Ватный Василий Колорадович: другие произведения.

Книга 3. Атли

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурс LitRPG-фэнтези, приз 5000$
Конкурсы романов на Author.Today
Оценка: 7.59*17  Ваша оценка:

  
  КЕСАРЬ ЗЕМЛИ РУССКОЙ.
  
  Книга третья. АТЛИ
  
  Глава первая. Воломир
  
   Встретил нас Гореслав. И вид у него был озабоченный. Рассказ его меня удивил, очень сильно удивил. Оказывается, пока мы плавали, или ходили в морской поход, Атли таки организовал убийство Озантрикса конунга Полабского, то есть царя лютичей-вильцев и захватил город Ретра. Я вот понятия не имею где этот город, но по всему выходит, что Ретра- столица вильцев и находится она наверное на реке Эльба.
   И вот теперь происходит самое опасное, часть дружины Озантрикса перебежала к его брату Воломиру в Хольмград, что стоит на реке Обра, часть ушла с внуком Озантрикса Одоакром на остров Руян под защиту князя Световита, а сам отец Одоакра ушел к бургундам, но были как не сранно и те кто присягнул Атли.
  А вот народец лютины послали всех нахрен, вроде бы даже воевали с людьми Атли, и теперь сидят себе в своих лесах и блокируют торговлю в верховьях рек Обра (Одер) и Вистула (Висла).
   Вот так-так, оказывается что теперь народ вильци-лютичи распался, и в наших зеслях появилась новая сила, это совет вождей лютинов. Как поведет себя новое государственное образование, с кем будут дружить, с кем воевать?
  Руянцы думают, что война придет и на Обру, ведь жив же еще и младший сын Озантрикса Одоакр, пусть ему всего 10, но ведь он наследник, а еще есть брат и основной наследник земель вильцекв-лютичей, это Воломир.
   Война то и так идет постоянно, то там, то тут происходят сшибки воинских отрядов, и даже княжеских дружин, но вот так чтобы тотальной войны еще не было.
   Но сейчас эта война уже витает в воздухе, та самая большая и настоящая война. Уже на рынке в Руяне полностью исчезло зерно. Купцы зерно не возят, так как бурги, то есть города стали запасать зерно в амбары на случай осады, табуны и отары скота отганяются на север, и вот сейчас уже идут переселенци, огромное множества телег в земли варгов-поморов, тысячи людей вдоль берега балтийского моря идут от Лабы (Эльбы) на север к реке Вистула (Висла). Блин вот оно самое, что ни на есть переселение народов. Я вот только с истории не помню, а в той реальной истории неужели войска Аттилы дошли аж до балтики? Да ну бред, нам же рассказывали, что Атилла типа гун-кочевник, а кочевникам нужны степи. Какие тут у балтики степи? Тут лес такой, что и пеший ноги переламает, а воины Атиллы все таки на конях должны быть, ну как половцы или монголо-татары.
  А может у меня тут параллельная реальность, и Аттила в этом мире типа и не гунн вовсе, а какой небудь протогерманец.
   Или может история все таки что-то напутала, вот местные меня настойчиво уверяют, что гунланд это вообще типа Фристландия, а Этли-Атли так он вообще сын какого-то местного вождя по имени Ругилла, то есть никакой он не монголо-татарин, и даже не китаец. Ну и что что он родился на Волге (Итиль, Эдиль - название волги), так готский царь Герман арий управлял империей от Балтийского моря и до Эдиля, говорят что даже император римский дань Герману платил, а имя атили иногда произносится как Эттли, точно также как и название реки Эдиль (Волга).
   - Вот так вот Чеслав - тихо проговорил Гореслав - я и смог, что купить соль да часть припасов, и то по большой цене. Но вот, что я тебе скажу Чеслав, цена на хорошее оружие растет.
   Да, да, вы наверное подумаете, что я типа негодяй и все такое, но я лично подумал именно об этом. Война, она такая сука, как сказал классик: "кому война, а кому - мать родная", и сейчас первая моя мысль была именно о продаже оружия.
   - Что скажешь Гореслав - есть ли возможность прийти на торг в главный бург Воломира?
   - Прийти то можно, только вопрос в том сможем ли мы там что продать, а ну как отберут все. Помнишь ли как Радомир мечами на Руяне торговал?
   - Как не помнить, ничего я не забываю, и я им еще припомню о том. Только, что нам с них брать-то за оружие, серебро что-ли? Но ведь воинов и мастеровых людей серебром да златом не прокормишь.
   - Серебро, да злато все пойдет к родам, что на Данапре сидят, там урожаи хорошие выходят иногда сам в четыре, или даже сам в пять зерна.
   Сам в четыре - это с одного пуда посаженного зерна, урожая собирают четыре пуда, или даже пять пудов зерна. И это страшная для меня цифра, я то знаю, что на расчищенных полях у Ильмень озера Цветана собирает сам в два, то есть прироста никакого, и то этого зерна едва хватает до нового урожая.
   - Я думаю Чеслав, что нам сейчас нужна только соль, без зерна проживем, а вот без мяса и рыбы зиму не переживем.
   - Да понял я уже все понял, ты вот что Гореслав, оставайся тут, не гоже такому воину в лесу сидеть, корабли у тебя есть, и крепость вот эта твоя - я показал на крепость что в дальнейшем возможно станет Ригой - твоя задача укрепится тут, организовать заготовку рыбы для всего княжества. Я тебе бочки пришлю, соли рыбу и отправляй в Полоцк по реке, а я тебе буду железо да оружие отправлять, пробуй к варгам-поморасм сходить там сын Воломира сидит, да и с конунгом Воломиром торговлю наладить нужно. Да, и ты там не стесняйся, если что зазывай к нам людей мастеровых. Если я что-то понимаю в этом мире, то скоро начнется большая война, не оставит Атли Воломира, если брата его Озантрикса сгубил, то и Воломира сгубит. Так что война будет, а там где война, там и беженцы, так пусть бегут сразу к нам.
   - Я думаю скорой войны не будет - тихо сказал Гореслав.
   Я внимательно посмотрел в глаза здоровенного вониа, вот тоже мне разведчик-аналитик, блин. Что-то знает, но говорить стесняется.
   - Говори уже, что узнал.
   - Люди сказывают, что Атли зазвал к себе вождя гепидов Ардариха и наказал собирать воинов.
   - Так может этих воинов на войну с Воломиром собирают - засомневался я.
   - Неет - усмехнулся Гореслав, стараясь показать свою важность - люди сказывают, что к Атли приезжали послы ромейские, и много золота привезли. А золото это плата за поход на бургундовского короля Гундехере.
   - А где же земли этого Гундехере? - спросил я.
   - Так говорят у проливов они жилы рядом с юттунгами, а потом их с земли согнали, вот бургунды и ушли через Рейн - Гореслав наклонился ко мне - сказывают, что король Гундахаре разгромил галлов и взял с них много золота, а еще ромеев воевал, вот ромеи и наняли Атли против Гундехере.
   Понятно, выходит Аттила разгромил лютичей-вильцев, так сказать обезопасил свои тылы, и теперь пойдет громить бургундов. Вот только непонятно мне, а сколько собственно может длится такой поход, то есть сколько у меня есть времени? Не дай боги глупый Воломир решит ударить по Атилле в спину, вот тогда начнется геноцид, боюсь что даже меня с болот выковыряют, соломинку в задницу вставят и надуют как лягушку, так чисто для профилактики.
   Нужно срочно укреплять городки стенами и готовится к войне. Я ведь даже Атиллу не боюсь, я боюсь, что сейчас хлынут в мои земли беженци и не захотят подчинятся, а попробуют у меня городки отнять, вместе с железом, кораблями, мехом и другими плюшками.
   - Вот смотри Гореслав - я развернул карту - вот по такому маршруту в земли эстов за солнечным камнем и горящей рудой приходили готландцы.
   Я потыкал в карту ножом.
   - Вот здесь их будет перехватывать Радомир, а если они прорвутся, то ты уже тут должен их вылавливать. Никто Гореслав, слышишь никто без твоего разрешения не должен проходить на север в земли эстов, чуди и саамов. Всех останавливай тут, и пусть все товары берут у нас, а сам организуй торговлю с северными народами. Я оставляю тебя воеводой над крепостью Рига, и моим наместником над всеми этими землями. Железо и оружие получишь из Полоцка, все принимай крепость, всех людишек я оставляю тебе, заберу только двух девок свейских с прислугой, а тебе и так народа хватит.
   В свою землю к Полоцку я пошел всего на трех груженых лодьях, и поход этот длился почти целый месяц. Приходилось останавливаться в прибрежных городках, проверять запасы, разговаривать с людьми, наставлять и ругать, а самое главное судить. Оказалось, что за время моего похода народу тут прибавилось и уже произошло слишком много разборок. Были стычки и со смертельным исходом, били попытки разграбить соседние городища, но слава богу до большой гражданской войны в моем княжестве не дошло. Младшая дружина имея почти сотню конных воинов очень быстро совершала карательно-успокоительные рейды и наводила порядок. Больше всего меня порадовали дозоры, вот так вот, мои думные дьяки, или вожди Полоцка решили организовать патрулирование реки Янтарная (Западная двина). Отряд в два десятка воинов на конях совершал осмотр берега от Полоцка и до самого моря, объезд всех селений, сопровождение товаров и все такое. Отряды выезжали по очереди, и вроди бы все это было правильно, да вот только все не мог я понять зачем? Зачем совершать это патрулирование на конях, если у нас целая мастерская по производству стругов, чаек, баркасов и всякой херни водоплавающей? Но командир первого же встреченного мной такого патруля бодро доложил, что это вроде бы как тренировка, то есть молодняк приучают к седлу и конным походам. Ну что я могу на это сказать - правильно, приучайте.
  
   По возвращению в Полоцк пришлось опять заниматься разбором жалоб и судами, достало меня это. Но я ни как не пойму одного почему я, какого хрена они лезут с судилищем ко мне, ведь тут есть куча советников, правителей, вождей и других важных людей, что находятся на достаточно высокой позиции, и вполне уважаемые, чтобы судить и рядить. Ведь у нас президент никого не судил, иногда миловал это да, но не судил. Значит мне нужен судья, прокурор и еврей-адвокат? Вот только, где я вам в этих болотных краях еврея найду?
   Однако оказалось, что не все так просто. Не смотря на то, что в самом Полоцке уже проживало аж 480 человек, тут получился настоящий Вавилон, осталось башню до неба выстроить и все.
   Были в Полоцке и венды, были и чудины с песьеголовцами-кривичами, много было семей от родовичей буссовых, были и герулы с готами, были кельты которых я освободил в прошлый поход с готландского рабства. В общем тут у меня настоящий интернационал, а у всех народов обычаи и законы разные, вот и как их судить?
   Получается, что за оскорбление свободного человека венед или бусов родич может дать просто по морде, чудин ничего не сделает, а вот горячий гот или герул за оскорбление просто башку негоднику снесёт своим топором, вот и происходят конфликты.
   Придется мне тут "Ярославову правду" сочинять, только я этой правды в школе не читал, вот и поставил задачу всем вождям до снега разработать свод законов, по которому все рода жить должны. Пусть занимаются, а мне некогда этой херней заниматься, я вообще в прошлой жизни ни хрена не юрист, я комбайнер-тракторист.
   А еще я понял, что Полоцк нужно расселять.
   Оставить за стеной только мастерские с домами самых ценных работников, а также казармы или дома дружинников, а основную жилую зону выселить за стены. Для этого по весне нужно ставить почти сотню срубов и обносить все это стеной. И если все сделать правильно, то у меня получится уже внутри основной стены еще одна стена, тогда обороноспособность города увеличится.
  
   И первой своей важной задачей я определил производство сковород-варниц для солеварни. Вот только моя мечта не так просто тут реализуется. Добыть в постоянном режиме чугун не получается, нет высокой температуры плавления, так как нет хорошего поддува.
   Вот и пришлось мне искать место под водяную мельницу. А место это не простое, нужно найти подходящую речку, приличный сухой берег, где поставить мастерские, хорошие берега чтобы можно было соорудить запруду и поставить дамбу, а самое главное - нужно попробовать соорудить водяное колесо. В общем дел много. Оказалось что река Полота подходит под все требования. Я в двух километрах от впадения Полоты в Янтарную (Западную Двину) наказал делать запруду и уже от этой запруды в бок сделал с мастерами водоотвод. Из досок соорудили приличный стометровый короб для стока воды с запруды. А потом началось самое сложное, мы почти две недели, то есть пол луны мастерили первое водяное колесо. Нет, я конечно утрирую, сделали мы его конечно быстро, но сука, крутится колесо совсем не хотело. Что мы только не делали, и смазывали ступицу салом и шлифовали валы, и натирали воском, даже разобрали пол колеса облегчив конструкцию. И только на третью неделю это чёртово колесо стало более-менее прилично вращаться от небольшого потока воды. А я просто переделал водосток. То есть раньше я пробовал делать так, что бы вода толкала колесо у нижних лопаток, и отдача была минимальной. А потом чуть продлил короб до ближайшего овражка, а в тот овражек опустили колесо, и как только вода стала падать на колесо сверху, то все и заработало. Оказалось, что падающая вода передает больше энергии.
   Учитывая все недостатки, второе и третье колёса были установлены уже всего за десять суток.
   И вот картина Репина: вода течет, колеса вращаются, а пятьдесят мужиков сидят и смотрят, то на эти колеса, то на придурковатого князя. Никак не поймут, зачем этот странный князь вот такую вот игрушку себе придумал.
   После неудачной попытки объяснить причину строительства такого сооружения, я сам с тремя мастеровыми взялся за оборудование, передаточного вала, мехов и воздуховодов, а остальной банде наказал строить большую печь и заготавливать древесный уголь с болотной рудой.
   Уже облетели листья и начались осенние дожди, а мы все никак не могли поставить под крышу нашу новую мастерскую. Пришлось провозится еще целую луну.
   Вот как тут управлять государством, если без меня никто ничего не может, я два лядских месяца просидел в этом лесу на берегу болотной речушки Полота, кормя комаров и выписывая пенделей своим нерадивым работникам.
   Одно счастье, что все это время нашу строй площадку и лично меня охраняла дружины в пять десятков человек, и чтобы не расслабляться я проводил по две тренировки в сутки. Махали мечами и топорами, кололи длинными и короткими копьями, учились быстро строится в черепаху, сворачивать и разворачивать строй, а самое главное - учились точно стрелять из арбалета и метать сулицы.
   В этом деле я стал просто мастером, и мог сбить белку с дерева метким броском маленького полтора метрового копья.
   Самое главное, чего я добился это хоть какое то понимание мечного боя. Теперь мои воины не стоят как крестьяне под градом ударов, то есть не прячутся тупо прикрываясь от ударов противника щитом, а активно контр атакуют.
   - Не стоять уроды, назад не отходить, не отрываться от противника - я уже не кричал а хрипел, связки не выдерживали постоянных нагрузок, да и разговаривать с одышкой из-за физических нагрузок трудновато - скат, шаг вперед, контр удар, потом опять блок-скат, шаг вперед контр удар, движемся без остановок на проходе.
  Воины со свистом втягивали воздух и пыхтели как 60-ти летние старики.
   - Свиля (уклон) в лево, свиля в право, удар, блок-скат удар, шаг вперед, свиля в лево удар - я показал мечем на воинов слева в строю - эй вы щит не поднимать, щит на уровне щеки, голову, голову пригибай, а щит не трожь.
   Мы систематически отрабатывали очень сложный маневр мечного боя в рассыпном строю, когда воин под удар противника подставляет свой меч таким образом, чтобы оружие врага соскользнув по клинку подставленного вами меча проваливалось вперед и вправо в бок, как бы раскрывая врага. А вы в это время делая шаг влево вперед и, используя энергию своего движения рубите либо по ногам противника, либо с доворотом кисти по шее. В корпус бить абсолютно бесполезно, так как корпус как правило прикрывает доспех.
   Чтобы до автоматизма наработать блок-скат мы часами тренировали упражнение "оконце", это когда две шеренги воинов по очереди бьют друг друга применяя блок-скат и контр удар.
   Потом, построившись в две колонны по пять человек в ряд мы раз за разом ежедневно отрабатывали встречный маневр-проход, когда у тебя нет одного противника, ты просто подставив блок-скат и рубанув первого тут же не останавливаясь проходишь в глубь строя и рубишь второго, а потом опять блок-скат и рубишь третьего с шагом и так раз за разом, изо дня в день.
   Я стремился показать своим дружинникам именно методику обучения мечноиму бою, чтобы далее они могли обучать других воинов или новиков. И через месяц вот такой нагрузки по две тренировки в день все уже не боясь получить сильный удар клинком по не прикрытий части тела не шутошно рубились на проходе.
   В этой тренировке главное обеспечить быстрое движение колонны через строй противника. Колонна небольшая всего пять рядов, так как у меня людей мало, а массовость обозначить нужно. Но в реальном бою с расыпным строем противника, такая тактика гарантированно давала успех, да и бились реально только воины первых трех рядов, те же кто стоял в четвертом и пятом рядах они уже не рубились, они просто добивали раненных, поэтому в четвертый и пятый ряд можно поставить молодых воинов.
   Но что бы такой фокус прошёл, нужны годы тренировок, а этиого времени у меня нет. Поэтому и приходится совмещать и работу и тренировки. Получается, что я пол дня работаю и пол дня тренирую свою маленькую дружину. Пусть сейчас научатся хотя бы эти, а потом самых толковых я назначу десятниками к новикам, и пусть обучают молодежь.
   Периодически я на конях с охраной налетал в Полоцк и проверял подготовку к зиме, как там заполняются мои амбары, как готовятся бочки и поступает соленая рыба от Гореслава.
   В какой то момент я стал контролировать только производство ценнейшего оружия и продуктов. Периодически заслушивал своих особистов, то есть стукачей-разведчиков по вопросу внутреннего порядка и всяких заговоров в княжестве. И самое главное, что никаких заговоров пока не намечалось. Мои главы городков и воеводы сообразив, что князь полный лох, потихоньку подворовывали, но это нормально. Самое главно, что пока никаких попыток посягательств на мою власть не было, а мир тут простой, оппозиция ныкается и не отсвечивает, и пусть только попробуют вякнуть, я им покажу кузькину мать, стоит только пальцем показать, как мои дружинники всех недовольных в болотах перетопят с камнями на шее.
   С первым снегом мои новые мастерские были готовы, но толку от этого было мало. Что пользы от водяных мельниц, если скоро ударят морозы и река замерзнет? Но до морозов я должен успеть выплавить несколько варниц для солеварни.
   Сбили четыре огромных ящика, заполнили их мокрой глиной и перемешав содержимое ящиков я выдавил четыре заготовки для литья больших квадратных сковород. А потом загрузил в печь древесный уголь с болотной рудой и подал команду поднять задвижку плотины.
   Вода побежала по жёлобу и три водяных колеса начали медленное вращение, передавая энергию вращения на воздуходувы. Печь загудела, вот так вот начался новый революционный период в моем княжестве, это уже почти промышленная революция.
   К полудню заглянув через маленькую дырочку в печи я увидел красное озеро, вот и все чугун созрел, подставляй формы, заливай метал.
   По итогам нашего двухмесячного труда получилось вылить четыре огромных прямоугольных варницы размером 1х2 метра с высотой стенок в ладонь.
   Теперь нужно отправить эти варницы к Гореславу в приморскую крепость Ригу и пусть начинает строить солеварни, пора становится местным олигархом.
   В это время пушнина и метал, это конечно ценный товар, но вот соль, это просто золото. Без соли нет смысла даже думать строить большие селения в этих диких местах, ведь нет возможности растить зерно и брюкву в достаточных количествах, а вот рыбы и мяса тут полно, но сохранить все это без соли, и создать много запасов, чтобы все селения пережили зиму - это без соли не реализуемая задача.
   Наказав строить в месте плавильных мастерских городище и продолжать до самых морозов выплавку варниц, кузнечных наковален, молотов, якорей и другого важного имущества, я отбыл в Полоцк.
   Хотел сразу ехать к Гореславу в Ригу, чтобы проверить как там строятся солеварни, хотел но не поехал, пусть сам крутится, а то чрезмерный контроль раздражает, да и старше он меня лет на двадцать, чё я его как пацана контроллить должен, а у меня там жена не ласканая и ребенок растет.
   Все решено, еду к Ильмень озеру в селение Цветаны, еду с подарками, а мои новые наложницы, которых я привез со свейской земли пусть в Полоцке сидят, не фиг им княжну пугать.
   Бабы они такие, не дай бог скандалы, интриги, расследования. Я ведь не простых девок привез, а жен бывших вождей свейских Хиндмара и Харлафа, а жен эти два брата-акробата выбирали себе самых красивых. Вот и получается, что мои наложницы тут как луч света в темном царстве. Местные болотные женщины, так сказать на любителя, а я ну не очень люблю замарашек, вот валькирии свейские мне понравились.
  
   Вот так и пришла зима, в трудах и заботах, лютая зима. Не помню какие были зимы в этих широтах в 20-м веке, но вот сейчас морозы реально под минус 30 стояли.
   Зимой я занимался всем чем угодно.
   Проводил иногда по пол дня на кузне, иногда организовывал большую загонную охоту, съездил даже к Радко в Смолянку (Смоленск). Радко молодец, всего за год обустроил приличный городок. Стена из больших бревен, несколько башенок для стрелков, а самое главное это большие конюшни. Как не крути, но я всего лишь любитель, а вот Радко он реально сын вождя, и достаточно опытный воинский начальник. При чем дружина у него вся конная.
   Хотя я не хочу пугать людей страшным словом "ДРУЖИНА".
   По местным меркам дружина - это воинское братство в котором находится от десятка до сотни наиболее приближенных воинов. И самое главное, что эти люди чистые воины. То есть они не сеют и не пашут, они несут дозорную и сторожевую службу, ежедневно упражняются с оружием, гоняют не прошенных оборванцев, что иногда заходят в наши земли чисто пограбить, или людишек своровать для продажи. И была у Радко конная дружина числом аж в 100 человек.
   Дружина была и у меня, только моя дружина разделялась на три состава. 30 человек это первый состав, это воины, что ходили со мной уже несколько больших и малых походов, это по местным меркам уже достаточно опытные и умелы воины. Эти три десятка охраняют мои личные покои и сопровождают князя по нашей территории.
   Вторая группа, это воины взрослые, что побывали в одном походе и были ранены, так что в общем то они повоевали, но опыта большого у них как бы и нет. Вот таких вот мужичков у меня аж четыре десятка человек. Эти воины занимаются в основном дозорной службой, то есть объезжают селения, сопровождают товары от селения к селению, сопровождают купцов в соседние земли. Есть у меня и новики, это выпускники воинской школы, что уже достойны идти в поход, их всего то два десятка.
   Но есть у меня и третья категория - это учебный центр, там в основном призывники. И их целая куча, аж 12 десятков новобранцев. Это в общем и есть те люди, кого я называю младшей дружиной. Младшая дружина иногда привлекается для несения дозорной службы, но в основном они несут службу сторожевую, то есть охраняют сам Полоцк и выселки (мастерские на реке Полота). Но главная задача у пацанов - учится, учится и еще раз учится, как говорил классик социализма. А учатся они у меня именно конному бою, то есть все новики получили по коняшке и лично за своего скакуна отвечают.
   Задачу новикам я поставил простую, самостоятельно экипироваться самому и экипировать коня. То есть пацанята ходят в седельную мастерскую и под руководством мастера лично сами делают себе седла, потом сами куют копейные наконечники и делают длинные пики, потом сами под руководством мастера изготавливают щит, а самое главное начинается уже в конце, потому, что у меня бронная мастерская целиком и полностью состоит из женщин. Ковали-кузнецы производят несколько видов прямоугольных стальных пластин, а вот собирают из пластин доспех уже женщины. Потому, что работа эта нудная и кропотливая. Требуется продеть огромное количество кожаных шнурочков в малюсенькие дырочки в стальных пластинах, а потом подбить все это кожей. А еще нужно изготовить поддоспешник.
   Зачем я гоняю пацанят, да все просто, мне нужны воины профессионалы, те кто в походе сомостоятельно сможет провести ремонт своего снаряжения, а если по причине ранения и демолюбилизации эти воины будут исключены из дружины, то я могу назначить таких умелых удальцов в в маленькое селение десятником, и пусть там сидят, обеспечивают безопасность и обучают уже новых новиков.
   А еще у меня было ополчение. Ополчение это сброд, именно сброд, там и старички, и колечные и самое главное бабы. Что может такой ополченец, да ничего, даже из лука стрелять не сможет, а вот с арбалета. Вот я и приучал их к стрельбе. Ежемесячно я проводил соревнования среди ополченцев на приз князя Чеслава, то есть теннисный турнир "Открытый шлем", а-ля Борька Ельцин.
   Но и это еще не все, ведь под моим протекторатом находится более шестидесяти родов песьеголовцев и чудинов.
   Чудины парни простые, я бы их сравнил с буддистами, этакие хара-кришна 5-го века. То есть они конечно могут взяться за топор или копье, если вы нападете на их селение, но вот воевать за князя и тем более идти в поход, да никогда, на фига им это нужно, они же дети леса.
   А вот песьеголовцы это другой разговор, они живут в непростых условиях, и если я предлагаю им серебро, или железо, то они соглашаются идти в наем не задумываясь. А это и правильно, чё сидеть то в болоте, если есть возможность сходить пограбить, а князь тебе еще и серебра за это подкинет, или железом отдарится, или солью. В общем основу моих наемничьих отрядов составляют именно песьеголовци, только я этому не очень то и рад. Банду из местных кривичей и дряговичей я могу собрать приличную, человек в двесте, но это именно банда, вооружения никакого.
   Они на костре обжигают палку и таким образом делают себе копья, а в качестве ручного оружия у всех обычный топор, есть конечно и щит, плетенный из веток и обитый кожей, вот и все вооружение. Ну и как использовать таких воинов, их вообще есть смысл вооружать, ведь в открытом бою их порубят как капусту?
   Так что я планирую каждому, подчеркну это слово -"каждому", кто придет по зову князя выдать железный наконечник копья и настоящий боевой топорик. Так что только для этих вот наемников мне нужно сковать и припрятать в амбар две сотни топориков и столько же наконечников для копей.
   Так, что все это время я сам решал очень сложную задачу вооружения моей будущей армии.
   Вы думаете это так просто? Да ни фига себе, это очень сложно.
   Вот например куда армия без разведки, да никуда, просто заведут в ловушку и всех вырежут, тут же леса да перелески. Кто может проводить лесную разведку - это легко вооруженный и очень быстрый отряд, при чем отряд из людей леса. Вот на место такого отряда я планирую использовать песьеголовцев. Если из них сделать три дозорных заставы, то есть впереди и по бокам войска выставить эти заставы человек по 60-80, то они смогут не только маршрут разведать, но и уничтожить вражескую разведку, или скажем смогут самостоятельно сбить заслон на пути движения основных сил. А если придётся убегать, то вы попробуйте их догнать, я пробовал. Это очень сложно, песьеголовцев нужно выслеживать до самого селения и нападать именно на селение, когда мужикам нельзя убегать, и они защищая своих баб вступают в открытый бой. А во всех остальных случаях, они налетают, вырезают дозорных, а потом драпают в лес, и так раз за разом, не принимая генерального сражения.
   Дальше должен идти отряд легкой конницы, это у меня будет сотня Радко, конники знатные, могут воевать и в лесу, и в поле с кочевниками с луков перестреливаться. А лучник в наше время, то есть в мое время это воин уникальный, лучника обучить не просто. А так чтобы попадал в мишень на скаку с лошади, так это вообще научная фантастика.
   Род Радко очень долго жил по берегам рек Сула и Десна, поэтому опыт степных стычек с кочевниками у них имеется, а современная степная война это в основном перестрелки на больших дистанциях.
   Что нужно Радко для вооружения своих воинов, да ничего, то есть ему нужно просто передать кричное железо, и пусть кует себе вооружение сам, у него в Смоленске проживает аж три сотни человек, и там полно умелых ковалей (кузнецов).
   Далее мне нужна пехота, это основа армии в лесном массиве. То есть я могу конечно попытаться применить конницу, но для этого нужна приличная полянка, или скажем ударить вдоль берега реки.
  Так что же нужно пехотинцам?
  Пехотинец с большим круглым щитом занимает боевую стойку так, чтобы нижний край щита прикрывал колено, а верхний край щита доставал до плеча, кроме того боковые округлости прикрывают соседей справа и с лева.
   Вот и получается, что в лоб пробить такую стену щитов можно только ударив воина по голове или по вперёд выставленной ноге. И самое главное, что можно ударить по правой руке, в тот момент, когда воин пытается нанести удар по противнику. Собственно говоря броня пешему воину, то есть полный панцирный доспех и не нужен.
   Дерутся пехотинцы в основном копьями, и только после потери или слома копья достают короткое оружие, и это как правило боевой топор, иногда длинный боевой нож, который местные называют скромансакс.
   Да кстати, я тут новую теорию вывел, ну про наших будущих историков. Вот например нож тут называют "сакс", , а длинный боевой нож это 'скромансакс', то есть я подумал, что саксы - это типа мужики с ножами. А еще я понял кто такие лонгобарды, это мужики с длинными бородами. Вот смеху то, а историки потом скажут, что Лонгобарды и Саксы это такое сомоназвание народов. Тогда непонятно почему словен назвали именно словенами, ведь если придерживаться того же подхода, то словене это топорщщики, так как у них основное оружие - топоры. Ладно, это я так, чисто в качестве отступления, просто вспомнил сагу о Бургундах. Там вообще все смешно выходит. Я ведь помню кино про д-Артаньяна, там песенка была веселенькая, типа про удачу, и вот в той песенке Бургундия, Нормандия, Прованс, Гасконь всё это французские провинция и я думал, что живут там чистые французы, а оказывается это те самые римские германци, то есть те, кого ромеи называли германцами. А в реале Бургунды это кельтско-германсоке племя, что проживало на скальном острове в датском проливе, и эти места, где они жили зазывалось "Борн-Хольм", то есть Скальный остров.
  
  Так, значит мне нужно произвести и положить в склад не менее двух сотен поножей, выдать поножи всем только на левую ногу, что будет вперед выставлена, и столько же наручей на правую руку.
  Потом наконечников копей, топорищ и длинных ножей столько же, а самое главное нужно две сотни крепких шлемов.
   И вот тут самое главное, что основные расходы мне придётся потратить на конницу. Моя личная конница еще даже и не состоялась, это новики по 14-17 лет, но в будущем каждому из них нужен конь, седло, броня, длинное копье, сабля или длинный меч, шлем, наручи и поножи и крепкий щит, а еще нужна булава или чекан. Но самое главное, что нужна хоть какая то бронь коням, то есть нужно прикрыть коняшкам хотя бы шею и морду-лица, иначе такую конницу ссадят на землю очень быстро. И мне нужны хорошие отборные кони, а не это недоразумение, что уменя называют конями.
  Тяжелая конница это просто таран, чтобы пробить пеший строй или смять встречным ударом легкую конницу, а для создания токой конници мне нужно где-то прикупить или вырастить методом долгой селекции собственных тяжеловозов.
   И по всем расчетам выходило, что вооружение одного конника мне влетает почти в три сотни гривен серебра.
   Ну вот считайте, конь - 10-12 гривен, седло - 10, бронь конная - 100, бронь всадника - 120, шлем - 25, сабля или меч - 30, булава или чекан - 10.
  Даже если коня в бронь не одевать, так как коняшки хлипковаты у меня и большой вес просто не выдержат, то все равно дорого выходит.
   И при таких огромных расходах, эта самая конница может в раз сдуться, то есть просто пасть смертью храбрых в первом же бою. Почему так? Да потому, что после удара по противнику, вывести из боя и отвести назад тяжёлую конницу практически невозможно, а враг может элементарно тут же ударить во фланг и все, нет конницы.
   Вот и получается, что для меня тяжелая конница как линкор, стоит дорого, с виду очень страшно, но в бой бросать ссыкотно, а вдруг потопят, помрут сразу же все мои мечты о мировом господстве, и все плакало мое серебро.
   Так что я уже все подсчитал, подсчитал и прослезился. Выходит, что если я хочу хотя бы стать на уровень соседей, то мне нужно как минимум три года абсолютно мирной жизни и торговли, потому, что без торговли все это теряет смысл. Ведь у меня вся финансовая система заточена на продажу качественного оружия.
   То есть себе, своим людям я делаю оружие массовое, то которое стоит 20-30 гривен. Это длинные копья и сабли для конницы, а также копья и укороченные на ладонь мечи для пехоты. Ну почему укороченные, да просто настоящим мечем в тесном строю махать неудобно, ни рубануть, ни уколоть точно в брешь не получается, а вот укороченным можно биться как римляне, из-под щита или поверх щита в шею быстрый и точный укол, и опять в оборону.
   А вот на продажу я готовлю высоко качественные и дорогущие мечи и сабли, а еще крутые брони. Хороший меч начинает торговаться от пятидесяти гривен, а вот броня от двух сотен гривен, хороший шлем - это минимум тридцать гривен серебра. Именно такую цену мне дают соседи за качественное оружие. Но массово производить дорогое оружие невозможно, это штучный товар. Вот сейчас у меня в загашнике лежит аж восемьдесят шесть крутейших мечей, три десятка красивейших ламилярных доспехов и всего то двенадцать крутых шлемов.
   Как ни странно, но изготовить хороший шлем, тяжелее чем обычный панцирь. Ведь там что, сделали пятьсот пластинок с дырками и пусть женщины сидят сшивают эти пластинки, работа нудная, но сделать её может любой. А вот шлем, там нужно подготовить шесть треугольных пластин, правильно изогнуть эти пластины, потом пробив дырки состыковать все пластины заклепками, а потом одеваешь и получается, что шлем сильно давит в затылке. И опять разбить заклепки, придать больше округлость пластинам, потом опять сбить, и так раз пять. А еще приделать стальные надбровные дуги и нащочники, подвязать плетенную бармицу. В общем работа чисто для профессионала, а у меня таких мастеров по шлемам всего один, один мастер кельтского происхождения с тремя подмастерьями. При чем зазнайка тот еще, он всем рассказывает, что кроме кельтогв в мире никто шлемов делать не умеет, типа даже ромеи у кельтов шлемы делать учились. Ну тут все понятно, если сам себя не похвалишь, то тебя никто и не земетит, вот и хвалятся мастеровые друг перед дружкой.
   Так что вооружить мою разросшуюся армию не так то и просто, а еще родственничек требует. Брат тут корабль прислал и забрал чисто на вооружение своей банды сотню уже приготовленных для моих воинов мечей и шлемов. Мол если хочет многоуважаемый Чеслав, чтобы Радомир смог удержать залив Мелларен, то не жадничай, выкладывает на стол, все что потребовали. А потребовали еще и ножей и пил и топоров, и много чего еще. Я то наивный думал, что Радомир мне там торговлю наладит со свейскими и ютландскими конунгами, а он зараза все себе гребет. Но обещал таки клятвенно летом налет на Готланд совершить. Уж больно все местные свеи хвалят богатство готландских купцов, там есть чем поживится, а главное там мастеровые есть.
  А натуру ведь никуда не денешь, у Радомира душа пиратская, бандит он ведь и в Сомали бандит.
   Вот примерный мой расчет по армии, это то, что я хочу получить:
   - 100 легких всадников Радко;
   - 100 тяжелых конников моих;
   - 200 тяжелых пехотинцев;
   - 200 легких пехотинцев песьеголовцев;
   - 300 ополченцев из баб и стариков.
   Вот такую армию я теоретически смогу выставить в случае вооруженного вторжения на свою территорию, но это все чисто теоретически.
   И для такой армии мне нужно заготовить много, очень много оружия. Я вот в последний поход на свеев ходил и взял по сто болтов к арбалетам, и что бы вы думали, домой я возвращался пустой, ни одного болта у меня не осталось. Сто арбалетов израсходовали 10 000 болтов, колоссальный расход боеприпасов, а эффективность примерно 1%. То есть на убийство одного врага я потратил 100 болтов. Ну были еще и раненные, это я конечно не считаю, а самое главное, что был коренной перелом в битве в решающее время, вот именно это мне в арбалетах и нравится. Но очень большой расход боезапаса, вот это мне и не нравится. Вот говорят, что во второй мировой войне на убийство одного фашиста союзники тратили 25 000 патронов, а в войне с Северной Кореей США тратили уже 50 000 штук патронов на одного убитого, а во Вьетнаме эта цифра выросла почти до 200 000 штук патронов на одного убитого вьтконговца.
  Вот такая вот статистика.
   Только в военном деле статистикой как говорят сыт не будешь, так что я пока что иду неплохо, всего то 100 болтов на одного убитого. И для дальнейших боев мне нужно 200 арбалетов и минимум по две сотни болтов на каждый арбалет, а еще лучше по три сотни болтов на каждый, а еще у меня теперь есть почти сотня трофейных плоховатых луков, и для луков еще по 200 стрел на каждый.
   Вы скажете, что это милитаризация страны, а нормальный попаданец должен заниматься прогрессорством. Да ни фигасе, какое нахрен прогрессорство? Если в любой момент к вам могут пожаловать большие бородатые дяденьки, что бы все сначала отнять, а потом уже меж собой поделить, как в славном 1917.
  
   Весной я собрал совет, пришли вести от моих торговцев и я решил все проблемы переложить с больной головы на здоровую.
   За большим прямоугольным столом сидели все вожди моих городков, и мои воеводы, все кроме Радомира, он теперь сам конунг и правит северной Швецией, а у него уже аж двадцать кораблей. Так что считайте, что Радомир может поднять и вывести в бой почти 500 человек, ну пусть воюет, а у меня походу проблемы.
   Ну начну с начала.
   Где то месяц назад ко мне пришел большой караван торговцев с охраной от ободритского князя Воломира. Привез этот караван в основном зерно, просо, овес, а еще брюкву, репу и морковь с чесноком.
   За продукты спасибо конечно, но вот купить они соизволили только железо и оружие. Ни мехов, ни меда с воском не взяли, даже оружие брать не хотели, типа давайте в основном кричное железо, но я их естественно послал. На хрен мне торговать железом, если тот же меч стоит в десять раз дороже куска кричного железа. Торговались мы долго, и я согласился продать железо только в пропорции 50 на 50. То есть половину требуемого товара ободриты взяли в железных крицах по 5 гривен серебра за крицу (400 грам железа), а остальную половину по полной цене оружия, то есть мечи в килограмм весом я отдал по 35 гривен серебра, сабли в 600 грамм весом отдал по 20 гривен, а наконечники для копий весом 500 я продал по 15 гривен серебра. Соответственно после перерасчета с учетом стоимости продовольствия я заработал почти 500 гривен серебра, и купцы обещались прийти еще. Только ведь я думаю, что рано или поздно у Воломира серебро кончится, а с учетом моего не очень большого войска он может и в гости заявится. Зачем покупать железо за серебро если у тебя есть воины и ты в любой момент можешь прийти и все экспроприировать?
   Но это не все, ко мне еще приходил караван и от хана днепровских аланов Кугума.
   Были еще много торговых караванов от разных соседей и от волынян и с Десны и с Южного Буга приходили за железом и оружием торговцы, брали и меха, и мед, и воск, в общем нормальная торговля.
   И вот только купцы от Кугума повели себя опять не хорошо, а потребовали только оружие, при чем по бросовым ценам.
   Эти товарищи аланы предлагали по 10 гривен за меч или саблю, и 5 гривен за наконечник копья, мол большая война намечается и это с меня такой налог оружием, и скажи спасибо нашему хану, что он хоть такую цену дает.
   Не пацаны, так не пойдет, вертел я на одном месте вашего хана. Помню как вы в прошлом году обосрались и не пошли в Ригу, хотя нет это не вы это ваши кони болотных демонов убоялись, а вы то пацаны смелые. Только не пройдет у вас этот номер, в моих болотах кочевникам делать нечего.
   Вот у меня было куча ненужного трофейного железа, еще со времен похода на шведов, вот я и вывалил все это добро во двор, мол выбирайте себе из кучи что хотите по той цене, какую предложили.
   Обиделись аланы, назвали меня шакалом и все такое, пригрозили карами небесными за жадность.
   Но таких наездов я терпеть не собирался, и потребовал нормальной цены.
   Вынес мечи и сабли, что раньше торговал по 50, а Воломиру отдал по 35 и потребовал по 35 гривен за каждый образец оружия. Аланы шипели и ругались не по русски, но все таки купили сабли по 20, а мечи я торговать по такой цене не стал. И обострять ситуацию я тоже не стал, но этим уродам зарекся что либо продавать, так с меня завтра штаны снимут и голым-босым по свету пустят.
   Но идея производства более дешевого массового оружия уже назрела. По всему выходит, что цена в 25-30 гривен за меч для большого войска это очень высокая цена. Такой дорогой меч может купить обеспеченный воин, или такие мечи пойдут хорошо после удачного налета соседей на врага, когда соседи распродадут наворованный хабар и решат прикупить себе хорошего оружия, а так никто не даст за меч 30 гривен. Если у тебя есть 30 гривен серебра, то ты можешь взять себе боевой топор, нож и копье, и еще останется на недорогой шлем.
   Но я то не собираюсь китайский ширпотреб штамповать, мой меч легко разрубает германскую спаату, я пробовал в учебном бою. Мы рубились не по детски, и уже после нескольких сильных ударов и блоков германское железо ломается, а мой меч после боя только чуть править заточкой и можно опять в бой.
   Вот и получается, что нормальной торговли оружием у меня не получается, а не получается именно потому, что соседушки добрые думают что я слаб. А зачем со слабаком торговаться, если можно в начале просто наехать, потом дать в морду, а потом и голову с плеч.
   Не, тут слабым быть нельзя, вот я и занимался милитаризацией своего прото государства. Тут ведь беда какая, у меня в основном все людишки это беженцы. То есть те, кто бежал на север от войн и всякого шухера, а тут я такой красивый и тупой, сижу пальцы загибаю, мол сколько я сейчас могу народу под ружье поставить и на завоевание идей коммунизма отправить. Тут может такое сложится, что местные людишки, узнав о грядущей войне, соберут манатки, да и отвалят от меня подальше в леса, на север. Потому как на фиг им умирать за князя, кто я им такой?
   Поэтому я и собрал старейшин, что бы довести оперативную обстановку и обсудить вопрос повышения обороноспособности наших земель.
  
   Когда все собравшиеся успокоились я осмотрел присутствующих и сказал - говори Гореслав.
   - Так это ходили мои люди с товаром и в землю конунга Воломира, что сидит на реке Обре, и в земли конунга Митонна, что сидит на берегу моря и зовется конунгом поморов. Был я лично сам с товаром на острове Руяне. И вот что я слышал, осерчал сказывают царь Атли на людей, что зовутся бургундами за убийство своего сродственника воеводу Родольфо сына Синьфьоти, и поведет Атли по весне войско большое за реку Рейн. Зовет он с собой в поход всех мужей, что могут меч в руках держать. Сказывают, что от реки Обры и далее от всех земель, что на закате все вожди убоявшись гнева Атли своих воев в поход собирают, а конунг Воломир отказался идти на войну. И теперь конунг Воломир убоявшись гнева Атли воинских людей в своем граде собирает, и сказывают что собрал он уже тридцать сотен воев.
   - Вот так вот вожди, слышали вы всё - подвел итог я - три тысячи воинов собрал конунг Воломир, что далее делать будет Воломир непонятно, но вот торговли на закате у нас уже не будет. Мыслю я, что товар возить теперь в земли Воломира опасно, могут ограбить, или цену нужную не дадут.
   Я обвел всех взглядом. Что я хотел увидеть в глазах людей? Ну как минимум заинтересованность. Ведь больше половины и не знает кто такой Воломир и где его земли, и уж тем более понятия не имеют кто такой Атли.
   - А еще я хочу вам сказать, что прошлым летом, убил царь Атли брата Воломира конунга по имени Озантрикс. Так что мыслю я, что Воломир может попытаться отобрать земли брата своего что стоят на реке Лабе, а это уже большая война с царем Атли. Но это еще не все, по Данапру кочуют аланские племена над которыми властвует воевода царя Атли конунг Кугум. Если большая война начнется, то призовет к себе Атли всех своих вождей, и вот тут я думаю что нам придется принять сложное решение, с кем мы. С Воломиром или с Атли? Конунг варгов Видимер это младший сын Воломира. Видимер подженился на сестре престарелого конунга поморов Митона и сейчас командует объединенной дружиной варгов-поморов, и у Видимера имеется почти десять сотен воинов на море. А еще и руянцы Световита могут выставить десять сотен воинов, вот так вот. Но это еще не все, десятину дней назад пришли посланцы от Воломира, и я предлагаю их заслушать.
   Старейшины родов переглянулись и закивали.
   Я махнул рукой и один из воинов, что стоял возле двери вышел, а через какое то время в комнату в сопровождении двух воинов вошли четыре человека.
   Все при оружии, я не стал отбирать оружие у послов, может это и опасно, но оскорбить свободного человека, лишив его оружия, это означало бы сразу срыв переговоров.
   Один из самых мощных воинов вышел вперед и поклонился.
   - Это Тиудимер - показал я рукой на посла - он старший сын конунга Воломира, и прибыл сей славный муж в наши земли с посланием от своего отца.
   Я посмотрел на Тиудимера.
   - Говори посол, что за дело привело тебя к нам? Здесь собрались все старейшины нашего княжества.
   Тиудимер обвел взглядом всех присутствующих и кивнув головой, обозначая уважительный поклон старейшинам заговорил. Его голос был достаточно мощным с хрипотцой, этакий брутен-мен, то есть крутой мужик с низким скрипящим баском, но вот слова его я хоть и понимал, однако через раз. Примерно так ка вы сейчас можете понять сербский язык, то есть тема разговора конечно будет понятна, но для более детального проникновения в суть проблеммы вам понадобится все таки переводчик.
   И заслушав вступительную речь толмач перевел.
   - Конунг земель полабских и обрских Воломир приветствует тебя князь болот. Недостойный сын волчицы Этли убил нашего брата славного конунга Озантрикса, и теперь господствует в землях, что подарены были отцом нашим великим конунгом всех славен Гертнитом. Собака Этли бесчествно забрал себе в жоны племянницу нашу и дочь Озантрикса девицу Эрку, и теперь по смерти отца её, подлый Этли объявил свою власть над всеми землями по великой реке Лабе и посадил там на княжение своего сына Ирона. Отец наш славный конунг Воломир собирает войско со всех земель что бы вернуть себе земли брата своего и покарать подлого Этли. Ведомо нам, что ведешь ты дела свои с подлым шакалом и прихвостнем Этли ханом Кугумом. И вот спрашивает тебя отец мой великий конунг всех славных людей рода руса и словена с кем ты князь болот с нами или с Этли?
   Толкнув такую пафосную речь Тиудимер замолк и осмотрел присутствующих видимо пытаясь увидеть в глазах присутствующих трепет от столь важного мероприятия как выбор дальнейшей судьбы болотного княжества.
   Вожди шушукались и тихо возмущались, периодически посматривая то на меня, то на посланца Воломира.
   Я поднял руку, что бы прекратить шум.
   - Мы выслушали тебя посланец, ты можешь присесть, в ногах правды нет, а разговор наш может затянуться.
   - Ты ведь знаешь Тиудимир, что в наших болотах выжить не просто - я посмотрел на посла - а земли наши бескрайни, никто и никогда не сможет принудить свободных людей к тому, что им не по душе. Ни конунг Воломир, ни хан Кугум, ни даже сам царь царей Атли. Мы не пашем землю и не сеем зерно, потому что пустой от леса земли у нас нет, однако у нас много зверя и имеется огромное количество озер и рек в которых есть вдосталь рыбы. Если мы поссоримся и с Воломиром и с Атли, если мы не выберем никакую сторону, что сделает твой отец?
   Посланец выслушал перевод моей речи и опять встал.
   - Я думал, что ты мудрый князь болотный, однако речи твои не имеют смысла, ведь ты не знаешь Этли. От его гнева еще никто не уходил и ваши болота вас не спасут. Рано или поздно он заберет все ваши земли себе, а мой отец не допустит, чтобы ты и твои люди пошли под руку Этли, нам выгоднее убить всех вас прямо сейчас.
   Ну вот и пошел настоящий пацанский разговор, мне уже и крышу предлагают, только предложение такое, типа ты конечно можешь выбрать под кем ходить, но должен знать, что мы не допустим, что бы ты был под люберецкими. Мы твой магазинчик просто сожжем. Типа "так не доставайся же ты никому".
   - Ты садись Тиудимер - я махнул рукой - сам видишь как мы живем, наши болота огромны, а людей у нас мало. Неж то ты думаешь что мы вот так вот запросто позволим кому неволить себя?
   Я обвел рукой пространство.
   - Все это лишь дерево, это все имеет цену, но люди бесценны. Если к нам с войной придут недобрые люди, то мы все спалим и уйдем в болота, никто слышишь княжич, никто не принудит нас помимо нашей воли воевать ни за Атли, ни за Воломира, это не наша война.
   Лицо Тиудимер нахмурилось и покраснело, посланец сдерживал себя из последних сил и я его понимал.
  Вот например есть город Н-ск, и этот город всего-навсего замшелый райцентр, а в этом городе есть пахан. И вот человек от пахана приехал в какое то село под названием Мухосранск, а местный мухосранский бандит заявляет, что под паханом из райцентра ходить не собирается.
  Это нонсенс, небывалое дело. Почему? Да потому, что если Мухосранск не ляжет под пахана из Н-ска, то завтра приедет пахан из другого райцентра. Так выходит, что этот местный князек либо идиот, незнающий современных раскладов, либо он уже сговорился с другими бандитами, и невдомек этому Тиудимиру, что мы живем на хуторе в тайге, и в любой момент можем бросить все и уйти на хрен в неизвестном направлении. А поскольку посланец Воломира не осознает реально мои силы, то вот прямо сейчас он начинает в голове просчитывать вариант быстрого разгрома этих болотных варваров.
   - Ты не горячись Тиудимер, ведь прямой граници у нас с вами нет, меж нами лежат земли варгов, хоть там и правит твой брат Валамер, однако у нас с ним мир, да и людей у меня нет столько, сколько можете собрать вы. Так отчего же ты предлагаешь мне пойти под руку отца твоего, и что будет если Этли узнает о том, сможете ли вы защитить мое княжество от гнева Атли? Если придет по Данапру орда Кугума, придете ли вы мне на помощь? Что молчишь, я знаю что ты скажешь, вы с отцом скажете: "ты князь болотный пожги свои города и уходи в лес, чтобы вороги тебя не нашли". Так зачем же мне ввязываться в вашу свару?
  Тиудимир отвел глаза в сторону.
   - Но это еще не все - я повысил голос стараясь заглушить шопот старейшин - у нас практически нет земли под пашню, и зерно мы закупаем у наших соседей. Вот скажи сын Воломира, сколько зерна вы сможете продавать мне? Можешь не говорить я сам тебе скажу, ни сколько. А знаешь почему? Да потому, что вы собрали воинских людей из всех селений, и вам нужно кормить дружину, а вот людей что бы работали в поле у вас нет, это значит, что урожая в следующем году вы не соберете. А вот мне нужно кормить своих людей, и зерна я кроме как в землях Кугума нигде не найду. Иди Тиудимер сын Воломира, отведай нашего меда, а мы со старейшинами обсудим твои предложения.
  
