Ватный Василий Колорадович: другие произведения.

23я бригада - 2

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние конкурсы на ПродаМан
Открой свой Выход в нереальность
Peклaмa
Оценка: 5.13*52  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Маленькие проды еженедельно. Обсуждаем сюжет, ругаем автора

  23-я бригада, книга 2.
  
  
   Как всегда, все великие достижения должны быть обсуждены и доведены до советского народа. Поэтому в конце каждого года проводилось огромное собрание, всяких там представителей. Однако конец 1939 года был знаменит тем, что почти 70% плана третьей пятилетки принятого еще в 1938 году страна уже выполнила с опережением срока и требовалось немедленно уточнить наши планы на будущее.
   Вот и сейчас всех причастных и не причастных вызвали в Москву на очередное подведение итогов строительства коммунизма в отдельно взятом государстве, а называлось это бурное действие 18 съезд ВКП(б).
   Глава города Озерск-22 товарищ Иванов говорил, что в настоящей истории вроде бы этот съезд проходил весной 1939 года, а тут вот, что то поменялось и съезд сместился аж на пол года.
   На трибуну поднимались министры, директора заводов и совхозов, политические деятели страны и доводили собравшимся, что мы успели сделать под мудрым руководством коммунистической партии и лично товарища Сталина.
   Все хлопали, кричали ура и внимали словам советских вождей.
   Да, за последние лет пять, было сделано реально много. Капитальные вложения в народное хозяйство возросли многократно. Если в первой пятилетке они составляли 7,3 млрд. рублей, во второй - 16,6 млрд. рублей, то лишь за один год третьей пятилетки (1938 г.- июль 1939 г.) они составили 6,3 млрд. рублей и это позволяло увеличивать ввод в строй основных фондов.
   В связи с открытием новых месторождений полезных ископаемых в СССР удалось ввести в строй несколько крупных предприятий по производству цветных металлов, в том числе таких крупных, как Балхашский медеплавильный завод, Чимкентский свинцовый завод, Уральский алюминиевый завод, комбинат 'Южуралникель', Челябинский электролизный цинковый завод, Тырны-Аузский вольфрамо-молибденовый комбинат, Московский комбинат твердых сплавов и др.
   Темпы развития цветной металлургии были примерно в 2-3 раза выше, чем черной. Только в первой половине 1939 года было произведено значительно больше алюминия, никеля, олова, черновой меди, вольфрамовых и молибденовых концентратов, чем за весь 1938 год, а к концу 1939 Советский Союз выходил на первое место в Европе по добыче полезных ископаемых.
   Производство валовой продукции химической промышленности, включая горно-химическую, по сравнению с 1930 годом в СССР увеличилось в 5 раз. Производство кальцинированной соды (95-процентной) составило 536 тыс. тонн, соды каустической (92-процентной) - 190 тыс. тонн, серной кислоты в моногидрате - 1 587 тыс. тонн, синтетических смол и пластических масс - 11 тыс. тонн, аммиака синтетического - 338 тыс. тонн, химических волокон - 11 тыс. тонн, каучука синтетического - 97 тыс. тонн, синтетических красителей - 34 тыс. тонн.
   Машиностроение играло решающую роль в техническом перевооружении всей экономики, особенно военной. Эта отрасль промышленности развивалась в СССР более высокими темпами по сравнению с другими отраслями. В то время как валовая продукция промышленности превосходила уровень 1913 г. в 7,7 раза, в том числе группы 'А' - в 13,4 раза, группы 'Б' - в 4,6 раза, то машиностроения и металлообработки - в 30 раз. К сожалению все докладчики почему то сравнивали достижения страны советов с 1913 годом и Зинченко никак не мог понять, а есть ли реальный рост за последние 2-3 года или все таки нет?
   Суммарная мощность произведенных в 1939 году паровых и газовых турбин составила 972 тыс. квт, электродвигателей переменного тока - 527 тыс. квт. Страна получила 24 тыс. тонн металлургического оборудования, 119 тыс. единиц кузнечно-прессового оборудования, 16 тыс. тонн нефтеаппаратуры, 914 магистральных паровозов, 32 тыс. магистральных пассажирских и грузовых вагонов, 145 тыс. различных автомобилей новых марок, 32 тыс. тракторов и много другой техники.
   Станкостроение в СССР создавалось в значительной мере заново, и темпы его развития были весьма высокими, однако германская станкостроительная промышленность являлась в то время самой развитой в мире, давала продукции значительно больше. Если в СССР парк металлорежущих станков составил 710 тыс., то в Германии - почти 1 млн. Начали осваиваться новые модели высокопроизводительных станков с высокими скоростями резания и повышенной точностью обработки. По методу академика Патона О.Е. началось внедрение автоматической скоростной электросварки в производстве котлов, цистерн, мостов, вагонов.
   Темпы развития и уровень производства в СССР легкой и пищевой промышленности удовлетворяли нужды трудящихся и обороны страны. В Советском Союзе было выпущено всех видов тканей 4522 млн. погонных метров, 211 млн. пар кожаной обуви, 29 млн. тонн муки, 1 501 тыс. тонн мяса, 226 тыс. тонн животного масла, 2 165 тыс. тонн сахара.
   Важную роль в укреплении экономической базы обороны страны играло индустриальное строительство. В 1939 г. подчиненные различным ведомствам строительные организации были объединены под руководством Наркомстроя. Это позволило постепенно переходить к прогрессивному подрядному способу строительства промышленных объектов и добиваться более производительного использования строительной техники. Созданные в системе Наркомстроя специализированные строительные организации выполняли задачи большого государственного и оборонного значения: сооружали крупные промышленные предприятия, дороги, каналы, мосты, аэродромы, порты и т. п. Перевод строительства на промышленную основу создавал условия для быстрого развертывания военного производства.
   Несмотря на проводимые мероприятия все же большое отставание наблюдалось в радиопромышленности, особенно в производстве средств связи. Выпускавшиеся промышленностью боевые самолеты и танки в большинстве своем не обеспечивались радиоаппаратурой. Однако страна представляла гигантскую строительную площадку, где в среднем каждые сутки вступали в строй по два-три крупных промышленных предприятия. И казалось бы, какой прок от привезенных тыловиком Евсеевым 60 закупленных у Американцев предприятий, ведь их всего 60. Но это были новейшие для СССР заводы, а по образцу купленного у американцев шарикоподшипникового завода в СССР строилось таких заводов, аж 17, а радиозаводов строилось 32, вот так-то, всего 60 привезенных из-за океана новейших предприятий методом банального 'китайского копирования' превращались в тысячи строящихся в СССР заводов.
   Сельское хозяйство Советского государства, претерпевшее коренные преобразования на социалистических началах, развивалось успешно. СССР располагал развитым сельскохозяйственным производством. К декабрю 1939 года в стране насчитывалось 76,9 тыс. колхозов и 3,2 тыс. совхозов. С учетом приобретенных за границей тракторов и комбайнов в наших колхозах и совхозах трудились 150 тыс. тракторов, 50 тыс. зерноуборочных комбайнов, 108 тыс. грузовых автомобилей и много другой техники.
   Перевод сельского хозяйства на социалистические рельсы и техническое его перевооружение позволили расширить посевные площади до 135 млн. гектаров и содержать к началу 1940 г.: крупного рогатого скота - 44,8 млн. голов, свиней - 17,6 млн., овец и коз - 71,7 млн. голов.
   После уборки урожая в 1939 году Советский Союз занял первое место в мире по валовому сбору пшеницы, ржи, овса, ячменя, льна-долгунца, сахарной свеклы и подсолнечника. В 1939 году впервые после революции 1917 года зерновая проблема страны была решена полностью, крупное социалистическое сельское хозяйство было в состоянии обеспечить страну и ее армию сельскохозяйственной продукцией в полном объёме в случае нападения врага.
   Ускоренное развитие получил транспорт, ведущая роль в котором принадлежала железнодорожному, на его долю из всего грузооборота приходилось 85 процентов, а пассажирооборота - 92,2 процента. Эксплуатационная длина железнодорожных путей НКПС достигла в 106,1 тыс. км, в том числе 1900 км электрифицированных. Советский железнодорожный транспорт отличался высокой эффективностью использования подвижного состава, его грузооборот возрос по сравнению с 1913 г. в 6 раз, тогда как длина железных дорог за это же время увеличилась лишь на 81 процент.
   Большое значение придавалось рациональному размещению военной промышленности. Главные ее отрасли располагались на линии Ленинград, Москва, Тула, Брянск, Харьков, Днепропетровск. Однако, после закупки промышленных предприятий в США начала формироваться вторая линия военных промышленных предприятий в Поволжье, на Урале, в Сибири и на Дальнем Востоке. Удельный вес этих районов в производстве военной продукции составлял к лету 1939 года составлял всего 18,5 процентов, но уверенно рос.
   За год обучение и переподготовку прошли миллионы работников, но уровень квалификации оставался все, же низким, велика была текучесть кадров. Плохо соблюдалась технологическая дисциплина, значителен был процент брака, поломок оборудования, выпуска некондиционных изделий. 2 октября 1939 г. Президиум Верховного Совета СССР издал указ 'О государственных трудовых резервах СССР', предусматривавший, прежде всего создание сети ремесленных, железнодорожных училищ, а также школ ФЗО и проведение ежегодного организованного набора молодежи для обучения рабочим профессиям.
   Уже к ноябрю 1939 года система подготовки и повышения квалификации кадров непосредственно на предприятиях охватывала более 3 млн. рабочих. Только на железнодорожном транспорте на курсах прошли переподготовку 550 тыс. и вновь были подготовлены 200 тыс. человек. При этом особо учитывались нужды обороны страны и тех отраслей промышленности, от которых непосредственно зависело оборонное производство. В частности, было решено пятую часть всех молодых рабочих, распределить следующим образом: в авиационную промышленность - 25 тыс., на предприятия наркоматов вооружения и боеприпасов - 10 тыс., на оборонные стройки - 15 тыс. Число рабочих и служащих, занятых в отраслях материального производства, увеличилось на 4,5 млн. человек, то есть несколько больше, чем за вторую пятилетку. В народном хозяйстве трудились около 34 млн. человек. Численность рабочих и служащих в промышленности достигла 13,1 млн. человек. Шло изменение состава рабочего класса, в рядах которого росло количество женщин, все больше овладевавших мужскими профессиями. Самоотверженным трудом прославили свои имена первые женщины-сталевары Ольга Ковалева (металлургический завод 'Красный Октябрь'), Фелисата Шарунова (Нижнетагильский завод им. Куйбышева), Мария Зикеева (Магнитогорский металлургический комбинат), паровозные машинисты Зинаида Троицкая и Елена Чухнюк, трактористка Прасковья Ковардак и тысячи других патриоток. Общее число женщин, занятых в промышленности, строительстве и на транспорте, достигло 11 млн. против 9,3 млн. в 1938 г., а в составе механизаторов МТС - 100 тысяч женщин.
  
   Зинченко сидел в первом ряду огромного зала 18 съезда Советов и уже шестой час слушал эту восхвалительную речь. На трибунах суровые работящие мужики сменяли улыбчивых и цветущих девиц с горящими глазами, потом на сцену выходили комбайнеры и шахтеры, а потом Зинченко просто перестал всё это слушать и стал осматривать людей, сидящих в президиуме. Ну а там собрался цвет советского общества, как же конец 1939 года, время подводить итоги и ставить задачи на следующий год, ну а на следующий год, как и полагается партия наказала расширить и углубить.
   И никто, ни одного слова не обмолвился о предстоящей войне. Даже маршалы и те хвалились только количеством принятых на вооружение танков, самолетов и кораблей, а для чего собственно страна надрывает жилы никто так и не сказал, а зря.
   Однако в последний день съезда ЦК ВКП(б) расщедрился на награды передовикам производства за всякие там заслуги. Зинченко устал наблюдать, как награждали доярок и трактористов, металлургов и врачей, он даже начал немного засыпать, как вдруг услышал знакомую фамилию.
   - На сцену приглашается группа советских авиационных конструкторов - торжественно проговорил, какой то дядька с усами как у немецкого фюрера - эти передовики нашей научной мысли, в кратчайшие сроки смогли разработать и внедрить в массовое производство новые истребители ЯК-1 и И-185, штурмовики СУ-2, бомбардировщики ПЕ-2, СБ-3, ПЕ-8 и АН-2, незаменимые торпедоносцы ИЛ-2, а также новейшие транспортные самолеты ЛИ-2. Ура товарищи!
   - Ура-ааа-аа - заорали тысячи глоток и люди повскакивали с мест, бурно аплодируя поднимавшимся на сцену авиаконструкторам, в этой группе поощренных непонятным званием и даже орденом был и попаданец Бубнов. Выходит всё таки успели они слепить свой первый реактивный истребитель.
   Потом еще награждали танкостроителей, заводчан, что успели наштамповать десятки тысяч так необходимых стране тракторов. В общем, было весело и торжественно.
   А под конец, какой то дед, в огромных как у черепахи Тортиллы очках выполз на трибуну и предложил ЦК партии рассмотреть вопрос введения шестидневной рабочей недели, а всех работников практически закрепить за предприятиями как крепостных. Кроме того дедок предлагал рассмотреть вопрос о введении уголовной ответственности за прогулы с предприятий и учреждений, а под конец выдал лозунг типа 'Тунеядству - бой!'.
   А потом все долго хлопали, стоя, встал даже Зинченко, а ушлый дедок полчаса кланялся, это наверное тот самый дед, у которого внук Коля Герасимов общался со своим внуком из 21-го века, подумал Зинченко. Надо же, дед какую инновационную хрень придумал, пахать без выходных и проходных, Чубайс там, в 2018 от зависти слюной бы захлебнулся.
  
   Несмотря на такой постановочный порядок проведения 18-го съезда, на нём все же были решены ряд важных для страны вопросов. Так решением съезда начали создаваться необходимые государственные стратегические резервы и специальный фонд обороны. Например, резервы зерновых, ржи, пшеницы, овса, муки и крупы к 1 декабря 1939 года составляли 6 млн. 162 тыс. тонн. Это дало возможность создать соответствующие фонды продовольствия и фуража для обеспечения армии в военное время на 4-6 месяцев.
   ЦК ВКП(б) и Совнарком СССР приняли постановление 'О плане накопления госрезервов и мобзапасов на 1940 год'.
   Мобзапасы и резервы увеличивались по мере усиления угрозы нападения на СССР они выросли: по чугуну - в 5 раз, по прокату - в 2 раза, по меди - более чем в 2 раза, по цинку - в 2,2 раза, по свинцу - в 1,6 раза. В денежном выражении государственные материальные резервы выросли с 4 млрд. до 7,6 млрд. рублей, то есть почти в два раза. На 1 марта 1940 года страна хотела иметь в резерве: нефти - 1,6 млн. тонн, чугуна - 177 тыс. тонн, проката - 203,7 тыс. тонн. Запасы сырья, металла, топлива, продовольствия, станков, инструментов, оборудования должны были накапливаться высокими темпами. Таким образом, за три года государственные резервы СССР должны были увеличиться почти вдвое. Ключевым фактором качественного совершенствования экономической базы явился технический прогресс. Он нашел свое воплощение в создании и освоении ряда новых видов машин, оборудования, технологических процессов.
   Ценой огромного напряжения, за счет ухудшения жизни населения, особенно крестьянства, удалось создать оборонную промышленность, которая по темпам роста валовой продукции опережала другие отрасли индустрии. Повышенное внимание к развитию оборонных отраслей промышленности дало свои результаты: рост военной продукции стал значительно опережать рост производства всех остальных предприятий. Так, в 1938 г. при общем увеличении промышленного производства на 11,8% выпуск военной продукции возрос на 26,4%, а в 1939 г. продукция всей промышленности увеличилась на 16%, а предприятий наркоматов оборонной промышленности - на 46,5%.
   Все это позволяло с уверенностью смотреть на возможность страны отразить нападение с большей эффективностью и меньшими потерями.
  
   После 18 съезда группа прорвавшихся на вершину власти попаданцев собралась у гостях у товарища Иванова - бывшего замполита, а ныне главы городского совета Озерска-22.
   - Ну что товарищи - поднял свой тост Зинченко - мы проделали большую работу, прошло каких то полтора года, а изменения в стране уже видны не вооруженным взглядом. Сейчас даже без помощи союзников мы в состоянии отразить немецкое нападение в европейской части страны, а при необходимости можем в кратчайшие сроки разгромить силы милитаристской Японии на востоке и перебросив резервы на запад быстрыми ударами сбросить проклятых империалистов в Атлантический океан. Однако есть реальная угроза, что наше усиление отслеживается и оно уже сильно напугало забугорных 'демократических товарищей' в Англии, Франции и США, поэтому несмотря на все принятые нами меры, новая война может стать более кровавой и более опасной, чем в реальной истории того мира. Поэтому каждый год, каждый месяц и даже каждый день, прожитый нами в этом мире, добавляет нам шансов на победу. Хочу выпить за нас, за всех советских людей, что не покладая рук, прямо сейчас там, у станков обеспечивают наше будущее. И самое главное, хочу выпить за мир. Если нам удастся вырвать у истории этот 1940 год, то в 1941 нам уже нечего будет бояться. ЗА МИР!
   - За мир...
   - Хороший тост, командир - сказал Иванов - за мир.
   - За мир....
   Выпили, закусили, опять налили.
   Иванов встал.
   - А сейчас товарищи офицеры, я хочу выпить за Героя социалистического труда, за товарища Бубнова!
   - Сергей Ильич - Петровский поднял стакан - больше всего я рад именно за тебя. Мы все, так сказать, умеем хорошо болтать языком, рассказывая про светлое будущее и новые технологии. А вот ты, ты настоящий человек, человечище. Ты смог заставить этот механизм провернуться, ты таки создал этот чертов реактивный истребитель ЛаГГ-1. Ты реально заслужил эту награду, за тебя Сергей Ильич.
   Опять чокнулись, выпили.
   - Сергей Ильич, ты хоть расскажи, что вы там смогли сделать с Лавочкином то.
   - Да что тут рассказывать - отмахнулся Бубнов, постеснявшийся такого внимания - двигатель мы сделали. И это самое главное. Планер самолёта мы сделали еще весной, протестировали его в аэро трубе, проверили нагрузку, и всё такое. А вот двигатель у нас не получался, лопатки, мать их так, не получались. И вот, наконецто, наши конструктора смогли создать приемлемую технологию по созданию лопаток. Теперь движок почти 100 часов непрерывной работы на износ выдает, и это позволяет нам запустить двигатель в серию. - Не мало? - усомнился Иванов.
   - Много. У них тут некоторые танки раньше не могли сотку километров без ремонта пройти, а у нас всё таки самолет - отмахнулся от критики Бубнов - сто часов непрерывной работы на износ, это почти месяц боевой работы по 3-4 самолетовылета в сутки. Ну а потом, за шесть часов снимаем движок, раскручиваем 24 болта, отсоединяем турбину и просто отправляем её на капремот. В обратном порядке ставим новую турбину и опять в бой. Замена двигателя занимает всего 2 рабочих дня 3 техников, при чем все работы проводятся непосредственно в аэродромном ангаре. Вот за это нам ордена и дали.
   - Молодец, давай за наших дедов - поднял очередной стакан Зинченко - что не говори, а всю нагрузку той войны, вынесли именно они, именно наш народ сломал хребет той фашисткой заразе. Вот получается, что они и в этой истории не подвели.
   Выпили за дедов.
   - Анатолий Сергеевич - Бубнов полу трезвым взглядом уставился на Иванова - а когда вы мне пластмассу дадите? Обещали за год построить тут у себя нефтеперегонный комплекс, с какими то марсианскими технологиями из 21-го века.
   - Обещал - грустно сказал Иванов и, взяв стакан, выпил его даже без тоста - беда у нас тут была и не одна. Весной склад сожгли, где у нас новые ракеты - боезапас зенитного дивизиона хранился, так люди в огонь кидались, что бы на руках ракеты выносить. Летом, кто то секретную библиотеку сжег, где сотни чертежей рационализаторских предложений хранились. Хорошо, что товарищ Берия приказал сразу все чертежи и рац предложения оформлять в трех экземплярах, один в архив НКВД в Москве, второй отправлялся на завод исполнитель заказа, а третий вот у нас хранился. Так там сотни томов дел с чертежами сгорели. Диверсанты, какие то мать их итить, обзавелись. Падлы, прямо на крышу закинули горящую фосфорную шашку, она прожгла металлические перекрытия и подпалила склад. Так это не всё, у меня единственный химик был, что в той жизни работал на Роснефти. Так он вел секретный проект по строительству новейшего нефтеперегонного завода с возможностью какого то крекинга и выделения полливин, хрен его знает какого хлорида. В общем, обещал, что мы сможем порошок из нефти выделять для производства пластика. Написали кучу формул, нарисовали чертежи завода, провели заседание экспертного совета с привлечением лучших советских химиков, утвердили проект и даже начали строить мини завод. А в марте наш главный технолог пропал, искали три дня, а на четвертый нашли с пробитым черепом в сугробе возле своего подъезда. Товарищи из НКВД как основную версию разрабатывали именно диверсию с целью устранения уникального специалиста, хотя всё было замаскировано под банальное ограбление. Сразу видно, работали наши братки из 21-го века. Видно не всех мы там вычислили и под березками прокопали, а те, кто остался начали активно работать на вражескую агентуру, так сказать себе пропуск 'в светлое будущее при новой власти' зарабатывали.
   - И что, так и не нашли убийц? Тут похоже на системную диверсию, не без участия товарищей троцкистов с высших эшелонов советской власти и возможно даже не без участия НКВД.
   - Провели массовые проверки, арестовали понятное дело человек сто, так чисто в профилактических целях, в основном по доносам. Работу всей агентуры нацелили на вскрытие подпольной сети белоленточников и борцунов с режимом, почистили оставшихся режимошатателей, перевели нахрен от сюда всех ваших НКВДешников, что прошляпили диверсантов в самом секретном городе мира. Да только человека уже не вернешь. А это убийство нам разработку проекта нефтехимического предприятия минимум на пол года застопорило. Теперь вот куча ученых над чертежами сидят, пытаемся разобрать, что к чему и как это работает, как эту чертову пластмассу из нефти добыть?
   Помолчали, каждый думал о своем.
   - Знаете товарищи - как то грустно произнес Иванов - я в той жизни иногда товарища Сталина поругивал, а сейчас, насмотревшись на этих негодяев, что палки в колеса стране суют, прикрываясь лозунгами о свободе, демократии и всякой заокеанской ереси. Сам бы за пулемет встал, и косил бы этих тварей, пока патроны не кончились, нечего с ними возится, таких не перевоспитаешь.
   - Ого, как тебя торкнуло Анатолий Сергеевич - удивился Зинченко - а такой перспективный замполит был, чего только с людьми время делает. Давай еще нальем, и ты не боись, дам я тебе пулемет и патронов целый ящик, постреляещь еще. А врагов народа мы повыведем всех, под корень, будь уверен. Вон Бубнов молодчина, дал таки стране реактивный движок, теперь заживем.
   - А ты что молчишь, товарищ замполит - Бубнов с хитрецой уставился на Ивонова - вы всё про меня да, про меня, а вот наш скромняга тоже отличился, ну рассказывай не тяни, а то сам все твои похождения сдам.
   - Да, что тут рассказывать, нам тоже ордена обещали и не малые денежные премии, вот дадут, тогда и расскажу - отмахнулся Иванов.
   - Оп-па, это что за секреты между боевыми товарищами, я не понял? - возмутился Зинченко - а ну давай колись, что натворили тут?
   - Наши уважаемые товарищи из бригады профессора Кульчитского - загадочно подмигнул Иванов - конечно же, под моим чутким руководством, разработали на базе наших технологий и местных материалов простейший радиолокационный прицельный комплекс.
   - Так, поясни - потребовал комбриг - что это дает, и самое главное, когда это можно внедрить в реальную жизнь?
   - Ну, если проще объяснять, то вот представьте товарищи, что в этом мире, наконец, то появился первый транзистор, и это почти научная революция. По нашей информации, мы, конечно же, не первые, там немчура уже испытывают управляемые противокорабельные ракеты, а вот теперь и мы смогли. Запустили завод, и наладили выпуск примитивных радиолокационных станций и станций наведения. Головку самонаведения для ракеты пока сделать не получается, а вот приспособить эту станцию к зенитке и системе управления артиллерией кораблей мы смогли.
   - Так я не понял, что в итоге то? - переспросил Петров.
   - В итоге мы смогли разработать примитивную ЗУ-2-23 по типу 'Шилки' и радиолокационную систему управления огнем корабельных орудий. Но, к сожалению, пока это очень дорогое удовольствие и использоваться в сухопутных частях не будет, поэтому все разработки ушли на модернизацию флота.
   - Что, никак не возможно уменьшить стоимость изделия?
   - Нет, когда я эту нашу 'Шилку' показал Сталину и назвал примерную стоимость, то Калинин меня чуть не растоптал на глазах у возмущенной общественности как мерзкого таракана. Выходит, что наша машина пока что стоит как целая рота тяжелых танков КВ-1.
   - Выходит Сталину не понравилось?
   - Да как раз наоборот - усмехнулся Иванов - хозяин сразу сообразил, что такую дорогую игрушку можно использовать только для прикрытия стратегических объектов. Вот сейчас рассматривают вопрос по установке боевых модулей ЗУ-2-23 на наши корабли и на самоходное гусеничное шасси. Но самоходные 'Шилки' пойдут только для противовоздушного прикрытия стратегических объектов.
   - Но ведь это не имеет смысла - возмутился Петров - ты, что не сказал хозяину, что твоя 'Шилка' может только пикировщики валить, а до бомберов на высоте в 5-6 тысяч метров она не достанет? Стратегические объекты будут бомбить только высотные бомбардировщики, тогда в чем смысл твоих изобретений?
   - Вот так же сказал и Калинин - обиделся Иванов - но мы его сломали, мы против высотных бомбардировщиков специальные станции наведения для батарей 85 мм зенитных орудий предложили. Точность обнаружения вражеского бомбардировщика позволяет нам зенитной батареей ставить заградзавесу 85 мм осколочными снарядами, а уж если супостат ниже 2000 опустятся, тут мы их встретим точным огнем 'Шилок'. И прошу не забывать товарищи, про транзистор.
   - Что то я ваши замполитские хитрости понимать перестал - почесал затылок Зинченко - что с транзистором то?
   - Ты, Николай Иванович в своей армии уже совсем наш 21-й век подзабыл, а зря - усмехнулся Иванов - вот немчура смогла создать здоровенную почти двухтонную противокорабельную ракету, ну и что? А вот люди товарища Кульчитского обещали мне к лету блоху подковать. Они обещали мне ракетный комплекс сделать. При том комплекс будет универсальный как в том мире наши 'Калибры' были, помнишь?
   - Конечно, помню его, поэтому и назвали 'Калибром', потому что он подходил под стандартный размер 533 мм и мог поместиться как в торпедный аппарат подлодки, таки на корабельную пусковую установку.
   - Правильно, а еще те ракеты спокойно могли устанавливаться на наземные ракетные комплексы 'Искендер' и подвешиваться под пилоны самолетов ТУ-22. Так вот 'банда ученых-экстремистов' Кульчитского нам ракетный комплекс предложила. Там всё просто, одна станция радиоразведки обнаруживает цель, а вторая станция наведения подсвечивает цель, ракета летит по отраженному от цели лучу. Все как в нашей старой С-25 было, только мы эту ракету можем как против воздушных целей в дальнейшем использовать, так и против кораблей противника.
   - Ого! - удивился Бубнов - тогда прими от меня заказ, мне очень нужна такая ракета, только в подвес на пилоны бомбардировщика, что бы с безопасного расстояния по кораблям ракетами пулять.
   - На самолет пока поставить такую ракету мы не сможем, сама ракета тяжелая, да и станция наведения требует большой мощности энерго источника, у тебя нет пока таких грузоподъемных самолетов. Но ты не переживай, мы тебе для твоих самолетов уже три варианта неуправляемых ракет испытываем, а куда ты там стрелять собираешься, по кораблям, по штабам или артбатареям супостата, это уже неважно.
   - Вот за это тебе отдельное спасибо - Бубнов полез обниматься, потом нацеловавшись по брежневски с бывшим замполитом продолжил - ведь самолет по сути это носитель, понимаете товарищи? Без оружия с него толку нет, а вот с оружием - это уже авиационная система!
   - А еще мне Кульчитский с его 'безумными учеными' бомбу придумали очень страшную - тихим голосом оповестил собравшихся Иванов.
   - Ты можешь хоть шепотом говорить, но от темы уже не уйдешь, давай поясняй, что за бомба.
   - Так себе бомба, мы там - Иванов махнул рукой вверх обозначая 21-й век - таких бомб насмотрелись, даже гранаты такие были почти в каждом подразделении, но вот здесь. Это почти фантастика, они нам вакуумный боеприпас приперли на испытание.
   - А почему тебе? - возмутился Бубнов - почему у меня такой бомбы нет?
   - Потому, что на вооружение пока не принята, но в ближайшее время мы доведем её до ума и будет тебе мегапляюха.
  
   Несмотря на противодействие отдельных несознательных элементов, всё таки колесо истории было сдвинуто с места и со скрипом провернулось в непонятную сторону. История, которую знали попаданцы, начала меняться. Так, Япония в мае 1939 года на Монголов не напала и инцидента на Хал-Хинголе не произошло. В то же время Маньчжурское военное командование продолжало осуществление провокаций с мелкими обстрелами пограничных застав и заброской диверсионных групп на территорию Монголькой Республики.
   Увеличение группировки Советских войск на восточном направлении не осталось для Японцев без внимания, и они продолжили концентрацию своих войск.
   Зинченко нервничал, он лично выезжал на Иркутский авиационный завод и контролировал создание эскадрильи высотных разведчиков. В августе шесть самолетов Пе-2 переделанные для ведения высотной воздушной разведки и оборудованные мощной оптикой были направлены в распоряжение развед отдела штаба Забайкальского военного округа. Полеты развед самолетов происходили ежедневно, осуществлялось фотографирование местности и позиций Маньчжурской армии. По результатам разведполетов готовились карты масштаба 1:200 000 и 1: 100 000. Было видно, что война готовится серьезная, противник уже создал систему армейских и дивизионных складов в приграничных с СССР районах, на удалении 100 км от границы оборудовались аэродромы, но боевой авиации, как собственно и танков в приграничных районах пока не обнаруживалось. Отмечались длинные линии сплошных траншей оборонительных позиции и колпаки долговременных огневых сооружений, создавалось такое впечатление, что Япония, испугавшись нашего усиления, спешно готовится к обороне против удара с Севера.
   По оценкам разведки в приграничных районах насчитывалось не более 8 Японских пехотных дивизий и 12 пехотных дивизий Маньчжуо-го.
   И вот, наконец, сработала наша заграничная агентура. 1 февраля 1940 года Зинченко вызвали в Москву и вручили пакет для ознакомления. Материалы в пакете содержали обобщенную справку развед донесений по предполагаемым планам японского правительства.
   В документах под грифом совершенно секретно было указано: 'Генштаб японской армии в мае 1939 года приступил к разработке нового плана войны против СССР, названного 'Кан-Току-Эн' переведённого как 'Особые маневры Квантунской армии'.
   Замысел и основное содержание плана говорят об их агрессивном характере. Командующий 4-й Квантунской армии Кусаба Тацуми на совещании Генерального штаба Японской армии предложил главный удар по СССР нанести на приморском направлении силами 1-го Восточного фронта. Вспомогательные удары должны наносится силами 2-го Северного и 3-го Западного фронтов.
   Армии 2-го Северного фронта должны переправившись через реку Амур нанести основной удар строго на север вдоль реки Урка и горного хребта ровно в стык Забайкальских и Приморских советских военных округов по направлению станции Ерофей Павлович и далее на север, до станового хребта рассекая нашу группировку пополам.
   Армии 1-го восточного фронта должны нанести основной удар в направлении Сковородино-Комсомольск на Амуре осуществив, таким образом, надежное перерезание Транссибирской железной дороги и блокирование наших сил на восточном направлении.
   Левым флангом, силами армий 3-го западного фронта противник должен нанести сковывающий удар через Монголию на Улан-Удэ. Основная задача этого фронта разгромить советско-монгольские войска и ударом на Кяхту создать угрозу выхода японских армий в направлении Кяхта -Улан-Уде - озеро Байкал создавая угрозу оперативного окружения советских войск Забайкальского оперативного направления.
   Для нанесения ударов по территории советского Приморья в Маньчжурию перебросили огромное количество бомбардировочной авиации, а на море планировалось использовать все японские авианосцы и 4 линкора.
   Для действий согласно плану 'Кан-Току-Эн', японское командование приняло экстренные меры по увеличению численности своих соединений в Маньчжурии. Немецкий военный атташе в Токио Кречмер в телеграмме, посланной в Берлин 25 ноября 1939 года, сообщил, что начавшийся в Японии и Маньчжоу-Го и медленно протекавший призыв резервистов вдруг принял большой размах, не поддающийся дальнейшей маскировке. А с 10 декабря 1939 года началась отправка воинских частей, а именно: транспортных, технических и артиллерийских частей и отправка резервистов из Японии на материк.
   Квантунская армия за 1939 год была увеличена на 300 тысяч человек. Для того чтобы по возможности скрыть резкое увеличение Квантунской армии, японское командование не стало формировать новые соединения, а пошло по пути увеличения численности солдат в уже имевшихся соединениях и частях. Подразделения Квантунской армии на землях Маньчжурии укомплектованы усиленными пехотными дивизиями типа 'А' и 'А-1', которые довели до штатного состава 29 тысяч и 24 тысячи человек соответственно. По личному составу и вооружению усиленная дивизия Квантунской армии почти вдвое превосходит обычную японскую пехотную дивизию. В усиленных дивизиях насчитывалось 148 артиллерийских орудий и 80 танков в каждой.
   Всего в японской экспедиционной армии на континенте по состоянию на 10 января 1940 года насчитывается 5 усиленных пехотных дивизий типа 'А-1' и 19 усиленных пехотных дивизий типа 'А'. Из них в Квантунской армии сосредоточены все усиленные пехотные дивизии типа 'А' и 12 усиленных дивизий типа А-1.
   Таким образом, Японцы в Маньчжурии сосредоточили 17 усиленных пехотных дивизий, равных по численности и огневой мощи 30 обычным Японским дивизиям, значительное количество отдельных частей, резко возросло количество солдат в укрепленных районах.
   К 1 января 1940 года численность солдат в Маньчжурской армии довели до 500 000 человек, а численность японских солдат на северном направлении возросло до 450 000 человек. Общее количество танков увеличилось и составляло почти 3000 единиц, а боевых самолетов 2000.
   Таким образом, отмечается изменение оперативных планов Японского командования на восточном направлении. Японцы считают, что советское командование собирается сдерживать врага на двух оперативных направлениях с последующим разгромом вторгшегося противника и переходом в общее контрнаступление. Поэтому отмечается стремление японцев нанести основной удар на флангах и в стык между Забайкальскими и Приморскими советскими военными округами. Вероятнее всего первый отвлекающий удар будет нанесён силами армии Маньчжуо-Го через Улан-Батор в направлении на Кяхту. Дальнейшее действия японского командования могут быть привязаны к успехам их западных союзников. Готовность Японских и Маньчжурских сил к действиям указывается апрель-май 1940 года с установлением относительно теплых погодных условий и окончания ледохода на приграничных реках'.
  
   Изучив аналитическую записку Зинченко задумался.
   Да, это действительно хороший аналитический документ, основная линия действий японских войск указана, почти верно. Получается, что советское командование и лично Зинченко провел колоссальную работу и потратили огромные ресурсы на строительство тыловой дороги за Становой хребет до ветки железной дороги БАМа для обеспечения Забайкальского фронта при перерезании железной дороги в районе Байкала, и всё зря. Так, как основной удар будет нанесен только по Приморскому направлению, с целью его разгрома и банального захвата наших дальневосточных территорий.
   Тимошенко спрятал документ и спросил.
   - Теперь вы понимаете, почему крайне необходимо нахождение на том направлении человека с вашим опытом?
   Зинченко кивнул, это типа подколка такая. Опыт, да какой у него опыт, по меркам Сталина - его опыт это управление дивизией, но вот его поставили, по сути командующим фронтом, типа доверяют, а на самом деле ждут когда Зинченко провалит выполнение поставленной задачи. Если Зинченко удастся красиво свалить с должности, то это будет сокрушительный удар по всем попаданцам в целом.
   - Товарищ Сталин подписал приказ - Тимошенко передал папку.
   Зинченко взял папку открыл и ничуть не удивился, там был приказ, в котором написано: 'В связи с возрастающей угрозой развязывания войны со стороны милитаристского правительства Маньчжуо-Го и их союзников Японии против СССР, и необходимости отпора врагу приказываю: с 1 февраля 1940 года расформировать командования Забайкальского и Приморского оперативных округов РККА. Все соединения и части передать вновь созданному командованию Восточного военного округа. Командующим Восточного военного округа назначить генерал-полковника Зинченко Н.И. Формирования штаба военного округа завершить к 20 февраля, планы боевого применения войск восточного военного округа представить на утверждение к 1 марта с.г.'.
   Да, документ был, как бы сказали в 21-м веке неоднозначный. С одной стороны Зинченко лишился должности начальника Генерального штаба, а с другой стороны он получил новое воинское звание генерал-полковник. Зинченко посмотрел на Тимошенко и спросил.
   - Товарищ нарком, кому передать должность?
   - Должность передадите товарищу Мерецкову, он давно работал с Вами, так, что основные задачи знает, поэтому прошу ускорить передачу дел и приступить к руководству войсками Восточного военного округа. Я хочу, чтобы вы немедленно приступили к уточнению планов ведения боевых действий, все ранее разработанные планы не позволят нам быстро разгромить противника и могут привести к затягиванию войны с Японией. Что можете сказать прямо сейчас?
   - По общему количеству войск мы немножко уступаем противнику, но если посчитать еще и почти миллионную китайскую армию, то мы превосходим противника почти в двое. Кроме того у меня будет 4000 танков и 3000 самолетов, что превышает возможности противника, а по артиллерии мы превосходим врага в трое, так что в успехе я не сомневаюсь, вопрос стоит лишь в правильном взаимодействии с китайскими армиями и обеспечении нанесения совместного с китайцами удара по японским милитаристам. Товарищ народный комиссар обороны, а какова обстановка на Западном стратегическом направлении?
   Тимошенко встал и подошел к карте.
   - Мы получаем информацию о появлении у Поляков большого количества легких немецких, британских и французских танков. По нашей информации общее количество танков различных модификаций Республики Польской сейчас достигло 2,5-3 тысяч единиц, но не все танки пушечные, имеется огромное количество пулеметных танкеток. Также подтверждается наличие секретного военного договора между Польшей, Германией и Англией о подготовке военных специалистов. Наша разведка отмечает выезд достаточно обеспеченных поляков и евреев с Польских балтийских территорий в Варшаву. Наша разведка предполагает, что Польша после войны с СССР передаст все спорные территории Германии, а взамен утраченных территорий получит часть Украины до Днепра с городом портом Одесса. Не нравится арийцам, что грязные славяне владеют землями на Балтике, все хотят себе весь этот регион к рукам подгрести. В прибалтийских государствах начались массовые аресты представителей социалистических партий, идет разговор о скором присоединении прибалтийских территорий к Третьему рейху. За последние два месяца на карельском участке увеличилось количество провокаций со стороны финских провокаторов. Так, только с начала года было ранено огнем с сопредельной территории 23 советских пограничника, отмечались случаи ведения артиллерийско-минометного огня по нашим заставам. На наши ноты протеста Финны отвечают отказом в проведении совместных расследований пограничных инцидентов и выдают всё это за провокационные самообстрелы. Николай Иванович обстановка на западной границе также накаляется.
   - У нас тоже на монгольском направлении не проходит и дня без стычки Монгольских пограничников с военными Маньчжуо-Го. Отмечается переброска японских войск на Монгольское направление, но на других направлениях как не странно, ситуация остается прогнозируемой.
   - Николай Иванович, что думаете по дальнейшему действию Японского командования?
   - Я думаю, что большой войны сразу не будет. Японцы вероятнее всего в рамках какого то секретного договора с Германией попытаются проверить наши возможности на востоке, для чего силами Маньчжурской армии нанесут ограниченный удар на монгольском участке, а далее всё будет зависеть от нашего сопротивления.
   - Так вы Николай Иванович считаете, что Японцы все же не начнут масштабную войну этой весной?
   - Японский император не дурак, у него большие проблемы на китайском фронте, блицкрига не получается, а втягиваться в войну на два фронта они не посмеют. Скорее всего, японцы разыграют монгольскую карту и будут ждать активных действий своих западных союзников. После начала боевых действий в Монголии должны начаться активные боевые действия на Карельском направлении, и вот тут, как только мы навалимся на Финляндию в войну может вступить уже и Польша. Я думаю, что сигналом к началу большой войны с Японией будет Польское наступление.
   - А как по вашему, Япония будет вести войну?
   - Я думаю, что эта справка достаточно точно раскрывает вероятный сценарий войны. Данные воздушной разведки показывают, что примерно в 150-200 километров от нашей границы оборудуется стратегический рубеж обороны, на котором расположились основные группировки японских войск. На фотоснимках отчетливо видны линии инженерных заграждений и ДОТы. Я считаю, что это рубеж сдерживания. Если Маньчжурам удастся быстро разгромить монгольские войска и потеснить наш 57 оперативный корпус в Монголии, то возможен самостоятельный мощный удар силами 3-го западного японского фронта с целью полной оккупации Монголии и дальнейшего выхода к Кяхте с последующим ударом на Улан-Уде, а это угроза оперативного окружения моего Дальневосточного фронта, ну а дальше, как и написано в справке, возможен рассекающий удар вдоль реки Урка и попытка проведения десантных операций на наше побережье. Если же мы перейдем в наступление с целью удара по флангам наступающих армий противника что бы в дальнейшем соединится с китайскими войсками и блокировать армии западного японского фронта, то враг постарается выделить достаточное количество сил, что бы сдержать нас на заранее подготовленных позициях, измотать и отбросить назад. А в это время армейские группировки 1-го и 2-го японских фронтов постараются заблокировать и уничтожить части находящиеся на Дальневосточном выступе, отрезав всю территорию по рукаву Амура. После чего вероятнее всего Японцы попытаются выйти из войны, ограничившись территориальными завоеваниями по реке Амур, ну ещё и острова все заберут.
   - А почему, вы думаете, что забрав Приморье, японцы не попытаются наступать в направлении озера БАЙКАЛ.
   - Тут все просто, у них ограниченный мобилизационный ресурс. В таких тяжелых боях, на трудно проходимой местности наступающие войска будут нести большие потери, которые могут составлять до 50% личного состава. Если мы достаточно быстро сможем восстановить свои потери и даже нарастить группировку войск, то вот Япония с учетом войны на два фронта таких ресурсов не имеет. Мы провели большую работу. Фактически мы способны вести войну имеющимися силами и средствами до наступления осенней распутицы, а Япония и Маньчжурия такой войны не выдержат, это будет война на истощение. Поэтому им нужно быстро отхватить кусок советской территории, после чего начать вести переговоры о мире с позиции силы. Могут потребовать всё что угодно, вплоть до отказа от поддержки Китая.
   Тимошенко задумался, а потом сказал.
   - Мы отмечаем увеличение состава боевых кораблей Англичан и Австралийцев в портах Индийских колоний, это может означать всё что угодно. Начиная с того, что капиталисты решили вмешаться в китайско-японский конфликт на стороне Гомильдана и заканчивая тем, что они подтягивают силы для начала активных действий в персидском заливе.
   - А у нас уже есть информация по их интересам в Персидском заливе?
   - Есть аналитические записки нашей агентуры в Битании, которые говорят о том, что при начале большой войны, британцы могут взять под свой контроль страны Персидского залива. Германия ведет активную работу по строительству железнодорожного пути через Турцию на восток к нефтеносным районам Алависткой пустыни и Ирана. Однако, контроль над этой территорией это стратегическая цель Британии. От сюда можно полностью контролировать Иран, а там уже обеспечить угрозу нашим прикаспийским территориям, создав угрозу нашим нефтяным промыслам в Азербайджане.
   - Семен Константинович, но ведь Жуков уже подготовил план южной наступательной операции, и если что нужно идти навстречу британцам. Мы не можем допустить появления военных баз Англии на южном берегу Каспийского моря, они ведь от туда смогут бомбить наши Бакинские нефтяные месторождения.
   - Николай Иванович, ты умный человек и все сам понимаешь, для англичан всегда было за счастье столкнуть континентальные державы в кровавой мясорубке, а самим сидеть за морем, но в Иран их не пустит фюрер. Там со стороны Турции Германские торговые компании уже начали строительство железной дороги на побережье Персидского залива, а на границе с Ираном стоит 300 тысячная Турецкая армия. Руководство считает - Тимошенко поднял палец вверх, показывая уровень руководства - что ни в коем случае нельзя допустить захвата Ирана ни Германией, ни Британией. Иран должен стать социалистическим, а для этого требуется обеспечить мир с Японией. Мы должны или вовсе не ввязываться в большую войну на востоке, или в случае чего, очень быстро принудить Японию к миру. 3 месяца Николай Иванович, в случае перехода нашей границы японскими войсками руководство дает тебе 90 дней, чтобы нанести агрессору неприемлемые потери и принудить императора к миру, но активные боевые действия ты можешь начать только, после нападения Японии или Маньчжурии непосредственно на нашу территорию или на наши военные части. Вот тогда дави по полной, а пока идут провокации в Монголии, старайся от большой войны уклоняться. Нам нельзя выставлять себя зачинщиками большой войны на востоке. Товарищ Сталин просил, по аккуратнее там, тяни время как можно дольше, пусть сами решают, нужна им большая война или нет. Мы, в глазах мировой общественности должны выглядеть жертвами агрессии и защитниками обездоленных Монголов, ты понял Николай Иванович? Мы защищаем несчастных монголов, которые подверглись необоснованной военной агрессии со стороны милитаристского правительства Японии и Маньчжуо-Го.
   - Так точно, понял. Только что с того, как мы выглядим в глазах этой империалистической общественности?
   - Идет сложная игра, партия и лично товарищ Сталин предпринимают все возможные усилия, что бы удержать империалистические государства от объединения своих сил против нас. У них там тоже полно противоречий, они как крысы в аквариуме, готовы сожрать друг друга, вот и пусть жрут, а мы будем тянуть время.
   Лицо Зинченко выдало искреннее удивление.
   - Тянуть время не всегда правильно, а если мы допускаем ошибку. Может не ждать и жахнуть по япошкам всеми силами.
   - А что толку? Ну, загонишь ты японцев к морю, а потом они свои линкоры и авианосцы пригонят к берегу, и будут держать нас на дальности действия огня орудий крупного калибра линкоров, а нам таскать припасы на огромнейшее расстояние. Вот и получим мы копию русско-японской войны, практически с такими же последствиями. Наша агентура добыла секретный договор между Великобританией и Японией, некий 'Пакт Арита-Крейги', так вот там говорится, что Британия не будет препятствовать действиям Японии в Китае, в обмен на невмешательство Японии в дела Британских колоний. И не дай боги, наша активность спровоцирует вступление в войну против нас США и Англию с их интересами в Китае и на Дальнем востоке. Сам знаешь, флота у нас там почти и нет.
   - Тогда нужно срочно укреплять наши позиции в Китае.
   - Войска резервного фронта уже получили в полное подчинение весь китайский добровольческий контингент и начали заход на территорию Северного Китая. У Петровского есть задача дойти до Синина и Ланьчжоу, а там уже можно нанести удар вдоль Хуанхе и провести операцию по освобождению Пекина. Если начнется большая война с Японией, то наш резервный фронт должен будет нанести сокрушительный удар по японцам в направлении от Пекина на Мукден, что бы отвлечь их резервы на себя. А пока войны нет, мы там укрепляем позиции компартии на севере и потихоньку отжимаем территории для Мао. Война на истощение это хорошо, но нам нужна сокрушительная победа, нужно напугать наших западных соседей силой и мощью советского бронированного кулака, возможно, это удержит их от большой войны с нами.
   Задача блин, ни хрена не понятно, нужно воевать но так, что бы не спровоцировать большой войны с Японией - это как?
   Зинченко встал.
   - Товарищ нарком, как я понимаю нам запрещено пересекать границу Монголии в случае обычной провокации?
   - Вы правильно поняли, если маньчжуры и японцы спровоцируют приграничный военный конфликт в Монголии, то вы должны вести боевые действия ограниченным числом войск, и использовать только сил 57-го оперативного корпуса Советских войск в Монголии, и старайтесь сильно не бомбить подконтрольные японцам территории и не углубляться на территорию Маньчжурии более 10-15 километров. Сделайте всё, что бы эта война оставалась приграничным вооруженным конфликтом.
   - В таком случае, сил 57-го оперативного корпуса наших войск в Монголии не хватит, у нас там всего 34 тысяч человек, разрешите добавить к этой группе войска и силы Кяхтинского механизированного армейского корпуса?
   - А вы не считаете, что это чрезмерное вовлечение наших войск?
   - Маньчжуо-Го и Япония могут бросить в бой до 200 тысяч человек, а у нас там вместе с монгольскими цириками всего 100 тысяч бойцов, да и то, какие с цириков солдаты?
   - Товарищ Зинченко - Тимошенко покачал головой - вспомните слова Суворова, воевать нужно не числом, а умением. Но я не буду темнить, мы с товарищем Сталиным обсуждали этот вопрос. Если вы реально почувствуете, резкое изменение оперативной обстановки, то вам разрешается подключить Кяхтинский механизированный армейский корпус, если уж и с этими силами не справитесь, то выходите с личным докладом на Сталина. Кроме того вы можете создать угрозу маньчжурам со стороны Борзи. Если в Борзе с началом вооруженного конфликта в Монголии провести масштабные военные учения с выходом наших войск к границе, то противник поубавит свой пыл.
   Вот же падла, хитрая, подумал Зинченко, всё таки нас советские генералы недолюбливают. Типа, '..на тебе сынок три копейки и ни в чём себе не отказывай. А если тебе на мороженку не хватит, то тебя мама в угол поставит'. А на мороженку мне и так не хватает, если наши активные действия в районе Борзи спровоцируют большую войну, кто тогда будет перед хозяином отдуваться?
   - Разрешите, хотя бы перебросить в Монголию в распоряжение командующего 57-м особым корпусом партию пистолетов пулеметов Судаева, 82 мм минометы, 14,5 мм противотанковые ружья и 12,7 мм пулеметы для усиления огневых возможностей подразделений 57-го особого оперативного корпуса.
   - Я читал вашу докладную записку - задумчиво произнес Тимошенко - развертывание в каждом батальоне взводов автоматчиков это мера вынужденная и на определенное время может действительно усилить контратакующие возможности наших батальонов, но мы не можем допустить захвата наших новых образцов вооружения противником. Вы получите со складов еще несколько тысяч ручных пулеметов Дегтярева, подготовьте детальные расчеты по усилению огневой мощи подразделений 57-го оперативного корпуса, однако прошу Вас обратить особое внимание на недопущение вскрытия общих мероприятий по перевооружению Красной армии. Ни одного, по настоящему нового образца вооружения и техники японцы заполучить не должны, можете выгребать со складов все Максимы хоть под чистую, но ничего нового я вам не дам.
   - Я вас понял товарищ нарком, разрешите приступать к выполнению задачи?
   - Да, вижу, задачу ты понимаешь правильно, иди Николай Иванович и помни, все ваши преобразования должны остаться для Японцев тайной, они должны по прежнему думать, что будут наносить удар в стык двух военных округов, а вы должны их на этом подловить. Поэтому руководство и передало в твои руки почти 700 тысяч человек, 4 тысяч танков и 3 тысячи самолетов. Не забывай, что у моряков имеется еще и 260 кораблей и подводных лодок Тихоокеанского флота и Амурской речной флотилии, я надеюсь, что ты сможешь отомстить японцам за 1905 год. В действия монгольского военного руководства пока не вмешивайся, твоя задача наблюдать. Наблюдать и готовить наши войска к отражению массированной военной агрессии на востоке.
   Зинченко кивнул и вышел.
  
