Уткин Михаил: другие произведения.

Живяк

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
Уровень Шума. Интервью
Peклaмa
 Ваша оценка:


   Живяк.
   И снова... Ладони легли на края капсулы регенерации. Как обычно в пояснице прострелило, заставив покривиться. Тупая техника! Я ударил по краю откинутого купола. Еще и ещё раз! Кровь потекла по пластику. Нет, это не техника тупая, это я тупой. Тупой и старый.
   Под потолком раздался холодный безличный голос:
   - Капсулер Донатан Кейбл, добро пожаловать в жизнь. Программирование капсулы начнется через десять... девять... восемь...
   Я крепко ударил ещё раз, на этот раз боль пронзила костяшки пальцев и отдалась в локоть. Как говорится, добро пожаловать и выметайся, факен фак.
   Три... два...
   Ноги кое-как перевалились через край ванны, бледные морщинистые... Я с трудом выпрямился, придерживая поясницу.
   Ноль...
   Раздалось шипение, как из проколотого колеса и купол одним движением накрыл формовочное ложе, такое же, как еще сотня в регенерационном зале. Почти все темные, лишь в паре клубится пар. Ядовитая зелень, с фиолетовыми искрами. Скоро и оттуда вылезут живяки, вот только совершенно точно, тела у них будут получше.
   Отсчет закончился уже с полминуты, я же без сил сидел на корточках, прислонившись спиной к аппарату. Он зашипел сильнее, так и представились фантастические змеиные киборги, перешиповающиеся меж собой:
   - Этот живяк ушшшел?
   - Вылессс. Выползок человечшшший!
   - Хорошшшо. Не нужно сссснова понукать, ток тратить."
   Воображение всегда было одним из главных моих качеств. Только бонусов для боевого пилота никаких, лишь вред. Я врезал по стене, боль в разбитых костяшках стегнула по нервам. Нет, я вовсе не яростный придурок, типа сейчас начну грызть щит. Боль заставляет быстрее включаться рецепторы, а то новое тело всё сейчас как отсиженная нога.
   Новая старая отсиженная нога. Дверь в зал капсул скользнула в сторону - зеленый огонек приглашающе подмигнул. Ага, щас пойду голышом, конечно... Это Анжелина Джоли может позволить себе "забыть одеться", выйдя отсюда в зал станции. Впрочем и выйдя откуда угодно вообще-то. Она оказалась в своё время куда мудрее иных мудрецов...
   Я снова ударил, сильно, но аккуратно, чтобы не повредить хрупкие кости. Удар пришелся на этот раз по клавише шкафа отсека. Стандартный отсек, даёт стандартную одежду, и стандартную плитку шоколада в нагрудном кармане. Здоровенная, во весь карман двадцать на пятнадцать. Чтобы подсластить, значит, очередное бытие. И цвет комбинезона ядовито желтый. Говорят, чтобы внушать оптимизм. Черт знает кому, правда внушать. Я с отвращением посмотрел на отражение в стенке шкафа. А оно посмотрело на меня: обрюзгшее с многослойными мешками под глазами, висящими щеками и морщинистой шеей. Огромный лоснящийся нос-картофелина и уши... Огромные, с губчатыми мочками, словно у меня были в предках слоны. Ближайших предках, факен фак! Да, а вот обезьян похоже, не было. Волос нет, да и шерсть не скрывает ничего: от висящих многослойных сисек, до таких же висящих мешках кожи на коленях. Ну ладно, я оделся и большая часть складок скрылась под рубашко-штанами.
   Общий зал станции встретил обычным гулом. Обстановка как в древнем клубе, и не скажешь что космическая станция. Орет музыка, на сцене что-то поет и извивается. Бармен, заметив мой нелепый наряд, замахал рукой. Впрочем, не рукой, скорее зажатым в ней шейкером. Манит значит. И орет, перекрывая все звуки:
   - Донатан! Дружище! Ах, ты мой снова сумчатый!
   Я криво усмехнулся, согнул руки к груди и пару раз тяжело скакнул к стойке. Бармен залился хохотом, повизгивая и вытирая глаза. Точнее один глаз - вместо второго вставлен золотой имплант, сияющий драгоценными камушками.
   - Меня радует, Майк, твоя стандартная реакция на эти тупые скачки, - сказал я забирая свой коктейль.
   - Дон, если бы ты со стороны смотрел, то и сам бы не удержался. Жидкость повторить?
   Я кивнул, не отрываясь от бокала - живительная влага восстанавливающего коктейля потекла по жилам бодрящей волной. Энзимы и гормоны начали раскручивать гомеостат нового тела, потрясенного внедрением сознания. Бармен бросил трубочку в новый бокал:
   - Этот с регенерацией. Как тебя отучить колотить предметы при вылезании из капсулы, даже не представляю.
   - Ничего. Я вот не знаю, как отучить тебя вставлять алмазы в глазной имплант, и не переживаю ведь... В имплант! Как был папуасом, так и остался.
   Бармен поджал губы:
   - Третий пьёшь за свой счет.
   - За что я люблю твою станцию, так это за то, что никому не даешь спуска, - сказал я и приложил палец к кредитному сенсору. Тонко пискнуло, и со счета списалась сумма. Бармен шевельнул зрачком, считывая интерфейс. Брови сдвинулись.
   - Дон... Ты зарезервировал себе очередной набор для вылета. И денег у тебя осталось совсем не густо. Не пойму, ты настолько сильно хочешь снова крабить на астероидах? Может оставишь уже свои идиотские попытки атаковать базу Мурракари? На тебя даже ставки перестали делать. Только на то через сколько минут тебя уничтожат.
   - Да? И каковы ставки? - бодро спросил я, забирая третий коктейль.
   - Один к ста, что на первой. Но и эта ставка никого не интересует.
   Я отсалютовал бармену коктейлем и двинулся за столик. Столик на двоих... впрочем, я всегда сидел за ним один. Фиолетовое существо на сцене, увидело направленный взгляд и запело-заизвивалось громче-сильнее. Я отвернулся, нечего зря глотку драть - бармен прав, чаевых у меня не густо.
   Когда сцепились с японцами за планету Дарт, я работал конструктором в крупной корпорации. И в целом мне было совершенно плевать на сражения и прочий военный хлам. Ну вышибли японцы наших, едва зацепившихся за новую колонию да и ладно. Системой больше - системой меньше. Противостояние повсеместно. Что это для трехсотлетнего киборга, практически живущего в адаптационной ванне? Лишь еще один эпизод не особо интересной реальности. Впрочем, академический интерес превратился в очень конкретный, когда раскаленная балка ударила мой уютный кибер-мирок всей своей трехсот пятидесяти четырех килограммовой массой. Чертова железяка швырнула мое сознание на базу клонирования к которой было приписано. Стандартная процедура, и все бы ничего, подумаешь смерть, однако все мои импланты, все дополнительные железы и органы что кропотливо выращивались и сплетались в единую систему - остались там же. Под развалинами.
