных джинсов и оранжевой безрукавки я ходил в идиотской белой пижаме, как и все больные. Теперь нас всех сгоняли в одну комнату и держали там несколько часов. Единственным спасением была болтовня с Олесей. После увольнения старого медперсонала она потеряла статус неприкосновенной королевы и проверяла на себе последствия падения с верхушки пирамиды к подножию.
   Однажды медсестры взбесились и принялись бить детей. Меня и так доставало все вокруг, это же стало последней каплей. Результат плачевный - лошадиная доза аминазина, а после того, как очухался...
  
   ... Любимый карцер! Об этой больнице давным-давно все забыли, поэтому она превратилась в тюрьму. Особо буйных или неугодных персоналу помещали в комнатки три на два, переделанные туалеты. Таких гробов было пять. Стены, пол и потолок покрывал раздолбанный кафель. И все. Больше никаких достопримечательностей. Абсолютная темнота мне не мешала, я уже давно научился попадать в дырку у дальней стены. Меня всегда помещали в одно и тоже место... Как же болит голова! Раньше в карцере было хорошо, теперь же медсестры тщательно обыскивали пациентов перед отправкой в гробы. Если что-то находили - раздевали и били. У меня ничего с собой не было, все нужное хранилось в карцере. Но сейчас мне это не нужно. Первое правило для попавших в карцер - хорошенько выспитесь. Остальное потом. Я улегся в углу и закрыл глаза... Интересно, а как карцер называется официально? "Комната временного воспитания"?
   Проснувшись, я увидел... флюресцентно-зеленые закорючки. В абсолютное, черт побери, темноте! Через полчаса это прошло, зато начало сильно тошнить. И жажда была просто ужасная. Судя по всему, вместо фенибута мне дали убийственный баклофен ("баклан", как его обычно называют). Баклофен - "таблетка-шизофреник". Независимо от стажа всегда действует по-разному. В первые раз можно хорошо повеселиться (и помучаться во время отходняка) от двадцати таблеток, а во второй - впасть в кому от пяти. К счастью, из неё, преимущественно, выходят без посторенней помощи. Во всяком случае, от передоза я проспал два дня. В этот раз тоже около того. Через несколько часов - частенько здесь бывая, начинаешь хорошо чувствовать время - принесли тарелку макарон и стакан чая. Есть я не мог, а вот от чая не отказался. Проспав еще несколько часов, я почувствовал себя гораздо лучше. Пощупал стены, нашел нужное место, вытащил плитку вместе с куском раствора и достал из дыры кубик Рубика. В тайнике также находились бутылка воды, банка тушенки, нож, три коробка спичек, пачка аспирина, стопка бумага, карандаш, ампула церобролизина, шприц в стерильной упаковке, несколько пакетиков чая, тюбик солидола, куча бинтов, батарейка и рюмка. Я ничего не тронул - НЗ используют только в самых крайних случаях (поэтому его и называют неприкосновенным запасом), а сейчас все нормально. Я поставил кусок раствора на место и принялся за кубик. Он был сделан для слепых, вместо цветов - точки. Я случайно нашел головоломку в подвале больницы и притащил сюда, чтобы было занятие. Фонарик не брал из принципа. Некоторые сходили с ума в этих гробах. Я считал это испытанием воли. Мне нравилось сидеть в темноте, в тишине, ни о чем не думать. Точки кубика приятно покалывали подушечки пальцев, щекотали нервные окончания... Так... В прошлый раз я собрал две стороны. Я никогда не учил комбинацию, позволяющую собрать куб, пытался додуматься сам. Постепенно я перестал заботиться о том, в какую сторону повернуть следующую грань. Карцер - идеальное место для копания внутри собственной темной личности. Здесь, в этих бесконечных вместилищ одиночества, ты понимаешь себя. Бредешь по темному пирамидальному лабиринту, из одного в другой. Внутри тебя - бесконечность, вечная ночь, беспечный сон, что-то отвлеченное, но крепко связанное с тобой, недвижимые крепкие узлы, бездонная топь... Мои мысли снова и снова возвращались к моей любви, моей боли, моему проклятью, как она любит говорить. Я совершил много ошибок, все они пошли от одной. Если бы у меня был шанс сделать все иначе, я был бы уже мертв. Алукард, Смайлик... Они были моими друзьями, вряд ли я бы смог отказаться от них. Кто-то должен был умереть, они мертвы. Я наплел много узлов и не смог развязать, это сделали за меня другие... Забавно, мне частенько говорили, чтобы я просто забыл о ней, выбросил из головы. "Она играет с тобой, ей наплевать на тебя. Зачем ты её, у неё есть другие?!" - кричали мне. Кто-то говорил об "эффекте френдзоны". Когда девушка держит при себе влюбленного в неё парня для того, чтобы в случае чего поплакаться ему в жилетку. И чтобы он плелся сзади за неё и её подружками, работая нагруженным осликом. Или чтобы платил в кафе, столовой или еще где-нибудь. Или дарил ей дурацкие подарки и говорил приятные слова. Парень исправно делает все это, прыгая от радости от каких-нибудь пары слов благодарности, одного объятия или поцелуя в щеку. Обычно девушка не приглашает этого парня ни на свой день рождения, ни просто погулять. Иногда может поздравить его с каким-нибудь праздником, если не забудет. Очень часто она хлопает глазками и произносит типичные фразы-отговорки. "Я люблю тебя, как брата", "Вот если бы все парни были такими, как ты", "Ты лучший", "Ты самый дорогой мне человек" и прочее в таком же духе. На вопрос же об отношениях такая девушка отвечает что-то вроде "я пока еще не готова, потому что еще не забыла моего последнего парня". И так по кругу. Я знал, что и являюсь этим самым парнем-которого-она-любит-как-брата. Но не делал ничего. Потому что я люблю её, черт возьми, и хочу быть с ней, даже если ей наплевать на меня. Конечно, это меня злило, и пару раз я пытался показать ей обратную сторону "эффекта френдзоны". Лезвием поцарапал себе предплечья (просто всплеск эмоций, как всегда). Она сделала вид, что испугалась, мы задушевно поболтали и забыли. Как-то летом я поехал к друзьям, но через неделю захотел увидеться с ней. Она дала мне понять, что я летом я ей нафиг не нужен (во всяком случае, мне тогда так показалось), а друзья у неё получше есть. Вернувшись к своим, я наелся баклофена, заснул и проснулся в больнице через двое суток. Все это я сделал, поддавшись эмоций и наслушавшись нытья знакомых несчастных влюбленных. О передозе она не узнала, что меня порадовало... Что забавно, последняя попытка суицида была была абсолютно эмоциональной реакцией, межушный нервный узел (а по-научному мозг) в этом вообще не участвовал, и включился в работу только после спасения его от смерти.
   Что мне принесло все это дурачество? Только ненужные проблемы. Конечно, есть шанс того, что она действительно меня любит. Но все, что осталось в живых внутри меня уверяет, что это просто чувство вины. Конечно, я поверил её словам, но я живу ложью. Фокусник может обмануть даже бога, но другого фокусника - никогда. Смерть - величайший актер и фокусник, возможно, поэтому я так крепко с ней связан. Ведь я тоже актер и своего рода фокусник. Я бог в своих книгах. Она же - богиня в жизни. Она и есть моя жизнь. За её любовь я готов отдать даже свой талант. Я предложил жизнь и взамен получил её жалость - то, что я всегда ненавидел... По этим лабиринтам можно долго блуждать, но результата не получишь. Лучше вернуться к этому чертову кубику, в нем есть хоть какой-то смысл. Единственная цель сейчас - собрать все стороны. Единственная цель потом - сделать так, чтобы она либо полюбила, либо возненавидела.
   Меня выпустили через неделю (фортуна мне благоволила - в тот же день пошел дождь), а персонал уволили через два дня. На их место взяли нормальных студенток, и сразу все переменилось к лучшему. В карцер теперь сажали на сутки и только в самых редких случаях. Кормить стали лучше, вечером выдавали кефир. Душ разрешили принимать раз в два дня. Я наладил хорошие отношения с медсестрами, поэтому лекарств мне почти не давали. Зато я смог попробовать "качели"... Ощущения странные и неприятные. Я занялся улучшением своей физической формы - каждый день бегал (теперь спокойных выпускали гулять по больничному городку). Больница располагалась на окраине города, на насыпанном островке в центре реки. Кроме нашего здания на нем располагалась обычная больница с разными отделениями и административный аппаратом, огороженная от нашего здания дополнительным забором. Во время часовой прогулки я внимательно осматривал местность и использовал торчащий из стены котельной кусок балки как спортивный снаряд ( подтягивался и качал пресс, пока мышцы не отказывались подчиняться командам мозга и переставали сокращаться).
   Состав больных изменился. Ушли все, кого я знал, кроме Каспера (Макс Шкафчик от кормления аминазином, фенибутом и еще чем-то слетел с катушек и был отправлен в какой-то реабилитационный центр). Появилось много пятнадцати-шестнадцати летних парней и девушек, большинство из которых просто допрыгались со своими угрозами самоубийства и кошениями под ненормальных или свобожных личностей (что, в принципе, для всех одно и тоже). Благодаря Касперу, я еще при старом персонале стал легендой, как живущий в карцере человек. Большинство людей называли меня "анархистом из карцера" или "Алькатрасом-предводителем". Среди новых пациентов я приобрел статус памятника былым временам и самого древнего обитателя больницы, что было неправдой. Считалось, что я знаю расположение всех тайников и осведомлен обо всех происходящих в больнице событиях. Каспер распространял подобные слухи просто от безделья. Я не возражал. Самым старым обитателем учреждения я не был. Каспер сам лежал здесь больше меня, а парни из палаты, снабжавшей всю больницу сигаретами, жили здесь очень долгое время. Самый старший из них обитал здесь уже два года. Я пару раз навещал их. Больше всего меня удивляла палата - постоянно погруженная в тусклый красный свет, завешенная постерами и заставленная перегонными кубами, колбами, пробирками, ложечками и прочим химическим инвентарем. Как оказалось, в этой палате могли изготовить что угодно в любых количествах. Сюда утекало много лекарств. Медперсонал об этом знал, но ничего не предпринимал, что меня удивляло. Возможно, это стало традицией. Химики из палаты почти никогда не выходили, еду им приносили другие пациенты, врачи же никогда сюда не заходили. Я не знаю, кто держал лабораторию в психбольнице, и как крышевал её, но, похоже, это было выгодно (товар качественный, да и объемы не маленькие).
   Мне вернули конфискованную ранее печатную машинку, и я смог закончить повесть. Её, три рассказа и полромана я показал Олесе.
   - Неплохо, - сказала она. - Лучше многих современных писателей. Но далеко не идеально и даже не отлично
   - Чем не нравится?
   - Скупое описание, много действий, логика хромает, местами большая недосказанность. Ты часто разрушаешь атмосферу, уделяешь слишком много места длительным рассуждениям, которые пишешь сложным довольно сложным языком. Зато у тебя почти нет "воды", что хорошо
   Её ответ, хоть и задел меня, но все же порадовал. Никаких уверток, просто факты.
   - Все это не обязательно плохо, ты просто развиваешься. Например, "Полутень" - уже хорошее произведение. Эмоции настоящие, атмосфера у тебя получилась, серьезных ошибок нет. Достойно продолжения
   Мне нравилось общаться с Олесей. Привлекательной её делала не только внешность. Жесткая прямота и честность, раскрепощенность подкупали. Она жила, как хотела, говорила то, что думала. Она презирала тех, кто не мог разобраться в себе. Не любила лгунов и идиотов. Смотря на неё, я видел свободу. Мне она чертовски нравилась. Узнав о моем музыкальном прошлом, она попросила спеть пару песен. Добыв у одного из пациентов гитару, я спел все.
   - Музыкант из тебя никакой. Больше всего ты напоминаешь гибрид "Короля и Шута" и "Пикника".
   - Я вырос на их песнях. Всегда мечтал создать собственную группу. Попробовал и понял, что это не мое.
   - И правильно сделал
   - Расскажи о себе, - попросил я.
   - Я выросла в семье музыканта и учителя. Отец много пил, мать любила его и пыталась помочь. Они хотели, чтобы я стала хорошей девочкой я же пошла по стопам отца, испробовав кучу наркотиков и переспав с кучей творческих людей.
   - Не жалеешь?
   - Нет. Я никогда никого не любила, мне интересно просто жить и смотреть со стороны. Я была с людьми, гораздо лучшими, чем ты, поэтому, если пытаешься ко мне подкатить, то зря. И не пытайся стать моим другом.
   - Не пытаюсь. Мне просто нравиться с тобой общаться. Ты воплощение того, что я ценю и люблю
   Она расхохоталась
   - Странные же у тебя вкусы, - сказала Олеся
  
   В небольших группах сплетни распространяются очень быстро. Люди стали поговаривать, что мы с Олесей встречаемся, но она очень быстро пресекла их. Из-за Каспера моя писанина расползлась по всей больнице, и мне приходилось бегать по всему отделению и собирать свои произведения. Забавно, но людям нравилось. Особенно чувствительным медсестрам (тем, которые не успели прочитать наимрачнейшую, жестокую и мною любимую "Полутень").
   Из-за болтливости Каспера все доставали Олесю с просьбой сыграть что-нибудь. За три дня ей это надоело, и она, когда я был один, принесла в палату две отличные гитары.
   - И что играть будем?
   - КиШ, "Пикник" и твои песни. На большее ты не способен
   Вечером в столовой собрались все пациенты и персонал. Она играла, как богиня, по её распущенным волосам струился приглушенный закатный свет, глубокие черные глаза таинственно сверкали.
   -Забираю свои слова обратно. Тексты песен плохие, но поешь и играешь ты хорошо
   - Я люблю тебя, - сказал я просто потому, что это было проще всего
   Мы поцеловались, через неизвестно сколько времени Олеся прервала наш поцелуй, посмотрела на меня и улыбнулась. Она верно поняла смысл произошедшего.
   - Ты хорошая бездарность
  
   Собравшаяся комиссия решила подержать меня здесь еще месяц или два (а может и больше) для "более детального обследования и лечения, если оно понадобится". Это не входило в мои планы, и я начал готовится к побегу.
  
   Я закрыл за собой дверь и зашагал к дальней стороне стены. Найдя нужное место, я перебросил через стену рюкзак, подпрыгнул, одной рукой зацепился за щель, второй дотянулся до верха. Нащупал ногой выступ, оттолкнулся и перевалил через стену, не зацепив гремящий верх. Добежал до старой водонапорной башни, залез на верх и спрыгнул по другую сторону забора. Ударился достаточно сильно, но быстро поднялся и продолжить путь. Спустившись к реке, обмотал рюкзак пленкой, положил на голову и спустился в воду. Меня обдало холодом, пальцы на ногах свело. Я поплыл, стараясь шуметь как можно меньше. На середине реки почувствовал, что тону. Черт! Махаю тут конечностями, почти не умея плавать, а до берега еще далеко. Черная ледяная вода быстро отнимает силы, сковывает легкие. В какой-то момент захотелось просто расслабиться и закрыть глаза. Я с трудом поборол это желание. Последние пятьдесят метров, не заботясь о тишине, изо всех сил старался не оправдать свою кличку "Топор", данную братом в детстве. Внутри меня кричали и истерически смеялись множество голосов, кто-то добрый и родной пытался их заткнуть. Я расслабился и посмотрел в темноту. В глубине ко мне призывно тянулись руки погибших друзей. Голоса визжали без остановки, но тут появилась Смерть, и наступило спокойствие, гораздо холодней воды. Я улыбнулся. Отдышался на камнях, сказал смерти "до встречи", надел сухую одежду и зашагал в сторону вокзала, выкинув по дороге мокрую пижаму и пленку. Вокзал встретил меня традиционным длинным мостиком над путями, запахом рельс и тишиной. Прошлую неделю было холодно, но сейчас стали заметны признаки потепления. Я зашел внутрь здания, посидел в зале ожидания, посмотрел расписание, сходил в ларек и купил орешков. Попив горячего чая, я начал бродить по вокзалу. Через несколько часов мне попалось то, что могло здорово облегчить жизнь. В углу, возле одной из касс топтался нервный парень.
   - Полагаю, вы хотите сдать билет? - спросил я вежливо и сонно
   - Ну да, - ответил блондин. - А что?
   - За сколько вы его купили?
   - Триста пятьдесят
   - Я заплачу вам шестьсот, если вы отдадите его мне
   - А вам зачем?
   - Мне как раз нужно ехать туда же, куда и вы собирались. Но я паспорт забыл. Завтра нужно быть на месте, а если сейчас домой возвращаться, то не успею... Короче, ничего противозаконного. Вы согласны?
   - Конечно
   Я отдал ему деньги и взял билет
   - Я собирался ехать к своей девушке, а она сегодня написала мне, что мы должны расстаться, представляете?
   - Да, сам в такое попадал. Уверен, все образуется
   - Надеюсь.
   - Спасибо
   - Пожалуйста
   Через несколько минут объявили мой поезд. Осталось применить все четыреста сравнительно честных способа обмана людей. Я успешно попал в поезд, упал в свое место и положил билет на стол. Обняв свой рюкзак, в котором находились одежда, кубик, колода карт, всякая мелочь и рукописи, я откинул голову назад и закрыл глаза. Я оставил свой тайник в карцере нетронутым за ненадобностью. Когда-нибудь та больница снова превратиться в дурдом, и мои вещи пригодятся такому же хитрому болвану, как я. Также я оставил одну рукопись - продолжение "Полутени". Она лежит на тумбочке возле кровати Олеси...
   Утром я вышел на перрон вокзала в приподнятом настроении. Свобода! Проклятый старый дом! Не зная, куда податься, я некоторое время побродил по окрестностям. Почти ничего не изменилось. Время убить было нечем, поэтому я попросил у одного доверчивого прохожего телефон и набрал запомненный в больнице номер.
   - Слушаю, - ответил сонный голос
   - Здравствуйте, Сергей. Это Дагон. Повесть готова. И не только она
  
   Я откинулся на спинку стула, внимательно рассматривая массивную тушку начальника издательства.
   - Итак?
   - Я прочту твои рукописи, - сказал Семен Поликарпыч, - Ты долго все это делал. Но, похоже, результат стоит того. Скорее всего, мы выпустим все в одном сборнике
   -Круто. Снимите мне копию
   - Без проблем
   - Когда мне зайти?
   - Дня через три... Кстати, нужно придумать название сборнику и главной повести
   - "Мария", - сказал я, выходя
  
   - Я люблю тебя, - сказал я, насаждаясь ароматом каштановых волос
   - Я скучала
   - Я тоже
   - Кто знает, что ты вернулся?
   - Только ты и издательство... Кстати, вот
   - Ничего себе! - удивилась она. - Немало ты написал. Их нужно читать в каком-то определенном порядке?
   - Нет... Надеюсь тебе понравится.... Черт, как я по тебе соскучился. Не хочу уходить
   - Ты должен поговорить с родителями
   - Поговорю... Я забираю свои шмотки, а то твои еще испугаются, что либо я тут поселился, либо ты беременна
   Она возмущенно, но не больно ударила меня.
   - Ты такая вкусная, - прошипел я, целуя её в шею. - Ладно, нужно идти, а то я не оторвусь
   - Приходи сегодня на ужин
   - Уверена, что это хорошая идея? Я только что вернулся из крёзы, вряд ли твоим родителям...
   - Они будут рады. Мама так точно
   - Хорошо, приду
   - И поговори сегодня поговори с родителями
   - Обязательно
   - Поговори, Дагон, - твердо сказала она
   - Поговорю.... Я люблю тебя
   - И я тебя
  
   Родители сильно удивились, но это не помешало им выгнать меня из дома. Сначала, правда, накормили и дали поспать. Я прихватил одежду, деньги, телефон, побрякушки и отправился гулять. Вечер я провел отлично - сначала ужин с её родителями и милая беседа (её мать, действительно, была счастлива). Мы с ней прогулялись (что смешно, она уже успела прочитать несколько рассказов, поговорили о них), я проводил её до дверей квартиры, и тут встал вопрос о том, где мне ночевать. Вопрос подняла она, я бы даже словом не обмолвился. Друзья у меня все еще есть, найду у кого перекантоваться. Но её мать уперлась, и я спал на диване в комнате моей любви. Это меня нехило удивило. Вместо того, чтобы отоспаться, я мучился от кошмаров. Она тоже почти не спала, с трудом удалось уговорить её отлипнуть от страниц.
   Утром она не хотела никуда идти, но я настоял довел её до школы. Мне хотелось посмотреть на реакцию людей и узнать свой статус в учебном заведении. Все, знающие о моих приключениях, приветствовали меня, как народного героя, но потом пришла администрация и мягко объяснила, почему я больше не могу сюда приходить. Опубликовав свой роман, я приобрел дурную славу среди педагогов, но исключать меня не стали (видимо, за прошлые заслуги). Теперь же я прихожу весь такой расфуфыренный, с наглым и самоуверенным видом, сбежавший из психбольницы и интересуюсь, что мне дальше делать. К тому же, у полиции есть ко мне определенные вопросы, касающиеся изготовления и распространения наркотиков (за хранение не привлечь, не нашли ничего, искали плохо). Меня уверяют, что уговорили полицию не трогать меня, пока со мной не побеседуют другие, и настоятельно просят побыть в школе и побеседовать с психологом. В последнее время я мало смеялся, поэтому не отказываюсь. Психолог пытался давить на жалость, спрашивать о родителях, подсовывать бумажки с кляксами Роршаха - короче, пытался влезть в мой разум и исправить меня. Не удалось. Я только постоянно спорил.... Потом настал черед одного из учителей - принципиального и строгого мужика. Разговор получился короткий, но дельный. Затем черед священника. Тут мы повеселились. Он явно подготовился, поэтому вместо всяких глупостей завел разговор о важных вещах. Сначала бородатый богопочитатель спросил, как моя голова, как общее самочувствие? Я ответил, что вполне хорошо себя чувствую. Он коротко прошелся по моему личному делу (удивительно, как быстро иногда собираются документы, при том, что для получения какой-нибудь бумажки нужно простоять в ста очередях и подождать пару недель), а потом... решил просто побеседовать. И при этом запасся чаем. Предусмотрительный человек.
   - Начнем с банального, - сказал он, поправляя очки. - Веришь в Бога?
   - Не того, в которого верите вы. Вы верите в какого-то там всемогущего творца всего сущего, бесконечно любящего всех мелких тварей, включая нас с вами. Я же верю в то, что нами могут управлять законы физики, а бога просто нет. Если же он есть, то ему наплевать на наше благополучие. А создал он нас просто, чтобы повеселиться и убить время... Надеюсь, мне можно не стесняться в выражениях?
   - Я тебя внимательно слушаю
   - Давайте немного пофилософствуем. Будем задавать вопросы, но не будем отвечать. У нас есть первый вопрос: почему только ваш бог? Ведь если существует один, почему бы не существовать другим богам? Шумерским, египетским, индийским, да любым другим? Второй вопрос: в кого вы вообще верите? Ведь у вас, вроде, есть бог и его сын. Он жил-жил да умер. И почему-то его стали почитать, как бога. Ведь ему вы молитесь? А что его отец? Про него как-то забыли. Если у вас есть возражения, я могу привести другой пример. Аллах и Мухаммед. Он был всего лишь проповедником или пророком, как вам угодно, однако тоже почитается, почти как бог. По идее, каждый может прийти в место, где людям живется плохо, и начать нести всякую умную чушь, обещая людям счастье заоблачное. И через сто лет ему будут поклоняться. Иисус, кстати, вполне и мог быть таким проповедником. Или он мог быть сумасшедшим, они умеют влиять на толпу. Или он был авантюристом, слишком ленивым чтобы работать, и слишком необразованным, чтобы занять высокое положение. Но он мог молиться и верить. И вот он пришел в какую-то пустынную деревню и начал проповедовать. Он собирал вокруг себя учеников. И вполне возможно, что вместе с этими самыми учениками грабил караваны, сравнительно честно отбирал деньги у населения и развлекался в борделях с девочками. Затем ему не повезло, и его казнили. А почему бы и нет? Чем это версия плоха? Ведь все ваши библии и евангелии написаны, когда этот парень уже подсолнухи в пустыне удобрял. А церковь ваша построена на обмане и управлении толпой. И это неплохо получалось. Ведь всего лишь пятьсот лет назад отлучение от церкви было самым страшный наказанием. Церковь - это величайшая из всех фирм. Ведь она продает ничто. Слова. Людские предрассудки.
   - То есть, ты считаешь, что церковь не нужна?
   - Я считаю, что нет оснований уверять, что есть только один бог. Если говорить, что богов много, нужно признать существование астрала. И кармы. Все мифы должны существовать. Ведь здесь есть логика... И не нужно говорить, что божественный замысел известен только богу, и логику тут не применишь. Логика есть везде. Даже в её отсутствии.... Вы еще не устали?
   - Нет. Продолжай
   - Ну, - я отхлебнул чая. - Здесь можно спорить очень долго. Мое мнение таково - бога себе может придумать любой, может поклоняться ему и даже разговаривать. Это игра с самими собой. Со своими инстинктами и психологическими барьерами. Когда человека загоняют в угол, он начинает молится. Я, в принципе, не против. Но часто этот человек вместе с началом молитвы перестает действовать... Бог - удобная вещь. Если ты потеряешь все, то легко свалить на бога. Люди никогда не признают свою вину... А чем мы еще можем поговорить?
   - Есть много тем
   Мы разговаривали весь день, о языках, власти, людях, рыбах, борьбе бобра с ослом и так далее и тому подобное. В какой-то момент я спросил, о чем еще поговорить.
   - О твоей игре с самим собой
   - А именно?
   - Что собираешься делать дальше?
   - Писать книги, жить, умирать... И давайте без всяких вопросов типа "и почему так?" Я просто делаю то, что хочу. Я счастлив, дорогие мне люди счастливы. Мне этого достаточно. Если вы хотели задать вопрос, завяжу ли когда-нибудь с веществами, то я отвечу положительно. Мне сейчас и так хорошо. Будет плохо - начну снова. Почему бы и нет?
   - А что твоя девушка...
   - Я связан с ней. Намертво. Мы либо живем вместе, либо умираем порознь
   - Красиво сказано... Знаешь, мне было интересно беседовать с тобой. У тебя есть хоть и специфическая, но все же четко сформировавшаяся позиция
   - Мне тоже было интересно. Люблю, когда попадаются нормальные люди... Завтра со мной захотят поговорить?
   - Да. С твоими родителями тоже
   - Они не придут, даже если их попытаются заставить
   - Почему?
   - А зачем им это? Я и сам могу сказать все, что нужно.
  