   Зинченко встретился с Петровским в Иркутске 28 февраля 1940 года. Это уже не была встреча начальника 23-й бригады и его начальника штаба, это была встреча практически двух командующих военными округами для уточнения плана взаимодействия в предстоящей войне с Японией.
   Замысел был прост и одновременно очень сложен, так как Петровский должен будет утвердить в северных провинциях Китая устойчивый коммунистический режим под руководством Мао Дзедуна. То есть создать как минимум два Китая. Первый это северный коммунистический Китай под контролем коммунистической партии и второй это южный Китай под руководством Гомильдана.
   Китайская республика под управлением Гоминьдана, давно находилась под протекторатом Великобритании и преследовала следующие цели: сдерживание японской агрессии, объединение Китай под началом центрального правительства, уничтожение коммунизма и возрождение сильного национального государства. Идеология Гомильдана не нравилась советскому правительству, но ничего не возможно было поделать и нам приходилось помогать китайским националистам для того, что бы не допустить захвата Китая японскими милитаристами. Вместе с тем, несмотря на масштабную помощь, в целом уровень боеспособности Национально-революционной армии Центрального Китая под руководством правительства Гомильдона был достаточно низким, поэтому Сталин параллельно помогал и коммунистическому Китаю Мао Дзедуна, что ухудшало отношения с Гомильданом.
   Однако, китайское руководство, возглавляемое Коммунистической партией Китая вообще опасалось широкомасштабной войны против японцев. Коммунистическая партия избегала прямых боевых действий против японцев, ограничиваясь партизанским движением и политической активностью на оккупированных территориях для расширения подконтрольных земель, соперничая в то же время с националистами за влияние с целью остаться главной политической силой в стране после разрешения конфликта. И вот теперь Петровский должен решить архисложную задачу по созданию на северных территориях практически подконтрольного СССР китайского коммунистического режима. Особенно это будет сложно сделать в связи с постоянными конфликтами и борьбе за власть в самой Коммунистической партии Китая.
   За последние два года с южных и центральных районов Китая стали прибывать огромное количество беженцев на север, вот из таких беженцев КПК и набирали себе добровольцев. По инициативе СССР китайские коммунисты сформировали на северных территориях Китая партизанскую армию, численностью в 200 тысяч человек. Из этой партизанской армии были отобраны самые идейные бойцы, которые были направлены на обучение в СССР. Именно сейчас Петровский и учит их воевать, к тому же в распоряжении Петровского имеется приличный состав советских инструкторов-добровольцев, что значительно повышали боевые возможности и моральный дух 100 тысячной армии китайских коммунистов. Добровольцы были переодеты в китайскую форму, и предназначались в основном для руководства подразделениями уровня отделение-взвод-рота, однако среди добровольцев были и специалисты уровня танковых войск, артиллерии ну и конечно же летный состав. Для проведения агитации и организации административного управления освобожденными территориями в составе добровольцев имелись и гражданские специалисты из состава политуправления РККА. То есть изначально никто не предполагал участие наших добровольцев в непосредственных боевых действиях с японскими захватчиками, так как требовалось в первую очередь выполнить поручение Сталина о создании боеспособной коммунистической армии, но в случае чего, наши специалисты как в Испании были готовы в первых рядах вступить в бой и повести за собой китайские войска. Все это требовалось для создания на севере независимого социалистического Китая. Однако для этого нужно показать свою силу и освободить хотя бы несколько захваченных японцами районов центрального Китая. Если получится объединить под рукой одного командующего всех китайских коммунистов, то можно собрать до 200 тысяч человек иррегулярной армии.
   За короткое время Петровский собирался подкупить или устранить всех местных вождей, что отказывались признавать власть КПК и, используя ударную силу 100 тысячного китайского армейского корпуса усиленного советскими добровольцами обеспечить коммунистам захватит власти в северном Китае вплоть до города Сиань, ну а дальше если Гомильдан не согласиться создать единое Китайское государство с правительством примирения и согласия, то можно смело делить Китай на две части коммунистический и национальный. И вот тут то и начинались проблемы, так как вся армия Центрального националистического правительства Гоминьдана находилась на японском фронте и сдерживала попытки японцев захватить китайское побережье и порты, а любой переворот в тылу неминуемо приведет к дезертирству армии и падению нанкинского фронта. К тому же англичане, французы и американцы активно помогают национальному правительству Китая и люто ненавидят коммуниста Мао. Поэтому в случае удачного захвата власти китайские коммунисты могут столкнуться с противодействием объединенной армии империалистических государств с одной стороны и милитаристской военщиной Японии с другой стороны.
   Замысел генштаба РККА был прост, в случае начала настоящей войны с Японией, Петровский и его объединенная армия китайских коммунистов должны нанести решительный удар в направлении на Пекин. Внезапный и стремительный выход группировки войск китайских коммунистов к Пекину, с последующим ударом на север в направлении Мукдена создаст угрозу оперативного окружения почти 300 тысячной японской армии в Маньчжурии, так как на встречу этому удару пойдут войска нашего дальневосточного фронта, нанося удар по направлению Чита-Мукден. Любая попытка китайских коммунистов пойти на север, неминуемо вызовет необходимость у японских генералов снятия с советского фронта всех имеющихся у них резервов.
   В это же время, наличие сильного военного кулака способствует скорейшему переговорному процессу с Гоминьданом и формированию правительства народного единства в Китае под советским протекторатом. Ну а если этого не произойдет, то и черт с ними, нам достаточно и северного Китая под контролем компартии, там, в будущем можно будет собрать и вооружить старым советским металлоломом полумиллионную армию.
   Войска же Дальневосточного фронта СССР планомерно перемалывая противника в оборонительных операциях по рубежу Ерофей Павлович-Биробиджан должны подготовить и нанести удар, по флангам вклинившийся в нашу оборону группировки японо-маньчжурских войск и развивая успех выйти на встречу с китайскими 'товарищами', разбивая японцев на два относительно изолированных котла.
   Первый котел должен будет сформироваться после нанесения рассекающего удара в направлении Борзя-Цицикар-Харбин, а через несколько дней можно наносить основной удар по направлению Хабаровск-Харбин вдоль реки Сунгари окружая почти 300 тысячную ударную группировку маньчжурских войск. У этого плана был только один недостаток, вести массированные боевые действия с использованием устаревшей техники на чужой территории практически не возможно в виду отсутствия ремонтного фонда и развитой дорожной сети, которая бы способствовала быстрому подвозу запасных частей, топлива и боеприпасов, кроме того с армией не имеющей реального опыта боевых действий.
   И что с того, что общее количество вооружени у Дальневосточного военного округа СССР почти в двое превосходит количество японских танков и самолетов, ведь мы будем наступать, и уходить от своих баз снабжения, а японцы будут действовать с опорой на заранее подготовленные рубежи обороны и морские коммуникации. Кроме того, наши танки Т-26 могут и не выдержать такого активного боевого применения даже после небольшой модернизации, особенно учитывая необходимость совершать тысячекилометровые марши по пересеченной местности.
   Второй котел должен будет сформироваться после нанесения удара навстречу китайским армиям Петровского, и есть шанс рассечь и окружить хотя бы часть войск 200 тысячной японской группировки в Маньчжурии.
   Но Японцы думают, будто мы будем проявлять активность только на хабаровском направлении, и попробуем прорвать оборону их 8 армии в районе Ерофей Павловича для разблокирования Транссибирской железнодорожной магистрали с целью дальнейшего выхода на соединение с Хабаровской группой армий. Японцы не знают, что за становым хребном мы уже начали прокладку крупной автомобильной магистрали, способной обеспечить доставку имущества воюющим восточным армиям. Значит, необходимо поддержать это заблуждение, пусть японское руководство думает, что сможет рассечь наши силы, нанося удар по Хабаровску вдоль Амура, и взять в котел Владивостокскую группу войск. А в это время нам требуется очень быстро нанести сокрушительное поражение войскам 3-го японского фронта в Китае и ударить на юго-восток к Мукдену. Только мощные глубокие обходные удары позволят разделить Японско-Маньжурскую группировку и уничтожить её по частям, но как понять, что пора действовать? Как не допустить начала полномасштабной войны, если японцы повторят попытку военной провокации на монгольской границе. А если мы начнем действовать более активно раньше намеченного срока и спровоцируем создание антисоветской коалиции, в которой совместно с японцами будут действовать англичане и французы, которые не допустят полного контроля СССР над северокитайскими и маньчжурскими территориями?
  
   Боевые действия у Номонхана (Хал-Хингола) начались как то буднично. В начале, как и в реальной истории, были обычные провокации.
   С 11 марта 1940 года к востоку от реки Халхин-Гол начались стычки разведывательного характера, продолжавшиеся до 16 марта.
   11 марта на монгольский пограничный пост на спорном участке совершил налет отряд Маньчжурской (баргутской) кавалерии численностью до 300 человек, поддержанный 5-7 бронемашинами. Нападение было совершено при поддержке японской авиации. В результате нападавшие сбили у Номон-Хан-Бурд-Обо Монгольскую пограничную заставу в 20 конных бойцов-цириков и вышли к восточному берегу реки Халхин-Гол.
   Подобное нападение на монгольскую пограничную заставу западнее Дунгур-Обо повторилось 14 марта, только на сей раз со стороны японцев начала действовать авиация, которая совершенно беспрепятственно сбросила на расположение заставы 52 бомбы.
   С этого дня развернулись активные боевые действия японской авиации, проводившей разведывательные полеты и бомбометание, им противостояли монгольские летчики на И-15бис. Монгольские пограничные заставы и посты подвергались пулемётному обстрелу с воздуха. Командование Квантунской армии стремилось заранее подготовить своих летчиков к действиям в районе военного конфликта, ознакомить их с местностью. Во главе японской авиации стоял опытный ас Моримото, успешно действовавший в китайском небе. Под его командованием наносились многократные удары по военным аэродромам на монгольской территории. Однако появление у Монголии, хоть и устаревших, но всё таки боевых самолетов требовало от японского руководства предпринимать активные отвлекающие маневры на второстепенных участках. Например, в небе появлялось 20-30 японских истребителей, которые активно маневрировали вдоль государственной границы. Им на перехват подходила монгольская авиация и устраивала патрулирование границы параллельными курсами, а в это время в 100 километров границу пересекали японские бомбардировщики, которые сбрасывали бомбы на беззащитные монгольские пограничные заставы, почти не получая никакого ущерба при ведении огня зенитных пулемётов.
   После такой разведки боеспособности сил Монгольской Народно-революционной армии в восточной части страны японцы совершили настоящее вторжение с переходом государственной границы крупными военными группировками, у этого вторжения была своя предыстория.
   Еще в марте 1939 года японский Генеральный штаб направил в штаб Квантуиской армии своих офицеров Гэрада и Хаттори из оперативного управления для планирования предстоящей операции, речь шла об операции в районе реки Халхин-Гол.
   В апреле командующий Квантуиской армией генерал К.Уэда отдал приказ ?1488 'О действиях войск в приграничной зоне', установивший так называемые "Принципы разрешения пограничных конфликтов между Маньчжоу-Гo и СССР". Выполнение его неизбежно вело к сознательному нарушению японскими и маньчжурскими военнослужащими советской и монгольской границ. Более того, подобные действия поощрялись военно-политическим руководством Японии.
   Появление приказа 1488 сразу же вызвало всплеск нарушений границ Советского союза и МНР японскими военнослужащими, которые при соприкосновении с пограничниками сопредельной стороны на "законном" основании пускали в ход оружие. Теперь многие нарушения советской границы выливались в вооруженные схватки. В приграничной полосе стали звучать не только винтовочные выстрелы, но и пулеметные очереди, и взрывы ручных гранат. Однако при каждом бое столкновении наши пограничники упорно удерживали занимаемые позиции и вынуждали противника отступить. Все это было следствием усиления советских пограничных застав пулеметными танкетками и 50 мм ротными минометами.
   Согласно четвертому параграфу приказа ?1488, командиры воинских частей и даже подразделений Квантунской армии должны были сами "в случаях, если не ясно точное прохождение границы " определять самостоятельно, где должна проходить 'справедливая' линия государственной границы. При этом командирам всех степеней давалось право атаковать любого противника, который якобы нарушил новую - 'справедливую' границу Маньчжоу-Го. Одновременно в приказе генерала К.Уэды командирам приграничных частей было рекомендовано не втягиваться в крупные приграничные конфликты.
   Командование Квантунской армии заранее продумало и обустроило театр предстоящих боевых действий на восточных границах Монголии. Строились новые казарменные и складские помещения. Спешно достраивалась железная дорога из Солуни на Халун-Аршан и далее на Ганьчжур. Новая железная дорога велась через Большой Хинган, а затем шла параллельно монгольско-маньчжурской границе. Эти пути позволяли осуществлять быструю переброску войск к границам МНР и советского Забайкалья.
   После нападений с земли и с воздуха на монгольские пограничные заставы японский генерал-лейтенант Мититаро Камацубара, командир 23-й пехотной дивизии, 15 марта 1940 года отдал подчиненным частям приказ "уничтожить войска Внешней Монголии в районе Номонхана", то есть в районе реки Халхин-Гол. Выполнение этого приказа японские войска начали в ночь на 16 марта 1940 года, на год позже, чем это произошло в реальной истории.
   Речь шла уже не о рядовом нападении на монгольскую пограничную заставу. 2 кавалерийских эскадрона японо-маньчжур вышли к берегу Халхин-Гола, оттеснив монгольских пограничников. На следующий день 15 японских бомбардировщиков нанесли удар по 7-й погранзаставе, разрушив ее постройки. Монгольские истребители И-15бис, что были подняты с аэродромов по тревоге попросту не смогли догнать японские бомбардировщики, и из-за ограниченного радиуса полета, были вынуждены вернуться на свои аэродромы базирования. В результате этого нападения три цирика (монгольские солдаты) были убиты, а 25 военнослужащих Монголии получили ранения.
   Монгольское правительство выдвинуло из Улан-Батора к горе Хамар-Даба сводную оперативную группу 6-й кавалерийской дивизии в составе: 2-х моторизированных полков, сводного кавалерийского дивизиона и артиллерийского дивизиона. О событиях на монгольской государственной границе у реки Халхин-Гол было доложено и в Москву.
   В принципе ситуация начала складываться как и в реальной истории, однако всё еще не удавалось установить направление главного удара японцев по Монголии. В этой ситуации Москва решила ограничиться оказанием минимальной помощи монгольским военным, выделив под командование командира 6-й монгольской кавдивизии незначительные оперативный резерв.
   Для оказания помощи Монгольским пограничникам приказом полномочного представителя СССР в Монголии из числа 11 танковой дивизии 57-й оперативной группы Советских войск в Монголии была сформирована механизированная батальонно-тактическая группа, которая была передана под полное оперативное управление монгольскому генералу. На прикрытие монгольской границы прибыло 24 танка советских Т-26, 6 - самоходных артиллерийских установки СУ-5-1, 6 - самоходных противотанковых установок СУ-5-2, и зенитно-артиллерийскую батарею спаренных самоходных 23 мм установок. В первом эшелоне войск прикрытия границы действовала первая ротно-тактическая группа советских войск под руководством заместителя командира стрелково-пулеметного батальона капитана Быкова.
   17 марта посла Японии господина Того пригласили на прием к Народному комиссару иностранных дел СССР товарищу Молотову В.М., который от имени Советского правительства сделал официальное заявление: 'Я должен предупредить, что всякому терпению есть предел, и прошу посла передать японскому правительству, чтобы больше этого не было. Так будет лучше в интересах самого же японского правительства. Имеется бесспорный факт, что японо-маньчжурекие части нарушили границу МНР и открыли военные действия, есть точные данные, что это нападение на территорию МНР совершили японо-маньчжурские войска и самолеты. Мы с этим мириться не будем. Нельзя испытывать терпение монгольского правительства и думать, что это будет проходить безнаказанно. Мое заявление находится в полном соответствии с Пактом о взаимопомощи между СССР и МНР'.
   Посол Того сообщил, что; '... внешняя Монголия во избежание войны должна немедленно выполнить все требования руководства Маньчжуо-Го'. После такого ультиматума монгольские войска 18 марта для прикрытия границы выдвинули все оставшиеся части 6-ой усиленной кавалерийской дивизии Монгольской Народно-революционной армии в составе 15, 17-го кавалерийских полков, а также усиление в виде роты бронемашин, саперной роты и батареи 76-мм орудий на конной тяге. Кроме того на участок вооруженного вторжения выдвинулась оставшаяся часть механизированной батальонной тактической группы из состава 57-й оперативной группы советских войск в Монголии.
   Советский военпред при командующем 6-й монгольской кавалерийской дивизии товарищ Быков выслал на восточный берег реки Халхин-Гол взвод разведки, который 18 марта был обстрелян японцами. Тогда монгольские части 6-й кавалерийской дивизии и советский сводный отряд, переправившись через реку на южный берег, заняли оборонительную позицию в 10 километрах от государственной границы Монголии на ее Тамцак-Булакском выступе.
   К 19 марта у государственной границы Монгольской Народной Республики в районе Номон-Хан-Бурд-О6о японцы сосредоточили уже значительную группу войск из состава 23-й пехотной дивизии и Баргутской конницы под общим командованием командира 64-го пехотного полка 23-й пехотной дивизии Ямагато. Советские разведчики пытались установить состав и общее количество японских войск, но посланная на захват языка разведгруппа пропала без вести, а действия советской разведывательной авиации были ограниченны пределами территории Монголии, что не позволяло своевременно вскрыть оперативную обстановку в приграничье.
   Советско-монгольские части расположились по обе стороны реки Хайластын-Гол: на правом противоположном берегу реки, где ожидался главный удар противника в линию взводных опорных пунктов встали подразделения советской механизированной батальонной тактической группы выделенной от 11-й танковой бригады 57-й оперативной группы Советских войск в Монголии, а фланги наших войск прикрывали 17-тый и 15-тый кавалерийские полки 6-й Монгольской кавалерийской дивизии. По сути, границу Монголии прикрывали сводная группа советско-монгольских войск, которая занимала полосу обороны дивизии, по фронту 16-20 км., но по боевым возможностям эта группа войск не дотягивала даже до усиленного пехотного полка.
   На западном берегу реки Халхин Гол во втором эшелоне войск прикрытия границы осталась отдельная саперная рота и 76-мм артдивизион 6-й кавалерийской дивизии Монгольской Народно-революционной армии, а также зенитная батарея 23 мм самоходных установок советской батальонной тактической группы, которые по факту прикрывали стратегический мост через реку.
   Только третья разведгруппа смогла доставить пленного японского офицера, допросив которого командование 6-й кавдивизии получило дополнительные сведения о составе противостоящих японско-маньчжурских войск и их примерных замыслах.
   После того как сведения о противнике были уточнены штаб 57-го особого оперативного корпуса Советских войск в Монголии принял меры по усилению прикрытия государственной границы МНР в районе Тамцак-Булакского выступа. По тревоге была поднята 9-я мотоброневая бригада, которая походным маршем прибыла в город Тамцак-Булак. 9-я мотоброневая бригада 57-го особого оперативного корпуса Советских войск в Республике Монголия прошла 700 километров по степи за 5 дней и 24 марта прибыли к месту назначения.
   В это же время из Улан-Батора вышли остатки 11-й мотобронетанковой бригады и колонна машин 149-го стрелково-пулеметного полка 36-й мотострелковой дивизии. Мотострелки проделали путь в 1060 километров за 4 дня.
   Таким образом, к 25 марта 1940 года практически 50% состава 57 особого оперативного корпуса Советских войск в Монголии были сосредоточены в 40-50 км от государственной границы, что позволяло командованию ввести их в бой в течении 3-4 часов.
   Однако данные разведки показали, что к исходу марта противник уже смог подтянуть к границе пехотную дивизию штата 'А', усиленную бронекавалерийскими полками Маньчжуо-Го, и теперь противник превосходил наши части по количеству штыков в 1,5 раза, в саблях - в 2,5 раза, по количеству танков и бронемашинам - в 3-4 раза. Примерный паритет был только в количестве орудий и пулеметов, так как все подразделения 57-го особого оперативного корпуса были укомплектованы артиллерией уже по новым штатам.
   Японцы подвели к границе 30 тысяч солдат, а советско-монгольскя группировка, прикрывающая границу составляла чуть меньше 17 тысяч человек. При том, что ближайший резерв советских войск численностью в 30 тысяч человек находился в 3-4 часах от границы, а основные силы и японской Квантунской армии и Дальневосточного советского фронта находились еще в базах и казармах почти в 1000 километров от линии соприкосновения.
   Никто не хотел спровоцировать начало большой войны, поэтому было опасно подтягивать внушительные силы к границе, сам Зинченко всё же надеялся, что удастся ограничиться небольшим вооруженным инцидентом на реке Хал-Хингол как и в прошлой версии истории. Но войска 1-го механизированного корпуса Советской армии, дислоцирующиеся в г.Кяхта на всякий случай были приведены в полную боевую готовность, и начали боевое слаживание и подготовку к совершению марша в район предстоящих боевых действий.
  
   На рассвете 30 марта 1940 года маньчжурские штурмовые подразделения при поддержке японской артиллерии и авиации перешли в наступление, имея целью окружить и уничтожить прикрывающие границу советско-монгольские части, выдвинутые на восточный берег реки Халхин-Гол. В то же время до 40 самолетов японской авиации приступили к нанесению бомбовых ударов по единственной переправе, тылам и расположению советско-монгольских войск. Однако нанести безнаказанный бомбовый удар, как это было ранее японским бомбардировщикам не дали, в начале вражескую авиацию встретило организованное огневое сопротивление 23-х мм зенитных автоматических установок, а чуть позже наши истребители И-16 подошли к месту сражения. К тому моменту японские бомбардировщики уже сбросили, куда попало бомбы, и легли на обратный курс, а наши истребители погнались за ними. В 10 км от границы И-16 настигли уходящие на свои аэродромы японские бомбардировщики, и всыпали им по полной. Результаты воздушного боя были впечатляющими, советские модернизированные 'Ишачки' с 1000 сильными двигателями и обновленным вооружением (4-ре 12,7 мм пулемета) просто снесли японскую авиацию с неба, в первом же бою сбив 22 бомбардировщика. Однако и для наших ястребков бой тоже был тяжелым, через пятнадцать минут над полем боя появились 28 японских истребители и навалились на наших, которые вдруг начали выходить из боя и уходить на север, при этом потеряв 7 самолетов.
   Как потом оказалось наши истребители, стремясь сбить как можно больше японских бомбардировщиков потратили почти весь боекомплект, вот тут то и появились японские истребители, и нашим пришлось убегать.
   Звоночек был серьезный и Зинченко пропесочил начальника авиации 10 авиационной армии, приказав организовать боевое дежурство и своевременную смену авиационных эскадрилий на поле боя, однако переброску дополнительных сил авиации Москва запретила.
   Идея была простой, каждые два часа взлетали по одной эскадрильи и шли на боевое дежурство над районом боевых действий, и в какой то момент получалось, что наших самолетов собиралось аж до 36 единиц за раз. Однако тут же вскрылись проблемы с боевой нагрузкой летчиков. Оказалось, что наши летуны не способны совершать более 3-4 вылетов в сутки, не успели они еще перестроиться на военное время. И от усталости лётчики стали допускать ошибки, так несколько самолетов было потеряно на аэродромах при посадке. Тут же на летунов напали злые следователи из НКВД и начали искать японских шпионов-вредителей. Зинченко с трудом удалось отогнать НКВДшников от несчастных пилотов, тем и так несладко было.
   Воздушные бои велись, не прекращаясь, весь световой день, после чего уже в ночных условиях появлялись японские бомбардировщики и с большой высоты сбрасывали наугад бомбы, примерно в район советско-монгольских позиций, точно так же наугад, чисто в виде профилактики в небо палила наша зенитная артиллерия. Однако уже на пятый день воздушных боев удалось проследить маршрут полета японской бомбардировочной авиации и после установления точного места дислокации японского аэродрома в городе Хайлар по нему был нанесен массированный ночной удар советскими бомбардировщиками ДБ-3. Тут понятно, что наши бомбардировщики тоже сыпали бомбы наугад, но эффект был неплохой, почти два дня японская авиация в небе над государственной границей Монголии не появлялась, вероятнее всего перемещалась на запасные аэродромы.
  
   Главный удар японцы нанесли 4 апреля 1940 года своим правым флангом, одновременно маньчжурская конница, наступая по южному берегу реки Халхин-Гол с юго-востока, должна была содействовать окружению выдвинутой вперед группировки советско-монгольских войск.
   Монгольская кавалерия, не выдержав удара конно-механизированной группы маньчжур, начала отходить вдоль реки к переправе и оголила левый фланг нашей батальонно-тактической группы. Для развития успеха на усиление маньчжурской коннице был брошен японский разведывательный отряд подполковника Адзума и моторизованная рота капитана Кован, на которые была возложена задача прорваться к самому берегу реки, обойти левый фланг советско-монгольских частей, выйти им в тыл, ударить по переправе через реку Халхин-Гол и отрезать пути отхода.
   Весь день 4 апреля бои за спорный участок границы носили исключительно упорный характер. 15-й монгольский кавалерийский полк отошел к своему командному пункту, 17 кавполк прижался к берету речки Халхин-Гол и начал отход к переправе. В такой ситуации подразделения батальонной тактической группы советских войск оказались в крайне не выгодном положении, так как были развернуты в линию взводных опорных пунктов.
   Противник начал сматывать нашу оборону концентрируя на флангах наших обороняющихся войск почти 5 кратно превосходящие силы. Единственная батарея самоходных 122 мм орудий не могла создать достаточную плотность отсекающего артиллерийского огня и поддержать наши подразделения, а монгольский дивизион 76 мм гаубиц просто бросал снаряды куда попало, зачастую попадая даже по нашим позициям. От полного разгрома наши подразделения спасли только батарея 82-х мм минометов и огненный шквал четырех 12,7 мм ротных пулеметов.
   Во второй половине дня чтобы не допустить полного окружения и разгрома уже нашей батальонной тактической группы, командование 6-й монгольской кавдивизии приняло решение отвести подразделения сводного отряда капитана Быкова ближе к переправе. Одна из рот была развернута фронтом на север, другая рота - фронтом на юг, образуя полукольцо вокруг стратегического моста в диаметре 3-4 км. Нашим фланговым подразделениям пришлось отбивать наскоки целого полка баргутской конницы. Но теперь, противник был под перекрестным обстрелом не только артиллерии, но и танков Т-26 с другого берега реки, однако под вечер советско-монгольские войска отошли еще раз к линии песчаных холмов, сократив границу своего опорного пункта до 2 километром, где и стали закрепляться, оборудуя опорный пункт батальона.
   Итогом дня стала наша полная победа, так как, понеся огромные потери в личном составе и технике японско-маньчжурские войска, так и не смогли окружить и уничтожить подразделения прикрытия государственной границы и овладеть единственной переправой через реку Халхин Гол.
   Когда в ночь с 4 на 5 апреля японцы вдоль восточного берега Халхин-Гол на бронемашинах под прикрытием огня артиллерии попытались пробиться к переправе, то попали под огонь 76-мм противотанковых самоходных орудий СУ-5-1 батареи старшего лейтенанта Бахтина Ю.Б. с противоположного берега реки. Противотанковые орудийные расчеты находились на левом берегу, но при виде подходившей к переправе колонны вражеских машин с пехотой Бахтин по своей инициативе подвел орудия ближе к берегу реки и, заняв выгодный рубеж начал маскировать свои расчеты, а при появлении вражеской бронетехники орудийные расчеты 76 мм самоходок повели огонь прямой наводкой. Батарее старшего лейтенанта Бахтина удалось подбить машину подполковника Адзума и две бронемашины, охранявшие его штаб. Советские бойцы провели в ходе боя у переправы несколько контратак и уже к вечеру японский обходной отряд был разгромлен.
   Таким образом, не смотря на успешные действия обороняющихся войск, противник практически выбил монгольско-советские части с южного берега реки Халхин-Гол, так как в руках наших войск находилась только часть участка местности шириной 2-3 км у переправы. Однако за такую победу японо-маньчжурским войскам пришлось заплатить дорого, они понесли огромные потери. Среди захваченных нашими войсками трофеев наиболее ценным оказалось содержимое машины подполковника Адзума. Это была топографическая карта района боевых действий на Халхин-Голе с четко обозначенной государственной границей Монголии и Маньчжоу-Го и боевой обстановкой, расположением японских войск. Штабная карта свидетельствовала о том, что практически в нескольких суточных переходах располагались войска нескольких японских дивизий.
   К 19 часам 5 апреля по приказу командира 6-й кавдивизии к району боевых действий стали прибывать подразделения 149-го стрелкового полка, перебрасываемого из Тамцак-Булака на автомашинах. Подразделения полка сразу же вводились в бой, по частям, без достаточно организованного взаимодействия с артиллерией. Поэтому в этот день на ход боя они не оказали существенного влияния. Бой продолжался всю ночь до утра 6 апреля без решительных результатов.
   Утром 6 апреля советско-монгольские части, поддержанные двумя дивизионами артиллерии, перешли в наступление и к 16 часам отбросили противника на 4-5 км к северо-востоку от реки, однако развить быстрое наступление не удалось. Всё же советско-монгольские войска, перешедшие в наступление вынуждены были протискиваться в игольное ушко одного моста, на котором японская артиллерия сосредоточила основной огонь. К вечеру 7 апреля решительным контрнаступлением наши части с большими потерями сумели отбросить неприятеля за пределы государственной границы Монголии. Особенно удачным оказался огонь подошедшего дивизиона дальнобойных орудий 175-го артиллерийского полка, что провел серию контрбатарейных залпов, практически уничтожив японскую артиллерию.
   Понеся большие потери, японцы решили отойти в район Депден-Сумэ, использовав для отхода автомашины, специально подброшенные для этой цели с маньчжурской стороны.
   Японцы отошли на исходные позиции, оставив на поле боя убитыми более 400 солдат и офицеров, раненых всех отступившие японские части унесли с собой.
   Однако через несколько дней опять заработала японская авиация, которая пыталась вновь наносить дневные бомбовые удары группами бомбардировщиков по 50-60 машин в сопровождении 70-80 истребителей. Воздушные бои не прекращались, за несколько суток, монгольская авиация потеряла 37 истребителей, в то время как японцы, которые работали над зоной ПВО советских войск несли еще потери и от огня с земли, в результате чего общие потери японских самолетов достигли 72 единицы.
   Зинченко докладывал телеграммой в Москву, что наряду с героическими действиями частей и подразделений советско-монгольских войск были выявлены серьезные недостатки и проблемы. Так в результате того, что фактически руководил войсками командующий 6-й монгольской кавалерийской дивизией, в управлении боем и ведении разведки обнаружился ряд недостатков. Монгольские командиры и начальники не имели опыта управления механизированными частями, поэтому наши войска, выдвинутые на восточный берег реки Халхин-Гол, были вытянуты в тонкую цепочку на фронте 20 км. Резервы же держались на значительном удалении от границы, что не позволяло своевременно вводить их в бой. При этом всякие попытки Зинченко перехватить управление войсками на себя или передать управление операцией командующему 57-м корпусом советских войск в Монголии встречали ожесточенное сопротивление монгольских генералов, которые сами хотели показать, как нужно громить японских милитаристов.
   Москва упрямо молчала, а конфликт всё не угасал. Японская авиация перешла к практике ночных налётов, не прекращая своих бомбардировок, иногда даже ведя пулеметный обстрел наземных целей. А наш командующий авиационным полком прикрытия монгольской границы снова накосячил. Разведку наши монгольские товарищи вели все таки плохо, конкретных задач развед авиации не ставили и пытались добывать информацию только древним методом, то есть засылкой развед групп на территорию противника или допросом пленных. Такой бардак в командовании не способствовал качественному выполнению задач, не позволял поддерживать взаимодействие между монгольскими солдатами-цириками и советскими военнослужащими. Особенно плохо было налажено взаимодействие между пехотой артиллерией и авиацией.
   Из-за плохо организованной разведки командующий 6-й монгольской дивизией не успел вовремя организовать авиационное прикрытие границы, и японская авиация смогла установить места дислокации наших аэродромов, после чего три ночи подряд японцы бомбили аэродромы советско-монгольской авиации, в результате чего 32 самолета И-15бис и 9 самолетов И-16 были уничтожены или повреждены на аэродромах, и пока не прибыли новые самолеты из Улан-Батора в небе господствовала японская авиация.
   Зинченко находясь в Кяхте второй раз отправил доклад в Москву о выявленных ошибках в руководстве монгольской армии, и просил решить вопрос о передаче управления силами и средствами командующему 57-м советским оперативным корпусом, но Москва опять промолчала, и только из отрывчатых слухов Зинченко смог понять, почему молчит Сталин.
   Сталин как настоящий стратег, позволял Монгольскому военно-политическому руководству осознать, что уровень подготовки их армии и командования слишком низкий, что бы вести даже не очень масштабные боевые действия. Сталин ждал, когда монгольское руководство официально попросит советское правительство взять на себя всё руководство ведением боевых действий. Однако за уничтожения наших самолётов всё таки пришлось ответить. В один прекрасный момент прилетел транспортный самолет из Улан-Удэ и привез аж 20 следователей НКВД, которые провели разгромное расследование и по отстраняли от должности почти всё руководство советских авиационных сил в Монголии, якобы за серьезные упущения в работе и преступную халатность.
   Как не возмущался Зинченко, но сделать ничего он не мог, так как сам лично находился на большом удалении от зоны боевых действий и получал все донесения только по радиотелеграфу, из-за чего не мог в ручном режиме руководить каждым отдельно взятым полковником. Ситуация сложилась так, что наши офицеры 57-й оперативной группы советских войск в Монголии фактически подчинялись руководству вооруженными силами Монголии, к тому же первые боевые столкновения с японцами показали, что сил для отпора врагу у восточной границы Монгольской Народной Республики было сосредоточено недостаточно.
   Через какое то время все приличия и политические реверансы были соблюдены, и пришел приказ из Москвы, в котором указывалось, что всё руководство войсками на Тамцак-Булакском направлении переходит в руки командующего 57-м оперативным корпусом советских войск в Монголии. Генерал Емелькин, оценив обстановку немедленно перебросил к району боевых действий в Тамцак-Булак остатки своего корпуса в составе 7-й, 8-й и 9-й мотоброневых бригад, 36-й моторизованной стрелковой дивизии и тяжелого артиллерийского дивизиона. Кроме того для авиационного прикрытия действий наземных войск в район боевых действий перебрасывалось свыше 200 монгольских истребителей И-15бис, а также дополнительно 3-я кавалерийская дивизия Монгольской Народно-революционной армии.
   К исходу 20 апреля на спорном участке границы было сосредоточено 35 тысяч советских войск и почти 30 тысяч монгольских войск, наступило временное затишье. Советско-монгольские войска занялись устройством полевых оборонительных позиций.
   А Зинченко на всякий случай по согласованию с Москвой начал переброску 40 тысячного 1-го механизированного корпуса из Кяхты в Улан-Батор.
   Советский Союз на Ассамблее Наций предупредил Токио о недопущении новых агрессивных действий в отношении дружественной Монголии. Народный комиссар иностранных дел Молотов В.М. сделал официальное заявление по поводу дальневосточных событий: "Кажется, уже пора понять, кому следует, что Советское правительство не будет терпеть никаких провокаций со стороны японо-маньчжурских воинских частей на своих границах. Сейчас надо об этом напомнить и в отношении границ Монгольской Народной Республики. По Существующему между СССР и Монгольской Народной Республикой Договору о взаимопомощи мы считаем своей обязанностью оказывать Монгольской Народной Республике должную помощь в охране ее границ. Мы серьезно относимся к таким вещам как Договор о взаимопомощи, который подписан Советским правительством...".
  
   23 апреля 1940 года сделали свой ход немецкие пиндосики. Да это был именно тот ход, который все ожидали. В ночь на 24 апреля неизвестные артиллеристы обстреляли финскую пограничную заставу. В ходе обстрела погибло 20 финских пограничников. Финляндия выступила с нотой протеста и потребовала арестовать и передать для проведения разбирательства начальника артиллерии 21-й стрелковой дивизии Западного особого военного округа, которого они подозревали в отдаче приказа на открытии огня по финской пограничной заставе. Понятное дело, что Молотов на заседании Лиги наций объявил этот случай грубейшей провокацией и послал финнов на хрен.
   Сталин отдал приказ перейти от охраны к обороне советско-финской границы, то есть на всех угрожаемых направлениях пользуясь темным временем суток, требовалось оборудовать опорные пункты и окопчики для пограничных нарядов, из которых требовалось нести боевое дежурство по охране границы. Но конфуз был в том, что темного времени суток уже не было, а был нормальный такой день - Полярный день, когда копошащихся в земле советских пограничников было видно за километр, поэтому обстрелы наших позиций продолжились.
  
