Тьюдор Анастасия: другие произведения.

Эффект ненависти

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурс LitRPG-фэнтези, приз 5000$
Конкурсы романов на Author.Today
  • Аннотация:
    Ненависть всегда являлась тем чувством, которое способно отравить жизнь человека надолго. Как, впрочем, и любовь. Соня уяснила эту истину давно, но одного она так и не поняла - ненависть прежде всего отравляет ее саму. Прежде чем освободиться от власти этого ядовитого чувства, ей придется пройти через многое. И никто не знает, что она получит в итоге. ЗАКОНЧЕНО 19 МАРТА 2014 ГОДА

   Меня зовут Соня, на данный момент мне двадцать лет. Из них три года я живу со своей ненавистью.
  Вы знаете, что это такое? Чувствовали ли вы когда-нибудь это обжигающие и убивающее чувство? Ненавидели ли вы когда-нибудь по-настоящему?
  Моя ненависть - мой персональный ад, заставляющий переживать боль и уныние каждый день, каждое мгновение моей, довольно-таки неплохой, жизни. Я ненавижу искренне, не прячась за холодную стену равнодушия и отрешения, однако не каждый из моего окружения знает, что в действительности творится в моем сердце. И не говорите, что понимаете меня, что чувствовали что-то подобное хотя бы раз в жизни... Дай Бог, чтобы вы не знали и половины тех мыслей, что иногда закрадываются в мою голову.
  Хотя, наверное, стоит начать все по порядку.
  Итак, меня зовут Соня. Я невысокая брюнетка с длинными волосами, симпатичным личиком и карими глазами. В моей внешности нет ничего яркого, запоминающегося, необычного, но вниманием противоположного пола я не обделена. Всегда найдется какой-нибудь идиот, который посчитает, что способен пробиться через толстую стену ледяного отрешения, которая три года назад сковала мое сердце. Я - дочь обеспеченных родителей, но это не значит, что меня избаловали или что я живу на всем готовом. Наоборот, всего в этой жизни я добиваюсь сама, долгим и упорным трудом. Так уж меня воспитали.
  Мои родители - весьма занятые люди. Отец уже много лет руководит крупной строительной компанией, а работа матери тесно связана с новейшими компьютерными разработками. Еще у меня есть дядя, родной брат мамы, который держит собственную фирму, занимающуюся антиквариатом и произведениями искусства. Собственно, именно на него я и работаю. В мои обязанности входит подборка экспонатов для выставок, организация презентаций и поиск интересных работ молодых мастеров. Работа увлекательная, я получаю от нее истинное удовольствие и всегда рада новым заказам или находкам.
  Но мое главное увлечение - книги. Нет, я не читаю их запоем, день и ночь пропадая в книжных магазинах или библиотеках, рыская в поисках интересного на частных выставках и аукционах. Я их пишу. В двадцать лет я издала уже три книги, не без помощи своего обожаемого братца, который даже не подозревал, что исполнил не просто каприз сестры, а открыл для людей новый талант. Во всяком случае, так писали в газетах.
  В общем, в двадцать лет я работаю, учусь, пишу книги и ненавижу. Как вы понимаете, мою жизнь скучной не назовешь.
  Возможно, мое повествование покажется вам обрывочным и абсолютно непонятным, но поверьте, именно такой сумбурной и неспокойной и является моя жизнь. Мариша и Арина, две мои самые близкие подруги, частенько говорят, что не успевают за мной уследить - настолько стремительно и неожиданно я меняюсь.
  В действительности мой характер изменчивым назвать нельзя. Я спокойна, рассудительна, ответственна и не люблю лишней суеты. Но образ моей жизни обязывает меня к частым переменам, иначе я бы давно сошла с ума от безысходности и боли. Мне необходимо постоянно занимать себя какими-либо делами, чтобы не зацикливаться на том, что уже который год подряд отравляет мне жизнь. Никогда бы не подумала, что один человек может настолько перевернуть мой внутренний мир не просто своим присутствием в нем, а всего лишь одним напоминанием о себе.
  Когда я была маленькой девочкой, любовь представлялась мне настолько светлым и прекрасным чувством, что я даже подумать не могла о ней как-то иначе. Но чуть позже, когда мне стукнуло семнадцать и я поступила в университет, я поняла, насколько сильно заблуждалась в своих представлениях об этом сладком яде, отравляющем не только разум, но и душу человека. Вы любили когда-нибудь? Если да, то вы поймете, о чем здесь пойдет речь, и не будете говорить мне, что все написанной мной - бред влюбленной психопатки, не способной справиться со своими эмоциями и желаниями.
  Шел второй месяц моей учебы в университете, на факультете искусств и архитектуры, когда я встретила его - человека, с ног на голову перевернувшего не только мою жизнь, но и весь мой хрупкий, как у любого подростка, внутренний мирок. Представьте - солнечный, на удивление теплый октябрь, никаких забот и проблем, предстоящая сессия не кажется страшной и зловещей. Новые знакомства, новые друзья, новая обстановка... Все идет своим чередом, как у целого миллиона таких же девочек, какой я была на тот момент. Любящая семья, веселые друзья, преданные подруги и обожаемые интересы - что может казаться еще прекрасней в семнадцать лет? Разве что только любовь, будь она неладна...
  Кажется, тогда был вторник... Да, верно, я еще опоздала на пару из-за того, что родители меня не захотели будить после шумных семейных посиделок накануне... Я сидела на удобной деревянной лавочке с резной спинкой, стоящей среди своих сестер-близняшек на нашей спортивной площадке и ела шоколадку, когда приятный, мягкий голос отвлек меня от поедания огромного количества глюкозы (в любовных романах такой голос называют 'бархатным'):
  - Привет. Не хочешь сыграть со мной?
  От неожиданности я уронила кусочек шоколадки с орехами себе на колени и подняла удивленный взгляд на говорившего.
  Опять-таки, в любовном романе было бы что-нибудь вроде 'их глаза встретились и они поняли, что созданы друг для друга' или 'она утонула в глубине его глаз, а ее сердце сладко заныло', но, увы, ничего подобного не произошло. Я была немного зла на заговорившего со мной парня из-за испорченной новой юбки, которую я умудрилась испачкать в шоколаде, поэтому всего лишь раздраженно буркнула:
  - Зачем же так людей пугать?
  - Прошу прощения, - с улыбкой в голосе произнес нарушитель моего спокойствия. - Я не хотел тебя напугать. Просто купил племяннику подарок и хочу его попробовать, а для этого мне партнер нужен... - Для убедительности он потряс перед моим лицом большой коробкой с нарисованными на ней танками.
  - А я тут причем? - невежливо пробормотала я, пытаясь отковырять кусочек липкой шоколадки от нежного материала.
  - Ты показалась мне подходящей на эту кандидатуру, - пояснил парень, присаживаясь рядом со мной.
  Я отодвинулась от него чуть подальше - ненавижу, когда незнакомые люди вторгаются в зону моего личного пространства - и пригляделась к своему новому знакомому. Безусловно, парень был красив. Возможно, некоторых девочек он бы свел с ума своей мужественной красотой и замечательным чувством стиля, но меня, невыспавшуюся и злую из-за испорченной юбки, сейчас не смог бы восхитить даже очередной кумир миллионов. Хотя... Черные густые волосы, подстриженные по последнему слову молодежной моды, правильные черты лица, красиво очерченные губы и сияющие озорством и дружелюбием синие глаза парня действительно смотрелись симпатично. Да и одет он был не абы как. Его вещи не кричали эмблемами дорогих брендов, но было заметно, что шмотки этот паренек покупает не на рынке, а в известных магазинах с довольно-таки высокими ценами.
  Словно заметив мой оценивающий взгляд, парень широко и открыто улыбнулся и протянул мне ладонь:
  - Станислав.
  Не знаю почему, но на моем лице тут же появилась ответная улыбка и я ответила на рукопожатие:
  - Соня.
  - В последнее время твое имя встречается редко, - подмигнул мне Стас и кивнул на коробку, которую до сих пор держал в руках: - Так что скажешь?
  - Это вообще что такое? - полюбопытствовала я, разглядывая яркие картинки, изображающие сражение двух танков.
  - Танковый бой. Продавец сказал, что вещь стоящая и безумно интересная. Танки стреляют друг в друга инфракрасными лучами, при попадании в область башни гаснет одна из лампочек. Всего у нас по четыре жизни. Сыграем?
  Я посмотрела на часы. До начала следующий пары было еще около сорока минут, поэтому я решила согласиться:
  - Ну, давай. Только, чур, не жульничать.
  Станислав весело рассмеялся:
  - Именно с этих слов всегда начинались игры в детстве.
  Следующие полчаса пролетели для меня незаметно - настолько я увлеклась игрой и общением с синеглазым обаяшкой. Стас оказался веселым и интересным собеседником, поэтому, когда он предложил вечером продолжить наше общение походом в кино, я не стала возражать и с радостью согласилась. Договорившись встретиться в шесть у кинотеатра, я в самом прекрасном настроении полетела грызть гранит науки.
  Вспоминая свое поведение, прихожу к выводу, что была похожа на глупенькую влюбленную дурочку. И поражаюсь, насколько сильно поменялся мой характер после событий, которые произошли через три месяца со дня нашего знакомства со Стасом.
  Удивительно то, что наши отношения парень не скрывал от родных и друзей. Его семья знала меня лично и всегда была рада, если я заглядывала в гости. Приятели и близкие друзья Стаса хорошо общались со мной и не раз помогали по мелочам. Но никто не говорил мне о том, что творилось за моей спиной.
  Ровно через три месяца после нашего с ним знакомства я решила устроить небольшой праздник и отметить этот небольшой юбилей. Наверное, история вырисовывается банальная - девушка, до безумия влюбленная в красавца-парня неожиданно приходит к нему домой с пакетами с едой и бутылкой французского вина, дабы организовать романтический ужин, плавно перетекающий в страстную ночь. Между прочим, в своих отношениях мы никогда не заходили дальше невинных поцелуев и инициатором этого был Стас. Именно поэтому в тот вечер я была настроена решительно и собиралась наконец-то перешагнуть через порог девичества, став не просто девушкой Стаса, но и его женщиной. Понимаю, что звучит это излишне пафосно, но на тот момент думала я именно так.
  Итак, я захожу в дом своего парня и, что вы думаете? Правильно, застаю его в объятиях какой-то блондинистой гадины.
  Скандала не было. Я просто ошарашено стояла в дверях спальни и со слезами на глазах смотрела на человека, который за короткий срок стал для меня всем и который так жестоко меня обманул. Стас, быстро одевшись и выведя меня на кухню, нервно вышагивал из стороны в сторону и явно не знал, что сказать. И знаете, лучше бы он молчал, потому что то, что я от него услышала, навсегда изменило меня.
  - Малышка... Я понимаю, что это сейчас глупо прозвучит, но виноватым в происшедшем я себя не чувствую. Я взрослый парень и порой мне нужно... спустить пар.
  Я не верила собственным ушам - Стас не только не пытается извиниться, но еще и заявляет, что подобное - абсолютно нормально и приемлемо.
  - Сонь, ты еще слишком мала, чтобы понять меня, просто поверь - тащить тебя в постель мне не хотелось, потому что это было бы для меня равносильно сексу с младшей сестрой. Я всегда относился к тебе, как к младшей, поэтому...
  Его монолог прервал звук пощечины. Парень дернулся и удивленно посмотрел на меня. Если честно, я была не меньше его удивлена своим поведением, но раскаиваться не собиралась - внутри меня все умерло. Словно огромный пожар проник внутрь меня и сжег там все дотла. Мои руки дрожали, я нервно закусывала губу, изо всех сил желая не расплакаться прямо на глазах у Стаса.
  - Тварь. Мерзкая, лживая, лицемерная мразь. - Мои слова прозвучали в повисшей тишине слишком громко, от их грохота в ушах зазвенело, а тело пронзило острой болью. Парень лишь сделал шаг назад, потирая красную щеку.
  А я развернулась и выбежала из дома. Выключила телефон, удалилась из аськи, перестала заходить в контакт, попросила родителей снять мне квартиру и никому, кроме самых близких мне людей не говорить, где я теперь живу. Естественно, в список таких людей Стас отныне туда не входил.
  Через неделю, когда симулировать простуду (надо же было как-то скрыть произошедшее от мамы?) я больше не могла, я забрала документы из университета и перевелась в другое высшее учебное заведение, на факультет филологии и журналистики. Именно там я и познакомилась со своими подругами, Ариной и Маришкой.
  А потом открылась моя способность к писательству. Спустя полгода в свет вышла моя первая книга, еще через пять месяцев - вторая, уже гораздо большим тиражом и с хорошими рецензиями в газетах. И все. Я пропала, с головой окунувшись в свой собственный мир, тесно связанная со своими персонажами и теми событиями, что разворачивались на страницах моих историй.
  И знаете, я абсолютно не жалею, что все так получилось. Возможно, я благодарна Стасу за то, что он сделал меня сильней, и чего уж душой кривить - умней, расчетливей и хладнокровней. Было бы хорошо, если бы я больше никогда не слышала о нем, оставив себе лишь воспоминания, но моим мечтам не суждено сбыться - Стас работает ди-джеем на известной в моем городе радиостанции и пользуется большой популярностью у слушателей. Благо, мы ни разу не пересеклись с ним за эти три года ни на одной вечеринке или выставке.
  Итак, меня зовут Соня, мне двадцать лет. Из них три года я живу со своей ненавистью.
  И иначе я не могу.
  
  
  
   
  Глава первая.
  Воспоминания - это единственный рай,
  из которого мы не можем быть изгнаны.
  Жан Поль Рихтер
  
  - Вы уверены, что это именно то место, о котором говорила Маша? - я неуверенно оглядела полутемный зал кафе, в которое меня притащили подруги.
  - Абсолютно, - твердо произнесла Мариша, хватая меня за руку и ведя в дальний угол зала, где стояло несколько столиков, отгороженных от остальных полупрозрачными ширмами в восточном стиле. Сзади меня подталкивала Арина. Эти две красотки вытащили мое бренное тело из постели в воскресное утро, всеми правдами и неправдами уговаривая пойти 'в то чудесное местечко, которое нам столько людей рекомендовало'.
  - Мне кажется, это кафе ничем не отличается от сотни других, где мы побывали до этого, - буркнула я, плюхаясь на кожаный диванчик и протягивая руку к меню. Что уж душой кривить, мы с подругами любили много и вкусно поесть. Благо, на фигурах это никак не отображалось.
  - Соня, не ной, я тебя умоляю, - устало закатила глаза Арина. - Подумаешь, не выспалась чуток. Придешь вечером и ляжешь пораньше.
  - Я не смогу, - вздохнув, стала листать заламинированные страницы, разглядывая аппетитные фотографии блюд. - Мне нужно будет писать. Мне заказ сдавать через три недели, а две последние главы абсолютно 'сырые'.
  - Твой издатель спокойно сможет дать тебе отсрочку, - хмыкнула Мариша, доставая тонкую сигарету из пачки и щелкая зажигалкой. Я недовольно поморщилась - табачный дым меня всегда раздражал.
  - Не сможет.
  - Это твой брат-то не сможет? - хохотнула Арина. - Хочешь, я сама с ним поговорю? Уж меня-то он послушается. Ты сама мне говорила, что он неровно ко мне дышит.
  - Ага, а ты мне что сказала, помнишь? 'Нафиг мне эта зануда нужна?' А об отсрочке я его просить не буду. Мне должно хватить времени.
  - Значит, не ной. - Мариша подвела итог нашей беседе и улыбнулась подошедшему официанту. - Добрый день.
  - Здравствуйте. Я могу принять ваш заказ? - паренек достал из кармана блокнот с ручкой и улыбнулся. - Кстати, как нашим новым посетителям, напитки - за счет заведения. С небольшим сюрпризом.
  - А что за напитки? - оживилась Арина, обожавшая всякие акции, скидки и подарки.
  - Увидите, - загадочно улыбнулся парень. - Итак, что вы желаете?
  - Мне, пожалуйста, говядину на углях и салат 'Греческий', - Мариша выжидающе глянула на нас.
  Арина улыбнулась:
  - А я буду сырно-луковый суп, салат с китайской лапшой и овощи, запеченные на гриле.
  - Мне, пожалуйста, 'Цезарь', - коротко сделала я свой заказ, в глубине души поражаясь отсутствию аппетита.
  Официант повторил заказ и, пообещав вернуться через несколько минут с обещанными напитками, испарился.
  - Мне здесь нравится, - заявила Мариша, оглядывая интерьер кафе. Арина согласно кивнула, а я пожала плечами - ничего особенного она в этом заведении не видела.
  - Соня, не дуй губы. Улыбнись, весна на дворе, жизнь прекрасна. - Мариша кинула в меня скомканную салфетку и укоризненно покачала головой. - Ты с этим книгописательством скоро с ума сойдешь. Лучше бы об учебе думала.
  - Я думаю. Лекции посещаю, экзамены сдаю без долгов, что тебе еще надо? - возмутилась я.
  - Ришка, не трогай нашего гения. В конце концов, она действительно нормально учится. Не все же ботанят, как ты. - Аринка щелкнула подругу по носу и заливисто рассмеялась.
  - Сама ты ботаничка, - нахмурилась девушка, поправляя свои волосы, скрепленные на затылке заколкой. - Просто мне легко дается учеба.
  - Девочки, давайте, мы не будем сейчас об учебе. На сессии о ней поговорите, - взмолилась я. Мысли об универе и прочей учебной дребедени никогда не радовали.
  - Ладно, - быстро согласилась со мной Арина и, откинувшись на спинку мягкого диванчика, сложила руки на груди и испытующе на меня посмотрела. - Как поживает твой преданный поклонник?
  Я слегка поморщилась при напоминании о своем нынешнем парне:
  - Никак. Мы с ним уже неделю не видимся.
  - Что, он у нас личность занятая? - усмехнулась Мариша, туша сигарету о стеклянную стенку пепельницы.
  - Нет. Он-то как раз и рвется со мной повидаться, - призналась я.
  - О, не все так гладко, как кажется? Он уже тебе не нравится? - Марина лукаво подмигнула мне и ободряюще улыбнулась. Я в ответ лишь пожала плечами.
  В последнее время со мной это постоянно - знакомлюсь с парнем, завожу с ним отношения, а затем старательно его избегаю. Не могу я доверять противоположному полу, не могу. А какие могут быть отношения без доверия? Вот и сейчас повторяется вечная история - вроде бы Олег неплохой парень, вежливый, обходительный, образованный и рассудительный. Но, когда он меня обнимает или целует, я не чувствую внутри ничего. Пусто там и хоть ты тресни.
  - Сонь, ну тогда не тяни кота за хвост - шли его куда подальше. - Арина скорчила забавную рожицу в ответ на мою растерянность. - И не говори, что тебе его жалко. Пора и о себе подумать.
  - Я всегда думаю только о себе, - словно заученный текст процедила я сквозь зубы.
  - Да ладно? - скептически хмыкнула Марина, весело улыбаясь. - Что-то я подобного за тобой не замечала. Ты вообще в последнее время ходишь какая-то унылая.
  - Вот, вот, - согласно кивнула Аринка. - А уныние, между прочим, никогда не было хорошим спутником для человека. Даже когда кажется, что ты зашел в тупик, нельзя опускать руки и ждать помощи от других. Главное в жизни - бороться. За жизнь, за любовь, за счастье... судьба человека - вечная борьба за право быть. А если вы спросите меня 'Кем?', я вам отвечу так - прежде всего, самим собой.
  - Ого, что-то тебя на философию потянуло, - восхищенно протянула Марина, вновь поправляя и без того тщательно уложенные пряди своих волос.
  - Ты это сейчас к чему сказала? - недоуменно посмотрела я на Арину, не понимая, к чему она ведет разговор.
  - К тому, что ты последний месяц просто плывешь по течению. - Подруга чуть виновато посмотрела на меня, словно извиняясь за сказанное. - Раньше ты боролась, стремилась к чему-то, а теперь ведешь размеренную жизнь без каких-либо происшествий.
  - С каких это пор спокойная жизнь - это плохо? - заинтересовалась Мариша.
  - Спокойная жизнь не для нее, - обвиняюще ткнула в меня пальцем с идеальным маникюром Арина. - Она стала какой-то тухлой, вялой, ничем не заинтересованной.
  - Просто я нашла свое место в жизни, - попыталась заступиться за себя я.
  - И это говорит молодая двадцатилетняя девушка,- ехидно протянула Арина. Мне оставалось только вздохнуть.
  Арина всегда была проницательней Марины. От нее невозможно было скрыть своих чувств и эмоций, порой у меня складывалось впечатление, что подруга видит меня насквозь. Наверное, именно поэтому я всегда была ближе к Маришке - с ней можно было просто поболтать и повеселиться, она никогда не пыталась лезть ко мне в душу и искать там причины моих бед. С ней было проще.
  Кстати, девушки отличались не только характером, но и внешностью. Марина была высокой стройной шатенкой с выразительными зелеными глазами и пухлыми, кукольными, губками. Арина подобной яркостью похвастать не могла, но все же была очень симпатичной девочкой - длинные черные волосы до талии, огромные черные глаза и высокие скулы выделяли ее из толпы, но никогда не выдвигали вперед. Даже в одежде Арина старалась не выглядеть броско - таскала футболки, кеды и потертые джинсы. Не то, что мы с Маринкой и своими платьями-костюмами-юбками. Да, выглядели мы, безусловно, женственней, чем наша подруга, но вот в естественности явно проигрывали. Для меня этот образ деловой леди и утонченной особы был маской, для Мариши - способ завлечения симпатичных парней. Одна Арина всегда оставалась самой собой и, наплевав на женственность и утонченность, продолжала одеваться 'вроде по моде', порой поражая нас необычностью своих нарядов.
  - Предлагаю вспомнить молодость и рвануть в клуб сегодня вечером, - громко заявила Марина, прерывая наш разговор с Аринкой.
  - Ришка, ты сдурела? - нахмурилась я. - Завтра на работу и в универ, какой, нафиг, клуб?
  - Во-о-от, - протянула подруга, радостно и злорадно ухмыляясь. - Ты все-таки зануда. Раньше тебя не волновала ни работа, ни учеба, когда речь заходила об отдыхе.
  - Блин, ну вас, - насупилась я. - Не делайте из меня трудоголика-ботана.
  - Пойдешь в клуб? - прищурилась Арина.
  - Пойду, - смирившись, кивнула я. Знаю ведь, что не отстанут, пока не соглашусь.
  В этот момент к нашему столику подошла пожилая женщина с цветастым платком на плечах, гроздью различных бус и подносом в руках. На нем стояли три черные кружки с какими-то напитками.
  - Доброе утро, дорогие мои, - приветливо улыбнулась женщина, по очереди кивая нам. - Рада видеть вас в своем заведении. Надеюсь, вам здесь нравится?
  - Да, здесь очень уютно, - кивнула Марина, добродушно улыбаясь. Меня же эта женщина немного насторожила - слишком уж приветлива и дружелюбна. Я таким не верю.
  - Мне приятно это слышать. - Женщина поставила поднос на столик и окинула нас внимательным взглядом. - Это - подарок от заведения, но прежде чем вы попробуете свои напитки, а у каждой он свой, позвольте спросить - верите ли вы в судьбу?
  - Нет, не верим - немного резко сказала я, неприязненно глядя на хозяйку заведения. Не хватало еще в секту какую-нибудь угодить.
  - Соня! - в унисон воскликнули мои подруги, осуждающе глядя на меня.
  - Говори только за себя, - протянула Мариша, заинтересованно глядя на женщину.
  - Может, ты и не веришь, а вот мы - более чем, - кивнула Арина.
  - Не ругайте свою подругу, девушки, - мягко улыбнулась очередная аферистка-ясновидящая-адепт Судьбы. Не знаю, кем уж она является, но похожа была на самую что ни есть настоящую шарлатанку. И это хозяйка престижного кафе? Ха, ха, ха и еще раз ха! - Ей нелегко пришлось в молодости, да и сейчас трудности подстерегают.
  - Вот только не надо, а? - огрызнулась я, исподлобья глядя на женщину. - Это предсказание?
  - Это всего лишь мои наблюдения, - пожала плечами та. - Трудно тебе было, трудно тебе будет. Но ты сильная - с прошлыми бедами справилась. А хватит ли у тебя сил и возможностей справится с новыми трудностями - кто знает? Могу сказать только одно - в судьбу верить надо, тогда она для тебя верная помощница.
  - Я привыкла делать все своими силами, а не уповать на какую-то призрачную судьбу. - Меня начал раздражать этот спокойный, рассудительный тон.
  - Молодая ты еще, не поняла главного, - снисходительно произнесла женщина и повернулась к моим подругам. - Выпейте эти напитки и поймете, что вас в будущем ожидает. А не поймете - я подскажу.
  Девушки послушно протянули руки за кружками, но спустя мгновение замерли.
  - А где чей? - робко спросила Марина.
  - А вы сами выбирайте, - усмехнулась старуха, задорно блеснув голубыми глазами.
  Подруги схватили с подноса по кружке и тут же сделали по глотку. Я зло на них рявкнула:
  - С ума сошли? А если она туда наркоты побросала? Пошлите отсюда, пока не поздно!
  Но мой выпад проигнорировали. Арина с удивлением посмотрела в свою кружку и продолжила пить, иногда прикрывая глаза и щурясь от удовольствия. На лице Марины гулял робкий и осторожный интерес и легкая настороженность, но и она с радостью попивала предложенное пойло. Я демонстративно сложила руки на груди, перед этим отодвинув от себя предложенную мне кружку. Чокнутая старуха продолжала стоять у нашего столика и смотреть, как мои подруги пьют ее 'напитки'. Я бы под таким взглядом как минимум подавилась, а подругам, похоже, абсолютно пофиг.
  Через пару минут девчонки поставили пустые кружки на поднос и с любопытством посмотрели на женщину. Та, с лучезарной улыбкой на лице, поинтересовалась:
  - Понравилось?
  Арина и Мариша кивнули, я скептически хмыкнула.
  - Кому что досталось? - не обращала внимания на мою реакцию старушенция.
  - У меня чай был, с мелиссой, - улыбнулась Арина, - мне такой бабушка в детстве заваривала, на ночь. Я до сих пор его люблю, к бабушке на дачу за мелиссой езжу частенько...
  - А у меня что-то пряное, с корицей. - Мариша заинтересованно глянула на меня: - А у тебя, Сонь, что в кружке?
  Только чтобы удовлетворить любопытство подруги я сунула нос в кружку и тут же с омерзением отпрянула.
  - Кофе. Черный. - Я с детства ненавижу кофе, особенно такой - густо-черного цвета, с горьковатым ароматом.
  - Ну что ж, дорогие мои, - вздохнула женщина, беря в руки поднос. - Могу сказать только одно - впереди вас ждет много увлекательного. - С этими словами она уже собиралась уйти под мой злорадный смех, но Арина схватила ее за руку:
  - Подождите, вы же обещали пояснить!
  - А что тут пояснять. Тебя, - кивнула женщина на Маришу, - ждет новое, интересное знакомство, такое же необычное, как и глинтвейн, который ты сейчас отведала. Ты, - ее взгляд перешел на Арину, - поймешь, что то, что с тобой рядом и постоянно - самое лучшее. Как чай с мелиссой.
  - А у Сони что? - поинтересовалась Арина.
  - А она как никто другой, должна знать, что от любви до ненависти - один шаг. А вот на обратный путь можно потратить не один год...
  Я шокировано посмотрела на старуху, не зная, что сказать. Подобных слов я от нее не ожидала, уж слишком хорошо они отображали мое внутренне Я последние три года. Вот только тему про обратный путь я не поняла. Словно читая мои мысли, голос подала Марина:
  - Обратный путь - это от ненависти до любви? - от этого вопроса по телу пробежались мурашки и я вздрогнула. Что за бред?
  - Именно, золотые мои. И заметь, Соня - кружка-то тебе судьбой досталась. Приятного вам аппетита. - С этими словами женщина стремительно зашагала к высокой двери в другом конце коридора.
  - Чушь, - громко и отчетливо произнесла я. - Она просто хороший психолог.
  - Думаешь, это не про Стаса было? - спросила меня Марина, доставая из пачки очередную сигарету.
  - Ты веришь в подобный бред? - насмешливо ответила я вопросом на вопрос.
  - Ну, не знаю, слишком уж явный намек это был, - с сомнением протянула Арина, раздраженно отмахиваясь от табачного дыма.
  - Хрень это полная, а не намек, понятно? Вы что, не знаете, как подобные вещи делаются?
  Подруги переглянулись, а затем Арина неуверенно произнесла:
  - Согласись, не совсем обычный способ предсказаний. Я, во всяком случае, о подобном еще не слышала.
  Подошел официант с нашим заказом. Пока он расставлял приборы и блюда, я негромко у него поинтересовалась:
  - А эта женщина действительно хозяйка этого заведения?
  - Агнесса? Да, она владелица нашего кафе, - ответил парень, сияя улыбкой. - Как вам наш сюрприз?
  - Не очень, - честно ответила я, получив в ответ недоуменный взгляд. - Не всегда приятно слышать гадости о своем будущем.
  - Агнесса никогда не сообщает плохого. Она говорит только самое важное для человека, то, чем он живет, о чем больше всего думает. - Парень пожелал нам приятного аппетита и удалился, оставив меня сидеть в полной растерянности. Так, с меня подобного бреда хватит, пора отсюда валить. Вскочив из-за стола и бросив пару купюр, чтобы оплатить свой заказ, я обратилась к подругам:
  - Не обижайтесь, но я вспомнила о кое-чем важном. Давайте позже созвонимся, хорошо?
  - Обязательно, - елейным голосом пропела Мариша. - Не забывай, что мы сегодня идем в клуб.
  Я мысленно простонала, но спорить не стала. Потом придумаю отмазку, а сейчас надо бежать отсюда, пока не вернулась эта чокнутая Агнесса и не продолжила нести свой загадочный бред. Я устремилась к выходу, но именно там меня и поджидала неприятность - владелица кафе стояла у столика, за который только-только сели новые посетители. Я внутренне съежилась, мечтая о том, чтобы меня не заметили, но женщина обернулась и тихо произнесла мне в след:
  - Помни, девочка - сюда ты можешь прийти за советом. Всегда. В любое время.
  Я вздрогнула, а затем дверь за моей спиной захлопнулась, и я на какое-то мгновение ослепла от яркого солнечного света, который остро резанул по глазам.
  'Ноги моей больше не будет в этом заведении'.
  Ага, если бы.
  
  Поездку в клуб мне удалось отложить на следующие выходные - я убедила подруг, что лучшая ночь для подобного времяпровождения - с субботы на воскресение. Поэтому весь оставшийся день и вечер я посвятила себе любимой.
  Приехав домой и покормив Симону, свою любимую британскую голубую, я тут же уселась за ноутбук и стала работать над книгой. До завершения мне оставалось совсем чуть-чуть - всего-то отредактировать две последние главы, как я и говорила Арине с Маришкой. Работа продвигалась медленно и со скрипом - уж слишком придирчиво я отбирала каждое слово, каждый знак препинания.
  Посидев за компьютером пару часов, я двинулась на кухню и занялась приготовлением обеда. Кстати, готовить я умею и очень люблю. Время, проведенное за плитой для меня лучший отдых и способ привести в порядок свои мысли. Кухня в моей квартире - святая святых: чистенькая, уютная, с огромным выбором посуды. Из приборов только плита, холодильник, микроволновая печь и миксер, потому что я всегда считала, что никакая машина-комбайн не сможет приготовить так же вкусно, как человек.
  Включив негромко музыку, я достала из холодильника мясо и, тихонько напевая под нос, начала его разделывать, обдумывая, что бы мне приготовить. Остановив свой выбор на отбивных, я поставила на плиту воду для спагетти и прибавила громкости на музыкальном центре:
  
  Now I will tell you what I have done for you.
  50 thousand tears I've cried,
  Screaming, deceiving and bleeding for you.
  And you still won't hear me.
  Don't want your hand this time, I all save myself
  Maybe I'll wake up for once,
  Not tormented daily defeated by you,
  Just when I thought I'd reached the bottom.
  I'm dying again.
  
  I'm going under,
  Drowning in you.
  I'm falling forever.
  I have got to break through,
  I'm going under.
  
  Голос Эмили нравился мне всегда, а от песен этой группы я просто с ума схожу. Странно, но раньше я рок не переваривала ни в каком виде, а теперь слушаю только его. Может потому, что музыка для меня - не просто для поднятия настроения? Она, скорее, как источник вдохновения и сил, постоянный спутник и советчик, который поможет в любой ситуации, взбодрит и подскажет, как поступить в той или иной ситуации. Главное, не просто слушать ее, но и чувствовать, пропускать через себя.
  Соорудив аккуратные отбивные, я пожарила их, заодно опробовав новую сковороду. Мясо получилось вкусным и сочным, я в который раз убедилась, что готовка мне удается на славу. Уже моя посуду, я услышала как 'ойкнула' аська на телефоне. Наспех вытерев руки, я взяла свой мобильник и с улыбкой на лице прочла:
  Болтун: привет, моя дорогая :) как ты?
  С этим парнем я познакомилась в сети совсем недавно, еще даже пару месяцев не прошло. Общение выходило безумно интересным и веселым, мы часами могли обсуждать что-нибудь, забивая на работу, учебу и все в этом духе. Удивительно, что я не знала даже имени этого человека, но доверяла ему абсолютно во всем. Да и мне не на что жаловаться было - Болтун рассказывал мне обо всем, кроме самого естественного: имени, места учебы и работы, места проживания... Я знала только, что он из моего города и что ему двадцать три года. Хотя, обо мне он знал приблизительно тоже самое... Мы сами решили, что так будет проще.
  Сонька: привет, Болтунчик мой))) рада тебя видеть здесь) у меня все норм, ты где так долго пропадал?
  Болтун: два дня - это долго?))) рад, что ты по мне скучала ;)
  Сонька: да, долго и да, скучала((( с кем я еще так пообщаться могу?)
  Болтун: не переживай, теперь я никуда от тебя не денусь) просто завал на работе был, пришлось за сменщика пахать( кстати, я тоже скучал по твоей наглой моське)))
  Сонька: сам ты моська, понял? ОО
  Болтун: ну-ну, не обижайся, я любя)))
  Сонька: ну да, конечно, рассказывай мне)
  Болтун: а что тебя интересует?)
  Сонька: в смысле? О_о
  Болтун: ну ты же сама написала - рассказывай мне :D
  Сонька: дурак ты, а не Болтун. Переименовывайся ахаха
  Болтун: ок. тогда ты переименовывайся в моську :Ъ
  Сонька: не дождешься)))
  Болтун: если серьезно, то мне бы очень хотелось с тобой пообщаться в реале. Это возможно?
  Сонька: все может быть)
  Болтун: эй, я серьезно!)))
  Сонька: я тоже абсолютно серьезно)
  Болтун: ладно-ладно, я тебе это припомню))) но ты знай, что я всегда буду рад с тобой увидеться)
  Мы поболтали еще с полчасика, а затем он пошел отсыпаться после ночной смены, пообещав заглянуть вечером. Я попрощалась с ним и заскучала, не зная, чем же себя занять до его прихода.
  Помаявшись немного, решила посмотреть фильм. Вспомнила, что мне давно уже советовали посмотреть 'Господина Никто' и пошла ставить его на загрузку. Пока фильм грузился, приготовила огромную чашку попкорна, достала из холодильника бутылку с 'колой' и перетащила это все в спальню. Ноут отнесла туда же и задвинула шторы на окне, чтобы солнечный свет не мешал мне наслаждаться просмотром.
  Фильм оказался замечательным, наверное, я еще долго буду ходить под впечатлением. И актеры, и музыка, и сам сюжет настолько мне понравились, что я даже сделала себе пометку купить диск - в коллекцию любимых фильмов, где уже насчитывалась около сотни всевозможных картин. Время пролетело незаметно, я даже удивилась, когда ася снова дала о себе знать - мне, почему-то, казалось, что Болтун появится не скоро.
  Болтун: привет, я снова здесь) скучала?
  Сонька: не особо) я интересный фильм посмотрела, пока тебя ждала) а ты уже выспался? =))
  Болтун: ага) мне хватает пары часов, чтобы силы восстановить))) что за фильм?
  Сонька: Господин Никто) смотрел?
  Болтун: обижаешь ОО конечно, и не один раз) если честно, удивлен, что ты его не видела)
  Сонька: я тоже))) подобные фильмы для меня - настоящая находка, надо было его раньше откопать)
  Болтун: то есть он тебе понравился?
  Сонька: более чем! Я от него в восторге))) теперь вот сижу и думаю...
  Болтун: о чем?
  Сонька: о многом :Ъ
  Болтун: эй, так не честно! Колись, подруга)))
  Сонька: а ты веришь в судьбу?
  Болтун: не знаю *озадачился и чешет репу*
  Сонька: а если серьезно?
  Болтун: наверное, да. Только выборочно.
  Сонька: это как?
  Болтун: я считаю, что человек в этой жизни играет свою роль, но каждое его действие - это не написанный кем-то сценарий, а следствие его поступков и его выбора в той или иной ситуации.
  Болтун: я не верю, что за нас все решено. Тогда жить не интересно, согласись) безусловно, сюжет жизни кем-то заложен, но все равно все зависит от нас самих.
  Болтун: а ты что думаешь на этот счет?
  Сонька: эээ *в шоке*
  Болтун: ???
  Сонька: вот это ты завернул О_о я не знаю, верю ли в судьбу или нет. Вот мне сегодня нагадали всякой чуши, а теперь сижу и думаю, как на это все реагировать.
  Болтун: ого. Это ты где гадалку встретила?
  Сонька: это я так 'удачно' с подругами в кафе посидела.
  Болтун: и что же тебе нагадали, если не секрет?)
  Сонька: ой, оно тебе надо?))) глупости всякие.
  Болтун: ну и забей тогда) а судьба существует) хочешь докажу?
  Сонька: ну?
  Болтун: наша с тобой переписка - это предыстория) когда-нибудь мы с тобой встретимся и у нас будет куча сонь-болтунишек))))
  Сонька: дурак :D я думала, ты серьезно))
  Болтун: ты веришь в любовь с первого взгляда?
  Я удивленно уставилась на экран телефона - подобного вопроса я не ожидала. Почему-то сразу вспомнился лукавый взгляд синих глаз с веселой искоркой дерзости. Задумавшись, я осторожно напечатала:
  Сонька: а что?
  Болтун: интересно мне) просто любовь с первого взгляда - это яркий пример существования судьбы. А в родство душ веришь?
  Час от часу не легче. Сегодня этот парень меня удивляет.
  Сонька: возможно)
  Болтун: а если честно?
  Сонька: не спорю, что с некоторыми людьми я могу почувствовать некоторую схожесть во взглядах.
  Болтун: не-а, я другое имею в виду) например, я когда начал с тобой общаться, сразу понял - с тобой не просто интересно и весело, с тобой уютно. Хотя вкусы у нас с тобой разные, да и взгляды на некоторые вещи и события тоже)))
  Сонька: и на девушек ахахах
  Болтун: ахаха подколола типа?
  Сонька: ага) мне с тобой тоже уютно и что?) хочешь сказать, что ты моя вторая половинка?)
  Болтун: не знаю)) встретимся - увидим) ладно, мелкая, я почапал по делам, спишемся только завтра, не скучай)
  Последнее мое сообщение не было прочитано - парень вышел. Я со вздохом отложила телефон в сторону и подошла к окну. На улице уже стемнело, фонари ярко горели, освещая широкую улицу, по которой изредка проезжали машины. Мне повезло с районом, движение тут не такое интенсивное и шум проезжающих автомобилей не мешает по ночам спать.
  Плотно закрыв форточку, я направилась в ванную, намериваясь ложиться спать. Завтра нужно было заехать в университет, а потом двинуть на работу и заняться подготовкой к важной выставке.
  'Все будет замечательно, - мелькнула в голове мысль. - И ни какие предсказания этого не изменят'.
  
  На другом конце города симпатичный молодой человек закрыл крышку ноутбука и откинулся на спинку офисного кресла в своем кабинете. Как всегда, после общения с девушкой под ником Сонька, настроение зашкаливало, хотелось петь и улыбаться всему миру. Парень в очередной раз подумал, что ему крупно повезло найти в сети такую общительную и интересную собеседницу. Правда, в последнее время он постоянно ловил себя на мыслях не совсем дружеских. Порой хотелось быть рядом с Сонькой, обнимать ее, шептать всякие милые глупости на, безусловно, милое ушко и любоваться забавным румянцем на девичьих щечках. Парень нахмурился и тряхнул головой. Несколько непослушных прядей волос упали на лоб, но были сразу же возвращены на место. Подобные мысли похожи на романтический бред, который ему никогда не был свойствен.
  Молодой человек встал и подошел к окну, любуясь видом ночного города. И, не смотря на нежелание болеть романтикой, ему очень хотелось, чтобы Сонька оказалась сейчас рядом.
  
  На следующий день, после трех довольно-таки скучных пар, я ворвалась в кабинет дяди, немного удивленная его запиской, которая встретила меня на моем рабочем столе.
  - Ну? - я встала напротив Богдана, сложив руки на груди и выжидающе глядя ему в глаза. - Что стало причиной столь сильной паники?
  - Ты про что? - лукаво улыбнулся мой родственник, принимая самый что ни есть невинный вид.
  - Про твою записку, - пояснила я и уронила на стол листок бумаги.
  - И где ты там разглядела панику? - дядя даже не глянул на листок.
  - А как еще можно назвать огромные слова 'СРОЧНО КО МНЕ' и восемнадцать восклицательных знаков?
  - Сонь, не драматизируй, - вкрадчиво произнес Богдан и кивнул на глубокое кожаное кресло, стоящее у стола. - Присаживайся. Чай? Кофе?
  Я плюхнулась в кресло и покачала головой:
  - Ближе к делу, мне еще над выставкой скульптуры голову ломать.
  - Забудь о ней, моя девочка. Я перепоручил ее другому человеку, а для тебя у меня другое задание.
  Я нервно постучала пальцами по гладкой поверхности стола из красного дерева. Когда Богдан так говорит - здравствуйте, бессонные ночи. Блин, и как увильнуть от очередного важного поручения?
  - Что на этот раз?
  - Нужно подготовить к вечеру пятнадцатого праздник-маскарад, - невозмутимо произнес дядя, вертя в пальцах ручку и старательно избегая моего взгляда.
  - С каких это пор мы занимаемся подобными мероприятиями? - изумленно вскинула я брови, но тут же осеклась. - Стоп! Но ведь пятнадцатое уже послезавтра?!
  - Я знаю, - Богдан грустно вздохнул, встал из-за стола и подошел ко мне. Потрепав меня по макушке, он взмолился: - Сонь, ну выручи, а?
  За что люблю своего дядю, так это за огромные лучисто-голубые глаза, которые способны покорить любое, даже самое черствое женское сердце. Кота из 'Шрека' помните? Так вот, котяра явно учился своему фирменному взгляду у Богдана.
  - Подлиза ты. Блин, ты хоть понимаешь, что времени катастрофически мало? И я так понимаю, что начинать придется с самого нуля?
  Богдан виновато опусти голову вниз и покаялся:
  - Да. Разослать приглашения, подобрать помещение, музыкантов, аниматоров, клоунов и так далее, составить меню и винную карту, оформить зал и позаботиться о безопасности гостей. Короче, все зависит только от тебя, моя дорогая.
  - А раньше это запланировать нельзя было? - едко поинтересовалась я.
  - Сам только утром узнал. Приказ из администрации пришел: мол, хотите продолжить свою деятельность - извольте поработать на благо общественности.
  - Что за бред? - тут же возмутилась я. - И ты согласился?
  Богдан пожал плечами:
  - Знаешь, мне мой бизнес и моя репутация еще дорога. Считай это малой жертвой...
  - Ага, которая тут же легла на мои хрупкие плечи, - язвительно протянула я и показала дяде язык. - Ты мне должен будешь, ясно?
  - Все что только твоя душа пожелает, моя принцесса, - радостно засиял дядя. Еще бы, его прекрасную и столь аппетитную для всех женщин задницу только что прикрыли моим тщедушным тельцем. Черт, это ж надо было такому случиться?
  Приняв из рук Богдана папку с необходимыми материалами, я тут же умчалась в свой кабинет и вызвала по внутренней связи свою помощницу. Женечка, как звали ее в нашем офисе, веселой пташкой влетела в кабинет и уселась в кресло, выжидающе глядя на меня. Симпатичная, стройная, с огненно - рыжими волосами и зелеными глазами, всегда одетая в классику, на каблуках... Идеальный офисный работник, если учесть и ее энергию, а так же трудолюбие и активность.
  - Жень, в ближайшие два дня нам предстоит очень много работы. - Я вздохнула и открыла папку с документацией. Отобрала пару бумаг и протянула их девушке. - Вот список людей, которым нужно отправить приглашения. Сегодня же. Потом позвонишь в агентство, которое всегда помогает нам с кухней и оформлением залов, а я пока займусь поиском помещения.
  - Хорошо, все будет готова к семи часам, - Женечка просмотрела списки и нахмурилась. - Да тут сплошной бомонд, Сонь! Звезды, спортсмены, политики... Все наши, ростовские, но все же... На моей памяти подобных мероприятий еще не было.
  - Прихоть городской администрации, - махнула я рукой, зарывшись в своем блокноте в поисках необходимого номера телефона. - Жень, кофе организуешь?
  - Конечно, - кивнула девушка и тут же умчалась выполнять поручение.
  Я снова зашелестела страницами записной книжки, понимая, что в последующие несколько дней я только одним кофе и буду жить. Да уж, удружил мне дядька, ничего не скажешь...
  
  Пятнадцатого марта, в шесть вечера, я выползла из такси, приняв услужливо поданную Богданом руку. Слегка покачиваясь на высоченных каблуках, окинула взглядом нескончаемый поток подъезжающих машин и довольно улыбнулась - вечер, безусловно, получился.
  - Девочка моя, ты не представляешь, как я тебе благодарен, - сверкнул белозубой улыбкой дядя, поправляя галстук. Что-что, а дядя у меня просто красавец - высокий, статный блондин, с атлетической фигурой. Сегодня он был в простом классическом черном костюме-тройке, волосы уложены небрежно, но явно со вкусом, на запястье блестят дорогие часы.
  - Да ладно. Это было даже интересно, - улыбнулась в ответ я. - Но ты все равно мой должник.
  Я протянула Богдану его маску, черную, закрывающую только глаза и сама надела такую же, только женскую и белоснежную, украшенную небольшими стразами. Сегодня мы были полными противоположностями друг друга - на мне красовалось длинное, в пол, белое платье-туника античного стиля, перехваченное атласной лентой под грудью. Волосы я собрала в гладкий пучок, который закрепила шпильками с белыми жемчужинами. На шее блестела тонкая золотая цепочка с небольшим кулоном, на запястье висела небольшая сумочка-мешочек. Изящные белые босоножки плотно обхватывали мои лодыжки узкими ремешками. На лице - безупречная улыбка добродушной хозяйки плюс идеальный макияж.
  - Пойдем? - тихо поинтересовался дядя, поправляя маску. - Мы, как-никак, здесь хозяева, должны народ приветствовать.
  Я лишь кивнула и позволила повести себя по ступенькам дома культуры, где и должен был состояться весь праздник. Двери перед нами распахнулись, и я облегченно выдохнула - все же в легком платье в середине марта как-то холодновато.
  К половине седьмого мы поприветствовали всех приглашенных и направились в банкетный зал. Гости тут же разбились на кучки по интересам, Богдан умчался заключать с кем-то безумно важную сделку и я откровенно заскучала. За что не люблю подобные мероприятия, так это за их ужасную официальностью. Мужчины в костюмах говорят только о делах, женщины в вечерних платьях говорят только о мужчинах в костюмах... Представителей золотой молодежи сегодня было мало и они не отходили от стола, попивая коньяк да мартини и хвастаясь бумажниками своих родителей.
  Сделав пару кругов по залу и обменявшись с некоторыми гостями ничего не значащими фразами, я остановилась у барной стойки и заказала себе ягодный фраппе.
  - Скучаете?
  Я обернулась и встретилась взглядом с симпатичным пареньком в серебряной маске.
  - Ну, не сказала бы, что мне здесь безумно весело, - усмехнулась я.
  - Вы же организатор? - парень присел на соседний стул и попросил у бармена виски. Перед ним тут же поставили бокал с янтарной жидкостью и несколькими кубиками льда.
  - Можно и так сказать, - осторожно кивнула и сделала глоток из высокого стакана со своим коктейлем. И чего пристал? Решил опробовать на мне свои любовные чары?
  - А что же ваш муж? - ехидно протянул парень, кивая в сторону Богдана, который в этот момент с серьезной физиономией что-то объяснял коренастому типу с бокалом шампанского в руке.
  Я негромко рассмеялась:
  - Ему сейчас дела важней, чем мое настроение. Деньги - штука серьезная.
  Господи, он подумал, что я замужем за Богданом? Интересно, какое у него сложилось обо мне мнение? Вряд ли он подумал про брак по любви. Я с любопытством посмотрела на парня, пытаясь в памяти накопать его имя. Чертова маска мешала мне разглядеть черты его лица, поэтому пришлось спросить:
  - А с кем, собственно, я сейчас разговариваю, молодой человек?
  Парень полушутливо поклонился и произнес:
  - Позвольте сегодня своего имени не называть, сударыня. Тогда я не буду спрашивать вашего.
  - Как вам угодно, - равнодушно пожала я плечами и встала. - Прошу меня извинить, нужно посмотреть, все ли в порядке с десертом.
  Именно в этот момент заиграла музыка и парень усмехнулся:
  - Думаю, десерт может немного подождать. Уделите внимание гостю, моя дорогая. - От холодного пренебрежительного тона мне стало не по себе, и я отрицательно покачала головой:
  - У меня нет настроения танцевать.
  - Вы меня не поняли - я не прошу, а требую, - с этими словами он схватил меня за руку и потянул в центр зала, где уже кружилось в вальсе несколько пар. После нескольких шагов я убедилась в тщетности своих попыток вырваться. Устраивать скандал тоже как-то не хотелось, поэтому я, скрепя сердце, послушно двинулась за этим чудаком. Кстати, мальчик не маленький, я ему без каблуков по плечо где-то буду. Волосы темные, русого оттенка, даже скорее ближе к каштану, со светлыми прядями меллирования. Руки, кстати, теплые... Это так, мой пунктик насчет людей - если у человека теплые руки, значит ему можно доверять. Эти руки прямо обжигали.
  Меня прижали к горячему сильному телу, одна ладонь скользнула на талию, вторая крепко схватила мои пальцы. Я зло заглянула в лицо этому придурку. Еще и глаза синие. Замечательно.
  - Отпустить меня не хочешь? - шепотом поинтересовалась я, напяливая на лицо улыбку.
  - Не-а. Ты мне понравилась, детка.
  Я недовольно поморщилась: все эти 'детки' и 'крошки' всегда меня раздражали.
  - Ты забыл, что я замужем?
  - Именно поэтому ты мне и интересна, - услышала я честный ответ.
  - А по морде получить не боишься? Или тебе нужна подобная слава?
  - Возможно, - кивнул парень, продолжая вести меня в танце. - А по морде я не получу.
  - Стоило догадаться, - буркнула я. - Чужое всегда интереснее?
  - Чужое всегда вкусней, - плотоядно улыбнулся нахал, сверкнув глазами цвета весеннего неба.
  С минуту мы танцевали молча, пока я не заметила, что вальсируем мы немного странно: постепенно отдаляясь от танцующих пар, двигаясь по направлению к неприметной двери за небольшой сценой, на которой сейчас находились музыканты. Господи, что этот сумасшедший задумал?!
  Как не странно, в крови заиграл адреналин, а в голове зародилось предвкушение чего-то безумно веселого и интересного. Наверное, именно поэтому я не стала возмущаться, когда меня впихнули в пыльную каморку для инструментов, прижали к стене и начали яростно целовать. Что он там говорил? Ему нравятся замужние дамы? Что ж, мальчик, придется тебе сильно разочароваться в своей новой игрушке.
  В голове мелькнула ехидная мысль обломать парня, объяснив ему, кем мне приходится Богдан, но она тут же уступила место другой: 'Пусть он сам все узнает'.
  Между тем паренек времени даром не терял. Его губы напористо ласкали мой рот, руки скользили по спине. Я поймала себя на мысли, что поцелуй мне даже нравится. Незнакомец словно прочитал мои мысли - руки тут же скользнули на широкие плечи, затем поднялись выше, к густым волосам. Парню явно понравилась моя реакция. Оторвавшись от моих губ, он довольно шепнул:
  - Что, уже не изображаешь из себя недотрогу? Стоило только пропасть из поля зрения мужа, и мы сразу покладистые?
  Я скрыла усмешку и хотела ответить, но меня явно никто не хотел слушать - рот заткнули поцелуем, крепкие ладони скользнули на скулы.
  - Дай-ка взглянуть на твое личико, милая, - пальцы ловко стянули с меня маску, ласково пробежались по чертам лица. - А ты ничего...
  Я коснулась его маски, немного помедлив, прежде чем ее снять. Затем все же дернула застежку и еле сдержала крик - на меня смотрел мой ночной кошмар. Я уперлась ладонями в грудь парня и отодвинула его от себя. Он в недоумении смотрел на меня и явно не мог понять, почему я так реагирую на его лицо без маски.
  - Малышка, ты чего?
  - Убери от меня руки, Стас. И больше не приближайся ко мне, слышишь? - голос сорвался на крик и я вылетела в зал, наплевав на растрепанный вид и помятое платье. За захлопнувшейся дверью остался человек, которого я ненавидела всей душой, и поцелуи которого с такой легкостью только что принимала. Вляпалась так вляпалась.
  - Соня, что с тобой? - встревоженный голос дяди настиг меня у дверей зала.
  - Э-э-э... все хорошо, правда... - Я попыталась подыскать более-менее нормальную причину своего ухода, но в голове было пусто.
  - Я прошу прощения, - бросил Богдан своему собеседнику и, подхватив меня за локоть, потянул наверх по лестнице. В первую же открытую дверь он буквально меня впихнул, тут же плотно ее прикрыв. Повернувшись ко мне, он внимательно посмотрел мне в глаза и приказал:
  - А теперь рассказывай, что с тобой произошло.
  Я сжала руки в кулаки. Богдан, помимо моих подруг, был единственным человеком, который знал абсолютно все, что произошло между мной и Стасом. Он в свое время даже хотел пойти начистить морду этому 'редкостному козлу', но я его остановила.
  - Стас здесь.
  Богдан крепко выругался и, достав из кармана пиджака пачку сигарет, закурил.
  - Он не мог войти без приглашения, следовательно, ты должна была знать, что он в списке гостей, верно?
  - Списком занималась не я, а Женя. Черт, да ладно бы я просто на него налетела, так нет же!
  - Я что-то пропустил? - изумленно уставился на меня дядя.
  Я вкратце рассказала ему о произошедшем, и Богдан осуждающе покачал головой:
  - Сама виновата, Сонь, признай. Сразу бы сказала, что всего лишь моя племянница и ничего бы не было. Вот к чему порой может привести ложь.
  Молча кивнула, подошла к дяде и уткнулась лбом в его плечо. Слезы непрошеными гостями замаячили на глазах, я тихонько всхлипнула. Богдан нежно обнял меня и прошептал что-то успокаивающее, а я заревела, наплевав на свою гордость.
  - Сонь, не плачь, девочка моя, - шепнул Богдан, ласково целуя в висок. - Хочешь, я прямо сейчас прикажу охране его вышвырнуть?
  - Не надо, - шепнула сквозь слезы я. - Скандал будет.
  - Да плевать я хотел на скандал, когда речь идет о моей принцессе, - возмутился дядька, осторожно поправляя выбившуюся из пучка прядь. - Не смей плакать из-за этого ублюдка.
  - Я не из-за него, - пробурчала я в плотную ткань пиджака. - Ну почему я такая дура?!
  - Глупости не говори, моя маленькая. - Дядя ласково погладил меня по спине и осторожно коснулся губами лба. - Ты самая умная и замечательная девушка. Успокойся и прекрати реветь, слышишь? Просто иди с гордо поднятой головой в зал, веселись, танцуй, смейся, а завтра про Стаса даже не вспомнишь, все равно опять разбежитесь. Не виделись же три года и еще столько же не увидитесь.
  В памяти всплыли мы ощущения от поцелуя, и я отрицательно мотнула головой:
  - Он теперь надолго застрянет в моей голове...
  - Ты просто сама цепляешься за свою неприязнь к нему, - терпеливо продолжал успокаивать меня дядя, наплевав на то, что его пиджак теперь можно было смело выжимать - слезы лились ручьем. Неудивительно, слишком много их накопилось за эти годы. - Давай ты приведешь себя в порядок и мы пойдем к гостям? Скоро мне на сцену лезть, мэра приглашать для торжественной речи... Ты должна быть рядом, ясно? - Богдан щелкнул меня по носу и ласково улыбнулся, вызвав на моем лице ответную улыбку.
  - Хорошо, я сейчас, - кивнув головой, я выскользнула из комнаты и направилась в туалет.
  В зеркале на меня смотрела испуганная и зареванная девушка. Прежняя Соня, от которой не должно было остаться и следа. Порывшись в клатче, я достала салфетки, тональник и тушь, чтобы хоть как-то привести себя в нормальный вид. Поколдовав над собой минут десять и убедившись, что красные от слез глаза не так уж и заметны, я вышла из туалета с гордо поднятой головой.
  Чтобы снова столкнуться с взглядом синих глаз.
   
  
  Глава вторая.
  
  Все течет, все изменяется.
  Гераклит
  
  - Я могу узнать, что такого отвратительного в моей внешности, что ты так резко сбежала? - Стас с легким прищуром посмотрел на меня, отчего мне тут же захотелось закрыться в туалете и не выходить оттуда до конца своих дней. Так поступила бы я-три-года-назад, но я-сейчас должна была гордо отбрить этого... и уйти.
  - Какая разница? - легонько дернув плечами, я попыталась пройти мимо, но тут же была поймана за руку.
  - Откуда ты меня знаешь? - парень внимательно вглядывался в мое лицо, нахмурив брови.
  Он меня не узнал. Наверное, я никогда не была ему дорога. Наверное, он никогда меня не любил. Хотя, почему 'наверное'? Любящий человек никогда бы не поступил так, как поступил он. На душе стало мерзко, во рту появился привкус горечи, а к горлу вновь подступили слезы. Нет, не дождется!
  - Ты довольно известен в этих кругах, - я из-за всех сил постаралась, чтобы мой голос звучал как можно естественней.
  - Лжешь. Тогда бы так не реагировала. - Его пальцы скользнули на мой подбородок и развернули лицо к свету. - Мне знакомо твое лицо. Я так понимаю, мы уже где-то встречались?
  - Нет... - почти безвольно прошептала я, стараясь отодвинуться от него как можно дальше. Горячая волна ненависти поднялась где-то в груди и стала разливаться по всему телу, смешиваясь с болью. Черт, как же невыносимо терпеть прикосновения человека, который был тебе так дорог, но в один миг стал чужим. И являлся таким на протяжении трех лет.
  - Соня! - оклик заставил меня вздрогнуть и отпрянуть от Стаса как от огня. Обернувшись, я заметила Женю, которая озадаченно и чуть настороженно смотрела на нас со Стасом.
  - Да? - охрипшим голосом произнесла я, медленно отступая от парня. Затем прочистила горло и более уверенно поинтересовалась: - Что-то случилось?
  - Нет, просто шла и увидела вас. - Женя с опаской глянула на Стаса. - У вас все в порядке?
  - В полном, - с обворожительной улыбкой произнес Стас, слегка приобнимая меня за плечи, вызвав тем самым невольную дрожь по всему телу. - Мы с Соней давно не виделись и решили немного поболтать, так сказать, вспомнить былое. Не волнуйтесь, она скоро вернется в зал.
  - Он говорит правду? - Женечка внимательно посмотрела на меня.
  - Да, все в порядке, Жень. Иди к гостям, замени меня ненадолго, я скоро подойду. Богдану может понадобиться помощь, поэтому будь рядом с ним. - Возможно, улыбка получилась вымученной, но девушка мне поверила и, кивнув на прощание Стасу, ушла. Меня тут же рывком развернули к себе и я в который раз за этот вечер посмотрела в глаза, взгляд которых отзывался острой болью в сердце.
  - Соня? Соня Корнеева?
  Я робко кивнула, облизнув пересохшие губы. Меня тут же отпустили и отошли на шаг назад.
  - Ты изменилась. Повзрослела.
  - Ты тоже.
  - Это твой дядя организовал вечер?
  - Да.
  - Ясно. Я не знал.
  - Знал бы - не пришел?
  Стас провел рукой по волосам, приводя их в еще больший беспорядок. Интересно, зачем он покрасился? Раньше ведь чистым брюнетом был...
  - Возможно и пришел бы, но не начал лезть к тебе. Прости.
  - Ничего. Я, пожалуй, пойду...
  - Ты до сих пор дуешься на меня?
  От гнева я на несколько мгновений потеряла дар речи. Дуюсь? То есть он до сих пор считает, что его вины в нашем разрыве нет? Тем ни менее я постаралась как можно непринужденней улыбнуться и спокойно ответить:
  - Ты о чем?
  - Ну... - Стас заметно смутился, явно не зная, что сказать. - Мы же с тобой встречались, помнишь?
  - А, да... Было дело. Забудь, все равно серьезных отношений не было и...
  - Строишь из себя стерву, малыш? - от мягкого голоса мне стало не по себе, а услышав давно забытое 'малыш' я чуть было не сорвалась на крик. В последний момент, взяв себя в руки, я пожала плечами и равнодушно заметила:
  - Пожалуй, у тебя нет никаких прав меня так называть, Стас.
  - Правда? После столь страстных поцелуев у меня есть все основания тебе не поверить, Соня. Ты со всеми незнакомыми парнями так себя ведешь или это только мне так повезло? Может, если бы мы не сняли масок, я мог бы рассчитывать на что-то посерьезней? - от злости в голосе парня мне стало страшно. - Из невинной маленькой девочки переквалифицировалась в шлюху?
  - Да что ты себе позволяешь? - я попыталась ударить его, но мою руку перехватили и завели за спину, при этом прижав меня к крепкому телу. В нос ударил запах его туалетной воды: немного терпкой, с нотками сандала, завораживающей и пьянящей. Синие глаза изучающе смотрели на меня, постепенно темнея от ярости, словно это я нагрубила ему.
  - Ты тогда смотрела на меня совсем по-другому, помнишь? - шепнул Стас мне почти в губы.
  - Раньше все было по-другому. И я тоже была другая, Стас.
  - Но ведь все можно вернуть... тебе так не кажется? В тебе появился темперамент, этакая девочка-огонь. Это я тебя сделал такой?
  Я попыталась вырваться из железной хватки, но добилась совершенно другого - меня плотно прижали к стене, тем самым лишая возможности двигаться. Чувство беспомощности и отчаяния затопили меня, но я не подавала виду - я не должна быть слабой. Только не перед ним, только не сейчас.
  - Ты похорошела. - Стас оценивающе скользнул по мне взглядом, задержавшись на груди. - Подстриглась, приоделась, обрела более женственные формы. Наверное, от парней отбоя нет? А когда-то это все принадлежало мне. Надо было не строить из себя порядочного джентльмена и воспользоваться возможностью... - Горячая ладонь скользнула по моей талии, бедру, осторожно прошлась по обнаженному плечу...
  - Я никогда не принадлежала тебе, слышишь? - огромным усилием воли я оттолкнула от себя парня и бросилась прочь, к дверям в зал. Лишь в толпе я почувствовала себя в безопасности, но даже рядом с дядей, который настороженно посмотрел на меня, но ничего не сказал, я не могла успокоить бешеный бег своего сердца. В ушах продолжал звучать голос Стаса, а кожа на плече горела, словно там отныне было выжжено клеймо.
  - С тобой все в порядке? - шепнул мне Богдан через несколько минут. Я посмотрела на свои дрожащие пальцы, держащие тонкую ножку бокала с шампанским, и судорожно вздохнула. Дядя, заметив мое волнение, нахмурился и окинул взглядом зал. Вскоре он нашел того, кого искал - Стас сидел у бара и сверлил нас взглядом.
  - Ты опять говорила с ним? - поинтересовался Богдан, на что я только кивнула. - И что он тебе сказал?
  - Ничего хорошего. Что-то про 'изменилась' и 'повзрослела', - я отпила из бокала, чтобы хоть как-то себя успокоить. Может, стоит напиться? Интересно, мне будет очень весело или невыносимо горько? Видимо, Богдан заметил мой нездоровый интерес к бокалу и он тут же был у меня отобран и заменен на минеральную воду с соком. Ясно, напиться не получится.
  - Потерпи немного, Соня. Через полчаса мы сможем уехать.
  Я лишь устало кивнула и бросила взгляд в сторону барной стойки, туда, где сидел Стас. Теперь он был не один, рядом с ним, на высоком стуле с низкой спинкой, закинув ногу на ногу, сидела симпатичная блондинка, мило улыбающаяся моему синеглазому кошмару. Тот, в свою очередь, что-то горячо шептал на услужливо подставленное ушко. Затем встал, стянул блондинку со стула и направился к выходу, напоследок бросив в мою сторону ехидный взгляд. Кровь прилила к моим щекам, я возмущенно вздохнула и отвернулась, чувствую, как внутри закипает горячая злость. Да что он о себе возомнил?!
  - Сонь, с тобой все хорошо? - слегка озадачено спросила Женя, стоящая по левую руку Богдана. Я перевела на нее взгляд, и устало кивнула. Сил говорить что-то не было, хотелось сбежать отсюда, вломиться в собственную комнату и, упав на кровать, разрыдаться в подушку. Но я же сильная, черт возьми, я себе такого не могу позволить, поэтому нужно крепко сжать зубы и при этом красиво улыбаться гостям.
  К этому моменту все приглашенные сняли свои маскарадные маски, ведь пришло время заключать выгодные сделки. Я окинула взглядом пеструю толпу, состоящую только из 'сливок общества' и незаметно поморщилась. Богдан заметил мое недовольство и ободряюще сжал руку.
  - Я знаю, что тебе не хочется здесь находиться, но осталось совсем чуть-чуть.
  - Знаешь, пусть тебе, если что, Женя поможет, хорошо? А у меня нет настроения кривляться на публику. Я очень устала и хочу домой.
  Богдан с минуту помолчал, а потом согласно кивнул:
  - Хорошо, езжай домой. Тебя проводить?
  - Сама доберусь, - я поцеловала его в щеку, помахала Жене и устремилась к выходу. По дороге мне несколько раз предложили прокатиться по ночному городу, один, довольно-таки пожилой мужчина, нахально попытался меня обнять, но я не обращала на этих людей никакого внимания.
  Я позволила себе расслабиться только на заднем сидении такси, когда дверь 'ауди' скрыла меня от глаз шатающейся 'золотой' молодежи у выхода, которой явно было скучно на вечере. Несколько парней посвистели мне в след, но я только раздраженно передернула плечами. Как же меня все достало...
  Устало прикрыв глаза, откинулась на сидении и стала прокручивать прошедший вечер. Душу жгло. Нет, не так. Она тихо сгорала от ненависти, которая с новой силой вспыхнула, стоило только встретиться со Стасом. Господи, сделай так, что бы это была наша последняя встреча в жизни, а?
  Квартира встретила тишиной и спокойствием. Впрочем, как и всегда. Родители уже месяц как торчат в Испании, по делам отцовской фирмы, брат давно уже живет отдельно. Симона нагло дрыхнет на моей подушке, изредка дергая лапами, словно от кого-то убегая.
  Прошла на кухню, достала из холодильника пакет с молоком, из шкафчика достала кружку. Налила. Выпила. Швырнула клатч на стол, села, распустила волосы. В горле застрял комок эмоций, однако внешне я оставалась абсолютно спокойной. Главное, дышать глубоко и думать о чем-нибудь приятном. Заиграла мелодия моего мобильного и я даже подскочила от неожиданности. Глянув на экран, я нажала на 'Ответить'.
  - Да, Риш, привет. - Голос прозвучал немного сухо, и я постаралась смягчить его улыбкой. - Как жизнь?
  - Не делай вид, что тебя это действительно интересует, - ехидно протянула Мариша. - Как прошло твое мероприятие?
  - Гораздо хуже, чем я предполагала.
  - О, Господи! Неужели бутерброды с красной икрой подали слишком холодными? - притворно ужаснулась подруга, а потом добавила: - Брось прибедняться, хочешь сказать, что ты не смогла организовать этот слет гадюшника по высшему классу?
  - Нет, с организационными вопросами все прошло нормально, - вздохнула я, нервно накручивая на палец прядь волос.
  - А что тогда, Сонь? Других причин провала я не могу придумать. - Мариша громко захрустела чипсами.
  - Я не проверила список гостей, доверила это Жене.
  - И что в этом страшного?
  - Туда каким-то образом попал Стас, - я прикрыла глаза, буквально выдавливая из себя эти слова.
  - Стас? - удивилась подруга. - Какой Стас?
  Я молчала.
  - Стоп, подожди... Твой Стас?
  - Да.
  - Не фига себе! - заорала Ришка прямо мне в ухо. - Черт, и я это пропустила? Я надеюсь, ты заехала ему по морде?
  - Э-э-э... не совсем.
  - В смысле? Эй, дорогуша, мне не нравится твой убитый тон! Что произошло?
  Выдохнув, я коротко рассказала обстоятельства своей встречи с кошмаром прошлого. Мариша только удивленно присвистнула:
  - Да уж, такого я даже представить не могла. Блин, и что ты собираешься делать?
  - В смысле? - не поняла я.
  - Милая, ты не понимаешь, что натворила, да? - голосом зануды протянула подруга. - Считай, что ты помахала красной тряпкой перед самым носом быка. Он же от тебя теперь просто так не отстанет.
  - Ой, не говори ерунды. Он знаменит, богат, вокруг него постоянно крутятся девушки с ногами от ушей и бюстом размера эдак третьего, нафиг я ему?
  - Ты меня конечно извини, может я для тебя сейчас и что-то новое скажу, но ты, знаешь ли, ничем не хуже этих красоток. Ты далеко не страшила, со вкусом одеваешься, увлекаешься многими интересными штуками, работаешь с творческими людьми, хорошо обеспечена, умеешь красиво и правильно говорить, много читаешь, интересно пишешь...
  - Все, хватит поливать меня медом, Риша! - я прервала поток комплиментов и грустно добавила: - Я всего лишь бывшая, понимаешь?
  - Ну и что? - возмутилась подруга. - Не получилось в первый раз - во второй все норм будет.
  - Ты понимаешь, что сейчас ляпнула? - от возмущения я даже на мгновение задохнулась. - Я ненавижу этого человека, ясно? Именно из-за него я стала жесткой, бездушной стервой...
  - В твоей стервозности нет ничего плохого, Сонь. С близкими ты не стерва... - попыталась вставить Мариша.
  - Да мне плевать! Я не хочу не видеть, не слышать этого человека! Он мне противен!
  - Все, хорошо, подруга, я тебя поняла. Давай потом поговорим на эту тему, ок? - Мариша миролюбиво попыталась замять неприятную тему. - Кстати, завтра мы идем в клуб. Помнишь, ты нам с Алиной обещала?
  - Стоп, Риш, - я покачала головой, забыв, что подруга меня не видит. - Мы договаривались на выходные. Да и нет у меня настроения торчать в душном клубе с оглушающей музыкой, которая только и может, что бить по мозгам.
  - Именно поэтому мы подыскали кое-что интересное, специально для тебя, так сказать, - хмыкнула Мариша. - Мы пойдем в 'Элиту'.
  Я удивленно присвистнула:
  - Что это с вами произошло? Вы же ненавидите этот рассадник мажоров.
  И Мариша, и Арина терпеть не могли наглых, расхлябанных и излишне самоуверенных представителей 'золотой молодежи', которые в основном собирались в таких клубах, как 'Элита' - дорогих, популярных заведениях со строгим фэйс-контролем и высокими ценами на все.
  - Скажем так, нас заинтересовала тематическая вечеринка, которая будет проходить в этот четверг. 'Наследие Коко Шанель' - неплохо звучит, правда?
  - Да, не дурно, - сказала я дрогнувшим голосом.
  - Ну же, Соня, прояви больше энтузиазма, - усмехнулась Мариша. - Ты же обожаешь Коко.
  - Ладно, хорошо, признаю, вы меня купили! - рассмеялась я. Да, я действительно без ума от этой женщины. Она - мой идеал, мой пример, мой источник вдохновения, в конце концов.
  - Отлично, значит, завтра в универе договоримся, во что оденемся, и где будем собираться, - подвела итог подруга. - Все, дорогая, не скучай, до завтра!
  - Хорошо, пока... - кивнула я.
  - И еще - не кисни насчет этого ублюдка. Все будет хорошо, - с этими словами Мариша отсоединилась.
  Вздохнув, я направилась в спальню, по пути пытаясь расстегнуть платье. В голове мелькнула мысль, что я обещала вечером написать Болтуну, но вот исполнять свое обещание не было желания. Натянув длинную футболку, я забралась в кровать и закрыла глаза. Сон не шел, да еще и голова начала болеть, но я упрямо пыталась заставить себя заснуть. Возле уха сопела Симона, закинувшая мне на голову передние лапы и изредка забавно всхрапывая. Громко тикал будильник на прикроватном столике. За окном проносились машины, иногда освещая комнату светом фар, наплевав на то, что я живу на третьем этаже. Незаметно для себя я и уснула, мысленно ругая водителей-полуночников.
  