   По коже разлился холод, по мышцам жар. Я вытащил из вены иглу, расслабил жгут, вздохнул и медленно поднялся. Шприц полетел в мусорное ведро вместе с недокуренной сигаретой и пачкой из-под молока. Я открыл дверь и вышел в коридор.
   - Пошли? - спросила она, поправляя волосы
   - Пошли, - я накинул куртку и вышел из квартиры
   Щелкнул замок, я попытался умножить двадцать семь на триста шестнадцать в уме, и справился с этой задачей через два этажа, открывая дверь подъезда. Меня обдало холодным ветром, я засмеялся.
   - Что? - спросила она, беря меня под руку
   - Ничего... Не можешь идти медленней?
   - Мы, вообще-то, опаздываем
   - Во-первых, я опаздываю
   Её лицо скривилось. Она всегда делала такую гримасу, когда считала, что я умничаю. Раньше это раздражало.
   - Во-вторых, мне оно вообще не надо. Давай, забьем на это
   - Тебя выгнать могут
   - По-моему, меня уже выгнали. Сегодня я с ними повоюю, но воевать каждый день неинтересно.
   - Здравствуйте, - сказала она кому-то знакомому. - Держи себя в руках и не выстёбывайся
   - Постараюсь
   - Дагон!
   - Хорошо. Буду не выстебываться, а активно выражать свое мнение
   - Что в твоем случае одно и то же... Удачи
   - Спасибо... Люблю тебя
   - И я тебя
   Я улыбнулся и вошел в кабинет. Пятнадцать хмуро-серых лиц встретили меня неприязненно-деловыми взглядами. Учителя сидели полукругом, для меня стула не запасли. Директриса протерла очки и взяла в руки тонкую папку.
   - Итак, Артём...
   - Почему же вы не называете мое настоящее имя?
   - Потому что того, кто носил это имя, здесь нет. Передо мной стоит Артём Гвоздев, дебошир и скандальный писатель, который, несмотря на свой возраст, уже успел нанести значительный вред обществу. Также я вижу юношу по прозвищу Дагон, предводителя экстремистской группировки "Дельта", ныне, к несчастью, неликвидированной, бывшего пациента...
   - Давайте, мы опустим подробности и перейдем к делу. Зачем я, собственно, здесь нахожусь?
   - Наш комитет должен принять решение по поводу вашего положения в нашей школе, что невозможно без беседы непосредственно с вами и вашими родителями, которые отказались беседовать с нами... Я этим мы еще разберемся. Комитет поставит вопрос о лишении их родительских прав и помещения вас в...
   - Вы этого не сделаете
   - Почему же?
   - Думаю, из моего личного дела, а также из заключения психолога вам известно, что я за человек. Просто так меня никуда не отправят, пострадают люди. И я сомневаюсь, что вы этого хотите
   - Советую вам не угрожать нам.
   - Я пренебрегаю вашим советом
   - Мы владеем обширными сведении о вас. Вы и так стоите на учете в полиции, и к вам проявляют повышенный интерес, если же станут известны все факты вашей биографии, то путь в светлое будущее для вас будет навсегда закрыт
   - Извините, но наша беседа превращается во взаимный обмен угрозами и чтение нотаций. Я пришел сюда за вашим решением. Каково оно?
   - Извини, но тебе придется выслушать все, что хотят сказать члены комитета
   - Тогда пусть сократят свои выступления к минимуму, у меня мало времени
   - С тобой также хотят побеседовать...
   - Меня это не интересует
   - Замолчи! - директриса взбесилась, - Наглый мальчишка! Как ты смеешь возникать перед взрослыми и перебивать меня!? Я - директор!
   - А я псих, - сказал я холодно. - И что с того? Пора дать слово членам комитета. Надеюсь, они будут более сдержанными.
   Лицо директрисы побагровело от ярости, она сжала кулаки, готовясь разразиться новой тирадой, но её опередил учитель литературы - высокий интеллигентного вида мужчина лет тридцати с худым, аскетичным, но дружелюбным лицом.
   - Думаю, наш подопечный прав. Не стоит тратить время попусту. Кто начнет?
   Поднялась учитель русского языка - черноволосая тридцати пятилетняя женщина с вечно лохматыми черными волосами и горящими глазами. Почти все называли её "Фурией" или "ведьмой". Всех непокорных учеников отправляли к ней. Какое-то время она была завучем, затем бросила это дело, но замашки остались. Она заработала зависть со стороны учителей за результативность и ненависть со стороны учеников (особенно девушек из-за привычки влюблять в себя старшеклассников).
   - Итак, вопросов к подопечному у меня нет, я хочу лишь высказать сове мнения относительно его
   - Мы вас слушаем
   - Я хотела бы обсудить "Литературную" деятельность нашего подопечного. Называть его творения литературой значит очернять это понятие. Сейчас мы переживаем тяжелые времена, когда общий культурный уровень нации упал ниже критической отметки. Среди молодежи укрепился культ разврата, физического и морального. Чем больше в произведениях сексуальных сцен и матерщины, тем больше эти произведения им нравятся. Нормальный язык находится на грани вымирания благодаря таким, как этот человек, стоящий перед нами.
   - Насколько я помню, ваш любимый Пушкин был не против мата в литературе. А его огромный опыт в интимной сфере жизни...
   - Не смей, - прошипела Фурия. - Как ты смеешь сравнивать себя с этой громадой!? С создателем современного языка!? С гением...
   - В то время мало кто считал его таковым. А хорохорится и хвастаться дружбой с светилом начали уже после его смерти. Гениальность - понятие относительное, как почти все понятия в нашей жизни... Можно кратко: сейчас я вызываю недовольство критиков, тогда это делал он.
   Фурия попыталась испепелить меня взглядом. Я не изменил выражения лица. Внутри тоже ничего не шелохнулось. У церобролизина есть один необычный и действовавший на крайне малое число людей эффект - он одновременно значительно ускоряет работу мозга и сильно притупляет эмоциональные реакции. Некоторые употребляли его именно для избавления от эмоций. Только после окончания применения все возвращалось в начальное положение, что сильно раздражало. Приходилось снова садиться на иглу. Вот так и развивается психологическая зависимость.... Слишком быстро я одерживаю победу. Не интересно мне бесить по отдельности. Нужно всех разом.
   - Вы собираетесь все высказываться или вынесите решение сразу?
   - Вынесем, - ответил кто-то из учителей, не знаю, кто. - Ни у кого претензий к тебе нет. Вел ты себя довольно спокойно, по сравнению с некоторыми. Наглел, но в меру. Если бы не твои поступки...
   - Думаю, мы можем вынести решение. Беседа ничего не даст. С личном делом нашего подопечного вы все ознакомлены.... Кто голосует за то, чтобы исключить Артема Гвоздева из нашей школы?
   Как-то все это быстро и нереалистично произошло... Я скользил взглядом по поднимающимся рукам. Несколько учителей колебались, но, посмотрев на коллег, присоединялись. Руку не поднял только один учитель. Я покачал головой.
   - Что ж, решение вынесено, - сказала директор. - На прощание я хочу сказать несколько слов. Итак, Артем... Вы были хорошим учеником, но по дороге свернули не туда. Уверена, это не только ваша вина. На вас отрицательно повлияло общение со сверстниками. Особенно с группой человек, из которых больше всего на вас повлияли...
   - Я знаю, к чему вы клоните. Убирать неугодных легко, когда есть причина. Делайте, что хотите. Но я предупреждаю: если будете создавать им большие проблемы, пожалеете.
   - Ты сейчас находишься не в том положении, чтобы угрожать
   - А вы не в том, чтобы своевольничать. Я вас предупредил. Остальное за вами. Прощайте. Думаю, теперь мне к вам, не так ли?... И не прячьтесь за дверью, это бесполезно
   В кабинет вошел высокий плотный человек в форме с черной папкой в руках.
   - Да, тебе придется пройти со мной. У меня есть к тебе вопросы
   - Не сомневаюсь
   Я пошел к двери, но возле выхода обернулся и посмотрел на учителя литературы.
   - Зря вы так сделали. Толпа обожает, когда ей управляют, но ненавидит, когда пытаются идти против неё.
   Учитель усмехнулся
   - Продолжай писать, это у тебя отлично получается
   - Перед тем, как вас уволят, постарайтесь успеть познакомить учеников с "Лолитой". И с "1984". Со вторым непременно.
   Учитель весело улыбнулся.
  
   - Я понимаю вашу злость, - сказал я, туша сигарету. - Вы точно знаете, что этот мелкий ублюдок виновен, его нужно просто раздавить, как таракана, но доказательств нет. Беда, беда. Мы сидим здесь уже часов пять и не продвинулись ни на шаг. И не продвинемся, уверяю вас. Мы можем сидеть хоть вечность, и это ничего не даст. Кстати, сколько вам лет? Тридцать пять? Сорок? Я умру лет через двадцать пять, вряд ли вы доживете. Поэтому отпустите меня и забудьте
   - Нет, не отпущу
   Лейтенант вскочил со стула и бросился на меня. Я пнул ему под ноги табурет, кинулся вперед. Лейтенант перепрыгнул через препятствие и отлетел к стене от моего толчка. Дальше удача перестала мне улыбаться, и в стену полетел я. Лейтенант замахнулся, кулак попал в стену. Второй кулак попал мне в живот, к счастью, ниже солнечного сплетения. Я ударил противника по колену, рукой целился в нос, но попал в лоб, и тут же меня просто расплющили об стену семидесятикилограммовой тушкой. Я упал, тушка сразу же навалилась на меня.
   - А теперь слушай, - прохрипел лейтенант. - Или ты даешь чистосердечное, или я тебя по стенке размазываю.
   В ответ я ударил головой ему в нос, скинул с себя тушку и бросился к столу. Лейтенант вскочил и снял с пояса дубинку. Я швырнул в него табурет и, пока он уворачивался, снес его, как в регби. Тот быстро оправился и принялся махать дубинкой. Я отскочил, завалился на стол, лейтенант перевернул его, я полетел на пол и закатался. Схватил противника за ногу и заехал по коленной чашечке. Лейтенант вконец озверел, и один из нас был бы мертв, если б нам не помешали.
   - Прекратить! - рявкнул знакомый голос.
   Кто-то схватил лейтенанта за шиворот, отбросил в сторону и протянул мне руку. Я встал. На меня смотрел начальник местного отделения, старый знакомый, специалист по договорным матчам.
   - Иди, умойся, - сказал он лейтенанту. - Завтра можешь не приходить на работу... Увидите этого придурка
   Лейтенанта увели
   - Вечно у меня из-за тебя неприятности, Дагон
   - Как жизнь в отделении?
   - Никакой я теперь не начальник. А за то, что я сегодня сделал, меня вообще уволят. Или посадят.
   - Мы не могли бы отсюда уйти?
   - Нет. На улице тебя ждут твои друзья. Скоро ты к ним присоединишься. Я только задам тебе несколько вопросов
   - Валяйте
   - Алукард действительно мертв?
   - Да
   - Ты убил свою подругу, попытался совершить самоубийство, в больнице чуть не умер от септического шока, был отправлен в психушку, там неоднократно нарушал дисциплину, а затем сбежал?
   - Да.
   - Последний вопрос: что тебе известно о Бигбо?
   - Я завязал с этим. Спросите у кого-нибудь другого
   - Меня не интересуют твои наркотические дела. Мне нужно знать, что ты нарыл на него? Он предлагал тебе сотрудничать, ты отказался. Тебя пытались убить. Уверен, ты пытался обезопасить себя
   - Ну да. Спросите парня по имени Профессор. Я просил его разузнать... Только я сомневаюсь, что он захочет сотрудничать. Я устранил человека, который ему мешал, и теперь он может взбунтоваться.
   - Я расспрошу его
   - И заодно сделаете его безопасным для меня
   - По-моему, я и так слишком много для тебя сделал
   - Руководствуясь своими интересами. К тому же я вас ни о чем не просил
   - Я подумаю
   - Я ответил на ваши вопросы, -сказал я, - теперь же ответьте на мои. Что стало с организацией?
   -Некоторых отпустили из-за отсутствия доказательств, кто-то пошел по мелким статьям, кто-то по крупным. Но большинство из них мертво
   - Что случилось?
   - Убиты в камерах или при перевозке... Догадываешься, кто это сделал?
   - Догадываюсь. Бигбо было необходимо показать свою власть, запугать сомневающихся, убрать лишних... Но почему все так быстро? Сколько он положил полиции на лапу?
   - Ты сам ответил на свой вопрос. Деньги решают все... Сейчас он хозяин города. Возможно, и до тебя доберется
   - Возможно... Надеюсь, мы видимся в последний раз?
   - Все зависит от того, что ты будешь делать. Будь осторожен, Дагон. Не ввязывайся в эти игры, ты теперь не один и несешь ответственность за других. Береги себя. И девчонку береги
   - Постараюсь. Спасибо за то, что спасли мою шкуру
   - Твой учитель позвонил мне и попросил найти тебя... Мы давно знаем друг друга. Когда-то его нехило потрепало, но он остался хорошим человеком. Постарайся не потерять себя
   - С этим проблем не будет... Прощайте
   Я вышел на улицу, дыша полной грудью, очищая легкие от спертого, пропахшего сырой бумагой, сигаретами и крашенными досками воздуха здания полиции. Перед крыльцом стояла внушительная разношерстная толпа: украшенные, как новогодние елки, и заштукатуренные девушки в разнообразных нарядах, держащие в губах сигареты, однообразные веселые парни с бутылками увеселительных законных напитков и с ёмкостями с не совсем законными веществами. Один из них нес в руках нетбук, двое других тащили на плечах здоровенные колонки. Все болтали без остановки, смеялись, пели, прикалывались над другими. Из колонок звучало что-то дискотечное, динамики мерно подрагивали. Когда появился я, толпа приветственно закричала, музыка изменилась на более приличную (если КиШ можно назвать приличным). Каждый в толпе был мне знаком, начались приветствия.
   - С возвращением! - завопил Череп, пробиваясь через массу людей.
   - Здарова. Как жизнь?
   - Отлично! Мы боялись, что тебя уже не выпустят. Но теперь ты здесь, и это нужно отпраздновать!
   - Сначала мне нужно...
   - Я здесь, любимый, - раздался счастливый голос за моей спиной
   Я резко обернулся, обнял её и поцеловал. У её губ был неповторимый вкус любви, нежности и дома. Через полвечности кто-то дернул меня за плечо.
   - Потом насосетесь, - сказал Череп. - Сначала праздник.
   - И где?
   - В маринкиной квартире. Мы у неё как-то тусовались, помнишь?
   - Помню. Она еще меня "гребанным мертвяком" назвала
   - Тогда она была неразумна... К тому же она имела право назвать тебя и похуже после того твоего фокуса с ножом...
   - Ладно, забыли. Пешком пойдем?
   - Конечно
   В последующие три часа все изрядно набрались, некоторых пришлось нести. Я отказывался употреблять вещества вместе со всеми, ей тоже запретил (впрочем, она и не слишком рвалась). Несмотря на то, что слышно нас было за несколько километров, полиция ни разу не появилась (здесь, видимо, Череп постарался). До нужного места мы добрались глубокой ночью. Поднялись на последний этаж, Череп хотел позвонить, но дверь открылась сама. В проходе стояла невысокая невзрачная девушка с длинными красно-черными волосами. Зеленые глаза осмотрели не помещавшуюся на лестничной клетке толпу, девушка отошла в сторону. Первым вошел Череп, обнял сестру и ушел на кухню. Следом за ним вошли остальные. Входящие щурились от яркого света, их толкали идущие сзади, наступая на пытки, раздавая подзатыльники, и все оглушительно орали. Не знаю, когда закрылась дверь, к тому времени я был в большой, освобожденной от мебели (кроме нескольких диванов) комнате. В углах располагались стоики с разноцветными напитками, наркотиками и закуской, под потолком висела колонка, на полках лежали мобильники, карты, ноутбуки, книги, диски, всякие сувениры. Ничего колюще-режущего не наблюдалось. Из колонки донеслась музыка, толпа одобрительно закричала, все бросились заниматься своими делами. Мы с Черепом некоторое время обеспечивали безопасность безумия, затем ушли на кухню.
   Стол был накрыт на четверых, в центре стояло несколько бутылок вина, красиво оформленные и незнакомые мне блюда, тарелки с фруктами, несколько салатов еще что-то, чего я не запомнил.
   - Присаживайтесь, - сказала Марина
   - Только попробуй придвинуть к себе стул, Дагон - сказал Череп, - Будете сидеть и шептаться, на нас внимания не обращать. А мы, все-таки, хотим побеседовать
   - Радуйся, что здесь твоя сестра, - сказал я, садясь. - Иначе бы ты вспомнил, что я такое
   - Только не начинай... Это было в детстве...
   - С тех пор ничего не изменилось... Как работается, Марина? Все еще рисуешь акварелью на заборах?
   - А тебе что "хер" на заборе, что произведение искусства - одно и то же
   - Зачем так агрессивно? - насмешливо спросил Череп. - За твоей спиной одна из последних работ
   Стеклянная равнина, пропасть с черепами, красноглазый человек с отрубленными конечностями...
   - "Месть"
   - Откуда знаешь?
   - Видел недавно... Вынужден пересмотреть свое мнение. Отличная штука...Не обидишься, если использую для написания чего-нибудь?
   - Конечно, нет, - сказала Марина, покраснев.
   - Кстати, я слышал, у тебя что-то новое, а я еще это не читал, - заметил Череп. - Ты меня обижаешь
   - А у меня было так много времени?
   - Возможно..., - процедил Череп
   - Как салат, - спросила Марина
   - Неплохо. Хоть кто-то в вашей семье умеет готовить
   - А я!? - возмутился Череп. - Забыл, как мы...
   - Ту бодягу, что мы с тобой варили, только мы и могли есть.
   - По-моему, нормально было. Моя конечно так себя. а твой хавчик вполне так ничего...
   - Он умеет готовить? - Черепа обхватил любопытный взгляд любимых мной серо-зеленых глаз
   - Он все умеет, - сказал Череп, - особенно, если не старается придумать отговорки
   - Во-во, я ему тоже самое постоянно говорю. Если бы он не тратил свое время на всякую фигню, то достиг бы больших высот
   - Кому ты рассказываешь...
   - Мои воспитатели нашли друг друга..., - проворчал я. - Марин, ты сейчас сильно занята? В рабочем плане?
   - Нет. Обложка только, для журнала, которую я как раз хотела сегодня доделать, - она укоризненно взглянула на Черепа
   - У меня издание книги намечается, завтра рукопись принесу, если захочешь, поработаешь с иллюстрациями и оформлением обложки. Из меня художник не очень
   - Это точно... Все будет зависеть от рукописи
   - Наш Дагон встал на крупные лыжи? - спросил Череп. - Что-то я не помню, чтобы издательства охотно брали предложенные тобой иллюстрации. А уж когда дело доходило до обложки...
   - Сейчас у меня есть возможность сделать свою книгу, и я её не упущу, даже если все самому придется делать
   - Скорее всего, так и будет, - заметил Череп. - Марина не очень-то любит твои творения
   - Все зависит от исполнения
   - Ну вот, - сокрушительно покачал головой Череп. - Стоило ему сделать тебе чахлый комплимент (а на большее он и не способен), как ты сразу же...
   - Хватит ныть, Череп, - оборвал его я. - Что с "Дельтой"? Где твои доблестные бойцы?
   - Сегодня ты видел почти всех
   - Эти клоуны!?
   - Именно
   - Как ты мог развалить моё детище? Наше, черт побери, общество!?
   - Само развалилось. Народ стал постепенно уходить, многим надоело, другие нашли занятия интересней, чем это. Осталось не так уж и много ветеранов.
   - Мы много раз сталкивались с подобным. Пара наказаний, хорошее дело - и все снова довольны
   - Не в этот раз, - сказал Череп, - Людям не нравилось то, что я делаю. А после штурма отеля и того, что ты там сделал, они вообще не хотели иметь со мной общих дел
   - А что там случилось? - если она сейчас узнает, мне конец
   - Лучше тебе не знать. Я знаю этого придурка с детства, но такого не ожидал... Я там чуть в обморок не упал, мне, блин, до сих пор кошмары снятся
   Я покачал головой
   - Не разыгрывай спектаклей, Череп. Пошли, повеселимся
   Большинство людей были на взводе, но возле стен уже сидели или лежали отдельные личности. Народ старался не наступать на них. Поначалу нам было непривычно, но через несколько минут и нескольких грамм увеселительных веществ мы присоединились к общему веселью. Стоящих на ногах людей становилось все меньше, мы продолжали танцевать, все медленней и медленней....
   Проснувшись, я отправился в душ и пару минут простоял под холодной водой. Туман из головы слегка выветрился, я отправился на кухню, поставил чайник и полез в холодильник... Н-да. Череп, как всегда, забыл закупиться, а не пьющей и не употребляющей наркотики Марине трудно представить, в каком состоянии находится человек на следующий день.
   - Либо к тебе больше не будут приходить, либо ты научишься помогать страждущим, - сказал я, заметив движение на балконе.
   - То есть? - спросила Марина, заходя на кухню.
   - Когда они все проснуться, поймешь, что имел в виду
   - А что будет?
   - Потерпи. Где Череп?
   - В своей комнате... Слушай, пока мы одни... Ты можешь мне помочь?
   - В чем дело? - спросил я
   - Череп... Он подсел на ваш любимый джет
   - Ну и что? Он многим увлекался. Побалуется и успокоится
   - Ты не понимаешь. Он уже полгода его употребляет
   Я обернулся
   - Марин, ты не выспалась? Он на "хмуром" черт знает сколько сидел, и ничего, слез и теперь не хочет. Живет и здравствует.
   - Ты сам не так давно говорил, что от джета такое привыкание, что умереть проще, чем перестать употреблять
   - Я такое говорил?
   - Не придуривайся. И помоги ему
   - Хорошо. Сделаю все, что смогу
   Нехорошо сегодня день начинается. Обычно такие дни становятся предтечами нехороших недель, а то и месяцев.
   На кухне стали появляться люди. Каждый лез в холодильник, надеясь отыскать спасание, и большинство, не найдя его там и разочаровавшись в творце нашем, великом Углероде, лезли в полку за кружками. Я удивился. Вчера я знал их всех, теперь вообще не понимал, кто это. Одинаковые серо-зеленые лица. Одно лицо побелело, его владелец побежал прочь, по коридору пронеслись звуки бунта желудка против всякой бурды и возгласы недовольства. Я посмотрел на часы. Скоро возле туалета образуется очередь.
   - Сладости в полке, - сказала Марина, отправляясь спасать квартиру.
   - С добрым утром всех! - прохрипел Череп, заваливаясь на кухню.
   - Какое тут доброе, - простонал сидящий возле батареи пацан
   - Слабаки, - презрительно сказал Череп. - Хочешь ириски, Дагон?
   - Давай. Там карамельки есть?
   - Есть
   - Доставай... И чайник поставь, скоро еще придут
   - Куда сегодня пойдем? - спросил Череп, садясь.
   - Не знаю. Можно прокатиться куда-нибудь, пока погода хорошая
   - Вы еще куда-то ехать собираетесь? - спросила лохматая блондинка, пытаясь подняться.
   - Вот это моя "Дельта", - покачал головой Череп. - Ничего не делали, а уже еле ползают
   - Да ты рехнулся, Череп!? Мы вчера...
   - Вы вчера даже не разогнались... Не то что раньше.... Прежняя "Дельта" могла неделями без остановки тусовать, а потом метро строить
   - И Дагон вместе с вами? - спросила моя возлюбленная, заходя на кухню.
   - Девушке место уступи, придурок! - прикрикнул Череп на сонного парня, сидящего за столом. - А он тебе не рассказывал? Да мы с ним такие марафоны устраивали!.. Помнишь, как мы с тобой "буратины" вмазали и...
   - И закончился он у нас через полторы недели. Помню. Я чуть от бессонницы не сдох
   - Точно, - засмеялся Череп. - Мы еще в аптеку бегали...
   - Давай закроем тему. Чая лучше налей... Сильно голова болит?
   - Терпимо. Тошнит сильно, - ответила она
   - Чайку попьешь, лучше станет. С непривычки довольно сильно мучаешься
   - А у тебя, похоже, опыт большой, - заметила она, закатив глаза
   - Знала бы ты, какой, - сказал Череп. - Твой ненаглядный перепробовал столько, что Вишес, Хендрикс и Горшок офигели бы. Нет фигни, которую он бы не употреблял
   - Тоже самое можно сказать и о тебе, - заметил я. - И в моем случае это в прошлом
   - В моем тоже
   - Врать нехорошо... Прикольная ириска. Хочешь?
   Череп не отвечал. Мой взгляд явно говорил: "Только попробуй!"
   - Через три часа поедем отдыхать. Только сначала твою "Дельту" вернем в естественную среду обитания. На улицу
   - Ладно
   Марина отказывалась ехать, мотивируя это необходимостью уборки квартиры, но под общим давлением сдалась. Мы выгнали всех страждущих, быстро собрались и отправились на озеро. Я несколько раз был там, мне понравилось... Свежий воздух хорошо повлиял на всех, девушки смеялись и подшучивали над нами, мы отвечали тем же и исправно несли рюкзаки. На озере никого не было. Вряд ли за последние несколько месяцев сюда пришел хоть кто-то. Я подошел к краю сосновых кладок и опустил руку в воду.
   - Как водичка? - спросил Череп
   - Теплей, чем на Финском
   - Кто первый? - спросила любимая, выходя из-за лежащего на берегу огромного камня
   - Мы с Черепом... Посмотрим, на сколько тебя хватит. Или боишься?
   - Я!? Да черт из два!
   Мы нырнули одновременно. Меня обдало жутким холодом, я открыл глаза и оттолкнулся от склизкого дна. Череп хотел всплыть, но я схватил его за горло и потащил в темноту. Он пытался отбиться, затем начал душить меня. В мутной воде поблескивали холодные глаза, горели две исковерканные души, кричали два измученных организма. В этой бездне беспомощны инстинкты, всемогущ разум. Вокруг шевелились удивленные рыбы, одна из них зависла над головой Черепа, шевеля жабрами и рассматривая меня красным глазом. Странно, но я усмотрел во взгляде рыбки укор и грустную насмешку... Мы с Черепом одновременно разжали руки и вспыли. Бунтующие легкие бешено глотали воздух, теплая вода приятно обнимала кожу, сердитые лучи солнца грели лицо.
   - И как?
   Я приглашающе махнул рукой. Девушки долго спускались по лестнице, дрожа от ветра. Наконец они доплыли до нас, я получил кулаком по руке.
   - Вы заставили нас побеспокоиться. Мы уже было испугались, что вы вообще утонули... Вы минуты три под водой сидели
   - Неплохо для таких шлангов, как мы, - заметил Череп осевшим голосом
   - Вы нормальные здоровые парни, - сказала Марина. - Вам бы еще фигней всякой не страдать
   Через несколько часов мы сидели в пустом автобусе, строя планы на вечер
   - Мы хотим за покупками сходить, а то Марине носить нечего, - сказала любимая
   - Хорошо. Мы пойдем за покупками, а Череп наведет порядок дома
   - Сомневаюсь, - проворчала Марина
   - Давай, поспорим, - предложил я
   - Нет. Спорит только дурак или подлец. Первый не знает а спорит...
   - Второй знает, но спорит, - закончил я. - Куда именно вы хотите сходить?
   - Не знаю, сейчас придумаем...
   Я повёл их в "Просвет" один из самых крупных торговых центров, жизнь которых начиналась с закатом солнца. Для почти любого мужчины сводить туда девушку значило подписать себе смертный приговор, но я относился к числу людей, способных сколько угодно терпеть все эти примерки, просмотры, поиски идеального наряда и прочие ужасы рукотворного ада моды. Тому, кто не способен потерпеть, пока твоя девушка сто раз примерит платье, пройдет по всему центру, останавливаясь и зависая в каждом отделе, а затем вернется и начнет в сто первый раз примерять то же платье, следует зарабатывать кучу денег или принять обет безбрачия. Тем более, кто сказал, что во время всего этого дурдома с ней нельзя нормально поговорить? Что? Вас только её умение не кусаться во время минета интересует? Попрошу покинуть зал.
   - Как тебе? - спросили она, показывая на Марину
   - Примерь ту, бело-зеленую... Красиво. Только под неё, по-моему, те джинсы лучше будут
   Мы вернулись домой часа в три. Я с трудом закрыл за собой дверь и кинул сумки на пол, идя на удивленных крик. Квартира преобразилась. Все было помыто, везде висели различные украшения, колонку в большой комнате обклеили фотографиями. Комнаты убрали, в марининой повсюду лежали цветы. Череп подошел к сестре с букетом лилий.
   - С днем рожденья сестренка! - сказал он. - Прости за то, что мы с Дагоном такие дураки и чуть было не забыли об этом
   Марина крепко обняла вставшего на колени Черепа и засмеялась. Мы поужинали, любимая отправилась спать, я же пошел на балкон. Отпив из стакана какой-то кислятины, я посмотрел на этот чертов город. Помойка. Здесь живут уроды. Даже хорошие, но слабые люди, приезжая сюда, становятся такими же, как и все жители. Я ненавидел это место. Здесь я изменился, стал тем, кто я сейчас. Потерял друзей. Только вот город смеется своими переулками. "Я дал тебе то, что тебе было нужно больше всего". Именно эта помойка, этот притон дал мне любовь моей жизни. Не будь её, не стал бы я писателем. Не было бы её, не было бы и меня. Все произошло здесь. Только проблемы я привел с собой. Или они уже ждали здесь, не знаю... Кто-то коснулся моего плеча. Я обернулся. Марина. Она прильнула ко мне и заплакала.
   - Спасибо... Я не знаю, что произошло, там, пол водой, но вынырнул мой брат
   - Он всегда был твоим братом. Он всегда заботился о тебе
   - Знаю. Мы всегда были вместе... Как мне отблагодарить тебя?
   - Забудь об этом. Я сделал то, что должен был сделать
   - Её повезло. Ты чудесен
   Я пожал плечами
   - Вы будете счастливы
   - Надеюсь
   Марина ушла. Я покрутил стакан в руке.... Мы будем счастливы. Надеюсь.... Надеюсь.
  
   Утром я отправился в издательство с твердым намерением поиграть в "Царя Всея Руси". Поликарпыч принял меня вне очереди.
   - Дело в шляпе, - радостно сообщил он. - Как только закончатся работы по оформлению, запускаем книгу в печать
   - Кстати, насчет оформления. Работы можете свернуть, этим занимается мой человек
   - А ты не обнаглел?
   - Нет. Все мы хотим качества... К тому же, всегда найдутся другие издательства
   - Еще и рифмуешь гад... Идет. Доставляешь ты нам, конечно, проблем. Мало того, что договор левый составлять приходится, так еще и с инвесторами играться
   - Это рынок, здесь правил нет, только прибыль
   - Верно, черт побери! - прогремел Поликарпыч и полез в ящик стола. - Вот твой гонорар
   Предо мной упал желтый конверт из плотной бумаги. Я пересчитал деньги и кивнул
   - Думаю, мы с вами сработаемся
   - Не сомневаюсь, - сказал Поликарпыч
   Всю следующую неделю я прожил у Черепа. Марине понравились повесть и рассказы, она с энтузиазмом принялась за оформление. Я талантом рисования никогда не славился и поэтому просто наблюдал за работой и высказывал замечания. С иллюстрациями проблем не возникло, нот когда дело дошло до обложки, началась священная война. Мы полдня спорили по этому поводу, и наконец пришли к выводу, что толком не знаем, что нам нужно. Привлекли Черепа (тот пребывал в подавленном настроении - не так уж и страшно. Вот если бы он употреблял чистый джет а не разбавленную бодягу, все было бы гораздо хуже), затем её. Никто ничего не придумал и выходные закончились звонками от недовольного Поликарпыча и общей усталостью. Мы с Мариной ссорились и мирились несколько раз в день, но результата не было. Обложка рисовалась раз пятнадцать, на шестнадцатый (мы начали вечером, закончили под утро) получился почти шедевр. Марину не устроило только то, что я сделал почти половину работы (рисовать, как оказалось, не так уж и сложно, а после общения с таким талантом, как Марина, вообще легко). Получилось резкое отличие стилей, но мы решили, что именно этого и не хватало наше работе.
   К концу второй трудовой недели я просмотрел все не подошедшие работы, отобрал несколько хороших и забрал себе. Хорошенько выспавшись, мы отправились в издательство, где стеснительная Марина, заикаясь, представила то, что у нас получилось. Всем понравилось, Поликарпыч пошел воевать с инвесторами. На следующий день мне сообщили, что книгу уже печатают. Несколько дней я спокойно отдыхал, довольный проделанной работой, затем началось. Какой-то известный критик зашел в магазин, купил "Черный рубин", написал рецензию, а через несколько дней книгу раскупили. Последовала несколько дополнительных тиражей, восторженные отзывы читателей, лютая ненависть со стороны издателей и древних "авторитетных" критиков и прочие прелести литературной жизни. Похоже, это называется "проснуться знаменитым". Поликарпыч не стал разглашать информацию обо мне, поэтому я отделался парой интервью в журналах. Марина получила сразу несколько приглашений от ведущих издательств и студий звукозаписи. От этого она находилась в некотором замешательстве. Прежде её редко приглашали оформить обложку журнала или новой пластинки какой-нибудь малоизвестной музыкальной группы. Открывшиеся перспективы позволили ей выбраться из долгов, накопленных её братом. пережив ломку, Череп постепенно приходил в себя.
   Меня одолела тоска. Многие знали мое имя, карман распухал от денег, но это не приносило удовольствия. Я получил все это ни за что. Ни одно из вошедших в сборник произведений не потребовало от меня каких-то значимых усилий. Люди равнодушно прошли мимо монументального замка, на который потрачены километры нервов, ведра пота и крови, гигантское количество часов, и зачарованно остановились у склепанного из всякого мусора сарайчика для сельхозинвентаря.
   Я связался с адвокатом Алукарда и предложил встретится. Тот уладил все проблемы с документами ("не к чему будет придраться, по крайней мере, лет пятьдесят"), отдал мне ключи от квартиры (которые хранил у себя, пока я лечился) и клетку с Носферату - старым котом Алукарда. "Заберите, пожалуйста, это ужасное животное" - сказал он. Яс удовольствием согласился.
   В квартире ничего не изменилось. Здесь я приобрел и потерял друзей. Алукард, Смайлик... Судьба крепко нас связала. Вместе с ними умер прежний Дагон.... Казалось бы, что должны явиться призраки, начать проклинать, обвинять. Никто не появился. Все они живут только внутри мертвого Дагона. Я открыл клетку. Огромный черный кот посмотрел на меня кроваво-красными глазами и мяукнул
   - Добро пожаловать домой, дружище. Алукард покинул этот свет, придется жить со мной
   Кот грустно мяукнул, затем зашипел и лениво пошел в комнату Алукарда. Я бродил по квартире, касался отдельных предметов, что-то вспоминал и сразу же забывал. Пройдет немало времени, прежде чем живший здесь Дагон окончательно растворится в памяти вместе с призраками... Они ушли... Тогда мне было хорошо. Была свобода, была музыка, были мысли, были друзья.
   - Это очень тяжело? -спросила она
   - Довольно. Они были моими друзьями. Настоящими друзьями
   Она подошла и обняла меня
   - Какими они были?
   - Сейчас это не важно. Они мертвы, и я не собираюсь их воскрешать. Сейчас есть мы. Есть наша любовь.
   - И так будет всегда, - сказала она. - Мы можем изменить все здесь
   - Не надо. Мне нравится так... Тебе Череп сказал, где меня найти?
   - Да... Теперь ты будешь жить здесь?
   - Пока мы не свалим из этого города
   - Когда?
   - Когда ты учебу закончишь. И надеюсь, ты не будешь брать с меня пример. Если же кто-то будет давить на тебя, говори мне
   - Я и сама могу разобраться, - проворчала она
   - Мне твои методы не нравятся... Ты не против небольшой уборки? Надо бы Черепа и его дружков позвать...
  
