Тьма Анна: другие произведения.

"Я сотворил тебя случайно..." или "Льер"

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
  • Аннотация:
    Посмертные конвульсии дохлого муза критике и оценкам не подлежат. Критику пошлю. Нечего глумиться на могиле музячьего несчастья.


   Ох... Это ж надо было вчера так нализаться!.. Уже лет двести так не нажирался. Как раз закончил очередную экспансию светлых земель. Войны -- это уже за три тысячи лет страшно наскучило. Гораздо интереснее оттяпывать от их владений по кусочку самыми разнообразными способами. Причём так, чтобы они сами отдавали мне свои владения.
   Не отмечал... такую мелочь ещё отмечать... но после убийства этой девочки, наследной герцогини моих новых владений стало почему-то так паршиво. Проклясть Владыку Мрака невозможно, но этой девчонке, похоже, удалось. Иначе с чего так паршиво?
   Голова-то как болит...
   Кое-как вынув себя из кустов, в которых спал (позорище на мою корону, надеюсь никто из слуг и вельмож не видел меня таким вдрызг нализавшимся! Клану ликвидаторов работы прибавится), я побрёл к фонтану. Корона Тьмы осталась валяться в кустах, тяжёлый, изукрашенный драгоценными камнями чёрный плащ я оставил там же. Рубашка была расстегнута и застёгиванию не подлежала за неимением пуговиц.
   Этот уголок Цитадели был моей личной, очень личной собственностью. Сюда изредка допускался только старый садовник, благополучно (с отрезанным языком) хранящий молчание о том, что Князь Тьмы предпочитает холодному камню, драгоценным камням и металлам, а так же дорогим коврам обыкновенную полевую траву и покрытые мхом булыжники, а всяческим извращенным скульптурам демонов, гарпий и картин с кровавыми оргиями -- древний (как я сам, только старше) фонтан с каменным дельфином и изящной нимфой, и радующие глаза цветы.
   В лучах восходящего солнца заискрились брызги воды из фонтана. Эх, а ведь та убитая девочка-герцогиня до боли напоминала мне эту древнюю скульптуру нимфы в фонтане!..
   Надо избавиться от этого нерационального, более того, глупого и опасного наваждения, заставляющее просыпаться ещё более опасное чувство вины. Князь Тьмы поступает так, как пожелает. И всё человеческое ему чуждо!
   Умывшись водой из чаши фонтана, я подставил ладонь под лучи и брызги, прикрыв глаза и блаженствуя. Головная боль понемногу отступала. Ладонь вдруг слегка потяжелела, что-то защекотало руку...
   -- А-апчхи!..
   Я широко распахнул глаза и уставился на свою ладонь. А посмотреть было на что! На ладони у меня сидел... цветочный эльфик!.. У меня, у Владыки Мрака!!! Чистый Свет сидел и мотал маленькой златокудрой головой. Снова чихнув, он почесал нос и нахально заявил:
   -- Убери меня от воды, я же заболею!
   От обалдения, я автоматически убрал эльфёныша от брызг. Волна раздражения почему-то не спешила подниматься из глубин моей чёрной души.
   -- Ты кто? -- осторожно поинтересовался я, не спеша раздавить в горсти маленького нахалёныша.
   Эльфёнок попытался встать на ноги неумело взмахнул радужными крылышками и снова плюхнулся на пятую точку. Опять тряхнув золотистыми кудрями до пят, за которыми показались кончики заострённых ушей, эльфик стал ощупывать и с интересом осматривать себя. И тут я понял...
   -- Великая Бездна!.. -- прошептал я почти в ужасе.
   Я. Князь Тьмы. Владыка Мрака. Мастер Смерти. Только что создал (может, призвал?!) цветочного эльфа из чистейшего Света. С бодуна, не иначе... Снова поглядев на это потешное и наглое создание, я понял, что убить его сейчас рука не поднимется. Если сделать над собой усилие... сжать пальцы... останется только комочек плоти и лужица крови... Но я не хочу.
   -- Я -- Льер, -- закончив с осмотром себя заявил эльфёнок. И уточнил: -- Это моё имя! А ты кто?
   -- Зовут меня... -- я на мгновенье запнулся: -- Тиен.
   -- Ух ты! -- создание умильно улыбнулось и уморительно захлопало крохотными ладошками. -- А я знаю, ты мой папа! Я так чувствую! Папа Тиен!
   Создал!!! О, все тёмные боги разом и скопом, как вы такое допустили?! И всё-таки, против воли, я улыбнулся.
   -- Папа, я голодный! Я никогда в жизни не ел! Я есть хочу!
   Тут я не выдержал. Надеюсь, садовник не слышал моего дикого ржача, а то ещё кондрашка хватит, где я буду нового искать?! Лет пятьсот уже так не хохотал! Ну почему я оставил его жить?! Более того, покорно пошёл добывать для златокудрого непосредственного и наглого создания нектар. Виной всему болезнь под названием "перепил". Вот пройдёт похмелье и уничтожу эту занозу, звенящую кучей вопросов серебристом колокольчиком тонкого голоска в моих несчастных ушах.
  
  
   Но я не убил его. Ни через день, ни через неделю, а через месяц я уже не мыслил своей жизни без Льера.
   Не обязан я ни перед кем отчитываться, даже перед самим собой! Не должен объяснять свои поступки и действия!!! Никому ничего не должен! И пусть всё это быдло не смеет роптать за моей спиной, а будет счастливо служить своему Князю!!!
   Пусть поначалу (да и, чтобы самого себя не обманывать, сейчас иногда), меня терзали сомнения в рациональности моего поступка, да и откровенные страхи... от того, что со мной происходило, но стоило лишь эльфику появиться в поле зрения, как всю злость и сомнения развеивало без следа.
   Как наскучили ужас, ненависть, раболепие, лицемерие и смерть вечно окружавшие меня! Как же давно я не испытывал ничего, кроме глухого раздражения, злости, и мрачного удовлетворения от чужой смерти и унижения! Если поначалу меня просто забавляла его непосредственность, бесцеремонность и наглость, а так же абсолютное бесстрашие, то теперь... Льер, мой светлый ласковый огонёк, заставлял меня улыбаться и забывать обо всём. Я не могу отказаться от того тепла и радости, отзвуки которых появлялись в моём давно умершем сердце, когда рядом был эльфёнок.
  