   Здесь же, я оказался в теле. Своем стандартном теле, образец ДНК для которого был взят при фиксации моей первой смерти в 2019 году в возрасте 97 лет. Я переходил в те стародавние времена дорогу и то ли делал это не достаточно быстро, то ли вовсе отключился,.. не важно. Реимплантация сознания в клон произошло в 2027 году в рамках военной программы восстановления.
   Конечно, произошло не просто так. Лишь прекраснодушные философы двадцатого века мечтали о воскрешении всех и вся во все века. Фёдоровцы, трансгуманисты... Спорили как будет адаптироваться сознание потрясенное шоком будущего. Прикидывали держать ли величайших убийц вместе с праведниками или нет, и как отрезать им то что делает убийцами, и нарастить то что делает праведниками. Хе-хе.
   Но на деле, когда стало возможно воскрешать, всё уперлось в ДНК. Хорошие, целые, сохраненных ДНК. Твои собственные. Нет? Будь и дальше прахом. Аминь. Есть ДНК тебя - молодого? Ты на коне, и практически бессмертен! Есть только ДНК тебя - старого? Ты все равно бессмертен, но черт возьми, под конём. И бессмертие тебя совсем не радует. Нет, можно капитально подремонтироваться, поставить импланты, но... все это стоит нехилых денег, которых опять же, имея плохие базовые параметры не заработать. Ну или заработать, но за очень долгий срок.
   И вот, я волок это своё базовое тело в корабельный отсек. Шершавый пластик шаркает о волочащиеся подошвы. Этим... с молодыми телами не понять, но дед шаркает не по недомыслию. Фактически это единственный вариант устойчивого перемещения в пространстве. Если оторвать от пола обе подошвы в беге, то начинает водить и бросать по сторонам, из-за барахлящего вестибулярного аппарата, а кость хрупка...
   Зачем я волокусь в корабельный отсек? Нет, никакую технику армия мне не субсидирует. Теперь. Пара боевых вылетов, после курса тренировок показали, совершенную мою пилотную негодность. Поэтому корабль приходится покупать на свои кровные, тупо нарытые в астероидных полях кредиты. Нет, я не маньяк боевик, готовый отдать последние гроши, лишь бы несколько раз выстрелить в неприятеля. Здесь другой интерес...
   После самого первого оживления я еще был на экспериментальной программе. На них выделялось много ресурсов и можно было себе позволить пробовать, прокачивая свой виртуал. Сейчас реальность шла исключительно на цифры - технологии отработаны, благотворительность закончена. Идет война, вечная война за ресурсы, информацию и пути, и государство финансирует лишь воинов и вкладывается в воинские навыки. Когда я был вирт-конструктором, был востребован из-за проработанной системы имплантов, сращённых с сознанием и продуманной под это дело биологией. Но лишившись всего, я остался со своей базовой мясной тушкой с никчемными параметрами 97 летнего старца. И стою сейчас гораздо меньше фрегата, к которому сейчас направляюсь.
   *****
   - Донатан Кейбл, вас просят пройти в боевую рубку, - сообщил безличный голос с ближайшей обзорной панели. Я вздохнул...
   - Какое воякам дело, до одиноких рейнджеров?
   - Донатан Кейбл, вам запрещен вылет, до посещения рубки, - добавил информатор и динь-донкнула реклама - аппаратура заметила направленное внимание и пыталась выжать вложения.
   И конечно они не отстанут. Политкорректные приказы гражданским, всё равно являются приказами. Я с тоской посмотрел на ближайший гравитационный лифт. Терпеть их не могу, но тащиться пешком слишком долго. Я тяжело опустился на сиденье в нише стены. Вдохнул и, пока не передумал, выплюнул:
   - Рубка!
   Успел набрать воздух и напрячь живот, прежде чем сиденье ударило в зад, а кишки свалились в сиденье. Долгие десять секунд перегрузки, которой практически никто на станции не замечает. Только такая развалина как я чувствует каждую долю лишнего "же". На месте я еще несколько секунд не мог перевести дыхание. И только когда кресло-лифт недоуменно задергалось, не понимая, почему на него еще давит груз, я тяжело сполз с него. Как оборванный воздушный шар, оно мигом унеслось в колодец на очередной вызов...
   - Капитан Маркарт, доктор Сьюзи.
   Надеюсь в моих кивках не было раздражения. Рослый широкоплечий воин и тонкая красавица в белом и, черт возьми, коротком... Смотрят на меня брезгливо и недоуменно, как на какое-то причудливое насекомое. Они в действительности не намного младше меня. Что для сотен лет, какие-то четверть века, однако, поди ж ты. Голос капитана мягкий, успокаивающий. Таким говорят с убогими.
   - Господин Кейбл... Донатан. Насколько я понимаю, вы снова намерены отправиться в самоубийственный рейд на базу Мурраками.
   - Да, я намерен напасть на эту базу, - ответил я холодно. Капитан не сдержал улыбки, а доктор подняла глаза к потолку, словно обращаясь к неведомым богам вразумить этого идиота.
   - Вам не кажется, что слово "напасть" в вашем случае звучит самонадеянно? Маленький фрегат и огромная станция, которую обходят стороной целые флоты.
   - Какое вам дело, господин Маркарт? Фрегаты я приобретаю на свои сбережения. Стимулирую так сказать экономику базы. Чего вам более?
   Голос капитана приобрел оттенок язвительности. Кажется я зацепил его не воинским обращением, хе-хе. Ну что же, надеюсь это сократит диалог. А он вещает:
   - Если честно, у меня сложилось впечатление, что вы решили таким вот оригинальным способом снабжать японцев металлоломом.
   Доктор улыбнулась, отметив шутку. Несмотря на почтенный возраст, клеточно-гормональный функционал у них на уровне тридцатилетних, поэтому все инстинктивно-телесные штуки работают как у молодых. Вот и капитан, украдкой бросил взгляд на женщину и глаза победно сверкнули. Но вот и Сюзанна открыла рот. Такой, красиво очерченный рот:
   - Донатан, вы же не глупый человек и прекрасно понимаете зачем японцы публикуют открытую информацию о коллекциях древних ДНК. И наверняка вы отдаете себе отчет, что наше правительство никогда не даст коды регенерационных ванн. Схему одно сознание - одно тело, еще никому не удалось изменить. И вы сейчас на нашей стороне лишь потому что оживаете на американской станции. Поэтому со стороны японцев это ловушка, лампа в ночи, о которую бьются страждущие мотыльки и сотнями осыпаются на землю.
   Она кажется действительно переживает. Хотя... психолог, переживания рассчитаны. Ишь ты, мотыльки в ночи.
   - Да, Сьюзи. Я прекрасно понимаю, что правительство не отдаст регенерационный код личной матрицы. Это же фактически отдать японцам полноценную человеческую единицу, с огромным опытом сотен лет жизни, умениями и навыками... Но, знаете ли вы, каково это - не иметь возможности их реализовывать, из-за того что базовое тело вот... такое!
   Я провел руками вдоль туловища и скорчил гримасу поуродливее. Это было легко, достаточно было улыбнуться.