   В конце апреля в Москве прошли важные переговоры финской и советской делегаций, на которых лично выступил товарищ Сталин.
   Сталин отметил: 'В последнее время на территории Финляндии резко активизировалась деятельность антисоветского банд подполья. Члены военизированных бандитских группировок предпринимают активные провокации на государственной границе и финское военное руководство ничего с этим сделать не может. А СССР вынуждено заботится о безопасности мирного населения города Ленинград. Мы ничего не можем поделать с географией, так же, как и вы. Поскольку Ленинград передвинуть нельзя, придётся отодвинуть от него подальше финскую границу'.
   Представленный советской стороной вариант соглашения выглядел следующим образом:
   1. Финляндия передаёт СССР часть Карельского перешейка.
   2. Финляндия соглашается сдать в аренду СССР сроком на 30 лет полуостров Ханко для постройки военно-морской базы и размещения там четырёхтысячного воинского контингента для её обороны.
   3. Советскому военному флоту предоставляются порты на полуострове Ханко в самом Ханко и в Лаппохья
   4. Финляндия передаёт СССР острова Гогланд, Лаавансаари (ныне Мощный), Тютярсаари и Сейскари.
   5. Существующий советско-финляндский пакт о ненападении дополняется статьей, о взаимных обязательствах не вступать в группировки и коалиции государств, враждебные той или другой стороне.
   6. Оба государства разоружают свои укрепления на Карельском перешейке.
   7. СССР передаёт Финляндии территорию на востоке Карелии общей площадью 5 529 км², что в двое больше полученной от финнов.
   8. СССР обязуется не возражать против вооружения Аландских островов собственными силами Финляндии.
   Таким образом, СССР предложил обмен территориями, при котором Финляндия получила бы более обширные территории в Восточной Карелии в Реболах и в Пораярви. Это были территории, которые провозгласили независимость от СССР и пытались присоединиться к Финляндии в 1918-1920 годах, но по Тартускому мирному договору остались за Советским союзом.
   Финская делегация попросила время для уточнения ответа, и повторный раунд переговоров был назначен на 1 мая 1940 года.
   Маннергейм при поддержке Паасикиви продолжал настаивать перед своим парламентом о необходимости поиска компромисса, заявив, что армия продержится в обороне не более двух недель, но безрезультатно, посол Польши пообещал всестороннюю военно-техническую поддержку свободной Финляндии в борьбе с коммунистической агрессией, а Германия посоветовала финнам на предложения СССР не соглашаться и предложила свои услуги в переправке на территорию Финляндии вооружения и техники, а также добровольцев с европейских государств и военных советников с Германии для усиления оборонного потенциала Финляндии. После того, как практически все 'свободно-демократические' западные партнеры Финляндии поддержали идею оказания всеобъемлющей помощи 'бедному, свободному государству', что подвергается агрессии варварской России на территорию Финляндии стали прибывать добровольцы из Швеции, Норвегии и Германии для защиты её независимости.
   Однако Сталин не стал обострять и пошёл на уступки, предложив вместо аренды полуострова Ханко купить его или даже обменять его на какие-нибудь прибрежные советские острова, но под давление западных стран правительство Финляндии опять отказало требованиям СССР.
   Московские переговоры закончились ничем и прекратились 3 мая 1940 г.
  
   Пока шли переговоры, провокации на финском участке государственной границы продолжались. 27 апреля по нашим пограничникам начали стрелять финские снайпера. Так подло, один выстрел и один труп, только за несколько суток было ранено или погибло 34 советских пограничника.
   29 апреля 1940 года на выступлении контактной группы Лиги наций Молотов потребовал прекратить обстрелы и пригрозил, что Советский союз оставляет за собой право на подавление позиций финских стрелков. На это заявление тут же среагировала Польская делегация и обвинила нас в преднамеренных провокациях и предупредила о недопустимости силового решения конфликта, все остальные представители западных государств выразили озабоченность и готовность выступить в качестве посредников на переговорах о прекращении огня.
   Но обстрелы продолжались и, несмотря на потери, наши пограничники не отвечали. Когда число погибших и раненых советских пограничников достигло 100 человек. Молотов зачитал в Лиге наций обращение Сталина '....Если обстрелы советской территории будут продолжены, то Советский союз оставляет за собой право на создание зоны безопасности. То тесть, если обстрелы не прекратятся, то советское руководство оставляет за собой право открывать ответный огонь по любому вооруженному человеку, приблизившемуся к границе на удалении 1 км'.
   Демократическая и не очень демократическая общественность тут же осудила советское заявление. И по всей Европе вышли газетки со статьями о варваре Сталине и необходимости сплотиться всему свободному миру в целях предотвращения агрессии коммунистических палачей в отношении свободного народа Финляндии.
   Когда Зинченко читал газеты, переведенные разведупром, то что-то такое из далёкого будущего теребило его душу, пиндосы отрабатывали на фюрера по полной, применяя все свои знания полит технологий 21-го века. И названия статей такие же 'Кровавые путинские бомбардировщики нанесли авиационный удар по больнице в Восточном Алепо', 'Когда палач Путин ответит за бомбардировку гуманитарного конвоя в Сирии', или 'Когда русские варвары перестанут убивать представителей гуманитарных организаций Белые каски'.
   Обстановка нагнеталась и в воздухе запахло мировой войной, но уже не такой как была в той старой истории, а войной всего 'свободного' блин, мира против 'большевистской варварской угрозы'. И в этой войне хрен знает, сколько фронтов будет. Поэтому требовалась быстрая победа над япошками, но наглые косоглазые затаились, и уже две недели не предпринимали никаких активных действий.
   А Зинченко уже успел перебросить к участку предполагаемого вооруженного вторжения 1 механизированный корпус из Кяхты и полноценную авиационную дивизию в 200 самолетов, из которых было 40 бомбардировщиков СБ-2 и 60 штурмовиков СУ-2. На вооружении советских истребительных подразделений были модернизированные И-16м, а монгольские летчики летали на старых самолетах И-15бис.
   Войска быстро закапывались в вязкую от дождей землю, создавая двух полосную линию обороны протяженностью почти 200 км. На первой линии располагались Монгольские войска и части 57 отдельного советского оперативного корпуса, а на второй оборонительной линии располагались части 1-го Кяхтинского механизированного корпуса.
   Небывалые силы, приложенные к ведению воздушной разведки, наконец, то дали результат, и оказалось, что мы опять профукали. Непонятно каким образом, но японцы сосредоточили вблизи границы на удалении 40-50 км. по флангам нашей группы войск в Монголии почти 8 стрелковых дивизий и если это дивизии класса 'А', то получается что это больше 200 тысяч человек. И они ждали когда на западе начнутся активные боевые действия, поэтому время еще было и Зинченко отдал приказ войскам оперативного корпуса в Монголии оставить на занимаемых позициях вблизи границы передовые части, а основной массе войск отойти от границы на 10 км., по сути, приступив к созданию третьей оборонительной позиции вдоль реки Халхин-Гол. На фланги были переброшены инженерно-саперные части для создания сплошного рубежа минирования и подготовки противотанковых узлов обороны.
   В это же время разведывательные самолеты приступили к ежедневному боевому дежурству в полосе вдоль всей государственной границы от Владивостока в Приморье и до Хал-Хингола в Монголии, а в море на боевое дежурство вышли подводные лодки. При поступлении сигнала 'Гроза-357', подводникам полагалось приступить к проведению операции 'Чистое море'.
  
   Премьер министр Великобритании Чемберлен выступал на заседании совета безопасности.
   - Господа, к нам неоднократно обращались представители Польши с предложениями о решении колониальных проблем.
   Присутствующие зашумели.
   - Да, да, да! Знаю, что вы все сейчас думаете - произнес выступающий - что Польша наш союзник и нам придется как то решать вопрос с колониями.
   - Нет, мистер Чемберлен - встрял Черчилль, его только что вновь назначили военно-морским министром, и он категорически не принимал никаких грязных намеков на расширение чьего либо геополитического влияния в мире - так как между Великобританией и Польшей нет никаких колониальных проблем, то на данный момент нам и обсуждать нечего, так и передайте вашим польским друзьям.
   - Уверяю вас мистер Черчилль, Поляки мне не друзья. Однако польское политическое руководство пытается поднять пресловутый еврейский вопрос и желает расширить свое политическое влияние под предлогом спасения несчастных евреев. Господа, вы все знаете каким гонениям подвергается еврейское население в Германии, а сейчас отмечаются факты притеснения евреев и в Польше.
   - И что с того? - не понял король Генри - поляки что, собираются стать защитниками несчастных немецких евреев?
   - Нет, что вы сир. Эти грязные славяне пытаются урвать себе колониальные земли. Они в качестве посредников между Гитлером и еврейскими организациями ведут переговоры о переселении несчастных на Мадагаскар. А еще польские газетенки пишут, что евреи могут поехать к себе на родину, ну скажем в Палестину.
   - Чёрта лысого этим полякам, а не Мадагаскар - рявкнул Черчилль - а если глупые иудеи подумают, что могут найти себе землю обетованную в Палестине, то мы им устроим горячую встречу, им германские концлагеря домами отдыха покажутся (СПРАВКА: В 1939 году, когда расовые законы Рейха заработали в полную силу и концлагеря стремительно начали открывать свои врата для евреев, поляков, цыган, сербов, белорусов и многих других народов, поток беженцев в Палестину резко возрос, а Британцам это было не нужно. Бегущие с Европы евреи нанимали на последние деньги небольшие, утлые суденышки и старались пересечь Средиземное море. Британцы старались не допустить высадку еврейских беженцев в подмандатной Палестине, британский флот перехватывал суда с беженцами в открытом море и отправлял их назад в Европу, где несчастных принимали гитлеровцы и отправляли в концлагеря. Те же, кто успевал высадиться на берег, те попадали в британские концентрационные лагеря, которых было построено несколько, причем не только в Палестине, но еще и на Кипре. В реальной истории через огромные британские концентрационные лагеря в Палестине и на Крите с 1939 по 1948 прошли 120 тысяч евреев, несколько тысяч из которых там погибли).
   - Ну не горячитесь так господин Черчилль - примирительно поднял руки Чемберлен - Поляки обещали объявить войну Сталину, если тот нападет на Финляндию. В этой ситуации мы должны рассматривать Польшу как своего союзника, и нам не след так резко портить с ними отношения.
   - Но это не значит, что мы должны попустительствовать захватнической политике фюрера - вмешался в разговор один из уважаемых лордов - через немецких евреев и туповатых польских политиков Гитлер пытается заполучить военно-морскую базу в Индийском океане.
   - Нет, конечно. Никакой базы на Мадагаскаре немцы не получат. Я предлагаю потянуть время, например можно предложить полякам создать комиссию по изучению приспособленности острова Мадагаскар для заселения его евреями из Польши, Германии и Чехословакии. В комиссию включить директора еврейского эмиграционного общества в Варшаве Леона Альтера, агронома из Тель-Авива Соломона Дика, представителя германских и польских еврейских организаций, а также наблюдателей с Великобритании и Франции.
   - Но ведь такая комиссия уже была создана в 1937 году?
   - Но теперь проблема усилилась. Если ранее Лига наций рассматривала вопрос переселения только Германских евреев, то теперь нужно подумать и о размещении на Мадагаскаре евреев из Польши, Венгрии и Чехословакии. К тому же мы должны сослаться, что у нас нет денег на такую масштабную операцию, и можно затянуть переговоры, пусть Гитлер выделит собственные средства на перемещение евреев с подконтрольной ему территории, однако транспортные корабли должна выделить Лига наций.
   - Это хорошая идея - поддержал предложения Черчилль - учитывая нелюбовь Гитлера к евреям, он не даст ни цента, так удастся затянуть решение этого вопроса. Но можно предложить и другое решение, например, мы, выделяем связанный кредит на закупку вооружения. Это оружие и своих советников Польша направит в Финляндию, а мы поспособствуем скорейшему рассмотрению еврейского вопроса.
   - К чёрту еврейский вопрос, нас это не интересует, нам нужно втянуть Польшу в войну с советами и не более того.
   - Терпение мистер Черчилль - усмехнулся Чемберлен - наша задача затянуть рассмотрение этой проблемы хотя бы на год, а за этот год Польша обязательно ввяжется в войну с СССР. Они очень много нам должны, так что пусть отрабатывают, ведь не зря мы давали столько кредитов?
  
   С точки зрения соотношения сторон, то можно сказать, что на монгольской границе собрались две равновеликие группировки войск. Нам удалось создать достаточную группу войск для ведения оборонительной операции в приграничном районе, а японцы создали приличное преимущество в пехоте, но вот превосходства по танкам, артиллерии и авиации у них не было, что не позволяло вести активные наступательные действия.
   Однако по наличию оперативных баз войсковых групп в приграничных районах мы проигрывали в чистую. Японцы практически подвели ветку железной дороги к границе и начали завозить требуемое военное имущества, боеприпасов, продовольствия и подкреплений в массовом масштабе, а нам приходилось таскать припасы автомобильными колоннами совершая 1000 километровые марши по степи, поэтому на наших аэродромах постоянно присутствовал дефицит топлива и боеприпасов, а в подразделениях артиллерии был недостаток боеприпасов, к тому же начался сказываться дефицит запасных частей для танков и бронемашин. Примерно пол года назад мы рассматривали вопрос строительства железнодорожной ветки к Монгольской границе, но вот куда собственно ударит враг мы не знали, поэтому Комитет обороны не стал выделять средства на столь не проработанный проект, а самими монголам железная дорога в никуда не была нужна совсем.
   Автомобильная дорога от Кяхты до линии фронта являлась нашей ахиллесовой пятой, если япошки нанесут фланговые удары в обход наших оборонительных позиций и перережут дорогу, то почти 100 тысячная группировка наших войск окажется в оперативном окружении, а быстро подтянуть войска с СССР для разблокирования окруженцев не получиться. Обороняющийся всегда находится в проигрышном состоянии, так как не знает, где будет нанесен очередной удар, поэтому приходится держать руку с растопыренными пальцами, в то время как войска Маньчжуо-Го и Японии, уже точно выбрали, где будет нанесен их основной удар.
   С 1 мая 1940 года в небе над границей начался новый этап воздушной войны.
   В 15.40 1 мая монгольские летчики на И-15бис встретились с противником над горой Хамар-Даба. 9 монгольских истребителей вступили в бой с 6 японскими самолетами, потеряв при этом сбитыми 2 самолета монголам удалось отогнать японских ассов.
   На следующий день 9 монгольских истребителей взлетели с аэродрома Тамцак-Булак, чтобы прикрыть переправу через Халхин-Гол. Здесь их встретили 18 японских самолетов. В завязавшемся ожесточенном воздушном бою 7 монгольских истребителей были сбиты и 2 повреждены. 5 летчиков погибли, остальным удалось благополучно приземлиться с парашютами.
   За следующих два дня воздушных боев потери монгольской авиации, в составе которой не оказалось летчиков с боевым опытом достигли критической цифры 30 истребителей и 17 погибших пилотов. Японская авиация за пять дней боев потеряла всего одиннадцать машин. Такие потери оказались неожиданными и для неприятеля, и для советского командования.
   Зинченко всерьез озаботился положением в монгольском небе. В тот же день у него состоялся нелицеприятный разговор но прямому проводу с Наркомом обороны маршалом Тимошенко, который высказал большое неудовлетворение Москвы потерями авиации и приказал осуществлять все вылеты для прикрытия приграничных войск только совместными боевыми группами монгольских летчиков на И-15бис, а советских ассов на И-16.
   Меры были приняты самые радикальные, пришлось увеличивать численность советской авиации в Монголии. На полевых аэродромах в районе Тамцак-Булака и Халхин-Гола были переброшены дополнительные эскадрильи И-16м и там расположилось уже 132 советских самолета.
   К тому же на полевых аэродромах в районе Халхин-Гола была переброшена целая дивизия монгольских летчиков численностью в 180 самолетов И-15бис. Не смотря на все принятые меры по приказу Зинченко монгольские летчики должны были использоваться только для прикрытия действия советской авиации, то есть висеть на втором эшелоне вверху боевого порядка не допуская внезапного нападения японских истребителей с облаков.
   Японцы же по нашим разведданным имели в районе конфликта всего 175 истребителей и 140 бомбардировщиков. Теперь воздушные силы сторон по боевому составу стали примерно равными.
   По приказу Зинченко общее руководство авиацией в районе реки Халхин-Гол, где были сосредоточены 72, 22-й и 56-й истребительно-авиационные полки, 150, 38-й и 56-й смешанные бомбардировочные полки стало осуществляться штабом авиационной группы во главе с комкором Смушкевичем Я.В., которому также было передано управление и Монгольской авиацией.
   12 мая в небе над Халхин-Голом начались упорные воздушные бои, в которых с каждой стороны участвовали уже по несколько десятков самолетов. В этот день 70 советских истребителей поддерживаемых 30 монгольскими истребителями столкнулись со 120 японскими. Противнику пришлось отступить в Маньчжоу-Го, потеряв 31 машину. Потери советской авиации в том гигантском воздушном бою составили 17 самолетов, а монголы потеряли 21 машину, при этом погибли 14 летчиков, в том числе командир 22-го истребительного полка майор Глазыкин Н.Г.
   Следующий этап ожесточенных воздушных боев произошел 14 и 15 мая. Соотношение сил было равным - примерно по 50-60 самолетов с каждой стороны. Итогом этих двух воздушных боев стала утрата японцами 25 своих истребителей, мы потеряли всего 4 самолета И-16м и 12 монгольских самолетов И-15бис.
   К этому времени стало абсолютно очевидно, что слабо обученные монгольские пилоты на достаточно стареньких, вооруженных только двумя 7,62 мм пулеметами истребителях И-15бис на равных с японцами воевать не могут и по приказу Москвы монгольские пилоты от участия в боевых действиях были отстранены и направлены на тыловые аэродромы для продолжения обучения и повышения общего количества часов налета до 50 на каждого летчика.
   Командование Квантунской армии, естественно, не могло примириться с кардинально изменившейся ситуацией в воздухе. Генерал-лейтенант Мориги, командовавший императорской авиацией в районе Халхин-Гола, подписал приказ, который гласил: "Для того, чтобы одним ударом покончить с главными воздушными силами Внешней Монголии, которые ведут себя вызывающе, приказываю внезапным нападением всеми силами уничтожить самолеты противника на аэродромах Тамцак-Булака, Баин-Тумена, у озера Байн-Бурду-Нур". В принципе эта операция могла бы решить советское командование всей авиации, но как иногда бывает на войне помог случай. Нашей паре ассов, что вели свободную охоту над территорией противника удалось сбить японский одномоторный самолет, что использовался для связи. Самолет упал на Китайской территории и один китайский крестьянин среди обломков сбитого японского самолета нашел портфель со штабными документами. Этот портфель китайские партизаны передали советскому командованию.
   В числе документов обнаруженных в портфеле оказалась и копия приказа генерал-лейтенанта Мориги и карта с районами сосредоточения японской авиации. Зинченко приказал своей авиации на монгольских "прифронтовых" аэродромах провести мероприятия оперативной маскировки, выставить макеты, а сами самолеты передислоцировать на запасные аэродромы. А в местах старых аэродромов подготовить авиационно-зенитные засады. Но этих мер, как показали дальнейшие события, оказалось недостаточно.
   Удар по местам базирования советской авиации оказался хорошо продуманным. Ранним утром 17 мая над аэродромами 22-го истребительного полка в окрестностях Тамцак-Булака появилось 23 японских бомбардировщика, которых прикрывало 80 истребителей. Служба воздушного наблюдения и оповещения аэродромов сработала отлично, и советские истребители своевременно взлетели с запасного аэродрома и встретили врага в воздухе. После получения сокрушительного удара от зенитной артиллерии, вражеские самолеты развернулись на обратный курс и вот тут их встретила наша авиационная засада. Во время воздушного боя советские летчики потеряли всего 12 машин, а японцы потеряли 8 бомбардировщиков и 26 истребителей, однако тогда после разгрома врага наши самолеты пошли к своим скрытым аэродромам на дозаправку, оказалось, что в воздухе висел высотный японский самолет разведчик, и он смог выяснить координаты наших запасных аэродромов. Уже следующей ночью противник нанес сокрушительный удар по вскрытым аэродромам, и истребительный полк понес значительные потери, на аэродроме было уничтожено 30 советских истребителей и 16 бомбардировщиков. В эту ночь японская авиация потерь не имела.
   Этот налет на наземные позиции советской авиации оказался последним, в ярости Зинченко натравил сам на командира авиаполка следователей с НКВД.
   Зинченко рвал и метал, его телефон постоянно отвлекал от работы, ТОВАРИЩИ из Москвы выразили озабоченность и потребовали принять решительные меры, что бы прекратить потери советской авиации.
   Позорище какое, да что ты будешь делать? - психовал Зинченко - этим тупым уродам никакие правила не писаны, им сука по сотне телеграмм в сутки отправляешь с требованием усилить бдительность, а там, на местах всем всё по хрен. Расслабились после первой победы, и в мыслях даже, видите ли, у них не было, что мол 'японцы такие коварные'.
   Теперь по приказу штаба фронта в небе постоянно висели наши разведчики и отслеживали все передвижения японской авиации. Когда 20 мая 45 вражеских бомбардировщиков под прикрытием истребителей решили повторить налет на советские аэродромы со стороны озера Буир-Нур, то в воздух сразу поднялись все наши бомбардировщики. Истребители И-16 встретили японских бомберов прямо над линией соприкосновения, и японцы, побросав бомбы, наугад развернулись и пошли на свои аэродромы. Истребители прикрытия японских бомбардировщиков вступили в бой с нашими И-16м и за полчаса расстреляв все боеприпасы, пошли также на свои аэродромы. И вот тут из за облаков вывалились наши бомберы, и пошли за японцами. Когда японцы увидели 60 наших бомбардировщиков, то сбивать их было уже нечем. Гордые самураи бросались под пулеметы башенных стрелков, стараясь таранить наши машины, но из десятка проведенных попыток камикадзе-тарана удалось свалить только 3 наших бомбера, а остальные спокойно вывалили свой смертоносный груз на японский аэродром и, благополучно вернулись домой.
   После этого случая советская авиация не позволила японцам даже приблизиться к своим аэродромам, хотя у противника многие пилоты за время войны в Китае получили право называться асами, но нашим ястребам удалось сбить еще 29 вражеских бомбардировщика, а 20 мая наша авиация нанесла массированный ночной удар 80 бомбардировщиками по четырем выявленным воздушной разведкой японским аэродромам, после чего вопрос ведения воздушной войны в небе Монголии был решен кардинально, полный разгром вражеской бомбардировочной авиации на аэродромах базирования.
   Всего в весенних воздушных боях японские авиационные силы потеряли 108 истребителей и 132 бомбардировщика.
   Потери советской авиации оказались гораздо меньшими - 68 истребителей и 56 бомбардировщиков. Монгольские летчики, воевавшие на устаревших И-15бис потеряли 57 машин. В ходе тяжелых воздушных боев японской авиации пришлось уступить господство в небе, и монгольские летчики вновь приступили к несению боевого дежурства, в воздухе постоянно наращивая свое мастерство.
   Не объявленная воздушная война в приграничном небе стала поводом для Москвы сделать первое официальное сообщение о военных событиях на Халхин-Голе. 25 мая 1940 года по советскому радио прозвучали слова: "ТАСС уполномочен заявить... 'Новости с берегов Халхин-Гола' появились на страницах советских газет.
   Японская сторона не делала большого секрета из того, что на границах Внешней Монголии и Маньчжоу-Го уже многие месяцы идут боевые столкновения войск Квантунской армии с советскими и монгольскими частями. Так, в прессе Японии стали регулярно появляться сводки о воздушных боях.
   Ожесточенные бои в воздухе с участием сотен самолетов с обеих сторон, понесенные потери, исчисляемые многими десятками крылатых машин, стали своеобразной прелюдией не только к главным событиям на реке Халхин-Гол, но и к началу большой войны и они не замедлили начаться.
  
   20 мая 1940 года группа неизвестных лиц под видом карельских повстанцев напала на советскую пограничную заставу и после того как подошли резервы с пограничной комендатуры 'повстанцы' отошли на финскую территорию и попросили политического убежища.
   Советское руководство в ультимативной форме потребовало от финнов выдать вооруженных преступников, но финны предложили рассмотреть спорный вопрос в Лиге наций.
   После выступления нашего посла в Лиге наций с требованиями о наказании финского руководства Маньчжурия, тут же потребовала выдать преступников нанесших удар по Маньчжурским аэродромам, в результате чего погибло более 100 мирных граждан Маньчжуо-Го. Требование Японии поддержала Польша.
   Но когда представитель СССР указал, что эти два события никак не связаны между собой и должны рассматриваться отдельно, после чего пригрозил военным вторжением на территорию Финляндии. Финское руководство пообещало выдворить вооруженных беженцев с территории Финляндии в любую соседнюю страну, однако задержать их и передать СССР финны отказались. И вот тут опять встряла Польша и предложила несчастным 'беженцам, восставшим против сталинских репрессий' предоставить политическое убежище на территории свободной Польши.
   Вот твари, лезут без вазелина в задницу, сплюнул Зинченко, читая сообщение ТАСС.
   28 мая 1940 год в День пограничника, что бы поиздеваться над способностью НКВД охранять границы СССР неизвестная группа лиц в количестве 150-200 человек вооружённая стрелковым оружием и легкими минометами вновь перешла границу Финляндии и напала на советскую пограничную заставу. Прибывшие на помощь заставе советские резервы были обстреляны финской артиллерией из-за границы, а нападавшие отошли на финскую территорию.
   Все эти события красочно описывались в советских газетах с обязательными примерами подвигов советских пограничников, но Зинченко читая эти газеты, мрачнел с каждым днем. На лицо были явные провокации с целью втянуть СССР в войну с Финляндией и объединить всё 'свободное человечество протии агрессивной, варварской России'. Но, ни Сталин, ни Тимошенко никаких указаний по фронтам не направляли, и войска в высшие степени боевой готовности не приводились. Это был плохой сигнал, сигнал о том, что Сталин как и в прошлой истории не хочет провоцировать врага, а ждет когда тот нанесет удар первым, в надежде, что новое оружие позволит нанести агрессору не поправимые потери и разгромить супостата в приграничных сражениях.
   Но вот вопрос сможем ли мы сдержать этот удар, ведь сил у врага стало намного больше. Да теперь там против нас не только Германия. Да и что теперь бояться Германию, ведь ни покорения стран Бенилюкса, ни похода в Норвегию и Францию не было и вся экономическая мощь Европы не досталась Гитлеру. Однако теперь против нас почти миллионная армия Польши и такая же по численности армия Японии, а наши светочи демократии Англия, Франция и США вообще типа как бы не при делах, просто будут стоять за спиной у взбесившихся поляков и япошек, постоянно подкидывая дров в топку войны.
   То есть великая идея заокеанских банкиров стравить в мировой бойне континентальные державы, а самим на этой войне наживаться походу реализовывалась наилучшим способом, а виноваты в этом именно пришельцы и как теперь повернется история совершенно непонятно, за кого вступятся наши 'демократы', а если за 'антисоветскую коалицию' в которую уже вошли Германия, Италия, Польша, Финляндия, Чехия, Словакия, Югославия, Румыния и Япония, а еще есть Турция. Любое наше движение в Иране и Турки тут же выступят против нас в союзе с Германией.
   Вот и получается новая мировая война, всех против СССР. Выходит нас переиграли на политическом поле? Сила силой, но головой, то тоже думать нужно, нужно было разбивать вражеские планы, разрушать политические союзы, создавать противоречия во вражеском стане. Нужно было любым путем выводить из игры вражеских потенциальных союзников, перекупать и переманивать на свою сторону, эх товарищ Сталин.
  
   29 мая 1940 года по инициативе СССР было собрано экстренное совещание Лиги наций, на котором советский представитель товарищ Молотов зачитал ультиматум Финляндии, в котором сообщалось, что если в по течении трех дней финское руководство не разоружит банды белофиннов и не передаст их СССР для проведения суда, то СССР оставляет право на проведение ряда военных акций по аресту преступников на территории Финляндии.
   Да, да так и отмечалось 'военных акций' не войны, что вы ни в коем случае нас не обвинили в начале войны, а именно 'военных акций по аресту вооруженных преступников на территории Финляндии' и при том исключительно только потому, что финское руководство не способно самостоятельно обеспечить безопасность на своих государственных границах.
   В ответ на заявление Молотова, выступил Польский посол и предупредил о недопущении непропорционального применения военной силы и недопущении нарушении финской границы. Так и сказал лярва, что СССР имеет право как независимое государство, к тому же член Лиги наций проводить на своей территории 'ограниченные военные акции' по обеспечению безопасности государственной границы и задержанию вооруженных преступников, а если СССР не в состоянии уничтожить кучку вооруженных бандитов шастающих через границу, то при чем тут бедная Финляндия. К тому же свободным нациям Европы следует рассматривать данных лиц не как террористов, а как борцов с кровавым сталинским режимом.
  
   29 мая 1940 года советская газета 'Правда' написала: 'Мы отбросим к чёрту всякую игру политических картёжников и пойдём своей дорогой, несмотря ни на что, мы обеспечим безопасность СССР, не глядя ни на что, ломая всё и всяческие препятствия на пути к цели'. В этот же день войска Ленинградского военного округа и Балтийский флот получили директивы о подготовке боевых действий против Финляндии.
   Советское командование сосредоточило у границы с Финляндией 31 стрелковую дивизию, отдельный корпус тяжелых танков, три отдельных бригады средних танков и бригаду легких танков, всего 450 тысяч человек, около 2 тысяч орудий, 1476 новых тяжелых, средних и легких танков и около 1200 самолетов новых типов И-185 и ЯК-1. Для поддержки наземных войск привлекалось 500 бомбардировщиков СБ-3 и штурмовиков СУ-2. В высшие степени боевой готовности были переведены более 200 кораблей Северного и Балтийского флотов. 60 % советских сил было развёрнуто на Карельском перешейке.
   Группировка финских войск имела около 300 тысяч человек, 968 орудий, 360 танков, 114 самолетов и 14 боевых кораблей. 42 % своих сил финское командование сосредоточило на Карельском перешейке, развернув там Армию перешейка. Остальные войска прикрывали отдельные направления от Баренцева моря до Ладожского озера.
   Основным рубежом обороны Финляндии была "линия Маннергейма" -уникальные, хорошо замаскированные фортификационные сооружения. Главным архитектором линии Маннергейма была сама природа. Фланги ее упирались в Финский залив и в Ладожское озеро. Берег Финского залива прикрывали береговые батареи крупного калибра, а в районе Тайпале на берегу Ладожского озера были созданы железобетонные форты с восемью 120 и 152 миллиметровыми береговыми орудиями.
   "Линия Маннергейма" имела ширину по фронту 135 километров, глубину до 95 километров и состояла из полосы обеспечения глубиной 15-60 километров, главной полосы глубиной 7-10 километров, второй полосы, удалённой на 2-15 километра от главной, и тыловой 'выборгской' полосы обороны. Было возведено свыше двух тысяч долговременных огневых сооружений (ДОС) и дерево-земляных огневых сооружений (ДЗОС), которые объединялись в опорные пункты по 2-3 ДОС и 3-5 ДЗОС в каждом, а последние в узлы сопротивления по 3-4 опорных пункта.
   Главная полоса обороны состояла из 25 узлов сопротивления, насчитывавших 280 ДОС и 800 ДЗОС. Опорные пункты оборонялись постоянными гарнизонами от роты до батальона в каждом. В промежутках между опорными пунктами и узлами сопротивления находились позиции для полевых войск. Опорные пункты и позиции полевых войск прикрывались противотанковыми и противопехотными заграждениями. Только в полосе обеспечения было создано 220 километров проволочных заграждений в 15-45 рядов, 200 километров лесных завалов, 80 километров гранитных надолб до 12 рядов, противотанковые рвы, эскарпы, противотанковые стенки и многочисленные минные поля.
   Все укрепления соединялись системой траншей, подземных переходов и были снабжены продовольствием и боеприпасами, необходимыми для длительного ведения автономного боя.
  
   Сталин, устав терпеть провокации со стороны финнов приказал любым путем устранить угрозу со стороны 'неизвестных террористов'. Эту задачу с легкостью решили попаданцы. На финскую границу был переброшен развед взвод 23-го отдельного мехкорпуса вооруженный беспилотными летательными аппаратами.
   В 20.40 на территорию СССР со стороны Финляндии зашла вооружённая банда численностью 120 человек, зашла, но напасть на заставу не успела. Приборы ночного видения 'Орлан-10' (авиационное средство разведки дистанционного управления) своевременно обнаружили скопление вражеских сил. Наученные неоднократными провокациями пограничники успели организовать хорошую засаду. Когда по бандитам одновременно в упор ударили 6 пулеметов ДП, а из леса в походные порядки противника полетели ручные гранаты, и защелкали выстрелы самозарядных карабинов Симонова, а на голову полетели 50 мм мины то судьба очередного отряда 'белофинов' была решена всего за 15 минут.
   Да, да за 15 минут, а вы что думали?
   Нормально организованная засада на знакомой местности, а свою местность пограничники знали отменно, позволила практически полностью уничтожить перешедший границу отряд всего за 15 минут. Но собрать трофеи пограничникам не дали, потому что как только финны не получили по радиостанции подтверждающего сигнала об успешном уничтожении советских пограничных нарядов, то финский артиллерийский дивизион открыл шквальный огонь по позициям засады. Тяжело раненый начальник заставы успел передать сигнал об обстреле нашей территории, безпилотники вычислили финских артиллеристов и понеслось.
   В начале по позициям вражеской артиллерии отработали наши 152 мм гаубицы, а в 10.00 по Московскому времени 6 июня 1940 года по радио был зачитан приказ комитета обороны СССР: 'Советско-финская граница на Карельском перешейке проходит всего в 32 километрах от Ленинграда, от города нашего вождя товарища Ленина и крупнейшего центра советской промышленности, второго по величине города страны. Вместе с тем советское руководство, как и весь советский народ с ужасом наблюдает неспособность финской стороны обеспечить безопасность советских границ от проникновения со стороны Финляндии кровавых палачей и бандитов, понукаемых западными хозяевами белофиннов, прорывы которых через советскую границу поддерживает финская артиллерия, грубо нарушая все нормы международного права и мирного сосуществования народов. 5 июня в 21.05 финская артиллерия в районе Майнилы выпустила по позициям советских пограничников более 300 снарядов, в результате чего погибли и были ранены 32 советских героя-пограничника. Советское руководство в ответ на агрессивные действия финской стороны разрывает все дипломатические отношения с агрессором и объявляет Финляндии войну'.
   В 12.00 6 июня 1940 года посланнику Финляндии в Москве была вручена нота о разрыве дипломатических отношений СССР с Финляндией и об объявлении войны, а в 12.10 по территории Финляндии был нанесен массированный артиллерийский удар. Артподготовка продолжалась 40 минут, били предельно точно, по разведанным беспилотниками координатам, и уже в 13.00 советские войска перешли государственную границу.
   Так началась Великая отечественная война в новой истории попаданцев, и если в новой истории СССР всё таки распадется, то очередным 'демократам-рыночникам' будет, о чем поговорить, об агрессивном советском режиме, и о кровавом диктаторе Сталине ввергнувшим СССР в мировую бойню.
   Да-да, после, многие 'западные историки' в своих книгах напишут про кровавых азиатских варваров, что начали новую мировую бойню, совсем позабыв, что эта самая вторая мировая началась с Мюнхенского сговора, открывший путь Германии, Польши и Венгрии к оккупации территории свободной Чехословакии, к стати, тоже страны члена Лиги наций. И никто, ни одна зараза, ни слова не напишет о регулярных провокация и обстрелах советских пограничных застав с финской стороны. К сожалению, такова правда, правда, это та информация, что нравится твоему врагу, а любую другую информацию, даже попытку оправдаться они называют сталинской, ну или путинской дезинформацией. Этот мир не меняется, ни в той, ни в новой истории, никогда ничего не изменится. Со времен первого похода германского императора Карла Великого на восток славяне стали врагами номер один для всего западного мира, так как именно славяне смогли остановить это движение и ограничили так называемую 'западную цивилизацию' тем ореолом обитания, в котором они находятся и теперь.
   Со времен крестовых походов против славян наши 'западные партнеры' думали только об одном, о том, как нас уничтожить, и плевать им на правду и справедливость, плевать на права человека и свободы, так как для них, правда это только то, что говорят и пишут они, а свободы распространяются только на жителей западной Европы, остальные же должны быть вечными РАБАМИ, молчаливо взирающими на деяния ВЕЛИКИХ просветителей.
  
   8 июня 1940 года после продолжительной артиллерийской подготовки советские войска перешли границу с Финляндией и начали наступление на фронте от Баренцева моря до Финского залива.
   В этой войне генеральный штаб использовал все достижения советской военно-научной мысли. Наступление было организованно по новому. То есть наступали не полки и дивизии, а штурмовые батальонные тактические группы усиленные артиллерией, танками, инженерно-саперными подразделениями и самое главное, что в интересах каждой БТГ действовали эскадрильи штурмовиков, которые наносили ракетно-бомбовые удары по ранее разведанным целям и позициям вражеской артиллерии.
   Вначале на участке прорыва на позиции противника обрушился залп артиллерийских полков. Плотность огня артиллерии составляла 60 орудий на километр фронта. Артиллерийская подготовка продолжалась 30 минут, а затем огонь орудий переместился на следующий рубеж, обрушившись на позиции подразделений второго эшелона, и одновременно с этим при поддержке авиации перешли в атаку батальонные тактические группы.
   Как только огонь артиллерии прекратился над полем боя появились авиационные полки штурмовиков и на головы противника тут же посыпались тонны авиационных бомб, а после сброса бомб штурмовики работали огнем 23 мм автоматических пушек ШВАК, пехота и танки в начале наступления продвигались практически без сопротивления пока не уперлись в линию дотов, но поскольку вражеская артиллерия молчала, то штурмовым группам удалось подорвать первую линию ДОСМ полосы обеспечения и продвинуться вперед на 7-10 км. А далее за 5-7 дней на направлении главного удара советским войскам удалось расширить коридор прорыва до 20 км и, преодолев зону оперативных заграждений выйти к главной полосе "линии Маннергейма". Финские войска сопротивлялись отчаянно, но это была другая война, не та, что в прошлой истории. Еще не успели все штурмовые БТГ выйти к 'Линии Маннергейма', а первый из дотов-миллионников уже был захвачен. Победная эйфория захватила советское руководство, но финны под руководством иностранных советников смогли собраться и нанести мощнейший артиллерийский удар по захваченному ДОТу, что заставило наших штурмовиков отойти.
  
   Как водится члены Лиги наций потребовали от СССР немедленно прекратить боевые действия и отвести все вооруженные силы на рубеж государственной границы, то есть фактически от СССР требовали прекратить войну и оставить уже освобожденные от финнов территории. Абсолютно понятно, что на такую наглость советское руководство среагировало показом среднего пальца. Однако, представитель СССР в Лиге наций, не смотря на объявление войны, зачитал обращение ЦК партии, в котором сообщалось, что СССР может приостановить боевые действия в случае немедленного отвода всех финских вооруженных частей и подразделений на 100 км от государственной границы и передаче Выборгского района Советскому союзу в обмен на значительно больший участок на северо-востоке, в соответствии с ранее имеющими место предложениями.
   Но Финляндия по рекомендации западных партнеров и под их 'гарантии безопасности' отказалась рассматривать советское предложение, и потребовала вести временное военное перемирие для создания благоприятных условий к началу обсуждения спорных вопросов в Лиге наций, то есть финны начали тупо затягивать время, это излюбленная тактика пиндосов по опыту боевых действий в той же Сирии, а перед этим в Грузии. И не понять народам этих несчастных стран, что игрокам в большую политику, то есть тем же британцам и немцам тут, как собственно и там, в той истории абсолютно плевать на эти мелкие народы, что волею судьбы стали разменной монетой в большой - геополитической игре.
   И вот тут произошло то, что в принципе и ожидалось.
   14 июня в Польше нашему послу вручили ноту протеста, и ультиматум в котором указывалось, что советским войскам не рекомендуется пересекать 'Линию Маннергейма'. Да так и написано '.. Польская сторона с сочувствием и беспокойством взирала, на неоднократные обоюдные обстрелы приграничных территорий, в ходе которых несли потери как советские, так и финские военнослужащие. Стремление советского правительства наказать виновных в обстреле советской территории наше правительство понимает, но захват территории Финляндии недопустим, и Польша, руководствуясь требованиями союзного договора, оставляет за собой право вступления в войну на стороне Финляндии в случае пересечения бойцами Красной армии 'Линии Маннергейма'.
   Самый большой политический удар как не странно нанесли по нам Британцы. Представитель Великобритании в Лиге наций выступил примерно с такой речью: 'Еще во время войны в Испании, когда усилия военно-политического руководства СССР были направлены на непосредственную агрессию против демократического режима Франко, весь цивилизованный мир столкнулся с необходимостью остановить агрессию коммунистической России. Но как всегда мы, то есть цивилизованные страны, не смогли дать достойный отпор агрессии дикарей с востока. Теперь же мы видим настойчивую необходимость объединить усилия всех европейских государств Германии и Италии с одной стороны, Великобритания, Франция и Польши с другой и не допустить захвата азиатскими варварами территорию независимой Финляндской республики. Мы призываем все свободные нации мира оказывать помощь независимой Финляндии'.
  
   Сталин решил играть по крупному, и на подконтрольной СССР территории Карелии были собраны коммунистические активисты и проведён 1 съезд Коммунистической партии Финляндии, на котором было принято решение о формировании нового 'народного правительства Финляндии'.
   Народное правительство' было сформировано в СССР из финских коммунистов. Руководство Советского Союза считало, что использование в пропаганде факта создания 'народного правительства' и заключения с ним договора о взаимопомощи, свидетельствующего о дружбе и союзе с СССР при сохранении независимости Финляндии, позволит оказать влияние на финское население, усилив разложение в армии и в тылу.
   15 июня 1940 года в газете 'Правда' было опубликовано сообщение, в котором говорилось, что в Финляндии образовано так называемое 'Народное правительство', во главе которого встал Отто Куусинен.
   В Ленинграде состоялись переговоры между народным правительством Финляндской демократической республики во главе с Отто Куусиненом и советским правительством во главе с Молотовым В.М., на которых был подписан Договор о взаимопомощи и дружбе. В переговорах также принимали участие Сталин, Тимошенко и Жданов.
   Основные положения этого договора соответствовали следующему, советское руководство оказывает военную помощь в свержении империалистического режима и в восстановлении истинного народного управления на территории Финской народной республики.
   Кроме того предусматривалась передача СССР территорий на Карельском перешейке, продажа ряда островов в Финском заливе, сдача в аренду острова Ханко. В обмен предусматривалась передача Финляндии значительных территорий в советской Карелии и денежная компенсация. Также СССР обязался поддерживать Финскую Народную Армию вооружением, помощью в подготовке специалистов и т. д. Договор был заключён сроком на 25 лет, и, в случае, если за год до истечения срока договора ни одна из сторон не заявляла о его расторжении, он автоматически продлевался ещё на 25 лет. Договор вступал в силу с момента его подписания сторонами, а ратификация планировалась 'в возможно более короткий срок' в столице Финляндии городе Хельсинки, после её освобождения.
   В Лиге наций выступил представитель Великобритании и потребовал немедленного роспуска марионеточного 'народного правительства Финляндии'. На что советской стороной тут же было объявлено, что предыдущее правительство Финляндии является военными преступниками и подлежит немедленному аресту и суду, а следовательно, старое правительство Финляндии руководить страной более не может. СССР заявил в Лиге Наций, что отныне будет вести переговоры только с новым правительством, которое пока находится на территории освобожденной Красной армией от белофинов части Карелии.
  