   Со временем мой эльфёныш научился увеличиваться и стал превращаться в смешного златокудрого, остроухого и голубоглазого мальчишку лет десяти. Первое, что я после этого сделал -- постриг его. Уж очень часто он падал, путаясь в собственной шевелюре! Тоненький как тростинка, гибкий, быстрый и сверкающий как лучик чистого света. Он был очень необычным, в Книге Редких Рас ничего не говорилось о том, что цветочные эльфы могут увеличиваться в размерах и превращаться в обычных... ну, почти обычных детей. Да и вообще, во всей Библиотеке о созданиях Чистого Света было раздражающе мало!
   Вот только не мог он появиться ниоткуда. Кое-какие сведения я все же выискал. Льер был результатом проклятия, с которым Лиара, убитая герцогиня, отдала мне часть своей души. Чистый Свет был ребёнком, сыном души девушки и моей души. Моим сыном, мать которого я убил. Если бы я не чувствовал вину за то убийство, проклятье не обернулось бы таким... подарком.
   Слуги были строго настрого предупреждены о том, что мальчика нельзя пускать в пыточные подвалы, к жертвенникам, в Залы Мрака, в город и лес (без меня, естественно), в "Химеролигею", нельзя даже намекать ему на перечень "запретных тем" и не дай им Великая Тьма нарушить мои запреты!.. Слишком светел мой эльфёнок. И от вельмож Двора оберегать его нужно всеми силами. Это мой личный, собственный Свет, не позволю этим тварям даже коснуться его! Я сам тварь страшнее всех их вместе взятых, не позволю!!!
   Как верил он в такие глупости как добро, сострадание, дружба и (смешно сказать!) любовь! Как тянулся он к звёздам, к солнцу, верил в прекрасное... Говорил обо всём этом так серьёзно, что я не мог и не хотел его разочаровывать!
   Слухи о странном светлом создании, которого так лелеял Князь Тьмы облетели не только стены Цитадели Мрака, но столицу, обрастая самыми невероятными подробностями. Легенды ходили самые разные и когда я услышал некоторые из них, со мной случилась истерика. Так я уже давно не развлекался, но это не помешало мне показательно казнить самых болтливых. Смех смехом, а не хватало мне ещё нот протеста от Светлого Императора. Ноты протеста от этого психопата обычно приходят вместе с объявлением войны или вызовом на дуэль. Дуэль, как обычно не до смерти, но нудно отращивать пару отрубленных рук мне тоже не хочется. Это хорошо, если только рук, а то с Иллириона станется и ещё куда мечём ткнуть. Правда, что после этого придётся отращивать Иллю я при эльфе даже говорить не хочу.
   Нет, моему Льеру я не позволю коснуться всей этой крови и грязи. Чего бы мне это не стоило!
  
   Малыш в последнее время очень любит устраивать мне разные сюрпризы. Вот и сейчас он как всегда без стука впорхнул в мой кабинет, сморщил носик, потешно скривился.
   -- Папа! Ну ты опять задымил весь кабинет, фу!
   Я поспешно потушил сигарету, а малыш демонстративно раскашлялся, распахивая окна пошире и ладошками пытаясь выгнать дым из кабинета. Тяжко вздохнув, я вызвал ветер, быстро выветривший дым.
   -- Так лучше? -- улыбнулся ребёнку я, радуясь поводу оторваться от нудных документов.
   Эх, Льер, ты единственный кто не боится моей улыбки! Я знаю себя и не строю иллюзий. Тёмный, холодный, властный, наводящий ужас человек... или, скорее, демон. Пред которым не раз склонялись другие демоны...
   -- Ага, -- ответил малыш. -- Пап, ты не устал? У тебя же от долгого сидения за этими бумагами голова болит! А это ещё что?.. -- ребёнок схватил один из листов: -- При-каз... о каз-ни... чет-вер-то-ва-ни-ем... с при-мене-нием предва-рительных пы-ток... -- тщательно прочёл малыш и я поспешно выхватил у него документ.
   -- Льер! Тебе нельзя такое читать!
   Если я так (совсем немного) повышал голос на своих подданных, те падали ниц, трясясь от ужаса и умоляя о пощаде, а Льер даже не заметил. Не так давно малыш добрался до Библиотеки и мне пришлось в срочном порядке прятать всё не предназначенное для него чтиво. В частности, исторические хроники. Не могу я позволить чтобы этот хрупкий эльфик узнал о всех тех кровавых зверствах и нечеловеческой жестокости лежащей за моими плечами. Не могу позволить ему узнать, разочароваться и (не дай Тьма) начать меня бояться. Забавный светлый лучик...
   -- Почему? -- искренне удивился эльфёнок.
   -- Ты ещё маленький, -- мягко сказал я, заглаживая внезапную вспышку.
   -- Я взрослый уже! -- топнул ножкой мой малыш.
   Какое чудо! Никто никогда не выражал мне так своего недовольства! Истинно чудо!
   -- Взрослый, взрослый, -- хохотнул я. -- Три месяца от роду...
   Эльфёнок, уже забыв о поспешно спрятанных мною документах, уменьшился в размерах, взмахнул радужными крылышками и сел на моё плечо.
   -- Пойдём я тебе кое-что покажу! Тебе понравится!
   Он привёл меня в сад и показал куст роз. Среди черных бутонов один... сиял ярко-алым как артериальная кровь, с проблесками белого по лепесткам! Не просто сиял, а светился, бриллиантами на нем сверкали капельки росы! Это оказалось настолько захватывающе-прекрасным зрелищем, что мне перехватило дыхание.
   -- Красиво, папа?
   А ведь малыш так и напрашивается на похвалу!.. Да что же я в самом деле! Не могу же я к нему относится так же как ко всем остальным!
   -- Красиво, малыш... Очень красиво!
   -- Правда? -- Льер застенчиво взглянул на меня из под кудрявой чёлки.
   -- Правда! -- ответил я, подхватив эльфёнка на руки и крепко обняв.
   Великая Тьма, как же это больно, когда внутри так тепло и трепетно! А я ведь уже и забыл... Но пусть будет... пусть...
  