   Когда Тиудимер вышел, я осмотрел присутствующих старейшин, что как мышки молча сидели и смотрели себе под ноги. Ну как же они вчера еще были изгоями и прятались в своих болотах от ворогов, а потом почувствовали себя свободными и даже обеспеченными людьми, и стали жить довольно неплохо. А вот сейчас от них начнут требовать какое то решение. А какое решение если мысли только о том как сбежать подальше и от этого кипишного князя, и от всех проблем мировой геополитики.
   - Ну что примолкли, сказывайте что делать нам, коли потребуют от нас решения высказать и определится с кем же мы с Атли или с Воломиром?
   Старейшины молчали а я злостно усмехался, и усмешка моя была как улыбка дьявола, потому как я наводил взгляд на кого то из вождей, и те сразу опускали взгляд в пол.
   - Знаю я, что войны вам не нужно, хотите жить спокойно и растить детей. Покоя хотите? А вы подумайте о том желает ли олень лесной мирно щипать травку и растить потомство свое? Однако же тот олень отращивает рога и бьется в кровь со своими соседями, так как знает что даже олень должен быть сильным, ибо в этом лесу кроме оленей есть еще и волки. Коли будем бегать от проблем как зайцы, то нам не только волков боятся придется. Нужно отращивать рога и зубы, нужно тренироваться ежедневно и биться в кровь, нужно готовится встретить любого ворога, кем бы тот не оказался. И никуда вы от войны не денетесь.
   Слово взял дед Боян.
   - Мудрые слова не старого мужа, однако Чеслав прав старейшины. Не отсидеться нам в наших болотах, коль хотим быть свободными нужно учится защищать свою свободу.
   Старый Боян посмотрел на меня.
   - Ты княже прав, не нужно нам идти ни под Воломира ни под Атли, а земель на севере много, если нужно то уйдем все на Ильмень озеро или на Ладогу, а коль колени приклоним, то нам на шею седло повесят и кнутом как рабов подгонять будут. Теперь старейшины мы должны сделать выбор либо жить в рабстве склонив голову, либо жить и умереть свободно с высоко поднятой головой.
   Когда старый дед сел я взял слово.
   - Кто ведал что мы станем сильными, кто думал о том, что мы побьем готландских купчишек и приберем к рукам все земли от реки янтарной и до самого моря Студеного? Кто из вас думал о том, что мы сможем конунга своего на земли свейские посадить? Никто из вас о том даже мечтать не мог, потому что смирились вы с судьбой рабской, и все о хозяине сильном грезите. Так я вам скажу, есть в нашей земле хозяин, и этот хозяин я. От вас лишь требуется желание, желание быть свободными и вершить свою судьбу, и судьбу рода по своей воле, а не по воле иноземных конунгов. Воломир и Атли сильнейшие люди этого мира, они даже императоров ромейских не боятся, так почему мы должны кого то боятся, неужели только от страха смерти? Так смерть это лишь дорога, дорога к предкам, где смелые и отважные сядут за стол богов-ассов, а трусы и в ирие будут лишь рабами.
   Я осмотрел всех тугим взглядом из под бровей, ну что ж речь замполита это вам не халам-балам, тут на всю катушку манипулирование сознанием работает. А что вы хотели, тут нужно всех убедить в том, что они обязательно умрут, но после смерти можно попасть либо в рай и бухать там с богами, либо в ад и там быть вечным рабом. А в это время люди очень суеверны, и они думают о загробной жизни с рождения.
   - Я хочу что бы каждый из вас определился и поднял руку если он выберет тот или иной вариант действий. Итак кто хочет договора с Кугумом и войны с Воломиром? Поднимите руку - я осмотрел всех присутствующих, но вопрос был задан так, что ни один нормальный человек руку не поднимет.
   - Понятно, теперь поднимите руку, кто хочет союза с Воломиром и воны с Атли? - опять тишина, и ни одной руки.
   - А теперь поднимите руку те, кто хочет жить свободно и ни пред кем колени не склонять, кто хочет кровь свою проливать лишь за землю свою а не по воле конунгов и царей иноземных - после этой бурной речи я первым поднял руку, а за мной руки подняли все вожди.
   И только мудрый Боян, поднимая руку покачал головой. Иногда мне казалось, что этот седобородый старикан знает о мне больше чем все другие, как будто в душу смотрит. И вот сейчас он явно понял, что я просто издеваюсь над старейшинами, а и пофиг. Ведь решение принято коллективно, и никто не скажет, что я сумасброд и не демократ. Голосование было? Было. Каждый из старейшин имел возможность высказаться? Имел, и что с того что они все промолчали, так ведь потом они ведь все дружно проголосовали, значит это их общее решение.
   - Принесите меч янтарный с кладовой и позовите посланца Воломира.
  
   Когда Тиудимер вошел я ему озвучил решение старейшин.
   - Порешили мы жить своей волей и ни с кем из конунгов не воевать, ни с Атли, ни с Воломиром. Торг вести будем с вами, если купцов наших обижать не будете, а оружие у нас хорошее, вот меч наш, это подарок для отца твоего конунга Воломира, передай отцу, что не хотим войны ни с кем, хотим мира со всеми.
   На какой то миг наступила тишина, все молчали, но потом Тиудимер опять встал и обвел всех присутствующих взглядом.
  - Брат наш младший Иллиас тоже сидел в горах у Данубиса и считал, что его никто не достанет. Однако Этли натравил на брата нашего подлых герулов. И князь словенский Иллис вынужден был на коленях вымаливать мир для своего народа. А теперь он и его люди служат Этли. Ты мало знаешь Чеслав, так как ты вождь малого рода, однако не утешай себя надеждами, что конница Этли не пройдет в твои земли. К тебе придут герулы, словены, туринги, а еще есть непобедимые гепиды короля Ардариха. Эти цепные псы Этли найдут тебя где бы ты не прятался. А вот теперь и брат наш Иллиас, как верный цепной пес по указанию Этли за деньги ромеев ведет своих воинов на смерть в царство палестинское. Я знаю твои беды Чеслав, нет у тебя большой дружины, поэтому мой отец не требует с тебя воинов, и мы знаем, что у тебя есть много серебра, и мы позволим тебе нанять охочих людей на службу для охраны твоей земли. Однако ты должен преклонить колено пред моим отцом и поклясться ему в верности и дружбе. Никто на твои земли не позарится, у нас своей земли хватает, однако не забывай, что в теле твоем нет и капли княжеской крови, а Воломир истинный конунг, сын самого Гернита победителя вильцев. Преклони колено и ты спасешь свой род.
   - Истинно ты глаголишь сын конунга Воломира, в моем теле нет царской крови, однако в нашем роду князь это не конунг и не царь, князь есть воинский начальник избранный родом, я всего лишь воинский начальник-рикс, и не пристало мне мерятся знатностью с Воломиром или Атли. Дружина у меня не большая, однако мечи намного острее ваших, а болты мои намного смертоноснее чем стрелы Атли. Решение совета старейшин ты услышал, передай его отцу. Незачем нам воевать, хотите торговать, ну что ж торг будет, однако нам нужен честный торг, и честная цена. Вот подумай Тиудимир, у вас полно болотной руды и много кричного железа, однако бронь ваша слаба и мечи ваши не так остры. Так почему у нас булат крепче? Потому что мы мало думаем о битвах, и много трудимся, мы думаем лишь о своих людях, и забота о людях заставляет нас ответить нет, и тебе и посланцам Атли.
   Тиудимир встал, взял подаренный меч, осмотрел его и кивнув головой вышел со светлицы.
   Ну что ж, одни переговоры окончены, следует в ближайшее время ждать людей от Кугума или даже от самого Атиллы, а пока что нужно укреплять Оршу, крепость Вильно и остроги на реке Янтарная (Западная Двина). И в общем пора переносить столицу на озеро Ильмень, по крайней ере половину специалистов нужно переселять к Цветане.
  
   - Так вожди - тихо сказал я - мыслю я вы все поняли. Теперь слушайте задачу, начинайте неподалеку от ваших селений рубить лес и расчищать поля под зерно и брюкву. Весь лес использовать для строительства стен вокруг селений. В каждом селении возле ворот воздвигнуть башни для стрелков, ворота в селения держать под постоянной охраной, на ночь запирать. Ежедневно наряды высылать на осмотр окрестности и проверку подходов к селениям. Каждому селению в лесу или на болотах оборудовать схроны (тайники) и тайные места для баб с детьми. Как узнаете о подходе большого отряда врага, бросайте все стены и уходите в лес всем селением, а как малые отряды будут, то тут уж не зевай, лезь на стену и сражайся. Как большая вода сойдет, чтобы у каждого селения было по три поля расчищено, пришлю зерно, сажайте не ленитесь, мыслю я, что по осени нам зерна от соседей не видать. А теперь, если вопросов нет, оставьте меня с воеводами и счастливого вам пути.
   Когда полтора десятка больших и маленьких вождей вышли, а в светлице остались только семь воевод я продолжил совещание.
   - Ну что воеводы, теперь будем говорить о ратном деле. Если будет война, то попасть в наши земли можно только тремя путями. Первый путь это по Данапру (Славутичу) до Орши, затем вдоль волокского тракта до Витебска и потом только вниз по Янтарной реке (Западной Двине) до Полоцка. Второй путь это подняться вверх по реке Вильной (Свободной) до острога Вильно, а затем лесным трактом до реки Дисна и вниз по течению до реки Янтарная, и вот он вам Полоцк. Третий путь морем до крепостицы Гореслава, что у самого залива, а далее вверх по реке. Других путей в наши земли ворог не знает. Так, что задача у нас стоит не простая, хочу чтобы воеводы обсказали думки свои по обороне своих острожков.
   - Так, что тут думать, Орша на реке стоит, вот она первый удар и примет - встал воевода Орша - а могут и мимо пройти до самой Смолянки, а там уже и селение Радко пожечь, только после этого вороги в лес сунутся, а пока стоит Смолянка я бы в лес дружину не повел, а ну как Радко в спину ударит.
   - Тут ты прав Орша, нужно укрепляться на Орше и в Смолянке, а еще требуется возле бывшего селения Гореслава засеку меж болот сделать, чтобы мимо острога никто не прошел, кроме того Витебск нужно отстраивать полностью, нет там стены, один частокол от зверя - подвел я итог обсуждения укреплений первого оперативного направления.
   - Так что мне то сказать, княже? - встал воевода Вильно - не сдюжить нам большого удара, не осилим. Мыслю я что нам потребно токмо упредить ворога, а делее жечь острог и в лес уходить.
   - Прав ты Святозар, если ворог вверх по реке Свободной (Вильной) пойдет, то вам не устоять, однако и уходить просто так нельзя, жаль острог то.
   - А что толку от острога, если там всего три десятка воинов, если скопом навалятся до за день возьмут, а если мы в лес уйдем, то ворога можем погонять по лесу, там сражаться проще, ведь тех болот что на тракте вороги не ведают, там наши болота.
   - Прав Святозар - сказал дед Боян - нужно готовить загодя засеки на тракте, а крепостицу нужно на реке Дисне ставить, ворог ту реку не знает, а нам сподручнее рекой припасы и людей с Полоцка подвозить.
   - Понял я вас - подвел итог я - а теперь дайте мне толкового человека, что там отстроиться и торговлю организует.
   - Нигнир сын Тормута готландского толковый парень, у него и ватажка имеется из молодых, пусть забирают своих отроков и девок, и идут на Дисну, а то не уживаются они с молодняком Полоцким.
   - Святозар на тебе эта ватажка, помоги, подскажи, с вождями кривичскими сведи, путь до Вильно покажи пусть обживается Нигнир на Дисне. Теперь о тебе Гореслав. Крепостица у тебя знатная на острове стоит, с налета не взять, однако осаду её легко обеспечить, если ворог придет, то только от наличия запасов вы будете зависеть.
   - Думал я уже о том - пробасил Гореслав - я уже стволы заготавливаю и буду по реке сплавлять, нужно вторую стену ставить на острове.
   - Сколько у тебя людей?
   - Две с половиной сотни вместе с бабами и детишками, однако люди приходят, но я их пока что к тебе отправляю.
   - Это правильно, никого из переселенцев в крепости не пускать, всех отправляйте на реку пусть там себе селение ставят, и вообще я бы увел переселенцев подальше в леса, вон хоть на озеро Чудинов, пусть там град ставят, и назовем его Псков. Посадим туда своего воеводу с десятком воинов, пусть крепостицу ставит и гарнизон готовит.
   Ты то дед Боян, кем себя мыслишь? - спросил я седобородого старика, что был отцом Радомиру и мне дядькой - хочешь ли воеводой во Пскове сесть?
   - Нет Чеслав, стар я уже воеводствовать, я лучше у Радко в Смолянке сидеть буду, от туда по реке торговля с родовичами нашими гарная выходит, а ну как кого еще к себе притянем, да и путь там твой в Ховалинское царство открывается.
   Путь по Итилю (Волге) в Ховалинское царство это мечта, мечта к которой мы подходили с должным почтением и подготовкой. К стати Итиль тут называют - Этиль. Вот я и подумал, а может Этли (Атли, Атилла) это типа мужик с Волги, ну с Этиля. Может его имя посвящено названию великой реки, хотя хрен его там знает.
  Но вот Радко таки нашел короткий волок от Смолоянки по Данапру вверх двое суток, а потом три дня ладьи по неплохому и ровному волоку до какой то речушки, что впадает с права еще в одну, а потом с права еще в одну, а потом уже с лева впадает в больше водную реку, что идет на юг. По всему выходит, что это и есть тот самый пусть в Оку и далее в Волгу, вот только путь не простой, на той реке чудным образом нашлось почти с десяток маленьких селений, что платят дань каким то мокша. Я думаю, что мокша это типа прото Булгары или прото Мордвинцы.
   Радко сам ходил на стругах к родам этих Мокша и вот что узнал. Когда то народ Мокша жил далеко на юге у самого большого моря, однако пришел злой народ сароматы и Мокша ушли на север, так и живут теперь в верховьях Итиль реки. Много раз приходили посланци от Этли с требованием подчинится. Некоторые вожди взялись за копья, однако дружина Этли разбила самых сильных, остальные же вожди теперь все под Этли ходят, и верную дружину на боевых конях в войско Этли согласно договора снаряжают. А сейчас Князь мокшанский Тюштень взял в жёны дочь князя буртасского Синевку и теперь у мокша и буртасов (алан) родоплеменной союз.
   Вот вам и ситуёвина, я тут пока что думку думаю с кем мне быть, а думать то нечего, так как почти все соседние племена уже давно под Атиллой ходят, только я идиот все на сказку надеюсь. И никакой торговли у меня ни по Днепру ни по Волге не получится если я против Аттилы выступлю.
   Так, что на ближайшее время для меня основной враг все таки конунг Воломир со своими сыновьями, а может поиграть на две стороны, только подозреваю не все тут так просто, ведь местные царьки не просто так царями стали и пол мира под себя подгребли, они все эти движения по любому как то контроллить научились.
   - Ты Радко как большая вода спадет собирай торговых людей, и отправляй их к вождям мокши и буртассов, пусть свезут часть нашего товара, возьми доски, горшки, камень солнечный и часть оружия железного. Однако стали много не бери, пусть первую ходку всего с несколькими мечами сходят это подарок для конунга буртасского и вождей мокшанских. Если наша сталь вождям понравится, то проси разрешение на торговлю в их землях, нам проход по Итилю нужен в море Ховалинское.
   - Торговый пост на речушке Амчасна у меня уже стоит, токмо туда рода слабые приходят от веси, кроме топоров да копей ничего не берут, даже серебра у них нет, но вот меха знатные, иногда даже белый мех приносили. Я с того поста крепостицу делать буду, но река там мелковата для больших чаек, вот на стругах и ходим.
   - Так может куда подальше крепостицу поставить, вниз по реке, где большая вода начинается? А там пусть торговый пост остается, мы будем на пост телегами товары привозить, ты от поста до крепостицы товар на лодках сплавляй, а уже далее по большой воде пусть на ладьях развозят.
   - Тут такое дело Чеслав - Радко почесал затылок, - речка Амчасна она как бы ничья, туда рода мокши за данью не доходят, там народец живет бедноватый мерей зовется, вот тех людишек никто и не трогает, а вниз по течению уже селения богатые попадаются имя им морде, так они все под князем мокшанским. Ставить там крепостицу опасаюсь, а ну как войной пойдут, ведь все народы веси пока под мокшанами ходют.
   - Плохо это, нужно народы веси, мери и мордвы из под мокшан выбивать, мыслю я как пойдут вои мокшанские с буртасами в поход Атли, то нужно и нам в поход на земли мокшанские собираться, да народец веси из под них выбивать.
   - А гнева Атли не боишься?
   - Я Радко за кромкой был, и то мне ведомо, что большим походам приходит конец, еще пару раз сходит Атли на ромеев, да и побьют его воинство, полностью побьют, а то с ним пойдет то все безвестно сгинут, так что надобно нам большого похода дождаться да и напасть, а для этого нам крепостица уже сейчас на большой воде нужна, чтобы мы смогли ладьи волоком от Смолянки перекинуть и в крепостици припрятать.
   - Ну чтож сделаю - ответил Радко - у меня уже народа больше собралось, все равно в Смолянке все не усидят, требуется часть людишек на новые земли переселять, вот я их и отошлю крепостицу на большой воде ставить.
   - Аркх - повернулся я к днепровскому пирату - тебе сколько чаек требуется? У меня сейчас дюжина есть, могу тебе волоком перекинуть, хочу что-бы ты людей охочих по селениям собрал да торг крепкий на Данапре организовал, ни одно судно без твоего досмотру вверх по реке пройти не должно, в каждом селении слухачей иметь должен, всех подкупай и покупай нам сейчас информация больше злата нужна. Если Атли собрался войной на бургундов, то требуется знать, как вои с родов уйдут, как вооружены, сколько людей воинских в селениях осталось, как службу сторожевую ведут и много другого. Не дай боги нам придется пощипать Кугума и те рода, что под ним ходят.
   Аркх кивнул головой, он был молчалив и кажется даже обижался на меня. Я то помню, что настоящий Чеслав дружил с Аркхом, а вот попаданец в теле Чеслава держит Аркха за второстепенного исполнителя. Хотя как воин Аркх неплохо владеет коротким копьем, а еще он славный моряк, идеальный пират, из которого я сделал торговца. Придется ему селение какое либо подарить и там воеводой оставить, а то он сейчас как говорят без кола и без двора.
   С Радко у них отношения не сложились, поэтому в Смолянку Аркх заходит редко, а вот Орша хоть и славный воин, только староват для Аркха, поэтому и в Орше Аркху не слишком то и рады.
   - Послушай Аркх, а не хочешь ли ты сесть в крепости, что на Итиль реку ведет? Найди притоку, что в Итиль впадает, туда все свои корабли перегонишь и людей заберешь. Итиль река огромная, и по ней путь идет через море в царства Ховалинские, там свободы больше чем на Данапре.
   - А как же Радко? - Аркх посмотрел на воеводу Смолянки (Смоленска) - это ж его торговый тракт.
   - А Радко мы весь Данапрас отдадим, там рода для него знакомы, торговля знатной будет, что скажешь Радко?
   - Ты прав Чеслав, мне на Славутиче, что ты Данапрасом зовешь проще торговать, только ворогов у меня там много имеется.
   - А мы ворогам твоим всем зубы то повыдергиваем, Данаприас наша река. Наша, и власть Кугума там только до порогов простирается, а далее земля наша, нечего там аланам делать, пришло время все рода, что по Данапрасу сидят под единую власть подбирать. Слышал ведь, что скоро Атли испустит дух и все его воинство по домам разбежится, но мы к тому быть готовы должны.
   - И как скоро нам того ждать? - спросил седобородый Боян.
   - Как прольет Атли кровь брата своего названного Аэция, так и конец его близок. Ведаю я, что большой поход на закат будет, а когда будет того не ведаю, духи с людьми на непонятном языке общаются, токмо картинки показывают, а где и когда это будет разобрать сложно.
   Ну что ж, я помогу Радко, прав ты Чеслав, Аркх воин хороший, только с родами нашими ему не сговорится, тут муж знатный нужен, Радко подойдет.
   - Ну вот, что скажешь Аркх, возьмешься Итиль осваивать?
   - А что не взяться то, возьмусь.
   - Тогда и крепостицу на большой воде что в Оковском лесу течет тебе ставить, а пока принимай ладьи в Полоцке, тащи их волоком на Данаприас и пока пусть стоят в Смолянке, а ты людей охочих подбирай, да с бабами, что бы там плотно осесть с хозяйством и припасами, а по весне потащиш в Оку, там уж сам место для крепостици выбирай.
   На том и порешили, а порешили мы, что царь Атли конечно великий, и даже царь царей, вот только и он смертен, а нам нужно подождать когда великий царь представится и власть из под его наследников перехватывать, а для этого уже сейчас нужно базисную основу готовить.
  
   А пока мое прото государство занимается весене-полевыми работа на благо 50-ти летия ВЛКСМ, я взял 30 человек личной дружины, 20 проводников-следопытов из местных лесовиков, загрузили нашими товарами седельные сумки коней и о дву конь поехали по необъятной лесной чаще, на проверку всех притоков реки Западная Двина.
   Задача была простая, мне нужно встретиться со всеми старейшинами известных мне родов, а также по возможности найти новые селения.
   Для обмена и продажи, а также в качестве подарков в больших седельных сумках мы везли соль и горшки, ножи и топорики, кроме того я взял много полотна из лесной шерсти. В то время лесная шерсть составляла основу нашего текстильного производства. Это специально выделанные полотна из крапивы, конопли и всякой местной травы, и даже из ёлки. В технологию сильно вдаваться не буду, этим занимаются женщины в селении Цветаны, там целые мастерские отгроханы, и теперь у меня вполне достаточно полотна, чтобы из него не только шить рубахи для себя, но можно и часть соседям продать. Не смотря на то, что все местные дикари ходят в шкурах, но ведь под шкуру то нужно одеть рубаху, а летом так в шкуре вообще не айс.
   И продлился мой великий поход не много и не мало, аж целых три луны, то есть почти три месяца.
   В ходе похода я обнаружил немало лесных селений, что ютились на берегах маленьких даже не речек, а ручьев, но вот что меня поразило, так это факт того, что много селений я и не нашел. То есть год или два года назад тут точно было селение и вон даже крыши над землянками стоят, а людей нет. То ли демоны болотные их сожрали, то ли тати-работорговцы тут погуляли и всех людей утащили на невольничьи рынки, то ли вообще местные по лесам кочуют и сейчас просто свалили в другое место.
   Удивило меня только первое древнее селение. Никаких стен, только маленький частокол от волков, и не большие землянки накрытые ветками деревьев, а поверх всего лежали крупные пластины торфа. Такое селение состояло из восьми маленьких землянок в которых проживало до 30 человек. Всего то 5-8 мужчин, остальные бабы и дети. И рост, очень маленький рост, и не очень симпатичные рожи, говорили о том, что тут процветает жесткий инцест. То есть папаши трахают своих сестер и даже дочерей. Маленькие общины прячутся в лесу, имея небольшой ореол обитания в устье какой либо маленькой лесной речушки, иногда вообще ничего не зная о своих соседях. Такое веками законсервированное общество. У местных мужиков железа не было вообще, я правда увидел один какой то ржавый нож на поясе у вождя, а вот охрана вождя стояла с маленькими копьями с костяными наконечниками. Копья чисто метательные, и наверное даже наконечники обмазаны ядом болотной гадюки. Лося или оленя свалить можно, но вот воевать с таким оружием никак нельзя.
   Нападать на нас никто и не думал. Ни разу никто не проявил агрессии, ведь по меркам этих лесных людей мои три десятка воинов были марсианами. Одеты полностью в железо, на боевых конях, с длиннющими копьями с калеными стальными наконечниками, а еще мечи, топоры и щиты. Никто даже в бреду не подумает нападать на такую вот банду. Банда внушала животный ужас, а когда я начинал знакомство с подарка вождю, вначале наступала немая пауза, а потом пол часа все нюхали, ковыряли пальцами и даже лизали подарок. А подарок был простой: вождю нож, а его женам по кисету с солью, то есть маленькие такие мешочки с солью. И этого вполне хватало, что бы наладить плодотворные переговоры. Менять или покупать у таких общин было практически нечего.
   Меха имели насколько плохое качество выделки, что могло использоваться только вот в таких селениях.
   Мы обменявшись подарками, как правило просто уезжали. Я наносил на карту новое селение, двигался дальше. Если селение внушало уважение, то есть не походило на привокзальных бомжей 20-го века, то я рассказывал вождю где находятся мои города и как туда добраться на торг, иногда делился информацией о соседних родах и что у них можно купить. Часто мне сами вожди сливали информацию, и вот так целых три месяца. Это был развед поход, который носил четко определенную цель. Я сам лично должен увидеть свою землю, и понять все таки как же сложно в этих буреломах искать людей. Второе я рекламировал местным людишкам себя любимого, то есть я всем показывал доброго князя, и пусть помнят как же им дико повезло, что у них есть такой добрый и сильный князь, пусть повесят мой портрет в углу своей землянки и три раза молятся о моем здоровье пред своими богами. А еще я рекламировал своих дружинников, то есть любой сильный и смелый муж может выглядеть именно вот так как мои дружинники, нужно всего то прийти в один из моих городов, и принести клятву верности князю, и все, твоя жизнь сложилась. Полный соцпакет, путевки в Турцию, пенсионное обеспечение и все такое. Я искренне надеялся, что после моего объезда на который я угрохал сколько времени в города потекут люди. При чем не простые люди, а как бы сказал классик, пойдут именно самые-самые, то есть придут те, кому в своих болотах сидеть надоело, то есть я хотел изъять из родов самых пассионарных членов общества.
   Когда я прибыл уже в Полоцк, даже не влезая во внешнеполитические и внутренние проблемы собрал с десяток толковых мужей и рассказал все о своей поездке, показал карты и рассказал о численности найденных селений и где в каком селении можно что торговать. После чего наказал готовить лодки, подбирать себе толковых попутчиков, брать товары и численностью не менее десятка человек выходить в торговые походы. Но основной задачей этих торговых миссий было обучить местных лесных людишек технологии добычи и обработки болотной руды. Я думаю пройдет не менее полу года, как местные сообразят, что можно достаточно выгодно продавать кричное железо, а еще его можно самостоятельно обрабатывать. Но самое главное, что у местных людишек появятся таки излишки для торга и обмена, и только после появления излишков начнется настоящая торговля. И уже за торговлей начнется процесс объединения земель. Потому, что сколько бы я тут не пыжился и не называл себя князем, все это бесполезно. Так как местные все равно сидят в своем болоте, и четко понимают, что вот они сидели себе спокойно 20-30 лет и тут я такой крутой на рисовался, так ну и нах его, людишки просто снимутся с места и перекочуют километров за 20-30 куда то в дебри лесные, и ищи их там еще лет 20-30. Мне нужно именно показать, что род может развиваться с опорой на торговлю в моих городах, а потом медленно наступит осознание и того, что мы все вроде жители одного княжества, князь наш, это вон тот мудак на коне.
   По другому никак не удастся тут построить прото государство.
  
   Внутренними делами я занимался до самой зимы. Строил водяные колеса, к которым подключал то лесопилки, то кузнечные мастерские. А однажды меня таки проняло. Я увидел настоящий ткацкий станок. Вернее так станок то я вывез давно, уже и не помню с какого похода, вот там на станке большое колесо крутила одна тетка, а еще две тетки занимались нитками и медленно-медленно колесо вращаясь приводило в движение какой то бегающий механизм. Как потом я узнал, мужичок один мастеровой как узнал, что я сделал водяное колесо, очень обрадовался и за два месяца соорудил сам. Это почти прорыв в местном сознании, когда местные плотник смог сам построить ткацкий станок, который приводится в движение от водяного колеса. Я мужика похвалил и подарил ему золоченый стальной кинжал, а в довесок повесил на шею настоящую золотую гривну, как знак великого мастера.
   Сам я периодически пропадал в кузне, никак не выходила из головы мысль по оптимизации процесса изготовления броней и оружия. Можно конечно в мыслях изобретать многое, но вот раскатать стальной брусок в тонкую пяти миллиметровую пластину это для меня уже верх технологического процесса. Попробовал я даже пресс сделать, но ничего путного не вышло, слишком малое давление на форму получается, ну нет у меня паровой машины, и сделать её с местной развитостью технологий не получится. Значит нужен большой молот с приводом от водяного колеса, и наверное не один такой молот. И что теперь, опять людей отрывать, опять строить колеса, нет уж устал. Нужно просто правильно поставить задачу и пусть сами все делают.
  Поставили, и так быстро поставили, пока я разбирался со сланцем, мне уже новый цех отгрохали.
  Ту давайте по порядку. Пришел как то хозяин солеваренной мастерской и показал порошек. Я говорю - раскажи мол словами, что принес, что от меня нужно? Вот он и поведал, что перед закладкой в печь под варницу на солеварнях вначале разжигают деревянные чурки. Потом ломают сланцевый камень и кладут поверх горящих бревнышек.
  Только после того как печь прогорит, мол золу нужно очень аккуратно вытаскивать, а то не дай боги вода попадет, то все эта зола в камень превращается и её выбивать нежно.
  И вот однажды в ходе чистки, когда выбивали слипшуюся золу, то печь треснула. Так солевары почистили печь взяли просушенную сланцевую золу, добавили извести и песка и этим раствором заделали печь.
  Вот так вот мои солевары изобрели древний цемент, а я наказал всю золу сушить и в бочках при особой запайке везти мне сюда.
  А уже тем цементом можно и треснувшие домненные кладки заделывать, и печи в домах ставить. Да это продвинуло мое прогрессорство на пять веков вперед как минимум.
   И я реально уделял много времени и сил специально построенному цеху, где мастеровые из стальных брусков делали квадратные пластины размером по сторонам примерно с локоть (40 см).
   А потом уже из этих пластин вырубались прямоугольные пластинки для брони, или вырезались треугольные заготовки для шлемов, или большие прямоугольники для поножей и наручей, а еще нужны наплечники и много чего еще в комплект брони.
   То есть вот такая вот стальная пластина стала исходным материалом для производства доспехов и пластин требовалось огромное количество, а скорость производства была достаточно низкая, вот и пришлось поставить отдельный цех, благо, что подготовленных подмастерьев уже хватало.
   Можно попробовать на подобии римской лорики (кирассы) сделать из двух больших пластин себе полукирассу, но из-за этого может пострадать подвижность воина. Ладно нужно все пробовать, абсолютно все, блин век иследования походу начался.
  При чем работа так затянула, что я чуть не забросил подготовку собственной дружины. Вернее так, лично я уже не успевал поприсутствовать на всех тренировках, так периодически появлялся и часами вместе с воинами махал мечем или копьем, но самое важное, это все таки охота.
   Да, да самая простая загонная охота в лесу. Мне как то подогнали рог, и я научился в него дудеть. Вот на охоте я когда скакал за оленем или лосем, то периодически подавал команду там "влево", или "направо", иногда дудел сигнал "все ко мне", но самая простая и важная команда это "внимание". И как то так вышло, что устав орать во время очередной тренировки я схватил рог и начал дудеть. Всем понравилось, так как сигнал неплохо слышно в шуме боя. Вот так я и стал трубадуром. Теперь всегда как начинаем учебные бои, я вешал себе на шею рог и как дурной дудел, подавая разные команды.
   Вот так в праведных трудах и воинском обучении прошла очередная зима, а весной пришла беда, изменившая весь ход дальнейших действий попаданца в этом мире, но об этом нужно рассказывать подробнее.
  
  
  Глава вторая. Ободритские войны
  
   Сын Атли по имени Ирон (разные народы называли его по своему то Ирнек, то Эрнак, однако мы будем называть его так как знали его Ободриты), после разгрома войска Озантрикса был посажен отцом на стол в княжестве вильцев-лютичей, что проживали от реки Лаба (Эльба) до реки Обра (Одер). Столицей своей Ирон избрал городок Велиград (Макдебург на Эльбе).
   По приказу отца Ирон собрал войско и как замерзли реки пошол на запад к Рейну, где напал на короля бургундов и его союзников саксов, что бы покарать врагов своего давнего друга и прокуратора Галлии римского полководца Аэция. За этот поход западная римская империя заплатила золотом.
   Править замками и землей вильцев по приказу Ирона остался воевода Азгут.
   Азгут был старым и мудрым воеводой, он был воеводой еще при Озантриксе - конунге вильцев, и после разгрома дружины Озантрикса половина воинов Озантрикса сбежала к Воломиру на Обру (Одер), а часть дружины отправилась с внуком Озантрикса и сыном Эдика малолетним Одоакром на остров Ружа (Руян) к своему двоюродному дяде Световиту. Последняя же часть дружины присягнула на верность Ирону - сыну Этли.
   Одаокр с личной охраной остался на попечении князя ругов Световита, а его отец Эдик с верными воинами морем ушёл в услужение к везеготскому королю Теодориху. И теперь когда все земли по великой реке Лабе (Эльбе) опустели, так как все воины ушли воевать бургундов, то именно в это время князь ободритов Воломир решил вернуть себе земли своего брата Озантрикса и покарать перебежчиков.
   Однако там за спиной были неспокойные болотные люди со своим князем Чеславом и не покорные свебы, коими правил брат Чеслава Радомир, на восточной границе бесчинствовали герулы, а на южных границах свирепствовали вышедшие из под контроля лютины, вечные прихвостни Озантрикса. Были еще и разбросанные по всему побережью поселения варнов-поморов (вагров). Младший сын Воломира по имени Видимер женился на дочери престарелого вождя варнов-поморов по имени Митасс, и теперь медленно занимает место царя морских людишек.
   Вот и порешил Воломир решить сразу все проблеммы с неподконтрольным северным соседом, стравив глупого мальчишку Чеслава с Ироном.
   Поздней осенью на остров Руян пришел торговый караван от Чеслава под руководством воеводы Гореслава. Расторговались хорошо, а по пути домой зашли в земли ободритов. И Воломир предложил Гореславу пройти вверх по реке Обре до притоки Варты. Там мол проживает много родов лютинов, что с радостью купят отличную сталь.
   Именно в этот момент с посольством в землях вильцев был воевода Воломира по имени Панкрелий. Как не воспользоваться удачей, как не использовать подвернувшийся случай, ведь старый воевода Азгут был человеком хоть и смелым в молодые годы, однако умным он не был никогда, и вот тогда Панкрелий подослал жене Ирона красавице Свинильде мелкого торговца.
   Как только провели в светлицу торговца тот упал в ноги Свинельде и со слезами на глазах просил суда справедливого по отношению к душегубу и пирату Гореславу, что зашел своими кораблями в земли ободритов и сейчас торгует по сговору с Воломиром у реки Варта.
   Свинильда как женщина простая, но не сильно разбирающаяся в политике наказала воеводе Азгуту найти и взять душегуба, провести в Велиград на дознание.
   Совершив быстрый конный марш вдоль реки Спрева, а далее всего сутки перехода через лес Азгут дошел до селения ободритов Любуш, а там и нашел корабли Гореслава. После короткого боя торговци были повязаны и доставлены в столицу на суд.
   Не ведал Азгут кого взяли его воины, а еще и побили многих людей болотных, взяли корабли и товар у пиратов, а потом долго не думая посадили в клеть деревянную морского пирата и прибили ту клеть к большому столбу, что оставлен был у самого берега реки. И только один корабль князя болотного смог тогда вырваться от преследования и уйти в темноте по Обдре к морю.
   Вот люди с того самого корабля и рассказали мне о печальной судьбе воеводы Риги по имени Гореслав.
   На общем сходе все вожди порешили зимой готовится к походу, а по весне отомстить негодным вильцам за поругание чести княжьей и за убийство славного воеводы Гореслава.
  
   У конуга ободритского Воломира было трое сыновей Тиудимер старший был воеводой большого полка, Валамер средний сын владел морской дружиной и Видимер, что был женат на дочери конуга варгов-поморов.
   По весне ко мне пришли посланцы от Валамера и с расшаркиванием и зауськиванием обещали помощь в проводниках, чтобы провести моих людей от острога Рига через море в земли подлого Ирона, что так коварно сгубил воеводу Гореслава.
   Выслушивая все эти велеречивые речи я скрежетал зубами. Знаю я собаки, что вы удумали, стравить меня с Атли пытаетесь, но промолчать и никак не ответить на такое преступление нельзя, иначе всё, иначе болотное княжество тут же превратится из непонятного, но независимого субъекта политических отношений в жертву, в объект посягательств.
   Сейчас я должен показать силу, и мои соседи хотят посмотреть и оценить эту силу. Ну что ж покажем, только вряд ли вам это понравится, я тут не собираюсь пешей армией по чужим землям под присмотром проводников шляться, а не дай боги у варгов или ободритов свои Сусанины имеются, или эти соседушки в самое неподходящее время по моему войску в спину ударят.
   Правда послы заверили, что весной все равно война будет, так как славный Тиудимер уже воинов собрал и поведет на Лабу земли вильцев-лютичей у сына Атли отбивать, даже предлагали совместный поход. Вот только этот поход совместный мне не нужен, мне нужна быстрая и эффективная месть, а потом такой же быстрый выход из войны, а там пусть большие парни письками меряются, у кого больше у сына Аттилы Ирона или у сына Воломира Тиудимера.
   К тому же я могу пойти по морю на кораблях, правда есть проблемка, нужно как то выйти в северное море и там зайти в Лабу (Эльбу). Проходы всё еще контролируют конунги юттунгов и свебов, а еще есть какие то бургунды.
   Ближе к весне я созвал воинов из родов кривичей и дряговичей, что жили у пинских и припятских болот, что звались среди соседей "песьеголовцами", а я с чистой руки назвал эти народы "кривичами", так как по местному слово "кривя" означает болото, вот пусть и будут кривичами.
   Кроме песьеголовцев я позвал сотню Радко из Смоленска, без легкой конницы у расчищенного под поля побережья Лабы (Эльбы) делать нечего, моих песьеголовцев там сомнут легко, а вот конница придаст устойчивость войску. Но это не все, самым главным в плане нападения на вильцев было использование морской дружины. А этот отряд из песьеголовцев и конницы Радко был отвлекающим.
   Я уже отправил послов к Радомиру, чтобы прислал пару сотен воинов, а также начал готовить к походу десяток кораблей на своих верфях.
   Смысл был в том, чтобы совершить набег, именно набег, быстрый и стремительный разгром части вражеского войска, а потом отступление. И пусть дальше уже сын Воломира грозный Тиудимир воюет сам.
   На каждый из кораблей я установил по две специальные морские баллисты, что легко вращались вправо и влево по курсу корабля и стреляли небольшими сулицами (маленькими копьями), но самое главное, что вместо каленых болтов из такой баллисты можно стрелять небольшими горшочками с горючей смесью.
   К подготовке боеприпасов я подошел особо ответственно.
   За месяц соорудил самый настоящий самогонный аппарат и перегнал из специально подготовленной ягодной браги шесть бочек самогона, а потом повторной перегонкой получил уже спирт.
   Далее все просто, берешь мох, спирт и смолу, все это в большой бадье перемешиваешь и заливаешь в горшочки. Горшочки забиваешь пробкой и пробку опускаешь в кипящий воск. Вот такие древние "коктели Молотова".
   Морские баллисты со стальными дугами могли запускать вот такие двух литровые горшочки на две сотни шагов.
   Пришлось вскрыть свои амбары и вооружить по взрослому своих песьеголовцев. При чем вооружал я их по особому. В качестве оружия каждый получил топор, длинный нож и небольшой колчан с тремя метательными короткими копьями-сулицами. Щиты воины-кривичи должны были сделать сами, а вот шлемы я приказал сделать самые простые как и носили большинство соседних народов. Это стальной обод с основанием, и прибитые на основание дубовые пластинки. Такой шлем легко держит не сильный удар топором по голове, а в строю, когда тесно как в банке шпротов и так нанести сильный удар с замахом в принципе невозможно.
   По настоящему хорошее вооружение имели всадники, при чем Радко привел всего 60 человек, поэтому мне пришлось дать ему на усиление своих пацанят из младшей дружины, из тех кто потолковее.
   Самое сильное вооружение имела морская дружина. Две сотни воинов на чайках должны были выглядеть как обычные торговцы.
   Чтобы враги и соседушки заранее не видели что за вооружение у моих моряков я всем выдал специально изготовленные доспехи.
   В принципе специально готовить не пришлось, просто берешь стандартный пластинчатый доспех выворачиваешь его металлическими пластинками во внутрь, то есть к телу, а по верх кожи пришиваешь качественную ткань, или парчу, или еще какое-либо плотное полотно. Получается такая вот осенне-зимняя куртка с металлической подбивкой из нутри. Такие доспехи вроде бы Испанци любили в 15 веке. Но если смотреть из далека, то кажется, что воины одеты в обычные куртки, а брони не видно вообще. Оружие и шлемы лежат на дне лодки, их и так не видать. У каждого воина арбалет со стальными дугами.
   Примерно в апреле пришло 150 человек на семи кораблях от Радомира и мы начали большой поход, который по факту превратился в первую Отечественную войну, войну прото балто славян против царя царей Атли.
   Я с Радко и дедом Бояном во главе пешего отряда на больших лодках вначале по реке, а потом волоком дошел до острога Вильно, а далее вновь вниз по реке Вильно спустился к морю, и уже вдоль моря дошел до замка князя Видимера что звался Колобрег (я думаю что тут название типа 'возле берега' или 'около берега'). Видимер правил за престарелого короля народом вагров-поморов, хотя говорят, что у Миттона был сын, однако куда пропал, никто не знает.
  Конники Радко вначале сопровождали нас вдоль берега реки, а потом помогали тащить лодки, а вот морские двенадцати весельные чайки сразу пошли вниз по Западной Двине к Балтике.
   После почти трех дней пьянки и отдыха у Видимера, наше войско докупив припасов и обзавёвшись проводниками двинулось вдоль берега моря в сторону реки Обра, где стоял город Щецин князя ободритов Воломира. Дошли мы до Воломира через три недели после начала похода.
   Мои новые большие лодки были очень уж хороши. Шести весельная лодка спокойно перевозила 10 человек с грузом, а при необходимости можно в десятером приподнять такую лодку на больших веревках и длительное время нести через мелководье или перетаскивать волоком по лесу. В каждой лодке имелись шесть больших деревянных колес для перевозки таких лодок по суше. По суше всего за пол дня можно легко превратить эти большие шлюпки в огромные повозки.
  
   К Воломиру прибыла лишь часть моей дружины. Только конница и сброд на шлюпках, а воины Радомира и мои мореходы пошли сразу минуя Руян вдоль берегов конунгов ютландских в Северное море, и далее к устью Эльбы, чтобы заблокировать торговлю вильцам. В то время вильци активно торговали с галлами и даже с англами.
  Мои морячки должны были устроить просто блокаду вильцев, парализовав все морские перевозки.
   В замке Воломира нас встретили как дорогих гостей. Я с приближенными пошел на пир, а остальные воины разбили лагерь на берегу реки.
   После приветственных речей, обмена подарками и полагающейся в таких делах пьянки мы сели разрабатывать стратегию похода.
   Вернее стратегия была разработана уже давно самим Воломиром, и суть этой стратегии был очень простой, три группы вторжения по тысяче человек вод руководством Воломира, Тиудимира и Валамера идут в земли вильцев и начинают жечь селения, грабить и убивать прислужников собаки Атли во всех селениях реки Лаба. Ну тут все просто, я даже не удивляюсь. Ведь эти грёбанные освободители идут именно грабить, а говорили, что стол брата своего Озантрикса освобождать, хорошее такое освобождение получается.
   Но дальше начинается самое интересное, то есть как только большая дружина выйдет из-замка и пойдет наводить порядок, и прогонять пришельцев, то вот тут я такой хороший и должен внезапным ударом взять деревяно-земляную крепость Велиград, а если я не смогу взять крепость, то ко мне скоро подойдут основные силы конунга Воломира, который пойдет один в верховья Лабы и пожгет там все селения, после чего спустится к Велиграду, и вот тогда уж вместе мы точно всех победим.
   Моя же главная задача если не взять крепость, то хотя бы сковывать активными действиями вражеский гарнизон, который будет не более одной сотни воинов, а в случае возвращения вражеских основных сил, я просто должен используя лодки уйти к реке Спрева или прорватся и сплавится вниз к морю, не дав себя разбить, где меня встретят Валамир и Видимир.
   Эти простые парни меня просто подставить решили, то есть представьте себе, что папе Атли жалуется сынок Ирон, мол "...пограбили мою землю, пожгли селение и людей побили, а еще и столицу Велиград штурмовали".
   А любящий отец такой возьми да и спроси, "... а кто это такой наглый твою столицу штурмовал?", а сынок значит ответит: "...да приходило тут чмо болотное и имя ему Чеслав".
   Ведь никто не будет спрашивать кто там командовал отрядами, что грабили земли вильцев, а вот кто пытался штурмовать столицу узнают по любасу.
   Только просчиталось семейство Воломирово, они думали я тут огромное войско приведу, и на это войско можно все списать, весь беспредел в землях вильцев, а я взял да и привел оборванцев болотных. Ни оружия, ни брони - морды страшные это да, ну и что с того, что я привел целую сотню всадников, разве могут эти оборванцы взять укрепленный город. Да у этих ободритов своих союзников куча, что со страшными рожами бегают и называются они Лютичами. Так как носят волчьи шкуры и люто воют перед боем.
   И второй вопрос на кой хрен нужно вот такое чмо болотное в союзниках, какая с него польза? Да пусть валит к себе побыстрее и там сидит в болотах не высовываясь, лишь бы железо продавал, да меха подгонял периодически. Я всячески старался быть не интересным Воломиру и у меня получилось, так как через пять дней Воломир наказал Тиудимиру выпроводить нас до границы княжества до реки Варты.
   Этот поход был обставлен именно так, как мне хотелось. Я ведь князь болотный, поэтому я должен быть злым и тупым. Злым, чтобы попытаться отомстить за смерть своего человека без раздумий, и тупым, что бы вот так вот с малыми силами кинутся на сильного противника.
   Тиудимер правда сказал, что ровно через луну он с войском в десять сотен воинов подойдет вверх по реке Обра, а делее лесами к истокам Лабы и уже потом спустится вниз к замку Ирона, а пока он отправляет своих воевод разорять земли подлого завоевателя, но меня это уже не интересовало. Я придумал новый план.
   Мы всем флотом поднимемся по реке Обра к реке Варта, а там через лес волоком протащим большие суда, а к малым лодкам опять прибъем большие деревянные колеса, и толкая лодки как телеги по лесным дорогам направимся к реке Спрева.
   Там если спустится по Спреве вниз по течению реки, то мы выйдем к Гавоге, а уж по ней к Лабе, а потом по Лабе нужно будет опять поднятся вверх на два дня пути к Велиграду. Есть там один интересный момент, река Спрева впадает в реку Гавога, а та делает петлю и почти на сутки пути в лесном краю приближается к Велиграду, а потом опять течет себе на север до слияния с Лабой.
   Вот на этой петле я и высажу отвлекающие силы, то есть своих песьеголовцев и Радко, а сам на двенадцати весельных чайках под видом торговцев пойду рекой к Велиграду.
  