   Я открыл глаза и повернул голову. Рядом никого не было, но простыня была еще теплая. Я прошелся по квартире, захватил лимонад с орешками и устроился на диване в гостиной. Перед тем, как уйти, квартиру прибрали. Законы немного поменялись. Если раньше приходящий сюда повеселиться мог и заночевать здесь, то теперь все должны были убрать то моего пробуждения. Она снова проигнорировала мою просьбу разбудить когда будет собираться. Перед уходом она меня поцеловала, это я точно помню...
   - Носферату! - позвал я
   Кот появился неожиданно и, как всегда, из-за спины. Уставился на меня злобным взглядом
   - Во сколько она ушла?
   Кот мяукнул
   - А сейчас сколько времени?
   Носферату недовольно заурчал и кивнул головой в сторону. Я кинул взгляд на часы.
   - Включи чайник, а я пока что тебе викодина найду
   Я сходил в ванную, умылся, нашел викодин и вернулся на кухню
   - Держи. Можешь гулять... И не мусори
   Кот убежал, держа в зубах пачку таблеток. Я позавтракал, оделся и пошел на улицу. Между домами, расшвыривая мусор и крича раненным зверем, неистово метался ветер. Прохожие ежились и сильнее кутались в одежду. Свинцовое небо грозилось разразиться дождем. Я шел по унылым серым улицам, избегая столкновения с прохожими. Незаметно прошел несколько километров и оказался в слабо знакомом мне месте. Старые заброшенные дома, обиталища наркоманов, готовящееся к сносу, узкие, забитые мусором улочки, злобные грязные жители. Я зашел в первый попавшийся дом, поднялся на второй этаж, вошел в квартиру. Темные замусоленные стены, потрескавшийся потолок, гнилая мебель, покрывшийся плесенью пол. Из комнаты выбежала стайка крыс, одна посмотрела на меня, тоскливо пискнула и бросилась наутек вслед за сородичами. Я закрыл глаза и задержал дыхание. На лестнице послышался звук шагов. Он то удалялся, то приближался, наконец шаги раздались совсем близко, я услышал сопение. По стене заскользила едва заметная тень, в поле моего зрения появилась фигура. Человек примерно моего роста в кожаной куртке и мешковатых штанах. Лица не было видно. Он прошелся по квартире, и во второй раз прошел мимо меня. Я выскользнул из-за двери, схватил человека за шиворот и сильно толкнул. Тот полетел в ванную, схватился за край и обернулся. Я заехал по нему дверью, швырнул в разбитую ванну и схватил за горло. Он пытался сопротивляться, но я несколько раз приложил его к холодному чугуну.
   - Не дергайся
   - Не думал я, что это место станет моей могилой. Еще недоумевал, за каким чертом тебя сюда понесло
   - Останешься в живых, если ответишь на вопросы. По чьему поручению ты следишь за мной?
   - Не знаю
   - Неверный ответ, - сказал я, ударив его по лицу.
   - Какой-то парень пару дней назад пришел и сказал, что хорошо заплатит, если я послежу за торговцем наркотиками по имени Дагон. Рассказал, где ты живешь, и где тебя можно найти
   - Что за парень?
   - Чуть ниже тебя, белобрысый, со шрамом на лбу и на виске, будто к стене приложили.
   - И левый угол рта иногда подрагивает?
   - Точно! Ты его знаешь, что ли?
   - Что он хотел узнать?
   - Куда ходишь, с кем встречаешься, что делаешь
   - Не сказал, зачем ему это?
   - Нет. Он почти ничего не говорил. Дал только денег
   - Как он с тобой свяжется, когда работа будет выполнена? - спросил я
   - Сказал, что пришлет человека в "Центр" завтра в восемь, и если я к этому времени успею сделать работу, то получу больше обещанного
   - Как вы друг друга узнаете?
   - Он в красной куртке придет, закажет себе мартини и сядет за столик возле фальшивого окна
   - Это все, что ты знаешь?
   Парень кивнул. Я разжал руку и отвернулся.
   - Мне сказали, что будет легко. Что это не запятнает репутацию. У нас главное репутация. Я никогда не подводил клиентов, - сказал парень. - Никогда
   Я резко дернул дверь, развернулся и кинулся на парня. Он выставил вперед руку с ножом, я перехватил её, и ударил между ребер. Парень закричал и упал. Я вытер нож об его одежду.
   - Тебе забыли сказать, что я люблю жизнь, и умею драться за неё
   - Помоги... - прошептал пораженный парень
   Я удивленно поднял брови
   - Тебя убила жадность... Кстати, тут очень худые крысы, - заметил я. - Надеюсь, им понравится мой подарок
   Я вышел на улицу и пошел в сторону дома. Карман неприятно оттягивал отобранный у парня мобильник. Возможно, я найду что-нибудь полезное.
   Когда я вернулся, народ уже начал собираться у дверей квартиры, пришлось их впустить. Она пришла чуть позже вместе с подружками. Каждую из них я, вроде, когда-то видел, но ни одного имени не помнил и после приветствий сразу же забыл произнесенные в короткой беседе. Почти весь вечер я слонялся по квартире, следя за порядком. Успел порыться в телефоне убитого днем парня и не нашел ничего полезного. Ближе к ночи пришел Череп, и подружки знакомящееся со всеми незнакомыми под чутким руководством моей возлюбленной, налипли на него. Немного ошалевший от такого "налета" Череп быстро освоился и через несколько часов увел одну из девушек в выделенную для него мной комнату (раньше там жил я и планировал оставить комнату пустой, но, обнаружив её свойства притягивать и располагать к близким отношениям девушек, Череп попросил отдать комнату алукардовой сестры ему). От скуки я пошел спать. Проснулся посреди ночи неизвестно от чего. Прислушался, но ничего не услышал. На кровать падал бледный свет луны из огромного круглого витража. Я был один. Натянул штаны, вышел из комнаты. На втором ярусе никого, по первому бродили несколько человек. За одним из столиков сидела она. Вокруг её кресла задумчиво ходил Череп. Я быстро спустился вниз, подошел к ней и присел на колени.
   - Милая?
   Она не отвечала, я посмотрел на Черепа.
   - У одного парнишки передоз случился
   - И?
   - Готов
   -Что принял?
   - "Качели" и бутирата сверху
   - Какой баран позволил?
   - Я думал, ты обо всем позаботился
   - Какого черта меня не позвали!?
   - Парень уже почти окочурившись был, когда его нашли. Скорую вызвали и все. Мне сообщили только тогда, когда он умер уже
   - Уберите все и проваливайте. Твоя девчонка где?
   - В спальне, - сказал Череп, поправляя трусы
   - Выгонишь, как проснется. Завтра никуда не уходи, поговорим
   - Лады
   - Пойдем, милая, - сказал я, обнимая её
   Мы зашли в комнату, я посадил её на кровать и принялся искать сигареты.
   - Ты первый раз увидела, как люди умирают, - сказал я. - Понимаю, это тяжело...
   - Мне страшно... А если бы такое случилось с тобой?
   - Я пару раз попадал в больницу, нажравшись всякой фигни.... Черт, если бы мне сразу же сказали, парня можно было бы спасти! - я ударил кулаком по стене и полез в карман за сигаретами. - Идиот, придурок, баран!
   - Что такое "качели"? - спросила она
   - Смесь героина с кокаином. Или любого другого опиата с любым амфетамином. Очень опасная штука. Передознуться чертовски легко. Бросает из седатии в стимуляцию. Если слабое сердце - покойник. Парень относился как раз к таким. Непонятно только, за каким чертом он еще и бутирата добавил!? Это то же самое, что грызть огурцы и заедать кирпичами
   - Ты пробовал "качели"?
   - Ага. До последнего сомневался, что останусь в живых. Была бы возможность, убил бы того, кто мне это предложил, но он не пережил тот веселый вечер... Сейчас постарайся уснуть. Завтра будет легче
   - Ответь на один вопрос, - сказала она прижимаясь ко мне
   - Ну?
   - Когда ты впервые убил человека?
   - Не так давно. Я не помню, кто это был, как его звали, как он выглядел. Это было в каком-то клубе. Мы из-за чего-то поссорились, подрались. Я пробил ему голову стулом. Когда меня от него оттащили, он был уже мертв. Потом меня рвало, я что-то говорил, махал руками, дрожал, заикался. В какой-то момент вырубился, очнулся часов через десять. Пару дней ходил, как пришибленный. Второго убил в уличной драке. Было плохо. После третьего престал бояться и переживать. Сейчас же все просто... Человеческая жизнь ничего не стоит. Совсем. Просто нас с детства заставляют бояться смерти и ценить жизнь, свои и чужую. Но мы не слишком далеко ушли от предков, инстинкты быстро берут верх. Двести лет назад в Мексике считалось нормой пырнуть ножом случайно толкнувшего тебя человека, то есть нет стеклянного потолка лжевоспитания. Уважение к жизни отсутствует, но сильно уважается смерть. Убийство естественно, но не все разбивают потолок предрассудков. Некоторые сходят с ума. Это тяжелое испытание, которое не каждому дано пройти. Я надеюсь. что тебе не придется. Стекло иногда бывает очень крепким.
   Я прислушался к ровному горячему дыханию и закрыл глаза.
  
   Я осторожно оделся, вышел из комнаты и подошел к черно-красной двери. Приоткрыл, вошел в комнату, стукнул Черепа по голове, тот проснулся, помотал черепушкой почти каламбур, однако), кое-как вылез из кровати (что было достаточно сложно - девчонка обхватила его ногами, одной рукой обвила за шею, вторая лежала на боку, и вокруг этой поучительной фигуры дважды змеей обвилось одеяло), остановился возле двери, тоскливо посмотрел на кровать и закрыл дверь. Мы пошли на кухню
   - Чего надо? - спросил он, доставая из холодильника кефир
   - Найди мне честных, в меру умных, сильных и разбирающихся в наркоте парней, которые не нарушают свое слово. И чтобы не любили алкоголь с веществами
   - Трудновато будет, - задумчиво сказал Череп. - Честных, умных и сильных я знаю, но вот чтобы без бухла и наркоты...
   - Постарайся. В "Дельте" даже такие были. Выпить они любили, но не на службе.
   - Ну да. Были. Только не знаю, согласятся ли они.
   - Скажи, что я прошу. И денег с халявой пообещай. И обязательно добудь мне Тигра
   - Он отошел от дел
   - Ради старого друга вернется. Не удастся убедить - уговори встретиться со мной
   - Типа ты сможешь его уговорить, если я не смогу?
   - Да. Он мне должен, а ты знаешь, как он относится к таким вещам
   - Знаю, - кивнул Череп. - Итак, я сегодня буду бегать туда сюда, команду собирать, безопасность нашего притона обеспечивать, а ты что делать будешь? С девчонкой кувыркаться?
   - Обеспечивать независимость нашего притона. И его светлое будущее
   - Так я тебе и поверил... Даже когда мы заправляли "Дельтой", ты делал все сам, а мне ничего не говорил
   - С тех пор многое изменилось
   - Только ты, зараза, не меняешься, - сказал Череп
   - Верно. У тебя есть поручение, советую приступать к исполнению
   - Доиграешься ты когда-нибудь в командира
   - Знаю... Пойду, прогуляюсь
   До вечера я обошел нескольких своих старых знакомых и договорился об охране квартиры (Череп всегда что-нибудь забывает, приходиться либо делать самому, либо проклинать его, когда все идет не по плану). Два раза проезжал мимо "Центра", осмотрел местность, один раз зашел внутрь заведения, не увидел ничего интересного. Стандартный бар с на первом этаже жилого дома. Танцпол, вечером полутьма и электронная музыка. Стены достаточно толстые, чтобы жители не порывались сжечь заведение и линчевать ди-джеев... Народ начинает собираться часов в семь (в основном, школьники). После десяти пускают только с восемнадцати лет, школоту выгоняют (кроме самых хитрых, естественно), появляется выпивка. Впрочем, приобрести её можно круглосуточно, просто позже к тебе меньше присматриваются. Я пришел туда в половину восьмого и оказался в море людей. Конец рабочей недели - народ стремится отдохнуть, развлечься, чтобы выходные лечиться от похмелья, а в понедельник прийти на работу злым, не выспавшимся и с твердым решением "сегодня пошлю начальника куда подальше и уйду к черту!". Я прошелся по бару, нашел фальшокно, сходил к стойке, набрал яблочного сока и сел за столик.... Парень в красной куртке. Оригинально. Большинство людей расхаживает в костюмах или футболках с джинсами. Школьников навалом... Одинаковые придурковатые лица, разная шелуха, одинаковая сердцевина. Парни-школьники подкатывают к девчонкам, те хлопают ресницами перед людьми постарше, люди постарше ищут себе подобных. Игра инстинктов с редким применением разума. Никакой артистичности, никакой виртуозности. Никакой психологии. Только физиология. С ними можно играть бесконечно. Управляешь одним членом стада - управляешь всеми. Среди этой грязи редко попадаются алмазы, артисты, фокусники. Тонкие психологи, способные управлять собой и другими. Нужно пройти к хозяину мимо двух слуг. Обычные люди просто подходят, уговаривают слуг, пытаются их обмануть, подкупить, запугать. В конце концов, просто пройти по их телам. Фокусники же подойдут к слугам, изящно коснуться полей шляпы, вежливо поздороваются, станут друзьями этих слуг. Держащая фокусника под руку дама мило улыбнется, расспросит слуг обо всем, печально вздохнет, и намекнет, что хорошо бы было увидеться с хозяином. Слуги начнут грызть друг другу глотки, стремясь получить от неё улыбку, прибежит их начальник, попадет под чары дамы, пойдет к помощнику хозяина, тот разгонит персонал, учтиво поклонится и уйдет. А через несколько минут фокусника и его даму спуститься встречать хозяин. Он учтиво поцелует даме руку, и поведет фокусника наверх.... Это артистизм, искусство управления серостью. Искусство делать ложь и правду неотличимыми друг от друга. Увидеть таких фокусников не сложно. Мы знаем друг друга в лицо.
   Пришедший лысый крепкий парень фокусником не был. Ни один мускул на его лице не дрогнул, но глаза выдали с головой. Он зло посмотрел на пять пустых стаканов и пристроил полные на другом краю.
   - Где Вихрь?
   Каким, однако, самолюбивым был наш покойный друг.
   - Он завалил задание. От него много ты бы и не получил. А вот от меня...
   - И что именно тебе известно?
   - Все, что вам нужно. Только я хотел бы задать вопрос
   - Деньги получишь после того, как я узнаю, что ты за птица, - раздраженно сказал лысый.
   - Я о другом хотел спросить
   - Валяй
   Возле нашего столика стало гораздо светлей. Я приблизил лицо к лысому.
   - Какого черта от меня нужно Ронни?
   Лысый побледнел и резко дернул рукой. Стало темно, толпа радостно закричала, через секунду зал погрузился в разноцветную полутьму. Зеленый, фиолетовый, красный, синий цвета быстро сменялись, все мелькало, люди радостно танцевали под дурацкую музыку. Лысый дрожал, я прислонил его к стене и приставил нож к горлу.
   - Быстро, да? Сейчас ты будешь отвечать на мои вопросы. Попытаешься что-то утаить - я с тобой расправлюсь. Сомневаюсь. что ты успеешь убежать
   Я вернулся на свое место. Парень сел и слегка расслабился.
   - Итак, первый вопрос, - сказал я, держа наготове нож. - Чей приказ - Ронни или Бигбо?
   - Мне приказал Ронни. Во время нашего разговора ему кто-то позвонил, и, Ронни какое-то время болтал, и сказал что-то типа "он приказал разобраться с этим парнем, как раз сейчас решаю этот вопрос"
   - Он тебе сказал, чем я не угодил Бигбо?
   - Как будто не понятно? - усмехнулся парень. - Все знают, что в последнее время Босс не твердо стоит на ногах. Он выкосил вашу банду, все вроде налаживается, а тут объявляешь ты, целый и невредимый, без Алукарда, занимаешь его логово и берешься за старое. Опять гонишь джет, притом такой грязный, что самый бедный торчок нос воротит. И при этом этот джет стоит копейки. Конечно, это не конкуренция, но сам факт того, что ты остался в стороне в то время, как всю твою банду замочили или посадили, а твой дружок вообще исчез, и теперь ты заправляешь делами, не по душе Боссу. Поэтому он хочет тебя устранить. Да и у Ронни есть причины тебя ненавидеть. Ты может и забыл, а вот он точно помнит, как ты его тогда надул. Да и лицо быстро не заживает... Но, как я вижу, тебя тоже потрепало
   - Ты уйдешь отсюда живым, если выполнишь мое поручение
   - А если я не соглашусь
   - Тогда, - я посмотрел лысому за плечо. - Я порежу тебя на кусочки. Буквально. Медленно и с упоением. И хрен кто услышит, как ты визжишь
   - Чего ты хочешь? - спросил он, побледнев
   - Приди к Ронни и скажи, что у тебя от меня сообщение Бигбо. Он приведет тебя к нему. Расскажешь обо всем, что здесь произошло. Я уничтожу Бигбо. Пусть готовит слезы, скоро будет причина их пролить. И передай привет Ронни. Советую сделать это до того, как придешь к Бигбо. Развлекайся
   Я вышел из бара и зашагал к остановке. Игра началась.
  
   Я незаметно спустился в подвал, подошел к гнилой двери, выбил её с петель, вошел внутрь, надавал идиотам по рожам и начал разбор полетов. Бодяжили три дохляка-студента. Через час приехало то, что осталось от нашей организации: несколько человек из верхушки и постаревший Химера. Перепуганных студентов мы выкинули на улицу, сами поднялись на второй этаж, в бывшую студию.
   - Итак, господа, - начал я, облокотясь на старенькую трибуну. - Как я вижу, вы решили заняться пиратством и под знаком нашей честной торговой марки продаете неизвестно что.
   - А что было делать? - спросил Химера. - Мы с трудом выкрутились, остались без копейки в кармане. Нужно было решать
   - Хреново решили. Подписали себе приговор. Рано или поздно, вас бы растерзали
   - Делай то, что собирался. Не просто так ты нас собрал
   - Верно. Химера, у тебя остались старые связи?
   - Кое-что
   - Отлично. Я долго отдыхал, поэтому введите меня в курс дела. Краткое содержание предыдущих серий без основного персонажа
   - После того, как нас накрыли, началось бешенное разбирательство. Почти всех обвинили. Некоторые смогли отмазаться. Либо не было доказательств, либо были деньги. Твоих людей вообще не нашли... Я отдал все, что было, чтобы от меня отстали. Бигбо все хорошо подстроил. Почти всех поубивали, некоторые присоединились к нему. Карты спутали вы с Алукардом. Вас не удалось поймать, потом вы устроили заварушку, убили Абро. Короче, подняли на уши весь город. Вы договорились с полицейским, сообщили ему кое-что. Бигбо все сделал правильно, но смерть нашего общества ударила и по его банде. Не всех ужалось убрать до того, как они начали давать показания... После того, как вы штурманули отель, началась охота за бандой Бигбо. Накрыли несколько точек и складов, поймали многих участников. Самых крупных отмазали. остальные пошли по полной. Многие обиделись и стали давать показания. Бигбо почти поймали, но он смог выкрутиться. Отстранили Вертинского - твоего полицейского друга - и дело закрыли. Убирать его не стали, просто пригрозили. Сейчас Бигбо восстанавливает господство, но прежней империи уже не будет. Достаточно одного промаха, чтобы хоть кто-то начал сомневаться
   - А если появляется равная сила - начинается война, - задумчиво сказал я
   - Сейчас нет того, кто мог бы с соревноваться с ним, - покачал головой Химера
   - Я
   - Смешно
   - Вы уже запалились, так что теперь будет так: я становлюсь во главе...
   - Ага, мечтать не вредно! Мы мелкие торговцы, Бигбо вами не заинтересуется
   - Через пару дней вас убьют. Такое порой случается, когда одни люди присваивают себе залуги других. Пиратить нехорошо, и то, что я стою перед вами, яркое тому доказательство
   - А ты откуда все это знаешь?
   - Говорил тут с одним человеком... Кстати, по мои расчетом, через час-полтора Бигбо узнает о том, что мы собираемся играть по-крупному
   - Мы не собираемся ничего такого делать
   - А вот Бигбо подумает иначе. Теперь вам конец
   - То есть ты нас просто заложил!? - спросил стоящий за Химерой человек
   - Сочувствую тебе, Химера, - сказал я. - Иметь в подчиненных таких идиотов...
   - Ублюдок!
   - Что ты предлагаешь? - мрачно спросил Химера
   - Мы собираем людей и начинаем играть в настоящие игры
   - Пошли вы все! - сказал один из подчиненных Химеры. - Не собираюсь я приказы этого сопляка выполнять! Бывайте
   Вместе с ним вышло еще несколько человек. Я лениво махнул рукой.
   - Скоро мы о них услышим, - заметил я
   - Может ты перестанешь болтать и предложишь что-то конкретное!? - раздраженно спросил Химера
   - Я уже предложил
   - Ну да, "соберем людей"... А дальше что? Где мы наркотики возьмем
   - Это мои заботы. Через два дня у нас будет столько чистого джета, что Бигбо, если узнает, от зависти начнет кусать собственный зад... Забавный получится колобок
   - Химера, а может учтешь мнение своих подчиненных? Сначала, может, посоветуемся?
   - У вас есть предложения получше?
   - Возможно...
   - Я пока что отойду, советуйтесь, - сказал я, выходя из комнаты
   Я вернулся через десять минут, нагруженный напитками
   - Преступим к следующему пункту...
   - С чего ты решил, что мы согласились? - подозрительно спросил высокий худой парень
   - Жить все хотят... Берите напитки, продолжим разговор. На чем остановились?
   - На наличие у тебя наркоты
   - Я уже говорил, что она у меня есть, и высшего сорта
   - Нужны деньги на организацию подставных фирм для отмывания...
   - Мы в свободной стране, здесь деньги приходят ниоткуда и уходят в никуда
   - А хранить где будем?
   - В тайниках, как и наркоту, это не проблема. Проблема в продавцах. Среди твоих связей остались такие, которые позволят решить ёё?
   - Есть два-три человека... Сейчас осталось не так уж и много свободных торговцев, Бигбо подмял под себя почти весь бизнес
   - Значит, оставшиеся присоединятся к нам. Без крыши долго не проживешь
   - Нужна охрана
   - Есть..., - сказал я. - Значит так, Химера. Договариваешься с торговцами, цена в три раза ниже рыночной. Предупредишь, чтобы не сильно жадничали и не завышали. Будут возникать - устраним
   - А... Ты представляешь сколько наркотиков нужно при такой цене?
   - Будет очень много... Вы двое, займитесь рекламой. Денег вам выдадут.
   - Что с полицией?
   - Это позже... Теперь, ребята, можете веселится. Последний этаж
   В квартире, судя по звукам, вовсю веселились. Череп перехватил меня на входе, и мы отправились на десятый этаж, где собрались его люди. Почти всех я знал про именам, парни из "Дельты". Каждый был одет в кожаную или брезентовую куртку, футболке с различными лозунгами или названиями музыкальных групп, кожаные штаны или джинсы, голова или шея обмотана банданой. Многие были с битами, у других из карманов выпирали ножи или кастеты. Большинство смеялись друг над другом, прихлебывая принесенные напитки. В стороне от толпы стоял среднего роста сухой парень в кожаном плаще. Ему было двадцать, но выглядел он на сорок с чем-то.
   - Приветствую, друзья, - сказал я
   - Дагон! - все радостно бросились ко мне. - Здорово... Как жизнь?... Прикольный прикид.... Опопсел! Музыку хоть нормальную слушаешь?... Нехилый шрам, кто сделал?...
   - Прошу минуту внимания
   Все постепенно смолкли
   - Как вижу, Череп нас почти не подвел. Собрал всех, кого нужно. Думаю, вы еще помните былые времена, как мы зажигали...
   - Как бухали!
   - Как тусовались!
   - Как упарывались!
   - Как баб делили!
   Все одобрительно засмеялись. Я продолжил:
   - Думаю, вы все скучаете по былому. Сегодня же у нас есть шанс вернуться в прошлое. Многие из вас знают, что на улицах неспокойно. Бигбо пытается контролировать город. Мы же всегда были свободны и останемся такими же. Нас множество раз пытались контролировать, где же они сейчас?
   - В могилах! - закричал кто-то
   - За свободу нужно бороться. Для этого мы возродим "Дельту" и свергнем тиранию. Мы сами вправе решать, какой путь выбрать. За свободу, друзья!
   - За свободу!
   - За Дагона!
   - Хой!
   - Да здравствует анархия!
   - Да здравствует Дагон!
   - Дагон!
   Анархисты еще долго ликовали, затем несколько успокоились
   - И последнее, - сказал я. - Череп нас, как всегда, немного подвел и забыл кое о чем
   - Да он всегда что-нибудь забывает! - заметил один из анархистов
   Раздался дружеский смех
   - Он забыл пригласить вас на вечеринку, поэтому это делаю я. Не забывайте о правилах приличия... Добро пожаловать в мой дом!
   Скоро анархисты отправились в квартиру (я улыбнулся, представляя, что там сейчас начнется),Череп присоединился к ним, чтобы поддерживать порядок. Тигр продолжал стоять, прислонившись к стене. Я подошел к нему
   - Я давно не верю в эту вашу свободу. Ты позвал меня не для того, чтобы наставлять на путь истинный, - сказал он, пристально глядя на меня мыльно-стальными глазами.
   Он сильно изменился. Некогда энергичный, безумный и расчетливый, он превратился в пародию на самого себя. Он был выше меня, но из-за сутулиной спины, наклоненной головы и пришибленный походки казался ниже. Хрипел, как двухсотлетний курильщик, глаза слезились, словно мы находились на сильном ветру. Волосы его выцвели, стали цвета сгоревшего и смешенного с древней пылью угля и казались давно не мытыми. Дырявый лоснящийся плащ свинцовым грузом висел на перекошенных плечах.
   - Тебя сильно поломало, - заметил я.
   Тигр кивнул
   - Наркотики, алкоголь. Джет
   - Сколько сидишь?
   - С тех пор, как Таня бросила
   - Хочешь изменить жизнь?
   - Нет, меня все устраивает
   Параноидальный взгляд, нервозность. Передо мной отражение тени человека. Легкий туман. Марево над раскаленным асфальтом. Пример того, как людей меняет один неверный поступок. Жизнь по инерции, по сколькой родной дорожке наркотика. Джет хуже героина. С героина можно слезть, превратив оставшуюся жизнь в воспоминание о прекрасных кошмарах. Джет же становится твоей жизнью. До самой смерти. Тигр, видимо, начинал с "чистогана", сейчас же сидит на "растворе". Что ж...
   - Ты забыл, что должен мне
   - Не забыл
   - Проработаешь на меня пять месяцев, затем пойдешь, куда захочешь
   Тигр безразлично кивнул. Его не интересовало, что нужно делать .
   - Идем, - сказал я
   Мы спустились на третий этаж, прошли через комнату с серверными стойками, я открыл едва заметную дверь. Загорелся свет. Я махнул рукой на кресло. Тигр послушно сел. Я принялся копаться в висящем на стене шкафчике
   - Будешь следить за порядком в моей квартире. Следить, чтобы вовремя успокаивали тех, кому уже хватит, а он хочет еще. Я выдам тебе в подчинение парней из "Дельты". В любую минуту ты должен быть готов исполнить любой мой приказ
   - Сомневаюсь, что я на такое способен
   - Сейчас будешь
   Я достал жгут и наполненный шприц. Жидкость слегка отливала синим. Тигр, равнодушно осматривающий невзрачную комнату, заметив шприц, попытался вскочить, но я прижал его к креслу. Раньше он бы с легкостью отшвырнул бы меня, теперь же мог только беспомощно колотить руками и пытаться выбить шприц. Я закрепил его конечности в зажимах, оторвал рукав плаща и перетянул руку жгутом
   - Нет, нет! - шептал Тигр
   - Не дергайся. Придется через это пройти... В тебе еще остались силы, и я использую их себе на пользу. Я должен уничтожить Бигбо. Для этого мне нужен порядок внутри общества. И ты его мне обеспечишь
   - Нет
   - Немало у тебя ран. Денег, видимо совсем не хватало. Уже делал порезы и втирал раствор... Не дергайся, иначе могу промахнуться
   Я протер место укола спиртом, выпустил из шприца немного жидкости, поднес к руке и осторожно вонзил в вену (благо, опыт есть), оттянул поршень чуть назад, в шприц быстро пошла кровь. Я вводил медленно, Тигр постепенно успокаивался, дыхание его замедлялось и вскоре вообще остановилось. Я вытащил иглу и ослабил жгут. Несколько секунд ничего не происходило, затем Тигр вздохнул и заморгал. Из его глаз исчез туман, взгляд стал острым, как скальпель. Я открыл зажимы.
   - Добро пожаловать в остатки своей жизни. Как ощущения?
   - Черт! - задорно прохрипел Тигр и сплюнул на пол
   - Пошли, помоешься, переоденешься, и я познакомлю тебя со своими людьми
   - Пожрать бы не помешало, - заметил Тигр
   - Пожрешь потом. Сейчас отправляйся на пятый, там что-то вроде квартиры, еще переделать не успели. У тебя час
   Веселье в квартире пошло на спад. Анархисты, благодаря злому Черепу, показались всем довольно милыми и обаятельными людьми широкого кругозора. Беспредела не было, все славно повеселились. Через час пришел Тигр, всем стало еще веселей. Через два часа почти все ушли. Я стоял у окна и почувствовал за спиной легкое движение воздуха.
   - Все в порядке? - спросила она, нежно касаясь моей руки
   - Да. Все хорошо
   - Где ты сегодня был?
   - Решал маленькие проблемы. Теперь все будет отлично, - я сделал незаметный знак, музыку сменили. - Потанцуем?
   Её глаза округлились
   - Ты же никогда не танцевал со мной! Говорил, что....
   - Теперь буду танцевать, - я привлек её к себе. - Сколько ты пожелаешь
   Она смущенно улыбнулась. Я ликовал. Теперь я знаю, что это любовь, а не жалость или чувство вины Музыка лилась нескончаемо, мы двигались медленно, наслаждаясь каждым шагом. Это было лучше алкогольного или наркотического опьянения. Это была жизнь и смерть, любовь, вечность. Мечта. Сон наяву
  
