# Три корочки хлеба

А Уваро

Откровенно слабенький рассказик, который давным-давно просится в корзину.

Я завтракал, когда позвонили в дверь. Душевное такое сочетание из одного длинного и трех коротких звонков.

Наверняка, кто-то ошибся, подумалось мне. Из знакомых никто не имеет привычки заигрывать с моей дверью подобным способом.

Я неторопливо отложил вилку и, пережевывая на ходу кусок ветчины, пошел открывать.

Звонил паренек лет двадцати, не больше.

С какой-то непосредственностью он удивился мне, попытался заглянуть в коридор, чтобы увидеть квартиру, даже привстал на цыпочки.

- И? - спросил я.

- Доброе утро!

Я кивнул. Как известно, пережёвывать еду нужно тщательно, не стремясь глотать целые куски, и не разговаривая при этом.

- А... - начал паренек. Наверное, ему самому начало показалось не слишком убедительным, потому что он вслед за этим замолчал.

- Да, - сказал я. - Ты совершенно прав.

- А что, наших никого не было?

- Смотря кого считать нашими, - рассеянно ответил я.

Возможно, ветчина прожарилась недостаточно усердно, потому что в ней попадались такие резиноподобные участки. И их приходилось пережёвывать особенно усердно. Не отвлекаясь больше ни на что иное.

Парень задумался и с тревогой посмотрел на меня, загораживающего вход.

- Мне нужно сказать пароль? - спросил он с надеждой.

Я, наконец, проглотил последние куски. И усмехнулся визитёру - разговор, определенно, начинал мне нравиться.

- Разумеется, как же без пароля?!

Парень облегченно улыбнулся.

- Пароль - три корочки хлеба. Угадал?

- Угадал, - согласился я.

Почему бы его не порадовать?

Впрочем, в следующее мгновение я подумал, что разговор затягивать не стоит, поскольку паузы между ветчинной, салатом из свежей капусты и омлетом с томатами не должны быть слишком долгими.

Парень кивнул и сделал шаг вперед.

Я машинально, неожиданно для себя отступил назад, пропуская незваного гостя в квартиру.

В коридоре гость начал было разуваться, но передумал.

- Ну, вот я и тут, - оглянувшись, сказал он. - Можно сразу Его посмотреть или потом, с остальными?

Я подумал, не слишком ли радушен к странным визитерам по утрам, которые к тому же не снимают обуви, но меня заинтриговали слова про посмотреть. Не каждый же день к вам в квартиру приходят смотреть Его?!

- Завтракал? - дал я волю гостеприимству. Хоть и через силу.

- Не откажусь.

Не скрою, я боялся этого.

- Пошли, - уныло вздохнув, повёл его на кухню.

Там, удивляясь самому себе, я скормил парню остатки яичницы и салат.

Но после сразу потребовал платы:

- А теперь - рассказывай!

- Да, конечно, - с ещё набитым ртом ответил гость. - Ты удивишься, почему я один...

Разумеется, я удивился.

- ... но мы оказались совершенно разными людьми! Ты не представляешь!

Согласен, такое трудно представить.

- Первый год мы прожили душа в душу. Затем начались капризы: ты слишком непоседлив, ты мало проводишь времени дома...

- А ты мало времени проводил дома? - поинтересовался я.

- Да как сказать! Оказалось, у нас разные интересы, она вся погружена в какие-то домашние заботы, обустройство уюта... какие-то мелочи... потом ещё этот порядок!Какая разница, где стоять чашке в буфете? Нет, она должна стоять только на одном месте! Дальше в доме стал появляться Арли, все чаще и чаще. Приходил, устраивался, отпускал какие-то свои дурацкие остроты... в общем, мы расстались к обоюдному удовольствию.

Душещипательная история. Но я не успел ни потребовать продолжения, ни мягко выпроводить парня.

В дверь позвонили еще раз. Один длинный и три коротких трезвона. Точно так, как и в первый раз.

Звонила девушка. Лет двадцати, худенькая, стройная, с осветленными длинными волосами, вздернутым носиком и непосредственным взглядом голубых глаз.