   Дойдя реки Гавога через десять дней мой отряд как и было задумано разделился. Всадники и песьеголовци под руководством Радко сразу пошли к вражеской крепости, припрятав лодки в лесу. Его задача простая, Радко должен убедиться, что вражеская дружина ушла из крепости. Если кто то остался, то нужно пошуметь, пограбить окрестности и уйти на восток к Спреве, уводя за собой отряд преследования.
   Основной же мой отряд спустился чайками к слиянию Гавоги и Лабы и свернув на юг, начал подниматся вверх по течению большой реки.
   Отряд же моего брата Радомира должен сговорится с юттунгами о пропуске и выйти в Северное море, после чего обогнув датский полуостров войти в Лабу и закрыть устье реки для прохода всех торговых кораблей. По сути это каперская операция.
   Основная идея похода была простая.
   Пока люди Азгута будут гонять Радко и искать мои лодки в лесу, я на больших ладьях под видом купцов спокойно поднимусь вверх по реке до столицы вильцев всего сто километров, это три дня пути.
   Столицу мы брать не будем, мы поступим так, как поступили татары крымского хана Менгли Гирея в 1571 году. Мы подожём горшками деревянные дома города, а тех кто будет выбегать из крепости, спасаясь от пожара, мы просто всех повяжем и угоним в полон. Это не война, это налет со всеми вытекающими последствиями. А когда придет Тиудимир, то тут и ловить будет уже нечего. И подумает тогда Воломир, а стоит ли вообще связываться с не адекватным болотным князьком Чеславом? Ну его на хрен.
   Через пять дней мои десять кораблей как бы под самую горку загруженные товаром причаливали к берегу реки у столицы вильцев Велиграде.
   На самом деле под накидками прятались арбалетчики, а на веслах сидели всего по одному человеку, вот и получалось что экипаж корабля как бы составлял 14 человек. 12 на веслах, один кормчий у рулевого весла, и один капитан, а еще десяток с арбалетами прятались под товарами.
  
   Нас уже давно вдоль берега сопровождал небольшой отряд воинов Азгута, примерно в три десятка человек. И пока мы плыли командир отряда уточнил кто мы такие и с каких земель идем.
   Я сказал, что мы купцы князя болотного Чеслава. Честно так сказал, никого не обманул, а зачем, ведь и так понятно, что мы не люди Воломира и уж тем более не люди руянского князя Святовита.
  Когда мы проходили мимо подвешенной к дереву клетке с иссохшим трупом моего воеводы, я сжал кулаки и заскрипел зубами, скоро, скоро мы прийдем, готовьтесь.
  
   - Они уже здесь, что будем делать? - спросил бородатый мужик у княжны.
   - Что делать? Ты же сказал что люди Чеслава все разбойники и душегубы. Как высадятся на берег, так возьми их и проведи дознание, если окажется, что за ними нет крови наших купцов, то и отпустим, а если нет, то повесим их рядом с воеводой Гореславом.
  
  Я спрыгнул на берег, меч как и положено в ножнах, щит остался на ладье, ни копья, ни шлема, мы ведь торговцы. И что с того, что у нас мечи, так не мы такие, время такое, разбойников полно.
   Примерно в сотне метров от берега из ворот бурга (города) вышли примерно пол сотни воинов, под руководством размалеванного седоусого павлина. Похоже что это и есть воевода Азгут.
   - Здравь будь воевода - я поклонился в коротком поклоне перед воеводой, что стоял в двух шагах от меня.
   Со мной на берег спрыгнули всего с десяток воинов, а остальные сидели на чайках.
   Рядом с воеводой стояло десять воинов, а остальные растянулись в двух десятках метров от нашей компании, стараясь взять под контроль все причалившие суда. Но мы причаливали грамотно, два корабля в центре плотной группой, и по три корабля слева и справа, при чем те кто были правее, тоже растянулись. Если сказать проще, то мы причалили к берегу растянувшись почти на двесте шагов, так что контролить такую банду было неудобно, и вражеским воинам приходилось набирать большую дистанцию между собой.
   - Ты кто человек? - спросил воевода вильцев.
   - Я человек князя Чеслава, а зовут меня Добрыня, я привез товары, много меха, воска и меда, а еще я привез хорошую сталь. Есть у меня и подарки конунгу вашему - ответил я.
   - Бери свои подарки и пошли в бург, предстанешь перед княжной, самого князя Ирона сейчас нет в бурге.
   - Что ж ты воевода меня в гости зазываешь, а обычай не соблюдаешь, или ты замыслил что недоброе?
   - Ты свой язык то попридержи купец - возмутился воин, что стоял справа от воеводы - что говоришь-то такое?
   - Так если ты меня не пленником в бург ведешь, а гостем, то поднеси сначала кружку меда, как обычай нам велит гостей встречать - пожал я плечами и уставился на воеводу, игнорируя говорившего.
   - Принесите гостю меда - повернул голову и прорычал воевода, кому-то махнув рукой.
   Через минут пять немого молчания притащили маленький бочонок и наверное литровый деревяный паломник.
   Когда человек нацедил из бочонка медовухи и протянул деревянный паломник воеводе, воин что стоял - справа перехватил угощение и соскалившись в надменной улыбке смачно отхаркнув сплюнул в медовуху, а потом передал кубок своему соседу. Сосед долго не думая также смачно харкул в питье, а потом это же проделали все десять воинов, что стояли рядом с воеводой.
   Мои люди скрипели зубами, а я смотрел на это развлечение с улыбкой. Я все таки не полный урод, и вот так вот начать убивать незнакомых людей мне все еще трудно, хоть никогда толерантностью не страдал, а совсем даже наоборот. Но вот такое вот явное проявление хамства и намек на то, что висеть нам рядом с Гореславом ставил все на свои места, и я уже не чувствовал абсолютно никаких угрызений совести.
   - Что же не берешь угощение - оскалился молодой вояка - на воевода кубок, встречай гостя дорогого.
   И с этими словами наглый воин протянул воеводе деревянную бадейку с медовухой и соплями. Сзади меня зашелестели мечи, вытаскиваемые с ножен.
   - О-о-о, тихо! - сказал я поворачиваясь к своим людям через левый бок, как бы стараясь остановить надвигающуюся сору, а в это время повинуясь инерции движения ножны с мечем переползли с левого бока немного на живот, и воспользовавшись тем, что меня со спины не видно, положил правую руку на рукоять меча.
   - Люди местные просто не знают, что такое вежливость и гостеприимство - с этими словами я с разворотом вправо, одним движением извлекая меч рубанул по руке нагло улыбающегося вильца, а потом не останавливая движение, по лицу воеводе, а потом с разворотом кисти еще одного по правому плечу.
  Я успел зарубить троих, прежде чем все остальные участники битвы с обеих сторон извлекли мечи, но тут же тяжелые кожаные полы откинулись и на ладьях появились стрелки.
   Сделав блок скат и рубанув четвертого я узрел, как сотни смертоносных болтов полетели во вражеский отряд.
   - За мноой - заорал я и кинулся к воротам города, но не суждено было взять этот бург приступом.
   Буквально в десятки шагах от меня ворота со скрипом затворились, а со стен в меня полетели две сулицы. Ух, ты, еле успел уклонится, я не останавливаясь, довернул вправо и побежал петляя назад к кораблям.
   Вражеских воинов добили быстро, никто не ожидал увидеть перед собой столь вооруженный отряд. Каленые болты с легкостью прошивали кольчуги вражеских воинов, а брошенные ими дротики не смогли пробить стальные пластины ламилярных доспехов. когда враги сообразили, что под куртками у нас бронь, сопротивление было уже подавлено.
   Примерно через тридцать минут, на стенах собралось около двух сотен вооруженных местных жителей, без броней, но зато все с копьями и щитами, ктому того было много лучников. Да такой город приступом на халяву не взять, а еще не известно сколько дружинников выехали из города и погнались за отрядом Радко. Почему я думаю, что кто-то ушел к границе княжества, да тут все просто. Если бы Радко никого на пути не встретил, то был бы уже тут с моими пешими песьеголовцами, а раз их нет, то похоже отступили к Обре, и за ними кто-то гонится.
   Осады не получится, а ну как вражеские конные дружинники вернутся и ударят в спину. А ударить могут, так как там могут встретить тысячную рать Тиудимира и на рысях поскачут домой, что бы упредить воеводу. А тут мы стоим, вот и лупанут по нам в спину.
   На стене появилась хорошо одетая девица, похоже княжна и возле нее появился толмач. Толмач что-то прокричал, но я его не понял, видно княжна не местная, и на каком языке она говорит я не понял, но как ни странно я не понял и толмача, ведь воеводу я понимал, с трудом но понимал.
   Потом толмач опять прокричал, видно перебирал знакомые языки и вот тут уже я его понял, он говорил на языке князя Воломира, и я все понял.
   - Кто ты воин и что тебе надо?
   - Я князь Чеслав - крикнул я - пришел к тебе княжна спросить кровью за жизнь своего человека - я показал мечем на клеть, в которой находился иссохший труп моего воеводы.
   - Твой человек тать и душегуб, то свидетели подтвердили, за то и смерть принял.
   - Ты что-то путаешь княжна, мой человек воевода Гореслав, проливал кровь готландцев и подлых свеев, разве проливать кровь врагов наших преступление?
   - Он грабил торговцев.
   - Так что с того - возмутился я - разве не велит закон брать виру, почему ты не присудила виру, и почему не отправила ко мне князю за откупом. В этом бурге убили моих людей, вы все повинны и заплатите кровью, если хочешь то можешь откупится, всего тысячу гривен серебра.
   - Ты знаешь чей этот бург? - возмутилась княжна - разве не ведаешь, что это бург Эрнака сына Этли?
   - Разве Ирон, твой муж, или славный отец его убил моих людей? Разве на руках славного царя Этли кровь невинных купцов? Нет княжна, только жадность жителей сего бурга сгубила моих торговцев. Разве вернули вы незаконно отнятые товары? Нет вы их украли, вот тебе и ответ княжна на твой вопрос кто я и зачем я тут. Я пришел мстить.
   - Ты поплатишься, и все воины твои, и весь род твой поплатится - завизжала княжна - вы все будете разорваны конями и посажены на копья.
   Да, переговоров не получилось, ну в принципе я на это и рассчитывал. Вряд ли осаждённые согласятся на откуп, если у них неподалеку имеется конная дружина. По всему выходило, что основные силы таки ушли на преследование отряда Радко, и могут в любой момент вернуться, поэтому мне тут долго засиживаться нельзя.
   - Разворачивай, баллисты, готовьте огненный бой.
   Загудели натягиваемые дуги баллист, зажглись факелы и не успели мы приготовится, ка враг сообразив что происходит начал засыпать нас стрелами со стены.
   - Щиты, арбалетчики бейте по стрелкам, взводии, бееей.
   Первые двадцать горящих горшков очертив дугу в небе упали за стенами, а за ними еще и еще, обстрел продолжался до вечера, а пожара все не было и не было.
   Защитники города попытались открыть ворота и выйти на берег, но мои арбалетчики быстро пресекли эти попытки, получив несколько плотных залпов защитники отступили за стену, и вот после почти двадцатого залпа полыхнул пожар. Я вначале не мог понять, что происходит, а потом сообразил, что слишком большая скорость вылета горшка просто тушила огонь оберточного фитиля, и горшки падали внутри города и разбиваясь о стены строений, просто заливали весь город вонючей жидкостью, а потом очередной горшочек таки пошел правильно и город залитый по сути керосином вспыхнул в одно мгновение.
   Столб огня поднялся в небо. Очень быстро температура достигла предела и мы вынуждены были сесть на корабли, и отчалить от берега, поэтому переловить выскакивающих из города людей не получилось, а приставать к берегу под таким жаром было опасно. Уже отчалив от берега я увидел как из города вылетела небольшая группа всадников примерно в пять десятков человек и резко отвернув в сторону ушла в направлении леса. Сбежала таки жена Ирона с охраной, а может это к лучшему.
   Мы свалили 'Л'-образный столб, к которому была прибита деревянная клеть с мертвым воеводой Гореславом.
  Часа через четыре город уже прогорел и лишь отдельные очаги нетронутых огнем строений имелись посреди большущего кострища. Мы поместили тело Гореслава на вражеской башне, облили стены башни смогой, вложили воеводе меч в руки и подожгли погребальное кострище.
  После похорон и ловли людей, мы загрузились на корабли и пошли вниз по течению реки. Город уничтожен, часть жителей сгорела вместе с животными и скарбом, часть людишек спаслось, но все таки многих мы успели переловить.
  Этого ли я хотел, нужны ли мне были пленники, или может серебро со златом, нет. Мне нужен страх, местные царьки должны понять, что я не собираюсь ни играть, ни тем более воевать по их правилам, и мне насрать кто твой папа. Воломир, Этли или сам кесарь ромейский, какая на хрен разница, какая у тебя крыша. Вот прямо здесь и сейчас ты сам, что можешь, ты то кто, я понимаю что папа у Ирона крутой, но где тот папа, а я вот он, прямо здесь и сейчас.
   Встреча с отрядом Радомира была назначена в трех днях пути от Лабы на берегу моря в хорошем лесочке, и когда мы подошли в назначенное место отряд Радко был уже на месте.
   Радко тоже повоевал, несколько раз малыми силами заводил сторожевую сотню вильцев под удар моих песьеголовцев, что закидывали врага сулицами и разбегались по лесу. Радко много побил вражеских пограничников. Но все таки Радко решил не принимать генерального сражения и отступить. В походе Радко потерял убитыми 9 человек и в основном это были его легкие всадники, а среди моих тяжеловооруженных отроков были несколько раненных, однако и песьеголовци потеряли десяток воинов. Но передвигались все самостоятельно, даже коней почти не потеряли.
   Если кто-то думает что древний бой это страшно и кроваво, то вы ошибаетесь. Тут все просто выходит отряд легкой коници и засыпает врага стрелами. Противник бросается в бой и легкая конница тут же ретируется с поля боя, завлекая врага за собой. А уже в удобном месте навстречу уставшему врагу вылетает кованная рать, и бъет копьями прямо в лоб, или стои копейный строй, что встречает врага залком стрел в упор. Такой стычки вражеские всадники как правило не выдерживают и развернув коней убегают, вот тут уже и наши легкие всадники разворачиваются и летят в догонку за убегающим врагом. Древний бой, это несколько удачных отступлений и контратак, вот и все.
   Бой идет в основном дистанционный, вражеские отряды кидают друг в друга всякие железки и стреляют из луков, главная задача выманить врага под свою тяжеловооруженную конницу.
   Но если бой проходит на ограниченном участке местности, да еще хоть и в редколесье, но все таки в лесу, то луки тут не так уж и рулят, а метнуть далеко сулицу тоже не получается, вот и выходит, что шуму много, а крови мало.
   Как правило после первой же сшибки исход боя и решается, проигравшие всадники разбегаются в разные стороны, а победители их преследуют. Так что это вам не битва за Москву, тут стоять насмерть не нужно никому ни нам, ни врагам. Задача вражеского командира отогнать дикарей за пределы княжества, а задача дикарей оттащить воинов вильцев подальше от крепости, вот они так по лесам и бегали трое суток, пока вражеского командира не нашел посыльный, передавший весть о набеге на столицу. Тут война и кончилась.
   Мы спустились на чайках к морю и встретили там отряд Радомира.
   Пешци же вытащили свои лодки и поднявшись с конниками Радко опять к Спреве перетащили лодки к Обре и тоже пошли к морю но уже по другой реке.
   Воинов не было, как я понял план Воломира сработал и все те, кто мог держать оружие в руках пошли встречать набег Тиудимира. Поэтому мы сейчас очень походили на огромный партизанский отряд, что прет на полном ходу по тылам врага ,выгребая все, что плохо лежит.
  Люди Радомира уходили уводя с собой десяток захваченных у побережья кораблей, увозили кучу пленников и добычи. И мы уходили не с пустыми руками, уже спускаясь по течению Эльбы вниз, мы неплохо пограбили местные селения, да и рабов набрали больше трех сотен человек. Я просто сгребал всех людишек из небольших селений, забирал речные чайки, припасы, все это грузилось в корабли и мы шли дальше.
   Все, теперь только домой и будем надеяться что семейство Воломира мне пакостить на обратном пути не будет.
   Наш морской отряд встретился через три недели с отрядом Радко у города Волин. Там мы погрузили всех пешцев в чайки, а лодки загрузили купленным зерном и привязав к кормам чаек медленно пошли вдоль берега домой, а конная сотня Радко отправилась своим ходом. Вот так вот начинаются и заканчиваются древние войны. Поход я готовил всю зиму и почти пол весны, а закончился поход за три месяца. Самих боевых действий вряд ли три дня насчитаешь, а остальное время это в основном марши и морские переходы.
   Пакости нам не устроили, и примерно в июле месяце мой конно-ладейный отряд подошел к крепости Рига, что стояла на маленьком островке у устья Западной Двины (реки Янтарной), а еще через десять дней был уже в Полоцке.
  
   По итогам похода был раздел имущества и несколько хороших плюшек.
   Из двух сотен местных песьеголовцев, что ходили со мной в поход сорок два человека изъявили желание пойти в дружину. Ну я соответственно их принял, только направил я их в младшую дружину на обучение. И оказалось пока мы воевали, все таки на север откочевало несколько селений варгов, в основном мирные люди и ушли они от войны. Всех пришельцев я быстро сплавил на Озеро Чудингов (Чудское) в строящийся там город Псков. Среди варгов-поморов было много самых настоящих мореходов, вот я им и пообещал много воды, только в озере. Даже по поводу такой радости выдал поморам несколько десятков больших шести весельных лодок. Теперь без рыбы не останутся, а значит и не помрут на новом месте.
   Потом опять работа, подготовка дружины и объезд территорий. Основное внимание уделялось шпионажу. Я всякими способами пытался узнать, что же происходит во владениях Воломира, и кто там побеждает, а ситуевина уже к осени резко поменялась.
   Атила таки разгромил бургундов и с войском возвращался назад, когда узнал о нападении на земли своего сына войск Тиудимира.
   Повелел Атли сыну своему Эрнаку (Ирону) отбить захваченные земли у Тиудимира и дал ему готских вождей с войсками.
   Однако Тиудимир разбил Ирона и погнал его на юг.
   Вот это новость, сын Аттилы получил по зубам и теперь отступает к Данубису (Дунаю) вот только я никаких великих побед в этом не вижу, ведь это что получается, после тяжелого похода в землю бургундов, возвращающееся домой войско сына Аттилы Ирона, и его подло подстерег Тиудимир, сын Воломира.
   И где тут победа, ведь что такое войско, которое идет домой. Да это сброд загруженный ворованным шмотом. Они же добычей загружены по самое не хочу, разведки никакой, внимание ослаблено и воевать уже никто не желает. В случае нападения, солдатики Ирона, ведь там было больше половины местных вильцев, просто мелкими партиями с добычей дезертируют и бегут по домам. А личная дружина Ирона, это человек 200-300, так что большого сражения такой отряд не выдержит, учитывая то, что у Тиудимира было 1500 воинов.
   Поэтому и отступил Ирон к Дунаю в земли своего отца.
   И вот теперь вопрос, что дальше, сколько нужно времени Аттиле, что бы собрать новый поход уже против всего семейства Володимира, всех его союзников и соответственно против меня.
   Думаю, что сейчас осень, потом зима, а поскольку мужиков в селениях не было, то большого урожая в родах нет. Золото есть, серебро есть, а вот припасов либо мало, либо вообще нет. То есть для большого похода сейчас войско Аттилы не готово.
  
   После возвращения из похода я занимался стандартными делами, основным из которых как ни странно, была подготовка к зиме. Тут не забалуешь, без четкой организации, без вмешательства государства, то есть князя, пережить зиму тут люди самостоятельно не могут.
   Ну представьте, что половина моего княжества это мастеровые люди, одни добывают руду и перерабатывают кричное железо, другие производят горшки и в этих горшках выплавляют тигельную сталь, третьи из этой стали производят оружие и брони, а уже оружие и брони я продаю за настоящие серебряные палочки, которые зовутся "гривнами", и это только одна технологическая цепочка.
   А в этой цепочки все получают за свою работу серебром, полученным от продажи изделий из качественного железа. То есть это огромная куча людей работает в производственном секторе, а вот в сельско-хозяйственных работников почти нет, нет достаточного количества тех, кто бы занимался добычей или производством продуктов питания.
   А таких цепочек у меня куча, есть настоящие горшечные и полотняные мастерские, есть солеварни, есть корабельные верфи, и все эти люди простые рабочие, а землепашцев нет, так как нет свободной земли под пашню. Вся пищевая корзина состоит из речной и морской рыбы и мяса, добытого охотой. То есть мне срочно нужно где-то взять трудовое крестьянство, а где его тут взять. Если ранее, на самом начальном этапе становления своего княжества я просто скупал мясо и рыбу у местного населения, то есть в основном у чудинов, то теперь количество населения значительно возросло и чудины столько мяса охотой добыть не могут. Очень медленно, но пищевая корзина изменяется, все больше и больше в ней преобладает рыба. Охотнички наши повыбили все зверье в радиусе 1-2 дней пути от больших селений, и теперь приходится организовывать целые загонные партии, чтобы взять лося или кабанью стаю.
   Я провел опись своего населения и примерно плюс-минус сотня могу сказать, что в моем княжестве сейчас проживает всего пять с половиной тысяч человек, из которых мужиков призывного возраста до тысячи. Из этого количества незаменимых мастеровых две трети. То есть я могу обучить, вооружить и поставить в строй не больше 300-350 человек. Это максимальный состав моей дружины мирного времени. Получается, что пять тысяч человек пашут не покладая рук, чтобы прокормить 350 военнослужащих.
   Если начнется война, то есть вторжение империалистов Атли на мои земли, то на стены городков я смогу поставить почти всех мужчин и даже часть женщин, и это уже серьезная сила, примерно 2000 человек готовых к ведению оборонительных действий на своей территоории, но отправлять их в бой за пределы княжества никак нельзя.
   Кроме того у меня сейчас в разных городках под видом отрядов самообороны, охраняющих стены в ночное время, и ведущих патрулирование подступов к населенным пунктам в ходе несения службы в еженедельных "нарядах" под ружьем находятся до 500 человек, и есть еще младшая дружина, то есть учебный центр из пацанов допризывного возраста в котором проходят обучение 200 отроков. Эти отроки раз в год на день летнего равноденствия сдают экзамен на получение пояса с мечем. В год примерно получают пояса до 30 человек.
   Вот из этого расчета можно осознать, сколько реально людей занимаются расчисткой полей, посевом и сбором лесных дикоросов, охотой и рыбалкой, сколько реально можно выделить для совершения торговых походов для обменов товарами с местными чудинами и соседями. То есть почти вся моя дружина, это люди, что так или иначе почти в постоянном режиме находятся в мелких походах по территории княжества. Они на больших и малых лодьях по рекам сопровождают торговые караваны, несут сторожевую и станичную службу, отдыхают от ратных трудов, ну и конечно же учатся.
   В результате всех подсчетов у меня получается, что 80 человек сидящих в городах кормят 20 человек тех, кто шляется по моим землям и занимаеться государственными делами, сюда я включаю и торговцев. Но ведь эта цыфра только моя, то есть у Радко например 90 человек кормит 10 воинов, и никак не меньше. Я то имею приличную прибыль от торговли, а Радко имеет прибыль только от перепродажи моего железа своим соседям.
   С соседями тоже не все так гладко. У разных родов, что проживают вокруг земель моего княжества с севера излишков практически не остается. Например на севере живут рода чудинов синеоких, веси и саамов. И что вы думаете, на кого похожи эти чудины, весь или саамы? да на "хара-кришну" они похожи. То есть они типа живут в союзе с природой, и им не требуется убивать 10 лосей, если род может прокормится и 1 лосем. Я им предлагаю за 10 лосей хорошую цену, ну там железные изделия, или горшки, или ткани из лесной шерсти. А их блаженные вожди заявляют, что уже у всех мужчин имеется хорошее железное оружие, которое выковал многоуважаемый князь Чеслав, а зачем воину два ножа, или два топора? Да воину даже два копья не нужно, типа жадность до благ и излишество всякое это уже не правильно, это не к добру. А если не нужно много ножей и копей, то зачем бедным чудинам бегать по лесам и ловить 10 лочей? Вот как мне с такой философией заставить этих чудинов добывать для продажи зверя?
   Есть конечно и плюсы, очень много родов чудинов, что проживают поближе к моим землям самозамкнулись на мои городки или остроги, и их вожди официально согласились выделять мне своих людей в походы, при одном условии, что я беру под охрану все эти рода. Но так же имеется в районе от ладожского озера до Днепра и огромное количество родов, которые торг со мной ведут, но не более того, ни людей давать, ни тем более воевать эти рода ни с кем за интересы князя Чеслава не собираются. Вот и получается, что в такой большой местности я реально рулю количеством людей, что в 20 веке соответствовало численности народа, проживающего в небольшой казачьей станице, или в приличной деревне, а у меня еб-тить КНЯЖЕСТВО.
   На юге у моих границ живут разные рода наверное прото-славян, я бы их так назвал, хотя это наверное может и не правильно. Так как, словяне это те кто говорит примерно на одном со мной языке, а какой у меня теперь язык? Да я тут типа полиглот, я за эти годы уже прилично разговариваю почти на всех языках своих соседей, и не могу понять даже когда я успеваю переключиться на чудинский или готский, а когда говорю по вендски или ободритски. И самое главное, что жители Полоцка, уже точно такие же как и я, то есть активные торговые связи, и замес всех родов в одном городе позволило намного расширить язык общения и теперь тут какой-то грустный "суржик" из наречия разных родов, так что определить теперь словян, вообще не реально.
   Так вот те рода, что живут южнее моих земель намного богаче, в области обладания пищевыми продуктами. У южных соседей имеется большее количество излишков, что могут менятся на мои товары. И эти излишки ранее в основном все уходили в качестве налога царю царей, а теперь вожди начинают подворовывать из "выхода", и часть продовольствия менять на товары со мною, а это "не есть гуд".
  Почему? Да потому, что все южные землепашци очень много давали продуктов питания в казну царя царей, а сейчас этот поток частично перенаправлен в мою сторону, и как вы думаете, что скажет царь? Царь скажет, подать! Подать мне эту болотную лягуху, что отбирает мои законные налоги, ну или меня обложит такими налогами, что я сам за кувалду возьмусь и с кузни выходить не буду.
   Вот так вот я думал производя расчеты обороноспособности своего княжества. И все эти расчеты не освобождают меня от детального планирования всей экономики, а с экономикой настоящие проблемы получаются. Вот я плачу рабочим артелям серебро, это серебро распределяется внутри артели, а дальше полный швах, то есть беда. Серебро у людей есть, а вот купить чего, мои работяги не могут. У меня почти что как в СССР в 1985 году, у народа деньги есть, а купить не чего, даже продукты и те в дефиците, хоть карточки вводи.
   Если летом продукты питания идут по сравнительно небольшой цене и их много, то зимой цена взлетает в несколько раз. А это недопустимо, не должно быть так, чтобы летом пудовая корзина зерна стоила рубль серебра (0,2 гривны серебра или 1 палочку железа ), а зимой эта же корзина уходила иногда за полновесную гривну.
   Да я тут провел монетарную реформу и теперь у меня есть эквивалент денежной системы. Я меняю две палочки кричного железа толщиной в палец, на одну палочку серебра, а десять палочек серебра на одну палочку золота. Но у меня есть и более ценная денежная единица, например для больших объемов обмена, я имею тигельную сталь. Одна гривна тигельной стали меняются на пять гривен серебра, или в пропорции один к двум меняю на золото.
  Однако, все обмены тигельной стали и золота проводятся только внутри княжества. Вывозить тигельную сталь за пределы княжества в не обработанном виде я запретил под страхом мучительной смерти.
   К стати все соседние селения, то есть рода, что жили на Днепре о сезонной разнице цен в болотном княжестве прекрасно знали, и даже без моего приказа таскали к нам зимой большие караваны с продуктами, чтобы впарить по приличной цене. То есть эти уродцы, что улыбались мне при личной встрече, и даже кланялись в колена, летом продукты придерживали, зная, что зимой цена значительно вырастет.
   Это конечно решало часть проблемных вопросов с обеспечением продовольствием, так как ценник на продукты зимой из-за вот таких поставок все таки опускался вниз, но я-то знаю что такое санкции, насмотрелся в свое время. Не дай боги какой-либо соседний вождь перекроет дорогу, и у меня может зимой до голода дойти. А что вы думает местные людишки такие тупые, что будут голодать на болотах? Как бы не так, мои люди просто соберут семьи и свалят на юга в более благоприятные для проживания земли. Тем более что с климатом все таки что-то не то происходит. Я прекрасно помню погоду в Пскове, у меня там сестра живет, жила, нет наверное будет жить в будущем.
   Так вот тут зима покруче, и весна и осень длятся очень мало, бывают заморозки до мая стоят, потом месяц весна, потом месяц лета, а уже в августе начинаются дожди и в окрябре морозы минус 20 стоят. Я говорю так, потому что привык считать времена года по своему календарю, однако местные тут имеют 13 месяцев, так как месяц у них так и назывется месяц, то есть полный цыкл луны (месяца) в 28 дней.
   Иногда даже летом происходят непонятные заморозки. Зверье кочует по лесам как перелетные птицы, весной на север, а осенью на юга бегут. Вот и люди кочуют вслед за зверем, а мне людей удержать нужно.
   Я вот тут пока рыскал по своей земле с плановыми объездами или по охоте много раз встречал старые заброшенные селения с настоящими стенами и трухлявыми домами. И вывод я сделал не хороший, то есть я понял, что местные земли неоднократно заселялись, люди сюда бежали от большой беды на южных землях, а потом переждав напасти, опять возвращались восвояси, на родину, в те земли где жили их предки, или уходили дальше в поисках лучших условий жизни. Беларусь и Ленинградская область 5-го века это сплошные леса и буреломы, средь которых имеются огромные озерные, речные и просто заболоченные участки. Зверь есть, рыба есть. Хотя нет не рыба, а РЫБИЩА, я такой в 20-м веке не видел даже в сибирских реках. Мои рыболовы понаделали сетей из прочных веревок с толщиной ячейки ладонь в ладонь. И вот такими сетями даже в реках таскают рыбу в два-три пуда весом. Я насмотревшись этих монстров теперь в воду просто так не суюсь, страшно. Бывает вытаскивают щук с меня ростом, с зубами как у вепря.
  Бывали случаи когда детей с берега рыба воровала. То есть что то выпрыгивает из води, хвать ребенка и в пучину водную. Местные сразу все на водяного сваливают, подарки в реку кидают, зайчатинки там, кабанятинки. Вот тупые, они же щук и сомов подкармливают и к Полоцку подманивают. Вот я и таскаю чайками сети через день.
   А еще бабы у меня заготавливают грибы, ягоды и даже траву, то есть всякие там лопухи и лебеду. Женщины прямо в бочки солят траву на зиму, а зимой этакий "зеленый" суп варят рыбой или с мясом.
   В этом мире малый род может прожить в лесу на подножном корме, то есть его ландшафт и природа кормят, а вот большому городу прокормится в этих местах не просто, нужно заготавливать с лета огромные склады зимних припасов.
   Поэтому и приходилось в моей не очень спокойной жизни выделить специальный этап, который я назвал "ПОДГОТОВКА КНЯЖЕСТВА К ЗИМЕ".
   Этот непростой этап как можно догадаться начинался в апреле и заканчивался в октябре. То есть вся работа гражданской администрации, местных вождей и советов были направлены именно на подготовку родов к зиме, а князь, то есть я в основном занимался оборонными делами. Как-то так получилось, и я даже не заметил когда это произошло, но в Полоцке местные старейшины избрали мирного вождя.
   Когда я пришел с последнего похода и увидел, что к Полоцку пристроены новые стены, а внутри стены имеется с десяток уже построенных деревянных срубов, я охренел.
  Как так то? А как же план генерального строительства города, а где согласование с князем, МЧС, налоговой службой, историками, практологами и ментами? Где разрешение губернатора и правительства, кто позволил?
   А когда мне объяснили, что пока князя не было, дела стоять не могут, вот и избрали на совете в Полоцке мирного вождя, а тот уже развил бурную деятельность, то я чуть слюной не захлебнулся от ярости. Но постояв с открытым ртом и чуть успокоившись все таки заставил собраться всех старейшин на совет, для определения полномочий мирного вождя.
   В эти полномочия, кроме того, что определили сами старейшини я включил пару пунктов, а именно проведение гражданского судопроизводства, то есть все гражданские дела и споры. А вот все дела связанные с убийством, и серьезными уголовными преступлениями против княжества, а также решение стратегических проблем жизнеобеспечения города я оставил за собой.
   При чем я наказал строго, то есть показал кулаком избранному мирному вождю и сказал, что его срок избрания не может превышать трех лет, а переизбрание должно проводится на всеобщем голосовании в день весеннего равноденствия.
   И я оставил за собой право отстранить мирного вождя за серьезные недоработки, что приводили к ухудшению жизни граждан или сниженению боевой готовности дружины.
   В принципе я думал, что это типа губернатор города, но по всему выходило, что нет, это типа Медведева при Путине, то есть премьер-министр, вроде бы подчиняется президенту, но на самом деле творит что хочет, а по сути тупо пилит падло мой бюджет.
  И меня это не устраивало, поэтому чуть подумав, я запретил мирному вождю любые сношения с соседями, включая торговые договора. Для ведения торговых дел я назначил свою ключницу. Пусть баба ведет учет всего приходящего и уходящего, думаю у женщины должен быть инстинкт сороки, то есть в теории она должна все в дом тащить, только бы не в свой, а в мой.
  А то мне эти новые министры начнут монополию рушить, и всю торговлю завалят. Если что то заподозрю, то мне придется как царю Николаю разогнать свою думу. То есть своих старцев, при чем если я не хочу кончить как Николашка 2, то придется решать вопрос кардинально. Как только почувствую нелояльность, то я не только этих новоизбранных вождей, но и всех старейшин топором по шее и в печь.
   Вот и выходило, что по образцу Полоцка в каждом городишке люди избрали мирных вождей, я их как Папа римский благословил, и определил задачи, а сам занялся заготовкой стратегических припасов. Перед этим наказал, что при отсутствии князя все главы городов должны собиратся в Полоцк на совет и решать важные вопросы сообща, простым голосованием.
   После вот такого вот несанкционированного проявления демократии, за старыми стенами Полоцка я остался один, ну не совсем один, то место за старой стеной, где теперь стояли амбары, казармы и мои личные апартаменты стало называться КНЯЖИЙ ДВОР.
   В Княжьем дворе располагалась моя челядь, то есть личная дружина с бабами, самые доверенные люди и особо ценные мастеровые с семьями. А также министр торговли и огромный амбар с товарами, а все остальные люди переехали в новый город, что был пристроен к старой стене.
  Взять такой город стало труднее, ведь теперь внутри большой стены город как бы разделен на две части. Уже построены шесть трехэтажных башен по кругу стены, и сейчас определены места еще под восемь таких же башен. Оборонять саму стену смысла не имеет, если враг прорвется внутрь города, не взяв прежде этого башни, то можно сражаться с опорой на завалы и на вторую часть города, а бегающего внутри города врага из башен будут все это время бить стрелки калеными болтами.
   Два огромных сарая, что по шведскому типу были раньше большими общежитиями теперь превратились в княжьи амбары и ежедневно в эти амбары поступали бочки с рыбой. Рига продолжала работать как основной рыболовецкий город. Периодически ставили бочки с соленым мясом, это плоды охоты и обменных операций с чудинами. А еще огромные бочки с зерном с юга, стратегический запас, и я с этого запаса не собираюсь отдавать никому ни зернышка, пусть люди кормятся теми припасами, что заготовят под руководством своих мирных вождей, а я буду так сказать регулировать цены, периодически выбрасывая на рынок продукты из княжьего амбара, особенно зимой, чтобы выровнять цены, и не допускать резкого подъема цен на продовольствие. Мне не улыбается тут получить инфляцию, на фиг, на фиг и так я слишком низкие цены на железо установил.
   Но 100% прибыль даже на обычное железо все окупала, то есть себестоимость обычного топора или пилы, или наконечника копья составляла примерно 2 гривны серебра, а продавал я все это по 5 гривен. Дорогие же мечи и брони мне давали прибыль в 200-300%. То есть меч из тигельной стали мне обходился в 15 гривен серебра, а продавал я его начиная от 50 и до бесконечности.
  Недавно Аркх таки добрался до вождей народов мокши и меря подарил аж 5 крутых мечей их вождям, и продал кучу железных изделий, при этом сбагрил обычному люду почти все топоры, пилы и даже косы. Я конечно подсчитал и прослезиолся, так как в подарки раздал 250 гривен серебра, но вот прибыль в свободной торговле по верхним притокам Волги мне должна все затраты компенсировать.
  Как оказалось эти мокша вообще народец торговый, они спускаются вниз по Эдилю (Волге) и там скупают у буртасов (алан) много медных изделий. Выходит, что внизу Волги имеется множество хороших товаров и даже медь, а торгуют всем эти буртасы. Теперь вопрос на засыпку - у кого все это покупают буртасы? Нужно разбиратся.
   А когда мокшане получили оружие из настоящего железа, отношение ко мне у них намного улучшилось, ведь теперь можно на равных противостоять соседним племенам сувазов, ювалов и анатри. А мокшане все таки не свободны, они платят хорошый выход (дань) южным буртасским ханам, а сами берут дань с меря и каких то эрзю.
   Правда мои товары мокшане покупают не за серебро, а по курсу так сказать. Аркх взял медом, мехами и главное солью. Эти мокша держали огромные земли в верховьях Итиля (Волги) и под контролем родов было множество больших полей, что позволяло держать скот, а самое главное они нашли природную соль, то есть копали какую-то гору. Я понятия не имею, что это за соль, может будущий Сольилецк нашли, а может другое месторождение соли в предгорьях Урала.
   И вот в качестве продуктов питания теперь мы имеем мясо овец и сыр, а еще шерсть, много качественной шерсти, что везут через земли мокша, но все таки главное, что местные людишки мокша нашли каменную соль. И теперь вставал законный вопрос, что мне делать? Эти люди славные и добрые, но вот мне конкуренция по торговле солью не нужна, а попробовать взять всю соль под себя не получится, тут слишком древние межродовые связи, и торговля с южными ханами, так что меня могут воспринять как захватчика и поднять против меня объединенное войско, а мне это не нужно. Поэтому соль я свою сюда возить не буду, да и не зачем, тут прекрасно продается железо, керамика, большие лодки и даже изделия из янтаря. Украшения местные бабы любят и тратят на них неплохие средства.
   Я таки научился делать примитивные токарные станки, на которых обрабатывается и шлифуется янтарь, а потом в янтарной бусинке проделывается маленькая дырочка под нитку. Бусы, брошки и браслеты из янтаря идут на ура, а мужики тоже любят красивое оружие, украшенное янтарем, вот и прибыль прет.
   Самое главное, что я увидел у мокшан и других жителей Поволжья, так это способ заготовки мяса на зиму. Технологию я сам увидел, это просто пипец какой-то, и почему я сам раньше до этого не додумался? Народы мокшы, скупали у южных кочевников овец и коз, резали их прямо там в низовьях Волги. Потом мясо овец жарили в больших котлах, жаренное мясо укладывали в деревянные бочки, и потом в эти бочки заливали перетопленный жир. Бочку заколачивали крышкой и грузили на лодки, а шкуры просто обсыпали солью и в тьюках везли домой. Такой двухпудовый бочонок с мясом прекрасно перевозился по реке, и главное долго хранился в погребе дома всю зиму, а летом, когда очень жарко можно такие бочки хранить в мокрой глине, вместо холодильника.
   То есть проблема голода у людей, что жили в Поволжье решалась примитивной торговлей с кочевниками. Кочевые племена получали меха, мёд и соль, а вот северяне получали мясо, медь и шерсть овец.
   Я тоже так хочу, мне тоже нужна шерсть. Шерсть давала моим ткацким мастерским неплохой толчок в повышении качества полотна. Теперь женщины ткали полотно используя комплексную нить, то есть и настоящую нить из шерсти, и то что производили мастерские по производству "лесной" шерсти.
   По весне Аркх собирался совершить большой торговый поход по землям народов Эдиля и его притоков, но все мои планы опять ломали неспокойные соседи. Тут гадский Кугум отказался покупать мои сабли по 35 гривен и сказал, что больше 20 гривен больше давать не будет, ну я тоже обиделся и приказал Кугуму сабли и мечи из тигельной стали не возить. Специально для этого мудака я выделил несколько кузнецов, что ковали неплохое оружие из кричного железа. Способ конечно трудоемкий, но при наличии водяного молота действенный, нужно просто сгибать и ковать заготовку раз десять постепенно увеличивая количество слоев железа, а себестоимость такой сабли или меча не превышала 15 гривен.
  
  Зимой ко мне приехал Валамер сын Воломира.
   - Отец мой весьма удивлен той резвостью с которой ты уничтожил крепость Ирона и пожег его людей, мы считаем тебя достаточно сильным князем, ты можешь поднять и вывести в бой гораздо больше людей, больше чем ты показал нам.
   - Те люди, что пошли в землю вильцев выполняли важную задачу, они должны были отвлечь дружину воеводы Азгута, и они эту задачу выполнили, основной удар наносила морская дружина на ладьях.
   - Это мудрое решение, и ты смог нас удивить, но не думай, что на том война закончилась, Атли собирает воинов и пойдет весной на нас войной.
   - Та война не моя, я получил все что хотел, люди что повинны в смерти моего воеводы убиты и Гореслав отомщен.
   Валамер усмехнулся.
   - Ты считаешь, что Атли не знает кто напал на земли его сына, кто пожег его родовичей и разграбил его селения?
   - Вы очень хитрые люди - я тоже усмехнулся - вы хотите втянуть меня в большую войну, но мне эта война не нужна, ты ведь знаешь, что вся родня Ирона сбежала из города.
   - Ты уже в войне, не забывай Чеслав, что именно ты сжег дом Ирона.
   - И что вы мне хотите предложить, ведь вы не думаете, что я пойду с вами на войну только от того, что испугаюсь остаться перед Атли один на один?
   - Тебе нужны люди, нам они не нужны, мы передадим всех, кого Тиудимир захватил в походе, пятьдесят сотен рабов. Мужчины, женщины, дети. Ведь тебе нужны люди? Я знаю ты покупаешь рабов.
   - Ты прав, но мне не нужны рабы, я не собираюсь их ловить по лесам и болотам, когда они разбегаться начнут, а еще их нужно кормить. Ко мне и так идут люди, медленно, но идут. Вот подумай Валамер, сейчас в твою землю придут войска Атли и твои люди побегут на север, в мои земли. Так зачем же мне их покупать, если они скоро сами придут?
   - А ты Чеслав подумай о том, что если нас побьют, то вслед за теми людьми в твои земли придут и воины Атли.
   Я подумал, эти переговоры шли уже без большого наезда, но все таки. Вот этот урод таки поймал меня на понт. И говорит вроде все правильно, даже не пугает, а так подводит под свое предложение базисную основу, то есть типа ты сам можешь и не воевать. Вот тут правда проблема одна, пока что ты вместе с нами у тебя есть шанс победить и даже заработать, а по одиночке нас побьют.
   - Пять сотен - я прервал затянувшуюся паузу - я могу выставить всего пять сотен воинов.
   Валамер покачал головой - ты можешь выставить десять сотен воинов.
   - Ты что издеваешься? И где я тебе возьму десять сотен воинов?
   - Ведь не обязательно поднимать против Атли своих мужей, они могут быть и больными и калечными, но вот охочих людей ты можешь найти много, ведь у тебя есть и серебро и железо. Мы узнали кого позвал Атли, и как сойдет снег у него будет не больше пятидесяти сотен воинов, у нас уже имеется столько. Если придешь ты, и призовешь своего брата, то мы сможем разбить собаку Атли и его прихвостней как комара.
   - Когда вы собираете войско?
   - В день весеннего равностояния мы начнем собиратся в Щецине, а потом будем двигаться вверх по реке Обра к истокам Данубиса навстречу войску Атли.
   Я встал показывая, что пришло время завершения разговора.
   - Я приду и приведу столько людей, сколько могу собрать, а сейчас пошли выпьем меду, и поедим страву.
  
   - Аркх - я посмотрел на своего соватажника по бывшему пиратскому делу, а ныне самостоятельного воеводы маленькой крепости на реке Оке, что впадала в Эдиль (Волгу) - сможешь ли ты нанять охочих людей в землях народов мокши и меря?
   - Людей там проживает не так много - пожал плечами Аркх - я видел всего с десяток не больших селений, и мужчин там было не много, но сотню охочих людей я думаю собрать можно. Однако вниз по реке есть много родов, можно уговорить тех.
   Мы проводили очередной военный совет, по моим расчетам сейчас был январь, и на подготовку к новой войне у меня было всего два месяца, а на третий уже нужно выходить к точке сбора, к истокам реки Обра.
   - Святозар, что говорят вожди дряговичей?
   - Я уже отдарился железом почти на сотню гривен серебра, и вожди обещали привести две сотни воинов, но они требуют каждому воину полный комплект оружия в подарок.
   - Будет им полный комплект, заберешь все в амбаре, и собирай людей у себя в Вильно. Как сойдет большая вода к тебе подойдет отряд кривичей и пойдете вместе с дряговичами старым путем, как ходили прошлым годом через земли варнов-поморов и далее вдоль берега моря до самого Колобрега, а далее до городка Щецина, где сидит князь Воломир. Руководить подготовкой отряда будешь лично, припасы на переход закупай у местных на пять сотен человек, серебро и оружие возьмешь сколько нужно. В Щецине продукты будете получать из общего обоза. Каждому воину по копью, топору, ножу и шлему, щиты пусть делают сами.
   Святозар кивнул головой.
   - Сивка ты собирай две сотни кривичей в селении Нигнира на Дисне, а ты Радко встретишь охочих людей, что от народа мокша придут и пусть твои люди сопроводят их к Сивке и Нигниру, нечего им по нашей земле без сопровождения ходить.
   Сивка и Нигнир кивнули.
   - А теперь твоя задача Радко - обратился я к воеводе Смолянки (Смоленска) - припасы отряду мокша на переход к Нигниру выдашь из своих амбаров, но это не важно. Самое главное, что ты должен собрать две сотни конных воинов, о цене найма договаривайся сам, серебра дам сколько скажешь, наконечники копий и сабли получишь на каждого, включая твоих людей, это тебе плата за корм коням и людям. Свой отряд с припасами приведешь в Полоцк, дальше с моими конными пойдете одним отрядом, ты старший над всеми конными.
   Я посмотрел на Радко, и не увидел в его глазах большого желания идти на войну, но без его конницы мне в будущем походе делать нечего.
   - Говори, что не так? Не молчи Радко, это совет, тут каждый должен слово молвить.
   - Это ведь поход против воинов Атли? - спросил Радко.
   - Так и есть.
   - А почему собственно Атли должен все силы только против Воломира выставлять, а ну как он Кугума на нас натравит, кто землю нашу сбережет, пока мы за Воломира биться будем?
   - Правильно мыслишь Радко, поэтому деда Бояна я в поход не беру, пусть оборону Смолянки готовит на всякий случай - я посмотрел на Бояна и убедившись что тот понял задачу повернулся к Радко - а ниже тебя по реке Орша свой острог беречь будет.
   Я повернулся к Орше.
   - Что скажешь воевода, сможешь ли среди родов, что на Данапре сидят собрать воинов охочих, нужно не меньше сотни?
   - Четыре десятка у меня есть своих людей - ответил задумчиво Орша - стены крепкие мы поставили, и людишек собрать можно, однако реку мне не удержать, а ну если вороги на чайках придут.
   - Четыре чайки, как большая вода сойдет заберешь в Витебске и волоком перетащишь к себе. Хватет ли?
   - И трех хватит, однако где столько людей взять?
   - Серебро есть, к нам караваны с продуктами ходят, веди разговоры, зазывай охочих до найма, предлагай разные способы оплаты, хошь серебром, хошь железом. И пора тебе из своего острога настоящую крепость ставить, не ленись ставь башни, ров обводной копай, воду из Данапра заводи, ты должен первый удар сдержать и соседей о нападении известить.
   - По весне один корабль я направлю к Радомиру, пусть своих воинов приведет, прошлым летом он хорошо сходил на Готланд, много добычи взял, думаю две сотни воинов он пришлет - подвел я итог нашего заседания - вот так вот воеводы, нам в поход нужно не меньше десяти сотен воинов вывести, и желательно не простых охотников, а тех, кто щит и копье в руках удержит, и в строю устоит.
   Дед Боян осмотрел всех воевод, а потом устаивлся на меня
   - Поход тяжелым будет, это не налет, а ну как не устоят наши наемники?
   - Нет и у меня веры в их стойкость - пожал я плечами - только на конную дружину и надеюсь, а для укрепления пешей рати я приведу свою бронную сотню с самострелами, да еще надежда на людей Радомира.
  Я развел руками.
   - Вот и все расчеты, будем биться с опорой на лагерь. Уже сейчас мы большие возы делаем, через лес до Обры их не протащим, однако на ладьях довезти сможем, а там уже в верх по реке дорога хорошая.
   - Мыслю я, что Воломир наших воинов под основной удар подставит.
   - Тут и мыслить нечего - покачал я головой - самые сильные воины врага всегда на правый фланг встают, так что нас Воломир слева поставит, а там конечно же у ворога самые сильные воины будут. Наша задача первый удар сдержать и не разбежаться, далее будем надеяться на помощь конных воинов Радко.
   - А ну как лес там будет? - спросил Радко - там моим конным делать будет нечего.
   - Воломир конечно князь и воин опытный, но мы не дадим себя подставить, если место для битвы будет нам неудобным, то будем отходить прикрываясь повозками, а если что не так пойдет, то ночью повозки бросим и в леса уйдем, или завал сделаем. Поэтому и беру так много людишек болотных, им в лесу цены нет.
  