  Наверное, никто не любит встать рано утром и идти куда-то по делам. Ну, или почти никто. Я всегда относилась к числу тех людей, которые с трудом сползают с кровати и начинают собираться на учебу. Вот скажите, какой гениальный человек придумал начинать учебный день в восемь утра? Не знаете? Вот и я тоже не в курсе. Могу сказать только одно - меня нельзя назвать его благодарной поклонницей.
  Это утро можно было причислить к разряду отвратительных. А все из-за дурацкого ливня за окном, крупные капли которого громко барабанили по подоконнику и не давали мне мирно спать. Самое поразительное заключалось в том, что ливень начался в тот самый момент, когда у меня под ухом противно запищал будильник. Вставать не хотелось абсолютно, но огромным усилием воли я все же заставила себя выползти из-под одеяла и подойти к окну, раздвинуть шторы. Лучше бы я этого не делала, черт возьми.
  Природа буйствовала не на шутку. Дождь обрушился на город сплошной пеленой, черные тучи затянули небо. Снег, до этого толстым слоем устилавший землю, превратился в грязно-серое месиво. И, конечно же, туман, куда уж без него?
  Стрелки часов показывали шесть утра, и я невольно позавидовала своей кошке, которая продолжала сладко спать, абсолютно не беспокоясь о том, что ее хозяйке приходится тащиться в такую рань в универ.
  Зевая во весь рот, я направилась на кухню и, врубив музыкальный канал, начала готовить завтрак. Попивая горячий чай и рассеяно смотря очередной клип, я пыталась окончательно проснуться и хоть как-то поднять себе настроение выше нулевой отметки. Смирившись, пошла в ванную, выполнять стандартные банные процедуры.
  Спустя полчаса, полностью собранная, я вышла из подъезда, раскрыв над головой ярко-зеленый зонт. Среди всей этой грязной серости и холода, столь сочный оттенок смотрелся как-то издевательски. Мысленно чертыхнувшись по поводу сломанной машины, которая уже неделю стоит в сервисе, я зашагала на остановку, аккуратно обходя лужи. На остановке как всегда было много людей, поэтому я смогла залезть только в четвертый по счету автобус и, отвоевав себе более-менее свободное местечко у окна, воткнула наушники и включила музыку. Мне предстояло простоять минут сорок в пробке, поэтому я отключилась от внешнего мира и стала изучать хмурый город за окном.
  Наверное, все-таки март должен быть более жизнерадостным. Ну, там, солнышко, птички, почки на деревьях. Во всяком случае, раньше так и было. Но эта зима решила не сдаваться так просто и держала свои позиции до последнего. Лишь бы завтра мороз не ударил. Еще несколько недель гололеда я не переживу.
  Двери автобуса распахнулись, впустив внутрь еще одну порцию мокрых, раздраженных людей. Кто-то кому-то наступил на ногу, тем самым вызвав громкое неудовольствие потерпевшего. Прибавив громкость, я вновь отвернулась к окну, провожая взглядом машины, которые медленно проезжали мимо автобуса. С добрым утром, Соня.
  Выйдя на своей остановке, я направилась в сторону своего университета, только сейчас вспомнив, что на сегодня у меня запланирован поход в клуб. Идти, естественно, не хотелось, тем более по такой погоде, но ведь пообещала же. С нерадостными мыслями по поводу предстоящего вечера я зашла в родное здание университета, внутренне радуясь теплу. У входа меня встречали сонные подруги. Мариша раздраженно копалась в сумке, Арина ей вторила.
  - Привет, - зевнув, поздоровалась я. - Что потеряли?
  - Блин, мы кажется обе не взяли свои материалы на сегодняшний семинар, - пожаловалась Арина.
  - Что бы вы без меня делали, девочки, - вздохнув, я полезла в сумку и достала несколько сложенных пополам листков формата А4. - Держите.
  - Вот скажи мне, как ты умудряешься это делать? - поинтересовалась Мариша, выхватывая у меня листы.
  - Что именно? - поинтересовалась я, шагая по направлению к лестнице.
  - Работать, проводить выставки, писать и еще и учиться?
  - Просто нужно правильно распределять свое время, - пожала я плечами.
  Мариша засопела, но ничего отвечать не стала. В полном молчании мы поднялись на третий этаж и заняли свой любимый подоконник. До пары было еще двадцать минут, поэтому заходить в аудиторию мы не торопились.
  - Сонь, мне Ришка сказала, что ты вчера Стаса встретила? - осторожно начала допрос Арина. Я равнодушно пожала плечами:
  - Ну, да, было дело.
  - И это все, что ты можешь сказать? - нахмурилась подруга.
  - Думаю, тебе уже изложили все подробности, - усмехнулась я, - так зачем заставлять меня второй раз это рассказывать?
  - Что ты будешь делать? - спросила Арина, поудобней устраиваясь на широкой поверхности подоконника. Мариша послала ей предупреждающий взгляд, но та лишь отмахнулась. - Тебе не кажется, что вы еще раз увидитесь?
  - Скажу больше - я очень надеюсь, что больше с ним не встречусь, - хмуро ответила я. Говорить на подобные темы с проницательной Ариной - опасное дело. Она слишком хорошо разбирается в людях.
  - Ты точно к нему ничего не чувствуешь?
  Так, спокойней, главное глубоко дышать и непринужденно улыбаться. Я ведь никого не обманываю, говорю чистую правду, ни разу не лукавя.
  - Ничего, кроме ненависти. Я ненавижу этого человека всеми фибрами своей души, как бы избито это не звучало. И я буду очень благодарна Господу Богу, если он больше никогда не столкнет меня с этим человеком.
  - Ох, звучит, конечно, очень правдиво, вот только ты сама-то в это веришь? - недоверчиво покачала головой Алина, пристально глядя мне в глаза. Я выдержала ее взгляд и кивнула:
  - Да.
  - Что-нибудь слышала про эффект заложника? - непринужденно поинтересовалась Арина. Мариша протестующе на нее шикнула, но получила в ответ только раздраженный взгляд. Девочки явно обсуждали вчера мое приключение. Иметь дело с подготовленным противником... отвратительно.
  - Нет. Надеюсь, ты меня просветишь, - протянула я, однако мой голос говорил об обратном. Надеждой там и не пахло.
  - Когда человек попадает в заложники к террористам, то вначале испытывает страх, который уступает свое место ненависти. Именно из-за нее возникает очень сильная эмоциональная связь 'террорист-заложник', вследствие чего последний настолько сильно привязывается к своему... ммм... врагу, что ненависть может перерасти в нечто более мягкое. Жалость, например...
  - Жалость? - удивилась Мариша. - Заложник жалеет террориста?
  - Да, как бы странно это не звучало, - кивнула Арина, продолжая буравить меня взглядом. - Ведь он не просто так стал преступником, что-то его толкнуло? Может, в его жизни произошло что-то такое, что сломало его?
  - Бред, - фыркнула я, получив в ответ осуждающий взгляд Мариши. Ее эта лекция явно увлекла.
  - Чувства - крепкая веревка, которая связывает людей между собой. И не важно, какие они именно - добрые, злые, нежные, негативные. Главное - их искренность. Ненависть настолько сильно влияет на человека, что может заставить его привязаться к предмету негативного отношения. Она становится постоянным источником силы, так называем толчком. У формулы 'От любви до ненависти - один шаг' есть и обратный путь. Помнишь, что говорила Агнесса, хозяйка того кафе? - Арина вздохнула и посмотрела в окно, затем, вновь обратилась ко мне. - Неважно, сколько времени пройдет, прежде чем ненависть перерастет в любовь. Главное, что это рано или поздно произойдет, Соня.
  - Все, хорошо, я поняла, - я подняла руки вверх, показывая, что не собираюсь с ней спорить. - Мне глубоко параллельно на Стаса. Так лучше? Теперь ты не будешь пытаться уличить меня на пылкой любви к этому ублюдку?
  - Сонь, послушай... - начала, было, Арина, но я не дала ей продолжить.
  - Этот человек сломал меня, он перевернул всю мою жизнь своим грязным поступком! Да я до сих пор не могу доверять мужчинам! И может, в чем-то он мне и помог, но вот боли причинил очень много. - Я закрыла лицо руками. Почему-то захотелось заплакать и почему-то мне не удавалось сдержать слезы. Они горьким комком встали в горле и вот-вот грозились вырваться наружу.
  Как им объяснить, что все действительно в прошлом? Вся та нежность, та страсть, та любовь, будь она проклята... Все это сгорело в ледяном огне боли, заполнившим меня до краев, когда ложь Стаса вылезла наружу. Да я несколько недель просыпалась с криком, который эхом разносился по пустой квартире. Я не хотела никого видеть, я не хотела слышать чей-либо голос, мне было страшно... Страшно признаться самой себе, что уже ничего не будет как прежде.
  Я умерла. Из жизни навсегда ушла добрая, жизнерадостная Соня, а на ее место пришла обозленная, холодная и равнодушная стерва, которой на всех плевать, которую ничего не волнует, кроме ее интересов. Во всяком случае, поначалу так и было. Да, потом я слегка оживилась, начала смеяться, научилась делать вид, что мне интересно жить, но... я больше никогда не буду прежней. Благодаря Стасу.
  - Сонь, - теплые ладони легли на мои плечи, и я уткнулась лицом в грудь Мариши, - не плачь, моя хорошая. Все будет хорошо, правда. Знаешь, если эта зануда опять что-нибудь ляпнет про этот... эффект ненависти, я ее тресну, хочешь?
  Я улыбнулась сквозь слезы:
  - Правда?
  - Правда, правда, - закивала подруга.
  - Сонь, прости, - жалобно произнесла Арина, осторожно касаясь моей руки. - Я, наверное, перегнула палку...
  - Ничего, - покачала я головой, украдкой вытирая слезы. Мариша протянула мне салфетку, которую я с благодарностью приняла. - Порой полезно устраивать себе разрядку.
  - Я не хотела тебя расстраивать, милая, - Арина крепко обняла меня, поглаживая по спине. - Просто я не хочу, чтобы ты обманывала саму себя. Это самое отвратительное свойство человеческого характера, которое причиняет огромную боль. А этот эффект ненависти я не выдумала, честно. Это учеными доказано, как бы смешно не звучало.
  - Верю. - Я отодвинулась от Арины и сердито на нее посмотрела. - Давай договоримся, что подобные знания ты будешь оставлять при себе, хорошо?
  - Ладно, - покорно вздохнула подруга и робко улыбнулась. - Ты меня простила?
  - Я подумаю, - улыбнулась я.
  - Все, девочки, хватит грустить, надо думать, что мы наденем на вечеринку, - громко вмешалась в наше примирение Ришка, усаживаясь между нами. - Сонь, можно, мы у тебя собираться будем?
  - Боишься, что родители не выпустят? - понимающе хмыкнула Арина. Маришу отличала особенность иногда чересчур экстравагантно одеваться, чего ее строгие родители-консерваторы не всегда одобряли.
  - Нет, - улыбнулась наша Мариша и хитро блеснула глазами, глядя на меня. - Просто я вспомнила про одно симпатичненькое черненькое платьице в шкафу Сони. Она ведь не жадная, поделится с любимой подругой, правда?
  Я грустно вздохнула и покачала головой:
  - Маришечка, солнышко мое, ты неисправима. Мне, конечно, не жалко, бери.
  К дверям нашей аудитории подошел преподаватель, и нам пришлось сворачивать свой разговор и топать на пару.
  На удивление, учебный день пролетел быстро и плодотворно. Получив приличное количество баллов для рейтинга на семинаре, я даже немного повеселела. Предстоящий поход в клуб меня уже не так пугал, особенно учитывая то, что я умудрилась за несколько минут придумать, в чем пойду. Весело болтая с подругами, мы выскочили на улицу после третей пары и, договорившись встретиться в восемь у меня дома, разбежались по своим делам. Мне еще предстояло заскочить в офис и узнать у Богдана, чем закончился вчерашний вечер.
  Дождь даже не думал прекращаться, но вот пыл свой поумерил. Подойдя на остановку, я грустно вздохнула: вот так всегда, стоило начаться дождю и город встал. Пробки поражали своим размахом, особенно в сторону центра, где, собственно, и находился наш офис. С минуту поразмышляв, я набрала номер Богдана:
  - Алло, привет. Ну, как вечер прошел? - я отошла от дороги, чтобы шум машин не мешал разговору.
  - Привет, милая, - с улыбкой в голосе откликнулся Богдан. - Все было великолепно, огромное тебе спасибо за организацию, Сонь. С меня причитается.
  - Речь удалась? Публика прослезилась? - поинтересовалась я, ныряя под козырек продуктового магазинчика.
  - Можно и так сказать. Во всяком случае, представители администрации были довольны. Мне дали понять, что теперь я работаю под их протекцией. Как будто она мне была нужна.
  - Эй, не будь таким самоуверенным, Богдаш. Может, они что-нибудь полезное для фирмы сотворят, - пожурила я дядю.
  - Сколько раз просил меня так не называть, мелкая? - возмутился 'Богдаша'. - И какую они могут пользу принести?
  - Не мешать, - пожала плечами я.
  - Хм... Резонно, - согласился мой дядя. - А ты где? Приезжать собираешься?
  - Вот, кстати, именно насчет этого я тебе и звоню. Тут такая пробка огромная, можно, я на сегодня выходной возьму?
  - Так, отдыхай до понедельника, а там с новыми силами примешься за выставку, - подумав, заявил Богдан.
  - Богдаша, ты прелесть, - я запрыгала от радости, чувствуя как градусник моего настроения начинает постепенно оживать. - А что за выставка?
  - Я подумаю, что именно тебе дать, в понедельник материалы будут на столе. Сонь, - осторожно обратился он ко мне, словно боясь чего-то, - ты вообще как после вчерашнего?
  О, все ясно. Опять сейчас со мной будут разговаривать, как с больным человеком, попытаются ободрить, что-нибудь посоветовать. Я, конечно, люблю своего дядю, но порой он бывает самой настоящей занудой.
  - Все хорошо. Правда. Сегодня в 'Элиту' пойду, на тематическую вечеринку, 'Наследие Коко Шанель'. Так что, если буду нужна, но ты не сможешь мне дозвониться - ищи меня там.
  - Хорошо. Ладно. Удачно повеселиться. - Чуть замявшись, Богдан добавил: - Я люблю тебя, племяшка.
  - Я тоже тебя люблю... Богдаша, - хихикнув, я положила трубку.
  Со спокойной душой я перешла дорогу и села в автобус. Теперь можно немного поспать, убрать в квартире, приготовить поесть и принять ванную. Боже, как же я люблю выходные, даже такие неполноценные, как этот.
  Родная квартира встретила меня тишиной, спокойствием и теплом. Раскрыв зонт, сушится и, стянув сырую одежду, я набрала горячую ванну и позволила себе расслабиться. Но окончательно я почувствовала себя счастливой лишь тогда, когда залезла под теплое одеяло и закрыла глаза. Теперь можно пару часиков поспать.
  По закону жанра проспала я весь день и часть вечера. Разбудила меня громкая трель дверного звонка. С закрытыми глазами, зевая на ходу, я на ощупь добралась до двери и распахнула ее.
  - Ты что, спишь до сих пор? - ужаснулась Мариша, влетая в квартиру как ураган. За нее более спокойно последовала Арина, виновато улыбнувшись, словно извиняясь за то, что они меня разбудили. Протерев глаза и взъерошив волосы, я бросила взгляд на настенные часы, висевшие в прихожей. Ешкин кот, я проспала до восьми!
  - Блин, я что-то действительно увлеклась, - я перевела недоуменный взгляд на подруг. - Это, наверное, погода сказывается. Вы идете ко мне в комнату, а я пока кофе заварю. Вы будете?
  - Конечно, - кивнула Ришка, увлекая за собой Арину.
  Провозившись на кухне около десяти минут, я ввалилась в собственную спальню, где уже вовсю развернулась бурная деятельность. То самое 'симпатичненькое черненькое платьице' было извлечено из моего шкафа и теперь лежало на кровати, Арина наносила на лицо подруги легкий макияж, по всей комнате разбросана косметика, расчески, утюжки для волос и различные заколки. Сразу видно, что ко мне пришли подружки. Кое-как освободив место на письменном столе для подноса с чашками, я встала позади Арины и стала следить за ее работой.
  - Ты же знаешь, что я не люблю, когда стоят сзади, - проворчала девушка, ленивым движением нанося на скулы Мариши румяна. - Лучше займись чем-нибудь полезным.
  -Например? - поинтересовалась я, вертя в руках расческу.
  - Например, приведи себя в порядок. Выглядишь, как помятое чучело, - сурово отбрила меня Арина, на мгновение оглянувшись.
  Я послушно подошла к зеркалу и стала распутывать свои волосы. Помучившись с ними некоторое время, я повернулась к подругам и с мученическим видом простонала:
  - Кто-нибудь, спасите меня, а? Это просто невыносимо!
  - Все, я закончила, можешь одеваться, - Арина повернулась ко мне: - Иди сюда, горе ты мое. Вот что я в тебе больше всего ненавижу, так это твои волосы. Проще Маришу уговорить надеть юбку до пят, чем распутать все эти колтуны. - Волос коснулась расческа, и сразу как-то перехотелось делать прическу.
  - Я просто спать с мокрыми волосами увалилась, - вступилась я за свои волосы. - Обычно они не сильно путаются.
  - Угу, это ты мне рассказываешь? Человеку, который тебя постоянно расчесывает? - с сарказмом спросила подруга.
  -Эй, ну как? - тем временем, Мариша закончила собираться и теперь стояла перед нами, ожидая оценки.
  Арина выпрямила ей волосы и перебросила волосы набок, на левое плечо, закрепив невидимками. Слегка подкрасила ей глаза серыми тенями, нарисовала аккуратные стрелки и нанесла угольно-черную тушь на длинные ресницы. Насчет цвета помады девушки спорили долго, но в итоге Мариша согласилась с тем, что слишком яркий цвет здесь будет лишним, поэтому теперь на губах девушки блестела бледно-розовая помада. Короткое черное платье, с открытыми плечами и тонким ремешком на талии сидело точно по фигуре, открывая взору длинные стройные ноги в туфлях на высоком каблуке. Ришка выглядела очень женственно, как и положено девушке ее возраста.
  - Ты собираешься танцевать на этой шпильке? - хмыкнула Ариша.
  - Да. И поверь, я вполне способна это вынести, - улыбнулась ей подруга, а затем посмотрела на меня. - Сонь, а ты что скажешь?
  - Мне нравится, очень. Тебе идет это платье. Если хочешь, можешь забирать его себе, все равно оно мне на груди немного маленькое.
  - Ой, правда? Сонь, это было бы просто замечательно! - радостно взвизгнула Ришка, кидаясь ко мне с объятиями. Расцеловав бедную меня в обе щеки, он закружилась перед зеркалом.
  - Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало, - буркнула под нос Аринка. - Так, дорогая моя, я закончила распутывать это безобразие, дальше сама. Мне еще вещи надо погладить.
  - Кстати, а в чем ты пойдешь? - тут же заинтересовалась я.
  - Увидите, - загадочно улыбнулась наша подружка и, подхватив несколько пакетов, вышла из комнаты. - В зал не заходить.
  - Сонечка, а ты в чем пойдешь? - спросила меня Мариша, усаживаясь в кресло. - Я надеюсь, тебе есть в чем пойти?
  - Да, я придумала, - гордо кивнув, я подошла к шкафу и достала из его недр несколько вещей. - Я в ванную, там переоденусь и покажу тебе. Чтобы ты могла полноценно оценить мой образ.
  Закрывшись в ванной комнате, я первым делом выпрямила волосы и собрала их в гладкий и тугой пучок, закрепив его на затылке маленькими, но надежными шпильками. Затем стала 'рисовать' себе лицо - немного пудры, совсем чуть-чуть румян, темно - серые тени, тушь, бальзам для губ. Особый акцент пришелся именно на глаза, которые стали немного больше, чем обычно и как будто поменяли цвет из шоколадного в черный. Пришло время одеваться.
  Итак, брюки-галифе с боковыми карманами, черного цвета с широким ремнем на талии. Черные ботильоны со шнуровкой на толстом каблуке. Черно-белая тельняшка, просторная, очень свободная и удобная, а сверху по-мужски строгий пиджак, такого же черного цвета как и штаны. Рукава я немного закатала, на шею повесила длинный кулон с агатом на черной цепочке. Помните фильм 'Коко до Шанель'? Так вот я взяла этот образ именно оттуда, правда, заменила удобные мужские туфли на женственные ботильоны. В конце концов, я никогда не рвалась носить мужские вещи, чтобы доказать свою независимость, как это делала Коко.
  Появившись на пороге спальни, я замерла, позволив подругам полностью рассмотреть мой наряд, а сама тем временем с удивлением смотрела на Арину. Она очень редко носила юбки, поэтому я считала, что она наденет какой-нибудь брючный костюм. Однако Аринка меня удивила - на ней красовалась черная юбка-карандаш, белая рубашка с широкими рукавами и воротом, образовавшим довольно глубокое декольте. Талию плотно обтягивал песочного цвета тканевый ремень, который украшала декоративная шнуровка, а на ногах были под цвет ему туфли на каблуке, высота которого никак не уступала в высоте Маришкиным туфелькам. М-да... вот так удивила...
  - Сонь, нет, ты представляешь, и она еще мне что-то про каблуки говорила, - обвиняющим жестом ткнула в нашу подругу Ришка. - Ой... Солнце, как симпатичненько! - Мариша обошла меня кругом и даже недоверчиво пихнула в бок. - Необычно и стильно. Ты как всегда.
  - Да, ладно, ничего необычного, - отмахнулась я. - А вот Аринка удивила. Как же твоя ненависть к юбкам?
  - Даже не знаю, что на меня нашло, просто захотелось надеть юбку и хоть ты тресни. Вам нравится? Она не слишком короткая?
  - Господи, она прекрасная, - рассмеялась Маришка. - Я даже не знала, что у тебя такие красивые ножки, подружка. Зря ты их прятала.
  Арина покраснела от смущения и покачала головой: мол, говорите что хотите, но чувствую я себя очень неуверенно. Чтобы ободрить ее, я подошла к зеркалу, потянув за руки обеих подруг:
  - Видите этих трех в зеркале? Это мы. Молодые, здоровые и симпатичные. Давайте повеселимся сегодня от души, а, девочки? Иначе, зачем мы так разоделись?
  - Молодая, симпатичная и так далее, - пихнула меня Арина. - Там уже такси приехало. Может, двинем?
  - Эй, я тут ее подбадриваю, а она, оказывается, в моей поддержке даже не нуждается, - наигранно возмутилась я и, схватив небольшую сумочку на тонком длинном ремешке, двинула на выход. - Ну, пошлите. Сегодня должно быть весело, иначе я больше никуда с вами не пойду, ясно, девочки?
  Выпорхнув из подъезда и сев в заказанное такси, мы оживленно переговаривались между собой, обсуждая различные университетские мелочи. Знай я, что нас ожидает сегодня ночью - ни за что бы не согласилась на эту авантюру, мне мои нервы всегда дороже были. Но когда тетке с древним именем Судьба хочется поиграть, все остальные высшие инстанции ей активно помогают. В том числе и тот отдел, который обычно отвечает за интуицию и посылает смертным различные предчувствия.
  Здание клуба 'Элита' встретило нас мигающей неоновой вывеской и огромной толпой народа у входа. Преимущественно, это были молоденькие девочки, которые готовы были торчать здесь сутками в коротких юбочках и тоненьких курточках в надежде, что кто-нибудь из богатых посетителей клуба заметит их и проведет в 'святая святых'. Иногда подобное действительно происходило, но вот цена за сие удовольствие вряд ли была приличной.
  Мысленно поблагодарив Богдана (именно благодаря ему у меня в сумочке сейчас лежала карта клуба), я подошла в сопровождении подруг к входу. Продемонстрировав волшебный кусочек пластика и получив на руку по браслетику, мы зашли в здание и поднялись на второй этаж, где, собственно говоря, и находился танцпол. Сейчас здесь было относительно тихо, посетители сидели за столиками и, попивая коктейли, слушали на сцене, которая пела что-то в духе Мерлин Монро. Голос у певицы был не ахти, но его отсутствие компенсировался размером четвертым груди, ногами от ушей и густо накрашенными глазами на пол-лица.
  Арина окинула взглядом зал и предложила:
  - Давайте займем столик и выпьем что-нибудь? Все равно до начала еще около часа. А еще бы не отказалась перекусить. Здесь хорошая кухня?
  Я кивнула и повела девочек к угловому столику, который находился подальше от остальных и гарантировал в дальнейшем, когда веселье разгорится не на шутку, как здесь частенько бывает, относительное тишину. Однако нас постигло жесткое разочарование - столик был зарезервирован.
  - Да-а-а, жаль, конечно, но можно найти что-нибудь подобное, - протянула Мариша.
  - Нет, нельзя, - отрицательно мотнула головой я. - Такой столик здесь один, так сказать, для особых гостей. Но обычно, когда я здесь была, он был свободен. Марк с его компанией любит здесь сидеть.
  - Ладно, не повезло, ищем дальше, - махнула рукой Арина. Она потянула нас в сторону, но нас остановил приятный мужской голос:
  - Девушки, ну, куда же вы? Может, составите парням приятную компанию.
  Я обернулась и лукаво улыбнулась:
  - Так вот как ты обеспечиваешь себе приятную компанию, когда сестренки рядом нет, да?
  Марк, а это был именно он, от удивления поперхнулся:
  - Ты что здесь забыла, София?
  Меня передернуло:
  - Знаешь же, что я ненавижу, когда меня так называют и все равно продолжаешь издеваться. Мы здесь затем же, зачем и вы, ребята - приехали повеселиться.
  Брат улыбнулся и, подойдя ко мне, крепко обнял:
  - Я рад тебя видеть, сестренка. Сколько мы не виделись? Недели две?
  - Я работала, да и с учебой проблемы небольшие были, - улыбнувшись, я поцеловала брата в щеку и тут же вытерла след от бальзама. - Привет ребята, - помахала я рукой друзьям брата.
  Трое парней, таких же видных, как и мой брат, приветливо заулыбались.
  - Привет, принцесса, - ослепительно улыбнулся Святослав, лучший друг Марка с детства. - Выглядишь ослепительно. Может, познакомишь нас со своими подругами?
  - Да, конечно. Это Марина, а это Арина, - представила я девушек, поочередно указывая на каждую их них. - Девочки, это Святослав, Кирилл и Ринат.
  - Арина? - у Марка на лице мелькнуло удивление. - Выглядишь... прекрасно. Здорово.
  - Спасибо, - смутившись, буркнула девушка и тут же отвела взгляд. - Ты тоже ничего так...
  Мой брат всегда интересовался нашей Ариной, еще с первой встречи она ему чем-то понравилась. Нет, Аринка - девчонка золотая во всех отношениях, вы не подумайте, что я как-то против этой симпатии. Просто мой красавец-брат всегда интересовался девочками ярче и проще. У него все пассии были на одно лицо: высокие, стройные, частенько блондинки, все такие женственные, гламурные и пафосные. Арина же всегда была выше тряпок и косметики, одевалась преимущественно в джинсы, кеды, футболки и очень редко красилась, слушала и читала классику и занималась фотографией. Мне, кстати, безумно нравились ее работы, некоторые, между прочим, украшают стены нашей квартиры.
  Марк же классику читал только в школе, сейчас он книги не читает вообще, говорит, что их ему на работе хватает. Это он является хозяином издательства, где я выпускаю свои книги. Его музыкальные предпочтения - рок, причем, чем тяжелее, тем лучше. Он обожает всякие тусовки, образование получил только благодаря родителям, те чем-то пригрозили ему и Марк, скрипя зубами, осилил-таки дипломную работу на 'четыре'. Да, он красавец, всегда в центре внимания ,положение обязывает, все-таки, общителен, весел, интересен, но такие личности никогда не заинтересовали бы спокойную, рассудительную Арину. Вот она от него и открещивается, всячески избегает, чтобы лишний раз не чувствовать себя неловко.
  - Я никогда не видел тебя в юбке, - взметнув бровь, заметил Марк, пока я внутренне анализировала совместимость брата и своей подруги. - Зря ты их не носишь.
  - Не думаю, что мир от этого что-то потерял, Марк, но за комплимент спасибо. Думаю, мы пойдем. Ребята, приятно было познакомиться.
  - Эй, а вы вообще, что делали у нашего столика? - очнулся Марк, повернувшись ко мне.
  - Не поверишь, хотели за него сесть, - съязвила я.
  - Так садитесь. Думаю, мы поместимся. Ребят, вы не против? - те активно закивали головами и начали дружелюбно улыбаться, словно их счастье зависело от нашего согласия.
  - Не хочешь терять сестренку из поля зрения? - понимающе рассмеялась я.
  - Ну, почти, - произнес брат, между тем, покосившись на Арину. Та взгляд заметила и заметно помрачнела.
  - Ну, не знаю, - замялась я, но мне на помощь пришла Мариша.
  - Мне кажется, ничего страшного не случится, если мы к вам присоединимся. Только с мальчиками нам не мешайте знакомиться, хорошо? - Она вздрогнула и поморщилась от боли - это Арина ткнула ее в бок, сделав 'страшные' глаза.
  - Тоже самое мы скажем и вам? - хохотнул Кирилл.
  - Вы тоже планируете знакомиться с мальчиками? - подмигнула я и обратилась с Святославу: - Ты любишь блондинов или брюнетов. Парень рассмеялся и отвесил мне легкий подзатыльник:
  - Мелкая, ты не испытывай мое терпение, а то битая будешь и брат не спасет. Садитесь, а то встали на проходе и ерундой страдаем.
  Разместившись за столиком и сделав заказ, мы начали весело переговариваться, шутить и подкалывать друг друга. Даже Арина, настроение которой немного упало после Маришкиного предательства, дружелюбно общалась с Ринатом. Марк, заметив это, немного приуныл, но заметно это было только мне и Святу, как людям, не один год его знающим. Остальные же видели все такого же беззаботного, веселого и общительного человека, который приехал отдохнуть и теперь отрывался на всю катушку.
  Принесли наш заказ и я, попивая прохладный коктейль из высокого бокала, окинула взглядом клуб. Народ все прибывал и прибывал, все столики теперь были заняты, возле бара образовалась небольшая очередь. Как я поняла, тематическая вечеринка выражалась всего лишь в несколько специфических нарядах посетителей. Певичка со сцены ушла, ее место занял диджей, который крутил сейчас что-то ненавязчивое и не очень громкое.
  Пару раз к нашему столику подходили какие-то люди, которые здоровались с Марком и его друзьями, мило улыбались нам и тут же исчезали в толпе.
  Ровно в одиннадцать свет в клубе погас, теперь зал освещался только цветомузыкой и небольшими торшерами на столиках. На сцену выполз долговязый парень в щегольском костюме, что-то пробубнил про Коко Шанель, ее гениальность, независимость и шарм, а затем громко проорал:
  - А теперь давайте веселиться, ребята! Делаем эту ночь жаркой, все поняли?
  Тут же помещение заполнили ритмичные звуки, по стенам забегали разноцветные лучи, и народ, радостно что-то выкрикивая, дружненько вылез на танцпол. Я разочарованно вздохнула и покосилась на подруг:
  - Знала бы, что все так примитивно будет - осталась бы дома. Ничего интересного, только одевалась зря.
  - Да ладно, все не так плохо, - улыбнулась мне Мариша, а затем, вскочив с места, потянула меня на танцпол. - Вставай, мы идем танцевать и веселиться. Между прочим, ты сама нам про веселье говорила, помнишь? Так что пошли и не смей отговариваться. Арина, ты тоже вставай, не коси под инвалида!
  Мы с Ариной обреченно переглянулись и потащились за пышущей энергией Ришкой. Она, ворвавшись в самую гущу толпы, тут же начала танцевать. Вздохнув, мы присоединилась к ней. Вскоре, после второй песни, я почувствовала, как музыка попала мне в кровь и начала призывать делать все в духе олимпиады: выше, быстрее, сильнее и так далее. В общем, к столику мы вернулись через час, запыхавшиеся, немного уставшие, но счастливые.
  Ребята тоже не теряли времени даром. На коленях у Рината, симпатичного блондина с голубыми глазами (немного банально, но мило, согласитесь) сидела стройненькая брюнетка, осоловело хлопавшая глазами и мило краснея, когда парень что-то шептал ей на ушко. Заметив нас, она сначала испугалась и попыталась слезть с колен, но ее удержали и объяснили, что 'эти хорошие девушки - наши подруги и они не против, чтобы ты здесь присутствовала'. Брюнеточка успокоилась и продолжила пить коктейль.
  А мой брат, между тем, вовсю целовался с какой-то девицей, макияж которой мог поспорить своей вульгарностью с макияжем каких-нибудь 'ночных бабочек'. Марк, заметив нас, оторвался от этой красавицы и мило поинтересовался у Арины:
  - Ну, как музыка?
  - О, превосходная. Под нее так и хочется танцевать. А вы что, не собираетесь немного повеселиться на танцполе? - невозмутимо отозвалась подруга, внешне никак не показав своего удивления. Меня поведение брата покоробило, и я еще раз убедилась, что он Арине не пара.
  - Почему же, собираемся, блеснул улыбкой Марк. - Мы хотели пойти за вами, но встретили удовольствие поприятней, да, крошка? - брат поцеловал девушку в уголок губ и она счастливо закивала. На нас она смотрела с опаской, но рук из-под футболки Марка не убрала.
  - Не знала, что ты считаешь совращение малолеток удовольствием, - учтиво произнесла Арина, садясь на свое место и делая глоток мятного коктейля. - Ты будь осторожней, за это статью дают.
  - А с чего ты взяла, что моя крошка малолетка? - удивленно захлопал глазами Марк.
  - Девушка, сколько вам лет? - поинтересовалась Мариша у предмета спора. Та покраснела, что не смог скрыть даже толстый слой тональника и пролепетала:
  - Восемнадцать...
  Арина фыркнула и обратилась ко мне:
  - Ты ей сколько дашь?
  Я оценивающе оглядела девицу с головы до ног и вынесла свой вердикт:
  - Лет шестнадцать, не больше.
  Марк сглотнул.
  - Риш, ты что скажешь? - спросила Арина подругу.
  - Я не так оптимистично настроена, как Соня. Даю пятнадцать.
  Марк побледнел.
  - Вот и я с тобой согласна, - серьезно кивнула Арина, продолжая мило улыбаться.
  Брат схватил со стола маленький клатчик и вытряхнул все его содержимое на стол. С выражением крайнего ужаса он подцепил пальцами нечто в синей обложке и, раскрыв это нечто, заорал так громко, что сидящий рядом с ним Свят зажал уши:
  - Девятый класс? Девятый?!
  Девица побледнела, покраснела и вскочила на ноги, пытаясь удрать. Ее одеяние меня просто уничтожило: короткое серебристое платье, которое заканчивалось примерно там же, где и начиналось и черные туфли на огромном, больше, чем у Ришки, каблуке. Марк сноровисто схватил свою пассию за руку и, пошвыряв все обратно в сумочку, потянул ее к выходу. Вернулся он минут через пять, залпом допил свой коктейль и сердито посмотрел на смеющегося Свята:
  - Только не говори, что ты знал.
  - Знал, - кивнул его друг.
  - Тогда почему промолчал? - хмуро поинтересовался брат.
  - Хотел увидеть их реакцию.
  - Козел,- подытожил Марк и, упав на свой стул, сложил руки на груди.
  - Ты куда мою будущую невестку дел? - смеясь, спросила я. Меня ситуация позабавила.
  - Посадил на такси и приказал таксисту остановиться только возле ее дома. А ей сказал, что если я сегодня увижу ее в клубе, то буду разговаривать с охраной. Она прониклась.
  - Интересно, зачем она таскает с собой ученический? - весело поинтересовалась Арина. - Возвращаться домой на автобусе она явно не планировала. Марк, ну чего ты приуныл? Хочешь, мы приведем тебе девушку. Я у бара видела милую десятиклассницу.
  - Очень смешно, - едко сказал брат. - Как вы угадали насчет ее возраста? Она не катит на пятнадцать.
  - Мы умеем определять возраст даже через такую толщу косметики, - пожала плечами Арина. - Ладно, проехали, продолжаем веселиться. Марк, спасибо, рассмешил.
  - Знаешь что? - огрызнулся братишка.
  - Что?
  Я не стала слушать их перепалку и стала следить за народом в клубе, который отрывался по полной программе. На мгновение от этого безумно любопытного занятия меня отвлекла Мариша, шепнувшая на ухо, что отлучится в туалет. Я рассеянно кивнула и сделала знак официантке, чтобы она повторила мой заказ. Меня потянуло на приключения.
  
  Запись в online-дневнике пользователя Sofia:
  
  Мне страшно...
  Бывает ли у вас чувство, похожее на угольно-черную темноту, такое же холодное и пробирающее до костей, когда вы понимаете, что все, окружающее вас, усыпляет сердце? Оно замедляет свое биение, все чаще и чаще пропускает удары, перестает чувствовать и переживать. Вы медленно умираете. Сразу в груди становится пусто и одиноко, словно что-то ядовитое, отравляюще, проникло в кровь, заставляя ее стыть в жилах, превращаться в едкую ртуть.
  Сегодня я, спустя много месяцев, встретила человека, сломавшего меня, скинувшего мою душу вниз, где самозабвенно ее и растоптал. Возможно, это было к лучшему, как считают многие, но вот я с ними согласиться не могу. Никогда не смирюсь с тем, что предательство способно изменить человека в лучшую сторону. Не хочу...
  Так странно было видеть в его изумленных глазах узнавание, верите? Он словно был рад нашей встрече, не чувствуя ни неловкости, ни стыда. Это жестоко и слишком по-настоящему. Будь он проклят!
  Хочу уснуть и забыть нашу встречу как страшный сон. Хочу забыть его раз и навсегда, не зависеть от его глаз и его улыбки...как раньше... после расставания.
  Я ненавижу его. Сильно, яростно, дико ненавижу. И я боюсь этого чувства.
  Оттого мне и страшно.
   
  Глава третья
  Человеческая жизнь похожа
  на коробку спичек.
  Обращаться с ней серьезно - смешно.
  Обращаться несерьезно - опасно.
  Рюноске Акутагава
  
  Мариша ополоснула руки под теплой водой и придирчиво оглядела свое отражение в зеркале. На нее смотрела молодая, симпатичная девушка, с аккуратным макияжем и радостно блестящими глазами. Веселье удалось на славу, не смотря на то, что большая часть их женской компании первоначально была скептически настроена против отдыха в 'Элите'. Честно говоря, Арина согласилась пойти именно сюда только после того, как узнала про встречу Сони со Стасом. Марину очень удивило то, что Соня практически не сопротивлялась, по сравнению с прошлыми выходными. Это не могло не радовать - значит, подругу не так уж и ранила встреча с призраком прошлого.
  Поправив непослушную прядку, выбившуюся из прически, девушка улыбнулась своему отражению и вышла из туалетной комнаты, оказавшись в полутемном коридоре, в конце которого виднелась приоткрытая дверь, ведущая в главный зал. Но стоило только Марине шагнуть по направлению к этой двери, как ее грубо схватили за руку и резко развернули.
  - Ну, что, гулена, готова вернуться в лоно семьи?
  Это был молодой парень с коротко стриженными каштановыми волосами и озорными карими глазами. Возможно, он мог быть даже дружелюбным, но сейчас его добродушный вид портила жесткая складка, пролегавшая около губ.
  - П-п-простите? - удивленно пролепетала Марина, оглядывая парня и пытаясь понять, видела ли она его хоть раз. Сознание говорило о том, что они не встречались, а подсознание, в пику своему товарищу, пело дифирамбы красивым чертам лица незнакомца.
  - Только под дурочку не коси, хорошо? Ты себя вообще хорошо ощущаешь?
  - Извините, вы меня явно с кем-то перепутали, - уверенно произнесла девушка, отступая на шаг и пытаясь вырваться из хватки цепких пальцев. 'Ах, он такой сильный!' - возопило подсознание, посылая в мозг сигналы капитуляции. 'Идиот, хозяйка влипла!' - вякнуло сознание.
  Марине на секунду стало страшно, но она постаралась взять себя в руки. Парень тем временем немного брезгливо окинул ее взглядом и, поморщившись, пробормотал:
  - И что он только в тебе нашел? - Затем, уже громче, заявил. - Я никого и ничего никогда не путаю, девочка. Все, хватит с тобой церемониться, пойдем!
  - Да никуда я с вами не пойду! Я вас в первый раз вижу, так что немедленно отпустите меня и исчезните из моей жизни так же быстро, как в ней появились!
  - Я лучший друг твоего мужа, дура. И сейчас я меньше всего настроен знакомиться с тобой до такой степени, когда ты можешь последовать за мной куда угодно. Знаешь, у меня нет привычки отбивать у друзей их девушек и, тем более, жен. Да еще и таких непутевых, как ты.
  - Я повторяю, молодой человек, - спокойным тоном попыталась достучаться до сумасшедшего Марина, - что вы ошиблись. Я никогда не была замужем и в ближайшее время к алтарю не спешу. Так что уберите руки и займитесь поисками той, кто вам действительно нужен, не растрачивая свое драгоценное внимание на меня.
  Парень проигнорировал эту тираду и потащил Маришу к двери. Девушка упиралась изо всех сил, но явно уступала по силе своему похитителю. Когда они оказались в главном зале и молодой человек потащил ее через толпу танцующих, Мариша стала выискивать глазами кого-нибудь из своих, надеясь, что ее друзья прекратят этот абсурд и объяснят-таки парню, что он ошибся. Однако ни девчонок, ни парней девушка не увидела - со всех сторон ее окружали веселящиеся от души посетители клуба не обращающие никакого внимания на странную парочку. В очередной раз попытавшись вырваться, Марина лягнула каблуком в голень похитителя, надеясь, что это причинит ему адскую боль. Парень зашипел, сквозь стиснутые зубы матернулся, но от своего не отступил.
  Когда они спустились по лестнице на первый этаж и проходили мимо охраны, в груди Марины вновь вспыхнула надежда, что сейчас эти бравые парни заметят, что она не жаждет покидать стены клуба в компании с этим молодым человеком. Один из вышибал действительно скользнул по ним заинтересованным взглядом, но спутник Марины это заметил и непринужденно улыбнулся:
  - Моя девушка немного перепила, не обращайте внимания. Вот, едем домой, воспитываться.
  - Он врет, не слушайте его! - завопила Марина, вырываясь. - Я в первый раз его вижу и никуда не хочу с ним ехать!
  На ее талию легла властная рука, которая прижала ее к горячему мужскому телу. Голос парня стал мягче, когда он, смеясь, проговорил:
  - Малышка, ведь ты же совсем не умеешь пить. Зачем надо было так набираться?
  Вышибалы согласно закивали, а один даже заметил, что лично он бы такую непослушную 'вторую половинку' наказывал всю ночь, чтобы неповадно было. Марина покраснела, когда поняла, что этот мужчина имел ввиду и на мгновение застыла на месте. Этого мгновения хватило ее похитителю, чтобы вытолкать девушку на улицу и протащить ее несколько метров до припаркованной недалеко от клуба машины. Черный BMW был похож на притаившегося хищника, поджидающего свою жертву в укромном местечке. Под стать своему хозяину.
  'Ой, он еще и обеспеченный! - захлопало в ладоши подсознание. - А какой мужественный и решительный...'
  'Нахальный, стремный тип, который сейчас перережет где-нибудь нашей хозяйке горло и поминай как звали...' - встрял его оппонент.
  'Ничего ты не понимаешь, - надуло губы подсознание. - Именно так и начинается большая и чистая любовь!'
  'Ага, как же... Любовь к свежевырытой могилке...'
  Марина тем временем, игнорируя этот внутренний диалог, в очередной раз попыталась удрать. Ага, как же. Ее грубо схватили и запихнули в салон автомобиля. Когда же она попыталась закричать, парень закрыл ее рот ладонью и, приблизив свое лицо к испуганному лицу девушки, прошептал:
  - Если не закроешь рот - врежу так, что мало не покажется, ясно?
  В ответ Марина укусила его за ладонь. Дверь захлопнулась и тут же заблокировалась. Марина вжалась в сидение, лихорадочно соображая, чтобы предпринять. Она настороженно следила, как ее похититель нервно курит, разговаривая с кем-то по телефону, а затем, ухмыляясь, смотрит на нее через лобовое стекло. Эта улыбка девушке не понравилась.
  'Чего это он так скалится?' - подозрительно вопрошало сознание.
  'Почему сразу скалится? Ну вот почему сразу скалится, скотина? Чем он тебе не нравится, а?' - заорало подсознание, швыряя в свою противоположность гормонами.
  Дверь водителя распахнулась, и парень опустился на сидение, впустив в салон холодный воздух. Марина поежилась - она ведь была всего лишь в легком платье, все ее вещи остались в клубе. Безумец это заметил и, стянув пиджак, накинул его на открытые плечи девушки:
  - Времени возвращаться за твоими вещами нет, поэтому довольствуйся этим. А теперь поехали, нас ждет Олег.
  - Ты, наконец, поймешь, что я не знаю никакого Олега? - взвыла Марина, хватаясь за голову. - Хватит, выпусти меня!
  - Из тебя вышла бы хорошая актриса, правдоподобно играешь, девочка. Я не понимаю, что тебя в Олеге не устраивает, а? Красивый, богатый, известный, обаятельный, любит тебя до безумия. Он рассказал мне , как ты ему рога все время пытаешься наставить. Я впечатлен. У тебя богатая фантазия.
  - Что меня не устраивает? Да хотя бы то, что я не знаю никакого Олега! *цензура* ты *цензура*!
  - Попридержи язык, красавица. Кричать будешь на своего супружника, ок? Нет, это же надо было бросить ребенка на подружку, чтобы потусить в клубе?! Хороша мамаша.
  На Марину резко накатила волна равнодушия. Она поняла, что доказать этому сумасшедшему она ничего не сможет, единственная надежда на этого Олега. Он же знает, как его жена выглядит?!
  - Кстати, меня зовут Александр.
  - Марина, - привычно отозвалась девушка.
  - Я знаю. Вот мы и признались.
  Марина мысленно застонала - это ведь надо было так попасть! Искомую девушку тоже зовут Мариной!
  Александр ('Да, он настоящий победитель!' - вкрадчиво прошептало подсознание) повернул ключ зажигания и вырулил со стоянки. Огни ночного города замелькали за окнами, и Марина временно отключилась от реальности. Все равно этот придурок врубил какую-то дурацкую музыку, явно классическую, и внимательно следит за дорогой. Марина из-под ресниц осторожно наблюдала за водителем, отмечая мужественные черты лица, изгиб длинных ресниц и сильные руки, крепко держащие руль. На вид ему было лет двадцать пять-двадцать семь. 'Не будь он психом, он бы мне понравился' - подумала девушка, нервно теребя ткань пиджака, от которого исходил приятный запах туалетной воды. Мельком глянув в окно, Мариша с удивлением заметила, что их машина едет по району, в котором она живет с самого рождения. 'Тем лучше, не придется долго до дома добираться. Черт, у меня же даже на такси денег нет!'
  BMW притормозил у высокой свечки из серого кирпича, возведенной относительно не давно и считавшейся домом исключительно для богатых. Со всех сторон ее окружал просторный двор с площадкой для детей и огромными клумбами, которые сейчас были засыпаны снегом. Двор отгородился от остального мира высоким, метра два, железным забором. У калитки, переминаясь с ноги на ногу, стоял дежурный(?), который, внимательно посмотрев на номера машины, нажал на какую-то кнопку, открывавшую резные ворота. Автомобиль въехал во двор и остановился у одного из подъездов. Александр вышел из машины, открыл перед Мариной дверь и даже подал руку, помогая выйти. Его манеры явно улучшились после разговора по телефону. Наверное, муженек позаботился.
  Внутри подъезда было светло и чисто. Вдоль стен стояли кадки с различными цветами, здесь же находилась небольшая будочка консьержа, который приветливо кивнул молодым людям. Парень потянул Марину к лифту и, когда она послушно за ним вошла в кабину, нажал на кнопку девятого этажа.
  - Твое поведение резко улучшилось, - заметил Александр спокойным тоном. - Чувствуешь предстоящий разбор полетов?
  Марина только хмыкнула, и первая вышла из лифта, стоило ему только остановиться и распахнуть свои створки. На площадке была одна единственная дверь, оббитая дорогой черной кожей с золотистым номером '13'. Как символично...
  - Что стоишь? Заходи, не бойся. - Александр повернул в замке ключ и впихнул Марину в полутемный коридор. Девушка почувствовала, как все внутри нее заполняется холодным ужасом. Колени задрожали, ладони моментально вспотели, а горло сжалось, отказываясь издать хотя бы какой-нибудь звук. - Олег, принимай свое сокровище!
  - Какое сокровище? - в коридор вышел молодой человек в очках, ровесник Александра и ничуть не уступающий ему по красоте и обаятельности. - Сань, тут такое дело... Девушка, а вы кто?
  - Эй, дружище, что значит кто? Совсем с катушек съехал? Жена это твоя, Марина. - Александр недоумевающее посмотрел на друга. В этот момент в коридор вышел еще один участник спектакля - молодая симпатичная девушка, чем-то похожая на Марину, почти в таком же черном платье, разве что немного длиннее.
  - Здравствуйте, - оторопело произнесла хозяйка дома, переводя взгляд с одного участника фарса на другого. - Олег, а это кто?
  - Этот оболтус - мой лучший друг, Саша, а его спутница... - на секунду Олег замялся, а затем разразился хохотом. - Ой, я не могу...
  - Хватит ржать, - зло буркнул Саша и виновато опустил глаза.
  - Ты принял ее за Марину, да? - отсмеявшись спросил Олег. Его жена недоуменно продолжала на него смотреть, ожидая объяснений. - Понимаешь, милая, пока ты действительно была на корпоративе, я тут опять понадумал чего-то и отправил Сашу на твои поиски, пока сам с ребенком возился. Вот он и нашел. Весело, правда?
  - Очень, - с сарказмом выдала Маринина тезка. - Особенно для девушки. То-то я на ее лице радость наблюдаю. Она безумно счастлива, что из-за твоей необоснованной ревности ей испортили весь отдых. Девушка, вас как зовут?
  - Марина, - выдохнул ее похититель, вызвав тем самым новый приступ смеха у хозяина. - Господи, вы ведь мне говорили, что... А я, дурак, не верил. Умоляю, простите меня, это все этот дуралей виноват!
  Марина только устало кивнула. Теперь, когда все, наконец, выяснили, она поняла, что ей нужно только одно - оказаться подальше от этих безумцев, желательно, в собственно квартире, под теплым одеялом. А утром она проснется и окажется, что все, что произошло сегодня вечером - просто нелепый сон.
  - Вы оба - идиоты! - сердито выдала хозяйка, и, подойдя к девушке, ласково обняла ее за плечи: - Бога ради, простите их. Они явно не ведали, что творят. Пойдемте, я вас накормлю и уложу спать. Все равно, я так понимаю, у вас нет с собой никаких вещей. А завтра мы во всем разберемся и отправим вас домой. Может, вам нужно кому-нибудь позвонить? Не надо отказываться, мне приятно будет вам помочь, особенно, учитывая, что вы в эту передрягу попали из-за меня...
  Через полчаса Марина была накормлена, переодета в удобные для сна футболку и шорты и уложена в теплую постель. Перед тем как лечь спать, девушка позвонила подругам и, пообещав рассказать им все завтра, попросила не волноваться и не переживать.
  Уже засыпая, Марина услышала, как дверь в комнату приоткрылась и к ее кровати кто-то подошел. Этот кто-то заботливо поправил одеяло, откинул со лба волосы и ласково коснулся кончиками пальцев щеки. А затем ушел, плотно закрыв за собой дверь. Единственное, что осталось от ночного гостя - это неуловимый запах туалетной воды, уже знакомый Марине.
  
  - Знаешь что? - Марк выглядел злым и обиженным и сейчас больше всего походил на обиженного ребенка. Арина еле заметно улыбнулась и, издав почти неслышный смешок, спросила:
  - Что?
  - Если ты меня ревнуешь, то можно показать это каким-нибудь другим способом, ясно?
  Арина как раз в это время делала глоток 'Ниагары' и от неожиданности поперхнулась:
  - Прости, что ты сейчас сказал? Я тебя ревную? Марк, ты с какого неба подобную глупость достал?
  - А то я не видел, как ты глазки сузила, когда увидела у меня на коленях эту малолетку, - фыркнул парень и с видом победителя улыбнулся: - Хватит строить из себя Снежную Королеву, Арина, я тебя насквозь вижу.
  - Так, с меня хватит ваших разборок, - вскинула вверх руки Соня и, поднявшись со своего места, поманила остальных парней: - Хватит просиживать штаны, пойдемте танцевать.
  Ребята сочувственно посмотрели на своего друга, но, тем не менее, встали из-за стола и послушно пошли за девушкой. Арина проводила их взглядом и повернулась к брату подруги:
  - Мне, конечно, говорили, что я тебе симпатична, но я не думала, что ты полностью лишился рассудка.
  - Ты мне симпатична? - оскалился Марк. - Абсурд.
  - Значит, твоя сестра врет?
  - Моя сестра могла сделать неправильные выводы, милашка.
  - Марк, давай оставим эти дешевые прозвища для американских мелодрам.
  - Послушай меня внимательно и не говори потом, что я тебя не предупреждал - единственное, что я могу от тебя хотеть, так это секс. Возможно, не на одну ночь, это зависит от твоих умений в постели, но не больше. Оставь свои розовые мечты где-нибудь подальше от меня, ибо я просто их отравлю своим скептицизмом. Думаешь, ты мне, как ты выразилась, симпатична, из-за своего характера или чего-то в этом духе? Расслабься. Мне просто нравится твоя задница.
  Арина гневно вспыхнула:
  - Ты... ты...
  - Кто? Озабоченный бабуин? Мерзкий ловелас? Отвратный козел? Ты не сможешь ничем меня удивить, за мою жизнь меня оскорбляли и похлеще.
  - Господи, какой же ты придурок! Мне жаль, что у Сони такой брат. - Арина покачала головой и залпом допила свой коктейль. Таким озлобленным и жестким она еще никогда не видела Марка и надеялась, что больше не увидит. Желательно, вообще никогда.
  - Скажу тебе две вещи. Первое - у Сони самый замечательный, любящий и заботливый брат, который готов абсолютно на все, чтобы его сестренка была счастлива. Второе - я всегда откровенен и предпочитаю говорить правду в лицо, чтобы потом не было никаких недоразумений. Будь мне за это благодарна. И если я говорю, что хочу твое тело, то это означает, что я хочу только его и ничего больше. Твое дело решать, поехать сейчас со мной ко мне домой и провести восхитительную ночь или послать меня на все четыре стороны и продолжать строить из себя монашку, которая краснеет при слове 'член'. Я не особо расстроюсь. - Марк на мгновение замолчал, а затем добавил. - Кстати, ножки у тебя обалденные.
  Арина зло нахмурилась и отрывисто бросила:
  - На твое заявление могу сказать только одно - катись на все четыре стороны, *цензура* извращенец! - девушка вскочила на ноги и, схватив со стола сумочку, произнесла в пустоту: - Передай Соне, что я утром ей позвоню.
  Арина быстрым шагом дошла до лестницы и сбежала на первый этаж. Взяв в гардеробе свою куртку, она выскочила на улицу и направилась к дороге, где длинной вереницей стояли такси. Уже на подходе к машинам ее развернули, и она наткнулась на взгляд таких же карих глаз, как у Сони - теплые, шоколадного мягкого оттенка с черными зрачками, похожими по цвету на зерна кофе. Марк опасно и, в тоже время, ласково улыбнулся и потянул девушку в сторону стоянки:
  - Нет необходимости брать такси, когда есть люди, которые могут довезти тебя бесплатно.
  - Отпусти, - сквозь зубы процедила Арина, выкручивая запястье из теплой, даже обжигающей, ладони.
  - Прекрати строить из себя гордячку, дорогая. - Серебристый Nissan приветливо мигнул фарами, откликаясь на сигнал брелка. Марк распахнул перед Ариной дверь и жестом пригласил садиться. Девушка упрямо сжала губы и покачала головой:
  - После твоего поведения я, ни за какие посулы, не сяду в твою машину. Тем более, ты пил.
  - Не волнуйся, я не пьян. Как же я могу рисковать жизнью подружки своей любимой сестры? - Парень сладко улыбнулся и подмигнул. - Доставлю в лучшем виде куда угодно, Ваше Величество. Извольте сесть в экипаж, и в мгновение ока я домчу Вас в любую точку города.
  - Прекрати ерничать, Корнеев. Ты сегодня все сказал, так что не нужно косить под любезного джентльмена. - Арина нервно теребила застежку молнии, стараясь держать себя в руках.
  - Арина, солнышко, - приторно-сладко шепнул Марк на ухо девушке, в мгновение ока приблизившись к ней. - Если ты сейчас же не сядешь в машину, я воплощу свои грязные и пошлые фантазии насчет тебя прямо на капоте этого чертового автомобиля.
  Девушка испуганно посмотрела на парня и, сглотнув, растерянно кивнула. Почему-то ей казалось, что Корнеев на это способен. Садясь в салон дорогого авто, она пыталась убедить себя, что проиграть битву - не значит проиграть войну. Пусть сегодня он довезет ее до дома, а затем она сделает все для того, чтобы они больше не увиделись.
  Марк вел машину спокойно и уверено. Не знай Арина, что он выпил, никогда бы не посчитала его пьяным. В салоне было тихо и неуютно, каждый из них молчал, предпочитая изводить своим молчанием противника.
  Парень не выдержал первым, да и то, заговорил только тогда, когда его Nissan остановился у подъезда девушки, где она снимала квартиру на пару с еще одной студенткой ее университета.
  - Считай, что тебе очень повезло.
  - Это в чем же? - невольно заинтересовалась Арина.
  - Я рассчитывал провести ночку с какой-нибудь красавицей, но из-за тебя мне придется ехать домой. А ведь я мог потребовать от тебя компенсации.
  - Как же ты меня бесишь, - выдохнула девушка и, бросив на колени парню крупную купюру, стрелой выскочила из машины и забежала в дом. Только оказавшись в полумраке подъезда и прислонившись спиной к прохладной металлической двери, она позволила себе представить злость на красивом лице Сониного брата и рассмеялась.
  ***
  Марк смотрел на купюру, лежащую у него на коленях, как на ядовитую змею. Если эта паршивка хотела его разозлить, то у нее это получилось. Унизить? Оскорбить? Да, черт возьми! А еще она нарвалась на крупные неприятности. Да, завтра же он узнает у Сони, где работает эта гордячка и всыплет ей по первое число.
  Когда он в первый раз увидел Арину, то удивился, как эта скромно одетая, ненакрашенная, немного грубая девчонка могла оказать в компании таких утонченных девушек как его сестра и вторая ее подруга Марина. Позже он понял, что девушка обладает веселым и интересным характером, а сегодня он узнал, что она еще и красавица. Просто красота у нее немного другая. Боже, что он несет?
  Так, сестренка говорила, что Арина работает официанткой в одном из ресторанов быстрого питания. Что ж, наведаемся к ней в ее смену и объясним, что не хорошо показывать зубки тем, кто и сам имеет нехилый оскал.
  И, черт побери, у нее действительно восхитительные ножки!
  