- А, Мальва, - из-за спины вскрикнул мой гость. Я-то думал, что он остался на кухне, - проходи, Это здесь! Можешь не разуваться.

Нет, ну каково?!

Пока я соображал, что ответить, девушка вошла в прихожую, осмотрелась, точь-в-точь, как и парень до того, вопросительно посмотрела на меня.

- Он сказал, что нужен пароль, - встрял парень, - ты пароль знаешь? Подошли 'три корочки хлеба'. Я не знал, что вход по паролю, почему мне никто не сказал?!

- Пароль? - удивилась Мальва. - Первый раз слышу про пароль!

Она посмотрела на меня.

- А кто приказал, что Вы должны требовать пароль?

- Я не уполномочен давать ответы на такие вопросы, - ответил я. - И ещё нужно разобраться, почему вам не сообщили пароль! Вот этим мы сейчас и займемся.

Я пригласил гостью в кухню, к остаткам салата.

- Ты одна? - спросила парень.- А где Арли?

- Арли будет чуть позже, - не без важности ответила Мальва.

Я подумал, что в школе, во времена до класса, эдак, шестого таких девочек звали воображалами и задаваками.

- А ты один? Больше никто не пришел?

- Я первый, как всегда.

- Итак, - произнёс я, - то, что у вас случилось, мне уже известно. Счастливой семейной жизни не получилось. Но вот почему вы не знаете пароля?!

- Мне никто не сообщил. Забыли, как всегда! - ответил парень. - Обычно хорошо помнятся только всякие наставления: не забудь выключить свет, положи щётку на место!

- Некоторым, - тут же вставила Мальва, - очень тяжело класть вещи туда, где им место. Они любят жить в беспорядке!

Потом Мальва повернулась ко мне.

- Нужно спросить того, кто всё это организовал.

- Да, да, нужно спросить Сверчка! - поддакнул парень.

Это совершенно все проясняло. Придёт Сверчок и все объяснит!

- Понятно, - ответил я.

Тут снова раздался звонок. Да, именно, один длинный и три коротких. Надеюсь, это не их семейное?

Войти порывался ещё один парень. Худой и бледный, явный чистюля и книгоман, не бывающий на свежем воздухе.

- Здравствуйте, - с какой-то печалью произнес он. - Простите за этот неурочный визит, но я должен...

Я затянул чистюлю в квартиру, сам выглянул на лестничную клетку - не прячутся ли они там. Нет, больше никого не было.

Парень чуть ошалело смотрел на меня.

- Пароль - 'три корочки хлеба' - подсказал я. - А теперь - на кухню. Правда, не знаю, осталось ли там еще что-нибудь кроме кипяченой воды и хлеба.

Подталкиваемый мною, новый гость переместился на кухню, к своим сообщникам. Понятно, что это уже стало традицией - не снимать обувь в прихожей.

- Здравствуй, Пьер! - церемонно сказала Мальва.

- Привет, - небрежно бросил первый мой гость.

- Здравствуй, Мальва, здравствуй, Бур, - не без грусти ответил Пьер. - Рад вас снова видеть.

- И я, - отмахнулся Бур.

- Я тоже, - ответила Мальва.

Но больше всех, конечно, радовался я.

Я им так и сказал.

- Милые мои! Я счастлив, что вы все собрались...

- Ещё не все, - грустно ответил Пьер.

Не все?!

- Кстати, - оживился Бур, - предлагаю не терять времени рядом, а посмотреть Его.

Да, да, мне тоже хотелось посмотреть Его!

Они поднялись и, ведомые Буром, и прошли в коридор.

Бур путался, на зная расположение комнат. Вначале он ткнулся в ванную.

- Это ванная, - подсказал я.

- Да, вижу.

- Комнаты - там.

Они прошли делегацией в спальню, осмотрели её внимательно, затем повернули в гостиную.

- Вот! - победно провозгласил Бур, указывая на телевизор, большую плоскую панель, стоящую в углу.

- Вообще-то, это телевизор, - разочарованно сказал я.

- Я не говорил ничего про телевизор! - бросил Бур. - Его нужно отодвинуть!