   20 июня 1940 года правительство Польши вручило советскому послу второй ультиматум, в котором требовалось немедленно прекратить боевые действия и отвести все войска на старую советскую границу, кроме того разведка сообщила что на территории Польши началась мобилизация, и отселение мирных жителей удаление 100 км от границы.
   По состоянию на 1 июня 1940 года польские вооруженные силы успели под видом учений и сборов провести скрытую мобилизацию и имели в своем составе почти 1 миллион человек. Их армия состояла из 39 дивизии и 16 бригад. При этом у Польши было 2300 легких танков и 2000 самолетов различных модификаций. И это была реальная сила, способная не только сковать действия Красной армии на западе, но и совершить серьезный прорыв в направлении Ленинграда, при этом нанося сковывающий удар на Смоленск и Киев.
   Но самое страшное произошло в Прибалтике.
   22 июня 1940 года по просьбе правительств Латвии, Литвы и Эстонии в целях защиты от 'агрессивной азиатской России' по обоюдному согласию на территорию этих 'демократических' государств был введен германский экспедиционный корпус в количестве 30 000 человек, после чего начались массовые чистки. Под чистки попали бывшие белогвардейцы, что осели в Прибалтике после гражданской войны, их арестовывали как потенциальных агентов Сталина. Проводились массовые аресты членов рабочих профсоюзов и соответственно членов социалистических партий. Теперь история уже однозначно пойдет по другому пути, и никакой бескровной аннексии Прибалтики со стороны СССР с цветами и оркестром уже не получится. Гитлер объявил, что под угрозой советской агрессии, братские прибалтийские народы, как и пять сотен лет назад навечно вошли в состав великой германской нации.
   Однако в прибалтийский вопрос вмешалась и Польша. Еще 17 марта 1938 года Польша предъявила ультиматум Литве, требуя восстановления дипломатических отношений, а также отмены параграфа литовской конституции, провозглашающей Вильно столицей Литвы. Политическому руководству Польши мерещилась былая слава Польско-Литовского государства и им казалось, что стоит только чуть поднажать для окончательного включения Вильнюса в состав польского государства. Для оказания давления на Литву на польско-литовской границе сосредоточились несколько десятков польских дивизий. В случае отклонения ультиматума польская армия грозилась захватить Каунас и оккупировать всю Литву.
   Тогда, в 1938 году Советское правительство, выступило гарантом мира и потребовало не посягать на свободу и независимость Литвы. Именно благодаря вмешательству СССР опасность вооруженного конфликта между Польшей и Литвой была предотвращена. Польское руководство ограничило свои требования одним пунктом - установлением дипломатических отношений, и отказом вхождения Литвы в любые союзы. Но после того как в прибалтийские страны зашли немецкие войска, польские вооруженные силы посчитали, что Литва нарушила договор, после чего 25 июня 1940 года польские войска пересекли государственную границу и почти без боя заняли город Вильнюс, присоединив к своей территории всю юго-восточную часть Литвы. Дабы не злить своих западных союзников Польша ограничилась захваченными землями и начала активно разрабатывать план войны против Советского Союза.
  
   Для советского союза план войны с Финляндией усугублялся наличием немецких войск на территории Эстонии и миллионной польской армии на государственной границе. Кроме того, ход боевых действий в Карелии выявил серьёзные пробелы в организации управления и снабжения войск Красной Армии.
   Штурмовые подразделения Красной армии, в Финляндии продвигались слишком стремительно и тылы не поспевали за первым эшелоном войск. А когда наши передовые части, упершись в основную полосу обороны финнов, то начали нести потери, так как наша артиллерия не поспевала за пехотой и штурмовые подразделения лишились огневой поддержки. Кроме того противник применил массовый артиллерийский обстрел по коридорам прорыва. Германо-финская артиллерия наносила массированные артиллерийские удары в рамках плана подвижного огневого поражения противника. Что бы хоть как то прикрыть свои штурмовые подразделения советская авиация была брошена на подавление позиций финской артиллерии, но попала под плотный зенитный огонь с земли, а при развороте наши бомбардировщики были атакованы немецкими самолетами с нанесенной на крыльях финской символикой. Вот так советское руководство узнало, что на стороне финнов воюют немецкие 'добровольцы', получившие огромные боевой опыт в Испании.
   Пришлось останавливать наступление и подтаскивать к линии фронта гаубичную артиллерию для ведения контр батарейной борьбы. Все руководители СССР уже через неделю понимали, что быстрой и бескровной победы над Финляндией не будет. Поэтому советское командование начало методично уничтожать имеющиеся финские ДЗОТы и ДОС, и расширять коридоры прорыва. Командованию стало понятно, что бесплодные попытки продолжить наступление ни к чему не приведут. К концу июня из-за огромных затопленных территорий и финских болот с трудом удалось протащить артиллерию за линию долговременных огневых сооружения полосы обеспечения и приступить к методическому подавлению вражеской артиллерии.
   На фронте наступило относительное затишье и этим затишьем воспользовались советские дипломаты. Несмотря на разрыв дипломатических отношений, через французского посла в Финляндии были выдвинуты повторные требования о прекращении боевых действий и нале переговоров об обмене территориями. В случае согласия финской стороны, СССР брал на себя обязанности распустить народное правительство Финляндии. Однако по настоятельному требованию Германии, Англии и Франции это требование также было отклонено.
   В течение всего июня на угрожаемых направлениях шло усиление войск, пополнение материальных запасов, переформирование частей и соединений. Были усиленны инженерно-штурмовые подразделения для уничтожения долговременных огневых сооружений, разработаны методы преодоления заминированной местности, заграждений, методы борьбы с оборонительными сооружениями, проведено обучение личного состава. Для решающего удара были выделены 7-я, 13-я армии и 3 механизированный корпус нового состава. В приграничных районах была проведена огромная работа по спешной постройке и переоборудованию путей сообщения для бесперебойного снабжения действующей армии. Общая численность личного состава была доведена до 650 тысяч человек.
   Для окончательного захвата укреплений на 'линии Маннергейма' дивизиям первого эшелона были приданы группы артиллерии разрушения (АР) в составе от одного до шести дивизионов на главных направлениях. Всего в этих группах было 14 дивизионов, в которых было 80 орудий калибром 203, 234, 280 мм.
   Финская сторона в этот период также продолжала пополнение войск и снабжение их поступающим от союзников вооружением.
   Кроме активного сопротивления финской армии наступление очень сильно тормозилось практически полное отсутствие дорог. А на существующих меж озерных и меж болотных дефиле инженерные подразделения противника сооружали заминированные завалы, которые брались под плотный обстрел финской артиллерии. Расчистить такие завалы быстро не получалось. В начале приходилось долго и методично подавлять кочующие финские артбатареи, и только потом инженерно-штурмовые группы продвигались вперед планомерно расчищая завал и проделывая путь для наступающих подразделений Красной армии.
   Одновременно продолжались бои в Карелии. Соединения 8-й и 9-й армии, действующие вдоль дорог в сплошных лесных массивах, несли большие потери. Если в одних местах достигнутые рубежи удерживались, то в других войска отходили, кое-где даже до линии границы. Финны, как и в реальной истории, широко применяли тактику партизанской войны: небольшие автономные отряды, вооружённых автоматами, нападали на двигавшиеся по дорогам войска, преимущественно в тёмное время суток, а после нападений уходили в лес, где были заранее оборудованы партизанские базы.
   Собравшись с силами, Красная армия продолжила операцию по прорыву 'Линии Маннергейма', одновременно начались масштабные операции и по всему Карельскому участку.
   Произошла грандиозная битва при Суомуссалми. Поселок Суомуссалми был занят 17 июня силами советской 163-й стрелковой дивизии 9-й армии, перед которой была поставлена ответственная задача нанести удар на Оулу, выйдя к Ботническому заливу и в результате разрезав Финляндию пополам. Однако вслед за тем в тыл дивизии вышла финская батальонная тактическая группа и закрепилась на стратегической трассе, оборвав поступления подкреплений, продовольствия и боеприпасов. Под угрозой оперативного окружения командование приняло решительные действия. На помощь 163 дивизии была выдвинута 44-я стрелковая дивизия, которая также была блокирована на дороге в Суомуссалми, в дефиле между двумя озёрами близ деревни Раате подразделениями 27-го финского полка. Решением Тимошенко для поддержки окруженных частей была выделена авиационная дивизия, численностью в 220 самолетов. В результате непрекращающихся авиационных налетов, финны вынуждены были оставить занимаемые позиции и отойти. Угроза окружения была снята, однако, несмотря на это командование обеих дивизий было отдано под трибунал, за грубые упущения, приведшие к значительным потерям личного состава и техники.
   Одновременно к югу от Соумусалми, в районе Кухмо, была окружена советская 54-я стрелковая дивизия, у Ладожского озера была окружена наступавшая на Сортавала 168-я стрелковая дивизия. Там же, в Южном Леметти, в окружение попали 18-я стрелковая дивизия генерала Кондрашова вместе с 34-й танковой бригадой комбрига Кондратьева. Эти эпизоды были яркими проявлениями тактики финнов, получившей название mottitaktiikka, тактики motti - 'клещи' (motti - поленница дров, которые ставят в лесу группами, но на известном отдалении друг от друга). Пользуясь преимуществом в знании местности, отряды финских партизан блокировали дороги, забитые растянувшимися советскими колоннами, отрезали наступавшие группировки и затем неожиданными атаками со всех сторон изматывали их, стараясь уничтожить.
   Все эти действия финской стороны вынудили советское командование провести масштабное совещание руководства в Москве. На это совещание были вызваны и Зинченко с Петровским. В начале Тимошенко довел новые данные обстановки, полученный из донесений нашей агентурной разведки о прибытии в Финляндию более 50 тысяч добровольцев из стран западной Европы, рассказал о предполагаемых видах вооружения, что были переброшены в Финляндию и возможных действиях вновь созданных частей.
   После этого выступил новый начальник генерального штаба РККА Василевский и рассказал о состоянии наших войск. Как ни странно, однако доклад начальника генштаба был достаточно честным, в нем были раскрыты не только положительные но и отрицательные стороны подготовки и комплектования войск, особо досталось тыловикам, что не смогли обеспечить нормальную логистику и своевременный подвоз боеприпасов до наступающих частей. Потом предложили выступить Петровскому.
   - Товарищи маршалы и генералы - начал свою речь Петровский - на нескольких командно-штабных играх в 1939 году мы уже отрабатывали вопрос ведения противником массированной диверсионной войны на коммуникациях наших войск, и академией генерального штаба РККА был предложен вариант решения данной проблемы. Руководства академии предложило использовать проверенную тактику блокпостов. Через каждые 3-5 км. на ключевых дорогах, от которых зависит снабжение армейских частей выставляются взводные опорные пункты. Задача этих опорных пунктов вести постоянную разведку местности в своем секторе, выявлять и ликвидировать мелкие диверсионные группы противника. При необходимости в прикрытом районе может проводиться ограниченная военная операция по выявлению и уничтожению диверсионных сил противника. Однако командование финского особого оперативного направления при планировании наступательной операции в столь сложной местности проигнорировало опыт ранее проведенных командно-штабных учений, что и привело к столь трагическим последствия для наших войск.
   - Простите товарищ Петровский - поправил докладчика Тимошенко - но ведь я помню, что лично вы на тех учениях критиковали решения синих, и применяли особую тактику диверсантов подрывников из числа местных жителей, что приводило практически к полной ликвидации блокпоста.
   - Так точно товарищ нарком, именно тогда я как член группы наращивания обстановки предложил вводную, согласно которой несколько подготовленных групп смертников атаковали блокпосты во время проверки документов, после чего блокпост брался штурмом силами подготовленного диверсионного отряда, численностью до 50 человек. Именно тогда руководство синих, за которых играли офицеры генерального штаба не смогли решить эту вводную и потеряли за несколько операций сразу десяток блокпостов и получили оперативное окружение из-за перерезания путей снабжения. Но ведь решение было, оно есть и сейчас.
   - Товарищ Зинченко - Тимошенко повернулся к своему бывшему начальнику генерального штаба - а почему вы тогда не подсказали синим вариант решения данной вводной? Может быть, мы смогли бы учесть этот опыт в оперативной подготовке войск и сейчас не топтались бы на месте в финских болотах.
   - Товарищ нарком обороны - кхекнул Зинченко - мы тогда предложили синим ставить блокпосты не на самих дорогах а на незначительном удалении от дорог, кроме того требовалось ограничить перемещение местного населения введя режим военного положения с выдачей каждому жителю приграничного района спецпропусков в которых бы указывались его зона передвижения. А проверку на дорогах осуществлять специально выделенными контролерами за 100-150 метров от места дислокации основных сил блокпоста, что бы исключить поражение личного состава от взрывного устройства террориста-смертника. Кроме того для противодействия ведению огня снайперами, мы предлагали делать обваловку позиции блокпостов на высоте не менее 15, метров. Однако руководство синих проигнорировало данное предложение и ограничилось проведением специальной операции НКВД по отселению местных жителей в тыловые районы. Теперь же мы реально имеем возможность на освобожденных от финнов территориях провести специальную операцию НКВД, а в дополнение к этому прикрыть стратегические дороги блокпостами с учетом полученного во время учений опыта.
   - Товарищ Перовский, как вы считаете - обратился к докладчику нарком обороны - удастся ли нам решить эту проблему за счет ваших блокпостов?
   - Безусловно, только посты проблему не решат. Здесь нужен комплексный подход, нужно организовать непрерывный мониторинг обстановки вблизи ключевых дорог, постоянно вести воздушное наблюдение и инженерную разведку местности не допуская минирование путей движения армейских колонн. Нужно выделять определенную часть артиллерии и штурмовой авиации для нанесения немедленного удара по вновь выявленным целям, а самое главное, нужно активно вести поиск мест дислокации диверсионных отрядов противника. Нужно установить станции радиоразведки и выявить все места дислокации вражеских диверсионных групп, после чего немедленно приступить к их ликвидации. Только наши активные разведывательно-поисковые действия заставят противника перейти к обороне. Сейчас же мы обороняемся, а они наступают, они постоянно на шаг впереди, так как имеют возможность выбирать направление главного удара, концентрировать силы и перерезать любые дороги.
   - Хорошо, товарищи офицеры, я прошу товарища Василевского подготовить распоряжение генштаба о действиях по прикрытию коммуникаций от диверсионных сил врага. Мы не можем позволить себе замедлить скорость наступления только потому, что не в состоянии подвести боеприпасы для артиллерии из-за перерезанных диверсантами дорог. Что касается спецопераций НКВД, то этот вопрос тоже мы рассмотрим. Товарищ Василевский подготовьте письмо товарищу Берии о необходимости проведения спецоперации по полному отселению в тыловые районы местного финского населения с освобожденных нами территорий.
   Через несколько дней, на основных фронтовых магистралях через каждые 3-5 км стали появляться укрепленные блокпосты с танками и минометами, а между блокпостами было организованно постоянное ведение войсковой разведки силами разведывательно-боевых групп. В конечном итоге за две недели финны поняли, что даже усиленная стрелковая рота не в состоянии уничтожить укрепленный блок пост и нападения прекратились, диверсионные подразделения финской армии отошли на запад, а наши войска получили таки нормальное снабжение.
   На Карельском перешейке фронт двинулся вперед, в тяжёлых боях удалось подорвать и захватить еще два ДОТа-милионника, после чего советские войска ввели в прорыв резервную дивизию и повернув налево начали продвигаться к Финскому заливу, 'сворачивая' оборону противника.
   В это время финны безуспешно пытались контратаками сорвать развитие наступления. Так, 28 июня финны атаковали центральные части 7-й армии, но были отбиты с большими потерями. Красная армия, подтянув подкрепления, возобновила наступление на Карельском перешейке по всей ширине фронта 2-го армейского корпуса. Главный удар наносился в направлении Сумма. Также началась артподготовка. С этого дня ежедневно в течение нескольких дней пять дивизий 7-й и 13-й армии проводили массированные артналеты и разведку боем на широком фронте, раздергивая резервы противника, после чего войска перешли в наступление и продвигались по 3-5 км в сутки. К началу июля сопротивление врага резко возросло и стало понятно, что в бой вступили подготовленные и хорошо вооруженные отряды германских, шведских и норвежских 'добровольцев', прибывших из стран антисоветского блока.
   Однако упорными боями войска 7-й армии завершили прорыв полосы обороны 'линии Маннергейма' и ввели в бой танковые соединения, которые приступили к развитию успеха. К 7 июля части финской армии были отведены ко второй полосе обороны, поскольку создалась угроза окружения.
   8 июля финны плотиной Кивикоски закрыли Сайменский канал, и на следующий день вода начала подниматься в Кярстилянярви.
   К 9 июля 7-я армия, взаимодействуя с береговыми отрядами моряков Балтийского флота, захватили несколько прибрежных островов, а 10 июля обе армии Северо-Западного фронта начали наступление в полосе от озера Вуокса до Выборгского залива. Видя невозможность остановить наступление Красной армии, финские войска начали отступление.
   Когда в бой вступил 3-й механизированный корпус, вооруженный новой техников и подготовленный с помощью военспецов-попаданцев, то судьба Финского фронта была фактически решена. Новые боевые машины пехоты имели огромнейшее преимущество, они, прикрывая пехоту противопульной броней, могли поддерживать свою пехоту огнем 12 мм крупнокалиберных пулемётов, снося пулеметные точки финнов. Кроме того плавающие транспортеры могли перемещать пехоту через подтопленные участки местности и подвозить на труднодоступные участки местности 120 мм минометы для оказания огневой помощи забуксовавшей пехоте.
   10 июля 1940 года дорога к Ботническому заливу была пробита, а финские части, начали массовый отход с Линии Манергейма. Однако огромное наличие артиллерии и отлично подготовленных 'европейских добровольцев' не позволило Красной армии организовать масштабное преследование, в целях окружения или блокирования отступающих финских подразделений. Подразделения 3-го механизированного корпуса резко снизили скорость продвижения и к исходу 12 июля практически встали, упершись в быстро подготовленные тыловые рубежи обороны финнов.
   На основании директивы Ставки Главного Военного совета РККА 01447 от 10 июля 1940 года всё оставшееся финское население подлежало выселению с занятой советскими войсками территории. Руководство СССР через французского посла в третий раз предложило Финляндии прекратить боевые действия и произвести законный обмен территориями. К тому же СССР обязалось передать Финляндии 9080 гражданских лиц, задержанных военнослужащими на захваченной территории. В эту цифру включались и более 1000 иностранных добровольцев, попавших в плен. Но мир заключить не удавалось в связи с вступлением в войну Польши.
   Война с Финляндией на карельском перешейке пронеслась очень быстро, буквально за полтора месяца советским войскам удалось прорвать на нескольких направления линию укреплений Маннергейма и штурмовые батальоны начали планомерный захват укреплений. В воздухе произошло несколько крупных сражений, но в виду удаления линии фронта от советских аэродромов воздушные бои постепенно стихли и советская авиация перешла к прикрытию своих войск, методом несением боевого дежурства в воздухе.
  
   И вот тут произошло резкое изменение военной обстановки на манчжурско-монгольской границе. 15 июля 1940 года неизвестные 'монгольские террористы' совершили нападение на Маньчжурскую пограничную заставу. Военно-политическое руководство Маньчжурии потребовало немедленного отвода Монгольско-Советских войск на 100 от государственной границы, а в ответ на отказ это сделать, Маньчжуо-Го обвинило Советский союз в поддержке монгольских террористов.
   17 июля 1940 года маньчжурско-японские войска нанесли массированный артиллерийский удар по флангам советско-монгольской группы войск на Хал-Хинголе и перешли в наступление, а 18 июля 1940 года двумя ударами на Киев и на Минск в войну вступила Польша.
   Вот так и началась мировая бойня, несмотря на все попытки Сталина оттянуть развязывание новой мировой войны, в которой за спиной у Финнов, и Поляков стояли Германия, Великобритания и Франция, а за спиной у Манчжур стояла Япония. А вот США, как и положено, осудило действия СССР, и призвали к решению территориальных вопросов мирным путем при своем, конечно же, посредничестве.
   Ну и правильно, у США не было абсолютно никакой реальной возможности ввязываться в мировую войну в самом её начале, ведь стараниями наших чудо диверсантов началась социалистическая революция в Бразилии, а потом как бушующий весенний потоп, революция начала распространятся на все государства Южной Америки.
   Правительство США взирала на эту революцию с придыханием, так как коммунистические партизанские бригады выполняли для американцев главную геополитическую задачу, революционеры своей кровью вытесняли с Южной Америки геополитических врагов США - Германию, Англию и Францию. Американцы готовились всеми силами поддержать и возглавить народно освободительную борьбу Южноамериканских народов против империалистов, а там можно коммунистические лозунги заменить словами о демократии, свободе, равенстве, братстве и свободном рынке с США. Любая революция делается руками романтиков, а вот пользуются её плодами ВСЕГДА негодяи.
  
   18 июля 1940 года Польша вступила в войну с СССР. Начало войны в Европе было встречено в высших сферах США с плохо скрытым ликованием. Влиятельная 'Нью-Йорк Таймс' выпустила статью с заголовком 'Отныне слово из Вашингтона будет играть решающую роль при установлении мира в Европе'. А еще через несколько дней в той же газете Джон Форстер Даллес (в дальнейшем госсекретарь США) выступил со статьей, в которой предрекал, что после окончания войны в Европе руководство миром перейдет в руки США.
   Выступая перед конгрессменами, госсекретарь США Уоллес Сэмнер сказал, что 'конечная победа может быть обеспечена только длительной и отчаянной войной, которая приведет Европу к полному экономическому и социальному крушению'. Сенатор-демократ Гарри Трумэн, это тот, кто в реальной истории с 1944 г. являлся вице-президентом США, а с апреля 1945 по январь 1953 г. - был президентом. Так вот, Трумэн на заседании Конгресса США заявил: 'Наше поведение в отношении Европы должно быть прагматичным. Если мы увидим, что выигрывает Польша и её союзники, то нам следует помогать России, а если будет выигрывать Россия, то нам следует помогать странам западной демократии, и, таким образом, пусть они убивают друг друга как можно больше'.
   Однако зря радовались банкиры из США, Адольф не был ручной собачкой и не собирался плясать под их дудку, так как в открытую войну с СССР он не вступил. На заседании военного совета Гитлер сказал: 'Германия не должна вести открытую войну с советами, мы будем стоять за спинами поляков и финнов, пока франки и бритты не втянутся в эту бойню по уши'.
   Великобритания с самого начала стала размещать свои войска в Северной Норвегии для обеспечения действий своего флота против Мурманского и Архангельского портов СССР, однако Англия в войну не вступала, а ограничилась лишь выделением военной помощи финскому руководству. Германия сославшись на угрозу полного захвата советами Финляндии и далее Швеции потребовала себе исключительные права на Швецию, после чего начала готовить десантную операцию на шведское побережье. Эта операция была названа 'Свобода Стокгольму'. Несмотря на все протесты британского руководства Германия, заявляла, что если сейчас не предпринять решительных мер, то сталинско-азиатские орды ворвутся на территорию независимой Швеции и тогда остановить коммунистическую заразу будет уже невозможно, так как за Швецией неминуемо падет и Норвегия.
   Советские войска, как ни странно, но продолжать наступление не собирались. Задачи войны были выполнены, финская граница была отодвинута на северо-запад, значительная территория карельского перешейка перешла под контроль СССР, стратегически важные острова в Финском заливе также были захвачены нашими моряками в ходе нескольких крупных десантных операциях. Советские части начали восстанавливать разрушенные доты и закрепляться на бывшей Линии Маннергейма, приводя части в порядок и пополняя припасы. В этой ситуации, было совершенно непонятно, с какой целью в войну вступает Польша, так как Сталин фактически выполнил требования польского ультиматума и за укрепления Линии Маннергейма в глубь Финляндии войска не продвигал.
   Советские послы в Лондоне и Париже сообщали, что в 'кругах, близких к правительственным' имеется желание как можно дольше не втягиваться в войну с СССР, по крайней мере, пока в эту войну не втянется Германия.
   Через северные территории Норвегии британская армия начала поставлять Финляндии вооружение, включая артиллерию и танки, а Германия начала оказывать активную военно-техническую помощь Польше. Когда Финляндия запросила поставку бомбардировщиков для атак на Ленинград, а также для разрушения железной дороги на Мурманск, последняя идея получила поддержку со стороны Фицроя Маклина (Fitzroy MacLean) в Департаменте Севера: помощь финнам в уничтожении дороги позволит Великобритании 'избежать проведения той же операции позже, самостоятельно и в менее выгодных условиях'. Начальники Маклина, Коллиер и Кадоган, согласились с рассуждениями Маклина и запросили дополнительную поставку самолётов 'Бленхейм' в Финляндию. Правительство Великобритании исходило из того, что теперь врагом Британии была не Германия, а СССР. При этом англичане считали свою позицию не идеологической, а чисто гуманитарной.
   Начальник французского генерального штаба Гамелен отдал указание на планирование операции против СССР на Кавказском направлении, так как с точки зрения Франции, вести войну СССР необходимо за пределами французской территории, однако Франция также старалась затянуть вступление в войну. Великобритания поддерживала агрессивные французские планы и предложила совместную атаку на нефтяные поля в Баку, при этом в секретном франко-английском договоре было указанно, что при высадке французского десанта в Грузии и начале Кавказской операции, британский флот начнет операцию по захвату портов Архангельск и Мурманск. Однако оба союзника ждали вступления в войну Германии.
  
   В ответ на недружеские действия американцев советское руководство предприняло ряд ответных мер, результатом которых стало секретное совещание при президенте США.
   - Господа - встал с кресла представитель Рокфеллера - я имею миссию по доведению до вас особо секретной информации. Данная информация получена нами лично из рук наркома НКВД СССР товарища Берии.
   - При каких обстоятельствах вы получили эту информацию? - спросил президент Рузвельт.
   - Я являюсь представителем мистера Рокфеллера в Баку, и моя задача обеспечение безопасности транспортировки нефти из советских портов до портов наших заказчиков. Десять дней назад меня пригласили в областной отдел НКВД якобы для передачи особо секретной информации о подготовке нападения на наши танкеры. Прибыв в указанное место, я встретился там с господином Берией.
   Как долго длилась ваша беседа?
   - Не более 15 минут.
   - По порядку, пожалуйста, не пропускайте ничего.
   - Товарищ Берия вначале поинтересовался здоровьем мистера Рокфеллера, затем вашим здоровьем, после чего сказал, что обстановка в мире начала резко меняться, и появились силы, что хотят управлять миром.
   - Забавно - улыбнулся президент - продолжайте.
   - Берия сказал, что эти люди замыслили новую мировую войну, результатом которой станет полное уничтожения известного нам мира. После чего в кабинет зашел неизвестный мне сотрудник НКВД и поставил на стол коробку. Берия сказал, что эта коробка для вас и ваших друзей, после чего мы попрощались и я уехал в свой офис.
   - Вы изучили эту коробку? - спросил советник президента США мистер Тагуэлл.
   - Конечно - удивился представитель Рокфеллера - вы ведь не думаете, что мы доверяем советам настолько, что бы притащить эту коробку сюда без детального её изучения. Там могла быть бомба или смазанные ядом книги, да всё что угодно - махнул рукой рассказчик - вы не представляете какую хитрость могут придумать эти азиаты, если решат вас устранить.
   - Итак - подвел итог разговора - сколько людей знают о содержании этой коробки кроме вас?
   - Уже нисколько, там были два диска с кинофильмами, мы их просмотрели, в подготовке и просмотре фильма, так или иначе, участвовали 5 человек. Однако трое других свидетелей попали в автокатастрофу и погибли, прискорбный случай - пожал плечами ответчик - так что теперь эту информацию знает только особо доверенный круг лиц.
   - Это предусмотрительно - задумчиво произнес Рузвельт - ну что же запускайте кинофильм.
   Сорок минут пока шёл кинофильм в зале стояла гнетущая тишина, даже после того как фильм закончился и включили свет еще минут десять все молчали, после чего президент произнес.
   - Да, интересное кино. И что вы об этом думаете? Мистер Брикс, а что сказал мистер Рокфеллер по поводу этого фильма?
   - Он сказал, что это может быть правдой и приказал мне немедленно вылетель в штаты, вот я и здесь.
   - Господин президент - тихо сказал советник Тагуелл - вы должны указать узкий круг лиц, что изучат досконально этот фильм, после чего мы предоставим вам всю аналитическую информацию.
   - Это будет потом - резко ответил Рузвельт - а сейчас я хочу знать насколько это реально, все то, что там показано?
   - Если учитывать, уже полученную ранее нами информацию и то, что показано в этом фильме, то картина проясняется - пожал плечами Тагуелл - мы ранее уже обсуждали вопрос о путешественниках во времени, которые попали к Гитлеру, и мы предполагали, что такие же люди есть и у Сталина, вот это подтверждает наши предположения.
   - В этом фильме говориться о том, что Германия нападет на Францию, захватить Данию и Норвегию, в общем, немцы оккупирую всю Европу, будут нещадно бомбить Англию и нападут на СССР, а японцы нападут на нас. В этом фильме говорится, что мы с русскими будем вместе воевать против Адольфа и только общими усилиями и огромными потерями освободим Европу. Но я не понял, зачем нам передали этот фильм, на что нам намекает Сталин?
   - Может он считает, что по одиночку нам не справиться с набирающей мощь Германией и её союзницей Японией?
   - Все возможно господа - ответил Рузвельт - однако я не пойму, зачем такая сложность? Почему нам эти фильмы не передал их полномочный представитель в США, почему эти фильмы передали не через Уманского?
   - Сталин не доверяет никому - ответил Таугелл - вероятнее всего он думает, что никому из его послов нельзя доверять, везде агенты Троцкого и мировой буржуазии.
   - Я всё равно не понял - в конечном итоге эти фильмы и попали в руки этой самой мировой буржуазии, разве не так?
   - Тут вы немного не правы, господин Рузвельт - усмехнулся советник - этот фильм мог попасть вам напрямую и тогда бы вы, возможно, скрыли бы важную информацию, а так через мистера Рокфеллера эта информация дойдет до всех заинтересованных людей и не позволит нам скрыть информацию о будущей катастрофе, наверное так мыслил Сталин.
   - Что говорит Лоуренс Штейнгардт? - спросил президент.
   - Он сказал, что его пригласили к Молотову на понедельник для доверительной беседы.
   - Сталин даёт нам время обдумать полученную информацию и подготовить нашего посла к беседе с Молотовым.
   - Ну, что же - президент задумчиво постучал пальцами по столу - собирайте малый совет, подумаем, что ответить горцу.
  
   В то время как советские штурмовые подразделения завершали захват укрепленных позиций Линии Маннергейма и начали укрепляться на захваченных рубежах, польские части приступили к штурму оборонительных сооружений 'Линии Сталина'.
   В Советском Союзе эти укрепрайоны официально никогда не называли 'Линией Сталина'. Так их именовала только немецкая пропаганда и западная пресса. Это название впервые возникло в декабре 1936 года, в статье русскоязычной газеты 'Сегодня', издававшейся в Латвии. Общая протяжённость фортификационной линии составляла 1850 км, причём между укрепрайонами были оставлены проходы, таким образом, длина линий укрепрайонов составила 1200 км. Первоначально были построены 13 УР: Карельский, Кингисеппский, Псковский, Полоцкий, Минский, Мозырский, Коростенский, Киевский, Новоград-Волынский, Летичевский, Могилёв-Подольский, Рыбницкий, Тираспольский укрепрайоны. Эти укрепрайоны были протяжённостью от 50 до 150 км по фронту, включали передовые позиции и препятствия глубиной до 12 км и основные позиции глубиной около 4 км. По возможности, фланги УРов прикрывались естественными препятствиями, и каждый УР должен был прикрывать важный маршрут.
   В 1938 году началось строительство ещё восьми новых УРов между уже существовавшими: Островский, Себежский, Слуцкий, Шепетовский, Изъяславльский, Старо-Константиновский, Остропольский, Каменец-Подольский укрепрайоны.
   На этой линии, не считая Карельского УРа было 142 каземата и позиции для полевой артиллерии калибра 76 мм, 248 казематов и бункеров для противотанковых орудий калибра 45 мм и 2572 казематов и пулеметных бункеров.
   Больше всего построенных сооружений было в Минском УРе - 33 артиллерийских, 114 противотанковых, 401 пулемётных. Бетонная защита ДОТов на главных направлениях была способна выдержать попадание снаряда 203-мм гаубицы. В УРах имелись также сооружения для пунктов управления, системы связи, склады боеприпасов, убежища для войсковых подразделений и боевой техники, предусматривалась система заграждений, траншей, укрытий. В мирный период предполагалось занять полосу УРа специально созданными стрелковыми дивизиями и корпусной артиллерией. Некоторые УРы еще не были достроены и на них отсутствовали артиллерийские позиции, это Полоцкий, Мозырский, Коростеньский, Летичевский и Рыбницкий УРы. К тому моменту как стало понятно, что готовится большая война на западном направлении, на недостроенные УРы вышли механизированные подразделения РККА, личный состав начал закапывать и маскировать бронетехнику в не достроенных инженерных сооружениях.
  
   Польские войска нанесли свой удар именно на направлениях недостроенных УРов. Поляки ударили по позициям Полоцкого УРа с целью прорвать неподготовленные позиции красных и обойти хорошо укреплённый Минский УР. Кроме того второй массированный удар наносился на направлении Коростеньского УРА с задачей быстро выйти на подступы к Киеву.
   Началось польское вторжение с массированного налета польских двухмоторных бомбардировщиков ПЗЛ-37, и нанесения артиллерийского удара на участках прорыва. После чего к линии ДОТов и ДЗОТов полезли штурмовые группы, однако поляки не немцы, и прорвать так быстро передовые укрепления "Линии Сталина" им не удалось, несмотря на то, что часть строительных работ на линии укреплений не была завершена. Польские части нанесли два основных удара именно по тем направлениям, где, по их мнению, были меньше всего отстроены оборонительные сооружения Красных.
   Однако мощнейшее зенитное воздействие на авиацию противника практически свело на нет дневные налеты вражеской авиации, а попытки ночных налетов вдруг показали абсолютную неподготовленность польских летчиков. К тому же в воздухе постоянно велись массированные воздушные бои, а советская авиация нередко совершала налеты на приграничные польские аэродромы. Когда стало совершенно очевидно, что польская авиация не в состоянии противодействовать сталинским соколам, то на третий день боев в небе над Польшей сталинские соколы встретили немецкие самолеты Мессершмитт Вf 109 с нанесенной на крылья польской символикой. Возникла патовая ситуация, советские летчики не могли бомбить польские аэродромы из-за прекрасно действующей системы защиты этих аэродромов от ударов с воздуха, а польские самолеты не могли разнести нашу авиацию на советских аэродромах по той же причине.
   В результате неудачно начавшейся воздушной войны в бой вынуждены были вступить сухопутные польские части.
  
   - Стой! Стой курва! - орал польский офицер на бежавших с передовой солдат - стой, пся крев!
   Всего пол часа назад штурмовая группа польских солдат прикрывшись дымами, поползла с ящиками взрывчатки в сторону русских ДЗОТов. Потом послышались частые выстрелы, пулемётный огонь, и вот сейчас с поля боя бегут выжившие штурмовики.
   - Пан поручик - на плохом польском языке проговорил немецкий военный советник - пан поручик, нужно артиллерию на прямую наводку выкатывать.
   - Господин Франц - покачал головой поручик - вы же видели эту местность. Мы не протащим тяжелые пушки, а 37 мм не берут их ДЗОТы.
   - Дайте мне одно орудие, 10 человек, и вон вдоль того лесочка запустите дымы, что бы прикрыть наш выход на позицию, и я расковыряю вам этот дот за 10 выстрелов.
   - Здесь неподалёку находится 14 дивизион конной артиллерии с 75 мм орудиями, я попрошу командира, он даст нам одну пушку - закивал головой поручик.
   Примерно через час к позициям штурмовой роты 3 батальона 1 полка легкой кавалерии Йозефа Пилсудского подъехали две конных пары с полевым 75 мм орудием и снарядными ящиками.
   - Сюда, пан, сюда - махал молодой худой солдатик - там пан поручик, там.
   - Франц, Франц - заорал поручик - сюда Франц, там орудие привезли, командуй.
   - Дым поручик, через 15 минут нужен дым - скомандовал немец - эй, зольлдатэн, ком, ком, давай сюда.
   С опаской к немцу подошли 10 человек со стрелкового отделения, выделенного поручиком для уничтожения ДЗОТа.
   - Зейчас, как пойдет дым - начал объяснять немецкий советник-инструктор - мы берем это орудие и на руках тащим, вон к тому кусту. Шнель, быстрее.
   Солдатики осторожно начали пристраиваться к колесам полевого орудия.
   - Вы вдвоём - немец указал на двух польских солдат - берете два снарядных ящика и за мной.
   На опушке леса, чуть присыпанный землёй и приваленный срубленными от взрыва деревцом стоял танк Т-34 в окопе. Снарядов было мало, но так прекрасно работал пулеметом, задача танкистов была простая, нужно было прикрыть артиллерийский ДЗОТ от проникновения к нему штурмовых групп пехоты. Вот уже трижды польские войска наносили массированный артиллерийский удар, после чего запускали дымы и нахрапом лезли вперед штурмовые группы с взрывчаткой. Местность перед ДЗОТом была непроходима для танков. Поляки, было, выдвинули на опушку леса пулемётную танкетку, но эту танкетку подбили сразу.
   - Товарищ старший лейтенант - прокричал заряжающий, что наблюдал в своем секторе через щель в броне - там опять дым, сейчас полезут.
   Старший лейтенант приник к прицелу, так и есть дым, только далековато этот дым. Если хотят прикрыть выдвижение штурмовиков, то зачем пускать дым в 800 метров от ДЗОТа. Сержант задумался и взял переговорное устройство, потом нажал тангенту.
   - Ель, Ель, я Каток - размеренно проговорил командир - ориентир 5, дальше 500, вижу дымы. Думаю, там пушку катят, дайте пару мин.
   - Шшш-пр-ш - послышалось в радиостанции, потом тихий, скрипящий голос - Каток, я Ель даю пристрелочный, наблюдай.
   Потянулись минуты.
   - Шшш-пр-ш - опять послышалось в радиостанции - Каток, я Ель, ну что там?
   - Ель, Ель, я Каток, ваш выстрел не вижу, прошу повторить.
   - Что опять ворон бьют? - спросил наводчик.
   - Тихо, не отвлекаться, наблюдай.
   - Есть взрыв, вижу - заорал наводчик - недолет 100, и левее 200.
   - Понял тебя Алексей, молодец чертяка, глазастый, смотри дальше - обрадовано сказал командир и опять взялся за переговорное устройство - ель, я Каток, ближе 100, левее 200, доработай наводку и давай сразу 5 мин. Я Каток, как понял?
   - Понял тебя каток, наблюдай.
   Как только пошёл дым, Вольфган Франц, немецкий военный советник при командире штурмовой роты подал команду и сам, взявшись за колесо, подбадривая польских солдат начал толкать 75 мм полевое орудие на позицию прямого выстрела. Это была старая испанская тактика, когда коммунисты сидели за своими баррикадами в тесных городских улочках, то бывало, что взять их штурмом не было никакой возможности. Танки в таких узостях не пройдут, авиация при бомбометании, просто клала бомбы наугад, опасаясь обстрела с земли, вот немецкие добровольцы и придумали тактику выкуривания. Вначале пускали дым, а под прикрытием дыма выкатывали на прямую наводку орудия и начинали в упор расстреливать баррикаду, уже после 2-3 выстрелов испанские коммунисты бросали позиции и бежали.
   Однако сегодня Вольфгану не повезло, старший лейтенант Петляков, тоже был на той войне. Он командовал на той войне одно башенным танком Т-26 с 45 мм пушкой. Ох и врезали же они франкистам под селом Сесеньи, правда там погибли два экипажа наших танков, а танк Петляков потерял гусеницу. И вот тогда он увидел дым, а потом высунулся с люка и услышал звуки подходящих танков немецких добровольцев на ПЗ-1. Долго не думая Петляков нырнул в люк и по дороге в сторону дыма выпустил 5 снарядов, и тогда советскому танкисту повезло, он попал и подбил немецкий легкий танк.
   Вольфган, развернул полевое орудие и начал прицеливаться, сейчас уйдет дым, и пока русские сообразят, он сможет выпустить 3-5 снарядов по орудиям ДЗОта. Однако внезапно послышался шелест и рядом с орудием взорвалась первая мина, после первого взрыва Францу повезло, и он успел спрятаться за щитком, только осколки мины простучали по защите, а вот вторая мина упала в 5 метрах позади немецкого инструктора.
   Когда дым окончательно развеялся, Петляков аж присвистнул.
   - Ого, хорошо миномётчики отработали, накрыли орудие на пятёрочку.
  
   Мощные артобстрелы укрепрайонов также не дали того, эффекта, что ожидали польские генералы. Советы не позволяли артиллерийским дивизионам поляков работать более 10 минут. За это время посты артразведки вычисляли примерное нахождение позиций польской артиллерии и наносили удары по этим районам.
   Когда в ночное время к дотам ползли штурмовые группы польских подразделений, то в глубине обороны русских начинали работать 120 мм минометы, что били практически по своим позициям, отсекая польскую пехоту от советских ДОТов и ДЗОТов.
   Вот и сейчас расчет польского орудия так и не смог выполнить поставленную задачу и уничтожить 76 мм орудие красных, что не позволяло обойти главный ДОТ УРа с фланга.
   К Линии Сталина подошли подкрепления, и артиллерия обеих сторон начала планомерное перемалывание личного состава.
   Уже 20 июля польские генералы и их немецкие консультанты осознали, что требуется применить, что то новое. И в ночь с 22 на 23 июля на участках Полоцкого, Мозырьского и Коростеньского УРов подъехали сотни автомобилей с бочками, а потом по польским позициям пронесся приказ 'Одеть противогазы'.
   Ровно в 4 часа тяжелые желтоватые облака медленно поползли к позициям красноармейцев.
   На передовой огневой позиции стоял танк в окопе с экипажем старшего лейтенанта Петлякова. Вот уже три дня и три ночи красноармейцы ведут позиционные бои на 'Линии Сталина', каждую ночь танкисты меняют огневые позиции, что бы укрыться от непрекращающегося огня артиллерии. Сегодня ночью радиоразведка получила перехват приказа о подготовке общего польского наступления на всем участке Полоцкого УРа, вот командование и отдало приказ передвинуть танк на 400 метров вперед, где заранее был вырыт танковый окоп. В специальной танковой школе переподготовки командного состава Бронетанковых войск РККА офицеров учили, что танк в обороне - это в первую очередь кочующее огневое средство, для которого готовятся, основные и запасные огневые позиции. Для экипажа старшего лейтенанта Петлякова было оборудовано две запасные огневые позиции на флангах прикрываемого артиллерийского ДЗОта, основная позиция - на небольшом болотном перешейке и передовая позиция на опушке леса в 400 метрах от основной линии обороны.
   Все устали и были истощены постоянными недосыпания, однако уровень подготовки танковых экипажей значительно повысился из-за регулярно проводимых взводных и ротных тактических учений. Для непосредственного прикрытия танка Петлякову выделялось стрелковое отделение солдат пулемётного батальона УРа. Командир танка организовал боевое дежурство наблюдателей и, поерзав на своем месте осторожно откинулся на щиток пушки и уснул. Разбудил Петлякова стук прикладом по броне, а потом разрывающий легкие кашель механика, что был дежурным наблюдателем от экипажа.
   - Газ, кхе, кхе, газ, товарищ старший лейтенант - заорали с наружи.
   Петляков с трудом открыл глаза, голова кружилась, а дышать реально становилось тяжело.
   - Газы - заорал, откашливаясь, командир - экипажу одеть противогазы.
   Пехота же не стала проявлять геройство и все 10 красноармейцев группы прикрытия танка начали панический отход с занимаемых позиций. Красноармейцы бежали, спотыкались, кашляли и падали, не в силах даже соображать, животный ужас объял людей.
   - Задраить люки, закрыть тряпками смотровые щели - скомандовал командир. Его слова были еле слышны под маской противогаза, но экипаж услышал и начал в панике, доставать запасные комплекты комбинизонов и, отрывая, то рукава, то штанины затыкать смотровые щели танка, через которые проникал едкий желтоватый газ.
   Утром, под прикрытием дымов польские штурмовые батальоны пошли на прорыв. Вот польские солдаты броском преодолели простреливаемое пулеметами ДЗОТа пространство, и пошли на сближение с надоевшей дерево-земляной крепостью, как вдруг на опушке леса один из солдат обнаружил танк в окопе.
   - Пан поручик, пан поручик - заорал солдат - там советский танк.
   - Не ори, ты - цыкнул поручик - где расчет противотанкового ружья? Противотанкисы ко мне. Збышко!
   Через какое то время появились два солдата с огромным ружьем.
   - Вон танк - поручик показал пальцем - займите позицию и уничтожьте его, а ты Збышко, возьми две гранаты и ползи с лева от танка вон по тому кустарнику.
   Петляков несколько раз терял сознание, не взирая на наличие противогаза, видно в самом начале много газа глотнул, механик лежал головой на приборной панели и не подавал признаков жизни, а заряжающий и стрелок радист были вроде живы, но тоже как, то сникли и сидели, молча, стараясь даже не шевелиться. Расшевелил танкистов удар по башенной броне.
   - Внимание - скомандовал Петляков - наблюдаем, ищем врага.
   Потом как то слишком быстро прозвучал второй удар по башне слева и чуть впереди, по пушке стараются попасть, подумал командир и бьют с противотанкового ружья.
   Взявшись за ручки поворотного механизма башни командир начал вращать колесо привода башни.
   - Осколочный заряжай.
   - Готово - послышался выкрик заряжающего.
   Петляков приник к окуляру прицела и несколько раз, поведя ствол влево и вправо обнаружил подозрительное копошение под разлапистым кустом.
   - Выстрел - заорал Петляков и нажал педаль спуска - осколочный заряжай.
  
