Учитель Александр Ефимович: другие произведения.

Альтернативная история

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
 Ваша оценка:


Альтернативная история

   Предисловие............................................................. 1
   Континент................................................................. 5
   Ывы мараней - "Земля без порока"................................... 17
   Дамба на реке Биррарунг............................................... 30
   К столетию начала Первой мировой войны........................ 41

Предисловие

   Жанр альтернативной истории возник на базе философии постмодернизма. Ведь согласно этой теории и реальная история альтернативна. Другими словами, можно сформулировать несколько внутренне не противоречивых и достаточно убедительных "альтернативных нарративов" об историческом прошлом, так чтобы невозможно было бы доказать достоверность только одного из них и опровергнуть все остальные. Однако, на практике, почти все альтернативные истории, так же, впрочем, как и исторические "альтернативные нарративы", мотивированы ущемленными националистическими пристрастиями их авторов, и, поэтому никому до сих пор не пришло в голову задуматься о том, что бы произошло, если бы европейской экспансии раннего нового времени не случилось.
   Между тем, до конца 15-го века было совершенно не очевидно, что именно Европа внезапно вырвется вперед и в считанные десятилетия подчинит себе практически весь мир. В 1453 году пал Константинополь - последний оплот христианства на Балканах, мусульманские флоты Шираза, Омана и Малакки безраздельно господствовали на Индийском океане. Единственно, кто им противостоял, были китайцы, которые снарядили между 1405 и 1433 годами семь морских экспедиций в Индию, Аравию и Восточную Африку, в ходе которых они завоевали Суматру и Цейлон. Даже единственный успешный проект христианской Европы - испанская реконкиста - не был еще завершен, и в 1450 году мусульманская Гранада была крупнейшим городом Европы. И вдруг, к концу века все внезапно изменилось: в 1492 году Колумб открыл Америку, в 1498 году Васко да Гама открыл морской путь в Индию. Уже в 1494 Испания и Португалия поделили между собой весь мир по "линии Тордесильяс", оставив неоткрытую еще Бразилию Португалии, а весь остальной американский континент - Испании. Восточная граница сфер влияния двух тогдашних сверхдержав демаркирована не была, но, на практике, она прошла по Южно-китайскому морю, между Филиппинскими островами и Макао. Причем не следует забывать, что никакого технологического преимущества Европа тогда не имела - китайские флоты на Индийском океане намного превосходили испанские и португальские и по числу кораблей и по их размерам. В китайских экспедициях участвовало от 249 до 317 кораблей, включая от 40 до 60 гигантских шестимачтовых кораблей по 127 метров в длину, в то время как, у Колумба было три каравеллы по 26 метров длины, а у Васко да Гама - четыре таких же каравеллы. Столкновения между Китаем и Португалией за господство на Индийском океане не произошло по чистой случайности: в 1449 году монголы разгромили китайскую армию, взяв в плен императора, и ресурсы династии Мин были перенаправлены с морской экспансии на строительство Великой Китайской стены. Мусульманская и китайская артиллерия тоже ничуть не уступала европейской: китайцы ее сами и изобрели, а европейцы заимствовали легкую полевую артиллерию у арабов на Пиренейском полуострове, а тяжелую осадную - у турок на Балканах. Так что переход Европы к машинной цивилизации в конце 18-го - начале 19-го века был следствием ее мирового господства, а не его причиной.
   Попробуем теперь представить, что произошло бы, если бы в силу какого-то сплетения достаточно случайных и незначительных обстоятельств европейская экспансия конца 15-го века не началась. Для того, чтобы Американский континент и Австралия остались в изоляции, необходимо еще одно допущение - что никто за последние 500 лет не заменил Европу в роли претендента на мировое господство. Наиболее вероятным претендентом на эту роль была бы, по всей видимости, Япония, но ее развитие было бы, в таком случае, гораздо более медленным, чем в реальности. Изоляция Австралии в реальной истории более удивительна, чем изоляция Американского континента: последний отделен от внешнего мира двумя океанами, и, хотя азиатско-американские контакты никогда не прекращались в районе Берингова пролива, сама северо-восточная Азия находилась в изоляции вплоть до 17-го века. Австралия же находится в пределах досягаемости от островов Индонезии, выходцы из которой заселили огромное пространство от острова Пасхи до Мадагаскара. Несмотря на это, индонезийские рыбаки из Макассара на острове Сулавеси начали посещать северное побережье Австралии только в 18-м веке, уже при голландской колониальной власти в Индонезии.
   Предлагаемые здесь вниманию читателя три рассказа рассматривают именно такую возможность. Не вникая в судьбы Старого Света, я задался целью задуматься, как сложилась бы история Северной и Южной Америки и Австралии, останься они в изоляции от внешнего мира до наших дней (начала 21-го века). При этом я руководствовался несколькими принципами. Во-первых, я стремился свести к минимуму разницу между реальной и альтернативной историей, исходя из предположения, что географические условия и природные ресурсы важнее смены культур и народов. Большие города: Новый Орлеан, Майями, Сиэтл, Буэнос Айрес, Сан Паулу, Рио де Жанейро, Мельбурн - находятся у меня там же, где и в действительности, дихотомия рабовладельческого Юга и свободного Севера на территории современного США сохраняется, социальный строй иезуитских миссий в районе Рио де ла Плата возникает самостоятельно без всяких иезуитов.
   Во-вторых, я пользовался аналогиями из реальной древней истории Старого света. Великие цивилизации Мексики и Перу приходят у меня в упадок (цивилизация майя уже пришла в упадок на момент испанского завоевания), и им на смену приходят цивилизации умеренного климата, противостояние кочевых и оседлых цивилизаций возникает и в Южной и в Северной Америке. В последнем допущении мне необходимо было чем-то заменить лошадей, завезенных в Америку европейцами, так что мне пришлось "приручить" бизонов в прериях и гуанако в патагонской пампе, за что я подвергся нареканиям от некоторых читателей. В Австралии кандидатов на эту роль не нашлось, так что пришлось ограничиться южным побережьем континента. С Австралией вообще все сложнее: земледельческие цивилизации древневосточного типа возникли бы там, несомненно, в долине Муррея - единственной большой реки континента, но в реальности единственным оседлым народом, стоящим на пороге земледелия были гундичмара, живущие а берегу океана в современной провинции Виктория. Само по себе это не так уж удивительно - ведь и на Ближнем Востоке земледелие возникло в Чатал-Хююк на юго-востоке Малой Азии и в Иерихоне в долине Иордана, а вовсе не в долинах больших рек. Австралийский парадокс состоит в том, что искусственная ирригация появилась там до земледелия! С Австралией сложнее и по другой причине - первые контакты с английскими колонистами начались на юге континента только в начале 19-го, оставляя всего лишь 200 лет для "неолитической революции". В действительности, для возникновения земледелия потребовалось бы около тысячи лет, но так далеко в будущее закидывать свой альтернативный сюжет я не мог, поскольку все это время Австралия уж точно не осталась бы в изоляции.
   Настоящей целью всех трех рассказов была, разумеется, популяризация культурных ареалов доколониальных Северной Америки, южной части Южной Америки и юго-восточной Австралии. Очерк о Первой мировой войне к этой теме не относится - он включен сюда просто по принципу единства жанра альтернативной истории. Но и там я руководствовался теми же принципами минимального отличия от реальности и аналогиями из реальной истории других эпох - в данном случае - Второй мировой войны.

Континент

Действие происходит в наше время. Ни автору, ни его героям неизвестно, что произошло с Европой к концу 15-го века. В их мире она никакой культурной и геополитической роли не играет.