   Поход начался в плановом порядке, где-то получилось как я и планировал, где-то не вышло, однако в установленный срок четыреста семьдесят человек в Вильно я все таки собрал, и даже смог провести несколько тренировок и одни большие учения. Но именно эти учения мне и сказали, что собрал я в принципе обыкновенное мясо. Десятники из песьеголовцев не слушали не только Святозара, но даже и меня. И то что я собрал полторы сотни бронных воинов собственной пешей рати никакого решающего значения в усилении боевых возможностей этого стада не давало.
   Радко привел двести человек легкой конницы, и уже в Полоцке я ему придал сотню своих тяжело вооруженных и бронированных всадников. Однако это не опытные воины, а обычные пацаны.
   Брат пришел сам на двенадцати судах и привел с собой двести пятьдесят человек. При чем стянул с моего амбара вооружение на сотню воинов, и я со скрипом все таки отдал. Хотя я конечно и не верил в большие боевые возможности этой пиратской банды, но деваться было некуда.
   Наемный отряд из охочих людей от народа мокши пришел численностью аж 120 человек. Я такого не ожидал, но плата, что обещал Аркх их вождям и воинам понравилась, а плату я выгреб со своих складов то есть почти полностью опустошил все загашники, передав мокшанской банде трофейное железное оружие.
   В установленный срок сводный отряд песьеголовцев в количестве почти шесть сотен человек под руководством Святозара начали спускаться вниз по реке Вильной к столице варгов-поморов князя Видимира к городку Колобрегу, а оттуда уже объединившись с его дружиной отряд Святозара должен выдвигаться к Щецину, что был столицей Воломира и стоял на реке Обре.
   Отряд Радко в три сотни конных воинов имея восемь десятков двуконных повозок с припасами для конной дружины спускался вниз по Западной Двине (реке Янтарной) до моря, а дальше уже вдоль моря шли к устью Обры и далее вверх по Обре до Щецина к точке сбора войска.
   Я, погрузив своих полторы сотни воинов на чайки, спустился к Риге и там встретившись с отрядом Радомира пошел морским путем. Мы вели огромный караван судов. Двадцать шесть чаек и стругов, в которые были загружены основные припасы для войска пошли морем вдоль берега до Обры, а потом превозмогая течение, мы целую неделю как бурлаки на Волге тащили груженые суда вверх по реке Обра до Щецина.
   Проверив свою армию, я с удивлением понял, что десять процентов воинов переход не осилили. Кто-то отстал и вернулся назад по болезни, были и те кто банально умер, кто-то с дури упал в волчью яму и сломал ногу, кто-то умер от ран из-за стычек внутри отрядов, были и те кто просто умер от неизвестной болезни. Статистика блин, если так пойдет и еще минус 10% у меня могут минусоваться еще до основного сражения.
  
   Военный совет проводил Воломир.
   Идея компании была простая, основную ударную силу составлял сводный отряд Тиудимира старшего сына конунга Воломира. Тиудимир совместно с руянским князем Световитом имея три тысячи воинов идет вдоль моря к реке Лаба, а там разоряя селения вильцев поднимается вверх по течению реки Лабы (Эльбы) и зачищает все селения, что еще были под Ироном сыном Атли.
   Мы же, то есть сам Воломир, его младший сын Валамер, средний сын Видимир и я собственно князь болотный Чеслав отрядом в четыре тысячи человек поднимаемся вверх по реке Обре.
   Оба отряда ведут активную разведку и выдвигаются к истокам Данубиса (Дуная), а там по мере того, что будет делать враг, мы и будем действовать.
   То есть Воломир сказал что у Атли войско пойдет вверх по течению Данубиса и его нужно банально окружить. То есть слухи о нападении на земли Ирона придут к Атли, и тот направит свои силы на Лабу, а мы типа такие умные ударим Атли в спину, перейдя лесом от истоков Обры к Лабе.
   У Атли под рукой готские дружины, герулы и гепиды, а еще словены князя Ильдигаса, младшего брата Воломира. Собственно люди Ильдигаса и были основными шпионами в войске Аттли. Сам Ильдигас направлен Аттилой воевать армян. Оказывается, что армяне подняли восстание против императора Константинопольского, и император прислал Аттиле золота, чтобы нанять отряд для подавления армянского восстания. Вот так вот, хитрый Атли все просчитал, младшего брата Воломира сослал на Кавказ, что бы не предал в ненужный момент.
   А как бы получилось неплохо если бы в армии гуннов прошло восстание, и влупить бы Аттиле с трех сторон. И что то мне говорит, что не просто так Атли идет вверх по Дунаю, и не просто так он ходил в прошлом году на Бургундов, могут по нам и со стороны Дании влупить покоренные юттунги, саксы и бургунды, ведь теперь они данники Атли.
   - Отпущу я отряд брата своего - сказал я в конце военного совета - пусть сторожит земли бастарнов, свеолов и бургундов, а ну как призовет Атли воинов с земель западных, и по нам в спину ударят. Не хочу что бы наши земли разоряли вороги, пока мы с тобой Воломир будем Аттли воевать.
   - Две с половиной сотни? - переспросил Воломир - ты думаешь, что две с половиной сотни смогут остановить юттунгских конунгов, реши они по нам ударить?
   - Две с половиной сотни воинов на двадцати судах, да еще пять десятков судов руянских смогут надёжно прикрыть берег, если вороги пойдут, то пойдут морем, так пусть на море и воюют.
   Воломир посмотрел на Световита князя ругского (руянского) - что скажешь?
   - Наши торговцы присмотр за конунгами юттунгов давно ведут, и если усмотрят подготовку к походу смогут выставить три десятка чаек.
   - Вот видишь Воломир - пожал я плечами - три десятка, да еще два десятка, это уже сила.
   Воломир посмотрел на Радомира.
   - Сказывают, что ты купцов на море грабил, ты не вздумай этим заниматься. Найду и как татя живота лишу.
   Радомир заулыбался, как же найдешь, хрен ты дорогу в его фьорды найдешь, это так и было написано на роже Радомира.
   Вот только меня он конечно подставит, поэтому я посмотрел на брата - Радомир?
   - Да что Радомир? - возмутился тот - я что по вашему тать, вы что думает что я пойду селения ваши грабить? Не бывать этому, как свеи и сконцы вздумают в спину вам ударить, так я их и пограблю, у нас с ними свои дела, и к ним много долгов накопилось.
   - Ну что ж, так и быть - подвел итог совета старый Воломир - однако и к тебе Чеслав будет дело важное.
   Я поднял бровь, как бы показывая, что готов слушать.
   - Там за рекой Вартой сидят рода лесные, что носят шкуры и одежды как твои вои, и зовем мы их лютинами. Ранее они все под рукой моего брата Озантрикса были, а теперь сами по себе.
   - Слыхал, я от своих дряговичей, что там живут рода лютинов или лютичей, так что с того?
   - Ты вот со своими песьеголовцами общий язык нашел, да еще и в войско свое их принял, а мне со своими никак не сговорится - грустно молвил Воломир - так ты бы послал людишек своих, пусть к нам вождей родов лютинов призовут на переговоры, может удастся сговорится, и их людей к походу привлечь.
   - Мыслишь ты царь Воломир очень правильно, только поздно та мысль к тебе пришла. Я перед тем как людей в волчьих шкурах в поход повести вначале пять лет их вождей дарами обхаживал, а за этот поход их доброй сталью одарил, вот они и дали мне людей. А чем ты можешь привлечь вождей лютинов?
   - Серебра и железа дам, за мной не устоит, а еще на торг их купцов в Ретру пускать буду без пошлинно, раз в луну пусть приходят и товары свои приносят.
   - Я услышал тебя Воломир, как пойдем за Варту направлю я людей своих в леса, пусть лютинов поищут.
   - Опасные людишки - передернул плечами Валамер - ходил я как то в поход усмирять рода их, да чуть не побили они меня, так с тех пор мы за Варту и не ходим, а по той реке граници свои держим.
   Вот тут меня и проняло, вот же вы уроды, ну ободриты, ну козлы тупые, так вы собираетесь на Аттилу идти по чужим землям, да еще и без разрешения их вождей? Ну дауны, так нам могут в спину еще и лютичи ударить, вот зачем они меня позвали. Они дураки думают, что я со всеми вождями песьеголовцев знаюсь, а я лишь часть этих лютинов приручил и радуюсь как ребенок. И не дай боги они решат напать, то в тех лесах порежут всех ободритов как курей. Лютич в лесу как волк в овечьй стае, порвет всех, тут вам не здесь, местные ободриты на своих лошадках по лесу не поскачут.
  
   Уже через три дня моему возмущению не было предела, но я держался, стойко перенося не только тяготы и лишения военных будней, но и хамство со стороны конунга Воломира.
   Мы с трудом выкупили у Воломира еще 40 повозок с конями для перевозки припасов, а все свои корабли я отдал Радомиру.
   Радомир кроме того получил от меня еще 50 специально для него привезенных мечей в уплату за поход. Эти мечи мы оптом тут же продали по 30 гривен серебра, а все вырученное серебро я отдал Радомиру. На эти средства можно нанять на время похода пару сотен добровольцев, и оплатить поход людям Радомира. Теперь я не сомневался, что никто не отберет у брата мои корабли и самого Радомира не прикончит одним ударом.
   Мы уже целую неделю огромной колонной-змеей поднимались вверх по реке Обра.
   Идея у конунга Воломира была простая, требовалось прийти двум армиям в верховья рек Эльба (Лаба) и Обра, и там стать лагерем, выслав на разведку передовые отряды. Разведка должна определить маршрут выдвижения войск Атли, и вступив в бой начать отход в установленное место для битвы, а там мы уже навалимся со всех сторон и побъем собачего сына Аттли.
   В этом плане был косяк и не один.
   Первое, это надежда на то, что Атли лох. То есть Воломир почему-то был уверен, что Атли тупо бросится преследовать передовой отряд и попадет в подставленную ловушку.
   Второе, Воломир думал, что Атли еще не выбрал маршрут движения, и его вот так вот можно спокойно ждать. Нет, я думаю, что Воломир судит людей по себе. То есть он не понимает куда может пойти Атли, так как больших войн еще не вел и стратегическим мозгом от рождения не одарен, поэтому Воломир тупо разделил свои силы и ждет врага.
  А вот я понимаю, почему Воломир так плохо поступает.
  Да потому, что у каждой войны и у каждого похода должна быть цель, главная цель войны. И если ты не понимаешь эту цель, если ты не можешь продумать ход противника, то ты неминуемо допустишь ряд стратегических ошибок, что приведет к поражению в компании.
  Вот какая цель войны сейчас для Атли? Очень просто, нужно вернуть стол своему сыну, а потом уже можно заняться и Воломиром. Посему сейчас Атли не выгодно сразу идти в земли Воломира, да потому, что у него точно нет полных данных об армии всех сродственников и союзников Воломира, Атли не может идти вот так вот наобум в лесные чащи, а земли вдоль Лабы уже хожены-перехожены и всем известны. Да и союзники у него там есть, эти ж юттунги и бургунды с саксами, их можно призвать, если врага с Лабы сбить.
  Поэтому его армия прямым ходом от верховий Дуная двинется к верховьям Эльбы и там сразу же столкнется с войском Тиудимира.
  Три тысячи воинов Тиудимира против пяти тысяч Атли, кто победит? Вот так вот, я уже понимаю, что Воломир допускает стратегическую ошибку, а он этого еще не осознал. Но эта тварь мнит себя великим конунгом, а меня заштатным болотным бароном, поэтому уже неделю со мной не встречается. Мне не передаются данные разведки, и я понятия не имею где мы сейчас находимся и куда идем.
  Более того, он поставил мое войско в центр колонны, то есть нас ведут как мясо, охраняя со всех сторон, но я предпринимаю все, что могу. Я организовал настоящий боевой порядок полка в предверии вступления в бой. То есть у меня есть и головная и боковые походные заставы, что двигаются на приличном удалении от колонны и прочесывают крупным гребнем всю прилежащую к маршруту движения местность. Кроме того, я с достоинством упертого осла рисую карту местности, пополняя свои познания в местной географии. Я уже нарисовал кучу речушек, у которых даже нет названия. То есть Воломир и его люди прекрасно знают местность до реки Варта, там их последняя кроепость Любуш или Любич стоит, а потом как отшибло у них что-то.
  Говорят тут лес "девственный", и в те леса никто ни разу не хаживал, а за лесом тем проживают злобные лютяне или лютичи, за ними какие то мозовшане живут, но до тех мозовшан не дойти. Кто такие мозовшане не знаю, может прото поляки, хотя вот например эти ободриты, они ведь тоже типа прото поляки, как и лютичи.
   Питаться нам приходится в основном своими припасами, так как первыми скупают все продукты во встречных селениях люди Воломира, а мы даже за приличную цену серебром уже ничего купить не в состоянии, так как ничего нет. Но я покупаю, выкупаю коней и коров и тут же отправляю мясо в котел. Хрен вам, я свои припасы расходовать не собираюсь, не известно сколько продлится наш поход.
   Моя болотная банда уже потихоньку принимает форму войска. Не смотря на то, что дома я провел пару тренировок и учений, но этого было мало. А вот теперь я постоянно используя рог подаю разные сигналы и машу флажком. Флажков у меня несколько на длинном копье метровый квадратный отрезок с нарисованной лошадью, это знак конницы, вепрь это отряд дряговичей, лось - отряд кривичей, лиса - отряд мокшанских наемников, а для своей дружины я придумал знак медведя.
   Вот так вот трубишь сигнал внимание, в каждом отряде назначены наблюдатели, которые тут же поворачивают головы в сторону князя, а потом поднимаешь нужный флаг и трубишь для него сигнал. Например поднял сигнал конницы и подал сигнал ВПЕРЕД, а потом поднял флаг дряговичей и подал сигнал РАССТУПИСЬ. И получается очень красиво, мои болотные песьеголовцы рассыпаются и пропускают сквозь свой строй конницу Радко, а как конница пройдет, тут же собираются в плотную толпу.
   Да слово толпа я применяю не для красивого словца, потому что красивое слово СТРОЙ по уставу означает - "предусмотренное уставом размещение военнослужащих для их совместных действий в пешем порядке или на машинах". Так вот, слово СТРОЙ для моей банды не применимо, это именно организованная для совместного разбоя толпа гопников.
   Вид у песьеголовцев реально страшный, у каждого воина на голове какое-то родовое животное, а сами одеты в шкуры. И такая воющая, мычащая и блеющая толпа по моему сигналу опускает копья и прикрывшись каплевидными плетенными щитами начинает двигаться вперед, реально жуткое зрелище.
   Но самое главное, я учил моих воинов самому страшному строевому приему. Это занос фланга, то есть правый или левый фланг вперед, это стандартная команда для любого срочника, и любой душара уже после первого пинка дедушки начинает выполнять эту команду. Но если бы только знали какая пропасть между духом 20-го века и зрелым дедушкой 5-го. Неделю, целую неделю я трачу кучу времени, чтобы научить этих уродов поворачивать строй коробки воинов всего из 100 человек, но идет все со страшным скрипом. А самое главное, мне нужно научить их отходить назад, при этом занося фланг, так как конница может легко выскочить из перелеска с фланга и мне нужно быстро прикрыть опасное направление умелым маневром, а маневр не получается, вернее получается, но как-то криво. Всех своих пеших воинов я разбил на семь коробок по 100 человек, а конница состояла из двух сотен лёгкой конницы и сотни латной конницы.
   В каждой сотне пешцев были назначены по 20 застрельщиков, это те люди кто выбегал метров на сто от основного строя и начинал метать стрелы и болты, то есть бить из луков и арбалетов по надвигающемуся врагу, а потом стрелки убегают в конец строя и уже стреляют по врагу навесом, через головы.
   А еще мы на конец выучили команду "БЕЙ", по этой команде все воины вдруг резким движением метали вперед сулицы. Град сулиц был реально красивый, и я надеялся, что это даст хоть какой-то шанс моим песьеголовцам, хотя я в это не верю, что то мне подсказывает, что в бою все эти люди просто забьют на мои команды. Поэтому надежда у меня была только на конницу, на то что конница выполнит хотя бы одну, но очень важную задачу. Радко мастер степной войны. Количество конных походов я даже сосчитать не могу, правда битвы были маленькие, то есть одна ватажка конных воинов гоняла другую ватажку и это либо сто на сто, либо еще меньше воинов.
   Легкие конники Радко имели вполне обычный вид, а вот мои тяжелые всадники были настоящими демонами болот. Каждый конь был прикрыт медвежьей шкурой, свисающей до земли, а на морде к стальной пластине приделана часть черепа медведя. Все мои "проторыцари" поверх доспехов тоже одели медвежьи шкуры, а поверх шлема часть черепа мишки.
   Легкие конники Радко должны вступить в бой с пехотой противника метая во врага дротики, для этого в седельных сумках у каждого было по пять сулиц. А если встретят конницу врага, то нужно вступить в лучный бой и отойти . Мне нужно встретить вражескую конницу своими чудо рыцарями именно в лоб, используя как таран моих конных латников. Латники должны остановить вражеский отряд, а уже легкая конница развернувшись должна погнать противника подальше, давая возможность латникам выйти из боя и отойти. Латники ни в коем случае не должны преследовать отходящую конницу врага, это именно то что я требовал от Радко. Легкая конница может делать все что угодно, если в ходе преследования моя легкая конница увидит превосходящие силы противника, то можно легко развернутся и уйти к основным силам. Латники уже убежать не смогут, слишком много железа навешано и на людей, и на коней. А кони у меня нифига не тяжеловозы, бывает что при резком повороте на полном скаку моя коняшка с прото рыцарем просто падет как подкошенная. Порода слабовата, хотя я и так для тяжолой конницы выбрал сотню самых сильных коняшек.
   Через 8 дней похода вверх по Обре мы встали у последнее крепости Воломира Любуш, и начали обустраивать лагерь. Всё промежуточная цель похода достигнута, мы стоим в дремучем лесу вдоль заболоченного берега реки. Можно даже ограждение лагеря не ставить, напасть большими силами в такой местности не реально, противник будет медленно продираться по бурелому, а мы успеем и позавтракать и построится в боевые порядки.
   Теперь нужно дождатся разрешения вождей лютинов на проход. Я отправил несколько десятков своих песьеголовцев с подарками в поисках вождей лютинов. Два отряда получили по десятку топоров и железных ножей, затем разбившись по секторам пошли искать лютинов.
   Ожидание затянулось, мы просидели целую седьмицу, а потом мой первый отряд пришел сам без подарков, но сказали, что людей лютинов видели, но те приняв подарки выгнали моих песьеголовцев со своей земли, а сами обещали прийти к Любушу на переговоры. А вот на девятый день второй отряд привел с собой три десятка точно таких же как и мои песьеголовцев и одного размалеванного вождя.
   Потом подошли еще три вождя и мы затеяли переговоры.
   Воломир расщедрился и подарил вождям каждому по сотне гривен серебра за проход по их лесам и за предоставление проводников, а так же разрешил ежемесячно ходить на торг в Ретру.
   Как ушли лютины мы двинулись вперед и шли по лесам еще десять дней, потом как уже речушка превратилась в заболоченную лесистую местность мы встали.
   На десятый день Воломир объявил военный совет.
   На военном совете было объявлено, что передовой отряд Воломира нашел лагерь Атли. Враги стояли на берегу Дуная и похоже ждали подкреплений. И тут же Тиудимир предложил соединить силы и двигаться вперед через Железные ворота на разгром подлого Атли, пока он не успел собрать свои войска. Я уточнил, что такое Железные ворота и понял, что это какой то проход в горах между Данубисом и Оброй. Поковырявшись в голове я вспомнил про какой то партизанский фильм 70-х годов, там Ковпак по Карпатам скакал, выходит железные ворота - это ворота в Карпатских горах, что ведут к Дунаю.
   Пока я занимался воспоминаниями из прошлой жизни военначальники с пеной у рта доказывали как будут резать подлых псов Атли.
   Я слушал их с презрением.
   Они по времени являются местными, это я тут чужак-попаданец, и они должны все эти приколы и обманки разгадывать на раз, но куда там. А может потому, что я видел много исторических фильмов и в детстве читал множество приключенческих романов про махание мечем и древние битвы, а какой собственно опыт у Воломира, ну гоняет он своих соседей и что с того. Максимальная битва тысяча на тысячу, да такой армии как сейчас он ни разу то и не видел.
   Вот интересно, а опыт разгрома Атли войска брата своего меньшего Ильдигаса Воломир изучил, или разгром войск Озантрикса рассмотрел, вряд ли, тут такое шапкозакидательство процветает, что ни о каком разумном планировании никто не думает.
   Ну я и встрял в обсуждение разговора.
   - А какая там местность впереди? - спросил я командира передового отряда.
   Тот посмотрел на меня, потом на Воломира и когда тот кивнул сказал - три дня пути лес, потом в предгорьях местность более менее открытая начинается, а на седьмой день пути и вовсе пастбища хорошие, правда холмы высокие.
   - Если бы ты был царем Атли - я посмотрел на Воломира - стал бы ты гонятся по лесам за множеством мелких дружин своего врага, или ты бы заставил своего врага объединить силы, что бы одним разом всех разбить?
   Присутствующие переглянулись, а я продолжил опрос командира разведотряда.
   - Скажи воевода, а много ли у врагов конницы?
   - Так половина отряда будет.
   Я кивнул.
   - Вот тебе очередная подсказка Воломир - я обратился к конунгу ободритов - у врага куча конницы, а твои воины спокойно приблизились к лагерю Атли, сосчитали его воинов и спокойно ушли?
   Командир разведотряда вскочил и схватился за меч.
   - Ты что обвиняешь меня в предательстве, или ты считаешь, что мои воины трусы и они не могут приблизится к лагерю врага?
   Все зашумели, поддерживая возмущение воеводы, но я поднял руку.
   - Радко мой воевода, что живет у самой границы степи и он множество раз воевал с кочевниками. Скажи Радко как воины хана Кугума охраняют свой лагерь.
   Радко посмотрел на меня, а потом что-то поняв начал рассказ.
   - На сутки пути от лагеря по всей местности скачут крупные разъезды, к лагерю пробраться очень трудно, много наших лучших охотников, что уходили в разведку более никогда не возвращались.
   - Ну, Воломир? - я посмотрел на конунга - ты что же думаешь, что царь царей Атли, который много войн прошел и бил армии самих императоров ромейских мог допустить вот такую вот оплошность, когда твои воины спокойно приблизились к его лагерю, сосчитали его воинов и спокойно ушли? Не обвиняю я твоих людей в трусости, нет там никакой трусости. Их просто перехитрили, им дали подойти, разведать и уйти, а вы воеводы и конунги теперь подумайте зачем. Зачем это Атли?
   Присутствующие на совете зашумели, но потом Воломир поднял руку и все притихли.
   - Ты прав Чеслав, тут все странно, не похоже это на Атли, никогда он таких глупостей не допускал, что бы вот так вот прийти и ожидать часть своего войска, обычно все воеводы приводили войска к месту сбора в строго указанное время.
   - Он хочет заставить тебя идти вперед и принять бой на том месте, что уже выбрано Атли.
   - И что с того? - Тиудимир возмущенно вскочил с места - мы разве не на бой шли, и пусть эта собака Атли знает, что мы его не боимся. Поведем наши дружины к предгорью, там объединимся и пойдем к Данубису (Дунаю) на бой.
   - Если великие конунги и воеводы, соизволят послушать презренного болотного князя, то я могу вам кое-что предложить.
   Все как будто в ступор встали, таких велиречивых слов тут походу никто не слышал, потому я осознав, что все внимание направлено на меня продолжил.
   - Мы можем пойти вперед, это именно то, чего хочет Атли, но мы не должны полностью играть по его правилам. Мы найдем подходящее для битвы место в лесу, там где будет не удобно воевать коннице Атли, и оставим там весь обоз с охраной, например я могу остаться на охрану обоза и вот со мной пусть останется Святовит князь руянский. А вы объедините силы и пойдете на Атли, нападете на него вечером, а когда наступит темнота просто уйдете с поля боя, изображая отступление. И придете туда, где будет стоять обоз, вот там мы и примем главный бой. Таким образом мы выманим Атли с избранного им места сражения и навяжем ему свои правила боя.
   Все, что происходило дальше, мне напоминало стенограмму съезда КПСС. Восхвалительные речи, обещания выполнить три пятилетки за один год и разгромить в трое превосходящего противника по имени 'собака Атли', они так и говорили 'подлый хунгс Этли'.
   Вот именно так, все воеводы Воломира говорили не просто Аттила, а говорили "собака Атли". Тут наверное именно германское влияния проявилось, то есть гун Атли у германцев идет как "гунс Этли", то есть 'гунс-собака', и местные переведя это слово именно так и величают страшного гунна.
   Но как ни странно Воломир молчал и в хвастливых речах замечен не был, а потом он взял слово.
   - Это хороший план, только Атли не поверит в то, что моя дружина бежит с поля боя. А вот если ты пойдешь с нами и станешь на самом опасном месте не сдержишь удара и побежишь, тогда за тобой побегут и другие, таким образом мы покажем ворогу настоящее бегство, и Атли точно поверит и пойдет дальше.
   Вот ты сука, подумал я, так и хочет моих чудо-воинов, богатырей болотных мать его так, под копыта коней подставить, только не угадал ты Воломир, я уже три года воюю с песьеголовцами и прекрасно знаю с какой скоростью они умеют драпать. Если кривичи и дряговичи побегут, то их даже конница Буденного хрен догонит.
   - Хорошый план - сказал я, стараясь сохранить каменное лицо смелого придурка - но мне нужен на усиление отряд лучников.
   - На охране обоза останется дружина моего сына Видимира, он же тебе даст две сотни стрелков - подвел итог совещания Воломир, все остальные пойдут на встречу с Атли.
   Через 6 дней пути на юго-восток мы таки соединились с войсками Тиудимира и Святовита. Простояв на месте еще два дня, пока конунг Воломир подыщет хорошее место генерального сражения, и нарубив себе огромное количество длиннющих палок похожих на рогатины против конницы и обработав их на кострах мы, оставив основной обоз пошли вперед навстречу Атли.
   Каждый воин тащил на плече кроме своего оружия и почти четырехметровое раздвоенное и заточенное бревно, которое мы должны вкопать перед строем для сдерживания налетов конницы.
   Ну вот неплохое поле, подумал я тут можно стать, однако мы прошли дальше. Потом я еще видел пару неплохих мест для сражения, но и эти поля мы прошли, упрямо двигаясь навстречу войску Аттилы. Поля мне уже не нравились, так как начинались предгорья и за следующей сопкой легко можно было встретить противника.
   Однако я все таки ежедневно рисовал карту и определял порядок отступления. На пятый день пути мы стали. По колонне прошел слух, что враг вышел навстречу. Ну вот, началось. Походу разведка Атли выявила наше направление движения, и теперь сам царь царей понял, что мы вышли таки из леса, и любое сражение на той местности, где мы находимся сейчас будет ему на руку.
   Ведь если судить по правде, именно так все и есть. Ведь я рассуждаю с точки зрения пехотинца, мне нужно, чтобы оба фланга упирались в препятствия и враг нападал только в лоб, поэтому я инстинктивно искал где с обеих флангов был либо лес, либо болотце или река, так чтобы вражеская конница вынуждена была бить в лоб. Хотя зря я так, тут конница используется как средство раздергивания врага, то есть бить в лоб они все равно будут союзной пехотой, а вот конница будет рвать наш строй стрелами на дистанции не больше сотни шагов что бы мы сулици добросить не могли.
   То место, куда мы вышли больше напоминало не очень ровную строй площадку. Где на ровном поле имелись отдельно лежащие огромные кучи камней, что вылазили из под земли, были редкие лесные полянки, но в основном местность нам конечно не подходила и враг мог вести длительный обстрел нашего войска из далека, так как поле через пятсяот шагов опускалось вниз. Образуя овраг, а потом опять поднималось вверх почти на уровень моего лица.
   Когда я уже собрался возмутиться, от Воломира поступил сигнал общего отхода на предыдущее поле.
   Воломир растет в моих глазах, он сейчас четко разыграл перед Атли изумление от встречи с передовыми разъездами врага, неуверенность в себе и желание не вступать в бой на плохой местности.
   Мы отходили целые сутки, а в это время наш арьергард от отряда Тиудимира уже сражался с авангардом Атли. Теперь уже Атли должен понять, что времени у него нет, нужно срочно догнать врага и навязать генеральное сражение.
   Отряды легкой конницы Атли периодически появлялись в пределах видимости и тогда им на перерез бросалась конница Тиудимира.
   К вечеру мы подошли к хорошей полянке, что я присмотрел заранее. Как я и ожидал мне досталось место на самом левом фланге боевого порядка. Самым правым стал Тиудимир, потом Святовит, далее дружина самого Воломира, потом отряд его сына-князя варгов-поморов Валамера, и уже в конце моя дружина.
   Идея была простая, самый сильный отряд Тиудимира при поддержке хоть и маленькой, но мощной руянской дружины должны сломить левый фланг войск Атли и отбросить врага назад. А мой фланг удар не сдержит, потому, что против меня поставят тоже самых сильных, и мы по замыслу должны дрогнуть и сбежать. Поскольку сзади у меня находится неплохой перелесок плавно переходящий в настоящую чащу, то разгромить меня до конца враг не сможет, так как в лесу нас просто бессмысленно преследовать.
   Но вот дальше, как только левый фланг дрогнет и побежит, Тиудимир должен немедля прекратить преследование врага и развернувшись ударить в спину тем, кто пробьет наш левый фланг. То есть это не простой план, типа бежим и тащим врага в засаду, это настоящая битва. И Атли должен будет бросить в бой все силы, чтобы вытащить из ловушки свой правый фланг, а мы в это время спокойно отступаем на следующую полянку, и так далее до самых обозов, где мы дадим генеральное сражение.
   Не смотря на такой хитрый план, я все таки боялся, что мой строй не удержит и первого удара, а если мы побежим раньше, чем Тиудимир сгонит противостоящих ему вражеских воинов, то весь план рухнет к собачьей матери. Мы просто завязнем в бою и тогда отход может превратится в банальное паническое бегство.
   Выходит, что Воломир все таки мне доверяет и он знает, что первый удар я выдержу. А как же я ведь не зря таскаю с собой почти два десятка боченков смеси спирта и смолы.
   Мы начали строится, в первую шеренгу я выгнал стрелков, чтобы отгоняли разведку противника, а сам начал готовить лес к бою. Две сотни воинов "кривичской гвардии" с топорами пошли в лес позади нашего войска и начали рубить деревья, валя их кронами вперед к противнику. Я конечно верю в Тиудимира, но бежать на виду у врага почти пятьсот шагов до леса я не хочу, за пятьсот шагов, нормальный всадник успеет выпустить в спину бегущим два колчана стрел, а вот завал сзади я поставил не просто так.
   Я немножко изменю план Воломира, и под ударом превосходящих сил врага, я просто отойду своим левым флангом назад, прижимаясь одной сторой буквы "Г" к людям Валамера, а дургим концом 'Г' к лесному завалу.
   Вот и получится, что мой правый фланг по прежнему прикрывает Воломир и его сын Валамер, а левый фланг прикрывает почти двести метровый лесной завал. А за спиной моего строя в нужный момент мы разольем спирт со смолой, и после отхода подожжем это спиртовое озеро. Так что враг, окажется в непростой ситуации, и вражеская конница такого кипиша не выдержит. Придется Атли бросать в бой союзную пехоту. А вот пехоту мы можем сдерживать хоть целый час без проблем, пока не перегорит спирт, и как только поле будет свободно от огня, то во фланг его воинам из леса вылетит конница Радко.
  
   Мы стояли в строю больше трех часов, как я определил, да очень просто, когда начали строится был полдень, а вот сейчас я уже хочу кушать, то есть уже ужин, да и солнышко начинает скатываться вниз.
   А в пятистах метрах от нас на полянку начинают выходить маленькие групки вражеских пехотинцев, все больше и больше, часть из вражеских воинов начали строится в какую-то малозаметную линию, но некоторые отряды по две-три сотни воинов не останавливаясь медленно пошли вперед. Вначале было шоу. Я раньше такого не видел, воины врага начали орать на наших воинов и показывать неприличные жесты, а потом из строя Валамира вышло с десяток здоровенных мужиков с топорами и щитами и пошли навстречу врагу.
   Еще не до конца осознавая что происходит, я поскакал к Воломиру, но было уже поздно.
   В центре, меж двух строящихся армий уже начались первые схватки.
   То ли это нормальное явление, то ли сам Воломир был до безумия возмущен, но он молча выслушал мои возмущения и просто пожал плечами.
   - Да пойми ты Воломир - пытался я достучатся до конунга - они пытаются расстроить наши ряды, а как только ты поддашься на провокацию, то вон из того леса выскочит конница и сомнет нас. Дай команду своим сыновьям не поддаватся на провокации и стоять ровно.
   - Так мы же должны все равно отступить - не понял Воломир.
   - Мы должны отступить, только тогда, когда твой сын Тиудимир продавит левый фланг врага.
   - А он уже продавливает - мой собеседник поднял руку и показал направо.
   Вот ты ж суки, ну как вас уродов так просто покупают.
   А справа творился хаос, не выдержав оскорблений и подначиваний противника из строя Тиудимира вначале выскочили с десяток всадников, потом сотня пошла за ними, а потом и вся дружина в восемь сотен конных ринулась вперед.
   Все так просто, вот так вот по лоховски начинаются великие битвы, да мать же вашу, вам вообще про дисциплину строя и единоначалие кто-то рассказывал, блин дикари хреновы.
   Я ожидал всего, что угодно, но вот того что дальше произойдет я точно не ждал. Еще за две сотни шагов до столкновения с конницей Тиудимира, вражеская пехота кинулась на утек оголяя фланг своего войска, а конница Тиудимира довернув левее ударила в соседний вражеский строй. Ударила, но пробить не смогла. Вот это чудеса, вражеская пехота устояла.
   Бой уже больше получаса шел на правом фланге, а мой левый фланг никто не атаковал. Однако в бой уже втягивались отряды Световита. Подскакал посланец от Воломира - княже, конунг наказал идти вперед, сейчас Валамер двинется и вы вместе с ним.
   Да что б вас, сплюнул я, мы тут стоим в специально подготовленном месте, а сейчас нужно уходить вперед, полностью разрушая весь план боя.
   - Стоим - сказал я посланцу - передай Воломиру, что мы должны стоять, там только вражеская пехота, а мы стоим на краю поля, если мы пойдем вперед, то подставим фланги под конницу.
   Посланец ускакал, а через какое-то время воины, что стояли справа от моей дружины начали движение вперед.
   Вот вам и планирование, не выдержал конунг и послал своего сына Валамера вперед, теперь наше наступление можно было обозначить красивым словом из 20-го века, как "наступление уступом в лево". Когда от атакующего справа плавно отстает сначала центр, а потом и левый фланг наступающего войска, и мы автоматически поворачиваем свой боевой порядок чуть правее, оставляя весь правый фланг открытым, а это значит, что через какое-то время враг контратакует справа прямо в выставленный фланг и зайдет нам в спину.
   Я поднял рог и загудел сигнал внимание, а потом подал команду поднять стяг конницы и подал команду "СМЕСТИТЬСЯ В ПРАВО".
   Лес позади нашего строя зашевелился и три сотни воинов пошли вперед смещаясь в право. Убедившись, что конница прошла я подал команду внимание, и сигнал "ВЕПРЬ И ЛОСЬ ВПЕРЕД"
   Четыре коробки по сотне воинов от отрядов дряговичей и кривичей двинулись вперед. Дождавшись когда первые коробки пройдут двести шагов я подал сигнал "ЛИС и МЕДВЕДЬ ВПЕРЕД", и вот так вот двумя линиями мы пошли вперед, а стрелки начали отход назад.
   Дожидаться нашего подхода враг не стал, строй пеших воинов со щитами и копьями дрогнул, а потом набирая скорость кинулся вперед. первые вражеские силы ударили по нашему центру, где шла дружина Валамера, а я осознав что теперь уже и не сбежишь опять задудел в рог. Вначале сигнал внимание, а потом сигнал "СТОЙ".
   Выскакивающие из леса пешие воины противника, с диким воплем пробежав разделявшие нас три сотни шагов налетели на мои четыре коробки строя. Вот так вот бежать и орать, это какая дыхалка нужна, и где собственно Атли, пока что тут видны только пехотинцы готы, или герулы, как их различить я вообще не понимаю.
   Мои первые четыре коробки первый удар сдержали, но врагов оказалось намного больше и вот часть набежавших воинов уже захлестывала мой передовой отряд с боков и со спины.
   Сигнал ВНИМАНИЕ, флаг с луком и опять сигнал ВПЕРЕД.
   Лучники и арбалентчики выскочили вперед из-за спин второй линии воинов и начали бить стрелами и болтами по просочившимся воинам врага.
   Так теперь сигнал "ВЕПРЬ И ЛОСЬ ОТХОД".
   Наметилась нехорошая ситуация, расстояние между войсками Валамера и моими воинами начало увеличиваться и вдруг напор на мою первую линию ослаб и все свободные воины врага, что до этого бегали вокруг первой линии строя песьеголовцев пытаясь ткнуть копьем, вдруг разом кинулись на левый фланг Валамера.
   Мои люди пятились, отступая ко второй линии, а левый фланг центральной дружины Валамера уже начал прогибаться и отходить под натиском врага вправо, увеличивая разрыв в боевом порядка и отдаляясь от меня вправо.
   Когда я соединил свои коробки в сплошную линию и остановил врага, сосед справа уже был на удалении от меня почти в двухстах шагах. А вражеской конницы все еще не было, ну ладно можно рискнуть.
   Сигнал внимание, для конницы "СМЕСТИТЬСЯ ВЛЕВО", и тут же сигнал "АТАКА".
   Надеюсь Радко поймет куда нужно бить, ему сзади от леса прекрасно видна дыра, что отделяет мой строй от боевого порядка Валамера.
   Я услышал синхронный топот и повернул голову, из леса медленно набирая скорость выдвигался отряд Радко. Отряд Радко вначале ехал действительно медленно, и на ходу воины перестраивались в четыре линии с тяжелыми всадниками в первой шеренге, но вот за две сотни шагов до противника отряд ускорился, а ещё за сотню шагов опустились пики первой шеренги.
   Трах, тара-рах, звук влетающей во фланг вражеской пехоты конницы пролетел по полянке и конница не останавливаясь прошла вначале между боевым порядком меж моей пехотой и пехотой Валамера, а потом не снижая скорости конница полетела вперед.
  Мать твою, Радко, урод, я же сказал не тащить вперед латников. Блин, блинский, ну что ты сделаешь, их теперь не остановить.
   Сигнал пехоте "СМЕСТИТЬСЯ В ПРАВО". Мы медленно начали движение к центру нашего войска.
   Моя конница отогнала пешего противника шагов на триста и как не странно повернула назад. Я видел как на большой скорости отряд Радко обогнул мою пехоту слева и за спинами полетел в сторону правого фланга. Я осмотрелся и офигел, мать твою так, ударил таки Атли.
   Справа на ввязшую в бою с пехотой гепидов конницу Тиудимира накатывалась конная лава Атли, не меньше тысячи воинов.
   Этим все могло и закончится, я если честно уже обдумывал план настоящего, а не вымышленного бегства, как загудели рога командующего Воломира.
   Когда моя пехота пристала флангом к пехоте Валамера, я увидел как из леса вышли три ряда конницы Воломира и медленно набирая шаг двинулись в сторону конницы Атли, а потом отряд Радко и конный отряд Воломира объединились и увеличив темп врезались во фланг вражеской коннице, спасая от полного разгрома несчастного Тиудимира, которому ударили по правому флангу.
   Блин блинский, полный разгром пока что остановлен, надолго ли?
   Увидев, что левый фланг нашей армии восстановил порядок, вражеские воины построились и медленно, с надменностью выкрикивая слова и стуча топорами по щитам двинулись на нас. Вот блин, это похоже основные силы подоспели.
   Сигнал "СТРЕЛКИ ВПЕРЕД".
   Из строя выкатились две сотни лучиков и сотня арбалетчиков и во врага полетели болты и стрелы. Однако вражеский отряд изобразив пародию на римский строй "Черепаха", продолжил движение вперед. Болты конечно пробивали отдельные щиты, и я видел как падают вражеские воины, но их место тут же занимают другие и злобная черепаха медленно ползет на нас. Да, маловато я взял арбалетов, а луки тут бесполезны абсолютно.
   В результате не очень удачно нашего выхода в центр поля, мой левый фланг оказался полностью открыт, и еще не успела подойти пехота, как почти три сотни вражеской легкой конницы выскочили левее меня и начали обход моего фланга.
   Хрен вам, не дождетесь, сигнал "СТРЕЛКИ НАЗАД", а потом я тронул своего коня и понесся позади строя на левый фланг боевого порядка, чтобы пошевелить пехотинцев и начать загибать букву 'Г'.
   Вражеская конница забрасывая нас стрелами обходила слева, но мы уже совершили половину маневра отхода, и надежно прикрывались от стрел щитами, а мои стрелки из строя пытались бить по коннице. Но такой маневр не был отработан до автоматизма, поэтому большого ущерба вражеской коннице нанести не могли.
   Я развернулся и поскакал вдоль строя на правый фланг к Воломиру.
   - Конунг, нам нужно отходить, иначе нас отрежут от леса.
   - И пусть отрезают - крикнул Воломир - смотри конница наша отбросила Атли и сейчас погонит подлого пса.
   - Разве ты забыл, что говорил тебе я о степняках, разве не знаешь ты зачем Атли отступает, он хочет вытащить нашу конницу подальше от основных сил и разбить, подай сигнал на отступление.
   - Не время сейчас отступать, уводи свой левый фланг ближе к моему сыну и крепче держи копья.
   Мать, мать же твою так, вот урод же.
   Я хлестанул коня и полетел опять к своим воинам. А ситуация на фронте поменялась, вражеские всадники обошли наш фланг и уже практически за спиной у Валамера организовали карусель, засыпая воинов стрелами, поэтому задние ряды вынуждены развернуться и прикрыться щитами. Классический капкан, вражеская пехота давит нас спереди, а спины давят конные лучники, однако вражеские лучники уже практически влетели в спиртовое озеро, и можно было их отпугнуть, но при этом спалив на хрен мою ловушку. К черту ловушку, еще час и нас перебьют стрелами.
   - Огонь - заорал я лучникам - бейте огненными стрелами по коннице.
   Первые стрелы, коптя небо черным дымом взметнулись вверх и пошли плавной дугой в сторону вражеских конников. Через какое-то время трава и перелесок задымились, а потом появился огонь и обстрел прекратился.
   Вражеская конница шарахнулась назад, отходя от огня шагов на триста. Мы же в это время под давлением пехоты противника продолжали отворачивать левый фланг, изображая кочергу или букву "Г". Уже в закатных лучах я видел как вражеская конница пролетела по сгоревшему полю, стараясь обойти нас с фланга, но через какое-то время вернулась назад, наверное попали в лесной завал.
   Ну вот и все, осталось продержаться какой то час, и ночь накроет и это поле, и тех кто остался на нем лежать.
  