   Поручик Бшевский отдал команду разобраться с мертвым танком и поспешил вперед к позициям пехоты, где он ожидал увидеть в окопе дохлых красных с потоками пены у рта, но вдруг за спиной прозвучал выстрел 76 мм танковой пушки, потом второй, третий, и поручик оглушенный взрывом потерял сознание.
   Двадцать минут танк старшего лейтенанта Петлякова вел бой с прорвавшейся штурмовой ротой поляков, но стрелковые ячейки пулеметных колпаков молчали, периодически стреляло только 76 мм орудие ДЗОта. Однако без поддержки пехоты, долго артиллеристы и танк продержаться не смогли, один как говориться в русских поговорках '.. в поле не воин'.
   В начале молодой солдат штурмовой роты, превозмогая собственный страх, подполз на 10 шагов и быстро привстав, произвёл бросок противотанковой гранаты по русскому стальном монстру, заставив тот замолчать навечно, а через какое то время три сапера установили два ящика специальной взрывчатки у железной двери русского ДЗОТа и подорвали её, а потом в дверь просунулся небольшой патрубок ранцевого огнемета и внутрь ворвалась горящая струя.
   Бои на основных инженерных позициях Полоцкого УРа с различной интенсивностью проходили весь световой день, а ночью опять пустили газ.
   Польской штурмовой пехоте удалось пробить брешь, и в прорыв сразу бросились мобильные польские части. Контратака приданными танковыми взводами позволила командиру пулеметного батальона остановить продвижение прорвавшихся польских подразделений, но произошло катастрофическое для обороняющихся событие. Поляки вышли на позиции зенитной артиллерии, в результате чего зенитчикам пришлось вступить в бой с прорвавшимися легкими танками и пехотой противника. Именно этим и воспользовались немецкие авиационные добровольческие подразделения на хорошо известных 'Штуках', и вновь разгорелись воздушные бои. Немецкие лётчики применили новое оружие. Вначале несколько десятков бомбардировщиков сбрасывали с пикирования бомбы, но бомбы не взрывались, а лишь проникали в землю на 2-3 метра. Подрыв произошел одновременно, после того как сработали часовые механизмы. Новая тактика действия немецкой авиации позволяла достаточно быстро выводить из строя не только дерево-земляные оборонительные сооружения, но и бетонные коробки ДОТов.
   Сосредоточив на участках прорыва кратно превосходящее количество личного состава, артиллерии и авиации поляки уже 24 июля смогли прорвать Полоцкий и Коростеньский УРы. К вечеру через захваченные позиции уничтоженных УРов начали продвигаться конные польские части, усиленные легкими танками. На встречу прорвавшимся польским частям двинулись механизированные ударные группы советских войск.
  
   Ситуация на белорусском направлении Западного фронта изменилась в один момент, и руководство страны осознав, что противник начал широкомасштабную войну на уничтожение приняло решение нанести бомбовый удар по Варшавскому железнодорожному узлу, который является основным узлом снабжения всей польской группировки и где были сосредоточенны множество эшелонов. Огромная территория, забитая складами и эшелонами с войсками, боеприпасами и боевой техникой при относительно слабом зенитном прикрытии. Замысел командования был прост, в случае удачного налёта противник терял не просто армейские склады, а терял узловой пункт снабжения войск.
   24 июля 1940 года в ответ на применение польскими войсками химического оружия под прикрытием 60 истребителей 40 новых 4-х моторных дальних бомбардировщиков ТБ-3 нанесли ночной бомбовый удар по железнодорожному узлу Варшава. Удар был страшным, с неба на грешную землю посыпались сотни вакуумных бомб, разработанных группой профессора Кульчитского, быстро разгоревшийся пожар огненным штормом понесся на мирно спящий город. Такого эффекта не ожидал никто, особенно никто не предполагал больших потерь среди мирного населения. Как позже оказалось на данной станции стояли несколько немецких эшелонов с химическим оружием.
   Этот удар стал основанием для вступления в войну Великобритании и Франции, которые обвинили Сталина в варварской бомбардировке мирного польского города и применении против мирных жителей химического оружия. Наши посольства в Лондоне и Париже передали 'западным партнерам' всю возможную информацию о нарушении Польшей конвенции Лиги наций о запрещении применения химического оружия, но германский посол Рибентропп, еще 22 июля 1940 года передал по дипломатическим каналам 'данные немецкой разведки' о наличии на позициях красных баллонов с хлором и синильной кислотой. А когда СССР попытался обвинить поляков в применении химического оружия, то Германия заявила, что это случайный снаряд, выпущенный из польской гаубицы якобы повредил советский склад с отравляющим веществом. А азиатские варвары, использовали данный факт как предлог для бомбардировки мирной Варшавы.
   Решением парламентов Франции и Великобритании, эти две 'самые демократичные' страны западного мира объявили о начале широкой военной поддержки вооружением и имуществом воюющим свободным народам Финляндии и Польши против азиатских варваров. Вместе с тем, ни Англия, ни Франция и уж тем более ни Германия в войну так и не вступили. Гитлер лишь выразил озабоченность и призвал все страны соблюдать соглашение о применении конвенциональных видов вооружений, однако заявил, что не собирается препятствовать немецким добровольцам отправляться на фронт.
  
   Польша в ответ на бомбардировку Варшавы, предприняла попытку нанесения массированного авиа бомбового удара по Минску и Киеву, однако удар двух авиационных полков, численностью 60 и 50 бомбардировщиков ПЗЛ-37 был отбит. Советские радарные станции своевременно оповестили о приближении армады польских бомбардировщиков и в небо были подняты авиационные полки новых реактивных истребителей ЛаГГ-1. Это был настоящий козырь Сталина, за короткое время советским инженерам удалось скопировать и наладить производство чешского учебно-боевого реактивного самолета попаданцев Л-29. Самолет получился сырой, имел слишком низкий ресурс двигателей, но все таки он летал, а вооруженный двумя 23 мм автоматическими пушками этот самолет превращался в страшного хищника. Бой был тяжелый, так как наши реактивные истребители наводились на цели расчетами РЛС по радиостанциям, а при обнаружении противника бой вели только при подсветке прожекторов. Однако, массированное применение заградительного огня 85 мм зенитными пушками, распределение работы истребительной авиации и зенитной артиллерии по высотам, а также предпринятая светомаскировка заставило противника нервничать и сбрасывать свой смертоносный груз на большом удалении от городов.
   Несмотря на все предпринятые меры, избежать бомбардировки не удалось, так как новые реактивные двигатели потребляли слишком много авиационного керосина и ЛаГГ-1 мог держаться в воздухе всего 1 час, после чего приходилось уходить на аэродром для дозаправки, вот часть польских бомбардировщиков и сумела прорваться к Киеву. В начале командиры эскадрилий ПЗЛ-7 'Лось' сбросили осветительные бомбы, а потом по сигналу осветилок открылись бомболюки прорвавшихся к городу бомбардировщиков и на головы мирных жителей Минска и Киева посыпался смертоносный груз. Как потом оказалось, часть боеприпасов была снаряжена хлором. Но Польша получила страшный удар, большая часть их самолетов на свои аэродромы так и не вернулась.
  
   Попытка налета на Ленинград тоже была отражена, при чём практически с полным уничтожением вражеской авиации. С польских аэродромов к Ленинградским объектам пошли 70 самолетов, а с аэродрома Хельсинки взлетело, и направились к советской границы по Финскому заливу 50 бомбардировщиков. Радарные станции 'наследников' с 60 км обнаружили подлет большой группы воздушных целей и по вражеским самолетам ударили стоящие на передовой позиции ракеты тактических зенитных комплексов 'Стрела-10', значительно проредив строй польских бомбардировщиков, а чуть позже по польским самолетам ударили расчеты 'ТОР-2М'. Финские самолеты, что шли на высоте 6000 метров над финским заливом были обнаружены кораблями Балтийского флота.
   Решением Сталина еще в 1939 году на линкоры 'Марат' и 'Октябрьская революция' в целях обеспечения противовоздушной обороны были установлены по два боевых блока с зенитных установок 2К22М1 "Тунгуска-М1". Армаду финских бомбардировщиков обнаружили еще за 30 км от кораблей, а когда собранные в один кулак финские бомбардировщики проходили над кораблями, то по ним ударили ракеты 'Тунгусок'. Финские лётчики не смогли понять, что происходит, и потеряв всего 18 машин продолжили полет прежним курсом, однако над Кронштадтом по финским бомбардировщикам ударили расчеты 'Тор-2М'.
   Массированным ночным боем решили воспользоваться и немецкие конструкторы. По приказу Гитлера в момент массированного налета финской и полькой авиации на Ленинград с эстонской территории по городу вождя мирового пролетариата был нанесен удар 30 ракетами ФАУ-1. Однако система ПВО попаданцев обнаружив массированный подлет целей, сбила практически все немецкие ракеты.
   Первый этап воздушной войны был окончен, несколько массированных авиационных ударов по советским городам не привели к большим разрушениям и жертвам. Противник потерял огромное число самолетов, но в результате нескольких ночных боев были растрачены практически все имевшиеся у 'наследников' ракеты, и теперь стоило рассчитывать только на пушки 'Тунгусок', несколько сотен переносных комплексов ПЗРК 'Верба' и мужество наших пилотов истребительной авиации.
   Советское руководство сумело произвести на противника неизгладимое впечатление, потеряв за несколько неудачных налетов практически всю свою бомбардировочную авиацию, финское руководство начало задумываться о мире на ранее предложенных Сталиным условиях, а вот поляки в панике бросились к Гитлеру.
   Впервые произошли столкновения в воздухе двух лучших на тот момент в мире самолетов, немецкого истребителя 'Мессершмитт-109' и первого реактивного советского истребителя ЛаГГ-1. Немецкими самолетами управляли 'добровольцы', поэтому на крыльях была нанесена польская символика в виде шахматной доски, а вот советскими самолетами управляли лучшие летчики Московской академии авиации, где происходило переучивание пилотов на новый тип машин. Так как самолет был ужасно дорогой, то производился он чрезвычайно медленно, то есть за пол года СССР смог произвести всего 60 новых реактивных истребителей. Из произведенных самолетов перед войной с финнами были сформированы две авиационные эскадрильи, а остальные самолеты были направлены в учебные авиационные школы и центры. Первая истребительно-реактивная эскадрилья перебазировалась на полевые аэродромы под Минском, а вторая разместилась в городе Киев.
   Первая истребительно-реактивная эскадрилья капитана Степановского на ЛаГГ-1 прикрывая минское небо, столкнулась в небе над государственной границей с численно превосходящей группой немецких 'лётчиков-добровольцев', управляющих самолетами Мессершмитт БФ-109. Завязался тяжелый бой, где новым советским самолетам противостояли лучшие немецкие летчики, имевшие опыт испанской компании и средний налет 500 часов на пилота. Мессершмит мог вести бой на скорости в 510 км/час, а вот ЛаГГ-1 выдавал на форсаже до 550, кроме того новыми ЛаГГ управляли также не молодые выпускники летных школ а пилоты-инструкторы, и вооружение у ЛаГГ было намного мощнее.
   Результаты боя оказали сильное влияние на немецких инструкторов и советников, они посчитали, что именно новые самолёты дали возможность русские выйти из того боя почти без потерь. Три сбитых советских самолета упали на нашей территории, где сразу были обнаружены поисковыми партиями наших войск. Немцы потеряли семь самолетов, часть из которых упала также на нашей территории, а пилоты попали в плен. После этого несколько раз польские истребители попали в мясорубку новых ЛаГГов, финалом воздушных боев стал приказ Геринга: '... в бой с новыми русскими самолетами над территорией СССР не вступать. Немецким летчикам надлежит как можно быстрее отвернуть назад и попытаться заманить русских на польскую территорию, где навязать противнику бой. Все воздушные схватки, с новыми русскими самолетами вести только имея значительное численное превосходство в технике'.
   Все, кто имел хоть какую то здравую часть рассудка прекрасно понимали, что бравурного марша с песнями по России не получится, слишком быстро Сталин смог разгромить приграничные финские армии и слишком сильным преимуществом обладает противник в воздухе. Однако это, именно это пугало всех 'западных партнеров'. Германия, Британия и Франция прекрасно понимали, что именно сейчас есть шанс коллективными усилиями разгромить Сталинскую Россию, именно сейчас есть шанс, а вот через год, шансов может уже и не быть.
  
   Для Германии эта война на востоке проходила по плану, пока поляки втягивались в смертельное противостояние с русскими, Германия решала свои территориальные вопросы. Под предлогом войны с Югославией Германия провела скрытную мобилизацию своей армии.
   Поводом для войны стала провокация. 20 июля 1940 года неизвестные лица, славянской национальности устроили митинги протеста в Белграде и потребовали от Германии вступить в войну с азиатской и варварской России. После чего, произошло неслыханное преступление, митингующие приблизились к посольству Германии в Белграде и забросали в знак протеста посольство бутылками с горючей смесью. В результате возникшего пожара в здании германского посольства погибли трое и пострадали более 20 человек. В стране как то внезапно начались массовые митинги протеста против действующей власти в Белграде они охватили все учебные заведения, в Крагуеваце в них участвовали 10 тыс. человек, в Цетинье - 5 тысяч. Три дня митинги и демонстрации продолжались, на улицах Белграда, Любляны, Крагуеваца, Чачака, Лесковаца проходили многотысячные митинги протеста против политики власти. В Белграде протестующие разгромили немецкое информационное бюро: разбили все стёкла, подожгли помещение, а также несколько нацистских флагов. В ночь на 25 июля 1940 группа офицеров ВВС во главе с командующим югославскими ВВС генералом Симовичем совершили государственный переворот, свергнув князя-регента Павла. Сам Павел выехал из столицы поездом вечером предыдущего дня в своё имение Брдо в Словении. Члены кабинета Цветковича были подняты с постелей и арестованы. На престол был возведён 17-летний король Пётр II, объявленный по этому случаю совершеннолетним, затем было образовано новое правительство, которое возглавил Симович. В ответ на это и в целях приведения к власти законного правителя Германия объявила войну Югославии. Германская армия перешла границу Югославии со стороны Австрии.
   На как бы освобожденных территориях германское командование формировало фашистские государства. Так на древних славянских землях Балкан по приказу Гитлера было сформировано Независимое Государство Хорватия (НГХ), в которое вошли территории, традиционно населённые православными сербами - Краина, бывшая Военная Граница и Босния. Из 6,5 млн. человек оказавшихся на территории НГХ 1/3 была сербами. Как только было провозглашено создание нацистского хорватского государства под руководством Анте Павелича - гитлеровского колаборациониста, усташи (нацисты) начали проводить в жизнь программу создания 'чистого пространства для жизни хорватов' и 'чистой хорватской нации'. Массовые убийства сербов начались резнёй в окрестностях г. Беловара и в г. Бане.
   Газета 'Hrvatski List' опубликовала воззвание доглавника и министра по делам религии и образования Миле Будака, в котором он предельно кратко изложил программу усташей по отношению к сербам: 'Треть сербов следует перекрестить и растворить в хорватах, треть изгнать и треть уничтожить'.
   Особенно усердствовали в проведении карательных операций и в повторном крещении монахи францисканского ордена. В Ливанийском округе францисканец Сречко Перич обратился к хорватам с речью: 'Братья хорваты, идите и перережьте всех сербов, а для начала зарежьте мою сестру, вышедшую замуж за серба, а потом всех сербов по порядку. Когда с этим покончите, приходите ко мне в церковь, я вас исповедаю и все грехи вам простятся'.
   Советская агентура докладывала в Москву, что обезумевшие от крови и убийств хорватские усташи жгут людей на кострах, а перед убийством выкалывают сербам глаза, отрезают уши, забивают в головы гвозди, отрубают ноги и руки. Детям вырывали конечности, разбивали голову о стены, бросали их в огонь, в ушаты с кипятком и известью, отрезанные у них уши складывали в коробки. Православным священникам выдирают бороды вместе с кожей. Отмечаются случаи массовых казней сербского населения, когда людей сжигали в церквях и домах. Реки, протекавшие по территории НГХ, несут в Сербию тысячи изуродованных тел. Зрелище было ужасающее, потому что почти все трупы были изуродованы. Сзади, на затылках, были раны величиной с куриное яйцо. На голые пятки у некоторых трупов были прибиты подковы. У всех были связаны руки стальной проволокой. Множество женщин с отрезанной грудью, ногами, руками и пальцами, а мужчины - с отрезанным половым органом и другими органами. Почти двадцать дней и ночей плыло бесчисленное множество тел невинных сербов.
   Все эти зверства замалчивались в 'просвещенной Европе' и показывались как 'необходимое насилие зарождающегося независимого демократического хорватского государства'.
  
   Польский посол Йозеф Липски все порывался по приказу своего руководства прорваться к Гитлеру, но его все не пускали на беседу. Сославшись на то, что фюрер ведет тяжелые переговоры с итальянцами по поводу боевых действий в Югославии.
   - Но простите мою настойчивость господин Риббентроп - возмущенно проговорил польский посол - мы понимаем ваши трудности в Югославии, однако вы не предпринимаете никаких мер по борьбе с советами.
   - Поверьте, господин Липски - отмахнулся Риббентроп - фюреру сейчас не до вас, у нас возникли непредвиденные проблемы на Югославском направлении, вы же знаете, что в тех проклятых горах немецкой армии приходится не легко.
   - Но вы не можете бросить нас одних против Сталина, мы теряем слишком много самолётов.
   - Самолеты мы тоже теряем, но, то, что теряем мы, принадлежит немецкому народу, а, то, что теряете вы - принадлежит польскому народу - усмехнулся Риббентроп - не думаете, же вы, что германские рабочие не покладая рук, будут производить самолеты, что бы потом их подарить полякам?
   - Но мы же союзники? - удивленно то ли спросил, то ли просто возмутился поляк.
   - Но это не значит, что мы должны бесплатно вооружать вашу армию. Вы можете купить наши самолеты. Если конечно у вас нет денег, то добрые американские банкиры с удовольствием дадут вам кредит на любую сумму, я могу свести вас с людьми господина Моргана.
   - Этого мало, нам нужна поддержка на суше - возмутился поляк - мы прорвали русские УРы и начали продвигаться на Смоленск и Киев, однако эти азиатские варвары бросаются в бесполезные контратаки, они не дают нам пройти и мили без боя.
   - Выходит, что эти контратаки не такие уж и бесполезные. Но я могу вам пересказать слова фюрера, что он произнес на совещании с генералами.
   - И что сказал ваш фюрер?
   - Он сказал, что как только 'непобедимая' польская армия подойдет к Киеву хотя бы на 50 км, то Германия направит в ваше распоряжение механизированную дивизию добровольцев. Вам осталось только продвинуться вперед как можно дальше.
   Начиная с 24 июля 1940 года польские войска регулярно применяли химическое оружие, но так и не смогли добиться большого успеха, так как советы начали активно применять противогазы.
   С тяжёлыми боями, польским войскам удалось прогрызть несколько участков прорыва в сплошной линии инженерных заграждений, но со второго рубежа обороны по вклинившимся польским войскам был нанесен удар механизированных частей РККА, и утраченные ранее позиции на отдельных участках фронта были возвращены, и положение на государственной границе восстановлено.
   Однако сказалось значительное численное превосходство польских сил в личном составе, артиллерии и танках на участках прорыва, поэтому после очередной заминки, польские мобильные части вышли на оперативный простор и устремились в обход Минска, сумев продвинуться на 40-60 км от государственной границы, стараясь взять советский город в клещи.
  
   События на монголо-маньчжурской границе также приобретали явно опасный характер. Командир 57-го особого корпуса комкор Фекленко Н.Ф. не отвечал своей должности по причине незнания особенностей боевых действий в условиях степной, пустынной местности. Тогда-то и было решено усилить группировку советских войск в районе пограничного конфликта на Халхин-Голе и направить туда хорошо подготовленного, решительного командира, способного на месте разобраться в сложившейся обстановке. Приказом из Москвы было создано объединенное советско-монгольское командование. Монгольскую Народно-революционную армию в нем представлял маршал Монгольской Народной Республики Хорлогийн Чойбалсан. В качестве нового командующего 57-й оперативной группой советских войск в Монголии, выступал командарм Штерн Г.М., это был один из героев Хасанских событий. В реальной истории новым командующим 57-м корпусом Сталин назначил Жукова, но сейчас Жуков уже убыл на Кавказское направлении, и никого кроме Штерна не нашлось, он был самым опытным командармом в Забайкалье.
   Для усиления наших войск в Монголии приказом генштаба началась переброска Кяхтинского механизированного особого армейского корпуса. Наши войска входили на территорию Монголии походным порядком. Не смотря на такое усиление, а усиление все же было серьезным, из Кяхты вышли почти 35 000 человек, на 1000 танках и 3000 бронемашинах и начали продвижение в направлении на Улан-Батор.
   Однако общее количество японских войск на монгольском участке все же было в два раза большим чем у нас. Организационно японская группировка состояла из двух ударных войсковых групп под командованием генералов Ясуоки и Кобаяси.
   Общее руководство японской группировкой осуществлял бывший военный атташе Японии в Москве в 1927 году генерал-лейтенант Камацубара. Он считался большим специалистом по неприятельской Красной Армии. В помощники ему были присланы командующие авиацией и артиллерией Квантунской армии. Камацубара был настолько уверен в успехе предстоящей наступательной операции, что в приказе специально оговорил, что его штаб будет двигаться в составе главных сил на гору Баин-Цaган.
   К этому времени штабом Квантунской армии был разработан план новой пограничной операции под наименованием "Второй период номонханского инцидента". Он по своему содержанию был идентичен неудачной апрельско-майской операции: создание сильной ударной группировки на правом фланге в целях окружения и уничтожения войск противника на восточном берегу реки Халхин-Гол. Однако на сей раз, задача ставилась гораздо шире.
   Зинченко собрал в один кулак 70 000 группировку войск Красной армии и 30 000 монгольских цириков (солдат), при том, что японо-маньчжурская группировка войск на участке 3-го японского фронта насчитывала примерно 190 000 человек. Однако по числу танков и самолетов, мы имели двухкратное превосходство, что касается артиллерии и пулеметов, то наше преимущество было три к одному.
   Самое главное в этот момент было, не напугать японцев, пусть себе наступают, пусть ломают зубы о батальонные районы обороны, пусть уходят подальше от своих оперативных приграничных аэродромов. В то время, как наши войска будут, постепенно изматывая противника, выбивать бронетехнику и создавать условия для нанесения мощного рассекающего контр удара. И этот контрудар должны нанести механизированные части Кяхтинского особого армейского корпуса.
   В случае начала масштабной войны в руках советского командования имелся джокер в виде почти 100 тысяч подготовлены нашими советниками войск состоящих из числа китайских коммунистов и еще почти 100 тысяч китайских партизан, что ведут свою борьбу на оккупированных японцами территориях под руководством КПК. Сейчас 100 китайский армейский корпус завершает захват Синьцзяна (северная провинция Китая), а в дальнейшем начнет выдвижение к Ланьчжоу. Этими силами можно нанести мощный удар и выйти к Пекину. Вопрос состоял только в том, смогут ли удержатся наши в Монголии. Зинченко был мрачен, по всему выходило, что враг хоть и медленно, но всё таки создавал проблемы на западе на польской границе и прибалтийском направлении, а это означает, что Сталин может в любое время отобрать у забайкальцев все оперативные резервы, и тогда война с японцами будет очень долгой.
   События на японском фронте развивались непредсказуемо. Воспользовавшись отвлечением внимания сил СССР на западное направление Япония и их вассалы Маньчжуо-Го решили захватить Монголию.
   Основные силы противника нанесли два мощных фланговых удара по советско-монгольской группировки на номонганском (халхингольском) направлении.
   Сломив сопротивление войск прикрытия границы на реке Халхин-Гол, 18 июля японцы начали планомерно вгрызаться во вторую полосу обороны по флангам наших войск, стараясь окружить обороняющиеся советско-монгольские войска.
   Однако наша артиллерия и штурмовая авиация постоянно наносила сковывающие удары по наступающим частям противника, а под прикрытием этих ударов, наземные части, ведя маневренную оборону, медленно отходили от границы, в глубь монгольской территории.
   Перед фронтом наступающих войск противника постоянно возникали новые опорные пункты и рубежи минных заграждений. Начавшаяся активно наступательная операция к 19 июля замедлилась, а к утру 21 июля японо-маньчжурские части остановились и перешли к обороне на рубеже бывших окопов первой оборонительной линии советско-монгольских войск на правом берегу реки Халхин-Гол. На самом деле не было никакой надобности отводить советские войска с занимаемых позиций, так как японские части уже утратили свой наступающий пыл, однако необходимо было показать противнику, что приграничные монгольские части даже при поддержке советский войск не способны удержать свои позиции, и нужно только добавить резервов, после чего монгольская оборона рухнет.
   Руководство 57-го особого оперативного корпуса Советских войск в Монголии планировало выманить японские части на левый берег реки, на заранее подготовленные позиции, на которых измотать наступающие части противника и решительным контрнаступление организовать несколько оперативных котлов, в которых разгромить врага по частям.
   На отдельных участках японским механизированным подразделениям удалось переправиться через реку, захватить насколько ключевых позиций и там закрепиться. Если напротив переправляющихся войск находились наши позиции, то маньчжурцы смещались левее или правее и переправлялись через реку на неохраняемом участке, тем самым растягивая нашу линию обороны и вынуждая наши части выстраиваться в тонкую линию вдоль берега реки Халхин-Гол. Линия фронта напоминала петляющую кривую, где на отдельных участках фронта враги вклинились в нашу оборону до 10 км., но по краям этих вклинившихся вражеских частей советско-монгольские подразделения не только продолжали удерживать оборонительные позиции, но и накапливать резервы для нанесения фланговых ударов. Теперь противник должен решить важный для себя вопрос, что делать дальше? Отводить войска назад, что бы выровнять линию фронта или продолжать втягиваться в открытый им выступ. Когда разведка доложила, что японско-маньчжурские части начали подтягивать к фронту дивизионную артиллерию и производить складирование боеприпасов на грунт, было принято решение нанести контрудар силами конно-механизированной группы, и одним днем выйти на позиции японской артиллерии.
   С тыловых аэродромов под прикрытием истребителей И-16м поднялся авиаполк штурмовиков СУ-2, а советская артиллерия ударила по вклинившейся группе японских войск, после того как отработали наши штурмовики в бой пошли конно-механизированные бригады 57-го оперативного корпуса советских войск в Монголии. Задача подразделениям была поставлена простая, продвигаться до утраченных позиций на государственной границе, с ходу их захватить и закрепиться, обеспечивая наступление во фланг, японцам наших механизированных подразделений, стремясь охватить противника в клещи и не позволяя отступать через свои позиции находящимся в мешке японским войскам.
   Несмотря на достаточно сильное огневое воздействие по японо-маньчжурским силам, обратить их в бегство не удалось и нашим частям требовалось буквально с кровью прорываться на оперативный простор и, оставляя позади ощетинившиеся огнем японские подразделения продвигаться с боями к границе.
   Конно-механизированная бригада наносила удар с северо-запада, один ее танковый батальон, взаимодействуя с броневым дивизионом 8-й монгольской кавалерийской дивизии и дивизионом 185-го тяжелого артиллерийского полка, атаковал противника с юга.
   Развернувшиеся 150 танков и бронемашин бригады, при поддержке 40 самолетов штурмовой авиации, стремительно ринулись на врата. В головных порядках главных сил бригады двинулся батальон под командованием майора Михайлова, а впереди батальона уже врезался в боевые порядки японцев взвод лейтенанта-танкиста Кудряшова.
   Японцы были ошеломлены стремительным ударом танковой бригады, притихли в своих противотанковых лунках и только через 10 минут открыли артиллерийский огонь по нашим танкам. От огня противника загорелось несколько наших машин, и это, видимо, как-то подбодрило японцев. Они значительно усилили артиллерийский и пулеметный огонь. На поле боя уже горело до 15 наших танков. Но никакая сила и огонь врага не могли остановить боевого порыва наших танкистов. Было около 12 часов, с минуты на минуту должен подойти и вступить в бой 24-й мотострелковый полк. Он был крайне необходим для взаимодействия с танковой бригадой, которая без пехоты несла значительные потери. Но, как это иногда случается на войне, 24-й мотополк вышел по ошибке не к озеру Хуху-Усу-Нур, а чуть южнее, к "Развалинам".
   Развернувшись в боевой порядок, в 13 часов 30 минут - южнее озера Хуху-Усу-Нур 24-й полк перешел к наступление, нанося удар с запала на восток. Несколько позже вступила в бой 7-я мотоброневая бригада полковника Лесового.
   Японцы отбивались от наших атак отчаянно. Но грозная лавина танков, бронемашин и пехоты все дальше и дальше продвигалась вперед, ломая и громя все, что попадало под гусеницы танков, артиллерию и тылы.
   Японцы бросили всю свою авиацию против наших атакующих войск, но ее встретила наша авиация. Бой с неослабевающей силой продолжался всю ночь.
   Утром, подбросив за ночь свежие силы, японцы попытались перейти в контрнаступление, но эта их попытка была немедленно подавлена.
   Противник оказался окруженным в районе горы Баин-Цаган с северо-запада, запада и юга. С востока протекала река. Сумев быстро укрепиться на горе Баин-Цаган и организовав противотанковую оборону, японцы оказывали упорное сопротивление. Бой длился весь день 22 июля. В конце дня, около 19 часов, наши войска предприняли одновременную атаку с трех сторон. Однако противнику удалось отразить ее. Бой продолжался и следующей ночью.
   Начавшиеся бои за обладание горой Баин-Цаган оказались бескомпромиссными. С обеих сторон в них участвовало до 400 танков и бронемашин, более 800 артиллерийских орудий, сотни самолетов. Особенно отличились 149-й и 24-й стрелковые полки под командованием майора Ремизова И.М. и Федюнинского И.И.
   Японцы постоянно атаковали, стремясь вернуть себе инициативу в боях, но руководство 57-го отдельного корпуса быстро реагировали на малейшее изменение обстановки на берегах Халхин-Гола.
   23 июля враг сам попытался перейти в контратаку. В то же время его авиация большими группами стремилась нанести удар с воздуха, чтобы деморализовать советско-монгольские войска. Но наши летчики преградили путь вражеской авиации и в развернувшемся воздушном бою обратили ее в бегство. Встреченная ураганным огнем артиллерии контратака противника захлебнулась. Однако, поскольку контрнаступавшие японские войска имели заметное численное превосходство, к ночи 24 июля советские войска на отдельных участках отошли к реке Халхин-Гол, сократив свой плацдарм к востоку от ее берега. Несмотря на краткосрочные успехи, ударная группировка японцев под командованием генерал-лейтенанта Ясуоки со своей задачей не справилась.
   Вечером 24 июля наши части предприняли третью масштабную атаку на двух участках прорыва, стремясь взять центр врага в клещи. Ожесточенный бой затянулся на всю ночь.
   Напрягая последние усилия, японцы стремились, во что бы то ни стало удержать в своих руках гору Баин-Цаган.
   К вечеру 24 июля японские войска удерживали только вершину Баин-Цаган узкую полоску местности в 5 километров длиной и 2 километра шириной. На этом участке были сосредоточены все силы японцев, которые переправились на западный берег Халхин-Гола. Бои на Баин-Цаган не утихали весь вечер и всю ночь.
   К 3 часам 25 июля сопротивление врага было, наконец, сломлено. Не выдержав натиска советско-монгольских частей, в особенности наших танков, противник в беспорядке устремился на восточный берег Халхин-Гола. Единственный понтонный мост, наведенный японцами для переправы, был ими же преждевременно взорван.
   Охваченные паникой японские солдаты и офицеры бросались прямо в воду и тонули на глазах наших танкистов.
   Только болотистые берега и глубокое русло Халхин-Гола помешали нашим танкам и бронемашинам переправиться на восточный берег реки. Остатки японцев на западном берегу были уничтожены в рукопашной схватке. В районе горы Баин-Цаган противник потерял тысячи солдат и офицеров, а также огромное количество вооружения и боевой техники. Наши летчики сбили за время боев в районе Баин-Цаган 65 японских самолетов.
   Таким образом, японцы, стремясь глубоким маневром в обход окружить и уничтожить советско-монгольские части растянутые вдоль границы, сами попали в окружение, которое практически закончилось разгромом их фланговых группировок войск и создали предпосылки к переходу советско-монгольских войск в масштабное наступление. Уже к исходу 25 июля, когда первые наши конно-механизированные подразделения достигли монгольской границы. Стремясь остановить стремительную контратаку 57-го оперативного корпуса японское командование бросило в контрнаступление последнюю резервную дивизию баргузитской кавалерии под прикрытием 60 бронемашин.
   Обстановка на фронте сложилась критическая и угрожала теперь уже прорыву противником флангов наших наступающих войск. Поэтому командующий 57-м особым оперативным корпусом советских войск в Монголии товарищ Штерн ввел в бой два резервных батальона танков Т-26м при поддержке кавполка 6-й монгольской дивизии.
   Зинченко по приказу Сталина в этот момент находился в Даурии и осуществлял инспектирование готовности войск к отражению массированного удара японо-маньчжур в направлении на Читу. Заслушав по радиостанции доклад по обстановке на Монгольской границе, Зинченко распорядился передать в оперативное подчинение начальнику 57-го корпуса Штерну 11-ю механизированную дивизию Кяхтинского механизированного армейского корпуса, которая до этого находилась в резерве.
   Упорные бои на флангах обороняющейся группировки советско-монгольских войск продолжались трое суток, в то время как на остальных участках фронта сохраняться затишье. Противник сидел на первой линии брошенных нами окопов, а наши подразделения занимали окопы второго рубежа обороны. К исходу 26 июля японское командование бросило в общее наступление все свои резервы. Линия фронта, застывшая буквально на протяжении 70 километров вдруг ожила и 100 тысяч человек перешли в общее наступление. Больше суток шли ожесточенные бои, и к вечеру 27 июля 1940 года стало понятно, что на отдельных участках фронта нашим подразделениям пришлось оставить вторую линию обороны и отойти к последней линии окопов. Однако наши контратакующие войска смогли остановить наступление баргузитской конницы и перейти в наступление продвинувшись в центре к самой государственной границе непонятным пальцем, прорисовав на карте огромный выступ, показывали японскому командованию русский фак.
   Дабы избежать окружения уставших и растративших боеприпасы частей в 10 часов 26 июля 1940 года командующий 57-м оперативным корпусом товарищ Штерн подал команду передовым подразделениям начать отход на вторую линию обороны с целью выравнивания линии фронта, при этом имея гору Баин-Цаган в центре оперативного построения войск. Контрудар и так принес небывалый результат, нашим войскам удалось захватить и уничтожить целый полк японской крупнокалиберной артиллерии, что являлась, по сути, армейским артиллерийским резервом, в то время как наша тяжелая артиллерия продолжала наносить мощные удары по японским позициям.
   С точки зрения концепции маневренной обороны нашим войскам удалось выполнить все поставленные задачи, не смотря на полную потерю первой линии обороны и частичную утрату второй линии, мы сохранили в относительной целостности артиллерию, танки и даже личный состав. По донесениям командиров подразделений за всё время боев советско-монгольские войска потеряли 1770 человек убитыми и 9450 раненных. Кроме того советские части 57 особого отдельного корпуса потеряли более 1000 человек пропавших без вести, вероятнее всего эти люди попали в плен. Итого из 70 тысяч обороняющихся в первом эшелоне советско-монгольских войск, мы имеем в минусе не более 12 тысяч человек убитыми и раненными, что позволяет сохранять приличную боеспособность войск. Что касается потерь японцев, то с учетом того, что советскому командованию удалось создать практически двукратное превосходство в артиллерии танках и авиации, потери врага должны быть колоссальными. Воздушная разведка сумела привезти фотографии, где огромные пространства были забросаны кучей убитых маньчжурско-японских солдат и целые колонны сожженной техники. Данные радиоперехватов говорили, что японское командование хочет приостановить наступление и просит разрешение у своего руководства отвести войска на исходные позиции.
  
   На китайско-японских фронтах дела обстояли также неоднозначно.
   Воспользовавшись отвлечением сил Гомильдана на противодействие войскам Мао Дзедуна японским войскам удалось взять города Фусинь, Фучжоу, Цзюньчжоу, Хайкоу, Шаньтоу и другие крупные приморские города при помощи морских десантов. Однако Япония, столкнувшись с острой нехваткой ресурсов, решила сменить стратегию активной борьбы на стратегию изматывания. Япония ограничилась лишь локальными операциями на фронте и перешла к усилению политической борьбы. Это было вызвано чрезмерным напряжением сил и проблемами контроля над враждебно настроенным населением оккупированных территорий. После захвата большинства портов японской армией, у Китая осталось только три пути для получения помощи от союзников - это узкоколейная дорога в Куньмин из Хайфона во Французском Индокитае, извилистая Бирманская дорога, пролегавшая в Куньмин через Британскую Бирму и, наконец, Синьцзянский тракт, проходивший от советско-китайской границы через Синьцзян и провинцию Ганьсу. И в настоящее время силами китайских коммунистов под руководством наших специалистов эта дорога превращалась в стратегический торговый маршрут на котором уже началось возведение узкоколейной железнодорожной магистрали.
   Китайское правительство Гомильдана силами 86-й и 10-й армий проводили активные наступательные действия с целью окружения Уханьской группировки японских войск. С флангов операцию обеспечивали 21-я и 50-я армии. Однако действия армии были ограничены нехваткой боеприпасов особенно к артиллерии, так как китайские артиллеристы выпускали снаряды просто в небо, однако поскольку советское руководство решило основные усилия сосредоточить на поддержке армии китайских коммунистов, то это привело к остановке наступления и отступлению на исходные позиции и переходу к оборонительным действиям китайских войск, что подчинялись центральному правительству. Уханьская операция провалилась кроме всего прочего и в результате недостатков системы управления китайской армии, поскольку советские советники были заменены британскими и французскими.
   Еще в марте 1940 года Япония сформировала марионеточное правительство в Нанкине с целью получения политической и военной поддержки в борьбе с партизанами в глубоком тылу. Во главе встал переметнувшийся к японцам бывший вице-премьер Китая Ван Цзинвэй.
   В рядах противостоящих японцам китайских сил также были проблемы, и эти проблемы были связаны фактически с бардаком в китайском руководстве. Половина Китая подчинялась национальному правительству Гомильдана и их армия подчинялась главнокомандующему Чан Кайши, а другая часть Китая уже была под контролем Коммунистической партии и её вождя Мао Дзэдуна.
   12 июня 1940 в провинции Аньхой воинские формирования гоминьдана атаковали части 4-й армии Коммунистической партии. Её командующий Е-Тин, прибывший в штаб гоминьдановских войск для переговоров, был по приказу британских советников арестован. Ему вменяли в вину игнорирование приказов Чан Кайши об общем наступлении против японцев, из-за чего генерал Е-Тин был предан военному суду. Из-за этого инцидента резко ухудшились отношения между коммунистами и националистами в Китае. Тем временем 50-тысячная японская армия провела неудачное наступление в провинциях Хубэй и Хэнань с целью соединить Центральный и Северный фронты.
   15 июля по инициативе Петровского Коммунистическая партия Китая (КПК) выдвинуло 'Двенадцать требований' китайскому национальному правительству для достижения соглашения между коммунистами и националистами, но ответа на это предложение не последовало.
   И как только японцы совершили прорыв монгольской границы в игру вступили подготовленные СССР военные части для коммунистического правительства Китая. 18 июля 1940 года началось широкомасштабное наступление войск Коммунистической партии Китая против японских оккупантов. В этот самый момент у японского командования в Китае возник вопрос с применением оперативных резервов, так как возник основной вопрос, насколько сильно изменились боевые возможности обновленной китайской армии и следует ли немедленно перебрасывать все резервы на юго-запад.
   19 июля 1940 года 100 000 группировка войск, имеющая свежие силы и достаточное количество боеприпасов двинулась к линии фронта, по пути освобождая китайские города от националистического правительства Китая и создавая на освобожденной территории Советы народных комиссаров КПК. За неделю в состав основной армии влились несколько сотен больших и малых партизанских отрядов и практически весь Синьцзян оказался в руках Коммунистической партии Китая.
  25 июля армия Мао Дзедуна под руководством советского военспеца товарища Петровского нанесла японцам сильнейший рассекающий удар вдоль русла реки Хуанхэ, стремясь разрезать японские части и выйти к морю. В провинциях Шаньси, Чахар, Хубэй и Хэнань прошло великое сражение, названное 'Битвой ста полков', в котором участвовало до 300 тысяч китайских солдат, сформированных из коммунистов и партизанских отрядов Коммунистической партии Китая. В провинции Цзянсу имел место ряд столкновений между коммунистическими армейскими частями и гоминьдановскими партизанскими отрядами губернатора Дэциня, вследствие которых последние были разгромлены. Итогом китайского наступления к 27 июля 1940 года стало освобождение территории с населением более 5 млн человек и 73 крупных населенных пунктов. Потери в личном составе сторон были примерно равными около 50 тыс. человек с каждой стороны, однако освободить Пекин так и не удалось.
   Такая ситуация очень не понравилась Британцам.
  27 июля 1940 года успехи японской дипломатии на переговорах с Великобританией и Францией привели к временному прекращению военных действий между националистическим Китаем и Японией, а также Великобритания и Франция отказывались от поставок в китайские провинции, контролируемые коммунистами оружия, боеприпасов, продовольствия и снаряжения.
  К 29 июля 1940 г. против районов, контролируемых Коммунистической партией Китая, сосредоточились две крупные оперативные группы войск гоминьдановского правительства при поддержке войск британской индии: на северо-западе 34-я армейская группа генерала Ху Цзуннаня - это 16 пехотных и 3 кавалерийские дивизии, и в районе провинций Аньхой и Цзянсу - 21-я армейская группа генерала Лю Пинсяна и 31-я армейская группа генерала Тан Эньбо в составе 15 пехотных и 2 кавалерийских дивизий. Что бы сдержать предполагаемый удар этих сил Петровский сформировал особый сводный армейский корпус в составе 70 тысяч человек.
   В конце июля 1940 года японские войска ограничились лишь одной наступательной операцией в бассейне нижнего течения реки Ханьшуй, но встретив упорное сопротивление китайских войск у города Ичан, отошли на исходные позиции, а 31 июля было заключено англо-японское соглашение о совместных действиях против нарушителей порядка и безопасности японских военных сил в Китае, по которому, в частности, Японии передавалось китайское серебро на сумму 40 млн. долларов, хранившееся в английском и французском представительствах в Тяньцзине, кроме того Япония обязалась не наносить удары по войскам Чан-Кайши в период подавления ими 'коммунистического мятежа'.
  
   В ходе боев на халхингольском направлении ставка неоднократно присылала грозные телеграммы с требованием прекратить отход соединений и частей от государственной границы и немедленно перейти в решительное контрнаступление, однако сделать это было не так просто, так как стратегические резервы в виде 30 тысячной группировки войск Кяхтинского механизированного корпуса уже были втянуты в бои по сдерживанию продвижения противника в глубь монгольской территории и нарастить свои силы Зинченко было не чем. Поэтому приходилось вести постоянные маневренные действия перемещая подразделения почти по 200 км линии соприкосновения для создания на определенных участках глобального превосходства в силах и средствах над противником, что бы либо обеспечить устойчивость обороны, либо срезать выступ на участке вклинения и избежать угрозы прорыва обороны советско-монгольской группировки, растянутой по степи.
   Вечером 29 июля Зинченко затребовали к радиостанции.
   - Здравствуйте товарищ Афанасьев - в микротелефонной трубке послышался голос Сталина - как вы оцениваете наши возможности по полному разгрому японо-маньчжурской группировки на территории Монголии?
   - Товарищ Иванов - прокашлявшись Зинченко начал доклад - за последние семь дней боев противник вклинился на территорию Монголии на отдельных направлениях до 30 км, однако в ходе этих боев враг понес большие потери и израсходовал все свои резервы. По состоянию на 27 июля т.г. противник прекратил движение вперед и приступил к укреплению захваченных участков, а на отдельных участках даже отвел свои войска назад для выравнивания линии фронта. Линия фронта на отдельных участках вклинилась в наши позиции на 20-25 км, но на других участках нам удаётся сдерживать противника на уровне второго рубежа обороны всего в 10 км от границы. На двух участках фронта нам удалось контратаками создать стратегически выгодные выступы, однако противник наносит по ним сильнейшие артиллерийские удары и предпринимает попытку срезать данные выступы. Сегодня в 16 часов начальник 57-го оперативного корпуса Советских войск в Монголии комкор Штерн с моего разрешения подал команду отводить передовые войска от границы в целях выравнивания нашей линии фронта.
   - Так всё же, сможете вы решительным ударом не просто вытеснить противника на территорию Маньчжуо-Го, а разгромить противостоящую вам группировку войск?
   - Товарищ Иванов, на сегодняшний момент мы не имеем решительного превосходства в людях. Мы можем рассечь противостоящую группировку войск, окружить и уничтожить отдельные армейские группы, возможно, удастся окружить правый или левый фланг, но остальным частям противника удастся уйти на территорию Маньчжуо-Го. Без решительного применения сил Кяхтинского механизированного армейского корпуса разгромить в решительном наступлении японо-маньчжурские части не получится.
   - Ну что же, можете применять в полную силу ваш оперативный резерв. Если сможете уничтожить, хотя бы один из вражеских флангов это улучшит наши позиции на мирных переговорах. Наш дорогой восточный сосед уже начал переговоры о мире с англичанами, нам этого допустить никак нельзя. Мы должны заставить их подписать мирный договор с СССР до 10 августа. Постарайтесь нанести противнику максимальные потери до этой даты.
   - Есть товарищ Иванов, разрешите выдвинуться в Монголию и лично организовать наступление?
   - Разрешаю, действуйте.
  