   - Не знаю откуда, но у них действительно есть ДНК меня - 27 летнего. С длинными теломеразами 27 летнего юноши. В идеальной сохранности. И я постараюсь её добыть.
   Надеюсь глаза у меня горят и челюсть выдвинул правильно. Собеседники переглянулись. Доктор отвела глаза, вздохнув так что грудь колыхнулась... не просто так, а даже с круговым движением. Притягивая взгляд... надо было сходить в виртсекс. Побочка - каждое новое рождение вот так. Капитан махнул рукой:
   - Ладно, Донатан. Не смею задерживать. Лети и убейся о них. Камикадзе. Может быть японцы оценят твое упорство и отдадут твоё просто так, из соображений наследия предков.
   Я не стал снова пугать их улыбкой, развернулся и пошел прочь.
   *****
   Через несколько минут переводил дыхание в районе посадочной площади фрегатов. Коридоры станции пусты. Да и что в них делать? Ровно сияют пластиком, отличаются лишь цветами, да освещением. Просто коридоры, я едва дождался, когда доберусь до корабля. Наконец створки шлюзовой, открылись в приемный отсек моего фрегата. Иллюминаторов здесь нет, как и смотровых экранов. Но я и без этого знаю, что со стороны космоса приемное поле станции похоже на пчелиные соты.
   Мелкие, дешевые кораблики, главная задача которых как мошкара отвлекать и уничтожать все что смогут, не прятались за толстыми бронеплитами и силовыми полями. Ну да, зато им и не нужны специальные разрешения для открытия прохода.
   За спиной зашипело, я привычно шагнул к креслу пилота, второй шаг уже в невесомости. В груди словно надулся воздушный шар, я поперхнулся и сухой кашель затряс тело. Пальцы вцепились в спинку кресла. Ничего, обычная реакция перехода из поля искусственного тяготения. Первый раз, помнится, закашлялся так что швыряло как лед миксере. Ну что ж, такие вот особенности базового тела. Селяви. Но вот в груди успокоилось и кресло осторожно приняло меня в объятия.
   Тестовые системы не требовали моего участия, докладывают о исправностях, о заправке. О программах и последних обновлениях... Всё хорошо - космос сияет мириадами звезд. Где- то по ту сторону станции отсвечивает оранжевым планета Зерг - 19. Еще минут десять и я отправлюсь в очередную самоубийственную атаку. Я прикрыл глаза и усмехнулся. Камикадзе... Капитан строит предположения, морщит мозг хе-хе. Пускай.
   *****
   Теломеразы - отростки ДНК длинные в юности и укорачивающиеся, после каждого деления до ничтожных старческих огрызков, оказались фундаментальной штукой. Конкретными счетчиками жизни. У человека никак не удавалось их глобально удлинить, чтобы изменить базовое тело. Отдельные можно, но целиком никак. Хуже старческой ДНК могло быть лишь детское, а хуже того младенческое - добытое из околоплодных вод, пуповины и все такое. Была в те стародавние времена 21 века теория, плюрипотентных клеток. Она, в сущности, работала - можно было органы выращивать идентичные родным, но вот взрослый клон из них не получался. Нет, младенца вернуть было можно, вот только для боевой машины Империи, младенческое тело не имело никакой ценности. Если же взрослую матрицу внедряют в детский клон, происходит хаотичная потеря пакетов информации. Экспериментальным путем выяснили - сознание не умещается в неразвитом мозге. Мало того, оно напрочь запарывается и потом никакая переустановка на старые версии не помогает.
   Только собственное, запасенное впрок ДНК, позволяло клонироваться. Потом можешь хоть наизнанку его вывернуть, благо технологии позволяют. Но база есть база. Так, я повторяюсь, а зуммер готовности к полету уже пикает с минуту.
   *****
   Ладони легли на рычаги штурвала и за спиной щелкнуло. Мощные зажимы отпустили корабль и он медленно выполз из шлюза. Короткие язычки пламени маневровых двигателей видны в боковые мониторы. Ну... Поехали.
   Впереди заклубилось марево гиперперехода, фрегат задрожал, предвкушая сверхскоростной нырок. Даже просто добраться до японской станции - задача не легкая. Меня могут сбить уже в самой системе. Тем не менее, мне всегда удавалось войти в оборонную зону станции. Удалось и на этот раз.
   Полыхнули в стороне разрывы плазменных снарядов. Не имеет смысла стрелять из крупного калибра по фрегатику размером чуть больше такого снаряда. Попасть - невозможно, ну да это автоматическая встреча зоны перехода - станция страхуется на всякий случай от внезапных атак.
   Компьютер корабля засвистел, захлебываясь предупредительным воплем: "нас сканируют". Свистит так, словно выворачивают наизнанку. Нет, его электронные потроха не заденут, там слишком долго разбираться, а вот основные блоки, вооружение - считают. Ничего, пусть идентифицируют. Сигнал поперхнулся и затих.
   - Что, призадумался, фрегат? - спросил я вслух. Был бы я кораблем, точно призадумался бы. На обзорном экране разворачивается огромный ажурный шар. Движется неспешно, хотя я выжимаю полный ход. Сейчас станция - полностью развернута, неподвижна. Сквозь секции видна космическая пустота. Но едва ей понадобится лететь, почти невидимые опоры стянут блоки воедино и уменьшат её в десять целых, тридцать пять сотых раз, превратив в плотный монолит, готовый прыгать сквозь звезды.
   Я вздрогнул. Что-то увлекся, а ведь у меня больше нет возможности купить корабль. Так, действую по плану: лечу к экватору Мурракари, словно собираюсь нырнуть внутрь, ажурных переплетений, где не действуют ракеты и плазмоганы. Угроза от одиночного фрегата ничтожна, однако, должна включить схему уничтожения. Наиболее эффективную, такую, чтобы затраты были значительно меньше, чем на ремонт возможных повреждений. С минимальным расходом ресурсов, как это было последние три раза.
   Таймер события сработал, но еще долгие три секунды ничего не происходило. За это время меня успело бросить в пот, но вот в глубине станции появились крошечные искры и от души отлегло. Конечно, самым эффективным было бросить на меня авто-киборгов. Юркие металлические твари вдвое меньшей массы чем даже мой маленький фрегат класса "Экстракт". Маленькие, но с внушительной огневой мощи. Им не нужно хранить хрупкое человеческое тело от перегрузок, они могут двигаться, по немыслимым траекториям и с огромной скоростью. Впрочем, она здесь и не требуется - я иду им навстречу. Три же сверкающих существа из молибденового пластика плывут не спеша, треугольником.
   Японцы страхуются. По-хорошему и одного бы такого хватило на уничтожение, но они хотят сделать все быстро, чтобы не дай бог ответный залп не поцарапал ни один агрегат. Я ухмыльнулся, но увидев, получившуюся в отражении гримасу, поморщился. Определенно, мимика мерзкая. Я ударил по клавише залпа и выжал рогатку штурвала до отказа, устремляясь навстречу. Три орудия малого калибра - всё что я мог поставить на этот фрегат, заухали выстрелами. Конечно, цели слишком далеко и вероятность попадания ничтожна, но мне нужно лишь обозначить стрельбу. Треугольник дронов раздвинул вершины, они пока не отвечают на стрельбу - хотя их лазеры стреляют дальше. Экономят энергию и не подвержены эмоциям.