  Станислав Торохов, двадцати трех лет от роду, известный радио-диджей, вошел в клуб 'Элита' ближе к полуночи. Уже через несколько минут он понял, что визит удался на славу - за одним из столиков он увидел ту, о которой он долгое время даже не вспоминал. София Корнеева, его бывшая девушка, сидела за одним из столиков в окружении подруг и каких-то парней. Одним из них был ее брат Марк, известный издатель и прожигатель жизни, с которым Стас частенько сталкивался на частных вечеринках.
  Лиза, его спутница на сегодня, нетерпеливо потянула Стаса к бару, но парень вырвал руку и, улыбнувшись, мягко, но настойчиво произнес:
  - Повеселись пока без меня, я присоединюсь к тебе позже.
  Девушка обиженно надула губы, но спорить не стала - уж очень ей не хотелось терять такого богатого и знаменитого кавалера. Соблазнительно покачивая бедрами, она пошла к барной стойке, изредка оборачиваясь назад и зазывно улыбаясь. Станислав проигнорировал ее флирт и задумчиво огляделся. Вокруг было много народа, поэтому затеряться до поры до времени труда не составит. Вот только как выловить девушку в одиночестве?
  Помощь подоспела, откуда ее не ждали, в лице невысокого симпатичного парня. Подошедший дружелюбно улыбнулся и похлопал Стаса по плечу:
  - Не думал, что ты сюда заглянешь. Насколько я помню, ты никогда не любил нашу 'Элиту'.
  - Рад тебя видеть, Антон, - сверкнул белозубой улыбкой Стас. - Ты как никогда вовремя.
  - Нужна помощь? - с интересом спросил парень.
  - Именно. Видишь вон ту красавицу-брюнетку за столиком?
  - Которая встала?
  - Да, именно она. Ты бы не мог ее как-нибудь выманить на первый этаж? Ее зовут Соня Корнеева.
  - Симпатичная крошка. Ого, еще и из окружения Корнеева... Стоп. Как ты сказал, ее фамилия?
  - Да, да, она его сестра. Но не поверишь, меня больше всего интересует вовсе не это, Тоха.
  Антон укоризненно покачал головой:
  - Стас, когда ты перестанешь бросаться в омут с головой? Марк с тебя шкуру спустит за сестричку.
  - С Марком я разберусь сам. Поможешь?
  - Хорошо, сейчас что-нибудь придумаю.
  Стас рассеянно кивнул и спустился на первый этаж. Там он натолкнулся на несколько своих знакомых, с которыми мило поболтал пару минут. Следующие десять минут тянулись бесконечно, но вскоре он увидел Соню, спускавшуюся по лестнице и внимательно оглядывающую коридор. Она еще не заметила его.
  Да, она очень сильно изменилась. Фигура утратила подростковую угловатость, черты лица стали мягче и женственней. В глаз появилось что-то неуловимое, возможно, нотка чувственности? Изменилась даже походка: она стала плавной, изящной. Стас с раздражением заметил взгляды мужчин, направленные на Соню и ему захотелось во весь голос заявить о своих правах на нее, а в том, что такие имелись, он не сомневался. Станислав с улыбкой смотрел на холодное равнодушие на лице девушки - ей явно было плевать на внимание противоположного пола. Соня остановилась в центре коридора и стала оглядываться, хмуря брови. Парня она до сих пор не видела, так как Стас стоял за компанией своих знакомых.
  - Крошка, ты кого-то ищешь? Возможно, меня? - к Соне подошел какой-то мужик лет тридцати, еле стоящий на ногах.
  - Нет, боюсь, не вас, - холодно откликнулась девушка, отступая от кавалера. - Вы не похожи на мою подругу. Или вас тоже зовут Марина?
  Морда ухажера налилась багровым цветом:
  - Думай, что несешь, красавица, а то можем пойти в ближайшую кабинку и я покажу тебе, какая я женщина.
  - Простите, но ваше сомнительное предложение меня не заинтересовало, - пожала плечами Соня и отвернулась. Ее взгляд скользнул по людям, за которыми стоял Стас, но парня опять не увидела. Тут у Стаса зазвонил мобильник, и он на минуту отвлекся от интересного зрелища:
  - Да, слушаю.
  - Стас, это Антон. Твоя девочка, кажется, спустилась на первый этаж. Вот только я с ней еще не разговаривал.
  - Да? Ну, все равно, спасибо. Давай, до созвона. - Отключившись, Стас бросил взгляд туда, где до этого стояла Соня и резко напрягся. Подкатывающий к ней мужик перешел все границы и, схватив девушку за руку, пытался подтянуть ее к себе поближе и поцеловать. Остальные посетители клуба не обращали на них никакого внимания, так как подобные вещи были делом привычным. Стас приблизился к парочке так, что бы Соня его не заметила:
  - Друг, отпусти мою девушку, будь так добр.
  Пьяный мужик сфокусировал свои глазки на лице парня и грубо уронил:
  - Она меня оскорбила и теперь должна искупить свою вину должным образом, так что отвали, парень.
  - И как же она тебя оскорбила?- иронично поинтересовался Стас, не отводя своего взгляда от испуганных глаз Сони. Причем испуг в них появился сразу же после появления Торохова.
  - Не вмешивайся, я в состоянии справится с этим, - облизнув губы, негромко произнесла девушка. Стас качнул головой.
  - Она меня женщиной назвала, - огрызнулся мужик, не обращая внимания на переглядывания этой парочки.
  - Тогда она тебе комплимент сделала, придурок. Сейчас ты больше всего похож на свинью, - начал терять терпение Стас. Ему очень сильно захотелось остаться с девушкой наедине, а этот пьяный боров ему мешал.
  - Че ты сказал, козел? - обиженно взревел мужик и кинулся на Станислава, но именно в этот момент подоспела охрана и увела нарушителя спокойствия. Соня попыталась удрать под шумок, но Стас успел схватить ее за локоть и утащить в угол коридора, где, как он помнил, находилась дверь, ведущая к комнатам отдыха.
  - Стас, немедленно отпусти меня! - прошипела Соня, стараясь вырваться. Девушку наверняка позабавил бы тот факт, что ее подруги сегодня побывали в подобных ситуациях.
  - Заткнись и иди за мной, - коротко приказал Стас, не обращая никакого внимания на ее сопротивление.
  Он открыл первую попавшую дверь и затолкнул в комнату Соню, с удовольствием отмечая ее испуг. Почему-то ему нравилось наблюдать за реакцией девушки на его присутствие.
  - Теперь мы можем поговорить.
  - Я не считаю необходимым с тобой разговаривать, - холодно проговорила девушка, отступая на несколько шагов от Стаса. - Немедленно выпусти меня отсюда и больше никогда не приближайся ко мне.
  Стас начал подходить к девушке, с улыбкой наблюдая за тем, как она от него пятится. В конце концов, она прижалась спиной к стене и нервно сглотнула - отступать больше было не куда.
  - София, ты меня боишься? - обманчиво ласковым тоном спросил Стас, вплотную приблизившись к девушке и заключая ее в ловушку своих рук. Прохладная стена приятно холодила ладони, и так было легче совладать с соблазном дотронуться до нежной коже на щеке Сони. - Почему?
  - Глупости, - постаралась придать себе независимый вид Соня и вжалась в стену, чтобы хоть как-то сократить расстояние между их телами. - Просто мне неприятно твое присутствие. Стас, прекрати этот цирк и выпусти меня. Мне срочно нужно найти подругу.
  - Тебе неприятно мое присутствие? - тихонько рассмеялся парень, поднимая взгляд от аппетитных форм бывшей девушки, которые не смогла скрыть даже просторная тельняшка и пиджак. - А вот мне так не кажется, милая...
  - Значит, ты действительно придурок. Что тебе от меня надо, Торохов? Три года даже не вспоминал, а тут уже вторая встреча за два дня. - Соня старалась говорить спокойно, но от Стаса не укрылась дрожь в ее голосе.
  - Самое удивительное то, что они совершенно случайны... Это наводит на определенные мысли, не правда ли? - Все же одна ладонь оторвалась от стены и скользнула по скуле девушки в нежной ласке. Почему-то рядом с этой девушкой Стасу хотелось быть именно нежным, заботливым и осторожным.
  - Убери от меня свои руки! - София ударила парня по руке и гневно посмотрела на него: - Я прошу оставить меня в покое. Мне кажется, это не сложно сделать. Стас, исчезни.
  - Почему?
  - Что почему?
  - Почему ты так сильно этого хочешь? Боишься своих желаний, красавица?
  - Да о каких желаниях может идти речь?! - выкрикнула девушка, упираясь ладонями в грудь парня и пытаясь отпихнуть его от себя. - Я ненавижу тебя, чертов ты ублюдок! Хватит надо мной издеваться!
  У нее получилось вырваться, она даже почти дошла до двери, но Стас проворно преградил ей путь и притянул к себе за талию. Девушка растерянно выдохнула.
  - Ты не уйдешь отсюда, пока я не позволю, ясно? - Стас раздраженно встряхнул свою бывшую. - Я спрашиваю: тебе ясно?!
  - Какая же ты мразь! - выплюнула Соня, продолжая вырываться. - Ты хочешь окончательно мне испортить жизнь?
  - Что значит окончательно? Да если бы ты тогда не вбила себе в голову идею чистой и светлой любви, все было бы хорошо, идиотка! - заорал на девушку Стас. Ему захотелось как можно больней задеть эту гордячку, которая возомнила о себе слишком много.
  - Да что ты знаешь о любви? - замерла Соня. - Что ты можешь о ней знать, а, Стас? Тебе всегда было плевать на других людей, лишь бы тебе было хорошо. Я была дурой, когда не замечала этого. Идея чистой и светлой любви? Да это ты шарахался от меня, как черт от ладана. Я ведь маленькая была для тебя, как сестренка. Иди дальше трахайся со своими шлюхами, а ко мне не приближайся, слышишь?
  Девушка говорила тихо, но от ее тона Стасу стало неуютно. Взгляд карих глаз, до этого теплых и сейчас оттенком больше всего похожих на расплавленное золото, сочился ядом и презрением.
  - Я всегда делаю то, что хочу. А в данный момент я хочу пару раз с тобой переспать. Большего мне не надо. И никогда не надо было.
  - Господи, как же ты похож на моего братца, - горько рассмеялась Соня. - Я не буду спать с тобой, Стас, запомни это раз и навсегда. Ты упустил свою возможность три года назад.
  - А, так вот в чем причина этой ненависти? - ехидно протянул парень. - Планировала с помощью меня распрощаться со своей девственностью, а тут я такой плохой в постели с другой девушкой? Боже, ты ничем не отличаешься от романтичных соплячек. Ни и, кому в итоге ты позволила отыметь себя в первый раз? Я его знаю?
  - А какая тебе разница? - передернула плечами София. - Тебя не касается моя жизнь.
  - А может, мы до сих пор бережем себя для того самого единственного и замечательного? Хотя вряд ли, скорее я поверю, что ад покрылся льдом. Сколько времени у тебя ушло на то, чтобы превратиться в шлюшку? Кстати, что ты там про шлюх говорила? Чтобы я продолжал с ними трахаться? Ну, что ж, твое желание - закон, София.
  Стас впился в губы девушки, ничуть не заботясь о ее чувствах. Ему хотелось унизить ее, сломить, заставить признаться в том, что не такой уж он и плохой. Станислав вновь прижал Соню к стене и продолжил целовать напористо и грубо. Девушка вырывалась, пыталась его оттолкнуть, но он завел ее руки за спину и тем самым практически лишил ее возможности двигаться.
  Внезапно он почувствовал на своих щеках влагу. Отстранившись, Стас увидел, что Соня плачет. Ее губы припухли и покраснели, а мокрые дорожки слез уродовали нежную кожу своим отчаянием. Станислав отступил от девушки и выдохнул:
  - Прости.
  Соня открыла глаза, полные слез, а затем безвольно сползла по стене и сжалась в комочек. Стас выбежал из комнаты, чувствуя себя настоящим чудовищем. В груди жгло, как будто кто-то разжег там костер. Господи, зачем он так поступил? Что за бес в него вселился, чтобы так грубо накинуться на ту, кого он раньше боготворил? Всему виной ее слова. Да, именно ее слова. Что она может знать о любви? Да он после ее ухода...
  Все, хватит. Нужно выкинуть Соню Корнееву из головы и больше никогда ее не вспоминать. Время прошлого уже давным-давно прошло, и вернуть его не возможно. Слишком сильно они изменились.
  
  Марина проснулась посреди ночи от громкого звонка мобильного. Господи, она же забыла вернуть телефон Олегу! Однако, глянув на дисплей, она тут же взяла трубку:
  - Да, Сонь, ты уже дома?
  - Марин, ты можешь приехать ко мне? - тихий всхлип заставил девушку рывком сесть на постели. Нахмурившись, она спросила:
  - Что-то серьезное случилось? Почему ты плачешь?
  - Долго рассказывать, - как-то вяло ответила подруга. - Так ты приедешь?
  - Да, сейчас. Только я ведь без денег...
  - Позвонишь мне... А, черт, ты же без телефона. Слушай, я буду ждать тебя у подъезда через полчаса.
  - Хорошо, договорились, - Марина положила трубку и быстро одевшись, выскользнула из спальни в коридор. В одной из комнат горел свет, и девушка заглянула туда - это был просторный зал. В глубоком кресле сидел Александр с ноутбуком на коленях. Он оторвал глаза от монитора и посмотрел на Марину:
  - Не спится? Хочешь, составлю тебе компанию?
  Марина качнула головой:
  - Нет, спасибо, обойдусь. На самом деле я уезжаю.
  - Куда? - удивился молодой человек. - Насколько я помню, у тебя нет ключей от квартиры. Тебе захотелось поспать на коврике под родной дверью?
  - Я еду к подруге. У нее что-то случилось, и она попросила приехать, - Мариша протянула Александру телефон Олега. - Вот, я забыла его вернуть, отдашь, хорошо? Ой, подожди, я только такси вызову.
  Парень вырвал из рук девушки телефон и нахмурил брови:
  - Если тебе так срочно нужно уехать, то позволь мне тебя отвезти. В конце концов, ты по моей вине сейчас не дома.
  - Не надо, я доберусь на такси, - отрицательно мотнула головой Марина. - Хватит с меня на сегодня общения с тобой.
  - Думаю, это не обсуждается, Марина, - хищно улыбнулся Саша, закрывая ноутбук и вставая. Он подхватил свой пиджак, который лежал на диване и протянул его Марине:
  - Держи, надень его.
  Смирившись, девушка натянула на себя уже знакомый ей пиджак и послушно последовала за парнем в прихожую. Схватив связку ключей, лежащих на столике, Александр распахнул дверь и пропустил вперед Маришу. Пока он закрывал квартиру, Марина вызвала лифт и теперь стояла внутри него, придерживая двери. Саша скользнул внутри и кивком поблагодарил девушку, нажимая на кнопку первого этажа.
  В машине было прохладно, но молодой человек сразу же включил печку и поток горячего воздуха ворвался в солон, окутывая пассажиров уютом.
  - Куда ехать? - поинтересовался Александр, поворачивая ключ в зажигании.
  Марина назвала адрес подруги и отвернулась к окну, наблюдая за ночными улицами города, усеянных россыпью огней. В машине вновь царила тишина, парень в этот раз даже музыки не включил. Уже подъехав к дому Сони, Марина сняла пиджак и протянула его Александру:
  - Спасибо, что подвез.
  - Оставь его себе, вдруг пригодится, - улыбнулся парень, а затем мягко коснулся руки девушки: - Марин, ты позволишь мне загладить свою вину перед тобой?
  - Что ты имеешь в виду?
  - Давай, сходим куда-нибудь? Поужинать, пообедать, позавтракать - не важно.
  Марина удивленно вскинула бровь:
  - Я могу отказаться? Или ты, как в этот раз, потащишь меня силой?
  - Прекрати, - поморщился Саша. - Я же извинился.
  - Мне кажется, что это был не такой поступок, за который можно извиниться и забыть, - пожала плечами девушка. - Веришь, мне не хочется продолжать наше общение.
  - Уверена? - иронично усмехнулся молодой человек.
  - Абсолютно, - отрезала Марина, вновь протягивая пиджак. - Забери, чтобы у тебя не было соблазна и повода меня искать.
  Немного растерянно он протянул руку и забрал пиджак, не отрывая глаз от лица девушки:
  - В первый раз встречаю такую девушку.
  - Какую именно?
  - Абсолютно равнодушную к моему обаянию.
  - Хочешь я расскажу тебе вариант развития событий? - внезапно для самой себя спросила Марина. Парень кивнул. - Ты заинтересовался моей неприступностью и теперь жаждешь доказать самому себе, что с твоими мужскими 'чарами' все в порядке. Поэтому ты зовешь меня на свидание, за которым, возможно, последует еще несколько. Далее начнутся отношения и, допустим, дело дойдет до секса, который, конечно же, безумно мне понравится. После одной ночи ты резко потеряешь интерес и побежишь за другой жертвой, которая точно также сморщит носик при виде тебя. А теперь скажи, есть ли мне смысл соглашаться идти с тобой куда-нибудь? Я его не вижу. Следовательно, до свидания.
  Марина открыла дверь и попыталась выйти из машины, однако была остановлена. Крепкая мужская ладонь обхватила ее запястье и девушка обернулась:
  - Я готовлю очень вкусные пирожные, - с усмешкой заявил Саша.
  - О, безусловно, это должно меня заинтересовать, - язвительно протянула Марина, но натолкнувшись на теплый взгляд своего собеседника, запнулась. - Ладно, мы можем встретиться, но это будет только одна встреча, ясно?
  - Отлично, диктуй свой номер, - улыбнулся парень, доставая из кармана телефон. Записав цифры, он протянул девушке пиджак и заявил: - Вот на нашу встречу мне его и вернешь.
  Вздохнув, Марина взяла вещь и вылетела из машины. Подойдя к двери подъезда и набрав на домофоне номер квартиры Сони, девушка обернулась. Александр махнул ей рукой, многообещающе улыбнулся и, подняв стекло, развернул машину и выехал со двора.
  'Не хватало еще во что-нибудь вляпаться' - горько подумала она, ожидая, пока подруга подойдет к домофону.
  - Да? - прозвучал из динамика немного испуганный голос Сони.
  - Это я.
  - Марина? - удивилась Корнеева.
  - Она самая.
  - Заходи.
  Нырнув в полумрак теплого подъезда, Марина вызвала лифт и, нервно постукивая ногой, задумалась. Заходя в кабину лифта, она поймала себя на мысли, что ей хочется встретиться с Александром. 'Дожилась, - сердито буркнуло сознание. - С каких это пор моя хозяйка - мозохистка? Этот человек далек от твоего идеала, да еще и хам, каких поискать. Приключений захотелось?' Странно, но Марина и сама не могла понять, чем вызван ее интерес к новому знакомому. Это не могло не пугать.
  Соня встретила подругу в дверях своей квартиры. Мариша удивилась тому, как испуганно выглядела девушка.
  - Сонь, случилось что-то серьезное? - осторожно поинтересовалась Марина, входя в теплую квартиру. - Ты как будто призрака увидела.
  - Да лучше бы призрака, чем... - девушка осеклась, с недоумением посмотрев на подругу. - Ты где уже мужской пиджак раздобыла? И, к слову, куда ты пропала из клуба? Ты по телефону ничего не объяснила...
  - Ох, не спрашивай, дорогая, - покачала головой Марина, снимая туфли и всовывая ноги в мягкие тапочки. - Такая абсурдная ситуация, что аж смешно становится. Но давай я тебе потом все в подробностях расскажу, ладно? Лучше поделись, что тебя вот так вот...
  Соня вздохнула и направилась на кухню, поманив подругу за собой. Там она поставила на плиту чайник, насыпала в кружки кофе, достала печенье... Марине показалось, что девушка специально тянет время.
  - Соня, сядь и рассказывай. Я сама заварю кофе. - Почти силой посадив подругу на стул, Мариша занялась приготовлением раннего завтрака. - И вообще, с каких это пор ты пьешь кофе? Ты же его терпеть не можешь!
  - Будем считать это лекарством, - поморщилась девушка, нервно теребя в руках край тканевой салфетки, лежащей на столе. - Я опять с ним встретилась, Марина. Он был в этом идиотском клубе и, конечно же, не смог пройти мимо! - она отшвырнула от себя салфетку и грустно посмотрела на Марину. - А еще он меня умудрился поцеловать, представляешь. Я уже промолчу о том, что он мне наговорил...
  Марина пораженно смотрела на подругу - подобного она не ожидала. Она поставила перед подругой чашку кофе и твердо произнесла:
  - А теперь рассказывай мне все, будем думать, как этого мерзавца засунуть куда-нибудь подальше и никогда не вспоминать о нем.
  Соня вздохнула и начала рассказывать, Марину внимательно ее слушала, изредка уточняя такие милые девичьему сердцу детали: 'А как он посмотрел?', 'И как он отреагировал?', 'Он так и сказал? Ты уверена, что он имел в виду именно это?'... В конце рассказа она вздохнула и одним махом допила остатки уже остывшего кофе.
  - Знаешь, что я тебе скажу, подруга... - Соня вопросительно посмотрела на девушку и та продолжила: - Этот твой Стас - редкостный козел. Знаю я такой тип парней, если они встречают свою бывшую и она ведет себя не как побитая собачка, то обязательно нужно сделать ей больно. И то, что он не видит своей вины в случившемся, только подтверждает это.
  - Что теперь делать?
  - Он действительно удрал после поцелуя?
  - Выскочил как ошпаренный.
  - Тогда можешь не бояться - вы с ним больше не встретитесь.
  Соня сделала глоток кофе, прежде чем осторожно спросить:
  - С чего ты это взяла?
  - С того, что он побоится, вдруг ты начнешь его преследовать, - пожала плечами Марина.
  - Да *цензура* он мне нужен?! - хлопнула ладонью по столу Соня. - Я его не видеть, не слышать не хочу...
  - Вот и успокойся. Забудь об этом вечере, словно его не было или он просто тебе приснился, хорошо?
  - Думаешь, это так легко? - исподлобья посмотрела на подругу Соня. - Думаешь, вот так просто вычеркнуть из памяти, как тебя целует человек, которого ты три года назад безумно любила и которого сейчас ненавидишь?
  - Вот именно - безумно. Ты не отдавала себе отчета...
  - Я прекрасно понимала, что творю, Марин, - спокойно перебила девушку Соня. - Именно поэтому мне и было так больно, черт возьми.
  На кухне повисло напряженное молчание. Марина не знала, как еще она может убедить подругу в том, что Стас больше к ней не приблизится ни на шаг. Девушка сама не понимала, почему она так считает, да и интуиции своей она не особо доверяла, но все же... А еще Марина не могла отделаться от ощущения, что что-то она в этой истории упустила...
  - Так ты мне расскажешь, куда пропала из клуба? - нарушила гнетущее молчание Соня.
  - Уверена, что хочешь это слышать?
  - Мариш, я в порядке, правда. Не надо волноваться о моем душевном равновесии, хорошо?
  Марина кивнула и поведала подруге о своем небольшом приключении. Теперь пришла Сонина очередь сидеть с открытым ртом.
  - Ничего себе, - выдохнула она, когда Марина закончила свое повествование. - Я немного не то подумала, знаешь ли...
  - О, я не сомневаюсь, - рассмеялась Марина. - Я как-то тоже подобного не ожидала.
  - Он симпатичный? - лукаво поинтересовалась Соня, вертя в руках кружку.
  - Более чем. И он такой... взрослый.
  - В смысле? - удивленно распахнула глаза подруга. - Сколь ему лет?
  Марина улыбнулась и успокоила подругу:
  - Не волнуйся, он не старик, Сонь. Ему лет двадцать пять, может двадцать семь... И он пригласил меня на свидание.
  Глаза Софии заискрились благодаря поселившимся там смешинкам:
  - И что же ты ответила, кавказская пленница ты наша?
  - Ничего я не пленница, и тем более, не кавказская. - Марина смутилась и опустила взгляд. - Я согласилась. Но только, чтобы дать ему возможность загладить свою вину, не более того.
  Соня поднялась из-за стола и, убрав посуду в раковину, прислонилась к стене, внимательно рассматривая подругу. Марина под ее взглядом смутилась еще больше и нервно передернула плечами:
  - Ну что?
  - Одна-единственная встреча, значит? - уточнила Соня.
  - Да, одна единственная, - кивнула Мариша.
  - Я тебе напомню об этом, когда ты будешь выходить за него замуж, - расхохоталась Соня и тут же увернулась от полетевшей в нее чайной ложки, которую до этого вертела в руках Марина.
  - Какая свадьба, ты с ума сошла? - панически округлив глаза, девушка повертела пальцем у виска, тем самым еще больше насмешив Соню.
  Похохотав еще минут двадцать, девушки приняли решение разойтись по комнатам и наконец выспаться. Уже засыпая, Марина поймала себя на мысли, что с нетерпением ждет встречи со своим 'похитителем'.
  
  Утро пятницы для Арины началось отвратительно - у нее под ухом завопил будильник. Еле разлепив глаза, девушка с тоской вспомнила, что ей сегодня нужно перед работой заскочить в университет. Она отдельно от девчонок посещала факультатив по испанскому языку и ей нужно было сегодня сдать огромнейший реферат на тему испанской культуры. Выползая из-под одеяла, девушка мысленно костерила себя за идиотскую идею отправиться в 'Элиту', зная, что ей на следующий день предстоит отработать восьмичасовую рабочую смену в ресторане, да еще и на учебе побывав.
  К обеду, успешно сдав реферат и заступая на свою смену, настроение девушки было уже не настолько отвратительным, однако хорошей оценки было недостаточно, чтобы заставить ее парить от счастья.
  - Ариш, ты чего такая кислая? - подошла к ней ее напарница Лика.
  - Не спрашивай, - буркнула Арина, спешно переодеваясь в свою форму: белую рубашку-корсет, черный жилет и строгие черные классические штаны. В отличие от остальных девушек, она категорически отказалась носить юбки, а так как это был ее единственный каприз на работе, то управляющий разрешил ей ходить в брюках. - Вчера было... весело. А сегодня, естественно, сонно.
  - Понятно, - рассмеялась Лика, прихорашиваясь перед зеркалом. - В клуб с подругами ходила?
  - Ну а куда же еще, - улыбнулась Арина, влезая в удобные туфли-лодочки. - Сегодня много народу?
  - Пока нет, но ведь приближается время обеда, так что ждем наплыва посетителей.
  Арина заколола волосы в пучок и схватила свой блокнот для заказов.
  - Я пойду на разведку в бар наведаюсь. Серега там?
  - Да, я его ужу видела, - кивнула напарница, подкрашивая губы. - Он о тебе спрашивал.
  Естественно, он о ней спрашивает. До сих пор не может смириться с тем, что она ему отказала в свидании и никак не реагирует на его знаки внимания. В бар идти резко перехотелось, поэтому, выйдя из служебной раздевалки, Арина направилась сразу в ресторанный зал, на ходу кивнув в знак приветствия администратору.
  Однако стоило ей выйти в зал, как она тут же пожалела о своем решении не заглядывать к ребятам из бара. В ресторан как раз заходил Марк, весь такой мужественный и уверенный в себе, с ключами от машины в одной руке и пиджаком в другой. Какого черта он здесь делает?
  Вспомнив о своем вчерашнем поступке, Арина медленно попятилась назад, но увидела удивленный взгляд администратора. Оглядевшись, она поняла, что в зале больше нет официанток, Лика может проторчать в раздевалке еще с полчаса, а остальные девушки приходят к двум. Сейчас же на часах была только половина первого. Из всего это выходило, что встретить Марка и проводить до столика должна была она.
  Тихонько выругавшись, Арина направилась к Марку, натягивая на лицо вежливую улыбку:
  - Добрый день, мы рады приветствовать вас в нашем заведении. Позвольте проводить вас к столику.
  - Здравствуй, - усмехнувшись, Марк оглядел ее с головы до ног. - Мне, пожалуйста, что-нибудь уютное.
  - Могу предложить одну из кабинок, - пожала плечами Арина.
  - Это было бы просто великолепно.
  Она пошла к кабинкам, где посетители оказывались в уединении, нарушить которое могли только официанты. Отодвинув шторку, Арина пропустила Марка внутрь и зашла следом за ним.
  - Какого черта ты здесь делаешь? - раздраженно прошипела девушка, швыряя на стол меню.
  - Обедаю, что еще можно делать в ресторане.
  - Как-то до этого я тебя здесь не наблюдала, Марк.
  - А вот именно сегодня мне захотелось сюда зайти. Ехал мимо, решил перекусить, а тут, оказывается, ты работаешь. Неожиданно.
  - Да никогда не поверю, - фыркнула Арина. - Я не понимаю, чего ты добиваешься? Захотелось унизить меня, заставив себя обслуживать? Так извини, подобный метод не сработает, я не вижу ничего унизительного в своей работе.
  Судя по взгляду парня, он прекрасно это понимал и без нее. Тогда зачем пришел? Арина молча наблюдала, как Марк, раздраженно выдохнув, схватил со столика меню и, быстро его пролистав, сделал заказ:
  - Медальоны с грибами и латте.
  Не записывая заказ, девушка вылетела из кабинки и пошла на кухню, оставлять заказ. После отнесла Марку его латте. Через двадцать минут, когда блюдо было готово - отнесла и его. В полном молчании водрузив тарелку на стол, она уже собиралась выйти из кабинки, как Марк ее окликнул:
  - Счет, пожалуйста, принеси.
   Она лишь кивнула, почему-то не оборачиваясь, и пошла выбивать счет.
  - Соня, а кто там у тебя в кабинке? - с любопытством поинтересовалась Лика, пока Арина вбивала заказ Марка в компьютер.
  - Клиент, - пожала девушка плечами.
  - Поэтому ты выходишь оттуда с таким зверским выражением лица? Настолько капризный клиент? - сочувствующе протянула напарница.
  - Очень, у меня уже сил нет его терпеть. - С этими словами Арина пошла относить счет. Положив его на стол и забрав посуду, она молча удалилась. В спину ей полетел тихий смешок.
  Она отнесла посуду на кухню и зависла там минут на двадцать, не желая сталкиваться с Марком еще раз. Только когда удивленная Лика поинтересовалась, почему она так долго торчит на кухне, Арина пошла забирать счет, надеясь, что Корнеев уже ушел. Осторожно отодвинув шторку, она заглянула в кабинку и убедилась, что парня уже нет. Взяв оставленные деньги, она зло прищурила глаза - этот придурок оставил ей чаевые в размере той суммы, что она сунула ему вчера у своего подъезда. И что-то ей подсказывало, что даже купюра та же самая. Он что, решил над ней поиздеваться? В бумеранг захотелось поиграть.
  - Корнеев, я тебе голову откручу, когда в следующий раз увижу, - тихо выругалась Арина, убирая 'чаевые в карман'. - А эту купюру засуну в... Ненавижу!
  
  Глава четвертая
  
  Все проходит, пройдет и это.
  Соломон
  
  Каждый, кто хоть раз ложился спать далеко за полночь, знает, как тяжело открыть глаза на следующее утро, особенно если ты просыпаешься не сам, а тебя нагло будят. В такие моменты телефонный звонок, пусть даже если звонит близкий тебе человек, вызывает раздражение и острое желание этого самого человека покусать.
  Мое утро началось именно с телефонного звонка.
  Сначала я подумала, что противный громкий звук мне только снится. Затем пришлое смутное ощущение того, что на сон это похоже мало. Кое-как открыв левый глаз, я сонным взглядом посмотрела на разрывающийся мобильник, который из-за вибрации назойливо ползал по прикроватной тумбочке. Ну и кто у нас такой смелый?
  Звонила Арина. Мельком глянув на время, я поморщилась: учитывая то, что я уснула ближе к шести утра, звонок в час показался мне самым настоящим издевательством.
  - Алло, - хрипло выдала я в трубку, откинувшись на подушки и прикрыв глаза.
  - Спасибо, подружка, удружила! - рявкнула девушка, да так, что у меня в ухе зазвенело.
  - Ты чего? - от удивления даже почти проснулась. В голосе подруги прозвучало неподдельное возмущение моим вопиющим поступком, о котором, впрочем, я даже не догадывалась.
  Послышалось возмущенное сопение, чуть приглушенное ругательство, а потом Арина вкрадчивым голосом спросила:
  - А ты не догадываешься?
  - Нет. Может, ты мне скажешь, что я умудрилась натворить во сне?
  - Я тебя разбудила?
  - Ну, есть немного, - зевнув, откликнулась я, лениво почесывая за ухом лежащую рядом Симону. Кошка довольно урчала и щурила глаза, всем своим видом показывая, что хозяйку свою она любит.
  - То есть про место моей работы Марку не ты сказала?
  - Не-а, - заинтересованно протянула я. - А что, он к тебе в гости заглядывал?
  - И не только, - недовольно буркнула Арина. - Мы с ним вчера немного поругались, а потом я его... обидела.
  - Обидела? Марка обидеть трудно, делись секретом, - рассмеялась я.
  - Да ничего особенного, просто я с ним, как с таксистом расплатилась. Так этот паршивец приперся ко мне на работу и оставил чаевые, - пожаловалась девушка, вызвав на моем лице улыбку.
  - В чаевых нет ничего плохого, - оповестила я подругу, с удовольствием любуясь погодой за окном - ярко светило солнце и, судя по всему, весна все же решила порадовать нас мартовским теплом.
  - Это та самая купюра, которую оставила ему я, - недовольно заявила Арина.
  Блин, а вот я здесь причем?
  - Арин, забудь и не ведись на провокацию.
  - Солнце, поговори с ним, пусть отстанет от меня, пожалуйста! Ну вот чего он ко мне прицепился? Ему других девушек мало?
  - Зная своего брата, могу посоветовать одно - переспи с ним пару раз и он исчезнет из твоей жизни. - Я повернулась на бок и обняла разомлевшую Симону. Теплый шершавый язычок тут скользнул по моей щеке.
  - Ага, делать мне больше нечего. Не дождется, - вскинулась Арина.
  - Тогда продолжай игнорировать. Он попортит тебе нервы пару недель и найдет девушку посговорчивее. Короче, разбирайся сама, я не могу тебе ничем помочь, это чудовище, как-никак, мой брат.
  - Тебе легко говорить. А мне теперь мучиться. Потянула в клуб, на свою голову. И чего мне дома не сиделось? - проныла подруга.
  - Вот именно, дорогая, вы с Мариной сами виноваты. Да еще и на мою голову бед накликали, - поморщилась я. Поняв, что поспать уже не удастся, я поднялась с постели, натянула халат и, засунув в ухо Bluetooth-гарнитуру, принялась заправлять кровать, по пути включив стоящий на столе ноутбук.
  - А что у Марины случилось? - насторожилась Арина. - И какие-то у тебя беды?
  В течении следующих пяти минут, я ввела в курс дела Арину, рассказав ей и про Маринкиного 'похитителя', и про свою встречу со Стасом. Когда я закончила, Арина еще несколько мгновений помолчала, а затем начала так возмущаться... Досталось всем : Стасу, мне, Марине, Марку... Особенно последнему. Видите ли, если бы он не вывел мою подругу, она бы не рвалась тобой и тогда сама бы лично надрала уши моему бывшему и уберегла Маришку от согласия на свидание:
  - Она дура соглашаться, да? А вдруг он извращенец?!
  - Ариш, успокойся, человек просто ошибся, - попыталась я хоть немного утихомирить подругу.
  - Я с ней еще поговорю, - пригрозила Арина, а потом сдавленно произнесла: - Все, управляющий идет, я вечером к тебе заскочу.
  Она отсоединилась и я облегченно вздохнула - порой Аришка бывает очень не сдержанной и получать ни за что мне не хотелось.
  Подхватив на руки Симону, я направилась на кухню, готовить завтрак. Марина еще спала, поэтому я старалась не шуметь. Достала из холодильника баночку клубничного варения, поджарила хлеб, сварила себе какао. Которое тут же было выпито прибежавшей на вкусные запахи Маришкой. Вот тебе и не разбудила...
  - Доброе утро, - кивнула мне подруга, усаживаясь за стол. - Делись завтраком.
  Улыбнувшись, я положила ей большую порцию пропитанного клубничным сиропом поджаренного хлеба и налила еще какао:
  - Как спалось?
  - Ой, превосходно, - радостно блеснула глазами подружка. - Слушай, а когда твои приезжают?
  - В воскресение, вечером, а что?
  - Да я тут подумала... Может, устроим небольшой девичник? С пиццей, просмотром романтической чуши и боем подушками? Полагаю, Аринка не будет против.
  О, да, наша Ариша точно будет за. Промоет мозги Марине, пожурит меня за неосторожность и придумает план мести Стасу. Поругается на Марка, а затем потащит куда-нибудь танцевать.
  - Предлагай ей сама, я не против. Так, дорогая, - я отодвинула в сторону тарелку и лукаво улыбнулась: - Посуда на тебе, а я пойду чуток поработаю над книгой.
  Я вернулась к себе в спальню и перетащила ноутбук на кровать. Пожалуй, полазаю по просторам Интернета с полчасика, а том можно и за работу приняться...
  Мигнуло окошко аськи: '1 новое сообщение'.
  Болтун: привет, моя хорошая :*** ты где вчера пропадала?
  Я улыбнулась и, открыв окно диалогов, быстро напечатала:
  Сонька: привет, Болтунишка. как ты? Я вчера с подругами в клуб ходила, они меня пытались в чувство привести после одного неприятного случая.
  Болтун: после какого??? тебя кто-то обидел? у меня все хорошо, правда, настроение немного ниже нормы, ну да с кем не бывает)))
  Сонька: не, меня никто не обидел... почти. забудь, ладно? ничего страшного, просто столкнулась с призраками прошлого.
  Болтун: призраки - это плохо((( но если что, учти, что я самый лучший охотник за приведениями)))
  Сонька: хорошо, я буду знать =) а ты чем вчера занимался?
  Болтун: я тоже вчера в клуб ходил, в 'Элиту'. но не особо восхитился, заперся в комнате отдыха и ждал тебя в аське, а ты не пришла(((
  Я удивленно уставилась на экран ноутбука, где мигало новое сообщение. В 'Элите'? Болтун был в 'Элите'?! Ну ни фига себе совпадение, это мы с ним могли там увидеться, стоило мне только зайти в сеть с телефона? Стало немного обидно из-за собственной невезучести.
  Болтун: эй, ты еще тут?
  Тряхнув головой, я быстро напечатала:
  Сонька: ты был в 'Элите'?! О_о но я тоже там была!
  Внезапно зеленый цветочек контакта, подписанного как Болтун, мигнул и тут же из зеленого превратился в красный.
  Я раздраженно поморщилась и вышла из сети. Итак, мой знакомый незнакомец вчера был там же, где и я, но каким-то образом мы с ним так и не смогли списаться, чтобы увидеться. Стоп, а я этого разве хочу? Болтун уже несколько раз намекал на встречу, но я каждый раз находила отговорки, стараясь при этом не обидеть друга. А ведь именно как к другу, я и относилась к этому парню. Я ведь уже давно не интересуюсь романтикой, слишком плачевным оказался первый опыт, черт возьми.
  Прикрыв глаза, я усмехнулась: Стас умудрился даже вчера все испортить. Вместо того, чтобы встретиться с Болтуном, я потратила это время на выяснение отношений с Тороховым, черт бы его побрал! Внезапно я напряглась и открыла глаза, подумав об одной вещи - что, если моим другом по переписке оказался бывший парень? И сейчас он понял, с кем переписывается и удрал?
  Сердце пропустило удар, и я рывком села на постели. Нет, этого просто не может быть, я бы узнала его манеру общения, ведь, несмотря на то, что прошло уже три года, я помню о Стасе все: и его привычки, и его коронные фразочки, жесты, улыбки. Помню о его любимых фильмах и актерах, могу перечислить книги, которые он периодически перечитывает, потому что искренне ими восхищается. С Болтуном мы обсуждали все и вся, и ни разу не было совпадения во вкусах со Стасом.
  Есть один выход узнать - зайти в сеть и напрямую спросить его. Да, прямо сейчас напишу, а когда парень вернется, ему придется ответить на мой вопрос. Господи, лишь бы это был не он, пожалуйста...
  Однако, писать мне никому не пришлось. Стоило только появиться в сети, как мне тут же пришло сообщение от Болтуна:
  Болтун: прости, с интернетом проблемы были, пока восстановил соединение, ты уже ушла((( можешь прислать последнее сообщение, а то оно мне не успело прийти?
  Сонька: я уже совсем другое подумала, если честно. я писала, что тоже вчера была в 'Элите'.
  Болтун: да ладно? О_о и мы с тобой не встретились? Блиииин, обидно =( дорогая, мы должны исправить сию несправедливость и обязательно встретиться. что скажешь?
  Я задумалась, уставившись в монитор немигающим взглядом. Это, конечно, весьма заманчиво - встретиться с человеком, которого ни разу не видела, но который знает о тебе практически все, за исключением некоторых моментов... Однако, он относится ко мне уже ни как к подруге, это очень сильно заметно, а вот я...
  Сонька: я подумаю. солнц, мне надо идти, позже спишемся. ок?
  Болтун: ну думай =( хорошо, буду ждать тебя :*
  Я закрыла ноутбук и вернулась на кухню. Там Марина как раз домывала посуду под зажигательную песенку на музыкальном канале - телевизор разрывался голосом известной поп-дивы. Увидев меня, подруга улыбнулась и отсалютовала мокрой губкой:
  - Чего такая хмурая, Сонь?
  - Нет, все в порядке, не обращай внимания, - отмахнулась я. Сначала мне самой во всем нужно разобраться, а затем уже втягивать во все это своих подруг. - Мариш, мне нужно поехать в сервис, машину забрать, а потом в издательство к брату заехать. Ты со мной или здесь подождешь?
  - Ой, даже не знаю, - на секунду оторвалась Марина от мытья посуды. - Я звонила Арише, она заканчивает в семь сегодня, обещала приехать сразу же после смены. Давай, я что-нибудь приготовлю, пока ты с дела будешь разбираться?
  - Только дом не спали, - рассмеялась я, зная, что Марина особым кулинарным умением не отличалась. Подруга заверила меня, что я могу не волноваться по этому поводу и я пошла одеваться. На часах было уже два, мастер ждал меня к трем, поэту мне пришлось поторопиться.
  Уже в дверях, застегивая теплый кардиган, я вспомнила, что обещала Богдану прислать почтой нужный ему отчет. Пришлось возвращаться в спальню, вновь включать ноутбук и подсоединятся к интернету. Телефон пискнул, сообщением давая понять, что у подъезда меня уже ждет такси.
  - Мариш, я ушла, буду через пару часов, - крикнула я подруге. - Если что - звони.
  В сервисе я с удовольствие оглядела свою выздоровевшую малышку и с удовольствием расплатилась с мастерами, пригрозив, что если они что-то не так сделали, я буду очень сильно ругаться. Парни, весело улыбаясь, заверили меня, что они сделали все по высшему классу.
  Мазду 6, темно-вишневого, густого оттенка, мне подарил Богдан на совершеннолетие. В своей машине я души не чаяла, всегда ездила аккуратно и ухаживала за своим автомобилем. Кстати, о Богдане. Когда я выкатила из сервиса, наслаждаясь приятной гладкостью руля под пальцами, мне позвонил дядя. Привычно нацепив гарнитуру, я нажала на прием:
  - Я тебя слушаю, Богдаш.
  - Привет, как вчера повеселилась? - жизнерадостно поинтересовался дядя.
  - Бывало и получше, - вяло ответила я, останавливаясь на светофоре. - Я вчера опять умудрилась столкнуться со Стасом, так что отдых получился так себе.
  - Что он хотел?
  - Подробностей моей личной жизни, - усмехнувшись, я нажала на газ и снова покатила по улицам города. - Я сейчас еду к Марку, тебе от него что-нибудь нужно?
  - Я как раз насчет Марка и звоню. Он сейчас ко мне едет, так что ваша встреча откладывается до воскресения, моя золотая. Он просил передать, что в воскресение ты должна сдать ему книгу. У тебя ведь все готово?
  - Да, почти. Осталось подправить пару моментов и все, - я свернула на обочину и припарковалась. - Говоришь, встреча откладывается? Отлично, я как раз сегодня девичник устраиваю, время мне пригодится.
  - Может, мы с Марком присоединимся? - лукаво усмехнулся дядя.
  - Не думаю, что тебе будет весело. Если Марк сможет поиграть на нервах у Арины, то тебе там заняться будет абсолютно нечем.
  - Ну и ладно, - рассмеялся Богдан. - В понедельник жду на работу, желательно со здоровой головой.
  С этими словами он отсоединился и я потянулась к ключу зажигания, но тут на глаза попалось нечто, что заставило меня остановится, оторопело уставившись в окно. Знакомая вывеска манила, словно уговаривая меня зайти. Я остановила машину прямо у кафе, в котором недавно обедала вместе с подругами и где хозяйкой является странная женщина, умеющая предсказывать по напиткам.
  Вытащив ключи, я вышла из машины, попутно поставив ее на сигнализацию. Стеклянные двери кафе были закрыты, но табличка 'Открыто' приветливо качалась на стекле, приглашая прохожих войти внутрь.
  Я толкнула дверь и тут же оказалась в приятном полумраке помещения. Играла тихая музыка, кажется, это был Клод Дебюсси, небольшие торшеры на столах отбрасывали мягкие тени, делая обстановку еще более загадочной и таинственной. Посетителей было немного, человек семь от силы, хозяйка заведения лично обслуживала столики, приветливо всем улыбаясь. Увидев меня, она кивнула в сторону свободного столика в углу, знаком дав понять, что сейчас подойдет.
  - Иди садись, я присоединюсь чуть позже, - негромко произнесла она, проплывая мимо меня. Сегодня на ней был обычный деловой костюм-двойка, волосы заколоты в строгий пучок. Ни цветного платка, ни обилия бус, обычная деловая женщина. Такая Агнесса нравилась мне больше.
  Уже садясь за столик, я запоздало вспомнила, что обещала никогда сюда не приходить.
  Мне тут же захотелось встать и уйти, но банальное любопытство не позволило поддаться этому чувству и я осталась сидеть, гипнотизируя взглядом симпатичный торшер с причудливой вязью на ножке. Я хотела спросить Агнессу о многом, но больше всего мне хотелось узнать, откуда она взяла свое пророчество для меня с девчонками. Я никогда не верила в магию и теперь пыталась найти какое-то рациональное объяснения того, как этой женщине удалось предугадать события, которые произошли накануне.
  - Ты загрустила? - жизнерадостные нотки в голосе хозяйки кафе заставили меня улыбнуться - почему-то от них сразу стало как-то тепло и уютно.
  - Нет, просто задумалась. Здравствуйте.
  Женщина поставила передо мной кружку с чаем и тарелку с кусочком пирога и села напротив меня, внимательно при этом разглядывая мое лицо, словно желая прочесть на нем то, что в действительности меня беспокоит.
  - Когда задумываются, на лице не появляется такого выражения, уж поверь мне.
  - Вы так хорошо разбираетесь в людях? - вскинула бровь я, скептически покачав головой. - Простите, но на знатока человеческих душ вы не похожи.
  - И слава Богу, скажу я тебе. Никогда не стремилась походить на этих вредных личностей в белых халатах. - Она жестом позвала к себе зашедшего в зал официанта и попросила принести себе чашечку кофе. - Ты так аппетитно облизываешься на мое угощение, что я тоже решила себя побаловать. Нравятся наши напитки?
  - Безумно, - нахмурившись и не скрывая своего раздражения, ответила я. - А от сопровождающих их комментариев в вашем исполнении просто в восторге, чего греха таить...
  Агнесса улыбнулась и достала неизвестно откуда пачку сигарет и зажигалку.
  - Не против, если я закурю?
  - Нет, курите на здоровье, - махнула рукой я. В конце концов, Марина часто курить в моем присутствии, так что к табачному дыму я уже привыкла.
  - На здоровье? Симпатичное пожелание, - негромко рассмеялась женщина, щелкая зажигалкой и делая небольшую затяжку. - Уже двадцать лет курю, никак не могу бросить. Муж ругается, но пока терпит. Ладно, давай не будем ходить вокруг да около, рассказывай, зачем пришла.
  Я сделала глоток ароматного ягодного чая, от наслаждения прикрыв глаза. напиток действительно был замечательным - в меру сладким, с запахом земляники, с терпкими нотами. Затем посмотрела на Агнессу и осторожно спросила:
  - То предсказание... Ну, которое вы сделали мне и двум моим подругам... - замявшись, я отвела взгляд, не зная, как поточнее сформулировать вопрос.
  - Хочешь узнать, настоящее ли оно? - понимающе усмехнулась хозяйка кофе. Приняв от подошедшего официанта чашку, она жестом отправила его обратно и вновь повернулась ко мне: - тебе правду или как?
  - Правду, конечно же, - сердито буркнула я, осторожно пробуя пирог.
  - Не бойся, не отравлен, - развеселилась моя собеседница, а после добавила: - Если правда, то нет.
  Я поперхнулась крошкой и сделала глоток чая. Агнесса подождала пока я приду в чувство и продолжила:
  - Подобные 'предсказания' - фишка моего заведения, дорогая. Из-за него люди приходят сюда. Им хочется услышать что-то хорошее, обнадеживающие и я исполняю их желание. Вижу твой осуждающий взгляд. Считаешь, что я поступаю не честно? Хочешь назвать меня шарлатанкой? Что ж, говори все, что посчитаешь нужным - я не обижусь.
  - Но...
  - Подожди, - остановила она меня, не дав даже слова сказать. - Представь, что у человека жизненные трудности. Он знает, что эти проблемы нешуточные и сидит, сложив руки, ожидая конечного результата. А потом попадает сюда и узнает о приятном приключении, интересной встрече и тому подобное... Как считаешь, он чувствует себя хотя бы немного лучше? И ведь действительно, он выходит на улицу и происходит что-то такое, что можно приписать к моему 'пророчеству'. До визита сюда он бы даже внимания не обратил на этот случай, а тут останавливается, задумывается. Соня, не всегда, конечно, но я помогаю людям взбодриться, осознать красочность и интересность своей жизни.
  - Откуда вы знаете мое имя? - удивилась я. Услышанное никак не хотело укладываться в моей голове.
  - Помню с прошлой встречи. Твои подруги называли тебя так. Или я ошиблась?
  - Нет, все правильно. Но как объяснить то, что все сказанное вами накануне исполнилось?
  - Судьба, - пожала плечами Агнесса, туша в изящной пепельнице свою сигарету. - Ты веришь в судьбу?
  Этот вопрос невольно напомнил мне о недавнем моем разговоре с Болтуном. Тогда я так же спросила его - верит ли он в судьбу. Самое странное, что я до сих пор не могла определиться со своим ответом.
  Что такое судьба? Стечение обстоятельств? Некоторые действия человека, совершенные им ранее и приведшие к определенному итогу? Вмешательство высших сил? Я не знала, как я могу охарактеризовать для себя это понятие и поэтому не могла ответить на этот вопрос. Мне оставалось только пожать плечами.
  - Современное поколение совсем перестало верить в чудеса, - грустно вздохнула Агнесса. - А ведь судьба - это ежедневное чудо. Интересные сюрпризы, которые она преподносит нам, делают жизнь яркой, живой.
  - Но не все ее сюрпризы таковы, Агнесса, - немного грустно сказала я, комкая в руках салфетку.
  - Я не спорю. Но абсолютно все учат нас важным вещам, дают необходимый опыт. Знаешь поговорку: 'Все что не убивает, делает нас сильнее'. - Она помолчала немного, а затем осторожно коснулась моих рук. - Что у тебя произошло, Соня?
  - Думаю, вам не интересны мои проблемы, - я встала из-за стола и стала надевать пальто.
  - Ты всегда можешь прийти сюда и поделиться своими проблемами. Я люблю помогать людям, девочка, поэтому тебе не стоит стесняться.
  На секунду замерев, я внимательно посмотрела на женщину, взвешивая в уме, стоит ли делиться с ней своими неприятностями. Она выдержала мой взгляд с легкой улыбкой на губах, всем своим видом излучая откровенность и желание поддержать. Вздохнув, я сняла пальто и вновь села за столик, уставившись куда-то в пол.
  Тяжело рассказывать чужому человеку то, что долгое время хранится у тебя на сердце, но еще тяжелее держать это в себе.
  В последний раз взглянув на Агнессу, я сделала глубокий вдох и начала:
  - Несколько дней назад я встретила человека, которого предпочла бы не видеть до конца своей жизни. Сразу же после вашего предсказания, Агнесса.
  - Ты любишь его? - внимательно посмотрела она на меня и я поняла, что солги я ей сейчас, она бы сразу это поняла. Поэтому, прежде чем ответить, я задумалась, но после покачала головой:
  - Нет. Я любила его три года назад, но он предал меня. Я застала его с другой девушкой, а после... Он сказал, что всегда видел во мне скорее младшую сестренку, чем девушку; заявил, что не жалеет о своем поступке, что я сама виновата... Я тогда ушла и больше не видела его, а потом эта встреча на вечере... И в клубе... Я ненавижу его, Агнесса. Всей душой ненавижу. И я очень боюсь этого чувства, мне страшно осознавать, что оно растет во мне, стоит только вспомнить о нем.
  Агнесса закурила вновь и откинулась на спинку стула, не сводя с меня глаз. Я нервно покусала губу, а затем усмехнулась:
  - Он поцеловал меня. Дважды. Первый раз на вечере, он тогда был в маске и я была отнюдь не против, хотелось проучить этого нахала. Я не знала, что это Стас, а когда он снял маску... - я прикрыла глаза, вспоминая тот страх, что тут же ударил меня прямо в спину. Неожиданно. Больно. Безумно горько и тоскливо. - А второй раз был вчера, в клубе. Я заплакала и он убежал, извинившись на прощание. Словно мне от этого должно стать легче, черт возьми. Агнесса, я никогда не испытывала такого отвращения к человеку, даже испугалась.
  - Ненависть - опасная спутница, Соня, - выдохнув тонкую струю дыма, произнесла Агнесса. Она печально улыбнулась, прежде чем продолжить: - Не проще ли отпустить человека и прекратить сжигать свою душу? Это ведь самое ценное, что у тебя есть, девочка моя.
  - Душа? Сейчас я с вами полностью согласна, но раньше я думала, что самое ценное для меня - любовь. Я поступила неоригинально, влюбившись на всю жизнь всего за три месяца.
  - Соня, подожди... А разве у любви есть срок? Разве можно определить, за какое время можно полюбить человека? София, это чувство не поддается никаким принципам и законам, поэтому винить себя в чем-то... Глупо, правда.
  - Знаете, в чем я действительно себя виню? - скривив губы в горькой усмешке, медленно произнесла я. - В том, что не смогла его удержать. Глупая, наивная влюбленная дурочка.
  - Да, ты глупая, раз винишь себя. Я частенько слышу от женщин, что в том, что их мужчины прыгнули в чужую постель, они виноваты. Но это ошибка, Сонь. Здесь два варианта - либо он тебя не любил, а в этом ты точно не можешь себя обвинять, насильно мил не будешь, как говорится... Либо были такие обстоятельства. Ты разговаривала с ним после того случая?
  - Нет, - покачала головой я. - Мне было больно слышать о нем, вспоминать, что уж говорить о разговоре. Да и зачем? Он сам сказал, что я для него маленькая девочка... - Неожиданно на меня нахлынуло раздражение, и я зло бросила: - А я до сих пор никого к себе не подпускаю, слишком страшно мне становится при мысли о том, что мне снова сделают больно.
  Агнесса грустно улыбнулась, ласково коснувшись моей руки:
  - Это пройдет, если ты захочешь. Нужно просто найти в себе силы простить Стаса. Это трудно, не спорю, но поверь старой тетке, умудренной опытом - сразу же станет легче. Больше ничего не будет лежать на твоей душе тяжким грузом, и ты сможешь вдохнуть полной грудью.
  Мобильник в моей сумке внезапно ожил и я тут же бросилась его искать. Звонила Мариша:
  - Сонь, ты где пропала? Арина уже скоро приедет, ужин готов, а тебя все нет.
  - Я скоро буду, Риш, уже выезжаю.
  - Откуда? - тут же заинтересовалась подружка, но я только рассмеялась в ответ и пообещала прибыть домой как можно скорее. - Ладно, лягушка-путешественница, жду тебя.
  Я убрала телефон в сумочку и извиняющее посмотрела на Агнессу. Женщина улыбнулась:
  - Уже бежать надо?
  - Да, вы простите, но подруга ждет.
  - Конечно, о чем разговор, София. - Хозяйка кафе вместе со мной поднялась из-за столика и пошла провожать меня до двери. - Помни, пожалуйста, что сюда ты в любой момент можешь прийти за помощью и поддержкой.
  Я благодарно улыбнулась ей и тепло распрощалась. Уже сидя в машине и выезжая на дорогу, поймала себя на мысли, что мое мнение об этой женщине кардинально изменилось. Все-таки не зря говорят, что не всегда первое впечатление о человеке - верное.
  А еще меня удивила одна мысль - несмотря на то, что мне всегда было тяжело вспоминать о Стасе, сейчас я чувствовала себя легко, словно и не было никакого груза на душе. Выговорившись, я словно выплеснула весь негатив, очистилась, в конце концов. От этого настроение еще больше поднялось и я включила любимый диск с музыкой, сделав звук погромче. Знакомые мелодии наполнили салон и я стала весело подпевать, зная почти что каждую песню наизусть.
  Загорелся красный свет светофора, и я остановилась на пешеходном переходе, с улыбкой посматривая на спешащих людей.
  А потом я увидела его, и радостная улыбка сползла с моего лица.
  Стас стоял примерно в тридцати метрах от меня, у машины в компании какой-то девушки. Он лениво вертел ключи в руках и непринужденно разговаривал со своей спутницей. Меня он, естественно, не заметил, и слава Богу, как говорится. Я нетерпеливо посмотрела на светофор и увидев зеленый свет, облегченно нажала на газ. Тут же какая-то женщина решила перебежать дорогу и стремительно метнулась прямо мне под колеса. Я испуганно вскрикнула и, дернувшись, остановила машину. Визг тормозов больно резанул уши, а я круглыми от пережитого страха глазами смотрела на женщину.
  - Бесстыдница! Понакупают права, а честным людям потом дорогу страшно переходить.
  Я сглотнула и тут же с визгом подскочила на сидении - в мое стекло кто-то постучался.
  Почему я не удивлена взгляду синих глаз?
  - Если ты думаешь, что я буду с тобой разговаривать... - повернув ключ в зажигании, я застонала - машина отказывалась заводиться.
  Тут же дверь открылась и Стас ухмыльнулся:
  - Собиралась сбежать с места преступления?
  - Она жива - здорова и уже ушла неизвестно куда, так что имею полное право, - раздраженно нахмурилась я, тщетно пытаясь завести свою малышку. Под капотом что-то недовольно урчало и я вспоминала техников из сервиса самыми недобрыми словами.
  - Давай, посмотрю, что у тебя там, - пожав плечами, Стас обошел спереди мою машину и и заглянул под капот.
  Сзади меня уже образовалась небольшая пробка. Включив аварийку, я выползла из салона и подошла к парню, заглядывая через плечо.
  - Ну, что там?
  - В ремонте машин хорошо разбираешься? - деловито поинтересовался Стас, возясь с каким-то клапаном.
  - Не особо, - опасливо откликнулась я. - Черт, да она только из сервиса!
  - Значит, звони в сервис, пусть приезжают и забирают машинку обратно. Я бы сделал все сам, но у меня нет нужной детали. Не со своей же снимать, - он мотнул головой в сторону машину, у которой до этого стоял. Кстати, а где та девушка? Ждет его в машине?
  - Ладно, езжай уже, я сама разберусь дальше, - я вернулась к машине и порылась в сумке в поисках мобильника. Потом вспомнила, что кинула его на заднее сидение и, взяв телефон, набрал номер сервиса.
  - Сервис слушает, - раздался приятный мужской голос.
  - Добрый вечер, - хмуро отозвалась я. - Синюю Мазду помните?
  - Да, что-то случилось? - заинтересовался мой собеседник.
  - Она опять сломалась.
  - Этого просто не может быть, - рассмеялся мужчина. - Может, вы неправильно вставили ключ зажигания.
  - Молодой человек, если я девушка - это не значит, что я не умею водить машину. Она действительно сломалась!
  - Минуточку.
   Я нетерпеливо забарабанила пальцами по приборной доске, считая про себя проезжающие машины. На двадцать третьей в трубке снова послышался голос:
  - Вы уверены, что все сделали правильно? Я только что говорил с мастерами, они утверждают, что с машиной все в порядке.
  - Я вам уже сказала - машина сломана. Она не заводится, - я начала терять терпение. Слева послышался шум, и моя дверь вновь открылась. Стас смотрел прямо на меня, иронично изогнув бровь:
  - Что-то не так?
  Я отмахнулась от него, слушая какой-то технический бред с огромным перечислением каких-то чисел, названий компаний и так далее. Стас не вытерпел и вырвал у меня из рук телефон, не обращая на возмущенный вопль.
  - Алло? - сухо произнес он в трубку, внимательно при этом глядя на меня. Я облизнула губы - от взгляда темно-синих глаз мне стало неловко и я испытала острую потребность спрятаться где-нибудь на другом конце света. Парень изогнул губы в понимающей улыбке и отвернулся.
  У него разговор с сотрудником сервиса занял полторы минуты. По истечению этого времени он вернул мне телефон:
  - Они подъедут минут через пятнадцать. Я так понял, что им недалеко.
  Я кивнула, глядя куда-то мимо него. Почему он до сих пор не ушел? Стас облокотился на дверь и, положив голову на руки, опять начал что-то мне говорить, но я не поняла ни одного слова. Мысли сейчас путешествовали где-то в другом месте, пытаясь проанализировать поведение парня, поэтому я только кивала как болванчик после каждой фразы парня. В итоге он щелкнул пальцами прямо перед моим лицом, заставив меня вздрогнуть и посмотреть на него:
  - Ты слышала, что я только что говорил? - внимательно разглядывая меня, поинтересовался он, пальцем приподнимая мой подбородок. Я еле сдержалась, чтобы не шарахнуться от него, как от прокаженного, просто отодвинулась чуть в сторону, всем своим видом показывая, что я категорически против подобного контакта. Торохов усмехнулся и покачал головой: - Мне следует извиниться за тот инцидент в клубе. Я не должен был так поступать, София.
  - Ты уже извинился, - небрежно уронила я, переплетая пальцы.
  - Думаю, ты не удовлетворилась простым 'Прости', поэтому повторяю свои извинения в развернутой форме.
  - Хорошо, мы замяли это. Теперь ты уйдешь?
  Синие глаза блеснули, потемнев еще сильнее от удивления:
  - Ты хочешь, чтобы я ушел?
  Он придурок или только притворяется? Я вздохнула, почти обреченно, и перестала на него реагировать, отвернувшись в другую сторону и уткнувшись в телефон. Водительская дверь до сих пор оставалась открытой и на меня ощутимо дуло - март, как-никак, был холодным. Наконец, я услышала как хлопнула дверь и довольно улыбнулась: ушел.
  Однако, когда подъехала машина с сотрудником сервиса и я вышла из машины, Стас тут же появился на горизонте. Он первый подошел к мастерам и начал что-то им объяснять. Я остановилась чуть в сторону, едва только заслышав малознакомые слова, которые складывались в поистине непонятные фразы. Через несколько минут ко мне подошел один из парней, чтобы взять ключи:
  - Не волнуйтесь, мы разберемся в причине поломки. Виновные будут наказаны, так что не волнуйтесь.
  Я лишь молча кивнула и, передав ключи, забрала свои вещи. Полезла в карман за мобильником, чтобы вызвать такси, но меня схватили крепко за руку и потащили в сторону темного автомобиля.
  - Стас, немедленно отпусти меня, слышишь? - громко возмутившись, я уперлась каблуками в тротуар, но это помогло мало - парень лишь раздраженно вздохнул и, остановившись, повернулся ко мне:
  - Послушай меня, уважаемая София. Я не собираюсь тебя насиловать, обижать, бить и брать в плен. Я просто везу тебя домой. Все. Причин для паники я не вижу, поэтому успокойся и позволь мне тебя подвезти.
  - Я никуда с тобой не поеду, Торохов!
  - Я рад, что ты ее не забыла, - улыбнулся Стас. От удивления я даже передумала на него орать.
  - Кого ее? - уставилась я на парня.
  - Мою фамилию, Корнеева.
  - Еще бы я ее забыла. Я ведь ее почти три месяца на себя примеряла... - ляпнула я, прежде чем осознать, что выдало мое сознание.
  - Правда? - насмешливо протянул Стас. - Не знал, принцесса, не знал.
  Вдруг он резко подхватил меня на руки и понес к машине. Я благоразумно замерла - падать на грязный и твердый асфальт мне не улыбалось, а садиться в машину не собиралась. Однако, мои планы вырваться рухнули, когда Стас, не опуская меня на землю, открыл дверь авто и посадил меня на пассажирское сидение, тут же пристегнув ремнем.
  - Торохов, пошел к черту! Я ясно тебе сказала - никуда с тобой не поеду, - я попыталась отстегнуться, но пальца предательски дрожали и все время соскальзывали с крепления. Пока я пыталась вырваться, Стас успел сесть в машину, завести ее и вывернуть на дорогу.
  - Адрес.
  - Что? - растеряно захлопала глазами я.
  - Говори адрес.
  - Еще чего. Высади меня, - решительно вскинув подбородок, произнесла я как можно тверже.
  - Говори адрес, - повторил Стас, уверено держась за руль одной рукой, а второй настраивая навигатор.
  - Ничего я тебе не буду говорить.
  - Отлично, значит, едем ко мне, - кивнул парень.
  - Стой! - выпалила я, тут же произнеся адрес. С него станется выполнить свою угрозу. Сердито нахмурившись, я откинулась на сидении и уставилась в окно, никак не реагируя на присутствие рядом со мной человека, которого терпеть не могла.
  Некоторое время мы ехали молча, но вскоре Стас не выдержал и попробовал со мной заговорить:
  - Как учеба?
  Я исподлобья посмотрела на парня и покачала головой:
  - Ничего умнее придумать не смог?
  - Мне просто интересно. Насколько я знаю, ты ушла с того факультета... Ну, после нашего... разрыва.
  Его руки мягко и в то же время уверенно лежали на руле. Мы подъехали к одной из главных дорог и тут же застряли в пробке. Отлично. Лишних минут тридцать в обществе этого человека. Вот за что мне сегодня так не везет, а? Я искоса глянула на Стаса, но особой печали по поводу затора на его лице не увидела. Как всегда невозмутим, чуть холоден и ироничен.
  - Да, разрыв - верно подобранное слово, - кивнула я, снова отворачиваясь к окну.
  - Рад, что тебе оно понравилось, - послышался тихий смешок. - И все же?
  - Что?
  - Как учеба? Где учишься? - Стас взял с приборной доски пачку сигарет и посмотрел на меня: - Не против, если я...
  - Нет, делай, что хочешь, - покачала головой, внимательно глядя, как он щелкает зажигалкой и выпускает струю дыма. - Раньше ты не курил.
  - Раньше я творил кое-что похуже, - хмуро откликнулся Стас. - А курение - способ снять стресс. Я берусь за сигарету только в том случае, если нервничаю.
  - А ты сейчас нервничаешь? - вскинув бровь, я скептически всмотрелась в спокойное лицо парня.
  - Чем пробка - не причина расшалившихся нервов? - улыбнулся он, сделав несколько быстрых затяжек и выбросив окурок в окно.
  Я пожала плечами, не желая продолжать пустой разговор. Однако Стас никак не хотел смириться с моим безразличием:
  - Так ты ответишь мне или нет?
  - Факультет филологии и журналистики. Все хорошо, сессию закрываю вовремя.
  Мы снова замолчали. Черт, почему я не могу не смотреть в его сторону? А он очень сильно изменился, теперь это стало бросаться в глаза. Легкая складка залегла между бровями, придавая Станиславу немного угрюмый вид, словно он задумался о чем-то грустном. Раньше его улыбка была веселой, жизнерадостной, а сейчас она колола льдом, жгла взгляд ехидством. Он стал более жестким, отстраненным... и привлекательным. Таких вот отъявленных на вид мерзавцев девушки любят, чего греха таить.
  Странно ощущать рядом с собой человека, которого ты знаешь и, в то же время, о котором не можешь ничего сказать. Немного страшно становится от мысли, что ты не способен предугадать его поступки, движения, слова... Да, именно так, новый Стас меня пугал. И самое ужасно заключалось в том, что он это прекрасно осознавал.
  Мы стояли в пробке уже пятнадцать минут, так и не сдвинувшись с места. Впереди маячило кольцо, на котором в это время суток всегда были проблемы с движением транспорта, поэтому я смирилась с тем, что предстоит сидеть в одной машине со Стасом еще минут сорок точно и позволила себе немного расслабиться. В сумке пискнул мобильник, и я полезла читать сообщение. Писала Мариша: 'Ты обещала скоро приехать. Арина уже здесь, а вот где шляешься ты?'. Улыбнувшись, быстро напечатала ответ и стала ждать звонка. Мелодия телефона зазвучала спустя несколько секунд, как пришел отчет о доставке, и я взяла трубку:
  - Да, Риш.
  - Что значит 'Стою в пробке со Стасом'?! Сонь, ты с ума сошла? Где ты его откопала?
  - Не кричи, - настороженно бросила я взгляд на парня - он делал вид, что ничего не слышит, но я знала, что динамик у моего телефона очень мощный, так что парень был в состоянии разобрать каждое слово, сказанное подругой.
  - Что значит 'Не кричи'? - еще громче возмутилась Марина. - Объясни мне, почему ты сейчас находишься рядом с этим козлом, да еще и так спокойно об этом говоришь! Вы помирились?
  От неожиданности я даже поперхнулась воздухом и закашлялась. Услышав еле слышный смешок слева, нахмурилась и сердито произнесла:
  - Я расскажу все, когда приеду домой, хорошо? А пока давай закончим, а то ты орешь на весь салон, - с этими словами я отсоединилась и поставила телефон на беззвучный режим.
  - Подруги беспокоятся? - тихо поинтересовался Стас, перестраиваясь из ряда в ряд. Мы наконец-то тронулись с места и медленно поползли в стройной колонне машин.
  - Что-то вроде того, - кивнула я, упрямо глядя в окно.
  - Они знают?
  - О чем?
  - Сонь, не делай вид, будто не поняла. Я хоть и козел, но вполне заслуживаю, чтобы на мои вопросы отвечали.
  - Ты ничего не заслуживаешь, на мой взгляд, - хмуро откликнулась я, глядя в такие знакомые синие глаза. Странно... Они все три года преследовали меня во снах, вызывая самые противоречивые чувства, а теперь я не испытываю ничего, кроме равнодушия. - Впрочем... Да, они знают.
  Стас закусил губу. Сосредоточено глядя на дорогу. Мы приблизились к тому самому злосчастному кольцу и движение опять застопорилось.
  - Знаешь, я, наверное, жалею о том, что у нас не получилось более долгих отношений. Ты была бы достойной парой, такой, какую мне пророчили родители.
  - Тем ни менее, они знали о твоих походах на сторону и молчали, - дрогнувшим голосом произнесла я. Мне не хотелось откровенного разговора с сентиментальными воспоминаниями, поэтому я стала судорожно искать способ перевести тему на что-нибудь другое. - А как твоя карьера на радио?
  - София, когда ты хочешь увильнуть от разговора, не стоит подначивать собеседника столь провокационными фразами, - покачал головой Стас. - Мои родители ничего не знали. Я бы не стал рисковать и рассказывать матери о своих изменах. Она слишком была привязана к 'доброй и веселой Сонечке'.
  - Как она? - тихо спросила я. Мать Стаса всегда относилась ко мне по-доброму и я питала к ней самые светлые чувства.
  - Хорошо. Как и отец. Они все так же разъезжают по странам и континентам, зашибают деньги и пытаются меня образумить. Думают, что если один раз получилось, значит, я их теперь всегда слушать буду, - в голосе парня проскользнули нотки недовольства, одновременно с нежностью. - Передать им привет?
  - А почему бы и нет, - усмехнулась я.
  В машине опять воцарилось молчание и ,на этот раз, никто из нас его не нарушал. Я нервно разминала пальцы, Стас закусывал губу, словно о чем-то усиленно размышляя. В воздухе отчетливо почувствовалось напряжение, от которого по телу прошлась дрожь, а в горле пересохло. С каждой минутой мне становилось все неуютней, словно я вторглась на чужую территорию, куда заходить не имела никакого права.
  Наконец, Стас свернул в мой родной двор и подкатил к нужному подъезду.
  - Спасибо, - сухо произнесла я и открыла дверь, чтобы выйти, но его пальцы крепко схватили меня за запястье, желая удержать. Удивленно вскинув бровь, я повернулась к Станиславу, поджав губы.
  - Быть может, тебе все равно или ты просто не поверишь... но та измена была единственной.
  Синие глаза блеснули каким-то едва уловимым отголоском эмоций и я не успела распознать, что же это такое было. Осторожно освободив руку из плена сильных пальцев, я схватила сумку и вышла из машины.
  - Ты дважды прав, Стас. Мне абсолютно не интересно и я не верю, - дверь мягко хлопнула и я поспешила к подъезду, спиной чувствуя внимательный взгляд, который словно понимал, что я солгала.
  Мне не было все равно. И за это я готова была себя убить.
  