Боясь, как бы не случилось непоправимое, я кинулся помогать Буру оттаскивать чудо техники в сторону.

Остался голый угол, в котором, к моему стыду, затаился паук с паутиной.

- Ну, как? - торжествующе сказал Бур.

- Вообще-то, ничего, - согласился я. - Приятный пастельный цвет, акриловая краска, вот только паутина...

Бур недовольно посмотрел на меня.

- Обычный проход, - сказал Пьер. - В прошлый раз был точно такой же.

И тут снова зазвонил дверной звонок. К вящему удовольствию моих нервов - просто длинный звонок.

Я открыл дверь и увидел пожилого человека с собакой. Обычный такой пенсионер невысокого роста, в штанах и пиджаке, в стоптанных туфлях. На поводке он держал упитанную коротконогую собаку белого цвета. У собаки была большая голова, короткий хвост и кривые ноги. Ну, то есть, лапы.

- Добрый день, - сказал пенсионер, - не побеспокою?

- Уже нет, - ответил я. - Скажите, Вы...

Не слушая меня, пенсионер вошел в прихожую, отстегнул поводок. Собака тут же просеменила в кухню. Пенсионер огляделся, задумчиво посмотрел на свои туфли - я затаил надежду, - но разуваться не стал. Вместо этого он спросил:

- А мои...

- Все, все тут, - разочарованно заверил я его. - На этот счет будьте покойны.

- Они не сильно помешали?

- Ну что Вы, напротив.

Я провел его к остальным, которые по-прежнему возились в углу.

- Здравствуйте, мои дорогие! - патетически начал пенсионер.

- Здравствуйте, - ответили Пьер и Мальва.

- Здравствуйте, Папа, - бросил Бур.

- Вижу, уже пробуете?

- И не выходит! - сказала Бур.

- Всё потому, что некоторые слишком торопятся! - заметила Мальва.

- Погодите, погодите, - пенсионер умело - видно чувствовался богатый опыт, протиснулся в угол и стал его обшаривать. - Вы делаете не так!

- Так, так!

- Бур, перестань спорить со старшими!

- Мальва, помолчи!

- Бур, я думаю, мы чего-то не учли...

- Странно, - подал приглушенный голос Папа. - Что не так? А приведите-ка Сверчка!

Да, подумал я. Приведите, приведите Сверчка и подымите ему веки!

Пьеро ушел и вернулся с собакой, она семенила за ним, качая своей большой головёнкой.

С полным знанием дела собака сразу же сунулась в угол. Послышалось её сопение.

Затем она взобралась на кресло, стоявшее у телевизора и, опершись передними лапками о подлокотник, обвела нас внимательным взглядом.

- Может, вы используете устаревшую методику? - глядя на Сверчка, сочувственно спросил я у них.

- Я так не думаю, - ответила собака тоненьким голосом.

Начинается, подумалось мне. Как это называется по-медицински, когда собаки говорят?

- Несмотря на всю кажущуюся непохожесть случаев, в них заключен один и тот же принцип, - многозначительно изрекла псина.

- Тогда, это совершенно меняет дело! - согласился я.

- У Вас есть корень мандрагоры? - спросил меня Сверчок.

- Разумеется, в кухне, в шкафчике. Между философским камнем и эликсиром молодости.

- Пьеро, будь добр, принеси.

Пока Пьеро ходил, мы молчали.

- Вот, - сказал Пьеро, протягивая собаке сморщенный кусок чего-то.

Та благодарно кивнула и, подхватив корень, стала его грызть.

- Мне он всегда помогает сосредоточиться, - прочавкала она, - знаю, нехорошая привычка, но никак не могу от неё избавиться!

Я кивнул и поспешил на кухню проверять шкафчик.

Нет, их я туда не клал: конусообразную скляночку с фиолетовой жидкостью внутри и пузатую темно-зеленую бутылочку, наполненную до половины. На всякий случай я не стал ничего трогать.

Вся компания, когда я вернулся, обсуждала угол и почему он не таков, какой им нужен. Я же был слишком поражен скляночками, чтобы вслушиваться в их слова.

Привел меня в моё обычное расположение духа очередной звонок.