   Ага, вот и четвертое действующее лицо. В центре треугольника появился еще один дрон, с широкой челюстью - смесью хелицер с лопатками для переворачивания блинов. Трупоед- металлоломщик. Чем вылавливать обломки разлетающиеся меж блоками станции, лучше взять их разом... Так, теперь еще несколько секунд... Дроны, плавно расширявшие треугольник, словно приглашая влететь в центр, ринулись ко мне. Краем глаза я успел увидеть, как в бока фрегата впились белые иглы лазеров. Я ударил по второй клавише, и усиленные маршевые двигатели взвыли, как раненые волки, яростно и обреченно. Меня вжало в сиденье, центробежной силой, корабль сейчас закрутило, а мне помогло одним рывком подтянуть колени к груди. Лазеры сползли с точек прожига, но я выиграл лишь пару мгновений. Впрочем, они-то мне и были нужны. Вокруг лязгнуло, сдавило, словно я попал в капкан, в шее стрельнуло, упругая масса прижала мою голову, скорчив в позу эмбриона. Я не успел больше ничего подумать, как всепожирающий холод резанул кожу.
  
   *****
   Когда пробуждаешься к новой жизни, первым приходит зрение - перед закрытыми глазами начинают мелькать раздражающие вспышки, словно бежишь с закрытыми глазами вдоль забора сквозь который светит яркое солнце. Ну вот всегда именно такая ассоциация. Но сейчас иначе. Уши и все мое существо наполнил стук, все громче и громче. Глухой, но казалось он раздается сразу со всех сторон. Так наверное колотятся в крышку гроба заживо похороненные. Это пульс, стук сердца. Бьётся сердце, птицей в клетке, в клетке бьётся, в грудной клетке, куда уж без неё... Одновременно с этим пришло понимание:
   -Получилось!
   И сразу пришла боль. Программа разморозки действовала жестко, но эффективно. Ни разу не пробовал, но теория ощущения не передавала. Меня словно натирали на крупной терке, слой за слоем, начиная с кожи, все глубже и глубже. И я орал. Как же я орал, пока не сорвал голос. Но я это предусмотрел, снаружи слой звукоизоляции. Вряд ли, кто-то меня услышит, однако подстраховаться было нужно. Наконец, ледяная терка натерла позвоночник. Одним мгновенное крионирование хорошо - нет мерзкого ощущения отсиженности. Напротив, после такого стресса тело мобилизует все защитные и адаптационные системы. Кровь кипит, насыщенная адреналином. Ожившее тело потрясено и готово биться с чем угодно.
   Мучительный древний метод замораживания живьем не прижился, поскольку куда проще было перебрасывать матрицу. Но только лишь он дает возможность воскресать там, где нужно. Повинуясь программе, криоблок, сращенный с креслом пилота стучит и похрустывает, раскрывая защитные слои. Перед взглядом появился крошечный экран. Включился ровно на столько, чтобы показать что снаружи. Сейчас на макушке капсулы вылез крошечный глаз камеры, два глазка с боков заблокированы, нижний показывает темноту. Рассчитаны три варианта развития событий и судя по изображению, шел второй сценарий. На мониторе бок капсулы и приварившиеся к ней ошметки брони. Очень хорошо, это работа лазеров, хехе. Точная, аккуратная, чтобы как можно больше запчастей сохранить. Управляющий интеллект станции изучил останки фрегата и отправил блок на склад дешевых обломков, на демонтаж. Расчетная вероятность события была около 80%. Как вариант - наварилось бы слишком много обломков, тогда бы отправили на переплавку. А если бы мало, отправили бы сразу на разборку, в этих случаях было бы куда сложнее выкрутиться.
   Внутренняя оболочка вывернулась, и легкий скафандр облепил тело. Жесткие складки впились в спину и ноги, сервомотор заворчал. Я заерзал, пытаюсь повернуться удобнее, зажимы щипнули кожу, сорвался ноготь, черт они почему-то после крионирования совершенно мягкие. Еще несколько движений и ругани особенно яркой от кипящего в крови адреналина, и непослушный скафандр все-таки загерметизировал тело.
   Скафандр нужен, хотя в этой части станции воздух есть. Собственно эти боксы используются как дополнительные хранилища кислорода и азота. Но воздух обычно разреженный, да и в любой момент его могут перекачать в другое место. Температура в боксе поддерживается выше нуля, не сильно, но выше. Но в скафандре комфортнее, опять же защищает от радиации, ведь далеко не все уничтожаются лазером или плазмой. Этот вариант сорваться не должен, есть только одна попытка.
   Хранилище обломков это конвейер подчиненный одному - разобрать как можно быстрее и затратить как можно меньше энергии. Я бы не попал сюда, если бы предварительное просвечивание показало хоть малейшую жизнедеятельность на борту. Иногда космос оставляет жизни. Раненых и обмороженных пилотов отправляют военнопленными. Это выгодно - каждого жестко подключают к наиболее подходящей матрице, с ограниченным функционалом - после чего он надолго врастает в вычислительные системы станции. Впрочем, пилоты осведомлены об этом, поэтому абсолютное большинство устанавливает системы самоуничтожения. Да, я мог попасться замороженным, но тогда механизмы идентифицировали бы меня как труп, подвергнутый воздействию вакуума, спокойно расчленили бы на биомассу и вскоре я снова бы возник - живяком на базе возрождения, слушать шутки аборигена.
   Конвейерная линия, едва шевелится, энергия на разборщики идет порциями, по принципу третьестепенной важности, поэтому они двигаются задумчиво и рывками. Соответственно и вычислительные мощности сюда почти не поступают, как и внимание искусственного интеллекта. Железо двигается, сыплется - ангар наполнен ритмичным и громким грохотом. Датчики движения активированы простейшие - общее движение, без расчета траекторий. Поэтому я непринужденно двигался к выходу в ритме местных автоматов. Во время боя центры складирования и разборки кипят, пытаться проникнуть на станцию на острие атаки, дождавшись момента не возможно, а вот в таком отмороженном темпе, вполне.
   Конвейерный зал заканчивался, и впереди замаячила дверь в блок персонала. Дверь с вожделенной кнопкой и надписью EXIT, понятную всем. Мне прекрасно известна причина появления этой простой двери - прецедент Омнехаммера. Случай на одной старой станции в горячке битвы вышла из строя аппаратура идентификации и несколько живых ремонтников погибли заблокированные в отсеке разборки. Событие древнее - тогда воскрешение было дорогим и не для всех. Громкое разбирательство, большой шум, изменение конструкций. Но позже простой выход из этого зала, так и копировался станциями всех конфигураций.
   Пальцы пробежались по поясу - все карманы замкнуты плотно, вся электроника в норме. По увесистым наборным квадратам промчалась змейка тестирования блоков, подсвеченная зеленым, на душе стало спокойнее. Все получится. Осталось лишь полста метров, два-три такта шевелений.