   Уже темнота медленно поглотила сражающиеся ряды, а битва не затихала ни на час. И самое странное, что за все это время я не вытащил свой меч из ножен ни разу.
   Наша пехота плотно прижавшись друг к дружке периодически метали из задних рядов одиночные сулицы во врага, враг периодически наскакивал на наши ряды, а потом как ни странно откатывал метров на тридцать назад. И так раз за разом. Противник весьма умело маневрировал, то в одном, то в другом месте вражеская пехота старалась создать превосходство и продавить наш строй, но ничего не получалось, так как стена длинных копей и рогатин моих воинов не позволяли противнику приблизится в плотную для решающей схватки.
   Я конечно и раньше представлял силу копейного строя, но вот так видеть не приходилось. Огромное поле примерно метров в семьсот было занято отступающими дружинами. Дружинники Валамера и мои пехотинцы став примерно в 6-8 рядов медленно отходили из центра поля к кромке леса.
   Я вертелся на коне позади шеренг и носясь по полю старался поддерживать ровность шеренг и поддержать взаимодействие с пехотой своего союзника Валамера.
   Конницы нашей же не было видно уже давно, и меня это сильно беспокоило.
   По пехоте мы с врагами имели четкий паритет, я с коня прекрасно видел, что у врага нет преимущества ни в количестве воинов, ни в вооружении. Даже можно сказать, что воины и Воломира и противники были вооружены и одеты одинаково, а вот у моих пехотинцев копья были примерно сантиметров на 50 длиннее.
   Валамеровы воины уже давно рубились с врагами в настоящей прямой сече, а вот мои песьеголовцы отвернув от направления главного удара врага, продолжали сдерживать противника на приличном расстоянии. Как только вражеские воины откатывались назад после очередного налета, из задних рядов продвигались стрелки и из-за щитов били по врагу стрелами и болтами.
   Поэтому, не получив значительного превосходства на левом фланге противник продолжал плавно сдвигаться в центр строя и давил на людей Валамера все сильнее и сильнее, я уже видел, как прогибается центр его построения, причем на моем направлении у врага было всего четыре шеренги, что было намного меньше чем моих воинов.
   И вот теперь стоял самый важный вопрос, можно конечно дождаться, когда проломят центр и бросившись в лес изобразить бегство, ведь именно так мы и договаривались на совете, но тогда связанные боем люди Валамера понесут катастрофические потери.
   Можно кинутся в контратаку на левом фланге и отбросив врага слева, попытаться атаковать центр вражеского войска, это вынудит противника ослабить натиск на дружину Валамера и как минимум перейти к обороне, а там уже и ночь наступит.
   Но вот где же конница, если наши там побьют конницу врага, то могут в скорости вернутся и ударить вражеской пехоте в тыл, а это уже полный разгром противника. Но может быть и так, что наши уже не вернутся, ведь вражеские пехотинцы не дураки и они не просто так нас давят, значит уже знают о судьбе нашей конницы, а это уже плохо. Потому что с древних времен у кочевых народов был любимый прием изобразить бегство и увести часть войска противника от основных сил, там их разгромить, и уже потом имея превосходство добить оставшихся.
   В тяжких раздумьях я чуть не пропустил кульминационный момент, когда наш строй в центре чуть не распался. В стане врага прогремел рог, а потом дикий вопль вражеских воинов и противник усилил удар и центр строя Валамера начал заваливаться.
   В прямом смысле заваливаться. Передние воины падали, а враги переползая через лежащих людей тут же врезались и опрокидывали вторую и теснили третью линию.
   Еще мгновение и центр будет проломлен, вот для такого случая я и держал в резерве конницу Радко, что бы ударить из леса по прорвавшейся пехоте, но теперь Радко не было, он увлекаемый основной массой конници куда-то увел свой отряд, а на поле боя пехота терпела поражение.
   Я еще раз привстал на стременах, так и есть враг все силы бросил в центр строя, при этом значительно ослабив фланги.
   Рог, сигнал ВНИМАНИЕ, все флаги вверх и сигнал "ВПЕРЕД".
   Вот теперь и мне пришло время обнажить меч, я еще раз загудел в рог подавая сигнал ВПЕРЕД и тронул коня пятками.
   Вначале медленно шаг за шагом мои воины разодетые в разнообразные шкуры и имея вместо шлемов головы лесных зверющек начали движение вперед. А потом все быстрее и быстрее заработали копья и враг начал отходить.
   Ну мать вашу, нужно же и мне изобразить военную хитрость.
   Сигнал "СТРЕЛКИ ВЛЕВО", и последняя шеренга воинов с луками и арбалетами начала изображая плотную толпу начала смещаться влево. Медленно, очень медленно, я хлестанул коня долом меча погнал свою Фафниру к стрелкам.
   - Быстрее, быстрее, вон туда бегите к лесу - я указал направление движения стрелкам - и бейте им во фланг.
   Стрелки включили пятую передачу и побежали, но это было не так то просто. Ведь мы по сути разгибали буку "Г" и выпрямляли линию фронта, так что стрелкам приходилось бежать все быстрее и быстрее по огромному радиусу, и тем не менее они не поспевали.
   А когда мы все таки вышли в ровную линию, вражеский фланг посыпался, и мы уже начали заворачивать в другую сторону эту самую букву "Г", так что стрелки все время оставались за спинами моих песьеголовцев и никак не могли вступить в бой.
   Начавшееся было быстрое движение замедлилось, так как враг прижался спинами к своим воинам, что сейчас давили наш центр, я так и метался, размахивая мечем и подавая команды. Меня прекрасно было видно и враги периодически били по мне из луков или метали сулицы, но под волчьей шкурой был приличный доспех, а на голове под белой волче головой был настоящий стальной шлем. Это вид у меня был бравый и придурковатый, эдакий вождь варваров на коне, но доспех мой был лучшим, наверное, в этом мире и пробить его не так то просто.
   С коня я уже видел, что наше начало было понято и поддержано Воломиром. С правого фланга началось давление на левый фланг строя противника и навстречу моему отряду двинулся правый фланг строя Воломира, как бы охватывая и обнимая врага крыльями.
   Именно в этот момент центр строя Валамера сына конунга Воломира окончательно треснул и раскололся. Враги прорвались в центре и воины левого фланга Валамера начали в быстрном темпе отходить.
   Вот это номер, луна, взошедшая на небеса показала самую странную причуду средневековой битвы. Оба войска опять выстраивались напротив друг друга, но уже с разворотом. Мы теперь стояли спиной к тому месту от куда появились враги, а они стояли спиной к нашему лесу, где был мною оборудован двести метровый завал. Вот сейчас как раз не хватает удара любой конници нам в спину. Вот это будет номер, если наши всадники там победили и сейчас в темноте рубануться нам в спину, ведь никто не знает, что мы теперь поменялись местами. А если выскочат конники врага, то нам пипец сразу. Как-то быстро накал битвы стих. Враги осознали, что вот так вот просто раздавить противостоящего врага не получится, а значит нужно что то предпринимать, но как ведь уже реальная ночь, а ночью удача как правило покидает даже самых смелых и сильных.
   - Князь, князь, где Чеслав? - по полю несся посыльный от Воломира.
   - Да здесь я - я двинул коня навстречу посыльному.
   - Конунг передал, что нужно давить одним махом в сторону леса, а ну как нам в спину ударит конница Атли. Нужно прорываться и уходить, как было уговорено на совете. Сигнал атаки по звуку рога.
   - Понял тебя, скачи к Воломиру и скажи, что мы готовы.
   - Медведи ко мне, медведи - заорал я - медведи ко мне.
   Через какое-то время вокруг меня собрался отряд кованной пешей рати, всего то 50 человек, но зато это это почти ОМОН 20-го века в полной броне и с настоящими мечами.
   - Все остальные идете в колонну строго за мной - заорал я - главное не упереться в лесной завал.
   Туууу, тууу, дважды прогудел рог со стороны дружины Воломира и мы ринулись вперед.
   Как ни странно, но враг большого сопротивления не оказал. Мы вначале врубились в какого то противника, но строя у врага не было и пробив хилый заслон мы клином ринулись вперед, увлекая за собой остальное войско. Впереди шли кованный ратники, за ними прикрывшись щитами и ощетинившись копьями песьеголовцы.
   В это время вражеские воины как по команде, обтекая наши ряды кинулись к своему лесу и полянка начала быстро пустеть.
   Без происшествий мы добрались до своего леса и углубившись в чащу сбавили темп продвижения, а потом я подал сигнал "СТОЙ".
   Теперь спешить некуда, нужно попытаться собрать потерявших ориентировку воинов, собрать раненых и найти Воломира. Отступать нужно тоже правильно, иначе плановое отступление может превратиться в паническое бегство.
   Через какое-то время послышался шум и ругань, а за ним топот копыт и с факелами в руке на полянку вылетели десяток конных.
   В одном из них я узнал Воломира.
   - Здоровья тебе Воломир - поприветствовал я конунга поднимая руку, что бы показать себя.
   Факелы большого света не давали, поэтому меня на фоне темного леса было плохо видно.
   - Чеслав, ты где?
   - Да тут я - я послал коня навстречу охранникам Воломира.
   - Там - Воломир махнул рукой в сторону противоположного леса - наших наверное побили.
   Я поняло о чем говорит конунг ободритов и с горечью осознал, что это самый вероятный исход глупой погони Тиудимира за вражеской конницей.
   - Нужно уходить к обозу, мои люди пойдут впереди, а ты прикроешь отход, двигайся сразу к обозам, мы там встанем и начнем рыть волчьи ямы.
   - Хорошо - кивнул я - моя тяжелая пехота пойдет с вами, а кривичи и вятичи прикроют отход, я останусь до утра, а с рассвета начну отходить, не медли, мы будем отходить очень быстро.
   Воломир махнуло рукой и развернув коня скрылся в лесу, а за ним пришла тьма, так как за Воломиром уехали воины с факелами. Я вот затупил и запастись факелами не сподобился. Спирт свой я сжег нафиг. Хорошо, что осталось двадцать возов на которых я перевозил бочки со спиртом, кстати бочки-то пропиталась спиртом и смолой, а это хорошо.
   - Святозар - заорал я - Святозара найдите.
   Я поднял рог и подал сигнал "ВНИМАНИЕ, ВСЕ КО МНЕ", через какое то время повторил сигнал.
   А что тут маскироваться и стесняться, пусть враг думает, что мы строимся к битве, пусть боятся суки, потому как я тоже немножко боюсь. Остаться одному, изображая крутого мена вот так вот в ночном лесу, типа прикрывать отход основного войска, это вам не халам балам, хорошо что мои песьеговоцы не шли тупо на убой в общей колонне, а шныряли по лесу и теперь местность примерно знали. Кроме того я сам не спал в седле, а рисовал карту.
   Я примерно знал как и где и как текут ручьи и маленькие речушки, что образуют большеводную Обру. И мог пройти напрямик к обозу, а не двигаться петляя по лесу как мы шли сюда, однако возы, блин тогда придется бросить. Но ведь возы я не просто так взял с собой.
   Когда ко мне подошли старшие коробок я скомандовал - очень быстро осмотреть местность, найти всех наших раненых, собрать оружие и погрузить на телеги. Телеги пойдут скоро со Святозаром к основному обозу, а мы остаемся прикрывать отход. Все быстро, быстро не стоять, тащите пустые бочки на поле и поджигайте их, пусть враги думают, что все войско осталось на месте, а вы начинайте собирать раненых и снимайте железо с убитых, всё тащите в возы.
   Я наконец слез с кобылки, вот это денек, мать же его так. Я устал, а как устала коняшка. Я погладил морду Фафниры и достав из кармана сухарик скормил его лошадке, а потом выбрал приличный пенёк и уселся на него.
   В лесу перекрикивались воины, что-то звенело, где-то рубили ветки, кто-то стонал, наверное тащили раненных, а в поле постепенно появлялись маленькие огненные точки, это мои вояки поджигали пустые бочки из под спирта. Бочонки разгорались, показывая копошащихся людей. Я встал, и привязав лошадь к дереву пошел к ближайшему огоньку.
   Навстречу мне воины в шкурах кого-то тащили, одетые в бронь латники несли оружие, и какую-то хрень, шел настоящий поиск шмота. Я подошел ближе к первой горящей бочке и увидел человека, что стоял метрах в двадцати от огня и смотрел на нас, а рядом с этим человеком копошились черные точки, утаскивая что-то тяжелое к противоположной стороне поля.
   Враги тоже воспользовались паузой и собирают своих раненых.
   Я подошел ближе, вражеский воин посмотрел на меня и сделал несколько шагов вперед.
   Мы стояли примерно в десятке шагов другу от друга, а невдалеке освещая местность полыхал бочонок.
   - Перемирие - крикнул я - нужно собрать раненых.
   - Кто ты?
   Да вид у меня был я вам скажу, как из фильма про Дракулу. Лица не видно, весь в грязно-белой шерсти и с волчьей головой на плечах, а рядом копошатся волки, лоси и кабаны. Зрелище ужасающее. Если бы такое увидел человек 20-го века, то точно бы поймал кондрашку, а этот стоит. Может и боится, но стоит, а чего боятся воину, когда у него есть топор и щит.
   - Я Чеслав, князь болотный, а ты кто?
   - Ты вождь лютинов - не спросил а как бы подвел итог своего размышления мой собеседник.
   - Нет, я демон болотный, пришел собрать души павших, и сожрать их печень.
   - Ты человек Воломира?
   - Я сам себе князь.
   - Где твоя земля князь?
   - В дремучем лесу, за топкими болотами, там где на землю приходят твари из бездны, с тех земель и войско мое.
   - Я Ардарих конунг рода гепидов - крикнул мой собеседник - ты остался один?
   - Ты тоже один - равнодушно констатировал я.
   И это было действительно так, вокруг нас ходили люди, они что-то собирали, кого-то тащили, а возле горящей бочки стояли две одинокие фигурки и мило беседовали, сюрреалистическая картинка.
   - Я соберу своих людей и уйду к Обре, не ходи за мной Ардарих - я повернулся и показал за спину - там только смерть.
   - Ты смелый вождь Чеслав - усмехнулся мой собеседник - царь царей сделает тебя конунгом, иди под его руку. Воломир обречен, сейчас он смог одержать верх только по глупости Эрнака, но скоро придут основные силы Атли и вам конец.
   Вот как, интересно, интересно, выходит, что этот Ардарих считает, что тут мы победили, а я вот считаю, что нас раскатали в пух и прах. Ведь мы похоже потеряли полторы тысячи конных воинов, а сколько пешцев еще погибло, да еще куча раненных. Тут выходит, что половина войска выбыла и это как минимум, значит этот гепид тоже потерял много воинов. Поэтому есть шанс с рассвета уйти без боя.
   - Бери своих людей, я обещаю ни кого не трогать - крикнул Ардарих.
   - Мои люди тоже никого трогать не будут - предлагаю обмен пленниками.
   - Забирай крикнул Ардарих, и посмотрев на меня пристальным взглядом развернулся и скрылся в темноте.
   До самого рассвета мои люди ползали по полю осматривая каждое тело, были случаи, что мы обнаруживали еще живого человека на том месте, где были свалены в кучу мертвецы, и тогда раненых своих мы тащили к телеге, а раненых Ардариха тащили к бочке, что бы их забрали вражеские воины.
   Век героев еще не закончился и это хорошо, никто не посмеет нарушить данное слово, но опасаться нужно, и мне нужно как можно быстрее отослать обоз с ранеными и тяжелым железом. Такой обоз будет идти очень медленно и чем быстрее они пойдут, тем больше шансов дойти до точки сбора без проблем.
   С утра на поле начали выезжать всадники, по десятку, потом пешие вели коней с нагруженными телами.
   У меня уже слипались глаза, но нужно все контролировать, поэтому заварив в котелке "лесного кофе" из перетертых обжаренных желудей, я немного взбодрился, сел на коня и поехал встречать конных.
   К рассвету стала понятна картина произошедшего. Воинов Ардариха собирающих своих раненных уже не было и мы ходили по полю совершенно не опасаясь. Случилось то чего я ожидал с нетерпением, вернулись остатки не добитых наших всадников.
   Привезли раненного Радко, воевода смоленский был изрядно побит стреоами, но живой. Из моей конной дружины вернулось 160 человек из 300, кроме того с ними вернулись еще почти пять сотен конных воинов во главе с руянским князем Световитом.
   Мы сидели у костра и ели жаренную конину, а Световит князь ругов рассказывал итоги этого тяжелого боя.
   Оказалось, что наши конники не просто погнали, а фактически растоптали конных гепидов, и гнали врага до самого вечера. Но потом увлеклись и как следствие вылетели на открытое место, где их поджидал конный полк сына Атли, того самого конунга вильцев по имени Ирон.
   Битва произошла не очень удачно, наши преследовавшие врага конники серьезно растянулись. Первым шел отряд Тиудимира и он получил самый сокрушительный удар. Враждеские воины прижали отряд Тиудимира со всех сторон, стягивали людей сына Воломира с лошадей арканами, били стрелами прямо в прорезь шлемов. Отряд Световита смог опрокинуть противостоящих конных воинов врага, но пробиться к Тиудимиру не смог и враги смогли захватить израненного царевича.
   Мои воины под руководством Радко, были сзади колонны, поэтому пострадали не так сильно, однако враги били стрелами очень метко и Радко поймал три стрелы.
   Самое главное, что есть шанс найти еще кого то, так как Световит возглавил отступление и начал отводить конников назад, однако общий строй распался и наши смелые воины спасаясь в лесу бросились в разные стороны. Поэтому Световит смог вывести только тех, кто сбившись в плотную группу прорвал окружения и вышел из боя, остальных по видимому либо побили, либо повязали. Преследования не было, так как наши ушли в лес, а сын Атли в лес не поехал.
   Вот такой вот тяжелый исход боя, мы потеряли как минимум половину конной рати и треть пешцев.
   Лично мой отряд который составлял почти семь сотен пешцев и три сотни коных потерял две сотни раненных пешцев, что уехали на телегах, восемь десятков убитых пешцев, что сейчас догорали на погребальных кострах, и еще почти пять десятков пешцев пропало без вести. Мои конники потеряли сто сорок человек, и это в основном люди Радко, так как мои тяжело вооруженные отроки на конях отстали, и в момент завязки финального боя оказались в конце большущей колонны, поэтому почти и не пострадали. Правда есть надежда, что большинство отсутствующих людей Радко все таки сумели прорваться и скрыться в лесу, и в скорости найдутся.
   К обеду дождавшись как уйдет конница, мы начали отход. Шли очень медленно, оставляя позади тыловые заслоны от арьергардного отряда дряговичей, что сплошным гребнем раскинулись по лесу, мое воинство двигалось на запад. К вечеру следующего день я пришел в лагерь, где мы оставили главный обоз.
   В лагере ждала хорошая новость, там оказалось три десятка песьеголовцев, что поперлись отступать вместе с тяжелыми ратниками Святозара, поэтому в без вести пропавших числилось всего двадцать пешцев. И самое главное, что к месту сбора вышло еще четыре десятка конных воинов из отряда Радко. И того, мои потери значительно сократились, а шанс на успешное окончание компании возрос.
   Разгрузив часть телег, я приказал грузится всем раненым и отправляться обозу к Щецину - столице ободритского королевства, а остальным готовится к возможному возобновлению компании.
  
   Конунг Воломир прознав об отступлении войск Ардариха и о подлом пленении Ироном своего сына Тиудимира долго ругался, а потом объявил свое решение. И это решение мне не понравилось, я об этом так и сказал, а что мне тупить.
   - Ты Воломир конечно мудрый царь - сказал я - но решение твое основано на эмоциях и злости, а также стремлении отомстить за сына. Ты думаешь, что сможешь дойти до Данубиса и разбив Ирона освободишь своего сына?
   - Ты боишься Чеслав? - нахмурил брови Воломир.
   - Нет, не боюсь, но неужели ты думаешь, что сейчас отступив, ты в дальнейшем сможешь разбить объединенную армию Ардариха и Ирона?
   - Мы воевали без дружины Видимира, который по твоему совету остался охранять обоз, теперь же мы сможем разгромить Ирона, объединив наши силы.
   Я уже и не знал что придумать, ну не могу я этому уродцу объяснить, что тупорылый Тиудимир сам подставился, а теперь не менее горячий, и не более умный Воломир собирается повторить судьбу своего старшего сына.
   - Твой воевода, что ходил к истокам Данубиса сказывал, что там открытое место, подходящее для конного боя, а конницу нашу мы потеряли, да и основных сил Атли все еще нет.
   - Твой воевода Радко сбежал, открыв фланги, из-за этого Ирон смог окружить и разбить рать Тиудимира - наклонился вперед и плюя слюной возмутился Воломир.
   - Вот сидит конунг ругский Световит - показал я пальцем на руянца - спроси его как случилось, что разбили наших конных воинов.
   - Нет в том вины воеводы Радко - тихо произнес Световит - наши вои бежали все разом, сразу после того как пали стяги Тиудимира.
   - Ты мыслишь сердцем Воломир, а не головой, ты ищешь виновного в беде, что сталось с твоим сыном - покачал я головой - однако если хочешь вернуть сына направь послов к Ирону и выкупи Тиудимира.
   - Ты конечно же собрал всех раненных людей Ардариха? - со злостью в голосе спросил Воломир - где пленники, на кого мне менять сына?
   - Я обменял всех раненых людей Ардариха, что нашел в поле на всех твоих людей, что взял ранеными Ардарих - посмотрел я в глаза конунгу ободритскому - или ты считаешь, что нужно было их оставить в руках ворога нашего, так почему ты мне об этом раньше не сказал? Я бы так и быть бросил всех твоих людей и притащил бы тебе сотню израненных оборванцев гепидов.
   - Не горячись Воломир - поднял руку Световит - Чеслав прав, он поступил по правилам чести и обменял наших раненых на раненых воев ворога. Тебе нужно что-то другое для обмена, ты должен найти знатного мужа, не менее знатного чем твой сын, или выкупить Тиудимира за злато.
   - Есть знатные люди, что сидят в крепости Миккелин на Лабе, ту крепость нужно взять и людей Ирона пленить для обмена.
   - Ты хочешь пойти на Лабу и там осадить замок, который не смог взять Тиудимир со всей своей ратью? - возмутился я.
   Тиудимир когда поднимался вверх по реке Лаба (Эльба) захватил и разорил почти все городки вильцев, кроме одного, что стоял на какой-то притоке основного течения реки, и вот сейчас Воломир хочет взять эту крепость, имея за спиной приличную дружину Ардариха.
   Воломир реально идиот, он наверное может взять эту крепость, что позволит ему надежно перекрыть врагу пусть к селениям, что лежат ниже по течению реки Лаба. Воломир может взять и укрепить эту крепость, но у него нет такой задачи, он просто хочет набрать знатных пленников. Но ведь это изначально не верная цель компании, слишком мелко. И что потом, что если придет Ирон с войском, что потом опять бросить эту крепость, ведь сил на её удержание уже у Воломира не хватит.
   - Сейчас не о чужих землях думать нужно, ты можешь конечно увести войска на Лабу, но тогда враг придет на Обру и разорит твои земли - тут уже встрял в спор конунг руянский Световит.
   - То мои земли и мой сын сейчас в руках Ирона - гаркнул Воломир - я возьму это чертово гнездо, а потом обменяю своего сына на воеводу того замка и его людей.
   Тон у Воломира был реально свирепый и спорить с ним я не стал, однако воевать в далеких землях на реке Эльба мне не улыбалось - ты можешь идти куда угодно Воломир, я не пойду с тобой на Лабу, я пришел сюда, чтобы не пустить ворога в твои земли, твой ворог разбит и теперь моя дружина возвращается домой.
   Световит посмотрел на меня - я дойду с тобой Воломир до той крепостицы, бывал я там и место знаю, однако в осаде сидеть не буду, я пойду вниз по реке до моря.
   - Вы бросаете меня? - возмутился Воломир.
   - Я пришёл помочь тебе, отбить врага от твоей земли конунг Воломир, но губить своих воинов за чужие замки я не хочу, то не моя война, если хочешь вернуть сына, выкупи его. Если у тебя нет злата, я дам тебе взаймы.
   - Ты можешь уходить князь болотный - презрительно рявкнул Воломир, и я понял, что это все, мой поход окончен, пора домой.
   Дальше был долгий переход к морю, а там скупая припасы у прибрежных селений я просидел целую седьмицу ожидая корабли Радомира. А потом мы медленно двинулись вдоль моря к рижскому заливу, где и распрощались с Радомиром. Короткий поход длинной в четыре месяца закончился в ничью.
   Я в качестве уплаты за поход и компенсации семьям погибших отдал вождям отрядов кривичей, вятичей и мокшан по три воза трофейного оружия и брони, что мы собрали в поле и посдирали с убитых воинов Ардариха и Воломира. Как не странно, но Воломир забыл с меня истребовать оружие своих убитых людей, хотя я подозреваю, что ему плевать сейчас на своих убитых воев, он все грезит местью за пленение Тиудимира.
   Сам же я, от этого похода в свою казну почти ничего не получил,кроме нескольких возов побитыого оружия. Все лучшие трофеи были розданы воинам моей дружины и людям Радко в качестве уплаты за поход, часть жобычи досталась свейскому конунгу и брату Радомиру.
   Я же взял себе несколько наиболее приглянувшихся кольчуг, так чисто для образца, нужно научится такие делать, но для этого требуется найти мастеровых людей, начинать с нуля такое дело, не имея у себя ни одного мастера, это дело не простое. Хотя моя бронь тоже показала себя очень хорошо.
   Расставаясь с отрядом мокшан я посетовал, что такие хорошие соседи ни разу не испили вкусного меда и передал приглашение мокшанскому князю приехать в гости. Отряд мокшан ушел, разошлись по домам песьеголовцы, а я опять окунулся в бытовые проблемы, опять как день сурка - каждый день одно и тоже, работа в кузне, объезд территории, тренировки и учения, встреча с торговцами и подготовка к зиме.
   Такая жизнь для меня была не очень интересной. Все эти походы просто выбивали меня из реальности. Я уходил и возвращался, а в Полоцке что-то менялось, менялся Смоленск и Орша, отстраивался Витебск и город Цветаны на Ильмень озере. Люди жили со своими проблемами, с радостями и горем, а я уже дистанцировался от всего этого. Почему, наверное потому что я уже знал судьбу Воломира и его королевства, а после падения глупого конунга ободритов такая же участь ждет и меня и Световита - конунга руянского. Вот сейчас Аттли соберет войско побольше и прихлопнет Воломира как назойливую мошку, а дальше возьмется за нас. И все эти люди, что строили и копали, родили и растили детей вынуждены будут все бросить и бежать в леса, нет не дело это, нужно мирится с Атли, не охота мне все отстраивать, а Воломир сам дурак, так пусть сам и отмазывается.
  
  
  Время было особенным, мы не просто работали, мы строили новую цивилизацию в диком-диком краю.
   В какой-то момент я стал продавать не только оружие, железо, янтарь, горшки и свечи. На продажу иногда отправляли приличные доски, полотно из лесной шерсти, большие шестивесельные лодки и настоящие речные десятивесельные ладьи. А мои корабелы впервые создали монстра.
   Да, да настоящего сорокавесельного морского монстра, очень похожего на дракар будущих хозяев северных морей, но с небольшой палубой сверху. То есть для создания плотности конструкции, мои корабелы прибили два бревна от носа до кормы и на эти бревна положили полутора метровые доски. Мой кораблик получился почти двухпалубным и теперь можно было перевозить приличный отряд в 50 человек с припасами. Получается, что настоящий дракар очень длинный и может на волне просто сломаться по середине, вот корабелы и поставили на высоте в сажень между носом и кормой две дубовые балки, а уже сверху прибили доски обозначив узкую палубу. Конструкция оказалась достаточно прочной и на волнах вела себя приличнео, без попыток сломатся пополам.
   Да, я знаю, что вы скажете: "подумаешь, у римлян уже давно имеются стоместные биремы и двухсотместные триремы, а еще есть прекрасные морские монеры, которые легко перевозят по морю 30 человек".
   Да, это верно, но ведь все это есть у ромеев, а теперь и я научился делать не примитивные двадцативесельные ладьи, очень уж похожие на огромную шлюпку, а настоящие сорока весельные палубные драконы. На пулубе широной в два метра могут стоять стрелки и бить врага болтами, а можно вообще скорпион или баллисту поставить, и не одну. А если такое судно в будущем вооружить парусами, то это уже получится настоящая ГАЛЛЕРА, правда без тарана. Мои мастеровые из поморов предложили делать паруса из тонковыделанных шкур морского зверя. Я вначале посмеялся, но когда увидел результат работы, то зауважал поморов, эти люди настоящие мастера. А зверем у них зовется нерпа, что водится в Балтийском море.
   И вот теперь я ощутил реальную необходимость перенести свои судоверфи подальше от Полоцка, и поближе к устью реки Янтарной (Северной Двины), так как сплавлять "Дракон" от мастерских до моря стало проблематично, слишком уж длинным получился корабль, по пропорции примерно 6 к 1. То есть 20 метров длины на 3 метра ширины судна у кромки воды, мы его с трудом сплавили в Рижский залив и устроили пробный обход острова Эзен.
   Я наверное переименую этот остров. Почему? Да потому, что Эзен на языке моих чухонцев (чудинов) означает "остров".
   Вот поэтому я и не могу остров называть "островом", это как собаку назвать собакой, а не Жучкой например. Нужно придумать название для острова, пока что я его назвал "Солеваренным", так как на этом острове я поставил небольшой острог, в котором круглосуточно пахали солеваренные мастерские, а соль развозилась по территории моего княжества. Как не будь потом, когда выпуск такого необходимого товара как соль увеличится, я наверное смогу возить соль и на экспорт, а пока я с трудом обеспечиваю необходимость своего княжества .
   Новый корабль выдавал скорость на волнах просто бешенную, если ставили большой квадратный парус, то казалось, что это корыто летит над водой, а из за большого угла наклона я думал, что скоро мы просто совершим кульбитны переворот через киль. Скрип играющих досок был пугающий. Хотя течи и не было, однако я очковал реально, и если честно признаться, то в дальний поход я скорее всего пойду на старой двадцативесельной ладье с треугольным парусом, которая построена по проекту 5 к 1, то есть на 3 метра ширины у кромки воды, всего 15 метров длины, а треугольный парус не так сильно заваливает судно при боковом ветре. Такая схема кажется более крепкой, хотя это наверное во мне играет страх перед водой, ну не люблю я открытого моря, слишком это не предсказуемая стихия, мне и речных походов хватает. Я вот типа князь, значит большую часть жизни должен проводить на коне, но вот фиг вам, я большую часть своей жизни провожу в огромной шлюпке, что по недоразумению зовется "ладья".
   К стати, что бы вы не путались поясню, что два абсолютно одинаковых двенадцати весельных корабля можно различить по классу только взойдя на борт судна. На морскую чайку мы в качестве киля использовали три обточенных и сбитых скобами дубовых бревна, а двоски набивали толщиной в три пальца в результате чего судно получало хорошую остойчивость на волнах и большую осадку. А вот на речных ладьях в качестве киля использовалось всего одно дубовое бревно и доски на борта набивали толщиной всего два пальца, в результате чего речное судно казалось намного выше, но это не так, размер судов по высоте был абсолютно одинаковым. Однако осадка речной ладь была всего 50 сантиметров, а моркой чайки - целый метр. И вот получается, что на речных судах было очень опасно ставить квадратный парус из-за угрозы бокового крена и переворачивания при налетевшем порыве бокового ветра. Поэтому при строительстве речных ладей я использовал одну мачту с парусом треугольного образца, а вот при строительстве морских чаек я начал использовть полное парусное вооружение при двух мачтах. На первой мачте имелся приличный квадратный парус, на второй грот мачте стоял косой парус, а еще был носовой кливер на толстых канатах в носу судна, который разворачивался при хорошем ветре.
   Кроме того, при постройке настоящей морской чайки я много внимания уделял выплавке якорей, а вот для речных ладей вместо якоря мои люди использовали крупные кии, или весла, которые при необходимости вбивали в дно и к такому кию вязали канат.
   Технология плавления чугуна была в принципе неплохо налажена. Если в первый год освоения технологии у моих сталеваров иногда получалась большая крица вместо чугуна, то в последнее время чугун получался стабильно. Однако расходы железных криц и угля были колоссальными, поэтому я загружал чугуноплавильную печь не чаще раза в седьмицу. А все остальное время мои сталевары осуществляли выплавку тигельной стали, и это был самый настоящий секрет, за который я был готов расстреливать и вешать, сажать на кол и сдирать шкуры. Меры безопасности и охрана мастерских были такими, что позавидуют спецслужбы атомных электростанций.
   Летом мне сообщили, что один слишком пронырливый старичек ошивается в районе сталеплавильных печей. Я его приказал тихонечко взять и представить пред ясные очи князя.
   И что бы вы думали дед отмазался, да так классно, что я вначале полчаса молчал, а потом потребовал еще и еще раз повторить деда свой жизненный путь.
   А дедок оказался самым настоящим мастером, что почти тридцать лет добывал и продавал смолу, при чем его смола продавалась аж в Греции.
   - Ведь вот что я тебе скажу князь - продолжал свой рассказ дедок - вот посмотри как твои люди нонче смолу добывают? А добывают они её как и деды и прадеды наши, то есть просто в конце зимы снимают кору с хвойных деревьев, а потом как снег сойдет на дереве топором глубокие канавки прорубают и собирают живицу, а уж из той живицы вываривают смолу.
   - Ну и что с того? - удивился я - так ведь все наши соседи делают.
   - То то и оно, что соседи, а ромеи уже давно специальный котел изобрели и смолу в котлах из чурок и кореньев вываривают.
   - А ты значит видел эти котлы?
   - И видел, и сам почитай десяток лет в рабстве у ромеев был, смолу варил и тот котел сам делал. Только котлы те были медные и часто прогорали, а у тебя такое железо хорошее, вот я и подумал, может сподобишься ты князь мне железный котел выплавить?
   - Так ты дед хочешь мастерскую по выплавке смолы соорудить?
   - А как же, у тебя есть все, чтобы стать самым богатым человеком в округе - поднял палец вверх старикан - в тех котлах ведь кроме смолы еще и масло лечебное варить можно.
   - А сам ты сможешь мне такой котел сделать?
   - Так смогу, если ты мне покажешь как варницы для солеварен выплавлял, так как наш котел почти такой же нужно сделать, токмо глубже.
   Вот так я нашел очень нужного старикашку, который вместе со мной целую неделю провел в сталеплавильне и в результате мы выплавили глубокий казан диаметром примерно в сажень (1,5 метра). На дно этого котла выплавили специальную чугунную решетку, которая помещалась в котел не доставая до дна примерно четыре ладони. Кроме того выплавили большую крышку с двумя дырками для отвода пара. Крышка плотно закрывала котел.
   Когда собрали конструкцию дед прыгал как пятиклассник, а я уже устал. Мы собирали большую печь, потом установили на нее котел, потом плотно загружали печь колотыми брусками какого-то хвойного дерева. И все это время старикан прыгал, ругался, размахивал руками на бестолковых помощников, и матерился всякими неписанными словами.
   Когда разожгли костер под котлом, то я в начале сидел, а потом встал и подошел ближе. Меня беспокоил знакомый запах, а дед собака старая увидел, что князю интересно и решил меня удивить. Взял головешку и поднес к маленькому отверстию на крышке котла, а потом газ над крышкой вспыхнул и с гудением начал гореть. Дедок широко улыбнулся и накинув на крышку тряпку потушил огонь.
   А меня аж током резануло, чуть ноги не подогнулись. Вот так вот приходят воспоминания из прошлой жизни, а пахло моей молодостью, нет не так пахло детством.
   Именно в том детстве в 90-х вся наша станица гнала самый настоящий самогон, а некоторые умники из виноградной браги гнали виноградный спирт, а потом делали самопальный коньяк и продавали его отдыхающим на летних курортах россиянам, и вот сейчас пахло спиртом.
   - Ах ты ж дед, ах ты ж сукин сын, Менделеев твоя фамилия, ты даже не представляешь, что ты сейчас соорудил, это же нескончаемые запасы спирта.
   - Нее князь, не знаю я кто такой Менделеев, и про спирт твой не слыхивал, однако нельзя долго огонь на крышке держать, а то рванет так, что и котел разлетится и всех нас поубивает.
   - Ясен хрен поубивает, там же пары спирта и скипидара, а это самая горючая жидкость, может и рвануть.
   А потом я достаточно долго переделывал крышку. Дед ругал князя всякими словами, я же ему такую мастерскую запартачил, тут много можно перегнать смолы, а кроме того после перегонки получается целая корзина древесного угля, но уголь у меня есть а вот спирта мало. Я и так кучу ягод потратил на брагу, а потом на самогон и из самогона уже спирт гнал. На меня бабы как на изверга смотрели, они теми ягодами всю зиму детей подкармливали, а я супостат эдакий все ягоды на свой спирт порчу.
   На крышку я приделал трубу, сделанную из глины и обожженную в печи, а потом соорудил и керамический змеевик, который поставил в деревянную бочку. В бочке проделана дырка и через нее внизу выведен змеевик, а там заливай бочку холодной водой и можно охлаждать пар, который выходит из котла.
   А технология простая: древесину загружают в котел поверх чугунной клети, закрывается крышка и котел нагревают без доступа огня и воздуха. Под влиянием нагревания древесина разлагается и выделяет разные продукты, как газообразные так и густые, которые в виде смолы или дегтя оседают через решетку на дно котла.
   Газообразные летучие продукты нужно потом охладить через змеевик, опущенный в холодную воду. Вследствие охлаждения пары превращаются в капельки и вытекают из трубки в виде жидкости.
   Меня не интересовала смола, я больше всего заботился о горючей жидкости, однако старичок все поучал бестолкового князя.
   - Лучший материал для смолокурения - это старый сосновый пень. Свежий пень меньше смолист - наставительно говорил дедок - Хороший пень, не тот, что простоял в земле 10-15 лет на болотистой почве, в болотистых пнях мало смолы, а вот в пнях что стоят в сухих высоких борах смолы много. Чтобы выкорчевать пень, нужно его как можно глубже окопать. Боковые корни нужно вначале опалить огнем, а потом и обрубить. Под обрубленный боковой корень нужно подвести вагу, подложить под вагу обрубок дерева или камень и, навалившись на вагу, вытащить пень из земли. Лучше работать двумя-тремя вагами с разных сторон. Когда пень будет выкорчеван, его поваливают на бок. Если не хватит силы повалить пень на бок, нужно раскалывать его на части на месте.
   - Да хватит уже - махнул я рукой - я все понял, назначаю тебя дед Менделеев мастером смолокуренной мастерской и даю тебе десяток рабочих.
   - А котел еще один дашь?
   - Я тебе дед пять котлов дам. Ты мне только вот что сделай, мне нужно два котла на березу поставить, то есть березовые чурки туда загружать и вот такой пар собирать, потом его охлаждать и всю жидкость что с котла через трубку выйдет в бочки собирай и мне в амбары носи.
   - А зачем тебе та жидкость? Уж больно вонюча.
   - А эта жидкость мне нужна для создания бесовского огня, чтобы ворогов наших жечь, а еще можно лампы осветительные делать, много чего можно делать.
   Вот так и началась новая эра развития химической промышленности в отдельно взятом болотном княжестве.
  
   Ближе к осени я уже сумел выплавить дополнительно пять таких котлов. Часть котлов у меня работала на сухой перегонке хвойных деревьев, а часть работала чисто на березняке.
   Если в котел заложить древесину хвойных пород, то при нагревании котла до 100 градусов вода, находящаяся в древесине, начинает кипеть, превращаться в пар. Водяной пар по трубке выходит из котла и идет по змеевику в холодильник. Вместе с водяным паром выходит и скипидар, содержащийся в смоляных чурках. Скипидар получается чистый и светлый.
   При дальнейшем нагревании, когда свыше 100 градусов, прогревается середина материала, края нагреваются уже до 250 градусов. С этого момента из материала начинает выделяться смола. Часть смолы уноситься с парами в холодильник. От этого скипидар начинает принимать более темный цвет, и запах его становится более резким, после такой перегонки мы получаем два продукта скипидар и смолу.
   Смола понятное дело нужна мореходам, а вот скипидар - это просто подарок для медицинской промышленности.
   Я помню этот запах с детства. Мой дед фронтовик мучился все время радикулитом и болью суставов, так бабка ему все время примочки из скипидара делала, а еще раз в месяц дед принимал скипидарные ванные. Ну не совсем скипидарные, просто в ванную добавлялась бутылка скипидара, и мой старикан в ней отмокал, так после этого бегал как молодой. А бабка всегда стирала белье в воде с добавлением скипидара и говорила, что эта божья роса убивает всякую болезнь и даже вши дохнут.
   А вот теперь у меня этой божьей росы десятки бочек и это всего за месяц. А еще куча смолы, уже и девать некуда, соседи у меня не очень богатые и им много смолы не надо. То есть не надо в таких количествах, но я не расстраиваюсь и таскаю бочки со смолой во всех известных направлениях.
   А еще мои мастера придумали новый способ крыть крыши.
   Делаем конек крыши из балок и оббиваем балки толстыми досками внахлест. Потом все доски сверху просмаливаем толстым слоем, а уже поверх застывшей смолы насыпается в две ладони глина и укладывается дерн. Такая крыша теплая и очень крепкая, а еще не горючая. То есть враг не сможет поджечь наши крыши горящими стрелами.
   Еще я вспомнил про железнодорожные шпалы. Они всегда очень сильно воняли смолой и всякой хомимей. А как вы хотите, это ж специально делалось, что бы сохранить как можно дольше древесину. Вот я и придумал промачивать доски для кораблей в таких смоляно-скипидарных ванночках. Просто в земле вырываешь длинную яму, обкладываешь эту яму глиной и заливаешь раствор темного скипидара и смолы. Всего то десять дней полежит доска в таком растворчике, а потом ты её сушиш и уже используешь при строительстве кораблей. Я искренне верил, что мои суда буду жить дольше чем три сезона, а то устал я все время ремонтировать свои чайки и лодьи. В моих северных водах корабль живет не долго, доски промерзают за зиму, а потом хватет одного оетнего сезона и доски уже теку. Потом ты ремонтируешь свое судно, и так после каждой зимы. Вобщем все мои корабли живут три, максимум четыре года, и обработка досок для меня это сейчас очень насущный вопрос.
  
   Если в котел для перегонки загрузить березовые чурки, то получим мы уже не скипидар, а самый настоящий древесный спирт, его пить конечно нельзя, но как огнесмесь это незаменимое средство. Хотя помучится приходится.
   Все, что накапало в бочку при сухой перегонке березовых чурок я ставлю в отстой, что бы произошло отслоение разных химических компонентов, а потом я условно делю бочку на три части и деревянной кадушкой вычерпываю из бочонка содержимое в три больших ведра. В первом ведре как ни странно, но получается по цвету и запаху точно такой же скипидар как и из хвойных деревьев, во втором ведре получался самый настоящий древесный спирт, а вот содержимое третьего ведра было по цвету и запаху странное, и не похожее ни на скипидар ни на спирт. Я так и не смог определить, что это за кислота, но велел все собирать в бочки с номерами 1-2-3 и проволдить химические эксперименты, но подальше от городских стен.
   Если какой шпион залетный увидит бочки, то ничего не поймет.
   А еще я узнал как получается канифоль. Ну вот в детстве его было полно в магазинах и продавался он чисто для радиолюбителей, чтобы паять всякие радиодетальки, а тут дед Менделеев мне принес целое ведро и говорит, что такая хрень получается к котле с березняком.
   Я понюхал, даже лизнул и сделал вывод - канифоль обыкновенный.
   Вот так я и стал химиком любителем.
   Однажды дед сказал, что можно в наших котлах добывать специальные масла, которые покупали всякие римские медикусы и знахарки.
   Дед накидал в котел еловых веток с иголками, цветов лесных и начал перегон, а как все мероприятие окончилось, то он принес полное ведро маслянистой жидкости, что воняла тройным одеколоном. Я понял, что дед просто выпарил масло из еловых иголок.
   А когда мои знахарки неделю изучали процесс перегонки и непонятное масло, то завалились ко мне сразу с десяток старух и хватая за грудки князя потребовали отдать им один котел.
   Я человек со странностями и решил старушек подколоть - а вы бабульки, что в котле детишек жарить будете, тогда мне чур ноги, я люблю ножки жаренных детей.
   - Тут же одна из бабок огрела князя по лбу тростью потом плюнула в морду, а потом облегченно выдохнув заявила - фух, а я-то дурная думала, что в тебя князь бес вселился.
   - Ты бабка дурная, что шуток не понимаешь? - возмутился я потирая шишку на лбу.
   - Ты уж не шути так более милок, а то люди у нас бесовщины боятся, еще прибьют князя.
   - Тьфу ты, темнота, вы что не знаете кто такой Петросян? Да это же шутка такая, а ты меня палкой по лбу, князя палкой, ай-яй-яй, и не стыдно тебе старая?
   - Я такого слова то и не знаю, но если ты желаешь, то пусть мне будет стыдно - съязвила старуха.
   - Ладно, говорите что надо.
   - Котел такой как у деда Менделеева нам надо - заорали сразу все старухи.
   - Зачем вам котел? Сожжете мне город окаянные.
   - Мы будем из травок разных варево лечебное готовить, уж больно хорош котел получился.
   - Ладно дам я вам рабочих и котел, токмо вы давайте с города съезжайте, нечего вам в городе экспериментами заниматься, вон на выселках себе избы ставьте и экспериментируйте сколько душе угодно.
  
   Вот так уже к осени у меня появились всякие мази и настойки, которые воняли лесными травами, а мазь уж очень походила на обычный смалец, но я не ругался. Местная медицина это вам не хухры-мухры, что бы мазь заработала, бабкам ведуньям нужно человек пятьсот замучить своими изобретениями. Я прямо таки копчиком ощущал, что в тех мазях и лягушачьи лапки, и крылышки комаров, и еще всякой хрени под крышку напихано, а еще кровь девственницы и моча саблезубого зайца. Но без этого древняя медицины себя не мыслит.
   А самое главное, что у меня появилось огромное количество древесного угля, как у брата кота Матроскина гуталина, то есть "просто завались".
   А еще я сделал себе лампу. Самую настоящую. У меня на складе в куче трофейного хлама валялся медный кувшин, я в этот кувшин налил спирта, и воткнул в горлышко крышку с толстой веревкой. Спирт поднимается по этой веревочке и горит ярким пламенем, освещая комнату и получается вот такая "древняя керосиновая лампа".
   А еще по личному приказу князя все были обязаны перед едой мыть руки скипидарным раствором, что позволяло соблюдать хоть какую то гигиену, и не допускать распространения инфекционных заболеваний.
  
   В октябре, мои торговцы ходили по Днепру в готский городок Данаприус, что стоял на месте впадения реки Десна в Днепр. Когда-нибудь на против этого селения на правом берегу реки в холмах возникнет город Киев, а сейчас в слиянии двух рек стоит готское поселение, обнесенное приличной деревянной стеной и называется это селение Данаприус.
   Людишки с Данаприуса активно торгуют с византийцами, что живут в устье Днепра и в Крыму. Как-то в сентябре, когда корабль торговцев Радко пристал на причале Данапраса, к торговцам подошел хорошо одетый иноземец и попросил довезти его до Орши.
   Вот так я узнал о силе внешней разведки Византии.
   Этого человека я увидел уже в октябре, это был какой-то герул, который родился и вырос на правом берегу Дуная. Звали человека Эдикл.
   Эдикл был настоящим Щтирлицом 5-го века, он прилично разговаривал на всех поднепровских языках. Он знал вождей почти всех племен, что проживали вдоль Днепра, и как я понял он был резидентом огромной римской разведсети в которой состояла туева хуча агентов. И вот теперь что-то произошло, раз такой человек пришел ко мне лично. Хотя, это я наверное не понимаю принципа работы разведсообществ империй. Может обо мне уже давно собрали все сведения, определили мои сильные и слабые стороны, и когда я сделал какой-то ключевой ход, они решили действовать.
   Нужно подумать, что я сделал.
   Ну например я выступил против Аттилы на стороне Воломира, так и есть, это очень серьезный шаг, который показывает, что со мной как с врагом Аттилы можно работать, вот византийцы и подключились. Теперь вполне понятно, что они предложат. Так как основа политики римской империи вполне понятна "разделяй-стравливай-и властвуй". Мне это не нравится, но сам факт того, что меня мелкого болотного князька заметили византийские императоры это уже много значит, хотя я наверное себе льстю, вряд ли император даже слышал о каком-то червячке болотном.
   Однако червячок готовился, основательно готовился.
   Я уже давно задумывался об огнемете, правда ничего путного не получалось, однако я сумел таки сделать примитивную огнесмесь.
   Древесный спирт перемешанный в пропорции 2 к 1 со смолой и еще 1 долей порошкообразного вещества из древесного угля и канифоля, что выступали загустителями.
   Эта жудкая смесь заливалась в пустотелое бревно с деревянным поршнем, а затем под давлением мехами выдувалась наружу по небольшой бронзовой трубке, на конце которой горел факел. Такое приспособление я изобрел почти за месяц, как только стал обладателем древесного спирта, так и начал изобретать греческий огонь.
   Я уже прилично потренировавшись понял, что это устройство слишком большое, а скорострельность маленькая, да и струя пламени не очень впечетляла. Например на башне или на стене крепости такая огнеметная штуковина неплохо бы работала, могла сжечь вражеский таран или башню, а вот на корабль это ставить нельзя, сгорит на хрен корабль, как пить дать сгорит, так как протекает мое бревно везде, сколько ты не обмазывай глиной это чудо бревно.
  