   Так прошло ещё пол года.
   И вот же принёс Свет Наместника Северных Владений!.. Десять лет не видел эту мерзость и ещё столько же не видел бы!.. Самое паршивое, что я не могу (пока не могу!) ни убить, ни сместить эту гниду с поста!
   И я совсем не ожидал что когда мы войдём в Малый тронный Зал на моём троне окажется Льер!
   Смешной маленький мальчик в золотисто-белом, совершенно не подходящем общему чёрно-алому фону камзоле, корчил забавные рожицы, пытаясь казаться важным, поправлял на лбу мою Малую Корону сползавшую на глаза и возился с застёжкой явно слишком большого для него плаща. А я не мог сказать ему ни слова! НЕ МОГ!
   Такого конфуза у меня не было за все три тысячи лет...
   -- О Великий, не сочтите за дерзость, но, кажется, у Вас не было сыновей, кроме моего прадеда? -- с издевательской ноткой протянул Тимар, Наместник Севера.
   Зря я не убил того смертного бастарда. Стольких проблем удалось бы избежать. Но тут нас заметил Льер.
   -- Папа, смотри!.. Я -- страшный и ужасный Князь Тьмы, немедля все падите ниц!.. -- эльфёнок так старательно изображал меня, что я едва подавил рвущийся наружу хохот.
   Тут корона в очередной раз съехала ему на нос и я не выдержал. Кашляя и не слишком успешно стараясь сдержать дикий ржач, я прикрыл глаза рукой. Окажись на месте моего златокудрого эльфа кто другой -- даже пепла бы не осталась. Но Льер... разве можно воспринимать его серьёзно?! Малыш наконец избавился от короны и обратил внимание на стоящего рядом со мной вассала.
   -- Ой... прости, отец... я сейчас же вас покину...
   Он уже знал, что при этих ядовитейших гадах нужно вести себя осторожно, пришлось рассказать. А так же не стоит показывать свою вторую суть. Виновато поглядывая на меня, эльфёнок снял корону и выпутался из плаща, встал, собираясь спуститься с возвышения, но зацепился за лежащую на ступенях полу плаща...
   -- Льер!!! -- только взмах чёрных крыльев плаща и частичное теневое преображение позволили мне оказаться рядом с ним так быстро, чтобы успеть подхватить. -- Не ушибся?!
   -- Ногу подвернул, -- очень грустно констатировал мальчик.
   Я спустил его вниз на руках. Подвёрнутая лодыжка стремительно опухала.
   -- Повелитель... -- глаза Тимара клубились мраком, лицо исказилось в презрительном отвращении. -- Вы держите при себе... Создание Чистого Света?!
   Я промолчал, только крепче прижав к себе растерявшегося эльфёнка. Вдруг в выражении моего смертного потомка (все время сомневаюсь в родстве...) проступило понимание:
   -- О, Повелитель... вы хотите принести жертву... Великому Хаосу?! -- благоговейно произнёс Наместник Севера.
   ЧТО?! Да как ты посмел такое сказать?!? От ярости мир приобрёл оттенок и привкус крови. Рык, вырвавшийся из моего горла, заставил Тимара отшатнутся. Шагнув вперёд, я понял, что сейчас наплевав на всё просто разорву этого человечка!..
   Тёплый, трепетный огонёк в моих руках вздрогнул и съёжился. Это простое движение и тихий вздох были как ведро ледяной воды на голову! Несколько секунд запрятать Мрак в себе поглубже, улыбнуться и ласково взглянуть на эльфёнка. А ведь он не испугался. Удивлён, расстроен и растерян, но не испуган! Не удостаивая более своим драгоценным вниманием Наместника Севера, я уносил моего Льера прочь из зала.
   -- Пойдём к фельдшеру, малыш. А то нога уже смотри как распухла! -- я изобразил испуг. -- Вот уж где страх и ужас, вдруг перелом?!
   -- Неа, -- тут же хихикнул мой Чистый Свет. -- Ты не боишься, я знаю!.. Не ломал я ногу, правда, только вывихнул, сам виноват...
   -- Эх, ты, сам-виноватый, а под ноги смотреть?!
   -- Я смотрел... только не под ту ногу...
   Ну как можно не рассмеяться после того, какие честные глазки состроил мой эльфёнок?.. Ох, лучше я никому не скажу о том, чего мне стоило научиться так разговаривать с малышом. Чего стоило сбросить для него приросшую к лицу маску лицемерного высокомерия и ледяной холодности беспощадного Повелителя, научиться тепло улыбаться этому чуду, научиться давать ему всё то, чего он так ждал. Кажется, когда-то очень давно я всё это умел...
  
   ...Сидя на Троне Крови в Зале Тьмы я наблюдал за пришедшими развлекать меня в этот Праздник Равновесия и страшно скучал. В танцах кружились по залу мои вассалы с дамами и демоницами. С десяток полудемонов, придворные и прочие остосветевшие уже рожи. Этикет, церемониальность, чтоб их... сам же ввёл. Хоть бы Льер не совался сегодня сюда. Льер, Льер...
   -- О, тёмные боги!.. -- едва слышно выдохнул я сквозь стиснутые зубы, кляня себя самыми светлыми словами.
   У него же сегодня день рождения! Как я мог забыть!.. Как бы слинять отсюда понезаметней... Под иллюзией, что ли? Да нет, тут большинство -- маги, почуют. А если сделать иллюзию со слепком энергетических полей? Энергоёмко, конечно, но может сработать. Решив, я начал выплетать сложную иллюзию, должную изображать холодно-надменного Князя, восседающего на этом жёстком и неудобном кресле, изукрашенном Кровавыми Рубинами.
   Двери зала распахнулись в этот раз очень странно. Без герольда, и только одна тяжёлая створка... Златокудрый мальчик шагнул в зал, зажимаю рукой страшную рану в груди. Бесконечно долгую секунду я просто смотрел на него, не в силах принять увиденное. Когда он повалился лицом вниз, я сорвался с места сбивая попадающихся на пути подданных и даже не замечая их.
   -- Льер... -- прошептал я, поднимая ребёнка на руки. -- Льер...
   -- Больно, папа... -- едва выдохнул ребёнок, приоткрыв синие глаза. -- Пап... они сказали... чтобы я умер для тебя... что тебе будет лучше, если я умру...
   -- Это враньё, Льер!!! Это ложь, сынок, ты слышишь, это ложь!!! Живи, мальчик мой... умоляю, живи...
   Он чуть улыбнулся и закрыл небесные глаза... Из моего горла вырвался то ли крик, то ли вой, то ли рык, переполненный яростью и невыносимой болью. Полыхающий взгляд в сторону зала, где разбегались и прятались все присутствующие, и я, вместо того, чтобы начать убивать их всех немедля, развернулся и на пределе скорости бросился в лазарет.
   -- Живи, живи, мой малыш... -- уговаривал я по дороге. -- У тебя же сегодня день рождения! Ты не можешь умереть!..
   Я не мог лечить его своей тьмой, для Чистого Света это смерть вернее любой раны!
   Фельдшер, склонившийся к малышу, которого я положил на операционный стол, бросил на меня один-единственный короткий взгляд, в котором смешались вина и острое сожаление. Он не мог его спасти.
   -- У мальчика не хватит сил выкарабкаться, -- сказал старый медик, обрабатывая рану и быстро раскладывая инструменты. -- Слишком маленький...
   -- Если сил будет больше -- он выживет? -- спросил я как можно более спокойно, хотя внутри всё клокотало от ярости.
   -- Я сделаю всё, что смогу, -- ответил мне человек, склоняясь к ребёнку. -- Но этот эльф -- Чистый Свет, у нас нечем его исцелить быстро.
   Положив ладонь на лоб Льера, я сделал единственное, что мог в этот момент -- стал вычерпывать и переливать в него свою жизненную силу. Но он отвергал её! Не мог принять! Льер, это же твоя единственная надежда, почему?!. Слабый отклик подсказал мне в чём дело. Склонившись к ребёнку, я прошептал:
   -- Прости меня, сынок... -- и добавил несколько слов на другом языке, очень-очень тихо.
   В ответ пришёл лёгки отзвук слабой, но радостной улыбки и он принял мою жизнь. И я отдал всё, что мог. Пусть чёрная грива моих волос стала седой за десять минут, пусть я стал заметно старше своих вечных тридцати, пусть. Всё потом восстановится, да и если останется -- плевать.
   Ничем не выдавая накатившей на меня дикой слабости, я отрывисто бросил человеку, прежде чем выйти из лазарета:
   -- Спаси его.
   Закрыв за собой двери, я прислонился к стене, переведя дух, несколько минут постоял с закрытыми глазами. А потом отдался на волю Ярости. Сегодня я буду лить кровь. Много крови. Виновны все...
  
