Уткин Андрей Андреевич: другие произведения.

Мертвый дед

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
 Ваша оценка:


1

  
   - А чё ты на меня вопишь! - тоже перешла Лариска на крик.
   - Ах ты, сопля! Да я на тебя... Собаку счас спущу!
   - Старше - не значит "умнее"...
   - Что-о-о?!
   - Маразматичка!
   - Ах ты... Ну, только попадись мне еще! - угрожающе причитала Танькина бабуся в спину девочке, спасавшейся бегством.
   Старуха не хотела гнаться за ней следом, поскольку опять зазвонил мобильник в кармане ее халата.
   - Не смей сюда больше звонить! - заорала бабка в трубку. - Ничтожество!
   "Совсем ополоумела старая! - возмущалась про себя прыгающая вниз по лестницам Лариса. - У нее же звонок не работает!"
   Но бабушка не оттого кипятилась. Просто в их семье случилось горе: ни с того ни с сего умер дед. И именно в этот момент на Танин мобильник (Таня забыла его дома) принялся названивать ее приятель. Кажется, он был под кайфом. - Именно это так сильно взбесило старуху: хамоватый тон обкуренного сопляка. Еще накладывались другие неприятности: Бабка забыла отдать мобильник подруге ее внучки; бабка не знает как его выключать; чрезмерные звонки от назойливого поклонника; дед умер почти сразу, как только внучка с двумя своими подружками отправилась в школу.
   Кстати, как выяснила Лариса, в школе Таньки тоже не было.
  

2

  
   Сергей и Трофим сидели и грызли от скуки локти.
   - Мужик, - спросил Трофимка своего кореша, - эти уроды нагло не продают нам сигареты, что с ними делать?
   - Да забей. Нет, можно записаться в какую-то спортивную секцию, по ходу заняться боксом...
   - Стоп орлы. Ты долго будешь тренироваться... А что потом? Подкараулишь этого чудика, который нас сегодня обломил с куревом... Дождешься, когда он будет закрывать свой тупой ларек и, за углом, съездишь ему по челюсти. Это все? А он накатает на тебя телегу в ментуру... Чувак, он же тебя запомнил! Или ты не врубаешься?
   - Да нет же. Бокс - это короче такая тема, где пацанов тупо гоняют... Ну, беспонтово заставляют много бегать, расходовать горы энергии... Короче, бокс - это такая конкретная каторга, где ты ничего с нее не имеешь, но зато потом ходишь таким бледным и больным, что с перепугу можно бросить курить...
   - Э, да вон ты про что?.. Я ему про дело, а он мне про пургу.
   - Не, ну я, просто...
   - Ты хотел сморозить, что кокс - это самый тяжелый вид спорта. Я правильно тебя понял, чувачок?
   - Не кокс, а бокс.
   - Да хоть грокс. Мне по барабану.
   - Короче, ты Вилыча знаешь?
   - Уиллыча? Ну, по ходу чё-то слышал.
   - Я те реально говорю: он волшебник. Он сам делает курево. Прикинь, берет силосный табак, делает замес с чаем, но потом куришь всю эту дурь и получается, как реальная "дурь".
   - Да не фига у него не получается. Он лох и лохов разводит...
   - А давай поспорим? Вот щас поедем к нему, ты так накушаешься... Будешь ходить, как после тридцать третьего раунда со своим "коксом"!
   - Чё ты буробишь?
   - Виллыч из ничего делает "травку". Волшебник, я тебе отвечаю! Если к нему наломятся мусора, то они у Виллыча ничего не надыбают, кроме листьев от дуба, потертых на мясорубке.
   - Добряк, давай. На чё будем спорить?
   - Да на бакс!
   - На кокс? Забили! Если, после твоего придурка Милыча я не буду ходить, как старый дедушка-маразматик, ты будешь заниматься коксом, пока не опухнешь. В смысле, пока курить не бросишь.
   - А ты чё хотел с ним сделать? С этим упырем, который для тебя зажал сигареты.
   - Разбить стекло на его прилавке.
   - Ах вон ты зачем взял свою рогатку! Из рогатки мочить по стеклу должен Я?
   - Да ему какая разница? Просто он меня знает. Стекло - это предъява.
   - А чё у вас за терки с ним?
   - Да мы вчера пришли с девчонками... Он нам ни сигареты не продал, ни коктейль... Просто, беспонтово послал нас куда подальше. Ларико мне предъявляет, типа это из-за меня. Ну, типа, я когда-то давно показал "fuck" этому упырю.
   - Лариска, что ли? Да слушай ты ее больше. Она вообще лесби.
   - Кто тебе такое сказал?
   - Она со своей Танькой целовалась - братва видела.
   - Чё, на сотовый записывали? Но Танька-то вообще пропала! Как они чё докажут?
   - В смысле, пропала?
   - Ну, Ларико пошла к ней домой и, говорит, бабка её даже не помнит.
   - Кого?
   - Внучку, Таньку свою.
   - Чё, так и сказала?
   - Ну да, говорит: "мою внучку зовут не Таня, а Яна". Типа сделала вид, что Ларико неправильно назвала имя своей подруги.
   - Ничё не понял.
   - Ну, бабка считает, что она дружит с какой-то Яной, ей кстати тридцать лет! А Таньки в их доме и отродяся не было.
   Сергей смотрел на Трофима, как баран на новые ворота.
   - Бабка сначала ее вообще послала, - объяснял Трофим. - А потом выяснилась такая вот туфта.
  