   *****
   Из щели воздуховода, на уровне щиколоток, вывернулся бот-уборщик. Крутнулся и засвистел, надувая пылью мусорный пакет. Механизмы вокруг замерли. В двух шагах мощные манипуляторы держат железяку с провода и воздуховоды торчат словно змеи медузы горгоны. Глазок лазерного сканера бегает, рассчитывая полезность и схему разборки. Я невидимка для местных систем слежения. Но только до тех пор пока сюда не направлено больше мощностей ИИ.
   Уборщик стряхнул пакет в лязгнувший приемник, и закрутился на месте... Он не должен крутиться. Это простейший бот, с фиксированным маршрутом. Почему он ползет ко мне? Из макушки выдвинулся щупик, пополз вверх, сначала неуверенно, но потом все быстрее и быстрее. Замер на уровне пояса. Я даже дышать перестал. Крошечная щеточка закрутилась вокруг сегментированного отверстия, он решительно потянулся ко мне. Я скосил глаза... Проклятье!
   Когда помогал напяливать скафандр, повредил палец, и теперь потек крови как раз на моем драгоценном поясе! А уборщик - убирает, базовая программа, без подключения ИИ. В этот миг вновь загрохотало, манипуляторы продолжили свою работу. Им к счастью нет никакого дела до уборщиков. Я отодвинулся от назойливой щеточки, быстро зашагал прочь. Еще не хватало сигнала о поступлении органики оттуда, откуда это определенно ЧП. Уборщик кивнул щупиком и потрясенно замер. Определенно его мозги не могли понять такого казуса. Вот оно было, а вот уже нет, хотя должен быть. Он кивнул снова и снова. На корпусе засветились лампочки системного сбоя.
   Манипуляторы лязгнули в последний раз в цикле и я замер вместе с ними. Двадцать шагов до двери. Всего двадцать. Уборщик, заспешил к панели тестирования, щелкнула дверца, открывая электронное нутро, из панели вынырнул хобот тестировщика и присосался к пылесосу. Зажужжало. Черт, сейчас он проверит и подтвердит норму, тогда ИИ бросит больше внимания в это место! Черт, конвейер стоит, так... так.
   Уборщик вновь покатился к месту в котором обнаружил органику. А я нырнул под обломок обшивки, из которого торчат блоки интеллекта, судя по маркировке какого-то эсминца. Движение слилось воедино, датчикам срабатывать нет смысла. Я с тоской посмотрел на вожделенную дверь. Всего двадцать шагов, но следующий ход за станцией. Я сжался в комок, вцепившись руками и ногами в обломок. Манипулятор чуть загудел, компенсируя добавившуюся массу. Но это механика, не автоматика. В мягкое стекло скафандра вдавилась цифра 67. Это хорошо, обломок уже повернут нужной стороной. Я повернул голову, с опаской посмотрел на гнусный механизм. Слабые руки начали подрагивать.
   Чертов пылесос, горестно заюлил вокруг, вновь не обнаружив искомое. Ну конечно, сейчас запрос отправлен выше, приоритет наблюдения +1. Сверху упал яркий свет, словно поверху вели прожектор. Визуальный сканер, просматривает все нестыковки виртуальной схемы расположения предметов. Я сжался сильнее, моля всех богов чтобы ничего не торчало за деталь. Сканер ушел вдаль, вскоре у дальней стены мигнуло и погасло. Уборщик же быстро засеменил к тестировщику, тот вытянул хобот и одним глотком проглотил его. Отлично - пошел на глубокое тестирование. Манипуляторы вокруг вновь загрохотали и задвигались, я отпустил железку и побежал к выходу. Удар по кнопке - дверь открылась и я помчался по кишке второстепенного ремонтного хода. По нему доставляются запчасти для конвейера.
   Конечно, сигнал зафиксирован, однако эта дверь делится электроникой с ремонтниками, людьми не обязанными отчитываться перед ИИ, соответственно внеплановое открытие не является ЧП. Просто сигнал переадресовывается живым людям, и фиксируется в памяти. Надеюсь, что бригадир, или как он там у японцев-ремонтников называется, не пучит целыми днями глаза в монитор.
   Под ногами грохотало, а из горла с сипением вырывалось дыхание. Тело пока хорошо работает на стрессовом адреналине, но скоро придет черед стимуляторов. Под браслетом ждут сигнала три тонких иголочки, готовых мгновенно нащупать вены и вбрызнуть адскую химию в кровь. Я на бегу бросил взгляд на запястье и содрогнулся, вспоминая какие бывают корчи после приема доз даже вдвое меньших.
   Дверь в конце коридора шевельнулась и створки приглашающее поехали в стороны. Это нормально, очередная транспортировка частей и механизмов - по этому короткому коридору довольно часто что-то перемещают, даже в спокойное время. Я ускорил бег, но... Вот живого ремонтника, вытаращившего на меня глаза, встретить был не готов. Адреналин, из надпочечников хлынул в кровь без остатка, и я на всем бегу впечатал бот скафандра в плоское лицо. Ремонтника, унесло по коридору. Это был именно ремонтник, судя по костюму с сотней кармашков из которых торчат инструменты. Он растянулся навзничь. Браслет жизнедеятельности моргает успокаивающим огоньком. Это военным ставят серьезные, отслеживающие максимум показателей. Для ремонтника же достаточно быть живым, чтобы сигнал опасности не поступал. Я быстро дернул воротник, переговорник хрустнул в пальцах, сумка на боку одарила мотком провода, который тут же скрутил ремонтнику запястья. Какая-то замазка, вроде резины, залепила рот так что он мог лишь мычать и дико вращать глазами.
   Карманы наизнанку, инструменты в утилизатор. Фух, секунд за пятнадцать. Надеюсь у него нет встроенных чипов связи.
   И тут навалилась вялость и апатия, словно с потолка рухнул мокрый и теплый матрас. Организм отработал свою химию. На большее это старое тело не способно. Я равнодушно посмотрел на выпучившего глаза японца, он хрипел и пачкал кровью из разбитого носа пол, а я пялился на него без интереса, зная только что должен что-то сделать еще. Доза!
   Запястье кольнуло и сердце застучало бодрее, и это не адреналин. Метилметанол тройной накачки, это куда серьезнее. Ярый жар пронесся по телу, по костям сейчас набухает армированный жилистый жгут, стягивающий хрупкие суставы. Да, это... как поставить реактивный двигатель на планер. Но оно этого стоит.
   Японец пополз прочь, изображая гусеницу. Так, говорить вслух не стоит, мало ли какие детекторы здесь заряжены. В ускорившемся сознании промчались все минусы и плюсы ситуации. И примерно уравнялись. Японец хекнул, грубо заброшенный на плечо, кровь из пузырящегося носа потекла по рукаву. Дышать ему сейчас не просто... Но плевать, главное чтоб он не умер внезапно. Пол грохочет под ногами, а веса ремонтника я почти не замечаю. Сейчас организм сгорает в химическом вихре, главное чтобы его хватило на рывок.