  Глава пятая
  Я знаю: это смесь дьявола с моей кровью.
  М.А. Булгаков. 'Морфий'
  
  Дни текли спокойно, размеренно. Никакие события не могли нарушить плавный ход действительности, и я успокоилась. Мысль о том, что Стас до сих пор мне не безразличен, ушла, уступив место другой - весь этот бред про эмоциональную зависимость правдив по всем пунктам. Да, Арина была права, когда говорила, что я могу попасть под влияние Станислава и теперь мне нужно его избегать.
  Я думала, что это все шутка, бред, но... Я стала все чаще вспоминать о нем. Инстинктивно я переключалась на его радиостанцию, но стоило мне только услышать его голос, как я сразу же выключала радио и пыталась занять свои мысли чем-нибудь другим. Лишь бы не думать о нем, лишь бы вычеркнуть из памяти его присутствие в моей жизни.
  Когда ты кричишь, что больше не любишь человека, но при этом жалеешь, что у вас ничего не получилось, значит, ты лжешь самому себе. Если не любишь - не жалеешь. Не прикидываешь в уме, какое было бы у вас совместное будущее, не пытаешься как-то объяснить свои поступки. Главное, не жалеть. Тогда можно смело заявлять, что больше не любишь.
  Прошло три года, а я... А я до сих пор любила. Только вот любовь эта смешалась с грязью, с обжигающей ненавистью и от этого становилось только хуже.
  Пришло время признать, что я зависима от Стаса.
  Мне было плохо еще и оттого, что Болтун перестал появляться в сети. Мне не хватало его поддержки, внимания, тепла... Я скучала, стараясь при этом не подавать вида, словно ничего не происходило. Возможно, если бы он не пропал, я бы смогла отвлечься от постоянного самокопания. Клин клином вышибают, правильно?
  Арина и Мариша все прекрасно видели, но никак не могли помочь. Первые две недели они таскали меня по различным клубам, кафе, кинотеатрам, но после я уже не находила сил, постепенно впадая в апатию. Они перестали меня тормошить, поддерживая просто своим присутствием. Но и это не помогало. В середине апреля, почти спустя месяц со дня моей последней встречи со Стасом, я проснулась с мыслью о том, что начинаю постепенно погружаться в целый океан уныния. Где страшно. Пусто. Одиноко. И куда не хочется никого пускать.
  Это было чертой. Линией, через которую нельзя было переступать, но я все же сделала шаг. Я впустила в свою жизнь то, что разрушило меня изнутри, постепенно, исподтишка.
  Ранним утром двадцать третьего апреля меня разбудил телефонный звонок. Накануне я допоздна работала над новой книгой, поэтому мое сознание, уставшее и изнуренное творческим бредом, не сразу захотело включать свою мыслительную способность. Наконец, спустя некоторое время я все же нашла в себе силы вытянуть руку из-под одеяла и взять с прикроватной тумбочки телефон.
  - Слушаю, - хрипло прозвучал мой голос.
  - Сонечка, привет! - жизнерадостно поздоровались со мной на том конце. Голос звонившей девушки был мне смутно знаком, но я не могла вспомнить, кто же это. - Я тебя не разбудила?
  - Как сказать... - хмуро произнесла я, поглядывая на часы. Стрелки только-только показали десять утра. - Прошу прощения, а вы кто?
  - Это Света, Сонь, твоя одноклассница, - рассмеялась моя собеседница. - Как жизнь? Мы не виделись кучу времени, дорогая. Поэтому я решила позвать к себе на день рождения, там и поболтаем. Сонь, предупреждаю сразу - отказы не принимаются, ясно?
  Со Светой я познакомилась еще в шестом классе. Особой, преданной дружбы у нас не сложилось, но отношения всегда были приятными, необременительными. Это была единственная девушка, которой я изредка позволяла покопаться в моей душе, еще в период школьных лет. Улыбнувшись, я согласилась:
  - Хорошо, я не буду отпираться. Когда и где?
  - Сегодня, в ресторане 'Арлито', в восемь. Будет женская компания, так что можешь особо не переживать, если парень начнет возмущаться.
  - У меня нет парня, Свет, - откинувшись на подушку, ответила я.
  - Значит, найдем, - подвела итог девушка и распрощалась.
  Осознав, что уже больше не усну, я встала с постели и села за компьютер, открыв файл с новой книгой. Перед этим по привычке зашла в аську, надеясь, что хотя бы сегодня Болтун появится, и я смогу поговорить с ним. Однако цветочек его контакта оставался красным.
  Незаметно для себя я настолько окунулась в работу, что оторвалась от создания сюжета уже ближе к шести. Пришлось выключать компьютер и идти собираться.
  Надев платье, подходящее и для ресторана, и для клуба, если Света надумает нас туда потянуть, я сунула в сумку открытку с приличной суммой денег и, попрощавшись с мамой, спустилась во двор. Села в свою машину, бросила взгляд в зеркало, отметив уставший и немного понурый вид. Постаралась натянуть улыбку, но она получилась настолько фальшивой, что я даже не ожидала. Нужно что-то делать с этим состоянием удрученности.
   В ресторан я приехала вовремя, без труда найдя нужный столик. Света за два года нашей разлуки ничуть не изменилась, разве что только улыбка ее стала еще открытей и теплей. Кроме именинницы за столом сидели еще три девушки, с которыми подруга тут же меня познакомила. Я приветливо кивала каждой, отмечая при этом про себя, что этот вечер выйдет на редкость скучным.
  Разговор плавно переходил с косметики на украшения, с украшений - на парней, с парней - на сплетни об общих знакомых. Я уже жалела о том, что согласилась прийти. Нужно было просто придумать неотложную причину и ограничится поздравлениями по телефону. Нет же, сентиментальное настроение нахлынуло...
  Спустя пару часов Света, как я и предполагала, потянула всю компанию в клуб. Девушки, изрядно принявшие на грудь, тут же согласились. Я попыталась удрать, но школьная подружка так умоляюще на меня посмотрела, что я не смогла отказать ей и потащилась в клуб вместе с остальными.
  Там уже был заказан столик, и вся компания продолжила отмечать праздник огромным количеством коктейлей. Я заказала себе парочку для отвода глаз, а сама неспешно попивала минералку, смешенную с грейпфрутовым соком. От громкой музыки начала болеть голова, а от изрядного количества никотинового дыма вокруг меня подташнивало. Света потащила двух девушек, Машу и Риту, на танцпол, оставив меня в одной компании с Инной, девушкой немного грубой и неприятной. Я поблагодарила Бога, что громкая музыка не позволяет вести какой-либо связный разговор и молча сидела, комкая в руках салфетку, разглядывая танцющих.
  - Ты всегда такая грустная? - наклонившись ко мне, спросила Инна. На меня пахнуло алкоголем, и я едва сдержалась, чтобы не поморщиться.
  - Просто настроения нет.
  - Так может, я тебе помогу? У меня есть кое-что для поднятия настроения, - она кивнула на свой клатч, лежащий между нами на диванчике.
  - Спасибо, но я не увлекаюсь подобными вещами, - нахмурившись, я внимательно посмотрела на нее.
  - Это не наркотик, просто волшебные капельки. Настроение поднимают на ура, дорогая. Не бойся, к привыканию не приводит и вреда для здоровья никакого не приносит. Полетаешь с часок по Вселенной и вернешься, - она хихикнула и я поняла, что Инна уже своими 'капельками' воспользовалась.
  - Инна, благодарю, но мне не нужно подобное путешествие, - я старалась говорить как можно спокойней, но в голосе все равно проскользнуло раздражение. Девушка внимательно посмотрела на меня и рассмеялась:
  - О, я смотрю, ты у нас борец за здоровый образ жизни? А оно того стоит, праведница? Тебе легко живется? Проблемы не донимают, да? И на сердце все спокойно?
  Последняя фраза больно уколола, но я упрямо покачала головой:
  - Я просто не увлекаюсь такими вещами, Инна. Но, если что, буду знать, к кому обращаться.
  - Ты уже второй раз говоришь, что не увлекаешься, - раздраженно фыркнула девушка, откидываясь на спинку дивана и делая приличный глоток из своего бокала. - Только вот выглядишь ты как депрессивная идиотка. Тебе явно не хватает расслабона.
  - Знаешь, я, пожалуй, пойду. Присмотри за вещами, я со Светой попрощаюсь.
  Выловив подружку на танцполе, я еще раз поздравила ее с днем рождения и пообещала не пропадать. Вернувшись к столику, кивнула на прощание Инне и, взяв свою сумку, направилась к выходу.
  Дорога до дома превратилась в ад - виски сковало болью, которую терпеть было очень сложно. Пришлось ехать очень медленно и внимательно следить за остальными водителями - мне не хотелось попасть в аварию.
  Уже дом я позволила себе расслабиться, сняв тесное платье и развалившись на всю кровать. Полезла в сумку за телефоном и внезапно натолкнулась на какой-то пакет. С недоумением достав его, я вытряхнула на покрывала содержимое, чудом не заорав в голос. Ампула и записка. Вернее, салфетка из того клуба, где я только что была, на которой кто-то нетвердой рукой вывел слова: 'Здесь на один раз. ЛСД. Советую тебе расслабиться. Один раз можно всем, особенно, когда очень больно.'
  Инна. Эта гадина подкинула мне свою наркоту, а я даже не заметила! Черт, зачем нужно было оставлять свою сумку рядом с ней? Что бы произошло, если бы я налетела на полицию?
  Осторожно взяв в руку стеклянный пузырек, я встала, чтобы пойти и выкинуть его, но что-то меня остановило.
  Особенно, когда очень больно... Тупая боль вновь появилась в висках, и я чуть не взвыла на всю квартиру - настолько сильно сдавило мою голову стальным обручем.
  Я не могу опуститься до такого, не могу. Но почему так трудно удержаться?
  Стекло приятно холодило пальцы, а жидкость блестела под светом люстры. Кристально чистая, абсолютно прозрачная и не имеющая оттенка.
  Особенно, когда очень больно...
  Мои пальцы скользнули по гладкой поверхности ампулы. Я облизнула пересохшие губы и сорвала пломбу. Бесцветная жидкость не имела запаха, но немного горчила на вкус...
  Один раз можно всем.
  А боль действительно прошла.
  
  Он сидел перед монитором компьютера, глядя в монитор покрасневшими от усталости глазами. Месяц вышел напряженным, работой завалило по самую макушку, но сегодня он мог позволить себе немного отдыха.
  Стрелки на часах показывали без трех минут двенадцать. Через три минуты настанет день его рождения.
  Легкая улыбка коснулась губ парня, а пальцы нерешительно замерли на мышке. Стрелка курсора замерла ни иконке ICQ-программы. Он скучал по ней, очень. Не по аське, естественно, а по девушке с ником Сонька, которая так прочно заняла местечко в его мыслях.
  Зайдя в сеть, он с радостью увидел, что она в сети и тут же начал печатать приветствие, но вдруг программа забавно 'ойкнула', оповещая о том, что пришло сообщение.
  'Ты пропал, а я даже не знаю почему. С тобой все хорошо? Я волнуюсь, не прячься, просто приди и скажи, что с тобой все в порядке. Я обидела тебя чем-то? Наверное, ты обиделся на то, что я до сих пор не согласилась с тобой встретиться, но, пожалуйста, поверь - я настолько сильно привязалась к тебе, что рано или поздно не смогу отказать тебе в свидании. Я люблю тебя. Ты самый замечательный человек, который всегда поддержит меня. Я знаю это.
  И, конечно же, с Днем Рождения тебя.'
   Он нажал на 'Ответить', но Соньки уже не было в сети. Решив дождаться ее, парень улыбнулся собственным мыслям. Ее обещание о встрече стало самым замечательным подарком.
  
  Утро встретило меня сухостью в горле и легким головокружением. Первое, что я увидела, когда открыла глаза - пустая ампула, лежащая на тумбочке. Тяжесть вины тут же легла на мои плечи и я тихонько выругалась. Никогда еще я не позволяла себе пробовать наркотики, никогда, ни разу в жизни, я не переступала через эту черту, а теперь... Сжав руки в кулаки, я перевернулась на живот и, обняв подушку, уставилась в стену, разглядывая золотистый узор на обоях.
  
  Обещай себе, что больше никогда...
  
  Обещаю.
  
  Ты ведь сильная. Ты можешь найти другие способы справиться с болью.
  
  Я обещаю.
  
  В дверь постучали, и я услышала веселый голос мамы:
  - Сонь, ты проснулась?
  - Да, - я испуганно подскочила на постели. Быстро выдвинув ящик тумбочки, я смахнула туда стеклянный пузырек и, надев халат, вышла из комнаты. Мама тепло улыбнулась мне:
  - Выглядишь уставшей. Ты поздно вчера вернулась? Мы с папой рано легли спать.
  - В половину двенадцатого я уже была дома, - улыбнувшись и поцеловав маму, направилась на кухню.
  - Как отдохнула? - мама поставила чайник и начала нарезать бутерброды. Я села за стол, расслабленно откинувшись на спинку стула, и включила телевизор:
  - Нормально. Мы немного посидели в ресторане, а потом именинница потащила всех в клуб. Пришлось мне через некоторое время разыграть головную боль и сбежать домой, но думаю, что на меня не обиделись.
  - Порой ты ведешь себя слишком разумно, - вздохнула мама, косясь в мою сторону.
  - Я просто не люблю шумные сборища, - пожав плечами, откликнулась я, щелкая кнопками пульта.
  - Я вовсе не об этом, София, - покачала головой мама. - Просто тебе было бы полезно проводить время, как обычная двадцатилетняя девушка...
  - Я так и делаю, мама.
  Встав из-за стола, я быстро приготовила себе какао и направилась в комнату, но мама окликнула меня на пороге кухни:
  - У нас сегодня гости и мне бы хотелось, чтобы ты присутствовала на ужине. Я даже Марка уговорила приехать.
  - И кто же к нам придет? Я так понимаю, очередные деловые партнеры папы?
  Мама кивнула и немного виновато улыбнулась. Она знала, что я терпеть не могла подобные ужины и частенько спасала меня от подобных посиделок, но порой папа считал, что мое присутствие необходимо, тем самым обрекая меня на скучный и неинтересный вечер. Вздохнув, я поинтересовалась:
  - И кто на этот раз?
  - Если все пройдет удачно - будущий компаньон отцовской фирмы. С женой и сыном.
  - Хорошо, к пяти я буду готова и помогу тебе с приготовлением ужина.
  Мама кивнула:
  - Отлично. Зотовы прибудут к семи, так что думаю, что мы успеем.
  Я улыбнулась и ушла в свою спальню, плот но прикрыв за собой дверь. Поставив кружку с какао на тумбочку, я села в глубокое кресло у окна и устало прикрыла глаза. Голова болела, в горле стояла сухость, а перед глазами бегали серые круги, которые только усиливали головную боль. Раздражение захлестнуло меня и я зло ударила кулаком по подлокотнику кресла. Черт бы побрал мою дурость!
  Вскочив, я начала ходить из угла в угол, раздосадовано потирая ладони и бросая взгляд на ящик, в котором лежала та самая злосчастная ампула. Мне было стыдно... И страшно. Вспомнились все страшные рассказы о действии наркотиков, последствии их применения и прочее, прочее, прочее... Вот только почему это происходит сегодня, а не вчера?
  Не зная, чем себя занять, я схватила с полки какую-то книгу и удобно расположившись на кровати, завернувшись в теплое одеяло, начала читать. Сюжет заинтересовал, и меня постепенно затянуло, тем самым освобождая от неприятных мыслей.
  Нельзя всю жизнь поступать правильно. Нельзя всегда делать все верно, не ошибаясь. Человеку порой просто необходимо оступаться, чтобы получать опыт, чтобы учится. Я буду считать свой вчерашний поступок именно такой ошибкой, не приносящей мне особого вреда и при этом внесшей в мою жизнь полезный опыт. Ощущение того беспокойства, что вчера завладело мной, той неуемной энергии позволит мне в дальнейшем твердо говорить 'Нет' на подобные предложения.
  Радуясь тому, что душевное равновесие восстановлено, я позволила своему настроению сползти с отметки 'Гадкое' и ближе к пяти часам начала готовиться к ужину. Достав из гардероба голубое платье, сделала неброский макияж и уложила волосы. Оставив платье на постели, я пошла помогать маме с приготовлением ужина, в глубине души предвкушая скучное времяпровождение.
  Лишь около семи я вернулась в свою комнату, чтобы надеть приготовленный наряд. Моя семья всегда отличалась гостеприимством и поэтому подобные ужины проходили почти каждую неделю. Правда, иногда родители уезжали в гости, тем самым освобождая меня от неприятной обязанности.
  Надев платье и напоследок покрутившись перед зеркалом, я вышла из спальни, плотно закрыв дверь. Тут же позвонили в дверь, и я отправилась открывать.
  На пороге стоял Марк, радостно улыбаясь и протягивая мне букет цветов. Второй, чуть побольше размером, он держал в руках.
  - Ты как всегда, не можешь не сделать приятное, - улыбнувшись, я приняла цветы и благодарно поцеловала брата в щеку.
  - Просто я знаю, что будет скучно, вот и пытаюсь тебя хоть как-то порадовать. - Брат скинул обувь и пошел на кухню раздался радостный возглас мамы.
  В прихожую вышел отец. Немного виновато мне улыбнувшись, он обратился с привычной просьбой:
  - Не поможешь завязать галстук, София?
  -Куда я денусь, милорд, - шутливо откликнулась я. Умело завязав узел, я поправила галстук и помогла папе надеть пиджак.
  - Милорд? Ты придумала мне новое прозвище? - удивленно рассмеялся отец.
  - Ну, называть тебя тираном при гостях будет не солидно, поэтому я решила остановиться на этом.
  Отец блеснул глазами, лукаво усмехнувшись.
  - Я знаю, что ты не любишь подобные вечера...
  - На самом деле я считаю их ужасными...
  - ...но мне показалось, что ты можешь познакомиться с сыном Зотовых...
  - ... который ничем не будет отличаться от своих излишне чопорных родителей...
  - На самом деле у Артура великолепное чувство юмора, - возмутился отец. Заметив мой непонимающий взгляд, он пояснил: - Это старший Зотов. Так что ты заранее несправедлива к нашим гостям.
  В дверь вновь позвонили, и я потянулась к ручке, чтобы открыть. На пороге стояли трое. И если мужчина был мне незнаком, то женщину и молодого человека я прекрасно знала. Это был Стас со своей матерью.
  - Ты?! - услышала я удивленный выдох за спиной и обернулась. В дверях кухни стоял Марк, недоверчиво уставившись на Станислава и тут же переводя свой обеспокоенный взгляд на меня. На секунду в прихожей повисла напряженная тишина, а затем мать Торохова, Ольга Андреевна виновато улыбнулась:
  - Я прошу прощения, мы не подумали о том, что появление моего сына может...
  - Нет, нет, все в порядке, - покачала я головой, стараясь не смотреть при этом на своего бывшего парня. - Ольга Андреевна, рада видеть вас, вы ничуть не изменились за это время.
  - Просто Ольга, помнишь, Соня? - улыбка женщины стала приветливой, и она поспешила обнять меня. - Позволь познакомить тебя с моим мужем. Артур, ты не говорил мне, что мы едем к Корнеевым.
  - Вы были знакомы до этого? - удивленно спросил мужчина, переступая порог квартиры и на ходу пожимая руки моему отцу и Марку.
  - Соня - давняя моя знакомая, - уклончиво откликнулась его жена, бросая осторожный взгляд на Стаса. Тот стоял, прислонившись к стене, и с ленивой ухмылкой на губах наблюдал за всеми, кто находился в прихожей. - Если хочешь, я могу отправить его домой, - Ольга Андреевна наклонилась ко мне, еле слышно произнес эти слова на ухо.
  - Нет, все хорошо, правда, - улыбнувшись, я поймала встревоженный взгляд отца, но никак на него не отреагировала. Да, присутствие Стаса мне более чем неприятно, но ради интересов семьи я готова немного потерпеть. - Давайте пройдем в гостиную, - я указала в сторону нужных дверей, а сама скользнула на кухню, столкнувшись на входе с мамой.
  - Мне показалось, или там действительно Стас? - она вглядывалась в мое лицо, стараясь найти там признаки волнения или паники, но я на удивление спокойно сумела улыбнуться, прекрасно контролируя свои эмоции.
  - Мам, не волнуйся, все нормально. Мне все равно, я могу и потерпеть. Пусть папа мило беседует с Артуром, я посижу с вами немного и уйду к себе в комнату.
  - Ты уверена?
  - Абсолютно, - подхватив блюдо с картофелем, я направилась в гостиную, натянув на лицо милую улыбку. Мама последовала за мной и спиной я чувствовала ее встревоженный взгляд. Оказавшись в гостиной, я тут же натолкнулась на Стаса, стоящего у полок с книгами. Он усмехнулся и пропустил меня вперед, не сказав ни слова. Напряжение между нами ощутимо заряжало воздух непонятным ожиданием, словно в преддверии грозы я напряглась всем телом и едва удержалась от того, чтобы не сказать в его адрес какую-либо колкость. Он отодвинул стул, помогая моей маме сесть за стол, пока я устанавливала блюдо на столе. Направившись к своему месту, я судорожно вздохнула - Стас стоял рядом, положив свои руки на спинку моего стула. Прекрасно, он решил поиграть в джентльмена.
  Я опустилась на сидение, коротко кивнув в благодарность. Пальцы Стаса скользнули по моему плечу, на секунду задержавшись на шее. Я поймала сердитый взгляд Марка, который, не отрываясь, смотрел на Торохова. Брат сжал губы и обратился к Артуру с каким-то вопросом, но при этом частенько поглядывал в нашу сторону: Стас сел рядом со мной и мило следил за тем, чтобы моя тарелка не пустовала.
  Когда я говорила, что ужин выдастся скучным, то даже представить не могла, что судьба решит развеселить меня таким вот способом. Присутствие Стаса волновало меня до дрожи пальцев и он это прекрасно знал. Меня раздражала его довольная улыбка каждый раз, когда я вздрагивала от звука его голоса, словно он прекрасно знал о том страху, что поселился внутри меня и не дает теперь мне спокойно вздохнуть.
  Видимо, желая добить меня окончательно, он решил развлечь всех присутствующих разговором, который заставил меня возненавидеть этого человека еще сильней,
  - Соня, тебе не звонил тот приятный молодой человек? - с усмешкой в голосе поинтересовался он, вертя в руках бокал с рубиновым вином. Я недоумевающе посмотрела на парня, не понимая, кого он имеет в виду.
  - Ты о ком?
  - О превосходном кавалере, с коим ты познакомилась в клубе. - Он не сводил с меня своих синих глаз, всем своим видом показывая, что в данный момент мне напоминают вовсе не неприятном инциденте с пьяным мужчиной, а неком происшествии немного позже.
  - К сожалению, он не звонил. А ты хочешь познакомиться с ним поближе? - я постаралась скрыть свое волнение в голосе, отпивая немного сока.
  - Думаю, я и так знаком с ним, - прищурился Стас.
  Ольга взволнованно заерзала на стуле, пытаясь перехватить взгляд своего сына, но тот никак не отреагировал на недовольство матери.
  - Тогда передай ему, что я бы не хотела встретить его еще раз.
  - Ты только что говорила, что сожалеешь о том... - парень осекся и недовольно нахмурился, глядя на мать. - Что?
  - Стас ты не мог немного помолчать? - женщина взволнованно метнула взгляд на своего мужа.
  - Что плохого в нашем разговоре?
  - Думаю, Соня не получает от него никакого удовольствия, - вмешался в разговор Марк.
  - Быть может, мне объяснят, что здесь творится? - это уже Артур.
  Я встала из-за стола и окинула присутствующих взглядом:
  - Думаю, мы говорим с тобой о разных людях, Стас. Простите, у меня сильно разболелась голова и я, пожалуй, пойду к себе в комнату, прилягу. Было очень приятно познакомится, - улыбнулась я Артуру. - Ольга, рада снова встретиться с вами.
  Я вышла из гостиной и вбежала в свою комнату, захлопнув дверь. Черт бы побрал этого мерзавца! Я недовольно нахмурилась, глядя на свое отражение в зеркале и села на постель.
  Я прекрасно понимала, чего хотел добиться Стас - ему хотелось скандала, он жаждал того, чтобы я вышла из себя и вспылила. Но зачем? Повода к подобным действиям я не видела, но ведь это не значит, что его нет...
  В дверь постучали и я напряглась. Неужели это Стас? Однако, к счастью я ошиблась. В спальню зашел Марк, недовольно хмурясь.
  - Что это только что было?
  - Я не знаю, - честно ответила я. - Марк, он преследует меня. в последнее время я все время встречаю его и это меня пугает. Три года мы не виделись с этим человеком, а теперь он постоянно возникает в моей жизни!
  - Я поговорю с ним, не волнуйся. Больше он не посмеет даже подойти к тебе, сестренка.
  - Не нужно, - покачала я головой. - Я в состоянии самостоятельно справится с этим человеком.
  - Я в этом очень сильно сомневаюсь, Соня, - Марк подошел к окну и отодвинул штору. Выглянув на улицу, он довольно произнес: - Уехал.
  Я подошла к нему и увидела, как Стас садиться в уже знакомую мне машину. Напоследок он оглянулся, и мне показалось, что парень посмотрел прямо на меня. Господи, это уже превращается в какую-то манию!
  - Видимо, ему стало скучно, - ядовито протянул брат. - Он ведь прекрасно знал, что ты здесь, Соня. Зачем же тогда приехал?
  - Я не знаю, Марк. - Устало прикрыв глаза, я обняла брата, чувствуя себя в полной безопасности. - И боюсь это узнать.
  Марк обнял меня покрепче и поцеловал в макушку. Мы никогда не были с ним настолько близки, чтобы обсуждать личную жизнь друг друга, но я всегда знала, что стоит мне прийти к нему за советом или поддержкой, как брат сразу же сделает все возможное, чтобы помочь. И пусть в некоторых отношениях я на него злилась, не понимая разгульного образа жизни, излишнего цинизма и легкого налета эгоистичности, я знала, что после родителей и Богдана он остается самым близким и родным человеком в моей жизни. За это я всегда была ему благодарна.
  - Обещай, что если он перейдет границы дозволенного, ты позволишь мне его осадить, Соня, - тихо произнес Марк.
  - Что ты имеешь в виду? - непонимающе нахмурилась я, чуть отстраняясь. Марк лишь улыбнулся и покачал головой, но я не могла позволить ему уклониться от ответа: - Какие границы, Марк? Мы с ним не устанавливали никаких границ.
  - Просто не влюбляйся в этого человека заново, хорошо? - брат щелкнул меня по носу и негромко произнес: - Я вернусь к остальным, а ты отдыхай. Вечером поболтаем, если не уснешь.
   Он поцеловал меня в щеку и вышел из комнаты, улыбнувшись напоследок. Я же, обхватив плечи руками, повернулась к окну, наблюдая за проезжающими внизу машинами и редкими прохожими.
  Через несколько минут на стекле появились первые капли дождя, и я улыбнулась - такая погода всегда мне нравилась и ей я предпочитала и солнце, и тепло.
  Человеку свойственно рано или поздно останавливаться и оглядываться назад, чтобы подвести некоторые итоги своего жизненного пути. И очень редко он остается ими доволен. Так и я, глядя на усиливающийся весенний дождь и редкие всполохи молний, приходила к выводу, что моя жизнь не отличается ничем примечательным и интересным. До этого момента я не осознавала, что все это время сознательно отказывалась от того, что могло бы сделать меня не просто счастливой, но и довольной всем, чего я успела достигнуть. Лишь увидев после долгой разлуки Стаса, я поняла, что отказалась от любви.
  Самое удивительное заключается в том, что раньше меня это совсем не волновало. Мне хватало всего: родительского тепла, дружеской поддержки, творческого рвения. Но лишь вспомнив те чувства, которые я когда-то испытывала с Тороховым, мне стало ясно, что я просто заполняла мелкими событиями огромную пустыню внутри. Лишь бы не дать себе остановиться, вспомнить. Не позволить причинить самой себе боль. Обмануть разум и послать к чертовой бабушке сердце.
  Подняв глаза к пасмурному темному небу, закусив нижнюю губу и едва сдерживая слезы, я чуть слышно прошептала, чувствуя, как эти слова проникают глубоко внутрь, отравляя все мое существо:
  - Будь ты проклят... Будь ты проклят за то, что я вспомнила...
  
  Болтун: я не понимаю, с чего ты решила, что я от тебя скрываюсь. Просто в последнее время я слишком занят на работе, народ требует моего активного участия в творческом процессе, вот я и засиживаюсь в офисе допоздна.
  Сонька: я понимаю, что виду себя не слишком нормально, просто... мне не хватает нашего общения. У меня сейчас некоторые проблемы, поэтому я нуждаюсь в твоей поддержке как никогда, а ты...
  Сонька: Господи, забудь о обо всем, что я написала. У меня все хорошо.
  Болтун: проблемы? Что случилось? Солнце, я могу тебе как-нибудь помочь?
  Болтун: прости, что я так мало сижу здесь. Я постараюсь, во что бы то ни стало чаще заглядывать.
  Болтун: Сонька, ты где?
  Болтун: не молчи.
  Болтун: твою мать, не смей игнорировать мои вопросы!
  Сонька: извини, я просто отвлеклась :)
  Сонька: у меня все хорошо, не обращай внимания.
  Болтун: не обманывай. Я жду. Что за проблемы?
  Болтун: может, давай встретимся, и ты мне все расскажешь? Согласись, это будет намного... просто лучше.
  Сонька: меня преследуют призраки прошлого, вернее, бывший парень.
  Сонька: если честно, я сомневаюсь. Я ведь даже имени твоего не знаю.
  Болтун: прости, мне нужно бежать. Вечером спишемся, хорошо?
  
  Я удивленно уставилась в экран, а затем раздраженно захлопнула ноутбук. Мало того, что я стала реже общаться с ним, так теперь он еще и убегает! Возмущенно фыркнув, я перекатилась на спину и, заложив руки за голову, уставилась в потолок, пытаясь разобраться в том, что творилось сейчас у меня на душе. Бесполезно. Сплошной хаос из отрывистых мыслей, блеклых эмоций и гулких воспоминаний. Этот бардак меня доконал, хотелось чего-то спокойного, умиротворяющего, но где это самое спокойствие взять?
  Прозвенел будильник, и я сползла с постели, начав собираться в университет. Стоя под теплыми струями воды, постаралась расслабиться и хоть как-то поднять себе настроение. Это постоянное уныние отравляет мне жизнь, вот только как от него избавиться?
  С момента моей последней встречи со Стасом прошла неделя и больше о нем я ничего не слышала. И знаете что? Неизвестность пугала. Лучше бы он постоянно маячил перед глазами, чем находился где-то в тени, словно выжидая подходящего случая. Да, у меня мания, я знаю.
  Естественно, такие мысли не могли подействовать на меня ободряюще, поэтому в университет я приехала в самом дурном расположении духа. Даже радужное настроение подруг не смогла развеселить меня и вскоре они смирились и перестали пытаться вызвать на моем лице улыбку.
  - Я не узнаю тебя, - покачала головой Арина. - Твоя угрюмость меня убивает. Надеюсь, ты не забыла, что завтра у меня день рождения?
  - Нет, я помню, - зевнув откликнулась я, апатично наблюдая за потоком студентов. Погода на улице стояла теплая и солнечная, поэтому многие из учащихся не спешили заходить в здание, радуясь погожему весеннему дню.
  - Тогда будь добра - не будь завтра унылой, хорошо? - недовольно протянула она.
  - Отстань от нее, не видишь, человек не в настроении, - заступилась за меня Мариша.
  - Она в последнее время всегда такая.
  - Это потому что ты постоянно ее пилишь.
  - Ничего подобного! - Арина возмущенно посмотрела на Марину.
  - Не спорь.
  - А ты не неси чушь!
  - Прекратите, - вмешалась я, недовольно нахмурившись. - Я просто не высыпаюсь.
  - Да, конечно, - саркастически усмехнулась Ариша, но продолжать спор не стала. Однако, я уже завелась и сама бросилась в атаку:
  - А у тебя есть другие варианты происходящего?
  Подруга удивленно уставилась на меня, явно не понимая причину моей агрессии. Чуть нахмурившись, она осторожно произнесла:
  - Знаю, да только ничего говорить не буду - сама все прекрасно понимаешь. Может, пора уже забыть о своих не самых радужных чувств к этому типу? Ты ведь себя без ножа режешь, это все превращается в манию!
  - А тебе какое дело? - огрызнувшись, я схватила сумку и повернулась ко входу в университет.
  - Абсолютно никакого, если не считать, что ты моя близкая подруга, - невозмутимо произнесла Арина, пожав плечами.
  - Хватит, - резко произнесла я. - Достаточно.
  - Отлично. Как пожелаешь, - возмущенно произнесла подруга, сердито хмурясь. Я отвела взгляд от ее лица и повернулась к Марише:
  - Он так и не звонил?
  Девушка покачала головой и достала из сумки сигареты. Закурив, она негромко усмехнулась и заметила:
  - Не одну тебя, как видишь, окружают мерзавцы. Хотя... Может, он просто хотел своим обещанием позвонить замять тот инцидент и все. В конце концов, мне все равно, я продолжаю радоваться жизни. Случайный знакомый, не более.
  Да, случайный знакомый. Ей действительно просто, между ней и Александром не было никаких чувств, просто познакомились и разошлись. А вот мой ночной кошмар олицетворял собой совсем не чужого мне человека, а наоборот, словно в насмешку, иронизируя, сны подчеркивали самые счастливые моменты, которые были у меня со Стасом.
  Сегодня, например, мне снилась наша первая встреча, а накануне - первый поцелуй, затянувшийся до полуночи... Это были странные, горьковатые сны-воспоминания, с привкусом сладости, но постепенно меркнувшие в моей памяти. Человеку свойственно дольше всего помнить боль, обиду, злость, а все хорошее, что когда-либо происходило с ним, постепенно стираются, блекнут, оставляя лишь намек на присутствие.
  - Ты чего опять притихла? - Арина легонько тряхнула меня за плечо, и я растерянно посмотрела на подруг, не зная, что ответить. Рассеянно покачала головой, развернулась и вошла в университет, на ходу доставая из сумки плеер и наушники. Включив музыку, я вошла в аудиторию и уселась за последнюю парту слева, у окна.
  Занятия прошли как в тумане. Я невнимательно следила за тем, что происходит у доски, подруги сели впереди, закрыв меня собой и давая возможность просто побездельничать.
  Было кое-что еще, что сильно пугало меня. за последние две недели я не написала ни строчки, а такого раньше не случалось. Я садилась перед монитором, смотрела на клавиатуру, но не могла выжать из себя мало-мальски хорошей мысли.
  Господи, это уныние начинает меня злить.
  Отсидев три пары, я поехала на работу, надеясь, что Богдан загрузит меня сильнее некуда, и я смогу забить голову чем-то еще, а не сомнительными проблемами личного характера. Что, впрочем, и произошло: нужно было организовать выставку юных дарований в области скульптуры и составить каталог работ местных художников-портретистов.
  Именно за этими хлопотами я и не заметила, как наступил поздний вечер. Здание офиса опустело, Богдан уже давно уехал домой, как и остальные сотрудники, внизу остались только охранники и уборщица. Наспех разобравшись с царившим на столе хаосом, я закрыла дверь кабинета и спустилась на первый этаж. Попрощалась с охранниками, отдала им несколько бумаг, за которыми рано утром должны были приехать курьеры, и вышла на улицу, тут же окунувшись в весеннюю прохладу. На улице уже стемнело, часы показывали половину восьмого вечера, и я предвкушала хороший отдых с книгой в руках или с родными у телевизора. Свернув на стоянку, я замедлила шаг - у моей машины кто-то стоял. Приглядевшись, я облегченно выдохнула:
  - Марк, ты что здесь делаешь?
  Брат улыбнулся и поцеловал в щеку, потрепав при этом по макушке:
  - Решил дождаться тебя здесь, не хотелось отвлекать тебя от работы, поэтому извини, если напугал.
  Открыв машину, я бросила сумку на заднее сидение и выжидающе посмотрела на Марка:
  - Так что тебя ко мне привело?
  - Да так... Ты не могла бы съездить со мной в одно место?
  - А это срочно? - я потерла уставшие глаза и кивком предложила брату сесть за руль. Марк понимающе кивнул и сел на водительское сидение.
  - Не сказал бы, что срочно, но советую тебе поехать - это прежде всего в твоих интересах, сестричка.
  - Хорошо, - я потянулась и сладко зевнула, - только ненадолго, ладно? я жутко устала и хочу спать. Ну, или поваляться в постели с книгой в руках.
  Это уже от тебя зависит, дорогуша, - с усмешкой откликнулся брат и, вырулив со стоянки, поехал по одной из центральных улиц нашего города.
  Я расслабленно откинулась на сидение и прикрыла глаза. Нужно почаще себя нагружать работой, совсем по-другому теперь себя ощущаю, словно немного другой, не такой унылой и злой.
  Но мое почти радужное настроение вновь скатилось вниз, как только я увидела здание, к которому брат привез меня.
  - Это еще что за шутки? - я сердито посмотрела на брата, но он оставался невозмутимым и уже вытаскивал ключи из зажигания. - Марк, я кого спрашиваю? Зачем ты привез меня сюда?
  - Я обещал, - пожал плечами он.
  - Что? - не поверила я собственным ушам. - Ты в своем уме? Немедленно поехали отсюда, слышишь?
  - Соня, послушай меня, - Марк взял меня за руки и заглянул в глаза. Я постаралась подавить панику и заставила себя сосредоточиться на словах брата. - Я попросил его держаться от тебя подальше, сразу же после того ужина, но он выдвинул одно-единственное условие - он поговорит с тобой, потому что давно уже хочет разобраться в ваших отношениях.
  - Нам с ним не о чем разговаривать, - категорично заявила я.
  - Я тоже так считаю. Но если ты хочешь хоть какого-то спокойствия, то лучше выслушай его. Не обязательно прислушиваться и соглашаться, просто выслушай, чтобы за бред он не нес. - Брат щелкнул меня по носу, как делал это в детстве, чтобы поднять мне настроение. Я напряженно отклонилась, упрямо поджав губы и отрицательно мотнув головой. - Соня, так будет спокойней. Я буду рядом, за дверью и в любой момент могу ворваться к вам и набить ему морду.
  Я усмехнулась, услышав знакомые угрожающие нотки в голосе брата. Он всегда стремился меня защищать от обидчиков и проблем, при этом совершая такие же ошибки, что и я, только отказывался это признать.
  - И долго он тебя уговаривал?
  - Тебе честно сказать?
  - Ну, желательно...
  - Я согласился почти сразу, Сонь. Потому что прекрасно знаю, что с проблемой нужно разбираться, а не убегать от нее.
  - То есть ты считаешь, что это хорошая идея?
  - Именно. Пусть он выскажется, может, и тебе есть, что сказать. После этого тебе станет легче, ведь он обещал не приближаться к тебе даже на пушечный выстрел. Ты в последнее время в зеркало часто смотришь? Бледнее призрака, вечно недовольная, сварливая грымза. Ты не моя сестренка, я требую ее вернуть! - Марк подмигнул мне, но, не увидев на моем лице улыбки, опять помрачнел: - Вот видишь? Мрачное приведение самому себе, и поверь, это меня совсем не радует. Пойдем?
  Я растерянно посмотрела на стеклянные двери офиса радиостанции, на которой работал Стас. Быть может, Марк прав? Взять и покончить с этой нелепостью раз и навсегда, перестав мучить себя? Нужно было сделать это гораздо раньше, тогда многих проблем бы удалось избежать. Набрав полную грудь воздуха, я резко выдохнула и открыла дверцу.
  - Пойдем.
  
  Запись в online-дневнике пользователя Sofia:
  
  Ошибки человека нередко могут привести к непоправимым последствиям, которые в дальнейшем могут порядочно испортить его жизнь. Но часто случается так, что ошибка заключается в том, что человек от этой самой ошибки отказывается.
  Опыт приходит с годами? Нет, опыт приходит неожиданно, притаскивая с собой целую кучу проблем, потому что именно они-то и заставляют нас совершать ошибки, спотыкаться, падать, катиться вниз.
  Нельзя вечно бежать, рано или поздно ты устаешь и просто вынужден остановиться. Тут-то тебя и настигает.
  Представьте, что вы стоите на вершине высокой горы. В вас кидают снежок, вы уворачиваетесь и начинаете стремительно бежать вниз, чтобы комочек снега вас не настиг. Снежок набирает скорость, постепенно обрастая новыми слоями снега, становясь все больше и больше.
  Вы выдохлись, останавливаетесь, оглядываетесь назад, и уже огромный снежный ком настигает вас. А может, и целая лавина, которая перевернет вашу жизнь с ног на голову и изменит абсолютно все.
   Не бегите. Повернитесь лицом к своей проблеме и попытайтесь решить ее всеми возможными способами, но никогда не бегите...
  
  Глава шестая
  Нельзя прощать тем, кто не умеет прощать.
  Фридрих Вильгельм Ницше
  
  Хотелось курить. Вот уже два года он не брал в руки сигарету, а теперь, непонятно по какой причине, ему хотелось вновь почувствовать отравляющий вкус табака.
  Хотя, причина была хорошо понятна, кого он обманывает? Его пугала предстоящая встреча с Соней, а он даже не сомневался, что она состоится. Марк верит в то, что эта встреча облегчит его сестре жизнь, следовательно, он сделает все, для того, чтобы она приехала сюда.
  Руки потянулись к пачке сигарет и зажигалке, оставленным напарником. Огонек вспыхнул, поджигая кончик сигареты, и по комнате пополз горьковатый аромат. Однако легче не стало, наоборот, горло перехватил спазм, во рту пересохло, а в виски стрельнуло острой болью.
  Зачем он так поступает? Почему просто не может перестать искать встречи с ней? Неужели так трудно просто выбросить ее из головы и не пытаться больше увидеть, поговорить?
  Стас встал из-за стола и начал ходить по студии, туда-сюда, туда-сюда. Как беспокойный маятник, пытающийся найти свой успокаивающий ритм. Бесполезно. Пульс учащается, стоит лишь взглянуть на стрелки часов, неумолимо приближающие момент его встречи с Соней. Что он ей скажет?
  Растерянность - не характерно для Стаса. Он всегда знает, как лучше поступить, что стоит сказать человеку, чтобы избежать конфликта, но с этой девушкой...
  Она слишком изменилась.
  Раньше она ловила каждое его слово, была готова на все, лишь бы получить его одобрение.
  А сейчас она холодна как лед.
  Неужели это он ее так изменил? Но разве это возможно? Он никогда не думал, что обладал такой властью над ней, даже предположить не мог, что настолько важен для Сони. И та чертова измена сначала показалась ему лишь досадной оплошностью. Он был уверен, что София вернется, попросит прощения за свою вспыльчивость и все станет как прежде.
  Слишком поздно было, когда Стас понял, что извинятся должен был он.
  Он сел в свое кресло и зажал уши руками. Ему казалось, что он вновь слышит слова девушки, которая слишком неожиданно стала для него важной. И сразу же после этого исчезла, не желая простить его. Будь проклята его глупость!
  Парень усмехнулся, вспомнив, что даже не искал ее, не пытался поговорить. Он думал, что она сама придет к нему, а потом, постепенно, это стало неважным. Возникли новые проблемы, и ему пришлось вычеркнуть ее из своей памяти, чтобы справиться с ними. А потом... Он просто не вспоминал. Пока не увидел.
  Стоило понять, кому принадлежат до боли знакомые карие глаза, сердце болезненно сжалось и пропустило пару ударов. Он обрадовался, думая, что...
  А хотя, на что он надеялся? На то, что девушка, которую он предал, бросится к нему в объятия и вновь полюбит? На то, что все станет как прежде, до того, как она ушла, до того, как родители развелись, а он превратился в изгоя общества? Падшего, проклятого всеми друзьями и близкими.
  Тогда от него отвернулись все, кроме матери. Лишь благодаря ей он встал на ноги, и вновь превратился во всеми обожаемого Станислава Торохова, любимчика публики.
  В дверь тихо постучали, и Стас тряхнул головой, отрываясь от воспоминаний. Хриплым голосом, нервно, прерывисто, он ответил:
  - Войдите.
  На пороге стояли Марк и Соня. Девушка была напряжена и избегала его взгляда, и Стас невольно улыбнулся - она была похожа на человека, которого вели на смертную казнь. Шоколадного оттенка волосы были распущенны, лицо бледное, осунувшееся. Может, она заболела? Или ее кто-то обидел?
  Стас перехватил хмурый взгляд Марка и кивнул в знак приветствия. Тот никак не отреагировал и, выйдя в коридор, нарочито небрежно уронил:
  - Я буду за дверью, так что...
  Соня кивнула, не поднимая глаз и сделала несколько шагов вглубь комнаты. Дверь за ее спиной щелкнула, девушка вздрогнула и, наконец, посмотрела на Стаса:
  - Ты хотел поговорить?
  Он улыбнулся, нервно облизнув губы, и кивнул на ближайший стул:
  - Не хочешь присесть?
  - Мне бы хотелось поскорее покончить с этим, так что давай обойдемся без вежливости. Я слушаю тебя.
  Станислав растерялся, руки вновь потянулись к сигаретам и комнату наполнил сизый дым. Соня раздраженно наморщила носик, но возражать не стала, только отошла подальше.
  - Если честно, я даже не знаю, что сказать.
  Девушка пожала плечами и шагнула к двери, всем своим видом показывая, что тогда говорить не о чем. Стас бросил зажженную сигарету в пепельницу и остановил ее, поймав за руку. Карие глаза посмотрели сначала испуганно, затем раздраженно, но после какие-либо эмоции исчезли и взгляд стал абсолютно пустым.
  - Ты сам сказал, что тебе нечего мне сказать.
  - Но в таком случае мы можем начать с тебя, - спокойно заметил Стас, потянув Софию за собой, и силой усаживая на предложенный ранее стул.
  - С меня? - удивленно вскинула брови Соня. - Мне нечего сказать тебе, Стас.
  - Совсем? - недоверчиво усмехнулся парень. Он видел, что Соня чувствует себя неуютно, и ему было неприятно думать, что это чувство у нее из-за него.
  - Абсолютно, - хмуро откликнулась она, но тут же осеклась. - Хотя, знаешь... Я бы хотела попросить тебя кое о чем.
  - Я слушаю тебя.
  - Держись от меня подальше, ладно? Мне надоело постоянно сталкиваться с тобой в самых неожиданных местах. Хочется спокойствия, знаешь ли, а с тобой это невозможно, поэтому исчезни из моей жизни, как ты это сделал три года назад. Только на этот раз безвозвратно.
  - Ты действительно этого хочешь?
  Она промолчала. Стас усмехнулся и уже громче повторил:
  - Соня, ты действительно этого хочешь?
  Девушка кивнула, избегая его взгляда. Стасу на мгновение показалось, что она хочет что-то сказать, но словно обрывает себя на полуслове.
  - Я не исчезал в прошлый раз. Это ты сбежала, не пожелав даже выслушать меня.
  - Что выслушивать? - возмущенно дернулась девушка. - Что ты не считаешь себя виноватым? Что твои кувыркания в постели с этой... совершенно нормально?
  - Прекрати истерить, - поморщился Стас, в глубине души осознавая, что только это он и мог сказать в тот момент.
  - Даже не думала, - фыркнула Соня, вскакивая со стула и начиная ходить из угла в угол. - Ты даже не пришел извиниться! Не пытался что-то исправить!
  - Так вот в чем дело? - рассмеялся Стас. - Я задел твою гордость? До этого все приползали просить прощения, а я не стал?
  Соня остановилась как вкопанная и посмотрела на него глазами, полными слез. Отвернулась. Подошла к стене, упершись лбом в прохладную поверхность. Ее плечи дрожали, она бесшумно плакала, и от этого Стаса хотелось себя придушить. Из-за него она опять плачет. Что пошло не так? Ведь он хотел все выяснить, прекратить это издевательство друг над другом, а теперь...
  Он осторожно приблизился к ней, положив руку на плечо. Соня вздрогнула, но не обернулась. Лишь потрясенно замерла, казалось, она даже задержала дыхание.
  - Неправильный у нас разговор, верно? - хрипло произнес Стас в пустоту. Девушка неопределенно пожала плечами, а он нахмурился, не понимая, почему ему так больно смотреть на то, как она плачет. - Повернись.
  Она отрицательно мотнула головой.
  - Пожалуйста.
  Без ответа.
  Он обхватил ее за плечи и резко развернул, прижав к стене. Соня испуганно сжалась, и это больно резануло его по сердцу, но он постарался не показывать виду. Обнял, прижавшись щекой к макушке и с наслаждением вдыхая запах ее волос. Девушка стояла неподвижно и... Стас осмелел.
  Он заключил ее лицо в ладони и поднял вверх, встретившись с взглядом карих глаз, немного потемневших и теперь оттенком напоминавших обжаренный кофе. Ее губы дрожали в опасной близости от его лица, и она была такая беззащитная... трогательная... Большой палец скользнул по нижней губе девушки, и она не отстранилась, лишь продолжала смотреть на него, словно заколдованная.
  Это неправильно.
  Он хотел поговорить, а не доводить ее до слез.
  Успокоить, а не целовать.
  Он запутался.
  Соня первая нарушила царившее между ними молчание:
  - Ты был первый.
  Стас оторвал-таки взгляд от ее губ:
  - Что?
  - У меня не было парней до тебя. Поэтом я не знаю, как поступили бы другие на твоем месте.
  - Именно это тебя так и расстроило? - он улыбнулся краешком губ, а она... улыбнулась в ответ.
  - Я была наивной. И излишне романтичной. Нужно было сразу понять, что тобой построить отношения не получится, но я смотрела на тебя через розовые очки. - Соня чуть отстранилась от него и отвела глаза в сторону, горько усмехнувшись. - Ты многому меня научил и я тебе за это благодарна.
  - Прости, - тихо, неуверенно, произнес Стас.
  - За что? - с интересом посмотрела она на него. Так его спрашивали на экзаменах, с целью проверить, а знает ли он, о чем говорит.
  - Не знаю, - пожал плечами Стас.
  - Ты не исправим! - она вырвалась из его хватки, но Стас успел все же удержать ее за запястье. - Отпусти. Это не похоже на разговор, поэтом я ухожу. Надеюсь, ты понял, что я не хочу видеть тебя рядом с собой, поэтому больше никогда...
  - Подожди.
  Соня закатила глаза, всем видом показывая свое нежелание что-либо слышать, и Стас разозлился:
  - Ты всегда все решаешь за остальных? Извини, но я не хочу терпеть подобное...
  - Убери руки!
  - Ты ведешь себя как маленькая избалованная девчонка...
  - Убери руки, я сказала!
  - ... которая привыкла, чтобы ее во всем слушали.
  - Отпусти меня!
  - Но я не привык ходить на поводу у таких как ты, ясно? Мне плевать на твои желания, ты неправильно просишь!
  - Я никогда не буду о чем-либо просить тебя! Единственное, что я хотела от тебя - это любовь. Но ты не способен любить, тебе плевать на чувства других людей! Даже сейчас тебе абсолютно все равно на то, каково мне смотреть на человека, которого я любила и знать, что он всегда был бесчувственным чудовищем!
  Стас оттолкнул ее от себя и сделал несколько шагов назад, растерявшись, не зная, что сказать. Соня стояла на другом конце комнаты, гневная, взъерошенная и исключительно прелестная. Теперь она была мало похожа на того призрака, каким зашла в студию. Жизнь переполняла ее, эмоции накрывали с головой. Стаса всегда привлекала в ней именно эти черты - живость, энергичность. Непосредственна как ребенок... Раньше.
  - Я не собираюсь просить прощения за то, что было раньше. Я хотел извиниться лишь за те неудобства, что причинил тебе при наших встречах. Тебе неприятно мое присутствие, я знаю, поэтому обещаю больше тебя не тревожить.
  Он осторожно приблизился к ней и взял за руку. Обнял за плечи. Соня явно не ожидала подобного и стояла не шелохнувшись. Его руки скользнули по ее спине, замерли на талии.
  - В сложившейся ситуации меня пугает лишь одно... - задумчиво произнес он, скользя взглядом по ее лицу.
  - Что? - облизнув пересохшие губы, спросила она.
  - Я не могу отпустить тебя, а сама ты не уходишь.
  Он наклонился к ней, постепенно оттесняя девушку к стене. Соня послушно отступала, не отводя взгляда, не пытаясь отстраниться. Стас не выдержал, прижал ее к себе и накрыл послушные губы поцелуем.
  Сидящий внутри него первобытный человек довольно зарычал, джентльмен деликатно попросил не пугать девушку, а современный мужчина одобрительно засмеялся.
  Она не сопротивлялась.
  Пальцы скользнули на скулы, прошлись по шее и замерли на плечах. Нежно, неторопливо, он ласкал ее губы, а она прижималась к нему, словно боялась, что он исчезнет.
  Она не отталкивала.
  Стас отстранился, поправил прядь каштановых волос, упавших на красивое лицо девушки и задумчиво произнес:
  - Я скучал по этому. Я скучал по тебе.
  Соня молча смотрела на него, а затем, испуганно сжавшись, начала отступать к выходу. В карих глазах промелькнула паника, затем они словно заледенели, стали темными и обжигающе холодными.
  - Соня...
  - Нет. Не нужно, пожалуйста. Я ухожу.
  Дверь захлопнулась, а Стас все продолжал растерянно стоять посреди студии, не зная, что и подумать. Мысленно он упрекнул себя за то, что посмел вообразить, что все как прежде. Всего на мгновение, но как же больно осознавать, что это не так.
  Вот и поговорили.
  Раздался пронзительный звук и Стас повернулся к компьютеру. Мигало сообщение. Нахмурившись, он подошел к монитору и нажал 'Прочитать':
  'Думаю, нам действительно стоит встретиться. Давай послезавтра, ближе к пяти часам'.
  