3

  
   Через час они уже сидели у Вилыча, накуренные как веники.
   - Это, дружбан, - еле-еле ворочал языком Трофим, - поделись рецептом? Как это ты придумываешь такую смачную траву.
   - Да забей, - отвечал Виллыч. - Мне ее какой-то дед притаранил.
   - Че за дед. Забьешь адресок?
   - Забей, чувак. Мертвый дед.
   - Че, реально? - недоумевал Серега. - Реально мертвый дед?
   - Мертвый, фуфел, значит, нереальный торчок, - объяснял Трофим Сержу, как для тугодума.
   - Не, он конкретно "мертвый". Ну, типа, его хоронить будут.
   - Во, чувак пургу гонит, - расхохотался Трофим.
   - О, я вспомнил!
   - Че ты вспомнил, Серж? Чуваки, давай кончать базарить. Полежим, покемарим...
   - Завтра намечаются похороны. - Это было все то, о чем вспомнил Сергей. - Ну, дедуля твоей чувихи отдал концы.
   - Че? Не понял.
   - Ты можешь тайком к ним пролезть, на поминки. Заодно повидаешься со своей Ларико.
   - Че, серьезно?
   - Че?
   - Про поминки.
   - Извини, я по ходу перепутал.
   - Че ты перетупел?
   - Не завтра.
   - Что не завтра?
   - Поминки будут не завтра, а сегодня.
   - Во, реально хохма! - еще больше развеселился Трофим. - Похороны будут завтра, а поминки будут вчера. Чуваки, кончайте, да? Дайте дружбану покемарить.
   - Да че ты тупишь, земеля? - вписался Виллыч за Сержа. - Чел тебе говорит, что он протупил: похороны не завтра, а уже сегодня.
   - Опа-на! - тут же подскочил Трофим. - А фиг ли мы ждем? Пошлите разрулим эту тему. Вилыч, ты со мной? - посмотрел Троха на Серого.
   - Не, - ответил Серега, - Вилыч не при делах. Он с нами не поедет.
   - Какого моржового я не поеду? - раздухарился уже и Вилыч. - Может, это тот самый мертвый дедок, что притаранил мне рецепт нашей едреной "травы"!
   - Че мы, втроем? - испугался Трофим.
   - Я думал, ты один поедешь, - ответил Сергей. - Поминки - это такая тема... Там могут запалить даже двоих посторонних!
   - Прикинь, - поддакивал Вилыч Сереге, глядя на Троху, - там соберутся все родственники твоей Таньки! И ее папаша, или мамик, кульно выставят тебя на посмешище, чувак! Ну, когда ты там начнешь жадно хапать их матерый самогон...
   - Не Танька, а Лариска, - поправил его Трофим. - Танька вообще пропала без вести!
   - А че, ее этот мертвый дед спалил?
   - Да ты помолчи!
   - Слышь? - грубо схватил Троху за шею Вилыч. - Спорим, мы пролезем к ним в грузовик?
   - В какой еще грузовик? - испугался неловкий Трофим его хватки.
   - В котором они на кладбище поедут, - еще агрессивнее схватил его Виллыч. - Спорим?!
   - Да пошел ты, - вырвался Троха из-под его лапы. - Я вообще спорить с тобой не собираюсь...
   - Ну, тогда и затухни, - смотрел на него Вилыч набыченно.
   - А че ты наехал? - интересовался Серега у Вилыча.
   - А че он мне перечит? "Не Танька, а Ларисочка"! Че, фраера нашел?
   - Ладно, добряк, мужики, - поднялся Трофим после удара в грудь ладонью Вилыча. - Давайте забьем, что этот кент поможет мне пролезть в микрик!
   - В какой микрик? - не понял Серега.
   - В котором они гроб будут везти.
   - Вот это молодец, пацан! - усмехнулся Вилыч, - протягивая руку. - Хоть поспорить не боится...
   - А что он тебе такого сделал? - все никак не мог понять Серега. - Что ты так на него взъелся?
   - Да забей. Ничего.
   Правда, Троха потом, позже, объяснил, из-за чего между ними чуть не началась потасовка. Дело в том, что Виллыч оговорился: Лариску назвал Татьянкой, а Троха не промолчал, а пояснил, что его подружку зовут Ларико, а не эта "Пьянка"... Ее так многие называли - "Тапьянка". Считали за коблу и вообще всячески старались не уважать.
  

4

  
   Казалось, что Вилыч сам не понимал, куда он ведет двоих этих ребят. Они сами не поняли, как пролезли на какую-то автобазу и добрели до единственного микроавтобуса, который спрятался под напором военной техники. В основном, она состояла из фургонов, грузовиков, кузовов, покрытых маскировочными сетками. Но обдолбанным девятиклассникам все равно, куда идти, если их ведет такой "волшебник", как Виллыч.
   - Вот он, - подвел Вилыч к микроавтобусу Трофима. - Именно в этой чепухе повезут гроб.
   - Спасибо, братан. Я прямо счас запишу ее номера... Не, так постараюсь запомнить. Но вот что ты посоветуешь, если это все-таки окажется не она? Если на другой повезут.
   - Я тебе зуб даю! Это точно она! Давай забьемся на зуб?
   - Ну ладно, хрен с ним. Пусть - она. Но сейчас-то мне что с ней делать? Записывать нумера?
   - На фиг их записывать? Ты прямо под нее залезай. Понял, че почем? Как только она поедет, хватайся за дно и все, держись. Так ты легко доедешь до самого кладбища.
   - Э, чуваки, - все продолжал выспрашивать ничего непонимающий Сережа, - вы на че поспорили, на зуб или на бутылку?
   - Ты о чем, Серж? - обернулся Трофим на его голос. - Мы вообще ни о чем не спорили! Че ты, попутал?
   - Але, гараж, - опять начал напирать Вилыч. - Если ты засцал со мной спорить, то это еще не значит, что я с тобой согласился!
   - Че? - не расслышал Трофим. - Я не фига не понял. Мы че, с тобой на что-то поспорили, старик?
   - Со мной! - вмешался Сергей. - Ты со мной спорил...
   - Да ты вообще не встревай... С кем я спорил?
   - Ты спорил со мной, пацанчик, - ответил Вилыч.
   - Хорошо. Допустим. Но... Но, если мы с тобой поспорили, то как ты прикажешь мне ехать под кузовом? Я и так еле держусь на ногах, но там меня еще и гроб продавит... Совсем размазня получится.
   - Какая размазня? - не понял Серега.
   - Размазня по асфальту. Ну, сначала мне кишки намотает на двигатель. А потом: ребрышки, голову, ручки, ножки, все по очереди, потихоньку будет выпадывать, пока микрик будет гнать, как угорелый.
   - Не, - возражал Вилыч. - Ты неправильно все понял! За микриком будет идти толпа. Обычно он едет очень медленно. Как эта самая... черепашка.
   - А вдруг потом толпа рассосется? - заметил Серж.
   - Да не вмешивайся ты, чел, - осадил его Трофим. - Вилыч, как я под кузовом доеду до ихнего дома? Ну, до адреса, где окочурился дед "То пьянки"!
   - Вот хрен... - зачесал Вилыч свой затылок, - об этом я как-то не подумал. Тогда ладно. Тогда такой вариант: мы сейчас заберемся в этот автобус, и посидим в нем, подождем. Так пойдет? Я сделаю так, что нас не заметят.
   - Как они нас не заметят?! Канализация же заработает!
   - Сигнализация, - поправил Сергей своего друга, но, казалось, в споре азарта, никто даже не слышит писклявого голоса этого очкарика.
   - Но тогда ты мне проспоришь, - потер ладошки злорадный Вилыч.
   Трофиму проспоривать явно не хотелось. Он чесал затылок - не знал, что делать.
   - Может, я, лучше, пойду туда, на адрес? И там уже на месте лягу под кузов и попробую как-нибудь зацепиться.
   - Да там вообще нельзя! - орал ему Серый, поскольку ни Трофим, ни Вилыч даже не слышали его голоса. - Там тебя увидит их собака, подбежит и начнет лаять...
   - Захлопни свою варежку, - прикрикнул Вилыч, - а?!
   - А че ты наезжаешь? Он все правильно говорит.
   - Да мы стоим тут, разговариваем, а он постоянно в разговор вмешивается. Шумит...
   - А что он прошумел?
   - Я откуда знаю? Это ты у него спроси.
   - Он сказал, что, если я туда пойду и залезу под кузов там, то эта ихняя собачка... Короче, твой совет не прокатывает. То, что ты мне посоветовал идти туда и отъезжать оттуда.
   - Ну, тогда, тебе не остается другого выбора, - кивал Вилыч в сторону пассажирских сидений "микрика". - Пересидим там.
   - А как быть с сигнализацией? - опять влез в разговор очкарик.
   - Да. Как с канализацией! Ведь ты же приспособлений с собой не захватил, чтобы ее отключить!
   - Просто, ты невнимательно меня слушаешь. Я тебе говорил, что сделаю так, что нас никто не заметит.
   - А может быть, мы проверим? - вмешался Серега. - Ты залезешь туда сам, сделаешь, как ты хотел, а потом мы подтянемся.
   - Не, - ответил ему Трофим, - лучше все сразу.
   - Да, - согласился с ним (с Трофимом, а не с его дружком-выскочкой) Вилыч. - Если мы втроем залезем и заработает дурацкая сирена, то может прибежать водитель на рев. А потом отгонит куда-нибудь свой "микрик" и ищи его, свищи!
   - Но нас он точно не заметит!
   - Ты же хотел выиграть спор! Если сейчас засцышь, то ты не попадешь в аутсайдеры.
   - Вообще-то рискованно, - прохныкал Сережа, - здесь военный склад...
   - Да какие проблемы? - смерил Вилыч его взглядом. - Не лезь - не рискуй.
   - Да я бы и рад. Но кто меня выведет из этих складов? Арестуют, как шпиона...
   - Серега, короче, не дрейфь! Пацан сказал - пацан сделал! Залазь с нами. Вилыч сказал, что нас не заметят.
   - Ты с нами или ты "один на льдине"? - взглянул Вилыч на растерянного Серегу с явным презрением.
   Он махнул на обоих ребят рукой и двинулся в сторону автобусика. Когда он к нему прикоснулся, "микрик" тут же заверещал. Да не просто "завыл", а с таким жалобным остервенением, что у друзей чуть не заложило уши. Однако Вилычу до "вытья обиженного "пса"" не было ровно никакого дела. Он упрямо выламывал дверь, пока та не поддалась и двое хлопцев не шмыгнули следом за этим горе-взломщиком. На взгляд Сереги, более нелепого вида, чем у обкуренного Вилыча, выбившего дверцу для пассажиров и пьяной поступью залезающего в салон, он в жизни не видел. Но это был конец всему на свете. Если сейчас сюда прибегут охранники, то им явно несдобровать! Причем, в главную очередь Трофиму и самому Сереге. Этот подлец-Вилыч спрячется под сиденья и, пока их схватят за микитки и поволокут выяснять отношения, Вилыч останется незамеченным. Наверняка, это его очередная пьяная выходка: подставить этих ребят, а самому смыться незамеченным.
   - Нате, короче, надевайте эти шапочки, - протягивал Вилыч двум пацанам нелепые головные уборы в виде берета, - и проходим в самый конец салона.
   - Че это такое? - не понял Серега, глядя на "берет", странным образом очутившийся у него в руках.
   - Шапка-невидимка, - реготнул Вилыч. - Ты же хочешь, чтоб тебя не заметили?..
   - А это в натуре "невидимка"? - неуклюже мял Трофим ее в пальцах.
   - Она работает только на детей, - объяснял ему Вилыч. - Ну, и на таких отморозков, как мы с вами, чудики!
   - Я не чудик, - возразил Сергей.
   - Но ты пьяный? Так, как фанера над Парижем, - хохотнул Трофим. Вернее, не сам Трофим, а его голос. Своего друга Троху Серега в этот момент не видел.
   - Э, Троха! А ты где? - принялся Сергей ощупывать вокруг себя пространство, как тот слепец.
   - Во! - опять загоготал Трофим. - Я же говорю - пьяный. Уже зрение потерял!
   - Тихо вы, захлопнитесь, - шикнул на обоих Вилыч. - Сюда бегут гребанные охранники!
   Он тоже надел на голову берет и теперь это был второй, кого Сергей в упор не видел.
   Сережка, как безумный, озирался туда и сюда по салону... Никогда он не чувствовал себя более одиноким.
   Но, как только в его поле зрения попали двое молодчиков в камуфляже (на спине черные буквы: охрана), Серега немедленно нахлобучил на голову этот ужасный "берет".
  