  
   После кровавого побоища, что я устроил когда ранили моего Льера, притихли все. Тогда, под горячую руку я растерзал больше сотни человек и представителей прочих рас. Тьма и Мрак собрали моими руками большую жатву.
   Льер выздоровел, даже шрам остался не такой большой, как поначалу казалось. Я оберегал его ещё больше чем прежде, теперь даже в моём замке его всегда сопровождала Незримая Стража. Он всё так же сверкал и сиял, а я остался седым.
   Эльфёнок взрослел и я видел, с какой тоской и вожделением он поглядывает вдаль, в сторону горизонта. Его манил огромный неоткрытый мир. Но разве я мог его отпустить, отпустить на погибель?!
   Когда ему исполнилось три (пусть уж будет тринадцать, ведь явился он десятилетним...), он потребовал отпустить его из под моей опеки в большой Мир. Я бы отказал, если бы не видел, как эльфёнок смотрит туда, вдаль, за горизонт!
   Тогда я сделал единственное, что мог -- написал Иллириону. Опуская всё то высокопарное словоблудие, изложенное в письме, всё сводилось к просьбе взять под опеку моего Льера. Немного подумав, я всё-таки написал "сына". Уж после такого определения Илль не спустит с Льера глаз и сделает всё, чтобы оградить эльфёнка от мрака!
   Ответ от Императора Света пришёл незамедлительно. Конечно, он был согласен и готов "оказать услугу такого рода своему врагу и собрату". И тогда я сразу пообещал Льеру, что оправлю его к "моему старому другу", Императору Света. Но малыш неожиданно упёрся.
   -- Почему ты меня сразу в другое царство отправляешь?!? -- возмущённо завопил мальчишка в ответ на моё предложение. -- Я хочу посмотреть твоё!
   -- Но, Льер, у Императора действительно больше интересного! -- попытался вывернуться я. -- Тебе понравится!..
   -- Мне и здесь нравится! -- упёрся эльфик. -- А твой друг меня так же как ты в замке запрёт!!!
   Я открыл было рот для ответа. Закрыл. Подумал.
   -- Ну, хочешь, я поеду с тобой, -- осторожно предложил я.
   Льер подозрительно зыркнул на меня из-под своей золотистой кудрявой чёлки. Потом отвёл взгляд.
   -- Пап, я очень тебя люблю, -- сказал малыш с едва заметным вздохом.
   Я опустился на колени, снял со своего пальца печать Князя Тьмы, надел на его палец (кольцо тут же уменьшилось под детскую руку), поправил под чёлкой его Тёмный Венец и крепко обнял моего эльфёнка.
   -- Я тоже тебя очень люблю, малыш. И не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.
   Мне бы, дураку, ещё тогда насторожиться!..
   Через семь дней, за три дня до выезда в Светлую Империю Льер сбежал, оставив мне записку, в которой сообщал, что "посмотрит этот огромный мир без вечно следующей по пятам стражи и свиты, не позволяющей рассмотреть всё самое интересное" и вернётся.
   В ярости я казнил под горячую руку нескольких стражей и устроил нескучную жизнь Незримой Страже, заставив обшаривать все доступные и недоступные закутки моего огромного Княжества. Льера искали все, везде, я сам носился по землям Тьмы и Мрака как одержимый, но эльфёнок словно в воду канул.
   Два года я не знал покоя и не дал шанса пройти стороной Иллириону -- в Светлых Землях тоже искали Льера, искали с той же тщательностью и рвением, что и в моих владениях.
   Но его не было. Нигде не было моего Льера.
   Тогда я и узнал, что значит бессилие и отчаянье. Ещё год, подгоняемые моей властью Стражи рыскали везде, где могли. К истечению четвёртого года даже самые верные мои подданные начали пытаться намекнуть мне, что дальнейшие поиски просто бессмысленны. Но в ответ я только взъярился и снова бросился в поиски.
   Бросился со всей своей яростью, чтобы не чувствовать этого бессилия и отчаянья, чтобы загнать поглубже чёрную тоску и боль! Чтобы забыться и забыть о безнадёжности, что сводила с ума!!!
   К концу пятого года я вернулся в свою Цитадель и запил.
   Где же ты, мой Чистый Свет?!?..
  
   * * *
   Этот день начался так же, как и все другие серые и одинаковые дни. Вот только запасы той дряни, которой я пытался заглушить боль -- кончились. Так что проснуться мне пришлось трезвым. Делать было нечего и я пошёл в кабинет -- посмотреть недельный отчёт Стражей.
   -- Повелитель!.. -- запыхавшийся секретарь ворвался в кабинет без стука, что на него было совсем не похоже. Заинтересовавшись в причинах такого поведения, я не спешил убивать его на месте (да и где я буду искать другого столь верного грамотного секретаря). -- Повелитель, там... там пришёл юноша... он носит на пальце Печать Князя!.. Вашу Печать!..
   Мою Печать?!.. Но второе кольцо было только...
   -- ЛЬЕР!!!
   Я едва запомнил, как прыжками я сбегал по лестнице вниз, как оказался в Большом Зале... как увидел тонкого, гибкого парнишку... А потом я остановился как вкопанный, наткнувшись на его взгляд.
   Это был Льер. Его Тёмный Венец, Печать на пальце, его черты... Мой эльфёнок. Только ЭТОГО Льера я не знал.
   Искривлённые в чуть презрительной усмешке губы на застывшем в надменной маске лице, обезображенном рваным шрамом от виска до подбородка. Золотистые кудри потемнели почти до черноты, собранные на затылке в жёсткий хвост. Одежда Ночного Убийцы с перевязью метательный ножей, один из которых он ловко вертел меж пальцев. Холодная сталь глаз с алым огоньком безумия на дне зрачков.
   -- Здравствуй, сын, -- сказал я после вечности молчания.
   Льер странно усмехнулся и ответил:
   -- Здравствуй, отец.
   И это сказал Чистый Свет?! Где тот звенящий серебристый колокольчик голоса, по которому я так тосковал?! Только холод, злость и хриплый полубезумный рык...
   -- Что с тобой случилось?!? -- шагнув вперёд, я схватил его за плечи. -- Льер, сынок!
   -- Знаешь, отец... я повзрослел.
   А потом мы сидели в том самом саду, у того самого фонтана, где он явился в этот мир чудесным созданием Чистого Света на моей ладони и я слушал, а Льер рассказывал. Он пил как воду креплёное вино, курил такую дрянь, от которой даже я задыхаюсь и говорил. Говорил, как нашёл в пути "друзей", ударивших в спину, как попал в рабство, как провёл в рабстве больше трёх лет. Тут я дальше не смог слушать, рыча и круша всё что видел, отдав немедленный приказ мобилизовать армию и идти на Земли Сумрака войной! Завоевать эту падаль и всех истребить!!! Самое худшее, что могло случиться с малышом, о чём я даже и не подумал -- Сумеречные ублюдки!!! Убить их всех!!! И письмо Иллириону с предложением атаковать Сумрак немедля!!!
   Когда алая пелена поблекла и я снова смог взять себя в руки, Льер только спокойно затянулся новой папиросой, выдохнул дым и как-то устало сказал:
   -- Не надо, отец... Меня ведь выкупила Гильдия Ночных Убийц. Я рассчитался со всеми, с кем хотел. Поверь, я убивал их в лучших традициях Палачей Хаоса.
   Великая Тьма... Ты молчишь, рассказывая мне лишь крохи из того, как и чем тебя до неузнаваемости изуродовал этот мир, но я читаю всё в безумии твоего взгляда.
  