  Арина вышла из ресторана и медленно зашагала по тротуару, мимо автостоянки, сердито хмурясь. Что может быть отвратительней работы в собственный день рождения? Спасибо, что отпустили пораньше, а то праздник бы пошел насмарку, и пришлось бы ждать выходных. Поплотней запахнув куртку, девушка вдохнула прохладный воздух и поежилась. Апрель имел полное право называться теплым месяцем, но вот по вечерам. Когда солнце уже не так припекало, действительно было холодно.
   - Арина!
   Вздрогнув, девушка обернулась и тут же замерла на месте от удивления. Чуть поодаль, возле уже знакомого ей автомобиля стоял Марк. На этот раз на нем не было делового костюма и строгого классического пальто. Темные джинсы, просторная футболка с непонятной надписью, короткая кожаная куртка и белоснежные кеды никак не вязались с образом официального Корнеева и это было.... необычно.
  - Ты не торопишься? - Марк улыбался приветливо, дружелюбно и Арине стало не по себе.
   - Как сказать, - замешкавшись, ответила девушка, поправляя сумку на плече.
   - Насколько я знаю, ты встречаешься с остальными в восемь, - утвердительно заявил парень, облокотившись на машину и засунув руки в передние карманы. Он сразу стал похож на обычного веселого парня, ждущего свою девушку на свидание.
  - Да, - кивнула Арина, чувствуя себя неловко и неуютно. - Соня сказала?
   - Нет, информация из других источников. - Марк достал из куртки ключи от машины и пару раз подбросил их вверх. - Я боялся тебе пропустить.
   - Что ты здесь делаешь?
   - Пришел поздравить подругу своей сестры с днем рождения, тебя что-то смущает?
   - Если честно - да. Особенно учитывая наши сложные взаимоотношения.
   - На самом деле, никаких взаимоотношений, по сути-то, и нет. Вечная игра, не больше. Ты знаешь. Что я хочу уложить тебя в свою постель, я знаю, что ты этого тоже хочешь, но вынуждена немного посопротивляться, чтобы не была задета твоя гордость. Все просто.
   От возмущения Арина даже не смогла придумать достойный ответ, просто стояла и смотрела на самодовольную улыбку Марка, не зная, как отреагировать на подобное заявление.
   - Ладно, - спас от ответа девушку Марк. - Если серьезно, то мне бы хотелось увидеть тебя на переднем сидении.
   - Зачем? - удивилась Арина, нервно переступая с ноги на ногу.
   - Это сюрприз.
   - Мне ничего от тебя не нужно.
   - Позволь мне самому это решить.
   - Марк, я серьезно. Достаточно слов 'Поздравляю, желаю счастья'.
   - Я так не думаю. Арина, я не кусаюсь, мало похож на насильника и никогда не давал повода думать о том, что могу причинить тебе вред.
   - Правда?
   - Ты про вред?
   - Нет, я про твою похожесть на насильника. Учитывая твое заявление о желании затащить меня в постель, - Арина пожала плечами и повернулась дороге, собираясь уходить.
   - Неужели так трудно хотя бы раз меня послушаться? Ты не ответила на мой ход, я решил его повторить. Мне не хочется прекращать игру.
   - Ход? - недоуменно протянула Арина, вновь обернувшись.
   - Чаевые, - хитро улыбнулся Марк. - Или ты решила сдаться?
   Девушка набрала в грудь побольше воздуха, чтобы разразиться гневной тирадой, но Марк жестом ее перебил, продолжив:
   - Я просто хочу сделать приятное подруге своей сестры. И плевать, что у меня на тебя дальновидные планы, главное, чтобы твое хорошее настроение повысило настроение Сони. Особенно учитывая ее вчерашний разговор с Тороховым.
   - Она встречалась со Стасом? - Арина не верила собственным ушам. Вчера она разговаривала с подругой и та даже словом не обмолвилась.
   - И как все прошло?
   - Если сядешь в машину - расскажу, - пожав плечами, заявил Корнеев и, открыв дверь, сел за руль.
   - Это шантаж, - возмутилась Арин, переступая с ноги на ногу.
   - Я никогда не утверждал, что играю четно, - с этими словами Марк захлопнул дверь.
   Мысленно чертыхнувшись, Арина повернулась к дороге, рассуждая, что Соня сама ей все расскажет в любом случае. Однако, стоило ей сделать пару шагов, как ее вновь окликнули:
   - Арина!
   - Ну что тебе, Корнеев?
   - Она просила ничего тебе не говорить, - почти равнодушно протянул Марк. - Думаю. Она не планирует ничего рассказывать. Скажу больше - она настроена очень решительно. Так что все подробности можешь узнать только у меня.
   - Ты действительно думаешь, что я не смогу вытянут из своей подруги то, что меня интересует?
   - Зачем? Чтобы лишний раз заставить ее пережить это? Ты бы не говорила так, если бы видела, как она вчера плакала. - Марк говорил это с абсолютно серьезным лицом, немного побледнев и сжав руки на руле. Даже с расстояния в десять метров Арина видела, как побелели его пальцы. Вздохнув и понимая, как она потом пожалеет о том. Что поехала с этим человеком, Арина подошла к машине и, открыв пассажирскую дверцу, села.
   - Так-то лучше. Но давай договоримся, сначала мой сюрприз, а уже потом - рассказ о наших с Соней вчерашних приключениях, ладно? - Марк повернул ключ в замке зажигания и выжидающе посмотрел на Арину: - Не слышу ответа.
   - Хорошо, - кивнула девушка.
   Машина выехала со стоянки и медленно покатилась по широкому проспекту. Никто не отменял пробки в будний день вечером, поэтому спустя двадцать минут атмосфера в автомобиле нормализовалась и Арина, расслабленно откинувшись назад, первой нарушила молчание:
   - И зачем все это надо было устраивать?
   Марк лениво крутанул руль, перестраиваясь в другой ряд и, не глядя на девушку, усмехнулся:
   - Ты опять решила поиграть?
   - Прости? - недоуменно вскинулась девушка.
   - Ну, ты не понимаешь, чего я от тебя хочу, а я, в свою очередь, играю роль мерзавца, желающего...
   - Достаточно. - Арина нахмурилась, наматывая на палец прядь волос. - Неужели так сложно вести себя нормально?
   - Ты первая начала, - обронил Марк, поправляя зеркало заднего вида.
   Арина фыркнула, выражая свое несогласие со словами парня, и полезла в сумку за телефоном. Набрав номер Сони, она продемонстрировала его своему спутнику, и Марк тут же свернул на обочину, повернувшись к Арине с видом обиженного ребенка:
   - Ты нарушаешь правила игры.
   - Нет никакой игры, дубина! - сердито рявкнула девушка. - Точнее, ты сам в нее играешь, не интересуясь моим мнением.
   - Окей, Арина ты согласна со мной поиграть?
   - Хватит уже, Корнеев!
   - Слушай, если ты не забыла, мы договорились с тобой, что ты едешь праздновать свой день рождения по моей программе, а я рассказываю тебе о вчерашнем Сонином приключении. Что, черт возьми, тебя не устраивает?
   Арина, недовольно закусив губу, швырнула телефон обратно в сумку.
   - Это подло по отношению к ней, ясно?
   - Я тебе уже объяснил. Почему нам следует поступить именно так, Арина. Давай не будем заново все это проходить. У тебя в школе были проблемы с усвоением материала?
   - Да пошел ты, - обиженно буркнула девушка, но больше ничего не добавила, уставившись в окно, и всем своим видом выражая недовольство. Почему именно сегодня он к ней пристал? Вспомнил, будь он не ладен! Да еще и играет на чисто женском любопытстве, зная, что ей очень интересно услышать о Сонином разговоре с Тороховым.
   - Прекрасно, - кивнул Марк, снова выезжая на дорогу.
   Следующие полчаса они просидели в полном молчании, не обращая внимания друг на друга. Арина зло косилась в сторону парня и порой с досадой ловила себя на мысли, что брат Корнеевой в любом наряде хорош и привлекателен. Это только добавляло раздражения.
   По истечении получаса серебристый автомобиль свернул к высокому зданию с неоновой вывеской, на которой значилось непонятное название на французском языке. Арина недоуменно посмотрела на Марка, но задавать вопросов не стала, послушно выйдя из машины и направившись за парнем внутрь здания.
   Холл встретил их полумраком и офисной обстановкой - белые панели. Паркет и высокая стойка у широких дверей. Девушка за стойкой приветливо улыбнулась Корнееву, абсолютно проигнорировав Арину.
   - Марк, здравствуйте! Давненько вы к нам не заглядывали, я уже успела соскучиться.
   - Ириша, дорогая, - грудным голосом проворковал парень, наклонившись к девице и целуя ее руку. - Вы, как всегда, очаровательны. А Макс на месте?
   - Конечно, сейчас позову, - очаровательно улыбаясь, кивнула девушка, выходя из-за стойки и окидывая Арину внимательным взглядом. Та не удержалась от ядовитого замечания:
   - Не волнуйся, я не его девушка, так что для тебя путь свободен. Правда, у него таких много...
   В следующий момент ладонь Марка запечатала ее рот и остальное девушка только промычала.
   - Ирочка, не обращай внимания на эту умалишенную, она сама не ведает, что говорит, - сладко улыбаясь, Марк прижал к себе Арину. Девушка попыталась вырваться, но безрезультатно. Ирочка понимающе рассмеялась и скрылась за дверью. Марк тут же выпустил Арину.
   - Совсем с ума сошел, придурок? - возмутилась та, делая несколько шагов назад.
   - Нечего пугать девочку. Или ты ревнуешь? - поиграл бровями Корнеев, на что Арина только усмехнулась:
   - Очень ты мне нужен.
   - Видимо... - начал, было, Марк, но его перебил радостный оклик.
   - Корнеев, какими судьбами? Ты ведь уже месяца четыре к нам не заходил!
   - Макс, поверь, это все из-за большой загруженности. Ни минуты свободного времени! - Корнеев обернулся на голос с широкой улыбкой. В дверях стоял невысокий широкоплечий парень с дружелюбным лицом. На нем был какой-то странный белый костюм, а в руках он держал шлем с защитной сеткой. Арина видела подобные костюмы всего один раз, когда случайно переключила телевизор на спортивный канал, где проходили соревнования по фехтованию.
   - Ты куда меня притащил? - тихо прошипела девушка на ухо своему спутнику, при том не забывая мило улыбаться Максиму. Тот с интересом разглядывал их и продолжал улыбаться во весь рот.
   - Тебе давно пора спустить пар, - ехидно ответил Марк. - Уже стала на людей бросаться.
   - Это ты кого имеешь в виду? - Арина недоуменно вскинула брови.
   - Себя, естественно.
   - А-а-а, - облегченно ответила девушка. - Ну, тебя я за человека не считаю, прости.
   - Я смотрю, ты не скучаешь, - рассмеялся Максим, кивая в сторону Арины.
   Марк кивнул с веселой улыбкой и обнял друга. Следующие пят минут они обсуждали свои планы на выходные: 'Нам нужно завалиться в какой-нибудь бар и вспомнить былое '. Арина со скучающим видом пробежалась взглядом по помещению, но ничего интересного не обнаружила. Рабочий день был коротким, но весьма напряженным и теперь хотелось залезть в теплую воду, расслабиться и отдохнуть. Марк заметил куку девушки и быстренько свернул разговор.
   - Я привел к тебе нового посетителя.
   - Ты же прекрасно знаешь, что твои друзья никогда не считались просто посетителями, друг. - Максим подмигнул Корнееву и повернулся к Арине. - Надеюсь, что буду частенько видеть тебя здесь.
   - Я сомневаюсь, - пожав плечами, отреагировала девушка.
   - Не обращай внимания, она сегодня бука. Впрочем, как и всегда.
   Зеленые глаза его собеседника лукаво блеснули, и он понимающе кивнул:
   - Трудный день? Тогда ты нашел верный способ помочь ей расслабиться. Есть, конечно. И другие варианты, более приятные, но...
   - Достаточно, - поспешила вмешаться Арина, пока разговор не зашел не туда, куда следовало бы. - Я, пожалуй, пойду, у мен еще куча дел...
   Марк ловко перехватил ее за талию и подтолкнул к своему другу:
   - Нет, дорогая, ты пойдешь с ним, получишь костюм и выйдешь сразиться со мной лицом к лицу. Хватит уже бегать.
   - Корнеев, - возмутилась Арина, пытаясь удрать. Ей совсем не хотелось бегать по залу со шпагой в зубах. Или чем там здесь пользуются... - Имей совесть, не порт мне день рождения.
   - Даже не думал, - сверкнул белозубой улыбкой тот, направляясь к дверям, откуда недавно вышел Максим. - Жду тебя через двадцать минут.
   'Я похожа на круглую дуру', - с раздражением думала девушка, стоя посреди площадки в костюме фехтовальщика и с рапирой в руках, спустя двадцать минут. Напротив стоял Марк, пока еще без шлема и весело улыбался, довольный донельзя.
   - Я не собираюсь тебя убивать, просто расслабься и получай удовольствие, - парень натянул шлем и встал в стойку, изящно вытянув руку с оружием. Арина неволь скопировала его движение, представляя, как абсурдно и нелепо это все смотрится со стороны. Марк довольно кивнул и добавил: - А теперь нападай.
   Если Арину попросят рассказать о ее впечатлениях от первого посещения этого зала, она не сможет рассказать ничего необычного: костюм, рапира, немного скользкий пол. И уж точно она не станет описывать то чувство азарта, которое завладело ей, когда она впервые атаковала Марка. Промолчит и об адреналине, заигравшем в ее крови яркими красами, придавая происходящему нотку безумства.
   Марк оказался опытным и весьма юрким противником. Девушке пришлось пускаться на всевозможные хитрости, чтобы хотя бы приблизиться к своему противнику, не говоря уже о том, чтобы его зацепить. С боевым азартом, растрепанная, непривычно веселая, она раз за разом нападала, чтобы тут же потерпеть поражение и попытаться опять.
   - Достаточно, - спустя час сказал Марк, стягивая с себя шлем и протягивая ладонь в знак завершения поединка. Арина расслабилась и осознала, что от усталости не осталось и следа, лишь приятно ломило тело, да гулко стучало сердце. Ругаться с Корнеевым резко перехотелось, и она улыбнулась:
   - Спасибо, это действительно было именно то, что нужно.
   - Ну вот, а ты не верила. - Марк забрал у нее рапиру и развернулся в сторону раздевалок. - Теперь в душ и за второй частью подарка.
   Арина даже не стала выказывать удивления - сил на возмущение на осталось. Послушно отправившись в раздевалку, где ее уже ждало полотенце и пузырек геля для душа, девушка пыталась отогнать мысль о том. Что привычный мерзавец Корнеев не так-т прост. Стоя под теплыми струями душа, она с внезапным раздражением поняла, что Марку удалось почти невозможное - расположит ее к себе, да так, что она даже не заметила этого.
   Марк ждал ее в холле, весело болтая с Ирочкой. Арина мысленно усмехнулась, когда увидела, с каким раболепным обожанием смотрит на ее спутника эта девица - Сонин брат в своем репертуаре, разбивает девичьи сердца на лету.
   - Готова? - спросил ее Марк, стоило только подойти к этой воркующей парочке ближе.
   - Да, - кивнув, Арина с чувством превосходства посмотрела на обожательницу Корнеева и мимоходом уронила: - До свидания.
   - Будем рады вас видеть снова. - заученно промямлила та, взглядом показывая, что это далеко не так.
   - Обязательно загляну на днях, - ответила Арина, чтобы задеть эту 'профурсетку', как говаривала ее бабушка, и вышла на улицу. Марк вышел следом за ней и галантно распахнул двери своего автомобиля:
   - Прошу вас, мадемуазель, - ерничая, произнес он.
   - Куда ты теперь меня тащишь? - спросила Арина, когда Корнеев занял свое место за рулем и завел мотор.
   Марк пожал плечами, глянув в ее глаза:
   - Пар мы из тебя выпустили, теперь пришел черед расслабления.
   - А может, ты отвезешь меня домой?
   - Ну уж нет. - Корнеев отрицательно помотал головой. - Это даже не обсуждается. Обещаю, что в восемь ты будешь на месте, отмечать праздник с подругами, но до этого времени ты в полном моем распоряжении.
  Арине показалось, что в завершении Марк добавил что-то еще, тихо, приглушенно, почти неразличимо. Если этот паршивец что-нибудь задумал, ей придется очень постараться не наделать глупостей. Например, поддаться его обаянию - безумная, ужасная, отвратительнейшая глупость.
  - Хорошо, я буду послушной девочкой еще час, но после ты обязан отвести меня домой, Корнеев. Имей совесть, я не могу праздновать день рождения в джинсах и кедах. - Она защелкнула замок на ремне безопасности и искоса глянула на Марка в ожидании ответа.
  - Все будет так, как ты захочешь, именинница. Правда, есть одно ма-а-аленькое 'но'...
  - Какое? - с внутренним смирением вздохнула девушка, ожидая услышать какую-нибудь глупость.
  - Ты никогда не была похожа на послушную девушку.
  Арина лишь устало кивнула головой и отвернулась к окну. Разговор в транспорте всегда удобен хотя бы поэтому - можно ускользнуть от ответа, сделав вид, что тебя заинтересовало что-то, проплывающее за окном. Однако удивлению девушки не было предела, когда она поняла, что машина Марка едет по дороге в другом конце города, где Арина бывало очень редко и недолго. Когда приезжала навестить воспитателей своего детского дома.
  А вот, кстати, и он. Высокое здание в три этажа, с длинными деревянными окнами и просторным крыльцом. Крыша покрыта темной черепицей, сад утопает в зелени. Неужели Марк узнал о том, что она сирота и решил привезти ее сюда?
  Но нет, машина проехала дальше по улице, и Корнеев даже не взглянул в сторону детского дома номер сто семнадцать. Арина облегченно выдохнула и позволила себе расслабиться, она бы чувствовала неловкость, если бы Марк узнал о ее трудном детстве.
  - С тобой все в порядке? - заметил все таки напряженность своей спутницы парень. Арина кивнула и сделал вид, что заинтересовалась содержимым своей сумки. Марк настаивать на ответе не стал.
  Лишь через полчаса, проведенных в абсолютном молчании, Марк объявил, что они приехали. Машина свернула с основной дороги в какой-то проулок и остановилась возле конюшен. Это место Арина прекрасно знала, она с остальными воспитанниками детдома каждые полгода, на протяжении пяти лет приезжали сюда и катались на лошадях. Девушка вспомнила, как она радовалась этим поездкам, и сколько нетерпения снедало ее изнутри, стоило Марии Семеновне, директору приюта, объявить, что скоро они поедут на конюшни.
  - Говорят, что лошади не просто животные, - с улыбкой произнес Марк, помогая Арине выйти из авто. - Они так же могут лечить, успокаивать и поддерживать. Красивые животные, а главное, очень умные. Когда-нибудь каталась на лошадях?
  Арина кивнула, внимательно оглядывая окрестности. Вот несколько амбаров, в которых расположены стойла, а там виднеется дорожка, которая проходит через парк и мимо небольшой арены, где тренируют лошадей. Она петляет среди деревьев и утыкается в лес, раскинувшийся за городом. Воспитанникам приюта строго запрещалось пересекать черту города, это сулило им огромные неприятности, и Арина всегда мечтала, что когда-нибудь она станет независимой, приедет сюда и сделает то, что так давно хотелось.
  Стоп. То есть они сейчас на окраине города? Взглянув на часы, тонким ремешком обхватившим ее запястье на левой руке, Арина поняла, что задумал Марк.
  - Ты меня обманул, - убийственно-спокойным тоном констатировала она.
  - Ты о чем?
  - Мы не вернемся к восьми часам. Уже половина восьмого, а до клуба добираться гораздо больше времени. Корнеев, да как ты только на это решился? Тебе нравится портить мне жизнь, да? Зачем нужно было лезть ко мне именно в этот день, а?!
  - Арина, успокойся, - поморщился Марк, хватая ее за руку и потянув в сторону дальнего амбара. - Давай только без истерик!
  - Ты считаешь, что это лишнее? - вскинулась девушка, изо всех сил упираясь пятками в землю, лишь бы не идти в очередной раз на поводу у этого типа.
  - Арина, черт возьми, хватит! - рявкнул Марк, останавливаясь и не обращая внимания на удивленные взгляды посетителей. - Я просто хотел, чтобы ты хорошо провела этот вечер.
  - И для этого разузнал, что я сирота и соизволил притащить меня на эти конюшни? Думал, что я расчувствуюсь и упаду перед тобой на колени с просьбой приголубить?
  Марк удивленно замер, не сводя темных глаз с лица девушки. Той сразу стало как-то неуютно, словно она почувствовала себя виноватой за проступок, который не совершала. Глупое чувство с каждой секундой нарастало, и Арина смутилась еще сильней.
  - Я не знал, - тихо произнес парень.
  - Что? - растерянно переспросила его девушка.
  - Я не знал, что... что у тебя нет родителей. Ариш, прости, я не хотел.
  Слова эти были сказаны просто, спокойным голосом, но Арина почему-то даже не засомневалась в их искренности. Наоборот, ей тут же захотелось уверить Марка, что она не обиделась и ей вовсе не неприятно его внимание.
  Следующим чувством было смущение. Черт, он придумал ей такой сюрприз на день рождения, а она, как самая последняя неблагодарная скотина, воротит нос и устраивает скандалы. Сколько раз она сегодня на него накричала? А ведь у парня стальные нервы, другой на его месте уже послал бы привередливую девицу и укатил по своим делам.
  - Спасибо, - негромко произнесла Арина, беря Марка за руку. - И извини, что я веду себя не очень послушно.
  Корнеев улыбнулся, не нахальной фирменной ухмылкой, а открыто и тепло:
  - Если ты волнуешься о девчонках, то Соня предупредила всех, что празднование откладывается на завтра.
  - Но завтра я работаю в ночную смену.
  - Уже нет.
  Арина ошеломленно посмотрела на него:
  - Ты решил стать волшебником, исполняющим желания?
  - Разве что твоим персональным, - добродушно заявил Марк и кивнул в сторону амбара, где стоял человек, держащий под уздцы двух лошадей. - Пойдем?
  - Тебе не кажется, что поздновато для конной прогулки? - Арина огляделась и улыбнулась. Сумерки она всегда любила, как, впрочем, и ночь. Но вот для лошадей, привыкших к дневным прогулкам, сгущающаяся темнота вокруг может показаться пугающей.
  - Не волнуйся, все продумано, - улыбнулся парень, а когда они подошли к встречающему их сотруднику конюшен, предоставил девушке самой выбрать лошадь.
  Арина выбрала ту, что была пониже ростом. В конце концов, она не ездила верхом уже больше двух лет, следовательно, не стоит лишний раз рисковать. Позволив Марку помочь ей забраться в седло, Арина крепко перехватила поводья и провела ладонью по горячей шее, так приятно и знакомо пахнущей лесными травами.
  Марк привычным движением вскочил в седло и направился к небольшой деревянной калитке, которая вела к полю, плавно переходящим в парк.
  - Я смотрю, ты и фехтуешь, и на лошадях ездишь, - заметила Арина, когда ее кобылка поравнялась с жеребцом Марка. ('Как символично!' - буркнул внутренний голос.)
  - О, я в свое время увлекался... - Марк осекся на несколько мгновений, а затем продолжил: - Я был толкиенистом.
  - Да? Соня о подобном не упоминала.
  - Ты расспрашивала обо мне мою сестру? - игриво подмигнул Марк девушке, и она возвела глаза к небу.
  - Ты неисправим. Можешь хоть на пару минут забыть о своей мании?
  - Мании? Считаешь мое желание манией? Интересная точка зрения. - Заметив серьезный взгляд Арины, Марк улыбнулся и уже более спокойно продолжил кается: - Мне безумно нравилась эпопея о кольце, и я стал мечтать о приключениях, достойных Фродо и Арагорна. Вот и попал в ряды 'толкиенутых'. Через годик одумался, но страсть к фехтованию и конным прогулкам не исчезла. Рапира помогает мне сбросить напряжение, а под размеренный стук копыт легко думается и идеи удачные чаще в голову забредают. Так что я частый гость и у Максима, и здесь. Жаль, в последнее время нет возможности сюда выбираться - дела, дела, дела.
  - А я в детстве мечтала иметь лошадь. Построить для нее небольшую конюшню, холить и лелеять ее, быть может, участвовать в скачках. - Арина улыбнулся, и потрепала свою кобылку по холке. - Со временем я поняла, что это не только дорого, но и весьма хлопотно и отказалась от этой идеи.
  Марк улыбнулся и замедлил шаг своего коня, заметив, что Арина немного отстает. Жеребец недовольно фыркнул, но поймав влюбленный взгляд своей напарницы, гордо выгнул шею и тряхнул гривой.
  - От мечты отказываться нельзя, Арина, - с теплой улыбкой заявил Марк, а затем кивнул куда-то в сторону. Арина обернулась и тут же натянула поводья, заставляя лошадь остановиться.
  Впереди стояла небольшая деревянная беседка, увитая плющом. Со всех сторон окруженная деревьями, она была почти скрыта от любопытных глаз, но сегодня ее сделали заметней.
  Она вся светилась. Неуверенно глянув на Марка, Арина направилась свою кобылу в сторону беседки и, приблизившись к ней, девушка поняла, что по всей беседке расставлены свечи. Высокие, в изящных подсвечниках, маленькие на узорчатых блюдцах. Их было около сотни, за счет отсутствия ветра они горели мягким, ровным светом и отбрасывали волшебные тени на стены беседки. Посередине же стоял небольшой столик, накрытый белоснежной скатертью, на котором стояла корзинка с фруктами, несколько накрытых блюд, два бокала и бутылка вина.
  - С днем рождения, Арина, - послышалось за спиной. Девушка оглянулась и недоверчиво поинтересовалась:
  - Это для меня?
  - ну, если ты не будешь против, то для нас, - улыбнулся Марк. Он спрыгнул с коня и помог Арине спустить на землю. Накинув поводья на специально заготовленную для этого стойку, он галантным жестом пригласил Арину зайти внутрь беседки.
  - Знаешь, первая часть твоего сюрприза мне понравилась больше, - со смехом заявила она, усаживаясь на стул с резной спинкой и следя за тем, как Марк откупоривает вино и разливает багряный напиток по высоким бокалам.
  - Почему?
  - Там я могла тебя отлупить, а здесь... - Арина развела руками, словно не зная, как выразить свои чувства.
  - Отлупить в благодарность? Что ж, в этом случае давай ограничимся простым 'спасибо'.
  Они весело болтали, попивая вино и отдавая должное приятному ужину, заказанному, по словам Марка, у Сони. Арина с интересом слушала рассказы парня о том, как он был в девятнадцать лет суровым воителем с длинным мечом и водил дружбу с самыми чистокровными эльфами. В компании с Корнеевым неожиданно стало уютно и весело, смех девушки все чаще и чаще прорывался наружу. Обсуждались любимые книги и фильмы, обожаемая музыка, блюда, обычаи и детские воспоминания. Словом, спустя два часа, когда время перевалило уже за десять вечера, Арина осознала, что Марку за этот день удалось то, что до этого не удавалось никому - пробиться сквозь высокую стену равнодушия.
  Он был интересен.
  С ним было весело.
  С ним было уютно.
  Дорога к ее дому пролетела гораздо быстрей, чем Арине хотелось бы, потому что разговор не смолкал и в салоне автомобиля. Подъехав к подъезду девушки, Марк открыл перед ней дверь и, прежде чем Арина направилась к подъездной двери, остановил ее за руку.
  - Спасибо за этот вечер.
  Арина улыбнулась:
  - Это тебе спасибо за чудесный праздник. Оказывается, ты не такой уж и мерзавец.
  Марк рассмеялся и нежно поцеловал ее в щеку:
  - Еще раз с днем рождения.
  Он сел в машину выехал со двора, а Арина, как и в прошлый раз, стояла в подъезде, прислонившись спиной к двери, и думала о Марке.
  Вот только теперь в ее мыслях не было ни капли раздражения или злости. Теперь там царило сожаление о том, что поцелуй был таким целомудренным.
  
  Марк гнал по пустой улице, стараясь разобраться в своих эмоциях.
  Вечер прошел прекрасно, даже лучше, чем он планировал. Арина почти не ругалась, если честно, Марк ожидал гораздо большего сопротивления. Тогда почему на душе так паршиво?
  В салоне гремела музыка, на которую парень даже не обращал внимания. Перед глазами стояло удивленно лицо Арины, когда он поцеловал ее на прощание в щеку. Она ожидала большего? Боже, она даже не представляет, сколько выдержки ушло у парня на то, чтобы не совершить ошибку, не поцеловать ее именно так, как ему хотелось.
  Подобное для него ненормально. Черт возьми, он ведь всегда держал себя в руках, всегда мог контролировать свои чувства! Что изменилось? И что влекут за собой эти перемены.
  И лишь в глубине души зарождалось что-то теплое и безумно приятное. Интересно, когда Арина вспомнить, что он так ничего и не рассказал ей о Соне? Ведь это может означать только одно - совершенно обоснованная причина для новой встречи.
  
   Глава седьмая.
  
   Ложь помогает нам прятаться. Так ведь намного проще.
  
   - В подобных историях я нахожу особую иронию, - выдала Мариша, допивая виски.
   Мы сидели у меня дома, воспользовавшись отсутствием родителей и устроив небольшой девичник. Марк не звонил, значит, его задумка удалась, и празднование Арининого двадцатилетия откладывалось на завтра, но душа так хотела отдохнуть и расслабиться, что я потянула Марину к себе домой, по дороге прикупив в супермаркете бутылку хорошего виски. Теперь мы сидели в моей комнате, разложившись на полу и облокотившись на спинку кровати. Небольшой светильник освещал комнату, из колонок, установленных возле моего ноутбука лилалась тихая спокойная музыка, а по комнате плыл сигаретный дым от зажженной сигареты в руках подруги.
   - Ты о чем? - я помазала рукой перед лицом, разгоняя кумар. Открытое окно не очень-то спасало мои легкие от никотина, и я медленно, но верно, превращалась в пассивного курильщика.
   - О ситуации, которая сейчас, - пояснила подруга, наливая себе новую порцию янтарного напитка с крепким запахом алкоголя. - Арина так возмущалась по поводу интереса твоего брата к ней, а сейчас мило ужинает с ним, весьма удачно забыв о нас.
   - Ревнуешь? - усмехнулась я, делая глоток.
   - Радуюсь. - Марина вздохнула, уставившись в потолок. - Пусть хоть одна из нас будет со своей второй половинкой.
   - Что-то ты раньше не очень верила в идеальную любовь, - иронично заметила я. во мне до сих пор жила неуверенность по поводу того, правильно ли я поступила, отправив свою подругу на съедение Марку. Поудобней перехватив подушку, я легла прямо на мягкий ковер, перебирая шелковистую бахрому на покрывале кровати, свесившегося вниз.
   - Весна, наверное, - неуверенно произнесла подруга, отправляя в рот шоколадную конфету и тут же делая затяжку горьковатого дыма. - Хочется любви, понимаешь ли. А ее нет и не планируется.
   - Безобразие, - нарочито-сердито покачала головой я
   - Прекрати, - поморщилась подруга. - Сама ведь в душе романтик.
   - Во мне романтику убили с первого раза. До конца жизни впечатлений хватит.
   Кажется, я догадывалась, в чем причина Маришкиной хандры.
   - Это не значит, что ты не влюбишься опять.
   - Он так и не звонил? - улыбнулась я.
   - Кто? - делая вид, что не поняла моего вопроса, Марина при этом печально вздохнула.
   - Кто, кто... Я бы сказала, да цензура не позволяет, - усмехнулась я. - Похититель твой.
   - А, ты про Александра, - скучающим тоном протянула Марина, но сбить меня с толку у нее не получилось. Заметив это, она мотнула головой: - Нет, не звонил.
   - Неужели так понравился? - подняла бровь я.
   - Знаешь, вроде бы и нет, а в то же время очень даже, - задумчиво сказала подруга, пристально разглядывая что-то в своем бокале. Я в свою очередь сделала приличный глоток и потянулась к сигаретам. - Эй, ты же не куришь!
   Поморщившись, я убрала руку. Действительно, чего это я?
   - Меня раздражает только одно - обещал ведь позвонить, настаивал, а сам... - продолжила Марина.
   - Игнор - двигатель внимания, - с умным видом изрек мой мозг.
   - Да ну? А я и не знала. Черт бы побрал эту женскую гордость!
   - И логику.
   - Прекрасный тост, - усмехнулась подружка, и мы чокнулись бокалами.
   Вскоре виски закончился и мы пришли к выводу, что пора расходиться. Быстро перетащив посуду на кухню и свалив ее в раковину, я помогла Марише собрать ее вещи (у нее дурная привычка высыпать все содержание сумки, когда она что-либо в ней ищет), я закрыла за девушкой дверь и в задумчивости замерла посреди прихожей.
   Тело ломило от усталости, а вот мозг активно работал, перебирая последние события. Вздохнув, я решила принять ванну, чтобы окончательно себя вымотать и завалиться спать, желательно, без сновидений. Поэтому, открыв в ванной горячую воду, я направилась в спальню и начала раздеваться, попутно ища глазами свой халат.
   Именно в этот момент в дверь позвонили. Черт, вечно она что-нибудь забудет, а потом возвращается. Усмехнувшись, я подошла к входной двери и настежь распахнула ее, забыв о том, что на мне ничего кроме нижнего белья нет.
   - Порой ты удивляешь меня своей рассеян... - я осеклась на полуслове, глядя в синие глаза, которые ну никак не должны были здесь находиться. Впрочем, как и все остальные части тела и органы Стаса.
   - Я не помешал? - ехидная улыбка на лице парня уступила место мрачной серьезности.
   Черт. Черт. Черт, черт, черт! Захлопнув дверь прямо перед его носом, я стремглав бросилась в свою комнату и начала в спешке перебирать вещи, пытаясь найти халат. В дверь вновь позвонили, на этот раз настойчивее, чем в первый раз. Что он здесь забыл? Что Станислав Торохов делает на пороге моей квартиры, когда я абсолютно одна, да еще и в легком подпитии? Замерев столбом у кровати, я закрыла лицо руками, вспоминая нашу последнюю встречу. Вернее, то, чем она закончилась. Пожалуйста, убирайся, не стоит играть с моей уверенностью.
   Ненависть, до этого почему-то забытая, вновь заворочалась на дне души, призывая прогнать Стаса и ни за что не слушать его очередные объяснения. А вот женское любопытство, глупое, отвратительно чувство интереса, требовало поговорить с ним.
   В третий раз он постучал. Стук разнесся по всей квартире, и я вздрогнула, понимая, что так просто Стас не уйдет.
   В отчаянии я села на пол, сжавшись в комочек и пытаясь отключиться от реальности. Зачем?! Зачем он пришел, после того, как мы все выяснили, после того, как он пообещал Марку больше никогда не приближаться ко мне. Неужели я никогда не смогу отделаться от этого человека, до конца своих дней ненавидя его всей душой?
   Вздохнув, я подняла голову и тут же увидела этот чертов халат, лежащий на самом видном месте. Встала. Надела его и под очередной стук пошла открывать.
   - Что тебе здесь нужно? - ледяным тоном спросила я, когда синие глаза вновь встретились с моими карими.
   - Можно? - немного нервно спросил он, преступая с ноги на ногу.
   Посторонившись, я пропустила его в квартиру и закрыла дверь, стараясь никак не показывать своего волнения. Будь проклят тот день, когда я повстречалась с этим человеком.
   - Мне нужно кое о чем с тобой поговорить, - серьезно произнес Стас, а затем спросил: - Ты одна?
   - Да, - кивнула я в ответ, поплотней завязывая халат. - я слушаю тебя.
   - Может, разговор начнем не на пороге?
   - Не думаю, что он продлиться долго, поэтому тебе нет смысла проходить на кухню или в зал.
   Стас усмехнулся и, сбросив обувь, прошел мимо меня, направляясь прямо в мою спальню.
   - Торохов, я серьезно - говори, что тебе нужно, а затем уматывай отсюда, пока я... - закусив губу, я осеклась, не зная, как продолжить.
   Стас только головой покачал, удобно усевшись в кресло у окна. У него в руках была пухлая папка, которую он нервно теребил за края. Словно желая поскорей избавиться от нее.
   - Извини, я знаю, что обещал больше не встречаться с тобой, но дело этого стоило. Хотел сначала позвонить Марку, но это нужно обсудить именно с тобой, а твой номер телефона он бы не дал. В общем, вот, возьми, - он протянул мне папку и я, немного помедлив, взяла ее и раскрыла в самом начале, что бы почти сразу же ошеломленно посмотреть на парня.
   Внутри была распечатанная переписка. Моя переписка с Болтуном. Листов сто, не меньше.
   - Что это значит? - недоумевающее спросила я, не зная, что и подумать.
   - Я нашел это сегодня на компьютере в студии. - Стас смотрел на меня, недовольно кривясь. - Здесь далеко не все, как я понимаю. Остальное уже удалили.
   Я облегченно прикрыла глаза. За секунду до его ответа мне в голову закралась мысль, что Болтун - это Стас, но теперь...
   - Это мой старый аккаунт. Я не пользовался им уже года два, может больше... А вчера, когда ты ушла, программа дала о себе знать и я...
   - Ты все прочел? - отстраненно спросила я, перелистывая страницы.
   Стас вздохнул и, поднявшись с кресла, подошел к окну. Отодвинув плотную штору, он выглянул на улицу, впустив в комнату прохладный ветерок. Для апреля месяца неоправданно теплая погода...
   - Тебе ответить честно?
   Я кивнула, не до конца осознавая, что он стоит ко мне спиной и не может видеть этого. Однако Стас тут же откликнулся:
   - Да, я прочел все.
   - Уходи.
   - Не хочешь ничего узнать о своем дружке? - неожиданно грубо спросил он, резко обернувшись. - Я заметил, что у вас полная анонимность.
   - Вот именно, анонимность, Стас. Разберемся без тебя. Уходи.
   - Вряд ли в ближайшем будущем ты свяжешься со своим Болтунишкой.
   Я швырнула папку на кровать и сложила руки на груди, сердито нахмурившись:
   - Что ты хочешь этим сказать?
   - Его зовут Игорь, он был моим напарником по эфиру. Слышала?
   - Прости, но я не слушаю вашу радиостанцию.
   Стас усмехнулся:
   - Я почему-то не сомневался. Я не знаю, с чего он решил зайти в сеть под моим ником, даже не сказав не слова об этом мне. Если тебе это интересно - спросишь у него сама. Просто я хочу, чтобы ты знала, что я в этой истории не замешан, чтобы в очередной раз из меня не сделали козла отпущения. - Стас помолчал, ожидая моей реакции, но я не знала, что сказать и он продолжил: - Вот его номер и адрес. - На кресло упала небольшая бумажка. - Он у нас больше не работает, его выгнали, поэтому писать тебе больше некому. Если, конечно, ты не захочешь пообщаться со мной, в чем я очень сильно сомневаюсь.
   Он подошел ко мне вплотную и пристально посмотрел в глаза. Я сделала несколько шагов назад, стараясь держать его на приличном расстоянии от себя. Он хмыкнул, что-то неразборчиво произнес и направился к выходу, на ходу уронив:
   - Провожать не нужно.
   Спустя минуту дверь за ним захлопнулась.
   Тишина, повисшая в квартире после его ухода, давила на меня, мешала дышать полно грудью. Отодвинутая штора свободно пропускала дуновение ветра, и внезапно меня бросило в дрожь. Трясущимися руками я поправила выбившуюся из хвоста непослушную прядь и прикрыла глаза, вслушиваясь в звуки, доносившиеся с улицы. Удивительно, но спустя несколько минут я уже могла спокойно рассуждать, не отвлекаясь на эмоции.
   Теперь я знаю, кто такой Болтун и как мне с ним встретиться. Но необходимо ли это мне? Ведь уже давно стало ясно, что обычное дружеское общение, пусть и весьма доверительное и трепетное, уступило место симпатии, пускай только со стороны Болтуна... Игоря. Обманывал ли он меня? Знал ли он, кто срывается за моими сообщениями? Я постаралась припомнить, рассказывали ли я ему что-нибудь о Стасе, и не смогла. Возможно, когда-то и могла что-либо написать, но имен точно не указывала, следовательно, здесь нет никакого обмана. Но почему, зачем он добавился ко мне? Ведь я отлично помню, что именно он написал первый. От скуки, желая скоротать время перед эфиром? А потом неожиданно воспылал ко мне самыми лучшими чувствами и решил продолжить общение?
   Черт возьми, есть лишь один способ узнать правду - позвонить ему и спросить напрямик. На часах не было еще и одиннадцати, спать еще слишком рано, да и тем более, я знаю, что Болтун - заядлый полуночник. Нервно закусив губу, я подошла к креслу и взяла в руки листок с номером, оставленный Стасом. Цифры били написаны резко, немного угловато, явно в спешке. Здесь тут же возник новый вопрос: зачем Стасу это было нужно? Что своим приходом он хотел показать мне? Боясь передумать, я набрала номер Игоря и стала считать гудки.
   На пятом трубку сняли:
   - Алло, - откликнулся хрипловатый голос настолько неожиданно, что я чуть не выронила телефон.
   - Э-э-э, - замявшись, выдала я, не зная, что сказать.
   - Я слушаю, - в голосе парня промелькнула нотка раздражения.
   - Я тебя не разбудила? - осторожно поинтересовался я.
   - Маш, я же тебе сказал, сегодня ничего нет, все привезут только завтра, - злость была неприкрытой и я еле сдержала порывистый вдох.
   - Это не Маша, Игорь.
   - А кто? - Игорь насторожился.
   - Сонька.
   - Сонька? - хмуро переспросил парень. - Какая Сонька?
   Вздохнув, я ответила, нервно грызя ноготь:
   - Твоя собеседница в аське.
   - О... - получила я в ответ.
   - Да, я знаю, что это все очень неожиданно и все такое, но... не могли бы мы встретиться?
   - Это действительно ты?
   - Да, - я кивнула, глядя на свое отражение в зеркале. Растрепанная, в коротком домашнем халате, босыми ногами и испуганная до чертиков. Зрелище презабавное, ничего не скажешь.
   - Господи, как ты узнала мой номер? - сказать, что парень был удивлен - не сказать ничего.
   - Это долгая история, я расскажу ее тебе при встрече. Пока скажу одно - у нас оказался общий знакомый. Стас Торохов.
   - Да? Хорошо, где ты хочешь встретиться и когда?
   - Прямо сейчас, Игорь. Иначе я просто свихнусь, - голос задрожал и я помолчала несколько мгновений, давая себе возможность успокоиться. - Знаешь кафе напротив кинотеатра на Садовой? Оно круглосуточное и по вечерам там мало народу, поэтому никто нам не помешает спокойно пообщаться.
   - Я буду там через час. - Игорь кашлянул и немного хрипло спросил: - Ты так долго бегала от встречи со мной, почему именно сейчас?
   - Не знаю, - честно ответила я. - Наверное, потому что ты единственный, кто может помочь мне разобраться в этом абсурде. До встречи.
   Я бросила телефон на кровать и начала лихорадочно собираться, не заботясь особенно о своем внешнем виде. Желания понравиться Игорю внешне у меня не было, тогда зачем наряжаться? Сейчас совсем не до этого.
   Натянув удобные джинсы и футболку, я схватила ветровку и вышла в прихожую. Влезая в кеды, протянула руку за ключами от машины, лежащими на тумбочке и тут же остановила себя, после виски вождение - плохая идея.
   Пришлось вызывать такси, которое я пошла ждать уже во дворе. Я не могла находиться в квартире, где ощущался запах туалетной воды Торохова. Терпкий, мужественный, с почти незаметной примесью муската. Я ощущала себя грязной, будто испачкалась, влезла во что-то гадкое и мерзкое. В груди было горячо, воздух обжигал легкие - это пришла паника.
   Наверное, когда таксист увидел свою очередную клиентку, то сильно пожалел о том, что именно его отправили по этому вызову. Я видела себя его глазами - напуганная, бледная, с темными кругами под глазами.
   - С вами все в порядке? - испуганно спросил он, когда я села на переднее сидение и назвала адрес.
   Отвечать не хотелось, поэтому я просто кивнула. Мужчина облегченно вздохнул и сделал радио громче.
   Он был на ненавистной мне волне.
   Сидя в душном, прокуренном салоне автомобиля, я слушала когда-то родной голос, преследовавший меня в самых страшных кошмарах, и задыхалась.
   - Сегодня день выдался тяжелым, поэтому мне бы хотелось порадовать вас какой-нибудь спокойной и ненапряжной музыкой. Думаю, у многих сейчас настроение умиротворенное... - доносилось из динамиков, установленных сзади, - ...поэтому послушаем IAMX и Imogen Heap , композицию My Secret Friend. А потом перейдем к нашей постоянной рубрике...
   - Переключите, - хрипло попросила я, открывая окно.
   - Что?
   - Переключитесь на другую станцию. Водитель недоумевающе посмотрел на меня, но просьбу выполнил. Клубная музыка заполнила салон размеренным битом, и я облегченно закрыла глаза.
  Однако долго наслаждаться душевным равновесием у меня не получилось - машина остановилась у обочины, напротив мигнули огни знакомого кафе. Я расплатилась и вышла из автомобиля, с наслаждением вдохнув свежего, не испорченного дешевым ароматизатором, воздуха. Немного поколебавшись, подошла к широким стеклянным дверям с табличкой 'Открыто 24 часа' и решительно толкнула створки, ныряя в полумрак заведения. Внутри было не так уж и много людей, всего несколько парочек и две большие компании, которые вели себя шумно, но не раздражающе. Я выбрала столик в углу и заказала у подошедшего официанта чашку крепкого кофе и расслабленно откинулась на спинку стула.
  Странно, раньше терпеть не могла кофе, тем более такой крепкий, а сейчас уничтожаю его в огромных количествах. Причем удовольствия не получаю, просто мазохизм какой-то, честное слово. Недавно, когда я при Арине спокойно попивала очередную порцию капучино, она заявила, что я окончательно сошла с ума. Мне даже нечего было ответить. Объяснить свое пристрастие к этому напитку внятно я не могла, а просто отмахнуться не позволили подруги. Пришлось заявить, что я внезапно распробовала истинный вкус этого благородного напитка и поэтому теперь просто не могу от него оторваться.
  Внезапно мелькнула мысль, что кофе я начала пить после того визита к Агнессе, после той идиотской истории с 'гаданием'. И вообще, все события, так или иначе потрепавшие мне нервы, происходили после того дня. Судьба?
  Я усмехнулась, уставившись в свою чашку, лениво размешивая ложечкой сахар. Просто превосходно, таких подарков мне эта личность не делала никогда.
  Колокольчик над входной дверью зазвенел и я машинально повернулась ко входу. На пороге стоял парень лет двадцати семи, чуть выше меня, с непослушной копной темно-русых волос. Он растерянно озирался, выискивая кого-то глазами, и я помахала рукой, перехватив его взгляд:
  - Игорь!
  Парень вздрогнул, но спустя мгновение направился ко мне уверенной походкой. По плотно сжатым губам было видно, что он волнуется, но я не стала подбадривать его ни улыбкой, ни словами - просто молча наблюдала за тем, как он садится за столик и делает заказ, нервно косясь в мою сторону.
  - Ну привет, - наконец произнес он, доставая из кармана пачку сигарет и зажигалку. - Ты не против, если...
  - Нет, кури, - покачала я головой, делая глоток и поджимая губы. мне было неловко, я бы даже сказала неуютно, под внимательным взглядом почти черных глаз. - Я, наверное, тебя удивила своим звонком?
  - Это еще слабо сказано, - усмехнулся Игорь, прикуривая сигарету и выпуская струю дыма. - Давно меня не выдергивали из постели таким способом.
  - Я, как бы, тоже была удивлена подобным обстоятельствам, - еле слышно произнесла я, внимательно разглядывая узоры на скатерти. Игорь не ответил и за нашим столиком на несколько минут воцарило молчание.
  - Неловко, правда? - наконец спросил меня парень, нервно затушив сигарету в пепельнице. - Мне безумно непривычно сидеть вот так напротив тебя и разговаривать, слышать голос, а не читать текст на мониторе.
  - Почему именно Стас?
  - Что? - вздрогнул Игорь.
  - Почему ты воспользовался его 'асей'? - я продолжала разглядывать узор на белоснежной ткани, не поднимая глаз.
  - Это так принципиально? - изогнул бровь парень, сложив руки на груди и откинувшись на спинку стула.
  - Даже не представляешь, как, - усмехнулась я. - Помнишь, я рассказывала тебе о парне...
  Запнувшись, я все-таки оторвала взгляд от стола и посмотрела на него, закусив губу. Игорь понимающе усмехнулся... какой-то недоброй усмешкой.
  - Так это Торохов был? Тогда понятно, почему он... - он осекся, но я тут же зацепилась за его слова:
  - Что 'он'? Договаривай.
  Игорь поморщился:
  - Я не могу. Обещал тебе не говорить ничего, так что прости.
  - Я прошу тебя, продолжи свою фразу.
  - Соня, я действительно обещал Торохову...
  - Игорь!
  Парень вздохнул, словно смирившись и послушно продолжил:
  - Теперь понятно, почему он говорил о вине.
  Мне захотелось рассмеяться. В голос. Громко, с истерическими всхлипами, лишь бы не держать этот комок эмоций внутри себя. Я боялась, что взорвусь в любой момент, поэтому сжала руки в кулаки под столешницей, до боли вонзая ногти в ладони.
  Ирония - человек, неспособный на какие-либо чувства, жалеет меня. Стас, что ж ты не приехал вместе с Игорем, не дал нам благословение?
  - Он сказал, что он задолжал тебе, поэтому чувствует свою вину и хочет вернуть таким образом долг, - продолжил тем временем Игорь. - И просил не говорить тебе об этих словах, но, как видишь, хранить секреты я не умею.
  - Да уж, - протянула я, улыбаясь собственным мыслям.
  - Сонь, - Игорь взял меня за руку и мягким, вкрадчивым тоном спросил: - Между тобой и Стасом что-то есть?
  - С чего ты это взял? - напряглась я.
  - Неважно, просто ответь, - настойчиво произнес Игорь, сжимая мою ладонь.
  - Нет, мы с ним даже не общаемся, - я постаралась пожать плечами как можно равнодушнее, но Игорь лишь головой покачал:
  - Он приезжает к тебе домой, чтобы дать мой номер телефона, а после названивает мне и грозится расправой, если я тебя обижу - и это вы даже не общаетесь?
  - Да, не общаемся... Он что сделал? - я пораженно уставилась на Игоря, чувствуя, как глаза медленно и верно вылезают на лоб, а челюсть отвисает до пола.
  - Что слышала, - понимающе улыбнулся Игорь, наблюдая за моей реакцией. - Ты помнишь, что я тебе говорил насчет наших отношений? Ты помнишь, что ты мне очень нравишься?
  В голосе Игоря прозвучали немного истеричные нотки, но я не обратила на них никакого внимания, размышляя о поведении Торохова. Почему он опять лезет в мою жизнь? Когда, наконец, я отделаюсь от этого человека раз и навсегда?!
  - Извини, а он живет до сих пор на Западном? - Неожиданная мысль, пришедшая в голову и надежно там засев, подстегнула к действиям.
  - Да, но ты ведь не поедешь к нему прямо сейчас? - Игорь неодобрительно нахмурился, но я лишь усмехнулась, вскакивая с места:
  - Извини, я действительно должна с ним поговорить. Понимаешь, мне надоело... - Я схватила куртку и быстрым шагом рванула к выходу. - Я позвоню тебе!
  На улице было тихо и прохладно. Наспех застегнув куртку, я бросилась через дорогу, к стоящему такси, кажется, тому самому, что привезло меня сюда.
  - Снова здравствуйте, - выпалила я, плюхаясь на заднее сидение. Водитель обернулся и кивнул:
  - Рад вас снова видеть. Домой?
  - Соня!
  Я выглянула в окно - из кафе как раз вышел Игорь и теперь направлялся к нам. Я виновато улыбнулась и повернулась к таксисту:
  - Нет, домой мы пока анне поедем. Западный, улица Ленина, дом тридцать пять. И желательно побыстрей, иначе меня сейчас начнут активно отговаривать.
  Мужчина кивнул и завел двигатель, на прощание помахав опешившему Игорю.
  - Парень? - понимающе спросил он, пролетая перекресток на желтый свет. Если бы мы остановились - Игорь бы точно нас догнал, всего метров двадцать пробежать.
  - Нет, друг. - Я порылась в карманах куртки, пытаясь найти свой телефон. нужно позвонить Марку и попросить его предупредить родителей о том, что я буду поздно. Если отчитываться перед родителями за свои скоропалительные отлучки из дома в полночь - так только после их разговора со старшим братом. Марк всегда умел их успокоить, за что ему огромное спасибо.
  - Значит, едем к парню? - продолжил допытываться водитель. Видимо, обрадовался, что я хоть чуточку оживилась. На самом деле, я не просто ожила, я внутри вот-вот должна была взорваться от негодования и злости. Рвать, терзать, убивать... Это единственное, что раздавалось в моей голове поэтому на вопрос таксиста я только кивнула.
  Телефон Марка был выключен, и я тихонько ругнулась, понимая, что придется звонить отцу. Однако, он меня опередил и когда на дисплее отобразился номер папы, я чуть телефон не выронила.
  - Да, - хрипло ответила, надеясь, что гроза минует.
  - Где ты? - сурово спросил отец. Не миновала.
  - Я к Арине поехала за очень важным конспектом, пап. -Ненавижу лгать родителям, но порой это просто жизненно необходимо... для их спокойствия.
  - В двенадцать часов ночи?
  - Это действительно срочно. Через час вернусь, обещаю.
  - Ты прекрасно знаешь, что мы с мамой тебе доверяем, но порой ты переходишь границы, София, - недовольно пробурчал папа. - У тебя час.
  - Хорошо, - ответила я, но папочка уже повесил трубку, и мне оставалось только виновато вздохнуть.
  - Мы почти приехали, - нарушил повисшее молчание мой водитель на сегодня. - Я так понимаю, мне стоит подождать?
  - Да, это было бы замечательно, - рассеянно кивнула я, разглядывая знакомый мне двор с двумя высокими домами и огромной детской площадкой, которая, естественно, в это время пустовала. - Я буду минут через десять.
  С этими словами я выскочила из машины, громко хлопнув дверью. Нужно добраться до Стаса как можно быстрей, пока мой гнев не погас и не уступил место чему-то менее... разрушительному. Однако у подъезда мне пришлось притормозить - номер квартиры я помнила, но звонить в домофон мне не хотелось. Оглядевшись по сторонам в поисках кого-нибудь из жильцов, я чертыхнулась: конечно, в такое время они тут толпами бродят. Я уже, было, начала набирать номер квартиры на металлическом циферблате, как раздался звук открывающейся двери и на улицу вывалились небольшая компания. Я тут же воспользовалась случаем и прошмыгнула в подъезд.
  До пятого этажа дошла пешком, методично считая ступеньки и разглядывая узоры на перилах. Стоило мне зайти в подъезд, как весь запал исчез и высказывать Стасу все свое негодование по поводу того, что он лезет в мою жизнь и явно не собирается останавливаться, мне вдруг перехотелось. Мелькнула предательская мысль повернуть назад, но я себя пересилила и все же добралась до знакомой двери, из которой в последний раз я выбегала вся в слезах. Отмахнувшись от воспоминаний, я резко выдохнула и нажала на кнопку звонка, перекрывая себе пути отступления. Теперь убегать поздно.
  Пару мгновений было тихо, но после послышались быстрые шаги, и дверь распахнулась, представляя моему взору хозяина квартира. Стас опешил.
  - Что ты здесь делаешь? - Я усмехнулась, собираясь ответить, но парень продолжил: - Это Игорь? Он обидел тебя?
  - Прекрати! - помимо воли вырвался у меня из груди крик. - Сколько можно, Стас?
  - Что ты имеешь в виду? - непонимающе уставился на меня парень.
  - Мне надоело, что ты постоянно вмешиваешься в мою жизнь, Торохов. - Гнев вернулся и я почувствовала себя уверенней.
  - И ты приехала, чтобы это мне сказать? - усмехнулся он, иронично качая головой.
  Я опешила, не зная, что ответить и Стас воспользовался моим замешательством. Схватив за руку, он затащил меня в квартиру захлопнул дверь
  - Тебе не кажется немного глупым стоять на лестничной площадке и говорить о таких вещах? - Он сложил руки на груди и прислонился спиной к стене, внимательно разглядывая меня. - Не хочешь чего-нибудь выпить?
  - Знаешь, сейчас мне бы хотелось одного - разорвать тебя на мелкие кусочки, - буркнула, стыдливо отводя глаза в сторону - до меня только сейчас дошло, что на Торохове не было ничего, кроме полотенца вокруг бедер.
  - Что вызвало у тебя такую реакцию? - негромко спросил он.
  - Я... в смысле? - я почувствовала, как лицо заливает краской.
  - Что привело тебя ко мне? - пояснил Стас. - Я так понимаю. Игорь проговорился?
  Я растерянно кивнула, отрывая взгляд от пола и заглядывая в его синие глаза. Стас рассмеялся, отбросив со лба мокрые пряди волос и смахивая с плеч капельки воды.
  - Почему-то иного я и не ожидал. А вот твой визит стал для меня неожиданностью.
  Я открыла рот, чтобы ответить, но не смогла вымолвить ни слова. За все это время Стас изменился: повзрослел, возмужал. До этого я не обращала внимания на эти изменения. Но теперь, когда он стоял передо мной в полуголом виде, как-то было трудно смотреть только на лицо.
  Широкие плечи, рельефные мускулы груди и сильные руки, плоский живот с кубиками пресса, узкие бедра и... Дальше мне мешало полотенце. Фигура Торохова стала более мужественной и, чего греха таить, сексуальной. Особенно это заметно, когда капельки воды, стекающей с волос, скользят по гладкой и бархатистой коже, спускаясь все ниже и ниже.
  - Я тебе не мешаю? - вкрадчиво поинтересовался Стас, явно заметивший мой интерес к его телосложению. - Может, переместимся в спальню, где ты сможешь это все оценить гораздо...
  - Заткнись, - огрызнулась я. - Лучше скажи мне, когда ты прекратишь лезть туда, куда не следует?
  - Например? - с усмешкой посмотрел на меня Стас.
  - Ты обещал Марку, что отстанешь от меня раз и навсегда. Ты обещал мне, что больше никогда не станешь вмешиваться в мою жизнь. Черт, неужели нельзя просто раз и навсегда исчезнуть, а? - я зло сжала кулаки и прожигала взглядом абсолютно невозмутимого парня.
  - Знаешь, мне кажется, что дело вовсе не в этом, Сонь. Ты просто захотела прийти. Только зачем?
  Он оттолкнулся от стены и подошел ко мне почти вплотную. Я почувствовала цитрусовый аромат его геля для душа и смогла разглядеть каждую морщинку вокруг небесно-синих глаз, сейчас почти темных, сердитых. Сделала шаг назад, мысленно проклиная себя за дурацкую идею устроить разборки с ним - теперь я чувствовала себя, как загнанный зверь в захлопнувшейся ловушке.
  - Ты можешь ответить? - его ладонь скользнула на мою талию и притянула к крепкому, пышущему жаром телу.
  - Отпусти, - попытался я вырваться, но безуспешно - все мои трепыхания тут же пресекли, прижав к стене и обхватив талию ужу двумя руками. Губы Стаса уткнулись в мою шею, опалив дыханием чувствительную кожу и заставив меня вздрогнуть. - Торохов, сейчас же отпусти меня.
  - Знаешь, у меня нет никакого желания выполнять твою просьбу. - Он поцеловал мочку уха, чуть ее прикусив, а затем перешел на висок. - Продолжай негодовать в таком положении, я с удовольствием послушаю.
  - Стас. Отпусти меня. Сейчас же. - Я постаралась придать своему голосу как можно больше уверенности.
  - Это все? - мурлыкнул парень. - Еще скажи, что тебе не нравится.
  - Да, не нравится. Торохов, ты мне омерзителен.
  - Угу, эти очаровательные мурашки говорят точно так же. И им не стыдно врать, как и их хозяйке.
  Я изо всех сил напряглась, упираясь ладонями в его грудь, в тщетных попытках оттолкнуть. Стас только тихонько рассмеялся и, наклонившись, поцеловал в уголок губ:
  - У меня есть к тебе дельное предложение, София. Может послушаешь?
  - Нет никакого желания. - Я дернулась, отворачивая лицо к стене.
  - Ответ не принимается, - суровым тоном выдал он, резко подхватывая меня на руки и неся в сторону спальни. Надо же, столько времени меня здесь не было, а до сих пор помню квартиру в самых мельчайших деталях. Вот и спальня до сих пор обклеена белыми, с золотым узором, обоями, на окнах висят тяжелые темно-серые шторы и середину комнаты занимает большая двуспальная кровать. Собственно, именно на нее меня и кинули, не особо заботясь о приличиях и галантности.
  - Ты совсем с ума сошел? - прошипела я, резко вскакивая с кровати и сложив руки на груди.
  - Так мне будет спокойней, - с довольной ухмылкой парень закрыл дверь и расслабленно прислонился к ней спиной, копируя мою позу. - Знаешь, мне нравится, как ты изменилась за все это время. Стала такой... гордой, независимой. Больше не зависишь от мнения людей. Соня, я снимаю перед тобой шляпу - настоящая деловая леди.
  - Тебе спасибо, - огрызнулась я, пытаясь при этом понять, на что он намекает.
  - Одно осталось неизменным, - не обращая внимания на мою ремарку, продолжил Стас, отводя в сторону взгляд и еле заметно улыбаясь. - Ты так и не научилась держать эмоции под контролем, позволяешь им управлять тобой. Захотелось пожурить меня за помощь? Значит, нужно срочно приехать сюда, наплевав на то, что сама просила оставить тебя в покое и больше никогда не появляться на горизонте. Дрожишь, как осиновый листок на ветру, стоит мне прикоснуться к тебе, отвечаешь на поцелуи, причем так, что... Слушай, может, у тебя давно парня не было? Так и скажи, я мальчик взрослый, понимаю, что в твоем возрасте хочется больше чувственных приключений. Могу помочь, если хочешь, раз в тот раз не срослось.
  От последних его слов у меня перехватило дыхание, и я почувствовала, как щеки заливает багряный румянец.
  - Почему ты все сводишь к сексу? - Я презрительно поморщилась, стараясь не показывать своего волнения, которое разрушительной волной накатывало на меня, вызывая в груди тихую панику, переходящую в серьезный мондраж. - Я больше не напоминаю тебе младшую сестренку? Наконец-то до тебя дошло?
  В комнате повисло молчание, угнетающее и горькое, как удушье. Синие глаза пристально вглядывались в мое лицо, и на мгновение мне показалось, что за маской циничного и надменного Торохова появился тот Стас, что три года назад подошел ко мне познакомиться возле университета - открытый, добродушный парень, способный приковывать к себе взгляды девушек одной лишь улыбкой. Но мгновение это было совсем уж мимолетным: только эта мысль закралась в мою голову, как синее глаза потемнели и теперь смотрели отчужденно.
  Он не ответил и это задело меня еще больше. Злость, кипящая и требующая выхода, стала разрывать мысли на мелкие куски, словно желая уничтожить не только объект ненависти, но и все на своем пути. Мне захотелось сделать больно, обидеть, оскорбить, унизить. Ненависть вновь подняла свою голову и я шумно выдохнула, собираясь обрушить на голову Стаса целую тонну проклятий, однако он все же перебил меня:
  - Я был дураком.
  - Что? - Я еле удержалась от того, чтобы не похлопать себя по ушам, желая убедиться, что они все еще на месте и не обманывают меня.
  - Я действительно поступил очень глупо тогда. Прости, что до этого не признавал своей вины и уверял, что прав. Гордость не всегда позволяет признать свою неправоту. - Он оттолкнулся от стены и вплотную подошел ко мне, осторожно проводя ладонью по щеке. Я напряглась и для Стаса это не осталось незамеченным.
  - Я не буду к тебе лезть с поцелуями, просто послушай, хорошо? На том чертовом вечере, который твой дядя организовывал, ты сразу привлекла мое внимание. Женственная, красивая, элегантная... И когда ты сняла маску, я сразу же узнал тебя, не знаю, почему, но узнал. И не мог поверить. Да, и раньше ты была красивой, но в тебе не было изюминки. - Он помолчал, глядя прямо в мои глаза с таким вниманием, что я невольно поежилась. - И во времена всех наших встреч я не мог выкинуть из головы мысль, что ты теперь совсем другая, а я, дурак, просто не понимал, что мне всего лишь нужно подождать. Я не хотел делать тебе больно.
  - Думаешь, все так просто? - Я сбросила его руку со своего плеча. - Ты постоянно портишь мне жизнь, Стас. Лезешь туда, где тебе совсем не рады. Хватит преследовать меня, хватит лгать, я никогда больше тебе не поверю, слишком плачевно это закончилось в последний раз. - Мне пришлось остановиться на несколько секунду и сделать пару вдохов - голос предательски дрожал. Я не понимала, что происходит со мной - внутри все кипело от гнева, но мне до безумия хотелось дотронуться до Стаса, обнять его. Я мысленно одернула себя: хочется тепла, а лезешь к костру, который спалит дотла. Поверила ли я в его раскаяние? Нет, я не настолько еще сошла с ума, чтобы верить словам человека, предавшего меня однажды. Но поверить хотелось, врать не буду.
  Стас воспользовался моей заминкой по-своему: нежно привлек меня к себе, уткнувшись носом в мою макушку и тихо что-то прошептав. По телу вновь табуном проскакали мурашки, а я, уже из последних сил, постаралась выскользнуть из крепких объятий. Бесполезно. Сильные руки держали мягко, но весьма уверенно, обжигая талию и спину. От цитрусового аромата закружилась голова, сладко екнуло сердце, закрылись глаза и крепко сжались губы в попытке прояснить голову. Через мгновение я ощутила на них поцелуй.
  Еще никогда никто не целовал меня так нежно, и в тоже время настойчиво. Я не стала обманывать себя, ответив на мягкие и ласковые движения губ, покрепче вцепившись в сильные плечи, слегка оцарапав их. С тихим стоном Стас развернул меня и прижал спиной к стене, не прерывая поцелуя и полностью лишая меня возможности даже пошевелиться без его ведома. Руки скользнули ниже, я резко выдохнула и нечаянно прикусила его губу.
  Отстранившись всего на пару миллиметров, почти касаясь моих губ, Стас тихо произнес:
  - Не обманывай себя. Ты можешь твердить о своей ненависти ко мне, можешь убеждать меня, что я тебе омерзителен, но не обманывай себя, Соня.
  Его губы скользнули на шею, слегка прикусывая нежную кожу, где он тут же сглаживал легкую боль нежными поцелуями. Каждое его движение сводило с ума, я разрывалась между стремлением уйти и желанием продолжить то, что начал он. Словно насмехаясь, его пальцы прошли по самому краю футболки, скользя по коже еле ощутимо, лаская ключицы легкими, почти невесомыми прикосновениями.
  - Я знаю, что не идеален, но мне до безумия хочется начать все сначала. Построить из руин то, что собственноручно разрушил.
  Пожалуй, я не слышала этого шепота. Да, я просто чувствовала его на своих скулах, губах, глазах. Везде, где были губы Стаса, до меня доносились слова, которые раньше я жаждала услышать.
  Но слова опоздали. Затерялись где-то в глубине этих опьяняющих синих глаз. И сейчас, когда их наконец вывели наружу, я больше не верю.
  Не знаю как, но Стас понял, что ему стоит остановиться. Он отошел к окну, потирая виски.
  - Уходи, - глухо произнес он, заставив меня вздрогнуть. - Можешь не волноваться - я больше никогда не стану искать встречи с тобой.
  Почему-то я поняла, что так и будет. Я победила, полностью избавилась от власти этого человека, от его необъяснимого, угнетающего меня присутствия.
  Однако, когда я выходила из его квартиры, громко хлопнув дверью, мне не хотелось радоваться. Казалось, часть меня, крохотная, но очень важная, осталась там, со Стасом.
  - Там осталась прежняя я, - тихо прошептала, зажмурив глаза. - Прошлая жизнь.
  Только дома, отмахнувшись от родителей и отложив беседу на завтра, я заперла дверь и дала волю слезам.
  И то, что слова Стаса были их причиной, меня пугало.
  
  Глава восьмая
  
   Первые моменты опьянения нежны, обманчивы и безмятежны, как первые мгновения любви.
  