   Череп плюнул в воду и тихо выругался. Я осторожно оттолкнулся шестом от берега, Череп сделал то же. Мы медленно добрались до острова, Череп остался у баркаса, я пошел к стене. Забрался на дерево и спрыгнул с другой стороны.
   - Кто? - подозрительно спросили из темноты
   - Доставай сумки, - сказал я.
   - Принес?
   - Да... Нельзя ли света добавить?
   Вспыхнула длинная спичка. осветив три мрачно-любопытных лица. Я открыл принесенный с собой рюкзак, вытащил оттуда сверток и кинул на землю. Парень склонился развернул, осмотрел, забрал.
   - Ваша очередь, - сказал я
   Из темноты стали появляться сумки. Четыре... восемь... шестнадцать... двадцать... двадцать четыре
   - Поможете?
   Парень кивнул. Я залез на стену, мне начали подавать сумки.
   - Бывайте, - сказал я, когда последняя пара оказалась в моих руках
   Люди скрылись в темноте. Я взял четыре сумки и поплелся к реке.
   - Хрипишь, как раненный кабан, - заметил Череп. - Бросай курить, друг
   - Попробуй поднять, умник, - сказал я
   - Твою ж!... - от натуги Череп покраснел так, что это было видно даже в темноте
   - Брось корыто к черту и иди за мной. Там еще двадцать штук
   - Да ты гонишь!
   - Шевели ластами
   Мы перенесли сумки, Череп тяжело вздохнул и завалился на землю.
   - Я... до последнего не верил... что ты на столько договорился
   - Забирайся. Отчаливаем
   - Слушай Дагон, - обеспокоено сказал Череп. - Что-то мне все это не нравится... Как бы наш баркас на дно не ушел
   - Сейчас мелко, сумки водонепроницаемые, если что - вытащим
   - Серьезно?
   - Это наши денежки и жизни. Я бы достал их даже со дна Марианской впадины
   - Раньше бы не поверил, но учитывая, как на тебя влияет эта девчонка...
   - Шестом двигай, а не болтай
   - Одно другому не мешает, - улыбнулся Череп. - Кстати, что ты ей сказал?
   - Поехал искать издательство получше. И шмотки
   - И она поверила?
   - Шмотки я купил. Издательство не нашел. Какие проблемы?
   - Нехорошо любимым людям врать
   Я рассмеялся
   - Плохо на тебя общение с приличными девушками влияет. Возвращайся к представительницам самой древней профессии
   - Поверь мне, Дагон, твои "приличные девушки" похлеще самой прожженной шлюхи будут. Знал бы ты, на что они ради денег готовы...
   - Кому ты рассказываешь, - улыбнулся я. - Причаливаем! Шест убирай!
   - Сумка!... Верещагин, уходи с баркаса!
   - Спокойно!... Нормально все, вылезаем... Кстати, нужно будет борта приделать, чтобы груз не улетел... Зови своих
   Через несколько минут прибежали два человека, мы перетащили сумки в стоящую на дороге машину и поехали на вокзал. Там перекинули груз в один из вагонов товарняка.
   - Значит так, - сказал я двум подручным Черепа. - На подъезде к городу, где будка деревянная оранжевая, начнете скидывать сумки. Желательно быстро и аккуратно. Вместе с грузом высадитесь сами. Вас будут ждать... Это нужно проделать тихо. Во время поездки сидите тише воды, ниже травы. Все понятно?
   Парни кивнули.
   - Поезд отправится через полчаса, можете пока что сходить, покурить
   Я подождал, пока парни скроются среди стада составов, и тихо свистнул. Из-за вагона вышел низкий худой парнишка с крысиными глазами.
   - Забирайся в последний вагон. Проследишь за ними, доложишь мне. Не попадись... Пошли, Череп, делать здесь больше нечего. Пошли, похаваем, что ли, поезд только через час
  
   - Как съездил? - спросила она после поцелуя
   - Хорошо. Что хотел, сделал
   - Устал?
   - Немного. А ты как без меня?
   - Нормально. Вчера с Мариной по магазинам прошлись, я себе кофту прикольную купила
   - Потом покажешь.... Ничего ненормального не происходило?
   - Нет. У тебя друзья прикольные, с ними весело
   - Есть немного
   - А почему ты мне не про свои песни не рассказывал?
   - Какие песни?
   - Да ладно, не прикидывайся! Думаешь, я про "Мор" не слышала? Вы тогда несколько концертов дали, а ты меня даже не пригласил
   - Во-первых, мы тогда были не в очень дружеских отношениях...
   - Ты всегда был моим лучшим другом, - обиженно сказала она
   - Во-вторых, такой отстой тебе лучше не слушать
   - Ты так про все, что делаешь, говоришь. У тебя песни где-нибудь остались? Хотя бы тексты
   - Не...., - я осекся. - Во сколько ты сегодня придешь?
   - Часов в шесть, мне сегодня в театральное. А что?
   - Я тебя сегодня не встречу, пойдешь с подружками
   - А ты что делать будешь?
   - Спать. Что-то я себя нехорошо чувствую
   - Ладно... До вечера
   - До вечера
   Как только она ушла, я сгонял на двенадцатый этаж, перерыл там все, нашел нужное и снова побежал наверх. Растолкал сладко спящего между двумя красотками Черепа и потащил его в свою комнату. Там некоторое время приводил в чувство, затем объяснил, что мне нужно, Череп ответил неопределенным жужжанием (что-то вроде "я-то тут причем?"), но после нескольких бодрящих ударов согласился. Мы быстро собрали нужных людей, выгнали ненужных и приступили к подготовке сюрприза.
  
   Она пришла чуть позже шести. Открыв дверь, увидела дорожку из лепестков различных цветов, услышала тихую музыку. В гостиной, разряженные, как идиоты, сидели скрипач, гитарист и барабанщик. Череп в старинном фраке с бабочкой и цилиндром, стоял в стороне. Я медленно спустился по лестнице, наблюдая за её реакцией. На слегка усталом лице расцветала счастливая улыбка.
   - Я решил, что просто дать тебе диск с песнями глупо. К тому же, во время первой записи у нас не было скрипки. А перед концертами наш скрипач ушел в запой, и пришлось играть без него... Череп, вокал!
   Череп спел довольно милую трагическую песенку, я помог ему в особо трудных местах. Затем он ушел в сторону, я встал на колени.
   - Знаю, я постоянно говорю, что люблю тебя. что ты мне дорога, такой уж я человек. Сейчас говорю это еще раз. Все, что здесь происходит, весь праздник, все, что я делаю - для тебя
   По её щекам текли слезы
   - Это так мило. Спасибо.. Спасибо вам всем за то, что поддержали его. Я люблю тебя. Ты лучший
   - Пошли в комнату. Ты устала, наверное. Там еще что-то вроде сюрприза... Череп, захвати гитару... Спасибо, народ
   - Не за что, Дагон
   - Всегда пожалуйста
   Мы сидели в кресле, грызли орехи, напротив сидел Череп и мучил струны гитары. Мы с ним пели все написанные мной песни. Некоторые были ужасны, другие смешны, какие-то показались мне неплохими. Иногда мы прерывались, Череп рассказывал приколы из короткой истории группы (по которой я совсем не скучаю).
   - У Дагона поначалу было множество убогих песен, но, к сожалению, большинство из них потерялись. Или он сам уничтожил. Несколько штук остались, и они постоянно напоминают ему, насколько он убог. Например эта..., - Череп задумался. - А, вот! "Стоял я в толпе, бросался камнями. За это скоро...."
   - А дальше ты, само собой, не помнишь, - сказал я.
   - Но ты-то помнишь хорошо. Твоя очередь
   - Такое убожество я никогда и в лицо не видел. И никогда не писал
   - Да ладно, я сам помню, как мы её в сгоревшем актовом зале играли
   - Память тебя подводит
   - Дагон, - меня легко толкнули. - Сегодня день откровений. Колись, что за песня?
   - Изначально это была какая-то любовная бредятина, затем я ей переделал, оставив только припев. получилось неплохо. Только его я и помню. Сама песня, вроде, про ведьму какую-то была
   - Пой припев
   - Не хочу я его петь!
   - Тогда проговори
   - Эх, позор на всю твою жизнь, Дагон..., - я вздохнул и под звуки гитары тихо пропел
   "Стоял я в толпе, бросался камнями.
   За это скоро получил по лицу.
   Упал я на землю, пыль глотая,
   Случайно увидел судьбу я свою.
   Среди уродов разглядел девушку ту,
   Что может видеть сквозь лжи скорлупу.
   Что может любить лишь того,
   Кому от её рук умереть суждено"
   - Это про меня? - спросила она, задумчиво водя кончиками пальцев по шрамам на моих предплечьях
   - Изначально да
   - Довольно красиво
   - Ты просто оригинал не слышала
   - Он был настолько ужасен, - замогильным голосом заметил Череп. - Что даже анархисты начинали икать, слыша первые аккорды
   Мы засмеялись
   Череп попел еще некоторое время, затем ушел. Погружаясь в сон, я смутно слышал, как он, зацепившись за косяк двери и ругнувшись, покатился по лестнице.
  
   Загорелся свет, низкий толстенький мужичок толкнул на лестничную клетку маленькую худую девочку с криком: "Беги!", ринулся следом, получил дверью по лицу и завалился на пол. Высокий лысый парень внес в квартиру вопящую девчонку, следом за ним вошли еще два человека похожей наружности, первый схватил за шиворот мужичка и бросил на пол ближе ко мне, второй закрыл за собой дверь. Лысый отпустил девчонку, та бросилась к мужичку. Тот поднялся на колени и обнял девочку, готовый защищать её от всех нас.
   - Вижу, Боров, ты слегка запутался и решил, что тебе все дозволено. Нужно было подготовиться к моему визиту. Спрятаться
   - Чего ты хочешь?
   - Ответь на вопрос: зачем ты пошел против меня?
   - Потому что ты не понимаешь, что творишь. Ты дал нам джет и приказал продавать за копейки. Я не продаю наркотики всяким школьникам и глупым детям, пытаюсь заставить подчиненных мне торговцев не делать этого, но они не слушают. Поэтому я повысил цену... Понимаю, ты хочешь свергнуть Бигбо, завоевать рынок, но не такими способами. Нельзя продавать джет всякому желающему. Даже взрослому трудно преодолеть зависимость, а подростку - невозможно!
   - Я спас ваши задницы. В обмен вы обязались выполнять мои приказы
   - Ты людей убиваешь! - сказал Боров, трясясь.
   - Знаешь, я бы мог и не наказывать тебя. Если бы ты не повел за собой других... Скажи, на что ты надеялся? Что я не замечу или проигнорирую?
   - Я надеялся, что ты одумаешься! Перестанешь тащить всех за собой в пропасть!
   - Я вас оттуда вытащил, - заметил я, задумчиво покачивая лежащей на столике ногой. - И, думаю, имею право таскать в Караганду
   - Возможно, ты уничтожишь Бигбо, но лучше никому не станет. Все также будут торговать наркотиками и убивать других
   - А ты сам зачем пошел в это дело?
   - Мне очень нужны деньги
   - Другим тоже
   - Мне они нужны на благое дело!
   - Добро и зло относительно. Для меня благое дело - уничтожение Бигбо. Это моя цель. Средства меня не волнуют
   - Когда-нибудь ты поплатишься за все, что делаешь, Дагон. Все совершенное тобой зло коснется тебя
   - Возможно... Скажи, ты меня ненавидишь?
   - Я тебя презираю. Ты - жалкий трусливый мальчишка, собравший вокруг себя идиотов и играющий с ними в игры. Ты построил свой песочный замок на камне Алукарда... Жаль, что его с тобой нет. Он сдерживал твои маниакальные наклонности . У него хоть был кодекс чести
   - Не знал ты Алукарда... А вообще, ты хочешь сказать, что я просто управляемый инстинктами зверь?
   - Именно
   - Что ж... Сейчас я покажу тебе зверя.... Красивая у тебя дочка
   Боров побледнел и крепче прижал к себе пепельноволосую девочку.
   - Младшая?
   - Д-да
   - Подойди сюда, девочка... Не бойся, я тебя не съем
   Девочка подошла
   - Как тебя зовут?
   - Лиза, - ответила девочка тихим мягким голосом. - А почему ты обижаешь моего папу?
   - Он обманул меня... Но ты можешь сделать так, чтобы мы извинились перед ним и ушли
   - Как? - любопытно спросила девочка
   - Пошли со мной
   - Нет, не ходи, - сказала Боров
   - Пошли. Через пятнадцать минут вы будете свободны
   Боров схватил меня за ногу, его прижали к полу
   - Дагон.... Не надо... Я сделаю все, что ты хочешь, только не делай это.... Умоляю
   - Пятнадцать минут, - сказал я холодно и пошел в комнату
   Закрыв за собой дверь, я сел в кресло. Девочка сидела на кровати напротив
   - Давай знакомится. Меня зовут Дагон
   - А меня Лиза
   - Это мы уже знаем... Вы с папой живете одни?
   - Да
   - А что с твоей мамой?
   - Она... умерла, - наивным тоном сказала девочка. - Еще с нами жила Диана, но она... ушла. Папа сказал, что она уже взрослая... Можно я скажу тебе кое-что.... Только никому не говори. Это секрет
   - Обещаю
   - Однажды к папе пришел какой-то мужчина, и они разговаривали в комнате. Я спряталась за дверью...
   - И подслушала
   Девочка покраснела
   - И что же ты услышала?
   - Не помню. Они говорили что-то про Диану. И про какой-то Зет
   - Ясно... А папа много работает?
   - Да
   - А кто сидит с тобой?
   - Лена. Они веселая. Мы играем с ней в куклы
   Высокая болезненного вида блондинка, бывшая воровка. Боров подобрал её на улице, вылечил и приставил к своей дочери
   - А папа покупает тебе игрушки? Водит куда-нибудь?
   - Да. Иногда мы ходим в парк. Там красиво. Иногда мы ходим к дяде Саше. Он врач. Он присоединяет по мне странные шарики и пластинки. Они щекотные... У него там много странного... Я тоже, когда вырасту, хочу стать врачом и лечить людей
   - В мире не так уж и много людей, которых стоит лечить...., - вполголоса проговорил я
   - Что?
   - Раздевайся
   Девочка покраснела
   - Считай, что я врач, и что я буду тебя осматривать
   - Отвернись
   - Хорошо... Можно поворачиваться?
   - Да
   Золотые глаза, гладкая кожа с синеватым оттенком, торчащие ребра, несколько красных точек в разных частях тела... Забавно, но когда-нибудь эта девочка превратится в прекрасную женщину....
  
   Я вышел из комнаты, зевнул, подошел к прижатому к полу Борову, присел. Его взгляд пылал чернейшей ненавистью.
   - Что ты сделал?
   - Сейчас ты меня ненавидишь больше всего на свете. Ты смотришь на меня, и единственное твое желание, твоя цель - вцепиться мне зубами в глотку и задушить, загрызть, разорвать на части. Я обещал показать тебя зверя. Посмотри на себя. Загляни внутрь. Что ты там видишь?
   - Что ты с ней сделал? - процедил сквозь зубы Боров
   - Внутри только ненависть. Всепоглощающая, сметающая все на своем пути. Жажда крови
   - Что ты сделал с ней, ублюдок!? - Боров попытался вырваться, но его держали крепко
   Я пододвинул к себе лежащую под столиком сумку. Вытащил оттуда несколько пачек банкнот и кинул их перед лицом Борова. Затем достал визитку с ручкой и написал на ней номер телефона
   - Обратись к доктору Зелаевскому. Это деньги на лечение твоей дочки. И советую поторопиться - с такой фигней долго не живут
   - Как ты узнал? - пораженно спросил Боров
   - Никогда не стоит идти на врага, не подготовившись... Убирайся из этого города. Продай все, что можно, смени имя. Иначе тебя найдут и убьют
   - Спасибо
   - За что?... Уделяй дочери больше времени.... И расскажи, что случилось с её сестрой.... Утром тебя уже не должно быть в этом городе, иначе сгоришь вместе с квартирой... Сумку оставь себе... Пошли
   - А что с другими? - спросил один из моих сопровождающих. - Видя, что за нарушение правил нет наказания, многие могут взбунтоваться
   - Убейте их, квартиры с домами сожгите. Перед этим выбейте из них все ценное... Что встали? Выполняйте
   Парни сели в машину и уехали. Я побрел в сторону дома. Через несколько километров на меня из переулка выскочил низкий худой парень. Я кинул его в стену и ударил ножом. Наркоман закричал.
   - Глупо было нападать на меня в открытую. Кто тебя прислал?
   - Сон
   - Ого... Бывай, друг. Через пару минут помрешь, готовься ко встречи с подсолнухами
   Я зашагал быстрей... Вот оно как. Уже и Сон заинтересовался мной. Интересно, по приказу Бигбо или просто так. Скорее всего, первое. Видимо, большого босса не устроили успехи Ронни, и он приказал своему воспитаннику решить проблему... Похоже, будет весело.
  
   "За смехом следуют слезы", - главное правило любой комедии. Две недели счастья. прошло две недели, и мы поссорились. Не знаю, где я допустил ошибку. Все было отлично. Мы развлекались: гуляли, устраивали вечеринки, танцевали. Я пробовал приклеить свои задницу к стулу и оставить мысли на бумаге. Получалось не очень, но наброски были. В мой карман начали прибывать деньги. В городской морг начали прибывать трупы. На меня чуть ли не по несколько раз за день нападали наркоманы. Всех их нанял Сон. О Ронни я ничего не слышал. Несколько раз я замечал за собой слежку. но ребята Черепа быстро с этим разбирались. Торговцы не бунтовали. Никто даже не пытался скрыть доходы. А зачем их скрывать, если деньги текут такой рекой, что легко захлебнуться? Сферическая империя Бигбо в вакууме начала шататься на своих кривых ножках. Ощутимо. Оптимисты предсказывали ему год, реалисты - три-четыре месяца. Наше общество крепло с каждой секундой. Некоторые попытались подорвать мой авторитет, но закончили плачевно. Да и поддерживать их было некому: возможности узнать, где я беру джет, не было. Без Дагона им не выжить. Я знал, что они будут держаться за меня крепче, чем за мамкину юбку, но при любой возможности всадят нож в спину (буквально).
   Она обо всем узнала. Почти. У неё был дружок, вертящийся в высших кругах торговцев. Имени его я не помнил. Он много поведал ей обо мне. Наказывать его не стали... Она закатила истерику, я не сдержался, болтнул лишнего и той ночью спал один (вернее стрелял из плевательной трубочки в витраж черникой). На следующее утро я согнал всех на уборку квартиры, а сам полез искать телефон. Через полчаса я разговаривал со своим знакомым, студентом какого-то там кинематографического университета. У него скоро должна была загореться дипломная работа... После нескольких минут глупых гудков трубку подняли
   - Алло, здорово, Рыжий, - сказал я. - Слушай, я тут подумал над твоим предложением по спасению твоей ленивой задницы... Прикатывай к мне, у меня идейка зашибательская есть
  
  
  
   - Мокрый!
   Я обернулся и прищурился. Ко мне ковылял Хомяк - мой старинный друг. Он не спеша подошел ко мне и похлопал по плечу.
   - Чё на к Дисе не идешь?
   - А зачем?
   - Там все собираются
   - Ну и что?
   - И Машка там
   - И?
   - Короче... Я подслушал, как она разговаривала с Ленкой... В общем, они сегодня с Серегой собираются.... ну... это... того....
   Дьявол! Что делать? Я не могу ничего сделать! Но если я позволю ей сделать это, то шансов у меня не останется совсем... Но что делать!? Серега - высоченный мускулистый парень, боксер, мечта всех девушек нашей школы. Я же - никто. Он меня просто по стенке размажет... Кстати, я ему завтра сочинение по "Вишневому саду" принести должен.... Не отвлекаться! Что делать?
   - Меня это не интересует
   Ко мне незаметно подошел Саня -высокий худой парень с уродливым лицом, любимец девочек, главный ловелас. И получатель регулярных люлей от Сереги.
   - Позволишь Мячику сорвать молодую розу? - едко спросил он
   Мячик. Серега это ненавидит. Порвет, если услышит... Или не порвет.... Розу он не сорвет
   - Пошли к Дисе
   - У тебя есть план?
   - Конечно, есть - улыбнулся я
  