   Льер вернулся домой не один и ненадолго. Я уговорил его остаться хотя бы на полгода, простив ему даже пятёрку головорезов, которых он с собой притащил.
   Закрывая глаза на любые выходки Льера и его компании, я наблюдал. И то, что я видел, всё больше приводило меня в отчаянье. Мой светлый эльф творил зверства и мерзость, на которые я и не мог представить, что он способен. Поражала до дрожи бессмысленность и жестокость с которыми он убивал и калечил тех, кто попадался под руку.
   Через неделю в Зале Порталов открылись Светлые Врата и в мою Цитадель пришёл Иллирион собственной персоны.
   Мы оба с каменной надменностью выдержали официальную часть церемониального приветствия. "Приветствую, о царственный собрат и враг мой..." "бла-бла-бла" на сорок минут, убить об стену Цитадели этот этикет...
   Пока мы оба, в сопровождении страж и свиты, шли в моё личное Крыло Повелителей Илль то и дело косился на мою изрядно помятую с очередного перепоя физиономию. Для него иллюзия, наспех наложенная с утра перед зеркалом, была прозрачна.
   Оставив свиту за порогом, я и Светлый прошли длинный коридор и оказались в Зале Тайны Беседы. Сюда даже слуги только глухонемые и нелюбопытные допускались...
   -- Свет твой за ногу!.. -- я рухнул в подушки на диван.
   -- Тьму твою туда же, -- автоматически ответил Илль и, усмехнувшись уголком губ, сочувственно сказал: -- Брось, Тиен, всё не может быть так плохо.
   -- Всё ещё хуже, Илль.
   Император Света покопался во внутренних карманах тяжёлого белого, расшитого золотом и бриллиантами плаща, достал плоскую без изысков флягу и протянул мне.
   -- О, спаситель, -- благодарно выдохнул я, припадая к горлышку.
   -- Алкоголик и неврастеник, -- сказал мне золоволосый Владыка Света, развалившись в кресле и закинув ноги на стол.
   -- Психопат и алконавт, -- ответил я, блаженно щурясь от свежей волны, прокатившейся по телу после лечебного зелья Светлого.
   -- Из нас двоих именно тебе достался синдром дауна, Ти.
   -- Да-да, Ли, помню, то же самое ты мне говорил ещё в колыбели, колотя погремушкой по моей голове, когда я решал очередную задачку по высшей математике...
   -- "Задачки по математике", ха! Да ты в крестики-нолики играл сам с собой, аутист.
   -- Чем не высшая математика?! Это тебе лишь бы подраться, маньяк.
   Ах, да, совсем забыл, вообще-то, враг мой -- мой брат-близнец. Правда, нас даже в детстве не путали. И матери у нас не было. Мы явились в этот мир три с половиной тысячи лет назад из Изначальной Бездны. Явились как два воплощения Сил и непримиримые враги. Одно время мы и правда всерьёз враждовали, забыв об одной песочнице, одной колыбели и узах крепкой дружбы. Вот только время отрезвляет и вся блажь сходит на нет. Воюют между собой пусть Низшие проявления Сил Света и Тьмы, мы -- Высшие проявления этих Сил. Последние лет сто мой придурковатый братец вспомнил о том, что враждовать нам, собственно, незачем. Вот подраться -- это да, но по-настоящему враждовать... А вся показуха и выпендрёж друг перед другом пропали окончательно в эти пять лет, когда мы искали Льера.
   -- Ну, рассказывай, Тиемирион, -- сказал Иллирион.
   -- Пойдём лучше покажу, -- махнул рукой я.
   Илль кивнул, сняв, зашвырнул свой плащ в дальний угол, туда же полетел камзол и все украшения, закатал рукава рубашки.
   -- Плащ надень, корону поправь и вообще прими царственный вид! -- тут же возмутился я.
   Ли демонстративно зашвырнул корону вслед за плащом.
   -- Мне жарко, эта золотая железка натёрла лоб и вообще, пошёл ты.
   Но рукава раскатал, а на лоб надел Малый Венец. Я невольно восхитился братом -- высокий, стройный, золотоволосый Владыка, воплощение достоинства и чести, сам Свет во плоти. Он всегда смотрелся моложе меня лет на десять. Если я был тридцатилетним, то он -- двадцатилетним. Ну, да это всё -- детали. Поняв, что братца и врага, у которого случился очередной приступ разгильдяйства, ныне не заставить вести себя как подобает королю и Владыке, я вздохнул, побросал в тот же угол все церемониальные одежды, нацепил свой Малый Венец, привёл себя в порядок перед зеркалом и кивнул на выход:
   -- Пошли.
   Льер нашёлся в портовой таверне. Тщательно замаскированные иллюзорными личинами, мы с Иллем сидели за дальним столиком в тёмном углу. Мой малыш с пятёркой ублюдков развлекались.
   -- Достойный сын своего отца, -- выцедил Светлый, наблюдая за эльфом сквозь прищур синих глаз и прикрыв лицо кружкой с пивом. -- Пожалуй, даже переплюнет. Если хорошо постарается.
   Я содрогнулся и с отчаяньем повернулся к брату и врагу:
   -- Илль! Мой сын -- создание Чистого Света!..
   Иллирион, как раз решивший отхлебнуть ещё разбавленного пива из треснувшей кружки с отбитой ручкой, подавился. Раскашлявшись, он несколько раз треснул себя ладонью по груди.
   -- Чего?! -- просипел обалдевший Император и внимательно поглядел на меня, убеждаясь, что я не шучу. -- Ну-ка, теперь подробно, Ти.
   Я рассказал всё. Если у меня и осталась хоть какая-то надежда вернуть МОЕГО Льера, то надежда эта имеет облик бессмертного Светлого.
   -- Н-да-а-а-а... -- протянул Ли, после долгого молчания. -- Ну, прямо не знаю, что с тобой делать. То ли башку оторвать, за то, что не думаешь, прежде чем убивать девочек с Даром, то ли посочувствовать и прирезать из жалости. Считай, что на дуэль я тебя уже вызвал, поотрубаю тебе лишние конечности, вроде головы, которая у тебя только для короны, а никак не для мозгов. Эй, трактирщик! -- Илль грохнул пустой кружкой по столу, его звучный голос разнёсся по таверне, легко перекрывая шум. -- Нам пива ещё! Холодного и не разбавленного, а то я тебе кружку в глотку через ж... засуну! И быстро!
   Рык Илля (моя школа!), вызывающий непроизвольный ужас у простых смертных, подействовал самым благотворным образом. Меньше чем через минуту перед нами стояли две пинты самого лучшего, какой только можно было найти в здешних погребах, пенного напитка в новых (целых!) запотевших кружках.
   -- Я попробую тебе помочь, Тиен, -- брат и враг сдул пену со своего пива. -- Может, ещё есть надежда... -- он сделал глоток, удовлетворённо кивнул и с острой жалостью взглянул на Льера. -- Хотя, я её не вижу... В нём совсем не осталось Света.
   -- Чистой Тьмы тоже нет и в помине, -- с тоской добавил я. -- Илль, давай сметём с лика мира Сумрак?
   -- Н-да, эту язву надо выжечь калёным железом, -- согласился он.
   Тут девушка-служанка, над которой издевались головорезы Льера, вырвалась, но была поймана жёсткой рукой моего сына.
   -- Господин, пощадите! -- взвизгнула совсем молоденькая девушка, почти ещё девочка. -- Молю!
   От его улыбки меня передёрнуло. Эльф разорвал на девушке платье, обнажая юную грудь, она попыталась закрыться руками, плача, и получила удар по лицу. А Льер схватил её за волосы и впился поцелуем в по-детски пухлые губки, стараясь причинить как можно больше боли. Когда он отпустил её, по подбородку служанки текла кровь, а руки моего сына уже искали новый способ причинить боль и унижение. И в то же время, я знал, что всё, что он делал сейчас, делали и с ним.
   -- Хватит!!! -- услышал я свой собственный голос и вскочил, грохнув кружкой по столу.
   Я не могу больше убивать этих невинных созданий, ни даже спокойно смотреть как кто-то убивает и истязает юных невинных девочек... Не могу, после того, как убил Лиару!!!
   Льер лениво обернулся, не узнав меня под личиной, хмыкнул:
   -- Кажется, ребята, сегодня будет чем поразвлечься. Нашёлся защитничек сирых и убогих...
   -- Закрой рот, мальчишка, -- Илль подходил к столику малыша бок обок со мной. -- Ты достаточно развлекался. А теперь дуй домой, отец устал тебя ждать.
   Личины эффектно растворились, являя миру двух Владык. В таверне мгновенно повисла тишина, только трактирщик за стойкой грохнулся в обморок.
   -- Отец, -- Льер смотрел с удивлением. -- А ты здесь какого... что делаешь? Да ещё и со Светлым!.. -- последнее слово он просто выплюнул.
   -- Льер, пойдём домой... -- тихо сказал я, а брат взбеленился:
   -- Ты не слышал меня, под стол ходячий младенец?! Тебе дома нянькину титьку сосать положено, а не дрянь по помойкам пить, в компании гниющих отбросов! Развернулся и домой, пока я тебя пинками не погнал!
   -- Ты как нас назвал?!.. Ты... -- взбесился один из дружков моего эльфёнка.
   В следующее мгновенье Илль отбил ладонью летящий в лицо нож и воткнул в горло наглеца свой меч. Оставшиеся в живых головорезы повскакивали, хватаясь за оружие.
   -- О царственный собрат и враг мой, бессмертный Князь Тьмы Тиемирион, Владыка Извечного Мрака, Страж Ночи и Мастер Смерти! Дашь ли ты мне право на убийство в твоих землях? -- надменно спросил Император, держа окровавленный меч на весу.
   -- О царственный собрат и враг мой, бессмертный Император Света Иллирион, Владыка Вечного Солнца, Страж Дня и Мастер Жизни, -- не менее надменно отвил я. -- Ты будешь в своём праве если хоть кто-нибудь из моих подданных или находящихся здесь посмеет даже взглядом нанести тебе оскорбление или проявить неуважение.
   Илль обвёл таверну таким взглядом, что стало понятно -- малейшее движение в его сторону и вода в порту поменяет цвет на красный. Ублюдки из компании моего сына забыли как дышать, старательно попрятав глаза и почтительно склонившись.
   Льер пнул тело мёртвого друга, роняя его на пол. С любопытством посмотрел как растекается по полу кровь, спокойно поднял взгляд.
   -- Шнырок сам виноват, -- сказал он. -- Я его предупреждал, чтобы не нарывался так часто, иначе довыпендривается. Папа, тебе здесь не место. И вам, Владыка, тоже.
   -- Язык прикуси, щ-щенок! -- прошипел Император Света.
   Эльф шагнул вперёд и точно так же прошипел в лицо моего брата:
   -- А ты заставь меня!..
   -- Льер! Прекрати!
   -- А не то что?! -- окрысился на меня ребёнок.
   -- А не то твой отец разрешит мне тебя выпороть, -- выцедил сквозь зубы Илль.
   -- А сил-то у вас на это хватит, Владыка?..
   Я взглянул в его глаза и пришло жуткое понимание...
   -- Ты ничего им не должен, сын!!! -- рявкнул я, схватив его за ворот. -- Ты слышишь меня?! Ты ничего не должен этим тварям, Льер!!! И всему этому миру ты не должен!!!..
   -- Ты ничего не понимаешь, отец!.. Ты зря оберегал меня так! Тебе стоило хотя бы издалека показать мне, каков этот мир на самом деле!
   Малыш вырвался, отступил. Девочка-служанка все ещё сидела на полу, не смея двинуться с места. Льер поднял её за волосы, приставил нож к горлу.
   -- Знаешь, что сделал мир с тем невинным идиотом, которым я был, отец?..
   Безумие поднялось со дна его зрачков. Илль едва успел отвести нож и выхватить девушку из рук эльфа, и теперь срочно залечивал её рану на горле. На мои глаза упала алая пелена.
   -- Льер!!!
   Рука сама собой замахнулась для удара... И я не успел остановиться, Льер не успел увернуться...
   Он распластался по полу и больше не встал. Ярость спала так же резко, как и накатила. Меня колотило крупной дрожью. Илль оставил девушку, бросился к Льеру.
   -- Ти!!! Что ты наделал, недоумок?!
   Малыш не дышал. Своим ударом я сломал своему сыну его слишком хрупкую шею.
   -- Ли!!! Во имя Бездны нашей матери, верни его!!!
   Иллирион бросил мне свой меч и коротко сказал:
   -- Связка Смерти.
   Узами Тьмы мгновенно сковав четвёрку оставшихся "друзей" Льера, я убил каждого самым болезненным из доступных и быстрых способов. Всю Смерть, что я вдохнул, пока убивал, я отдавал брату. Он преобразовывал её в Жизнь и вливал в Льера.
   Минуты тянулись часами. В какой-то момент Илль отнял ладони от его тела и поднялся.
   -- Ещё?.. -- с отчаяньем спросил я, приготовив меч для новых убийств.
   -- Бесполезно... -- качнул головой Мастер Жизни.
   Втянув воздух сквозь сжатые зубы, я опустился на колени и крепко обнял своего малыша.
   -- Ли! Ты же способен возвращать умерших к жизни!
   -- Ти, я не могу вернуть того, кто убил всю душу... -- устало ответил Илль. -- Прости меня, брат...
   Отчаянье и невыносимая боль прорвалось коротким воем. Внутри всё рвалось на куски и ледяная сосущая пустота лишала остатков души. Гладя эльфенка по лицу и спутанным кудрям, я шептал как в бреду, а по лицу сами собой впервые за сотни лет катились слёзы:
   -- Прости меня, сынок, прости...
   А тёмные кудри светлели под моими руками до золотистого света и разглаживались черты... Он становился прежним... Только рваный шрам на лице так и остался.
   -- Он и правда Чистый Свет...
   Я с трудом понял смысл слов брата, но вдруг полыхнула дикая надежда, что мой Свет вернётся к жизни!.. Но так и угасла... Потому что малыш был мёртв. Убит моей рукой.
  