-1-

      - Великие сахемы, я пришел просить вас о помощи. - Начал посол, подняв над головой трубку мира. 60 сахемов, по десять от каждого народа республики Ходеносауне: онандага, онейда, кайюга, сенека, могавки и тускарора, сидели полукругом на мраморных скамьях в зале совета. В центре зала горел неугасимый огонь, из которого раскуривали трубку мира, за ним - трибуна для ораторов, а по ее сторонам - бронзовые статуи основателей республики: Гайяваты и Дегановеды. Перед ними лицом к залу сидели в креслах два высших магистрата республики: Таваннеарс - Ломающий Иглу и Соносова - Большая Раковина, в коронах с оленьими рогами на головах.
      - Несметные орды Совета Семи Огней наадовесиваг - продолжил посол - спускаются вниз по реке Миссисипи. Они гонят перед собой огромные стада бизонов, перед которыми ничто не может устоять. Пал уже великий город Таос в стране Тива и все окрестные города хопи и зуни разорены. Город Солнца натчезов теперь на очереди. С тех пор как Островная Империя караибов овладела полуостровом Тегеста у наших рубежей, а ее корабли вошли в Чесапикский залив в ваших пределах, Царство Солнца натчезов и республика Ходеносауне - союзники. Великое Солнце и Татуированный Змей послали меня просить вашей помощи. В одиночку нам не справится с ордами наадовесиваг на суше и с флотом караибов на море. Hiro kone ("я сказал правду")! - Последние слова посол натчезов произнес на языке ходеносауне, всю же речь он говорил на языке чироки, служившим общим языком на всем востоке Континента.
      Из зала поднялся на трибуну Тододехо - сахем от народа онандага - и взял трубку мира из рук посла натчезов.
      - Бизонам Держателя Трубки не пройти через наши леса! Мы готовы сотрудничать с Царством Солнца натчезов против Островной Империи караибов, но я не позволю бросить наши легионы под копыта бизонов Совета Семи Огней! -
      В этот момент Соносова поднялся с трона и сказал:
      - Я не оставлю Великое Солнце в беде. Я сам выйду на тропу войны! -
      - По закону республики ни Ломающий Иглу, ни Большая Раковина не имеют права выйти на тропу войны! - ответил Тододехо.
      - Я снимаю рога. Мы - свободная страна! Всякий гражданин республики волен выйти на тропу войны, не спрашивая разрешения совета. Еще посмотрим, сколько добровольцев откликнется на мой зов! - С этими словами Соносова снял с головы корону и положил ее на пустой трон.

-2-

      Город Солнца, столица царства натчезов, был прекрасно укреплен: он располагался между озером Оквата и болотами дельты реки Миссисипи. Но без подвоза продовольствия с бескрайних маисовых полей долины Миссисипи, где без устали трудились тысячи рабов натчезов, он не смог бы долго продержаться. Легион добровольцев Соносовы вошел в город под приветственные крики толпы. Оба царя натчезов: Великое Солнце и Татуированный Змей - вышли навстречу столь желанным союзникам. Храм Солнца и дворцы обоих царей поразили пришельцев своей роскошью: ведь суровые воины ходеносауне привыкли к подчеркнуто скромному стилю столицы республики, городу Освегo. Вскоре гонец сообщил о приближении орд Держателя Трубки, и легион вышел им навстречу. На равнине у деревни Пикайюне еще ничего не было видно, но уже задрожала земля, а затем на горизонте показалось облако пыли - это неслись бизоны Совета Семи Огней. Ужас объял воинов, но Соносова сохранял спокойствие. Когда казавшийся бесконечным поток бизонов приблизился, легион расступился, освобождая проход для стада, а стоявшие у прохода воины выставили вперед факелы. Бизоны, не останавливаясь, ринулись в проход. Когда стадо промчалось, сотрясая землю, показались следовавшие за ним воины наадовесиваг с факелами в руках. Ходеносауне подняли томагавки, воины противника ринулись на них всей толпой, легион выгнулся дугой под их натиском и начал смыкать фланги. Когда кольцо сомкнулось, тут-то и началась резня: никто из сынов великой степи не ушел живым.

-3-

      В городе Майями, столице провинции Тегеста Островной Империи караибов, касик Валимонт, наместник провинции, склонился над картой восточного побережья Континента. Вокруг собрались члены военного совета провинции.
      - Теперь, когда Соносова, вопреки всяким ожиданиям, разгромил Держателя Трубки в битве при Пикайюне, - начал Валимонт - республика Ходеносауне и Царство Солнца объединились против нас. Нечего и мечтать о помощи из Империи: император завяз в бессмысленной войне за Юкатан, и мы здесь предоставлены своей судьбе. Но взгляните на карту: к северу от мыса Наусет расположен большой полуостров Мегумааге, а за ним - морской залив, в который впадает река Каниатарованене. Эта река вытекает из озера Онтарио, на берегу которого лежит столица республики, Освегo. Другими словами, если подняться вверх по этой реке, можно добраться до самого сердца республики силами нашего флота, которому нет равных в мире!
      Вароман, один из членов совета, ответил ему:
      - Ты прав, касик, но северные моря негостеприимны. Наши корабли никогда еще не заходили за мыс Наусет, уверен ли ты, что нам по силам такое дальнее плавание?

-4-

      Поход действительно оказался тяжелым. Привыкшим к тропическим морям караибам пришлось не сладко далеко на севере. Свинцовые волны бросали как щепки гребные суда мореходов Карибского моря. Едва ли половина из 200 кораблей смогла обогнуть полуостров Мегумааге. Особенно жутким оказался небольшой песчаный остров, изогнувшийся дугой у его берегов. Остров был так низок, что его невозможно было разглядеть с моря, и корабли один за другим врезались в него, безнадежно завязая в зыбучих песках. Лишь войдя в устье реки Каниатарованене, мореходы почувствовали себя в относительной безопасности. Но вверх по реке подниматься было тяжелее, чем плыть по океану. Местное население, по крайней мере, держалось приветливо и охотно помогало пришельцам. По берегам реки там и сям лежали живописные деревни "канада", как их там называли, состоящие из берестяных вигвамов. Пройдя полпути от моря до озера, караибы вышли на большой остров посреди реки. Там их ждало горькое разочарование: выше острова шли пороги из гряд камней - пути дальше не было. Но не таков был Валимонт, чтобы какое-либо препятствие остановило его на пути к цели! Касик приказал строить настил из бревен в обход порогов и тащить по нему корабли волоком. К счастью местные жители высоко ценили кубинские сигары и охотно взялись за помощь.
      Наконец все препятствия остались позади, и караибы вышли к истокам реки. Женщины ходеносауне, собравшие в лодках дикорастущий рис у берегов озера Онтарио с ужасом наблюдали, как невиданный в этих краях океанский флот входит в озеро. Клич "Валимонт у ворот!" прогремел по всей республике, и все шесть ее народов дружно встали на защиту отечества. Борьба предстояла не на жизнь, а на смерть.

-5-

      Великое Солнце и Татуированный Змей давали пир в честь союзников, спасших город Солнца от неминуемой гибели. Кленовый сахар лился рекой, и столы ломились от фаршированных рисом индюков. В самый разгар пиршества в зал вбежал гонец и протянул вампум Соносове. Полководец развернул расшитый цветным бисером пояс и начал читать. Лицо его омрачилось.
      - Благодарю вас за гостеприимство, цари натчезов, но я обязан немедленно вернуться на защиту отечества: флот караибов вошел в озеро Онтарио и атаковал нашу столицу. -
      Поднятый по тревоге легион выступил той же ночью. На третий день похода снова задрожала земля, и столь знакомые клубы пыли показались на горизонте, но на этот раз бизоны неслись со всех сторон. Легион занял круговую оборону, но было поздно: смятые копытами несметного стада воины сгрудились в кучу. Тогда из-за спин бизонов вышел вестник и сказал:
      - Храбрые ходеносауне, сдавайтесь! У вас нет больше шансов. -

-6-

      Палатки-типи из бизоньих шкур стояли кольцом в бескрайней степи, а в его центре располагался роскошный шатер Держателя Трубки. Совет Семи Огней - Очхетхи Шаковинг - объединял народы мдевакантон, вахпетон, вахпекуте, сиссетон, янктон, янктонай и тетон. Когда-то во главе их всех стояли четыре вождя, носивших титул Вичхаша Ятапика, но теперь великий воин, Держатель Трубки Вакичхунгза, сосредоточил в своих руках верховную власть. Когда Соносову ввели в шатер, Вакичхунгза курил трубку, полулежа на расшитых подушках. Он пригласил пленника сесть рядом с собой и протянул ему трубку.
      - Ты храбрый воин, Соносова. Никому кроме тебя еще никогда не удавалось остановить моих бизонов. Но теперь мои воины омыли томагавки в соленой воде у города Солнца. Весь Континент от берега до берега - в моей власти! Я верю, что мне суждено стать владыкой мира - блеск безумия промелькнул в его глазах. - Я пойду теперь на юг в царство ацтеков, хочешь служить мне в этом походе?
      - Я служу одной лишь республике - ответил Соносова.
      - Что ж, я уважаю твой выбор. Но тогда я принесу тебя в жертву на острове Ацтлан, что на Большом Соленом озере в стране Юта. Ацтеки когда-то ушли оттуда на юг, а мне нужно заручиться поддержкой их богов. Зимой, когда выпадет снег, я отправлю тебя туда, а пока наслаждайся жизнью. Отведи его к Наквесе - сказал Вакичхунгза стражнику.