   - Снято!
   Я выдохнул и подошел к Рыжему.
   - Ну как?
   - Смотри
   Я посмотрел... Плохо
   - Недурно
   - Даже не надо повторять, - заметил один из ассистентов Рыжего
   - Молчать! - крикнул Рыжий
   Ассистент примирительно замахал руками и отошел в сторону
   - Снимайте сцены без меня. Я после выходных появлюсь
   - Случилось что?
   - Не совсем... Снимайте. И не разгони группу, как вчера
   - Я виноват, что работаю с полными баранами?
   - Не скучай
   - Так, бараны! - закричал Рыжий. - Снимаем дальше, бездарности великие!
   Я тихо засмеялся. Рыжий приехал ко мне через полдня после звонка. Сначала все шло хорошо, но потом мы что-то выпили и выкурили и заговорили о съемках фильма. Тогда-то нас и понесло. Что именно мы решили, я не запомнил, но на следующее утро в моей гостиной стояло двадцать пять человек - актеры, помощники и однокурсники Рыжего. Я произнес убедительную речь, после чего разбудил Рыжего, и мы начали вспоминать, что же мы вчера решили. Оказалось, актеров набирал я. Музыку подбирал тоже я. Сценария я пообещал написать за день, Рыжий взял все остальное на себя. Со всеми пунктами мы справились. оставалось реализовать план. С музыкой все вышло достаточно легко - Рыжий пригрозил четвертовать всех помощников, если они не договорятся с правообладателями. Я собрал актеров - своих знакомых и ребят из "Дельты" для массовки. Всех, кто должен был мелькать в кадре дольше трех секунд, отправили в театр (мои знакомства до начала наркотического пути пригодились впервые в жизни) проходить ускоренный курс актерского мастерства. Я сел за сценарий, тот отнял у меня три дня. Через два дня завершились все подготовки, и мы приступили к съемкам. Обычно тихий и стеснительный, Рыжий превратился в великого инквизитора, карая всех и вся. Обычно после каждой сцены он молился всем известным ему богам (хотя ни одного и не знал) и умолял меня что-нибудь сделать. Я делал вид, что всех спасаю, Рыжий успокаивался, и съемки продолжались (хотя ребята и так выкладывалиьс по полной, и получалось хорошо). С людьми нам повезло. Конечно, лучше было взять более-менее приличных актеров, а не школоту. Но, во-первых, денег у нас было немного (я собрал всех и сказал, что поделим поровну то, что заработаем, если заработаем - никто не ушел), почти все ушло на оборудование. Во-вторых, почти все в моем сценарии были школотой, а кто лучше всего сыграет тупого школьника, как не другой тупой школьник. В-третьих, я предпочитал работать со знакомыми мне людьми. Я знал, как они относятся ко мне и моим произведениям. Знал, что они не бросят меня. Каждый в душе мечтает стать кинозвездой, и я предоставил им такой шанс. Все делалось на чистом энтузиазме и любви детей трудового народа к моей писанине. Да и полным уродом я никогда не был, поэтому люди были готовы пойти за мной.
   Я поехал в подпольный клуб недалеко от моего дома. Прошел через несколько пар охранников, зашел в полуподвально помещение, лег на кровать и уснул под приглушенные звуки старого западного рока.
   - Алькатрас, проснись! - меня трясли за плечо
   - Чего тебе?
   - У тебя бой через полчаса! Вставай!
   Я поднялся. передо мной стоял низкий костлявый парень и смотрел грязно-карими глазами.
   - С тобой все в порядке? - спросил он, теребя рыжие патлы
   - Да. Пару дней уже сплю фигово, вот и вырубился
   - Я принес твою одежду
   - Притащи чая зеленого. Крепкого
   - Сейчас будет, - парень убежал, забыв закрыть за собой дверь
   Одежду, ну да... Я скинул футболку с джинсами, одел кожаные штаны (выглядел я в них забавно, но в чем-то же надо драться), упал на холодный бетонный пол. Лежал там, пока не принесли чай.
   - Спасибо... Сегодня по правилам или нет?
   Рыжий парень прошептал:
   - Говорят, Кулак перед боем наколется чем-то
   - Кто именно говорит?
   - Морфей
   - Ему есть основания верить... Сколько у меня времени?
   - Пять минут
   - Тогда пошли
   - Ты точно собираешься драться?
   - Да. Найди кого-нибудь, кто будет сторожить мою комнату. Желательно, неподкупного
   - Постараюсь
   Я прошел длинную вереницу коридоров, очутился в большой полутемной комнате. Из-за стены доносились звуки музыки и криков. Возле стен сидели несколько человек. В углу мелькал светлячок тлеющей сигареты.
   - Готов? - спросил Морфей, касаясь полей шляпы
   - Готов
   Предо мной открылась дверь, я медленно пошел по прямому коридору.
   - Дамы и господа! - кричали в зале. - Сегодня проходит четвертьфинал Великого турнира по боевым искусствам! Мы уже видели три боя, сейчас начнется последний! В бою сойдутся представитель синей команды, спонсором которой является всеми уважаемый и любимый предприниматель Бигбо, Кулак....
   Толпа приветственно закричала в ответ на полную лжи и пафоса речь.
   - ... и представитель зеленой команды, спонсируемый Дагоном и Алукардом, боец Алькастрас! Встречаем!
   Я подошел к освещенную рингу, открылась дверь, Алькастрас зашел внутрь. Толпа кричала. Напротив меня стоял высокий мускулистый парень с короткой стрижкой и множество раз ломаным носом. в центр вышла девушка в купальнике, подняла вверх руку. Толпа смолкла. Девушка махнула рукой и выбежала за пределы ринга.
   Парень не стал обходить меня, он ринулся по прямой. Я сделал два шага вперед, отошел чуть в сторону и ударил по корпусу. Парень даже не дрогнул... Действительно, накачанный.... Он остановился, резко развернулся, подскочил ко мне и ударил сверху, я присел, ударил по колену, получил по плечу ногой, отскочил. Кулак не сбавляя темпа, бросился на меня, ударил коротко и прямо, я увернулся, но все же получил по губе. Вкус крови взбесил меня. Вместо зашиты и постепенного изматывания противника, я сделал шаг вперед, и начался обмен ударами. Кулак ударил сверху сначала левой, затем правой, я отбил предплечьями, парень попытался ударить ногой. я отбил локтем, схватил его за плечи и со всей силы ударил головой по лицу. Захрустел нос, сломались скуловые кости. Кулак не отступил и ударил меня в живот, слегка промахнувшись. Я выдержал и еще раз ударил его по лицу. Парень сделал шаг назад, намереваясь оттереть кровь с лица. Алькатрас приблизился в нему вплотную, одной рукой схватил за предплечье. другой принялся бить по лицу. Кулак пытался вырваться, без разбора колотя меня по спине. Я повалил его на пол и ударил локтем по горлу. Кулак уже не бил, от пытался оттолкнуть меня и уползти подальше.
   - Сдавайся! - закричал я ему
   Он заколотил руками пол полу. Прозвучал звонок, я поднялся.
   - И у нас есть победитель! - закричал заводила в микрофон. - Приветствуем Алькатраса, бойца зеленой команды!
   Толпа ликовала. В нескольких местах зала дрались болельщики. Ко мне подошла девушка в купальнике, я привлек её к себе и поцеловал. По идее, нужно было увести её, но на ринге валялся нуждающийся в помощи Кулак, поэтому девушка бросилась к нему, я спустился в полутемную комнату один.
   - Поздравляю, Алькатрас, - сказал рыжий парень, восхищенно глядя на меня
   - Плохо, Алькатрас, плохо, - заметил Морфей, выходя на свет. - Слишком рискованно. Он мог оказаться выносливей и задавить тебя массой
   - Проваливай, мелкий, - сказал я
   Рыжий парень ушел
   - У него были хрупкие лицевые кости, хватило хорошего удара
   - Если ты таким же способом попытаешься выиграть полуфинал, тебя по стенке размажут, - сказал Морфей.
   - Там нет стены, - заметил я. - Только сетка... Другого варианта не было. Я бы выдохнулся раньше
   - Ты зыбал мои уроки
   - А ты забыл, как опиаты на не совсем системного человека действует. Хрупкости костей и слабости мышц пока что нет, а выносливости навалом. Мне попросту повезло, что парень бывший боксер... Сегодня будет бой?
   - Завтра утром небольшая тренировка, затем отдыхаешь. В воскресенье полуфинал. Если доживешь - в четверг будешь драться с Лесником
   - Думаешь, Призрак не сможет его победить?
   - Призрака поставят против тебя. Забыл, что Бигбо владеет здесь всем?
   - И нет способа этого избежать?
   - Уговорить Призрака отказаться от участия, - сказал Морфей
   - Только он не согласится.
   - Но попытаться стоит. Призрака ты победишь, но пострадаешь при этом сильно. И Лесник тебя убьет
   Разберемся. У нас есть еще день....
   - Куда ты?
   - С Призраком поговорить хочу
   - Только без...
   - Драки не будет. Только переговоры
   Призрак немало удивился, застав меня в своей коморке. Он прикрыл дверь, достал из шкафчика напитки со стаканами и поставил на стол.
   - За чем пожаловал? - спросил он, наливая себе что-то оранжевое
   - Мы будем драться в полуфинале
   - Это мне известно
   - И я пришел. чтобы попросить тебя отказаться от боя
   - Нет
   - Ты не победишь Лесника
   - Я убью его
   - Он тебя. Бигбо нанял тебя только для того, чтобы ты красиво слил финальный бой. Тень не зря тебя выбрал, он знает, что ты ему не соперник
   - А ты соперник?
   - Да
   - Пошел вон
   Я внимательно посмотрел на худое бледное лицо с серо-голубыми глазами. Затем бросил взгляд на стоявшую на столе фотографию. В парке, на фоне двух раскидистых дубов стояла красивая блондинка с зелеными глазами.
   - Я могу дать тебе шанс отомстить за сестру
   - Я слушаю, - скзаал Призрак тихо
   - Отказывайся от участия. Тени найдут другого бойца, я выиграю бой со Скалой и откажусь от драки с Лесником. Он отправится праздновать в "Радугу", там ты и сможешь разобраться с ним
   - Пошел вон
   - Отомстить ты не сможешь.... Но я сделаю это за тебя, - сказал я, выходя
   Следующий день я посвятил тренировкам. Морфей показал мне оставшиеся у него приемы. В районе обеда мы узнали, что Призрак попал в больницу со множественными переломами, сильным сотрясением мозга и поврежденными внутренними органам. Морфей вопросительно посмотрел на меня, но я покачал головой. Ночь и половину следующего дня я провел дома, слушая музыку вместе с Носферату (охрана выгнала всех желающих повеселиться и сама смылась). Я отлично поужинал и лег спать рано. Спал до обеда, проснулся, умылся, перекусил и отправился в клуб. Меня встретил сонный Морфей. "Тут тебя пытались дисквалифицировать за то, что побил Призрака, но народ разобрался", - сказал он. Я переоделся и зашел в полутемную комнату. Свита Морфея делала вид, что занимается своими делами, изредка невно смеясь. "Пора", - сказал Морфей, посмотрев на часы. Когда я был уже у самой двери, он схатил меня за плечо.
   - Не передумал?
   - Нет
   - Тогда запомни: Скала быстро выходит из себя и забывает о защите. Бить он, естественно, начинает сильней
   - Он ни чем не накачан?
   - Нет. Сказал, что для такого дохляка, как ты, ему одной руки хватит
   - Ему и четырех рук не хватит, - сказал я, закрывая дверь. - Я ему со шпагата по яйцам дам
   - Итак, дамы и господа! - начал заводила. - Сегодня проводится полуфинал Великого турнира боевых искусств. На ринге встречаются два сильных и любимых вами бойца: от синей команды - непобедимый Скала, от зеленой - бесстрашный Алькастрас! Встречайте!
   Я поднялся по наклонному коридору, на секунду остановился, ожидая открытия двери, зашел на ринг.
   Скала не зря получил свое прозвище. передо мной стоял двухметровый великан с полутораметровыми плечами, горой мышц и огромным крепким торсом. Бледные голубые глаза зло блеснули из-под густых бровей, мясистые губы скривились в усмешке. Я подошел вплотную к Скале. Девушка в синем купальнике предусмотрительно стояла сбоку.
   - Еще не испугался? - спросил Скала, продолжая усмехаться
   - А ты? - ухмыльнулся я в ответ.
   - Я раздавлю тебя
   - Сегодня меня ждет превосходная ночь с твоей сестренкой, друг
   Скала засопел. Я подмигнул девушке в купальнике и шлепнул её по заду. Она подскочила, через секунду махнула рукой. Скала ударил сверху, я увернулся, он продолжил наступать. я не отвечал ни на один удар, только отходил. Так продолжалось некоторое время, затем я прошел вплотную к Скале и закричал: "Ей понравится, обещаю!". Скала заехал мне локтем по шее, я ударил его по лопатке и отскочил. Он резко обернулся и замер. Я засмеялся и показал ему язык. Он подскочил и ударил сразу двумя руками, я присел и ударил его в бок, еще несколько раз, добавил коленями. Сказала вцепился мне в плечи и поднял в воздух. Я ударил его ногами по лицу, он замахнулся, чтобы кинуть меня, я сильно оттолкнулся ногами от его груди, одновременно разводя руки с стороны. Скала зашатался, Алькатрас ударил его под колено и завершил бой ударом с двух ног, который выучил еще в детстве (это полагалось делать стоящему человеку, но в данном случае прокатило): одной ногой в кадык, второй - сильный удар по виску. Встать Скала не смог. Я поцеловал девушку в синем купальнике и ушел. Слушать пафосную речь мне не хотелось. В комнате меня приветствовали тепло. Морфей покачал головой.
   - В настоящем бою тебя бы убили
   - Знаю, - улыбнулся я
   Я отправился домой. В этот день я позволил начаться веселью. Люди появились из ниоткуда, словно стояли за углом и ждали приглашения.... Кол мне несколько раз подходили девушки, приглашали танцевать, я отказывался. Со мной пытались завести разговор, но я по-хозяйски посылал всех куда подальше. Череп принес какой-то порошок, мы попробовали, стало весело. Захотелось танцевать, слушать музыку и далее по списку. Утром я проснулся от ужасной головной боли. Мучились все, с кем мы вчера разделили дозу (пришлось вызывать "скорую" - мы с Черепом, в силу большого опыта, чувствовали себя терпимо, некоторые же почти что умирали). На вопрос, что за дрянь мы употребляли, Череп пожал плечами.
   - Ты обычно спрашиваешь до упарывания и говоришь, кому можно, а кому нельзя. В этот раз ты не спросил, и я решил, что ты знаешь
   - Как-то я про это забыл.... Ну и дьявол с ним. Что Марина сегодня делает?
   - Понятия не имею. Пару дней назад у неё должны были быть переговоры с каким-то там журналом. Если я прав, то она должна быть дома
   - Позвони ей, скажи, что мы сегодня придем
   - Ты же знаешь, она не любит когда её отрывают от работы
   - Это я на себя возьму. Твое дело - договориться
   - Ладно... сейчас.... Привет, сестренка.... Слушай, мы тут с Дагоном хотим к тебе приехать. ты не против? Ну... часа через два... Хорошо.... Странно, она согласна
   - А ты думал, что будет по-другому
   - Она тебя не очень-то любит... Хотя, в последнее время потеплела к тебе. Это, наверное, девчонка все твоя
   Я пожал плечами
   - Ты есть хочешь?
   - Да
   - Что-то я тоже.... Пошли, на кухне что-нибудь должно было остаться, Тигр только вчера закупался
  
   - Показывай, - сказал Череп, заходя внутрь
   - Что? - спросила Марина
   - Картины... Что смотришь? Думаешь, я с тобой пятнадцать лет прожил и не выучил твои привычки
   - Во-первых, привет, - улыбнулась девушка
   - Во-вторых, проявляй уважение к даме, - сказал я, - И быстро разруливай ситуацию
   - Ну..., - Череп задумался. - Мы сделаем так: пойдем на кухню, поболтаем, а потом разберемся
   - Вечно вы так, - заворчала Марина
   - Да ладно, не хмурься, - улыбнулся Череп, делая её легкий щелбан по ному и убегая на кухню
   Марина хотела бросится за ним и закричать, но я легко взял её за плечо.
   - Не обращай внимания на этого дурака, - сказал я, улыбнувшись
   Марина смутилась. её глаза странно сверкнули. Она пошла на кухню, я некоторое время постоял в коридоре, затем присоединился к брату с сестрой. Череп пытался открыть бутылку вина
   - Я лучше чая попью, - заметил я
   - Я тоже, - сказала Марина
   Череп посмотрел на нас, подумал, пожал плечами и продолжил ковырять вилкой пробку.
   - Доставай что-нибудь к чаю, - сказала ему сестра
   Взгляд Черепа ясно говорил: "Я сейчас, как бы, немного занят", - но он поднялся и полез в полку. Заодно он достал чашки и разлил чай. Чтобы не выделяться, Череп налил полчашки вина и добавил чая. Я наблюдал за этим действом с кривой улыбкой. Наконец Череп не выдержал и убрал бутылку.
   - Ну что? - раздраженно спросил он
   - Как на вкус бодяга? - спросил я
   - Должна быть ничего... И тебе ли об этом спрашивать? Мы в свое время пробовал такие штуки, к которым другие близко подходить боялис
   - Ага, кофе с нафталином... Я тоже многое могу припомнить, и вряд ли бы твоя сестра похвалила тебя. узнав об этом
   - Ладно, сдаюсь, ты, как всегда, победил
   - Естественно, - кивнул я
   - А ты нас куда-нибудь сводишь на выходных? - спросила Марина
   - Некого вести, - сказал Череп
   - А...
   - Некого
   - И что между вами произошло? - спросила Марина, подумав
   Приехали... Ну, почти
   - Немного поссорились. Это ненадолго, - сказал я
   Череп хотел съязвить, но я взглядом попросил ему молчать Атмосфера разговора резко изменилась. Мы все так же обменивались колкостями и шутками, но появилось что-то еще. Все фразы неожиданной начали обретать кучу никак не связанных между собой смыслов, каждый из которых легко объяснялся, если слегка изменить факты. Марина под каким-то предлогом ушла, Череп некоторое время посидел со мной, затем отправился в свою комнату. Я некоторое время просидел за столом, размышляя о какой-то абстрактной чепухе (если бы меня сейчас спросили, о чем я думаю, ответить я бы не смог), затем убрал чашки и пошел к Марине. В её комнате царил присущий почти всем творческим натурам женского пола порядок. Стены были украшены своеобразной иероглифической и кривой росписью а-ля "Пикник", потолок был обклеен неудачными эскизами, вся мебель из темного стекла. В центре стоял низкий широкий мольберт, на нем несколько листов, на верхнем была неплохая картина. Неясные очертания плачущей на окраине кремниевой скалы женщины. Кусок моря эмоций и неясная тень возлюбленного красавицы присутствовали
   - Красиво, - заметил я, подходя ближе
   Марина вздрогнула, но не обернулась
   - Я ожидал чего-нибудь абсурдного, а здесь просто красиво и приятно
   - Значит, ты меня не знаешь
   - Нет, не знаю... В "Ортисе" должны оценить. Там любят подобные работы
   - С чего ты решил, что я для них это делаю?
   - У них в этом месяце всякие наркоманские произведения публикуются. Непонятные большинству картины им тоже нужны.... Я там и начинал
   - Ты первые рассказы под наркотиками писал?
   - Первые опубликованные - да. Начинал обычно на трезвую голову, где-то к середине начинались легкие вещества - галлюциногены разные, потом что-нибудь потяжелей - баклофен, амфетамины всякие, затем, если не впадал в кому уже настоящие наркотики вплоть до опия и ему подобных.
   - А потом?
   - А потом я заметил, что кубометры страниц пишу не я, а какая-то жадная тварь, и пришлось завязать
   - Знаешь, о чем картина?
   - С принципе - да. Девушка медленно и верно умирает, у неё нет никого, есть только тень любимого человека - того парня возле камня - добиться которого она не может, забыть не может, соответственно, страдает. Если я где-то не прав - скажи
   - Это девушка - я, - сказала она срывающимся голосом
   Марина наконец-то обернулась. Лицо залито слезами, глаза затуманены. Только сейчас я заметил. что она дрожит и с трудом удерживается в вертикальном положении. Я подошел вплотную к девушке.
   - И кто это? - спросил я, заранее зная ответ
   Она удивленно и притуплено посмотрела на меня, вопрос явно сбил её с толку. Я обнял её и... Съешьте меня. если знаю, как получилось. Похоже на то, когда очень сильно хочется спать и одновременно что-то очень сильно беспокоит, например, рука дьявольски болит. Сейчас зависаешь на какой-то мысли, а через черт знает сколько времени понимаешь, что тупо смотришь в стену. Я только закрыл глаза, а уже чувствую бешенное биение её сердца, горячее дыхание и слезы возле губ. С одной стороны, чувствуешь себя прекрасно, с другой - находишься в полном замешательстве, как это тебя сюда занесло, и что вообще происходит. Хочешь, чтобы это длилось вечно, и одновременно прекратилось, как можно скорей. Перестаешь ощущать не только время, но самого себя. Благословенная пытка длится бесконечность, ты утопаешь в этом ртутно-свинцовом океане.
   Оторвался я с трудом. Открыть глаза было сродни поднятию языком булыжника. Марина перестала дрожать, но сердце её колотилось так, что я не ощущал ровного циничного постукивания собственного хранилища души и склада эмоций.
   Интересно, за что еврейский бог так меня не любит? Жизнь это, конечно, веселый театр абсурда. но не до такой же степени... Марина постепенно успокаивалась, но головы не поднимала. Выходя из ситуации потомок великого комбинатора не видел, импровизировать тоже как-то не хотелось, поэтому мы так и стояли - неудержимая, беспомощная Любовь и хитрый циничный и запутавшийся зверь. Неожиданно выход нашелся и глупый зверь побежал туда со всех ног, чтобы со всей дури удариться об стену... Я мягко усадил её на диван, сам встал перед ней на колени и принялся наступать на капканы, не отпуская её рук
   - Итак, почему я?
   Она долго молчала, затем ответила, не поднимая головы
   - Не знаю. Просто.... Я думала, что ты такой же, как остальные друзья брата, а потом ты принес мне эту проклятую повесть и я.... Я с ума сошла, только о тебе и думала. Когда ты был рядом со мной, мне становилось очень страшно, я с трудом сдерживалась, чтобы не упасть в обморок. Я просто не знала, что ты... И еще она...
   Ломанулись мы не туда, нужно менять тактику
   - Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь и.... Я могу уйти....
   - Не надо, - тихо сказала она
   Опять не туда... Правда, тут внезапно пришло решение проблемы. Я заставил Марину подняться, обнял её за плечи и повел к Черепу. Тот копался в шкафах, ища что-то неизвестное науке. Он внимательно посмотрел на нас, Марина подняла голову и, увидев, его попыталась отстраниться от меня, но я удержал её. "Пошли, посмотрим её шедевры", - сказал я. Череп пожал плечами и пошел за нами. Плачущую девушку я успел спрятать, поэтому мы изучали другие эскизы... Затем был смех, шутки, мы валялись на диване, и Череп тыкал пальцем в потолок и рассказывал о неудавшихся рисунках. Марина расслаблялась, и под конец заснула, уткнув лицо мне в ключицу. Череп заметил это не сразу, догадавшись же, смолк и зло посмотрел на меня. Я повел свободным плечо, выражение лица сказало, что все случайно. Череп подумал, кивнул и ушел. Я остался наедине со своей проблемой. Выходя было два: уйти, что я делал в подобных ситуациях (коих, к счастью, было совсем мало) или остаться. Я выбрал второй вариант. Во-первых полезно вспомнить привычку мгновенной адаптации к изменившейся обстановке (в этом я был воистину профессионалом). Во-вторых, мне просто нравилось находиться рядом с ней. Что-то в ней тянуло меня сильнее любых странностей и особенностей строения организма. Я знал, что это, но прямо сказать себе не хотел - привычка. Эта привычка и привела меня в этот колючий тупичок, но почему бы не получить еще один шанс на счастье? Или подарить его другому человеку?
   Марина что-то пробормотала и зашевелилась. Я осторожно поднялся, нашел какое-то одеяло, накрыл её и закрыл за собой дверь. На выходе из квартиры я наткнулся на Черепа
   - Если я разобью ей сердце, разбей мне морду, - сказал я, уходя.
  
   Следующие два с половиной дня я провел с Мариной, совершенно забыв о других проблемах (съемки "Марии" на время прекратились из-за проблем с оборудованием - Рыжий взбесился до такой степени, что стал напоминать озверевшего диктатора банановой республики, узнавшего о долге государственной казны). Понимая её все лучше, я увидел, в какие горы забрел. Внутри её лабиринтовой души творились непонятные и красивые вещи, в которых я разбирался с большим трудом. Она переставала быть проблемой. Я привязался к ней. Полюбил адовой любовью, звериной симпатией, призрачной зависимостью мертвеца... С каждой секундой она все больше вплеталась в мой проклятый судьбой путь, меняла мою сущность, ломала характер. Ледяные слезы обжигали, стекая на дно хрустального кувшина разбитой на острые угольные осколки души. Это не было той ядовито-колючей любовью, от которой мне никогда не избавиться. Это было что-то странное и не до конца понятное даже мне. Если моя любовь всегда знала, что делать, а что не делать, то Марина ждала помощи, не зная, чего хочет на самом деле. Это и выводило из себя и успокаивало. Это не было любовью. Дикая смесь боли, ненависти, опустошенности, радости безумца, обиды палача, опьянения и чистейшей ясности, убийственной зависимости и необъятной свободы - вот, что это такое. Это смертельный яд, дающий остатки жизненной силы. Шар, впитывающий в себя все эмоции и оставляющий только пустоту.
   Мы почти не разговаривали, но все время были вместе. Череп полдня присматривался ко мне, затем успокоился. Марина стеснялась, когда я обнимал её при брате, но это быстро прошло (правда сама она даже наедине не решалась на что-то кроме легких прикосновений). Целовалась она горячо, дрожа при этом всем телом, сердце готово было выскочить из груди... Просыпаясь, я видел, как она стоит у мольберта. Я попросил её закончить рисунок плачущей женщины, который она хотела уничтожить. Постепенно контуры становились четче, цвета ярче... На пятый день наших отношений, она сама обняла меня и крепко прижалась, спрятав лицо в ключице.
   - Ведь это не может продолжаться дальше? - спросила она
   - А почему нет?
   - Но ведь ты любишь её
   - Это неважно. Сейчас есть только ты
   - Но ты хочешь быть с ней
   - Сейчас я с тобой
   - Ты будешь страдать
   - И что?
   Она смолкла, я поцеловал её в лоб
   - Я буду с тобой столько, сколько ты захочешь... И не пытайся меня обманывать, притворяюсь равнодушной, не получится. Ладно?
   Она посмотрела на меня и кивнула
   - Вот и славно, - улыбнулся я.
  
   Алькатрас прекрасно помнил о предстоящем бое. Я никак не мог оставить Марину, но за час до начала все же отправился в клуб (о чём, само собой, девушке ничего не сказал). Меня встретил встревоженный Морфей, отвел в сторону и забормотал:
   - Вали отсюда, пока тебя никто не заметил
   - С чего бы?
   - Ты видел Лесника? Он принял такой коктейль, что порвет тебя на части
   - С чего это ты сменил отношение ко всяким веществам с презрительного на благоговейное?
   - Ты знаешь, чем его накачали?
   И на меня посыпался внушительный список веществ и лекарств.
   - У него реакция лучше змеиной будет. Он сейчас все замедленным в несколько раз видит. Эта смесь сделал из него такого бойца, что....
   - Что до конца боя он не доживет, - сказал я. - Дай мне пару колес амфетамина, и все будет отлично
   - Проваливай!
   - О, пора! Пожелай мне удачи
   - Ошметки со стен я не буду соскребать
   - Зачем, уборщица есть?
   Я медленно поднимался по наклонному коридору. Возле самой двери меня встретили двое парней.
   - Не выходи на ринг, - сказал один из них
   - А то что?
   - А то мы тебя убьем
   - Ха!
   Я быстро разобрался с парнями, затем начал возиться с закрытой дверью. В это время заводила развлекал толпу:
   - Итак, дамы и господа, сегодня ФИНАЛ! Мы станем свидетелями величайшего боя из когда-либо происходивших на этой арене! В схватке сойдутся боец красной команды, несущий смерть Лесник!
   Толпа бешено кричала и заглушала все звуки моих попыток открыть дверь
   - И боец зеленой команды, прошедший все испытания несгибаемый Алькатрас. Перед тем, как вызвать наших бойцов на ринг, коротко напомним, через что они прошли....
   Начался длинный список побед, сначала Лесника, затем моих.
   - Что ж, теперь бойцам пора выйти на ринг
   Я зло закричал и ударил по двери ногой. Странно, но она открылась. На меня сразу же просился парень с заточкой. я ударил его об стену и выбежал на ринг. Лесник слегка удивился, увидев меня. Мы подошли к центру ринга
   - Ты все-таки добрался, - сказал он насмешливо. - Отсюда ты не уйдешь
   - Ты тоже
   - Ты поймешь, что идти против Бигбо бесполезно, а сражаться со мной - бессмысленно. Тебе конец, Дагон... Что, думал, что тебя никто не узнает?
   - Я на это и рассчитывал
   Девушка в синем купальнике встала между нами, выжидающе посмотрела. Лесник, притянул её к себе и поцеловал. Она взмахнула рукой и убежала. Он бросился с неимоверной скоростью, я с трудом ушел от прямого удара, попытался ответить и получил по ногам. Отскочил, отбился, снова отскочил. Лесник на секунду остановился, я успел хорошенько рассмотреть его и бросился вперед. Он не ожидал такого, но с темпа не сбился. Мы кружили, отправляя друг другу быстрые удары, уходили в сторону. Я контролировал каждый мускул закаленного тела. Избыток адреналина перекрывал недостаток кислорода. Лесник не останавливался не на секунду, я начал уставать. Но вот мне выпал шанс ударить, как следует, и я воспользовался им, попав точно в печень. На лице Лесник появилось удивление, он отскочил в сторону, но теперь останавливаться не собирался я. Я наступал, не заботясь о защите. Лесник пропустил несколько ударов, и я увидел то, что могло спасти меня: его глаза заволакивало туманом. Движения стали менее уверенными, губы изменили цвет - сердце стало отказывать. Я приготовился завалить его, но тут в руке Лесника что-то блеснуло, я инстинктивно увернулся, но холодная сталь штык-ножа все же задела кожу на ребрах. Лесник почуял легкую победу и бросился на меня, я сбился с темпа, получил по руке, отскочил. Он тоже остановился. Снял с себя рубашку, обмотал рукав вокруг кулака. Я стянул футболку и перетянул окровавленное предплечье (задета правая рука - плохо). Лезвие прошло по сгибу локтя, чудом не задев сухожилия. Лесник засмеялся и бросился вперед. Я остался на месте. За шаг до меня парень выбросил вперед руку с рубашкой. Этот прием мне известен - за тканью следует нож. Я начал отходить, отбивая каждый удар и дожидаясь нужного момента. Ударов через шесть лезвие ножа попало в руку, я сумел захватить его. Сразу же ударил свободной рукой противника, Лесник попытался блокировать, но это было сложно. Он не хотел отпускать рукоятку ножа, стараясь протолкнуть его дальше. Я же держал крепко. Через несколько мучительных мгновений я разжал кулак, Лесник тут же, не думая, ударил, я выбил нож из его руки и ударил левой в кадык. Лесник упал, захлебываясь кровью. Я поднял раненную руку. Зал взорвался. Люди кричали, в исступлении колотя друг друга чем попало.
   - И у нас есть победитель! - закричал заводила. - Доблестный Алькатрас победил, не смотря ни на что. Приветствуем Великого Чемпиона Седьмого Турнира боевых искусств!
   - Алькатрас! Алькатрас! - начала скандировать толпа
   Я некоторое время постоял на ринге, дожидаясь девушку в синем купальнике. Когда она пришла, я взял её за руку, поцеловал на радость толпе и повел за собой, вызвал гром аплодисментов со стороны мужской половины и лютую ненависть женской. Я с трудом передвигал ноги.
   - Слушай внимательно, - сказала я девушке в купальнике. - Я сейчас, скорее всего, потеряю сознание. Беги в комнату бойцов, найдешь там Морфея - должна знать, кто это - и скажешь, где я
   - Хорошо
   До этого не дошло, я добрался до комнаты, правда уже не сам. Девчонка меня не бросила, дотащила и отдала друзьям. Все ликовали. Ко мне пробился сияющий Морфей, чуть не задушил меня и приказал принести аптечку.
   - Знал, что у него нож? - спросил он
   - Нет, но чувствовал подставу. Он мне не соперник. Знаешь, когда ты назвал смесь, которую он принял, я сначала ничего не понял, но когда уже на ринг вышел, до меня наконец-то дошло. Это же "Гидра". Что-то вроде боевого наркотика. Эффект дает нехилый. Только Лесник идиот, вместо хорошего боевого наркотика дурь принял. Да, ты можешь всех порвать, но если тебя собьют с темпа - мотор откажет. В том, что он принял, недоставало препаратов, расширяющих сосуды и позволяющих сердцу пережить чудовищную нагрузку
   - А если бы он был на чистой "Гидре"?
   - Я бы все равно его порвал. У парня сердце слабое для таких вещей. Просто это заняло бы больше времени
   - И ты бы выдохся... Ладно, забьем. В любом случае, ты победил. А теперь вырубайся
   - Ну ладно, - сказал я и закрыл глаза
   Очнулся через несколько часов в той же комнате, только теперь хорошо освещенной. На стенах висели всякие плакаты, в углах стояли стулья, в центре небольшой стол, у стены напротив меня располагался небольшой шкаф с книгами (даже так!). Я валялся на старой кушетке. рядом на стуле сидел Морфей. Больше в комнате никого не было. Я осмотрел руку. Она была тщательно перевязана, да так, что я не мог согнуть её в локте.
   - Какой дурак бинтовал? - спросил я
   - Та девчонка в синем купальнике, - сказал Морфей, не отрываясь от книги, которую он держал в руках. - Я очень удивился, что она на тебя не запрыгнула. У неё был такой похотливый взгляд....
   - Твои условия?
   - Прости? - кашлянул Морфей
   - Ты не из доброты душевной и не для кубка меня тренировать начал. Мог бы сам выступить и победить без единой царапины
   - Ты прав
   Морфей положил книгу на стол и посмотрел на меня
   - Алукард мертв?
   - Да
   - Мне нужно, чтобы все узнали об этом. И чтобы все считали меня его убийцей
   Я задумался. Для чего Морфею это нужно? И не аукнется ли мне это в будущем?
   - Я не стану отрицать, что ты его убил при одном условии
   Морфей удивленно поднял бровь
   - По-моему, я дал тебе столько, что ты должен отдать мне это просто так
   - Это мы и проверим
   - Чего ты хочешь?
   - Боя. Победишь меня - гордись убийством Алукарда. Проиграешь - я назову тебе свое желание... Все честно, я тоже не знал, за что сражаюсь
   - У тебя был мотив
   - У тебя он тоже есть
   - А не слишком ли ты самонадеян, Дагон?
   - Нет, - я сорвал с себя повязку и обмотал руку эластичным бинтом. - Готов?
   - Что ж, пойдем..., - сказал Морфей
   Мы прошли по лабиринту коридоров, спустились в подвал и остановились у массивной железной двери. Морфей порылся в карманах, достал связку ключей, подобрал нужный и открыл дверь. Ширина проема позволила войти нам одновременно. Щелкнул выключатель, и темноту слегка разогнали несколько тусклых лампочек. Через несколько секунд до меня донесся голос Морфея:
   - Помещение пять метров на семь. Высота - три метра. Бьемся до сдачи или полного обездвиживания
   - Идет
   Я вышел в центр помещения и глубоко вдохнул сырой затхлый воздух. Где-то в углу громко капала вода. Морфей напал справа косым скользящим ударом. Я сделал шаг в сторону, отбил второй удар, быстро ответил. Морфей отбежал прочь, в углу мелькнул его силуэт. Я повернулся к нему спиной, он напал слева, я не стал ждать, бросился вперед и закружился, не давая Морфею уйти. Таким образом мы добрались до стены, где он на мгновение исчез из виду и вернулся с короткой стальной трубой. Я начла осторожно отходить, стараясь уклоняться от ударов. Через серию ударов, мне удалось отвести руку Морфея в сторону, и труба застряла в между частями стального стеллажа. Тут же я получил ногой по бедру, блокировал второй удар, контратаковал. Морфей кинул в меня осколок кирпича, я успел увернутся в последний момент, острый угол слегка задел щеку. Тут же на меня посыпался град ударов, я с трудом ушел в сторону, и тут же Морфей оказался у меня за спиной. Я обернулся и сильно толкнул его. Он упал, я тут же отскочил в сторону, чтобы избежать подсечки. Морфей вскочил на ноги и получил трубой по руке. Тут же он поднял длинный деревянный брусок и завертел им с бешенной скоростью. Я начал отступать, наткнулся на угол стеллажа, быстро поднялся по полкам, сбрасывая всякий мусор на приближавшегося Морфея. Я повторил его подвиг и быстрым сальто приземлился сбоку от него, схватив край изрядно замедленного мусором бруска. Морфей тут же отпустил его и бросился на меня. Я снова начал отходить, перепрыгивая через различные препятствия. Сбоку от меня оказалась куча смешенного с опилками песка, Морфей бросил горсть мне в лицо, я прыгнул к стене, он сделал тоже самое, хватая налету трубу, которую он сразу же пустил в ход. На этот раз я не стал отступать, плеснул ему в лицо какой-то жидкости, он ушел в сторону, я рванулся следом за ним, схватил за руку и швырнул в стеллаж. Конструкция зашаталась, на Морфея полетели различные контейнеры, я подскочил к нему, несколько раз ударил коленом и попытался обездвижить. Морфей схватил стеклянную бутылку и разбил об мою голову. Я заехал ногой по стеллажу, тот начал падать, я толкнул Морфея, отскочил. Стеллаж начал падать, но уперся с соскользнувший с него брус. Я выбил его, Морфей откатился, но ноги придавило. Я тут же подскочил, заблокировал его руки и сдавил горло
   - Вот и все, - сказал я
   - Неплохо, - прохрипел Морфей
   Я слез с него и приподнял стеллаж. Морфей выполз из-под него и с трудом поднялся
   - Хорошо ты меня провел со своей рукой, - сказал он, тяжело дыша. - Не думал, что ты сможешь отбить удар... Ты победил. Что я должен сделать?
   - Сначала мы тебя починим, потом обсудим
   - Не возражаю
   Мы отправились в его комнату, где он выпил, и я вправил ему ногу.
   - Итак? - спросил Морфей
   - Ты не слышал про парня по имени Дагон?
   - А кто это?.... А, тот спонсор нового чемпиона? - Морфей рассмеялся. - Спасти честь друга... И это того стоило?
   - Да. Придется тебе жить без звания убийцы своего учителя
   Морфей улыбнулся
   - Все-таки догадался
   - Это было несложно. Считай, что тебя победил Алукард
   - Нет, меня победил Алькастрас, лучший ученик Алукарда
   - Наши дороги расходятся. Удачи тебе
   - И тебе. Продолжишь борьбу с Бигбо?
   - Да... Прощай, Морфей
   - Прощай, Дагон. Не теряй себя
   Я уже хотел уйти, но внезапно вспомнил кое-что
   - Слушай, а что ты читал тогда в комнате?
   - "Марию", - ответил Морфей. - Прикольная вещь. Но "Полутень" круче
   Я ухмыльнулся и вышел
  