  
   Под мыльной плёнкой экранирующего поля, на простыне из вечных цветов в саду, где стоял древний фонтан с нимфой и дельфином, лежал мой сын. Тела бессмертных нетленны и таковым был мой малыш. Стоя на коленях перед его могилой, я молчал. Он словно спал, юноша-эльф с полуулыбкой на губах, я не мог поверить в его смерть!
   -- Ти... -- брат сел рядом. -- Поехали ко мне, а? Отойдёшь, восстановишь силы.
   -- Нет, Ли, -- отрицательно качнул головой я. -- Собирай войска, утопим в крови Сумеречных тварей.
   Брат скрипнул зубами, сплетённые на колене пальцы побелели.
   -- Я выиграю для тебя эту битву. Но поклянись мне, что ты сохранишь свою жизнь.
   -- Не могу тебе этого обещать, Ли.
   -- Если не поклянёшься -- воевать пойдёшь без моей армии! Я один пойду с тобой!
   Я повернулся и встретился взглядом с его небесными очами. Мастер Жизни был очень зол.
   -- Клянусь матерью нашей Бездной, что сохраню свою жизнь, -- слова помимо воли сорвались с языка. -- И твою заодно, светлый упрямец.
   Ли откинулся, облокотившись на один из валунов, окружавших могилу Льера. Мы потратил все свои резервы, создавая для малыша это последнее ложе и Иллирион вложил не меньше сил чем я.
   -- Я ненавижу Сумрак, -- сказал Илль. -- Эта мерзость высосала его душу и утопила в безумии, какое нам с тобой и не снилось, брат. Я всё это видел и пережил, когда пытался его вернуть. Я испугался, Ти, это только моя вина, что я не смог его вернуть. Этот ужас едва не выжег мне сердце и разум. Мы ведь оба безумцы, но Сумрак... -- брата передёрнуло от отвращения. Он взглянул на меня и крепко сжал ладонью моё плечо. -- Не плачь, Князь Тьмы. Для слёз есть Свет... Мрак не должен плакать.
  