-7-

      Войдя в типи, Соносова увидел пару глаз, испуганно глядевших на него из-под шкуры бизона.
      - Не бойся меня, я - пленник Держателя Трубки, Соносова из далекой страны в лесах на Востоке. Я ненадолго нарушу твой покой: Держатель Трубки принесет меня в жертву богам этой зимой. -
      Девушка откинула шкуру бизона, одежды на ней не было. Даже в полумраке типи Соносова был поражен ее красотой.
      - Расскажи мне о себе, красавица.
      - Меня зовут Наквесе, я - дочь князя Цунгани с острова Эутлет далеко на западе. Меня взяли в плен береговые салиш и отправили в подарок Держателю Трубки. -
      Так судьба свела этих двух уроженцев противоположных берегов Континента. Потом Наквесе еще много рассказывала Соносове о своем мире: ни на что не похожем, диковинном мире прибрежных островов, отважных мореходов, суровых рыцарей, закованных в медные доспехи, мире гордых князей, живущих в каменных замках и соревнующихся в щедрости. Но с первым снегом сани, запряженные в бизона, понесли стрелой Соносову и его подругу навстречу смерти.

-8-

      Пирамида на острове Ацтлан стала видна уже с берега. На ее вершине жрец вырывал сердца из груди еще живых жертв и бросал их на алтарь кровожадных ацтекских богов. До начала церемонии узников поселили в одной из семи пещер острова. Ночью дверь распахнулась, и в пещеру вошел ацтекский жрец Чикомоцток.
   0x01 graphic
   Чикомоцток на острове Ацтлан среди семи пещер
      - Что затеял Держатель Трубки? Для чего он прислал тебя сюда?
      - Вакичхунгза собирается в поход на царство ацтеков и ему нужна поддержка ваших богов.
      - Так вот оно что! Я не останусь перед тобой в долгу, сын мой. Бегите на родину твоей подруги. Я принесу в жертву другого пленника, и посланцы Держателя Трубки ничего не заметят.
      - Но как же ты объяснишь исчезновение девушки?
      - Ничего не бойся, временные подруги жертв по обычаю навсегда остаются служить в нашем храме. На Западе в ходу медные деньги, и я дам тебе их сколько потребуется, чтобы добраться до города Сиэлт на берегу моря.

-9-

      Все произошло так, как сказал жрец. Неподалеку от Большого Соленого озера протекала река Саптин. Достигнув ее берегов, беглецы купили у местных жителей лодку и спустились на ней почти до самых окрестностей торгового города Сиэлт у извилистого фиорда. До острова Эутлет оттуда было рукой подать, оставалось только пересечь морской пролив. Пока беглецы обдумывали, стоя над скалистым берегом, где им найти корабль, словно из-под земли перед ними выросли рыцари квакиютль в медных доспехах. Поклонившись Наквесе, один из них сказал:
      - Чикомоцток заранее сообщил твоему отцу, принцесса, о твоем скором прибытии, и князь прислал корабль за тобой.

-10-

     0x01 graphic
   свадьба квакиютль
   По случаю свадьбы дочери и ее спасителя, как в сказке явившегося из-за тридевяти земель, князь Цунгани объявил потлач. На клич отозвались князь Лелуска из соседнего замка и князь Койе с островов Хайда Гвай. На состязание князей собрались тысячи людей со всех островов северо-западного побережья. В начале соперники раздавали всем желающим медные диски, служащие здесь деньгами, потом в ход пошли корабли, стада коз, оружие, рабы. Азарт рос по ходу состязания: зрители бились об заклад на победителя, все время повышая ставки. На третий день потлача, на всем протяжении которого Цунгани кормил и поил всех присутствующих, стало ясно, что князь хайда победил. Проигравший, понурив голову, начал взбираться на скалу, чтобы броситься оттуда в морскую пучину, но он не успел подняться на ее вершину. Оглушительный гудок раздался со стороны залива: из открытого моря к берегу приближался огромный черный корабль с дымящими трубами. Могучие океанские суда квакиютль и хайда казались на его фоне утлыми лодками. Пушки на борту черного корабля развернулись в сторону берега и дали приветственный залп. Толпа на берегу оцепенела от ужаса. Тем временем, от корабля отделилась шлюпка под белым флагом с красным кругом посредине и направилась к берегу. Когда она причалила, из шлюпки вышел человек в странном мундире и, воткнув в землю флаг, что-то сказал на непонятном языке. Гребцы в шлюпке закричали - Банзай! - подняв руки в сторону солнца.
      Словарь:
      Ацтлан - легендарная прародина ацтеков. Здесь - остров Антилопа на Большом Соленом озере в штате Юта
      Каниатарованене - река Св. Лаврентия
      Мегумааге - Новая Шотландия
      наадовесиваг - сиу
      Наусет - Кейп Код
      Оквата - озеро Понтшартрен у Нового Орлеана
      Cаптин - река Снейк
      Сиэлт - Сиэтл
      Таос - пуэбло в штате Нью Мексико
      Тегеста - Флорида
      Хайда Гвай - острова Королевы Шарлотты
      ходеносауне - ирокезы
      Эутлет - остров Ванкувер
     

Ывы мараней - "Земля без порока"

Действие происходит в наше время. Ни автору, ни его героям неизвестно, что произошло с Европой к концу 15-го века. В их мире она никакой культурной и геополитической роли не играет.

      Гребной корабль под белым косым парусом чайкой летел по залитому солнцем заливу. Еще издали стал виден огонь на вершине высокой башни маяка на входе в порт города Ывыту Марангату - "Добрый Ветер" - самого южного города Двадцатиградья народа ава. Большинство остальных городов Двадцатиградья располагались в междуречье, образованном великой рекой Парана - "Мать Океана", и рекой Уругвай. Все города Двадцатиградья были построены по одному плану - в форме четырехугольника, обрамляющего центральную площадь. Одну сторону четырехугольника составляло гигантское здание храма бога-покровителя города с примыкающими к нему складами зерна и других продуктов, гончарными, текстильными и кузнечными мастерскими. В том же комплексе зданий находились дворцы правителей города: жреца - пайе и военного вождя - тувича. Власть пайе была наследственной, а тувичу выбирали из среды родовой аристократии - мбойя. Тут же неподалеку располагался Коты Гвасу - "Большой Дом", в котором жили незамужние женщины с детьми, вдовы и сироты. Три других стороны четырехугольника составляли каменные жилые дома простых горожан.
  