   Впереди дверь, с маркировкой "выход". Удар по кнопке и я внутри. Уши наполнил ровный гул генераторов. Химия усилила всё, предметы обрели кристальную четкость, цветов казалось стало в сто раз больше, сознание хватает каждый звук, каждый запах. Черт, а вот это лишнее. Я поморщился и уменьшил чувствительность датчиков.
   А вот и вторая дверь, японец полетел на пол. Прежде чем он понял что я собираюсь делать, приложил его ладонь к сенсору. Прижал мощно, что тот и двинуться не мог. Сенсор считал рисунок капилляров и дверь распахнулась. Очень хорошо. Получилось срезать сразу несколько уровней. Так, не жилые помещения пройдены, я заколебался - может быть попробовать переодеться и пройти дальше? Но я не стал менять план. Японец из меня никакой, быстро раскусят, а так хоть лицо под затемненной оболочкой стандартного скафандра фирмы Дженерал-Космос. Вздохнул и быстро метнулся в сторону узких дверей отсеков хранилищ. Руки японца вновь прижались к сенсору и ближайшая дверь скользнула в сторону. Не жилое... да. На меня выпучили глаза два обнаженных по пояс обитателя станции, второй вжал кисточку сильнее, по коже потекла краска, перечеркивая рисунок какой-то разноцветной твари. Ремонтник замычал у меня на плече и задергался, за что сразу же полетел в угол.
   Ступор у боди-артовцев длился ровно столько, сколько хватило ремонтнику долететь до пола и выдуть сквозь пузыри из носа какое-то слово, напоминающее ругательство. Разрисованный угрожающе взвыл и встал в стойку. Художник повторил стойку, да еще сжал еще кисточку, острый конец вылез меж пальцев как шип кастета. Впрочем, расписной "самурай" уже летел в угол, с вывернутой челюстью. Художник вздрогнул, ему по лицу как полотенцем наотмашь, хлестнула струя крови. Он беспомощно посмотрел мне в закрытое темным стеклом лицо, да выслушал мой, надеюсь вполне японский вопль, "банза-а-ай!" Второй удар отправил его следом.
   Так, время пошло. По плану спятивший неопознанный японец крушит все на родной станции. Такое у них случается: синдром протеста шестеренки. У себя на всякий случай включил таймер тревоги. Конечно, не факт что она началась, но лучше готовиться к худшему. Узкая дверь скользнула на место, а я метнулся к воздушной шахте. Направление то что нужно, а от места тревоги буду дальше. Чередование гравитации и невесомости толкает в горло, но я быстро перебираю конечностями - бегу по воздуховоду, как бешеный таракан. Луч света от световой пластины на лбу, выхватил чистильщика-пылесоса, близнеца того что чуть меня не раскрыл. Теперь не до церемоний, робот улетел в сторону и покатился кувырком прочь. Рубчатые кольца-ребра воздуховодов мелькают как спицы в колесе. Сейчас главное скорость.
   Несколько минут нервным тиком промчались по позвоночнику. Я сосредоточился полностью на беге и подсчете изгибов. Конечно, можно и не считать. Намеченная на виртуальной модели точка светится алым. И пока у скрупулезных японцев нет ни малейших отличий станции от стандартов. Стандарты испокон веков были их сильной стороной, но и слабой тоже. Усмешка, сама собой выползла на лицо. Инженер-конструктор это вам не тупой истребитель. Переборки здесь тонкие...
   В ладони появился резак и струйка пламени зашипела выжигая дыру. Сделал малую мощность, дырявить нельзя. Металл вскипает по краю бугорком. Почти равномерно - три сантиметра по всей длине дыры. Я встал в круг и мысленно перекрестившись, изо всех сил топнул тяжелыми ботами. Под ногами подалось, металл отогнулся и пропустил мое тело вниз. Узких глаз я у японцев сегодня не видел, не увидел и на этот раз.
   Тяжелые ботинки расшвыряли их в разные стороны, я не забывал покрикивать тонким японским голосом, предварительно заученные японские вопли. Вычислить быстро и прикинуть смысл перемещений едва ли успеют. А смысл перемещений в сущности вот он уже. Сердце колотилось уже где-то в горле, стимуляторы продолжали работу. И я сам себе уже кажусь гигантом трехметрового роста, что не просто может, а имеет право карать людишек. Из этого коридора нет прохода, поэтому он не охраняется. Но, зачем мне проход? Скрюченные пальцы с силой ударили в стену, металлические крышки отогнулись, обнажая нутро башни. Провода целыми пучками выдрались из гнезд, дальше слой контролирующих схем и наконец... плоские блоки матриц ДНК. Их ни с чем не перепутать. Ладони дрожат от напряжения, пачкают матрицу кровью. Погорячился я пробивая стену. Кости то сейчас мощные, а вот плоть слаба...
   Блок анализа на поясе играет цветами, перебирая ДНК. Вероятность того что не тот блок взял, 30%. Время анализа... черт, долго! Долго! Я быстро выдрал еще несколько блоков, и пояс набит уже под завязку. Скрипнул зубами. Как же их тут много-то! Из коридора несутся крики. Хорошие такие японские крики. Переводчик исправно переводит требования прекратить и вообще перестать дурковать. Но я не отвечаю, только воплю невменяемо.
   Есть! Анализ подтвержден. А теперь, прочь отсюда! В коридоре пока толпится персонал, это не воины, привыкшие погибать и возрождаться. У этих пока сильны инстинкты, требующие держаться за жизнь. Да и правда, награда не известна, а у японцев просто так убиться - считается прогулом. Но вот, уверенно раздвигая их плечом шагнул полицейский, в боевом скафандре. Сжатый кулак перед собой - ствол фазера короткий и толстый. Но стрелять не будет. Выстрел разнесет и часть колонны, а он понимает её ценность. Мясистая физиономия покривилась недовольно, он уверенно зашагал, поскрипывая сочленениями. И впрямь чего ему бояться то, трепещущий кусок мяса. Все равно что средневековый рыцарь перед голым крестьянином. Не считать же мой стандартный скафандрик защитой.
   Лязгающие шаги, он даже не пытается действовать как-то особо. По лицу видно что не доволен беспорядком на вверенном участке. И через пару секунд уберет этот беспорядок. Нужно всего лишь отшвырнуть меня от колонны и...
   Конечно моя молниеносная подсечка застала его врасплох. Руки уперлись в пол, а нога скользя носком по полу с силой ударила пяткой. Ступни сложились и страж порядка грянулся всей массой на пол. Вот такой внезапный переход его конечно ошарашил. Но боевой стимулятор добавляет мне скорости, мощный рывок и он захрипел- забулькал, из-под забрала хлестнула струя крови. Я швырнул в персонал вырванный кадык и гулко, по злодейски расхохотался. Правда сразу же пришлось вцепиться в дернувшуюся руку полицейского, повиснуть на ней всем весом - тот на издыхании начал палить куда попало. Но к счастью для меня вскоре затих.