   Росс Макдональд
  
   Я запуталась. Мне не хотелось признавать этого, но ситуация вышла из-под контроля и это меня не просто пугало, а приводило в ужас. Страшно осознавать, что чувства, давно забытые, вырванные из нутра и выброшенные на обочину жизни, вновь вернулись. Не сами, нет. Это я подняла их, заботливо отряхнула и положила на место.
   Но ненависть тоже не покинула меня. Оставшись, она не сдала своих позиций и пока была главной, но как долго это могло продолжаться? Ураган эмоций рано или поздно сметут ее вниз, вышвырнут за пределы моего сознания, и тогда я полностью погружусь в хаос. Как бы глупо это не звучало, но ненависть позволяла мне хоть как-то оставаться в согласии с собой и не поддаваться чувствам.
   Всю ночь я пролежала в постели, бездумно уставившись в потолок и активно жалея себя. За глупость, за наивность, за восприимчивость. Мне нужно было посоветоваться с кем-нибудь, рассказать о том, что бушевало внутри меня, но такого человека, которому я бы доверяла безоговорочно, у меня не было. И это злило еще больше.
   Ближе к утру, когда первые лучи солнца прокрались в спальню сквозь неплотно задернутые шторы, я все же позволила себе уснуть, полагая, что после пробуждения мне станет легче. Наверное, зря.
   Разбудил меня звонок. Не открывая глаз, я пошарила рукой по тумбочке, стоящей возле кровати и нажала на кнопку вызова, хриплым голосом поприветствовав собеседника:
   - Алло.
   Первые несколько секунд мне не отвечали, но потом все же из динамика донеслось:
   - Привет, прости, что я тебя разбудил. Ты... у Стаса?
   Игорь. Взволнованный, настороженный, что меня откровенно позабавило.
   - Нет, я дома. И тебе доброе утро.
   - Ты вчера говорила с ним? - парень явно чувствовал себя неловко.
   - Да, говорила, но предпочту подробности не разглашать, - не терпящим возражений голосом ответила я, садясь на кровати и хмуро разглядывая стены. Чертовски болела голова и жгло глаза, но я постаралась не обращать на это внимания, списав все на бессонную ночь.
   - Дело твое, - недовольно протянул Игорь. - Мы можем сегодня встретиться?
   Я задумалась. А стоит ли? Может, послать все к чертям собачьим и жить так, будто всего это никогда не было?
   Игорь уловил мое смятение и поторопился добавить:
   - Я не стану расспрашивать тебя о Стасе, и приставать тоже не буду. Мне бы просто хотелось пообщаться с тобой, полноценно, а не щелкая пальцами по клавишам. Можем сходить в кафе, можем рвануть в клуб...
   - Идея с клубом мне нравится, - приняла решение я. А почему бы и нет? Развеяться, потанцевать, словно и не было никаких проблем. - Только там не должно быть Стаса, хорошо? А то у нас с ним нехорошая тенденция встречаться в публичных местах.
   - Окей, - рассмеялся Игорь, облегченно выдохнув. - Я проверю, чтобы Торохова не было там, куда мы пойдем. Тогда в восемь я за тобой заеду? Диктуй адрес.
   Уже повесив трубку и натягивая халат, почувствовала легкий укол совести: прекрасно зная, как ко мне относится Игорь, я не делаю ничего, чтобы держать дистанцию.
   На кухне сидел папа, попивая кофе и лениво поглядывая в телевизор. Завидев меня, он кивнул на стул и тут же принял суровый вид.
   - Сядь, поговорить нужно.
   - Бить будешь? - улыбнулась я, послушно опускаясь на мягкое сидение.
   - Знаешь, выпорол бы с удовольствием, но ведь мама не позволит, - притворно вздохнул он, но тут же серьезно добавил: - Дочь, я прекрасно понимаю, что ты у нас девочка взрослая, самостоятельная и так далее. Однако, тебе прекрасно известно наше с мамой правило...
   - Пока живешь под этой крышей, будь добра соблюдать наши правила.
   - Именно, - кивнул отец. - Давай договоримся, что вчерашняя история больше не повториться? Мы никогда не ограничивали твою свободу, но предупреждать о своих поздних уходах все же стоит.
   Я виновато опустила голову:
   - Прости, пап. Но дело действительно не терпело отлагательств.
   - Верю. Поэтому и не ввожу штрафные санкции, - улыбнулся папа и, встав из-за стола и направляясь к выходу, потрепал меня по макушке. - Завтракай, малыш.
   - Я сегодня с девчонками в клуб поеду, ты не против? - спросила я.
   - Иди, что уж с тобой поделать. Но в три чтобы дома была.
   Поднявшись, я занялась приготовлением завтрака, бормоча под нос какой-то смутно знакомый мотив. По телевизору в это время крутили какую-то очередную передачу, в которой абсолютно неженственную и угрюмую девушку переделывали в очередной идеал красоты. Попутно ведущая читала жертве программы курс по женской психологии, а та с восторгом внимала. Фыркнув, выключила ящик и, взяв кружку какао, яблоко и бутерброд, вернулась в спальню.
   Опять кричал мобильный. Глянув на экран, я увидела, что звонит Марк.
   - Привет, гулена, - жизнерадостно возопил он. - Я могу тебя поздравить?
   - Мм, с чем? - кусая яблоко, поинтересовалась я, попутно включая ноутбук.
   - С дополнительным тиражом, - рассмеялся брат.
   - Шутишь? Ведь и месяца не прошло!
   - Я серьезен, как никогда. Завтра после универа приезжай в издательство, нужно решить кое-какие вопросы. И садись за новую книгу, сестренка, воплощай в жизнь новые идеи, как говориться.
   - Я завтра не могу, мне с Богданом после обеда нужно ехать в администрацию, чтобы обсудить выставку ко Дню города.
   Марк фыркнул:
   - Я тебя прекрасно знаю, успеешь везде. До завтра.
   Он отсоединился, оставив меня в легком недоумении. Новые идеи? А если этих самых идей нет, что делать?
   Вот так и получилось, что весь день я просидела перед монитором ноутбука, набирая первую главу к новой книге. Четкого сюжета пока не было, можно было смутно различить только основное направление книги, но главный герой мне уже начал кого-то напоминать. Не нужно было награждать его синими глазами.
   Только ближе к семи часам я вспомнила о грядущей встречи с Игорем. Пришлось отвлечься и начать собираться.
   Остановив свой выбор на узких темно-синих джинсах и белой тунике с тонким черным ремешком на талии, я быстро нанесла макияж и забрала волосы наверх, чтобы не мешались. Телефон оповестил о прибытии Игоря ровно с восемь.
   - Привет еще раз, - улыбнулся он, когда я села на переднее сидение рядом с ним. - Отлично выглядишь.
   - Спасибо, - кивнула я в ответ. - Куда едем?
   - Ну, думаю, для ночного клуба все же еще рано, поэтому предлагаю заехать куда-нибудь и перекусить. Не против?
   Я лишь кивнула и отвернулась к окну. Интересно, как долго я буду ощущать неловкость рядом с этим парнем? Может, и не было той идеальной дружбы, просто приятные друг для друга собеседники и все? Искоса я посмотрела на своего спутника, пытаясь понять, настолько ли ему неловко рядом со мной, но на лице Игоря было абсолютно безмятежное выражение, он не отрываясь смотрел на дорогу и тихонько подпевал радио.
   Ужинать решили в том же кафе, где встретились вчера спустя полчаса размеренной беседы, я позволили себе расслабиться и непринужденно шутить. Игорь был идеальным собеседником - внимательным, заинтересованным, с с собственным запасом смешных историй. Напряжение, царившее между нами вначале, постепенно испарилось, уступив место дружескому теплу, поэтому из кафе я вышла уже в приподнятом настроении.
   Ночной клуб 'Стихия' встретил нас яркой вывеской и приличной очередью на входе, однако Игорь был здесь явно свой в доску. Он уверенно прошел мимо толпы, крепко схватив меня за руку, коротко кивнул охраннику на входе, милому такому, под два метра ростом и с внушительными бицепсами, и провел к гардеробу, чтобы я оставила свою куртку. Танцпол находился на втором этаже, до которого добраться можно было по широкой винтовой лестнице с гладкими металлическими перилами. Игорь подхватил меня под локоток и повел наверх.
   Стоило оказаться в главном зале, как на нас со всех сторон обрушилась ритмичная музыка. Народа внутри было на порядок меньше, чем на улице, что говорило о том, что сие заведение - для избранных. С любопытством оглядываясь вокруг, я последовала за Игорем к барной стойке, где тут же получила в руки высокий бокал с длинной соломинкой.
   - Это фирменный коктейль, в нем нет алкоголя, - прокричал мне на ухо парень. - Попробуй, думаю, тебе понравится.
   Я сделала глоток ледяного напитка и кивнула - вкус был потрясающим. Свежим, отдающим мятой и лимоном, с легким привкусом ванили. Некоторое время мы сидели, попивая коктейли и весело подшучивая друг над другом. Игорь пару раз тянул меня танцевать, но я отнекивалась, желания не было никого. Наконец ему надоело слушать мои отмазки и меня все же отбуксировали на тацпол. Поначалу я чувствовала себя немного скованно, но вскоре музыка 'попала в кровь' и я начала лихо отплясывать, подначивая и Игоря.
   Атмосфера в клубе была не просто веселой - народ двигался, как один организм и невольно заражал энтузиазмом. Поэтому я смогла позволить себе передохнуть только спустя час, когда в горле окончательно пересохло, а ноги начали гудеть. Знаком показав Игорю, что я направляюсь к барной стойке, я развернулась и тут же налетела на какого-то мужчину.
   - Ой, простите.
   Темно-карие глаза оглядели меня сверху вниз и ухмылка скривила губы этого человека:
   - Ничего страшного, дорогая. С каждым бывает.
   Сзади подошел Игорь. Незнакомец перевел взгляд на него и улыбнулся:
   - Игорь, какие люди! Я думал, что ты приедешь в конце следующей недели. Идите за мной.
   Он развернулся и начал протискиваться через толпу. Вернее, дорогу для него расчищали двое амбалов в темных костюмах. Я не я буду, если это не хозяин клуба.
  Игорь чуть виновато улыбнулся и последовал за мужчиной, схватив меня за руку. Пройдя по темному коридору, мы оказались в просторном кабинете с широким диваном, парой кресел и огромным письменным столом, поверхность которого была завалена бумагами.
  - Присаживайтесь, гости дорогие, - ехидно уронил хозяин кабинета, кивая на кресла. Подойдя к столу, он налил себе из графина что-то, отдаленно напоминающее виски, и сделал пару глотков из бокала. - Игорь, познакомишь со своей спутницей?
  Тот недовольно поморщился, явно не желая ни с кем меня знакомить, но все же подчинился:
  - Соня, это Максим Алексеевич Лесков, хозяин сего заведения и мой... хороший знакомый. Соня Корнеева, моя подруга.
  Лесков блеснул глазами, склонив голову в шутовском поклоне:
  - Я преклоняюсь перед вашим талантом, София.
  - Прошу прощения? - удивилась я, недоуменно глядя на него.
  - У меня тут в столе лежит ваша новая книга, - пояснил Лесков. - Признаюсь честно, когда мне советовали ее прочесть, я полагал, что это будет очередное 'чисто женское' чтиво, но был приятно разочарован.
  - Рада, что вам понравилось, - нейтрально ответив хозяину клуба, я повернулась к Игорю. - Вам, наверное, нужно обсудить какие-то дела? Я тогда подожду тебя в зале.
  - Нет, нет, София, останьтесь.
  Повернувшись к Лескову, я пристально посмотрела ему в глаза. Интуиция подсказывала, что этот человек мной заинтересовался, а подобное меня сейчас вовсе не радовала. Да, он был богат, привлекателен, возможно (!) интересен, но...
  Карие глаза вспыхнули, заметив мое смятение. Лескову было около тридцати, и особо яркой внешностью этот человек не блистал. Самым ярким в его образе были именно глаза - живые, немного пугающие. Что-то в этом человеке настораживало.
  - Если признаться, мне бы хотелось поговорить именно с вами. Думаю, вы не против составить мне компанию, пока ваш спутник будет выполнять небольшое поручение?
  Игорь напрягся, а я нахмурила брови: сказанное на просьбу не походило, скорее, это был приказ. Максим насладился произведенным эффектом и сурово бросил в сторону моего друга:
  - Иди к Лекарю, он тебе все расскажет.
  - Мне кажется... - начал было Игорь, но мужчина его перебил:
  - Поторапливайся. - В голосе прозвучали угрожающие нотки, я напряглась и кивнула Игорю: мол, иди, со мной все будет в порядке. Парень кивнул и вышел из кабинета. За ним наше общество покинули и те два амбала, что нас сопровождали.
  - Мне кажется, что вы не особо любезно общаетесь со своими гостями, - холодным тоном заметила я, опускаясь в кресло.
  - Не люблю, когда меня вынуждают повторять дважды, - пожал плечами Лесков. - И давай перейдем на 'ты'.
  - Зачем?
  - Девочка, не стоит играть с огнем, - поморщился хозяин клуба. - Крылышки обожжешь на раз-два, ангелочек.
  - Мне кажется, что ты немного забываешься, - я неприязненно поежилась. Этот человек становился мне все больше и больше неприятен.
  Максим покрутил в руках бокал с янтарным напитком, а затем со стуком поставил его на стол. От громкого, резкого звука я вздрогнула. Он усмехнулся, обошел кресло, в котором я сидела, сзади и положил руки мне на плечи.
  - Предлагаю начать все с самого начала. Мило поговорим, поделимся своими интересами, а потом уже начнем ругаться. Мне нравится ссориться со знакомыми людьми, когда я уже знаю их больные места. Итак...
  - Извини, но я предпочитаю вообще не ругаться, - скинув его руки со своих плеч, я попробовала подняться, но меня рывком посадили обратно. Максим наклонился и почти касаясь своими губами моего уха, прошептал:
  - Я не люблю, когда со мной спорят, Соня. Если я сказал, что ты должна сидеть здесь и разговаривать со мной - ты будешь сидеть и разговаривать. В конце концов, ничего глобального я у тебя не прошу. Поняла?
  У меня душа в пятки ускакала от одного его тона. Сглотнув, я послушно кивнула и с облегчением вздохнула, когда он отошел обратно к столу и присел на уголок, сложив руки на груди. Отвечая на простые вопросы о жизни, увлечениях, вкусах и предпочтениях, я старалась тщательно подбирать слова, чтобы ничем не спровоцировать этого человека на вспышку агрессии. Почему-то казалось, что при таком исходе нашей беседы мало мне не покажется.
  Спустя двадцать минут я с удивлением поймала себя на мысли, что Максим - интересный и очень умный собеседник. Незаметно для себя я начала задавать вопросы, пару раз смеялась над его шутками не наигранно, а вполне искренне. У этого человека было природное обаяние, и он в наглую им пользовался.
  Мы поговорили о современном искусстве, политике, новинках кинематографа и музыкальной индустрии. Максим стал казаться мне не таким уж и неприятным, скорее, я разглядела в нем что-то общее с собой, как-будто в зеркало смотрела. И, не смотря на разницу в возрасте, мне было легко с ним общаться, о чем я тут же ему и заявила. Он улыбнулся, взлохматив свои каштановые волосы, до этого итак растрепанные, и ответил:
  - Знаешь, с тобой как-то просто. Я рад, что мы смогли преодолеть то напряжение, возникшее поначалу.
  Я весело рассмеялась, но говорить о том, что недоверие к нему у меня все еще осталось, не стала.
  - Просто в следующий раз старайся не быть таким напористым.
  - Как ты смотришь на то, чтобы завтра где-нибудь поужинать? - Максим внимательно посмотрел на меня, приподняв вверх бровь. Я сглотнула, не зная, что ответить. - Как друзья, - поспешил добавить он, увидев мое замешательство.
  - Знаешь, что-то много у меня друзей завелось в последнее время, - покачала головой я.
  - Соня, - в голосе мужчины мелькнул намек на раздражение, - если я говорю, что как друзья, то ты можешь не волноваться.
  - Ну хорошо, - с минуту поколебавшись, ответила я.
  - Отлично, - улыбнулся Максим. - А теперь тебя отвезут домой, Игоря можешь не ждать, я отправил его по очень важному поручению. Оставишь свой номер телефона у шофера, я завтра днем позвоню. - Он повернулся к столу, показывая, что разговор окончен. Такое пренебрежение меня покоробило, но я решила не показывать характер и послушно вышла из кабинета.
  
  Максим некоторое время стоял неподвижно, прокручивая в голове разговор с девушкой. Соня Корнеева... Он прекрасно ее помнил и был очень удивлен, что она сама появился на его пути. В прошлый раз им помешали встретиться, но теперь все должно сложиться иначе.
  Мужчина достал из кармана телефон и набрал номер. Собеседник снял трубку быстро и Максим холодно произнес:
  - Приведи немедленно ко мне этого балбеса.
  Швырнув мобильный на диван, Максим налил себе виски и залпом осушил бокал. Слава богу, удалось заинтересовать девочку, а то он, было, подумал, что придется прибегать к грубой силе. Не хотелось угрожать ей, Максим даже не знал почему. Может, он просто знал, что на силу она ответить упрямством? Завтра он поужинает с ней, отвезет к себе и поступит так, как давно хотелось.
  За дверью послышались тяжелые шаги, и в кабинет вошел Игорь с одним из телохранителей Максима. Последний кивнул хозяину и удалился, плотно прикрыв за собой дверь.
  - Ты что-то хотел? - немного испуганно спросил Игорь.
  Максим посмотрел на парня с холодной усмешкой на губах:
  - К Корнеевой больше и близко не подходи, если здоровье необходимо. Как с товаром? Все распродал?
  - Да, я жду новой партии, из прошлой все расхватали, - тихо откликнулся парень, отводя взгляд в сторону. - Насчет Сони...
  - Это не твое дело, - резко уронил Максим. - Я тебя предупредил, а если узнаю, что ты нарушил запрет и общаешься с ней... Дружок, мало тебе не покажется. Свободен. Завтра приходи за таблетками, порошок раньше следующей недели не жди.
  Игорь открыл, было, рот, чтобы что-то сказать, но заметив злость в карих глазах хозяина клуба, кивнул и покинул кабинет.
  - Посмотрим, что в тебе такого замечательного, дорогая, - задумчиво протянул Лесков в пустоту, - и интересно ли с тобой играть.
  
  Ужинали мы с Максимом в уютном ресторанчике на набережной. Вечер выдался теплым, солнце, хоть и скрылось за горизонтом, оставило о себе приятные воспоминания и багровые облака. Мягкий ветерок гонял рябь по воде и играл с молодой листвой.
  Ресторан находился на небольшом возвышении, мы сидели на втором этаже, прямо около огромного окна. Я с любопытством оглядывалась по сторонам, раньше мне не приходилось здесь бывать и все казалось в новинку. Стены были окрашены в нежно-бирюзовый цвет, везде развешены картины с морскими пейзажами, на столах красовались подсвечники в виде маленьких штурвалов. Создавалось ощущение присутствия на корабле, особенно на это указывали белоснежные шторы, поверх которых были накинуты рыболовные сети.
  - Как тебе здесь? - обратился ко мне Максим, с легкой улыбкой следя за тем, как оглядываю зал. Посетителей было немного, кроме нашего столика были заняты еще два. Основная масса людей почему-то оседала на первом этаже.
  - Уютно, - улыбнувшись, я отпила из бокала с вином. - Никогда раньше здесь не была.
  - Это ресторан моего друга, он бывший моряк, - пояснил мужчина, поправляя на запястье часы. - Когда мне нужно, он предоставляет мне здесь столик, чтобы я мог отдохнуть и приятно провести время. Если захочется немного покоя - обращайся, я договорюсь.
  - Буду знать, - серьезно кивнула я. - Чем весь день занимался?
  - Решал дела в клубе, - коротко ответил он, пожав плечами.
  - Ты там целыми сутками находишься? - я лукаво усмехнулась.
  - Ну, большую часть времени точно, - кивнул Максим, принимаясь за еду. - На самом деле, лучше контролировать все самому, так и деньги не убегут, и скандалов никаких не будет. Запомни раз и навсегда, Соня, - доверять можно только самому себе.
  Я кивнула, но отвечать не стала, отдавая должное великолепному лососю. Некоторое время мы молча ужинали, изредка вставляя короткие реплики по поводу мастерства повара. Внезапно из колонок, прикрепленных к потолку по углам ресторанного зала, полилась приятная лиричная мелодия. Максим встал из-за стола и в приглашающем жесте протянул руку. Я подала свою ладонь и позволила отвести меня в центр помещения, где уже топталась в подобии танца одна из парочек.
  - Кто-то говорил, что это будет дружеский ужин, - заметила я, когда руки Лескова удобно расположились у меня на талии, притягивая к сильному телу.
  - Ну ведь я не пристаю, верно? Просто пригласил красивую девушку на танец, не более того.
  Я отвела взгляд, в задумчивости нахмурившись. Это человек способен заинтересовать, расположить к себе, но в тоже время... Он пугал. Своей настойчивостью, своей силой, своим обаянием. Раньше я не встречала таких людей, поэтому и не могла знать, что можно ожидать от Лескова.
  В его кармане зазвонил телефон и он, недовольно поморщившись, ответил:
  - Если ничего важного, то я... Ты уверен? Хорошо, скоро приеду. - Вернув телефон на место, он взглянул на меня: - Ты не против, если ужин мы продолжим у меня в клубе? Там некоторые трудности возникли.
  - Я могу поехать домой, - неуверенно произнесла я.
  - Нет, мы еще не закончили, - холодно улыбнулся Лесков. Я вздрогнула, он нахмурился и постарался исправиться: - Я не могу довольствоваться таким общением - мне мало.
  - Хорошо, поехали в клуб, - смирилась я, мысленно обещая, что при любом удачном случае удеру домой.
  Мы вышли из ресторана и сели в машину Максима. На улице уже смеркалось, дороги были свободные, поэтому до 'Стихии' мы доехали очень быстро. Отдав ключи от авто охраннику на входе, Лесков отвел меня к себе в кабинет, приказал принести мне пару коктейлей и обещал вернуться как можно скорее. Попивая принесенный коктейль, я удобно устроилась на диване с журналом в руках, надеясь таким образом скоротать время. Листая цветные страницы, я так же старалась разобраться в том вихре эмоций, что засел у меня внутри.
  Нужно было что-то делать с этим Максимом. Мне не нравилось его внимание к моей персоне, совсем не нравилось. Пару раз я замечала в его глазах злой огонек, и злость была явно направлена на меня.
  Нужно отделаться от этого человека, но я не знала как. Что-то подсказывало, что он просто так от меня не отстанет. Черт меня дернул прийти в этот клуб!
  Кстати, еще меня смущал Игорь. Сегодня утром, когда я позвонила ему, он говорил со мной как-то неохотно и настороженно. Ему-то я что плохого сделала? Раньше подобного отношения ко мне я не замечала, следовательно, что-то произошло. Может, ему Стас что-то наговорил?
  Я допила коктейль и поставила высокий бокал на журнальный столик. Почему-то начали дрожать руки и кружиться голова. Я ведь говорила, чтобы коктейли были безалкогольными...
  Перед глазами замелькали черные круги, которые через пару секунд тут же сменились яркими вспышками. Что, черт возьми, происходит?!
  Послышался звук открываемой двери и рядом со мной раздались тяжелые шаги. Кто-то опустился рядом со мной на диван и приобнял меня за плечи, но я никак не отреагировала на это.
  Веки опустились. Цветные узоры, до этого беспорядочно пляшущие перед глазами, стали складываться в какой-то непонятный рисунок с четкими контурами. В горле запершило, я закашлялась и стала заваливаться набок. Сильные руки подхватили меня и уложили на диван, но мне не хотелось подчиняться. Вырываясь, застонала, меня затошнило.
  - Соня, тихо, тихо... - успокаивающий шепот громким треском раздался в моей голове. - Это только первая реакция такая, поверь.
  Мне хотелось кричать, но в горле пересохло, и я издала только хриплый неясный стон. Захотелось спрятаться от этой боли, закрыться в коконе и не реагировать на присутствие кого-то рядом со мной.
  Прохладная ладонь легла на лоб, кто-то убрал волосы с лица.
  - Открой глазки, девочка.
  Упрямо сжав губы, я мотнула головой и тут же тихонько зашипела от боли - в висках заломило так, что хотелось орать в голос.
  - Открой глаза. - В знакомом голосе промелькнула нотка раздражения.
  Я зажмурилась еще сильней, а затем расслабилась, откинувшись на подушки, и позволила себе погрузиться в успокаивающую темноту.
  Приходила в себя я медленно, нехотя. Сознание возвращалось урывками, в горле першило, а на языке чувствовалась какая-то горечь. Открыв глаза, долго не могла понять, где нахожусь и что, собственно, произошло. Спина затекла, и я осторожно села, боясь, как бы не проявилась головная боль
  - Ты как, в порядке? - послышался настороженный голос откуда-то слева. Вздрогнув, обернулась и встретилась взглядом с Максимом. Он сидел за столом, лениво откинувшись на спинку офисного кресла и с интересом разглядывая меня.
  - Что произошло?
  - Ты потеряла сознание, - Максим беспристрастно продолжал прожигать меня взглядом.
  - Из-за чего? - Что-то раньше за мной подобного не наблюдалось.
  - Не знаю, Сонь. Я зашел, а ты лежишь в отключке, не реагируя ни на что. - Он поднялся и подошел ко мне, присев рядом. Рука скользнула на талию, легкий поцелуй в висок. - Да уж, заставила ты меня поволноваться.
  - Отвези меня домой, пожалуйста, - хрипло произнесла я, пытаясь встать, но ноги меня не держали.
  - Соня, в таком виде ты не можешь домой объявиться. Вот, держи, - он протянул лежащую на ладони маленькую белую таблетку. - Должно полегчать.
  - Что это? - настороженно посмотрела на него я. Меня волновало то, что я не могу вспомнить ничего из того, что произошло... Стоп, а собственно, сколько времени? - Сколько я тут пролежала?
  Максим воспользовался моим замешательством и засунул таблетку в рот, тут же подсунув стакан с водой.
  - Выпей, это просто легкое тонизирующее лекарство. Сейчас уже час ночи, ты была без сознания чуть больше четырех часов. Знаешь что, звони родителям и отпрашивайся к подруге. В таком виде ты их до инфаркта доведешь. Останешься у меня, а утром домой поедешь.
  - Н-нет, спасибо, все хорошо, - я покачала головой.
  - Соня, не спорь, - заявил Максим, подхватывая меня на руки и неся прочь из кабинета. - Позвонишь от меня.
  У меня не было никаких сил сопротивляться, поэтому я только вздохнула и устало прикрыла глаза, прислонившись щекой к плечу Лескова. Он вынес меня из клуба и подошел к автомобилю, который стоял уже наготове прямо у входа. Не обращая внимания на любопытные взгляды людей, ждущих, когда их пустят в 'Стихию', Максим усадил меня в машину и пристегнул ремень безопасности. Напоследок отдав пару распоряжений своим охранникам, он сел за руль и вырулил на дорогу.
  Ехали мы в полнейшей тишине - мне было лень говорить, Максим погрузился в свои мысли. Таблетка все же помогла - в голове прояснилось и перестало ломить тело, однако общая слабость оставалась. И еще я немного нервничала, не осознавая причины и не совсем понимая, что происходит.
  Дом Максима находился в одном из спокойных районов нашего города. Двухэтажный особняк со всех сторон был окружен высокой кирпичной стеной и утопал в зелени - по стенам буйно вился декоративный плющ. Приведя в действие автоматические ворота, Максим заехал во двор и вышел из машины, чтобы помочь выйти мне. Он вновь хотел подхватить меня на руки, но я воспротивилась - самочувствие улучшилось, и я теперь могла передвигаться самостоятельно.
  Мы прошли в дом. Максим сразу же повел меня на второй этаж и толкнул дверь в одну из комнат. Это была просторная светлая спальня с большой двуспальной кроватью.
  - Здесь обычно сестра с мужем останавливаются, пока не жаловались, - улыбнулся Лесков, блеснув карими глазами. - Там ванная, иди, прими душ, а я пока поищу, во то тебя переодеть.
  Я робко кивнула и скрылась в ванной. Быстро сняв с себя одежду, встала под теплые, упругие струи воды и расслабилась. В голове немного шумело от усталости, а руки мелко подрагивали, но хотя бы не плыло перед глазами. Что меня расстраивало еще больше - я не могла сосредотачиваться на чем-то одном долгое время. Стоило только задуматься, как мысли разбегались и теряли весь смысл.
  Нужно взять себя в руки и успокоиться.
  Я схватила с вешалки большое белое полотенце и обернула вокруг тела. Интересно, где там Максим? Он ведь, кажется, обещал одежду принести. Осторожно выглянув в спальню, я увидела сидящего на кровати Лескова с каким-то халатом в руках.
  - Ты все? - обернулся он на скрип двери.
  - Да. Ты не мог бы...
  Сообразив, Максим встал и протянул мне халат. Поблагодарив, я вновь скрылась в ванной и натянула на себя короткий шелковый халатик, потуже затянув пояс. Подхватив вещи, вышла из ванной и, положив их в кресло, устало села на кровать.
  - Тебе лучше? - заботливо поинтересовался Максим. Он стоял у окна, в распахнутой на груди белой рубашке и небрежно повязанным галстуком.
  - Да, огромное спасибо, лекарство помогло. Ты не против, если я лягу спать? Только родителям позвоню. Ты не видел мой телефон?
  - Кажется, он остался в моем кабинете. - Лесков кивнул на телефонный аппарат, стоящий на тумбочке у кровати. - Позвони с домашнего.
  Я протянула руку и сняла трубку, выжидающе глядя на Максима. Он, не обращая никакого внимания на мой взгляд, повернулся к окну, засунув руки в карманы брюк и небрежно пожав плечами.
  Вздохнув, набрала номер отца. Он поднял трубку только с пятого гудка.
  - Алло, вы знаете который сейчас час?
  - Пап, это я.
  - Соня? Ты где бродишь до сих пор?
  - Я сегодня не приеду, останусь у Марины, хорошо? Что-то не очень хорошо себя чувствую, а мы как раз у нее дома.
  Видимо голос у меня действительно звучал неважно, потому что отец не стал возмущаться и дал 'добро':
  - Хорошо, оставайся, только если что - сразу же звони мне, хорошо?
  - Спасибо. Целую, пап.
  Повесив трубку, я повернулась к Максиму, который стоял в той же расслабленной позе:
  - Ну все, можно ложиться спать.
  - Подожди, вот, выпей это. - Мужчина подошел к столику у кресла и взял оттуда стакан с водой и таблетку.
  Послушно приняв лекарство из его рук, я закинула его в рот и запила глотком воды.
  - Спасибо, - коротко поблагодарив, я поднялась, чтобы расправить постель. Максим все понял, взял меня под руку и усадил в кресло, а сам начал снимать покрывало с кровати.
  Я молча наблюдала за его действиями, невольно проникаясь благодарностью. Если бы не его забота, не известно, как бы я себя чувствовала сейчас. Лесков, словно почувствовав мой взгляд обернулся, улыбнувшись. Сердце екнуло и ухнуло вниз. Голова опять закружилась.
  Дальше все произошло как в тумане, но отчего-то очень ясно запомнилось. Максим подошел ко мне, помог встать и наклонился, запечатлев на губах легкий поцелуй. Я задрожала и поддалась вперед, требуя продолжения. Усмехнувшись, мужчина крепко меня обнял и поцеловал уже гораздо настойчивее. Застонав, я ответила, запустив в волосы пальцы и лениво перебирая пряди.
  Губы Максима, словно крылья бабочки, порхали на моих веках, щеках, шее... Я податливо подставлялась под них, чувствуя, как внизу живота разгорается желание, сворачиваясь в тугой комок и требуя освобождения.
  Сильные пальцы развязали узел на поясе и распахнули полы халата, скользнув в нежной ласке по животу вверх, на грудь. Я резко выдохнула, еще сильнее прижимаясь к сильному телу и не обращая никакого внимания на вопли разума.
  Максим начал торопливо расстегивать рубашку, не отрываясь от моих губ, я начала ему в этом помогать. Пальцы легли на ремень его брюк и... в голове прояснилось, словно мне отвесили хорошую оплеуху. Отскочив от мужчины на добрый метр, я торопливо запахнула халат, все еще дрожа от возбуждения, но уже вполне понимая, что только что чуть не натворила большую глупость.
  - Прости, - я облизнула губы, отступая еще на шаг. Максим удивленно смотрел на меня, пальцы замерли на последней пуговице рубашки. - Я не должна была... Мы... В общем, не стоит.
  - Что случилось? - нахмурился он, недовольно поджав губы. - Ты ведь хотела этого.
  Я и сейчас хочу. И это меня чертовски пугает!
  - Максим, оставь меня, пожалуйста, - упорно стояла на своем я, хотя тело требовало продолжить то, на чем мы с Лесковым остановились. - Я благодарна тебе за помощь, но таким образом оплачивать твою доброту не хочу.
  Мужчина хмуро посмотрел на меня тяжелым, изучающим взглядом, а затем кивнул, выходя из комнаты:
  - Я подожду. Спокойной ночи.
  Без сил опустившись на кровать, я пыталась унять бешенный стук сердца и нервную дрожь. Господи, что я только что натворила? Максим не станет играть в такие игры, это определенно, а я... Дура...
  Забравшись под одеяло и свернувшись в клубочек, я закрыла глаза, молча глотая слезы. Мне было страшно. Раньше подобные чувства я испытывала только рядом со Стасом. Максим не был похож на человека, которого бы я могла полюбить, скорее, я его опасалась. Тогда что сегодня происходит с моим телом?
  В голове билась какая-то мысль, но паника, поселившаяся внутри после ухода Максима, не позволяла ее разглядеть. В тщетных попытках найти ответ я незаметно для себя уснула.
  
  - Как думаешь, ты сможешь ее приручить? - высокий зеленоглазый мужчина с иронией посмотрел на хозяина дома.
  - Там и приручать будет некого через пару приемов - она станет послушней котенка, - пожал плечами тот, лениво перебирая бумаги, лежащие перед ним на столе.
  - Ты же знаешь, что с этого препарата непросто потом слезть.
  - Мне плевать, - отмахнулся хозяин дома. - Она мне нужна всего на пару ночей, не более. А потом пусть сама во всем разбирается. Думаю, это будет достойная месть - сделать из единственной дорогой ему женщины наркоманку.
  На некоторое время в комнате, где происходил этот разговор, повисла тишина, нарушаемая только легким шорохом бумаг. Гость обдумывал слова хозяина дома, а тот, в свою очередь, для себя уже абсолютно все решил.
  Только такая месть будет сладкой.
  
   На следующее утро мне было очень трудно проснуться - голова болела так, что хоть волком вой. Кое-как открыв глаза, я села на постели, не сразу сообразив, где нахожусь. Наконец, вспомнив все, что произошло накануне вечером, тихо застонала и опять упала на подушки, с головой укрывшись одеялом. Ну это карма какая-то, постоянно в непонятные ситуации влипать!
   В душу медленно закралось подозрение, что что-то в произошедшем нечисто, но почему мне так подумалось, я так и не смогла разобраться. Может, дело в предчувствии, может, просто хотелось себя оправдать, но ничего я так и не поняла, что пугало.
   В дверь постучали. Я выглянула из-под одеяла и хрипло произнесла:
   - Войдите.
   - Доброе утро, красивая, - с улыбкой вошел в комнату Максим. - Как твое самочувствие?
   - Доброе... Уже гораздо лучше, - ответила я, испытывая неловкость.
   - Если хочешь, я могу оставить тебя у себя сегодня. - Он внимательно посмотрел на меня, заметив некоторую напряженность во взгляде. - По-дружески.
   - Нет, я поеду домой. Спасибо тебе за помощь, но мне лучше отлежаться дома. - Я встала, поправив полы халата, стараясь при этом не смотреть на Лескова.
   - Мы увидимся вечером?
   - Мне кажется, что не... - я осеклась, заметив в его глазах злой огонек. Он усмехнулся:
   - Соня, думаю, тебе стоит понять, что я не причиню тебе вреда и не стану приставать, если увижу, что я тебе не приятен, но от общения со мной тебе лучше не отказываться. Я не маленький мальчик, чтобы играть со мной.
   Я поежилась - в голосе Лескова промелькнули нотки раздражения, которые я охарактеризовала, как угрожающие.
   - Я не играю, просто мне кажется. Что ты просишь от меня того, чего я никогда не смогу дать. - Осторожно посмотрев на него, я робко улыбнулась: - И я очень сомневаюсь, что это действительно хорошая идея - продолжить наше общение.
   -Я сам решу, стоит мне с тобой общаться или нет! - неожиданно зло бросил он, усаживаясь в кресло и не сводя с меня глаз. - Если я сказал, что хочу увидеться - будь добра исполнить мою просьбу.
   - Это не просьба, а приказ, - раздраженно ответила я, направляясь в ванную. Он поймал меня на середине пути и усадил к себе на колени, крепко прижав к груди и заставив меня посмотреть на него:
   - Да, это приказ, который ты должна выполнить, малышка. Иначе я могу рассердиться. В этом городе нет мест, где я не смог бы найти тебя. Поэтому сейчас собирайся, тебя отвезут домой, а вечером я пришлю за тобой машину и мы поедем гулять.
   - Я не позволю со мной так обращаться. - Я попыталась вырваться, но сильные руки держали крепко, не давая мне лишний раз шевельнуться. На секунду я испугалась и, похоже, этот страх мелькнул в глубине моих глаз, потому что Максим ослабил хватку и почти ласково улыбнулся:
   - Прости, если тебе показалось, что я груб. Просто не привык, что мне отказывают. Давай договоримся - если тебе не понравится сегодня со мной проводить время, то мы мирно разойдемся и забудем о существовании друг друга. Я обещаю.
   Я внимательно посмотрела на него. Карие глаза смотрели мягко, добродушно, но линия губ говорила о том, что этот человек пытается держать себя в руках из последних сил. Черт, что мне теперь делать? Как повести себя, чтобы не спровоцировать его на агрессию и при этом не идти у него на поводу?
   - Хорошо, давай сделаем так, - согласилась я, в глубине души мечтая о том, чтобы поскорее оказаться подальше от этого человека.
   Но все оказалось не так просто.
  
   Запись в online-дневнике пользователя Sofia:
  
   Люди способны на ложь, безусловно, но самая страшная неправда - адресованная самому себе. Не пытайтесь скрыть от своего 'я' истину - больно будет потом признаваться.
   В мире много лжи, много неискренности и лицемерия, но еще больше недомолвок. Это еще хуже, поверьте. Страшно молчать, когда тебя спрашивают твои же мысли: 'Что ты чувствуешь?'. Хочется сказать правду... а вместо этого придумываешь отговорки, оправдания, какие-то причины.
   Не лгите себе.
   Или мое предупреждение уже опоздало?
  
   Глава девятая
  
   Если человек ругает вас в глаза - он никогда не станет осуждать вас за спиной. Верьте ему.
  
   Марк остановился у подъезда и набрал номер Арины:
   - Выходи, я жду.
   - Ты уже приехал? - удивилась девушка.
   - Да.
   - Хорошо, я спускаюсь.
   Марк положил трубку, прибавил громкость на проигрывателе и расслабленно откинулся на спинку сидения. День выдался не из легких. В издательстве возникли неприятности по поводу одного крупного заказа, родители опять провели разъяснительную беседу по поводу того, что ему уже давно пора остепениться, Соня вообще целыми днями пропадает неизвестно где.
   С работой еще можно было все наладить, ему стоило только пару раз устроить разнос и сразу все наладилось, а вот предки... А все потому, что мама неожиданно приехала к нему домой, когда Марк был там с девушкой. Мало ему угрызений совести, так еще и мама подлила масла в огонь. Ему всего лишь хотелось убедиться, что не настолько уж он и привязался к Арине. Не смог. Стоило только той девице перейти к более активным действиям, чем поцелуи, как тут же пропало всякое желание кувыркаться в постели. Перед глазами появилась Арина, укоризненно на него смотрящая и девица отправилась домой, перед этим удачно столкнувшись на пороге с матерью.
   Но что его еще больше волновало, так это сестра. Соня редко появлялась в университете, перестала гулять с Мариной и Ариной, на работе взяла отпуск. Богдан сказал, что она в последнее время сама не своя, нервная, осунувшаяся. Что с ней происходит?
   Марк даже съездил к Торохову, узнать, не в нем ли причина странного поведения Сони, но тот лишь пожал плечами и сказал, что уже две недели не виделся с Софией. Еще он рассказал о последнем визите Сони, тем самым указав, что между ним и ней действительно все кончено. Марк ему поверил и заволновался еще больше.
   Дверь подъезда хлопнула и к машине подошла Арина. Марк вышел и авто, поцеловал девушку в щеку и крепко обнял, понимая, что это единственный человек, с которым ему спокойно и уютно. Между ними ничего не было, Арина постоянно подчеркивала, что они просто друзья, но Марк видел, что что-то меняется в ее взгляде, когда она смотрит на него. И он прекрасно понимал, что когда-нибудь они переступят черту, к обоюдному удовольствию обоих. Вопрос только во времени.
   - Как день прошел? - с мягкой улыбкой спросил он Арину, усадив ее в машину и сев туда сам. Он не спешил заводить мотор, ему просто хотелось посидеть несколько минут рядом с ней, чтобы почувствовать, как напряжение покидает его, уступая место умиротворению.
   - Нормально. Сони опять не было в университете. - Девушка нахмурилась. - За две недели она была только три раза. На звонки не отвечает, в сети тоже не появляется. ты поговорил со Стасом?
   - Да, - кивнул Марк. - Они виделись в последний раз чуть больше двух недель назад. Он сказал, что познакомил ее со своим другом, но тот тоже перестал с ней общаться, сейчас целыми днями пропадает на работе. Торохов часто с ним видится, и тот ни разу не заговаривал о Соне.
   - Марк, ты ведь можешь с ней дома поговорить? - Арина оправила футболку и стала нервно теребить браслет на своей руке.
   - В том-то и дело, что она там появляется редко. Сказала отцу, что поселилась в гостинице, якобы думает над новой книгой и ей нужно некоторое время побыть одной. Папа ничего не заподозрил, а пугать его раньше времени мне не хочется. - Марк повернул ключ в замке зажигания и улыбнулся: - Я что-нибудь придумаю, обещаю. Не волнуйся за нее, все будет хорошо. Куда поедем?
   - Не знаю, - улыбнулась Арина. Марк поймал себя на мысли, что ему нестерпимо хочется ее поцеловать. Просто осторожно коснуться губ, чтобы увидеть ее реакцию и понять, наконец, как она к нему относится. - Ты за рулем, ты и вези.
   - Тогда поехали в какое-нибудь кафе. Ты голодна?
   - Нет, я уж ужинала, но у тебя очень голодный вид, поэтому поехали в кафе.
   'Да, только вот мне не есть хочется...' - мысленно усмехнулся Марк, но послушно тронулся с места, направляясь в свое любимое кафе в центре города.
   Всю дорогу они молчали, но это молчание было не угнетающим, а наоборот, уютным и спокойным. Марк пару раз бросал взгляды на свою спутницу, но та постоянно смотрела в окно, любуясь ночными огнями города.
   Заняв в кафе столик почти в самом углу и сделав заказ, Марк выжидающе посмотрел на девушку, предоставляя ей возможность начать разговор. Девушка поняла немую просьбу и тут же начала рассказывать о каком-то фильме. Парень улыбнулся про себя, наслаждаясь ее голосом и изредка вставляя комментарии по поводу сюжета. Принесли еду, он с удовольствием принялся за нее, наблюдая, как Арина пьет чай и оживленно делиться впечатлениями.
   'Я все же поцелую ее сегодня' - мелькнуло в голове парня, и он улыбнулся этой мысли.
   Вечер прервал звонок мобильного. Звонили Марку, и он удивленно посмотрел на номер.
   - Алло, - настороженно откликнулся он.
   - Она сейчас в 'Стихии' под наркотой. Игорь свел ее с хозяином клуба, Максимом Лесковым, а тот, в свою очередь, пичкает ее наркотиками.
   От услышанного Марк похолодел. Арина увидела, как изменилось лицо ее спутника, и теперь вопрошающе смотрела на него.
   - Ты уверен?
   - Абсолютно, - холодно, отрешенно откликнулся Стас. - Это Игорь мне позвонил, сказал, что она невменяемая отплясывает на танцполе.
   - Хорошо, спасибо, что сказал...
   - Увидимся там, - коротко бросил Торохов и отключился.
   - Марк, что случилось? - тут же спросила Арина. Парень пару раз сделал несколько глубоких вдохов-выдохов и полез в карман за бумажником.
   - Я дам тебе деньги на такси и оплатить счет. Пожалуйста, ничего не спрашивай, я потом тебе все объясню. - Бросив купюры на стол, он вскочил из-за стола и под удивленными взглядами посетителей выскочил на улицу.
   Уже в машине он позволил себе громко выругаться. Почему он сразу не забил тревогу? Почему не прижал Соню к стене и не выяснил причины ее странного поведения. И какого черта она начала общаться с Лесковым?
   Марк знал, почему Лесков так поступил. Несколько лет он перебежал ему дорогу, и теперь Максим просто мстит. Но неужели его сестра действительно купилась на наркотики?
   'Это все из-за Стаса, твою мать! Она сломалась, а эта скотина вовремя подсуетился'.
   Легко винить других людей, но Марк понимал, что в случившемся есть и его вина. Он должен был уделять Соне больше внимания, а он увлекся Ариной и вот, пожалуйста...
   У 'Стихии' как всегда было много народу, но Марк наплевал на очередь и кинулся сразу к охраннику. Спустя пару минут, получив от Корнеева значительную сумму денег, тот пропустил Марка внутрь. Парень набрал номер Стаса, тот откликнулся почти мгновенно:
   - Мы в моей машине, на подземной стоянке. Быстрей, она совсем сошла с ума.
   Марк узнал у гардеробщицы, как пройти на подземную стоянку и кинулся туда. Машину Торохова он узнал сразу. Возле нее стояла Соня, громко кича что-то и размахивая руками. Подбежав к сестре, Марк ужаснулся - такой он не видел сестру никогда. Вокруг глаз темные круги, зрачки расширены, на лице абсолютно пустое выражение. Стас держал ее за руку и старался посадить девушку в машину, несмотря на ее попытки сбежать.
   Марк схватил сестру за талию и засунул на заднее сидение.
   - Немедленно отпустите меня, слышите? Отпустите! - крик Сони перешел в визг. Стас облегченно выдохнул, захлопнув дверь и повернувшись к Марку.
   - Я видел Лескова. Он уже ее ищет, поэтому нам нужно уезжать отсюда, пока они до камер не добрались.
   - Я не могу везти ее домой в таком состоянии, Стас.
   - Ей вообще сейчас не появляться на людях. Так что везем ко мне.
   Марк пораженно посмотрел на парня, не веря его словам:
   - Ты серьезно?
   - Абсолютно, - скрипнул зубами тот. - Садись рядом с ней и не давай ей меня душить.
   Марк послушно сел рядом с сестрой. Соня тут же попыталась расцарапать ему лицо и сильно укусила за запястье, явно не понимая, что происходит вокруг. Стас достал из бардачка какой-то баллончик и с минуту делал что-то с номерами машины. Когда Торохов сел за руль, Марк поспешил спросить, зачем это было нужно.
   - Лескову ничего не стоит узнать по номерам хозяина машины. Лучше перестраховаться. Отъедем, подальше, я смою краску.
   - Что происходит? Отпустите меня!
   - Соня, это я. Прекрати вырываться! - Марк поудобней перехватил запястья девушки и прижал ее к сидению. - Пожалуйста, успокойся!
   - Нет, отпустите меня, я хочу обратно! Максим разозлиться, если узнает, что я уехала с вами! - она тихо заплакала, разом обмякнув в руках брата.
   - Стас, она потеряла сознание, - упавшим голосом сказал Марк, хлопая Соню по щекам.
   - Не трогай ее, - не отрываясь от дороги, сказал Торохов. - Я уже вызвал к себе друга, он врач, скажет, что делать. Нам осталось ехать буквально минут пять.
   Эти пять минут показались Марку вечностью. Соня несколько раз вздрагивала, но не приходила в себя. Ее руки были холодны как лед, а все тело горело. Марк положил голову девушки себе на колени и стал ласково перебирать пряди ее волос, молясь, чтобы с Соней было все в порядке.
   Стас остановил машину у своего подъезда и, выскочив из авто, подхватил Соню на руки. До квартиры они добирались по лестнице - лифт отключили. Торохов не спускал Соню с рук.
   Уже в квартире, не разуваясь, он отнес ее в спальню и аккуратно уложил на кровать.
   - Я до сих пор не верю, что она в это влезла, - в повисшей тишине слова Марка прозвучали громче набата. Стас обернулся:
   - Надейся, что нам удастся ее из этого вытащить.
  
   Она ему снилась. Каждую ночь он просыпался, осторожно касаясь подушки на другой стороне постели, чтобы опять убедиться, что это сон. Взъерошив волосы, стиснув зубы, он вновь закрывал глаза, понимая, что ведет себя как неразумный мальчишка. Но ничего не мог поделать.
   Теперь она лежит на его постели, бледная, осунувшаяся, мечущаяся в бреду. Марк и Леня, друг Стаса и врач, уже уехали. Корнеев должен был вернуться утром, чтобы привезти вещи для Сони и попытаться поговорить с сестрой. Леня обещал наведаться вечером. А Стас не знал, что ему делать. Хотелось смотреть на девушку вечность, хотелось обнять, прижать к груди. Защитить, в конце концов...
   - Девочка моя, - прошептал он, легонько касаясь щеки. Девушка во сне подалась на встречу ласке и улыбнулась.
   Стас осторожно лег радом, приобняв Соню за талию и прижав к своей груди. Ее дыхание тут же выровнялось, и парень облегченно улыбнулся, понимая, что справится, сможет вытащить ее из этого кошмара.
   Вот только утреннее пробуждение его не порадовало. Распахнув глаза, он увидел Соню, стоящую у двери и пытающуюся ее открыть.
   - Далеко собралась?
   Девушка обернулась с испуганным взглядом и поджала губы, не собираясь отвечать. Стас встал с кровати, провел рукой по волосам, немного растерянно посмотрел на нее, не зная, что сказать.
   - Выпусти меня, - хрипло прошептала она, первой нарушив повисшее молчание.
   - Не могу, - развел руками Стас. - Марк попросил меня проследить за тобой.
   - Вы не можете держать меня здесь. Господи, Стас, я все прекрасно понимаю, когда не пью эту гадость, не нужно со мной говорить как с маленьким ребенком!
   - Все понимаешь и, тем не менее, рвешься отсюда уйти! - не выдержав, повысил голос Стас. - Давно Лескова не видела?
   Соня испуганно сжалась и отшатнулась к двери, а Стас чертыхнулся:
   - Твою мать, я не причиню тебе вреда, я просто хочу помочь!
   - Не кричи на меня, - тихо прошептала Соня, а по ее щекам побежали слезы.
   Торохов шагнул, было, к ней, но девушка вздрогнула и выставила руки вперед. Он увидел на тонких запястьях багровые синяки и похолодел. Осторожно, стараясь не делать излишне резких движений, он подошел к девушке и аккуратно заключил ее ладони в свои.
   - Это он сделал? - Стас старался говорить спокойно.
   - Да, - скорее выдохнула, чем произнесла, Соня.
   - Что еще?
   Она лишь покачала головой, продолжая плакать. Стасу показалось, что у него из-под ног ушла почва. А еще сильно захотелось проснуться, потому что происходящее не может быть явью.
   Она вырвала свои ладони и медленно опустилась на пол, сжавшись в комочек, подтянув колени к груди. Плечи бесшумно вздрагивали, волосы закрыли лицо. Тихий всхлип.
   - Соня, - опустился на колени Стас. - Что еще он сделал?
   - Я... не могу... Не спрашивай, пожалуйста.
   - Соня, скажи мне.
   - Я была почти в бессознательном состоянии... Не смогла остановить. Он держал... - бормотала девушка, раскачиваясь взад-вперед. - Он изнасиловал меня.
   Последняя фраза прозвучала сухо, отстраненно, будто девушка полностью отключила чувства.
   - Соня... - Стас замялся, не зная, что сказать, а затем робко обнял девушку, уткнувшись лицом в волосы. Она тихонько всхлипнула и прижалась к груди парня, сминая в дрожащих пальцах ткань футболки. При мысли о том, что ее касались чьи-то чужие руки, что кто-то причинил ей боль, хотелось убивать. Как он только посмел?!
   - Стас, пожалуйста... Помоги мне, - карие глаза посмотрели на него с мольбой. - Я не хочу так, понимаешь?
   - Все будет хорошо, я обещаю, - мягко откликнулся парень, поднимая девушку на руки и относя на кровать. - Полежи здесь, я приготовлю тебе что-нибудь поесть.
   Он вышел из комнаты и пошел на кухню, стараясь отогнать мысли о мести. Не время. Не сейчас. Но как только Соня оправится, он доберется до Лескова и задушит собственными руками.
  Когда он вернулся в комнату с подносом, уставленным тарелками, Соня спала, свернувшись в комочек на самом краю кровати. Осторожно укрыв девушку одеялом, сел рядом, внимательно глядя на спящую. Раньше никогда не хотелось постоянно находиться рядом, касаться скул, губ, зарываться лицом в волосы и вдыхать сладкий цветочный аромат. Когда все изменилось? Когда пришло эта потребность? Стас не мог ответить точно, но знал, что все изменила сама Соня.
  Скучно любить человека, который с готовностью выполняет все твои желания, прихоти, капризы. Стас всегда скучал, достигнув быстрой цели, а вот независимость, гордость... Это вызывало уважение и постоянный интерес.
  Он сам не знал, зачем три года назад подошел к этой девушке. Может, понравилась, может, просто не хотелось сидеть в одиночестве. И последующие встречи тоже особого восторга не вызывали, просто было уютно и комфортно. Именно поэтому он с готовностью кинулся на очередную вертихвостку, от которой сейчас бы, повзрослев и, чего уж греха таить, поумнев, отвернулся бы не задумываясь. Но тогда... Он даже не сразу понял, что натворил. Даже глядя в карие глаза, наполненные слезами, не осознавала свое вины, полагал, что ничего страшного не произошло, остынет и простит. Ошибся, но не сильно огорчился - значит, не судьба.
  Три года не вспоминал. Жил своей жизнью, совершал ошибки и получал удовольствие. А затем эта нелепая встреча на вечере-маскараде. Если бы не Сонина маска - ни за что бы не подошел. Хотя, кого он обманывает, слишком сильно она изменилась, взгляд так и останавливался на ней, заставляя пульс учащаться. Поймал себя на мысли, что хотел бы загладить вину, возобновить отношения... Понял, что бредит, одумался, ушел.
  И снова встреча, которой лучше бы не было. Он столько гадостей ей наговорил, даже не понимая, зачем так поступает. Просто почему-то захотелось сделать как можно больней, показать, что он прекрасно и без нее обходится. И только увидев в глазах, которые раньше смотрели на него с обожанием, ненависть испугался, захотел извиниться. И сделал только хуже, поцеловав.
  Когда он сообщил родителям о том, что больше не встречается с Соней, он и думать не мог, что будет такая реакция. Мать посмотрела на него таким взглядом, что сразу захотелось встать на колени и долго просить прощения. Отец не говорил с ним три дня, а позже открыто насмехался над каждой пассией своего сына. Даже тетя, которой раньше было плевать на племянника, прочитала длинную нотацию о том, что он поступил глупо и мерзко. Впрочем, именно тогда их отношения и наладились.
  Стас всегда был эгоистом, даже по отношению к семье. Он любил внимание, любил ласку, но, как бы это не было странным, всегда от всего этого убегал через некоторое время. Ему нравилось достигать, бороться, стремиться. Нравилось играть.
  Доигрался.
  Соня шевельнулся во сне и что-то еле слышно проговорила. Стас напрягся, наклонился к ней, но так ничего и не смог расслышать - девушка опять крепко заснула. Торохов знал, что такой спокойный сон - следствие усталости, позже станет намного хуже. Это сейчас Соню не тревожат кошмары, организм требует отдыха и немного покоя, но получив все, что требуется сознанию, начнется время самоистязания, свойственного человеку.
  Стас просидел возле Сони до самого утра, прислушиваясь к спокойному дыханию и надеясь, что утром ей будет лучше. Лишь когда лучи апрельского солнца окрасили светлые стены комнаты в розоватый цвет, молодой человек позволил себе расслабиться, лечь рядом с девушкой и, обняв ее за талию, уснуть.
  Разбудил его через несколько часов еле слышный шорох у двери. Рывком сев на постели, он сонно посмотрел на Соню, тщетно старающуюся открыть дверь.
  - Куда-то собралась? - к неудовольствию Стаса в голосе все же прозвучала легкая обида.
  Девушка обернулась на голос и нервно облизнула губы. Стас вскинул брови, но молчал, ожидая ответа.
  - Мне нужно в ванную, - тихо произнесла Соня, глядя в сторону.
  - Разбудила бы меня, - Стас поднялся с кровати и достал из кармана ключ. Повернув его в замке, он выпустил Соню в коридор и указал на дверь в его конце: - Полотенце, халат, шампунь найдешь там. Как только искупаешься - приходи на кухню, я тебя покормлю.
  Однако Соня так и не пришла. Через сорок минут заглянув в ванную и не обнаружив там свою гостью, Стас кинулся в спальню. Соня лежала на кровати, отвернувшись к стене и накрывшись одеялом.
  - Мне принести завтрак сюда? - осторожно спросил он.
  - Я не хочу есть. - Голос Сони звучал глухо, в нем не было никаких эмоций. - Дай мне... отдохнуть.
  Парень кивнул и вышел, тихо закрыв за собой дверь. Прошел в гостиную, включил телевизор, пытаясь не думать о том, что поступает неправильно. Вдруг нужно было остаться с Соней, поговорить, утешить? Объяснить, что все поправимо, что ей помогут.
  В нерешительности посмотрев на телефон, Стас все же протянул к нему руку и набрал номер Лени. Друг взял трубку почти сразу, в голосе послышалось волнение:
  - Что-то с девушкой?
  - Нет, пока все нормально. - Стас замешкался и все же добавил: - Относительно. Ты можешь приехать и осмотреть ее сейчас?
  - Да, хорошо, минут через сорок подъеду. Она поела?
  - Нет. Отказывается от еды, говорит, что хочет отдохнуть.
  - Хм.. Ладно, жди, скоро буду.
  Бросим сотовый на диван, Стас устало закрыл лицо руками и сел на пол, прислонившись спиной к стене. Гладкая поверхность приятно холодила кожу через тонкую ткань футболки, уставшее тело болело, а глаза жгли, будто в них песка насыпали. В голове мелькнула мысль прилечь и немного подремать, но от нее тут же пришлось отмахнуться - из спальни донесся тихий, едва уловимый всхлип. Стас тихо встал и подошел к двери, прислушиваясь. Соня плакала, тихо, почти не слышно, явно не желая, чтобы ее жалели. Медленно спустившись по стене на пол, Стас прислонился спиной на этот раз к двери и стал ждать.
  Минуты текли медленно, судя по громкому, ритмичному тиканью часов. Каждый шорох отдавался в мозгу эхом, поэтому, когда в дверь постучали, Торохов вздрогнул от неожиданности.
  - Привет, - кивнул он Марку, пропуская того в квартиру. Сладом за Корнеевым прошел и Леня.
  - Как она? - тихо спросил Марк, ставя у порога сумку с вещами.
  - Пойдемте в гостиную, - Стас кивнул в сторону двери и пропустил гостей вперед. Когда те уселись на диване, он нервно закусил губу и нахмурился. - Марк, он ее изнасиловал.
  - Что? - брат Сони побледнел, неверяще глядя на Торохова. Бессильно откинувшись на спинку дивана, он пустым взглядом уставился в потолок. Его губы бесшумно шевелились, видимо сыпал в сторону Лескова проклятиями. Немного успокоившись, Марк тихо произнес: - Я его убью. На кусочки порву мерзавца.
  - Лень, ты врач. Поговори с ней, выясни все, что сможешь и... осмотри, хорошо?
  - Но я не гинеколог, - немного смутившись, ответил парень.
  - Зато прекрасно знаешь психологию женщин, - улыбнулся через силу Стас. Друг кивнул и вышел из гостиной, спустя несколько секунд хлопнув дверью спальни.
  - Кстати, что у него за специальность? - посмотрел на Стаса Марк.
  - Терапевт. Но о наркотиках знает не понаслышке - его брат некоторое время сидел на кокаине.
  - Ясно, - кивнул Марк, и они замолчали, прислушиваясь к звукам, доносившимся из спальни.
  В течение двух часов Леня не выходил. Изредка Марк вскакивал со своего места и начинал ходить по комнате, из угла в угол, поглядывая на Стаса. Тот никак не реагировал на пристальные взгляды Сониного брата, полностью погрузившись в свои мысли.
   - Пожалуй, я ошибался в тебе.
   Станислав поднял голову и удивленно взглянул на парня:
   - Ты о чем?
   Марк усмехнулся:
   - Не прикидывайся дураком. Ты знаешь, о чем я. Не думал, что смогу найти поддержку в такой ситуации у тебя.
   - Я же не бессердечное чудовище, - пожал плечами Стас. - В такие моменты нужны люди, способные не просто поддержать, но и помочь.
   - Она нравится тебе? - неожиданный вопрос выбил Стаса из колеи.
   Он не знал, что сказать. Не знал, как отреагировать на подобное, поэтому просто коротко кивнул, понимая, что Марк и так прекрасно все понимает.
   - Но это ничего не меняет - она меня ненавидит. И никогда не подпустит к себе.
   - Она уже подпустила, Торохов. Не закатила истерики, не стала пытаться вырваться. Она не рвется никуда, просто послушно сидит у тебя дома.
   - И что?
   Марк вздохнул и отвернулся. Минуты снова потекли своим чередом, следуя за горьким ожиданием. Стас включил телевизор, пощелкал по каналам, но не мог сосредоточиться на мельтешащей картинке. Пульт снова полетел на диван, а Стас уставился в потолок.
   Его раздражало бездействие. Хотелось увидеть Лескова и сделать все для того, чтобы тот никогда больше не появлялся в жизни Сони. И в жизни остальных людей - тоже.
   - Ты видел Лескова? - спросил он у Марка. Парень вздрогнул, подошел к окну и, не поворачиваясь, ответил:
   - Да, я ездил к клубу, видел, как он выходил. Улыбка на лице довольная, еле сдержал себя, чтобы не выскочить и не набить ему морду.
   - Мне кажется, что тебе не стоило сдерживаться, - раздраженно проговори Стас.
   - Я знаю этого человека. Он верит в свою безнаказанность, поэтому будет считать, что я не посмею ничего сделать ему. - Марк недобро улыбнулся - это было видно по бледному отражению на стекле. - Пусть думает, что хочет, но мои знакомые уже начали под него копать.
   - Связи в полиции? - понимающе кивнул Станислав.
   - Естественно. Пришлось приложить немало усилий, чтобы отец ничего не узнал - я не хочу, чтобы родители были в курсе. Они не дадут потом Соне спокойно жить.
   - Марк...
   - Нет, я не буду тебя слушать на эту тему. Поверь, если родители узнают, что их дочь подсела на наркотики, то будет плохо всем. Отец сделает все, чтобы достать этого ублюдка и тогда о случившемся узнает весь город. Я не могу позволить разрушить жизнь моей сестре. - Он немного помолчал, нервно постукивая пальцами по подоконнику. - Я не могу поверить, что она... Как думаешь, она оправится?
   - Не знаю, - честно откликнулся Стас. - Все зависит от нее.
   - Нет, - покачал головой Марк, оборачиваясь. - Все зависит от людей, которые ее будут окружать. - Его взгляд был оценивающим, словно парень что-то решал для себя. Стас понимающе усмехнулся:
   - Ты говорил, чтобы я не приближался к ней.
   - А сейчас я хочу пожать тебе руку в благодарность за помощь. - Марк шагнул к дивану и протянул ладонь. Стас тут же ответил на рукопожатие. - Я думаю, ты знаешь, что делать.
   - Прости, что ты хочешь... - Стас удивленно посмотрел на Сониного брата, но договорить не успел - в комнату вошел Леня. Все внимание парней тут же направилось на него. Тот устало сел на диван, положив рядом свою сумку.
   - Я могу к ней зайти? - взволнованно спросил Корнеев.
   - Не сегодня, Марк. Она устала и хочет отдохнуть, плюс у нее нет никакого желания общаться с людьми. - Леня достал из кармана несколько белых таблеток в пакетике. - Он пичкал ее вот этим, я заберу, посмотрю, что за гадость.
   - Они были у нее? - с ужасом в голосе спросил Марк.
   - Да. Еще пару часов и пришлось бы опять откачивать ее. Тоже мне, спасатели, - хоть бы вещи проверили. - Врач повернулся к Стасу. - Сегодня тебе будет тяжело, под вечер начнется ломка. Если совсем все ужасно будет - позвони мне. Я приеду, вколю успокоительное. И еще... - Леня распечатал прозрачный пакетик с белыми таблетками и протянул одну Стасу. - Бывает такое, что нужно дать дозу, по брату знаю. Но, Торохов, только в крайнем случае, ясно?
   Стас кивнул и убрал таблетку в карман, надеясь, что достанет он ее только для того, чтобы выкинуть в мусорное ведро.
   - После лаборатории позвоню тебе, скажу, что за гадость в них. Тогда будем знать, чем выводить эту дурь из ее организма. - Продолжил Леня, после чего вновь повернулся к Марку. - В течение нескольких день не показывайся у нее - это ее окончательно добьет. У нее только что была истерика по поводу того, что родные отвернутся, так что не нужно лишний раз провоцировать. Я пообещал, что она не увидит тебя, пока не будет к этому готова, поэтому потерпи немного, хорошо? - дождавшись ответного кивка от Корнеева, он, нахмурившись, произнес: - Насчет изнасилования... Ребят, я не специалист по таким делам, но вроде бы все в порядке... в физиологическом смысле. По всему телу синяки, несколько ссадин на спине и запястьях, но в остальном она здорова.
   - Я убью этого ублюдка, - тихо, с ледяной ненавистью в голосе, произнес Марк. Стас молчал, но прекрасно понимал, что с радостью помог бы Корнееву.
   - Ребят, все серьезней на уровне психики. - Леня замялся на мгновение. - Я обещал не говорить, как врач обязан сдержать обещание, но...
   - Не тяни, - поморщился Стас. - Ты прекрасно понимаешь, что мы хотим знать все не из праздного любопытства.
   - Это был ее первый раз, - отведя глаза в сторону, тихо проговорил Леня. - Сами понимаете, что это значит.
   'Сколько времени у тебя ушло на то, чтобы превратиться в шлюшку?' - зазвенели слова в голове Станислава. Он удивленно посмотрел на Марка, но тот только передернул плечами:
   - А что ты хотел? После тебя у нее не было не с кем серьезных отношений, чтобы дело дошло до постели. Знаешь же, какое значение девушки придают подобным вещам.
   Захотелось вскочить, кинуться в спальню и просить прощения. Стало жутко стыдно за все грязные оскорбления, направленные когда-то в сторону Сони. Как он мог додуматься до такого? Не знал? Слабое оправдание, никто не давал права ему делать подобные выводы.
  - В любом случае, ребят, могу сказать с уверенностью, что вам придется собирать ее по кусочкам. - Леня внимательно посмотрел на парней. - Стас, мне уже нужно идти, я позвоню, как только что-нибудь узнаю.
  - Да, я тоже пойду. Торохов, я... - Марк замолчал, прикусив губу и не сводя пристального взгляда с лица Стаса. Затем покачал головой и молча направился в прихожую.
  Закрыв за ними дверь, он подошел к двери в спальню и робко постучал. В ответ ему была тишина.
  Он не знал, что делать. Он боялся причинить боль Соне, боялся ошибиться. Ему становилось страшно при мысли о том, что он может ее напугать.
  Раньше все было не так. Раньше все было проще.
  