   0x01 graphic
   руины церкви в Сан Игнасио Мини, Аргентина, провинция Мисьонес
   0x01 graphic
   Сан Игнасио Мини, общий вид
   Все земли каждого города делились на две части: тупа мбаэ - "земли бога", которые обрабатывали рабочие отряды горожан в порядке трудовой повинности, и ава мбаэ - "земли людей", состоящие из семейных участков местных жителей. Каждый город с окружающими его маисовыми полями, табачными плантациями и рощами кустарника каа, из листьев которого делали местный чай, представлял собой самостоятельное государство. Каждому городу также принадлежало несколько ферм для разведения тапиров, лежащих, как правило, далеко от города, так что горожане работали там по очереди. Города нередко воевали друг с другом, но все же все они входили довольно аморфную федерацию Двадцатиградья, объединенную общим культом верховного бога Няманду в центральном храме города Итапуа. В случае серьезной угрозы все города федерации выбирали верховного военного вождя - мбурувича гвасу, должность которого была временной. Когда-то в незапамятные времена ава завоевали междуречье, вытеснив оттуда народ чарруа, который ушел на восток и поселился на северном берегу "Залива Серебра" - Итаты Параапыте. Дальше на восток лежали два огромных города народа тупи: Гуанабара и Пиратининга. Оба города были рабовладельческими республиками и постоянно воевали друг с другом. Частые рейды охотников за рабами из города Пиратининга были едва ли не главной опасностью для городов ава. К северу от Двадцатиградья лежали непроходимые леса, населенные дикими племенами араваков. На западе за болотами Чако жили воинственные чиригуано, говорившие тоже на языке ава. Около двухсот лет назад эти чиригуано разрушили огромную империю Белого Царя, расположенную в горах еще дальше на западе. На юге жили "жирные люди" кыранди, которых ава так называли, не потому что они были тучного телосложения, а потому что они натирали тело жиром для защиты от холода. Еще дальше на юг обитали племена кочевников гюнюн-а-кюна, а за ними, на крайнем юге, лежала страна великанов аоникенк. Такова была ойкумена народа ава, а о том, что делалось за ее пределами, у них были весьма смутные представления.
   0x01 graphic
   патагонская женщина с ребенком и капитан Байрон
      Когда корабль пришвартовался к берегу, с него сошел молодой человек со связкой деревянных табличек и направился к храму. Прибытие корабля вызвало большое оживление в городе: по всему было видно, что его с нетерпением ждали, стража проворно расступалась перед пришельцем, а внутри храма его встретил сам пайе Гвайяпи. Молодой человек опустился перед ним на колени и сказал, протягивая ему связку табличек:
      - Черува ("отец мой"), вот отчет об экспедиции. Но самое главное - это то, что я открыл за страной великанов пролив, соединяющий наше море с западным океаном. Морской путь в страну Белого Царя найден!
      Дело в том, что, когда чиригуано свергли Белого Царя, несметные сокровища империи инков рекой потекли на восток, достигнув и Двадцатиградья. Но чиригуано ревниво хранили свою монополию на контроль над потоком золота и серебра из бывшей страны Белого Царя и не пропускали никого на ее территорию. Поэтому ава издавна стремились найти морской путь в западный океан. Влияние культур андского нагорья на них было немалым: иероглифы, которыми был записан доклад Парангари (так звали молодого человека) на деревянных табличках, тоже были заимствованы оттуда. Создав свою империю, инки запретили это письмо, но после нашествия чиригуано местные народы, освобожденные от ненавистного ига, вновь стали им пользоваться, и оно широко распространилось по континенту.
      Гвайяпи обнял за плечи Парангари и сказал ему: - Ты совершил великое дело, сын мой. Встань, Парангари, нам нужно поговорить. - Парангари поднялся с колен, и жрец увел его в одну из комнат храма. Там оба расположились в креслах, и Гвайяпи сказал: - Пока ты плавал на юг, новая опасность объявилась у наших рубежей: мапуче словно потоп растеклись по всей великой степи, подчинив себе и кыранди, и гюнюн-а-кюна, и даже великанов аоникенк. Теперь вся эта несметная орда готова обрушиться на нас. Тебе не придется долго отдыхать, я прошу тебя завтра утром отправиться в город Япейю просить о помощи.
   0x01 graphic
   мапуче (арауканы)
      Мапуче когда-то жили на берегу западного океана, к югу от империи инков, но с тех пор как они изобрели колесо и стали строить боевые колесницы, запряженные в гуанако, никто из кочевых племен великой степи не мог устоять перед ними. Гвайяпи написал на деревянной табличке письмо правителям города Япейю, лежавшего на нижнем течении Параны к северу от Ывыту Марангату. Туда-то и отправился Парангари на своем корабле. Оба правителя города были не на шутку напуганы перспективой нашествия кочевников и сразу же отправили вестника в Итапуа с предложением о срочном созыве совета федерации. Тем временем, ополчение Япейю выступило на юг на защиту Ывыту Марангату. Но было поздно! Приближаясь к городу, воины увидели на горизонте клубы дыма: город горел, взятый штурмом несметными ордами мапуче и подчиненных ими кочевниками великой степи. Нужно было как можно скорее уносить ноги, но и это сделать уже не удалось. Клубы пыли затмили дым пожара: на отряд неслись во весь опор передовые колесницы мапуче. Каждая колесница была запряжена в четверку быстроногих гуанако, и в них стояло по два воина: возница и лучник, вооруженный также и боевым топором. Напрасно Парангари заклинал союзников держать строй и, взяв на копья гуанако, остановить колесницы. Никогда не видевшие колесниц ополченцы разбежались, бросив оружие. Сам Парангари едва спасся, добравшись вплавь до стоявшего на траверсе Параны корабля.
      Вся надежды была теперь на совет федерации в Итапуа. Но падение Ывыту Марангату и капитуляция Япейю произвели деморализующее впечатление на собравшихся там представителей остальных городов. После кратких дебатов решено было отправить делегацию к верховному вождю мапуче, Держателю Топора, Гальварино, для обсуждения условий капитуляции. Гальварино милостиво встретил делегатов и выдвинул достаточно мягкие условия: он назначал своего сына Лаутаро верховным правителем Двадцатиградья, которое обязалось платить мапуче дань маисом, табаком и чаем каа. Вернувшись в Итапуа, делегаты объявили эти условия собранию. Один за другим представители городов принимали их безоговорочно. Последним слово взял Парангари, представлявший несуществующий уже город:
      - Когда-то в глубокой древности, до того, как мы заселили междуречье и построили наши города, ава переселялись с места на место в поисках Ывы Мараней - Земли без Порока. Потом мы осели здесь и оставили эти вечные поиски. Мне кажется, что пришло время вспомнить о них. Когда я отправился на юг на поиски морского пути в западный океан, я открыл по дороге необитаемые острова. Они лежат вне досягаемости колесниц Держателя Топора. Я не готов жить под властью чужеземцев и хочу отправиться туда. Кто из вас готов присоединиться ко мне? Я не обещаю вам ничего кроме свободы. Не знаю даже, выживем ли мы на холодном юге, но мне свобода дороже жизни.
      Около пятисот человек, включая женщин и детей, откликнулись на зов Парангари, и небольшая флотилия из пяти кораблей отправилась вниз по течению Параны в далекое и опасное плавание.
      Спустя месяц они добрались до цели. Ни жрецов, ни аристократов среди поселенцев не было, и они ввели на островах народовластие. Общее собрание всех взрослых мужчин решало все вопросы, и его решения имели силу закона. Поэтому сами острова Парангари предложил назвать Ывыпорапуа - "Народными Островами". Острова оказались не совсем необитаемыми: на них жило несколько сот людей ямана, которые большей частью обитали в лодках, занимаясь рыболовством и морским промыслом. Ямана славились тем, что даже в сильный мороз ходили совершенно голыми. Маис на острове не рос, и едва ли не единственным способом существования пришельцам представлялось разведение гуанако, которых можно было бы пасти на обширных лугах, покрытых сочной травой. Но ава не умели пасти гуанако, и собрание решило отправить экспедицию на материк в страну великанов. Корабли вернулись с целым стадом гуанако и несколькими пленными великанами аоникенк, которых ава обратили в рабов и использовали как пастухов. Вскоре возникла новая проблема: ямана начали охотиться на гуанако, не понимая, что эти животные могут быть домашними. Тогда собрание решило избавиться раз и навсегда от этой напасти, истребив всех ямана до последнего человека. Это решение выполнялось с методичной жестокостью: на ямана охотились с собаками, как на диких зверей. Однажды, возвращаясь из такого похода, Парангари отстал от своих спутников и вдруг услышал какой-то шорох в кустах. Раздвинув кусты копьем, он увидел голую девушку ямана. Оба долго смотрели друг на друга, наконец, Парангари опустил копье и протянул девушке руку. Он привел девушку, которую звали, как выяснилось, Каманакар, к себе домой и оставил у себя жить.
   0x01 graphic
   Каманакар
   Когда остальным поселенцам стало известно, что Парангари спас и приютил девушку ямана, они созвали народное собрание. Парангари сказал в свое оправдание: - Когда-то в далеком прошлом, когда мы завоевывали междуречье, в нашем обычае было брать в жены пленных женщин араваков и чарруа. Все мы потомки этих женщин. Чем же женщины ямана хуже их?
      - Дело не в том, лучше женщины ямана или хуже других, а в том, что ты нарушил решение народного собрания. - Таков был ответ.
      Собрание большинством голосов приговорило Парангари к изгнанию. Трудно сказать, чего в этом приговоре было больше: заботы о неукоснительном исполнении законов, или опасения, что личный авторитет Парангари может со временем стать опасным для народовластия на островах.
      Каманакар рассказала Парангари, что когда-то ямана жили на островах крайнего юга континента, за проливом, соединяющим восточный океан с западным. Но несколько сотен лет назад селькьнам выгнали их оттуда. Некоторые ямана уплыли тогда на север, на острова Ывыпорапуа, но большая их часть переселилась на юг, где далеко за морем они открыли большой необитаемый материк. Девушка и предложила отправиться туда вдвоем. Парангари терять было нечего и идти было некуда, и он согласился. Лодки ямана были хорошо приспособлены для морского плавания, и изгнанники вышли в море в одной из них. Каманакар уверенно вела лодку, ориентируясь по звездам, и через три дня они вышли к большому скалистому острову, лежавшему напротив крайнего восточного мыса самого большого острова Запроливья. Здесь жили люди хауш, которых селькьнам выгнали с большого острова. Заправившись водой и продовольствием, беглецы отправились дальше на юг. Чем южнее, тем холоднее становилось, и все больше льдин плавало вокруг. Через неделю показалась гряда островов, а за ними уже виднелся гористый берег.
      Вскоре потрясающее зрелище открылось перед глазами беглецов: тысячи огней сливались в одно сплошное зарево, словно весь берег был объят пламенем. Это горели огни в лодках ямана, которые съезжались со всех сторон на китовый праздник. Когда ямана жили в Запроливье, у них было принято, найдя тушу кита, выброшенную волнами на берег, отправлять вестников по всем островам, чтобы успеть поделить тушу пока она не сгнила. Теперь китовый праздник был скорее данью традиции и поводом собраться всем в одном месте, нежели необходимостью. Тюленей и пингвинов здесь было видимо-невидимо, так что в дележе туши кита не было никакой надобности. В этом смысле южный материк выгодно отличался от скудной природы старой родины ямана, где они влачили всегда полуголодное существование, питаясь, главным образом, собранными в море моллюсками. Зато морозы здесь стояли покрепче, так что даже морозоустойчивым ямана пришлось научиться шить одежду из тюленьих шкур и строить дома из снега, который здесь никогда не таял. Дерева здесь тоже не было совсем, и поэтому ямана жгли тюлений жир, а лодки шили из тюленьих шкур, натянутых на костяной каркас.
      - Неужели это и есть Ывы мараней - Земля без Порока? - Думал Парангари. Не было здесь ни войн, ни вообще каких-либо конфликтов между людьми. И это несмотря на то, что кроме ямана здесь поселились еще и кавескар. Хоть они и говорили на разных языках, никакой вражды между двумя народами не замечалось. Возможно, природа была здесь настолько суровой, что всем людям приходилось держаться друг за друга, чтобы выжить.
      Весной Каманакар родила сына на перине из пингвиньего пуха в снежном доме. Мальчика назвали Мамильяпинатапай, что значит на языке ямана "взгляд между двумя людьми, в котором выражается желание каждого в том, что другой станет инициатором того, чего хотят оба, но ни один не хочет быть первым".
      Словарь:
      ава - гуарани
      аоникенк - южные тегуэльче
      Гуанабара - Рио де Жанейро
      гюнюн-а-кюна - северные тегуэльче
      кавескар - алакалуф
      кыранди - пуэльче
      мапуче - арауканы
      Пиратининга - Сан Пауло
      селькьнам - она
      ямана - яган
      Остальные географические названия представляют собой вольные переводы современных названий (оставляю читателям догадаться, каких именно) на язык гуарани.
     