   Как ни странно, но с 27 июля 1940 года японцы не предпринимали никаких активных действий на других направлениях, ограничившись боями только на удержание занимаемых позиций, видимо всыпали мы им знатно, да и поражение на китайском участке сказывается, подумал Зинченко, значит Петровский рвет и мечет там этих самураев, скоро всё решится, или масштабная война с Японией или сепаратный мир.
   Не смотря на то, что на суше наступление застопорилось, в небе опять началась воздушная война. Японское руководство смогло перебросить на монгольское направление более 300 самолетов. 180 истребителей и 120 бомбардировщиков и продолжало собирать самолеты со всех участков фронта. Однако им уже противостояла по настоящему, страшная советско-монгольская воздушная армада общей численностью в 538 самолетов, большая часть из которых были модернизированные истребители И-16м. Однако имелся и крупный отряд штурмовиков СУ-2, и даже бомбардировщиков СБ-3.
   Зинченко самолетом прибыл в штаб 57-го особого оперативного корпуса и начал подготовку масштабного наступления.
   29 июля 1940 года Зинченко принесли шифротелеграмму от начальника оперативного отделения Генерального штаба Захарова М.В. В этой телеграмме говорилось, что имеется информация от японской агентуры о начале мирных переговоров Японцев с Англичанами. Кроме того имеется информация, о подготовке в первой декаде августа удара гомильдановских войск по провинциям, контролируемым Китайской Коммунистической партией. Да, умеют играть товарищи бритты, как ловко выбили Петровского из игры. Теперь нашим в Китае придется сражаться не с японцами, а с китайскими национальными дивизиями и у японцев будут развязаны руки на монгольском направлении, ну что ж, тогда придется проучить самураев по полной. И Зинченко собрал свой штаб для планирования операции по полному разгрому вторгшейся в Монголию группировки маньчжуро-японских войск.
   План операции предусматривал следующие вопросы: сосредоточение и перегруппировку войск, переправу частей через Халхин-Гол и занятие исходного положения, действия войск при выходе на исходное положение, организацию взаимодействия, подготовку военно-воздушных сил и самое главное создание угрозы нанесения удара во фланг маньчжурсой группы войск со стороны Борзи.
   За несколько суток был разработан не только план предстоящей наступательной операции, но и детальный план оперативно-тактического обмана противника. Все передвижения войск в прифронтовой полосе производились только в темное время суток. Это позволило свести эффективность авиационной разведки противника до минимума. Категорически запрещалось выводить войска на исходные для наступления районы. Командный состав, проводивший рекогносцировки на местности, должен был выезжать в красноармейской форме и только на грузовых автомашинах.
   Зная, что японцы активно ведут радиоразведку и подслушивают телефонные переговоры, в целях дезинформации противника была разработана целая программа радио и телефонных сообщений. Переговоры велись только о строительстве оборонительных сооружений и подготовке осенне-зимней кампании. Радиообман строился главным образом на коде, легко поддающемся расшифровке.
   Особое место в плане и в подготовительных мероприятиях занимал вопрос дезинформации противника с целью создать у него впечатление о переходе наших частей к обороне. Для этого войскам рассылалась "Памятка бойцу в обороне". Передавались ложные сводки о построенных оборонительных сооружениях и запросы на инженерное имущество. Все передвижения войск производились только ночью. Шум танков, сосредоточиваемых на выжидательных позициях, заглушался шумом ночных бомбардировщиков и ружейно-пулеметной стрельбой. Чтобы создать у японцев впечатление об укреплении нашими частями центрального участка, радиостанции работали только в центре фронта. Прибывшая на фронт мощная звуковещательная станция производила имитацию забивки кольев, создавая полное впечатление ведения больших оборонительных работ. Чтобы приучить японцев к шуму танков, вдоль фронта постоянно курсировало несколько машин со снятыми глушителями. Японское командование действительно было введено в заблуждение относительно наших замыслов.
   Данные о системе оборонительных сооружений противника и его группировке уточнялись воздушной разведкой и ночными поисками.
   Огромную работу пришлось проделать по материальному обеспечению операции. К началу наступления нужно было подвезти по грунтовой дороге на расстояние 780 км большое количество боеприпасов, горючего, продовольствия, топлива и других грузов, всего весом около 36 тысяч тонн. Для этого требовалось около 5 тысяч автомашин, а в наличии было только 2600 автомашин, на которых, кроме того, должны были еще перебрасываться прибывавшие пополнения. Все же к началу операции удалось создать следующие запасы: по боеприпасам общего назначения - 6 боекомплектов, по танковым - 9, по горючему - до 5 заправок.
   Большое внимание в подготовительных мероприятиях уделялось организации связи и управления. При штабе объединенной группы войск была создана делегатская служба в составе двенадцати офицеров связи с подвижными средствами. Связь Зинченко с командными пунктами командиров соединений обеспечивалась двойным проводом.
   Большую подготовительную работу проделала советская авиация. Кроме увеличения числа боевых машин, значительно была расширена аэродромная сеть, что дало возможность приблизить истребительную авиацию к фронту и обеспечить аэродромный маневр. Была создана специальная разведывательная эскадрилья из истребителей, которая непосредственно подчинялась командующему группой и располагалась вблизи от его командного пункта. Авиационные командиры личными выездами изучали расположение своих войск.
   Систематические дневные и ночные полеты нашей авиации также дезориентировали противника, так как японцы, привыкнув к ним, как к обычному явлению, не связывали их с наступательными действиями наших войск.
   Вся подготовка была организована так, что в план предстоящего наступления был посвящен весьма ограниченный круг работников штаба. Командиры соединений были введены в курс дела лишь за 2 дня до начала операции. Всему личному составу войск было объявлено о наступлении только вечером накануне начала операции.
   Большая политическая работа, проведенная среди войск, обеспечивала их высокий наступательный порыв. Все солдаты и офицеры были воодушевлены единым стремлением "проучить японских самураев, посягнувших на территорию дружественного нам монгольского народа".
   8 августа 1940 года войска читинской группы войск были подняты по команду 'Тревога' и началось масштабное военное учение с выходом почти 100 тысяч красноармейцев на приаргунские военные полигоны. В учениях приняли участие 500 танков и 300 самолётов.
   Наличие в приграничном районе такой большой группы войск вынудило маньчжурское командование сосредоточить часть сил на борзинском направлении.
  
   К началу наступления советско-монгольских войск японцы имели в районе боевых действий 7-ю и 23-ю пехотные дивизии, полностью укомплектованные по штатам военного времени, смешанную пехотную дивизию маньчжур, 8-й пограничный гарнизон, 3 тяжелых артиллерийских полка, 3 полка баргутской конницы. Кроме того, из Маньчжурии подходила еще и 14-я пехотная дивизия. Для усиления противотанковой обороны японцы перебросили к Халхин-Голу все противотанковые батареи 1-й пехотной дивизии, а также привезли часть тяжелой артиллерии из крепости Пopт-Артур. Они значительно усилили и авиацию, сосредоточив в начале августа в районе боевых действий до 400 самолетов, переброшенных из Китая и Японии.
   Противник занимал укрепленный рубеж на песчаных буграх и сопках к западу от государственной границы Монгольской Народной Республики. Передний край его обороны проходил по южной кромке "Больших Песков", по южным и юго-западным скатам высоты "Зеленая", шел по западному скату сопки "Песчаная" в 4 км восточнее горы Дунгур-Обо, далее пересекал реку Хайластын-Гол в 4-6 км от ее устья и продолжался на север, проходя по западным скатам высоты Фуи, что наши называли 'высотой - Палец". Правый фланг упирался в государственную границу в районе озера Одон-Hyp.
   Главный рубеж обороны занимали следующие части. К югу от Хайластын-Гола - сводный левофланговый отряд, 71-й и 28-й пехотные полки, севернее реки - 72, 64-й и 26-й пехотные полки. Высоту Фуи оборонял разведотряд 23-й пехотной дивизии под командованием Йоки и 2-я рота 26-го пехотного полка. В ближайшем резерве находились 25-й и 27-й пехотные полки. Кроме того, японцы располагали резервами, которые концентрировались севернее озера Яньху, в районе Номон-Хан-Бурд-Обо, Джин-Джин-Суме, Депден-Суме. Фланги оборонительного расположения прикрывались баргутской конницей.
   Оборона японцев состояла из узлов сопротивления и опорных пунктов, созданных на сопках, барханах и соединенных ходами сообщения. Окопы имели полный профиль; блиндажи были с перекрытиями, способными выдержать разрывы 152-мм снарядов. Для машин и лошадей были вырыты глубокие укрытия. Особенно сильно противник укрепил сопку "Песчаная", высоты "Зеленая", Ремизова и "Палец". Вся система сооружений была приспособлена к местности и в сочетании с хорошо продуманной организацией огня представляла довольно прочную оборонительную полосу.
   Командовать всей группировкой японо-маньчжурских войск продолжал печально известный генерал-лейтенант Камацубара.
   Советско-монгольские войска занимали плацдармы на восточном берегу реки Халхин-Гол, в 3-5 км восточнее нее. Здесь находились части Кяхтинского армейского механизированного корпуса и части 57-го особого оперативного корпуса, усиленные монгольской кавалерией. Общее число советско-монгольских войск было доведено до 100 тысяч бойцов.
   На левый берег реки Халхин Гол были скрытно передислоцированы 8-я кавалерийская дивизия Монгольской Народно-революционной армии, 82-я стрелковая дивизия, 5-я стрелково-пулеметная бригада, два полка 36-й мотострелковой дивизии и 6-я кавалерийская дивизия Монгольской Народно-революционной армии. Все остальные войска оставались на западном берегу. Они начали переправу только в ночь на 4 августа, то есть за сутки до начала общего наступления. Переправа, а затем и развертывание войск на восточном берегу благодаря хорошо проведенной подготовке прошли без перебоев и не были обнаружены противником. Несколько задержалась только 6-я танковая дивизия полковника Павелкина М.И. Она должна была переправиться по заранее разведанному броду, но вследствие поднявшегося из-за дождей уровня воды 6-ю танковую пришлось направить на понтонную переправу 57-го особого оперативного корпуса, хотя эта переправа и не была рассчитана для танков.
   К рассвету 5 августа все наши части, за исключением 6-й танковой дивизии, уже были на восточном берегу реки Халхин-Гол. Расположение наших войск занимало по фронту 74 км.
   7-я мотоброневая бригада, 601-й стрелковый полк и 6-я кавалерийская дивизия смотрели фронтом на восток, тогда как фронт 8-й мотоброневой бригады и 57-й стрелковой дивизии, располагавшихся на правом фланге, был обращен на север.
   6-я танковая дивизия, следуя на южный участок, находилась еще на переправе.
   В резерве у Зинченко, в районе юго-западнее горы Хамар-Даба, были сосредоточены: 9-я мотоброневая бригада, 4-й полк 6-й танковой дивизии, 212-я авиадесантная бригада.
   Замысел советско-монгольского командования заключался в том, чтобы, сковав противника с фронта, ударами сильных групп по обоим флангам окружить и уничтожить японские войска между государственной границей и рекой Халхин-Гол. Для выполнения этого замысла было создано 3 группы:
   Южная - в составе 57-й стрелковой дивизии, 8-й кавалерийской дивизии Монгольской Народно-революционной армии, 8-й мотоброневой бригады, 6-й танковой дивизии (без одного полка), 11-й танковой бригады, 1-го дивизиона 185-го артиллерийского полка, 37-го противотанкового дивизиона и танковой роты огнеметных танков ОТ-130.
   Северная - в составе 601-го стрелкового полка 82-й стрелковой дивизии, 6-й кавалерийской дивизии Монгольской Народно-революционной армии, 7-й мотоброневой бригады, двух танковых батальонов 11-й танковой бригады, 82-го гаубичного артиллерийского полка и 87-го противотанкового дивизиона.
   Центральная в составе 82-й стрелковой дивизии, 36-й мотострелковой дивизии и 5-й стрелково-пулеметной бригады.
   Соединения, составлявшие Центральную группу, подчинялись непосредственно командующему Зинченко. Оперативное руководство осуществлял комбриг Петров Д.Е. Действуя в центре, между двумя ударными группировками, охватывающими фланги противника, эти соединения фронтальными атаками должны были сковать главную группировку японцев и не допустить их маневрирования в стороны флангов.
   Непосредственное участие в этой операции из состава войск Монгольской Народной Республики приняли 6-я и 8-я кавалерийские дивизии. Под руководством маршала X.Чойбалсана действовала командная оперативная группа в составе комдива Ж.Цэрэна, полковников Б.Цога и Г.Эрэндо.
   Согласно приказу командующего 1-й армейской группой Южная группа получила задачу наступать в направлении Номон-Хан-Бурд-Обо, чтобы во взаимодействии с Центральной и Северной группами окружить и уничтожить группировку противника южнее и севернее Хайластын-Гола.
   Ближайшая задача Южной группы состояла в том, чтобы уничтожить японцев южнее реки Хайластын-Гол и овладеть южным берегом реки, а в дальнейшем, наступая на север, во взаимодействии с Северной группой окружить и уничтожить группировку противника севернее Хайластын-Гола. При появлении резервов противника ей надлежало в первую очередь атаковать и уничтожить их. Действия Южной группы обеспечивались на правом фланге 8-й кавалерийской дивизией Монгольской Народно-революционной армии, которой приказывалось занять и прочно удерживать высоты Эрис-Улыйн-Обо и Хулат-Улыйн-Обо.
   82-й стрелковой дивизии (Центральная группа) надлежало атаковать противника на участке (иск.) Нурен-Обо, река Хайластын-Гол, нанося главный удар правым флангом и имея целью во взаимодействии с 57-й стрелковой дивизией уничтожить южную группировку японцев.
   36-я мотострелковая дивизия совместно с 5-й стрелково-пулеметной бригадой (Центральная группа) должна была атаковать противника на участке (иск.) реки Хайластын-Гол, безымянный ручей восточнее горы Баин-Цаган, нанося удар левым флангом и имея целью во взаимодействии с частями Северной группы и 82-й стрелковой дивизии окружить и уничтожить группировку противника севернее реки Хайластын-Гол.
   Северная группа получила следующую задачу: заняв исходное положение на линии 8 км северо-восточнее "Развалин", наступать в направлении безымянных озер 6 км северо-западнее Номон-Хан-Бурд-Обо, имея целью во взаимодействии с 36-й мотострелковой дивизией и Южной группой окружить и уничтожить группировку противника севернее реки Хайластын-Гол. Ближайшая задача - овладеть песчаными буграми 4 км северо-западнее Номон-Хан-Бурд-Обо. Наступление Северной группы обеспечивалось с севера 6-й кавалерийской дивизией Монгольской Народпо-революционной армии, которой было приказано занять и прочно удерживать район западнее озера Яньху.
   Резерв 1-й армейской группы должен был к утру 7 августа сосредоточиться в районе 6 км юго-западнее горы Хамар-Даба в готовности развивать успех Южной или Северной группы.
   Для артиллерийского обеспечения наступления были созданы: группа поддержки пехоты 57-й стрелковой дивизии в составе 57-го артиллерийского полка и 57-го гаубичного артиллерийского полка, группа ПП 82-й стрелковой дивизии - 82-го артиллерийского полка и артиллерийского дивизиона 5-й стрелково-пулеметной бригады, группа ПП 36-й мотострелковой дивизии - 175-го артиллерийского полка и группа ПП Северной труппы - 82-го гаубичного артиллерийского полка.
   Задачами артиллерии групп поддержки пехоты являлись уничтожение и подавление огневых средств противника на переднем крае и в глубине обороны в полосах наступления дивизий, сопровождение огнем наступления пехоты и танков. В каждой группе ПП были выделены высоко мобильные арт установки СУ-5-2 и группы буксируемых 152 мм гаубиц. Артиллерийским группам поддержки пехоты приказано заблаговременно назначить батареи, которым надлежало продвигаться немедленно вслед за пехотой. Кроме групп поддержки пехоты были организованы артиллерийские группы дальнего действия.
   Артиллерия дальнего действия (АДД) Южной ударной группы в составе 1-го дивизиона 185-го артиллерийского полка, АДД центральной группы в составе 2-го и 3-го дивизионов 185-го артиллерийского полка, одного дивизиона 175-го артиллерийского полка и 122-мм отдельной дальнобойной батареи.
   Перед группами АДД были поставлены задачи подавить артиллерию противника в районах севернее и южнее реки Хайластын-Гол, подавить его резервы в районе Номон-Хан-Бурд-Обо и песков 7 км юго-восточнее Хайластын-Гола, а также воспрепятствовать подходу резервов из районов Джин-Джин-Суме и Номон-Хан-Бурд-Обо.
   Артиллерийская подготовка должна была начаться по особому указанию. Продолжительность ее была рассчитана на 2 часа 45 минут, причем в последние 15 минут планировалось произвести мощный огневой налет всей артиллерии на передний край обороны японцев.
   До артиллерийской подготовки авиация должна была произвести одновременный мощный удар скоростными бомбардировщиками СУ-2 по боевому расположению противника в целях уничтожения его живой силы и материальных средств. Перед началом атаки планировалось сделать повторный налет на артиллерию и скопление японо-маньчжурских войск с 9 часов 30 минут 7 августа необходимо было быть в готовности к действиям по резервам противника, не допуская их подхода к полю боя.
   Истребительной авиации было приказано надежно прикрыть действия скоростных бомбардировщиков СУ-2 и наземные войска, вести разведку на себя и быть в готовности обрушиться всеми силами на подходящие резервы японцев.
   Начало общего наступления назначалось на 7 августа.
   Все вопросы, касающиеся подготовки наступления, его проведения и взаимодействия родов войск, сначала были тщательно проверены во время рекогносцировок на местности и только после этого отражены в специальных документах и таблицах. Военный совет перед наступлением провел проверку выполнения своих указаний, на месте исправляя все недочеты.
   В 5 часов 45 минут 7 августа советско-монгольская артиллерия своим огнем подавила зенитные батареи врага, а наша бомбардировочная авиация несколькими сотнями самолетов произвела мощный налет на передний край обороны японцев, на их ближайшие резервы и артиллерийские позиции. В результате удара с воздуха в тылу противника вспыхнули пожары. После налета авиации началась мощная артиллерийская подготовка.
   За 15 минут до атаки наша авиация нанесла повторный удар. Затем последовал шквальный огневой налет всей артиллерии на передний край обороны японцев, под прикрытием которого наши части вышли со своих исходных рубежей и двинулись к переднему краю японцев.
   Утренний туман позволил нашей пехоте скрытно занять исходное положение, а местами - приблизиться к врагу настолько, что можно уже было предпринять бросок в атаку.
   В 9 часов началась атака по всему фронту. Наш удар был настолько неожиданным для противника, что в течение первых полутора часов он не сделал ни одного ответного артиллерийского выстрела и потерял почти все предполье.
   В первый же день наступления командование 6-й японской армии оказалось в заблуждении, так и не сумев определить главное направление удара советских войск. На поле боя был найден приказ командира 23-й пехотной дивизии генерал-лейтенанта Камацубары, датированный 7 августа. Он гласил: "Противник наступает равномерно по всему фронту, а главный удар наносит на северном участке по высоте Фуи". На самом же деле главный охватывающий удар с начала операции наносила Южная группа советских войск.
   В этот день наступления наибольших успехов достигла именно Южная группа. Ее 8-я кавалерийская дивизия Монгольской Народно-революционной армии, отбросив мелкие части баргутской конницы, вышла на фронт высоты Эрис-Улыйн-Обо, высоты Хулат-Улыйн-Ойо. Дальнейшее наступление дивизии было приостановлено, так как оно было связано с переходом государственной границы. В течение всего последующего хода операции 8-я кавалерийская дивизия оставалась на занятом рубеже, обеспечивая правый фланг, а затем и тыл Южной группы.
   К исходу первого дня наступления наши войска, преодолевая упорное сопротивление врага, продвинулась правым флангом на 11-12 км и выполнили свою ближайшую задачу. 80-й стрелковый полк к 19 часам вышел на северную кромку "Больших Песков", 127-й стрелковый полк успешно продвигался в северо-западном направлении к отметке 757, 293-й стрелковый полк, сбив подразделения вражеского прикрытия, приблизился непосредственно к переднему краю обороны японцев. Однако неоднократные атаки переднего края главной оборонительной позиции, предпринятые полком в этот день, японцы отбили. В четырех километровый разрыв, образовавшийся между 80-м и 127-м стрелковыми полками, в котором оставались мелкие группы противника, 9 августа был введен резерв. 8-я мотоброневая бригада, с трудом преодолевая полосу песчаных бугров, к исходу 8 августа вышла в район 3-4 км юго-западнее Номон-Хан-Бурд-Обо. Ее разведка достигла линии государственной границы юго-восточнее этой горы.
   6-я танковая дивизия в этот день участия в бою не принимала, так как опоздала выйти в назначенный ей исходный район.
   В ночь с 7 на 8 августа по наведенным саперами понтонным переправам началось выдвижение советских стрелковых и танковых частей на восточный берег реки Халхин-Гол. Наведенный саперами понтонный мост не мог выдержать тяжести танков, вследствие чего было принято решение о форсировании танками реки вброд. Поскольку глубина брода достигала 1,5 м, танкисты использовали подручный материал, изготовили удлиняющие насадки на выхлопные трубы машин, выведя их выше уровня воды. Все люки и всевозможные щели корпусов и башен танков были уплотнены брезентом и промазаны солидолом. В темное время суток провели пробные погружения танков и сделали промеры глубины реки, проверили дно, в береговых откосах сделали спуски к воде. Поперек реки натянули стальной трос для указания направления движения.
   В ночь на 9 августа 1940 года бригада приступила к форсированию реки, и танки с выключенными фарами медленно двинулись через реку, погружаясь в воду по основания башен. На рассвете появилась авиация противника и стала бомбить места переправ. Форсирование реки затянулось на весь день, но несмотря на воздействие противника, танки благополучно преодолели преграду и на следующий день бригада вступила в бой.
  
   Центральная группа в первый день наступления продвинулась незначительно. 82-я стрелковая дивизия, имея перед собой сильные узлы сопротивления японцев в районе сопки "Песчаная" и высоты "Зеленая", весь день вела упорный огневой бой и к исходу дня продвинулась только своими флангами на 500-1500 м. Ближайшую задачу - овладение сопкой "Песчаная" и высотой "Зеленая" - дивизия выполнить не смогла.
   36-я мотострелковая дивизия наступала с 5-й стрелково-пулеметной бригадой, нанося главный удар левым флангом. 5-я стрелково-пулеметная бригада и 149-й стрелковый полк активными действиями сковали противника. В то же время 24-й мотострелковый полк, усиленный танковым батальоном 57-й стрелковой дивизии, успешно продвигаясь вперед, уничтожил передовые огневые точки врага и к исходу дня вышел к опорному пункту противника на высоту "Песчаник". Встретив здесь сильный огонь, полк далее продвинуться не смог и с наступлением темноты закрепился на достигнутом рубеже.
  
   Северная группа стремительным ударом отбросила за линию границы два полка баргутской конницы и 7 августа овладела передовыми позициями противника, подойдя непосредственно к сильно укрепленному узлу сопротивления, расположенному в районе высоты Фуи ("Палец"). Попытка овладеть с хода этим узлом сопротивления не увенчалась успехом. Части Северной группы вынуждены были развернуть свои главные силы. Завязался ожесточенный бой.
   Противник, оказывая яростное сопротивление, отбивал все атаки частей Северной группы войск.
   Почувствовав угрозу на флангах, японское командование с наступлением темноты начало производить перегруппировку.
   Чтобы остановить наступление Северной группы, японское командование приняло меры к усилению узла сопротивления в районе высоты Фуи. С этой целью оно перебросило в район этой высоты 26-й пехотный полк и расположило его на отсечных позициях фронтом на север. Одновременно Северный охранный отряд получил задачу прочно удерживать частью сил район западнее озера Яньху, а главными силами обеспечить тыл и правый фланг японских войск.
   Считая положение своих войск, оборонявшихся в центре, наиболее прочным, японцы сняли отсюда один из полков (72-й) и вывели его в резерв на случай парирования ударов с флангов.
   Развивая успех, достигнутый в первый день наступления, советско-монгольские части в последующие дни продолжали упорную борьбу внутри оборонительной полосы японцев. На участке Южной группы 6-я танковая дивизия, обойдя фланг противника и с большим трудом преодолевая естественные препятствия, к исходу 9 августа заняли весь район "Больших Песков". Таким образом, наши подвижные соединения уже на второй день наступления вышли на пути отхода южной группировки японцев на восток.
   Действуя на правом фланге 1-й армейской группы в первом эшелоне совместно со стрелковым полком и монгольским конным дивизионом, 6-я танковая дивизия прорвалась в глубину обороны противника и, маневрируя, начала штурмовать его опорные пункты с тыла. За период боев с 8 по 10 августа 6-я танковая дивизия потеряла 15 танков сгоревшими и 20 подбитыми, уничтожив до двух пехотных батальонов противника. Аналогичную боевую задачу на левом фланге в составе Северной группы выполняли танковые подразделения 11-й танковой бригады.
   В то же время стрелковые части Южной группы 9 августа глубоко вклинились в основную оборонительную полосу противника, разгромили его ближайшие тактические резервы и захватили ряд артиллерийских позиций. Стремительными ударами они расчленили оборону японцев на ряд терявших между собой связь узлов, блокировали их и последовательно уничтожали. Каждую огневую точку приходилось брать штурмом. При этом большую роль сыграли наша артиллерия и огнеметные танки. Орудия всех калибров, в том числе и 152-мм, выдвигались на открытые позиции и прямой наводкой с близких дистанций расстреливали огневые точки врага. Огнеметные танки выжигали живую силу из блиндажей и подземных укрытий, а пехота ручными гранатами и штыками довершала истребление японских солдат и офицеров. Особенно упорное сопротивление оказали два опорных пункта, располагавшиеся в 4-5 км к югу от реки Хайластын-Гол. Части 57-й стрелковой дивизии блокировали их и при содействии огнеметных танков уничтожили японские гарнизоны.
   К исходу 10 августа вся оборонительная полоса японцев на участке наступления Южной группы была взломана. Остался не взятым только один опорный пункт в районе отметки 757. В то же время 8-я мотоброневая бригада, вышедшая к государственной границе юго-восточнее Номон-Хан-Бурд-Обо, заняла оборону фронтом на северо-восток и окончательно отрезала пути отхода южной группировке врага.
   На участке Центральной группы продвижение частей 82-й и 36-й стрелковых дивизий было незначительным. Здесь противник по-прежнему оказывал упорное сопротивление на подступах к сопке "Песчаная" и высоте Ремизова.
   Северная группа в течение 8-9 августа не смогла овладеть высотой Фуи. Вместо того чтобы частью сил блокировать эту высоту, а главными силами продолжать стремительное наступление в южном направлении, командующий Северной группой продолжал безрезультатные атаки.
   Оказывая ожесточенное сопротивление, противник подтянул к высоте часть своих резервов и задержал продвижение Северной группы.
   Несколько дней и ночей продолжались ожесточенные бои, которые приняли очаговый характер. Стойкость японского солдата имела свою подоплеку. Командиры внушали ему, что, попав в плен, он все равно будет расстрелян, по прежде его будут истязать до полусмерти. И такое "моральное" воздействие во многих случаях достигало своей цели. В ряде случаев японские военнослужащие на Халхин-Голе фанатично дрались до последнего человека. Нередко вражеские блиндажи и дзоты переходили в руки красноармейцев тогда, когда там уже не было ни одного живого японского солдата.
   По приказу командующего 1-й армейской группой в помощь Северной группе еще 7 августа была выдвинута из резерва 9-я мотоброневая бригада. Бригаде была поставлена задача, не задерживаясь у высоты Фуи, наступать вдоль границы с севера в направлении Номон-Хан-Бурд-Обо с целью перехвата путей отхода северной группировки противника и уничтожения его складов в районе озера Узур-Нур. Выполняя поставленную задачу, 9-я мотоброневая бригада, усиленная одним танковым батальоном 6-й танковой бригады, обошла высоту Фуи с востока и, продвигаясь вдоль государственной границы, 9 августа произвела частью сил налет на базу японцев в районе озера Узур-Нур. Наши танкисты разгромили автоколонну противника, подожгли склады с горючим и боеприпасами и уничтожили батарею, прикрывавшую японскую базу. Уничтожение базы дезорганизовало снабжение японо-маньчжурских войск.
   Между тем борьба в районе высоты Фуи продолжалась.
   Блокированный со всех сторон, японский гарнизон продолжал отбивать все атаки. Противник имел здесь сильные оборонительные сооружения, опоясывавшие высоту со всех сторон. Глубоко врытые в землю блиндажи имели мощные перекрытия, связывались широко разветвленными ходами сообщения и прикрывались проволочными заграждениями.
   Только к исходу 10 августа частям Северной группы, усиленной дополнительно 212-й авиадесантной бригадой, удалось сломить сопротивление врага. Японцев пришлось выбивать ручными гранатами и штыками буквально из каждой щели. В плен никто из них не сдавался, после боя из окопов и блиндажей было извлечено свыше 600 трупов японских солдат и офицеров.
   Овладев высотой Фуи, Северная группа продолжала наступление в юго-восточном направлении.
   В то же время 9-я мотоброневая бригада, получив усиление 11-ю танковую бригаду и 10 августа достигла Номон-Хан-Бурд-Обо и отрезала пути отхода северной группировке японцев на восток. На другой день бригада вошла в огневую связь с частями 8-й мотоброневой бригады Южной группы, замкнув таким образом кольцо окружения противника.
   Не менее напряженные бои в первом периоде операции вели наши Военно-Воздушные Силы, оказывая большую помощь наземным войскам. За один только день 7 августа бомбардировщики Советской авиации произвели 256 самолето-вылетов по районам озера Узур-Нур, Номон-Хан- Бурд-Обо, Джин-Джин-Суме, озера Яньху, Ганьчжур и по железной дороге Халун-Аршан-Ганьчжур. Они сбросили свыше 86000 кг авиабомб различных калибров.
   Таким образом, уже в конце первого периода операции наши подвижные соединения завершили окружение противника. Стрелковые части, взаимодействуя с танками и авиацией, прорвали передний край и расчленили всю оборонительную систему японцев на ряд потерявших между собой связь очагов, которые успешно ликвидировались наступавшими войсками.
   К 11 августа у японцев оставались еще три крупных узла сопротивления в тылу наших войск. Первый находился на северном берегу реки Хайластын-Гол, в районе высоты Ремизова, а второй и третий - на южном берегу, в районах сопки "Песчаная" и высоты "Зеленая".
   10 августа 1940 года Зинченко докладывал Сталину, что может в течении двух-трех дней полностью ликвидировать окруженные японские части, но ввиду ожидающихся переговоров считает это преждевременным.
   - Товарищ Иванов, мы считаем, что японцев лучше выпустить из котлов с оружием и знаменами - докладывал Зинченко - таким образом, мы продемонстрируем японскому руководству свое стремление к миру и готовность к переговорам.
   - Какая в этом необходимость, ведь мы выиграли эту войну - удивился Сталин - к тому же они потеряли Пекин. Войска товарища Мао под присмотром товарища Петровского освободили Пекин и сейчас продвигаются к Тайцзиню.
   - Товарищ Сталин, нельзя загонять крысу в угол, нам достаточно и тех побед, что мы уже достигли, любой другой исход может спровоцировать продолжение войны.
   - Вы всё таки считаете, что они откажутся от мира с англичанами в целях заключения мира с нами?
   - Англичане далеко, и война с ними может идти только с помощью морских сил. Сухопутной армии в Китае у англичан нет, и нет возможности удержать свои колонии. Мы должны показать японцам, что воевать с нами на суше самураям опасно, они потеряют всё, а вот войну на море против британцев могут и выиграть. Поэтому мир с нами более перспективный, чем дружба с Британией.
   - Хорошо, вышлите парламентариев и предложите японцам почетную капитуляцию и выход со стрелковым оружием на территорию Маньчжуо-Го. И спасибо вам за столь быстрый разгром самураев, подготовьте предложения о награждении отличившихся.
   - Есть, товарищ Иванов.
   - До свидание.
  
   Получив сокрушительный отпор не только на земле, но и в воздухе, японцы через своего посла в Москве Сигэнори Того обратились к Советскому правительству с просьбой о прекращении боевых действий.
   11 августа 1940 года боевые действия были прекращены.
   Командующий 6-й Императорской армией генерал Огису Риппо счастливо избежал с остатками своих войск уничтожения на монгольской территории и вышел с гордо поднятой головой по предоставленному окруженцам коридору.
   12 августа в Москву прибыла крупная делегация японских переговорщиков, а 14 августа 1940 года СССР и Япония подписали мирный договор, в котором отдельным пунктом указывалось, что японская армия в Китае воздержится от атаки тех районов и провинций, что удерживают коммунистические части Мао Дзэдуна. Это уже была огромная дипломатическая победа, японцы не признали Синьцьзян как отдельное государство Китайских коммунистов, но они отказались от продолжения боевых действий с войсками Мао. К сожалению Петровскому так и не удалось захватить, или освободить Тайньцзын и выйти к морю, но Пекина японцы обязались сдать, что в дальнейшем давало коммунистам надежду на неминуемую победу над войсками правительства Гомильдана, который сосредоточил все свои силы в направлении Чуньцин-Шанхай. Поскольку китайские коммунисты наносили свой главный удар вдоль великой реки Хуанхэ, что привело их к великому городу Шанхаю, то китайское националистическое правительство Гомильдана наносило свой основной удар по японцам вдоль другой великой китайской реки Янцзы. Однако наступление Гомильдановских войск было остановлено после взятия Нанкина. Так как дойти до моря Гомильдану также не удалось, то теперь все ожидали, решится лион напасть на подконтрольные коммунистам районы. Япония как основной враг Китая делала всё, что бы народно-освободительная война переросла в гражданскую войну, японцы желали любым путем стравить Мао и Гомильдана, а для этого можно временно заключить мир даже с коммунистами Сталина.
  
   Затем состоялись переговоры по демаркации границы между Монголией и Маньчжоу-Го. А 15 августа 1940 года государственная граница МНР была полностью восстановлена на прежней линии.
   За время наступательной операции наших войск на Халхин-Голе японо-маньчжурские войска потеряли около 71 тысячи человек убитыми, ранеными и пленными и это не менее 43% от общего числа участвовавших в боевых действиях войск. В ходе воздушных боев на монгольской границу японцы потеряли 660 самолетов. Императорская армия на монгольском направлении утратила почти свою боевую технику.
   Потери советско-монгольских войск совокупно убитыми, ранеными, пропавшими без вести и попавшими в плен, больными составили свыше 21500 человек. В боях на Халхин-Голе погибло и умерло от ран на этапах санитарной эвакуации 6831 человек рядовых бойцов и командиров, из них 1063 командира-офицера. Из числа погибших умерли в госпиталях 647 человек, получивших тяжелые ранения. 28,5% всех боевых ранений пришлось на руки. Советская авиация потеряла в воздухе и на земле 387 самолетов.
   За мужество и героизм в боях на Халхин-Голе 70 командирам и бойцам Красной Армии было присвоено звание Героя Советского Союза, 21 человеку это звание было присвоено посмертно. Среди Героев 33 человека были танкистами и 23 - летчиками.
   Всего было награждено свыше 17 тысяч красноармейцев и командиров, орденами - почти 5 тысяч человек. Более 9 тысяч удостоились медали "За отвагу" и около 3 тысяч - медали "За боевые заслуги".
   Орденоносными стали 24 соединения, части и подразделения. Среди них - 36-я мотострелковая дивизия, 100-я скоростная бомбардировочная авиационная бригада, 7-я мотоброневая бригада, 24-й стрелковый полк, 175-й артиллерийский полк, 22, 56-й и 70-й истребительные авиационные полки, отдельная специальная танковая рота огнеметных танков и другие.
   Героизм и отвагу проявили также и монгольские воины, более 400 человек были награждены орденами и медалями, 6-я и 8-я кавалерийские дивизии были награждены монгольским орденом Красного Знамени. 6-я кавдивизия, как наиболее отличившаяся в боях, стала носить имя Сухэ-Батора.
   Но самое главное, что это была поистине важнейшая военно-политическая победа СССР, которая практически вывела Японию из игры. В ответ на этот успех советской дипломатии британцы 15 августа 1940 года сговорившись о сотрудничестве с националистическим правительством Гоминьдана вновь открыла Бирманскую дорогу для обеспечения поставок военного снаряжения и припасов войскам националистического китайского правительства. Это было сделано с одобрения США, намеревавшихся утвердить в Ките любой режим, лишь бы он не был коммунистическим, а также в отместку Сталину за успешную революцию в Бразилии.
   Бои в районе реки Халхин-Гол показали, что противопульная броня легких танков Т-26, БТ-5 и БТ-7, а также пушечных бронеавтомобилей БА-6 и БА-10 легко пробивается 37-мм снарядами японских противотанковых орудий и даже огнем 14,5 мм противотанковых ружей. Отсюда был сделан вывод, что решение полностью снять данные танки с производства полностью подтвердилось практикой.
   Действия авиации противника, применение им крупнокалиберных пулеметов, шестовых мин, ручных гранат и бутылок с зажигательной жидкостью, противотанковых мин не дали существенного эффекта в борьбе с советскими легкими танками, так как всеми этими средствами было выведено из строя только несколько танков.
   Танки Т-26, несмотря на модернизацию все же показали недостаточную мощность моторов и плохо маневрировали по песчаным барханам.
   Во время боев было установлено, что броня малых плавающих танков Т-37А толщиной в 9-мм пробивается бронебойными пулями японских винтовок и крупнокалиберных пулеметов. Выяснилось также низкая проходимость Т-37А на песчаных грунтах. В связи с этим в дальнейших боевых действиях эти малые плавающие танки не участвовали и использовались только для связи. Кроме того было принято решение об увеличении противопульного бронирования наших бронетранспортеров до 15 мм по бортам.
   Высокие боевые качества показали огнеметные танки ОТ-26 и ОТ-130 (Т-130), наводившие ужас на японскую пехоту и эффективно уничтожавшие ее как на открытой местности, так и в укрытии. Однако оказалось, что эти танки обладали недостаточной дальностью огнеметания (45-50 м), в результате чего было принято решение о формировании специальных огнеметных штурмовых подразделений в каждой бригаде.
   Опыт боевых действий показал практическую невозможность использования тяжелых пушечных бронеавтомобилей БА-6 и БА-10 на переднем крае и в глубине обороны противника ввиду их низкой проходимости из-за недостаточной мощности двигателя и других недостатков. Поэтому после конфликта на реке Халхин-Гол новых броне автомобильных соединений не создавалось, а все построенные в СССР бронеавтомобили были выведены в разряд разведывательной техники.
   Основные потери советские танковые части несли от огня вражеской артиллерии и, в частности, от 37-мм противотанковых пушек и 70-мм батальонных гаубиц Тип 92. Тем не менее, в ходе боев все подбитые и аварийные танки эвакуировались линейными танками на сборные пункты аварийных машин танковых батальонов, где производился их ремонт, в основном агрегатным способом. Для эвакуации подбитых машин каждой роте выделялись два танка, которые, двигаясь за их боевыми порядками, вели бой, а когда представлялся удобный момент, производили эвакуацию поврежденных машин. Только в одной 6-й танковой дивизии было восстановлено 49 подбитых танков.
   Потери советско-монгольских войск в танках резко сократились в ходе общего контрнаступления за счет применения нового тактического приема, когда на флангах атакующих танковых подразделений скачками передвигались 2 и более батареи орудий самоходной артиллерии СУ-5-2 и полевой артиллерии 76,2-мм пушек на мех тяге, одна из которых вела огонь, другая в это время производила выдвижение. 76 мм самоходные орудия СУ-5-1 вели огонь прямой наводкой по противотанковым орудиям противника. В ходе боев выявились и недостатки в подготовке личного состава, в управлении подразделениями и частями в бою. Командный и рядовой состав недостаточно хорошо знал перископический прицел и почти им не пользовался. Кроме того, башенные стрелки слабо знали устройство танковой пушки и не могли быстро устранять мелкие неисправности. Крупные недочеты были допущены в организации взаимодействия между танками и пехотой. Времени на организацию взаимодействия между частями и соединениями часто не отводилось и нередко танкистам приходилось уяснять задачи уже в ходе боя.
   Управление в бою в звене "рота-взвод" в большинстве случаев часто терялось и осуществлялось личным примером. Командиры батальонов и бригад управляли либо с командного пункта, либо из танка при помощи офицеров связи на танках. Радио явно недооценивалось командирами и мало использовалось для управления частями. К тому же и технические качества танковых радиостанций были низкими. Имевшиеся на командирских танках поручневые антенны часто повреждались осколками, и, кроме того, антенны демаскировали командирские машины. В процессе боевых действий на линейные танки стали устанавливать ложные антенны. Были выявлены также недочеты при проведении маршей на большие расстояния, особенно в организации службы регулирования.
   В целом опыт эксплуатации техники и ряд тактических вопросов, успешно реализованных в боях с японскими войсками, имели большое значение для развития теории и практики боевого применения советских танковых войск.
   Главный итог боев на Халхин-Голе состоит в том, что сокрушительное поражение японских войск во многом повлияло на решение правящих кругов Страны восходящего солнца не сотрудничать с гитлеровской Германией и Британией в их нападении на Советский Союз. Такова была цена разгрома на монгольской границе японо-манчжурских армий.
   События на реке Халхин-Гол стали наглядным уроком не только для официального Токио и императорского генералитета, вышедшего из сословия самураев.
   В Стране восходящего солнца из столкновения с советской армией на монгольской границе быстро сделали надлежащие и самые серьезные выводы, но не меняющие милитаристской устремленности Японии. 14 августа 1940 года влиятельнейшая японская газета "Асахи" вышла с передовой статьей, посвященной анализу конфликта на Халхин-Голе, в которой редакционные аналитики писали следующее:
   "Наши военные власти из этих событий вынесли поучительный урок о том, что в будущем военные приготовления нужно довести до совершенства. Военные власти достаточно глубоко продумали этот урок. Нужно до предела насытить армию моторизованными частями. В этом кроется глубочайший смысл событий последнего времени. До сих пор народ не знал, до какой степени оснащены моторизованные части Советского Союза. Теперь найдется немало людей, пораженных такой неожиданностью...
   Нам нужно твердо усвоить урок, полученный в районе Номонхана. Нужно подготовиться, подтянуться и всеми силами стремиться к завершению обороны страны не только морально, но и материально. Мы почувствовали эту откровенную потребность".
   Свой урок вынесли и мы, в кратчайший срок, после окончания масштабных боёв на монгольском направлении Зинченко подготовил доклад лично товарищу Сталину о необходимости скорейшего перевооружения частей Восточного военного округа СССР на машины новых типов, а всё старьё передать на комплектование войск Монголии и Коммунистического Китая.
  