5

  
   Так они трое и сидели. Сначала дождались, пока недалекие охранники разберутся, из-за чего открыта дверь, если внутри автобуса предположительно нет угонщиков (тех, из-за кого завыла сигнализация). Потом ждали, пока ленивый толстопуз-водитель оторвет свою задницу и поковыляет к микроавтобусу. "Че вам надо, растяпы? - загудит пузан громче собственной сигнализации. - Ну да, у меня иногда открывается дверь, сама. Но ведь это ремонтировать надо! Вы-то здесь на кой нужны? Вы что, мастера фирменного ремонта?!"
   Потом они ждали, пока он доедет до заданного адреса. Пока убитые горем родственники будут прощаться с покойным. И все это тянется очень долго, как назойливая пластинка. Сергею так и не терпелось - снять с головы этот нелепый берет и выйти из игры. Но Вилыч его предупредил: "если берет с башки снимешь, то тебе его опять потом захочется одеть. Но ты уже будешь идеально трезвым и тогда ты никогда не снимешь его с головы. Потому что лицо твое начнет резко меняться, а сам ты не исчезнешь... Ну, по трезвяку не исчезают под этой шляпкой". Вообще, он очень долго тараторил, в основном, молол ерунду, но в сердце Сереги оседало очень прочное желание - не снимать шапку, плюнуть и не выходить из автобуса.
   Только, когда уже гроб с телом положили в салон, на пол, по местам расселись кто-то из родственников, и, когда микроавтобус выехал в пригород, Вилыч так странно себя повел, словно он вконец уже обезумел. Вилыч снял с головы свой "берет", поднялся с места и завопил, как резаный: "Автобус захвачен бандюками, всем выйти из автобуса, еще один голос и я выдергиваю чеку из гранаты!" В кулаке его при этом была зажата "лимонка". Все, кто находился в автобусе (не считая двух невидимых приятелей Вилыча), тут же, в страхе, повыскакивали наружу. В том числе, и толстопузый водитель. Уж он-то оказался самым большим трусом, чем пассажиры, которых он перевозил. Виллыч налюбоваться не мог на его реакцию: затормозить свой автобус и начать спасаться бегством еще до того, как "террорист" договорит свою "скороговорку" до конца! Это ж до какой степени надо быть глупым и пузатым?!
   - Выходите все! - объяснял держащий в руках гранату малолетка для остальных остолопов. - Кому сказал? Я разнесу щас здесь все к едрене-фене! Запомните, это мое последнее предупреждение - третий раз повторять не буду! Бегом вышли, мозгляки!
   Видимо, все были убиты горем настолько сильно, что никто даже спрашивать ничего не стал. Например: "а можно нам вытащить заодно гроб с покойником? Там сзади идет колонна, мы договоримся с ними как-нибудь. А тебе, мальчик, если так сильно нужна эта машинка, то забирай ее на здоровье. Играйся, сколько влезет".
   - Ну, чего припухли? - гоготнул веселый паренек, когда народец полностью опустошил "микрик". - Снимайте свои долбанные "беретики".
   - А че за кипешь? - раздался из пустоты голосок Трофима.
   - Просто, пока мы здесь торчали, то успели уже протрезветь, - объяснял ситуацию Вилыч. - А дальше находиться в "шапке" опасно. Как я давеча вам говорил, вы можете ее не снять вообще никогда...
   К автобусу в это время подходили недовольные люди, когда снаружи увидели троицу захватчиков. Кто-то хотел лезть уже за пазуху, доставать "пушки", но сильно стеснялся: захватчики - в основном сопляки. Тот хмырь, который первым начал угрожать, прыгал за водительское сиденье, шустренько заводил мотор... Одним словом, все, кто был недоволен такой вероломной попыткой захвата, находились в полном шоке.
   - Э ты, чудила! - завопил Серега на "угонщика". - Куда ты поехал? Надо сваливать!
   - Ты-то хоть не воняй, - буркнул Трофим. - Сначала уедем от этих инопланетян, потом уже... А то захватят, посадят нас в свои "тарелки"!
   - Хоть кто-то соображает! - хихикнул самодовольный Вилыч. Самодоволен он в основном был тем, как ловко ему удалось провернуть эту нехитрую операцию. Не зря про него толкуют, что он настоящий волшебник!
   - Так мы же на поминки вроде хотели попасть! - все не переставал недоумевать Сергей.
   - Поминки подождут, - брякнул Троха.
   - Да. Ну, откуда я знал, что именно в этом автобусе валяются наши дурацкие "береты"?!
   Сергея эти слова заставили задуматься: Вилыч совершенно прав. Судя по тому, что изначально он не планировал проникновения в этот странный автобус. И судя по тому, что он вообще ничего и никогда не планирует. Все само как-то происходит.
   Поскольку трое ребят решили ехать молча, то тело старика, которое до этого провожали в последний путь, неожиданно поднялось из гроба и решило поговорить с данными "детишками". То есть, если лежащий в открытом ящике старик не поднялся и не принял бы сидячее положение, то ни один из троих ребят не проронил бы ни слова за все время езды. Им всего-лишь хотелось убедиться, что никто из колонны, следующей за данным автобусом, не присоединился за ними следом, и можно в любой момент остановиться и выйти из автобуса, чтобы бежать, куда глаза глядят.
   - Молодые люди, - заговорил старик, - как вы понимаете современный терроризм?
   - Эй, чуваки, - тут же предупредил Вилыч своих друзей, - не реагируйте. Поняли? Это не восстание из мертвых, это не галлюцинации, это тупой спектакль. Имитация похорон.
   - Но, может, он заснул летаргическим сном, - предположил Трофим.
   - Я тебе сказал - не болтай! Пусть этот старый хрен чешет языком. А я не буду сбавлять скорость. Если у вас есть пристежные ремни, пристегнитесь.
   - А что ты собираешься делать? - нарушил Серега команду Виллыча.
   - Если старикан полезет ко мне "целоваться", я крутну руль, переверну автобус и отправлю его к праотцам. Еще есть вопросы?
   - Вы не ответили на мой, мой юный друг, - заметил старик, неподвижно сидящий в гробу. - Что же такое терроризм? Приказы дьявола?
   Трое подростков не проронили ни звука.
   - Если вы будете молчать, - продолжал разговаривать с ними старик, - у вас загорится одно из сидений. Приготовьте на всякий случай огнетушитель.
   И правда, как только он это сказал, кресло, которое находилось рядом с ними, неожиданно вспыхнуло.
   - С таким же успехом, - продолжал дедок, - может загореться одежда, на любом из вас!
   Кто-то, Серый или Трофим, вскрикнул, увидя полыхнувшее кресло где-то посреди салона.
   - Ну что, убедились? - продолжал старик своим назидательным тоном. - Убедились, что это не цирк и не съемки художественного фильма про похороны?
   Троха тут же подскакивал с места и стараясь оббежать гроб так, чтобы полоумный старик не схватил его своей клешней за ногу, срывал с автобусной стенки огнетушитель и суетливо пытался погасить загоревшее сиденье. Причем, сделать это было непросто. Как понял Трофим, кресло не было полито бензином или какой-то иной горючей жидкостью. Огонь, странным образом, исходил откуда-то изнутри. Так, словно кресло напоминало собой гору вулканического происхождения и было известно, что самая маковка такой горы тоже ничем не полита, чтобы ей можно было так сильно гореть. - Вилыч смотрел на всё, на это, но скорость сбрасывать покамест не собирался. Он думал так: сбросить скорость - объявить себя побежденным, остановиться - окончательно проиграть. Во всяком случае, Вилычу не хотелось показывать себя трусом перед этим "клоуном", зачем-то залезшим в гроб.