Дамба на реке Биррарунг

Действие происходит в наше время. Ни автору, ни его героям неизвестно, что произошло с Европой к концу 15-го века. В их мире она никакой культурной и геополитической роли не играет.

-1-

   По случаю открытия новой дамбы на реке Ворревурнин вожди народа гундичмара объявили корробори. Гундичмара издавна, единственные на всем континенте, строили каменные дома и дамбы для создания резервуаров, в которых они разводили угрей, но с тех пор как они начали культивировать ямс, эти водосборники подучили новое назначение для проведения оросительных каналов. Земледелие первыми придумали народы плодородной долины реки Муррунди, но они не нуждались в искусственном орошении. Гонцы гундичмара оповестили о предстоящем празднестве все народы южного побережья от залива Неэрим на востоке до залива Вонгаджерла на западе. Между этими двумя заливами проходил торговый путь, по которому шел оживленный обмен товарами. Федерация Кулин на берегу залива Неэрим поставляла обсидиан из своей каменоломни Вими-мурринг для изготовления каменных ножей и топоров, лесной народ гадубануд снабжал всех первоклассной древесиной для копий и бумерангов, гундичмара славились своими угрями, нгарринджери с устья реки Муррунди продавали окуней, которых они ловили в двух пресноводных озерах своими знаменитыми сетями, а каурна с побережья залива Вонгаджерла владели монополией на производство охры.
   Многое в стране гундичмара было в диковинку собравшимся вождям кланов: и каменные дома с дерновыми крышами, и огромное водохранилище с монументальной земляной дамбой и отходящими от него оросительными каналами. Днем собравшиеся осматривали сооружения, а ночью танцевали при свете костров. Шеренги мужчин и женщин, раскрашенных белыми и красными полосами, сходились и расходились под аккомпанемент деревянных палочек, которыми сидящие вокруг стучали друг о друга. В перерывах между танцами парочки убегали в темноту, где из кустов доносились шорохи и стоны любви.
   0x01 graphic
   0x01 graphic
   0x01 graphic
   Тулламарина, вождь народа вурунджери, входившего в федерацию Кулин, танцевал напротив красавицы Нимбульды, дочери вождя народа нгарринджери. Взяв ее за руку, юноша тоже отправился в кусты, где девушка встала на четвереньки. Такое поведение было обычным явлением на корробори, ведь жители континента не верили в связь между сексом и зачатием - по их мнению, женщина беременела, когда в нее вселялся дух предков. Обычно такие краткие соития ни к чему не приводили, но Тулламарина и Нимбульда не могли оторваться друг от друга. Хотя они и не понимали друг друга, они, не сговариваясь, отправились к берегу реки, где утром Тулламарина купил за два обсидиановых ножа лодку, на которой влюбленные спустились к берегу моря. Там Нимбульда собрала съедобные ракушки и испекла их в земляной печи. Дальше им предстояло опасное морское плаванье вдоль берега океана. Вскоре на горизонте показались эвкалиптовые леса страны гадубануд. В лесу Тулламарина подбил бумерангом несколько птиц, и после привала беглецы продолжили свой путь на восток. На третий день лодка вошла в залив Неэрим.
   Федерация Кулин состояла из пяти народов: вурунджери, бунвуррунг, вадавуррунг, джаджавуррунг и даунгвуррунг. Вожди вурунджери носили титул нгурунгаэта, вожди бунвурунг и вадавуррунг назывались арвит, а вожди джаджавуррунг и даунгвуррунг - неернеемит. Вернувшись на родину, Тулламарина созвал совет федерации, где он с жаром рассказал об увиденном в стране гундичмара. Затем он сказал:
   - Чем мы хуже народа гундичмара? Я предлагаю тоже построить водохранилище на реке Биррарунг, самим разводить угрей и выращивать ямс. Ведь оседлая жизнь намного спокойнее наших постоянных скитаний. Наши женщины не могут выкормить больше одного ребенка, пока его надо носить на руках, и мы вынуждены оставлять стариков умирать, покидая каждое стойбище, а оседлые гундичмара позволяют себе выращивать столько детей, сколько хотят, чтут своих стариков, и, к тому же обеспечены пропитанием круглый год.
   Арвит народа бунвуррунг по имени Дерримут возразил ему:
   - Для чего заставлять наших женщин копаться в грязи, а охотников - таскать камни? Мы и так неплохо живем, кенгуру всем хватает, а ямс и сам повсюду растет.
   Его поддержал Мунангабум - неернеемит народа джаджавурунг, который добавил:
   - Ты лучше скажи, зачем ты похитил девушку нгарринджери? Как бы не вышло из этого беды.
   - Как же нгарринджери доберутся до нас? - возразил Тулламарина - к тому же мы привычны к тяжелому труду в каменоломнях Вими-мурринг.
   - Там каждый работает для себя, когда хочет, а дамбу надо строить всем народом - ответил Дерримут.
   Тулламарине не удалось убедить собрание, и большинством голосов его предложение было отвергнуто.