   Наверное впервые за три тысячи лет Свет и Тьма сражались вместе. Никогда не забуду, как ржал Илль над мордами военачальников, которым сообщили, что сражаться они буду не друг против друга, а на одной стороне против общего врага! Даже наличие этих самых военачальников в непосредственной близости не остановило моего безбашенного братца.
   А потом мы сражались как безумные спина к спине, бок обок. Не за Свет и не за Тьму. Убивали ради крови, чтобы утопить свою боль, свою вину. За то, что не сберёг, за то, что не оживил. Жестокость Стража Дня не знала границ, моя жажда мести не знала утоления. Мы пили кровь вместо воды и хохотали, убивая врагов голыми руками. Мастер Жизни и Мастер Смерти -- суть есть одно...
   Однажды я очнулся посреди сражения. Сдержав занёсённый для удара меч, я позволил солдату убежать и огляделся. Мы взяли штурмом город и теперь убивали защитников, пытавшихся его отбить. Мой брат сражался как одержимый, мы вдвоём вырвались далеко вперёд нашего войска и солдаты врага, те, кто не находил смерть под нашими клинками, бежали в панике. Противник отступал. Иллирион поднял своего белого, забрызганного кровью коня на дыбы и страшно крикнул:
   -- Никого не щадить!!!
   Он обернулся и я увидел алое безумие в его глазах, безумие в его искажённых болью и ненавистью чертах. Не то безумие крови, что было присуще нам обоим, нет, совсем другое... Мне стало страшно.
   -- Илль!!! Илль!!! -- послав коня за ним в галоп, я пытался докричаться до него. -- Стой!!! Остановись!!!
   -- Вперёд!!!
   Я придержал коня и протрубил в боевой рог отбой преследованию. Брат развернулся и остановил коня корпус в корпус с моим.
   -- Что ты делаешь, Тиен?!
   -- Илль, остановись!!! Что ты делаешь с собой, брат?!
   -- Я хочу убить их всех, Тиен!!! Эти твари не имеют права на жизнь!!! Помоги мне или не мешай!!!
   -- Илль, я прошу тебя, остановись! Мы сожжём их всех до последнего пса, но сейчас, остановись! Ты не справишься!!!
   Илль вдруг страшно закричал, плащ за спиной превратился в пламя, обретая форму крыл, Корона Света засияла ослепительно, озаряя всё вокруг. Раненые воины, попавшие под эти лучи, вставали здоровыми. Он вспыхнул как маленькое солнце, ослепляя всех, кто его видел. Всех, кроме меня.
   -- Я уже не справился, Ти!!! Я не справился, когда не спас малыша!!!
   Белые крылья были мертвы. Корона резала кожу на лбу, заливая глаза кровью, собственные золотые волосы оставляли ожоги. Я спрыгнул со своего чёрного коня, стащил и его на землю. А я ведь и не знал, что он так глубоко прочёл Льера, и как неотвратимо это сжигало его пылкое сердце и светлую душу. Только сейчас увидел, после трёх лет кровавой войны. Ох, я слепой недоумок!
   -- Илль, -- я смотрел ему в глаза, крепко держа. -- Ты не виноват, Илль. Ты и не смог бы...
   -- Я не могу больше! -- отчаянно крикнул брат. -- Оно сводит меня с ума! Всё, что я видел -- правда, пусть я перестану быть Светом, но уничтожу!!!..
   Мне ничего не оставалось, как вспыхнуть Тьмой. Потоками Мрака за спиной струился живой плащ, поглощала свет Корона Тьмы. Те раненые, кто не успел излечиться, умирали от теней, которые струились от меня. Брат сиял, а я... тоже, наверное, сиял. Только Тьмой. Ну как это ещё назвать?..
   -- Тогда сразись со мной.
   Брат перестал вырываться, обвис на моих руках безвольной куклой. Выронил окровавленный меч.
   -- Нет. Больше я никогда не буду сражаться с тобой, -- прошептал он. Вскинул глаза, подался вперёд: -- Но я не могу больше!..
   -- Уж тебя-то я сумею защитить, брат, -- сказал я. -- Даже от тебя самого.
   И вырвал из его души ростки Сумрачного безумия и выжег язвы, который увидел, когда Ли засиял в полную силу. Как же оно тебя искалечило, брат мой...
   С этого поля боя я выносил Императора Света, Стража Дня и Мастера Жизни на руках. Мы ещё поубиваем их всех, но я не позволю тебе окунуться в мутную, отвратительную мерзость под названием Сумрак Первое дитя Хаоса. Для этого есть я, брат мой Свет. Для этого есть я...
  
   Ли сидел на холме, обняв колени и положив на них подбородок. Я поднялся к нему и сел рядом.
   -- Знаешь, о чём я тут подумал, Ти? -- брат глядел в даль, и я с радостью обнаружил, что в его синих очах уже не осталось той непроглядной боли, что была вначале.
   -- О чем?
   Он повернулся, склонив голову набок, озорные искорки плясали в его глазах.
   -- Давай поменяемся местами? Давай ты будешь править в моей Империи, а я в твоей!
   Я подавился и расхохотался.
   -- И как ты это себе представляешь, Ли?! Князь Тьмы в Империи Света!..
   -- Как был, так и есть дурак! Мы же близнецы! Нам достаточно одеждой поменяться! А цвет волос и глаз -- дело поправимое.
   Он тряхнул золотой шевелюрой и волосы приобрели цвет вороного крыла.
   -- Ли! Я седой!
   -- Вот уж седым я быть не согласен! Ничего, сделаем вид, что ты опять резко помолодел и восстановился. И не позорь мою молодость своей старостью! Быстро сбрось лет двадцать! Ну Ти, ну что тебе стоит? Давай хоть ненадолго, ты наведёшь порядок в моей Империи, а я в твоей. Моих светлых не помешало бы отучить от излишней фамильярности, это только тебе под силу. А твоих тёмных давно стоит растормошить и отучить от доходящей до абсурда церемональности и официоза! И всё будет к обоюдной пользе!
   От смеха уже даже икалось с трудом. Кое-как вернув себе способность к связной речи и повытирав выступившие слёзы, я ответил:
   -- Ну, если ты так просишь... не могу тебе отказать.
   -- Вот увидишь, тебе понравиться! Это будет весело!
   -- Да уж, особенно моим несчастным подданным! А уж ты-то как развлечёшься!..
   Всегда подозревал, что у этого вечного юноши шило в заду. И не одно...
  