На пороге стоял опять-таки парень.

- Извините, я, кажется, ошибся дверью, - увидев меня, он попятился.

- Поздно, - сказал я. - Сопротивление бесполезно, все ваши сообщники уже попались и дают показания.

Парень ещё шагнул назад.

- Самые ценные показания дает собака, - сказал я ему, - она-то всех и выдала.

Парень в замешательстве замер. Я воспользовался этим и втащил его в квартиру.

- Что-то мне подсказывает, что ты - Арли?

Арли утвердительно кивнул.

Из гостиной выглянул Бур.

- Арли? Явился?

Арли покосился на меня, затем твердым шагом прошел в комнату.

- Вы что здесь делаете? - решительно спросил он.

- Как что?! - удивился Папа.

- Что ты хочешь этим сказать? - произнёс Сверчок.

- А то, что вы пришли не туда! Я какой адрес говорил?

- Позволь, позволь, - запротестовал Папа. - Адрес правильный, вот, посмотри сам.

Порывшись во внутреннем кармане, Папа достал бумажку, близоруко осмотрел ее и протянул Арли.

Арли мгновенно пробежался по ней взглядом и недоумённо посмотрел поверх.

Я выхватил у него записку и сам прочитал адрес. Да, мой.

- Тогда я ничего не понимаю! - удивился Арли.

- Аналогично, - вставил я. - Причем, уже давно.

- Ну-ка, дайте мне посмотреть! - заворчал Сверчок.

Ему дали посмотреть. Сверчок повёл носом.

- А у меня ещё пароль спрашивал, - сказал Бур с подозрением.

- Ещё бы не спрашивать. Откуда я знаю, кто ко мне пришел?! А с паролем как-то спокойнее.

- Давайте рассуждать логически, - предложил Папа.

Меня всегда пугали такие фразы, которые означали самое плохое, что только могло случиться.

- Может, не стоит? - попросил я. - Давайте рассуждать не логически! Яичница съедена. Салат съеден. Угол не тот, который нужен...

- Я думаю, - грустно поведал Пьеро, - что здесь имеет место трагическое совпадение. Мы попали в правильную квартиру, но не тогда.

Я подумал, что нужно быть оптимистом. Лишиться завтрака - не самое плохое, что может с вами случиться. Ведь есть ещё обед или даже ужин...

- А времени мало, - добавил Арли. - С минуты на минуту нагрянет погоня!

- Погоня? Сюда? - удивился я.- Как это?

- Обыкновенная погоня, как это обычно бывает, - снисходительно пояснил Сверчок, - с выстрелами, криками о помощи, что там еще бывает?

- Укусами? - подсказал я.

Словно примером вновь прозвучал звонок.

- Звонок! - сказал Папа.

- Причем, не первый, - заметил я, обогащённый ценным опытом.

- Что будем делать?

- Прятаться! - предложил я. - Все в ванную не поместятся, поэтому предлагаю рассосаться по комнатам.

- Скажите, - спросил Арли, - а как получилось, что Вход находится именно в Его квартире?

Похоже, они намеревались выяснить этот вопрос. Но деталей я не услышал, мне тактично намекнули, что я - хозяин квартиры и выперли открывать дверь.

Пока я шел, звонок повторился.

- Да, да, уже открываю!

С той стороны двери стояла женщина с очень выдающимися формами. Высокого роста, с полными чувственными губами, подкрашенными яркой помадой, в черном облегающем платье, которое подчеркивало складки, выступы, выпуклости и округлости. Еще платье открывало ноги намного выше колен.

И в довершении всего, женщина была в туфлях на высоченных каблуках.

- Вы - погоня? - осведомился я.

- Что? - переспросила женщина.

- Неужели, нет?

- Нет, - твердо ответила женщина. - Я - соседка снизу, Алиса Петровна. Вы постоянно стучите и мешаете спать!

- Спать? Вы ошибаетесь, у нас ещё никто не стучит!

- Ну, не стучите, - отмахнулась она. - Вы нас залили! Весь потолок мокрый!

- Вы что-то путаете! У меня все краны закрыты.