   - Я видел Ваше оружие - сказал Эдикл - это превосходно, ваши мастера заняли бы достойное место при императорском оружейном дворе.
   - Не получится - усмехнулся я смакуя привезенное римским шпионом вино.
   А вино было прекрасно.
   Римлянин смотрел на варвара, что смаковал вино закатывая периодически глазки и что-то там себе в уме высчитывал. А что тут думать, ведь и так все понятно, мерзкие варвары привыкли жрать кислое пиво, или хмельной медовый напиток, а тут такая эпическая картина. Варварский вождь закатывая глазки пьет мелкими глотками красное вино из отличного золоченого кубка.
   Сам варварский вождь, как и его приближенные одеты в отличные доспехи, а оружие, что висит на стенах и имеется в ножнах, это вообще шедевр творчества лучших греческих мастеров.
   Я постарался произвести впечатление на ромейского шпика, кроме хорошо оборудованной светлицы, где мы вкушали подаренное вино и ели самый настоящий шашлык кругом сновали прекрасно одетые служанки, все в серебряных побрякушках. На охране в каждом углу комнаты стояли здоровенные бронированные монстры с топорами, а на улице шла настоящая тренировка конных воинов.
   Периодически долетали крики, хрип и ржание лошадей и чудовищные удары копей о щиты. Иногда кто-то падал, поэтому слышался приглушенный стон и звон падения консервной банки с болтами на землю.
   Такая картина "Конан варвар со товарищи".
   Шпион был потрясен, он надеялся увидеть кучу варваров в шкурах, ведь именно о таком войске рассказывали все вокруг. Мол пришел болотный князь по имени Чеслав и привел с собой тысячу тысяч болотных демонов, с головами волков, кабанов, лосей и всякой лесной нечести. И от этого ужасного войска бежал сам царь царей подлый пес Атли.
   А тут такой слом стереотипов, гость сидит за огромным дубовым столом, на котором имеется приличная хоть в большинстве и ворованная позолоченная посуда, а главное - ложки и вилки.
   - Все дело не в мастеровых людях, а в особой обработке болотной руды, мы используем голубой болотный мох и древесный уголь из особых пород северной березы - лениво сказал я - вот и получается особая сталь, так как температура горения смеси голубого болотного мха и северной березы значительно выше чем температура горения углей в ваших горнах.
   Это была чушь полнейшей воды, однако я же должен чем-то поддерживать легенду особого болотно железа, а то все думают, что можно выкупить, украсть или взять в качестве рабов моих мастеров и у них получится такое же классное оружие, а мне этого не нужно, пусть ищут особый голубой болотный мох и северную березку, может Финляндию откроют, а то римляне похоже ни разу за припятские болота не ходили, и для них за болотами земли нет, там край света.
   - Вы торгуете многими интересными товарами, вот например свечи, это чудесно - подлизнул мою задницу Эдикл - это совершенные товары, как и ваше оружие.
   - Ничего особенного в том нет - я отмахнулся от византийца - вы просто там в своих землях привыкли, что вокруг вас живут одни варвары, вы покупаете воск, а потом делаете из воска свечи и продаете в тридорога тем же варварам, а я сам делаю свечи и продаю своим соседям, кстати греческому кесарю случайно свечи не нужны?
   - Наши купцы буду сильно удивлены, узнав о ваших товарах, прекрасное ровное дерево, отличные меха, и самое главное высококачественная сталь - шпион поднял бокал вверх и с почтением склонил голову - все это ценится в наших землях.
   - Я делаю хорошие доски, но продавать мне их не выгодно, значительно выгоднее из этих досок сделать корабль и продать его намного дороже - язвительно улыбнулся я, смотря прямо в глаза Эдиклу - из стали я делаю оружие и бронь, это выгоднее чем продавать чистое железо, а из мехов своих я скоро буду делать хорошую зимнюю одежду, в которой не посрамится ходить двор вашего кесаря. Так зачем же мне продавать сырье, это не выгодно, но что вы можете предложить мне? Золото, серебро? Золотом и серебром я своих людей кормить не могу, они не едят серебренные гривны.
   - А что же хочет князь Чеслав?
   - Безопасность, мне нужно обеспечить безопасность своих земель, пошли, вставай давай я тебе кое-что покажу - я поднялся и помахав рукой пошел во двор.
   Не вдалеке от княжеского двора имелся специально подготовленный полигон с мишенями для стрельбы из луков и арбалетов, а также вкопанные в землю столбы. Там уже стояла телега с собранным огнеметом. Рабочие, что обслуживали этот механизм уже его снарядили и ждали команды.
   - Это оружие, что позволит мне обеспечить безопасность моих земель, и будет держать всех татей в страхе - я махнул рукой.
   По этой команде, два мужика налегли на здоровенную рукоять меха и начали опускать его вниз, создавая давление внутри бревна. Смесь начала под давлением через небольшую трубку фонтаном вылетать на свободу, а там проходя через горящий факел воспламенятся. Пролетев десять шагов, огненная смесь объяла столб, а в это время три человека подняли оглобли телеги и толкнули её в право, и огненная дуга прошла струей по соседним столбам, поджигая их.
   Одного залпа хватает примерно на 6-9 секунд извержения огненной жидкости со ствола, после чего, нужно опять снаряжать бревно. Скорострельность примерно один выстрел огнесмеси в минуту.
   Посланец был впечатлен, нет он был реально напуган. Мелкие угольные и канефолевые крошки со смолой прилипли к столбу и горели жарким пламенем изображая первобытный напалм.
   Несколько человек с ведрами пытались залить огонь водой, но у них ничего не получалось. Пламя шипело и ругалось, а если удавалось его сбить водой, то немного подымив белым дымом пламя вспыхивало в жёлто-красный огонек.
   - Это залог моей безопасности - я показал рукой на устройство, однако это примитивное устройство, и я бы хотел провести переговоры о покупке нескольких сифонов у вашего кесаря для метания греческого огня.
   - Прости князь, но я ничего не знаю о греческом огне и о каких-то сифонах - удивился посланец.
   - Я знаю, что ты можешь ничего и не знать о таком оружии, так как это большая тайна, но ведь ты знаешь о земляном масле и вы уже давно его перегоняете, я о том ведаю. А жидкость, что получается после перегонки земляного масла прекрасно горит, вот и сделали ваши мастера специальные насосы-сифоны, что могут такой жидкостью плеваться. Если ваш император заинтересован в том, что бы получить мои секреты, он должен поделится секретом греческого огня и своих сифонов, это ведь честное предложение?
   - Я услышал тебя князь, а теперь позволь передать тебе скромный подарок от моего хозяина - Эдикл протянул мне маленький мешочек.
   Я развязал тесемки и высыпал на руку десять блестящих горошин. Вот как, кесарь византийский решил купить варвара жемчугом?
   - Хороший жемчуг - проговорил я, ну тогда и у меня будет подарок для твоего кесаря - я повернулся и махнул рукой своей ключнице.
   Та подскочила и метнувшись в дом принесла полный кубок обработанного блестящего оранжевым цветом янтаря.
   - Это солнечный камень с моря, что вы называете Сарматским.
   Эдикл улыбнулся, видно он все таки определил что-то, то что сильно мучило его душу.
   - Ты много знаешь князь, любишь наше вино, знаешь о жемчуге с теплых морей, ведаешь секретом римской брони, ты построил водяные колеса и делаешь отличные монеры, скажи ты бывал в наших землях?
   - Нет, я не бывал в ваших землях, но видел и говорил с многими людьми, что живут в земле ромейской и греческой, я не варвар, и мне не интересно ходить в походы за добычей, я прекрасно понимаю, что торговля намного выгоднее войны, однако об этом не знают наши соседи.
   - Ты прав князь, нас давно угнетает мысль о том, что добрая торговля уходит, а вместо нее приходят войны и смерть. Ты говорят бился против собачьего царя Этли.
   - Люди его сына Эрнака, которого мы называем Ироном побили моих купцов и украли мои товары, я не люблю войны, однако и не могу простить такого поступка. Поэтому я и ходил в земли Ирон, что бы спросить за кровь своих людей.
   - Но ведь ты ходил потом вместе с конунгом Воломиром воевать конунга Ардариха.
   - Слушай грек, ты не темни - я посмотрел в глаза послу - я ведь дикарь, ты не забыл? Говори сразу, чего тебе от нас нужно?
   - Мира, только мира нужно моему императору и ничего больше - заулыбался посланец.
   - Не могу я тебе мира дать, не властен я над соседями своими, и уж тем более над людьми Атли.
   - Ты можешь нам помочь информацией о предстоящих походах, ты можешь помочь нам, напав на врагов наших, когда те пойдут в поход, а мы можем платить тебе за сотрудничество ежегодную плату золотом или серебром. Ты можешб стать для нас симмахом (summacoi или symmachoi), то есть 'союзником'.
   - Ну что ж, информация действительно стоит золота, да и союзником можно будет нас назвать чуть позже, однако сейчас меня интересует не золото, а греческий огонь, стекло, секреты обработки бронзы и меди. А еще мне нужна торговля на ваших рынках.
   Я медленно встал, налил себе вина и сел на фэнтезийный трон. Трон впечатлял, это был действительно красочный фэнтезийный экспонат. Над троном золотое скифское ожерелье в виде короны с огромным рубином в центре.
   - Я подарю твоему кесарю меч, а тебе подарю саблю и бронь, а то дорога тут опасная, не дай боги нападут на вас разбойники речные.
   - Дар твой будет с благодарностью принят, а разбойников речных я не опасаюсь - отмахнулся Эдикл - люди местные говаривают, что река вся до самых порогов твоими людьми охраняется.
   - Нет, что ты - отмахнулся я - это земли аланского хана Кугума, ему эти земли даровал сам царь царей Этли взамен верной дружбы. Земли действительно Кугума, а вот вода наверное моя, у Кугума нет кораблей, а у меня целый десяток ладей речных есть.
   Посланец улыбнулся - если ты сможешь доставить свои товары - в Херсонес или в Тавриду, то у нас получится взаимовыгодная торговля.
   - Если я в ближайшее время не подготовлю свою дружину к войне, то торговли может и не получиться.
   - Я могу порекомендовать тебе хороших специалистов по строительстве крепостей и дам мастера-легата для обучения легионеров.
   - Ну, что ж мастер-легат мне нужен, он получит достойную плату за свой труд, я приму любых людей, что помогут мне и моим людям.
   - Что ж князь это хорошие слова для окончания нашей беседы, спасибо тебе за приют и добрыес лова, а сейчас мне нужно возвращаться в Данаприус, вскоре пойдет торговый караван в Херсонес и я должен успеть на те суда.
  
   Мы распрощались с константинопольским посланцем, а зимой по льду Днепра пришел другой караван, а в том караване посольство от Атли, которое возглавлял сам Ардарих.
   - Надо же - изумился я - сам конунг гепидов пришел ко мне, не хочешь ли испить моего меда.
   - Мед это хорошо, только я не один.
   С Ардарихом действительно пришла сотня конных воинов.
   - Меда хватит всем, однако твоих воинов в светлицу не пущу сам понимаешь, нет мира меж нами.
   - Так я и приехал мириться - заулыбался Ардарих.
   Улыбающийся усатый Валуев, это прикольно.
   Только глаза у него такие, что только повернись спиной, тут же нож по самую рукоятку воткнет, хотя нет, люди такого уровня в спину бить не приучены, в падлу им такое. Люди класса Ардариха прямые как рельса, ему проще одной сотней кинутся на тысячу и красиво умереть, чем марать свое имя пакостными делами.
   - Я думал, что ты реально князь болотный, а ты настоящий конунг лесной - подливал масла в огонь Ардарих - и земля у тебя ухоженная и люд в достатке живет, так что хочешь ты князь лесной?
   - А что ты можешь предложить мне конунг гепидов?
   - Ты верно знаешь, что погнали мы Воломира с Лабы с земли вильской, и теперь Эрнак вернул себе свой стол.
   - Я догадывался, что все этим кончится, Воломир слишком кичился своей силой и не уважал своих врагов, а это опасно, врагов нужно любить и уважать.
   - То слова настоящего мужа - Ардарих сделал свою улыбку еще шире, хотя это казалось и не возможно, еще чуть шире и харя треснет - верно догадываешься, что не было против вас всех сил царя царей.
   - Как победил Ирон Воломира, и что стало с Тиудимиром?
   - А - Ардарих махнул рукой и присосался к кубку с медовухой - Тиудимир умер, вот так вот взял случайно и умер, а Воломир таки взял замок Миккона, правда всех людей, что там сидели побил, вот Эрнак и умертвил его сына.
   - Печальная история.
   - Только не долго пировал Воломир в граде сына Атли, через две седьмицы мы тот замок отбили, а еще десяток городков вернули, и погнали воломира на его реку Обра. Теперь сын Атли володеет своей землей по реке Лабе как и ранее до самых земель франкских.
   Я кивнув, подтверждая, что этого и ожидал.
   - Как сойдет снег пойдем мы в земли Воломира - как бы невзначай проговорил Ардарих.
   - Это понятно, не позволит царь царей, что бы у него в тылу такой ворог сидел, не удобно тогда будет ромеев доить, опасно.
   - Доить? - переспросил Ардарих.
   - Ну вы же наверное с ромеев дань берете, а в наше время дань это как молоко с хорошей коровы, а как доить корову, когда возле твоего хлева волки ошиваются.
   - Правильно, волков нужно убить.
   - И?
   - Что и?
   - Ты ведь не просто так пришел и огромный сундук привез? - я показал на деревянный сундук, что стоял возле двери.
   Ардарих повернулся и посмотрел на сундук - а верно, я не просто так пришел.
   Ардарих выхлебал до конца кубок с медовухой и продолжил.
   - Вот как бежал Воломир с земли вильской, так и оставил он серебро. Эрнак (Ирон) всех спрашивал, мол чье серебро, никто не отвечает. Не твое часом?
   - Серебра у меня своего хватает - пожал я плечами.
   - А какие у тебя дела по весне будут, а князь лесной, не пойдешь ли ты в гости с дружиной к соседу своему - конунгу Воломиру?
   Теперь уже улыбнулся я.
   - Воломир конечно сильный конунг, но сила не всегда приводит к победе, что бы выжить в этом мире нужна голова на плечах, а Воломир не токмо свою, а и чужие головы сгубить может.
   - Я тогда на той полянке по тебе ударить хотел, но больно уж чудны твои воины были, да и ходили римским строем, а это уж очень весело. Чудно смотреть как вепри и волки строем ходют. Думал драпанут твои вои, ан нет устояли, а потом еще и отход основных сил прикрывали. Вот и спрашиваю я тебя Чеслав, зачем тебе этот Воломир, с нами дружить выгоднее будет.
   - Мне от вас всех держаться подальше намного выгоднее.
   - Не получится - отмахнулся конунг гепидов - время не то, что бы в лесу сидеть.
   Я кивнул.
   - Скоро большой поход на Валентиниана кесаря ромейского будет, и ты можешь пойти с нами, а это тебе серебро на подготовку к походу.
   - А зачем Атли этот поход, далековато будет до Рима-то.
   - Женщина, во всем виновата женщина - грустно сказал Ардарих - Гонория, сестра римского императора Валентиниана прислала кольцо царю царей и предложила себя в жёны. Атли направил послов в Рим с предложением руки и сердца прекрасной Юсте Гонории, и потребовал за женитьбу половину земель в качестве приданого. Презренный Валентиниан отказался отдать свою сестру за царя царей, а человека того, что приезжал от Юсты к Атли убил подлым образом, содрав с него кожу. Сама сестра императора ромейского, была отправлена в Константинополь, тогда Атли послал послов к Феодосию с требованием вернуть Юсту, но она была немедленно направлена в Рим и спрятана от нас. Вот уже много лет сведений о Юсте Гонории нет, люди говорят, что держат её аки птицу в клетке.
   - Да, странная история, а кто из императоров клетку ту стережет?
   - Это не имеет никакого значения, они все свиньи, а земля их должна принадлежать нам, мы пойдем в любой поход, хоть на запад, хоть на восток. Наш царь, великий сотрясатель вселенной требует свадьбы - Ардарих усмехнулся в усы - и ему все равно согласится император или нет.
   - Я представляю лицо Валентиниана, ромеи от такой наглости наверное дара речи лишились.
   - Ну да, так и есть.
   - А что же Воломир, скоро посланцы от него придут, призывая меня с дружиной в хольмгард (город на холме) Щецин, что стоит на Обре?
   - А ты не отказывайся, от хорошего предложения грех отказываться, приди, но в бой не ходи, я на тебя ударю, людей твоих я знаю, а ты возьми да и отступи в свои болота, больше от тебя ничего не требуется.
   - А ты за мной и за сундучком своим в болота-то не пойдешь?
   - Что у меня своих болот нет что ли? Да и не гоже мне по лесам за твоими вепрями, лосями да волками гоняться - отмахнулся Ардарих - землю варгов-поморов где правит Митон, да сынок Воломира Видимир возьмем да и хватит нам, сам понимаешь, солнечный камень всем нужен.
   - Не ужели не веришь в то, что Воломир отобьется?
   - Союзников у него уже и не осталось. Брат его Ильдигас по просьбе кесаря греческого в Сирию ходил, да побили его там. Вернулся Ильдигас, а войска-то у него и нет более. Князь ругов Святовит морем на сконцев и на юттунгов ходил, да пожгли его корабли, сидит теперь на своем острове, раны зализывает. Ты вот в болотах прячешься и никуда ходить не хочешь. А мокшан, что ты с собой приводил на битву с Ироном уже всех князь буртасский в поход нанял. И еще много народов, что с буртасами рядом живут акатциры, савиры, утигуры, хунугуры, сарагуры, угоры, авары, оногуры, кутригуры, булгары, хазары и другие, все они на зов царя откликнулись. Хочешь ли ты против нас стать, или может о земле да о людях своих вначале подумаешь?
   Да, пипец котенку, подумал я и решил под пятый кубок медовухи закинуть провокационный вопрос.
   - А ты вообще долго под Атли ходить собираешься?
   - Царю нашему скоро уже пятый десяток годков исполнится, не вечен же он, а вот сынки его слабы головой, да и руками слабы. Как отец помрет, сыновья меч в руках не удержат - Ардарих наклонился вперед - ты держись меня князь лесной, со мной не пропадешь.
   Ну что ж, решение принято, теперь главное не подставиться.
   Я забрал у Ардариха деревянный ящик с серебром, а ему подарил полный комплект брони и крутой меч.
  
   Через какое-то время в Оршу пришел с сотней воинов Обияр сын Кугума. Обияр вначале возмущался и просил его пропустить к столице болотного князя, но Орша плотно закрывал вход в лесной волок, а выход закрывал Витебск, да еще на самом волоке стояло два острога и прорваться было не реально. А если какой идиот войдет в лес без соизволения воеводы Орши, то выйти уже не сможет, там его этого супостата в лесах и перебьют.
   Что хотел Обияр я узнал через десять дней, как прибыл в Оршу со своей бронированной сотней. Вид моих воинов остудил пыл сына Кугума. Оказывается Кугум был возмущен, что я стал продавать ему менее качественные мечи и сабли. Я приказал вынести германский меч и римскую спаату, а потом показал свой меч из обычного кричного железа и спросил у гостя - какой из этих мечей лучший.
   Гость долго не думая указал на мой меч.
   - Так что же ты говоришь, будто мои мечи стали хуже - спросил я - твой отец хотел меч за 25 гривен, вот вам меч за 25 гривен, а если хотите более качественные мечи, то платите больше, и вы получите мечи за 50 гривен. Но я понимаю, что твой отец перепродает мое оружие и имеет свою долю прибыли, поэтому я предлагаю вам лучшее оружие по цене вашего лучшего лука.
   - Ты ума лишился чеслав? - возмутился Обияр - наши луки торгуют и за 100 гривен, нет в степи лука лучшего чем аланский!
   - Согласись Обияр, что нет на свете лучшего меча чем мой. Однако понимаю, что вы воины конные и мечи вам не нужны, поэтому предлагаю тебе сабли по 40 гривен серебра за штуку, и ни гривной меньше. Если хотите лучшие мечи, то буду торговать только по цене вашего лучшего лука.
   Обияр принялся торговаться, и мы сошлись с ним, что я буду продавть сабли по 30 гривен серебра, а мечи менять на луки один к одному. Кроме того люди Кугума будут пропускать мои корабли через пороги с пониженными пошлинами, всего то за десятину, а еще аланы предложили своих коней и овец.
   Я знаю, что аланы тоже платят выход (дань) Атли, и я для них как бы сказать лучший вариант для продажи излишков. Ведь все, что продается в степи, продается на больших рынках, где полно налоговиков Атли, и любая попытка утаить прибыть от царя царей тут же может привести к казни. А я как бы "тихая гавань" своеобразный оффшор, куда можно сбагривать излишки товаорв, что меняются почти по бартеру, не прибегая даже к серебрянному или золотому эквиваленту. Но жадные аланы меня и тут кинули, они предложили коней и быков по неприличному курсу обмена, однако пришлось согласится с такой наглостью, я то надеялся торговлей втянуть аланов в свою сферу политического влияния. А огромные отряды приднепровских кочевников - это серьезная сила.
   Против Атли такая сила не сработает, ведь они почти данники великого царя, а вот в разборках с соседями аланский фактор может сыграть ключевую роль.
  
   Так и расстались мы с Обияром довольные друг другом. Сын аланского вождя думал, что обманул болотного князя, а я думал, что совершил выгодую сделку, а еще через две седьмицы пришел Валамер сын Воломира.
   И как всегда просил прийти по весне с дружиной, как только сойдет большая вода.
   Ну раз уж решение принято, то можно вытаскивать из ситуации все по максимуму.
   - Ты ведь мою дружину видел Валамер - спокойно сказал я - у меня в дружине всего пять сотен воинов, остальные за серебро нанятые, а серебра у меня нет, я с прошлого похода ничего не взял.
   - Я привез тебе серебро - на пять сотен воинов точно хватит, однако не о том речь, хочу людей к брату твоему направить, а где он обитает не ведаю.
   - Ты хочешь позвать Радомира?
   - Его воины тоже нужны, пять сотен воинов, на серебро мой отец не поскупится, сам верно ведаешь, сгубил сын Атли брата моего, в полоне уморили Тиудимира, нет им прощения, и мы будем биться до последнего человека.
   Хороший человек Валамер, смелый и честный, он мне понравился, но ведь он никогда своего отца не предаст, а значит будет биться с Атли до последнего ободрита. Вот только мне участвовать в этом смысла нет. Ну что ж приду я по весне. Приду и уйду, пусть семейство Воломирово сами с Аттилой воюют. И не нужно говорить, что я такой плохой. Не мы такие, время такое.
  
   - Что ты будешь делать? - спросил седобородый старик, что сидел на мягких шкурах в углу светлицы - ты и вправду решил войти под руку Атли?
   - Ну, я ведь сейчас Ардариху ничего не должен - ответил я - Ардарих привез три сотни гривен серебра и за свое серебро получил отличный меч и лучшую бронь. Тот комплект, что я ему подарил потянет на все пять сотен гривен серебра, так что перед богами я чист, и Ардариху я ничего не должен. А что касается серебра от Воломира, так у меня и для него есть достойный подарок.
   - И что ты хочешь подарить Воломиру?
   - Баллисты, я продам ему баллисты, что стояли на наших кораблях. Десяток таких баллист сможет обеспечить надежную оборону его крепости.
   - А ты Чеслав не боишься лишиться такого грозного оружия?
   - Нет дед Боян не боюсь, мы уже имеем более грозное оружие.
   Я действительно уже давно научился делать тяжелые самострелы, что намного легче баллист, а бьют так, что всадника с лошади сбивает.
   Да это было прошлой зимой, я от нечего делать задумал усилить мощь своих арбалетов и ничего у меня не получилось. Вес изделия увеличился почти вдвое, а вот дальность стрельбы и мощь выстрела увеличилась не намного, так как стандартный болт был слишком легким. Вот я и придумал использовать более мощный болт. То есть толщина и длина древка болта почти в полтора раза больше стандартного болта, а вес кованного наконечника в три раза тяжелее чем у обычного болта.
   Такой тяжелый болт требовал не простого увеличения длины стальных плеч арбалета, а в полном смысле слова переделки арбалета под блочную конструкцию. Но вот с блоками для плечей арбалета у меня не получалось, зато получилось сделать пружину. Обычную стальную проволоку скручиваю в пружинку, а потом накаляю её до светло красного цвета и резко охлаждаю в масле.
   Две таких десяти сантиметровых пружины устанавливаются под "Г" образные стальные дуги плечей арбалета, и получается дополнительная кинетическая сила сжатых пружин. Вес болта почти два килограмма. Большой болт с нового тяжёлого арбалета летит примерно на четыре сотни шагов и в случае попадания в человека со щитом, просто сбивает пехотинца с ног.
   Я пробовал стрелять в кабана на охоте, так болт пробивает бедное животное почти насквозь.
   Имея сотню таких штуковин на кораблях, морских пиратов можно не боятся, одним выстрелом снесет за борт всю команду зазевавшихся протов викингов. А еще я пытаюсь из тяжелого арбалета стрелять камешками, но пока получается плохо. Если бить шагов со ста, то толк есть, а на большую дистанцию хрен попадешь, поэтому я буду использовать болты, как самое точное и проверенное средство поражения. Однако по наступающему противнику, что изображает стену щитов, можно лупить и камнями или свинцовыми шарами, только где мне взять свинец. Не буду же я делать чугунные шарики, я же не больной. Хотя один такой шарик граммов в 500 должен по идее в щепки разнести стандартный щит, а если попадет в воина, то наверное сломает кость. Особенно хорошо стрелять по лучникам или всадникам с луками, в первом случае такой свинцовый боеприпас сбросит со стены сразу несколько воинов со щитами. Первого просто прибъет, а второй от страха сбежит. А во втором случае, если бить по коням, то можно перекалечить сразу всю вражескую конницу. Но это потом, а пока, что и болтов усиленных хватит. Если лупить из тяжелого арбалета по строю щитоносцев, то можно в один залп пробить брешь, а в образовавшуюся брешь можно уже лупить болтами из простых арбалетов или бить стрелами из луков. Тем более, что хороших луков теперь у меня есть немножко.
   Однако что я вам хочу сказать, даже при наличии луков, лучников у меня все равно нет. Оказалось, что стандартный аланский лук отличается от обычного лука лесного охотника как СВД отличается от мушкета. А учится вести бой из такого лука нужно начинать с детства.
   Поэтому я пока, что собираю все полученные в обмен за мечи аланские луки в амбаре, и буду вооружать ими скорее всего людей Радко, так как людишки бусовы очень напоминают мне прото казаков, и на лошади ездят неплохо и умеют степной бой вести.
  
   - Так ты не пойдешь к Воломиру? - ещё раз спросил дед Боян.
   - Нет к Воломиру я как раз пойду, я думаю, что Атли должен увидеть нашу дружину - я задумался и через какое-то время продолжил - мир и хорошее предложение может получить только сильный противник, со слабаками разговаривают плети.
   - Ты стал другим Чеслав - дед Боян почесал бороду - я никак не ожидал, что ты вот так вот сможешь легко обсуждать проблемы войны и мира, тебя уже знают сильнейшие люди этой земли, не страшно?
   - Волков дядька боятся, так в лес не ходить. А все что я знаю, то твоя работа, ты всему обучил и помог, а теперь нам требуется в руках удержать все, что имеем. Так, что собирайся Боян, поедешь по родам кривичей и дряговичей собирать воинов, мне нужны лучшие мужи.
   - А не сгубишь ли лучших мужей? Этот поход может стать последним для нашей дружины.
   - Только об этом и думаю, хочу всех в брони одеть и огненный бой опробовать. Мыслю я, что Атли быстро загонит людей Воломира в крепости и будет в основном война осадная. Вот я и хочу Воломиру для крепостицы его подготовленных для работы с балистами и огненными мехами людей дать, а сам с конными воинами в крепость не пойду, в поле встану. Пусть видит Атли нашу силу.
   - Опасное дело ты Чеслав замыслил, и людей погубишь и Атли разозлишь, не видать нам мира, может лучше и не ходить вовсе.
   - На войну можно и не ходить, однако предстать пред очами царя царей все таки нужно, и пусть это будет так, как выгодно нам, но и не в рабских ошейниках как это будет выгодно Атли. Скажи вождям, что за каждого воина, что в поход пойдет вожди получат по гривне серебра, а еще по гривне заплачу воинам, и дам оружие. Иди так далеко, как тебя в леса да болота пропустят, возьми подарков побольше для вождей.
   - Ну что ж, буду собираться, сколько людей дашь? - дед Боян стал кряхтя вставать с лавки.
   - Да не суетись ты дед - я придержал его рукой - посиди, выпьем меду, поедим пирогов, обсудим дела наши ратные, может посоветуешь что.
   - Да что тебе советовать, ты вон воин какой знатный, тебя не всякий и одолеть-то может, а хозяин так вообще на загляденье, все у тебя крутится, все вертится, и серебро и товары в руки тебе плывут. А задумки твои, и то как ты с соседями обходишся, так не каждый конунг умеет.
   - Все так дед Боян, все так, только вот люди, что рядом со мной не все в счастье ходят, многие живота лишились, а многие в скорости сгинут. Вон родственник наш Радко, все еще от ран не оклемался.
   - Радко сам виноват, нет в том твоей вины - стукнул кулаком дед Боян по столу - ты князь, и нет пред тобой ни родственников ни друзей, волю князя без слов исполнять нужно. Ты Радко сказывал в погоню за погаными не ходить, ты ему сказал от твоей дружины не отрываться? А он тебя ослушался, вот и по делом ему.
   - Да все так Боян, все так, да вот только не смог я его уговорить даже бронь свою одеть, не князь я для него, не князь и для твоего сына Радомира. Родственник да, друг, товарищ, но не князь и это плохо. Не слушают они меня, всё по своему делать хотят.
   - Твоя правда Чеслав, не слушают и слушать не будут. Радко как и Радомир тебе ровня, однако у Радомира теперь свое княжество есть, а вот Радко завидно, как бы беды не было, он вот чуть всю дружину не сгубил на том поле карпатском да и сам голову свою еле уберег.
   - Я ему бронь подарил, так он все в отцовской кольчуге ходил, а что кольчуга против стрел. Кольчуга вещь хорошая, да только стрелу каленную не держит. А теперь и Цветана за брата своего на меня в обиде. Я её в Полоцк зазываю, так не идет.
   - А ты не зазывай, а сам к ней на Ильмень озеро почаще езди, а заодно и Псков свой проверяй, там людишки чужие сели, как бы беды не вышло, а то посчитают себя людьми князя Видимира сына Воломира и отойдут из под руки твоей.
   - Псков мой, все земли, что за рекой Янтарной (Западной Двиной) мои, в каждый город я своих воевод посадил, однако ты дед Боян прав. Поеду я осмотрю свои владения, пока морозы стоят, а ты возьми обоз с товаром, охрану две дюжины воев и езжай к вождям людишек болотных, мне по весне пять сотен воинов потребуются.
   Так и разъехались, дед Боян поехал собирать ополчение из местных, а я поехал осматривать свои города, ну и жену повидать пора, а то умаялась баб. Мне то пофиг, сексуальный вопрос не тревожит, а вот Цветана под постоянным присмотром моих воительниц и никто к телу не допущен, там бабы боевый и честь князя блюдут по полной, а как же жена мужнина и на лево ходить не может, а вот муж тот имеет полную свободу даже в браке. Даа, хорошие тут традиции, очень уж способствуют развитию демографической программы государства.
  
   Император Восточной Римской империи по имени Феодосий, что в последствии мы станем называть Византийской империей читал письмо своего шпиона Эдикла. Рядом в ожидании топталась группа советников и министров.
   Феодосий еще и еще раз перечитал короткое послание и обратился к высокому сухощавому человеку с длинным кавалерийским мечем спаатой на поясе.
   - Ну и что ты думаешь об этом?
   Высокий человек пожал плечами.
   - Я думаю, что там в далеких землях есть еще много разных народов, что пока не находятся под пятой подлого пса Этли - ответил он императору.
   - Я читал письмена Геродота и знаю, что там в землях сарматских обитает множество народов, но все они нынче покорены Этли - с раздражением проговорил Феодисой - мы знаем, что за землей голубоглазых Будинов проживают свирепые племена Геллонов, а восточнее их кровожадные Мосхи, что имеют родственные связи с Буртасами. Однако за землями Мосхов жить невозможно, там непроходимый лес и дикие топи, населенные демонами, а как приходит зимнее время, то замерзают даже птици на лету.
   - Если внимательно прочесть донесение Эдикла, то получается, что этот Чеслав зовет себя вождем людей болотных, так что все сходится - тихо проговорил один из советников.
   - Что ж это выходит, что за землями диких Сарматов проживают цивилизованные народы, способные обрабатывать железо и дерево лучше наших мастеров? Ты ведь знаешь, что Будины ранее жили на греческих землях, а когда горделивые эллины погнали будинов со своей земли, то те ушли в верховья Борисфена (Днепра), где вступили в союз с кочевыми племенами геллонов, и от того союза образовались новые племена, что и поныне живут на тех замлях. Те народы были цивилизованы, и имели много мастеровых людишек.
   - Тяжелое время наступило для великих империй мой базилевс - высокий мужчина склонил голову.
   Император и сам знал об этом. Несколько лет назад, собачий сын Этли совершил крупный поход на северную границу Восточной Римской империи, в ходе долгих маршей и походов Этли загнал большую армию во главе с главнокомандующим Аспаром на Херсонесский полуостров и полностью уничтожил её, а потом сын проклятого Ругиллы напал на западные границы империи.
   Император был хмур, несмотря на сильнейший натиск, полчища варваров все таки не смогли взять город Асем (современный город Осым в Болгарии). Его защитники не только отбили вражеский приступ, но и отогнали врага от крепости. Великому римскому войску удалось встретить врага на реке Уте и в ходе двухдневной битвы остановить продвижение варваров.
   Однако императорская армия была обескровлена и отступила к Константинополю, а подлый варвар Этли двинулся в Грецию, но прорваться через укрепления в Фермопилах варвары не смогли.
   Полчища Аттилы разорили провинции: Нижнюю Мезию, Фракию и Иллирию. Конное войско гуннов снова дошло до столицы Византийской империи - Константинополя, угрожая взять его штурмом.
   В те времена стены города во многих местах были разрушены недавним землетрясением, и огромная Восточная Римская империя склонила колени пред варварами. Византийский император Феодосии II 'купил' мир у вождя гуннов ценой годовой дани в 2100 фунтов золота и уступкой нижнедунайских земель - Дакии Прибрежной. Для того времени это была огромная сумма, и императорская казна с большими потугами смогла выплатить первую годовую дань.
   Однако так дальше продолжатся не могло, и византийцы активно искали союзников среди варварских конунгов для борьбы с Атли. Но это не так просто, почти все варварские вожди уже склонили голову пред ужасным Этли, но там в далеких сарматских болотах появился молодой вождь дикарей, настолько глупый, что за несколько сундуков серебра может помочь собрать антигунский кулак, и Феодосий сейчас вчитывался в донесение, пытаясь осознать, чем же можно подкупить такого вождя дикарей. Непонятные сифоны, земляное масло, бревна плюющиеся огнем, что это, откуда, и много ли такого оружия у дикарей? Император не мог поверить, что там в болотах может существовать развитая цивилизация, хотя конечно все бывает под синим небом, ведь будины отлично знают эллинскую культуру и ремесла, они сотни лет жили рядом с греками, а сейчас чем демоны не шутят возможно кто-то из отпрысков будинских правителей и поселился в дремучем лесу.
   - И что вы скажете мне? - Феодосий посмотрел на своих мастеров - что это за сифоны такие, и как у этого дикаря получается делать такой огонь?
   - Так ведь огонь такой наши предки давно знали, и корабли вражеские жгли еще при Архимеде - греческом, и приспособления там были для метания огня. А жидкость с земляного масла действительно горит хорошо, вот только нет у нас сейчас таких метателей.
   - Так что вам нужно для их разработки?
   - Посмотреть хочу на устройство то дивное.
   - Эдикл пишет, что обещал варварскому конунгу Чеславу людей прислать ромейской крови, что умеют чудеса дивные делать и наукам обучены, так вот ты Прокл и езжай в дикую Сарматию.
   - А какие же я чудеса смогу показать варварскому конунгу.
   - Ты будешь мастером по строительству каменных крепостей, обучи варваров кирпич выделывать, и из него стены крепостные строить, что бы от варваров Аттли отбится, а сам секрет огня и машины метательной вызнай. Скажи, что для обжига кирпича тебе огонь нужен, пусть покажет как его делает.
   Мастер византиец поклонился императору, а кесарь продолжил.
   - С тобой поедет центурион Анталий, он родом с южной Сарматии и с варварским вождем общий язык найдет, нужно подготовить дружину Чеслава, чтобы его люди могли как понадобится с Атли воевать.
   Кесарь константинопольский повернулся к своему министру тайных дел - а ты отпишись Эдиклу, и злата ему отправь для вождя гелонов, что на Сейме сидит в городке Данаприус. Те варвары под рукой тестя Этли, хана буртасского Кугума ходят, так пусть варвары Данапрские нападут на земли Чеслава, что бы побили они друг друга, и Атли на Чеслава обиду затаил. Тогда варварский болотный конунг нам в ноги поклонится, защиты и дружбы просить будет, так как убоится гнева Этли.
   - Я думаю, что нужно с этими варварами сарматскими торг начать - тихо сказал высокий статный человек, что стоял все это время у правого плеча императора - так будет легче их тайные знания выведать и людишек торговых для своих дел приспособить.
   - Торг вести конечно можно, но как болотный князь пройдет пороги на Борисфене, ведь там все пороги держат вожди Алеманские.
   - Есть путь в к Чеславу по Танаису через земли мосхов, наши люди давно с мосхами торг ведут, да с вождями гелонов и будинов торгуют, если вождь мосхов знает Чеслава, то и путь в его земли покажет.
   - Ну что ж отправляй по весне большое посольство с купцами к Чеславу, пусть торговцы наши греками прикинутся. Греки часто до Танаиса ходят за рабами. Пусть поднимутся купцы с нашими людьми по Танаису и путь в земли Чеслава найдут - подвел итог разговора император - а ты Продий уж постарайся чтобы вождь гелонов Богун напал на земли Чеслава, скажи что за рабов от племени людишек болотных, что Чеславу служат много серебра дашь.
   Все присутствующие поклонились базилевсу и не расправляя спин вышли из залы, остался только высокий крепкий человек, что был давним другом и советником Феодисия 2, а звали его Маркиан (Марциан) Флавий.
   Марциан Флавий был любовником сестры Феодосия 2 и лелеял надежду женится на Августе Пульхерии - сестре императора.
   - Что молчишь Марциан? - Феодосий посмотрел на высокого мужчину - говори, что надумал.
   - Три тысячи фунтов золота.
   - Ты не слишком ли много просишь?
   - Нет, разве 3000 фунтов золота большая сумма за мир и покой на наших границах?
   - Что ты хочешь сделать?
   - Я отправлю людей с золотом к Атли - тихо шепнул высокий человек - они придут как бы от твоего брата с просьбой образумить Теодориха конунга готского и наказать его за непокорность.
   - И что с того? - не понял Феодосий - ну побьет дикий пес Этли Теодириха, а нам то что?
   - Земли все гальские давно под себя Аэций подгреб, и Теодирих союзник его, однако люди говорят, что переписку ведет Атли с Теодорихом. Нельзя нам допустить союз варврских вождей. Нужно нам войну меж ними спровоцировать. А если Этли нападет на земли Теодириха, то в войну вступит и Аэций, а это уже война с твоим братом - кесарем римским. Как пес Этли ввяжется в войну с братом твоим, то и мы ему в спину ударим по становищам пса на Данубисе и покончим раз и навсегда с этими варварами.
   - Слишком опасное предприятие, мы могли бы этими деньгами мир на два года у Этли купить - задумчиво промолвил император.
   - Но это еще не все. Я хочу часть золота отправить Этли от твоего имени, пусть песий царь выделит нам 3000 воинов для войны с персами в армении, так мы оттянем часть людей Этли в Армению и свяжем его договором о военной помощи.
   - Я бы лучше это золото отдал в знак уплаты дани, чем придумывал эти махинации, а вдруг не получится? - спросил император, задумчиво глядая в окно.
   И от того, что император смотрел в окно, он не видел сверкающие гневом глаза Марциана.
   Полководец Марциан Флавий не был простым царедворцем, он был боевым генералом, причем из дикого народа, то есть не из чистокровных римлям или греков. Поэтому Марциан ненавидел этого маленького трусливого уродца, что именовался императором.
   Варваров нужно принуждать к миру, а не покупать у них мир, так думали многие легионеры, но Феодосий жалел серебра для легионеров, однако для варвара Этли этому трусливому недоумку серебра и злата было не жалко.
   - Прости меня базилевс, я никоим образом не хочу упрекнуть тебя в бездействии, однако мы находимся на пороге большой войны - тихо сказал Флавий - то, что враг еще не стоит у стен Константинополя, это везение, кровожадный варвар просто еще не решил на кого из императоров Римских ему выгоднее напасть, и мы должны сделать все, чтобы полчища варваров пошли на твоего брата, а не на нас.
   - Мудро ты придумал Флавий, однако почему ты думаешь, что наш милый брат не плетет таких же интриг как мы. У меня есть добрый друг и стратег Марциан, а у Валентиниана есть не более мудрый стратег Аэций.
   - Аэция нужно дискредитировать в глазах Валентиниана, к счастью сделать это нет так и сложно. Великий стратег Аэций еле еле удерживает Галлию, а в Испании все легионы Аэция разбиты варварским царем Гейзерихом.
   - Гейзерих уже движется на римскую провинцию Африку, не думаю, что там кто-то сможет его остановить. Эти вандалы и аланы непобедимы. Ну, что ж направляй золото Этли - Феодосий посмотрел в глаза Марциану - но не забудь про наших людей в Риме, я хочу, чтобы в каждом переулке Рима все нищие говорили о предателе Аэцие, который мечтает стать Императором галльским, и о его холуе готском конунге Теодорихе, который похваляется взять Рим.
   - Мудрость Ваша не имеет границ, воистину говорят древние философы, "Что мул, груженый золотом может открыть любые крепостные стены".
   - Так и есть, я хочу, что бы ты немедля отбыл в войска и начал подготовку к войне. Мы должны быть готовы и встретить Этли в случае нашествия, и оказать помощь нашему любезному брату, в случае нападения Этли на Рим. А в качестве дружеского жеста мы готовы будем принять в дар часть земель нашего брата.
   Оба собеседника улыбнулись, тут их мнения были абсолютно схожи, и суть их заключалась в древнем философском изречении: "разделяй - стравливай - властвуй".
  
   Эта зима была страшной. Такого бардака в природе я давно не видел. Нет, там в 20-м веке конечно происходило что-то подобное, когда в середине зимы всякие циклоны с антициклонами дерутся, но такого я в той жизни не припомню.
   Вот когда в середине зимы стоят морозы под -30, а потом резкая оттепель, и температура поднимает почти до нуля. Снежные наносы начинают таять, а потом резкое похолодание и верхний слой снега превращается в наледь, ветки деревьев ломаются от тяжести льда, падают даже могучие дубы, не выдерживая такой тяжести. А потом опять и опять, раз за разом и такие карусели качаются весь январь, а в феврале температура опускается почти под -40 градусов мороза.
   Звери уходят на юг, а те что не ушли просто дохнут с голода, так как не могут пробить копытами снежный наст, превратившийся в ледяное поле. Вот так и валяются в лесу косули и кабаны, олени и лоси, и только волки отъедаются от пуза, не в состоянии передвигаться. А тут еще волхвы, или шаманы, или как их тут зовут этих чародеев грёбаных. Эти чучела с бубнами ходят и мутят воду, рассказывая про конец света, мол видели они гнев божий в виде красного заката, что означает кровь и смерть всем народам. А тут еще комета, мать её так. Здоровенный светящийся серп в небе был виден почти десять дней и прошел этот огненный серп с востока на запад, а это означает, что наши соседи, что проживают на территории Европы все увидят такой опасный знак. Каждый колдун, шаман и просто жрец по своему будет трактовать этот сигнал. Кто-то из жрецов скажет, что пора мочить ромеев, типа им кранты, ведь вон даже сами боги послали плохую весть для ромеев. А кто-то умный, типа меня скажет, что ходить на войну в такой год вообще не стоит, а то вон ведь боги нам сигнал послали.
   Как бы там дальше не случилось, а божественная поддержка у меня в кармане, я теперь эту комету, в паре с кровавым закатом могу как угодно в свою пользу трактовать. А что разве этим не занимаются там в том мире все масмедиа? Если что случилось хорошего, то вам говорят, это произошло только потому, что вы встали на путь света и демократии, а если что плохо, так это только потому что вы не прислушались к советам истинных светочей свободы, что несут вам заокеанские ценности. А поскольку вы не принимаете эти самые ценности, и нарушаете права сексменьшинств, то вот господь на вашу голову и послал кары небесные.
   Я объехал все свои земли почти за месяц, и вот наконец то вернулся дед Боян, что ездил по родам кривичей и дряговичей, чтобы собрать охочих людей в военный поход. Дед пришел с плохими известиями. Оказывается не только звери ушли на юг, но и большинство родов ушли на правый берег Припяти, а некоторые так и вообще подались искать себе новые земли почти к морю. Многие селения уже были брошены, а многие находились в стадии свертывания.
   По словам Бояна получалось, что больше половины известных мне родов дряговичей ушли южнее, ближе к землям волынян, а на земли дряговичей тут же откочевали кривичи.
   Вот же мать его так, это что такое, куда бегут мои подданные? Это что уже переселение народов началось, что ли.
   Ну те селения, что находились рядом с Полоцком могут вообще пока не рыпаться, я прокормлю всех, в основном рыбой конечно, ко мне каждые десять дней приходил крупный санный караван из крепости Рига, что стояла в устье Северной Двины. Однако я сильно надеялся рано или поздно мирной экспансией подмять под себя все племена кривичей, дряговичей, чудинов и даже народ весь у Белоозера я заприметил как будущих своих подданных, а тут такой косяк. Почти половина моих будущих людишек взяла да и откочевала как перелетные птицы на юг.
   Однако была и хорошая новость от деда Бояна, оказалось, что он сговорился почти с десятком родов, о том, что те выходят из своих болот и селятся по притокам рек Западная Двина, Ловать и Днепр, как бы оседая между моими крупными городищами Полоцк, Витебск, Орша и Смоленск, а еще часть родов сядет в землях чудинов вдоль тракта от Западной Двины до Ловати и далее до озера Ильмень.
   Это конечно хорошо, фактически я получаю почти тысячу подданных вот так вот сразу, а это больше двух десятков малых селений.
   Но при этом я теряю почти три тысячи своих песьеголовцев, что ушли на юг. Между прочим к ним я уже успел привыкнуть, а это уже плохо. Я как-то проводил перепись населения, когда объезжал свою территорию. И вот тогда я подсчитал свое народонаселение, и тех, кого в будущем можно подмять под себя.
   Цифра выходила примерно такая: мои подданные людишки бусовы, венды, переселенцы готы, и всякие другие народы которые в основном сидели в крупных городищах - это примерно 1500 человек. Дружественные чудины, эсты, водь, новые переселенцы-варги и обры, а также часть почти прирученных песьеголовцев - это почти 5000 тысячи. Соседи с востока, которые периодически приходили на торг в мои городища, и с которыми я заключил что-то вроде оборонного союза, это 3000 человек. Вот такая вот математика, и теперь я имею картину, когда у меня вот так вот из под носа сбежали почти 3000 потенциальных подданных, как от царя Петра 1 староверы сбегали в Сибирь.
   С такими цифрами народонаселения, я не смогу выставить приличную армию, то есть дружина у меня есть, никуда она не денется дружина. Ведь теперь, с учетом людей Радко я могу вывести в поле три сотни собственных воинов и почти сотню конных воинов Радко, а еще я рассчитывал на пять сотен наемников, а наемников-то и нет.
   Хотя я конечно немножко передергиваю, люди конечно пришли, а куда им деваться, родовичей-то кормить нужно, а я ведь обещал серебро и железо. Но тех кто пришел, для большого похода не хватит. То есть я с трудом к концу зимы собрал почти 170 человек наемников от песьеголовцев, ну еще могут подойди за месяц пол сотни, однако общая цифра все равно не впечатляла.
  
   С учетом своей старшей и младшей дружины и пришедших наемников я смог собрать всего 570 человек. Всех мужиков из городищ выгребать нельзя, кому-то нужно и селения охранять и грузы по рекам возить, да и по весне производство запускать опять нужно.
   На зиму почти все сталеплавильни были остановлены, работали только кузнецы, что из заготовленной еще с осени тигельной стали производили мечи, сабли и наконечники для копей. А из обычного кричного железа производили требуемый для хозяйств ширпотреб в виде серпов, топоров, лопат, кос, пил и многого другого имущества.
   Если не считать моей личной кованной конной сотни и конной сотни Радко, то я смог свой сводный полк вначале разделить на три части строго по росту. У меня получилось 132 человека размером с дядю Степу-милиционера из старой советской сказки. Рост у таких великанов был запредельный для болотных людишек и по моему мнению составлял примерно в 180 см.
   178 человек были среднего роста примерно в 170 см, и самое главное, что у меня собралась приличная кучка довольно невысоких, как бы сказал классик - "кряжистых" мужичков ростом в 160 см.
   Пришлось перевооружать и переучивать дружину.
   В первой шеренге у меня стояли самые высокие воины с прямоугольными ростовыми щитами и длиннющими копьями. Вторая шеренга состояла из воинов с круглыми щитами и короткими метательными сулицами для дальнего боя, а в качестве оружия ближнего боя вторая шеренга вооружалась топорами и длинными ножами. Мечи имели только мои штатные дружинники, что уже третий год имели опыт обращения с таким оружием.
   А вот самых маленьких воинов я снабдил большими каплевидными плетёнными щитами и арбалетами. При чем выдал всем устаревшую деревянную версию арбалетов, так как в третьей шеренге у меня получились почти все пришлые песьеголовцы, а таким типам я дорогой арбалет со стальными дугами не доверю.
   И самые опасные у меня были воины личного резерва это три десятка стрелков с тяжелыми арбалетами, что пробивали воина со щитом почти навылет. Есть у меня и резерв, это две сотни отроков из младшей дружины, они вооружены новыми арбалетами со стальными дугами. Но их я пока в поход брать не планирую.
   Однако я не надеялся только на стрелков и длинные копья, я подготовил и супер оружие. Это был по современным меркам самый секретный проект, о котором знали только самые преданные люди. И эти люди постоянно находились при князе, как и ново обретенные вундервафли.
   А суть вундервафли состояла из маленького десяти литрового бочонка, усиленного кузнечного меха, и медной трубки.
   С помощью кожаных ремней бочонок с огне смесью вешался за спину. Левой рукой воин держал маленький круглый щит в умбоне которого была проделана дырка и вставлена медная трубка, а правой рукой воин качал мех, прибитый одной стороной ко дну бочки. Воздух с меха через трубку поступал в бочонок и создавал в баллоне избыточное давление, а жидкость под давлением выходила наружу через изогнутую медную трубку, получался древний ручной огнемет. Такого примитивного устройства хватало почти на два десятка выстрелов длиной огненной струи примерно в пять-семь шагов.
   Это не супер оружие и никакого переворота в военном деле вот так сразу не получится, однако остановить врага внезапным огненным смерчем в упор и даже обратить в бегство кучку диких воинов-варваров такая убервафля может. Вот я и надеялся на этот огнемет как на оружие последнего шанса, когда потребуется пробить брешь в обороне противника, или наоборот самому прорваться из окружения. Уже после первого применения огнемета, военное руководство вражеской армии обсудит итоги боя, и второй раз такого сильного эффекта у меня уже не получится.
   Мы тренировались каждый день, я ждал когда сойдет с реки лед и собирался пойти к своему союзнику Воломиру на речных ладьях. Всю дружину я разбил на взводы по 30 человек, собственно один взвод получал в свое распоряжение один двадцативесельный корабль.
   Воевать я конечно не собирался, я хотел отвезти Воломиру оружие по стоимости того серебра, что привез мне его сын, и при необходимости посидеть немножко в обороне изображая толпу дикарей, а как появится войско Аттилы я хотел просто стартонуть с поля боя домой.
   Это конечно плохо, но тут такое кидалово это обычное дело. Тем более, что я за то серебро подготовил для Воломира 12 баллист, этого оружия вполне достаточно, что бы оборонять длительное время хорошую крепость. Баллисты правильно расположенные в башнях и на стене города смогут бить противника на дальности в пять сотен шагов, а это огромная цифра, и скорострельность моих баллист приличная.
   Мне такие игрушки больше не нужны, слишком громоздки. Себе я уже сделал три десятка тяжелых арбалетов, что прошивают толстыми болтами деревянный щит на расстоянии в двести шагов. Арбалет получился достаточно тяжелым и требует два человека для обслуживания, но зато он намного компактнее старой баллисты.
   Кроме больших болтов в качестве зарядов для баллисты я приготовил Воломиру и сотню глиняных обожженных горшков с огнесмесью для поджигания штурмовых башен.
   То, что новая война будет оборонительной, и я ни чуточку не сомневался, ведь на этот раз сам отец Атли идет воевать неприятеля, а в прошлый раз мы сражались с сыном царя царей по имени Ирон. И Ирон оказался совсем не в папу ни умом, ни силой. Как говорится природа на детках отдыхает, такое всегда происходит и тут удивляться нечему.
   А вот Воломир думал по другому, он собирался начистить рыло песьему сыну Этли. Люди Воломира так и говорили, что Ругила отец Этли был собакой, вот и получается, что Этли песий сын. Кстати по готски пес звучит как хунгс, я уже давно вывел теорию, что гунны-хунны это типа обзываловка такая, типа собаки вы все, песьи дети и все такое. А имя Ругила очень смахивает на племена ругов, может отец Атли все таки руг, а не монголо-бурят. Руги это же древне германское племя, если мне память не изменяет.
  