   Это мне и нужно. Быстро затащил его за блок хранилище, и пальцы забегали по замкам и защелкам. Панцирь не подвел, раскрылся как устрица под умелым ножом. А надевается боевой скафандр еще быстрее чем снимается. В шлеме отвратно сладковато пахнет кровью, желудок сократился, но я быстро с ним справился. Хорошо хоть страж порядка не обгадился, а что кровь врага стекает по моему лицу, не страшно. Древние находили в этом даже какой-то шик. Наверное можно было не так эффектно уничтожать полицейского, доставившего мне скафандр, но ладно. Дело сделано.
   Теперь таиться особо не имеет смысла, я выскочил в коридор как чертик из табакерки. Грохот бегущего механизма, заметался по коридору. Персонал, разобрался уже что к чему, возможно уже поступили однозначные команды. Поэтому эти люди с писклявыми голосами, в халатах, начали бросаться на меня, с подручными инструментами, какой-то медицинской хренью, и конечно разлетаться от меня как низкоуровневые зомби какой-нибудь древней виртуальной игрушки. Понятно, задача у них задержать, чтобы не разнес еще больше ценной аппаратуры. В дверях столкнулся с полицейским соседнего сектора. Скафандры то у нас одинаковы по силе, но заемной скорости у меня больше. Дуэль на фазерах выиграл я - лиловый огонь ударил его под ребра и разом, его внутренности превратились в мелко измолотую протоплазму. Ну, там где коснулся разряд. Хорошее оружие, к тому же протоплазма идет в биогель для ванн регенерации. Пусть выскребают, хе-хе, ложками.
   В такт шагам меня наполняет звенящая сила. Сейчас уже сгорели практически все жировые ткани, чуть позже в топливо пойдут мышцы, потом внутренности. Но взбодренный коктейлем стимуляторов я этого не замечаю. Это эффективное использование тела, да. Хорошо что модели станций с переборками остались в прошлом, как признанные неэффективными, иначе мигом бы поймали. Но не будем о плохом...
   Сознание звериное и быстрое, подметило легкую тень, падающую из-за поворота. Еще один полицейский выскочил, с уже согнутой для выстрела рукой. Но моя нога уже распрямлялась пружиной и угодила в шлем, голова запрокинулась, позвоночник хрустнул, а всплеснувшие руки успели выстрелить лишь в потолок, зеленоватые пятна проели пластик и на пол как медузы зашлепались неопрятные ломти. Перескочил, чтоб не поскользнуться и в прыжке заметил, как в конце коридора мелькнуло, оранжевое хищное...
   Я разом вышиб дверь и помчался к водопроводным коллекторам. Оранжевое это уже не полиция с близко стреляющими фазерами. Это уже воины. Хорошо хоть здесь развернуться особо негде, поэтому подразделением за мной бегать не будут, но это уже опасно. В подтверждение над моим плечом грянуло и в стене образовалась неопрятная дымящаяся дыра.
   Подхлестнуло еще как! Думал что все выжал из скорости, но и тут сумел ускориться. Воин пока один, но загонят они меня быстро... Я бежал по непредсказуемой кривой, шарахаясь от дыр в стенах, падая и приседая. Время от времени паля назад, попасть то не попаду, ну хоть может поскользнется этот гад. Вояка мчится сосредоточенно и споро, я перед ним как на ладони. Электроника корабля уже отслеживает каждое мое движение. Держаться можно лишь на непредсказуемости, поскольку ему даже целиться не нужно особо. Оружие на плечах, со стабилизаторами. Стреляет со скоростью "посмотрел и попал". Лишь чуть-чуть запаздывает. Один плюс, в этих коридорах он может преследовать меня только в одиночку. Нет, наверняка сейчас отрезают и другие загонщики, однако, чтобы не испортить оборудование перекрестной стрельбой. Но вот она - следующая точка!
   Фазер рявкнул и из стены ударила мощная струя воды. Центральный водопровод. Пока все по плану, я прокручивал его сотни раз и успех был! Так что... Я успевал еще думать, хотя тело мчалось на автомате. Я ворвался в струю воды и метнулся в трубу. Мощное первые пару секунд течение уже ослабло - электроника зафиксировала пробоину и удаляет течь. Но мне это и нужно. Быстро освободился от скафандра полицейского и вытолкнул его за спину. Сдвоенный выстрел снаружи зазвенел в ушах сдвоенным эхом, аж челюсть заныла. Холодная вода струилась вдоль тела, труба прижимается к спине скользкая, с какими-то выступами. Я выждал долгие три секунды и высунулся из трубы. Да!
   Предсказуемость! Воин разрядил карабин в костюм и теперь склонился посмотреть, еще не успев сообразить, что он пуст. Ну перчатка с фазером то у меня! Разряд чавкнул и тот заорал, как резаный. Объемный луч попал меж сочленений и у вояки отвалились руки. Руки у боевого скафандра самое уязвимое для фазера. Точнее пластиковое сочленение, под которым находится сладкая для луча органика. Боевые не рассчитаны на поединок в упор, поэтому несмотря на спешно вкалываемые регенераторы, все бесполезно - руки у него отсоединились от туловища и кровь хлещет сквозь сочленения. И если движимый чувством долга полицейский еще стрелял из последних сил, то воин от шока даже не понял что делать. К этому их не готовили. Это я успел еще злорадно подумать, когда пнул вояку. Тот еще дергался, а я уже выдрал "с мясом" блок связи и самоуничтожения. Круглая болванка похожая на древнюю противопехотную мину, укатилась прочь, а трепещущий кусок мяса, что был несколько секунд назад уверенным охотником, судорожно бился в углу, выл тонко на одной ноте... Но не долго. Один выстрел и безрукое, расползлось слизистой массой, завершая, да завершая.
   Сложная комбинация, но успешная. Мельком я поймал отражение в зеркальной стене. Глаза у меня горят лихорадочно, щеки впали... Да организм уже пожирает мышцы. Ну да ничего, еще есть время. Многоходовочка, - подумал я, боевой скафандр заурчал, подгоняя размеры. Щипнул бока, я скривился, ну да ничего. ! Я поднял руки вверх, мощно крутанул ими. Нормально. Луч фазера, съел пластик, однако усилители и стабилизаторы, мощными поршнями поблескивали в прорехах. Теперь то можно покуролесить как следует!
   Едва я успел это подумать, как в стене появилась дыра и по костюму хлестнуло осколками. Удар швырнул о стену, на миг в глазах помутнело, однако не помешало дать очередь в направлении. На противоположной стороне замолчало. Еще бы. Приученные к жесткой экономии боеприпасов воины не представляли, как это зараз высадить четверть боекомплекта. Я захохотал. Детекторы показали электронную пустоту впереди и слева. Значит осколки посекли датчики и электронику в том направлении. Логика подсказывает метнуться туда. Но это логика тактики, которую легко просчитывает ИИ. Логика плана же требует иное:
   Я помчался обратно нырнул в дыру и разорванная труба водопровода засвистела, загромыхала соприкасаясь с моим скафандром. Сектор пробоины длинный, пока мы тут дуэлились, автоматика перекрыла воду и сейчас обезвожены несколько этажей, а мне нужно к поверхности.