Алиса Петровна с сомнением посмотрела на меня, поднесла ладонь к лицу. Я увидел, что в её ладони скрыта бумажка.

Женщина внимательно прочитала её.

- Тогда Вы нарушаете наши права свободно волеизъявляться...

Со стороны лестницы на неё зашипели. Я высунулся в коридор дальше и увидел небольшого человека, лысоватого, круглолицего, с пухлыми ручками и ножками.

Человечек заискивающе улыбнулся мне и снова зашипел на Алису Петровну.

- Я - Василий Петрович, - сказал мягко и вкрадчиво он. - Она всегда всё путает!

Алиса Петровна сказала ему: 'Псс', - и льстиво мне улыбнулась.

- Путает! - повторил Василий Петрович. - Мы - ваши соседи снизу. Мы слышали шум, и пришли поинтересоваться, не нужна ли помощь?

- Услуги профессиональной гадалки, - вставила Алиса Петровна.

Василий Петрович, не меняя улыбки, подошел и тихонько тюкнул её рукой в зад.

- Адвоката, - поправилась Алиса Петровна, - очень недорого, по совместительству медсестра и домработница. Услуги на дому.

- А что это у вас шумело?

- Да так, - вежливо ответил я, - мебель переставляли. Родственники приехали.

- Понимаю, - с подозрительной радостью согласился Василий Петрович. - Очень понимаю. Не будем Вам мешать!

Я кивнул.

Они отступили вместе, и я закрыл дверь.

Моя компания осторожно выглянула в коридор. Да, все, включая и собаку.

- Это - не погоня, - заверил я их. - Во всяком случае, погоня без стрельбы.

- Нужно что-то делать! - сказал Бур.

- Ты всегда говоришь, что нужно что-то делать! - недовольно сказала Мальва. - Это у тебя как отговорка ничего не делать.

- Не ссорьтесь, - попросил Пьеро. - Давайте все-таки решим, что будем делать.

- Я предлагаю опираться на полученные сведения, - предложил Сверчок. - Адрес верный. Место - неверное. Следовательно, нужно искать повсюду в квартире.

- Надеюсь, не с перестановкой мебели? - осведомился я.

- Я так и знал, что он будет против, - недовольно сказал Арли. - И вообще, откуда он здесь взялся?!

Они решили начать с гостиной. Внимательно осмотрели стены, едва не простукивая их.

Потом, следуя за Сверчком, перешли в спальню.

- Здесь у меня спальня, - пояснил я не без гордости. - Вот эта стена предназначена для голов оленей, тигров, львов и носорогов, убитых мною в саванне. Здесь будет стоять двуспальная кровать под балдахином, вот тут - висеть большое панно 'Пейзаж с Буратино'.

- С кем-кем? - с подозрением переспросил Бур.

- Это аллегория.

- Пейзаж или Буратино - аллегория?

- Панно - аллегория. И пейзаж и Буратино нам необыкновенно дороги. Как символ, как ассоциация, как ...

Я не успел развить эту многообещающую тему. В дверь позвонили.

- Это - Вас, - злорадно сказал Арли. - Идите, не медлите.

- Ой ли?

За дверью стояло двое. Необхватный толстяк в милицейском кителе, фуражке-авианосце и в цивильных штанах и долговязый, возможно его подчиненный.

- Здравствуйте, - натужено пробасил толстяк и сунул мне под нос пухлые пальцы, между которыми застряло красное удостоверение - как застревает между зубов рыбья кость.

- Добрый день.

- На вас только что поступила жалоба, что вы укрываете у себя нелегалов.

- Я? Нелегалов?! - удивился я.

- Да, анонимная жалоба от двух почтенных граждан, которым мы не можем не доверять.

Толстяк кивнул, а долговязый сделал попытку заглянуть в квартиру.

- Ну что вы! - плечом я загородил ему дорогу. - Да, я укрывал. Но это было так давно, в прошлом. Сейчас же ни-ни, ни одного нелегала! Вы не представляете, насколько дорого они обходятся: корм, выгул, уход... Нет, ни-ни, и не просите!