-2-

   Полтпалингата, вождь народа нгарринджери, носивший титул рупулли, был не на шутку обеспокоен исчезновением дочери на корробори. Когда же выяснилось, что нгурунгаэта народа вурунджери тоже пропал, ему стало ясно, что произошло. Полтпалингата пришел в ярость и немедленно отправился на родину, где он созвал вождей всех 18 кланов нгарринджери на собрание в Помберуке у переправы на реке Муррунди. Он сказал собравшимся:
   - Вурунджери похитили мою дочь, мы обязаны отомстить. Мы всегда так делали, когда людоеды меркани похищали наших женщин. Бубурови из клана турарорн с острова Мунду на озере Мунгкули ответил:
   - Меркани - наши соседи, но как же мы доберемся до федерации Кулин?
   - Я пошлю вестников к людям Валканди-вони с просьбой пропустить нашу флотилию по рекам Муррунди и Варринг до рубежей страны Кулин.
   Предложение было принято, и, когда вестники вернулись с положительным ответом всех народов Валканди-вони, Полтпалингата снарядил флотилию из 30 лодок, сшитых из древесной коры, каждая из которых вмещала до восьми воинов.
   0x01 graphic
   0x01 graphic
   На пути вверх по реке перед участниками похода открывались возделанные поля ямса и деревни из деревянных хижин. Добравшись до устья реки Варринг, флотилия повернула на юг и вскоре вошла в рубежи страны Кулин. Здесь воины нгарринджери высадились и ночью атаковали стоянку даунгвуррунг. Перебив всех спящих мужчин, женщин и детей, отряд отправился дальше на юг. Когда вести о вторжении достигли Тулламарины, он выслал ополчение вурунджери навстречу врагу. Обе армии встретились на равнине недалеко от стоянки. Противники выстроились шеренгами друг против друга, и воины вурунджери начали обстреливать врага из копьеметалок-вумера, но копья не могли пробить деревянных щитов. Воины нгарринджери бросили разом возвращающиеся бумеранги, которые, описав дугу, поразили противника в спину. Этот неожиданный маневр вызвал замешательство в рядах вурунджери, и тогда воины нгарринджери бросились в атаку. Каждый из них держал в руках бумеранг "лебединая шея" с крюком с одной стороны и увесистым утолщением - с другой. Повесив крюк на верхний край щитов, воины отпустили второй конец бумерангов, и они, оттолкнувшись от щита, ударили другим своим концом воинов противника по голове. Это удивительное оружие изобрели жители пустыни в центре континента, и оно уже дошло до нгарринджери, но осталось неизвестным в стране Кулин. Издав победный клич, нгарринджери бросились к стойбищу, чтобы завершить победу.
   В этот момент к ним выбежала Нимбульда и сказала на языке нгарринджери:
   - Остановись, отец! Какая тебе польза от мертвых? Мы же - не людоеды меркани. Если же ты подчинишь себе эту страну, Тулламарина построит тебе водохранилище, как в стране гундичмара, а женщины вурунджери будут выращивать для тебя ямс.
   Полтпалингата задумался, он хорошо помнил удивительные сооружения в стране гундичмара. Никогда еще один народ не подчинял себе другой на всем континенте, но неожиданная перспектива завладеть каменоломней Вими-мурринг, получить в свое распоряжение угрей и ямсовые поля поразила его воображение.

-3-

  
   Полтпалингата назначил Бубурови правителем завоеванной страны Кулин и, оставив его там с войском, отправился на родину. Первым делом Бубурови приказал построить каменные дома для новых хозяев страны. Место для основания города было выбрано на берегу залива Неэрим в устье реки Биррарунг на территории народа бунвуррунг, а руководить строительством Бубурови поручил Тулламарине.
   Народ роптал, но порабощение стало для него ценой жизни. Туллумарина сказал соплеменникам:
   - Не хотели работать по-хорошему, теперь будете таскать камни из-под палки!
   - Так вот для чего ты похитил дочь рупулли! - крикнул Мунангабум.
   - Держи язык за зубами, пока жив! - огрызнулся в ответ Тулламарина.
   Для организации работ Тулламарина разделил людей на рабочие отряды по 16 человек каждый. Вурунджери считали по шестнадцатеричной системе по частям тела от мизинца до макушки, и для обозначения любого числа до 16 достаточно было указать правой рукой на соответствующее место на левой стороне торса. Поэтому для расчета рабочей силы, расхода камня и продуктовых пайков для рабочих, Тулламарина нарисовал на шкуре опоссума схематические фигурки людей, на теле которых точкой было обозначено нужное число, а внутри фигурки был нарисован предмет, к которому это число относилось: камни, ямс, или люди.
   Поднаторев в строительных работах при возведении города Биррарунг Марр, пора было приступать к осуществлению главного проекта - возведению дамбы на реке Биррaрунг. Сделать это оказалось совсем не просто: сначала надо было провести обводной канал, затем - построить первую дамбу на реке для отведения ее течения в этот канал, потом - выкопать котлован для водохранилища, и только потом - построить основную дамбу ниже котлована. Когда вся эта трудоемкая работа была наконец выполнена, осталось только разбить каменным топором верхнюю дамбу для спуска воды в котлован. Тулламарина взялся выполнить эту опасную работу сам. Он вышел к середине дамбы с топором в руках и, размахнувшись, ударил по дамбе. С каждым ударом все больше камней, смешанных с землей, летело вниз, и вот, наконец, мощный поток воды, смешанной с камнями, прорвал дамбу и устремился в котлован. В этот момент Дерримут неслышно подобрался к Тулламарине и, сказав ему:
   - Предатель, все - из-за тебя! - столкнул его в котлован.
   Словарь:
   Биррарунг - река Ярра
   Биррарунг Марр - Мельбурн
   Валканди-вони - "люди теплого ветра", народы долины Муррея на языке нгарринджери
   Варринг - река Голборн
   Вонгаджерла - залив Сент-Винсент
   Ворревурнин - река Гленелг
   Меркани - "враги" на языке нгарринджери, которые так называли народ нгаргад
   Мунгкули - озеро Александрина
   Муррунди - река Муррей
   Неэрим - залив Порт Филипп
   Помберук - Муррей Бридж
   0x01 graphic
  