   Как ни странно вниз в поле искусственной гравитации, как раз сейчас и есть "наружу", хоть все чувства и кричат о погружении. Пятки грохнули в изгиб трубы, удобный уступ. Крутнулся, вокруг оси, потеряв направление. Взгляд заволокло туманом. Черт, пошли в расход мышцы и похоже "стимулятор последнего шанса" сразу и органы начал пожирать. Удивление этому факту отстраненное, никакой паники. Да и какая может быть паника у умиравшего множество раз. Я - ресурс самого себя.
   Мощно и медленно вдохнул-выдохнул, и сразу вспомнил расположение трубы на плане. Карабины грохнули в замкнутом пространстве неожиданно мощно - заложило уши. Но маневр удался я вывалился в очередной коридор.
   Который не коридор - каркас брони. Сверху поблескивает металл, укутанный красноватой дымкой, в него упираются толстые опоры. Броня и слой защитных нанитов. Я у поверхности сектора. Карабин рявкнул, поверхность расцвела алыми вмятинами. Наниты упруго отразили заряды и вязко заполнила углубления. Я усмехнулся. Так, а вот теперь нужно напугать станцию сильнее. Я поставил карабин на максимум, вдавил ствол в упругое и дал очередь. Несколько выстрелов прозвучало упруго и приглушенно, но вот заряды пробили поле и загрохотало. Станционная переборка защищена лишь от осколков, да и основная защита на поле. Так что... Стабилизаторы карабина помогали держать его ровно, загоняя заряд за зарядом в одну точку. И вот засвистело... Я едва успел оторвать ствол от дыры. Вакуум принял порцию воздуха - снаружи появился мощный фонтан, сжиженного воздуха.
   Вокруг меня запрыгали искры, стреляют издали из-за изгиба, уже не чинясь с экономией заряда. Я посмотрел на миг из-за поворота и едва не словил пулю. Яркая полоса трассера чиркнула по броне, я отшатнулся так выглянуть не дадут...
   Прижался к стене и вытащил руку нажав на спуск, автомат загрохотал, рой микроснарядов унесся по коридору. С той стороны замолкло. Так, мне нужно еще продержаться. Подбронное пространство слепая зона. Здесь нет датчиков и видео... Ах черт, уже есть. По стене перебежал восьмилапый бот, камера поблескивает во лбу, быстро перебирает лапами, не давая поймать в прицел... Да что тебя ловить! Полицейский фазер разрядился в упор и бот "потек". Однако дело свое сделал, правда для меня. Я вновь не глядя пустил очередь наугад, и за поворотом раздалась вспышка. Глянул на миг и увидел объятого пламенем воина, как раз окутался пеной, но нет. Автомат грянул дважды и отшвырнул его тело к стене.
   Очень хорошо, я прыгнул ближе и одним движением выдернул запасные магазины, успел отшатнуться как труп взорвался. Бронированная кисть руки с ошметками мяса влепилась мне в лицо. Компенсаторный механизм встроенный в затылочный модуль упруго качнулся, но в глазах потемнело. За арматурой мелькнуло, вспыхнула и задрожал огонек... я почувствовал как яростный снаряд впился в грудь, отбросил прочь. Я подогнул ноги, чтобы компенсаторы вертикали не выправили положение и кубарем покатился за поворот. Пульсирующая боль в руках... посекло и побило неслабо.
   Хорошо что здесь мало места, но скорости мне же очень скоро хватать не будет. Яростный метаболизм смертельного допинга уже почти пожрал большую часть мышц. Сейчас без усилителей боевого скафандра уже не смог бы стоять. Но скорость пока есть, он отзывается на малейшие движения. Дополнительный комплект занял зарядные ячейки, и я пустил яростную очередь в броню. Воздух засвистел с новой силой, разгерметизируя ячею. Рассчитанным движением бросил барабан с зарядами. Он с чмоканьем присосался к броне, наниты наползли на края, герметизируя. Но нет, ребята, это не заплатка. Я пальнул еще в коридор, для острастки. И разрядил карабин в упор. Яростная вспышка опалила глаза и через светофильтры. И через закрытые веки. И неумолимая сила швырнула мое тело вперед. Я лишь сжался, пробоина должна быть солидной. По ногам звучно скрябнуло, голову тряхнуло. Руки через зазоры сразу охватил ядовитый холод пространства. Я изо всех сил оттолкнулся и нырнул в пустоту в которой вдали угадывались растянутые блоки станции, помаргивающие на углах габаритными фарами...
   ******
   - Капсулер Донатан Кейбл, добро пожаловать в жизнь. Программирование капсулы начнется через десять... девять...
   - Донатан... Дружище, - бармен смотрел растерянно. Сегодня его не веселит моя сумчатая форма. - Что это такое было вообще на Мурраками?
   Я, тяжело подволакивая ноги, опустился рядом, молча взял протянутый коктейль. Гормоны и энзимы напитали живительной струей вялое тело. Я положил кулаки на стойку. Бледные, покрытые старческими пигментными пятнами, но теперь они меня не огорчают. А бармен так же растерянно добавил:
   - Мы уже получили отчеты и протесты японцев. Народ смакует твой нахальный рейд. Ты показал, да... Ты знаешь что уже создан фонд в честь тебя? Половина сектора шлет деньги, желая похожего шоу! Даже японцы шлют. У тебя появились толпы поклонников! Тебе и впрямь не придется вкалывать на астероидах, чтобы нормально апгредить себя. Тебе уже дали кличку Великий Старик! Рвутся автографы брать. Но мне-то можешь сказать, ты с самого начала это задумывал так?
   Я неторопливо поставил недопитый коктейль на стойку.
   - Да, Майкл. На это и был расчет.
   Тяжело поднялся и подволакивая ноги побрел в каюту. Фонд поддержки меня, это звучит, хе-хе. Зрелища это вам не какой-то хлеб. Но главное... Ладони легли на стену сейфа, бронеплита отползла в сторону.
   На постаменте под силовым колпаком, подмигивает успокаивающими зелеными огоньками кольцо транспортного пояса.
   На станции главным делом было выбраться наружу, чтобы силовое поле не блокировало стационарный телепорт. Достаточно далеко от базы и в заданную точку пространства. Теперь-то у меня есть мое ДНК с длинными теломеразами. В любой момент могу вернуться в молодое базовое тело. А пока... Что ж пока, выжмем что можем из бренда "Великий Старик!" Я склонился над микрофоном и сказал:
   - Вторая база. База Ятомури!
  
  
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Е.Вострова "Дракон проклятой королевы"(Любовное фэнтези) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик) А.Ра "Седьмое Солнце: игры с вниманием"(Научная фантастика) В.Лесневская "Вторая жена Командира. Наследник"(Любовное фэнтези) Д.Сугралинов "Дисгардиум 4. Призыв Нергала"(ЛитРПГ) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика) Т.Ильясов "Знамение. Час Икс"(Постапокалипсис) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) О.Мансурова "Идеальный проводник"(Антиутопия)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"