В коридор из спальни выдвинулся караван, возглавляемый Папой. Неторопливо, но без привалов и остановок он переместился на кухню.

- А это - кто? - спросил толстяк.

- Попробуйте задать этот вопрос себе, - философски заметил я. - Знаем ли мы тех, кто живут рядом с нами и требуют нашего внимания? Заботы. Опеки. Участия. Знаем ли мы, кто мы сами и куда идем? В чём смысл жизни? В чём смысл отсутствия смысла жизни? Совпадают ли они? Способны ли мы...

- Нужно вызывать ОМОН, - сказал толстяк долговязому.

- А Вы полагаете, что он знает ответы на эти вопросы?

- Ваши документы! - властно потребовал толстяк. - Хватит заниматься агитацией!

- Да, чтение развивает, - согласился я. - Погодите, сейчас принесу.

Но они не дали захлопнуть мне дверь. Толстяк закряхтел и вдавился в коридор. Долговязый сразу же занял плацдарм, отвоеванный толстяком.

- В кухню! - скомандовал толстяк.

Он тут же исполнил данную команду, гулко затрусив по коридору.

Я попытался по примеру трехсот спартанцев защитить узкий проход коридора, но долговязый двинул мне по ноге, оттолкнулся от меня и оказался на пути в кухню, коим сразу же воспользовался.

Когда я вбежал в святая святых, то там было только двое: мрачный толстяк и недовольный долговязый.

Они покосились на меня, словно я уже не представлял для них никакого интереса, и продолжили говорить.

- Я тоже видел, что они проследовали за этим мерзавцем Папой сюда!

- Может быть, - вопросил долговязый, - как и в прошлый раз, кухня только воображаемая?

- Как это? - спросил толстяк.

- Как это? - спросил я. - Вполне реальная кухня, ничего воображаемого.

- То есть, как бы нарисованная, Ваше Превосходительство - продолжил долговязый, - псевдокухня. На самом деле реальность в этом месте глубже.

- Не в этом, - поправил я, - три метра левее, где ванная. Здесь реальность мелкая, а вот там действительно глубоко.

- Вы, кажется, хотели показать нам свои документы? - осведомился неприязненно толстяк.

- Я и сейчас хочу, - в пику ему ответил я.

Толстяк нахмурился и обратился к долговязому:

- Ну и как твои рассуждения нам помогут?!

- Очень просто. Так же просто, как одна тысяча восемьсот тридцать две пиявки.

- То есть?

- Попробуем сделать, как в прошлый раз. Трансмутация и диффузия...

- А нельзя ли попроще, тарабарским языком, - поморщился толстяк.

- О да, Ваше Превосходительство. Треснем и прихлопнем!

Они вдвоем, словно по команде повернулись ко мне, и я невольно отступил назад.

- Вы знаете, не стоит так расстраиваться, что я не угостил Вас омлетом и салатом.

- А вот мы расстроились, - пробасил толстяк. - И крепко. Оставьте нас наедине с нашим горем, не бередите душу!

Я тактично и скорбно вышел из кухни и прикрыл дверь. Правда, через минуту я решил нанести визит и пособолезновать - и вновь открыл дверь.

Кухня была пуста.

Эти двое исчезли так внезапно и непредсказуемо, как и компания до них.


Во всём этом обязательно должна быть какая-то мораль, нечто душетрогающее и нравоучительное, вроде того, что нужно мыть руки перед едой или обдавать овощи и фрукты кипятком...

Да, должна быть, но смысл этой истории ускользает от меня, как ускользнули необычные гости.

Все, что осталось кроме воспоминаний и сожалений - это конусообразная скляночка с фиолетовой жидкостью внутри и пузатая темно-зеленая бутылочка, чем-то наполненная до половины. Разумеется, я далек от мысли, что в первой - философский камень, а в другой - эликсир молодости. Хотя, что-то мне и говорит, что я слишком привязан к рациональным объяснениям, которые, как оказывается, не всегда бывают верными.

Во всяком случае, они так и стоят на том самом месте в шкафчике на кухне, где и появились. Стоят и ждут, когда ко мне придут гости.

Ну не сам же я буду их пробовать?!