   - Ну хорошо, дед, - ответил ему Вилыч, не оборачиваясь, - тебе удалось привлечь наше внимание, ты прав. Говори, чего ты хочешь.
   - Я хочу только одного, молодой человек, - донесся голос от сидящего в гробу существа, - спокойно доехать на кладбище. Перед этим мне хотелось спокойно дожить до старости, умереть... А сейчас мне хотелось бы... Ну, я не буду повторяться.
   - А если он дороги не знает? - попытался Трофим уточнить после того, как с горем пополам справился с горящим креслом.
   - А Вы будете нам дорогу указывать? - осмелился заговорить уже и Сергей.
   - Нет, мои милые юноши, - огорченно покачал головой сумасшедший старик, - мне нелегко с вами разговаривать.
   - Дак что случилось-то?! - произнес Трофим, повесивший огнетушитель на место. - Мы, в принципе, едем. Уходить никуда не собираемся. Что не так?
   - Да все хреново, - ухмыльнулся Вилыч. - Что бы ты ни сделал, все не так и не эдак.
   - Для начала, - опять заговорил старик, - вы не ответили на мой вопрос. "Как бороться с современными террористами?" Как понять их природу? Кто они такие? Может, ими управляет сам дьявол, и это конец света? А? Ведь, при помощи банального терроризма, можно постепенно-постепенно уничтожить все человечество. Не так ли? И, значит, бороться с ними бесполезно, потому что это посланники дьявола. К примеру, обезвредишь ты одну банду террористов, но тут же появится две совершенно новых и более неуправляемых, чем та, предыдущая!
   - Что-то мы не поймем тебя, отец, - заговорил Вилыч, обращаясь как бы от лица всех слушавших. - Ты сам же спрашиваешь и сам же отвечаешь. Словом, ты так и не объяснил, чего ты хочешь. Что, чтобы мы с тобой подискутировали?
   - В данный момент, - опять заговорил этот старый пень своим неторопливым тоном, - я хочу только одного: взорвать весь этот автобус, в котором вы меня везете. Но, только, не вижу в этом никакого смысла. Зачем трогать автобус, если можно так сказать, на данный момент в нем совершенно никого нет. А, сопляки?.. Ведь, согласитесь, намного проще было сделать так, чтобы загорелись вы сами, каждый в отдельности. Но, собственно, сделать это опять-таки невозможно.
   - Что же тебе мешает? Смотри, как хорошо ты поджег кресло!
   - Мешает мне то, что я чувствую, вы не вампиры. Наоборот, кто-то из вас сел в этот автобус, чтобы помириться с моей внучкой. Я, только, не могу определить, кто. То есть, вы не совсем еще конченные ребята. Говоря другими словами, вы не террористы.
   - Ну да, хрыч, это ты очень справедливо угадал, - опять усмехнулся Вилыч, - мы действительно не террористы. Мы просто школьники...
   - Паренек, - перебил его старик, - посмотри в зеркальце заднего обзора.
   - Это еще зачем?
   - Потому что машина, которая стоит по ту сторону на обочине, сейчас загорится. Когда она будет сзади, то взорвется.
   И, действительно, с краю дороги стояла какая-то развалюха, полностью без колес, но, как только это странное создание в гробу о ней заговорило, развалюха немедленно занялась пламенем. Когда Вилыч проехал чуть дальше, неустанно наблюдая за ней в зеркальце "заднего обзора", как посоветовал ему этот дедок, над машиной поднялся "грибок" взрыва.
   - Так вот, молодой человек, - продолжал старичок излагать свою мысль, - если ты не перестанешь меня перебивать, это же самое может произойти и с нашим автобусом. Он сначала вспыхнет, а потом взорвется. И учтите самое главное, молодой человек. Третий раз я не буду поучать Вас на примерах.
   - Извините нас, - прохлюпал Сережа, когда взрыв уже скрылся за сопкой, за которую завернул автобус, и очкарику более не было видно этого причудливого зрелища. - Продолжайте-продолжайте...
   - Да я, в общем-то, уже сбился с мысли.
   - Но вы позволите, в таком случае, нам спросить? - осмелился вякнуть Троха.
   - А что вам остается делать? Спрашивайте, лоботрясы. Конечно, спрашивайте.
   - Кто вы такой?.. Я помню, Вы что-то говорили по поводу вампиров... Вы - вампир. Я правильно понял? Вампир, восставший из ада.
   - Если объяснять на вашем неуклюжем языке малолеток, то это называется "зомби", а не "восставший из-за задницы", - передразнил его старик. - У вампиров, обычно, видны клыки.
   - А какая разница? - тоже осмелился подать голос очкарик Сережа, вопреки только что прозвучавшему предупреждению - не перебивать старших, не задавать им свои дурацкие вопросы. - Какая разница, вампиры, зомби... Да хоть те же полтергейсты!
   - Поскольку ты самый не нахальный из всех, здесь присутствующих, - тут же донесся ему ответ, - то персонально для тебя я попытаюсь объяснить разницу. Конечно, не уверен, что мне опять не попытается какой-то молокосос заткнуть рот своими перебиваниями...
   Вилыч попытался опять что-нибудь съязвить насчет "молокососа", но старик продолжал. Как всегда, разговаривал он неторопливо. Так, словно униженный оратор, которого вынудили "метать перед свиньями бисер".
   - Дело в том, ребятки, что у вампиров есть способности к самовозгоранию. Ну, другими словами, они самовозгораются в знак протеста. Например, недовольство по поводу солнечных лучей или по поводу осинового кола, вбитого им в сердце... В общем, любая форма насилия над этими невинными кровососами, может их привести к одному и тому же результату - самосожжению. Так вот, мы, зомби, очень долго изучали природу вампира. Как вы сами понимаете, мы боялись столкновения. Вдруг вампир повстречается на нашем пути, а мы, как те дикие животные, боящиеся огня, не будем знать, что нам делать, чтобы противостоять власти агрессивного вурдалака. В принципе, мы переняли у них кое-какие навыки. Если вампиры пьют кровь, то мы - поедаем человеческое мясо... Оставалось лишь самое главное: изучить их способности к самовозгоранию и возгораться уже самим. Ну, просто, когда ты сам себе наносишь ожоги, то это не так болезненно, чем влияние извне. То есть, когда сжечь пытаются уже тебя. Одним словом, нам хотелось уметь делать самосожжения, если получится так, что банда вампиров начнет нас преследовать, за то, что мы ведем себя как паразиты: съедаем все мясо и не оставляем этим засранцам ни капельки. Вернее, они должны облизывать после нас обглоданные кости, как стая унылых бомжей, копающаяся на помойке и подбирающая все то, чем побрезговали бомжи-паразиты, пришедшие раньше них. Короче, у нас ничего не удалось. Сколько бы ни изучали теорию самовозгорания, но на практике всегда один и тот же нулевой результат. Но, как вы сами понимаете, ребятки, нет худа без добра. Современное поколение зомби рождается с уже заложенными талантами: мы умеем поджигать окружающие предметы одним только взглядом. Конечно, не все без исключения владеют такими талантами. Многих нужно учить... Но, я считаю, намного проще учить тех, кто уже что-то умеет. Учить умению контролировать себя. А то так же можно сжечь целый мир... Ну, вроде, посмотреть на планету, подняться в космос, и земля немедленно вспыхнет как уголек в печке.
  