  Сложно развивались события на Иранском направлении. Экспедиционный Британский корпус при поддержке австралийцев начал высадку на Иранском побережье.
   Как только был получен сигнал о начале высадки британцев в Иране по приказу с Москвы в Тегеране начал действовать план 'Свобода востока'. По этому плану несколько сотен переодетых в местных жителей разведчиков атаковали дворец иранского шаха, и в ходе короткого, но жестокого боя захватили дворец. После чего специально подготовленные граждане исламских республик СССР выступили на рынках и площадях и объявили, что в стране произошла социалистическая революция и шах свергнут, да здравствуют советы народных депутатов, земля крестьянам, а фабрики рабочим. По всей стране прокатился революционный вихрь. Пока британцы не успели опомниться, под руководством советских инструкторов был собран революционный совет, который объявил о создании Советской Народной Иранской Республики. Депутаты СНИР немедленно подготовили Меморандум о признании и оказании помощи со стороны всех свободных народов. Свободных народов оказалось только три. 25 августа 1940 года СССР, Монгольская Народная Республика и Республика Тыва признали новое социалистической государство. А 26 августа по просьбе правительства СНИР СССР начал оказывать объемную военно-техническую помощь своим соседям. 100 тысячная группировка советских войск под руководством Жукова по приказу ставки перешла государственную границу Ирана и выдвинулась в южном направлении, чтобы не допустить броска на Тегеран британского экспедиционного корпуса.
   Британцы не были готовы немедленно вступить в бой с частями РККА, поэтому приступили к боям на дипломатическом направлении. В ответ на вторжение советских войск в Иран, СССР по ходатайству Англии был исключен из Лиги наций. А 1 сентября турецкое руководство объявило о начале полноценных военно-дипломатических действий в отношении сдерживания агрессии СССР в Иране, открыв на своей территории несколько аэродромов для размещения авиации 'союзников' и объявив о том, что теперь временно приостанавливается действие 'Конвенции Монтрё' в области ограничения прохода в Чёрное море боевых кораблей не черноморских государств.
   И уже через несколько дней с турецких аэродромов в воздух поднялись 60 британских бомбардировщиков и направились в район Бакинских нефтяных промыслов. Однако советская система ПВО своевременно обнаружила британцев и в воздух была поднята истребительная дивизия с аэродромом в Тбилиси, Баку и Ереване. Тяжёлый бой с истребителями прикрытия и дальнейший удар по британским бомбардировщикам заставил противника развернутся, и уйти на турецкие аэродромы. А через несколько дней по турецким аэродромам, где базировалась британская авиация был нанесен ответный удар нашей бомбардировочной авиацией.
  
   28 августа в Чёрное море вошёл объединенный франко-итальянский флот.
   Весть о проходе франко-итальянского флота через проливы в Москву передал спецагент в Анкаре. В этот же день по науськиванию британцев турецкими спецслужбами была проведена специальная операция по аресту дипломатической миссии СССР в Турции. Этот никчёмный по логике акт все таки имел конкретные цели. А цель была простая обеспечить дипломатическую блокаду СССР и не допустить никаких переговоров между СССР и Турцией, что, так или иначе могло способствовать полноценному вступлению Турции в войну.
   Британцы рассчитывали, что Сталин отдаст приказ об ответном аресте турецкой дипломатической миссии в Москве, но 'кровавый тиран' решил поступить более хитро. После того как турецкое диппредставительство получило ноту о немедленном закрытии посольства, те стали собирать манатки и уже при погрузке на транспортный самолет турецкого посольства к послу подошел лично Молотов и попросил посла пройти в его автомобиль. В новеньком ГАЗе на заднем сиденье сидел товарищ Сталин.
   - Господин посол - начал разговор Сталин - мы с прискорбием наблюдаем за резким ухудшением отношений между СССР и Турцией. Мы понимаем, что такое отношение дел неминуемо приведет к большой войне и как результат к полному краху Турции. Я прощу вас передать вашему руководству, что, несмотря на использование вашей территории для размещения авиации и кораблей, враждебных нам государств, мы воздержимся от бомбардировок аэродромов и портов на территории Турции. Кроме того, СССР не будет препятствовать вашей морской торговле с Германией и мы не станем топить ваши рудовозы. В ответ на это мы просим всего лишь малость.
   - И что же хочет предложить советское руководство? - удивился такому монологу посол.
   - Мы предлагаем вам войну без войны. То есть официально вы будете выполнять то обещание, что вы дали вашим союзникам, но вот не официально - Сталин многозначительно поднял палец вверх - не официально вы не будете вести борьбу с нашей агентурой на территории Турции. Вы должны понимать, что мы должны иметь возможность получать всю информацию о деятельности не дружественных нам государств, о всех массированных вылетах авиации 'ваших союзников', что вздумают бомбить территорию СССР. Мы должны получать информацию по составу, тонажности, вооружению вражеских флотов, что проходят Турецкие проливы, а также их курсов следования после прохождения проливов и желательно об их задачах.
   - Но зачем? - не понял посол - зачем все это?
   - Затем дорогой товарищ, что ваши так называемые 'друзья' опять хотят воспользоваться вашей доверчивостью. Поэтому они пытаются втянуть вас в заранее проигранную войну. Подумайте о том, что сейчас ни один советский бомбардировщик не может долететь до территории Франции, Италии или Британии, но вот разбомбить территорию Турции мы можем. Если мы не договоримся, то мы скоро сможем перекрыть ваши проливы, просто закидав их минами, кроме того советский подводный флот приступит к полномасштабной подводной войне с непредсказуемыми последствиями для вашей торговли. Рано или поздно так называемые союзнички уберутся с Черного моря и тогда вы останетесь один на один со всей мощью советского государства. А вот вчерашние ваши 'друзья', воспользовавшись ослабевшей Турцией, как и во времена Османской империи, отберут у вас даже те территории, что вы имеете сейчас.
   - Но почему вы думаете, что нам удастся обманывать британцев и французов? Как мы вообще можем это сделать?
   - Все очень просто - улыбнулся в усы Сталин - ваши военные могут даже атаковать наши силы в Иране и наносить авиационные удары по иранским объектам, ваши летчики будут сбрасывать бомбы в горы, после чего заявлять по радио и в газетах о несметном ущербе, нанесенной нашим 'оккупационным силам в Иране'. Мы же в свою очередь будем передавать сообщения ТАСС о варварских бомбардировках со стороны 'подлых османов' территории дружественного нам Ирана.
   - А что дальше?
   - А дальше мы поможем вам вышвырнуть франков с исконно османской земли и вернем вам алавитские земли Сирии, возможно даже Палестину и Ливан.
   - Это хорошее предложение.
   - Это лучшее из того, что вам мог предложить СССР. Но вам уже в ближайшее время придется отпустить наших послов. Скажите, что именно это и было темой ваших переговоров с Молотовым в аэропорту Москвы.
  
   Через несколько дней нарком ВМФ СССР товарищ Кузнецов прибыл в Москву по вызову Сталина.
   - Товарищ Кузнецов, как вы думаете, сможем ли мы нанести хоть какой то ущерб морским силам врага в Черном море?
   - Товарищ Сталин, наш флот за последние два года прошел серьезную модернизацию, мы улучшили прицельно-навигационные комплексы, системы ПВО, разработали новые боеприпасы для орудий главного калибра и торпеды, сегодня в Чорном море нам нет равных, однако мы не можем просчитать возможность противодействия скажем французскому или итальянскому Средиземноморским флотам, если те вздумают зайти к нам в гости, так как не знаем возможностей их кораблей. По нашим расчетам противник может собрать в кулак до 10 крупных боевых кораблей и до полеусотни кораблей прикрытия.
   - А если я вам скажу, что вам придется противодействовать объединенной итало-французской эскадре?
   - Тогда у нас может быть только одна стратегия, это оборона на заранее подготовленных минно-артиллерийских позициях под прикрытием сил противокорабельной авиации и нанесение ударов силами подплава.
   - Обороны мало, нам нужно нанести непоправимый ущерб вражеским кораблям и чем больший, тем лучше.
   - Товарищ Сталин - Кузнецов встал.
   - Да садитесь вы - Сталин махнул рукой.
   Кузнецов сел, достал свою карту бассейна Черного моря, развернул и положил на стол.
   - Товарищ Сталин, противодействовать крупным силам вражеского флота в открытом море нам практически нечем. Слишком не равные силы. Мы можем выставить всего 5-6 модернизированных больших кораблей и до 20 судов прикрытия. Противник же соберет эскадру как минимум в три, а то и в четыре раза превосходящую наши силы. Рассчитывать на то, что противник убоится, наши подлодки не приходится, имея несколько десятков эсминцев, можно сносно обеспечить противолодочную оборону эскадры.
   Сталин кивнул, поддерживая Кузнецова.
   - Вот эти круги на карте - нарком ВМФ показал карандашом - красные круги с крестиком это максимальный радиус действия дальних бомбардировщиков ТБ-3, красная линия с уголком - это предельная дальность действия двухмоторных пикирующих бомбардировщиков ПЕ-2, круги с точкой - это дальность торпедоносцев ИЛ-2 и истребителей ЯК-1 и И-185, а вот самая последняя красная линия с двумя точками это дальность действия новейших реактивных ракетоносцев ЛаГГ-1.
   - Вы хотите сказать, что сможете непрерывно атаковать вражеский флот авиацией по мере его приближения к нашему побережью?
   - Так точно, однако этого мало, мы не можем воздействовать на врага малыми силами, требуется провести внезапную массированную воздушную атаку на вражеский флот, что бы гарантированно потопить ключевые силы противника, а потом уж добить оставшиеся посудины. Кроме того, как я понимаю, нам следует показать не только силу авиации, но и обновлённые возможности флота, дабы напугать наших противников и возможно в будущем исключить попытки атаки нашего побережья, флотов и военно-морских баз на других направлениях.
   - Вы правильно понимаете задачу, продолжайте.
   - Мы предлагаем использовать подставного зайца - кхекнул Кузнецов, что не смог найти подходящего слова - мы должны выйти на встречу вражеской эскадре, атаковать её в открытом море, а затем отступить под прикрытие береговых батарей и авиации, по крайней мере, это должно так выглядеть. Требуется заранее выбрать несколько позиций, где бы мы могли заманить вражеский флот в засаду подлодок и на минные банки.
   - А ваш заяц сможет продержаться, выдержать первый удар и вернутся в базу?
   - Возьму самые стойкие корабли и ударю со стороны грузинского побережья, там много аэродромов. В нужный момент поднимем несколько сотен самолетов и атакуем врага, а подлодки довершат дело.
   - Товарищ Кузнецов - Сталин выбил трубку и посмотрел на наркома - надеюсь, вы понимаете, что мы не можем себе позволить потерять даже те самые 6-7 кораблей, что вы возьмете с собой. Иначе мы продемонстрируем всему миру слабость нашего флота даже после всех модернизаций, и уж тогда то на нас накинутся все кому не лень, вцепятся как свора собак в раненного медведя.
   - Понимаю.
   - Ну что же, тогда действуйте. Если поймете, что дела обстоят плохо, уходите под прикрытие наших береговых батарей.
  
   Для встречи в море и противодействия высадке морского десанта на перехват противнику выдвинулись корабли Черноморского флота СССР, командовал флотом Октябрьский.
   К началу войны СССР располагал на Чёрном море неплохим по тому времени флотом для противодействия флотам причерноморских государств, однако выставить приличные корабли против итальянского или французского флотов нашим адмиралам было почти нечего.
   Почти, это именно так, но в реальности за два последних года, используя сотни научно-исследовательских работ и тысячи изобретательских патентов, разработанных закрытыми исследовательскими центрами советский флот смог не просто преобразоваться, а получил серьезные модэрнизационные комплекты для кораблей Балтийского и Черноморского флотов. В частности в составе Черноморского флота СССР имелись шесть кораблей оборудованных системами управления огнем на базе новых радарных установок. Корабельный радар 'Редут-К', который имел вращающуюся антенную часть и мог работать на дальности обнаружения целей до 70 миль, при этом станция была связана с ПУО (прибора управления огнем) корабля и обеспечивала точность ведения огня корабельной артиллерией с рассеиванием по дальность до 1 км, а по азимуту угла цели до 2 градусов. Все это позволяло точно накрывать цель огнем орудий крупного калибра на дальностях до 170 кабельтовых (30 км). Для корректировки огня артиллерии на линкоре имелся один гидросамолет, оборудованный радиостанцией, а новые активно-реактивные снаряды для орудий крупного калибра обеспечивали большую дальность ведения огня и имели улучшенные показатели по бронебойности.
  
   Для противодействия морским десантам на наше побережье, в экстренном порядке была сформирована ударная группа, в которую вошли: модернизированный линкор 'Парижская коммуна', три тяжелых крейсера 'Червона Украина', 'Красный Крым' и 'Красный Кавказ', два новейших легких крейсера 'Ворошилов' и 'Молотов', 12 эскадренных миноносцев. Обеспечивали действия эскадры бывший бронепалубный крейсер 'Коминтерн' 1905 г. постройки переделанный под плавучую зенитную батарею и 4 старых канонерских лодки, оборудованных как плавучие госпиталя и суда эвакуации. Не менее мощно был представлен и подводный флот в составе четырех дивизионов подводных лодок в количестве 18 единиц. Кроме того для постановки минных заграждений в состав ударной группы подплава были включены 6 подводных минных заградителей. Остальные силы флота исполняли патрульные функции советского побережья и вспомогательные задачи по доставке материальных средств.
   Собирался флот в порту города Новороссийск 20 сентября 1940 года и в самый последний момент, когда уже планировался выход кораблей в море командующему Черноморским флотом Октябрьскому пришла телеграмма с Москвы, в которой указывалось, что руководить операцией будет лично товарищ Кузнецов - Народный комиссар ВМФ СССР.
   Кузнецов прибыл в Новоросийск на самолете в сопровождении товарища Бубнова, который был назначен авиационным наводчиком и корректировщиком действий авиационных частей Черноморского флота.
   В распоряжении флота находилась тяжелая авиационная бригада бомбардировщиков дальнего действия ТБ-3, авиационная бригада двухмоторных пикирующих бомбардировщиков ПЕ-2, авиационная бригада новейших торпедоносцев ИЛ-2 и семь авиационных истребительных полков. Кроме того для проведения боевых испытаний в состав флота временно передавалась специальная противолодочная эскадрилья реактивных самолетов ЛаГГ-1 в составе 6 звеньев реактивных ракетоносцев.
   Авиация СССР титаническими усилиями руководства страны, попаданцев, конструкторов и простых рабочих была приведена в более-менее работоспособное состояние. Авиационная промышленность СССР наладила массовый выпуск новых истребителей И-185 и ЯК-1 с приличным боевым радиусом полета и 23 мм автоматическими пушками, освоила выпуск совершенно нового, небронированного торпедоносца ИЛ-2 с 1350 сильным движком, с огромной полезной нагрузкой и возможностью сброса новых торпед с высоты до 100 м. А самое главное, что разработанный на основе притащенного с 2018 года учебно-боевого чешского самолета Л-29 'Дельфин' реактивный истребитель ЛаГГ-1 теперь активно модернизировался и приспосабливался под различные нужды. Вот и сейчас попаданец, товарищ Бубнов лично прибыл на Черноморский флот для проверки боевых возможностей в реальных условиях новых ЛаГГ-1ПК, то есть противокорабельного варианта реактивного самолёта, оборудованного двумя подкрыльевыми держателями пусковых установок неуправляемых противокорабельных ракет 'Гранит-К'. Каждый Лагг-1 имел по две 500 килограммовые твердотопливные неуправляемые ракеты, с дальностью стрельбы по наземным целям до 3000 м, а приемлемая дальность попадания по надводным целям составляла до 1000 м., кроме того ракеты имели вес проникающей боевой части в 200 кг. Эти ракеты летели на скорости 1200 км/час и при попадании в цель за счет усиленной проникающей способности имели возможность наносить кораблям большие разрушения.
   Наши противники для гарантированного уничтожения советского Черноморского флота притащили в Чёрное море достаточно сильный флот. Совместные франко-итальянские силы состояли в основном из средиземноморских сил Франции, которыми лично руководил командующий театром военных действий "Юг" адмирал Эстева, а также итальянской эскадры под командованием адмирала Королевских ВМС Италии и флота республики А́нджело Яки́но.
   Французы привели в Черное море 20 надводных кораблей: ударную эскадру линкоров возглавлял вице-адмирал Жансуль, под рукой которого были линкор "Дюнкерк" капитана 1 ранга Сегэн и линкор "Страсбур" капитана 1 ранга Коллине. Отряд крейсеров в количестве 6 единиц состоял из двух эскадр: под руководством контр-адмирала Буррагэ в составе крейсеров "Жорж Лейг" (капитан 1 ранга Барно), "Глуар" (капитан 1 ранга Бруссиньяк), "Монкальм" (капитан 1 ранга де Корбьер) и эскадры контр-адмирала Марки в составе крейсеров: "Марсейез" (капитан 1 ранга Амон), "Ла Галиссоньер" (капитан 1 ранга Дюпре), "Жан де Вьен" (капитан 1 ранга Миссоф). Также в составе французского флота имелись 12 эскадренных миноносцев под командованием контр-адмирала Лакруа. Кроме того французы привели дивизион подводных лодок под командованием контр-адмирала Вана.
   Итальянский флот состоял из 22 кораблей в составе двух линкоров 'Конте ди Кавур' и 'Джулио Чезаре', 6 крейсеров, а также 14 эсминцев.
   Итого объединенных франко-итальянский флот имел 42 надводных боевых корабля в составе 4 линкоров, 12 крейсеров, 26 эсминцев и 16 подводных лодок.
   Все эти силы по факту сопровождали крупный конвой десантных судов и судов обеспечения численностью в 32 судна, а действия морских сил прикрывали самолеты, которые заблаговременно были переброшены на северные турецкие прибрежные аэродромы.
   На десантных судах перебрасывались оккупационные войска в составе двух 'национальных дивизий'. Французы из числа граждан Алжира и Туниса сформировали 'Дикую африканскую дивизию' в количестве 12 000 человек, а итальянское командование, дабы не отставать от своего соседа также выставили в качестве 'сил освобождении Кавказа' сводную Ливийскую дивизию добровольцев в количестве 9000 человек.
   Решение о выставлении на борьбу с 'большевистской заразой' колониальных войск было принято по общей договоренности, дабы избежать столкновения 'союзников' в Африке и на Ближнем Востоке.
   Не смотря на катастрофическое превосходство итало-французского флота над Черноморским флотом СССР, в объединенных силах так называемых 'союзников' имелись и огромные недостатки. В частности итальянский флот не собирался воевать с советами. Вернее так, повоевать то можно, но для достижения ограниченных задач.
   Бенитто Муссолини и его друг Адольф Гитлер договорились с Турцией о включении её в состав своего протектората для обеспечения полного господства над водами Черноморско-Азовского бассейна. Так или иначе, но Германия не оставляла планов по захвату Румынии, а также выхода через территорию Турции к богатому нефтеносному району в алавитской пустыне, но для этого требовалось изгнать с ближнего востока бриттов и франков.
   Турки потребовали себе часть Греции, а взамен обязались поддержать интересы Италии на Балканах. Интересы же последних состояли в обеспечении контроля за Албанией, Долмацией и частью территории Греции. Часть греческих островов обещалось вернуть туркам, но под гарантии участия Турции в организации восстаний во французских сирийских колониях, с последующим подписанием долгосрочных нефтяных контрактов с итальянскими и германскими нефтяными компаниями по разработке богатых месторождений в алавитской сирийской пустыне минимум на 50 лет. Поэтому итальянцы рассматривали наличие своих оккупационных сил в Грузии как временный элемент союзных обязательств, а основное направление деятельности итальянских сил Муссолини всё таки видел в контроле за своими богатыми африканскими колониями и в контроле за ближневосточными нефтяными промыслами, которые пока, что по какому то недоразумения принадлежат французам и британцам. И вот обеспечив вступление Франции в войну с советами, Муссолини решал для себя стратегическую задачу, это подготовка к захвату крупных нефтеносных районов Сирии, где уже сейчас Франция начала масштабную добычу нефти.
   При всем при этом французы также прекрасно осознавали временность созданного союза с нацистами и лишь пытались оттянуть время, пытаясь отвлечь внимание Адольфа Гитлера и Бенито Муссолини от своих ближневосточных колоний. Тут как на зло, по всей Европе были перепечатаны советские газеты с кричащими заголовками о появлении у Сталина какого то нового вида русских пионеров. Там, какой то неизвестный русский пионер-экстрасенс по имени Коля Герасимов с помощью нового устройства 'Мелафон' указал точные координаты четырёх самых богатых нефтеносных районов мира, два из которых находились на территории современных французских колоний в Алавитской Сирии и Французской Гвиане, третий нефтеносный район располагался где то в глухой Сталинской Сибири, а последний находился на территории Ливии. При чем, Ливийские месторождения разрабатывались давно и ничего нового тут не было, а вот наличие крупных нефтеносных районов в алавитской пустыне неминуемо спровоцирует новые колониальные войны за передел мира.
   Первые же бурения в Сирии показали, что мальчик Коля оказался прав, и там нашли прекрасную нефть. И вот теперь макаронники Муссолини зашевелились, некоторые итальянские газеты даже пишут о том, что пора превратить Средиземное море в итальянское озеро, мол, Сирия исконно принадлежали императорам великого Рима.
   Поэтому французы пытались разыграть свою карту и натравить турок на советы, пусть там воюют за кавказские земли и пробиваются к Каспийскому морю, а макаронники и нацисты Гитлера вынуждены будут помогать туркам, иначе усатый горец за несколько месяцев раздавит зарвавшихся турок и тогда под угрозой уже окажутся германские и итальянские интересы. В этой ситуации французы совсем не возражали, если в Турции вдруг произойдет социалистическая революция, это надолго отвлечет нацистов с фашистами от французских колоний.
   В действиях союзников были видны неразрешимые противоречия, особенно касающиеся временного 'итало-франкского альянса'. Все это не позволяло так называемым 'союзникам' выбрать единого командующего и оба флота действовали практически самостоятельно, лишь изредка обмениваясь данными обстановки.
  
   Кузнецов играя роль приманки вышел в море, построив свои силы в кильватерную колонну. Впереди шел легкий крейсер 'Ворошилов', за ним 'Молотов' и уже далее линкор 'Парижская Комунна', за ним 'Червона Украина', 'Красный Крым', 'Красный Кавказ'.
   Легкие крейсера имели задачу обеспечить действие передового отряда эсминцев и по возможности завлечь за собой врага на основную ударную группу Черноморского флота.
   Обеспечение противолодочной обороны ударной группы осуществляли 12 эсминцев, что шли впереди и на флангах ударной группы на удалении до 10 кабельтовых, осуществляя поиск подводных лодок и ведя разведку сил противника. Остальные корабли остались под прикрытием береговых батарей Черноморского флота в районе портов Новороссийк и Поти. В небе постоянно висели дальние разведчики ПЕ-2, передававшие по радиостанции данные о положении вражеских кораблей.
   В район боевого развертывания 'Адлер' выдвинулись 1 дивизия подводного флота, 2 дивизия подплава пошла навстречу французам в оперативный район 'Трабзон', по сути это были старые подводные лодки наспех дооборудованные гидролокационными комплексами, и удалятся далеко от берега этим силам не имело никакого смысла, а вот новые 'Щуки' пошли в дальний поход навстречу итальянскому флоту с задачей торпедировать корабли противника в открытом море и по возможности заблокировать прохождение турецких проливов.
   В 16.30 на мостик линкора 'Парижская Комунна' поступило сообщение об обнаружении крупных сил противника, медленно продвигавшихся в 100 милях от турецкого побережья в направлении Синопа. Именно радары новейших легких крейсеров 'Ворошилов' и 'Молотов', что шли в авангарде и обнаружили силы французской эскадры еще до захода вражеских кораблей в зону визуального обнаружения советской Черноморской эскадры.
   Впереди сновали быстроходные французские эсминцы, а за ними в двух кильватерных колоннах шли основные ударные силы французов. Линкор "Дюнкерк" вел крейсера "Жорж Лейг", "Глуар" и "Монкальм", а линкор "Страсбур" вел крейсера "Марсейез", "Ла Галиссоньер" и "Жан де Вьен". Расстояние между двумя кильватерными колоннами составляло 10 миль, и они шли курсом на северо-восток.
   В это время силы итальянского флота адмирала Якино изображали сбор своего боевого состава после прохождения проливов и уже изрядно отставали от французов, по факту, находясь всего в 10 милях от турецких проливов, в то время как французы подходили к знаменитому Синопу. При этом было очевидно, что французы не возражали такому ходу событий и не собирались отдавать победу 'макаронникам' Муссолини. Хотя наличие двух разделенных эскадр в Чёрном море могло говорить и совсем о другом, например, что французская эскадра собиралась напасть на морскую базу Новоросийск, а итальянцы собирались идти, например на Севастополь или даже Одессу.
  
   В 19.42 с передового эсминца поступил сигнал о визуальном обнаружении дозорных французских эсминцев и Кузнецов передал команду на 'Ворошилов' и 'Молотов' поддержать действия наших эсминцев огнем. Таким образом, первые столкновения эсминцев в Чёрном море начались уже в 19.54, а в 20.32 в бой с двух сторон вступили легкие крейсера.
   - Николай Герасимович - обратился к наркому ВМФ СССР командир линкора - на радаре появились 4 дополнительные отметки вражеских крейсеров. По данным радиоперехватов, это линкор 'Страсбург' с крейсерами "Марсейез", "Ла Галиссоньер" и "Жан де Вьен'. Наш 'Ворошилов' отходит мористее, а 'Молотов' продолжает движение вперед на дистанцию выстрела, скорость сближения 42 кабельтовых в час.
   - Фёдор Иванович, что там с эсминцами?
   - Обе группы эсминцев отходят к крейсерам - доложил капитан первого ранга Кравченко.
   - Николай Герасимович - обратился к наркому Бубнов - засветка на радаре, это вражеский развед самолет, похоже нас обнаружили.
   - Рано или поздно Сергей Ильич, это должно было случится - задумчиво проговорил Кузнецов - как вы считаете мы достанем этого разведчика нашими ракетами?
  - Достанем - ответил Бубнов.
  - Ну, что же мы должны заявить о серьезности наших намерений. Воздушная тревога - скомандовал Кузнецов - расчетам ПВО сбить вражеский самолет, а вы Николай Герасимович вызывайте истребительную эскадрилью с Батуми, о нашем обнаружении разведчик всё равно уже доложил.
   - Есть! - отрапортовал попаданец-летун Бубнов и направился к радиостанции, а через несколько секунд раздался взрыв и рокот маршевого двигателя ракеты комплекса 'Панцирь-С' установленного на борту Линкора.
  - Есть поражение цели - через какое то время доложил вахтенный офицер.
   - Отлично, хорошая работа товарищи - похвалил Кузнецов - Федор Иванович отворачивайте 15% севернее, мы должны держатся как можно дальше от турецкого берега и попытаться обойти первую французскую колонну с севера, а там завяжем бой на предельной дальности стрельбы наших орудий и будем стойко биться до наступления темноты, а уж затем попробуем воспользоваться нашими радарами, пойдем на сближение и всыплем французам ночью по полной, чтоб задумались 'от чего это море зовется Чёрным?'.
   В 21.30 на радаре появились сразу множество воздушных целей. Средствами ПВО корабельной группы были обнаружены 32 неизвестных самолета движущихся к месту сражения со стороны турецкого Синопа. Буквально через несколько минут со стороны Батуми засветились полтора десятка меток наших истребителей.
   Многие тогда считали, что это был самый продолжительный день лета 1940 года.
   Вначале советские корабли приняли тяжелый бой, отражая налет торпедоносцев и бомбардировщиков противника, а потом, когда вражеские самолеты, атакуемые советскими истребителями и силами ПВО кораблей начали отход к турецкому берегу по эскадре начали пристреливаться французские крейсера. Впрочем, нескольких залпов четырех трех орудийных башен 'Парижской Комунны' хватило, что бы отогнать подальше зарвавшиеся крейсера лягушатников, однако чуть позже к месту схватки подошёл линкор Страсбург и началась настоящая бойня. Даже не смотря на то, что по приказу Кузнецова вся наша эскадра включила дымовую завесу, что бы ввести противника в заблуждение, а сами наши башенные расчеты стреляли по данным радиолокационных станций, все же французский линкор добился за два часа боя трех попаданий в корпус 'Парижской Комунны', а вражеские крейсера неплохо постреляли по нашим крейсерам.
   - Николай Герасимович - прошуршала рация - прошу, шш-ш, добро на выход из боя, шш-ш.
   - Что случилось Константин Сергеевич?
   - Имею шесть неприятных попаданий и дырку от торпеды, уже приличный крен на левый борт.
   - Твою мать - выругался нарком - до Поти дойти сможешь?
   - Нам главное из боя выползти, что бы не добили, а там дойдем.
   - Хорошо, добро, курс север-северо-восток.
   - Принял, удачи всем!
   - Внимание - скомандовал Кузнецов - передать информацию на эсминцы, что под нами вражеские подлодки, эсминцам приступить к поиску и уничтожению вражеских субмарин, всем кораблям рассчитать противолодочный маневр.
   - Прошу добро выдвинутся вперед - прошелестела рация - имею возможность высветить лодки для эсминцев.
   - 'Ворошилову' добро на поиск лодок, 'Украина', 'Крым', 'Кавказ' обходите меня, прикройте работу эсминцев и 'Ворошилова'.
   Через какое то время радио подтвердило получение приказа и корабли начали развертываться из кильватерной колонны в линию крейсеров.
   - Вот так вот вам и бой - грустно проговорил Кузнецов - это еще хорошо, что ночь навалилась, а то всыпали бы нам лягушатники, вон чуть 'Молотова' не утопили, да и остальным досталось.
   Кузнецов, не имея данных о результатах своей стрельбы, дал команду отворачивать еще 30 градусов севернее, дабы не пересечься с первой кильватерной группой французских кораблей. Однако судьба в этот день чуть не преподнесла Кузнецову горький урок, что нельзя недооценивать противника.
   В 23.10 в дальней зоне обнаружения советских радаров появились еще 11 меток кораблей на северо-западе. Кроме того к месту боя уже давно спешили 4 французских корабля второй кильватерной колонны, от боя с которой пока удавалось уклоняться, постоянно смещая на север. И вот теперь дорога на север была отрезана, теперь путь только на восток к грузинскому побережью, а там не имея преимущества в скорости стоило уповать только на действия нашей авиации.
   - Николай Герасимович - обратился к наркому командир линкора - предлагаю довернуть южнее на французов и всыпать им по темноте, далее вдоль турецкого берега отвернуть на Поти и вытащить макаронников на наши подлодки в районе Трабзона.
   - А если эти самые 'наши' с перепугу врежут по нам торпедами, темень то какая, не грех и обознаться?
   - Нет, Николай Герасимович - отмахнулся командир линкора - командиры лодок у нас опытные подводники, мы с ними ночные учения проводили, этот маневр специально отрабатывали. Зажжем опознавательные фонари и проскочим засаду, а вот врагов на подлодки выведем. К тому же на тех лодках гидроакустики шумы винтов нашей эскадры знают как сиськи собственных жён.
   - Товарищ нарком - встрял в разговор Бубнов - я поддерживаю Федора Ивановича, нам нужно как можно ближе подтащить вражеские суда к грузинскому побережью, мои ЛаГГи так далеко пока не летают и с Поти до Синопа не дотянуться, а с утра вмажем по этим наглым рожам новыми ракетами и торпедами.
   - Хорошо, командуйте курс на французскую эскадру, эсминцам вон с района, погасить все ходовые огни, прекратить радиопереговоры, работаем только по радарам.
   Именно в этот самый момент с радара пропала метка линкора 'Страсбург', который уже давно дымил, демонстрируя признаки обширного пожара.
   - Утоп зараза - зло сплюнул капитан Парижской Комунны - наверное взорвался гад, давно дымил то.
   - Рано радоваться, нужно всыпать им еще до подхода макаронников, теперь сосредоточить огонь всех орудий на второй вражеский линкор, крейсера пока игнорируем.
   И всыпали, при чем бой затянулся на критически неудобное время. Всю ночь шел тяжёлый бой, наши корабли, применяя орудия кормовых башен и умело использовали темное время суток отходили к Поти. При этом наши корабли ночью старались не упускать вражеские метки с экрана своих радаров и как только французы или итальянцы поворачивали на запад и старались выйти из боя, то Кузнецов приказывал дать сигнал 'Поворот все вдруг' и шел, следом забрасывая врага снарядами из носовых башен, стреляя только по данным ПУО и отметкам радарных станций, а в предрассветный час, вражеские самолеты, воспользовавшись приближением боя к турецкому побережью смогли совершить очередной налет, и только в 05.55 изрядно потрепанным советским корабля удалось выйти из боя и оторваться от преследования уже объединившейся вражеской эскадры и медленно пойти на восток. В этот самый момент неприятельские силы разделились, поврежденные корабли медленно поползли к турецким проливам, а относительно боеспособные корабли пошли в решающую атаку. Именно в этот момент, примерно в 06.30 в небе над эскадрой мерно загудели реактивные двигатели наших ЛаГГов.
   Командир первой противокорабельной реактивной эскадрильи капитан Крошенинников заметно нервничал, ведь это первый реальный вылет с атакой на боевые корабли. Его эскадрилья уже много раз стреляла учебными ракетами по неподвижным целям, но вот сейчас цели не просто подвижные, но и имеют противовоздушую артиллерию. Инстинкт говорил, что нужно выпустить ракеты как можно дальше от сил ПВО кораблей, но вот разум настойчиво твердил, что требуется стрелять с дальности не более 1500 метров, иначе по маневрирующей цели можно и не попасть, так как прицельный комплекс ЛаГГов мог уверенно наводить ракеты по дальности не более 1200-1500 м.
   - Вижу цель, дальность тысяча пятьсот - раздался в наушнике голос штурмана-оператора.
   - Рано - спокойно проговорил Крошениннриков - стреляем с 1000, что бы точно в цель. Внимание всем, распределяю цели 1-2 звено - крейсера в центре боевого порядка противника, 3-4 звенья два легких крейсера с права по курсу, 5-6 звенья три легких крейсера с лева по курсу. После пуска ракет все работаем пушками по средствам ПВО эсминцев, чистим полянку для торпедоносцев и пикировщиков.
   - Есть 1000 - отрапортовал штурман.
   - Вижу - Крошенинников чуть довернул самолет, совмещая прицел с рубкой управления крейсером и надавил спуск - внимание ПУСК.
   Две ракеты вместе сошли с пилона и дымным следом твердотопливного двигателя разгоняясь, пошли к быстро увеличивающейся тушке корабля, а самолет потеряв тонну веса вдруг резко задрал нос и полез в облака. Через несколько долгих секунд ракеты врезались в борт корабля. Набрав высоту почти в 3000 Крошенинников перевел свой ЛаГГ в пикирование, убрал обороты двигателя и начал высматривать орудия ПВО маленьких эсминцев. С удовольствием наблюдая, как внизу дымились множество вражеских кораблей, а один крейсер, получив ракеты почти под ватерлинию начал заметно кренится на борт. Обработав один из эсминцев, Крошенинников подумал, 'так с этим всё, выбираем новую цель', пилот довернул ручку на соседний кораблик, от которого в небо постоянно взлетали трассеры мелкокалиберной артиллерии и зенитных пулеметов, нажал эллектроспуски авиационных 23 мм пушек.
   Через какое то время после нескольких заходов на средства ПВО вражеских кораблей авиационные пушки смолкли и Крошенинников подал команду на выход из боя и общий отход.
  В это время к месту боя уже подошли двухмоторные пикировщики ПЕ-2, и встав в смертельный круг начали сбрасывать 500 килограммовые бомбы уже по крупным целям.
   Результат атаки первых двух волн нашей авиации был ужасающим, как потом рассказывали пилоты торпедоносцев ИЛ-2, что подошли к месту сражения последними, после того, как ЛаГГи и Пешки отработали и ушли, часть вражеских кораблей держалась на плаву только чудом и отвагой боровшихся за живучесть своих кораблей экипажей. Второй огромный французский линкор дымился черной копотью обширного пожара и имел приличный крен на левый борт из-за чего не мог нормально вести огонь зенитными средствами по советским торпедоносцам. Удар трех полков наших торпедоносцев ИЛ-2 поставил жирную точку в этом тяжёлом сражении, пустив на дно семь вражеских крейсеров и утопив горящий французский линкор 'Дюнкерк'. В довершение ко всему в небе появились мерно гудящие бомберы ТБ-3 и начали сыпать на обездвиженные морские цели свой смертоносный груз.
   В этом почти суточном бою французская эскадра понесла большие потери в количестве двух потопленных линкоров, пяти крейсеров, а также семи эсминцев. Досталось и итальянцам, но те потеряли всего два крейсера и шесть эсминцев.
   Вместе с тем как оказалось позже наш крейсер Молотов до Новороссийска тоже не дошел, так как, приняв огромное количество морской воды, перевернулся килем к верху и ушел на дно в 10 милях от грузинского побережья. Остальные крейсера, да и сам линкор 'Парижская Комунна' имели огромное количество пробоин и критические поражения орудийных башен, в результате чего наши корабли вынуждены были под прикрытием своих эсминцев медленно уползти в Поти, а там вдоль берега и дальше до Новороссийска для прохождения ремонта. Таким образом, даже выигранное морское сражение не смогло полностью остановить силы франко-итальянского флота, однако силу и решительность советских моряков мы продемонстрировали всем, и теперь желающих легкой победы должно поубавиться.
   Французское командование, уязвленное первым поражением также стремилось показать мировому сообществу и в первую очередь своему электорату силу и мощь французского флота, отступать не решилось. Поэтому пополнившись кораблями средиземноморской эскадры и даже одним французским авианосцем 5 октября совместная итальяно-французская эскадра вновь предприняла прорыв к порту Поти, но, не обнаружив там нашей эскадры, они довернули к городу порту Батуми.
   В прибрежных водах началось массированное воздушное сражение. С наших аэродромов непрерывно взлетали и шли к морю сотни самолётов, а с турецкого побережья прикрывали корабли франко-итальянской эскадры вражеские истребители. Несмотря на упорный натиск нашей авиации остановить вражеский флот так и не удалось ,французы ночью сближались с берегом и наносили удар орудиями главного калибра по нашей инфраструктуре и порту.
   После пяти суток бомбардировок корабельными орудиями береговых советских укреплений французско-итальянские корабли начали десантировать войска на побережье. Таким образом, 12 октября 1940 года началась первая десантная операция союзников по высадке двух 'диких дивизий' на грузинское побережье СССР. Любая попытка остатков кораблей советского Черноморского флота атаковать вражеские силы приводила к провалу. Хотя в пользу мужеству и отваге наших моряков можно отметить, что за это время героическими усилиями моряков подплава удалось потопить шесть транспортов и даже целый крейсер в районе проведения десантной операции. Хотя к правде сказать это были в основном заслуги лодок-минных заградителей, что в наглую выбросили мины по курсу движения кораблей вражеского флота, а торпедировать поврежденные суда уже не представляло проблем, вот наши лодки и сработали на пять баллов.
   К этому времени британцы с французами смогли перетащить на приграничные полевые турецкие аэродромы почти две сотни истребителей и в небе над Батуми начались массированные воздушные бои.
   Не смотря на мужество и отвагу советских летчиков на руку врагу играла малая дальность полета советских истребителей. Как только в нескольких ночных налетах вражеским бомбардировщикам удалось разбомбить советские приграничные аэродромы руководство дало команду перебазировать авиацию на Кубань. А потом оказалось, что подлетное время наших самолетов из-за Кавказского хребта не позволяет в полной мере противодействовать высадке вражеского десанта. Кроме того противник притащил огромное количество эсминцев, оборудованных зенитными средствами, что в конечном итоге привело к большим потерям в самолетах при атаке на вражеский флот. И это вынудило советское руководство полностью отказаться от попыток атаковать корабли противника днем, а ночные атаки, когда с самолетов сбрасывались бомбы-зажигалки на парашютах и под этот примитивный свет торпедоносцы пытались атаковать вражеские корабли к большим повреждениям кораблей не приводили. Не помогло даже использование нескольких десятков новых реактивных истребителей ЛаГГ-1. Как только в стане врага включалась сирена воздушной тревоги, юркие эсминцы тут же начинали пускать дымовые завесы, скрывая свои корабли в густом сером мареве. Однако даже это не помогало противодействовать нашим новым ракетам. В прибрежных водах грузинского побережья отважными лётчиками Лагг-1 были потоплены десятки вражеских судов обеспечения, но этого было мало.
   Сила и огромная огневая мощь корабельных орудий вражеского флота, при поддержке авиации не позволяла и нашим сухопутным войскам сбросить вражеский десант в море. Однако и противник не мог выйти за пределы порта. Первая же попытка десанта продвинутся под прикрытием флота вдоль берега к порту Поти показала, что силы Черноморского флота не спали и успели поставить тысячи морских мин, из-за которых франко-итальянский флот был скован в действиях только на протраленном курсе плавания. Активное действие подводных лодок в непосредственной близости от черноморских турецких проливов вынудило французов и итальянцев задуматься о перспективности продолжения дальнейшей операции, в виду наступления зимы и необходимости уводить флот в Средиземное море. Как не крути, но по авиации советы намного превосходили объединенные силы 'союзников' и по ночам наши самолеты наносили массированные удары по высадившимся войскам противника и кораблям на рейде. Французы и итальянцы понимали, что так далее продолжатся не может, рано или поздно флоту будет нанесен насколько серьезный урон, что корабли вынуждены будут уйти, а без прикрытия корабельных орудий десанту придется туговато. Так как, после поражения в первые дни операции 'азиатские варвары' смогли подтащить авиационные резервы и уже не только активно кошмарили ночными налетами бомбардировщиков, но и обеспечили надежное истребительное прикрытие войск РККА от бомбардировочной авиации противника. При этом советские самолеты применяли новую тактику 'ракетных атак', то есть внезапно появлялась группа советских самолетов, пускала с дистанции в 2-3 тысячи метров ракеты по позициям наземных войск или по береговой инфраструктуре и так же внезапно исчезали. От таких наглых действий 'дикие дивизии' несли большие потери и из-за слабого морального духа начали просто паниковать и требовать вернуть их на родину. Как не странно начались даже дезертирства, когда наемные воины из состава в основном мусульманских стран просто бежали в Турцию, спрятавшись там среди местного населения. При этом за всё время операции Сталин не совершил ни одного налета на турецкую территорию.
  