   - Что с тобой случилось? - тревожно спросила Марина
   - Да так, под машину случайно попал. Ничего серьезного Мужик просто к дочке в больницу спешил и меня во дворе не заметил... Заживет... Иди ко мне... У меня завтра съемки, ты не против?
   Марина изумленно посмотрела на меня. Мне стало смешно
   - Думаешь, твое мнение для меня ничего не значит?
   Она не ответила, продолжая таращиться на меня. Я рассмеялся
   - Милая, мы одна семья... И не говори мне про неё. Сейчас я с тобой, остальное неважно
   Она поцеловала меня осторожно, с недовериям, словно боялась, что я всего лишь мираж и растаю при первом прикосновении. Мне это показалось забавным... Когда она уснула, я осторожно поднялся и ушел на кухню. Там поставил чайник и закурил. Мне не давало покое предстоящее завтра действо. По сценарию главгерой должен постепенно трогаться умом, и как раз завтра мне предстояло показать процесс начала съезжания крыши. Я знал, что не могу этого сделать. У меня просто не получалось. Никак! Я достиг потолка в своей актерской игре. Дальше зритель уже не поверит, что перед ним сумасшедший. Сегодняшний день принес мне решение. Во время боя за звание чемпиона я видел в глазах Лесника то, что мне было нужно: зачатки настоящего безумия. Словно вода из-под весеннего льда, пробиралось оно сквозь пелену сознания, подсказывая верное решение, заменяя собой интуицию и разум.
   Я посмотрел на часы. Времени было немного, но должно было хватить. Я допил чай, взял куртку и тихо вышел. Путь до дома занял около часа. В квартире никого не было - я приказал Тигру никого не пускать, так как после боя мне могла понадобиться помощь. Быстро собрал необходимое, запер дверь и сел на диван... Рискованно. Но это может решить проблему. Другого варианта нет. Либо решиться, либо провалить фильм. Остановиться я смогу... Я поднял рукав рубашки, перетянул руку жгутом и на секунду остановился. Шрамы тянулись почти до сгиба локтя. Я подумал и протер спиртом недорезанный кусочек вены. Раствор я набрал заранее, осталось только ввести. У меня слегка задрожали руки, я резко вдохнул и прикусил губу (проверенный способ). Осторожно проколол вену, набрал в шприц немного крови, медленно ввел жидкость. В голове что-то щелкнуло, грудь сильно сдавило, в глазах потемнело. Я оказался под гигантской толщей воды. И мне не хватало воздуха! Я изо всех стремился к поверхности. Я голове ужасно гудело. Резко, за полсекунды, тяжесть ушла, я вытащил иглу, зажав её ваткой и облегченно выдохнул. Чудовищное облегчение. Но вдруг я резко похолодел и почувствовал, как кровь приливает к сердцу. "Проклятье!" - было моей единственной мыслью. Меня вырвало всем, что я сегодня ел... Забавно, но блевать было отчасти приятно. Я прополоскал рот, выпил воды, вернулся в комнату, выкинул шприц, положил в карман ампулу со спиртом, вату и две ампулы с джетом. Я вернулся к Марине незадолго до рассвета, моего кратковременного отсутствия никто не заметил.
  
   Дыхание перехватило, меня бросило в жар, в глазах потемнело. Затем мышцы приятно свело, они словно потянулись. Наступил приятный холод. Я посмотрел на лежащий передо мной сценарий, положил в карман наркотик и выкинул остальное. Вышел к ожидающей съемочной группе.
   Все шло отлично. Я был самим собой, но стоило включится камере. как я становился Мокрым - озабоченным школьником с шизофренической любовью и съезжавшей крышей. Я не играл его - я был им. Я любил Марию Аводёфену, безбашенную и легкомысленную девушку, мечтавшую добиться успеха в этой сумасшедшей жизни. Ненавидел Серегу Белого - наглого качка, от которого тащились все девчонки нашей школы. Он встречался с Машей, и за это я его ненавидел. Он требовал. чтобы я писал ему конспекты и решал домашние задания. Он намекал, что если я перейду ему дорогу - он раздавит меня. Я терпел все эти годы, но не теперь. Теперь Маша может лишиться с ним... А, черт бы все это побрал! Я ненавидел все это. Никто из девчонок не обращал на меня внимания - невзрачного сутулого ботаника с испорченным от суточного сидения за компьютером зрением. Пока все наслаждались жизнью, я сидел дома, играл в компьютерные игры и рисовал. Я никому не был нужен, у меня не было настоящих друзей, с кем я бы я мог нормально поговорить. Меня нигде не понимали, мои шутки вызывали недоумение. Все отношения со мной заканчивались вопросом - у кого сейчас моя тетрадь? Единственным, кто хоть как-то дружил со мной, был Хомяк - низкий толстый пацан с ужасно некрасивым прыщавым лицом и пухлыми щеками. В классе он был для развлечения - не проходило и дня без прикола. То что-нибудь стащат. то пошлют любовную записку якобы от какой-то девчонки, то подставят. Много всякого было. Я не участвовал во всеобщем веселье, и парень привязался ко мне. Пользы он мне не приносил, только проблемы. Он был тупым недоумком, не умел слушать, но поболтать с ним можно было... Черт! Скоро свершится, и я навсегда потеряю шанс завоевать её. Нужно что-то делать!
   Мы снимали три дня, затем прервались на выходные (в основном, из-за). В субботу все было хорошо, затем начался отходняк. Меня рвало, мышцы болели. Иногда слезились глаза. Марина беспокоилась, но я списал все на подхваченный где-то грипп. В утро понедельника меня должна была начаться ломка (до этого был абстинентный синдром - "абстяга", проще говоря; сначала кумары), но с началом ломки я снова принял дозу. Все шло отлично. Мы с Мариной были счастливы. Джет позволял стать безумным, не повреждая рассудок. Понятия не имею, что бы я без него делал...
  
   Мы почти закончили съемку, оставались последние сцены (я попросил Рыжего оставить их на конец). Вновь включилась камера, и я стал Мокрым...
  
   Я подходил все ближе, она что-то говорила, я что-то отвечал. Сейчас она увидела, во что превратила меня. Это она виновата. Из-за неё я довел до смерти своих родителей, убил Хомяка и заколотил до смерти осколком трубы Серегу Белого. Но все можно поправить. Её любовь спасет меня. Я подскочил к ней и обнял, случайно испачкав кровью. Она была рядом, теплая, нежная, любящая. Эта шлюха сломала меня, но все можно поправить. Она будет со мной всегда. Всегда... И тут откуда-то снаружи раздался женский крик
  
   - Стоп, стоп! - закричал Рыжий
   Меня оторвали от испуганной девушки. Она убежала. Я не понимал, что происходит. Все смотрели на меня испуганно, как на сумасшедшего.
   - Перерыв! - сказал Рыжий и отвел меня в сторону. - Что с тобой, брат?
   - А что не так?
   - Что не так!? Да ты чуть не задушил её!... Ты прекрасный актер, даже я иногда не могу понять, нормальный ты или нет. Ты устал. В последнее время мы работаем, как черти... Отправляйся домой, отдохни. Через пару дней появишься. Я пойду, успокою истеричку
   Я вернулся домой и закатил угарную вечеринку. Алкоголь и наркотики лились рекой. Все бешено веселились. Я чувствовал себя живым. Благодаря всему этому. Проснулся я в куче тел. Мне в лицо уткнулась чья-то красивая женская грудь, правую руку кто-то придавил, левая лежала чьем-то бедре, ноги упирались в чье-то заросшее лицо. Я поднялся, не обращая внимания на возмущенные вопли, отправился на кухню. По всей квартире валялся мусор. Я выпил лимонада и почувствовал, что мышцы легко заныли. Организм требовал джета. Кто я такой, чтобы отказать страждущему?... Ничего себе! Только вчера здесь лежало пять ампул. Или это было три дня назад? Нет, точно вчера. Я поискал денег, но не нашел. На складе тоже ничего не было. Что за чертовщина? Я отправился к Черепу, но его тоже нигде не было. Ладно, подождем...
   Череп появился только вечером вместе с Мариной. Я радостно подошел к нему.
   - Слушай. можно с тобой поговорить? - спросил я
   - Если ты про джет, мы для этого и пришли, - сказал Череп
   - Да не совсем..., - начал я
   - Брат, тебе лечится пора. Когда ты успел так подсесть?
   - Я почти не...
   - Двадцать пять ампул, - сказал Череп. - Я в ванной нашел
   - Это только на время съемок. Иначе мне не сыграть, понимаете. Я могу и без джета жить
   - А я вижу, что нет
   - Ты сам сидел и слез, а я даже не сижу. Ты, кстати, слез только благодаря мне
   - Вот и ты слезешь
   Череп бросился вперед, но я ожидал от него подобного. Он завалил меня и попытался связать. Я постепенно уступал, но в руки мне попалась массивная пепельница, и я несколько раз заехал ему по голове. Он упал, я быстро поднялся. Марина бросилась к нему, осмотрела и бросила взгляд на меня. Я протянул к ней руки.
   - Твой брат немного зазнался, но я это поправил. Ему помогут. Мы же пойдем ко мне в комнату, и я кое-что тебе расскажу
   - Не подходи ко мне, - прошептала она
   - Ну же, милая....
   - Не подходи, ублюдок! Наркоман! Ты потерял себя! Ты теперь никто! Ты даже слова не сможешь написать!
   Почему она меня оскорбляет? Что я сделал?
   - Послушай...
   - Уйди!... Позвоните в больницу кто-нибудь! И свяжите этого сумасшедшего!
   - Никого не нужно вызывать! - резко сказал я. - Черепу ничего не грозит
   - Да он умрет без помощи!
   - Ничего ему не будет
   - Звоните в больницу!
   - Никто никуда не звонит. Сейчас я позвоню... Дай-ка телефон
   Я швырнул мобильник в стену. Марина возмущенно вскочила и влепила мне пощечину... Это уже слишком... Я заехал ей по лицу. Она упала и заплакала... Что-то не то.
   - Милая...
   Она обернулась. В её глазах застыло до боли знакомое выражение... В квартиру вошли врачи (быстро как-то) и унесли Черепа. Марина ушла с ними. Все остальные смотрели на меня.
   - Что? Давайте веселиться!
   Люди стали уходить... Что за черт!? Ну и ладно! Мне и одному хорошо. Сами виноваты. Они ничего не понимают!... Мышцы снова попросили джета. Я перерыл все здание и нашел несколько паршивых таблеток в своей куртке. Быстро измельчил в порошок, залил водой. нашел шприц и вколол. Меня унесло на небеса. Здесь были все: Алукард. смайлик, Курт Кобейн... Я услышал слабый зов и понял, что должен делать. Я быстро собрал тотем и провел необходимый ритуал. Передо мной появилась смутная тень Горшка
   - Здорово
   - Привет
   - Что ты хотел мне сказать? - спросил я.
   - Я хотел рассказать кое-что. Вообще, это должен был сделать Эдмунд Мечиславович, но пока он присоединится к нам... Ты можешь прийти раньше него. Поэтому слушай. Есть такая штука, как Декаданс. Так вот, ты последний певец этой великой эпохи. Конечно, хуже былых титанов, но все же. Ты знаешь цену жизни и смерти, ты знаешь то, чего не знают другие. И ты живешь, ты творишь. Но не так. как современные дети помойки, а в духе стары времен. Ты делаешь это красиво, артистично. Твой дружок тоже умел, но он уже тусуется с нами, а ты еще там...
   Внезапно видение прервалось
   - Горшок? Горшок!? Твою мать!
   Действие наркотика начинало заканчиваться... Так быстро? Мне не успели сообщить самого важного. Ну и черт с ним. Я оделся, нашел немного денег, сходил и купил дозу. Хватило на одну ампулу какой-то бодяги, но этого хватит на время. Возвращаясь назад я натолкнулся на каких-то обормотов. Их было трое. Они попытались отнять у меня мое сокровище. Наивные... Я бросился на них, как вихрь, ударил первого... и ничего! Он даже не почувствовал крошащего стены удара! Он кинул меня на землю и принялся пинать ногами. Какого черта! Я терпел ради... они заметили его... ОНИ ОТНЯЛИ У МЕНЯ ЖИЗНЬ! Моё сокровище. Я закрыл глаза и зарычал...
   О, а как я оказался дома? Черт с ним. Я лег и приготовился умирать. Внезапно я увидел Носферату. Тот крался ко мне, держа в руках ампулу чистейшего счастья. Я ласково позвал его. Он недовольно заурчал
   - Дай мне. Я дам тебе столько викодина, сколько захочешь. Ты будешь королем.
   Он подошел и отдавать ампулу не хотел. Да как он смеет!? Я ударил его, он отлетел к стене и испустил дух... Но где ампула. Где!? Ла-ла-ла-ла!...
   Я открыл глаза. Грязная холодная улица. Суетливые прохожие. Вот мимо меня проходит женщина с красивой рыжеволосой девочкой. Женщине кто-то звонит, она отвлекается, девочка подходит ко мне. Она странно смотрит на меня, хочет прикоснутся, я тянусь к ней, с этому лучику света, но мать обрывает её...
   "Это наркоман, они опасны!". " Но ему нужна помощь". "Пошли"... Да, ты права, моя маленькая Лолита, ему нужна помощь... Темнота, крики, стоны, глухие удары. Страх, ненависть, любовь...
   Я с трудом поднялся. Как же хочется дозы! Я действительно подсел! И скоро начнется настоящая ломка. Нужно слезать. Я меняюсь, а ведь я дал себе клятву никогда не меняться. Я забрался в какой-то заброшенный дом и потерял сознание. Дальше началась бесконечная боль. Меня рвало кровью, руки ужасно болели. Бросало из жара в холод. Голова раскалывалась, ужасно хотелось пить, я не мог даже ползать. Это ад. Не знаю, как долго это продолжалось, но, когда закончилось, мне показалось, что прошла вечность. Я смог встать. Было ужасно холодно. Ноги почти не держали. Я кое-как добрел до своего знакомого, тот впустил меня, несмотря на вонь и заблеванную и окровавленную одежду. Я выспался (спал два дня), он накормил меня. Выйдя из душа, я нашел чистую одежду. Одолжив у знакомого немного денег, я отправился в аптеку, купил гепариновую мазь (вены были в ужасном состоянии). Пробыв у друга еще два дня, я отблагодарил его и ушел. Предстоял тяжелый день...
   Я встретил её возле дома, она шла за продуктами. Увидев меня, испугалась и попыталась уйти, я сказал, что хочу с ней поговорить, Марина обернулась и посмотрела на меня. Она поняла... Мы некоторое время шли молча, затем я спросил:
   - Что с Черепом?
   - Выписали из больницы, лежит дома
   Дальше мы снова молчали. Но я не мог сдерживаться. Я взял ей за руку и посмотрел в глаза.
   - Я причинил тебе ужасную боль. Не знаю, простишь ли ты меня когда-либо. Я не знаю, что будет дальше. Ты чудесна, и я надеюсь, я буду молиться, чтобы ты получила то, что заслуживаешь.
   - Я простила тебя в тот самый момент, когда ты сказал, что хочешь со мной поговорить. Когда ты употреблял джет, ты говорил "мне нужно", сейчас же сказал "я хочу". Ты стал свободным.
   - Надеюсь... Позволь поцеловать тебя
   Она не изменилась за те полтора месяца, что я жрал чертову дрянь.
   - Я люблю тебя, - прошептала она
   - Теперь я ничего не могу с этим поделать. Больше не могу играть в эти игры, пора завязать. Я должен...
   - Я знаю, - сказала она. - Ты не пойдешь со мной?
   - Нет. Сегодня вечером
   Я вернулся в квартиру. Закрыл дверь, увидел Носферату. Упал на колени. Огромный черный кот с красными глазами приветственно заурчал. Я потрепал его за ухо
   - Да, мы выиграли, дружище. Пошли, поедим. А потом уберем весь этот бардак
   После уборки я позвонил отчаявшемуся Рыжему. На следующий день пришел на съемки. До последнего никто не верил в то, что я приду нормальным. Игравшая Марию девушка отказывалась участвовать, но, после долгого разговора со мной, согласилась
   - Готовность. Мотор!
   Мы нежно танцевали... Я спустился вниз... Усадил Марию на сиденье, сел сам... Завел, тронулся. Мы решили просто обвешать машину камерами, чтобы не возиться с компьютерной графикой, хоть это и увеличивало шанс провала, но я не. Я медленно выезжал из города. Попал на шоссе... Все шло превосходно...... Теперь мне не нужен джет. Теперь все изменится. Я надеюсь...
   По моим щекам текут слезы. Не актерские, настоящие. Слезы облегчения. Слезы спокойствия... Я попытаюсь снова, даже если ничего не получится. Джет не помешает. Я выше этого. Наркотик сломал меня, вывернул наизнанку. Изменил. Когда-то я смотрел в свое отражение и думал, что все умерло, остался только Дагон. Теперь он умер. Я другой. Возможно, другой Дагон... Только остатки былой горячей любви холодными каплями стекли на дно выжженной наркотиками души... Я не знаю, что будет дальше. Не знаю, примет ли она меня таким, каким я стал. Но попытаться стоит. Возможно, не так уж я и изменился. Возможно, я остался таким, как прежде, просто став старше.
   Возможно, все будет хорошо
   Я надеюсь....
  
  
   Глава 3. Дагон
  
   В просторном кабинете Бигбо собрались три человека. Помимо хозяина наркотической империи в кабинете находился Сон - среднего роста парень лет пятнадцати-шестнадцати с длинными черными волосами, узким лицом с бледной кожей и темно-синими глазами - и высокий человек, закутанный в длинный плащ. Лицо человека скрывалось в тени темно-серого капюшона. Он сидел в просторном кресле напротив Бигбо, свободно вытянув ноги и куря сигарету.
   - И чего вы от меня хотите? - недовольно спросил Бигбо, подливая себе в стакан виски.
   - Я пришел сюда, чтобы сообщить интересные вам сведения
   - Я заплачу за них, если сочту нужными. А теперь у вас мало времени. Говорите быстро
   - Мне не нужны деньги, - сказал незнакомец. - Я пришел к вам в роли, скажем так, консультанта по недавно беспокоящему вас вопросу. Несколько дней назад ваш подчиненный - Сон - по вашему приказу уладил одно дело, касающееся вашего противника, который создавал значительные проблемы
   - Вы про того мальчишку?
   - Именно
   - Он не так уж и мешал
   - Давайте, не будет хитрить. Вы некрепко стояли на ногах, и он чуть было не выбил из-под них опору
   - Это в прошлом, - сказал Сон
   - Вы ошибаетесь, мой юный друг. Насколько я знаю, именно вы приказали убить некую юную особу, которая была близка нашему подопечному
   - Она сама...
   - Я же попросил не хитрить. Вы убили её, и точка. Способ не важен
   - Я начинаю терять терпение, - заметил Бигбо. - Вы можете не выйти живым из этого здания
   - Вы правы, я заговорился. Итак, сегодня убили одного из исполнителей этого дела, который не так давно был весьма приближен к вам. Убил наш подопечный. Сон не успел вам об этом сообщить
   - Кого именно? И почему вы называете его "нашим подопечным"? - раздраженно спросил Бигбо
   - Потому что нам с вами предстоит тесное сотрудничество, так как наш подопечный собрался убить вас. Сегодня он прирезал Ронни, вашего недавнего любимчика
   - Откуда уверенность, что именно он?
   - А вы знаете еще какого-нибудь психа, который оставит возле трупа три ампулы с чистейшим концентрированным джетом?... И, к тому же, вы убили его девушку....
   - Какую-то уличную девку
   - Он отомстит
   - Не смешите. Этот мальчишка ничего не сможет сделать!
   - Вы забываете про такую забавную вещь как любовь... И не нужно смеяться над чувствами других, если не испытывали подобных
   - Вы мне надоели. Уходите
   - До свидания
   - Проваливайте
   На самом выходе из здания человека догнал Сон
   - Я не такой легкомысленный. как Бигбо, поэтому возьму вас в качестве консультанта. Только сначала скажите, для чего вы это делаете
   - Он отнял у меня кое-что, и я хочу, чтобы он умер. Но одному мне этого не сделать. Сейчас он разогнался, и ничто его не остановит. Но после...
   - Вы будете мне помогать?
   - Я буду помогать Бигбо, потому что через несколько дней он попросит меня об этом. А до этих пор прощайте. Вас ждет интересная игра....
  
   Похороны
  
   Большие холодные капли мерно ударялись о поверхности зонтов собравшийся на кладбище людей. Хоронили молодую девушку. Александр с грустью и отвращением смотрел на происходящее вокруг зрелище. Собравшиеся по очереди подходили к с трудом стоящей на ногах матери и тихо произносили слащавые слова утешения. "Льстецы. И почему никто из вас не был рядом с ней. когда она больше всего в этом нуждалась? Запрыгали. Теперь она сразу стала самой хорошей, красивой, правильной". Александр был её другом, и его пригласили на похороны. Они никогда не были особенно близки, просто знакомые. Единственным её другом была стоящая у рыдающей матери девушка с красивыми голубыми глазами и длинными черными волосами. "Еще рядом должен стоять человек. которого она любила и из-за которого умерла, - подумал Александр. - Говорят, он любил её до беспамятства, боготворил. И где он сейчас?"
  
   По кладбищ медленно шел юноша во всем черном. В десяти шагах от собравшихся его остановили несколько человек. "Извини, парень, но ты здесь лишний". Юноша медленно поднял на него взгляд и полез в карман. Из толпы вышла девушка, подскочила к нему, обняла, взяла за руку и потащила за собой.
  
   Среди людей возникло движение, послышался удивленный шепот. Толпа разошлась, и Александр увидел, что Лена, минуту назад стоявшая возле матери погибшей, привела среднего роста юношу во всем черном. У него было узкое, слегка треугольное лицо, которое с одной стороны пересекал тонкий шрам от брови до горла, каштановые волосы и темные, холодно блестящие глаза. Он был одет в джинсы и рубашку с засученными до локтя рукавами. Люди пораженно рассматривали его изуродованные предплечья. Кто-то удивленно сказал: "Дагон!" Юноша медленно подошел к гробу. Увидев его, мать погибшей прекратила рыдать и издевательски спросила: "Нравится труп моей дочери, чудовище?" Она хотела продолжить, но юноша посмотрел на неё, слова застряли у неё в горле, и она снова зарыдала. Парень упал на колени.
  
   Дагон смотрел на прекрасные черты слега неправильного черта, на неправильные губы, на бледную кожу погибшей. Он смотрел на длинные каштановые волосы с рыжим оттенком. "Она часто грозилась перекраситься из-за того, что её все обзывали. Я просил не делать этого... Даже сейчас она так же прекрасна. Богиня... Я прошел через ад, я заслужил все это, но почему она? Я получил свое наказания, но она была достойна счастья и всеобщей любви. Просто за то, что она была собой. Почему? За что она страдала? Зачем она это сделала?" Перед его лицом захлопнулась крышка гроба. Глухой гроба удар о дно могилы громом отозвался в голове Дагона. Он с трудом поднялся и бросил в могилу почерпнутую горсть земли. Через несколько минут его жизнь была погребена под слоем колючего грунта. Собравшиеся постепенно расходились, бросая на Дагона осуждающие и боязливые взгляды. Осталась только Лена. Девушка осторожно коснулась его плеча
   - Дай мне несколько минут, - сказал Дагон.
   Он стоял, опустив голову и не обращая внимания на трепавшие его волосы ледяной ветер. Он не мог уйти. Время словно связалось в замкнутую петлю, и Дагон все еще стоял на коленях перед открытым гробом и смотрел на лицо своей вечной любви. За его спиной кто-то кашлянул. Дагон медленно обернулся и увидел смутно знакомого ему человека.
   - Чего вы хотите?
   - Она была хорошим человеком, - сказал парень, подходя, - в отличие от тебя Дагон. Привет от Бигбо. Если еще раз появишься в его поле зрения. закончишь также, как твоя девчонка.
   Дагон схватил человека за горло, достал нож и прошелся о рукам человека.
   - Решили меня ударить, - прошипел он. - Хорошо ударили, не спорю. Теперь моя очередь. Бигбо подписал себе приговор. Ты этого не увидишь. Чья эта была идея?
   - Сон... сказал....
   - Исполнители?
   - Ронии и....
   Парень попытался ударить Дагон, тот несколько раз всадил нож в тело, кинул его на землю и быстро зашагал вниз.
  