6

  
   В общем, закончилась эта история тем, что автобус наконец-таки добрался до запланированного стариком кладбища, старик бойко подскочил с места (до этого он уже не лежал в гробу, а сидел, как и все те, которых полоумный "террорист" выгнал в три шеи из автобуса, и, видимо, при ком старик очень сильно стеснялся выходить из своего гроба и занимать в этом автобусе одно из свободных мест, странным образом выбрав именно то креслице, которое так старательно пытался сжечь все дотла при помощи своего изощренного пирокинеза) и быстрее побежал, чтобы не терять времени даром. Ему так сильно не терпелось оживить как можно больше мертвецов. Но мертвые, как лежали, так и продолжали валяться, придавленные своими тяжелыми памятниками.
   Пока они ехали в микроавтобусе, старик очень долго рассказывал мальчишкам о том, каким молодым и бойким он себя чувствует... Да как у него сейчас восстанет на ноги все вместе взятое кладбище... Да как много в нем скопилось нерастраченной энергии, пока он неподвижно лежал в этом гробу и угрохал столько много драгоценного времени. Словом, чем больше говорил старик, тем сильнее чувствовал огромную власть, заложенную у него в руках. Но, как только дошло до дела, то тут руки-то у него и опустились.
   - Как мне поднять этих тупиц? - разорялся несчастный дед. - Ребята, может, поможете? - ухватился он за мраморную плиту и пытался раскачивать ее из стороны в сторону. Так, словно это была не плита, а его старый-гнилой зуб.
   - А вдруг, провалится! - сделал Вилыч вид, что испугался. А сам в это время давился от смеха, который рвется наружу. Хрен его знает, этого старика, поднимать из мертвых он явно не умеет, но вот своими способностями, воспламенять усилием взгляда, он уже поделился. Вилыч думал, что ему повезло, что кресло загорелось именно посередине "микрика", а не ровно под его булочками.
   - Кто провалится?! - кипел дед от своего чрезмерного негодования.
   - Памятник, - ответил Трофим. - А может провалиться и не в одиночку... Провалится одновременно несколько могил.
   - Ну, мы хоть как-то им отомстим, этим лентяям! - вопил старик. - Этим ленивым неповоротливым лежебокам! Хоть передавим этим памятником им все кишки...
   - А, ну если так, то... - подскочил Троха к памятнику и принялся помогать старику его ворочать. - Пацаны, подключайтесь! Давайте тут разворотим все к едрене-фене, пусть нас посадят за вандализм...
   - Не, чуваки, - влез Вилыч, - давайте для начала вчетвером посцым на могилку. Так сказать, увлажним - взрыхлим землю. Тогда и ворочать будет уже проще.
  

7

  
   - Ларико, а ты не знаешь, где Танька? - подошел на перемене одноклассник к этой девочке. - Я звонил на ее мобильник, но постоянно бабка берет трубки... Короче, она меня послала по матери, назвала ничтожеством и сказала, чтобы я ей больше не звонил. Че ты молчишь? Смотришь на меня, как на педика... Где Танька, не знаешь?
   - Слышь, я не поняла. Че ты от меня хочешь? Танька тебя послала, назвала тебя педиком. Или ничтожеством? Я не расслышала... Я-то чем тебе могу помочь? Заменить Таньку? Чтобы меня тоже назвали педиком? Вернее, послали по матери.
   - Ты специально все перепутала? - начал психовать Танькин друг. - Не Танька, а ее бабка назвала меня педиком! Тьфу, из-за тебя оговорился. Каким педиком? Никто никаким педиком меня не называл...
   - Значит, ничтожеством, - успела вставить веселенькая Лариса, пока ее подружки чуть не катались со смеху. - Какая на фиг разница? Я тебя не об этом спрашиваю. Но, для особо тупых, могу повторить по складам: че, ты, от, ме, ня, хо, чешь? Дошло, нет?
   - Может, успокоишься и дашь мне спокойно объяснить?
   - Хорошо, объясняй, спокойный ты мой.
   - Объясняю, тоже, по складам. Танька меня никуда не посылала и не называла ничтожеством. Потому что телефон взяла ее бабка, а не Танька. Из этого следует, что Таньки не было дома. Поэтому я спрашиваю у тебя, как у лучшей Танькиной подруги, не знаешь ли ты, куда она пропала!
   - Мда, чувак, ты меня в тупик загнал. Я действительно не знаю, куда пропала твоя бабка. То есть, твои бабки. Ну, я не понимаю, о чем ты лопочешь, мальчик.
   - Да мне по барабану, понимаешь ты хоть что-нибудь или не понимаешь. Но, если ты ее встретишь, то передай своей Танечке, что я знаю, как перед ней извиниться! Это ты поняла? Я знаю, где спрятано золото.
   - Хорошо, мальчик, я передам, что ты говорил о ней в уничижительном тоне: "передай своей сраной Танечке".
   - А как ты докажешь, что я...
   - А мои подруги записали на мобильную видеокамеру твою вспыльчивую рожу. Может, тебе показать и то, записалось у нас или не записалось?
   - Может, ты хочешь сказать, что смонтируешь запись и сотрешь мои слова про золото?
   - Слушай, дебил, вали отсюда. Не воняй! Ладно?
   Полный кипения и негодования юноша-онанист молча удалялся.
   - Ларико, че ты с ним так грубо?
   - Да потому что из-за него на меня Танькина бабка нагундела! Я бы вообще удавила этого канючливого... пупсика. Как начнет лопотать, так не остановишь!
   - А че, она реально на тебя наехала?
   - Ну, она мне орет "не звони больше сюда, ничтожество", а у самой дверной звонок не работает. Я думала, она со мной разговаривает, но только сейчас дошло, что, оказывается, ей названивал этот назойливый кретин. И бывают же такие дотошные упыри...
   - Почему "дотошные"? Он же говорил что-то про золото.
   - Что он знает, где золото спрятано? А я знаю, где спрятан ключ от квартиры, где деньги лежат! Но никому не скажу. И начну дразнить каждого: извинись передо мной и я тебе скажу! Но только бессмысленно извиняться перед капризными дебилами. Они от этого становятся еще капризнее.
   - А че она, звонит по своему старушечьему телефону? - захихикали Ларискины подружки. - Там на нем еще такая дурацкая трубка с проводочком, ее из-за этого проводочка не оторвешь... В смысле, не унесешь в другую комнату или на улицу.
   - Да нет! По моему сотику звонила! Прикинь?! Во оборзела, да?! Я знать не знаю, что он у этой старой грымзы, а она...
  