   В Москве поздней ночью проходило очередное заседание руководства страны. Речь держал Молотов, который докладывал результаты выполнения распоряжений руководства ЦК партии.
   - Товарищ Сталин, товарищи члены ЦК! По вашему поручению я лично встречался с японским министром иностранных дел, высказал все наши предложения и пожелания. Ровно через три дня нашему послу в Японии передали официальный ответ на наши предложения.
   - Товарищ Молотов, в связи с необходимостью обеспечения режима особой секретности состоявшихся переговоров, не все члены ЦК знают суть наших предложений. Прошу вас разъяснить товарищам - Сталин сделал особый упор на слове 'товарищам' - суть наших предложений и ответ японцев.
   - Ну, значит так, товарищи - кашлянул Молотов - мы вышли со следующей позицией: 'на Дальнем востоке и в Тихоокеанском регионе нет критических противоречий и спорных вопросов, мешающих дружескому развитию японо-советских отношений.
   Члены ЦК заёрзали на стульях, все прекрасно помнили неоднократные высказывания лично Сталина о том, что требуется вернуть исконно русские территории, захваченные подлыми самураями в тяжёлое для страны время, речь в первую очередь шла об острове Сахалин и островах Курильской гряды. Все посмотрели на вождя, но тот молчал, и Молотов продолжил.
   - Исходя из того, что любое недоверие подрывает основы добрососедских взаимоотношений, мы предложили прорвать завесу секретности и в качестве доброй воли обменяться с Японией частью важных научно технических открытий. С согласия японского императора, скрытно, наши кораблестроители посетили несколько секретных японских верфей, а японские 'товарищи' - Молотов аж закашлялся, произнося это слово - посетили наши авиационные заводы в Иркутске и Перми. Мы просим у Японии продать нам два полностью готовых корабля, это авианосец и тяжелый крейсер, а также передать всю техническую документацию по этим кораблям и оказать помощь в организации выпуска этих кораблей на наших верфях. В ответ же мы предоставляем для сравнительных испытаний нашим 'партнерам' по шесть единиц новейших самолетов ИЛ-2 и ЯК-1, а также, как вы понимаете, мы отдаём всю техническую документацию для производства вышеуказанных машин. Кроме того, мы предложили японскому руководству плавающую бронированную машину с соответствующей документацией.
   - Кх-кх - кашлянул, привлекая внимание Калинин - я, что то не понял, мы ведь только сами наладили выпуск этих машин, и что же, теперь отдадим их самураям? Зачем?
   - За товарища Молотова отвечу я - встал Сталин - мы исходим из того, что японские милитаристы очень сильно озабочены 'теорией жизненного пространства'. И это пространство они готовы добывать силой оружия. Нам крайне необходимо вытолкнуть агрессивных япошек на юг во французские и британские колонии. Пусть там себе добывают жизненное пространство, а в нашем Приморье и на Дальнем востоке им делать нечего. Поскольку основная война ожидает японцев на море, то мы предложили усилить возможности японских авианосцев новыми самолетами, а их десантные возможности усилить нашими плавающими бронированными машинами.
   После того как Сталин сел, Молотов продолжил.
   - Кроме того, мы указали нашим японским партнерам, что имеем очень сильные военно-воздушные силы и способны топить вражеские корабли на приличном расстоянии от берега, в чем они убедились, изучив результаты не совсем удачной батумской десантной операции со стороны франко-итальянского флота. Мы довели японцам, что эти наши новые самолеты очень хорошо будут смотреться на палубах их авианосцев, а наличие хорошей плавающей бронемашины значительно упростит императорскому флоту задачу по захвату стратегических островов в Тихом океане. Кроме того, товарищ Сталин не сказал, что мы также передаем японцам уже устаревший корабельный радар первой конструкции. Всё это резко усилит нашего восточного соседа на море, что станет неприятным сюрпризом нашим врагам британцам и французам. В качестве гарантии нашей безопасности мы попросили рассмотреть вопрос продажи Японией нам двух боевых кораблей с полной документацией. И вот вчера мы получили утвердительный ответ.
   - Да товарищи, это выдающаяся победа нашей дипломатии - подтвердил Сталин - если вы считаете, что нам не нужны эти корабли, так я вам скажу правду - вы правы. Нас действительно не спасет от британского или французского флота наличие этих двух японских кораблей. Однако не о кораблях речь, речь идет о гарантии ненападения со стороны Японии. В результате этой сделки мы получаем как минимум нейтральную страну на наших восточных границах, к тому же обещание не атаковать подконтрольные китайским коммунистам районы на континенте, что позволит нам расширить контролируемую коммунистами зону за счет выдавливания войск Чан Кайши на юго-восток Китая. Однако даже это еще не все, японцам жизненно необходимо с кем то торговать, и мы предлагаем им торговлю через наши восточные порты углем и железной рудой, а для этого японцы помогут нам возвести крупный морской порт в Амурском лимане и назовем мы этот порт Николаевском на Амуре. Именно через этот порт мы будем вести основную торговлю с Японией. Но собрались мы не только из-за этого вопроса. Сегодня нам предстоит решить вопрос относительно выведения из войны Франции.
   Все члены ЦК изумленно посмотрели на Сталина. Сейчас он стал их пугать еще больше. После того как в СССР пришли 'наследники' вождь изменился, он стал более тонко вести игру как внутри страны так на внешнем контуре, а это делало всех остальных членов ЦК обычными, ничего не решающими чиновниками.
   - Так вот, люди товарища Судоплатова выполнили весь комплекс поставленных перед ними задач в Бразилии, и более там они не нужны. Я предлагаю перенаправить силы и средства специальной бригады НКВД в Южной Америке на развитие освободительных движений во Французской Гвиане в Южной Америке.
   - А как же Бразилия? - опять не понял Калинин - мы ведь вложили туда кучу денег и у нас торговые обязательства.
   - Товарищ Калинин - Молотов поправил очки - к сожалению, у нас нет океанского флота, и мы сейчас не в состоянии поддерживать коммунистическое движение в Бразилии. Возможности наших судов не позволяют проводить даже контрабандные операции. Это несчастная страна сейчас находится в полной морской блокаде из-за действия британского и французского флотов. Поэтому мы и предлагаем вывести всех активистов третьего интернационала во Французскую Гвиану. Это заставит наших противников растягивать силы, а у них и так проблемы в Ливии и в алавитской пустыне в Сирии.
   - Да - Сталин поднял руку - после поражения французской средиземноморской эскадры в Чёрном море, французы стали осторожнее и теперь в открытые бои с нами не вступают. Их 'дикая дивизия' сидит на мешках в Батуми и мечтает оттуда смыться как можно быстрее. Недавно, неизвестные курдские террористы атаковали французские посты в алавитской пустыне. Кроме того нападению подверглась французская нефтяная миссия, что проводила пробные бурения. Среди убитых террористов было обнаружено множество переодетых в курдов итальянских солдат. Точно такая же, беспрецедентно жестокая атака произошла на нефтяные итальянские промыслы в Ливии. Представляете товарищи - Сталин усмехнулся - там тоже нашли убитых переодетых солдат, но теперь уже французских солдат из их колонии в Алжире. Так, что предлагаю как минимум наградить товарища Судоплатова и его сотрудников за столь блестящую операцию. А что касается вас, товарищ Калинин, то вам предлагается рассмотреть вопрос изыскания средств для закупки нескольких десятков транспортных кораблей в различных странах мира, что бы они могли осуществлять торговое плавание под флагами третьих стран. Нам катастрофически не хватит сил для обеспечения действий спец бригады НКВД за рубежом и на поддержку наших активистов в Южной Америке.
   - Средства есть, но у нас нет выхода на внешние рынки - Калинин встал - блокада, товарищи, вы ведь знаете, что мы в торговой блокаде, мы под санкциями. И неразумные действия товарища Судоплатова могут еще больше осложнить наше положение.
   - Давайте так - Сталин махнул рукой - садитесь. Первое, вы имеете выход на представителей товарища Рокфеллера, что ошиваются на Бакинских нефтяных промыслах, сегодня американцы готовы пойти нам на любые уступки, они открыли свой рынок полностью и мы можем закупить там всё, что о нас интересует. Вот и займитесь этим по своим каналам. Бизнес Рокфеллеров в СССР процветает, так что пусть найдет нам корабли. А товарищи Судоплатов с Молотовым должны подготовить специальную операцию по легализации какой либо подставной фирмы в Британии или Франции, которая бы работала как иностранный собственник зарегистрированный в одном из филиалов швейцарских банков. Пусть там кильку или воблу ловят или возят товары по Атлантике между Европой и США, нам все равно, тут главное ассиметричный ответ. Они нам санкции и блокаду, а мы им работу через подставные фирмы. И, товарищ Калинин, передайте товарищу Судоплатову несколько секретных счетов в Швейцарии для организации данной работы.
   Члены ЦК еще поболтали и разошлись, остался только Молотов.
   - Что скажешь, Вячеслав Михайлович, Ленин был прав?
   - Ленин всегда прав.
   - Вот и я так думаю - задумчиво проговорил Сталин - Ленин писал, что империализм после того как закончится возможность безнаказанно разграблять другие народы неминуемо схлестнется в войне между собой. Их сегодняшний союз является временным, и мы должны сделать все возможное и не возможное, что бы предсказания вождя народов сбылись. Мы должны показать империалистам, что взять нас голыми руками не получится, и вот тогда они как акулы начнут пожирать друг друга.
   - Коба, но ведь ты понимаешь, что рано или поздно, когда они сожрут самых слабых в своем окружении, они всё равно нападут на нас?
   - Так и есть, но до того, мы успеем подготовиться - усмехнулся Сталин - как ты оцениваешь возможность откровенного разговора с Риббентропом и Деладье?
   - Такой разговор может состояться
   - Тогда организуй эту встречу немедля. Для французов мы подготовили коробку с интересным фильмом про оккупацию немцами Франции, просто отдай её и скажи, что поговорим о том фильме позже. А что касается немцев, то пусть Риббентроп информирует Гитлера, что мы в скорости нанесем сокрушительный удар по Польше и только от Германии зависит, где пройдет новая граница и состоится ли большая война между немцами и русскими. Передай Риббентропу, что нам нужны незаконно отторгнутые у России земли Западной Украины и западной Белоруссия, кроме того нам нужно решить вопрос о нейтральном статусе Финского залива в виду поглощения немцами прибалтийских территорий.
   - Какова будет наша позиция по этому вопросу?
   - Всё очень просто, если Германия не отдаст нам часть Прибалтики, то тогда для обеспечения безопасности мореплавания нам придется забрать всю Финляндию до Ботнического залива включительно. Передай им, что мы бы хотели вернуть себе северную часть Эстонии, как ни как это историческая часть территории Российской империи. Пусть решают, хотят ли немцы променять Финский залив на Ботнический залив. В конце-концов пусть выселят в Эстонию всех активистов социалистических движений и русскоговорящих граждан, а там мы устроим революцию и заберем Эстонию себе как залог понимания со стороны Германия необходимости обеспечения безопасности города нашего вождя товарища Ленина. Мы же обязуемся не продвигаться ни на метр за пределы оборонительных сооружений Линии Маннергейма в Финляндии с обязательствами обеспечения нейтрального статуса Финляндии. Кроме того Германия нашими руками получает большую часть Польши и пусть делают там всё, что хотят.
   - Но там также много социалистов и русскоговорящих граждан? - попытался возразить Молотов.
   - Польша всегда была британской шавкой, так, что после захвата Польши у Германии начнутся проблемы с англичанами, а нам это на руку, а что касается социалистов и всяких других граждан, что так или иначе поддерживают СССР, то можно провести обмен переселенцами. Мы выпустим со своей части территории всех антисоветчиков, а немцы выпустят со своей зоны оккупации всех социалистов. Кроме того доведи до наших немецких оппонентов, что мы знаем об их интересах и приготовлениях по захвату Румынии. Так вот, мы не будем возражать, в случае если нам вернут незаконно отторгнутые земли Бессарабии. А в дальнейшем, мы бы хотели получить от Венгрии земли Карпатской Руси.
   Молотов кивнул, а Сталин продолжил.
   - Наша политика должна исходить из того, что выйдя из противостояния с нами из-за Польши и Финляндии, Германия начнет готовиться к войне на континенте, непрерывно производя сотни танков и самолетов. В то самое время, как Англия и Франция, связанные морской войной с нами продолжат вкладывать все силы в производство кораблей. И у Гитлера рано или поздно появится соблазн разгромить своих конкурентов на континенте в рамках сухопутной войны. Именно так и говорил товарищ Ленин, империалисты станут пожирать друг друга - Сталин встал и подошел к карте - а нам, нужно как можно дольше уклоняться от большой войны на суше и вести свою игру, мы не должны сидеть, сложа руки, мы должны наносить упреждающие удары и разрушать вражеские союзы.
   - А ты не думаешь Коба, что Германия попытается использовать те же приемы, что и мы? - Молотов поправил пенсне - ну например, под видом действия советских подводных лодок начнут топить британские или французские корабли, что бы как то активизировать нашу с ними войну.
   - Мы должны предвидеть и такой сценарий. Нужно заранее подготовить какую либо доказательную базу и дать понять британцам, что это не мы.
   - А еще лучше, нанести упреждающий удар и самим потопить несколько британских судов, а в этом обвинить немцев.
   - Ты быстро учишься Вячеслав Михайлович, иди подумай о предстоящей миссии, у тебя много работы.
   После того как Молотов вышел с кабинета, Сталин долго стоял и смотрел на карту. Он думал о наследниках, все же какие они разные. Задиристый и казалось бы, ни к чему не пригодный бывший начальник разведки 23-й бригады смог фактически на ровном месте организовать социалистическую революцию в Бразилии, а вот сейчас готовит такую же национально-освободительную войну во Французской Гвиане. Чересчур умный, назойливый и даже жестковатый Зинченко, в пух, и прах разгромил японцев на Хал-Хинголе. Тихий, но цепкий как бультерьер Петров отвоевал бестолковому Мао Цзедуну приличный кусок Северного Китая и фактически сделал последнего председателем ЦК КПК. Бывший тыловик Евсеев работает под прикрытием, он был аккуратненько внедрен в окружение Троцкого, а после ликвидации последнего теперь сидит в верхушке третьего интернационала в Мексике и позволяет отслеживать американскую агентуру в СССР, что работает под прикрытием всемирного коммунистического движения.
   А сколько пользы со своим наукоградом принес бывший замполит 23-й бригады товарищ Иванов? Под его руководством новые разработки и технологии выходят как пирожки с печки. И в первое время все эти 'наследники' дружно предлагали направить основные усилия СССР на борьбу с США. Некоторые члены ЦК даже предлагали расстрелять этих зарвавшихся 'стратегов'. Только вот незадача, сам товарищ Мехлис, что так ненавидел этих 'попаданцев' и мечтал их всех посадить как бесов на кол, вдруг пропал в неизвестном направлении, а потом оказалось, что он стал жертвой нападения немецких шпионов. Как не копали следователи из НКВД, но раскрыть причастность попаданцев к этому нападению не удалось, тем более, что вместе с Мехлисом погиб и преданный друг Иванова, его личный помощник товарищ Струнов Алексей Сергеевич.
   А вот одноногий генерал Краснобородько предложил очень далёкую от направления его деятельности идею. Генерал-танкист, как узнал, что в СССР по лицензии Германии выпустили первые две океанские подводные лодки, то сразу написал письмо лично вождю народов. В этом письме предлагалось провести специальную подрывную операцию по разрушению антисоветской коалиции. Частью этого плана была широкомасштабная атака на Францию. В частности лодки предлагалось скрытно перебросить на военно-морскую базу в Петропавловск Камчатский, и уже от туда начать топить все французские и даже британские суда в районе Малакских проливов. На лодках должна быть нанесена символика императорского японского военно-морского флота, и они периодически должны были всплывать на виду у иностранных торговых судов, типа для пополнения запасов воздуха. Таким образом, французы должны получить информацию, что японские подводные лодки стали подло топить их торговые суда и подумать, что негодные самураи вот-вот нападут на их колонию в Юго-восточной Азии и в Океании. Если сюда прибавить нападение 'проитальянских террористов' на алавитские нефтяные объекты во французской сирийской колонии, то временный союз между нацистами и демократами затрещит по швам. К тому же французы изучат полученные фильмы о занятии немцами Парижа и подлом ударе в спину со стороны британцев, что внезапно ударят по спящим французским морякам и полностью утопят атлантическую французскую эскадру якобы под видом спасения кораблей от их захвата немцами. Вот это будет номер, ведь в том фильме немножко перетасовали факты и показали подлый удар по французской эскадре не после капитуляции Франции, а именно в тот момент, когда нужно было спасать прижатую к морю французскую армию. Ну а потом пусть Франция думает, как быть и нужно ли далее дружить с немцами и британцами. А там, дадут боги, начнется схватка франков и итальянцев в Ливии и в Сирии. Дальше на французские колонии в Весть Индии и Океании нападут японские милитаристы и Франция, так или иначе, подпишет с СССР сепаратный мир. Британцы же должны будут выбрать одну из сторон, и тогда этим империалистическим упырям будет уже не до СССР.
   Что касается банкиров США, то они нам пока не по зубам, подумал Сталин, нельзя разевать рот, на что то очень большое, а то морда треснет, нужно откусывать маленькие кусочки. Пока что американцы предлагают торговать, значит, будем торговать. Если предложат дружить против кого не будь, ну что же, дружить против кого то - это всегда лучше, чем просто так дружить. А дружить американцы захотят как всегда против того, кто будет выигрывать в начавшейся геополитической игре. Таков был результат ночных раздумий 'вождя народов'.
   В начале октября по приказу верховного главнокомандующего Балтийский флот готовился нанести удар по польским портам, куда перед началом сезона штормов уже собрался весь флот. 11 октября 1940 года в море вышла корабельная ударная группа Балтийского флота в количестве 40 вымпелов. Корабли Балтфлота имея в качестве главной силы два линкора и целый авианесущий корабль выйдя с Финского залива, направились на юго-запад. Однако в предутренние часы флот встретил немецкую эскадру. Более 50 немецких кораблей и подводных лодок преградили дорогу нашему ордеру.
  Советские эсминцы были выдвинуты вперед, а единственный авианесущий корабль начал поднимать в воздух истребители и торпедоносцы.
  Вдруг в самый отчаянный момент, когда столкновение было уже неминуемо на корабле командующего Балтфлотом была получена телеграмма с приказом о возвращении флота в Финский залив.
  Германская политическая мысль, несмотря на заразу фашизма, смогла разыграть свои карты самым лучшим способом. Так как Германия не была готова к большой войне, то самое лучшее, что могли сделать немцы, так это стравить СССР, Британию и Францию в войне, а сами пока от этой войны уклонится.
   Еще 25 августа когда британцы пытались нанести свой авиационный удар по нефтепромыслам Баку Гитлер задумал интереснейшую операцию, его министр иностранных дел мистер Риббентроп встретился с советским послом в Германии Влади́миром Гео́ргиевичем Декано́зовым. Риббентроп передал советском послу мысль о том, что двум великим странам нет нужды воевать в Европе, так как наши страны имеют абсолютно противоположные интересы. И вот уже в Германию прилетал лично Молотов, который на встрече с Риббентропом предложил заключить договор о 'Вечном мире между Германией и СССР'.
   10 октября 1940 года произошло известное в реальной истории событие - это подписание пакта Молотова-Риббентропа, в котором как ни странно был добавлен секретный протокол о закреплении всех захваченных у Финляндии территорий за СССР, о гарантиях Германии по выводу Финляндии из войны и закреплении госграницы на достигнутых рубежах, о включении территорий бывших Латвии и Литвы в зону особого влияния Германии и формировании на этих территориях независимой Республики Остляндия, с территории которой будут выведены все немецкие войска и флот, за исключением немецких советников. В этом договоре говорилось и о невмешательстве Германии во внутренние дела Эстонии, что подразумевало о согласии немцев на проведение социалистической революции в этой стране. Ну и конечно же в договоре предусматривался раздел Польши. Вновь сформированная после раздела Польская народная Республика переходила под протекторат Германии. Только в новой истории основной ударной силой выступят войска Красной армии, а немецкие войска вступят на польскую территорию, только после захвата СССР Львова и освобождении всей Западной Украины и Западной Белоруссии, что были ранее отторгнуты от Российской империи, а новая граница должна будет пройти практически, как и в реальной истории. В ответ на формирование независимой Республики Остландия, СССР обязуется сформировать на освобожденных территориях Социалистическую Республику Эстония и Народную Республику Бессарабия, и создать там практически демилитаризованные зоны. Дабы избежать прямого вооруженного столкновения ни Германия, ни СССР не должны размещать свои ударные вооружения, то есть танки и артиллерию большого калибра в странах-марионетках.
   Именно о подписании мирного договора и был уведомлен нарком ВМФ товарищ Кузнецов, который лично отдал приказ вернуть корабли, что участвовали в походе на польские порты в базы Балтфлота.
   Гитлер и Риббентроп были уверены, что разыграли отличную партию и смогли перехитрить не только азиатского варвара с усами, но и хитрых бриттов с лягушатниками, однако они и не подозревали, что теперь так, же являются частью чьего, то еще более хитрого плана.
  В ночь на 13 октября 1940 года в Москве при посредничестве Германии был подписан мирный договор, по которому Финляндия уступила СССР все спорные территории и обязалась не участвовать во враждебных СССР коалициях, не размещать на своей территории вооружение и базы воюющих с СССР государств. 15 октября боевые действия на финском участке полностью прекратились.
  В соответствии с договором граница на Карельском перешейке была отодвинута от Ленинграда на 120-130 километров. К Советскому Союзу отошли: весь Карельский перешеек с Выборгом, Выборгский залив с островами, всё побережье Ладожского озера, ряд островов в Финском заливе, часть полуостровов Рыбачий и Средний, полуостров Ханко и морская территория вокруг него. Это значительно улучшило положение Балтийского флота и поставило в тупик Францию и Британию, которые собирались затянуть эту войну на длительное время.
  В результате советско-финской войны была достигнута главная стратегическая цель, которую преследовало советское руководство - обезопасить северо-западную границу. Однако несмотря на это резко ухудшилось международное положение Советского Союза на Западе развернулась антисоветская кампания, он был исключён из Лиги Наций, начались боевые действия с Польшей, Англией, Францией и даже Италией, а морские перевозки были практически все были парализованы, кроме торговли с США по Тихому океану.
  Потери советских войск в войне составили: безвозвратные около 10 тысяч человек, санитарные потери около 60 тысяч человек. Безвозвратные потери финских войск и их союзников составили около 25 тысяч человек, санитарные свыше 50 тысяч человек.
  Но самое главное, что германия смогла увернуться от войны с СССР и в тянула в эту войну Англию и Францию, теперь, же Гитлер пугал своих союзничков возможной войной в Европе. Поэтому Франция начала подавать СССР недвусмысленные намёки о подписании сепаратного мира, оставляя британцев и поляков один на один с варварской угрозой России.
  
  В ноябре, практически перед закрытием навигации в северных морях британцы решили показать свою удаль, а заодно обезопасить морскую торговлю от возможного воздействия нашего ВМФ. Кроме того, эта операция была рассчитана на то, что бы утереть нос Франции и Италии которые после неудачной операции в Батуми были вынуждены вывести свой десант на территорию Турции, так как эвакуировать десант морским путем не удалось.
  За месяц советское командование смогло перетащить в район черноморского бассейна более 300 самолетов, и устроили настоящий ад непрерывными налетами на французские и итальянские корабли, к тому же наши черноморцы начали совершать беспокоящие ночные атаки торпедных катеров на места базирования вражеского флота, которые к большим последствиям не приводили, однако несколько десятков выпускаемых за один ночной налет торпед рано или поздно должны были принести результат. Именно это и случилось, в одну из ночей сразу три торпеды, выпущенные наугад по свету корабельных прожекторов попали в цель и эта атака стала той самой последней соломинкой, что сломала горб верблюду. Французы перетерпели даже непрерывные атаки сил нашего подплава, а вот самоубийственные ночные атаки скоростных торпедных катеров вражеский флот уже не выдержал. Кроме всего прочего итальянцы оказались более сообразительные и 29 октября провели настоящую операцию по эвакуации, то есть, построившись в боевой ордер и медленно потащили свои корабли к турецким проливам, бросая вчерашних союзников один на один с остатками советского Черноморского флота. Французам не оставалось ничего другого кроме как выйти на переговоры с командующим советским Черноморским флотом и просить разрешение на переговоры о безопасной эвакуации поврежденных кораблей и раненных моряков. После установления временного перемирия еще три дня французы проводили эвакуацию, загружая на свои корабли остатки своей дикой дивизии и сотен местных жителей-колабрационистов, что успели поступить на службу к новой власти. Несвезло и до наступления зимы новая власть решила свалить ни солоно хлебавши, однако вот предателей вывезти все таки взялись. 3 ноября 1940 года побитые корабли французской средиземноморской эскадры, чадя дымами, поползли восвояси.
  Таким образом, британцы решили продемонстрировать всему миру силу и мощь Роял Неви. Операция была разработана досконально и творчески, а целью этой операции было уничтожения советского северного флота и разрушение военно-морской инфраструктуры в городах Мурманск и Архангельск, а заодно и закрепление за собой владений в Арктике.
  Операция военно-морского флота Великобритании началась примерно в то же время как итальянские корабли покинули Чёрное море, и проходила в два этапа. На первом этапе огромная британская эскадра подползла к архипелагу Шпицберген и провела десантную операцию по захвату островов. Уже к началу ноября между Шпицбергеном и Норвежским побережьем началось патрулирование британских эсминцев по поиску наших подводных лодок, а 10 ноября начался второй этап в ходе которого огромные силы британского флота медленно начали двигаться в направлении Мурманска постоянно проводя траление морских вод. На путях движения вражеского флота советскими моряками были установлены несколько минных позиций, но вот прикрытии эти позиции от траления нашим кораблям не удалось.
  К 1940 году британский Королевский ВМФ располагал 15 линкорами и линейными крейсерами, 7 авианосцами, 66 крейсерами, 184 эсминцами и 60 подлодками. И вот сейчас в один кулак британцы собрали 5 линкоров, 4 авианосца, 30 крейсеров и 50 эсминцев. Кроме того действия флота обеспечивали 20 подводных лодок, что сразу же начали масштабную подводную войну, атакуя не только наши военные корабли, но и несчастных рыбаков, что сетями таскали рыбу в Баренцевом море.
  Несмотря на все предосторожности британцам также не удалось уберечься от наших атак и в первые же дни операции нашим подводникам удалось удачно торпедировать авианосец 'Корейджес', который после попадания двух торпед был поврежден настолько, что вынужден был выйти на прибрежные мели архипелага Шпицберген и был подтоплен для превращения в неподвижный аэродром.
  Кроме того, несмотря на предпринимаемые меры один из вражеских линкоров 'Роял Оук' попался на донную магнитную мину и получил сильные повреждения.
  Когда известие о поражении этих кораблей было напечатано в советской прессе, то многие попаданцы узрели в этом промысел божий, однако Петровский сказал: 'Чему быть, того не миновать. Ведь по сути, если разобраться, то почему немцы в той истории потопили эти корабли? Да потому, что сами капитаны, да и команда британских кораблей оказались недостаточно подготовленным и сильно расслабленными, вот и в этом мире сей грех их не обошёл. Поэтому никакого божьего промысла тут нет, а есть самая что ни на есть - обычная реальность'. Вот так вот.
  15 ноября 1940 года к Мурманску подползла бронированная британская эскадра в 50 вымпелов. Британцы хорошо изучили возможности советского флота по опыту боев в Черном море и поняли, что противопоставить им СССР ничего не может кроме действий авиации. На скорую руку вооружив свои корабли несколькими десятками крупнокалиберных пулеметов и зенитных орудий, британцы решили испытать удачу. Гарантией успешного противодействия нашей авиации было наличие в боевых порядках четырех британских авианосцев 'Глориес', "Hermes" и "Furious" и кучей истребителей на борту. К тому же на территории Норвегии были наспех оборудованы полевые аэродромы, с которых на боевое дежурство в Баренцевом море постоянно взлетали целые эскадрильи британских истребителей.
  Казалось бы, городу конец, никто не сможет отстоять город против варварского разрушения и бомбардировок, однако авиация ВМФ СССР, уже получила огромный опыт противодействия морским десантным операциям в Черноморском бассейне и обрушилась непрерывными атаками на британские аэродромы в Норвегии. Скандал был грандиозный, когда в ночном небе над британским аэродромом в северной Норвегии появились четырех моторные бомбардировщики ТБ-3. Самолёт был старый и уже выводился из состава ВВС РККА, часть машин уже была продана нашим китайским союзникам, однако в виду разразившейся морской войны выведение из боевого состава этих машин было временно отложено. После установки новых двигателей, часть самолетов была переведена в состав транспортной авиации, но часть самолетов осталась в составе соединений дальнебомбардировочной авиации резерва генерального штаба РККА. Вот 16 ноября 1940 года в налет на норвежские аэродромы, где базировалась британская авиация, вылетело 60 тяжелых ТБ-3 в сопровождении двухмоторных самолетов, выполняющих задачи авиационного прикрытия. Услышав гул надвигающейся воздушной армады, британцы открыли ураганный огонь из зенитных орудий, в ночное небо полетели сотни трассеров, а в воздухе послышались взрывы осколочных боеприпасов дистанционного действия. Однако действия британских зенитчиков не привели к срыву атаки, а наоборот способствовали выявлению контуров аэродрома и размещенных на земле складов с топливом и боеприпасами. По радиокоманде командира авиационной дивизии начался сброс новых советских вакуумных бомб и это оценили все. Новые бомбы были разработаны под руководством профессора Кульчитского и включали в себя разработку на основе синтеза различных углеводородов: этилена, ацетилена, пропана, пропилена и других химических веществ примитивного вакуумного бое припаса большой разрушительной силы. Через несколько минут внизу прокатился огненный смерч, сметающий всю живое, разрушающий самолеты, поджигающий запасы топлива в бочках и уничтожая склады с боеприпасами. Этого одного налёта хватило для приведения Норвегии в чувство, так как союзники британцев четко осознали, что эти бомбардировки могут продолжаться, при чём под удар могут попасть не только аэродромы, но и норвежские города, а это уже совсем другая реальность. Когда ты бездумно предлагаешь своим союзникам под их слащавые речи о защите свою территорию и ты, поверив лживым обещаниям британцев уверовал в неприступности своей страны под защитой 'великой империи' - это одно, но когда вот так вот у тебя на глазах уничтожается сам миф о возможности британцев защитить твою страну, то сразу встает вопрос: '...А на хрена нам эти британцы тут нужны?'. И после такого вопроса, возникает законная мысль, если великие бритты хотят воевать с грязными азиатами Сталина, то пусть это делают где не будь на нейтральной территории, не подвергая граждан Норвегии таким небывалым угрозам. Вот примерно так британцам и сказали, а попросту им предложили выметаться как можно быстрее и не втягивать несчастных внуков викингов в ненужную им войну.
   Оказывается пилюля от глупости существует, жаль что там, в 21-м веке это еще не поняли идиоты, что тащат на свою территорию американские военные базы.
  
  Так как штаб Северного флота СССР делал упор на удержании минно-артиллерийских позиций, а прикрывал эти позиции в основном силами авиации и подплава (подводных лодок), то британцы стали проводить траление этих позиций в основном в темное время суток, что бы защитить тральщики от наших ударов.
  Однако каждое утро на быстроходные вражеские эсминцы прикрытия с зенитными орудиями на борту и тральщики осуществляли налеты наши ракетные самолеты, после этого в небе появлялись огромные бомбардировщики и сбрасывали на протраленные участки новые мины. Движение британской эскадры вначале замедлилось, а потом и окончательно было остановлено. Как бы не хвалились англичане силой своего флота, но ничего противопоставить массированным налетам наших торпедоносцев и пикирующих бомбардировщиков они не смогли. Советские торпедоносцы на предельно малой высоте атаковали вражеские корабли, после чего на британский флот навалились сотни пикирующих бомбардировщиков. Кроме зенитных орудий английские корабли прикрывали и поднятые с авианосцев истребители, но этого было мало, так как истребительное прикрытие наших торпедоносцев осуществляли десятки новых ЯК-1 и И-185.
   Несмотря на то, что практически большинство британских кораблей имели примитивные радиолокационные станции, нашим лётчикам всё же регулярно удавалось прорываться и наносить серьезные потери неприятелю. При этом наши летчики за неделю непрерывных боев потеряли всего 71 самолет, однако Сталинские соколы смогли потопить 3 и нанести серьезное поражение еще 11 крупным британским кораблям, сильно повредить и потопить несколько крупнотоннажных судов сопровождения, в результате чего англичане к концу ноября отошли в норвежские порты и просто прикрыли выход нашего флота в Северное море, а на передовые позиции выдвинули корабельную ударную группу в составе одного линкора, авианосца, трех крейсеров и десятка быстроходных охотников за подводными лодками.
  В ночь на 28 ноября 1940 года на встречу стоявшей в 100 миль от советского берега британской корабельной группе вышли три быстроходных советских крейсера. Крейсер Северного флота имени '18 съезда ВКПб' был вооружен новейшей противокорабельной ракетной установкой 'Кортик-25'. Два других крейсера были оборудованы гидроакустическими станциями, бомбометами для противодействия торпедным атакам и системой постановки дымовой завесы. Эти корабли имели специфическую задачу по прикрытию '18 съезда ВКПб' от атак вражеских субмарин, кроме того крейсера были отличными охотниками за подлодками и могли ставить длительную аэрозольную завесу.
  - Товарищ капитан - доложил оператор станции наведения - вижу 2 метки по метровой шкале, дальность 500 кабельтовых (90 км).
  - Отметить цели на планшете надводной обстановки - подал команду командир корабля.
  - Товарищ капитан - доложил оператор станции наведения - вижу еще 5 меток по дециметровой шкале, дальность 200 кабельтовых (36 км).
  - Что скажешь Карл Иосифович? - спросил командир - стоит ли идти на большие цели или атакуем малые?
  - Большие цели в приоритете, но пробиться к ним через эсминцы и крейсера прикрытия, что стоят в таком ордере не получится - ответил командир БЧ-8 (командир боевой части ракетного вооружения корабля) - предлагаю атаковать малые двумя ракетами, а потом обойдем вот так, немного севернее и атакуем этих.
  - Севернее опасно - задумчиво ответил командир - там по любому минные банки накидали, да и подлодки вражеские на дежурстве стоят.
  - Так и что с того? - не понял Карл Иосифович - пустим вперед один из охотников, пусть проверит свою аппаратуру, а у него есть возможность и мины подсветить магнитными датчиками.
  - Бесполезно - отмахнулся командир отряда капитан первого ранга Борисов Семён Евстигнеевич - минные заграждения нужно по взрослому тралить, а потерять охотника можно в раз, поэтому атакуем малые цели под прикрытием торпедоносцев и домой, у нас испытания, а не Бородинское сражение.
  - Ну раз стоять на смерть не нужно, то пойду распоряжаться.
  - Радист - крикнул командир - радио на берег, команда 'Завеса'.
  - Есть радиокоманда 'Завеса' - бодро ответил радист.
  - Ну что ждём 30 минут - задумчиво сам себе сказал Борисов и посмотрел на часы.
  Примерно через 40 минут послышался шум приближающихся от берега самолетов торпедной авиации Северного флота СССР.
  - Готовность 10 минут - скомандовал Борисов - Карл Иосифович, работайте, двумя залпами по две ракеты.
  - Понял вас - ответил командир БЧ-8 - оператор, захват цели номер 3.
  - А почему номер три? - не понял Борисов.
  - Да вот эти - Карл Иосифович указал на постоянно перемещающиеся метки - вёрткие какие то, наверное, эсминцы, шныряют в охранении ищут наши подлодки. А вот эти две метки попроще себя ведут, может крейсера, так и вмажем по крейсерам, а то ракеты на эсминцы жалко тратить.
  - Дистанция 150 кабельтовых (27 км) - доложил оператор станции наведения.
  - Командир отработайте малым ходом еще три кабельтовых и на левый борт - попросил командир БЧ-8.
  Пронеслись требуемые команды, сейчас весь корабль работал только на БЧ-8, задача не просто выйти на требуемую дистанцию стрельбы, но и повернуть на борт, с которого пройдут первые пуски, после этого требовалось совершить разворот и пустить ракеты со второго борта.
  В небе над группой наших крейсеров пронеслись 9 советских торпедоносцев и пошли примерно в сторону атакуемых целей, у них тоже была своя исследовательская задача. Это была двойная операция, первое требовалось прикрыть от противника наличие у нас таких противокорабельных ракет, имитируя поражение целей торпедами, а вторая задача, это проверка новых советских торпед. Новые торпеды имели улучшенные бензиновые двигатели и могли пройти дистанцию в 100 кабельтовых (18 км). Нужно было сбросить новые торпеды примерно в то место, где стоит атакуемая ракетами вражеская цель, а далее проверить как поведут себя новые приборы маневрирования.
  Торпеды, разработанные в СССР обладали новыми боевыми возможностями. Например, советская торпеда образца 1939 г. была укомплектована гироскопическим прибором МО-3м, позволявшим производить плавную установку угла изменения курса (до 90R влево или вправо). Попаданцы назвали эти торпеды 'морской супербабахой'. Оснащенные прибором маневрирования, самодвижущиеся мины могли настичь корабль, если тот пытался уклониться от прямого торпедного удара. Торпеды с извилистой траекторией должны были поражать цели, ходившие специальным противолодочным зигзагом. При чем зигзаг происходил с увеличением угла захвата, то есть торпеда шла к цели специфической воронкой, при которой можно было поразить цель с большей вероятностью. Работы по созданию маневрирующих торпед проводили и в СССР давно, но с прибытием попаданцев, работа была ускорена и уже в 1939 году на базе изделия '53-39' удалось разработать маневрирующую торпеду с обозначением '53-39 ПМ'.
  Установить на торпеды акустические системы самонаведения пока не получалось, поэтому и использовали вот такой примитивный прибор МО-3м.
  В будущей войне торпеды будут использоваться масштабно и подводными лодками и торпедными катерами и, конечно же, самолетами торпедоносцами, однако вот коэффициент эффективности попадания торпед был низким, в среднем на один потопленный корабль в боях было израсходовано 82 торпеды, а всего по кораблям противников воюющие стороны выпустили почти 30 тысяч торпед.
  После того как вражеские корабли, услышав шум приближающихся торпедоносцев и открыли стрельбу зенитными орудиями капитан первого ранга Борисов подал команду.
  - Залп!
  С лева по борту послышался взрыв, после чего нарастающий рёв маршевого двигателя и две ракеты с небольшим интервалом ушли к цели.
  - Лево на борт - скомандовал Борисов - готовить ракетную атаку с правого борта, цель номер пять.
  - Есть цель номер пять.
   Через какое то время прозвучал доклад оператора - цель номер пять захвачена и стабильно удерживается станцией наведения.
  - Пуск.
  - Есть пуск - доложил оператор и повернул ключ зажигания пускового двигателя ракет, после чего, переключил тумблер в положение 4 и повернул ключ электроспуска ещё раз.
  Вновь послышался рокот и с интервалом в 2 секунды к цели ушли еще две ракеты.
  - Курс 170 - скомандовал командир, отходим на дистанцию 300 кабельтовых, следить за результатами стрельбы.
  Торпедоносцы, сбросив свой смертоносный груз начали разворот и в этот момент яркое пламя оповестило о попадании первых двух ракет во вражеский крейсер.
  - Утюг я калоша, подтверждаю попадание - доложил по радиостанции командир эскадрильи торпедоносцев.
  А через 20 минут северную мглу озарил еще один яркий фейерверк попадания ракет теперь уже по цели ? 5.
  По данным радиоперехвата оказалось, что из 9 выпущенных экспериментальных торпед, одна из них всё таки нашла свою цель и врезалась в борт британского крейсера, однако экипаж сумел погасить пожар, подтопил крейсер и не допустил потери судна.
  После этой атаки британцы поняли, что пора сворачивать операцию и 2 декабря отозвали свою корабельную ударную группу ближе к Шпицбергену, а 5 декабря 1940 года весь британский флот, за исключением крейсеров прикрытия и группы эсминцев отошел в Северное море, морская война 1940 года была окончена.
  
  Масштабное контрнаступление на польском направлении началось в середине декабря и проводилось оно по всем правилам оперативного искусства и по книгам, привезенным попаданцами с 21-го века.
  Операция проводилась с рубежа Ковель-Луцк-Тернополь-Коломыя-Куты почти копируя Львовско-Сандомирскую стратегическую наступательную операцию. Операция проводилась на фронте шириной в 500 километров, на котором обозначались два направления главного удара.
  К участкам прорыва наступающих армий удалось подтащить почти 5 тысяч артиллерийских стволов и создать плотность до 100 орудий на километр фронта. Получившие опыт боевых действий в финской и японской компаниях артиллерийские офицеры устроили противнику двойной огневой вал за которым покатились катки советских тяжелых танков. Прорвав оборону первого рубежа польской армии, могучие крылья советских ударных танковых групп одновременно нанесли два мощных удара, первый из района Тернополя в направлении на Львов и второй - из района Луцка на Рава-Русскую.
  Поскольку львовское направление являлось основным, ставке верховного главнокомандования удалось создать здесь ударную группировку в составе двух общевойсковых армий трех танковых групп и одной механизированной группы.
  Для обеспечения действий львовской ударной группировки с юга на станиславском направлении наступала конно-механизированная советская группа.
  Для авиационной поддержки ударных группировок войск были созданы 2 оперативные авиационные группы: первая северная в составе 4 авиационных корпусов, и вторая - центральная в составе 5 авиационных корпусов.
  Соотношение сил и средств было в пользу войск РККА по людям в 2,5 раза, по орудиям и минометам в 3 раза, по танкам и САУ в 3,8 раза, по самолетам в 6 раз.
  Особое значение для успеха наступления имело достижение внезапности. Командование фронта, армий и их штабы уделяли большое внимание скрытности всех мероприятий по подготовке операций. Одним из таких крупных мероприятий явилось оперативная маскировка, имевшая цель дезориентировать противника относительно районов сосредоточения ударных группировок и направлений их ударов. Так, с целью введения противника в заблуждение было организовано разглашение информации о подготовке основного удара на станиславском направлении. Основной план операции предусматривал начало основного удара только на третий день после нанесения отвлекающего удара.
  Несмотря на принятые меры маскировки, немецкому командованию через свою агентуру в СССР всё же удалось установить перегруппировку наших войск и районы их сосредоточения, однако опыт офицеров польской армии был насколько малым, что даже получив от своих союзников информацию о готовящейся масштабной операции поляки ничего противопоставить действиям наших войск не смогли.
  После прорыва обороны одновременно на двух участках, противостоящая вражеская группа войск была рассечена и блокирована специально выделенными для этого дивизиями, а основные силы продолжили вклинение на польскую территорию нанося удар по сходящимся направлениям с целью окружения и уничтожить противника в районе Бродов. Затем, развивая успех и обходя Львов с северо-запада и юго-запада, наши войска вынудили противника вывести свои войска из готовящегося котла, результатом чего стало занятие полупустого города Львов.
  В ходе этой операции удалось окружить, а затем уничтожить бродскую, львовскую и рава-русскую группировки противника, освободить города Львов, Раву-Русскую, Перемышль, Станислав и ряд других населённых пунктов.
  На втором этапе операции 17 января 1941 года наши войска сосредоточивая усилия на своем правом крыле, стремительно вышли к Висле, форсировали ее с ходу и захватили плацдармы на западном берегу, а отдельные части конно-механизированной группы РККА захватили Карпатские перевалы.
  К исходу 21 января южный плацдарм был расширен до 50 км по фронту и 20 км в глубину. Учитывая развитие наступления войск РККА по двум расходящимся направлениям (сандомирскому и карпатскому) противник собрал все имеющиеся резервы и перебросил их в район Сандомира, после чего поляки нанесли несколько сильных контрударов с целью ликвидировать сандомирский плацдарм.
  Для разгрома наиболее сильной группировки противника в районе г. Мелеца и последующего расширения плацдарма 24 января с рубежа Барашув-Падеев была введена в сражение резервная танковая группа, которая 28 января главными силами вышла на рубеж Шидлув-Стопница-Новы-Корчин.
  К концу января войска РККА, отразив все контрудары врага, успешно завершили стратегическую наступательную операцию и по приказу Ставки перешли к обороне.
  В результате Львовско-Сандомирской операции советские войска завершили освобождение от поляков всей территории Западной Украины. В ходе операции советские войска практически полностью разгромили противостоящую польскую армию, которая насчитывала почти 600 тысяч человек, огромное количество техники и вооружения.
  С потерей Западной Украины весь польский фронт рухнул, и создалась угроза полного захвата Польши войсками РККА. Поэтому, что бы исключить дальнейшее продвижение красной армии на территорию Польши немецкие специалисты организовали и блестяще провели свою операцию.
  29 января 1941 года огромная группа людей в Варшаве вышла на улицы с целью организации несанкционированного митинга против своего правительства с требованием смены бездарного военного руководства. Однако в ходе митинга в толпе появились несколько сотен вооруженных социалистов, что повели толпу к правительственному дворцу. В ходе короткого боя охрана правительственного квартала была уничтожена и огромное количество парламентариев, министров и членов иностранных делегаций были захвачены протестующими. А 1 февраля было объявлено, что в Польше произошла социалистическая революция, после чего члены бывшего польского правительства были осуждены революционным трибуналом и расстреляны на площади.
  2 февраля 1941 года Гитлер ссылаясь на союзнический долг отдал приказ о пересечении государственной границы Польши с целью подавления большевистского переворота. Поскольку никто не имел возможности противодействовать этому вторжению, то уже к 15 февраля немецкие войска полностью овладели Польшей и вышли на линию соприкосновения с войсками РККА.
  Польша была уничтожена, оставшиеся соединения и части сложили оружие, часть войск сдались немцам, а часть войск на территории Западной Беларусии сдались войскам РККА.
  15 февраля в целях протеста против жестокого подавления польского восстания на улицы городов Эстонии вышли рабочие. К 20 февраля протестующие начали захватывать правительственные здания и разоружать военные части, а 21 февраля 1941 года была провозглашена Советская Эстонская Республика и избран революционный совет, который обратился с просьбой об оказании военно-политической помощи к Сталину.
  23 февраля 1940 года на территорию Советской Эстонской Республики начали заход войска Западного военного округа СССР.
  Таким образом, война приобретала совершенно другой характер, чем в реальной истории, однако теперь все было вывернуто наизнанку, так как воевали СССР с Англией, Франция и Италия затихарились, Финляндия подписала сепаратный мирный договор, а страны антикомминтерновской фашистской коалиции Япония и Германия заключили с СССР пакт о ненападении и договор о Вечном мире.
  В это время США, смотревшие на весь этот европейский бардак из-за океана копили силы, так как собирались напасть на умирающего льва или ослабевшего медведя.
  
  
  Правленый черновик второй книги.
  Напомню, что это в общем то и не книга, это скелет, а вот на него уже будет наращиваться мясо и кожа.
  Спасибо всем, кто участвовал в обсуждении!
  К стати, обсуждение не закончилось, можно еще править сюжет.
Оценка: 5.13*52  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Хард "Игры с шейхом"(Любовное фэнтези) А.Ригерман "Когда звезды коснутся Земли"(Научная фантастика) В.Пылаев "Видящий"(ЛитРПГ) В.Старский ""Темный Мир" Трансформация 2"(Боевая фантастика) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) Н.Трейси "Селинда. Будущее за тобой"(Научная фантастика) В.Василенко "Стальные псы 5: Янтарный единорог"(ЛитРПГ) А.Вильде "Эрион"(Постапокалипсис) А.Минаева "Академия Алой короны-2. Приручение"(Любовное фэнтези) F.(Анна "(не)возможная невеста"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"