   Зима была тяжелой и запасов, что я заготовил нам не хватало, а купцы из родов, что проживали в нижнем течении Днепра перестали приходить в Оршу еще в середине зимы, когда стояли самые лютые морозы. Я вначале подумал, что типа у всех соседей напряг, или может в такой холод купцы не хотят рисковать по замерзшей реке караваны таскать, может людишки ждут изменения погоды в лучшую сторону. Вот как раз в конце зимы по моим расчетам, пока лед в Днепре стоял крепко я послал караван своих торговцев вниз по реке к готскому селению Данаприус, что стояло в слиянии Десны и Днепра. Мои торговцы повезли свечи, бочки со смолой, горшки с лечебным зельем из скипидара и елового масла с лесными травами, а также кучу железного товара и мехов для обмена. Купцы ушли и пропали, а недавно прискакал воевода Орша и привез человека с Данаприуса.
   Уже давно я завел что то типа агентуры во всех соседних селениях, агенты получали приличное жалование, которое я передавал с торговцами и вот один такой агент сработал. А весть, что он передал меня не обрадовала, требовалось срочно созывать военный совет.
   На совете собрались все главы родов и старшие городищ, а также все воеводы, в том числе представители городских ополчений. Если правильно выразится, то это был сход народных депутатов. А депутатов таких прибыло в Полоцк аж семь десятков человек. Сбор депутатов со всей земли дело не быстрое и пока люди собирались, я отправил самых толковых воинов к Данаприусу за языками-пленными.
   Позавчера вернулись разведчики, и поведали историю, от которой я потерял покой. Мои три десятка конных воинов, напротив Орши переправились по льду через Днепр, и начали спускаться вниз по реке к Сейму.
   Шли в основном по ночам, а днем вставали на привал. И вот однажды они увидели вражеский разъезд в два десятка воинов, что шли параллельным курсом вниз по реке, а на конях привязанными тащили трех человек. Старший моего разведвзвода принял решение атаковать немедля, и только внезапность удара позволила нашим людям победить без больших потерь.
   Взяли шесть пленных готов Данаприуса, а когда развязали притороченных к седлам людишек, то оказалось, что это воины Радко с разъезда городища Смолянки.
   История прескверная, готские разведчики поднялись по левому берегу Днепра до самого Смоленска, там подкараулили воинов Радко, что объезжали окрестности, напали на них, семерых зарубили, а вот троих взяли в полон и везли сейчас в Данаприус.
   Такой явной агрессии со стороны готов я давно не видел, иногда были пограничные стычки, когда несколько разъездов метали друг в друга стрелами, были попытки напать и на мои корабли, но такого налета еще не случалось. Самое главное, что пленники рассказали о судьбе нашего торгового каравана. Мол по приказу готского конунга Богуна их всех побили, а товары забрали. Это уже война, я не знаю, что взбрело в голову тупому готу, может решил отомстить мне за гибель готских вождей, и за тот поход четырехлетней давности, но ведь был у нас мир, дружба и жвачка, а тут такое.
   А самое странное оказалось то, что готские вожди решили собрать приличную рать, и уже в Данаприус стягиваются воины со всей округи и с Десны и с Сулы, а еще подошли люди с правого берега Днепра. И теперь мол в лесу у Данаприуса собирается приличная рать, а к окончании ледохода Богун обежает вывести в поле пять сотен воинов. И еще две-три сотни наемников могут прийти от буртасов (алан).
   Поход планируется после большой воды, и пойдут они вверх до самой Смолянки, а потом планируют и в Полоцк наведаться. Не иначе, прознали соседи, что я в поход собираюсь на помощь к Воломиру, и хотят дождаться когда я уйду вниз по Западной Двине к морю. А это означает, что у меня в Полоцке "крыса" - вражеский агент имеется.
  
   Военный совет был шумный, Радко и его воевода требовал немедленного похода на Данаприус.
   Орша и Святозар предлагали вести оборонительную войну от крепостей Орша и Смоленск, а дед Боян предложил обозначить поход к Воломиру, но дойти на лодках по Дисне и далее трактом до острога Вильно, что бы противник подумал, что мы ушли к Воломиру. А потом спустить лодки до Припяти и зайти ворогам в тыл. Так можно поймать всю вражескую армию у стен острога Оршы. То есть план деда Бояна и Орши со Святозаром дополняли друг друга, но очень сильно были похожи на план старого героя из фильма "Айболит 66". Когда умные бандиты предлагали наступать в обход, мол: "...глупцы герои строя, они идут вперед, а нормальные герои - всегда наоборот".
   Мне такой план не нравился, но я ничего сказать не успел, как вскочил Радко и заявил, что если я не пойду на Данаприус немедля, то он возьмет его силами только своей дружины.
   А вот такой фортель мне не понравился, это что ж получается, что братец Цветаны вообще оборзел и меня как князя в член собачий не ставит, собирается сам воевать, даже без моего позволения.
   В душе у меня говно кипело от злости, хотелось приструнить Радко прямо сейчас топором по голове, мне и того похода хватило, когда он чуть мне всю конную рать не сгубил. А после этого похода собачьи языки стали поговаривать мол оставила удача князя Чеслава, вон половину конной рати потерял, но ведь ту рать не я потерял, а этот утырок Радко. Однако ж всех не переубедить и глотки их мерзкие не заткнуть. Однако вот Радко заткнуть можно, сдесь и сейчас.
   Но я этого не сделал, а вздохнул несколько раз полной грудью для успокоения нервов, досчитал до десяти и тихо сказал.
   - Радко прав, не можем мы сейчас сделать вид, будто ничего не произошло, на такую подлость нужно давать немедленный и жесткий ответ. Этот ответ должен быть предельно жестоким, таким, что бы весть о расплате, постигшей жителей Данаприуса разнеслась по округе, и пусть каждый сто раз подумает, прежде чем связаться с нами.
   Боян опустил голову и что то пробубнил себе под нос, покачивая головой, видно было, что дед не согласен с моим решением.
   - Не бойся дед Боян, ты верно думаешь, что я собираюсь сломя голову кинутся мстить готам - я обвел взглядом всех присутствующих - мы отомстим, но сделаем это с расчетом и подготовкой, никакого глупого сражения мы не допустим, это будет не бой и не война, это будет кара, божья кара.
   - Через две седьмицы начнется ледоход, а потом пойдет большая вода - тихо сказал Орша.
   - Значит мы должны переправится на левый берег большой реки до ледохода.
   - Там полно вражеских разъездов, нашу переправу заметят.
   - Ты прав Орша, нас обнаружат если мы будем переправляться напротив твоей крепости, но если мы перейдем реку у Смолянки, то там нас не заметят, а Радко пока проведет изгонную охоту у своего городища и изловит всех соглядатаев - я посмотрел на Радко и тот кивнул.
   - В поход готовится вся дружина кроме воинов Орши, также я дам тебе воевода еще пять десятков отроков из младшей дружины на усиление, а ты всех баб отправь в Витебск пусть там пересидят до конца похода. И смотри, чтобы ни одна ворона мимо тебя в сторону Данаприуса не пролетела.
   Я посмотрел на присутствующих.
   - Всех жителей, что останутся в городищах как уйдет дружина переписать, никого из городов не выпускать, а будет так, что пропадет кто, немедля начинать поиски. Основной тыловой базой будет Витебск, все припасы немедля свозить санями туда, далее треть припасов свезти в Оршу, остальное в Смолянку. Дружина до Смолянки пойдет на санях, берем всего сотню конных воинов Радко, остальных коней всех в упряжь. Через десять дней дружина должна быть на левом берегу Днепра у Смолянки.
  
   Когда все старейшины разошлись, а остались самые доверенные воеводы я сказал - берем все новое оружие, те баллисты и огненный припас, что мы готовили для Воломира. Ты Орша будь готов отбиваться от ворога, мыслю я, что по правому берегу реки придут к тебе тати еще до большой воды.
   - Не боись князь отобьемся - махнул рукой Орща - мы четыре башни по краям острога поставили, так что теперь можем бить ворога большими самострелами с трех этажей башни, а взять те башни не просто, вход подземный из-за стены.
   - Башни те пожечь можно.
   - Не, не пожгут, не просто это, мы в маховую сажень все бревна глиной обмазали еще летом, так, что теперь нужно ворогу попробовать бочку со смолой вверх поднять под стрелами и болтами.
   - Может тебе еще пять десятков конных оставить из младшей дружины?
   - А куда я их дену с конями то, у меня и места для такой оравы нет.
   - Конные в бывшем селении Гореслава на тракте станут и волок от Витебска до Орши прикроют, а если ворог подойдет к острогу, то и тебе воевода помогут.
   Орша кивнул, а я обратился к Святозару - тебя воевода я тоже в поход брать не буду, на тебе оборона Вильно. Все твои люди останутся в остроге, через болота наймиты дряговичи могут напасть, сам слышал, что на правом берегу большой реки тоже вороги собираются, а наши бывшие соседи именно туда и ушли, могут в проводники нанятся и ворога на твоё городище вывести.
   Святозар кивнул.
   - Просто так никому в острогах не сидеть, разведку на три дня от крепостиц вести. Во всех селениях местных песьеголовцев людям сказать, что за информацию о подходе ворога будем давать десять гривен серебра. Особое внимание на поиск следов по снежному насту, все следы проверять, всех кто от нас к югу пойдет изловить и пытать. Я ясно все сказал?
   Воеводы закивали.
   - Тебе дед Боян особое задание. Останься в Полоцке, приглядишь за мастеровыми. Боюсь я, что кто-то может наших кузнецов попытаться умыкнуть. Вороги наши давно помышляют секрет стали вызнать, а тут такой проходной двор в Полоцке. У нас ведь много людишек из бывших селений Алларата остались, не все приняли смерть своего вождя, может кто и замыслил к своим родовичам на Днепр возвернуться, да не просто так, а с добычей.
   - Так забери всех людей Алларата с собой, нечего им тут сидеть - сказал Боян - забери с собой всех кому не доверяешь.
   - Так и сделаю, а ты тогда присмотри за их семьями, чтобы не сбежали, а то мало ли как пройдет поход.
  
   Сборы были быстрыми, первые отряды ушли за санными повозками уже с рассвета следующего дня, а последний отряд ушел через три дня в обед и я шел именно с последним отрядом, так как там везли тяжелые баллисты и мою первую бревенчатую огнеметную установку.
   Дружина двигалась как гусеница, вначале голова уходила вперед, и через определенное время вставала на привал, а потом начинал движение второй отряд, когда выступал третий отряд, первый уже уходил с привала, а второй только подходил к месту привала. Впереди шли дозорные и топтали приличный след по снежной целине. Воины первого отряда трамбовали снег, а второй и третий отряды уже шли по утоптанному шоссе.
   Ровно через десять дней я переправился через Днепр у Смоленска и заглубившись в лес обнаружил основной лагерь дружины.
   Радко доложил, что его люди дважды встречали и с боем отгоняли разъезд противника, но по всему выходило, что основные стычки происходили почти в сотне километров южнее места переправы и я надеялся, что враг до последнего момента не обнаружит подхода нашей армии к своей столице.
   Немножко отдохнув и распределив по телегам припасы, на двенадцатый день похода, под треск ломающегося льда мы тронулись вниз по левому берегу Днепра.
  
   Улдевуд был десятником при Алларате и ходил практически во все походы со своим вождем. Однако в последнем походе его ранили при захвате вражеских кораблей у острова Готланд и Чеслав - князь болотный отправил всех раненных домой в Ригу с несколькими захваченными судами и пленниками.
   Излечение проходило тяжело, так как рана была прескверная. Однако молодой организм пересилил демонов и вырвался из-за кромки. А когда вернулся Чеслав, то оказалось, что их вождь Алларат погиб в походе.
   Все поверили в несчастье и случайную гибель вождя готов, все кроме Улдевуда.
   Улдевуд знал, он чувствовал сердцем, что гибель Алларата не случайна. Этот проклятый служитель болотных демонов бросил дружину Алларата в смертельную схватку, а сам со своими людьми сбежал, и он должен ответить за свою трусость.
   Но как, как убить проклятого болотного демона, ведь его постоянно охраняет десяток головорезов? Можно отомстить по другому, можно украсть его жену и сына и продать их царю царей, великому Этли.
   Улдевуд собрал себе единомышленников из тех людей, что лично ходили в поход с Алларатом на греков в армии царя царей. Бывший десятник, а нынче уже командир отдельного готского отряда, численностью в сорок шесть человек выжидал. Он ждал когда начнется большой поход дружины к конунгу Воломиру, и тогда Улдевуд планировал начать действовать. Но все изменилось внезапно, и дружина Чеслава пошла в поход на Данаприус, где проживали многие родовичи воинов Алларата, и это был момент принятия окончательного решения.
   В один из дней, когда Чеслав назначил отряд Улдевуда в арьергард, то есть прикрывать хвост длинной колонны, спускающейся вдоль берега большой реки дружины, воины Ульдевуда вдруг резко отвернули вправо и быстрым маршем ушли к реке, а там связав плоты с риском для жизни начали переправу на правый берег Славутича (Днепра).
   Переправу готов заметили и пытались бить самострелами, однако потеряв одного воина убитым и пятерых раненных, отряд Ульдевуда переправился на тот берег и на виду воинов Чеслава побежали на юг, изображая выдвижение к Данаприусу. А как стемнело, Улдевуд приказал развернутся и начать выдвижение назад в обход Орши.
   Часть отряда Улдевуда, это те воины у кого остались семьи в Полоцке должны пойти к большому городу и выкрасть своих родовичей, а другая часть отряда пойдет на Ильмень озеро в городок, где живет княжна с сыном. У самого Улдевуда как и десятка его лучших воинов семей не было, поэтому новый вождь готской дружины посылал людей к Полоцку в надежде отвлечь внимание младшей дружины Чеслава, что осталась охранять волоки. Пусть глупцы пробиваются к Полоцку по болотам, уводя за собой неразумных отроков, а в это время сам Улдевуд прорвется к Ильмень озеру и похитит княжну.
  
   Мы спускались вниз вдоль берега Днепра, а неприятеля все не было. Однако на третьи сутки похода сбежали таки готы, что пришли с Алларатом ко мне в услужение. Я видел их недовольство после гибели вождя, я понимал, что с ними нужно что-то делать. И вот в этом походе я планировал отбить Данаприус и отдать его готам, пусть там сидит воеводой Улдевуд, но этот вопрос решился сам собой, так как Улдевуд сбежал, и сейчас наверное на полном ходу летит к Данаприусу, что бы упредить своих родственничков готов.
   Дружина совершала марш по тающему снегу и не могла двигаться быстрее чем 15 км в сутки, поэтому поход растянулся почти на 10 суток. На девятый день передовые разъезды Радко увидели разъезд врага и притворно отступив заманили вражеских разведчиков в засаду. Однако перебить всех не удалось, один из вражеских воинов на израненном стрелами коне все таки ушел в лес, и теперь пришлось ускориться, так как весть о нашем приближении скорее всего уже добралась до вождя готского Богуна, что сидел в Данаприусе.
   На двенадцатые сутки, конной сотне Радко преградила дорогу вражеская дружина, примерной численностью в три сотни человек. Местность была лесистая, чуть заболоченная от тающего снега, и конной схватки на рысях не получилось. Отряд Радко, как и было уговорено ранее, осыпая врага стрелами из новых аланских луков начал медленно отходить к нашим основным силам. Я успел остановиться, развернуть сани и выстроить боевой порядок в изогнутую по краям линию, как бы изображая полумесяц. Один край этого полумесяца упирался в берег Днепра, по которому величаво спускались огромные льдины, а второй край полумесяца уходил на сотню шагов в лес. Атаковать можно на большой скорости только на небольшом пространстве береговой полосы и я эту полосу прикрыл. А наступать через лес по промокшей земле с огромными заболоченными прогалинами и засыпанными тающим снегом оврагами не так то и просто.
   Вражеский отряд вывалился из-за леса весь сразу, и быстро разобравшись вытянулся вдоль наших повозок. Из противостоящего строя выехала страшила, а я вспомнил свой облик примерно два года назад, когда я ездил на коне с рогами лося, а сам был одет в шкуру полярного волка.
   Вот вражеский предводитель выглядел примерно так же, но у него был еще один вид устрашения, на груди коня на толстой веревке как ожерелье проходящие через бывшие уши висело пять высушенных отрубленных голов, уже успевших превратится в черепки с волосами.
   Готский воевода, сидевший на коне медленно проехал вдоль фронта, осмотрел наш лагерь и подал команду на отход. Так же стремительно как появились воины Данаприуса и растаяли в лесу. И что мне теперь делать? Я рассчитывал на штурм моего лагеря диким варварским отрядом, а тут такое. Ведь в это время все дикари завидев врага должны показать свою храбрость и смело бросится на копья, а враги вдруг взяли и сбежали, что это? Так не положено!
   Неужели подлый Улдевуд уже добрался до конунга готов и рассказал о моих любимых приемах боя и раскрыл секрет моих самострелов? Может поэтому враг не стал лезть на бесполезный штурм под каленные болты арбалетов и отступил? Ну ладно, пойдем дальше, только пойдем не как раньше, не будем вытягиваться в длинную змею, медленно ползущую вдоль берега, мы пойдем двумя колоннами. Первая колонна, это тяжело вооруженные копейщики, и конница шли вдоль берега рядом с повозками, а вторая колонна из песьеголовцев шла параллельным курсом по лесу. Во второй колонне шли воины с короткими метательными копьями и круглыми щитами. Внезапный удар из леса во фланг вторая колонна должна встретить сулицами, и сбившись в плотный строй встать на месте, прикрывшись щитами. А я уже из-за телег смогу на две сотни шагов поддержать своих воинов арбалетами.
   Мы в таком построении прошли до вечера, но врага не встретили, поэтому расположив сани в круг мы встали на привал.
   Точно так же прошел тринадцатый день похода, а на четырнадцатый день мы уперлись в лесной завал, за которым маячили головы вражеских воинов. Вот это дела, враг проявляет чудеса тактической хитрости, ни фига себе. Завал из срубленных и поваленных кронами к нам деревьев тянулся на три сотни шагов в лес и там заворачивал буквой "Г" к югу и тянулся еще на сотню шагов. Это и хорошо и плохо. Хорошо то, что враг боится нас до усрачки, раз такое придумал, а плохо то, что обойти этот завал я не смогу, так как одним краем он упирался в берег Днепра, а вторым в глубокий лесной овраг через который не так то и просто перетащить телеги. Поэтому придется думать как этот завал можно штурмовать. Сам я пока не думал о приемах штурма, все время в основном сам стоял за завалами.
   После разведпоездки вдоль фронта вражеского войска я дал команду разворачивать телеги и ставить в круг, тут наступает временное тактическое перемирие, можно посидеть дней десять и попробовать обойти этот завал по реке на плотах.
   А что, дерева много, нарубим плотов, и как пройдет большой лед погрузимся ночью на плоты и сплавимся ниже по течению сразу к Данаприусу. А пока вражеские воины сидят тут попробуем захватить или сжечь деревянную крепость Данаприуса. Так как основные стены направлены к югу, то есть к берегу реки Десна, то мы подойдя с севера сможем напасть почти на не защищенный городок, если получится конечно.
   Как водится собрался военный совет, думали мудрили и решили начать отвлекающую компанию по заготовке плотов. Три дня рубили и очищали стволы деревьев, стаскивали их ближе к берегу и сбивали плоты железными скобами. Все это время разведка непрерывно наблюдала за передвижением противника. Как ни странно, но противник клюнул, и уже к исходу второго дня часть личного состава за завалом исчезла. Я понял, что вражеский воевода решил оттянуть большую половину своей дружины ближе к Данаприусу, а за завалом оставил только прикрытие, не больше сотни человек.
   Восемнадцатый день похода, на рассвете две сотни пеших воинов прикрывшись огромными связанными из веток щитами двинулись к завалу и под нечастым обстрелом из луков начали рубить и растаскивать завалы. Тех врогов, что пытались подойти ближе мы отгоняли болтами из арбалетов.
   К обеду была пробита приличная брешь, шириной в два воза и в проход вошла черепаха из моих пехотинцев. Однако противник вопреки моему ожиданию не кинулся в атаку, а как то организовано отошел лесом на юг.
   Да что тут происходит, блин? Не должно быть так, я пока что по крайней мере с таким не встречался. Тут совершенно другой уровень военной интелигенции, им просто в падлу отступать. Тут люди прямые и простые, как только врага видят, так сразу за топор и вбой. А эти ж мать их итить, мне тут маневры устроили, уже неделю отступают как Кутузов под Москвой. Как бы мне не кончить как Наполеон, где тут только та Березина, через которую бежать придется?
   До вечера мы протаскивали через брешь наши сани до самого вечера. Беда пришла откуда не ждали. Снег еще лежал в лесу под пышными сосновыми кронами деревьев, куда не пробивалось весеннее солнышко, а вот тонкая прибрежная полоса была почти за сутки очищена от снега и нам приходилось тащить сани уже по грязи, а это не хорошо. Поэтому пройдя завалы, мы встали на два дня для подготовки примитивных тележных колес. За это время успели сплавить и вытащить на берег с десяток заготовленных плотов. Эти плоты все таки придется тащить с собой, если вдруг враги нас прижмут, то можно будет переправится на плотах, на правый берег Днепра.
   И только на двадцатый день как мы вышли со Смоленска, наш караван продолжил движение вниз по левому берегу реки. Время безнадежно упущено, и блицкрига не получится. По всему выходило, что противник о нас знает и уже успел подготовиться к встрече, при чем я предполагаю, что у врага может быть не меньше пяти сотен воинов.
   На двадцать третий день я увидел причину отсутствия вражеских воинов.
   Да, это был настоящий косяк.
   Река от весенних паводков разлилась, и теперь крепость Данаприуса как бы стояла на большущем островке в центре огромного моря. С нашего берега до искусственного острова, что образовался от разлива реки было примерно триста шагов, а вот противоположного берега реки я не видел, исходя из этого предполагаю, что разлив реки на слиянии Днепра и Десны произошел на пару километров, образовав искусственное водохранилище. И по моим впечатлениям, ухода такой большой воды придется ждать не меньше месяца, а это неприемлемо.
   Если использовать заготовленные плоты, то можно подойти к вражеской крепости на расстояние примерно две сотни шагов и прямо с плотов обстрелять стены крепости огненными горшками. Порешали, обсудили и приступили к модернизации плотов. На каждом плоту накатом в три бревна поставили двухметровые фашины для защиты от лучников. Всего подготовили двенадцать больших плотов, и на каждый установили по одной баллисте. Для обеспечения огненного боя на каждую баллисту я выделил пять десятков горшков с огненной смесью и на всякий случай мы загрузили по сотне огромных каленных болтов, больше похожих на маленькие сулицы. На каждый плот погрузились по 10 человек для обслуживания баллист и отражения атаки морского десанта врага на лодках, а на берегу соорудили небольшую крепость, в которую сели оставшиеся воины.
   Конница Радко, разбившись на десятки принялась прочесывать лес на удалении в два дневных перехода от нашего лагеря и шерстить ближайшие селения.
   Отталкиваясь ото дна большими киями, моя чудо эскадра медленно приближалась к вражескому острову. В пяти десятка шагов от берега плоты остановились и начали вбивать в дно огромные бревна, к которым вязали плоты, обеспечивая их неподвижность на медленно текущей воде.
   Первый выстрел из баллисты я сделал лично. Горшок наполненный горючей смесью прочертил дугу в небе и превратившись в точку скрылся за деревянными стенами городка.
   - Отлично Щукарь - сказал я - прицел тот же давай выпускай десять горшков, а потом маленькая пауза и опять десяток.
   - Внимание - заорал я - по десять горшков за стену крепости бееей!
   Застучали плечи баллист и смертельные подарки полетели к деревянным стенам крепости.
   Город разгорался достаточно медленно, после третьего удара по 10 горшков, только-только виднелись несколько десятков дымов, поднимающихся из-за стены. Сама стена, в отдельных местах горела не плохо, но вот город гореть не хотел, странно.
   Хотя, чему тут удивляться, если скажем ободриты уже строят настоящие срубы, то такой дом можно легко поджечь горшками, а вот эти местные готы как и венды строят что-то вроде огромного шалаша. То есть в земле вырывается двухметровая яма, туда ставится сруб, а сверху крыша, которая стоит как будто бы на земле. В таком доме зимой тепло, но вот весной он сырой, но самое интересное, что саму крышу покрывает толстый слой глины и дерна. Так, что поджечь такой город горящими горшками не просто.
   Однако враг испугался нашего обстрела, и решил принять коренные меры к устранению угрозу с воды. Вдруг несколько сотен людей появились на берегу с маленькими деревянными лодками, попрыгали в лодки по шесть человек в каждую и начали медленное движение в нашу сторону, отталкиваясь большущими древками копей от дна.
   Ну это даже не смешно.
   - Болтами по лодкам бей! - заорал я - стрелки, не спать, бейте их.
   Теперь затренькали уже и арбалеты. Враг не тупил, на берегу появилось почти сотня стрелков и начали навесом засыпать нас стрелами, пуская тучу черных палочек в весеннее небо.
   Стрелы, выпускаемые из луков маленькими грозными тучками уходили в небо, а потом совершив разворот, начинали свое смертельное движение вниз к плотам. Приходилось прижиматься к фашинам, но все таки врагу удалось попасть двум воинам на моем плоту прямо в лицо. Такой же неприятности подверглись воины и на соседних плотах, однако мы не переставали снаряжать арбалеты и бить врагов в приближающихся лодках.
   Воины на лодках поняли, что их щиты не держат удара каленного болта, какое-то время вражеские мореходы исступлённо гребли в нашу сторону, но как на лодках оставалось по два-три целых воина, враги начинали разворот к своему берегу. Однако под шквалом болтов, такой маневр обречен на провал, и уже через несколько десятков выстрелов я приказал перенести огонь на лучников, что стояли на берегу.
   Целая стая маленьких лодок медленно уплывала, влекомая течением кудато в сторону Днепра, а в тех лодках умирали от ран защитники города Данаприус. Морской десант не удался, теперь нужно сбить лучников с берега и загнать их за стены.
   По моим подсчетам прошел всего час, как враги выскочили из-за стены, и вот усыпав берег трупами, готы опять скрылись за стеной, а мы продолжили бить баллистами с огненными горшками по стене.
   К обеду стена пылала, а мы отвязавшись от вбитых в дно бревен, начали движение к своему берегу.
   Теперь предстояло совершить второй этап операции. Нужно разгрузить тяжеленные баллисты, и на их место взять десант. Один плот, может легко перевезти два десятка человек. А двенадцать плотов переправят приличную штурмовую группу. В штурмовую группу вошли копейщики с длинными, почти ростовым щитами и арбалетчики.
   К вечеру мы высадились на берег и пришвартовав щиты встали в две линии у сомой кромки воды, ожидая контратаки, и она состоялась. Из дыма выскакивали сотни воинов и бежали с дикими воплями к берегу.
   - Стрелки бееей! Копейщики, теснее ряды, первый ряд копье на землю ставь, все на колено, второй ряд копья на плечи первому ряду ставь.
   Мы сгрудились на маленьком пятачке берега ощетинившись копьями, а из-за копий лупили каленными болтами арбалетчики.
   Враги налетели как снежная масса, катящаяся с гор. Я не ожидал такого напора, в отдельных местах наша стена сразу же была отодвинута на три-четыре шага, и стрелки оказались почти по колено в воде. Медлить было нельзя.
   - Огнеметчики вперед, зажигай фетили - заорал я как раненный бык, в такой куче подавать команды непросто, однако меня услышали.
   И десяток закованных в броню воинов, рассекая строй начали движение к первой линии копейщиков, а уже через несколько секунд темнеющий небосвод осветили огненные росчерки моих вундервафель. Противник вначале взвыл десятком голосов, а потом резко отпрянул. Враги не успевали, последние стали первыми, и резко развернувшись пытались бежать к городу, а вот те, что были первыми, уже разворачивались под плотной стеной настоящего адского пламени. Противник вдруг превратился в огненную орущую и стонущую массу, откатывающуюся от берега, а вслед убегающим били каленые болты арбалетов. Через какое то время я подал команду "вперед", и наш строй распрямился, а потом добивая раненных, горящих людей медленно двинулся к городку.
   Это была не битва, а самая настоящая бойня. Противник, отойдя от первого шока, мелкими группами кидался в контратаку, как только мои воины приближались к очередному строению. Однако встреченные копьями и струей пламени, так же внезапно как и появлялись вражеские воины убегали в глубь городка. Так как горела только северная стена, враги успели сгруппироваться у зданий южной стены и сейчас прячась за возами и маленькими врытыми в землю домиками, били в нас стрелами.
   Огнеметные бочонки уже были пусты, поэтому приходилось прятаться за большими щитами копейщиков и бить болтами и дротиками зазевавшихся врагов. Так долго продолжатся не могло, в темноте враг задавит нас массой, нужно выходить из этой ловушки, пока окончательно не стемнело. Я подал команду и мы начали организованный отход к берегу. А там погрузившись на плоты поплыли к своему лагерю.
   У врагов шансов нет, ни на оборону, ни на эвакуацию. Все лодки, что противник смог собрать мы либо захватили еще днем, либо лодки с мертвым экипажем спокойно от дрейфовали в направлении Днепра.
   Городок горел всю ночь, то в одном, то в другом месте затухали подпаленные огнеметами строения, это защитники гарнизона тушили пожары, однако это ничем не поможет врагу, завтра мы предпримем решающий штурм и добьем этих готских крыс. Насколько я помню на территории Украины 20-го века не проживало никаких готов, а это значит, что в той истории их таки изгнали с земли, так почему сейчас это не сделать мне?
  
   Утром наполнив огнеметные бочонки жидкостью и погрузив на свой страх и риск по двадцать пять воинов на каждый плот, а также самое мощное оружие этого времени под названием "супер бревно" мы отчалили к острову, где черный дым поднимался в небо.
   Наблюдатели докладывали, что часть защитников города ночью соорудив плоты из разобранных деревянных домов отчалили от берега и направились вниз по течению Днепра, но по моим расчетам уплыло не более сотни человек. Это скорее всего местный конунг Богун с охраной и семьей убыл. Скорее всего этот подловатый гот утащил и всю свою казну, однако своих людей готский вождь бросил на растерзание болотному князю и его демонам.
   Высадившийся десант спокойно, под прикрытием больших щитов проник в полуразрушенный город и уперся в наспех сделанную баррикаду.
   Я предложил сдаться, но воины, что стояли за стеной отказались. Тогда я показал свою убервафлю, то есть повернул бревно в сторону и на глазах у обезумевших защитников сжег одним залпом деревянный дом.
   Проняло, и защитники начали сдаваться под честное слово болотного князя, что я сохраню жизнь женщинам и детям. Я понятное дело не изверг, прочитал лекцию про негодяя готского конунга, что убил ни в чем не повинных купцов и про неминуемую кару на его голову, а также напомнил, что в убийстве моих купцов принимали участие и жители сего чудного града, поэтому они так же виновны в коварном преступлении как и их конунг. Потом приказал грузить всех пленников на плоты и вывозить с острова.
   К вечеру готского городка Данаприус, что ранее стоял на слиянии Десны и Днепра не стало, по причине оставления его всеми жителями, а город я отдал Радко. Я надеялся, что гордый ант порешит таки вернутся в свои древние земли в долину реки Десна, что-то он мне надоел в Смоленске, ну неубивать же мне брата собственной жены из-за его своеволия и неуважения к князю. Так пусть тут сидит, место хлебное, городок можно восстановить, а реку плотно закрыть, так, что бы мышь не проскочила. И тогда все роды, что живут вверх по течению реки Десна, автоматически станут данниками, ну или союзниками Радко, а я заберу себе уже построенную крепость Смоленск. А напротив Данаприуса, на том берегу реки Днепр возвышаются большие холмы, вот там можно построить вторую крепость и назвать её например Киевом.
   Мы погрузили на плоты пленников и в несколько рейсов перевезли всех к нашему лагерю. В ходе последнего короткого боя и капитуляции было захвачено шесть десятков пленных мужчин готов и больше трех сотен баб с детьми. Эти люди будут перевезены на Ладогу, я обещал им безопасное место для проживания, пусть там строят свою новую жизнь в селении моего воеводы Богдана.
   Там сидит старый однорукий воевода Богдан, а я к нему отправляю людей бывшего готского вождя Богуна, странный прикол богов. Рыбы в Ладожском озере хватает, а вот людей в моей крепости Ладога проживает слишком мало, нужно строить там настоящее городище и закрыть всем проходимцам дорогу к Ильмень озеру.
   Так же медленно как и раньше, немножко отдохнув, мы начали движение на север вдоль левого берега Днепра к Орше, а там на плотах переправиться через Днепр.
   Радко со своей конной сотней решил совершить разведпоездку вверх по Десне, уж больно ему пришлась по душе идея забрать под руку землю своего отца, ведь теперь готская угроза почти ликвидирована, вот только от этого мне не холодно и не жарко. Готы как не крути были прослойкой между аланами и мной, а теперь вот этой прослойки не стало, и неизвестно как поведет себя хан Кугум.
   Вот и все, ровно через сорок семь дней, такая длинная компания, была окончена, а моя дружина переправилась через Днепр у городища Орши, а там меня встретила тяжелая весть.
   Суть произошедшего просто ошеломила меня, и повергла в шок моих воевод. Банда готов под руководством Улдевуда пошла оказывается не вниз по Днепру к своим сородичам, как я ранее предполагал, а вверх по реке.
   Дезертиры обошли крепость Оршу и разделившись на два отряда пошли в глубь моих земель. Пользуясь знанием местности часть готов попыталась ночью проникнуть в Полоцк, но их вовремя обнаружили собаки и выскочившая младшая дружина побила и отогнала татей.
   Но вот вторая часть готов Улдевуда пришла в селение Цветаны на Ильмень озеро, и рассказала слезливую историю о тяжелом ранении Радко. Мол князь велел привезти сестру в Смоленск к умирающему брату.
   Женщина, это существо без мозгов, оно живет не разумом, а эмоциями. Поэтому быстро собравшись и взяв с собой десяток охраны, в основном состоявший из моих воительниц и двух старых воинов, Цветана с сыном в сопровождении готов направилась к Смоленску. По дороге, на одном из привалов готы перебили охрану Цветы и увезли княжну с сыном в неизвестном направлении. Все это я узнал уже от моих следопытов, что смогли восстановить все произошедшее по следам и трупам убитых охранников Цветаны. Кроме трупов восьми женщин и двух старых воинов, в лесу мы нашли три трупа людей Улдевуда.
   Прочесывание местности и изгонная охота вниз по Днепру ничего не дали. По моим подсчетам часть готов о двуконь направились вниз по течению Днепра, а далее скорее всего скрылись в землях Кугума.
   Через десять дней пришел отряд, отправленный к Кугуму и доложил, что через их земли к Сузе (Судак) городку Этли проследовал караван всадников, и в том караване действительно была женщина и ребенок. Вот так я потерял свою княжну и наследника. Соответственно разбитый такими событиями, я с войском к Воломиру не пошел, хотя я и отправил к Воломиру десяток судов с баллистами и оружием.
   А еще через десять дней пришла делегация от кесаря Константинопольского Феодосия.
   - Гелоны всегда были мерзавцами и трусами, им нельзя верить - сказал Продий, посол кесаря греческого.
   - Кто такие гелоны? - не понял я.
   - Это те, кого ты зовешь готами, эти мерзкие выродки неоднократно брали наше золото, и обещали воевать с нашими врагами, но всегда подло предавали. Ранее все их знали как народ гелонов, однако сами себя они называли "готс", то есть "славные", вот ты и зовешь их готами.
   - Где может быть моя семья?
   - Они продадут твою княжну Этли.
   Я давно понял, что восточные народы называют Атиллу - Этли, а вот западные говорят Атли. Парадокс, может потому, что Атли это типа отец, например отец Ирона-Эрнака, а Этли, типа Этиль река (Волга), откуда пришло большинство кочевых аланов, что ходили на ромеев вместе с Атиллой.
   - Можно ли выкупить княжну?
   - А зачем? - не понял Продий.
   Тут уж не понял и я.
   - В смысле зачем? - удивился я.
   - Этли не нужна твоя княжна, он заберет твоего сына, а княжну вернут, если ты преклонишь колени пред собачьим царем. Это обычай у варваров такой, варварские цари всегда берут в заложники членов семей своих вассалов, но вы люди лесные имеете много жен - Продий посмотрел на меня, видно вычисляя обиделили его слова этого варварского князя - поэтому женщины малоценны, а вот сын, он наследник, так что сына твоего будут держать в заложниках.
   - И что твой император хочет от меня, ведь теперь мне придется ехать к Атли на поклон?
   - О, это даже хорошо, если ты станешь приближенным вассалом Атли, то сможешь заранее упредить моего императора о готовящихся набегах.
   - Что же хочет дать мне твой император взамен такой важной информации?
   - Торговлю - Продий вытянул в улыбки свои аристократические губки - торговля, это то, что сделает тебя великим. Многие варварские вожди мечтают торговать с нами, ты получишь особый свиток, и все твои товары будут приходить в наши порты без налоговых сборов, а это поверь мне князь, это очень выгодное предложение, так как мы берем до третей части товаров в виде пошлин с торговли.
   - Как же вы предлагаете торговать?
   - Мы пришли сюда по Танаису, путь не близкий, однако никаких порогов нет, поэтому твои корабли смогут беспрепятственно ходить по реке, а далее морем до самого Херсонеса.
   Вот хмырь расфуфыренный, так и хочет обмануть. Ведет свои речи как с обычным варваром. Я то прекрасно знаю, что Херсонес - это еще не Византия, это замшелая провинция на севере империи, и никакой выгодной торговли там не получится. Мне бы выбить разрешение идти до самого Константинополя, или как он тут называется Царьград, что ли? Однако всего понемножку. Торговля это конечно хорошо, только проблема с Атли меня беспокоила очень сильно.
   А что если гордый гунн, меня просто повесит, или кожу сдерет, я ведь напал на город его сына, а это уже что-то значит, за такое и кастрировать могут, я ведь чуть не сжег жену Ирона, а вот теперь украли мою жену.
   - Что за людей ты с собой привез? - спросил я посланника византийского кесаря.
   - Это центурион Анталий, он очень хороший мастер и обучил многих воинов федератов нашего кесаря.
   - Вы федератами называете варваров? - усмехнувшись спросил я.
   - Наши императоры всех чужаков называют варварами, но тех кто поселился на нашей земле с позволения императора, мы зовем - "экспондами", по вашему - федератами. Тех кто живет на своей земле и служит нам за золото, тех мы называем "симмахами" - наемниками.
   - Что нужно твоему Анталию, говорит ли он на нащем языке?
   - О, центурион Анталий лучший мастер по подготовке войск союзных нам вождей.
   - Ну ладно, посмотрим на твоего центуриона, кого еще привез?
   - Есть мастера по изготовлению кирпича из глины и по строительству каменных крепостей.
   - Крепость каменная мне нужна, это точно. Пусть твои мастера идут в Смолянку, там крепость нужно сложить. Пусть начинают искать глину и готовить кирпичи, крепость будем строить отдельными домами. Ставьте вначале кирпично-каменные дома под склады, казармы и конюшни, потом каменный дом воеводы и так далее. Когда основные дома будут готовы, потом соединим эти строения каменной стеной. Кроме того мне на реке нужен хороший порт для торговли с заморскими землями, так что ставьте причалы.
   - Я предлагаю вначале подготовить план строительства, а потом принимать решение о последовательности возведения зданий и стен - поклонился Продий.
   - Хорошо, осмотрите место под крепость, найдите глину, ставьте печи для обжига. А пока все это будет готовится вы успеете разработать план крепости. Пошли посмотрим твоего центуриона.
   Центурион оказался действительно колоритным персонажем. Широкоплечий, кряжистый мужичек. Примерно 165 см ростом. На лице у центуриона были три боевых шрама, означавшие множество битв. Римские шлемы били приличной конфигурации и закрывали почти все лицо, оставляя только часть физиономии открытой. Кроме того большой щит скутум позволял вести бой из-за щита. А если у центуриона такое количество шрамов на лице, то было множество боев когда этот вояка оставался либо без щита, либо сражался не в строю, значит опыт действительно имеется.
   - Ну здравствуй центурион, что тебе нужно для обучения моих воинов?
   - Здоровья тебе и долгих лет князь - преклонил голову центурион - я бы хотел осмотреть твоих воинов и оружие.
   - Воинов у меня не много, соберутся дней за пять в Орше, там и осмотришь, а оружие тебе могу показать уже сейчас.
   Мы прошли в здоровенный деревянный дом, что был по большому счету торговой палатой. Все купцы, что приезжали в мои земли торг вели по окраинным городкам. В Орше, Смолянке, Вильно и Риге. В центр своих земель я почти никого не пускал, только разве так, что бы удивить гостя, такого как Ардарих.
   На огромном деревянном столе выложили все образцы оружия, что производили мои мастера. Центурион осмотрел оружие, пощупал помахал мечами и топорами, проверил баланс длинных и коротких копей, проверил натяжение тетивы арбалетов и сделал вывод.
   - Оружие хорошее, но половина этого всего не может быть использована при построении фаланги. Мечи слишком длинные, работать в тесном строю не удобно, разве только вот эти более короткие мечи пойдут, и то у них слишком длинная рукоять. Топоры как второй вид оружия можно использовать. Щиты слишком тяжелые, длительные переходы утомляют воинов, а с такими щитами воины уставать будут еще больше. Длинные копья хороши против конницы, однако ты живешь в лесу, и тут конных ворогов не много найдется, однако ходить по лесу с такими длинными палками неудобно. Сулицы твои князь слишком легкие, и если метать ими во вражеский строй, то половина брошеных копей не пробъет даже кожанную бронь. Правда самострелы у тебя очень тугие, можно использовать вместо сулиц. Бронь слишком тяжелая для пеших воинов, пешие воины должны уметь ходить большие суточные переходы не менее 20 верст в сутки, а для этого требуется обеспечить вес оружия брони и припасов не более двух пудов на человека.
   Я приуныл, услышать такую длинную речь от мастера современных войн, это знаете ли не добавляет уверенности в своих начинаниях.
   - Что имел в виду. Когда говорил о длинной рукояти? - переспросил я.
   - У твоих мечей слишком ллинные рукояти - центурион взял меч и показал зазор между мизинцем и навершием меча - это расстояние не позволяет надежно удерживать оружие, и в бою когда рука устанет, меч может выпасть или вывернуть кисть.
   - Это правда, я несколько раз ронял меч в бою.
   - Если кисть на рукояти меча сидит плотно, то меч становится продолжением руким, а у твоего оружия слишком неудобный хват, нужно менять. Ты не переживай, в общем оружие у тебя князь хорошее, правда нужно правильно совмещать это оружие и защитное снаряжение. А для этого я должен увидеть и твоих конных воинов и морскую дружину. Ты ведь для войны всех воинов выставить собираешся.
   - Ну что же, половина того, что ты сказал я и так знаю. Вот что центурион, моя дружина разделена на три части. Первая часть это конные воины под руководством воеводы Радко, вторая часть это морская дружина, что приучена ходить на речных ладьях и морских чайках, а вот третья часть это младшая дружина из отроков и людей болотных. Забирай младшую дружину в обучение. Учи их ромейскому военному исскуству. Три сотни человек пока тебе даю, приступай к обучению. Ты конечно прав, для малых походов мне и части дружины хватает, а вот для большой войны потребуется собрать всю рать, так и учить их нужно вместе. Однако мне нужно обучить вначале младшую дружину, там половина моих федератов, если ты понимаешь о чем я говорю, и опыта битв у них практически нет.
   - А чему мне учить твоих воинов, что тебе нужно?
   - Все соседи мои, завидев ворога кидаются в бой и не слушают своих командиров и начальников, поэтому первое, что ты должен это обучить отроков воинской дисциплине. А вот второе, я хочу, что бы они умели действовать в тесном строю, ходить по десяткам, перестраиватся из колонны в линию и становится римской черепахой. Сделаешь?
   - Если ты дашь мне своих десятников, то обязательно сделаем, а где ты укажешь мне место князь? - спросил центурион.
   - Пока что разворачивайте учебный лагерь в Смолянке, ты мне нужен на три зимы не меньше, сколько серебра попросишь за работу.
   - Кесарь мой платит умелым центурионам по динарию в день.
   Одна гривна серебра имеет вес равноценный 5 римским динариям, однако меняется за три динария. Выходит, что этот центурион должен получать сто двадцать гривен серебра в год. Дорогой млядь иностранный специалист получается. Хотя, ведь иностранцы всегда получают больше отечественных специалистов. Ладно пусть учит, а там посмотрим, что у грека получится, хотя у меня такое подозрение, что этот центурион не совсем византиец-грек, скорее всего тоже какой-то федерат из бывших варваров.
   - Слушай Центурион, а ты можешь научить моих мастеров делать римский щит скутум?
   - Я знаю как делать такой щит, но никогда сам лично этим не занимался - ответил центурион.
   - Ну ладно - я достал свой меч и положил его на стол - сколько стоит такой меч в Константинополе?
   - Центруион взял меч, покрутил к руках, потёр ногтем лезвие, постучал пальцем, послушал звон стали и покачал головой - не знаю что тебе сказать князь, это самый дорогой сарацинский меч, у нас такой стоит очень дорого.
   - Я дам тебе этот меч за год работы по обучению моих отроков воинскому исскуству, кроме того ты получишь за первый год двадцать гривен серебра на пропитание, но ты мне наладишь производство легких и крепких щитов.
   - Сделать скутум не просто, однако там нет ничего сложного - задумчиво сказал центурион - скутумы, делаются из липового лыка, склененного в несколько слоев бычьим клеем, а потом на клей сажают толстую кожу, края обивают тонким железом. Если все это найдем в твоей земле, то щиты будут.
   - Ну чтож, меч твой, приступай к работе, я пришлю мастеров по дереву и по клею, только мне нужен каплевидный клеянный щит размером от колена до плеча.
   На самом деле мне нужно научится делать местную фанеру, а там я уже смогу как то усовершенствовать это производство.
  