8

  
   Школьника, который искал свою Таню, звали Сергеем. Это был не тот Сергей, который собирался поехать на поминки, за компанию со своим другом Трофимом, это был просто его тезка. Он еще раз спустился в школьный подвал и отыскал там того бородатого человека, больше похожего на грязного бродягу, чем на восточного мудреца.
   - Вы точно считаете, что моя девушка пропала? - обратился к нему Сережа.
   - Я даже знаю, как она пропала, - прохрипел бородатый ему в ответ. - Мы ее сожгли. Сожгли мгновенно - даже пылинки не осталось.
   - Скажите, а вы не могли бы так поступить еще с одной школьницей?
   - А тебе это зачем?
   - Ну, просто она меня уже достала. Я устал от ее тупости и бесконечных, беспочвенных попыток насмехаться.
   - Слишком легкомысленная у тебя просьба. Мы не исполняем чьих-то заветных желаний. Мы сами решаем, кого жечь, кого нет.
   - Но что значит, "жечь"!
   - Ты хочешь спросить, зачем мы это делаем? Мы это делаем затем, чтобы люди сопротивлялись. Когда сжигаешь кого-то взглядом, то невольно он тоже пытается сжечь тебя в ответ. На самом деле, это не огонь, а простой свет.
   - Простой свет?
   - Ну да. Его душа. В принципе, это все, что нам от него нужно. Понял, дурень? Даешь много (целое испепеляющее пламя), а получаешь всего ничего - какой-то никчемный свет.
   - Но почему бы вам не начать выискивать более светлых?
   - А что толку! Свету от них много, а силы мало.
   - Какой-такой силы?
   - Ненависти. Разрушительной энергии. Желания уничтожить все подчистую.
   - Значит, вы мне не поможете?
   - Даже и не мечтай!
   - Но, а хотя бы золотом со мной поделитесь!
   - Ага. Щаз. Держи карман шире.
   - Но научите же! Научите меня... Я хочу хоть кого-нибудь сжечь.
   - Да тебя самого надо сжечь, придурка.
   - Нет! Вы опять неадекватно меня поняли. Не меня. Слышите разницу? Мне нужно сжечь, а не меня нужно...
   - Ой, как я от тебя устал. От твоей доставучести.
   - То есть, вы сожжете именно меня, а не ту школьницу, которую я попросил! - усмехнулся Сережа. И как раз, именно в это самое время, в подвале послышался шорох кого-то третьего. - А, дак Вы здесь не один! - В этот раз в голосе Сергея послышался уже страх, а не обычное дурашливое бахвальство. - Вы вдвоем... против меня одного.
   - Да остынь ты, ботаник, - заговорил этот третий. Сергей даже успел определить по голосу, что принадлежит он его ровеснику, а не такому же грязному бродяге, с которым они сейчас разговаривают.
   - Кто это у нас тут? - посветил этот подросток неожиданно вспыхнувшим лучом фонарика в лицо опешившего бродяги. - Бомж? Ага! Значит, решил зажарить на костре этого ботаника и съесть? Этот суповой набор - кожу да кости. Или не только съесть, но и оттарабанить... Тарабань самого себя, одиночка. Других же ведь бомжей больше нету, которых жрет ваш брат. А то они бы самого тебя отодрали. Увидели бы, что у тебя написана вся эта хрень на лбу, и...
   - Какая хрень?! - ничего не понял бродяга из "ботанской" тирады, которую лопочет ему этот молокосос.
   - Ну, - слегка испугался ботаник (примерно такой же хлипкий, как Сережа), увидев, как бомж начинает закатывать рукава и подниматься на ноги, - я имел в виду, что они по глазам всё это бы прочитали...
   Он не договорил, потому что бомж вырвал фонарик из его руки и луч на этот раз засветил в глаза хамоватому подростку.
   - Прочитали, говоришь, по глазам? - хмыкнул смеривший его взглядом бомж и выключил фонарик.
   - Ну, говорю, - промямлил этот тинейджер, видимо, уже смирившийся с тем, что его сейчас будут бить . - А что, нельзя, что ли? Сами-то небось напугали этого дистрофика: "сожгу тебя, сожгу"...
   - Да я у тебя, - ответил бомж, - тоже кое-что прочитал... по глазам.
   - У меня?..
   - Ты тоже, что ли, из наших?
   - Из каких "ваших"?
   - Поджигателей... мусорных контейнеров.
   - Если Вы спрашиваете, умею ли я поджигать на расстоянии предметы, то, конечно, нет, не умею. Но зато, если вы собираетесь угрожать мне, а не только этому малолетке, то смею Вас заверить, что знаком с одним из таких существ, которые действительно умеют это делать.
   - Значит, он тебя научил, - допытывался до него "бомж".
   - Нет. Мы просто ехали с ним в микроавтобусе... Ну, то есть, не с ним самим, а с двумя пацанчиками. А тот притворялся покойником, которого якобы везут хоронить. То есть, я хотел сказать, что мы с двумя моими друзьями пытались угнать этот микроавтобус и, поскольку лежащее в гробу тело, как позже выяснилось, не является покойником, то можно предположить, что все люди, которые якобы провожали его в последний путь, тоже наделены такими экстрасенсорными способностями.
   - Да ладно, не мели фигню! - реготнул "бомж". - "Вы пытались угнать катафалк у поджигателей..." Да не смеши меня! Да кто бы вам разрешил?
   - Но я же... Нет, но я могу объяснить...
   - У тебя, как ты говоришь, на лбу написано, что ты можешь поджечь взглядом какую-нибудь фигню!
   - Ой, - завопил Сергей, - а я как раз хотел попросить этого дяденьку сжечь на расстоянии одну школьницу, но он всё время отказывается. То есть, ты можешь мне помочь?!
   - Дак он говорит, что не умеет! - всё веселился "бомж". - Ему эта сила передалась, как зараза...
   - Зато, - показывал Серега на "бомжа", - он знает, где спрятано золото! Ну, в смысле, если этот мужик всё врет, то ты его подожжешь. А так, может, выпытаем про золотишко! Ведь, когда я нашел ту дуру, которую реально нужно сжечь, то он сразу начал открещиваться, мол я не я и лошадь не моя. То есть сразу показал слабину. Понятно, что он хвастается. Но зато его можно попытать, где у него золотишко.
   - Но у меня же ведь нет к той школьнице ненависти? - пытался "бомж" ну хоть что-то вдолбить Сергею в голову. - А у тебя, как я понял, есть. Может, ты сам попробуешь ее поджечь?
   Трофим почувствовал, что ему в голову из ниоткуда пришла мысль. Ему казалось, что "бомж" смотрит на этого малолетку и про себя думает: "Ты просто ответь мне "да", а я тебе помогу. Ты же ведь понимаешь, что я умею поджигать на расстоянии предметы? Просто согласись, подыграй мне, а я сожгу эту школьницу вместо тебя".
   - Да, - вспомнил Троха, - тот дед нам говорил, что нужна ненависть. Мол, без ненависти или без ярости не удастся поджечь ничего при помощи своего взгляда.
   - Ну вот, смотри, - всё не отступал этот бродяга от Сергея, - я сейчас разожгу здесь костер, а ты - свою школьницу. Может, совпадет и она окажется ровно в нашем с тобой костре. Давай?
   И наконец-то загорелись глаза у этого мелочного и мстительного Сереги: "С первым пунктом он согласился. Сейчас мы шустренько его реализуем и переходим ко второму - к золотишку, которое, как он сам считает, очень точно знает, где оно спрятано".
  