  
   0x01 graphic
  

К столетию начала Первой мировой войны

   Горные вершины
Спят во тьме лесов,
Карпатские долины -
Могила удальцов.
Седой старик полковник
Вдоль строя проскакал,
" Ребята, не робейте!"
Он громко прокричал.
"Пока курю я трубку,
" Ребята, смирно стой,
"Когда я трубку брошу,
"Идите смело в бой!"
Германцы пробудились,
Рассвет поют рожки,
Полковник трубку бросил,
И в бой пошли полки.
Ура, ура, ребята!
Пойдем мы на врага,
За веру православную,
За батюшку царя!
      Первая Мировая война занимает в истории человечества особое место. Очевидная бессмысленность этой войны в сочетании с огромными, небывалыми до нее, потерями, громадное всемирно-историческое значение ее результатов в сочетании с ощущением незавершенности, неизбежности "второй серии", так и толкают к мысли о том, что бы произошло, если бы европейские державы повели себя сто лет назад более рационально, чем в реале. В самом деле, австро-сербский конфликт мог быть легко локализован. Более того, задним числом такое развитие событий кажется едва ли не единственно возможным: ведь сербы свою малую войну против Австро-Венгрии выиграли в 1914 году! Зачем же было втягивать в нее весь мир? Причем для России победа Сербии не была неожиданностью: глава австрийской контрразведки, полковник Альфред Редль был российским агентом, и он передал России весь австрийский план войны против Сербии, а русские передали его сербам. Ничего не мешало русским сказать тогда сербам:
      - Вы эту кашу заварили, вы и расхлебывайте. У вас есть неплохие шансы в одиночку отбиться от австрийцев - ведь их план войны вам, нашими стараниями, известен. Мы, конечно, вмешаемся, если дела у вас пойдут скверно, но не ранее того.-
      Австрийцам тем более не было никакой причины просить кого-либо о помощи против ничтожной Сербии. Редль, хотя и был разоблачен, застрелился до того, как его успели допросить, и австрийской контрразведке не было известно, какие точно сведения он передал русским. Можно было предположить, что речь идет об австрийских планах войны против России, которые русских, естественно, интересовали в первую очередь. Во всяком случае, и в реале австрийцы своих планов войны против Сербии не изменили.
      Единственно, у кого был бы собственный интерес вмешаться в австро-сербскую войну, была Болгария, но эта страна, еще не оправившаяся от недавнего поражения во Второй балканской войне 1913 г., к войне не была готова. В реале Болгария объявила войну Сербии только в октябре 1915, в нашем же варианте австро-сербская война к тому времени уже завершилась бы.
      Итак, представим себе, что военные действия на австро-сербском фронте происходили так, как в реале, но никто в эту войну не вмешался. Победа крохотной Сербии в войне против одной из тогдашних великих держав вызвала бы шок во всей Европе, и прежде всего в самой Австро-Венгрии. Можно смело предположить, что, если австро-венгерский дуализм был результатом поражения Австрии в войне против Пруссии в 1866 г., то гораздо более позорное поражение в войне против Сербии стало бы его концом. Крах австро-венгерского дуализма означал бы на практике осуществление давнишней мечты всех немцев: воссоединение немецкой части Австро-Венгрии с Германией. Причем не следует забывать, что эта "немецкая часть" включала тогда кроме нынешней Австрии также Чехию и Словению. Чехи и словенцы, конечно, громко бы протестовали, но вряд ли решились бы на вооруженное сопротивление. Династия Габсбургов, скорее всего, сохранила бы власть в Венгерском королевстве. В этом, прежде всего, были бы заинтересованы сами венгры, для того, чтобы предотвратить радикальную демократизацию этой страны, включавшей тогда, кроме собственно Венгрии, Хорватию, Словакию, Трансильванию и Воеводину. Только престиж династии мог бы удержать от распада этот конгломерат народов с его славяно-румынским большинством. Босния- Герцеговина досталась бы, скорее всего, Сербии, став главным призом этой войны, с нее, собственно говоря, и начавшейся, тем более, что ни Германия, ни Венгрия не были бы заинтересованы ее удержать. Судьба же Галиции и Буковины была бы гораздо проблематичнее. Формально эти территории входили в состав немецкой части Австро-Венгрии (Цислейтании), но Великогрмания (Gross-Deutschland, как, скорее всего, называлось бы это новое государство, в подражание Великобритании) не имела бы ни малейшего желания инкорпорировать их в свой состав. Предоставить им независимость тоже было невозможно из-за пестрого этнического состава населения, делившегося почти поровну на поляков, украинцев и румын. Добровольная передача Буковины Румынии, в обмен на отказ последней от всех претензий на венгерскую Трансильванию, теоретически возможно. Однако передача Галиции России была бы политически невозможной из-за про сербской позиции России во время войны. Не исключено, что Галиция (с Буковиной или без нее) была бы объявлена неким "Великим Герцогством" состоявшим в личной унии с венгерскими Габсбургами или с династией Гогенцоллернов в Германии.
      Итак, предположим, что австро-сербская война была локализована. Значит ли это, что общеевропейскую войну удалось предотвратить? Вовсе нет! Ведь не следует забывать, что одновременно с балканским кризисом в 1914 г. стремительно набирал обороты и кризис ирландский. 25-го мая 1914 г. либеральное правительство Асквита провело наконец так называемый Home Rule Bill - закон об ирландском самоуправлении, обещанный ирландцам еще Гладстоном в 1886 г. Протестанты-унионисты Северной Ирландии, начавшие вооружаться еще с начала парламентских дебатов по этому законопроекту в 1912 г., ответили на него восстанием. Английская армия, посланная на усмирение этого восстания, отказалась выполнять приказы. Создалась ситуация похожая на алжирский путч 1958, приведший к падению 4-й республики во Франции. Правительство вынуждено было приостановить "временно" имплементацию закона и начало трехсторонние переговоры (ирландских протестантов, католиков и правительства) в Букингемском дворце. Эти переговоры быстро зашли в тупик (как и следовало ожидать), но тут, очень кстати, началась мировая война, было введено чрезвычайное положение, и всю ирландскую проблему отложили до лучших времен. Теперь предположим, что война в августе 1914 г. не началась. Правительство могло бы либо исключить Северную Ирландию из юрисдикции ирландского самоуправления (что оно и сделало на следующем витке кризиса в 1920 г.), либо вообще отказаться от всего проекта. В обоих вариантах неизбежным было бы восстание ирландских католиков, и произошло бы оно не на пасху 1916 г., как в реале, а не позже рождества 1914 г. В реале лидер инсургентов Роджер Кейсмент прибыл в Дублин на германской подводной лодке. Одновременно, британская береговая оборона перехватила у берегов Ирландии германский пароход с партией оружия для ирландских повстанцев. Разумеется, все это происходило в ходе войны, в условиях мира Германия действовала бы гораздо осторожнее. Однако не приходится сомневаться, что Кейсмент нашел бы способ перебраться из Германии в мятежную Ирландию, а ирландские повстанцы вполне могли бы сами купить в Германии партию оружия и попытались бы переправить ее в Ирландию на свой страх и риск. Теперь представим себе, что сразу после подавления восстания (а оно несомненно было бы подавлено), английские газеты выходят с сенсационными заголовками: "Нити заговора ведут в Берлин!" Акт агрессии налицо, и повод для войны ничуть не хуже выстрела в Сараево. В реале Великобритания вступила в войну за гораздо меньшее - "из-за клочка бумаги" - как выразился канцлер Бетман-Гольвег. Дело в том, что еще в 1871 г. британский МИД специальной нотой разъяснил, что английские гарантии нейтралитета Бельгии распространяются только на попытку Франции и Голландии поделить между собой эту страну, но не на вторжение в Бельгию третьей стороны в ходе войны с кем-то еще. Немцы бы, конечно все отрицали, но англичане по недавнему примеру австрийцев предъявили бы ультиматум с требованием вести следствие на территории Германии. Картина маслом! Встретилась бы Англия лицом к лицу сразу со своим настоящим противником, без всякого сложного маневрирования с целью развязать мировую войну чужими руками. Ведь в реале английский министр иностранных дел Эдвард Грей категорически отказался публично заявить, что Англия вступит в войну на стороне своих союзников по Антанте, если Германия на них нападет. Эта позиция вызвала в Германии полную иллюзию, что Англия останется нейтральной, что и толкнуло ее на объявление войны одновременно России и Франции. Но не тут-то было: Великобритания вступила в войну на следующий день под совершенно неожиданным предлогом защиты бельгийского нейтралитета.
      Эту, англо-германскую войну локализовать уж точно не удалось бы. Англия не может вести войну на континенте без союзников, без тех, кого Наполеон когда-то презрительно называл les salariеs - "наймиты". Теперь же в роли такого "наймита" оказалась бы сама Франция. Французы и так рвались в бой, стремясь к реваншу за позор 1871 г. и к возвращению Эльзаса и Лотарингии, а роковой визит президента Пуанкаре в Петербург в конце июля 1914 г. сыграл в реале едва ли не решающую роль во втягивании России в мировую войну. Да и формально Франция была союзницей Великобритании по Entente cordiale с 1904 г. На стороне Германии в войну несомненно вступила бы Венгрия, хотя и толку от нее в чисто военном отношении было бы мало. Позиции Италии и России предсказать в создавшейся ситуации гораздо сложнее. Италия была членом Тройственного союза (с Германией и Австро-Венгрией) с 1882 и вышла из него только весной 1915 г. У Италии были территориальные претензии как к Франции (Ницца и Савойя), так и к Австрии (Триест и Южный Тироль), и в реале претензии к Австрии оказались важнее. В нашем же случае, не исключено, что объединенная Германия могла бы проявить щедрость по отношению к своему союзнику и передать Италии добровольно Триест (но не Южный Тироль с его немецким большинством). Такой вариант усилил бы в Италии сторонников Тройственного союза и предъявления претензий к Франции, а не к объединенной теперь Германии. К тому же в реале Италия не вступила в войну в августе 1914 г. на стороне Германии под тем предлогом, что ее союзнические обязательства носили оборонительный характер, а на Германию никто не нападал, она сама объявила войну России и Франции. В нашем же случае такого предлога бы не было, поскольку Англия и Франция объявили бы войну Германии, а не наоборот. Все это позволяет предположить, что Тройственный союз в составе Германии, Венгрии и Италии сохранился бы, и вступил бы в этом составе в войну против Англии и Франции.