   Лена, уже собравшаяся идти обратно, слегка успокоилась. Она боялась оставлять Дагона одного. Они долго шли, не произнося ни слова.
   - Расскажи мне что случилось, - потребовал Дагон
   - После вашей ссоры она долго не могла отойти. Ты не звонил, и она решила, что тебе наплевать. Но потом её начало настораживать отсутствие каких-либо новостей о тебе. Однажды ей сказали, что ты снова себе вены вскрыл, но на этот раз тебя не успели спасти. Она замкнулась в себе, со мной почти не разговаривала. О твоей смерти узнали все, и её начали травить. Все смотрели осуждающе, несколько человек при каждом её появлении открыто обвиняли её в твоей смерти, кричали и любыми способами разжигали к ней ненависть. Её и так многие не любили., а теперь... Она вообще ни с кем не разговаривала и не появлялась на людях. Я пыталась с ней поговорить, один раз мне удалось. Я боялась, что она начнет употреблять наркотики или пить.... Она сказала. что не может жить без тебя, что она тебя убила... Вечером её нашли мертвой. Она вскрыла вены. как и ты. Оставила короткую записку.
   - Она не сделала бы сама это так быстро. Сначала бы попыталась убедиться, что я действительно мертв. Её довели. И они поплатятся за это своей жизнью... Сейчас кое-кто рассказал мне кое-что. Здесь виноват Бигбо и его прихвостни
   - Не делай этого. Тебя убьют
   - Увидим... Сам я этого сейчас не сделаю, можешь за меня не волноваться... Сейчас я должен уйти
   - Хорошо, - кивнула Лена, сдерживая слезы
  
   Договор
  
   Александр вошел в квартиру и сразу же отправился на кухню. Возле окна стоял Дагон
   - Не дергайся, я не за твоей жизнью пришел. Мне нужна информация
   - Какого рода?
   - Знаешь, кто довел её?
   - Бигбо, а вернее, Сон. Бигбо готовит его себе на замену
   - Что тебе о нем известно?
   - Псих. Увлекается Востоком. Постоянно болтает о смерти. Короче, выставляет себя крутым
   - Посмотрим... Мне нужны сведения о тех, кто активно толкал её на тот свет
   - Дай мне пару дней. Что еще?
   - Ничего
   - Поделишься своим планом?
   - Отчасти. Я собираюсь уничтожить Бигбо
   - Убить?
   - Почти. Но сначала нужно разобраться с теми, кто сдал меня. Просто так до меня бы не добрались... В парке в пятницу
   - Идет
  
   Ронни быстро шагал по плохо освещенной улице, нервно озираясь по сторонам. Сегодня он видел парня, делом которого занимался последние несколько недель. Сон заверил его, что опасаться нечего, но инстинкт подсказывал обратное. По слухам, парень чертовски опасен. "Хоть я и с удовольствием убил бы его, может, попытаться с ним договориться? Уверен, он много знает. Может Сон поэтому и приказал его убить... Сон... Ничего, ты у меня еще попляшешь! Я устрою тебе веселую жизнь!"
   Лампочка на ближайшем к Ронни фонаре лопнула, раздался чей-то смех. Ронни всмотрелся в темноту и увидел едва различимый силуэт.
   - Чего тебе? - спросил Ронни, сжимая рукоять ножа.
   - Вижу, ты остался в живых после аварии. Да еще и убрать меня пытался. Сегодня я дам тебе такой шанс.
   В темноте блеснуло лезвие. Ронни выхватил свой нож.
   - Чего ты хочешь?
   - Смерти твоей, - холодно сказал парень
   - Это ты сдохнешь
   Ронни бросился вперед. Дагон встретил его боковым ударом. от которого Ронни с трудом увернулся. Не обращая внимание на царапину на боку, он снова атаковал, но на этот раз был осторожней. Дагон отбил и тут же взмахнул рукой. Ронни только этого и ждал. Он попытался схватить руку противника, но тут же его кинули в столб. Он резко развернулся, одновременно широко махнув ножом. Дагон присел и, выпрямившись, как пружина, всадил нож в горло. Ронни, хрипя, упал на землю. Дагон кинул на тело пачку с ампулами и скрылся в темноте
  
   Профессор с наслаждением пересчитывал полученные деньги. Последнее дело было весьма прибыльным. И почти не отняло сил и времени. К тому же, появилась надежная "крыша" - никто не посмеет пойти против Бигбо... На случай, если его захотят убрать, у него готов план действий... Вдруг возле его двери раздался шум и сдавленный крик. Профессор замер. Прошло несколько секунд, затем удар, и крепкая деревянная дверь чуть не слетела с петель. В комнату вошел какой-то парень, вытащил Профессора из-за баррикады столов, кинул в стену и несколько раз ударил ногами
   - Какого черта? - пораженно проскрипел Профессор
   - Ты нарушил договор
   - Какой договор? Я тебя вообще первый раз вижу!
   Парень резко поднял его
   - Узнаешь?
   Профессор удивленно икнул. Перед ним стоял мертвый уже неделю Дагон. Он не изменился, только на лице появился шрам.
   - А... Привет, друг. А... а я как раз думал, когда ты зайдешь. Помнишь. ты давал мне задание раздобыть по Бигбо информацию? Так вот, я нарыл очень много. Показать?
   Дагон отпустил его. Профессор перелез через столы и принялся рыться в стене коробок.
   - Так... это не то.... это тоже... А вот! - Профессор кинул на стол объемную папку с документами. - Короче, нарыл я много. Ты не поверишь, кем был Бигбо раньше! Я узнал о нем почти все. даже за что он получил свое прозвище
   Дагон взял папку
   - А как насчет платы? - спросил Профессор. - Пришлось постараться, чтобы нарыть это все. Бигбо тщательно подчистил свое прошлое. Но такого профессионала, как я, сложно провести... Кстати, а как ты сюда попал?
   - Сказал, что принес одному парню плащ, который когда-то отложил. У вас тут народ за дозу или пару бумажек кого угодно продаст. Один у двери ушел, а вот второй отказался. Кому-то придется убрать его труп... И вообще, тут нужно здорово прибраться
   - Работа... Что поделаешь?
   - Тут ты прав, - Дагон взглянул на Профессора, и тот съежился. - Просто работа... Зря ты сдал меня Бигбо. Я предупреждал, что убью тебя. Что ж...
   - Эй, постой. постой... Да, мне пришлось, но войди в мое положение? У меня выбора не было. Они же не тебя убили, а твою шлюшку. Любовь, конечно, вещь хорошая, но она губить дела... Найдешь себе новую девушку. Учитывая твой авторитет и твою внешность ты долго без девчонки не останешься... Да что говорить, они сами на тебя набросятся
   - Ты ошибся, а за ошибки платят... Прощай
   Дагон достал из кармана куртки стеклянную бутылку с тряпкой и поджег лоскут ткани.
   - Не надо!
   - Я предупреждал, - сказал Дагон и швырнул бутылку.
   Комнату охватило пламя, раздался пронзительный визг. Дагон закрыл за собой дверь, подперев её захваченным в комнате бруском. Не обращая внимания на удары, он крикнул: "Горим!" - и пошел прочь, осторожно расталкивая сбежавшихся обитателей подвала. Возле одной из комнат его схватила за руку девушка лет четырнадцати в растянутой до колен грязной футболке. Дагон подал ей пачку денег и зашагал к выходу
  
   - Тебе уже давно пора спать, - сказал Вертинский, трепля дочку за щеку
   - А ты прочитаешь мне сказку?
   - Конечно. Поднимайся наверх, я приду через несколько минут
   - Боюсь, сегодня она останется без сказки, - раздался вдруг холодный тихий голос
   Вертинский резко обернулся, бросился к лежащей на столе кобуре, выхватил пистолет
   - Кто ты? Покажись!
   Он лишь краем глаза заметил быстрое движение. Через секунду его кисть рассекло лезвие ножа, кто-то ударил его по лицу. Вертинский с трудом поднялся, перед ним стоял Дагон
   - Ну привет. Не ожидал меня увидеть?
   - Честно говоря, нет
   - Как там учитель литературы? Успел воспитать будущих оурэллов?
   - Наверное
   - Думаю, ты знаешь, что произошло? - спросил Дагон, усмехаясь
   - Да... Бигбо... Эта мразь...
   - А ведь ты и навел его на меня. Я сдал тебе Профессора, ты надавил на него, но при следующем визите тебя ожидали люди Бигбо. И ты рассказал им все...
   - Мне жаль, Дагон
   - Твоя жалость её не воскресит
   - Мы с её отцом были закадычными друзьями, я поклялся, что защищу его семью, но меня поставили перед выбором. Я не мог поступить иначе. У меня дочь...
   - И ты продал им жизнь дочери друга?
   - Я не знал, что они так поступят. Я думал, они просто надавят на тебя...
   - Они и надавили, - горько усмехнулся Дагон. - Убили её, чтобы испугать меня
   - Папочка!
   На пороге стояла маленькая девочка с пепельными волосами и черными глазами.
   - Кто это?
   Дагон посмотрел на неё, и девочка в страхе вжалась в стену
   - Ты слышала. что тебе сказал отец. Он сейчас придет к тебе
   - Но...
   - Иди! - прикрикнул Вертинский
   Девочка убежала. Дагон мрачно улыбнулся.
   - Послушай, - сказал Вертинский. - Я на йду к Бигбо и убью этого ублюдка
   - Думаешь, что в праве отнять у меня месть?
   - Ты не справишься в одиночку, но мы вместе...
   - Я не стану тебя убивать. Ты сделаешь это сам. Яд - хорошее средство. Если ты попытаешься убежать, я убью твою дочь
   - Но что с ней будет, если я....
   - Отдашь сестре жены. Она получат достаточно денег, чтобы неплохо жить. Себя ты спасти не можешь, но вот дочь - вполне
   - Знаешь, я пожалуй...., - тихо сказал Вертинский и бросился на Дагона Несколько минут длилась борьба, победил Дагон. Вертинский дрожал и умоляюще смотрел на него.
   - Ты попытался.... У тебе день.... Прощай
   - Постой! - Вертинский поднялся, подошел к сейфу и открыл дверцу. - Там находится план здания, расположения охраны и расписание смен. Это тебе пригодится... Дагон
   Дагон обернулся
   - Она была чудесной... Мне очень жаль... Прости
   - На это я не способен. У тебя два дня... Я - палач, а не священник. Могу позволить себе некоторые вольности
   - Спасибо
   - Два дня
   - Я не забуду
   - Знаю
  
   Александр съежился и запрыгал на месте, чтобы согреться. Вчера было тепло. сегодня же стоял ужасный холод, к тому же дул сильный ветер. По парку быстро шли редкие прохожие. не обращая внимания на голые деревья и покрытую инеем землю. Листья и мусор были убраны, поэтому парк сильно напоминал радиоактивную пустошь. Однообразие пейзажа разбавлял большой бронзовый памятник - мужчина и женщина, поглощенные танцем. Казалось, что они всего лишь на миг застыли, и стоит моргнуть, как заиграет музыка, засмеются люди, а пара продолжит плавные и грациозные, полные беззаботного величия движения... Александр снова посмотрел по сторонам и заметил приближающуюся к нему фигуру. Через полминуты перед ним стоял Дагон, опираясь о плечо танцующегося мужчины и пристально глядя на Александра. Он был одет также. как и на похоронах, прибавился только потертый кожаный плащ. " Да как он не мерзнет?" - удивленно подумал Александр.
   - Пошли, - сказал Дагон и зашагал по одной из многочисленный аллей
   - Слышал, тут недавно лавку Профессора вместе с хозяином спалили. И Лев Вертинский куда-то пропал. Твоих рук дело?
   - Сделал, что я просил?
   - Да, вот, - Александр подал конверт с фотографиями. - На первом снимке - Скоба, боксер. Активно домогался твоей девушки, после её смерти перешел в другую школу. Увлекается мотоциклами, постоянног тусуется среди местных байкеров. У них возле центральной площади что-то вроде гонок проводится. На следующем справа блондинка. Это Анна Скарабеева, нимфоманка и позёрша. Среди девушек активней всех травила, подстрекала других. Днем бродит по магазинам с подружками, вечером ошивается на дискотеках. Редкая стерва... Последний - Шакал. Пробовал загонять бутират малолеткам, его быстро прижали. Официально числится среди распространителей Бигбо, на самом же деле работает на Сна. Именно он и начал травлю. Один её поклонник пригрозил ему тем. что набьет морду. на следующий день очутился в больнице. Шакал безбашен, но труслив. Высокомерен и хвастлив. имеет проблемы со всеми. особенно с учителями... Помнишь, в прошлом году кто-то побил географа - безобидного такого мужичка? Так вот, именно Шакал нанял мордоворотов, чтобы отметелить хиляка. Мужик с тех пор учеников. как огня боится, и сердце лечит... В общем, Шакалу, заплатили за травлю
   - Где он бывает?
   - Чаще всего в "Радуге", редко его можно встретить в подвальных тусовках. Там он строит из себя крутого наркобарона, собирая мелочь с продающих всякую приготовленную из дешевых препаратов дрянь, которые почти все сами упарываются.
   - Как все трое между собой общаются?
   - Шакал держит при себе Скобу на случай внезапного нападения, Скарабеева с ними просто потому. что можно достать денег или бухла. Ну и это просто круто, сам знаешь, - Александр улыбнулся.
   - Презирает Скобу, к Шакалу относится неплохо. Тусуются по разным местам. но вместе строят из себя банду. На что-то серьезное не способны по определению. Сам знаешь, школота
   - Ну да, знаю. Стоит одному начать кого-нибудь гнобить, как все сразу же присоединятся, чертовы выблядки
   - Что делать будешь?
   - Разберусь с ними, затем займусь Бигбо и Сном
   - К нему не подступится
   - Спаленный Профессор принес пользу в виде неплохого досье
   - То есть, план у тебя уже есть? - спросил Александр
   - Ага. Сегодня начнем приводить его в исполнение
   - Мне что нужно сделать?
   - Установишь слежку за людьми, имена которых я тебе назову.
   - И все?
   - Да
   - Кстати, тебе бы не помешало к Лене зайти. Она волнуется
   - Зайду как-нибудь... Что насчет оплаты за твои услуги?
   - Я делаю это для себя. Она и моим другом была, - сказал Александр. - Хорошим другом
   - Она многим была очень хорошим другом. У неё же друзей не было. Её ненавидели. И убили.... Они у меня попляшут...
  
   Ржавеющий хром
  
   - Слышишь, Скоба, тут какой-то фраерок приперся, сказал, что разговор к тебе есть
   - Чё за фраер?
   - Да парень невзрачный со шрамом на роже. Говорят, он когда-то весьма крутым варщиком был
   - Ну и где он?
   - Да вот, идет
   К Скобе медленно шел среднего роста парень в кожаном плаще. Его сопровождали презрительные или насмешливые взгляды байкеров. Один из них толкнул парня и громко засмеялся. Тот круто обернулся, сбив смеющегося с ног и откинул капюшон. Валяющийся на земле парень в кожаной куртке с изображениями черепов и бандане испуганно попятился.
   - Я пришел к Скобе, - холодно сказал парень, окидывая толпу взглядом. от которого каждый опускал глаза.
   - Я Скоба
   Скоба подошел и посмотрел сверху вниз на выскочку. Он был гораздо выше и шире в печах худого парня.
   - Зачем пришел?
   - С тобой погонять
   - На чем, на роликах?
   Толпа рассмеялась
   - Что-то я не вижу твоего мотоцикла
   - А я и не на своем поеду, - тихо сказал парень
   - Он поедет на моем, - сказал человек, которого полминуты назад бросили на землю
   - С чего это ты так расщедрился? - спросил его Скоба
   - Дагон пришел сюда, чтобы сразиться с тобой. У него есть причины
   При звуке этого имени Скоба побледнел
   - Не так давно ты вместе со своим дружком, Шакалом, - сказал Дагон. - Убил некую девушку. Помнишь? Сегодня я пришел, чтобы разобраться
   - Не понимаю, о чем ты, - пробормотал Скоба
   - Нет, понимаешь, - прохрипел высокий толстый мужчина. - Мы все слышали о смерти девушки знаменитого наркоторговца по имени Дагон. Похоже, ты приложил к этому руку. Дагон имеет право вызвать тебя на поединок. И ты не в праве отказаться
   - И вы верите тому, что он говорит? Вы его даже не знаете
   - Ты не так давно в нашем клубе, Скоба. А Дагон, как и его партнер, Алукард - люди чести, торговцы, их слово имеет значительный вес
   - Да он даже ездить не умеет...
   - Тогда чего ты боишься? Сам постоянно хвастаешься. Так докажи
   - Хорошо... Какая ставка?
   - Твоя жизнь, - сказал Дагон. - Думаю, я имею право потребовать этого?
   - Да, - сказал толстяк и посмотрел на Скобу. - Ты принимаешь вызов, или мы сразу тебя пристреливаем?
   - Принимаю, - подавленно сказал Скоба и, шатаясь, побрел к мотоциклу
   - У вас пять минут на подготовку, - сказал толстяк. - Джимми, кати сюда свой байк.... Умеешь конем управлять, Дагон?
   - Немного. На "Восходе" когда-то катался
   - Значит, с этой игрушкой управишься, я тоже с "Восхода" начинал... Эх, молодость.... Смотри, как скорости переключаются.... Запомнил?
   - Да
   - Слушай, я понимаю, это не мое дело, но.... почему ты это делаешь?
   - Я любил её
   - Понимаю.... Удачи
   - Спасибо
  
   Они стремительно неслись по дороге. ловко маневрируя между машинами. Дагон шел со Скобой на равных, и здоровяк никак не мог оторваться. Они прошли несколько крутых поворотов, в конце которых появились два мотоциклиста. Они пытались зажать Дагона, скинуть его. Тот быстро ушел в соседний поток и скрылся из поля зрения Скобы. Через несколько километров он неожиданно возник справа уже без погони. Скоба достал пистолет и начал стрелять, но ни одна пуля не попала в цель. Дагон снова исчез в несущимся железном стаде, но через несколько секунд появился перед Скобой. Тот инстинктивно рванул руль влево (так как правая сторона была занята) и врезался в машину. Пролетев и протершись об асфальт несколько десятков метров, он ударился о заграждение. Возле него остановился Дагон. Он снял шлем и усмехнулся
   - Знаешь, амфетамин, это, конечно, круто, но одной скоростью реакции тут не обойдешься. Нужно планировать... Неприятно подыхать, да? Ей тоже было неприятно, но по-другому она не могла... Напоследок я могу тебя утешить - другие тоже жить не будут. Бывай, - сказал Дагон, кинув ампулу с синеватой жидкостью.
   Он вернулся к байкерам, где на него тут же напали с расспросами
   - Скоба откинул копыта, - сказал Дагон. - Он играл не по-честному и поплатился за это
   - А где гарантия, что ты играл честно? - спросил один из байкеров, поигрывая битой
   - Гарантия - мое слово, - сказал хриплый толстяк. - Кто пойдет против Дагона, будет иметь дело и со мной. Есть желающие?
   Все притихли. Дагон кинул ключи парню в куртке
   - Спасибо
   - Да не за что. Я же должен был долг вернуть... Отвезти тебя куда?
   - Да. Есть у меня одно дело в одном месте...
  
   Анна Скарабеева выругалась и сплюнула. Слюна полетела с шестнадцатого этажа и быстро изчезла в темноте, раздался звук шлепка. "Шлюха! - подумала Скарабеева. - Отбить у меня парня... И вся такая "ой, какой ты красивый. какой ты умный...." Будь она проклята! Убью!"
   - Свете Зеленой насолить ты не успеешь, - сказал Дагон выходя на крышу
   Она обернулась и схватилась за маленький кастет, единственного своего друга, которому она ни разу не изменила. Она узнала этого парня. "Это тот наркоман, писатель. Симпатичный..."
   - Слушай, - начала она. - Знаю, ты немного обижен на нас за то, что мы твою кикимору того... Но, мы не со зла, просто она была той еще тварью, не понимаю. как ты её терпел... Хочешь выпить? Я ту живу просто, можем зайти
   - Слышала, Скоба умер? - спросил Дагон
   - Так ему и надо, - злорадно сказала Скарабеева и улыбнулась. - Идиот недоделанный... Прикинь, он вчера ко мне подкатывать пытался. Стихи читал... Баран, кому это сейчас надо?... Ну так что, зайдешь ко мне?
   Дагон молча подошел к краю и посмотрел вниз.
   - Она никогда не отвечала злом на зло. Либо молчала, либо прощала. Всегда
   - Понимаю, печально и все такое.... Но может я чем-нибудь помогу?
   - Нож или крыша, - сказал Дагон. - Выбирай
   - Дай подумать... Знаешь, многие парни считают, - сказала она, подходя близко, подтягиваясь на цыпочках и приближая губы к его уху, - что у меня просто божественные губки и язычок
   - Ты выбрала?
   - Да
   Скарабеева резко взмахнула рукой. Дагон отошел чуть в сторону, легко перехватил её руку, выбил кастет и приставил нож с длинным лезвием к горлу.
   - Знаешь, эти штык-ножи в бою весьма хороши. Да и кожу ими сдирать отлично
   - Да что тебе надо!? Денег? Хочешь, я с тобой всю жизнь спать буду, сосать тебе каждый день буду. Хочешь? - она начала скидывать с себя одежду. - Ты делаешь это ради какой-то уродины, психопатки, алкоголички хреновой, наркоманки? Ты...
   - Да... Знаешь, некоторые настолько искусны, что жертва продолжает жить, когда на теле уже нет ни единого клочка кожи
   - Да пошел ты!
   Скарабеева бросилась на Дагона, размахивая руками и ногами. Он легко перехватил её и наклонил над краем крыши.
   - Как думаешь, ей страшно было умирать? Или больно?
   - Не надо... Я...
   - Можешь подумать, - сказал Дагон и разжал кулак
   Девушка полетела вниз. По улицам еще несколько секунд метался её крик...
  
   Шакал быстро спустился по лестнице и запер дверь. Необходимо быть осторожным... Из соседней комнаты раздался странный звук, будто кто-то зацепился о косяк двери. Шакал выхватил нож и осторожно подкрался в проходу. Заглянул. Никого не было
   - Бу! - крикнули возле самого его уха
   Шакал подпрыгнул и резко обернулся. Перед ним стоял Саня, улыбающийся во все свои двадцать четыре зуба
   - Твою мать, ты что, сдурел!? Я чуть копыта не откинул! Ты хоть иногда думаешь своей дырявой башкой!
   - Ладно-ладно. хватит, - сказал Саня, отмахиваясь от стучащей по макушке руки. - Извини, я не удержался... Когда ты свалишь из моей квартиры, а то предки недовольны
   - Через пару дней, когда себе берлогу найду
   - Что ты так боишься этого парня?
   - Ты знаешь, что он со Скобой и Анькой сделал? Они были идиотами, я умней и судьбу их повторять не хочу. Через пару дней Сон разберется с этим парнем
   - Думаешь, он станет возиться ради тебя?
   - Он меня не бросит. Я ему нужен. Да и парень этот здорово мешает. Он перешел дорогу самой организации. Догадываешься, кто на него зуб точит?
   - Неужели сам..., - шепотом сказал Саня
   - Именно. Мне это Сон сказал. Они там все за ним охотятся. Теперь понятно, почему я затаился? Если он от них убегает, да еще и людей их режет, то.... Секунду..., - Шакал достал телефон. - Да, слушаю... Ну, через пару дней... Дела тут есть... Да ладно. плевал я на того придурка. Да он ко мне и подойти не посмеет, я его по стенке размажу.... Не-не-не, я не прячусь. Сказал же. дела некоторые есть.... Занят я короче... Ладно, давай... Чё на меня так смотришь? А что я сказать должен был?... Забили
   - А чего ты к предкам не пошел?
   - Что? Зачем? Я понятия даже не имею, где они сейчас. Батя, наверное, на зоне опять, а мамка в фирме какой-нибудь левой бухгалтером работает, деньжата начальникам отмывает. И нет, чтобы хоть когда-нибудь себе долю потребовать. Нет. "Я не хочу нарушать закон". Ты его, черт побери, и так нарушаешь, а себе ничего урвать не можешь! Дура!... Да ну это все в баню! Во сколько сегодня собираемся?
   - Да через час уже на месте должны быть
   - Тогда пошли
   - А этот парень?
   - Пошел он. Поднимайся, что сидишь? Оторвемся сегодня по полной!
   Утром он проснулся в собственном доме, в ванной с горячей водой. Ночь выдалась отменная, и теперь голова раскалывалась
   - А-а, черт! - простонал он. - Кто-нибудь, помогите
   - Спасение утопающих - дело рук самих утопающих, - раздался рядом с ним холодный голос
   - Что?... Ты кто?
   - Глаза разуй
   Шакал с перевернулся, уткнулся лицом в воду, прокашлялся, хлебнул и посмотрел на незнакомца. Тот не сводил с него колкого взгляда
   - "С трудом ты держишь слезы. Кровь на твоих руках. Забудь сладкие грезы. Они обратились в прах"
   - Ты что несешь, придурок?
   - Слышал о парне по имени Дагон?
   - Черт.... Так ты и есть тот самый...
   - Ага... Я ввел тебе яд. Единственный способ избавиться - пустить кровь
   - Ты рехнулся!? Ты...
   - Время идет. Он быстро распространяется по организму
   - Твою мать, так...
   - Держи нож. Советую резать на руках. Быстрей будет... Давай, режь
   Шакал дрожащими руками поднес лезвие к руке и провел
   - Ну что ты творишь? Людей до самоубийства доводишь, а сам не знаешь, как себя убивают... Слушай внимательно: кончиком лезвия продавливаешь вену, чтоб кровь пошла.... Вот так. Дальше погружаешь немного и вскрываешь... Что не режется? Да не тяни ты! Кончиком лезвия край приподнимаешь и проворачиваешь лезвие.... Быстро учишься. Видишь, это не так уж и сложно... Советую руки в воду опустить. И чтобы не дрожать, рот чуть-чуть приоткрой... У тебя времени мало. Я пока что тебе прочитаю один наивный стишок. Его написал один мой старый знакомый от безответной любви. Его не так давно наркотики убили. Забавно, да? Слушай дальше, - сказал Дагон и насмешливо, с ироничной улыбкой продолжил. - Думал, что не будет наказанья и свернул не туда. Думал. что всем все равно. Но месть настигла тебя.... Это я так. отсебятину несу. Просто подходит к нашему случаю. На самом деле так было. "Ты думал, что знаешь. Свернул не туда. Ты думал, что ей все равно. Но она любила тебя"... Четверостишье номер три. "Ты думал - нескоро умрешь. Но давно ты не жив. Думал - под фанфару уйдешь. Но будет тот миг некрасив"
   Глаза Дагона странно блестели, он презрительно улыбался. Шакал дрожал, не в силах оторвать взгляда от рук.
   - Посмотри на воду, - сказал Дагон
   Шакал посмотрел. Реки крови. Страданья невинных....
   - Страшно? А теперь я дам тебе шанс уйти не одному. Поднимись и пронзи моё сердце. Я даже пальцем не пошевельну... Просто, видишь ли, я солгал. Никакого яда я тебе не вводил. Да и резкой вен ни от одного яда избавиться нельзя
   "Что?" Шакал попытался подняться. но на него накатила ужасная волна слабости. Нож выпал из ослабевшей руки
   - Ты слаб. Потери крови уже критические
   - За что?
   - За её смерть
   Дагон рассмеялся
   - Знаешь, я сначала хотел довести себя. как ты довел её, но затем решил. что все это сложно. Жизнь любит простые хитрые планы... Тебе на последок... "Теперь же не плач. Просто режь вены. Уходи, как ушел бы наемный палач. Наслаждайся плодами Пирра победы"
   Шакал медленно терял сознание, и его терзал демонический хохот того, кто живет только местью. Дагон поднялся и кинул в ванну ампулу.
   - Анатомию изучать нужно было, а не чай карить, - сказал он
   На улице его ждал Саня, опершись о такси. Дагон передал ему деньги и сел в машину.
  
   Александр воровато оглядывался по сторонам. Что-то шло не так. Он не заметил слежки, но чувствовал неладное. Ни разу еще чутье его не подводило. Он был уверен. что Дагон не придет, вместо него появятся громилы Бигбо и намекнут, что не хорошо мешать сильным.... Дагон все же появился. Александр облегченно вздохнул
   - За тобой не следили? - спросил он
   - Нет. Как успехи?
   - Я узнал о них многое. Знаешь, если бы не знал, что искать, ни за чтобы даже не подобрался. Бигбо умеет прятать секреты
   - Он ничего не заподозрил?
   - Не знаю, приходилось действовать не очень осторожно. Если он узнал, то мы в опасности
   - Не волнуйся. Он не знает. Всем руководит Сон. Бигбо вообще этим не занимается. У него дела поважней есть
   - Например?
   - Ну, полиция накрыла несколько его точек и нашла один склад и одну лабораторию.
   - Ты постарался?
   - Не совсем... Перейдем к делу?
   - Конечно... Пройдемся... Есть вопрос. А Сон не может подослать к нам кого-нибудь, чтобы разобраться... Ну?
   Дагон кивнул в сторону
   - Ответ на твой вопрос
   К ним подходили десять человек с оружием
   - Вы переходите дорогу Организации. И не слушаете советов
   - Вы тоже, - сказал Дагон, ухмыльнувшись. - Проваливайте, пока живы
   - Слышали, парни? Двое готовы уделать десятерых!
   - А кто сказал, что нас двое?
   Из разных концов парка приближались фигуры. Мелькал силуэт Черепа в брезентовой куртке и Лески в плаще в капюшоном
   - Знакомься, это "Дельта", - улыбнулся Дагон. - Тебе, видимо, не сообщили. против кого ты пошел? Сейчас узнаешь
   Из-за ближнего дерева к Дагону выскочил человек и всадил в грудь нож. Его тут же убили
   - Ну что? - спросил парень. - Сдаетесь?
   - Теперь мы с тебя шкуру сдерем, - сказал Череп, бросаясь вперед
  
   Счастье семьи
  
   Лиза вышла из душа и остановилась у зеркала. Тело не идеально, но придраться не к чему. Она закуталась в огромное махровое полотенце, открыла дверь в коридор и посмотрела не висевшие на стене часы. У неё оставалось мало времени. Она быстро оделась, привела себя в порядок и спустилась вниз, чуть не забыв запереть квартиру. В машине уже ждал мужчина лет тридцати пяти-сорока. Лиза села, кинув на заднее сиденье сумочку.
   - Ты долго, - заметил мужчина
   - Так получилось... Не волнуйся, никто о нас не знает
   - Да я и не волнуюсь, - сказал мужчина и завел машину
   Выезд со стоянки перегородил темно-оранжевый джип. Мужчина посигналил, в ответ на это из машины вылез низкий толстяк с седой щетиной на лице. Он злобно посмотрел на водителя. но, присмотревшись, улыбнулся, приветственно махнул рукой и подошел к машине
   - О, здорово, Серега! - сказал он облокотившись о машину. - Давно не виделись. Ты почему ни разу своему корешу не звонишь?
   - Да дел все время много
   - Понятно.... А как Алена?
   - Отлично. А твоя?
   - Да развелись мы недавно
   - Да ладно, ты еще в школе её подкаблучником был
   - Ну да, ну да.... Да не нравилось ей постоянно что-нибудь. Надоели мы друг другу, ну и решили разойтись, - толстяк заглянул в машину. - А это дочка твоя?
   - Племянница, в школу как раз везу... Слушай. мы опаздываем. давай как-нибудь потом встретимся, поболтаем, вспомним былое?
   - Ну ладно. Созвонимся. Племянницу с собой бери, со своим сынишкой познакомлю. Он у меня спортсменом растет... Ладно, все давай
   - Бывай
   - Племянница? - скептически спросила Лиза. когда они отъехали
   - А что я должен был сказать? "Вот, школьница, с которой я сплю?"
   - Ну, хотя бы дочь
   - Не похожа слишком
   - На мать похожа, - недовольно сказала Лиза
   - Забудь... Кстати, радуйся, что он такой баран. Иначе бы явно удивился, как это тебя в школу в таком наряде пускают
   - Ты врать не умеешь. Я бы не повелась
   - Сама бы говорила, - проворчал Сергей
   - Сережь, не обижайся, - сказала Лиза через несколько минут
   - Я и не обижаюсь. Просто нервничаю
   - А ты не нервничай
   - Ага. Это тебе ничего не будет, в худшем случае отец отругает. А вот меня посадят
   - Я тебе передачки носить буду, - сказал Лиза, хлопая глазами
   - Такая ветряная особа, как ты, даже собственным родителям не поможешь
   - Ну, они же не дарят мне такие оргазмы
   - Ты мелкая развращенная девчонка, - зло сказал Сергей
   - Ага, - вздохнула Лиза и потянулась к его штанам
   - Я рулю, вообще-то
   - А я тебе и не мешаю, - сказала Лиза, расстегивая на штанах ширинку
   Сергей неодобрительно покачал головой и сильнее сжал руль
  
   - И где твою дочь черти носят?
   - Должна появиться с минуты на минуту. Успокойся, Аполлон
   - Ну-ну, - проворчал Бигбо, незаметно достал небольшую фляжку и сделал маленький глоток. Бросив косой взгляд на сидящего справа сына, он пригрозил ему пальцем. Тот кивнул и улыбнулся. Сидящая напротив него девушка поправила золотистые волосы и укоризненно взглянула на Бигбо. Тот извинительно пожал плечами.
   - Лиза! - раздался голос из коридора
   - Привет, мама... Привет всем, - сказала Лиза, заходя в гостиную, где был накрыт стол.
   Обычно, в выходные обедали вместе. Для Аполлона Джимуссова - а для преступного населения города Бигбо - это была отличная возможность отругать жену и детей, и похвалить младшую дочь Настю - единственную его отраду.
   - Дэн, ты все еще встречаешься с той любительницей инфузорий? - спросила Лиза
   - Ты даже не знаешь, что это такое
   - Обувь такая
   - А может, о чем-нибудь другом поговорим? - ворчливо спросил Бигбо. - Например, где ты сегодня ночевала?
   - У Наташки
   - Одна?
   - Знаю, к чему клонишь. С Наташей. У неё чертеж горит, я ей вчера помогала
   - Ты ватман никогда не видела
   - А ты, типа, видел?
   - Твой папаня в жизни многое повидал, в отличие от своих отпрысков
   - Вот и хорошо, а мне этого видеть не надо
   - Ты учиться собираешься?
   - А я учусь
   - Да?
   - Да нас там ничему не учат. Вот если бы ты отправил меня...
   - Иностранных языков не знаешь. А бросать деньги на ветер...
   - Ты все равно их тратишь попусту
   - Вот когда начнешь хоть немного зарабатывать, тогда и будешь спорить со мной по поводу траты
   денег, - сказал Бигбо
   - Да иди ты....
   - Мы еще поговорим! И ты продолжишь учебу!
   - И не мечтай
   - А я не мечтаю, я знаю, - тихо сказал Бигбо
   Жена покачала головой
   - Снова...
   - Не я её родил.... И тебя тоже, придурок улыбчивый. Тебя тоже в планах не было... Кстати, ты чего сидишь? Тебе пора, или это я вчера приглашения выпрашивал?
   - Да я уже собрался
   - Собрался он.... Смотри, не опозорь меня
   - Не волнуйся, отец, - сказал Дэн и вышел
   Жена ушла на кухню, Бигбо остался в компании младшей дочери и тут же повеселел
   - Как учеба?
   - Хорошо
   - Никто не обижает?
   - Нет
   - Как картина?
   - Нормально. Я покажу. когда закончу
   - Хорошо... Думаю, тебе пора?
   - Да, но я могу посидеть, если хочешь, папочка
   - Нет. спасибо, Лисенок
   Настя ушла. Бигбо развернул газету. "Ничего себе! Личико со шрамом. Паршивец все-таки спотыкнулся... Интересно, почему его сожгли? Заметали следы? Но чьи?... Ладно, пацан разберется... Так, что тут у нас? О!" Бигбо внимательно и с большим интересом прочитал большую статью о наркотиках и у удовольствием отметил в ней свои имя, заслуги и похвалы журналистов.
  