9

  
   В это время школьная перемена уже заканчивалась и Лариска со своими подружками заходили в класс. Вернее говоря, вся эта кучка девочек, которая не могла никак нахихикаться, заходила в класс самой последней. Ларико задержалась на некоторое время, так как ей подумалось, что, пока она развлекала на перемене одноклассниц, то обронила где-то свой телефон. Ей даже в голову не могло прийти, что телефон у нее стянул тот школьник, которому она нагрубила в конце разговора. Наверно, именно для этого он к ней и подходил.
   Так вот, после того как она прорвалась сквозь толкучку входящих в класс подружек, в этот учебный кабинет Лариса с тех пор больше не вернулась. Она бестолково бродила около двери этого кабинета, долго всматриваясь в пол, не валяется ли где ее мобильник, и... вдруг взяла и неожиданно сгинула. Сгинула, как какая-то паршивая ведьма. Вернее говоря, сгинула точно так же, как однажды сгинула Татьянка, над которой Ларико обожала вдоволь позубоскалить.
  

10

  
   - То есть, - радостно спрашивал Серега у бородача, - я должен нарисовать в своем воображении, как она воспламеняется? И она внезапно появится в этом костре? - Он кивнул на костер, который внезапно вспыхнул прямо напротив сидячего "бомжа".
   - Ну, - недоуменно пожал тот плечами, - во всяком случае, должна появиться... Нет, не так. Сначала она должна превратиться в невидимку, там, у себя в классе.
   - Стоп орлы, - затараторил Трофим. - Береты-невидимки остались в том "микрике"! В какую на фиг невидимку?!
   Но на его странные выкрики никто не ответил, поскольку в костре действительно появился обрубок человеческого тела. Это была голова школьницы. Так получилось, что повернута она была лицом и на этой голове резко вспыхнули волосы. Так резко, что Сергей чем-то очень дико перепугался.
   - Нет! Только не это! - запричитал он. - Это же Танькина! Танькина башка!..
   Он тут же подскочил с места и вцепился в бороду "бомжа".
   - Немедленно верни всё назад! Я не то хотел...
   - Кстати, - заговорил Трофимка, - с лысой головой эта лиза на пацана похожа еще больше.
   - Это не Лиза, - отлепился Серый от бородача и собрался наброситься на Трофима. - Это Татьянка...
   - Та Пьянка, - поправил он его, успев оттолкнуть от себя как можно дальше, чтобы не мешали ему договорить всё до конца, - а не "Тьянка". Ты че, не в курсе? Она была больше похожа на мальчика, чем на девочку, поэтому...
   - Но я же именно поэтому ее добивался!
   - Ее еще Ларико разыграла: начала с ней сосаться перед девчонками. И с тех пор "Ту Пьянку" не пускали в девчачьи тусовки. Говорили ей, что она мальчик. Мол, Ларико обкурилась и перепутала; подумала, что она пацан, а не девка. Ну, и ей (Той Пьянке) говорили, чтобы не лезла к девчонкам, а то притрется к пацанячьим тусовкам и начнет наушничать - доносить обо всем, что девочки говорят.
   - А что они говорят?! Эти пустоголовые... - всё истерически верещал Серый.
   - Что говорят? - почесал тот затылок, с унылым видом, мол, говорить - не говорить. - В основном, говорят о мальчиках. Ну так, мечтают. Ну, как и все девчонки, в определенном возрасте.
   - Почему всё так несправедливо?! - картинно восклицал Серега. - Почему не ее пускали в тусовку, а пускали ТЕБЯ!
   - Да я тут причем? - пожал Троха плечами. - Мне же всё это рассказывала Ларико! Ну просто, чтобы похвастаться, как классно ей удалось подставить эту "лизу".
   - Почему так несправедливо! - перебросился Сергей на бомжа. - Ведь я же Вас просил, умолял! Почему Вы сожгли не ту?!
   - Ну извини, - тоже пожал плечами бородач, - не повезло. Ты же понимаешь, я тоже пытался тебе помочь.
   - Ботаник, - весело заметил ему Троха, - это же твоя работа! Ты сам выбрал для сожжения именно ее. Дак зачем ты на невинного человека опять письку дрочишь? Привычка что ли у тебя такая дурацкая?
   - Но зато я у этой поганки спер сотовый, - вспомнил Серега то, чем можно утешиться. - Хоть какая-то полезная надежда.
   - Слушай, дружище, про какую поганку ты все время лепечешь? Что-то я в толк никак не возьму. Кого конкретно ты собирался сжечь! Может, объяснишь?
   - Да эту твою, которая перед тобой хвасталась, как ей хоть раз удалось в своей никчемной жизнешке хоть кому-то подговнять.
   - Вот ты лошара! - откровенно над ним насмехался Трофим. - У него, по чьей-то оплошности, телка сгорела, а он гонит про какой-то сотовый... А, подожди, я, кажется, тебя понял! Ты фетишист! Так? В смысле, Ларико свой мобильник включает в режим вибратора, мастурбирует им, поскольку мне не "дает", а ты его спер, чтобы на него дрочить. Но все равно - какого фига? Ты же сжечь ее готов был, то есть до такой степени ненавидишь. А на мобильник драконишь, потому что тебе до фени, чей он. Главное, что он принадлежит девке и хоть на что-то можно шкурку погонять. Я правильно тебя понял? А то давай добазаримся: я стырю у нее дома трусики, а ты вернешь мне ее телефон.
   - Да у сестренки своей стыришь...
   - Слышь?! Ты че нарываешься!
   - Я спер в надежде, что эта дура из-за него удавится. Я за ней наблюдал: она помешана на этом телефоне.
  