  Глава десятая
  
  Налить тебе еще?
  Но пить придется безо льда.
   Он растаял.
   Полностью.
   В точности как я...
  
  Януш Вишневский. Одиночество в сети.
  
  Мне было холодно. Даже теплое одеяло не могло унять дрожь и согреть ледяные ладони. Коже горела, раздражая сознание страшным зудом, желанием содрать ее ногтями, чтобы теплая кровь принесла хотя бы небольшое облегчение.
  Хотелось пить. Я знала, что Стас сидит совсем рядом с комнатой, возможно, даже под дверью, и стоит мне только попросить, как он принесет мне все, что угодно, но я молчала. Кусала сухие губы, пыталась смочить слюной саднящее горло и молчала.
  Господи, как же смешно! Человек, которого я ненавижу, помогает мне справиться с собственной слабостью. Это унижение. Это больно. Ненавижу его!
  Сердце билось гулко, лихорадочно, изредка замирая на долю секунды, чтобы тут же продолжить свой бег. Пальцы дрожали, сминая край одеяла.
  Я не знаю, зачем позволила такое с собой сотворить. Просто не могу признаться самой себе в своей же никчемности.
  Каждый человек совершает в своей жизни какие-либо ошибки, спотыкается, быть может - падает. Я - не исключение. Но от произошедшего во рту появлялась мерзкая горечь, а глаза наполнялись слезами. Я винила себя за то, что проявила слабость, за то, что поддалась грубой силе, даже не пытаясь по-настоящему бороться. Оценивала каждое свое действие и понимала, где поступала не так, как следовало бы.
  Я не могу сказать, как Лескову удалось подсадить меня на эту дрянь. Помнила лишь как он постоянно по утрам кормил меня завтраком с горстью витаминов, а вечером мне приносили в его кабинет в 'Стихии' коктейли и я послушно их пила, наслаждаясь приходящим расслаблением, отрешением, гарантирующим, что запутанные мысли не доберутся до моей хмельной головы.
  Знала ли я, что происходит? Нет.
  Почему? Слишком доверчива, чтобы заподозрить подвох, даже со стороны такого человека как Лесков.
  При воспоминании о Максиме меня пробила крупная дрожь, отзывающаяся животным ужасом. Вновь захотелось содрать с себя кожу, но уже не от непонятного зуда, а лишь при одной только мысли о том, что меня касались руки это человека. Взгляд опустился на запястья, украшенные синяками, и рот скривился в ухмылке - у него получилось добиться своего, он может быть собой доволен.
  Сейчас мне уже не хотелось плакать. Все слезы остались в его доме, на полу душевой кабинки, когда я без устали терла нежную кожу, стирая его запах и его прикосновения со своего тела. Рыдания беззвучно вырывались из моего горла, крупные слезы катились по щекам, смешиваясь с теплой водой, а взгляд был сосредоточен где-то в пустоте. Я провела там около двух часов, Максиму пришлось ломать дверь и на руках выносить меня из ванной - я самостоятельно не могла подняться, да и не хотела. Швырнув меня на кровать, где уже сменили постельное белье, он резко бросил пару слов в мою сторону, так и непонятых моим сознанием, и вышел, оставив меня неподвижно лежать, закрыв глаза и жалея саму себя.
  В последнее время это мое любимое занятие. Сейчас ведь тоже лежу, лелея в себе воспоминания.
  В горле окончательно пересохло, и я поднялась с постели, собираясь пойти на кухню и попить, но стоило мне только открыть дверь спальни, как я встретилась с встревоженным взглядом синих глаз. Стас замер на пороге гостиной, напряженно выпрямившись и пристально глядя на меня.
  - Что-то случилось? - пара шагов, и он уже стоит около меня, на расстоянии вытянутой руки. Я даже чувствую легкий аромат его туалетной воды, как всегда приятный и свежий.
  - Я хотела попить, - хрипло ответив, шагнула в коридор, но была остановлена сильной рукой, обхватившей меня за талию и повернувшую в обратную сторону.
  - Ложись, я все принесу сам, - тихо произнес он. Кивнув, я вернулась в спальню и села на край кровати, сложив руки на коленях и уставившись в стену. Стас зашел спустя пару минут, вручая мне стакан с прохладной водой, показавшейся настоящим бальзамом для моего пересохшего горла. Благодарно кивнув, вернула ему опустевший стакан, не в силах отвести взгляда от его лица.
  - Как ты себя чувствуешь? - в его глазах мелькнула легкая тень беспокойства.
  - Нормально, - кивнув, я отвернулась, не в силах долго выдержать взгляд Стаса. Он опустился на постель рядом со мной и осторожно, словно боясь спугнуть, приобнял за плечи.
  - Хочешь есть?
  Отрицательно покачала головой, старательно делая вид, что горячие ладони, обжигающие плечи даже через плотную ткань футболки, не причиняют мне никакого волнения.
  - Я полежу еще, хорошо? - старательно избегая встречи с его взглядом, я легла на кровать, завернувшись в одеяло.
  Спустя несколько секунд услышала, как за ним закрылась дверь и расслабленно прикрыла глаза, незаметно для себя провалившись в сон.
  Когда я открыла глаза, за окнами было темно. Искоса посмотрев на висящие у двери часы, убедилась, что уже восемь вечера. Перевернулась на другой бок и снова сомкнула веки, надеясь спрятаться от дурных мыслей, погрузившись в крепкий сон, однако организм воспротивился, с помощью урчащего живота напомнив, что иногда полезно не только спать, но и кушать.
  Вздохнув, я встала с постели и тихонько приоткрыла дверь. В квартире стояла тишина, и мне на мгновение показалось, что Стас куда-то ушел. На цыпочках, едва дыша, я прошла по коридору и заглянула в гостиную - Торохов нашелся именно там, спящий на диване, закутавшись в тонкое покрывало чуть ли не с головой. Несколько секунд я вглядывалась в его спокойное лицо и прислушивалась к размеренному дыханию, затем прикрыла дверь и прошла на кухню. Налив себе воды, села на стул, стоящий ближе к окну.
  Жидкость опалила прохладой пересохшее горло и мне вновь стало легче. Надолго ли? Посидев неподвижно некоторое время, я встала и заглянула в холодильник. На удивление, в нем обнаружилось много продуктов, полки просто ломились от всяких кастрюлек, тарелок, баночек с консервами, джемами, медом и соусами. Стараясь как можно меньше шуметь, я достала из кухонного шкафчика тарелку и положила на нее немного плова. В глубине души зарождалось чувство радости - я способна управлять собой, держать под контролем желание унять эту боль лекарствами. Леня оставил мне несколько препаратов, но я боялась пить что-то даже отдаленно напоминающее ту дрянь, от которой теперь мучилась.
  Рано радовалась. Уже на подходе к микроволновой печи перед глазами заплясали круги, пальцы, до этого крепко держащие тарелку с едой, дрогнули и непроизвольно разжались, стараясь схватиться за какой-нибудь предмет и не позволить мне упасть. Тарелка с грохотом разлетелась на куски, встретившись с плиткой на полу кухни. Тут же из гостиной раздалось приглушенное ругательство, окрашенное в испуганные тона, и на кухню влетел сонный Стас.
  - Соня, что случилось? Почему, черт возьми, ты встала? - Он в два шага оказался возле меня и подхватил мое слабеющее тело на руки. Я лишь обессилено прижалась щекой к его плечу, с наслаждением вдыхая знакомый аромат одеколона и стараясь выглядеть не слишком испуганной.
  - Я просто... проголодалась немного. - М-да, голос мог бы звучать и поживее.
  - Нужно было позвать меня, - приглушенно проговорил он, направляясь в уже насточертевшую мне спальню. - Сейчас я положу тебя и принесу поесть.
  - Нет, только не туда, - прошептала я, сминая пальцами ткань футболки настолько сильно, что даже костяшки побелели. - Можно, я посижу с тобой?
  Синие глаза с удивлением уставились на меня и я растерянно отвела взгляд в сторону.
  - Тебе нужно лежать, - произнес Стас, тем не менее, возвращаясь на кухню и осторожно усаживая меня на стул.
  - Прости, что напугала тебя. Просто ты спал, и мне не хотелось тебя будить, а поесть надо было, поэтому... - сбивчиво произнеся все это, я осеклась и посмотрела на него. Стас убирал осколки, нахмурившись и явно думая не о разбитой тарелке.
  Я опустила глаза вниз, разглядывая дрожащие пальцы. Заработал телевизор, наполнив квартиру криками одного постоянно ругающегося семейства. Зашумела вода в раковине, послышался гул микроволновой печи. Я молчала, пытаясь понять, почему мне так приятно находиться в этом доме, в этой комнате, рядом с... Рядом со Стасом.
  Внутри не было чувства ненависти, которое сжигало меня на протяжении трех лет. Я не боялась его. Мне не было страшно слышать его слова.
  Более того, мне ХОТЕЛОСЬ, чтобы он говорил. Много, не о чем, просто на пустые темы, или ругал меня за безрассудность, или сетовал на потраченое время. Лишь бы говорил, лишь бы его голос звучал.
  Мне хотелось его обнять, вновь ощутить то чувство уюта и защищенности, которую дарит только он.
  Мне хотелось любить его.
  Как раньше.
  Не вспоминая о том, что было раньше.
  - Стас, - мой хриплый голос заставил его обернуться, сминая в руках полотенце для посуды. Неуверенность тут же захватила меня снова, стоило только встретиться с ним взглядом.
  - Что? - Небесная синева чуть потемнела, отдавая настороженностью и страхом. Страхом за меня?
  - Ты был со мной... счастлив? - Последнее слово далось с трудом, срываясь с моих губ камнем, и гулко пронеслось по всей кухне, рикошетом отлетая от стен.
  Как эхо.
  Ты был со мной счастлив?
  Ты был со мной?
  Ты ведь был?
  Ведь когда-то эти глаза сияли смехом, губы шептали слова любви, а ладони грели озябшие на ветру щеки и нос.
  Мне ведь не могло это присниться?
  Стас судорожно вздохнул, швыряя полотенце на стол и делая по направлению ко мне шаг. Его ладонь легла на столешницу всего в нескольких сантиметрах от моих холодных рук.
  - Честно? Я не знаю, Соня. Может, счастье и было, но я его не ценил, а может, мне чего-то не хватало. А сейчас... Сейчас ведь поздно что-либо менять? Я прав? - он чуть наклонился ко мне и темные пряди челки тут же привычно упали на его лоб. Мне страшно захотелось протянуть руку и убрать их назад, чтобы они не мешались, но я подавила в себе это желание.
  - Ты прав, - эхом откликнулась я, откидываясь на спинку стула и положив руки на колени. Стас несколько секунд помолчал, пристально вглядываясь в черты моего лица, затем рассеянно кивнул. Пискнула микроволновка, но никто из нас не двинулся с места.
  В комнате повисло напряжение, но оно было не совсем тяжелым. Просто мы давали друг другу шанс повернуть назад, отступиться, но при этом стояли на своем.
  Я не помню, как он оказался совсем близко от меня, касаясь губами моей щеки. И мне не хочется знать, когда этот робкий поцелуй вдруг перерос во что-то серьезное, оглушающее. Мы целовались так, будто жили последние секунды, словно всего через мгновение больше никогда не увидим друг друга. Его руки рывком заставили меня подняться на ноги и вцепиться в широкие плечи, чтобы не упасть от слабости во всем теле. Я запустила пальцы в шелковистые волосы, с радостью перебирая мягкие пряди. Как раньше.
  - Я люблю тебя, - выдохнул в губы, прерывая поцелуй всего на долю секунды. Как раньше.
  Сильные руки скользили у меня по спине, замирая на талии, чтобы прижать мое тело еще крепче, воруя остатки дыхания. Как раньше.
  Но теперь было что-то новое. И эта новизна ускользала от меня, словно дразня, не желая открывать своего лица.
  Стас неожиданно отстранился, уткнувшись лицом в мое плечо и прерывисто дыша.
  - Мы не должны.
  - Да, - кивнула, хотя внутри все кричало о другом.
  - Почему? - Этот вопрос прозвучал как мольба - он просил меня дать ему отговорку, причину. Достойную причину для разрушения.
  - Мы слишком разные.
  - Но ведь это хорошо... - Неуверенность. - Будет не скучно.
  - Плохо расстались в прошлый раз, - предприняла я еще одну попытку.
  - Теперь будем ценить друг друга по-настоящему. - Твердо, почти без сомнения.
  - Я наркоманка. Изнасилованная, слабая, униженная... - Широкая ладонь запечатала мне рот, а синие глаза посмотрели с гневом:
  - Не смей так больше говорить. Никогда, ясно?
  Я кивнула, борясь со слезами на глазах.
  Как раньше... Как много сладости в этих двух словах. И как много горечи появляется в груди при мысли, что как раньше уже не будет. Он изменился, я повзрослела, мы оба стали совсем другими.
   Я понимала это и боялась. Не знаю, чего именно, просто гадкий, омерзительный страх липкой массой опустился на сердце, сковывая движения и заставляя молчать.
   Он сказал, что любит, но действительно ли это так? Может, не таким уж и хорошим он стал, как казалось мне сейчас, просто решил воспользоваться моей слабостью?
   Нет, даже думать об этом не стоит. Марк доверяет ему, иначе бы не привез меня сюда. Да и мне было трудно поверить в то, что Стас солгал. 'Я люблю тебя' - эти три слова прозвучали вполне искренне, немного робко, осторожно, но с нежностью.
   Я подняла глаза на Стаса, силясь понять, насколько он честен со мной. Улыбка стала ответом, согревая теплом и каким-то неясным чувством - ярким, бросающимся в глаза, но от этого только еще более непонятным.
   - Я не должен был этого говорить, да? - с понимающей ноткой спросил он, касаясь ладонью моей щеки. Прикрыв глаза, я слегка улыбнулась, скрывая тот ураган эмоций, который тут же пронесся в моей голове.
   - Не знаю. Мы всегда были за искренность.
   - Да. А потом я тебя обманул и предал. Не очень-то искренние отношения у нас получись. Давай разберемся с твоими проблемами, а потом уже вернемся к нашему разговору? - Он отошел к раковине и начал мыть посуду.
   Опустившись на стул и взяв в руку вилку, начала есть, практически не ощущая вкуса пищи. Я не могла дать точное определение тому, что только что произошло между нами, но молчание, воцарившееся в комнате и нарушаемое только работающим телевизором, настолько раздражало, что я постаралась как можно быстрей его нарушить.
   Проглотив очередную порцию плова, тихо спросила:
   - Кто готовил?
   - Мама, - не оборачиваясь, ответил он, вытирая тарелку. - Она иногда приезжает ко мне, чтобы побаловать своей готовкой, хотя, я и сам прекрасно справляюсь.
   - Твой холодильник не похож на холодильник холостого парня.
   - Оля частенько помогает мне прошвырнуться по супермаркету, - просто откликнулся Стас.
   - Ясно, - еле слышно выдохнула я, задаваясь вопросом, кто, собственно, она такая?
   Стас не спеша закрутил кран, вытер руки, повесил полотенце на крючок и обернулся:
   - Оля - моя давняя подруга, еще со школы. Кажется, я рассказывал тебе как-то о ней.
   - Ты не должен мне ничего объяснять, - покачала я головой и, взяв тарелку, пошла к раковине. Спокойно прошла мимо Стаса, поставила тарелку, открыла воду, взяла губку. Налив на нее немного моющего средства, стала мыть за собой посуду, уговаривая себя не нервничать под внимательным взглядом парня.
   - Господи, как ты не понимаешь?! - неожиданно резко произнес он, вырывая из моих рук губку и поворачивая к себе. - Я не стану лгать, уверяя тебя, что на протяжении всех трех лет только о тебе и думал. Если бы так было - мы бы встретились намного раньше. Но сейчас я способен думать только о тебе. Всегда ненавидел эти романтические бредни и сам же несу сейчас похожую чушь. И когда я говорю, что люблю тебя - я не на секунду не обманываю, потому что так и есть на самом деле. Не нужно шарахаться от меня при каждом упоминании женского имени. Пожалуйста, пойми и запомни - я учусь на своих ошибках и больше не буду поступать так... как поступал до этого. Да, человек не может полностью перевоспитать себя, но когда рядом с ним тот единственный, дорогой, драгоценный и желанный... - Он замолчал, подбирая слова. Я стояла неподвижно, внимательно вслушиваясь в то, о чем он говорил и не желая его перебивать. Звук его голоса был для меня единственной музыкой, приносящей облегчение измученному разуму и покалеченному телу. Становилось легче. - Не беги от меня, прошу. Просто стой на месте, позволь догнать. Пожалуйста.
   Я кивнула, отступая и прислоняясь спиной к прохладной стене. Стас нахмурился, словно желая что-то добавить, но затем качнул головой, отбрасывая вертевшиеся на языке мысли.
   - Как ты себя чувствуешь? Леня говорил, что тебе сегодня будет очень тяжело. - В синих глазах плескалась тревога.
   - Меня немного знобит и постоянно хочется пить. И... Мне хочется облегчения.
   Он понимающе кивнул, беря мою руку в свои теплые ладони.
   - Думаю, тебе стоило бы прилечь и немного отдохнуть.
   - Сначала хотелось бы искупаться.
   - Марк привез вещи, они в сумке в гостиной, сейчас принесу.
   Он вышел. Я закрыла воду, поставив тарелку на сушилку и пошла в спальню. Через пару минут туда зашел Стас, держа в руках небольшую сумку, полотенце и рубашку.
   - Здесь есть, во что тебе переодеться, но... Я подумал, может, в рубашке тебе было бы удобней.
   Я взяла вещи из его рук и коротким кивком поблагодарила за помощь. Он мгновение смотрел на меня, а затем развернулся, уже на пороге уронив:
   - Я буду в зале, если что.
   Достав из сумки белье и взяв полотенце с рубашкой (почему-то мне казалось важным надеть именно ее), я направилась в ванную.
   Теплые струи воды принесли телу небольшое облегчение и даже немного уняли дрожь. Уже стоя перед зеркалом и застегивая рубашку, доходившую мне до середины бедра, я разглядывала свое отражение, с неприязнью всматриваясь в темные круги под глазами, бледную, натянутую на скулах, кожу и глубокую складку между бровей. На мгновение прислонилась лбом к стеклу, восстанавливая неожиданно сбившееся дыхание.
   Рубашка пахла им. Ненавязчиво, еле уловимо, но мне хватало и этого. Словно Стас обнимал меня за плечи, передавая немного своей силы.
   Выйдя из ванной, я прошлепала босыми ногами до гостиной и осторожно заглянула. Стас стоял у окна, нервно выдыхая дым в открытое окно.
   - Я не знала, что ты куришь.
   Он вздрогнул и на долю секунды напрягся.
   - Порой возникает желание, - небрежно пожав плечами, обернулся: - Зашла пожелать мне спокойной ночи?
   Замявшись, я произнесла:
   - Полежишь со мной?
   Скрывая свое удивление, он кивнул и выкинул наполовину выкуренную сигарету.
   - Сейчас, только зубы почищу. Не хочу дышать на тебя табаком.
   Расстелив постель, я легла, не укрываясь легким одеялом и погасила горевший у изголовья бра. Комната тут же погрузилась в полумрак и я расслабленно выдохнула.
   Стас пришел спустя пару минут, осторожно лег с краю и накрыв меня одеялом.
   Я перевернулась на другой бок, улыбаясь, посмотрела на него, и тихо прошептала:
   - Спокойной ночи.
   Осторожный поцелуй в висок и теплые ладони на моей спине стали для меня лучшей колыбельной. Даже одуряющая пустота внутри отступила, позволив мне уснуть.
  Сны бывают разными и чаще всего они отображают наше душевное состояние. Наверное, именно поэтому мне приснилась пустыня, по которой песчаными вихрами гулял ветер. Только в этой пустыне мне не было жарко, я чувствовала себя абсолютно спокойно, словно это был мой родной дом. Однако несколько раз меня пугала царившая вокруг пустота и я, вздрагивая, просыпалась, чтобы тут же расслабленно выдохнуть в кольце сильных рук и заснуть снова.
  Я чувствовала себя рядом со Стасом защищенной. А еще мне хотелось бороться с подступающим желанием получить очередную порцию белой гадости, уж не знаю ее названия на рынке наркотиков, но поверьте - большей гадости никогда не пробовала. Я понимала, что Стас верит мне, верит в меня и поэтому я, сцепив зубы, терпела подступающую ломку, изо всех сил стараясь не проиграть самой себе.
  Утро встретило меня одиночеством. Я просто неожиданно поняла, что рядом со мной нет Торохова, и резко проснулась. На его подушке лежала записка с неровными строчками: 'Я отлучился по делам, буду через пару часов. Посмотри что-нибудь в холодильнике на завтрак и не скучай. Целую'. Рядом лежал мой мобильный телефон.
  Улыбнувшись, поднялась с постели и решила пройтись по квартире. Не знаю, когда именно он ушел, но постель уже успела остыть, поэтому тут же понадеялась на его скорое возвращение. А пока могу спокойно оглядеться вокруг и сделать некоторые выводы.
  Квартира Стаса не представляла собой ничего особенного. Обычное жилище холостяка, обставленное так, чтобы было первым делом удобно. Никаких милых девичьему сердцу статуэток и магнитиков, минимум мебели, максимум свободного пространства. Темные шторы поверх белых узорчатых занавесок, чтобы солнце по утрам не надоедало и не мешало спокойно себя чувствовать после бурно проведенной ночи в компании друзей и нескольких бутылок горячительного. Стоило об этом подумать, как тут же отдернула саму себя - у меня не было никакого права делать такие выводы. Подобные мысли приводили к неприятному итогу - я на уровне подсознания стараюсь очернить Стаса, приписывая ему грехи современной молодежи и совершенно забывая, что он по ночам работает в ночном эфире на радио.
  В гостиной также было просторно и минимально всего - диван, плазма на стене, шкаф с книгами и дисками и несколько цветов в горшках на окне. Но несмотря на минимум мебели и декоративных предметов в этой квартире было уютно и спокойно. Я чувствовала себя здесь как дома.
  Пройдясь вдоль полок, уставленных книгами, вытянула одну наугад и села на диван, подогнув под себя ноги. Ознакомилась с аннотацией, это оказался очередной мировой 'бестселлер', и углубилась в чтение, стараясь таким образом скоротать время до прихода Стаса.
  От чтения меня отвлек через некоторое время сигнал моего сотового. Быстро встав и забежав в спальню, схватила сотовый в надежде, что это звонит Торохов. Номер на дисплее был мне незнаком, и я поспешила ответить:
  - Да, я слушаю.
  - Здравствуй, красавица. - Холодный голос по ту сторону трубки пригвоздил меня к месту. Я растерянно выдохнула, не зная, как реагировать на Лескова. - Я так понимаю, ты совсем не рада меня слышать?
  От этой усмешки по коже прошелся холодок, а во рту все пересохло.
  - Что тебе нужно?
  - Да так, позвонил узнать, как себя чувствуешь. Может, привезти тебе чего-нибудь веселенького? - с издевкой прозвучал вопрос.
  - Катись к черту! - Мои руки задрожали и я чуть не выронила телефон. По-хорошему, его стоило швырнуть в другой конец комнаты, чтобы аппарат разлетелся на мелкие кусочки и больше никогда в его динамике не звучал голос этого мерзавца, но мои пальцы словно парализовало. Или сковало льдом, что прозвучит гораздо ближе и честней.
  - Послушай меня, Сонечка. Внимательно послушай. Я знаю, что твой братец начал копать под меня и даже поднял свои слабенькие связи в органах. Думаю, ты понимаешь, что мне это не очень нравится. Если хочешь больше никогда не встречать меня на своем пути, поговори с Марком и объясни ему, что мы квиты отныне и нечего пытаться меня обыграть.
  - Я... - начав, я осеклась, устало прикрыв глаза. Хотелось кричать от ужасного леденящего чувства безысходности. - Пожалуйста, прекрати это делать.
  - Что делать, маленькая моя? - довольным тоном поинтересовался Лесков. Ему всегда доставлял радость чужой страх. - Я ничего не делал, ясно? Таблетки ты пила сама, в постель ко мне тоже сама прыгнула. Кстати, как твой братец отреагировал, что я изнасиловал его любимую сестричку?
  - Определись уже, - наконец взяв в себя в руки, произнесла я.
  - С чем именно?
  - Сама я к тебе в постель прыгнула или же ты меня изнасиловал.
  - Версия о твоем согласии - это для органов. А Марку можешь рассказывать что угодно, можешь даже приукрасить детали, мне же лучше.
  Я только головой покачала, медленно опускаясь на кровать:
  - Как можно быть такой сволочью?
  Резких смех, отдающий металлом, а после довольное 'Спасибо'.
  - Это не комплимент, ублюдок.
  - Утихни, красавица. Скажи спасибо, что я в последний момент передумал и стал давать тебе легкие психотропные препараты, а не настоящую наркоту. Так что насчет ломки можешь не волноваться, до законченной наркоманки тебе еще далеко. Поболит головка пару дней, да жажда помучает всего-то. Но если ты будешь непослушной девочкой и станешь трепать своим язычком - я найду тебя где угодно и накачаю героином до такой степени, что ты мать родную узнать не сможешь. Поняла?
  Я молчала, стараясь дышать глубоко и успокаивая себя.
  - Ты меня поняла? - злобно донеслось из динамика второй раз.
  - Да.
  - Вот и ладушки. Счастливо, Сонечка. - Мерзкий смех вновь зазвучал у моего уха, а затем резко оборвался - трубку на том конце положили. Телефон тут же полетел на кровать, а я затряслась в беззвучных рыданиях, впившись ногтями в ладони, оставляя на коже шрамы-полумесяцы. Несколько минут мне казалось, что я вот-вот перестану дышать, настолько сильно скручивался в тугой комок воздух в грудной клетке. Прошло немало времени, прежде, чем я смогла хоть как-то успокоиться и взять себя в руки.
  Когда открылась входная дверь, я была в ванной, смывая с щек дорожки слез. Бросив косой взгляд на свое отражение в зеркале и отметив красные, опухшие от слез глаза, невольно вздрогнула.
  - Соня, я дома! - раздался голос Стаса из прихожей.
  - Я в ванной, купаюсь, - поспешила откликнуться я и тут же захлопнула дверь, щелкнув задвижкой. Включила воду в душе, быстро скинула с себя одежду и встала под теплые упругие струи. Мне нужно было успокоиться окончательно и постараться никак не выдать своего волнения перед Стасом - я понимала, как его взбесит звонок Лескова. Я всегда старалась решать свои проблемы самостоятельно, не полагаясь ни на кого - так проще и быстрей. С Лесковым тоже я разберусь сама и не позволю вмешиваться в наши с ним дела другим людям, тем более... близким.
  Простояв под душем минут пятнадцать и полностью совладав со своим волнением, поспешила вытереться, одеться и выйти из ванной. Стас стоял справа от двери, прислонившись к двери и сложив руки на груди.
  - Что ты здесь забыл? - удивленно приподняла брови я, поправляя полотенце на голове.
  - Тебя ждал, - коротко ответил он. - Ты закончила?
  Я заметила немного нервный взгляд и сжатые в кулаки ладони. Раньше он делал так только в тех случаях, когда нервничал.
  - Что-то случилось? - настороженно спросила я.
  - С чего ты взяла?
  - Ты какой-то... нервный.
  Стас наклонил голову набок, окидывая меня внимательным взглядом, от которого мне почему-то стало неуютно.
  - Ты разговаривала с Лесковым?
  Напрягшись, я осторожно спросила:
  - Откуда ты знаешь?
  Синие глаза тут же опустились вниз, словно прося прощения за что-то. Спустя пару секунд я поняла за что.
  - Ты шарил в моем телефоне?
  - Соня...
  - Зачем?
  - Я хотел убедиться, что ты не станешь...
  - И что? Убедился? Я надеюсь, ты заметил, что это он мне звонил? Думаешь, я хотела выклянчить у него очередную дозу? Думаешь, я настолько слаба, что не смогу справиться с этим? - во мне медленно закипала ярость, смешанная с болью. От мысли, что этот человек мне не доверяет, почему-то захотелось плакать.
  - Соня, я знаю, что ты очень сильный человек, просто... - замявшись, он прикрыл глаза. Я решила продолжить за него:
  - Просто решил убедиться? Проверить?
  - Пожалуйста, не делай из этого такой страшной трагедии!
  - Да пошел ты! - вскинулась я, мгновенно взрываясь. - Я думала... Мне казалось, что мы...
  Замолчав, я развернулась на пятках и рванула в комнату, захлопнув за собой дверь. Через мгновение щелкнул замок, и я почувствовала себя в безопасности. Теперь Стас не сможет никак повлиять на меня, а когда приедет Марк, я смогу убедить его увести меня отсюда и больше никогда не увижусь со Стасом. Хватит. Мне никогда не понять этого человека, точно также как и он никогда не сможет найти со мной общий язык. Видимо, мы изначально были слишком разными с ним.
  - Соня, открой дверь, пожалуйста, - раздался тихий стук.
  - Оставь меня в покое, - зло бросила я в сторону двери. Взгляд натолкнулся на лежащий у подушки телефон. Через секунду мобильник полетел в стену: - Можешь забирать этот чертов телефон и не бояться, что я кому-нибудь позвоню с целью найти наркотики! - Сотовый разлетелся на две части, аккумулятор скользнул по паркету в сторону окна.
  Несколько минут стояла тишина и я подумала, что Стас решил оставить меня в покое и ушел. Сев на кровать, закрыла глаза руками, отказываясь понимать происходящее. С чего это я себя так повела? Откуда столько злости?
  Ответ был очевидным - слишком глубоко в кровь попал вирус любви. Черт бы побрал этого Торохова.
  Словно прочитав мои мысли, парень дал о себе знать, вновь постучав в дверь:
  - Приступ агрессии закончился? Я надеюсь, ты можешь теперь открыть дверь и спокойно поговорить со мной?
  Я молча смотрела в окно, не желая отвечать. Стук повторился:
  - Соня, пожалуйста. Ты ведь знаешь, что я не хотел тебя оскорбить этим поступком.
  Встав, я подошла к двери. Щелкнул замок. Не открывая при этом двери, развернулась и села на свое место. Поговорить? Объяснить? На здоровье. Вот только что-то слишком много мы с ним разговариваем, и я отказываюсь ему верить.
  Будь убедительным, Стас. Пожалуйста.
  
  Глава одиннадцатая
  
  Сложней всего перекричать молчание.
  
  Он зашел в комнату осторожно, на мгновение замерев, словно сомневаясь в своем решении поговорить. Остановился у кровати, в нескольких сантиметрах от меня. Усилием воли я заставила себя не оборачиваться, продолжая рассматривать узор на бежевых обоях.
  - Порой мне становится страшно при мысли, что мы так и не сможем найти общий язык, - тихо проговорил он. Я пожала плечами. - Раньше ты любила, когда о тебе заботились и волновались, а сейчас начинаешь беситься.
  - Умей отличать заботу от недоверия.
  - Соня, поверь, я не сомневался в том, что ты не станешь искать способа получить очередную...
  - Дозу? Договаривай, раз решил говорить со мной откровенно.
  - Если я хоть на секунду усомнился бы в тебе - я бы остался дома и никакие важные дела меня от тебя бы не оттянули. Или ворвался бы к тебе в ванную сразу же после того, как узнал о звонке этого поддонка, чтобы убедиться, что тебе никто ничего не привез. Но я ждал, Соня. Ждал, когда ты сама объяснишь мне произошедшее.
  Я посмотрела на него исподлобья, собираясь сказать в ответ что-то резкое и грубое, но не смогла. Он выглядел обеспокоенным, встревоженным и поэтому мне было так легко поверить его словам.
  Стас сел около меня, взял мои ладони и нежно поцеловал каждую. Пальцы дрогнули и я поспешила вырвать их из сладкого плена сильных рук.
  - Когда я сказал, что люблю тебя...
  - Не надо, - прошептала я, придвигаясь к нему и пряча свое лицо у него на груди. Он обнял меня, ласково перебирая волосы и гладя шею, от чего мое тело окончательно расслабилось и капитулировало. Ему удалось без особых усилий пересадить меня на колени, и я почувствовала себя совсем маленькой девочкой, напуганной ночным кошмаром и нашедшей утешение в объятиях близкого человека. Стас словно убаюкивал меня, позволяя спастись от дурных мыслей и душевной боли в омуте лечебного сна.
  - Я тоже люблю тебя... - успела пробормотать я, прежде чем сознание окончательно ускользнуло в царство Морфея.
  Сквозь сон я слышала обрывки фраз, не имеющих для меня никакого смысла, хотя голос, теплый, с легкой хрипотцой был мне знаком. Несколько раз я порывалась проснуться, чтобы ответить, объяснить, поговорить, но измученный организм резко этому воспротивился и я снова и снова засыпала.
  Когда же мне, наконец, удалось открыть глаза и осмысленно оглядеться, за окном уже было темно. Я лежала на постели, укрытая одеялом и защищенная крепкими объятиями. Всматриваясь в лицо Стаса, я с болью замечала глубокие тени под глазами. Сколько же нервов я ему попортила, дура. Эта мысль показалась мне настолько забавной, что я невольно усмехнулась. Затем осторожно, не желая его разбудить, убрала со лба непослушные темные пряди и устроилась поудобней, с интересом наблюдая за сном парня.
  Через несколько минут он нервно заворочался и открыл глаза.
  - Давно не спишь? - хриплым ото сна голосом спросил он, бросая взгляд на часы.
  - Нет, - покачала головой, чуть отодвигаясь от него. Меня тут же вернули на место. - Знаешь, мне кажется, я выспалась на год вперед. Как думаешь, мы сможем ненадолго выбраться на улицу?
  - На самом деле, Марк этого не одобрит, Сонь, - виновато ответил Стас.
  - Жаль. Мне так хочется подышать свежим воздухом.
  - Я обещаю что-нибудь придумать, - он быстро чмокнул меня в нос и поднялся с постели. - Есть хочешь?
  При упоминании о еде я поморщилась, борясь с подступающей к горлу тошнотой. Но, понимая, что организму нужно восстанавливать силы, кивнула:
  - Только совсем чуть-чуть и не сильно сытное, ладно? И... я пойду с тобой. Мне уже осточертела эта комната. - Я резко села и тут же зажмурилась - пол с потолком неожиданно решили поменяться местами. Стас тут же подскочил ко мне и мягко заставил вновь откинуться на подушки.
  - Нет уж, лучше полежи спокойно, я все принесу сюда.
  Мне оставалось только кивнуть и набраться терпения.
  Не прошло и двадцати минут, как он снова возник на пороге комнаты с небольшим подносом в руках. Пара тостов, чашка крепкого кофе, свежие фрукты и яичница. Вдохнув аппетитный запах, я улыбнулась:
  - Больше похоже на завтрак, чем на поздний ужин. - На часах было уже около одиннадцати вечера. Мы проспали чуть меньше десяти часов.
  - Я решил особо не кулинарить.
  - Здесь только на одного, - кивнула я на поднос. Стас поморщился:
  - Я перехватил пару бутербродов и теперь не хочу есть. Так что питайся на здоровье.
  Он осторожно установил поднос на кровати и сел рядом. Под пристальным взглядом синих глаз я заставила себя съесть немного яичницы, тост и сделать несколько глотков кофе.
  - А теперь фрукты, - кивнул он на тарелку с виноградом, апельсином и яблоком.
  - Стас, уже не лезет, - улыбнувшись, я хотела отодвинуть поднос, но парень покачал головой и взял несколько виноградин.
  - Ничего не знаю, тебе нужны витамины и глюкоза. Открывай рот.
  Я послушно позволила скормить мне ягоды. Затем пришел черед нескольких кусочков яблока. Фрукты оказались прохладными, сочными, так что я с наслаждением съела и яблоки. Мой взгляд остановился на дольке апельсина и я потянулась к ней, но мои пальцы перехватили.
  - Я сам.
  Он умело очистил апельсин от ароматной корки и поднес дольку к моим губам. Она была слишком большая для того, чтобы съесть ее целиком и Стас это знал, судя по его внимательному и донельзя довольному взгляду. Осторожно укусив, я все же почувствовала на губах несколько капелек кисло-сладкого, душистого сока. Вторая половинка апельсина вернулась на тарелку, а губы Стаса мягко коснулись моих. Язык осторожно слизнул сок, затем поцелуй углубился, становясь безумно нежным, неторопливым и от этого еще больше сводящим с ума. Я чуть слышно застонала и обвила его шею руками, давая понять, насколько мне хочется, чтобы он был вот так близко. Стас оторвался от моих губ, ласково провел ладонью по щеке и тихо спросил:
  - Ты все еще хочешь подышать свежим воздухом?
  От изумления я не сразу смогла ответить. Как? Как ему удается после поцелуя спокойно разговаривать, когда у меня самой внутри все дрожит от возбуждения? Затем все же смогла сосредоточиться на заданном вопросе и коротко кивнула в ответ.
  - У меня есть идея.
  Он быстро встал с кровати и скрылся в гостиной. Вернувшись через пару минут с толстовкой и спортивными штанами, он протянул их мне.
  - Переодевайся, а то замерзнешь. - Снова вышел из комнаты, оставив меня наедине с моими более чем растрепанными чувствами.
  На самом деле, мне сейчас меньше всего хотелось идти на улицу. Даже становилось немного странно от тех желаний, что сейчас таились в моей душе. Я думала, что после Лескова еще долго не смогу даже думать о сексе, а тут мое тело просто желало его. Впервые за всю мою жизнь всего один поцелуй производил на меня такое впечатление. Черт возьми, я похоже окончательно сошла с ума.
  Торопливо натянув на себя штаны и толстовку, которые, конечно же, были на несколько размеров больше, чем нужно, я вышла в коридор. Тут же появился из гостиной и Стас, держа в руках плед.
  - Пойдем?
  Я кивнула и послушно вышла за ним на лестничную клетку. В полнейшем молчании мы зашли в лифт, но, к моему удивлению, Стас нажал на кнопку не первого этажа, а семнадцатого.
  - Мы идем на крышу?
  - Да. Я не хочу лишний раз рисковать.
  Когда двери лифта открылись, Стас вышел и подошел к решетчатой двери, на которой висел внушительный замок. Достав из кармана ключи, парень открыл дверь и пропустил меня вперед.
  - Мне иногда нравится приходить сюда, чтобы подумать, помечтать, послушать музыку. А иногда это место вызывает раздражение и навевает дурные мысли об одиночестве и скуке.
  Мы оказались на чердаке. Большое пустынное помещение с несколькими коробками у стен, парой старых велосипедов и куче досок в углу. В одной из стен было огромное окно, около которого стояло старое, потрепанное годами кресло. В него-то меня и усадил Стас, попутно открыв окно, впуская в помещение прохладный весенний ветерок.
  - Можем выйти на крышу, если хочешь.
  - Нет, мне здесь очень нравится, правда. Потрясающий вид.
  Я не кривила душой. Внизу раскинулся ночной город, усыпанный фонарями и вывесками, шумный, не засыпающий, а наоборот, словно только-только очнувшийся от вечерней дремоты. Небо было звездным, с ясно угадывающимися созвездиями и полной, сияющей золотом, луной.
  По широким дорогам проносились машины, мигая фарами и внося суету в спокойную картину темных окраин. Вдали пару раз сверкнули огни самолета, ветер доносил веселый смех шумной компании, что собралась во дворе дома. Веселье продолжалось, несмотря на приближение ночи.
  Так и в жизни, обычной, человеческой жизни. Наступают сумерки, которые могут грозить перерасти в глухую полночь, но сердце все равно продолжает мерно отстукивать свой ритм, легкие наполняются воздухом, мозг активно отдает команды организму. Душа все так же продолжает существовать. Даже в поломанном, изуродованном теле. Даже когда человек совсем отчаялся, и не может найти силы справится со своей бедой. Главное, не останавливаться, бороться с собственной слабостью, и тогда уже никакая жизненная неприятность не сможет тебе угрожать.
  - Сонь... - Тихий отклик вырвал меня из раздумий, возвращая в полутемное помещение чердака.
  - Да?
  - Что от тебя хотел Лесков? - осторожно поинтересовался парень, становясь сзади кресла и кладя теплые ладони мне на плечи, которые укрывал плед.
  - Стас, это уже неважно.
  - Пожалуйста, расскажи мне. Я хочу помочь тебе и отгородить от него.
  Я чуть повернулась к нему, чтобы встретиться с взглядом, полным участия и тепла.
  - Я хочу сама справиться со своими проблемами. Я могу. В состоянии, понимаешь?
  - Я не сомневаюсь. Но мне действительно нужно знать. Чего он добивался? О чем говорил?
  Плотней закутавшись в плед, я снова повернулась к окну.
  - Просто требовал сказать Марку прекратить под него копать.
  - Его никто не сможет остановить. Марк откажется, он жаждет засадить этого подонка за решетку.
  - Я знаю. Но мне нужно убедить его остановиться. Так будет спокойней всем. В конце концов, сама виновата в собственной глупости и излишней доверчивости.
  - Не говори ерунды. - Он обошел кресло и сел передо мной на корточки. - Никто никогда не упрекнет тебя в слабости, слышишь?
  - Я не маленькая девочка и прекрасно понимаю, насколько глупо и безрассудно поступила. - К горлу подступили непрошенные слезы и я старательно загнала их обратно глубоко внутрь.
  - Соня, позволь брату сделать то, что он должен.
  - Я боюсь, Стас... Я боюсь за него, потому что Максим - страшный человек. В ярости он способен на все, уж поверь мне. А люди, которые на него работают, еще ужасней.
  Стас вздохнул и заключил мое лицо в своих сильных ладонях, излучающих покой и уверенность. Для меня он стал олицетворением силы и защиты за эти несколько дней и я понимала, что позже, когда это наваждение, этот мираж пройдет, уступив место горькому разочарованию, я буду бережно хранить этот момент в самой глубине своей души. Именно такого человека - уверенного в себе, сильного, нежного и безгранично доброго - я полюбила. Снова, не вспоминая о прошлых ошибках. Именно поэтому мне хочется, чтобы эта сладкая, источающая горечь, боль оставалась как можно дольше, не исчезая в серой прозе жизни.
  Неожиданно для самой себя я наклонилась к нему еще ближе и осторожно, почти робко, коснулась его губ. Затем щек, лба, глаз. Спустя минуту мы снова целовались со всей страстью, на которою только были способны, забыв о проблемах, невзгодах, недопонимании.
  Рывком он заставил меня подняться с кресла, прижимая к себе так сильно, словно боялся, что я исчезну. Его руки скользили по моей спине под плотной тканью толстовки, обжигая кожу через рубашку. Плед валялся на полу, никому уже не нужный.
  В какой-то момент Стас оказался в кресле, а я на его коленях, подставляясь под жаркие поцелуи, скользящие, неуловимые, дразнящие. Я застонала и кошкой выгнулась в его объятьях, когда горячие губы нашли чувствительное местечко за ухом. Мои руки скользнули под его футболку, ногтями я почти неуловимо царапала его спину, живот...
  Это было похоже на безумие. Его хриплое дыхание смешивалось в темноте комнаты с моими стонами, делая ситуацию еще более напряженной, подобной оголенному нерву. Между нами только искры не проскакивали.
  Я не знаю, сколько это продолжалось, но когда он, наконец, остановился, спрятав свое лицо на моей груди и учащенно дыша, во мне тут же подняло голову возмущение. Ни тело, ни разум не хотели останавливаться. Но Стас решил иначе.
  Немного успокоившись, но все еще слегка дрожа от возбуждения, я открыла глаза. Его футболка валялась на полу, рядом с моей толстовкой. Рубашка была расстегнута на несколько пуговиц, волосы распущенны, губы припухли и наверняка покраснели от поцелуев.
  - Почему? - хрипло спросила я, глядя в стену.
  - Я не хотел, извини.
  - Чего не хотел? - отстраненно поинтересовалась я, выскальзывая из его рук и поднимаясь с колен. Подойдя к окну, села на подоконник и уставилась на Стаса. Он медленно поднял наши вещи с пола, отряхнул их и натянул на себя футболку. Затем нервно глянул на меня:
  - Я не хотел тебя заставлять.
  - Ты хочешь сказать, что это было похоже на принуждение? - Вспомнив о расстегнутой рубашке, я поспешила застегнуть пуговицы. Стас напряженно следил за каждым моим движением, и в его темных глазах я умудрилась заметить отголосок желания.
  - Я не знаю, - ответил он, оторвав взгляд от моей груди и отворачиваясь. - Но не думаю, что это то, что тебе сейчас нужно. Особенно учитывая последние события.
  Именно в этот момент я не выдержала и разрыдалась. Стас тут же оказался возле меня, крепко обнимая и шепча что-то успокаивающее. А я все не могла остановиться, выплескивая всю боль, что накопилась за это время, выражая ее громкими всхлипами и сжатыми кулаками.
  - Будь ты проклят, Торохов! Ненавижу тебя, ненавижу, - в исступлении шептала я, обнимая его и прижимаясь к нему. - Ты не понимаешь, дубина, что я действительно хочу этого? Мне нужно забыть, нужно понять, что я действительно нужна тебе, нужно убедиться, что ты действительно так для меня важен... мне нужно, черт тебя подери! Ненавижу...
  Меня подхватили на руки и вынесли с чердака. Лифт оставался на этом этаже, поэтому мы быстро добрались до дверей его квартиры. Поставив меня в прихожей, он быстро закрыл дверь на ключ, не зажигая свет. Затем повернулся ко мне, молча стянул с себя футболку и швырнул ее на пол. Прижал меня к стене, приподнимая и заставляя обхватить его бедра ногами, одной рукой поддерживая под ягодицы, а другой начал медленно расстегивать пуговицы на рубашке. Я не могла ничего сказать от изумления, настолько разительная перемена произошла с ним за эти несколько минут. Ведь только что это был спокойный, рассудительный парень, рассуждающий о морали и психологии, а теперь передо мной стоял страстный, доведенный до предела мужчина.
  Рубашка полетела в сторону, причем я приняла в ее снятии активное участие. Поцелуи возобновились, только теперь я чувствовала, что Стас перестал себя сдерживать, полностью отдавшись страсти, сводящей нас с ума там, на чердаке. И я поступила так же. Подставляясь под его умелые губы, я царапала его спину и плечи, чувствовала его возбуждение, видела, как сильно он желает меня. Тихий шепот разносился по прихожей, лаская меня почти так же ощутимо, как и сам Стас.
  Вскоре мы оказались в спальне. Шторы были раздвинуты, и лунный свет заливал все доступное для него пространство, волшебным образом минуя кровать.
  Прерывистое дыхание Стаса сводило меня с ума, подстегивая и возбуждая еще сильней. Мои пальцы скользнули на молнию его джинс, по пути расправившись с пуговицей. Он в это время без особого труда стягивал с меня штаны, целуя при этом мою грудь. Его пальцы скользнули на спину и расстегнули застежку бюстгальтера. Тонкие бретели скользнули по плечам, опаляя ставшую слишком чувствительной кожу. Губы Стаса уступили место языку, и я громко застонала, когда на его пути возникла возбужденная до предела вершина груди. Затем пришел черед живота, снова грудь, шея, мочки ушей... Никогда еще мне не было так хорошо, так греховно сладко.
  Вскоре на нас совсем не осталось одежды. Мы дышали друг другом, сводя с ума наши тела. Пальцы Стаса нежно касались моих ног, от чего мне становилось трудно дышать. Шепча имя любимого без устали, я целовала его грудь, плечи, лицо. Ладонь игриво кружила по низу живота, изредка задевая возбужденную плоть и вырывая из груди парня громкие стоны.
  Когда его пальцы коснулись меня между ног, там, где сейчас сосредотачивалось все мое желание, я всхлипнула от переполнявшего меня возбуждения, вцепилась в его плечи, стремясь оказаться как можно ближе к человеку, которого люблю. Он ласкал неторопливо, умело, сводя окончательно с ума, лишая воли и рассудка.
  Я была уже на грани, когда он наконец проник в меня. Обхватив ногами его бедра и двигаясь в такт его движениям, я закрыла глаза, отдаваясь безумному наслаждению, заполняющему каждую клеточку моего тела.
  Сумасшествие.
  Сладкое, греховное сумасшествие - вот что это было.
  Омерзение, успешно поселившееся усилиями Лескова, трусливо сбежало, не осмелившись хоть как-то обнаружить себя. Когда разноцветный фейерверк, теплыми искрами опаливший все внутри меня и превратившийся в легкую эйфорию, недоступную даже самому лучшему наркотику, успокоился, и я смогла реально оценить происходящее, то от душевной сумятицы и боли не осталось и следа.
  Стас лежал рядом со мной, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. Мне было спокойно и безгранично уютно в его руках, и я была настолько счастлива, что по моим щекам снова потекли слезы.
  - Господи, почему ты плачешь? - тут же всполошился он, приподнимаясь на локтях. - Я сделал тебе больно?
  - Заткнись, - рассмеялась я, толкая его в грудь, от чего он перекатился на спину. Сев сверху и склонившись над его лицом, я закончила: - Не порть момент.
  - Ты сумасшедшая. - Стас потянулся за поцелуем, который тут же и получил.
  - Мне плевать. Я счастлива, удовлетворена и рядом с тобой.
  - Ты не представляешь, как приятно мне это слышать.
  - А если ты меня покормишь, то я еще и сытой буду.
  - Что, нагуляла аппетит? - игриво вскинул брови Стас, скользнув ладонями по моему животу. - Если ты сейчас же не слезешь с меня, то голодать тебе еще как минимум минут сорок.
  - Почему? - не поняла я.
  - Потому что мне захочется сначала утолить мой голод, - сверкнул глазами парень, сгоняя с себя мое наглое тельце и поднимаясь с постели. - Пойдем, обжора, кормить буду.
  Быстро перекусив, мы вернулись в спальню и лежали, обнявшись, разговаривая о всякой всячине. Потом я снова потянула Стаса на чердак, где мы просидели около часа, выискивая знакомые созвездия и согреваясь чаем из термоса. Затем вернулись в квартиру и снова занимались любовью, неторопливо, изучая каждый миллиметр наших тел, запоминая каждый изгиб, каждое чувствительное местечко.
  В эту ночь мы были счастливы как никогда. И мне очень хотелось, чтобы это счастье оставалось с нами навсегда.
  
  Пробуждение было приятным. Теплые солнечные лучи гуляли по комнате, игриво скользили по одеялу, подбираясь к нам. Руки Стаса крепко обнимали мою талию, моя голова удобно устроилась на его груди и теперь я с наслаждением слушала мерный стук сердца своего парня. Тело немного ломило, мышцы ныли, но эта слабость была мне настолько приятна, что я почти не обращала на нее внимания.
  Осторожно, стараясь не разбудить Стаса, я выскользнула из его объятий и, быстро накинув футболку, направилась в ванную. Быстро проведя утренние процедуры, пошла на кухню готовить завтрак. Включила телевизор, выбрав какой-то музыкальный канал, убавила звук и, тихонько подпевая, занялась приготовлением омлета.
  Спустя пятнадцать минут, когда омлет уже был готов, в дверь позвонили. Я поспешила в коридор, полагая, что это приехал Марк. Однако, когда я распахнула дверь, то на лестничной площадке никого не обнаружила. В недоумении огляделась и заметила газету, лежащую у самых моих ног.
  Это был свежий номер популярной 'желтой' газетенки. На первой полосе была расположена моя фотография, увенчанная крупным заголовком 'Известная писательница София Корнеева шантажирует людей'.
  - Кто приходил? - раздался за спиной хриплый голос Стаса. Я растерянно обернулась, молча протягивая ему газету. - Что это?
  Нахмурившись, парень пробежался глазами по статье. С каждой секундой его лицо все больше вытягивалось от удивления.
  - Что там написано? - пересохшими губами еле произнесла я. Почему-то мне казалось, что мир вот-вот рухнет.
  - Лесков утверждает, что ты требовала у него денег, якобы на дополнительный тираж, а когда он тебе отказал, ты пригрозила ему, что заявишь на него в полицию, обвинив в изнасиловании.
  'Шах и мат' - прозвучал в моей голове голос Лескова. Я зажмурилась, словно ожидая, что все происходящее через мгновение окажется лишь сном.
  - Соня, с тобой все хорошо? - я почувствовала теплые ладони на своих плечах. - Сонечка, посмотри на меня.
  Я лишь помотала головой, пытаясь успокоиться. Горячие губы нежно коснулись моего лба и я очутилась в крепких объятиях.
  - Не думай об этом, слышишь? Лесков не сможет контролировать абсолютно все, рано или поздно мы найдем людей, которые его уничтожат.
  - Но перед этим он уничтожит нас, - ответила я, горько усмехнувшись.
  - Ничего подобного. - Голос Стаса звучал уверенно и спокойно, отчего мне становилось легче. - Давай закроем дверь и пойдем завтракать, а когда придет Марк, мы что-нибудь придумаем.
  Я послушно направилась на кухню, старательно отводя взгляд от газеты в руках парня. Входная дверь со щелчком закрылась за моей спиной и чувство опасности тут же исчезло. До этого момента я даже не понимала, насколько страшно мне было. Квартира Торохова стала для меня своего рода крепостью, в которой я могу спрятаться от всего. Внезапная мысль пронзила меня, словно молния.
  - Газета... - Я повернулась к Стасу, наткнувшись на удивленный взгляд. - Ее принесли сюда, значит Лесков знает, что я здесь?
  Стас кинул газету на холодильник и неторопливо направился к плите, по пути прихватив тарелки. Молча разложил омлет, поставил на стол кружки с чаем, достал печенье и джем. Я напряженно следила за каждым его движением, стараясь не сорваться на крик - меня раздражала его невозмутимость.
  - Садись кушать, - тихо произнес он, усаживаясь за стол и беря в руки вилку.
  - Почему ты так спокоен?
  - Соня, потому что паника и истерия ничем не поможет. Садись.
  Мне хотелось возразить ему, но взгляд синих глаз был настолько теплым и сочувствующим, что возражения замерли на языке, так с него и не сорвавшись. Я опустилась на стул и обхватила ладонями кружку с чаем.
  В абсолютном молчании мы просидели несколько минут. Стас старательно делал вид, что ничего страшного не случилось, я же самым примитивным образом дулась. Наконец, ему надоел мой обиженный вид, он поднялся из-за стола и сел на корточки передо мной, положив руки на мои колени.
  - Соня, никто и не рассчитывал тебя прятать от Лескова, - заговорил он вкрадчиво, явно пытаясь достучаться до моего здравого смысла. - Мы просто хотели контролировать твое состояние. Ты недооцениваешь своего брата, если думаешь, что он позволит этому поддонку добраться до тебя. Уверен, посыльный прошел сюда лишь потому, что Марк разрешил.
  - Ты делаешь из него какого-то мафиози.
  - Корнеева, ты действительно думаешь, что твой брат смог бы добиться успеха в бизнесе без нужных связей с не очень законопослушными людьми?
  - Ты намекаешь на бандитов? - изумленно уставилась я на парня.
  - Нет, блин, на... - он осекся и вздохнул. - Сонь, вся эта история с Лесковым случилась из-за того, что Марк в свое время перешел дорогу бизнесу этого козла. Или бабу увел, не суть. Но до конфликта они прекрасно общались.
  Он встал, взял меня за руку и заставил подняться. Затем крепко обнял, зарывшись лицом в мои волосы.
  - Ты не должна бояться. Я не допущу, чтобы с тобой что-то случилось.
  - Я знаю, просто... - договорить мне не дал поцелуй.
  Спустя мгновение посуда была отодвинута в сторону, а я сидела на столе, с жаром целуя губы любимого. Мои ладони спустились по голому торсу вниз, обрисовывая кончиками пальцев тугие мышцы, и замерли на поясе шорт, перехваченные Стасом.
  - Плохая идея, - хрипло прошептал он, улыбаясь. - Мы вчера итак многое себе позволили, я не хочу причинять тебе боль.
  Я лишь потянулась к его губам, вырывая свои руки и обхватывая его бедра ногами. Стас застонал, сдерживаясь, а я нагло продолжила ласкать его торс, кое-где царапая, дразня. Мои губы спустились на его шею, прошлись вдоль ключиц и скользнули на грудь, не обращая внимания на прерывистое дыхание парня.
  Его ладони скользнули под мою футболку, подбираясь к груди. Я судорожно вздохнула, и посмотрела в синие глаза, горящие мстительным огоньком:
  - Ты сама напросилась.
  Я улыбнулась и согласно кивнула, подставляя губы под поцелуй. Футболка улетела прочь, дыхание прервалось, сердце стучало так, словно вот-вот выпрыгнет из груди.
  - Ребят, вас дверь закрывать не учили? Я...
  Марк пораженно замер на пороге кухни, переводя взгляд с меня на Стаса. Торохов передвинулся так, чтобы закрыть меня собой и спокойно кивнул моему брату в знак приветствия.
  - Когда я говорил о том, что ты способен помочь моей сестре, я не это имел в виду. - От холода в голосе брата у меня прошелся мороз по коже. Я спрыгнула со стола, торопливо поднимая футболку и одеваясь.
  - Марк, я уже большая девочка.
  - По твоим поступкам я этого не заметил, - отрезал брат, не сводя глаз с Торохова. - Иди, оденься нормально, а я пока поговорю со Стасом.
  - И не подумаю, - вскинула я подбородок. - Ты начнешь его воспитывать, а он ничего ужасного не сделал.
  - Сонь, слушайся брата, - улыбнулся мне Стас.
  - Ага, а вы тут устроите разборки.
  - Все решится мирным путем, обещаю.
  - Я все же считаю...
  - Соня, сейчас же иди в комнату, - повысил голос Марк, гневно на меня поглядывая. Я внимательно посмотрела на Стаса, с подозрением глянула на брата и направилась в спальню.
  - Только попробуйте подраться, - напоследок погрозила кулаком обоим парням.
  Дверь на кухню за мной захлопнулась, и я была вынуждена послушаться совета брата и пойти переодеваться.
  В конце концов, если они подерутся, не буду никого жалеть. Обойдутся.
  
  Глава двенадцатая
  
  Столкновение с реальностью неизбежно.
  Особенно, когда все хорошо.
  
  Марк опустился на стул и устало закрыл глаза. С минуту в комнате царила тишина, нарушаемая только мерным тиканьем часов, стоящих на одной из полок. Марку казалось, что этот звук прочно поселился в его голове и теперь пытается вырваться наружу, молотками ударяя по вискам.
  Отвратительно.
  - Ты так и будешь молчать? - Марк вздрогнул и открыл глаза.
  - Я не знаю, что мне сделать в первую очередь - наорать на тебя или дать по морде.
  - Можешь совместить эти действия, - пожав плечам, улыбнулся Торохов.
  - Ты слишком спокоен.
  - Корнеев, ты сам говорил о том, что твоя сестра меня любит. Сам заметил, что и мне она далеко небезразлична. Так в чем проблема?
  Марк встал и вплотную приблизился к Торохову, пристально всматриваясь в глаза парня. Тот спокойно стоял, не делая никаких попыток отодвинуться в сторону. Кулаки сжались сами собой, сводя пальцы судорогой, и Корнееву пришлось из последних сил сдерживать себя, чеканя каждое слово с убийственной холодностью:
  - Проблема в том, что ты явно умудрился уложить мою сестру в постель, никак не заботясь о том, что ее недавно... уже принуждали к подобному.
  Стас усмехнулся:
  - Если мне не изменяет память, я сопротивлялся ее напору до последнего. Но не в этом суть. Я бы даже не подумал принуждать Соню к сексу, не будь уверенным в том, что она сама...
  - Торохов, ты... - Марк схватил парня за плечи и встряхнул. - Я сейчас же заберу ее отсюда. И больше не смей приближаться к ней ближе, чем на пушечный выстрел, ясно?
  - Нет. - Корнеев даже вздрогнул от ярости, что прозвучала в голосе его собеседника. - Я не позволю тебе забрать ее у меня.
  - А ты попробуй меня остановить, - ехидно заметил Марк, отпуская Стаса и поворачиваясь к дверям. В следующий момент он был прижат к стене, а синие глаза прожгли его каким-то слепым гневом.
  - Нужно будет - остановлю. Я люблю ее, тупая башка. И она меня тоже любит и ни за что не уйдет отсюда.
  - Уверен?
  - Абсолютно.
  Огромное облегчение накатило на Марка и он расслабился, улыбнувшись. Стас заметил эту перемену и отпустил его, сделав несколько шагов назад. Марк поправил рубашку, и без того помятую. Бессонная ночь давала о себе знать, и парню пришлось вновь сесть, чтобы не качаться от усталости.
  - Лескова взяли, - тихо произнес он, глядя на Стаса. Заметив удивление на лице парня, он усмехнулся и указал на газету, уголок которой свешивался с холодильника. - Читаешь бульварные газетенки вместо серьезных изданий? Там уже все всем рассказали.
  - Мы лишь недавно проснулись. - Стас сложил руки на груди и прислонился к стене. - Рассказывай.
  - Да нечего рассказывать. Посреди ночи ОМОН ворвался в клуб господина Лескова и устроил обыск. В ходе него были взяты хозяин клуба, в кабинете которого были найдены наркотические вещества, два его помощника, заведующие 'черной' бухгалтерией и два бармена, уличенных в попытке сбыть с рук несколько пакетиков с героином. Посетителей клуба и прочий персонал обыскали и отправили по домам, но за них еще возьмутся, это я гарантирую.
  - Лесков что - идиот? - Стас нахмурился, всем своим видом демонстрируя неверие.
  - Ты про наркотики в кабинете? - усмехнулся Марк. Получив в ответ кивок, на секунду задумался, взвешивая, стоит ли говорить всю правду. - Их там не было. Но они появились, если ты понимаешь, о чем я.
  - Рискованно.
  - Мне плевать. Мы оба знаем, что Лесков торгует наркотиками, так что не пытайся воззвать к моей совести.
  - И не думал, - пожал плечами Торохов. - Выпить хочешь?
  - Нет, я за рулем. - Марк потер руками уставшие глаза и откинулся на спинку стула, вытянув ноги. - Теперь у него крупные проблемы. Этот ублюдок избавился от наркотиков, но не подумал о других своих грешках. Их найдут. А я заплачу любые деньги, чтобы его посадили.
  - Не переборщи с подобными делами. Соня не переживет, если у тебя будут проблемы.
  - Торохов, ты прекрасно знаешь, что у меня есть связи. Пусть я когда-то сбежал от них, но они остались. - Марк грустно улыбнулся. - Никто не посмеет обижать близких мне людей.
  Стас понимающе кивнул и Марк поймал себя на мысли, что Торохову можно доверять. И что он каким-то неведомым образом тоже оказался в списке близких ему людей.
   Главное, чтобы сделал его сестру счастливой.
  Парень встал, поправляя рукава рубашки:
  - Завтра я позвоню и скажу, что мы будем делать дальше, а сейчас мне бы хотелось выспаться впервые за трое суток и увидеться с Ариной.
  - Очередное увлечение или что-то серьезное? - деловито поинтересовался Стас, провожая Марка до двери.
  - Надеюсь, что серьезное.
  Дверь спальни распахнулась и Марк встретился с встревоженным взглядом сестры. Она пристально разглядывала их лица, явно пытаясь найти на них следы драки.
  - Успокойся, мы просто разговаривали, - поспешил успокоить он сестру. Соня расслабленно выдохнула и кинулась к нему в объятия. Марк уткнулся лицом в ее волосы, ласково целуя макушку сестры. - Ты так сильно переживала за меня? Или боялась за своего парня?
  - Идиот, - маленький кулачок ткнул его в бок, а карие глаза гневно блеснули. - Ты когда-нибудь перестанешь меня опекать?
  - Когда я перестал тебя опекать, ты вляпалась в эту историю. - Марк нежно поцеловал сестру в лоб. - Так что теперь я с тебя глаз не спущу.
  - Теперь за ней есть кому присмотреть, - подал голос Стас.
  - Я очень на это надеюсь, - усмехнулся Марк, иронично посмотрев на парня. Затем перевел взгляд на сестру и поинтересовался: - Как твое самочувствие?
  - Все хорошо, правда, - кивнула девушка. - Не переживай за меня.
  - Легко сказать. Все, голубки, мне пора отдохнуть. Соня, будь разумной девочкой, предохраняйся.
  Девушка покраснела и отвесила брату подзатыльник. Марк рассмеялся, пожал руку Стасу и, пообещав позвонить завтра, вышел на лестничную площадку.
  'Я заеду за тобой в восемь. Есть новости' - написал он Арине, улыбаясь, как какой-то влюбленный школьник. Спустя несколько секунд пришел ответ:
  'Хорошо'.
  А теперь спать. И пусть все проблемы подождут, пока Марк Корнеев не выспится.
  