   Лиза мрачно уставилась на пригласившего её парня. Тот помялся перед ней и ушел. Наташа вздохнула.
   - Какие же они назойливые, - сказал она. закатив глаза. - Как у тебя с твоим.... "мужичком"
   - Не твое дело
   - Ах, а я со своим порвала... Он, видите ли, думает, что жена что-то заподозрила. И просто ушел. Представляешь?
   - Это уже по-свински
   - Да... И знаешь, что я думаю? Я расскажу его жене. Чтоб неповадно было. Он разбил мне сердце, и я имею право отомстить. Ты как думаешь?
   - Наверное, - пожала плечами Лиза
   - А на кого это ты там смотришь?
   - Ни на кого
   - Да ладно, не ври. На того парня, что ли?
   - Ни на кого я не смотрю, - фыркнула Лиза
   - Зачем он тебе?
   - Да я не на него смотрю. Или даже если и на него, то. что я не могу уже по-твоему, по сторонам смотреть?
   - Нет, ну ты пялишься на него с тех пор, как мы сюда пришли. Что с ним не так?
   - Да я его просто здесь уже раз третий вижу, и ни разу он не пригласил меня танцевать. Он за это время на меня даже не посмотрел... Кстати, а кто он?
   - Все-таки он тебе пригляделся?
   - Спросить уже нельзя?
   - А я откуда знаю? - пожала плечами Наташа
   - Да ладно, ты все знаешь
   - Может, и знаю, но говорить не буду
   - Почему?
   - Просто так, - упрямо сказал Наташа, демонстративно отвернулась
   - Та-а-к... Дай угадаю, ты уже пыталась его пригласить? Угадала?
   - Да. Я к нему подхожу, красивая вся, улыбающаяся и спрашиваю, не хотел бы он потанцевать. И знаешь, что он мне ответил? "У вас и так достаточно поклонников, и все они ждут, чтобы вы польстили их вниманием. Но не я" Ну не хам?
   - По-моему, нет... Рассказывай
   - Ну... Говорят, что парень не местный, ни в одной из наших тусовок не числится. Видят его редко. Сюда он приходил пару раз с какой-то девчонкой. Один парень сказал, что они прекрасно танцевали. Но потом девчонка его бросила, и он долгое время сюда не приходил. но несколько дней назад появился вновь с другой девчонкой. Я мельком видела её. Красивая, но видно, что с ней не так что-то. То ли сидит на чем-то, то ли что-то еще с ней было. Видно, что плакала много. И она без макияжа ходит
   - Ого...
   - С этой черноволосой он два раза был, теперь один приходит. Ни с кем не общается
   - Даже так. Ты меня заинтриговала... Пойду я, вдруг получится его пригласить
   Лиза подошла к столику, за которым сидел парень в серых джинсах и черной рубашке. Лицо его скрывалось в тени, на свету блестел серебряный медальон. Перед парнем стояла батарея стаканов, больше половины были пустыми.
   - Это, конечно. круто, сидеть и запивать горе, но почему бы не дополнить комбинацию девушкой?
   Парень усмехнулся
   - Я не из тех, кто запивает. Просто напиток прикольный, а сижу я здесь уже долго
   - Алкогольный?
   - У меня красивая печень, и мне не хочется её уродовать
   - Ждешь кого?
   - Почти
   - Кого?
   - Тебе это безразлично, потому что через несколько минут, отойдя от столика, ты меня забудешь
   - Сначала я с тобой станцую. Я лучшая среди находящихся здесь
   - Я танцевать не умею
   - Не ври, люди говорили. что ты прекрасно со своей девчонкой танцевал
   - Ты её знала? - ты её знала
   - А должна была?
   - Нет
   - А почему ты спросил?
   - Просто так. Ты дочка Джимуссова, да?
   - Откуда знаешь?
   - Люди говорят... Я танцевать не умею, - сказал он, поднялся и подошел к ней, зацепившись о край столика. - Пошли
   Лиза закусила губу. "Черт, зря я". К её удивлению, завидев парня (который оказался вполне себе ничего), люди расходились в стороны. Они вышли в центр, парень отошел на несколько шагов, резко обернулся. Заиграла другая музыка. Парень медленно приблизился.... И стал тенью. Его движения плавны и точны, глаза таинственно блестели. На губах мелькала кривая полуулыбка. Лиза чувствовала себя абсолютно свободно, но при этом ей казалось, что парень не пользуется всеми своими способностями, будто все эти движения для него так же просты и естественны, как дыхание. Он ни разу не сбился с темпа. Лиза уже задыхалась, а на нем не было и следа усталости. Она пошла к его столику. а он остался, уступив просьбам девушек. просившим потанцевать с ними. Лиза удивленно смотрела на него. Он уже долго танцевал почти без остановки, но казалось, что это его первое движение. Он словно не знал, что такое усталость или время. Он был спокоен и холоден, но это еще сильней притягивало. Под конец девушки пытались увести его каждая в свою сторону, Лиза подошла вовремя и, схватив его за руку, потащила к столику.
   - Тут по моей просьбе порядок навели, я тебе "джулиуса" заказала. Не против?
   - Нет, - пожал плечами парень
   - Хорошо двигаешься
   - Я не умею танцевать
   - Не умеешь? Да я никогда вообще такого не видела. Так никто больше танцевать не может
   - Я не танцую, я живу
   - Тут ты прав..., - засмеялась Лиза. - Проводишь меня до дома?
   - Если хочешь
   - Хочу
   Когда они вышли на улицу, парень посмотрел на небо и глубоко вздохнул
   - Душно слишком в клубе
   - Есть такое... Ты уже провожаешь меня, а я даже не знаю, как тебя зовут
   - Артем
   - А прозвище?
   - Только имя. А тебя как?
   - Лиза. Думала, ты знаешь
   - То, что я знаю имя твоего отца, не значит, что я знаю твое имя
   - А я думала, что все знают
   - Я редко появляюсь на людях, поэтому и знаю немного
   - А чем ты вообще занимаешься?
   - Да особо ничем. Я музыкант
   - Тогда все понятно, - засмеялась Лиза. - Что из твоего я могла слышать?
   Артем назвал
   - Правда? Знаешь, я слышала, и мне понравилось. Классные песни
   В свете фонаря блеснул его медальон
   - Что это? Ты у нас анархист?
   - Не я, мой брат
   - А почему медальон у тебя?
   - Он умер недавно... Он был отличным парнем. Я ношу эту штуку на шее просто.... не знаю.... в память о нем
   - Сочувствую
   - Это в прошлом... Ты завтра занята? - спросил парень
   - Да нет, а что
   - Просто мы могли бы сходить куда-нибудь
   - Можно... Во сколько встретимся?
   - Давай, в десять
   - В одиннадцать
   - Сойдет... Пока
   - Пока, - Лиза чмокнула его в щеку и ушла. Парень некоторое время постоял на месте, затем развернулся и быстро зашагал в противоположную сторону, что-то шепча.
  
   - Артем, ты, как специалист, скажи мне, что они там могут так долго делать? - спросил Дэн
   - Что угодно. Им даже не так уж и важен результат, как сам процесс
   - Что-то он затянулся
   - Идут
   К ним подошли Лиза и Настя.
   - И как? - спросили они
   - Великолепно! - выдохнул Дэн
   - Артем?
   Он, не отрываясь, смотрел на Настю. Лизу усмехнулась
   - Идем? - спросила она
   - Конечно
   - Это был великолепный день, - сказала Лиза вечером. - Ты чудесный
   - Знаю, - сказал Артем
   Лиза достала небольшую коробочку
   - Хочешь?
   - Нет
   - Ну, тогда помоги мне
   Артем набрал полный шприц синеватой жидкости и осторожно ввел Лизе. Она судорожно вдохнула и расслабилась
   - Как это прекрасно, - выдохнула она
   - Знаю, - тихо сказал Артем
  
   - Правда? А когда вы.... ага, хорошо. Аполлон!
   - Чего тебе?
   - Ребята сегодня вечером приведут какого-то парня. По-моему, он встречается с нашей дочерью
   - А мне какое дело? - пожал плечами Бигбо
   - Что, судьбой Насти не интересуешься, старый пьяница!?
   - Насти!? Настин парень!? А почему я узнаю об этом последним!?
   - Меньше пить надо и девушек молодых лапать
   - Я, между прочим, деньги зарабатываю
   - А я детей воспитываю
   - Знаю, как ты воспитываешь
   - Что!? А сам!?
   - Я их деньгами обеспечиваю! И о Насте забочусь... Иди, еду готовь
   - Не оскорбляй меня!
   - Иди уже, - махнул рукой Бигбо
   Выпить он не успел. Жена постоянно носилась по всему дому, делая сразу десять дел и не давая ему спокойно посидеть. К вечеру супруги были настолько злы друг на друга, что готовы были начать гражданскую войну, но их прервали. Вошли Лиза, Дэн и Настя. За ними, держа Настю за руку вошел.... "Какого черта!?" Дагон улыбнулся и учтиво поцеловал руку жены Бигбо.
   - Как мило, молодой человек! Меня зовут Екатерина Павловна. Это мой муж...
   - Аполлон Соломонович, - представился Бигбо
   - Артем Гвоздев, - представился Дагон, крепко пожимая руку Бигбо
   Его взгляд ясно говорил: "Попробуй, скажи, и мы посмотрим, что из этого выйдет!" Бигбо сглотнул и сделал приглашающий жест
   - Проходите, стол уже накрыт, - сказала Екатерина Павловна
   Некоторое время ужинали молча. Затем, насытившись, приступили к разговорам. Дагон превосходно играл свою роль Артема Гвоздева, активно участвуя в разговоре и показывая свои всесторонние знания. Постепенно разговор перешел на него.
   - Я читала ваши книги, Артем, - сказала Екатерина Павловна. - Мне они показались очень... мрачными
   - Так и есть. Я всегда стремился к тому. чтобы читатель максимально "прочувствовал" текст, погрузился в атмосферу. А проще всего погружаться в темные краски. Качественно передавать позитивные эмоции я не могу. Это мой недостаток
   - Но слишком уж все мрачно...
   - Но реалистично? Вы поверили в то, что читали?
   - Да. Я словно жила в книге
   - Этого я и хотел добиться. Качественная атмосфера часто спасает плохой сюжет. Недавно вышел фильм...
   - По вашей последней книги. "Мария". Я смотрела. И знаете... Ощущение совершенно другие
   - Но вам понравилось?
   - Очень. Давно не видела такого качества. Каждую эмоцию прогоняешь через себя. Словно это реальная история
   - Отчасти, так и есть, - сказал, печально улыбнувшись Дагон. - Снять это было сложно. Чем ближе к концу, тем тяжелее становилось. Последняя сцена чуть было меня не убила
   - Но она и получилась лучше всех
   - Не льстите мне, это нечестно, - смущенно сказал Артём
   - Я лишь отдаю должное. Вы слишком требовательны к себе
   - По-другому нельзя. Иначе ты останавливаешься и скатываешься вниз... Извиняюсь, но мне пора. Уже поздно
   - Но вы могли бы остаться у нас
   - Нет, я не хочу вас напрягать. Завтра начало тяжелой недели, поэтому я лучше пойду.... До свиданья
   - До свиданья... Даниил, проводи гостя
   - Конечно
   Дэн и Дагон вышли на улицу
   - Со мной?
   - Ну да. Развеяться хочется
   - И куда направишь свои стопы? - спросил Дагон
   - В "Радугу"
   - Тогда я тоже туда
  
  
  
  
   Месть
  
   Бигбо медленно водил глазами по строчкам газеты. Ничего интересного не было. Настя спала, Лиза где-то пропадала, жена убиралась на кухне. Бигбо осмотрелся, достал фляжку и влил немного виски в чай. Раздался звонок. Он не обратил внимания. Подошла Екатерина Павловна
   - Слушаю... Да.... А.... Когда?.... Да. конечно....
   Через несколько секунд раздался плач. Аполлон поднялся и пошел на кухню
   - Что случилось?
   - Даню... машина сбила.... Он умер
   Спустившиеся в это время Настя упала в обморок на лестнице.
  
   - Как это произошло? - спросил у своего секретаря Бигбо
   - Он в радуге напился, затем пошел домой, и в одной из узких улочек из-за угла выехала машина и сбила его. На тело кинул ампулу с концентрированным джетом
   - Дагон...
   - Да, - сказал Сон. - Я уже поручил найти его и....
   В комнату вбежал парень
   - Босс, наших людей в "Радуге" укокошили. Четверых охранников и Чеснока
   - Прям при всех? - спросил Сон
   - Там что-то вроде костюмированных танцев было, пускали только по приглашениям. Какой-то парень с размалеванном, как в "Вороне" лицом забил охрану, вошел внутрь, и когда погас свет, перерезал Чесноку горло. Потом сказал: "Передайте привет Бигбо" и ушел через черный ход. Там еще двух укокошил
   - Ищите его
   Парень кивнул и убежал. Сон посмотрел на Бигбо
   - Нужно поставить охрану возле вашего дома. В штаб-квартире людей полно, а вот дом никак не защищен
   - Занимайся. Только на глаза никому не попадись
   Сон кивнул и ушел исполнять
  
   Настя слонялась по дому, не зная, что делать. Внезапно ей позвонила Лиза
   - Ты слышала про Дэна?
   - Да, да, - торопливо сказала Лиза. - Мне срочно нужна твоя помощь. Приезжай. Адрес....
   Настя приехала в убогий район, нашла Лизу. Та взяла её под руку и быстро повела по узким запутанным улочкам. Они зашли в полуподвальное помещение. полной грязных мужчин и женщин. Повсюду валялись шприцы и сломанные иглы. Лиза подошла с высокому широкоплечему парню, стоящему между двумя мордоворотами.
   - Давай, - требовательно сказала Лиза
   - Сначала покажи, кого ты привела
   - Не волнуйся, с ней все нормально
   Мордовороты подтащили молчавшую испуганно оглядывающуюся по сторонам Настю. Парень закатал рукав её кофточки, осмотрел предплечья
   - Чистые, нетронутые вены. Прекрасно... Одна ампула
   - Ты с ума сошел!? Три минимум, - сказала Лиза
   - Одна... Ты притащила сюда какую-то девчонку. Я рискую
   - Три дозы
   - Две
   - Идет
   - Давай деньги... Держи
   Лиза медленно подошла, но внезапно бросилась на парня. Ей быстро оттащили.
   - Получишь одну, - сказал парень, оттирая кровь с расцарапанного лица
   - Две...
   - Денег нет
   - Возьми её, - завыла Лиза, указывая на Настю
   - Нет... Увидите эту больную
   Лизу выкинули на улицу, Настю вывели. Лиза валялась на асфальте, судорожно дергаясь и воя. Настя пораженно смотрела на неё
   - Лиза...
   - Какого черта ты не принесла деньги, идиотка!?
   - Сегодня со счетов отца сняли все
   - Драгоценности несла бы, еще что-нибудь! Дура!
   - Лиза...
   - Заткнись! - рявкнула Лиза. - И отдавай ампулу!
   - Лиза...
   - Давай ампулу, пока я тебя на куски не порвала, идиотка!
   Глаза Лизы безумно блестели, она быстро ввела джет и сразу же расслабилась
   - Бывай, сестренка, - сказала она, поднимаясь и шатаясь, идя по улице
  
   Сергей посмотрел на мрачного полицейского
   - Вы обвиняетесь в изнасиловании несовершеннолетней, - сказал полицейский
   - Каком изнасиловании!? Она сама...
   - Пострадавшая заявляет, что вы её изнасиловали
   - Шлюха... Мелкая подлая шлюшка..., - прошептал Сергей
   - Вы признаете себя виновным?
   - Нет! Нет! - Сергей вскочил, бросился на полицейского и от нескольких ударов дубинкой удал на пол
  
   Лиза обыскала всю квартиру Сергея но не нашла ничего ценного (полицейские все забрали). Тогда она привела себя в порядок. оделась красиво, накрасилась и отправилась в полуподвальное помещение. Там ничего не изменилось
   - Мне нужна доза, - сказала она парню
   - Нет... А с чего ты так вырядилась?
   - Доза
   - Нет. У тебя денег нет
   - Я могу дать себя... Сколько тебе нужно... Сколько захочешь... Но сначала дай хоть одну ампулу
   - Сначала обслужи меня, а потом посмотрим
   - Тогда пошли
   - Здесь, - сказал парень, послышались похотливые смешки
   Лиза кивнула, скинула с себя платье, подошла к парню и встала на колени
  
   - Сколько нам тут еще стоять? - спросил низкий парень в пятнистых штанах и грязной синей майке
   - Пока не появится клиент, - серьезно сказал другой парень, крепыш к красной футболке с изображением Че Гевары.
   - Интересно, а почему он сам этого не сделает?
   - А зачем? У него и получше есть
   - Не знаю, я бы никогда не отказался от....
   - Идет наша киса, - усмехнулся парень в красном
   Парни пошли за Настей. Когда она проходила мимо заброшенного дома, они подбежали схватили её за руки и втащили в грязный гнилой подъезд. Один их парней прижал её к стене.
   - Не дергайся, милая. И все будет хорошо... Увидишь, это приятно, - сказал он, одной рукой хватая девушку за грудь, а другой срывая одежду. Второй парень мерзко хихикал.
  
   Бигбо буравил врача взглядом
   - Передозировка, - сказал врач
   - Но ведь она..., - забормотала Екатерина Павловна. - Она не...
   - Она начала употреблять две недели назад. Смесь так называемого "джета" с амфетаминами и ноотропами.
   Привыкание развивается после нескольких употреблений. Особенно, если употребляли внутривенно. Сначала наступает сильнейшая психическая зависимость. затем и физическая. Во время абстинентного синдрома....
   - Нас это не интересует, доктор..., - сказал Бигбо, сглотнув. - У неё есть шансы?
   - На выход из комы? Нет. Джет - сравнительно новый наркотик и до конца еще не исследован. Но одно известно точно - из комы не выходит никто. Прекращается выработка... Думаю, вам это не нужно. Джет, - врач печально вздохнул, - это бич современной молодежи. Его употребляют больше, чем героин....
   Дальше Бигбо уже не слушал. Он вышел из кабинета. В коридоре к нему подбежал один из его подчиненных
   - Вашу дочь.... изнасиловали
   Бигбо сбежал вниз, сел в машину. Настя была перемазана, одежда порвана, на теле синяки, штаны в крови. Она смотрела стеклянными глазами на пол, не моргая. Бигбо обнял её, его что-то кольнуло. На шее Насти висела цепочка. Бигбо достал медальон. Такой был у.... "Нет!" на обратной стороне была нацарапано "Дагон". Бигбо глухо зарычал. Вечером, когда Настя уснула (это больше было похоже на обморок), он отправился к себе в офис и позвал Сна.
   - Найди его. Назначь за него такую награду, чтобы весь город искал. Мне он нужен живым!
  
   Дагон потушил сигарету и посмотрел на сидящую на кровати Лену. Она плакала
   - Зачем ты это делаешь? - спросила она
   - Потому что он отнял её у меня... Мне всегда все говорили, что она со мной играет, что её просто приятно иметь при себе щенка. который после пинка сразу же прибежит с мячиком и начнется тереться об ногу. Возможно, какое-то время так и было. Но потом все изменилось. Я нажрался таблеток из-за неё, это её задело. Она ко мне потеплела. потом мы долго не виделись. За это время, каких-то два жалких месяца я потерял друзей и чуть не ушел сам... Когда она узнала... Я проклинал себя за то, что стал причиной её слез. Я скрыл вены не из-за неё, вернее, не только из-за неё. У меня была девушка... Смайлик, она медальон с рожицей улыбающейся носила... Мы с Алукардом заигрались, и в результате пострадала она. Она не смогла жить, и я убил её. И понял, что сам не могу... Я любил её. По-другому, но любил... После больницы я отправился в психушку, вернулся, меня выгнали из дома и школы, чуть было не убили в полиции... Потом все сало прекрасно. Я выпустил книгу, мы начали встречаться. Сначала я думал, что она просто из-за чувства вины возится со мной. Но потом увидел. что она действительно любит меня... Было великолепно. Пока она не узнала. что я снова занимаюсь наркотиками. Просто так я не мог уйти, нужно было обезопасить нас... Хотя, если честно, то мне нравилось это дело. Больше, чем писательство... Мы поссорились, и я взялся за расширение бизнеса и съемки фильма. Там и подсел на джет. Сначала все было отлично, я смог раскрыться, но потом меня засосало. И я начал меняться. Все мои мысли были о следующей дозе. Какое-то время никто не замечал, затем я на съемка чуть было не убил партнершу. Пришел домой, а дома уже ждали Череп и Марина.... Мне нужна была доза, но не было ни денег, ни наркотика. Мы начали ругаться. и я пробил Черепу голову пепельницей. Потом ударил Марину... И от меня все ушли. Я решил, что все дело в них и отправился на поиски дозы. Тигр, начальник охраны, сидел на джете. Он возвратил его к жизни. Он мог бы и вылечиться, но джет дал ему возможность пожить ярко, быстро сгорев. Как я понял, Тигр и забрал остатки. Я ему за это благодарен... Я нашел дозу, но по пути домой у меня её отобрали. Завалился на улице и стал ждать смерти. У меня были глюки, потом я немного оклемался и дополз до какой-то халупы. Там я и пережил ломку... Потом вернулся и узнал о её смерти
   - Ты продолжишь?
   - Да. У меня больше ничего не осталось
   - Нет, осталась я. И я люблю тебя, Дагон. Я ошибалась в тебе, не понимала, теперь же я даже завидую ей... Это бесчеловечно, да?... У неё был ты, такой чудесный...
   - И не спасший от смерти... Не будем говорить об этом. Я побуду с тобой, затем уйду. ЧТо будет потом. не знаю
  
   Александр посмотрел на Дагона
   - Точно не нужна помощь?
   - Нет, - сказал Дагон. - В моей квартире несколько сумок денег, забери их. Одну отдай Черепу, моему другу. И письмо это передай. С остальным поступай, как знаешь
   - Заберу
   - Там же лежит рукопись моего последнего произведения, можешь опубликовать. И на крайний случай там килограмм джета. Если когда-нибудь понадобятся деньги
   - Хорошо
   - Прощай. Береги Лену
   - Обещаю
  
   Сон сидел в огромной освобожденной от мебели комнате. К нему поступали донесения о погромах, нападениях на склады и торговые точки. Весь город сошел с ума. Внезапно пришло сообщение о смерти Дагона
   - Говорю вам, это он. Высокий, худой, шрам на роже. Он, точно
   - И где?
   - Возле центра, пробивался к нам
   - Привозите тело, - сказал Сон и выключил телефон.
   Он распустил охрану, оставив только один отряд. На всякий случай.
  
   Дагон беспрепятственно проходил этаж за этажом. Камеры были выключены. Лишь почти наверху на него напал Тигр. Дагон быстро прижал его к стене
   - Слушай, ты, наркоман! Ты должен мне! И долг нужно отдать!
   - Я знаю... Как в старые добрые времена, да?
   - Да
   - Пошли
   Они поднялись на последний этаж. Там сидел Сон. Он поднял голову и засмеялся
   - Конечно же, я знал, что ты профессионал. И подготовил тебе сюрприз. Встреча старых друзей
   Появились "Фазаны". Адам улыбнулся
   - Это просто работа
   - Верно, - сказал Дагон
   Дагон достал два длинных ножа и бросился вперед. Люди падали один за другим. Лишь Адам нанес ему пустяшную рану и упал, пораженный в сердце. Тигр валялся у ног Сна. Тот пятился. Дагон медленно подходил. Сон достал пистолет
   - Думаешь, я такой дурак. чтобы лезть врукопашную?
   - А я, по-твоему, дурак, чтобы не предвидеть это?
   Раздался выстрел, пистолет вырвало из ослабевшей руки.
   - Что за черт!? - спросил пораженный Сон
   - Это не черт, это "слон" улыбнулся Дагон
   Он подскочил, схватил сна за горло и оторвал от земли
   - Ты прав, я профессионал. Сонресо хорошо вас провел. Я знал о каждом вашем шаге... Хотел попробовать смерть на вкус? Удачи, - сказал он и бросил парня в окно
   Возле кабинета Бигбо стояло два человека. Они упали через несколько секунд. Дагон вошел внутрь.
   - "Я проснулся вдруг от звука, будто кто-то вдруг застукал в двери дома моего. "Это путник, - я подумал, - просто путник. Больше ничего".
   - Все?
   Дагон кивнул
   - Ты убьешь меня?
   - Нет
   - Почему?
   - Я сделал, что хотел
   - Зачем ты так?
   - Ты отнял у меня девушку
   - Всего лишь девку! А ты отнял у меня все!
   - Она была для меня всем... Мне не хочется разговаривать с тобой. Я уже получил, что хотел. Тобой займется другой. Прощай
   Дагон ушел. В комнату вошел Вертинский
   - Но... Ты же...
   - Мертв? Нет. Многих месть ослепляет, зрение Дагона же только обострилось. Иногда нам полезно учиться у сжигаемых ненавистью людей, ставших чудовищами, желающих только смерти. Они знают о жизни гораздо больше нас..
   - И что теперь?
   - Теперь тобой займется следствие... Ты остался один. Организации больше нет, всех взяли. Твоя жена повесилась, старшую дочь отключили от аппарата, младшая выпрыгнула из окна. Её уже привезли в морг. Ты сполна заплатил за свою ошибку
   Бигбо закричал
  
   Дагон медленно шел по пустому городу. Погромы прошли. Все успокоилось.
   Дорогу ему перегородила группа человек. Один из них встал напротив Дагона.
   - Знаешь, кто я?
   - Да
   - Ты отнял у меня девушку. Я любил её... Оружие есть?
   - Да
   - По сигналу стреляем
   Дагон мрачно усмехнулся. "Это всегда преследовало меня". Один из людей махнул рукой, раздались выстрелы. Противники упали. Остальные осмотрели их, унесли убитого товарища. Раненного Дагона скинули в реку. Погружаясь, он видел перед собой девушку, ради которой жил, и шептал её имя, не обращая внимания на заливающую легкие ледяную воду.
  
   Эпилог
  
   Огромный старый черный кот с отгрызенный ухом, ветеран многих битв, лежал на земле, истекая кровью. Теплая красная жидкость сочилась из распоротых горла и брюха, пропитывая грязную жесткую шерсть и почву вокруг. Кот чувствовал, что умирает. К нему подошли две ребенка. Один из них посмотрел на серебряный ошейник, на котором было нацарапано "Алукард, Дагон, Лена, Александр". Дети хотели снять безделушку, он яростно зашипел и попытался отбиться от мародеров. Дети убежали. Кот посмотрел им вслед одним кроваво-красным глазом (второй он давным-давно потерял в битве за самку), зло мяукнул и сделал последний вдох тяжелой, долгой и полной жестокой борьбы жизни
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Освоение Кхаринзы"(ЛитРПГ) Л.Мраги "Негабаритный груз"(Научная фантастика) А.Респов "Эскул Небытие Варрагон"(Боевая фантастика) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 1"(Киберпанк) Н.Семин "Контакт. Игра"(ЛитРПГ) В.Старский ""Темная Академия" Трансформация 4"(ЛитРПГ) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) И.Громов "Андердог - 2"(Боевое фэнтези) Д.Панасенко "Бойня"(Постапокалипсис)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"