11

  
   - А че ты так суетишься? - спотыкался Трофимка, торопясь за Серегой, который убегал из злополучного подвала, как угорелый. - Она же все равно вчера или позавчера пропала!
   - Я знаю, что она пропала вчера или позавчера! - остановился тот и принялся орать, брызгая слюной в лицо. - Но где она, по-твоему, всё это время находилась?! Ты же видел - она свеженькая. Так, будто ее расчленили не меньше минуты назад.
   - Фиг знает, - почесал тот в затылке. - В морозилке?.. Ну, типа, в морозильной камере, в морге.
   - У нее бы тогда волосы не вспыхнули. В морозильной камере они, знаешь ли, смерзаются.
   - Ну, и, по-твоему, где?
   - НИГДЕ!
   - Да че ты, как истеричка?
   - Ее разорвало, как гранатой, - продолжал Сергей развивать свою мысль, - голова отлетела. И произошло всё это за мгновение до того, как мы с тобой увидели, как у нее вспыхивают волосы. Понял теперь, из-за чего я так "засуетился"? Всего-лишь из-за волос. Если бы они не вспыхнули так резко, если бы ее тело было из морозильной камеры, может, ее голова могла бы даже костер затушить.
   - Да понятно-понятно...
   - А она так выглядела, как... - От негодования Сергей иногда просто-таки задыхался. - Как будто свежий-сочный кусок мяса бросили в жаровню. И этот гад счас там наверняка его жрет!
   - Да ладно, не кипешуй. Ты лучше телефон верни? Ты реально спер его у этой лохушки?
   - Че "не кипешуй", че "не кипешуй"! Если он так легко телепортировал себе ее голову, то до остальной части тела, как бы ты сказал, "пара пустяков"?
   - Да наплюй просто! Всё равно она - тема нерентабельная. У вас так и так бы ничего не склеилось.
   - Так и как бы?!
   - Ну, если представить себе, что ты бы сейчас вернулся в тот подвал и отогнал бы этого назойливого "хахаля" от, как ты говоришь, "оставшейся части тела" Той Пьянки.
   - Не смей ее так называть!
   - А ты дай мне телефон? Хотя бы позвонить!
   - То есть, если я тебе его дам, то ты больше никогда так не будешь ее дразнить! - уточнил Серега с очень сильным недоверием.
   - Да не суетись - тебе говорят!
   - Просто я не уверен, что...
   - Если ты мне этот дурацкий телефон отдашь, то я даю зуб, что не буду.
   - А чем докажешь?
   - Тем, что эта Танька мертвая, а о мертвых говорят, либо хорошо, либо никак.
   - Лады, договорились. На! - Серега обрадован был тем, что услышал от этого кретина хоть что-то разумное. Он знал, что в школе так и так отберут у него этот телефон, но ему хотелось просто повыпендриваться. А чем еще заниматься в такой безвыходной ситуации?
   Перед тем, как подойти к школьному подъезду, Серега завернул в сторону сортира. Потом, когда из него выходил, то лоб в лоб столкнулся с Трофимом. Видимо, он уже позвонил, куда собирался, и тоже подходил к этому подъезду.
   - Ну че, позвонил? Гони мобильник назад!
   - Вот ты настырный... Нету больше телефона!
   - Че ты всё время мне врешь!
   - Нет, честно. Я сейчас вон туда зарулил, - кивнул он на нужник, из которого Серый только что вышел, - пытался погонять шкурку, но так сильно увлекся, что не заметил, как мобильник выпал из кармана. Наверно, он в "очко" провалился. Больше же некуда? Но мне западло лезть туда рукой, так как я до фига наложил там и не смыл... Ну, запамятовал тоже. Короче, телефон стопудово там. Если не веришь, то полезь и попробуй достать. А вдруг, он реально - именно в "очко" провалился?
   - Короче, - произнес ему Серега, - я тебе бойкот объявляю! Мне надоело с тобой сюсюкаться.
   - Бойкот могут объявить только несколько человек кому-то одному.
   Сергею хоть какое-то время удалось пробыть вне давления со стороны окружающих; без постоянных издевательских насмешек малолетних кретинов. Ну, сам он читал "Гарри Поттера", поэтому, видимо, "малолетним имбецилом" себя не чувствовал. Наоборот, полагал, что он на голову всех выше.
   Так вот, побыть ему удалось ровно до того момента, пока они вдвоем с Трофимом не поднялись на тот этаж, где до этого расхаживала Лариска, словно блуждала в трех соснах, по-идиотски всматривалась в пол, и пока у Сереги не полезли на лоб глаза от увиденного.
   - Танька?! - просипел он, чуть не потеряв дар речи.
   Та школьница, по которой он сох, вела себя в точности, как, перед этим, Лариска. Казалось, что она обронила здесь иголку и ищет ее, словно в стогу сена.
   - Че она потеряла? - подал голос внезапно приунывший Троха.
   - Да Лариска куда-то пропала, второй или третий день нету, - прощебетала Танька, увидев этих двух и в одном из них узнав своего одноклассника - канючливого ухажора, который своей канючливостью постоянно создает для Таньки неловкие ситуации. Они кажутся ей до такой степени неловкими, что часто хочется куда-нибудь сгинуть, и так, чтобы никто потом не нашел.
   - Че за фигня! - наконец не выдержал Серега самим же собой объявленного бойкота и обратился к Трофиму. - Мы же вместе с тобой, собственными глазами видели, как у Таньки вспыхнули волосы!
   - Блин... - промямлил тот, - я только что звонил дружбанам... Ну, ты их не знаешь... Очкарику, Виллычу, и там еще "дед мертвый". Наверно, эти ублюдки что-то напутали. Я же им говорил: "козлы! Не вздумайте опять чего-нибудь напутать или накосячить". И вот, такое западло постоянно.
   - А что не так-то?
   - Да Ларико - она же моя телка! Она же не должна была никуда сгинуть?!
   - Но ты телефон-то верни? Чай - обещал...
   - Да на, на, подавись своим телефоном! Недоумок мелочный.
   - А че этот ваш Вилыч? - спрашивал его Сергей.
   - Да ниче! Пошел ты? - озлобленно ответил ему Трофим. - Я вообще не хочу с тобой разговаривать.
   Он должен был сказать Сергею, что они с друзьями считают Виллыча "настоящим волшебником", но, поскольку находился Троха в бешеной ярости, то не сказал ему ничего. Он убирался от этих двоих куда подальше и ворчал себе под нос: "Лузеры, блин... Как я ненавижу этих позорных подлых лузеров! Из-за них всё зло творится в этом сраном мире. Почему в этом мире рулят только одни лузеры! Кто им разрешал?!"
   Но вдруг Трофим неожиданно остановился. Его осенило, он понесся в сторону школьного подвала и, даже не разбирая, что происходит там, где сидит "бомж", принялся визгливо орать: "Не жри! Не жри мою Лариску, гад!"
   - Че, одурел? - хохотнул "бомж". - Ты же болтал, что это девка твоего дружка!
   Но Трофим отшвырнул этого увальня в сторону, просто как пушинку, и... медленно склонялся, приседая на колени. Он не ошибся в своих догадках - в потухшем костре действительно лежала голова с Ларискиным лицом.

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Д.Максим "Рисс – эльф крови"(ЛитРПГ) Р.Брук "Silencio en la noche"(Антиутопия) B.Janny "Берег мёртвых "(Постапокалипсис) М.Атаманов "Котёнок и его человек"(ЛитРПГ) А.Верт "Пекло"(Боевая фантастика) С.Елена "Первая ночь для дракона"(Любовное фэнтези) А.Емельянов "Последняя петля 7. Перековка"(ЛитРПГ) В.Кретов "Легенда 2, инферно"(ЛитРПГ) А.Емельянов "Тайный паладин"(Уся (Wuxia)) Д.Деев "Я – другой"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"