  Будильник сработал в половину седьмого вечера. Марк сонно выругался, устранил назойливый писк и пошел на балкон покурить. За последние три дня вернулась старая привычка успокаивать нервы табаком. Это не радовало - в прошлый раз парню было очень сложно бросить, пришлось перепробовать десятки различных способов.
  На улице было прохладно для конца мая - небо затянули тучи, то и дело дул холодный ветер. Марк поежился от очередного сильного порыва и пожалел, что не надел футболку. Быстро докурив, выбросил окурок вниз, не особо заботясь о чистоте двора - в элитном доме был высокооплачиваемый уборщик и мысль о том, что он только что подкинул пареньку работу, грела душу. Мрачное чувство удовлетворения объяснялось событиями последних дней. Необходимо расслабиться.
  Наспех выпив кофе и одевшись, Марк спустился в подземный гараж и сел в машину. Усталость никуда не делась, просто отодвинулась на задний план, уступив место радостному предвкушению встречи с Ариной. Корнеев поймал себя на мысли, что жутко соскучился по подруге.
  Подруга. А ведь у них действительно наладились хорошие дружеские отношения. Вот только Марку этого было недостаточно, слишком уж привлекала его Арина как девушка. Хотелось обнимать ее, целовать, хотелось проводить с ней вечера, ночи... Целовать по утрам, любуясь, как она в его рубашке ходит по квартире. Хотелось быть с ней.
  Марк тихонько выругался и завел машину. Как можно было так увлечься девушкой? Странной, немного грубоватой, слишком независимой. Каждый раз, когда она улыбается - словно нож в сердце. Это была не любовь, нет, Корнеев прекрасно понимал, что до любви еще далеко. Но начало было положено.
  - И почему у меня всегда все через задницу? - процедил он сквозь зубы, выруливая с парковки. До дома Арины было недалеко, минут десять по главной дороге, но Марк свернул во дворы и поехал длинной дорогой. Нужно было понять, что ему делать дальше. Однако за двадцать минут пути он так и не смог прийти к какому-лидо решению. Что можно предпринять, когда не знаешь, как к тебе относится человек, который тебе нравится?
  Арина уже стояла у подъезда, когда машина Марка въехала во двор. В легком платье чуть выше колен, с распущенными волосами и приветливой улыбкой она казалась такой юной и счастливой, что он улыбнулся. Каждый день разная, способная всегда удивлять и радовать.
  - Черт бы побрал мой идиотский характер. - Марк остановился и вышел из машины. - Привет.
  Арина улыбнулась в ответ и подставила щеку для поцелуя.
  - Как твои дела? Как Соня?
  Корнеев задумчиво посмотрел на подругу, прикидывая, стоит ли говорить ей о Лескове. До этого он избегал подобных разговоров, не желая волновать лишний раз девушку, просто заверил, что с Соней все в порядке, она жива-здорова и не появляется на учебе по семейным обстоятельствам. Но он видел, что Арина ему не верит и ждет, когда он сам ей все расскажет.
  - Поехали поужинаем и я тебе все расскажу. Такие новости на пустой желудок не сообщаются. - Он распахнул перед Ариной дверь и ободряюще улыбнулся, заметив ее обеспокоенный взгляд. - Все хорошо, правда.
  - Ты уверен? - Девушка внимательно посмотрела на парня, словно пытаясь по его лицу понять, что же случилось на самом деле.
  - Абсолютно, - кивнул Марк, садясь за руль.
  Он остановил свой выбор на тихом кафе в центре города, которое затерялось в узких переулках, недалеко от главной улицы. Здесь было спокойно, немноголюдно и играла тихая музыка, навевающая умиротворение. Быстро пролистав меню и сделав заказ, он сложил руки на груди, откинулся на спинку стула и посмотрел на Арину.
  - Пообещай, что спокойно отреагируешь на все сказанное мной и не будешь возмущаться, что я тебе не рассказ об этом раньше.
  Девушка нахмурилась, но все же кивнула. Марк вздохнул и приступил к повествованию событий последних дней. Рассказал о странном поведении Сони, о том, как она связалась с Лесковым, как тот ее накормил наркотиками и не отпускал от себя ни на шаг. Про изнасилование решил промолчать, предпочитая, чтобы об этом рассказал подруге сама Соня, если посчитает нужным. Затем коротко о том, как они со Стасом увезли девушку к Торохову и несколько дней прятали ее там. Пару слов об аресте Лескова и рассказ был окончен.
  - Что ж, - выдохнула девушка, сердито поглядывая на собеседника, - за то, что молчал - выговор. Но я прекрасно понимаю, что тебе было не до бесед со мной. Когда я смогу встретиться с Соней?
  - Думаю, на днях она вернется домой. Только со Стасом намилуется.
  - Прости, что она сделает со Стасом? - недоуменно переспросила девушка, комкая в руках салфетку.
  - Ну... - Марк замялся, не зная, стоит ли говорить об отношениях сестры так открыто. - Она снова встречается с Тороховым.
  - Как ты мог это допустить? - рассерженно сверкнула глазами Арина. - Ты ведь знаешь, чем в прошлый раз все закончилось.
  - Но сейчас этого не произойдет. Ты бы видела, как они смотрят друг на друга. Хотел бы я, чтобы и...
  Он осекся, понимая, что чуть было не сказал лишнего.
  - Чтобы что?
  - Так, неважно.
  Принесли их заказ и они молча принялись за еду. Но если Марк повисшей тишиной наслаждался, радуясь, что у него есть возможность привести себя в чувство, то Арина выглядела расстроенной и нервной. Она практически ничего не ела, просто ковыряла вилкой свой салат, задумчиво разглядывая узоры на тарелке. В конце концов Корнеев не выдержал:
  - У тебя что-то случилось? Или это мой рассказ выбил тебя из колеи?
  Арина вздрогнула и подняла голову. В ее глазах на мгновение мелькнуло смятение, но девушка быстро взяла себя в руки:
  - Нет, все хорошо. Просто настроения почему-то нет.
  Марк решил не приставать с расспросами, рассудив, что Арина сама все расскажет, когда придет время. Он продолжил ужинать, изредка развлекая спутницу веселыми байками из своей студенческой жизни. Девушка смеялась, но в ее глазах была только грусть. Пару раз она замирала, пристально смотря на Марка, а затем вновь отводила взгляд в сторону. У Корнеева складывалось впечатление, что она хочет с ним о чем-то поговорить, но не решается.
  Расплатившись по счету, они вышли из кафе и направились к машине.
  - Поедем прогуляемся? - предложил Марк. Ему не хотелось расставаться с Ариной, но та покачала головой.
  - Отвези меня домой, пожалуйста, завтра много дел и нужно рано проснуться.
  Он открыл перед ней дверь, помогая забраться в салон и сел за руль.
  - В начале ты улыбалась, а сейчас сама не своя. Я тебя чем-то обидел? - спросил он, вставляя ключ в зажигание и пристегиваясь.
  - Нет, ты здесь совсем не причем, - натянуто улыбнулась она, следуя его примеру. Однако ее голос говорил об обратном.
  Напряжение в салоне автомобиля нарастало, тишина давила на уши, но Марк принципиально не включал музыку, надеясь, что Арина все же скажет, что ее так расстроило. Девушка молчала.
  Когда Марк остановился ее подъезда, она потянулась к нему, чтобы поцеловать на прощание. Мягкие губы коснулись щеки парня почти мимолетно.
  Напряжение достигло своего апогея. Корнеев тихо выругался, схватил уже выходящую из машины девушку за руку и заставил ее повернуться. В глазах Арины мелькнуло удивление.
  - Что...
  Марк запустил руки в ее шелковистые волосы, с наслаждением чувствуя их гладкость на своих пальцах. А затем, боясь передумать (кто бы мог подумать, что он будет бояться отказа, как мальчишка!), привлек девушку еще ближе и накрыл ее губы своими.
  Мир не рухнул. Небеса не громыхнули громом, а земля не задрожала под ногами. Но ослепляющее чувство радости заставило на секунду замереть.
  Наверное, от удивления, Арина ответила на поцелуй. Да, именно от удивления он получился таким страстным, ворующим дыхание и заставляющим сердце биться учащенно. Марк старался не думать о том, что будет, когда это мгновение прервется, а удивление девушки перерастет в гнев.
  Однако маленькие ладошки в его волосах говорили о том, что девушка весьма наслаждается процессом. Легонько прикусив губу, Марк тут же провел по этому месту языком, а затем мягко соскользнул на шею, целуя бьющуюся жилку. Арина вздрогнула от этой ласки и спустила ладони на плечи парня, судорожно их сжав.
  Мелькнула мысль захлопнуть дверь машины и увезти девушку к себе домой, но...
  Его остановили.
  Арина отстранилась, вжавшись в пассажирское сидение и испуганно глядя на парня.
  - Плохая идея.
  - Почему? - нахмурился он.
  - Марк, я... Я не могу, понимаешь? Ты мне нравишься, но...
  - Почему, Арина? - Черт, почему этим женщинам всегда мешает призрачное 'но'?
  - Я скоро уеду, Марк. - В глазах девушки заблестели слезы. - Навсегда.
  Он непонимающе нахмурился:
  - Куда ты уедешь?
  - Не спрашивай меня ни о чем, пожалуйста. Просто тебе не нужна такая, как я, ты ведь человек другого уровня.
  - Давай ты не будешь судить обо мне? - ярость появилась внезапно и Марк уже ничего не мог с собой поделать. - Я не собираюсь играть с тобой в эти детские игры, где я должен тебя догонять. Мне казалось...
  - Тебе казалось. - Тихий, но от этого еще более оглушающий ответ Арины потряс Марка до глубины души. - Не усложняй все, Корнеев. До свидания.
  Она вышла из машины, хлопнув дверцей и быстро поднялась по ступенькам к двери. Марк не отрываясь смотрел как она достает из сумки ключи, открывает дверь, заходит внутрь... Он почему-то до последнего надеялся, что девушка обернется, остановится объясниться, но, увы, железная дверь лязгнула, закрываясь и отрезая его от Арины.
  - Да пошла ты! - заорал он, ударив по рулю со всей силы. Затем завел машину и выехал прочь со двора, надеясь, что будет так же просто вычеркнуть эту идиотку из своего сердца.
  
  Арина ненавидела себя за трусость. Что мешало ей рассказать все Корнееву? Она не знала точно, но в душе прочно обосновался страх того, что он просто отмахнется от ее проблем и уйдет. Уж лучше уйти самой.
  В квартире ее встретила тишина - соседка уехала на несколько дней домой, к родителям. Бросив ключи на тумбочку у двери, девушка прошла на кухню и поставила чайник на плиту. Достала кружку из шкафчика над раковиной, насыпала в нее сахар и положила пакетик с чаем. Села на стул у окна и устало закрыла глаза.
  Она не соврала Марку, говоря, что скоро уедет. Со вчерашнего вечера жизнь девушки стремительно неслась под откос, и уже ничего не могло ей помочь.
  Мало кто знал всю правду о ее прошлом. Арина предпочитала не распространяться о своем нелегком детстве, не желая, чтобы ее жалели.
  Она была вторым ребенком в семье. Со старшей сестрой, с которой у нее была разница почти в десять лет, у нее никогда не было нормальных отношений, скорее, обе заняли положение холодного нейтралитета. Арина не трогала Машу, Маша не лезла в жизнь младшей сестры. Но всегда защищала ее от пьяной матери.
  Ольга когда-то было хорошей, спокойной женщиной, всегда заботилась о своих детях и работала на высокооплачиваемой работе. Любила мужа. Пока он не ушел к другой, бросив женщину с двумя детьми. Маше тогда было двенадцать, а Арине шел второй год. С тех пор Ольгу словно подменили.
  Нет, первые два месяца женщина еще держалась, с головой уйдя в работу, но с каждым днем она становилась все угрюмей и раздражительней. Потом начались задержки после работы с подругами, возвращения в алкогольном опьянении. Проявились агрессивные нападки на Машу, полное игнорирование Арины. Через полгода после ухода мужа Ольгу было не узнать - неухоженная, в мешковатой одежде, с вечным перегаром. В доме постоянно был беспорядок, каждый вечер устраивались попойки с такими же отчаявшимися людьми. Маша ухаживала за сестрой как могла, но это было слишком трудно для десятилетней девочки. Она забросила школу, перестала выходить во двор к друзьям. В один прекрасный момент представители органов опеки и попечительства нагрянули к ним домой и забрали детей. Казалось, Ольга этому даже обрадовалась - женщина радостно улыбалась и утверждала, что теперь-то ее Слава вернется в семью. Спустя месяц ее лишили родительских прав, девочек отправили в детский дом и занялись поисками их отца. Вскоре выяснили, что Февралов Вячеслав Александрович погиб в автокатастрофе вместе со своей новой любовью, спустя месяц после того, как ушел из семьи. Девочки остались одни.
  Следующие годы протекали в детдоме. Когда Маше исполнилось восемнадцать и пришло время покидать стены учреждения, девушка отвела Арину в комнату отдыха, усадила ее в кресло, а сама опустилась на корточки. Несмотря на все события, девочки так и не смогли стать друг другу по-настоящему близкими людьми. Маша заступалась за Арину перед старшими, следила, чтобы девочка хорошо училась, но никогда даже не улыбалась сестре.
  - Арин, ты ведь знаешь, что я через несколько дней уйду отсюда?
  Девочка кивнула, стараясь не заплакать. Сестру она любила и всегда мечтала стать похожей на нее - такой же сильной, независимой и яркой.
  - Я прошу тебя, будь хорошей девочкой, учись, слушайся воспитателей. Я не смогу к тебе приезжать, мне придется на несколько лет уехать из города, я хочу в университет поступить. - Маша сжала маленькую ладошку в своих руках. - И помни, пожалуйста, что в этой жизни ты можешь положиться только на саму себя.
  Это был последний раз, когда Арина разговаривала с сестрой. Спустя три дня Маша уехала из детского дома и больше никогда сюда не возвращалась. Однако до восемнадцати лет два раза в год присылала сестре посылки с вещами и короткими записками. Именно из такой записки Арина и узнала, что стала тетей - Маша влюбилась в своего начальника, женатого уже не один год на дочери своего делового партнера. Роман продлился несколько месяцев, а затем девушка забеременела и наотрез отказалась делать аборт. Сейчас племяннице Арины было уже три года.
  А вчера умерла Мария. Сестра жила в столице, вместе с дочерью, и до этого звонила Арине всего несколько раз, чтобы узнать, все ли в порядке. У Маши была собственная однокомнатная квартира, машина и небольшой счет в банке - работа экономиста приносила хорошие деньги. Девушка смогла добиться в жизни многого, а затем судьба нанесла роковой удар.
  Трехлетняя Леся осталась одна, никому не нужная. Именно об этом сообщил мужчина, который позвонил Арине поздно ночью. В завещании, которое оставила Маша, Арина значилась единственной наследницей и опекуном девочки.
  В двадцать один год Арина лишилась самого близкого человека и осталась с ребенком на руках. Что делать?
  Именно этот вопрос она задала своему невидимому собеседнику, на что получила краткий ответ: оформлять перевод в университете, переезжать в Москву и воспитывать Лесю.
  Бросить свою жизнь здесь и кинуться навстречу неизвестности. Оставить подруг, друзей... и Марка.
  По щекам покатились крупные слезы, вырывая из груди тихие рыдания. Она оплакивала сестру, маленькую Лесю, свою жизнь, уничтоженную судьбой мать... Слезы обжигали щеки, руки нервно дрожали, тело сотрясала крупная дрожь. Но с каждым мгновением Арина понимала, что сделать все для того, чтобы дочь Марии никогда не почувствовала себя брошенной.
  Арина встала, вытерла слезы и заварила себе чай. Разбавив напиток холодной водой, выпила все залпом, со стуком поставила кружку на стол и подошла к окну, обхватив себя руками. Ночной город сиял огнями, хмурое, затянутое тучами, небо создавало атмосферу таинственности. Все казалось мрачным, фальшивым и это, как не странно, придавало сил.
  В кармане завибрировал телефон. Арина поспешила его достать, полагая, что это звонит Антон, адвокат Марии, но на экране высветилось имя Марка. Поколебавшись, девушка нажала клавишу 'Отклонить'.
  Она не знала, что говорить Корнееву. Понимала - их отношения вот-вот должны были перерасти в нечто более глубокое, чем просто дружба, и даже не была против этого, но сейчас, в сложившейся ситуации...
  Да, она сбегала, никто не спорит. Но у нее просто не было сил объяснять ему и, тем более, говорить о своих чувствах. Для Марка она - очередное увлечение, новое, интересное, но ведь скоро эта новизна приестся. И что тогда делать с разбитым сердцем?
  Девушкам свойственно утрировать, они любят иногда перегибать палку, исключительно из лучших побуждений. Вот и Арина полагала, что от ее побега всем будет только лучше. А ее чувства, смутные, только-только зародившиеся, но от этого не менее яркие, подождут.
  
  Марк был настойчив и звонил всю ночь. Арина нервно вздрагивала каждый раз, когда экран мобильного телефона начинал светиться, но трубку не брала. Сообщения, в огромном количестве хлынувшие после полуночи, она удаляла, не читая. Понимала, что ведет себя как дура, но продолжала стоять на своем - так будет лучше.
  Под утро она все же уснула, калачиком свернувшись на постели. Однако сон ее был недолгим - солнечные лучи проникли через тонкие шторы и стали свободно гулять по лицу девушки. Открыв глаза, Арина поняла, что поспала всего пару часов. Глаза горели так, словно в них насыпали песка, голова болела, но времени отсыпаться у нее не было.
  Протянув руку, она взяла с тумбочки телефон. Сто семьдесят четыре пропущенных от Марка, около сотни сообщений от него же и лишь один звонок - от Сони. Вот Корнеева ей сейчас очень нужна.
  - Алло? - сбивчиво выдохнули в трубку после четвертого гудка. - Риш, ты куда пропала, Марк тебя обыскался! Мне весь вечер истерично в трубку орал.
  - Что кричал? - с любопытством поинтересовалась Арина, вставая с кровати и направляясь на кухню, варить кофе.
  - Что у меня подруга полная дура и истеричка, - со смехом ответила подруга. Рядом послышалось недовольное ворчание. Соня что-то пробурчала и продолжила разговор. - Так что у вас случилось?
  - Хочешь сказать, тебе еще не расписали все в красках?
  - Расписали, но мне бы хотелось услышать твою версию событий. И куда это ты уезжаешь?
  Арина почувствовала, как к горлу подступает ком. Из последних сил сдерживая эмоции, она поспешила спросить:
  - Мы могли бы встретиться? Мне нужно многое тебе рассказать.
  - Не думаю, что меня Стас выпустит из квартиры, поэтому... Торохов, отвали, я сама прекрасно знаю! Короче, приезжай к нам.
   - Адрес диктуй, - зажав телефон плечом, Арина потянулась за бумажкой. - И еще... Чтобы без твоего брата, хорошо? Я не в том состоянии сейчас, чтобы выяснять с ним отношения.
  - А они были? - с усмешкой поинтересовалась Соня.
  - Иди ты... Давай, говори, куда ехать.
  Быстро записав адрес, и тут же вызвав такси, Арина кинулась одеваться, забыв про кофе.
  Руки дрожали, застегивая пуговицы на кофточке, но девушка понимала, что ее состояние не так уж и ужасно. Слезы наворачивались на глаза, но плакать не было ни желания, ни сил. Зачем? Что это сможет изменить? Она не может позволить себе раскисать, пришло время быть сильной и рассудительной.
  Нет.
  Сильной быть слишком больно, она это знала не понаслышке. В детдоме, после отъезда сестры, даже несмотря на поддержку и защиту друзей Марии, ей приходилось биться за место под солнцем. И не раз ей случалось проигрывать. Или вгрызаться в глотку поверженному врагу, уничтожая его окончательно и наслаждаясь победой. Она могла быть сильной. Но при этом ей всегда казалось, что она теряет свою человечность.
  За что?
  Этот вопрос не давал Арине покоя всю дорогу до дома Торохова. Почему именно с ней так происходит? Что она сделала плохого судьбе, раз на нее выливается столько дерьма на протяжении всей ее жизни?
  Как все это изменить?
  Где найти силы, чтобы справиться?
  - Девушка, мы приехали. - Таксист легонько коснулся ее плеча. - С вас двести рублей.
  Арина расплатилась, кивнула на прощание и направилась к нужному подъезду. Там уже стоял Стас. Арина узнала его, вспомнив пару фотографий на ноутбуке Сони.
  - Привет, - улыбнулся он.
  - Здравствуй, - настороженно откликнулась девушка. - А ты чего здесь стоишь? Домофон не работает?
  - Нет, - парень покачал головой, закусив губу. - Мне показалось, что нам есть о чем поговорить.
  - И о чем же? - невольно заинтересовалась Арина, опускаясь на лавочку и разглядывая Торохова.
  Он просто излучал радость. В огромном количестве. Светился от счастья и это больно резало сердце Арины. Сложно радоваться чужому восторгу, когда у самой на душе огромная черная дыра, засасывающая все проблемы еще глубже, в самое сердце, полосуя острым лезвием существующие до этого раны.
  - Я знаю, Соня многое рассказывала обо мне, - неуверенно начал Стас, но увидел, что его внимательно слушают, и продолжил уже более спокойно. - Я изменился за это время. И она в меня верит. А еще она верит в наши отношения, что для меня еще дороже. Мне бы не хотелось, чтобы между нами, тобой и мной, возникла неприязнь с самого начала. Пожалуйста, дай мне шанс.
  - Не мне судить тебя, Стас. Если Соня вернулась к тебе после всего, что между вами произошло, значит, так действительно лучше.
  Парень облегченно выдохнул и благодарно улыбнулся. Улыбка оказалась настолько мягкой и теплой, что Арина не удержалась от ответной. Почему-то ей казалось, что со Стасом она найдет общий язык.
  Впрочем, какая разница? Она ведь скоро уедет отсюда.
  - Пойдем к Соне? - вздохнула она, поднимаясь и направляясь к двери подъезда.
  Стас открыл дверь ключом и пропустил Арину.
  - Ты иди, а я в магазин схожу, куплю что-нибудь из продуктов. Вам ведь нужно поболтать о девичьем, верно?
  - Угадал, - кивнула девушка в ответ. - Спасибо за понимание.
  А еще с помощью этого разговора она должна смириться с тем, что рушиться ее спокойная жизнь, к которой она стремилась с самого детства.
  - Ну и как тебя угораздило? - с порога спросила она Корнееву, осуждающе качая головой.
  - Не спрашивай. Просто сломалось что-то под гнетом мелких передряг и неурядиц. - Соня направилась на кухню, где уже витал аромат чего-то безумно вкусного и аппетитного. На столе расположились чашки с чаем, а в центре, окруженный вазочками с печеньем и конфетами, стоял торт, явно сделанный заботливыми руками подруги. Арина опустилась на стул, с наслаждением вдыхая запах свежей выпечки.
  - На будущее - друзья нужны для того, чтобы чинить сломавшееся. - Она взяла одну конфетку и зашелестела оберткой.
  - Друзьям бывает не до тебя. - Соня села напротив подруги и взяла в руки нож. - Тебе кусочек побольше или за фигурой следишь?
  - К черту фигуру, твои кондитерские шедевры стоят лишних сантиметров на талии. - Арина улыбнулась, принимая из рук подруги тарелку с тортом. - С чего ты взяла, что друзьям не до тебя? Мы хоть раз бросали тебя в беде?
  Корнеева виновато опустила глаза, ковыряя свой кусочек вилкой. Арине осталось только вздохнуть и приняться за десерт.
  Несколько минут на кухне царило молчание, пока Соня не отложила вилку в сторону. Ее голос немного дрожал первое время, было видно, как трудно девушке даются слова:
  - Я не знаю, как так получилось. Может, испугалась этого ублюдка, может, испугалась своей слабости. Когда поняла, что вляпалась во что-то очень нехорошее - было поздно. Понимаю, ошибок натворила кучу, теперь Марку многое нужно сделать, чтобы и с Лесковым разобраться, и мою репутацию спасти. - Она кивнула на газету, лежащую возле ее тарелки.
  - Видела, читала. - Арина сделала глоток, наслаждаясь бархатным вкусом чая. - Интересно, сколько заплатили этому журналюге.
  - Страшно не это... Родители обо всем узнали. - Соня прикрыла глаза ладонью и поморщилась, как от зубной боли. - Столько укора я еще за свою жизнь не слышала.
  - Просто раньше ты ничего подобного не творила. Все в порядке? Они поняли ситуацию?
  - Стас разговаривает с ними внизу по телефону.
  - А мне сказал, что в магазин, - улыбнувшись, Арина ободряюще погладила подругу по руке. - Не волнуйся, они поймут.
  - Они уже поняли. Просто... Им стыдно признать, что у них такая непутевая дочь. Ладно, обо мне сейчас не будем. Что у тебя стряслось, подруга?
  И Арину прорвало. Со слезами на глазах она рассказала о Маше, о матери, о племяннице, оставшейся сиротой и о том, что ей придется взвалить на себя ответственность за маленькую, напуганную девочку. О своих страхах и волнениях. О своем нежелании что-либо менять в своей жизни. Соня слушала ее внимательно, не перебивая, изредка подливая чай в так быстро пустевшую кружку. Рассказ получился долгим, Арине показалось, что она говорила несколько часов, не переставая. И ей стало легче. Груз, лежавший у нее на сердце все это время, медленно растворился под мягким, сочувствующим взглядом подруги.
  - Что я могу сказать... - Соня замялась на несколько мгновений, подбирая слова. - Ты поступаешь правильно, Риш. Так, как следует. И неважно, что сейчас тебе кажется, что твоя жизнь рушится и катится под откос, со временем все изменится. Ты очень сильная, сильней меня и Марины, сильней Марка, Стаса... У тебя есть силы, чтобы сделать то, что от тебя требуют. Твоя сестра доверила тебе самое ценное, что у нее было, а значит... Она знала, что ты не сбежишь, испугавшись ответственности.
  - Я знаю! - Арина, не в силах усидеть на одном месте, вскочила на ноги и заметалась по кухне, словно пойманная птица. - И меня это убивает. Почему она не спросила моего разрешения? Почему скрывала свою болезнь?
  - А если бы она спросила твоего согласия, что она бы услышала? - Соня с легкой иронией следила за передвижением подруги, склонив голову набок.
  Арина остановилась как вкопанная, пытаясь найти среди хаоса своих мыслей ответ на заданный подругой вопрос. Действительно, разве это что-нибудь изменило? Да, быть может это бы ее подготовило, не стало такой неожиданностью... Но, узнай она о болезни сестры, единственного близкого ей человека, тут же бросила все и сбежала бы к Маше. Не задумываясь, не отдавая себе отчета.
  - Я... я справлюсь? - Слезы вновь навернулись на глаза девушки, но они принесли с собой не боль и горе, как раньше, а какое-то смутное, едва уловимое чувство облегчения и надежды, что все будет хорошо.
  Соня встала из-за стола, подошла к ней и крепко обняла, поглаживая по голове.
  - Справишься. А я обязательно помогу тебе, ясно?
  - Ты не должна.
  - Арин, посмотри на меня. Я боялась попросить помощи у друзей и что в итоге натворила? Давай ты не будешь повторять моих ошибок?
  - Но...
  - Арина! - Корнеева грозно свела брови.
  - Хорошо, хорошо. Но у меня просьба.
  - Все, что угодно.
  - Марку ни слова.
  Соня вздохнула, отстранилась от нее и отошла к окну.
  - Рассказывай.
  - Нечего рассказывать.
  - Арина, прошу тебя, расскажи, что между вами произошло?
  Она села на свое место, закрыв лицо ладонями. Было стыдно признаться, что поддалась чарам Марка, расслабилась, допустила их сближения. Воспитанница детского дома не пара преуспевающему бизнесмену, а она, дура...
  - Закончила?
  - Что?
  - Колесовать себя мысленно, говорю, закончила? - Соня сложила руки на груди и присела на подоконник.
  - Влюбилась я. - Слова прозвучали зло, с неприкрытым раздражением.
  - В Марка?
  - Нет, в жирафа! - нервный смешок вырвался сам по себе, а руки неожиданно задрожали, да так, что пришлось сжать их в кулаки и спрятать под стол.
  - Ну, моего братца иногда можно соотнести с этим животным, согласна, - серьезно кивнула Соня. - Что в этом плохого?
  - А зачем мне эти отношения? Тем более, сейчас?
  - Ты дура? - просто спросила Корнеева, усмехаясь. - Как раз именно сейчас тебе нужно надежное мужское плечо.
  - Это ты сейчас о Марке? - пришло время усмехаться Арине.
  - М-да, его репутация ловеласа говорит сейчас против него. Но тебе не кажется, что он изменился?
  - Просто я нравлюсь ему чуть больше, чем его обычные размалеванные куклы. Поиграет с месяц и убежит к другой.
  Хлопнула входная дверь и они прекратили разговор. Спустя мгновение, шелестя пакетами, на кухню вошел Стас. Соня принялась разбирать продукты, а Арина постаралась поддержать дружескую беседу с парнем, надеясь, что выглядит не слишком рассеянной и незаинтересованной.
  Еще пару часов пришло за приятными разговорами, ужином и обсуждением дальнейших планов. Арина сообщила друзьям, что улетает уже завтра, в обед. Соня тут же начала уговаривать Стаса отпустить ее в провожатые, Торохов запрещал, но вызывался отвезти Арину самостоятельно. Парочка поругалась, помирилась и снова была на грани скандала. Арина лишь улыбалась, глядя на подругу - такой счастливой улыбки на ее лице она еще не видела.
  Когда уже стемнело, девушка начала собираться домой. Соня пошла провожать ее до дверей, оставив посуду на Стаса.
  - Не волнуйся, я уговорю его поехать в аэропорт.
  - Соня, - Арина схватила подругу за руку и крепко стиснула ее ладонь. - Не говори Марку.
  - Ну как я могу ему не сказать, куда делась моя лучшая подруга?
  - Я прошу тебя. Если он захочет... Сам найдет.
  - Господи, хорошо.
  - Обещаешь?
  - Обещаю. Все, иди, а то Марк обещал вечером заглянуть. Не думаю, что ты захочешь его сейчас увидеть. - Соня распахнула дверь. В сумке Арины пискнул телефон, сообщая о прибытии такси. - До завтра.
  - Позвони мне, как все решишь. - Арина поцеловала подругу и заторопилась вниз по лестнице.
  Чтобы в дверях подъезда столкнуться с Корнеевым.
  
  Она стояла в двух шагах от него, напуганная, с наивно распахнутыми глазами. Марк осторожно закрыл за собой дверь, радуясь, что полумрак подъезда скроет от ее глаз двухдневную щетину и синяки под глазами. Не стоит этой пигалице знать о том, как он переживал эту ночь.
  - Ну привет, - хрипло протянул он, перекрывая ей выход и складывая руки на груди, всем своим видом показывая, что разговор предстоит долгий.
  - Здравствуй, - нервно выдохнула девушка, облизнув губы.
  - Ничего не хочешь мне сказать?
  - А что нужно? - Арина поправила на плече ремень сумки и сделала шаг к нему навстречу.
  - Объясни, пожалуйста, свое поведение, - спокойно, несмотря на бушующий внутри гнев, попросил он девушку. При этом старательно пытался не дышать, чтобы не чувствовать тонкий фруктовый аромат ее волос.
  Еще маленький шажок и он может теперь пересчитать каждую ресничку. Она снова облизнула губы, не отводя от него глаз, словно решаясь на что-то.
  - Оно... оно не поддается объяснению в твоем присутствии. - Чуть приподнявшись на носочках, Арина приникла к его губам. Не задумываясь, он прижал ее к себе, крепко обхватив талию и со всей страстью, что только у него была, ответил на поцелуй. С губ девушки сорвался тихий стон, и на мгновение Марку показалось, что он самый счастливый человек на земле.
  А затем был удар в пах, острая боль, писк открываемой двери в подъезд и удаляющийся звук ее шагов.
  Когда он смог выскочить во двор, машина с оранжевой надписью 'Такси' как раз заворачивала за угол.
  - Маленькая дрянь, - процедил он сквозь зубы. - Я до тебя еще доберусь.
  
  ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
  
  'В одну реку дважды не входят' -
  трещат повсеместно мамы, друзья, подруги.
  А что если это бездонное синее море?
  Море, которое дышит,
  море, которое любит,
  и даже имеет руки.
  
  Источник неизвестен
  Два месяца спустя
  
  Утро было волшебным. Нежась в родных и любимых объятиях, я до последнего не хотела открывать глаза, пока, наконец, не раздался звонок будильника. Стас вздрогнул, прижал к себе покрепче и, не размыкая век, пробормотал:
  - Может, никуда не поедем?
  Я улыбнулась, прижавшись щекой к груди парня, и тихо ответила:
  - Увы, но мы не можем себе этого позволить. Родители ждут нас к девяти, Марк должен заехать через полчаса. Нужно вставать.
  - Ненавижу утро, - простонав, Стас выпустил меня из объятий и сел на кровати, потирая ладонями лицо. - Я в ванную, а ты на кухню, делать мне кофе. Иначе я никуда не поеду.
  - Ну конечно, - засмеявшись, я вылезла из-под теплого одеяла и сладко потянулась. - Тебя съест любопытство и сожрет совесть.
  - Поперхнутся и выплюнут, я не вкусный. - Он встал и неторопливо направился в душ, напоследок окинув меня лукавым взглядом. - Кофе и 'солнышко в окошке', малыш.
  Кинув в него подушку и как всегда промахнувшись, я потопала на кухню готовить любимому завтрак.
  По телевизору о мировых новостях вещала выспавшаяся и счастливая ведущая, яркое солнце озаряло кухню своими лучами, окрашивая стены в золотисто-песочный цвет. Пощелкав кнопки, я остановила свой выбор на музыкальном канале и, прибавив громкость, взялась нарезать батон для яичницы 'солнышко в окошке'. Вырезав мякоть и положив корочки на сковороду, быстро обжарила их с двух сторон и залила каждую яйцом. Насыпав кофе и залив его водой, поставила турку на огонь. Теплые ладони скользнули на мою талию и меня нежно поцеловали в макушку. В этом невинном поцелуе было больше любви и тепла, чем в любом другом, более страстном.
  - Мне так нравится видеть тебя на своей кухне, в моей футболке, растрепанную и сонную. В такие моменты ты самая красивая, малыш.
  - И когда только ты из брутального негодяя превратился в домашнего парня? - я увернулась от шутливого щелчка по носу и вернулась к приготовлению завтрака. Стас сел за стол и взял в руки пульт.
  - Я все такой же негодяй. Просто теперь меня вкусно кормят и у меня регулярный секс. От такого мужчины добреют.
  - И все? Дело только в еде и сексе? - я сдвинула брови, не забыв при этом снять с огня яичницу.
  - Ну, еще я влюбился в одну своенравную и вредную девушку, но думаю, это не причем.
  Я лишь покачала головой и продолжила накрывать на стол. Через несколько минут перед Стасом стояла чашка крепкого ароматного кофе и тарелка с завтраком. Ели мы в привычном молчании, тишину нарушал лишь тихий разговор двух серьезных политиков на одном из центральных телеканалов. Изредка встречались взглядами и улыбались, словно разговаривая. Для меня это и было счастьем.
  Марк заявился в тот момент, когда я ушла одеваться, а Стас убирал грязную посуду в мойку. Торопливо закончив легкий макияж и прихватив сумку, я вышла в прихожую, встречать брата. Крепко пожав руку Торохова, он торопливо поцеловал меня в щеку и как обычно спросил:
  - Арина не объявилась?
  В очередной раз я почувствовала себя виноватой, понимая, что мне снова предстоит врать брату.
  - Нет, она не звонила и не писала. Уже два месяца ни слуху, ни духу от нее.
  Стас осуждающе на меня посмотрел, но промолчал. Мне пришлось долго уговаривать его поддержать мою ложь и сделать вид, что он ничего не знает об Арине, как и я. Первое время он все порывался рассказать все Марку, чтобы эта парочка наконец поговорили и разобрались в том, что между ними происходит, но потом передумал, рассудив, что и Марк, и Арина уже взрослые люди и способны самостоятельно решить свои проблемы.
  - Хорошо. - Марк на секунду замер, поджав губы, а затем улыбнулся: - Нам пора выезжать, родители ждут.
  - Заедем в кондитерскую за пирожными к чаю, - спросила я, выходя из квартиры следом за парнями и вызывая лифт, пока Стас замыкал дверь.
  - Угу, - кивнул брат. Больше за всю поездку я не услышала от него ни слова. Он все время бросал быстрые взгляды на телефон, нервно постукивая пальцами по рулю. Хмурился, морщился, сердито поджимал губы. Из веселого, жизнерадостного парня Марк превратился в мрачного типа, зло поглядывающего на мир. За это я Арину ненавидела. Подруга подругой, но то, что она творила с моим братом не могло вызывать моего одобрения. Однако любая моя попытка уговорить ее хотя бы позвонить ему и сообщить, что она жива-здорова, жестко пресекалась с ее стороны. Я понимала, что ей сейчас не до нас, что ей тяжело устроить свою жизнь в абсолютно чужом для нее городе, да еще и с маленьким ребенком на руках, но... Мы обе знали, что Марк наплюет на все, бросит прежнюю жизнь здесь и умчится к ней, возьмет под свою опеку, сделает ее жизнь проще. Арина не хотела от него зависеть, не хотела казаться слабой и признавать поражение. Как я когда-то.
  Наша машина подъехала к подъезду моего дома. Я с легким оттенком грусти улыбнулась, ни капельки не жалея, что перебралась жить к Торохову. Я была счастлива как никогда.
  Выбравшись из машины и передав коробку с пирожными Стасу, набрала номер квартиры родителей.
  - Кто?
  - Мам, это мы.
  - Открываю.
  Знакомый писк огласил двор. Стас придержал дверь и пропустил меня вперед. Уже у квартиры родителей, ожидая, когда нам откроют дверь, я повернулась к нему, поправила несколько непослушных прядей и ободряюще улыбнулась:
  - Не волнуйся, они тебя не съедят. Папа может поворчать немного, но ты главное улыбайся и обнимай меня.
  Он сглотнул и крепче сжал мою руку. Дело в том, что я до сегодняшнего момента до сих не представила Торохова родителям как своего парня. Даже мой переезд к нему вышел без одобрения родственников. Просто мои вещи незаметно перебрались в его квартиру стараниями Марка. После ареста Лескова я виделась с родителями всего лишь три раза, и тогда нам было вовсе не до разговоров о моей личной жизни. Маму волновало мое здоровье, а отца - безопасность. Сегодня же мне предстояла представить им Стаса не как своего спасителя и охранника, а как своего парня.
  Дверь распахнулась, и на пороге возник отец, одетый как обычно по-деловому, в строгий классический костюм, с галстуком, запонками и прочими стильными атрибутами успешного человека. Мама мелькала за его спиной, ободряюще улыбаясь и немного виновато пожимая плечами.
  - Вы опоздали на десять минут, - проворчал отец, пропуская нас в квартиру.
  - Мы заезжали за десертом, - я сунула ему коробку и тут же угодила в объятия матери. Стас неуверенно топтался на пороге, от его обычной смелости не осталось и следа. Слегка позлорадствуя про себя, я взяла его за руку и торопливо проговорила:
  - Мам, пап, это тот самый Стас, у которого я живу все это время. А еще...
  - Я бы хотел попросить руки вашей дочери.
  Я пораженно замерла, приветливость на лице матери сменилась изумлением, а отец грозно нахмурил брови. Спокойным остался только Марк, видимо, эта сволочь его предупредила...
  - Торохов, значит... - Папа смерил Стаса пронзительным взглядом. - Тот самый Торохов. Трехлетней давности.
  - Торохов, - подтвердил Стас. - Но не трехлетний, а изменившийся.
  - Дамы на кухню, мужчины в зал, - скомандовал старший Корнеев и оба парня послушно последовали за ним. На пороге отец остановился, пропустив их вперед. - Марк, где коньяк стоит, ты знаешь.
  Брат кивнул и закрыл за собой дверь. Папа повернулся ко мне:
  - Ну Соня...
  - Не сердись на дочь, дорогой. - Мама смогла прийти в себя быстрее, чем я и улыбнулась. - Судя по всему, она сама ничего не знала о предложении.
  - Это не освобождает ее от ответственности. Идите на кухню и не высовывайтесь, пока я вас не позову.
  Однако стоило ему зайти в зал и прикрыть дверь... В общем, мама никогда не была послушной женой. А меня нельзя было назвать послушной дочерью, поэтому мы обе оказались у двери, прислушиваясь к разговору, происходящему за ней.
  - Неожиданно, я вам скажу, молодой человек. Спасибо, Марк. Итак, моя дочь достаточно повзрослела, чтобы затащить ее в постель?
  - Прошу прощения?
  - Ну, три года назад она была слишком мала. Теперь подросла?
  - Андрей Леонидович, я уже сказал вам, что изменился.
  - А я тебе не верю на слово.
  - Пап, не забывай...
  - Во-первых, я ничего не забываю, Марк. А во-вторых, не вмешивайся пока в наш разговор.
  - Я не прошу вас верить мне, но дочь ваша уже сделала свой выбор.
  - Да-а-а? - насмешка в голосе отца была настолько очевидна, что я поморщилась. - Я вот по ее реакции не могу этого сказать.
  - Она просто не ожидала... подобного. Но мы любим друг друга и она со мной счастлива.
  - Три года назад она тоже была счастлива, но это не помешало тебе... любить... других.
  - Вы считаете, что люди не способны измениться и поменять свое отношение к жизни и отношениям?
  - Я просто не хочу, чтобы моей дочери было больно, когда ты наиграешься и уйдешь к другой.
  - Я люблю вашу дочь.
  - Сколько ты продержишься в ожидании, когда она решится на секс с тобой? - Голос отца приобрел какие-то беспощадные нотки, и я уже хотела вмешаться, но мама остановила меня, знаком показывая, что стоит подождать.
  - Она как бы уже решилась, - вмешался Марк. - Дня через три после... инцидента с Лесковым.
  Я покраснела под удивленным взглядом матери и мысленно чертыхнулась: - кто просил Марка выдавать родителям такие подробности моей личной жизни?
  - Я не думаю, что нам стоит обсуждать эту тему без Сони. - Да, да, да, черт возьми!
  - Что, кишка тонка отвечать за свои поступки? Думаешь, я одобрю то, что мою дочь трахает какой-то мерзавец, возомнивший себя ее спасителем? - Агрессия в голосе отца зашкаливала, я еще никогда не была свидетелем подобной злости с его стороны.
  - Следите за своими словами, Андрей Леонидович. - От спокойствия Стаса не осталось и следа, гневные интонации хлестали словно плеть.
  - Не смей указывать мне, щенок!
  - Папа! - Марк предупреждающе повысил голос.
  - Как ты мог это допустить? Куда смотрели твои глаза, Марк?
  - Пора вмешаться, - шепнула мама.
  Я распахнула дверь и разъяренной фурией возникла на пороге. Отец обернулся, на лице - мрачная решимость и ярость, пальцы с такой силой сжимали стакан с коньяком, что даже костяшки побелели.
  - Ты зашел слишком далеко, Андрей. - Мама зашла следом за мной, осуждающе глядя на папу.
  - Если тебя это действительно так сильно волнует - я переспала со Стасом по собственному желанию. А он до последнего держал оборону.
  - Ни о свадьбе, ни об отношениях не может быть и речи. Пусть выметается из моего дома сейчас же.
  - Отлично. Тогда я ухожу с ним.
  - Нет.
  - Да, папа. - Я пересекла комнату и встала рядом со Стасом. Он тут же обнял меня, не сводя взгляда с моего отца.
  - Твоя самостоятельность уже однажды привела к ужасным последствиям. Подумай о себе хотя бы сейчас.
  - Подумала. И я ухожу с ним.
  - Соня, я пойду, а ты останься, поговори с родителями. Видимо, я поспешил лезть со своими благими намерениями. - Торохов поставил на стол свой бокал и ободряюще сжал мою ладонь. - Вам нужно о многом поговорить в кругу семьи.
  - Андрей, - с укором проговорила мама, качая головой. - Будь благоразумным.
  Папа сверлил взглядом Стаса, тот отвечал. Минуту в комнате царила тишина, пока отец, наконец, не произнес:
  - Оставьте нас наедине со Стасом. Марк, проследи, чтобы они не подслушивали.
  Что-то в его голосе заставило нас с мамой послушаться и следующие полчаса мы провели на кухне под бдительной охраной Марка, в зловещем ожидании.
  В квартире было тихо. Из зала не доносилось ни звука, и это меня настораживало. Я нервно расхаживала из угла в угол, поглядывая на часы и прислушиваясь к происходящему за стеной. В конце концов, Марк не выдержал и усадил меня на стул, сунув в руки чашку с горячим чаем. Я лишь молча кивнула и стала пить горячий напиток, пахнущий лимоном и малиной. Волнение - не лучший помощник в сложившейся ситуации, поэтому мне необходимо взять себя в руки и контролировать эмоции.
  Наконец они вошли на кухню. Папа казался уже не таким разгневанным, а Стас... Я не смогла бы назвать его счастливым, но и особой печали на его лице увидеть было нельзя. Словно он смирился с чем-то, но при этом остался при своем мнении.
  - Давайте садиться за стол, пока мамино мясо не остыло окончательно, - отец виновато улыбнулся маме. Та лишь покачала головой и полезла в духовку доставать жаркое.
  Уже за столом, держа бокал с вином и повернувшись ко мне, папа соизволил рассказать об итогах их беседы с Тороховым:
  - Свадьбы не будет. Пока. Я присмотрюсь к этому... потенциальному зятю, да и тебе, я так понимаю, нужно еще время подумать. В таких делах не стоит торопиться и Стас со мной согласился. Я хочу извиниться перед ним за свою грубость, в оправдание могу лишь сказать, что это сказалось волнение за любимую дочь.
  - Я понимаю, Андрей Леонидович. - Стас обнял меня за плечи и отсалютовал бокалом. - Надеюсь, мы найдем с вами общий язык, и впредь не будет подобных ссор.
  
  - И все? - я недоуменно переводила взгляд с него на отца. - Вы просто переговорили и все закончилось мирно?
  - Если бы я первоначально знал, у кого именно ты жила все это время, то, возможно, ничего бы этого не было. А мне все это время говорили, что Стас - друг Марка.
  - На самом деле я не лгал - мы со Стасом за это время действительно сблизились.
  Я улыбнулась, вспомнив, как именно произошло их 'сближение'.
  
  - Что она вообще знает обо мне, а, Стас? Что вы все знаете обо мне? - Марк залпам опустошил свой бокал с коньяком и отправил в рот дольку лимону, даже не поморщившись. - Она возомнила, что может судить обо мне по нескольким встречам и разговорам ни о чем. Я ведь не пытался ей понравиться, не лгал, не пускал пыль в глаза. Да будет она проклята после таких выкрутасов!
  - Тс-с-с, не бушуй. - Стас взял бутылку (вторую, между прочим, и уже наполовину пустую!) и разлил коньяк по бокалам. - Бабы, они дуры. Малыш, ты исключение.
  Я лишь фыркнула. Мы сидели у нас на кухне уже второй час, и после пятой порции крепкого алкоголя Марка потянуло на откровенность. Я виновато ерзала на стуле под его слова о том, что 'эта мерзавка даже адреса не оставила', Стасу было еще хуже. Брат дважды назвал его прекрасным другом, трижды - настоящим мужиком с понятиями чести и мужской дружбы, и один - будущим зятем. Пару раз Торохов кидал на меня вопросительные взгляды: мол, давай расскажем ему, но я лишь отрицательно качала головой и продолжала страдать от угрызения совести.
  - Да ничего подобного. Такая же дура, как они все! - отрезал мой родной брат, задумчиво уставившись в стол. - Молчит как партизан, когда нужно сказать. Вляпалась в дерьмо по самые уши, а нам теперь разгребать. Ду-у-ура-а-а.
  - Ну ладно тебе, Корнеев. Если одна сбежала по-глупому, это не повод окрыситься на весь женский род. Найдешь лучше. - Стас сделал глоток и поморщился.
  - Найду. Ее найду и все выскажу.
  - Вот! Только хотел сказать, что возможно уже нашел. Лимон будешь?
  - Буду. - Взяв дольку, Марк вновь заговорил, размахивая ей из стороны в сторону. - А я ведь хотел к ее ногам весь мир бросить. Может, я ее люблю, а, Торохов?
  - Может?
  - Да, может. А знаешь, почему я сомневаюсь? Потому что разве мог я... я-я-я, Марк Корнеев, полюбить такую дуру?
  - Мог, - пьяно кивнул Стас.
  - Правду говоришь, - кивнул в свою очередь брат. - Поэтому я кто?
  - Дурак.
  - Не-е-е, брат, я - влюбленный мужчина. - Марк ударил себя кулаком в грудь и допил коньяк. - И я тебя теперь как никогда понимаю и уважаю.
  - П-почему-у?
  - Потому что баб любить трудно! Пойдем покурим, нечего Соне табаком дышать.
  
  - В любом случае, стоило рассказать родителям все подробности, - вырвал меня из воспоминаний голос отца. - В любом случае, вернемся к теме свадьбы через годик. Как минимум.
  - А меня ты спросить не хочешь? - я раздраженно скрестила руки на груди, всем своим видом показывая свое негодование.
  - Будешь пререкаться - сразу же переедешь домой.
  Я тут же прикусила язык. Не думала, что обычный визит к родителям может обернуться такими последствиями. И тем более, я даже предположить не могла, что отца можно разозлить до такой степени. Интересно, как Стасу удалось до него достучаться?
  - В любом случае, не это сейчас должно волновать нашу семью, - голос Марка был спокоен и тих. - Через неделю суд над Лесковым.
  За столом воцарило молчание. Стас притянул меня к себе поближе и сжал кулак. Он словно предвидел следующие слова брата:
  - Соне нужно будет на нем выступить.
  Я почувствовала, как сердце пропустило удар, а ладони похолодели от липкого ужаса, поползшего по моей спине.
  - Это невозможно, - Стас был первым, кто смог первым выразить мысли всех присутствующих.
  - Это необходимо.
  - Ты вообще слышишь, что я тебе говорю. - По телу Торохова прошла нервная дрожь, и я испуганно вцепилась в его локоть.
  - Успокойся, ей ничего сейчас не угрожает, - брат тоже заметил напряженность парня.
  - Дело не в угрозе, Корнеев. Дело в том, что ты заставляешь ее идти на встречу к человеку, который подсадил ее на наркотики и изнасиловал!
  Мама побледнела, заслышав эти слова, и настороженно взглянула на меня. Мне же не хватало воздуха. Торопливо отхлебнув вина, я прижала ладонь к губам, стараясь сдержать подступающие слезы. Невольно тело пронзила дрожь, такая же, как минуту назад посетившая Стаса.
  - Я хочу, чтобы она засадила этого человека за решетку, Торохов.
  - Марк, я не могу этого сделать.
  - А я этого не допущу.
  - Я понимаю, что это тяжело, сестренка, но иначе...
  - Хорошо.
  Ответ заставил всех на мгновение замолчать, изумленно разглядывая меня. Первой не выдержала мама:
  - Милая, ты уверена?
  - Абсолютно. Я знаю, что это будет очень тяжело, но мне безумно хочется, чтобы этот человек понес заслуженное наказание. - Я виновато взглянула на Стаса, угрюмо поджавшего губы. - Я ценю твою заботу и понимаю, что ты заботишься обо мне, но это действительно нужно сделать.
  Он кивнул, крепко сжав мою ладонь и тем самым дав понять, что поможет все это преодолеть. От этого на сердце стало легко и тепло, словно меня закрыли собой от всех проблем и невзгод, которые только возможны.
  Отец встал из-за стола, взял бутылку с коньяком и наполнил наши бокалы.
  - Жаль, что наш семейный обед превратился в такую потасовку. Надеюсь, в следующий раз подобного не повторится. - Папа поднял вверх бокал, подождал, пока мы повторим этот жест: - За нашу семью... с недавних пор немного расширившуюся.
  Стас от неожиданности вздрогнул и посмотрел на меня.
  - Я люблю тебя, - одними губами произнесла, словно улыбнулась. Но он понял и по глазам я увидела, что мои чувства взаимны. Что может быть прекрасней этого?
  
  В зале суда было немноголюдно, но от этого легче мне не было. Казалось, взгляды всех этих людей были прикованы ко мне, они шептались за моей спиной, жалели. Адвокат Лескова, неприятный во всех отношениях тип, с которым я пересекалась во время встречи со следователем, за несколько дней до суда, раздраженно фыркнул, завидев меня. Видимо надеялся, что я струшу, побоюсь позора и не приду. Никто из присутствующих здесь не знал, чего мне стоило появится здесь. Если бы не Марк, сидящий рядом и сжимающий мою ладонь, я бы уже давно сбежала к Стасу, сидящему в машине у здания суда. Это брат не позволил ему прийти на слушание, понимая, что он просто может не сдержаться и набросится на Лескова.
  Когда в зал ввели Лескова, немного похудевшего, хмурого, но все такого же наглого, с едкой улыбкой на губах, я вздрогнула. Пришлось приложить неимоверные усилия, чтобы не заплакать от страха перед этим человеком.
  'Все позади, Соня, все позади...'
  Лесков увидел меня и его рот тут же изогнулся в мерзкой ухмылке, такой же, как была на его лице несколько месяцев назад, когда я лежала униженная и сломленная у его ног.
  'Все позади...'
  Он подмигнул мне, словно старой знакомой, встрече с которой рад. Словно мое появление не добавит пару лет к сроку, который ему припишут.
  'Позади, позади, позади!'
  Сел на скамью подсудимых, не сводя глаз с меня, затем посмотрел на Марка. Я почувствовала, как напряжение, сковавшее брата при появлении Лескова, стало спадать, словно он не хотел показать свою слабость давнему врагу.
  - Встать, суд идет!
  Все слушание я сидела, уставившись в точку перед собой, словно отключившись от реальности.
  Пока не прозвучало мое имя.
  Выдохнув, я заняла место свидетеля, стараясь выглядеть спокойной и уверенной в себе. Адвокат Лескова впервые поднялся из-за стола и подошел к моей трибуне, встав напротив и сверля презрительным взглядом. Ему первому позволили задавать мне вопросы.
  - София Андреевна, рад видеть вас в добром здравии. Для бывшей наркоманки выглядите весьма... цветущей.
  Я вздрогнула, но все же смогла натянуть улыбку:
  - Что вы хотите этим сказать?
  - О, поверьте, ничего плохого. Просто порадовался за ваше хорошее самочувствие. Итак, вы знакомы с моим подзащитным?
  - К сожалению, да.
  - Как бы вы могли охарактеризовать ваши взаимоотношения?
  - Боюсь, нецензурная лексика в здании суда будет неуместна, - постаравшись как можно спокойно ответить, я сжала ладони в кулаки. От зоркого глаза адвоката моя реакция не укрылась и он усмехнулся:
  - Постарайтесь подобрать слова помягче, София Андреевна.
  - Отвратительные.
  - Простите?
  - Взаимоотношения у нас с Лесковым отвратительные.
  - Ты бы попридержала язык, Корнеева, - громко отреагировал со своего места Лесков.
  - Подсудимый! - судья грохнул молотком и нахмурился. - Без угроз в адрес свидетеля, пожалуйста.
  Лесков сложил руки на груди и откинулся на спинку стула, всем своим видом показывая, что он сама любезность. Я скрипнула зубами. Страх перед этим мерзавцем внезапно отступил, и на меня нахлынула ненависть. Яркая, жгучая ненависть, которая почти не поддавалась контролю.
  - София Андреевна, как вы познакомились с моим подзащитным? - словно уловив нужный момент, адвокат Лескова приблизился ко мне, пристально глядя в глаза.
  - Нас познакомил наш общий знакомый. Мы пришли с ним в заведение Лескова.
  - И как прошло знакомство?
  - Простите? - я недоуменно приподняла бровь.
  - Как прошло ваше знакомство? Вы поругались?
  - Н-нет, - запнувшись и на мгновение растерявшись, я облизнула пересохшие от волнения губы. - В самом начале общение с вашим подзащитным было довольно-таки приятным, до тех пор, пока он...
  Воздуха стало катастрофически не хватать и я замолчала. Адвокат усмехнулся:
  - Пока мой клиент не попросил платы за ужины и коктейли?
  - Ваша честь, я возражаю! - прокурор вскочил из-за стола и гневно указал на прихвостня Лескова. - Адвокат защиты провоцирует свидетеля подобными вопросами.
  - Протест принят. Господин Аркадьев, задайте свой вопрос по-другому, - судья, мужчина сорока пяти лет с очень умными глазами вызывал уважение. И видимо заставлял этого Аркадьева чувствовать себя весьма неуютно, потому что слишком уж пришибленным он выглядел после замечания судьи.
  - Конечно, ваша честь. Итак, до каких пор мой клиент был вам приятен?
  - До того момента, пока он не подмешал в один из моих коктейлей наркотики.
  - А с чего вы взяли, что это был он? - Аркадьев словно коршун, ходил вокруг меня, от чего мое волнение только возрастало. - У вас есть основания так думать?
  - Да, есть.
  - И какие же?
  - Он напоил меня этой синтетической дрянью и отвез к себе домой, где на протяжении некоторого времени удерживал, продолжая давать непонятные вещества. - Мой голос становился уверенней с каждым звуком, срывавшимся с губ, пока последние слова не загремели на весь зал приговором: - Этот мерзавец удерживал меня силой, игрался, словно я была дешевой куклой для избалованного мальчика.
  - Ваша честь, мне нужен небольшой перерыв, чтобы переговорить с моим клиентом. - Адвокат Лескова повернулся к судье. - Прошу десять минут.
  - Хорошо. Перерыв десять минут.
  Я выдохнула и бросилась к Марку почти на грани срыва. Брат обнял меня и что-то успокаивающе зашептал, но я ничего не слышала - мой взгляд был прикован к Лескову, который внимательно слушал своего адвоката и что-то односложно отвечал ему. Заметив мой взгляд, оба посмотрели в нашу сторону и зашептались еще активнее.
  Я пожалела, что позволила Марку оставить Стаса в машине. Сейчас мне бы не помешала его поддержка и тепло. Почему-то именно рядом с ним боль перед прошлым отступает, словно улыбка Торохова, его смех, его голос являются щитом или стеной, которая отгораживает меня от всех неприятностей и проблем. Черт, только рядом с ним я стала собирать себя по кусочкам, заново отстраивать прежнюю Соню Корнееву. Так странно... Человек, из-за которого я превратилась в циничную стерву, из-за которого я обозлилась на весь мир, вдруг превратился в самого родного и дорогого. В человека, которой сделал из меня сильную, уверенную девушку.
  Торохов дважды перевернул мой мир с ног на голову. Дважды ворвался в мою жизнь яростным вихрем, вышвыривающим весь хлам из мое души. И теперь я не представляю, как жить без этого постоянного шторма в груди.
  Я должна быть сильной, хотя бы здесь, перед лицом своего самого страшного врага. Именно поэтому, когда судья вернулся с перерыва и объявил о возобновлении слушания, я спокойно вернулась к трибуне и абсолютно хладнокровно рассказала все подробности своего общения с лесковым. Рассказала о таблетках, которые он подсовывал меня под видом лекарства, об угрозах, ударах. Рассказала об изнасиловании, не обращая никакого внимания на шепот за спиной.
  Аркадьев слушал, не перебивая, не влезая в мой рассказ с вопросами, будто откладывая пакость напоследок. И я не ошиблась - стоило мне закончить, он тут же задал вопрос:
  - Вы в курсе того, что у вашего брата когда-то были разногласия с моим подзащитным на почве их бизнеса?
  - Да. - Я отреагировала спокойно, потому что была готова к этому вопросу. - Но если вы хотите сказать, что я начала общаться с Лесковым из-за мести брата, то вынуждена вас разочаровать - это не так. Я не знала о знакомстве Марка с этим человеком до... До того момента, как он и еще один человек не вытащили меня из клуба Лескова в бессознательном состоянии. Так что мои обвинения в сторону вашего подзащитного никак не связаны с Марком.
  - Позвольте с вами не согласиться.
  - Ваше дело. - Я пожала плечами. Мне было плевать на то, что говорить этому мерзкому человеку, защищавшему самую мерзкую мразь на земле. Он смотрел на меня, как на грязь под ногами, тогда почему я должна относиться к нему с уважением? - Если ваш тупой мозг считает, что мне есть смысл врать о самой омерзительной вещи на земле, то это ваше дело. Я просто хочу, чтобы этого козла засадили за решетку и он гнил в тюрьме многие годы. И я прекрасно знаю, что мои слова об изнасиловании не сыграют сейчас никакой роли, потому что я здесь для того, чтобы засвидетельствовать наличие наркотиков в жизни Лескова. Но мне плевать. Люди должны знать, что это за гнида.
  - Свидетель, - судья грозно посмотрел на меня, но я не верила в его беспристрастность, уж слишком много одобрения было в его глазах, - я вынужден сделать вам замечание. Воздержитесь от оскорблений в зале суда.
  - А я уже закончила.
  И я горжусь собой.
  
  ЭПИЛОГ
  Три недели спустя.
  
  - Малыш, ты собираешься сегодня оттуда выходить? - стук в дверь вырвал меня из оцепенения и, вздрогнув, я оторвала взгляд от своего отражения в зеркале. - У меня есть новости для тебя.
  - Иду. - Нервно закусила губу, закрыла воду и вышла из ванной, сразу же попав в объятия Стаса.
  - Звонил Марк. Он едет к нам из суда. Сегодня вынесли приговор Лескову.
  - Да? - рассеянно откликнувшись на слова любимого, я продолжала витать в своих мыслях. - И сколько ему дали?
  - Девять с половиной лет с полной конфискацией имущества. - Стас внимательно посмотрел на меня, заботливо убрав упавшие на лоб волосы. - Ты не заболела?
  Синие глаза просто сияли заботой и тревогой. Сглотнув, я помотала головой:
  - Нет... То есть да. Вернее, не совсем.
  - В смысле? - Торохов недоуменно нахмурился. - Что случилось.
  Я мягко высвободилась из его объятий, отступив на шаг назад, и раскрыла ладонь, явив свету предметы, которые все это время судорожно сжимала. Стас растерянно посмотрел на мою руку, потом перевел взгляд на лицо, словно спрашивая подтверждения. Я кивнула.
  - Охренеть. - Он отшатнулся в сторону, взъерошив до боли знакомым жестом волосы. - Это же пи**ец!
  Стало вдруг холодно. Босые ноги мгновенно заледенели, как и руки, но я продолжала стоять с раскрытой ладонью, на которой лежали четыре теста на беременность. И каждый с двумя полосками.
  - Я понимаю, что сейчас не время... - Я поджала губы, резко замолчав, потому что голос предательски дрожал. - Наверное, ты захочешь, чтобы я сделала аборт?
  Торохов некоторое время стоял молча, не отрывая взгляда от моей ладони. А у меня внутри все оборвалось. Я никогда не пойду на аборт, значит наши дороги снова расходятся.
  - Ты действительно дура или притворяешься? - хриплый голос парня прервал мои мысли на моменте захлопывания двери с чемоданом в руке.
  - В смысле?
  Я удивленно захлопала глазами, потому что ответом мне был громкий и счастливый смех.
  - Торохов, с тобой все в порядке? Может, врача вызвать? - Я даже попятилась от него на всякий случай.
  Не переставая смеяться, парень подошел ко мне и прижал к груди, целуя в макушку.
  - Я просто представил лицо твоего отца, когда мы сообщим ему, что нам просто необходимо пожениться. Гораздо раньше того времени, что планировал он.
  - Ты серьезно? - в носу защипало, и я пару раз украдкой шмыгнула им.
  - Естественно. Я люблю тебя, дурашка моя, - он нежно взял меня за подбородок и заглянул в глаза. - И малыша нашего тоже люблю.
  - Господи, Торохов, ты превратился в настоящего романтика.
  - Ну и хрен с ним. Собирайся, поедем радовать твоего отца перспективой стать дедушкой в скором времени.
  - Тогда нужно заехать в магазин за бутылкой коньяка, - я чмокнула его в нос и пошла одеваться.
  Спустя минуту услышала его ответ:
  - Не-е-ет уж, такое дело тянет на две. С половиной.
  
  
  P.S.
  
  Она смотрела на дверь его квартиры, как на врата ада. Ненавидела себя, ругала за трусость, но не могла набраться сил и позвонить. Не верила ему. Не верила себе.
  Но знала, что другого выхода нет.
  Палец мягко нажал на кнопку звонка и сердце сразу же ускорило бег. Она словно горела заживо. Превратилась в мотылька, который радостно летит навстречу своей смерти в ласковых, игривых, жарких объятиях огня.
  Дверь распахнулась.
  - Арина? - Марк с наигранным удивлением смотрел на нее, даже не скрывая довольную улыбку. - Не ожидал уже тебя снова увидеть.
  - Не ври. У меня нет выбора, и ты это прекрасно знаешь. Я согласна.
  Темные глаза довольно блеснули.
  - Ну заходи. Обсудим детали за бокалом вина.
  'Господи, дай мне сил это перенести'. Она шагнула в квартиру, понимая, что отступать поздно.
  
  КОНЕЦ
  сентябрь 2012 - март 2014

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  С.Елена "Жена в наследство" (Любовное фэнтези) | | Д.Гримм "Ареал Х" (Антиутопия) | | Triangulum "Сожённый телескоп" (Научная фантастика) | | Э.Широкий "Красный бог" (Киберпанк) | | Д.Сугралинов "Дисгардиум. Угроза А-класса" (ЛитРПГ) | | А.Каменистый "Существование" (Боевая фантастика) | | М.Эльденберт "Скрытые чувства" (Любовное фэнтези) | | В.Платонов "Департамент контроля" (Научная фантастика) | | Е.Сволота "Механическое Диво" (Киберпанк) | | А.Сорокина "Дневник Беглеца" (Антиутопия) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
А.Гулевич "Император поневоле" П.Керлис "Антилия.Полное попадание" Е.Сафонова "Лунный ветер" С.Бакшеев "Чужими руками"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"