      Россия была союзницей Франции по франко-русскому Альянсу с 1894 г. и союзницей Великобритании по англо-русскому трактату 1907 г., но на Францию никто в нашем случае не нападал, а трактат 1907 г. не был договором о взаимной обороне, а лишь определял сферы влияния России и Англии в Азии. "Бесхозный" статус Галиции вызывал бы в России сильный соблазн прибрать к рукам эту территорию, на которую русские и так давно зарились. Однако вступить в войну ради защиты Англии, к которой в русском общественном мнении выработалось стойко неприязненное отношение, было бы гораздо труднее, чем ради "братской" Сербии. Прогерманские и профранцузские силы уравновешивали друг друга в правящих кругах России: императрица Александра Федоровна (принцесса Алиса Гессен-Дармштадтская), временщик Распутин и военный министр Сухомлинов с одной стороны, великий князь Николай Николаевич, министр иностранных дел Сазонов и лидеры думского большинства, Гучков (октябрист) и Милюков (кадет) - с другой. В реале "военная партия" перевесила благодаря тому, что Сухомлинов настоял по техническим причинам на всеобщей мобилизации (планов частичной мобилизации не было), хотя и понимал прекрасно, что всеобщая мобилизация в России сама по себе считается в Германии с 1912 г. легитимным поводом к войне. Позже Сухомлинов оправдывался тем, что частичная мобилизация (против Австро-Венгрии) все равно бы привела к войне, но создала бы при этом хаос на железных дорогах. В нашем случае, места для двусмысленных маневров с мобилизацией не оставалось бы, а речь сразу пошла бы об объявлении войны Германии, на что даже и Сазонов вряд ли решился бы.
      Определившись с вероятными участниками нашей "альтернативной" общеевропейской (но не мировой) войны 1915 г. (англо-французская Антанта против Тройственного союза Великогермании, Венгрии и Италии), попробуем теперь предположить ее ход. В реале Мольтке младший совершил грубую стратегическую ошибку, отказавшись от плана Шлиффена по окружению всей французской армии с севера и начал фронтальное наступление прямо на Париж, поставившее под удар южный фланг немцев. Результатом слало "чудо на Марне", "бег к морю" и формирование сплошного фронта, заведшее войну в затяжной тактический тупик. Нет оснований предполагать, что в альтернативном варианте Мольтке действовал бы иначе, однако отсутствие восточного фронта, возможно, позволило бы немцам обеспечить подавляющее численное превосходство и избежать "чуда на Марне". Быстрое падение Франции не означало бы, конечно, конца войны, как и 1940 г. Война могла бы дальше развиваться по сценарию Второй мировой войны, но здесь следует учитывать одно важнейшее различие между двумя мировыми войнами: во Второй мировой войне у немцев практически не было флота - четыре линкора против 15 английских, в то время как в Первой мировой войне силы на море были примерно равными - 19 немецких дредноутов против 18 английских (и еще шести строящихся). В реале немцы так и не решились на генеральное морское сражение против Королевского флота. В условиях тупика позиционной войны на суше это решение, возможно, было оправданным, но если бы альтернативой стала эскалация войны, то есть вовлечение в нее новых участников, что совсем не было в интересах Германии, другого выхода, скорее всего, не осталось бы.
      Здесь мы подходим к важнейшей развилке вероятностей дальнейшего развития событий. До сих пор действия всех сторон были бы достаточно предсказуемы в рамках изначального допущения, что австро-сербская война была локализуема. Предсказать же, при равенстве сил сторон, результат генерального морского сражения совершенно невозможно. В случае победы Королевского флота, война бы неизбежно покатилась по рельсам Второй мировой войны. Английская дипломатия сосредоточилась бы на вовлечении в войну на своей стороне США и России. Скорее всего, этого бы ей удалось достичь. В реале Англия дважды отманеврировала своих континентальных противников на самоубийственное вторжение в Россию: в 1812 и в 1941 гг. Если бы это ей не удалось, в ход могли бы пойти и более крутые меры, вроде убийства императора Павла в 1801 г. (чтобы вывести Россию из союза с Наполеоном), или убийства Распутина в 1916 (чтобы предотвратить выход России из войны).
      Что же касается США, то нет оснований полагать, что сюрреалистические выборы 1916 закончились бы иначе, чем в реале. Напомним, что Вудро Вильсон тогда выступал в роли "хранителя мира", а его соперник, Чарльз Юз обвинял его в зависимости от голосов американских немцев и ирландцев. Через месяц после вступления в должность Вильсон объявил войну Германии! Если бы выборы выиграл Юз, США вступили бы в войну еще раньше. Результаты войны в этом случае не отличались бы существенно от реальных, хотя война могла бы затянуться надолго. Как и Трафальгарское сражение 1805 г. решило судьбу наполеоновской империи за девять лет до ее падения, так и морская победа Великобритании решила бы исход войны на этот раз.
      Попробуем теперь разыграть второй вариант возможного развития событий: победу Императорского флота в генеральном морском сражении. В таком случае, Англия, оказавшись пред угрозой сухопутного вторжения (впервые после высадки Вильгельма Завоевателя в 1066 г.), вынуждена была бы, несомненно, согласиться на практически любые условия. Победа Германии на суше и на море, оформленная дипломатически мирным договором, круто изменила бы всю историю 20-го века. Прежде всего, Европейский Союз с доминантной ролью Германии сформировался бы в начале 20-го века, а не в его конце. Далее, в отличие от реального Евросоюза, это было бы поистине мировое супер -государство, контролирующее, с учетом колоний, около половины территории Земного шара и около половины его населения. Ни США, ни Россия, ни Япония не могли бы всерьез конкурировать с этим монстром. Атомная бомба тоже была бы создана в Европе, а не в Америке - ведь ни у Оппенгеймера, ни у Эйнштейна, ни у Теллера не было бы никакой причины бежать из Европы. Последнее обстоятельство тесно связано с внутриполитической ситуацией в Германии. Патриотическая позиция социал-демократической партии, ее способность мобилизовать рабочий класс Германии на победоносную войну развеяли бы подозрительное отношение к этой партии в правящих кругах. Формирование социал-демократического правительства в послевоенной Германии было бы лишь вопросом времени, а его следствием стала бы радикальная демократизация политической системы с сохранением конституционной монархии и без революционных потрясений. Ни у антивоенной группы Спартак, ни у крайне правых, ультра националистических группировок не было бы никаких шансов на успех. Во Франции и в Англии, наоборот, крайне левые и крайне правые движения с реваншистскими лозунгами пользовались бы значительной популярностью, и возможно имели бы некоторые шансы развалить со временем Евросоюз, не без внешней помощи, разумеется.
      В России необычную остроту приобрел бы польский вопрос. "Неприкаянность" Галиции и после войны создавала бы соблазн предоставить русской Польше широкую автономию в рамках личной унии с домом Романовых при условии ее мирного объединения с Галицией. Более того, в ходе самой войны Россия и Германия вполне могли бы прийти к тайному соглашению, что условием нейтралитета России стала бы передача ей Галиции, обусловленная, в свою очередь, широкой автономией Польши. Неудавшийся конституционный монарх России, великий князь Михаил Александрович вполне подошел бы на роль польского короля. Разумеется, одни только кадеты выступали за польскую автономию, но формирование Прогрессивного блока с октябристами именно на этой платформе обсуждалось уже с 1912. В реале этот блок был сформирован в 1915 г., результатом чего стало усиление требований ответственного правительства, царский указ о роспуске Думы и, наконец, призыв Думы к революции. Все это произошло бы в той же последовательности и в нашем варианте, но с одной существенной разницей: не во время кровопролитной и совершенно бессмысленной войны, а в мирное время. Эта оговорка значила бы на практике, что у большевиков не было бы в руках главного козыря - требования немедленного выхода из войны, который и привел их к власти. Лично я полагаю, что формирование в России тоталитарного строя на базе госкапитализма (больше известного под именем социализма) в 20-м веке было тем, что называется "исторической неизбежностью". В реале эсеры выиграли единственные в истории России свободные выборы в декабре 1917 г., что было вполне естественно для крестьянской страны. До власти их тогда не допустили, а в нашем варианте ничто не помешало бы именно им стать строителями новой послереволюционной России. Династия Романовых удержалась бы в таком случае, как это ни странно, в Польше, которая, скорее всего, после революции в России вошла бы в Евросоюз.
      Дальнейший ход событий не поддается прогнозированию. Японо-американское соперничество в тихоокеанском регионе было бы неизбежным, но как в нем были бы замешаны (и были бы) Евросоюз и Россия, предсказать невозможно.
  
  
  
  

1

  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Э.Дешо "Син, Кулак и Другие"(Киберпанк) Ю.Резник "Семь"(Антиутопия) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) А.Ардова "Невеста снежного демона. Зимний бал в академии"(Любовное фэнтези) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) А.Тополян "Механист. Часть первая: Разлом"(Боевик) В.Касс "Избранница последнего из темных"(Любовное фэнтези) А.Емельянов "Тайный паладин 2"(Уся (Wuxia)) А.Робский "Убийца Богов"(Боевое фэнтези) М.Генер "Паёк, или другие герои"(Постапокалипсис)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"