   Ещё через год от Сумрака мы оставили жалкий огрызок. Жаль не удалось выловить и убить Королеву, она сбежала так, что даже объединённая разведка не смогла найти следов этой суки.
   -- Найдётся, тварь, никуда не денется, -- высказался по этому поводу Ли. -- Мы ждать умеем.
   -- Тогда поехали домой, -- не замедлил я внести свой предложение.
   -- Ко мне? К тебе?
   -- Ко мне ближе...
   И мы вернулись в мою Цитадель -- отсыпаться, отъедаться, отпиваться и отвыкать от войны.
   Только сад я обходил стороной.
  
   Этой ночью светила полная луна и мне не спалось. Судя по разгорающемуся пожару в порту (горел один из кораблей контрабандистов из тех, что привозят в мой город запрещённый дурман) брат развлекался в городе. Опять мне всю воду в порту трупами забросает, псих несчастный. Ну так и вижу его невинную морду и слышу оправдание: "Да я же рыбок кормил! А то они у тебя что-то худые...".
   Не задумываясь о том, куда несут меня ноги, я бродил по спящей Цитадели. И остановился перед входом в сад. Я целую вечность, прежде чем сделать шаг, стоял и смотрел на малую резную арку, бездумно изучая причудливый узор вырезанных в камне вьюнков.
   Остановившись на краю небольшой поляны, долго не решался даже поднять взгляд. Но всё же решился...
   Она сидела на краю последней ложи и с нежной улыбкой смотрела на моего сына. На её сына. Она взглянула на меня и провела ладонью по едва видимой, слабо мерцающей экранирующей плёнке. Ноги сами поднесли меня ближе и плёнка спала от моего прикосновения.
   -- Красивый получился малыш, -- звенящий едва слышный голосок призрачной графини мог мне почудиться.
   Боль сдавила сердце с такой силой, что едва удалось сдержать стон. Встав перед ней на колени, я прошептал:
   -- Лиара, я заслужил твоего проклятия! Я заслужил твоей мести! Я, а не Льер!.. Он не был виноват ни в чём!.. Ну почему же его?! Его, а не меня?!..
   Тонкая ладошка легла на моё лицо и я поднял взгляд. Она озабочено хмурила бровки, а в омутах глаз я прочёл так много...
   -- Верни его, Лиара! Верни, если можешь!.. Молю тебя... Да, я согласен отдать свою жизнь!
   Она улыбнулась, призрачной рукой крепко сжала моё запястье, склонилась и поцеловала высокий лоб сына. В этот миг, мне показалось, что я лишился руки и все силы уходят как в пропасть. Когда она разжала свою ладошку, сил у меня было меньше, чем у новорожденного котёнка.
   -- Жди... -- тихий голос ночным ветерком прошелестел в воздухе и она исчезла.
   Я так и просидел до утра, привалившись к камням, то соскальзывая в сон, то просыпаясь от кошмаров.
   С рассветом ввалился братец, обнаружил мою полудохлую тушу и щедро поделился силами.
   -- Развлекался? -- хмуро поинтересовался я, кивнув в сторону порта.
   Илль тут же состроил саму невинность.
   Мы сидели в саду до самого восхода. Когда первые лучи упали на моего эльфёнка, брат вдруг насторожился и спросил:
   -- Ты снял плёнку?
   -- Снял, снял... -- кивнул я.
   А Льер глубоко вздохнул, потянулся, протяжно зевнул и сел. Я забыл как дышать и только отвисшая челюсть брата доказывала, что это не мои глюки. А эльф посмотрел на солнце, смешно чихнул, резво вскочил и бросился ко мне.
   -- Папа!
   Я крепко обнял сына.
   -- Живой, живой... -- против воли шептал я, глядя золотистые кудри. -- Жив, малыш!..
   -- Ти, как ты смог?!.. -- обалдело выдавил из себя брат.
   -- Да я тут не причём, Ли, -- ответил я, слегка отстранив от себя сына и заглядывая тому в глаза. -- Его спасла его мать.
   -- Я её видел, -- покивал ребёнок. -- Но она сказала, что это ты отдал за меня жизнь.
   -- Льер... ты всё помнишь?.. -- задал я опасный, но необходимый вопрос.
   -- Помню, -- тут же нахмурился эльфёнок. -- Но это уже не важно. Теперь я буду сильней. Пап... пап, ты чего?.. Пап, ну все же хорошо! Правда, всё хорошо!
   А я сквозь мутную пелену смотрел на сына и дикой болью сдавливало сердце и душу. Как же мне теперь тебя защитить, малыш?!..
   -- Ти! Брат! Вот иметь твой Мрак налево!!! У тебя же сейчас сердце откажет!..
  
   Теперь в нашем мире стало весело. Мы поменялись местами и я увёз Льера в Империю Света, где и правлю светлыми придурками в образе Илля. Сам Илль побыл со мной всего пару месяцев и рванул в Тёмные Земли ("А что ты хотел, Ти?! У тебя веселей!"), естественно, в моём образе. Тьму и Свет серьёзно лихорадит от наших развлечений и нарушений всех мыслимых и немыслимых Законов Мироздания и Законов Демиурга, на которые мы вообще плевать хотели.
   Отныне в чёрном небе ночи сияют звёзды. Звёзды, которых никогда не было в идеально чёрных небесах. Все эти далёкие солнца в бесконечности запредельного холода тьмы -- мой Льер, Чистый Свет и Тьма в одном лице, перекроивший Мироздание так, как ему того хотелось. Так, чтобы он мог жить во тьме и не погибнуть. Так, чтобы и тьме больше не жилось без него...
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   13
  
  
  
  


РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  Д.Деев "Я – другой" (ЛитРПГ) | | Н.Любимка "Пятый факультет" (Боевое фэнтези) | | В.Соколов "Обезбашенный спецназ. Мажор 2" (Боевик) | | Л.Каримова "Вдова для лорда" (Любовное фэнтези) | | Е.Флат "Невеста на одну ночь" (Любовное фэнтези) | | М.Атаманов "Искажающие реальность-4" (ЛитРПГ) | | М.Весенняя "Дикий. Охота на невесту" (Любовное фэнтези) | | А.Каменистый "S-T-I-K-S Шесть дней свободы" (Постапокалипсис) | | Кин "Новый мир 2. Испытание Башни!" (Боевое фэнтези) | | Ф.Вудворт "Замуж второй раз, или Ещё посмотрим, кто из нас попал!" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "То,что делает меня" И.Шевченко "Осторожно,женское фэнтези!" С.Лысак "Характерник" Д.Смекалин "Лишний на Земле лишних" С.Давыдов "Один из Рода" В.Неклюдов "Дорогами миров" С.Бакшеев "Формула убийства" Т.Сотер "Птица в клетке" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"