   В начале лета ко мне пришли интересные известия о судьбе Воломира и его сыновей, а также о непонятных движения братца Радомира.
   По весне пришел конунг Атли со всем своим войском к деревянной крепости в верховьях Обры, что зовется Любуш. Город этот был прилично укреплен, большие деревянные башни, широкие и глубокие рвы, а в городе сидело великое войско. Осада Любуша продолжалась почти два месяца, и Аттила не смог взять его. А в конце весны пришла к крепости помощь от Щецина и Ретры, это городки крепости в низовьях Обры.
   Атли оставил часть воинов осаждать Любуш, где сидел в обороне Валамир, а остальное войско вначале разгромило а потом начало преследовать дружину Воломира, что пришла для деблокирования Любуша. Старый конунг Воломир сбежан и закрылся в своем граде.
   И вот потом произошло непонятное событие, якобы его сына Валамира обманули. Гепиды Ардариха пошли на штурм, а когда их сбросили со стен, то гепиды предприняли притворное бегство и дружина Валамира не выдержав вышла за стены города для преследования бежавшего врага, вот там воинов Валамера окружили и разбили, а самого воеводу Валамира - сына конунга Воломира взяли в плен.
   И когда Воломир упорно оборонялся в своей последней крепости к крепостным стенам привезли двух связанных сыновей Воломира. Это был Валамер и его брат Видимер. А Видимера якобы разбил на море и передал в руки Атли мой брат Радомир.
   Я не понял, что за хрень, что за дела такие, мой шведский братец уже и с Атли снюхался, а это ведь не к добру. Ведь Радомир же что то должен будет вытребовать с Аттилы, а ну как мой Полоцк себе затребует и голову Чеслава.
   Миттон - царь варгов-поморов, убоявшись за жизнь своего зятя Видимера сдал Атли без боя свой город Колобреж (Около берега). А сын Миттона по имени Редар отказался присягать Атли, и кораблями ушел на запад к бургундскому конунгу.
   И еще вопрос, собственно почему сдался Воломир, почему не стал так сказать до последней капли крови как наши деды Сталинград обороняли?
   Ведь сидел он в хорошем городе, с приличными башнями с моими баллистами. И это не просто крепость, а столица ободритского королевства. Там кроме дружины сидели в блокаде множество мирных жителей, опять же родственники и родня дружинников и все такое.
   Может непрерывные поражения и пленение сыновей это достаточно веские основания для того, что бы местный конунг потерял авторитет среди народа и возможно стал неугоден дружине и горожанам.
   Кроме того говорят, что конунг поморов Митон и конунг ругов Святовит, переметнулись как и мой брат Радомир, и преклонили колени пред Атли.
   Да ситуевина, еб-тить, вот тут я уже задумался, а может свалить пока не поздно с Полоцка, например на Ильмень озеро или куда подальше, там еще Бело озеро есть, где живет народ весь. Там меня точно не найдут.
   Ну ладно это лирика, а вот дальнейший рассказ и развернувшиеся события меня точно удивили.
   А случилось вот что.
   Конунг Воломир, увидев своих сыновей пленными, снял всю бронь, выбросил меч, что я подарил ему, снял даже сапоги и босым вышел из крепости. После чело подошел к Атли и преклонил колени пред великим царем царей. Во дела, а что же портки не снял грозный Воломир?
   Но самое интересное началось потом, Атли не убил Воломира и его сыновей, а принял их клятву верности и оставил им все города, однако приказал поцеловать землю и поклясться в верности своему сыну Ирону. А все войско ободритов наказал собрать под руку Валамера и вести туда, куда укажет ему грозный царь Атли.
   Вот так и стал Ирон конунгом всей земли вильцев, ободритов и поморов-варгов, а также и руянцев, а воины ободритские теперь по сути есть дружина самого Аттли.
   И еще меня напрягал непонятный статус прото шведского конунга Радомира.
   А вот я остался самым последним лохом в своих болотах. Пока я воевал с готами-гелонами, там на Балтике такие важные дела решались. Теперь там правит сын Атли Ирон, и этот Ирон мне свой сожженный городок ла Лабе не простит, тут даже надеяться нечего. А я тут с дуру еще и готов в Данаприусе побил, а готы те были данниками Кугума, а Кугум блин тесть Атли. То есть отец одной из жен великого царя. Во я попал, я теперь настоящий попаданец.
   Нужно искать деда лешака, пусть меня срочно обратно отправляет
  
   Не помню точно, сколько времени прошло после возвращения из последнего похода. Все работали как проклятые. Я ожидал всего что угодно. Начиная от ультиматума и принуждения к полной капитуляции, до предложения стать подданным великого царя царей, со всеми вытекающими неприятностями, вплоть до требования разместить военные гарнизоны Атиллы в моих городах.
   Однако никаких предложений не поступало, ни от похитителей, ни от Атиллы. Вероятнее всего меня просто маринуют как селедку в бочке, для того, что бы потом так сказать был по сговорчивее, ну или высматривают, пытаясь определить какую роль играет княжна в нашем обществе и соображают, что можно стребовать за такую заложницу.
   Ведь не секрет, что в наше время, ой простите в смысле в 5-м веке, женщина вообще ничего не стоит. То есть конечно стоит, в смысле честь князя стоит. Вот если бы не была задета честь не последнего на севере князя, то сама Цветана могли бы ничего и не стоить, а так конечно все прекрасно знают, что ответить князь болотный должен, ибо задета честь болотного владетеля. И что сделает это болотное чучело? Ну например болотный князь может попросить великого царя вернуть княжну, а может и потребовать, да так потребовать, что мало не покажется. Например дождется похода великой армии на ромеев, а потом возьмет да и ударит со своих болот по родовичам воинов, что ушли с Атли. И как тогда уже великому царю смотреть в глаза своим воинам, как ответить на вопрос, почему собственно царя царей не боится какая то болотная лягушка?
   Вот например, что сейчас думает Атли? В безкрайних болотах живет непонятное племя людей, что периодически удивляют своих соседей. То самострелы чудовищной мощи придумают, то вот демонский огонь, сжигающий воинов как тростник. И оружие и доспехи не виданные там в болотах производят, и как поступить с таким непонятным князем. Что лучше сделать, запугать и попробовать взять силой, или приласкать и склонить к сотрудничеству?
   Я время не терял, направлял разведчиков во все соседние рода, готовил оружие и доспехи, ковал так сказать защитный потенциал.
   За это время мои кораблестроители сумели таки построить сорокавесельную здоровенную двухпалубную двухмачтовую галеру. Вооружить это чудо кораблестроения сразу аж четырьмя балистами и двумя носовыми и кормовым огнеметными сифонами. Каждый сифон поворачивался на 90 градусов и при необходимости стрельбы по борту я мог задействовать сразу два огнемета, правда дальность стрельбы была все еще очень маленькой и равнялась примерно 15 саженям, то есть 20 метрам, но для вражеского низко бортного кораблика, этого хватало за глаза. Кроме того на такой галере у меня сразу могло размещаться двадцать стрелков на второй палубе с тяжелыми арбалетами. По меркам Балтийского моря это почти крейсер, который может легко отбиться от десятка маломерных суденышек, а десяток таких кораблей гарантировано обеспечивал полный контроль над Балтикой. Правда десяток кораблей у меня появится не ранее чем через два года, слишком уж технологически сложным оказалось это судно, одни доски сушились полгода. А на тодин такой корабль требовалось распустить на доски двесте дубовых стволов.
   За это время Радко прошёл широким изгоном вдоль основного рукава реки Десна до самых истоков, а потом в составе большой дружины совершил еще два крупных похода по левым притокам Остеру и Сейму, и принудил к миру почти все живущие там рода, окончательно изгоняя непримиримых готов или как там их греки называют "гелонов" на юг. В этот поход пошли почти три сотни конных воинов, и этого оказалось вполне достаточно, что бы все рода присягнули на верность Радко.
   Вот так вот, не мне князю Чеславу, а Радко, как одному из бывших князей от рода Буса. И селений теперь у Радко не меньше чем у меня. Оказалось, что по левому берегу Днепра проживает почти сотня больших и малых родов, и общее количество людей может вполне достигать 10 000 человек.
   Пополнились и мои земли. Все, что происходит в этом мире оказывается отслеживается и оценивается. Как только я окончательно решил проблему неспокойных геллонов, и разрушил пиратский городок Данаприус, что мешал активной торговли и драл налог со всех проходящих по Днепру судов, так сразу к Орше потянулись огромные торговые караваны. Иногда в Оршу приходили по пять десятков больших и малых лодок. Все рода, что проживали в правых притоках Днепра вдруг резко захотели торговать с непонятным северным соседом. Я отправлял в Оршу все, чем можно было похвастаться. А римские строители проводили фортификационные работы по превращению тайного лесного городища Смоленск в настоящую крепость и город порт. Смоленск у меня сейчас основное место по торговле с родами, живущими по реке Ока. От Витебска до моленска и далее до Оки ходили караваны из телег, которые такали мои товары в верхнее поволжье.
   Разрослась и Орша.
   Если два месяца назад в Орше проживало не больше двух сотен человек, то теперь там появилось непонятным образом почти сотня нормальных деревянных срубов, а сама крепость обзавелась десятком четырехуровневых башен из крепкого бруса. При чем все люди, что селились в Орше были в основном пришельцами. Единственное, что я наказал воеводе Орше, так это принимать мастеровых людей, а обычные земледельцы пусть селятся подальше от городских стен, вон хоть вдоль Днепра. Там до Смоленска можно целую сотню селений ставить. Так вот и ставили. Вот еще буквально зимой я переживал, что от меня люди бегут, а тут я стал переживать, как бы число понаехавших тут не превысило число коренных болотных жителей, а то не дай бог сепаратизм местный проснется, и все эти переселенцы вдруг заявят, что очень хотят быть подданными великого царя Атли, а ты типа князь болотный вали от сюда.
   Но пока, тьфу-тьфу, такого не просматривалось. У меня постоянно ошивались вожди больших и малых родов, что-то требовали, что-то просили, а я изображал такого злого и разбитого горем князя. Мол подайте мне головы подлых готов-гелонов, а то я такой злой, что аж кушать не могу.
   Когда я понял, что тянуть больше нельзя, то объявил большой совет. И это не очередной военный совет, а именно БОЛЬШОЙ СОВЕТ, почти как съезд народных депутатов при СССР.
   Я таки сумел собрать в Полоцк почти всех вождей. И обозвал это советом всей земли. То есть земли Полоцкой, Смоленской и Ильменской. Хотя конечно больших городов было намного больше, однако так получилось, что теперь у Радко под рукой огромные земли в междуречье Днепра и Десны, а столица Радко пока оставалась в Смоленске, подальше на севере от кочевых аланов. У аланов не все гладко как оказалось, у них типа разборок каких-то. То есть князья буртасские и аланские что-то не поладили, и дабы избежать большой войны Атилла обоих князей с войсками затребовал к себе для совершения большого похода на Царь град. Интересно, а я думал, что буртасы и аланы это один род, а вот выходит что нет. Аланы это поднепровские кочевники, а вот буртасы в основном кочуют между Доном и Волгой. Нужно мне срочно выйти на хана буртасского, как то с ним наладить контакт, может будет противовесом аланским кочевникам.
   То что сделал Атли, изъяв из родов всех пассионариев мне очень понравилась, а что отличная тактика. Я если живой останусь в этом мире, то начну применять такой же подход. То есть например появились в твоем княжестве, царстве или королевстве неспокойные подданные. Все время шумят, соседей задирают, периодически царя ругают, так сказать оппозиция блин, навальнята местные поднялись. Молодые они все такие, им бы пошуметь да власть пошатать.
   Вот что сделал Атли со своими навальнятами? Правильно, он собрал все это стадо и отправил на войну, пусть идут власть кесарей римских шатают, ну или как альтернатива, пусть подохнут все за царя и отечество, прямо как Порошенко поступает с "героями майдана", отправляя их дохнуть на Донбас, что бы воровать не мешали.
   Все рода чуди, веси и мери, что проживали в районе Ильмень озера и Ладоги, а также Бела озера я подчинил Новогороду, что приказал строить на месте поселения Цветаны. Теперь это настоящая крепость, и живут там не только люди от рода Буса, что пришли с Цветаной, но и переселенцы, что пришли с низовий Днепра, спасаясь от большой мобилизации, что объявил Атилла.
   И вот самое интересной, что пришел ко мне род аж на тридцати небольших чайках, и звался этот род "словене". Сбежали эти людишки от глупого конунга Ильдигаса, что не бережет свой народ и всех людишек своих как скот Атли продал. Я как только услышал, так и направил их сразу к Ильмень озеру пусть сидят там словене Ильменские, пусть разбавят людишек Цветаны, что бы бунт не устроили родовичи Бусовы.
   Однако то, что рассказали мне переселенцы вводило в ужас. В устье Истра, я в начале не мог понять, что такое Истр, где он собственно течет этот Истр, однако мне потом объяснили что река Истр это толи сам Данубис, толи большая река рядом с Данубисом, но я то уже знаю, что Данубис это Дунай. Во дела, а словене похоже эту реку называли Истром, и вот сейчас они бежали от неминуемой войны с греками, то есть с восточной римской империей. Итак, Атли собирает большое войско на землях словен и собирается идти в большой поход.
   Эти слухи мне подтвердили Константинопольские шпионы. Эти шустрилы, как увидели словен, то сразу заволновались, мол война на носу, раз бегут на север даже люди Ильдигаса. Опять интересное наблюдение. Сами словены своего князя золут Иллиа, а вот греки его называют - Ильдигас.
  
   Все селения, что находились в долине реки Западная Двина я подчинил Полоцку, включая Солеваренный остров (современный Эзен). Вот и получилось у меня три отдельных административных единицы, в которых проживало теперь аж 20 000 человек, небывалая силища по местным меркам я теоретически мог призвать в армию почти 2000 мужчин, мог но этого не сделаю никогда. Я уже сделал коекакие выводы из поражения Воломира.
   Пока воюет дружина, народу как бы пофиг. Ну режут друг дружку воины, так и что с того, на то они и воины. А вот если придет большая война и князь попробует только поставить в стой обычных людишек, то тут же начинаются брожения. Появляются шустриллы, которые не хотят умирать за непонятные ценности, и сразу начинаю скрытые переговоры с ворогом. Грозят ворота открыть или князя своего отравить. Я думаю, именно поэтому воломир и сдался Атли, его просто ободрите жители городка Щецина не поддержали, и отказались воевать с могущественным царем царей.
   Значит мне нужно разделять дружину на две части, на собственную дружину и городское ополчение. И потихонечку втягивать воинов городского ополчения в свой круг интересов. Нужно срочно сформировать военную элиту со своим князем и своим богом Перуном.
  
   Пока идет переселение народов, это нужно как то брать под свой контроль. И все это переселение активно шло те два месяца, что я разыскивал Цветану и сына. Вернее я конечно сидел в Полоцке, а вот мои люди шныряли по всей земле, проводя встречи со старейшинами и выведывая куда делись готы-геллоны. Были множество сшибок, как не странно оказалось, что по правому берегу Днепра все еще проживали много готских родов и все они пострадали из-за Улдевуда. Местные вожди просто вырезали целые поселения, вязали беззащитных людишек и приводили мне в колодках десятками и сотнями несчастных гелонов.
   Никого я не казнил, даже не перепродал в рабство. Всех рабов готов-гелонов, что приводили мне вожди соседних племен я выкупал и отправлял селится на Ладогу и на охеро Чудинов. При чем отправлял именно как переселенцев, вначале отобрав приличный залог детьми, при этом снабдив переселенцев лодками, топорами, пилами и косами. Я давал бывшим гелонам-готам все, что бы те закрепились в северных краях и начали заготовку пушнины. Это сейчас неплохой товар, мои византийцы сразу скупили всю пушнину и построив себе на реке Дон у вороньего камня деревянную крепость. Я тут же назвал эту крепость Воронежом, а что пусть будет крепость у вороньего камня зваться Воронежом.
   Вобщем то это была и не крепость а укрепленный торговый пост, и в этот торговый пост византийцы, то есть греки начали свозить все скупленные меха, а потом уже караванами небольших судов сплавляли свой товар по Танаису, то есть Дону в свои северные провинции в Крыму. Я в эти дела не вмешивался, если им выгоднее возить товар по Дону так пусть возят, мне то что, лишь бы серебро и золото платили. А ценник приличный получался, так как платили византийцы за хороший мех по весу золотом. То есть сотня шкурок какой-то белой лисицы весила примерно два пуда, вот я и получал два пуда, то есть семьдесят гривен золота, а поскольку золото менялось 1 к 10 к серебру, то это выходило 700 гривен серебра. Страшная цена, это сразу стало второй статьей моих доходов, после доходов от продажи оружия, а еще вдруг грекам понравился мой янтарь, брали почти с дрожащими руками, и скупали целыми корзинами. Да и пусть забирают, у меня вон полный амбар забит этим необработанным камнем, а мастеровых не хватает. А еще и на Балтике его копают почти ежедневно. Янтарь у меня стал побочным товаром при добыче сланца.
   Неплохо разлетались мои изделия из керамики. Обожженная в печах под большой температурой глина, превращалась в горшки и кувшины, кружки и тарелки. Но самое главное, что из глины производили сотни тиглей (горшков) для плавления стали.
   В последнее время зашевелились и людишки Воломира. Не нравилось Воломиру, что где то на севере сидит не прирученный князек. Я кстати все никак не могу понять бездействия Атли, почему он ко мне не посылает своих послов, почему не требуем меня к себе. Может меня держат как пугало, что бы я создавал постоянную угрозу с севера Воломиру и его сынкам. Атли великий игрок, а я даже мысли его понять не могу, вот и сижу в своих болотах, раздуваю щеки. Уже арбалетов новых наштамповал кучу и создаю свою армию, как подразделения стрелков.
   Хорошие арбалеты со стальными дугами, убойная сила болта просто ужасает. Я даже в своей новой броне под такой болт не встану, страшно.
   А бронь у меня теперь стала почти рыцарская. То есть состоящая из двух громадных пластин, грудной и спинной, а уже к этим большим пластинам приклёпывались маленькие стальные загнутые по талии прямоугольники к которым крепились чешуйки, спускаюшиеся в виде юбки почти до самых колен. Подмышки и шея прикрывались двойной кольчужной сеткой из толстых стальных колец.
   Мастера после того как я отдал все баллисты Воломиру покачали головой и сделали мне новые убер вафли. Огромные в сажень стальные плечи, крепились через промежуточные блок-балки с пружинной основой. После взведения баллисты с гудением выпускали сулицу почти в зенит. Сулица улетала с глаз долой в считанные секунды. Мы пробовали замерить расстояние и получалась ужасная цифра, аж 600 шагов, а вот горшок с горючей смесью улетал всего на 300 шагов, но это чисто от непонятных баллистических характеристик самого огненного снаряда. И вот по моему заказу готовились сразу с десяток таких баллист для установки в основных крепостях.
   Первые же результаты установки баллист в Орше показали, что я теперь просто царь песочницы. Мои снаряды легко добивали до противоположного берега Днепра. И теперь ни одно судно без досмотра мимо Орши не прошмыгнет. Как сказал бы Пушкин: "... пушки с берега палят, кораблям пристать велят".
   И время меня подгоняло, я чувствовал грозу, меня могут проверить на вшивость в любой момент. И меня проверили, но не те, и не там где я ожидал.
   Как ни странно, на мой солеваренный остров напали "неизвестные". То есть я конечно знаю, что это за неизвестные, но все таки, если бы у них получилось задуманное, то вряд ли я бы что узнал.
   Недавно прискакал гонец из Риги и передал донесение от воеводы, а в том донесении прописано интересное событие. Шестнадцать кораблей подошли к западному берегу Солеваренного острова (острова Эзен) и высадили десант. Эти морпехи в две сотни оборванцев с копьями и щитами прошли весь остров и подошли к моему городку с запада. В городе проживали солевары, а городок стоял на восточном берегу острова. Но парни не угадали, солевары те еще жуки, я даже не понял от куда у них такая куча арбалетов, да еще не деревянных, которые я клепал для раздачи бойцам самообороны городов, а настоящие арбалеты со стальными дугами.
   И вот пятьдесят жителей солеваренного поселка засев на стенах отбили атаку двух сотен налетчиков, а потом еще послали в Ригу лодку с донесением, и на перехват врагу выскочили три двадцати весельных чаек.
   В результате короткого боя мои мореходы захватили десяток вражеских судов и кучу пленных, а остальные корабли просто сбежали. И уже потом оказалось, что эти самые налетчики, это мои любимые ободриты с реки Обры или Одры, мать их итить. Ну не угомонятся уроды, значит нужно их проучить.
   Я отправил небольшой флот, всего один новый сорока весельный крейсер и пять двадцати весельных чаек. Небольшой флот в сто семьдесят человек, при огромном количестве новых баллист совершил жесткую карательную акцию.
   Мои суда дошли вдоль Балтийского берега до самого Руяна сжигая или захватывая всех корабли, что попадались на пути.
   Такого безпредела не ожидал никто.
   За один выход больше сотни уничтоженных судов, при чем пострадали как виновные, так и непричастные. А мне абсолютно по фиг, у меня задача простая, я показал всем, что власть на море теперь моя, а если выпендриваться будут, то позову брата, он у меня вообще прото викинг, ну типа швед мать его так.
   Этот наглый прото швед таки взял в начале лета Готланд и перевёз туда большую часть своей дружины. Радомир сказал, что на Готланде земля лучше, понять не могу чем лучше, он что есть её собирается. Хотя понять его можно, остров это почти готовая крепость. А я узнал, что пообещал Атли Радомиру за предательство Воломира и его сыновей.
   А пообещали моему братану не много и ни мало а проходы. То есть покоренные франки и их бывшие союзники ютты прилично получили прошлой осенью от Атли по хлебалу, и теперь одно имя царя царей Атли вводило в стадию непроизвольного энуреза гордых свеолов-данов и юттунгов, что ранее контролировали проходы из Балтийского в Северное море.
   Как только первый поход удался, брат Радомир сразу прислал купцов. За мои товары купцы Радомира заплатили полноценным серебром, сворованным с Готланда. А товары были хороши.
   Впредь все торговцы от Радомира пусть приходят в Ладогу, нечего его людям ошиватся возле моей Риги, там солеваренные мастерские, там варги поморы живут, не хотелось мне что бы потом Радомир с поморами против меня сговорился, хотя за тот поступок Радомир еще долго будет прятаться от Воломира и его сынков, поймают повесят за фаберже. Вот и нехрен людям Радомира в рижский залив ходить, нехватало мне тут под носом новой войны.
   Я сам правда тут тоже пошумел неплохо и знал, что поход моего Балтийского флота не останется без внимания Атли и это случилось.
  
   Вначале прилетели посыльные от Радко и сообщили, что по правому берега Днепра поднимется крупный конный отряд неизвестных всадников, численностью примерно в три сотни воинов.
   Такого количества вражеских воинов я уже не боялся, при чем не боялся не только сидя в крепостях, но мог позволить себе вывести только своей дружины две сотни пеших и сотню конной конной рати, а еще есть Радко, который хоть и с трудом но мог выставить три сотни конных воинов.
   Неизвестный конный отряд поднимался к Орше принципиально медленно, давая мне время собраться, и я собрался. Взял две сотни своих панцирных всадников и выдвинулся на встречу неизвестному отряду.
   Неизвестным оказался зубоскалящий Ардарих.
   Я в принципе, что-то такое предполагал, но вот так увидеть улыбающегося нагловатого короля гепидов я не ожидал.
   Два отряда встретились как и положено в предбоевых порядках.
   Мои воины стали в две линии, а воины неизвестного командира стали плотной массой, примерно в шесть рядов. Я оценил такую попытку морального давления. Противник показал, что сможет пробить мой строй, но тут уж я сомневаюсь. Воины напротив меня имели легкое вооружение, в основном состоявшее из щитов и длинных копей, мои же воины были почти рыцарского вооружения, даже грудь коней прикрывалась стальными пластинами и в прямом ударе я легко опрокину это сгрудившееся в кучу стадо.
   Вражеский полководец оценил моих сияющих сталью всадников и без охраны выехал вперед примерно на пять десятков шагов. Типа не боится, ну ладно поеду и я.
   - О Ардарих - удивился я, увидев лицо воина, что снял шлем.
   - А ты кого такой ратью встречать собрался, не уж-то Кугума боишься?
   - Не, на Кугумовых воинов твои не похожи, а ходят тут всякие, вот умыкнули давеча у меня княжну с сыном, слыхал наверное?
   - Слыхал - ответил с улыбкой Ардарих - и я слыхал и царь наш тоже.
   - Так ты с миром аль с войной ко мне пожаловал?
   - Та типун тебе на язык Чеслав, не нужны мне твои болота - отмахнулся конунг гепидов - у меня и своей земли хватает.
   - Ну что ж, тогда будь гостем дорогим, приглашаю тебя и твоих лучших воинов ко мне в град, а остальным поставят шатры у Орши, уж не взыщи, многовато вас для маленького городища.
   - У меня подарок имеется - улыбнувшись сказал Ардарих, и повернувшись к своим людям махнул рукой.
   Тут же от строя отделился десяток воинов, а мои люди сразу сообразив, что это непорядок тоже выдвинулись к центру небольшой полянки.
   Увидев такую реакцию моих воинов Ардарих только улыбнулся. Этот хитрый лис был слишком умен, что бы играть с ним в игры, но он оценил подготовку моих дружинников, что без команды тут же обозначили паритет переговорщиков. Но на лице Ардариха кроме улыбки не обозначилось никаких эмоций.
   Когда к нам подъехали его воины, я увидел белоснежную высокую кобылу, на которой восседала женская фигурка с накинутой на лицо фатой.
   Я сразу все понял, это Цветана.
   Женщина тронула коня пятками и поехала в мою сторону, я тут же перехватил подъехавшую кобылку за узду и протащил коняшку к себе.
   Через белоснежную тонкую накидку было видно уставшее лицо Цветаны. Она устала, это понятно, для не подготовленного человека совершить длинный переход даже в седле это мука, а у гепидов седел не было, если не считать войлочную накидку.
   - Здравствуй лада моя - я прикоснулся к руке жены, та посмотрела на мою руку и кивнула.
   Да уставшая, подавленная женщина, к тому же без сына. В принципе я уже все понял, произошло то, о чем говорили византийцы. Мне вернули жену, а теперь попросят проведать сына, который гостит у доброго дяди Атли.
   Княжна даже на первый взгляд была вся в золоте, не простой царь Атли, не простой. Показывает мне, что с женщинами не воюет и даже подарками одарил, чего только такой конь стоит, не меньше моего меча.
   - А у меня есть еще один подарок - усмехнулся Ардарих и махнул рукой своему воину.
   Тот подъехал поближе, и отвязав от седла мешок протянул его мне.
   Я взял мешок, взвесил в руке, голова, да так может весить только голова.
   Я посмотрел на Ардариха и развязав мешок заглянул внутрь.
   Ну так и есть, здравствуй Улдевуд, а ты совсем не изменился.
  
   Воины Ардариха стали лагерем у Орши, а сам конунг гепидов с личной охраной вот уже десять дней гостил у меня в Полоцке.
   Мы говорили о многом, моем оружии, о моих кораблях, о солнечном камне и соли, что я добывал на побережье Рижского залива. Но больше всего мы говорили о воинах.
   - Скажи Чеслав а откуда у тебя взялся Анталий?
   - Надо же, а ты и его знаешь?
   - Как не знать, он известный воин, моих людей учил, правда давно это было.
   - Вот нанял греческого центуриона, говорят может обучить мою младшую дружину.
   - Дружину обучить может, то правда. Оружие может обучить делать как у ромеев. Правда у тебя и так хорошее оружие делают - сказал Ардарих - да нет же, у тебя лучшее оружие, что я видел.
   Я поднял кубок и кивнул Ардариху, соглашаясь с его словами.
   - Но вот воины твои мне не нравятся. Разве это воины. Каждый из моих людей прошел не один десяток битв, а твои вои. Ты вон половину песьеголовцев из леса вытащил, и в брони одел. Брони у тебя конечно хорошие, но ведь у твоих людей нет ни опыта битв, ни желания воевать. А с такими воинами ты долго свою землю не удержишь.
   - Тут ты прав Ардарих - грустно усмехнулся я - у меня много мастеров, но вот воинов у меня очень мало. Все те люди, все кого ты видишь - это те кто бежал на север, бежали подальше от войны. Они пришли в мои земли в надежде на спасение, и я дал им надежду. И вот опять начинается большая война, и ты говоришь, что великий царь просит меня прийти с дружиной. А народ воевать не желает, да и дружины у меня почитай и нет.
   - Никто не говорил тебе, что бы ты брал с собой всех этих землепашцев и мастеровых - отмахнулся Ардарих - а дружина у тебя есть, ты возьмешь столько воинов, сколько пожелаешь сам. Ты пойдешь в моем войске со своей дружиной, и никто не спросит сколько ты привел людей.
   - И царь не спросит?
   - Нет Атли дела до каждого местного вождя, вот ты и сделай вид, будто бы ты обычный болотный вождь. Не высовывайся и не лезь вперед. Иди под мою руку и никто не посмеет угрожать твоим землям.
   - Ну а как же я приду к Атли, с чем, что ему нужно?
   - Скоро праздник урожая и трех белых кобылиц. Атли собирает на большой совет всех вождей своей земли. Возьми свое оружие, вон те самострелы, копья возьми и мечи, ну свое чудо бревно возьми, оно понравится царю.
   - Со мной пойдешь?
   - Нет мне нужно пройти по всем селениям, что стоят на берегу реки Данаприус, там все рода под мою руку пойдут, а Кугум собирает всех алан, кто кочует в поле. Левобережье раньше контролировал Богун со своими готами, теперь левый берег твой, собирай людей по Десне, пусть вот твой воевода Радко конную рать соберет две-три сотни воинов и больше не нужно, а пешую рать собирай ты.
   - Я пойду на ладьях вниз до моря, а уже потом до Истра. Что скажешь дойду?
   - А чего ж не дойти, той дорогой многие купци ходят. Только как назад пойдешь, а вдруг лед раньше встанет.
   - А сколько праздник продолжатся будет?
   - Я думаю не меньше луны, но если на кораблях прийдешь, то сможешь уйти раньше.
   - Где мой сын? - я этот вопрос готовил давно, но никак не решался задать, а сейчас Ардарих был уже готов к открытому разговору. Ведь не зря этот гепид приперся от берегов будущей Молдавии в Белорусские земли, и пришел уже второй раз. Это ж сколько его дружина припасов сожрала за время пути. Ну можно представить, что Ардарих действительно является местным рекетиром и по указанию Атли собирает налог с прото славян, или как там сейчас эти народы зовутся, и параллельно проводит мобилизацию. Но вот ко мне он зачем пришел, задумал что-то?
   Хотя я догадываюсь. Тут в моей земле у него есть шпион, и возможно не один. Шпион докладывает небылицы про странного болотного князя, вот Ардарих и приехал все лично проверить и осмотреться.
   - У меня твой сын, в моем бурге - отмахнулся Ардарих - не переживай, я Атли отрока своего воеводы отправил под видом твоего сына.
   - Что задумал?
   - Стар стал царь царей - медленно проговорил Ардарих поднимая очередной кубок медовухи - стар и опасен, всем опасен. Никто не понимает, что будет дальше. Атли то дружит, то воюет с греками за деньги ромеев. То режет ромеев за деньги греков. Долго это продолжатся не может, рано или поздно сговорятся кесари, и тогда нас прихлопнут как назойливую муху. А сына пока отдать не могу, сам понимаешь, узнает Атли о подмене и меня, и тебя накажет.
   - Ты не боишься мне этого говорить?
   - Тебя не боюсь. Я знаю, что ты будешь стоять в стороне и смотреть на свалку двух престарелых кабанов, вот и я хочу посмотреть на эту свалку, а сам участвовать в ней не хочу.
   - А кабаны кто?
   - Валентиниан и Феодосий, или сменщики их, да какая нам разница, главное самим в драку не влезть.
   - Ты, что ж думаешь, что у вас получится стравить двух кесарей ромейских? - переспросил я.
   - К Атли уже приходили посланцы от разных людишек, что у трона ошиваются и предлагали много золота за стол кесарей ромейских. Скоро мы сможем кесарей на стол сажать, и они это знают. Поэтому земная жизнь нашего Атли сочтена. Слишком доверяет он своим лекарям греческим, не дай боги отравят нашего царя, вот тогда и начнется буча. Каждый сам за себя будет, а ты мне нужен, ты - Ардарих упер свой палец мне в грудь - ты будешь со мной.
  
   Ардарих ушел обвешанный подарками, а я стал готовиться к походу в гости к Атли. По Днепру не пойду, слишком там много порогов. И на тех порогах все еще много готов ошивается, могут подговорить алан и ограбить мое посольство, а то и прибить князя. В прямом смысле прибить, гвоздями к мачте например.
  
   Передо мною сидела известная местная ведунья. Я внимательно осматривал бабку, а та соответственно с прищуром смотрела на князя.
   - А что ведунья, какой праздник нынче приближается?
   - Так это касатик, день Белбога, аль запамятовал?
   - Запамятовал бабуля, запамятовал - задумчиво произнес я - все в трудах, да в заботах, вот и подзабыл чуток.
   - А ты чего хотел-то. Я ведь ведаю, что боги тебя не интересуют. Ни на одном празднике в твоей душе радости нет, не от мира сего ты, давно вижу.
   - От мира-то я сего, только вот покидал я этот мир не надолго, бывал за кромкой, да богов наших видовал, чудеса многие видал.
   Бабка покивала головой, как бы подтверждая, что слышала уже этот анекдот, но в него не верит. Хитрая бабка, и не в меру умная. Когда я жрецов с юга в печи жег, бабка возле ворот стояла и на все это безобразие с усмешкой смотрела, как бы показывая, что прекрасно понимает, зачем это князь такое шоу устроил. Бабка старалась мне на глаза не попадаться, но и не борзела, когда свои непонятные ритуалы проводила. И что интересно, вокруг этой бабки постоянно вертелось куча девок малолетних и достаточно взрослых женщин. А вот мужики бабку обходили третьей дорогой, говорили, что бабка может лишить мужской силы, если случайно ей в недобрый день попадешься, а поскольку никто и не знал, когда этот не добрый день, то вообще все от бабки шарахались. Но бабка была не просто колдуньей, она была настоящей ведуньей. Моя разведка доложила, что к бабке постоянно бегают за советом мои знахарши. А я то думал, что у меня самая прогрессивная медицина, а тут на тебе, вся медицина на одной старой карге держится.
   Ну пока у нас конфликтов, так сказать между представителями высшей светской власти и собственно бабки, как представительницы власти духовной не было, и это хорошо. А теперь пришло время мою бабку, как самую известную ведунью пустить в дело. Но кроме собственно ведуньих качеств моя старушенция представляла из себя очень колоритный персонаж. Такую на закате увидишь, душа холодеет, как будто бесы с болот по вылазили и бабка эта, разеддозором бесовским по земле плывет. Вот я такую "красивую" персону и захотел к своим не очень честным делам приспособить.
   - Видала ли ты бабулька недавно всадника на огненном коне, что по небу проскакал?
   Бабка посмотрела на меня более внимательно и кивнула головой.
   - Так чай не слепая, видала я того всадника.
   - И всадник тот прямо от рассвета до заката проскакал, как бы указывая нам путь.
   - Путь? - удивилась старуха - и куда тебя опять леший тащит?
   - На закат нужно идти в поход воинский.
   - И что ты от меня хочешь? - усмехнулась старуха, раскрывая свой беззубый рот.
   Ужасное зрелище, чисто баба яга, всего то два зуба в нижней челюсти, такое впечатление, что сейчас накинется и всю кровь высосет, без остатка, я сам только сейчас понял, что немножко опасаюсь эту старуху.
   - Хочу, что бы ты ведунья нам на поход погадала, ведь скоро праздник великого Белбога, вот на праздник и погадаешь.
   - И как же я погадаю?
   - А мне откуда знать, ты же ведунья - развел я руками, а потом полез в стол и достал от туда мешок с золотыми монетками - вот тебе бабулька для более качественного общения с духами.
   - Смешной ты человек Чеслав, не пойму я тебя, человек вроде не злой. Людей вон вокруг себя собрал, бедных да убогих привечаешь, детишек от костлявой прячешь. Вроде и дело доброе делаешь, но вот как ты живешь без уважения к духам? Не пойму тебя, ты вообще ничего не боишься, иль ты дурак, думаешь, что богов нет, и тебя кара никогда не настигнет за гордыню твою?
   - Знаю я старая, что гордыня это грех - махнул я рукой - но все, что я делаю, то не гордыня, и не для себя стараюсь, а для вас, для всех для нас.
   - Что тебе нужно, говори не тяни.
   - Поход мне нужен, большой поход на следующую весну. И чтобы походом командовал славный воин, наследник великого Буса по имени Радко.
   Бабка внимательно посмотрела на меня, а потом спросила - а что ж ты его просто так не убьешь, коль он мешает тебе в делах твоих?
   - Ты думай что говоришь старая, нешто я душегуб?
   - А как же тебя назвать если ты дружину на верную погибель направляешь?
   - А кто тебе сказал, что дружина на погибель идет, может они с победой и полной машной золота вернутся.
   - А ты ведь и сам все знаешь - бабка ткнула в меня своим корявым пальцев - вижу я, что ты будущее ведаешь, и Радко с дружиной на погибель шлешь.
   - Ведаю я старая, что в том походе погибнут многие воины, также ведаю, что через два лета после похода умрет царь царей от болезни неведомой, а после смерти Атли все народы, что под пятой его были, все станут свободными. Но все то вилами по воде писано, а вдруг не пойдет Атли на запад, а вознамерится константинопольского кесаря воевать, тогда и поменяться все может, а мы так навеки рабами и останемся.
   - А кто тебе касатик сказал, что смерть царя царей тебе свободу даст? Глупые вы людишки, все за власть грызетесь, а что вам та власть дает? Разве после смерти Атли крови в нашей земле меньше литься станет?
   - Кровь бабулька, это как роса для зерен. Кровью нашей мы землю поливаем, что бы урожаи хорошие были, и потомство наше прибавлялось.
   Бабка покачала головой, потом с кряхтением встала и пошла к двери. Возле самой двери остановилась и повернулась ко мне.
   - В поход с тобой я пойду, не справишься ты без меня, а на праздник вели всем вождям собраться, гадать буду.
   Бабка не подвела в середине июля, по моим расчетам состоялся большой праздник великого Белбога. Как водится зарезали быка, окропили его кровью идола, а потом бабка нагадала нам великие победы и много золота. И как водится указала на воеводу светлого бога, великого воина и пра-пра-пра-пра-правнука самого князя Буса смелого воеводу Радко.
   Я тоже отыграл свою роль как в театре на Таганке. Я встал, подошел к Радко и обнял его, а потом повернулся к вождям племен и воеводам и сказал - был у нас один князь по имени Чеслав. И этот князь ведал жизнью мирной, а теперь люди возрадуйтесь, дали нам боги князя для походов и дел ратных. Пойду я сам просить царя царей, что бы позволил дружине нашей в большом походе с царем Атли участвовать. Великий день сегодня браты, нам боги свою волю явили. Готовь Радко дружину конную в пять сотен славных воинов народа Буса, оружие и бронь лучшее бери, а в помощь тебе я центуриона ромейского дам, он в битвах многих бывал, и ты науку его изучи, и к весне к битве людей своих готовь.
   Потом все радовались, пили медовуху и плясали. Радовался и я, вот только мерзкая старуха сидела на бревне тихо и смотрела на звездное небо.
  
   В поход мы пошли вместе с греками. Пять небольших корабликов греков паковали товар у Вороньего камня на Дону. Там стояли и перетащенные по волоку мои двадцать кораблей.
   Корабли под завязку были нагруженные товаром.
   План у меня был простой. Я хочу спуститься вниз к Азовскому морю по Дону, и там дойти до греческих городов в Крыму. У греков постоять недельку, распродать обычный товар, сговорится о большой торговле с греками и таврами, потом запастись припасами пойти по Черному морю на десяти кораблях к устью Дуная, и поднявшись верх по течению реки дойти до городища Атиллы.
   Вторая же часть моего каравана должна набрать товаров в Крыму и пойти назад.
   Аттиле я вез только самые ценные товары, то есть просто подарок в виде откупного или взятки не пойдет, тут нужно что-то эффектное, и такое есть у меня. Но не смотря ни на что я очковал реально.
   Характера Атли я не знаю, говорят, что мужик крутой, но справедливый. Вот осталось проверить как ко мне он отнесется справедливо, или круто. Снесет голову за мой без предел на северных границах его царства.
   Почему я все таки не пошел по Днепру, да потому, что мне не нравилось то, что там творилось.
   А на всех притоках Днепра потихоньку закипал котел. Все известные мне рода, как будто взбесились. Все говорили о великих волхвах, что предсказали большой и богатый поход против ромеев, и о новых землях, где обильно проростает рожь.
   Народ собирался по взрослому. Селяне готовили большие телеги, скупали волов или коней, все собирались после окончания зимы пуститься вниз по Днепру на юг. Ну а дальше я понял, что все это стадо должно пойти с Атли на кого-то из ромейских императоров.
   Я конечно не историк, но помню, что Атли пойдет почему то на запад. Почему не понятно, ведь тут под боком есть Византия, с такими силами, что собираются в поход можно Константинополь по камушкам разобрать. Но в моей истории Атли все таки пойдет на запад, против галлов.
   Вот мне и предстояло разобраться во всем этом бардаке.
  
   - Возьми с собой людей Ильдигаса - сказал дед Боян.
   - Словен? - не понял я - ты думаешь они мне пригодятся? А если там какой конфликт со словенами произойдет, а я как бы должен буду их защитить, как бы не подставиться под разборки за беглых родовичей Ильдигаса.
   - Никаких проблем с ними не будет, а вот польза должна быть. Возьми не воинов, а незаметных мастеровых и торговцев. Возьми тех, кто имеет авторитет в роду, но не авторитет воинский. Ибо воины Атли и его воеводы многих дружинников Ильдигаса помнят, и сразу их узнают в твоей дружине. Вот тогда может быть будут проблемы, а простых мастеровых не признают. Зато людишки словенские многое подскажут в походе на Истр, там их родовая земля.
   - Хорошо, возьму не только людишек Ильдигаса, но и многих переселенцев, что пришли к нам от моря. А ты дед Боян собирай себе торговых людей, поведешь караван к грекам, распродашься, торговые дела обговоришь и возвращайся назад к вороньему камню. Пора тут не торговый пост ставить, а настоящую крепость. Мыслю я что в ближайшее время по Днепру торговли не получится, не даст нам Кугум там на порогах ходить, а с буртасским ханом как нибудь сговоримся и путь по Дону откроем. Как вернешься с похода, ты дед найди Аркха, и сговорись с ним большой торговый поход в землю мокшан по Оке совершить. Пока князь мокшанский и его дружинники в походе будут, нужно через земли мокшанские пробиться и к большой реке Эдиль выйти, а там возможно и к морю Ховалинскому сходить получится. Но тот поход по весне нужно совершить. А пока, что по большой реке с товаром походить, да с вождями местными сговорится, что бы за малую долю наши корабли пропускали и торговцев наших охраняли.
  
   В поход я отправился примерно в августе, откуда узнал, да по созреванию зерновых. Вниз по Дону мы спускались очень долго, но сравнительно безопасно. Двадцать пять здоровенных двадцативесельных ладей, это вам не халам балам. На такой караван простой разбойничий отряд не нападет, а большой налет еще нужно попробовать собрать.
   Периодически на берегу появлялись всадники. То десяток, то два, а один раз нас два дня сопровождал отряд из пяти десятков всадников, но как мы стали на ночной привал, то всадники к нам так и не приблизились. Слишком не равные были силы. А время тут такое, что если у тебя нет паритета в воинах, то лучше на большой дорожке и не встречаться, не известно чем может закончится такая встреча. Можно и в рабство загреметь вместе со всем лихим отрядом. Я за все время пути рассматривал этих коных воинов. Не скажу что это были оборванци. По крайней мере воины на небольших конях не походили на тех уродцев из книжек про монголо-татарское нашествие. Одежда довольно приличная, вооружение неплохое. У каждого имелся лук и длинное копье. За спиной висел на ремне круглый щит, а на груди было что-то смахивающее на ламилярный доспех. Я видел у воинов какие-то пластинки, но не мог понять из чего эти пластинки сделаны. Может медь, может и железо, а может примитивный степной вариант, когда пластинки делали из копыт коней. Видел я однажды такой доспех, смех один, но кочевники выглядели очень внушительно, наверное это был шик для аланских воинов Кугума.
   Но эти воины, что сопровождали нас по пути не очень походили на Днепровских алан, и у них были даже СТРЕМЕНА. Да примитивные, да из кожи, но все таки. Я своими глазами видел как воины поднимались в этих стременах на прямых ногах и рассматривали непонятные корабли с севера. Может это и есть те самые загадочные буртассы?
   Единственно, что я не понял, так это их поведения. Почему они собственно не подъехали к нам на стоянке, почему не попытались торговать, почему примитивно не обстреляли нас своими луками. Вопросов много, а ответ только один. Может тут все таки земля Атиллы, и в большой земле проживает множество воинов. А там где есть интернационал, там неминуемо есть какие-то правила. Типа без проявления агрессии со стороны торговцев или путешественников, оружие не применять, а то будет суд, скорый и безжалостный. Эта версия меня вполне устраивала. И я реально верил, что тут у Атли есть закон, не позволяющий этим всадникам напасть на торговцев.
  
   Император восточной римской империи Феодосий читал очередное донесение от своего посла у болотного князя Чеслава.
   Продий докладывал, что закрепление в стане болотного князя прошло успешно. Торговцы нашли достаточно много хорошего прибыльного товара и теперь нахождение разведки римлян в стане варваров вполне оправдано легендой взаимовыгодной торговли. Однако этот варварский вождь оказался слишком шустрым. Сговорился с помощником пса Атли Ардарихом, вооружил его людей отличным железным оружием. Договорился о торговле с городами в Крыму, а теперь еще требует отдать во владение какую-то заброшенную крепость Тьму-Таракань и Керченский пролив, какой-такой Керченский пролив? Этот варвар хочет построить торговый пост в заливе, разделяющим два моря, и варвар называет этот залив Керченским?
   Ну ладно, пусть называет как хочет. Однако этот варвар обещает направить гнев Атли против врагов великого императора Западной римской империи. Говорит, что у него есть возможность повлиять на решение Атли и направить его стопы против вождя готов Теодориха.
   И ещё этот болотный князь закупил в Херсонесе шесть больших парусов по достаточно высокой цене. После продажи своего товара и покупок большого количества зерна, меди, вина и рабов часть кораблей болотного князя пошли в обратный поход к Танаису (Дону). А вот остальная часть в составе 10 кораблей, после закупки продовольствия направились через море к истокам Данубиса.
   Эта информация очень серьезно озаботила императора. Варвары из скифии очень часто плавали по морю, они активно вели торговлю со всеми прибрежными римскими городами еще пять веков назад. Но все корабли варваров как в то время, так и сейчас плавали вдоль берегов. Вдоль тех же берегов были организованы крепкие римские крепости имевшие приличный флот. Этот флот при необходимости мог воевать против сотни варварских корыт, что по чистой случайности называются кораблями.
   Однако этот варвар по имени Чеслав от берегов Херсонеса пошел сразу в море, и морем дошел до Данубиса (Дуная).
   Десять неизвестных кораблей с северными варварами видел греческий шпион в устье Данубиса. Шпион сосчитал не только количество людей, но и смог определить их вооружение. Основное отличие воинов Чеслава было в том, что вместо луков они имели большие деревянные самострелы, с короткими, но очень толстыми стрелами. Ошибки быть не может, Чеслав таки пересек море и дошел от Херсонеса до Данубиса.
   - Что вы можете мне сказать мои советники? - император посмотрел на людей, что почтительно склонили головы.
   - Быть может у этого варвара множество греков в услужении. Греки отлично знают море и могут ходить напрямик - ответил сухощавый старикашка, в длинной хламиде. Его хламида была только до колен белая, а вот низ имел цвет весенней грязи. Этот старикан не нравился императору, но он был советником еще при его предшественниках, поэтому и имел допуск к кесарю, хотя давно нужно было изгнать этого идиота куда-нибудь в оливковые рощи, пусть там своей бесполезной философией занимается.
   - А вы много знаете греков или даже ромеев, что рискнут пройти через море напрямик, и к тому же так точно выйти к устью Данубиса, где хозяйничает пёс Этли?
   - Это еще не все светлоликий - тихо проговорил толстый, красномордый грек - эти корабли видели у земель конунга Ильдигаса в устье реки Данастр. Сказывают, что Чеслав провел у Ильдигаса три дня и только потом пошел к Данубису.
   - Зачем, я вас спрашиваю, зачем этот варвар ходил к Ильдигасу?
   - Продий ранее писал, что в земли Чеслава пришли склавины Ильдигаса и осели у большого лесного озера - сказал Маркиан Флавий.
   - Это может значить все что угодно. Или договариваются о торговле, или может о союзе против Этли. Поскольку Ильдигас недолюбливает и боится Этли, то этот союз нам важен. Пусть Чеслав свяжется с другими врагами Этли. Нужно организовать его встречу с Валамером, говорят после смерти его отца Воломира Этли призвал к себе его старшего сына и возложил на его народ непомерную дань.
   - Позволь мне выехать на границу - тихо сказал Маркиан Флавий, наклонившись к уху императора - у этого варвара много секретов, говорят он вместе с Валамером уже воевал против Этли, и я думаю, что мы сможем собрать новый союз против Этли.
   - Ты уже предлагал мне убить этого варварского пса, и что получилось?
   - Кто же знал, что Этли так запугал своих людей, что они берут наше золото, а потом сами сознаются Этли в том, что мы дали им золото за убийство их царя.
   Дряхлый старичок прокашлялся привлекая внимание к себе, и император повернув голову к седобородому старцу спросил - чего тебе? говори.
   - Это все происки твоего брата светлоликий.
   - Какого брата? Что ты говоришь Маврикий?
   - Подумай сам великий, ведь сейчас орды варваров готовы обрушить свой гнев на любого из императоров ромейских. И тут кто-то зная, что послы от Этли избираются из самых преданных людей царя варвара, вот именно тут кто-то предлагает этим послам убить их царя, и платит за это золотом.
   - Что с того, так делали все императоры? - не понял кесарь.
   - Да это правда, мы всегда подкупали варваров, но варвары Этли преданы ему как собаки. И тут ты допустил такую ошибку, ты позволил уговорить себя дать деньги послам за убийство Этли. И теперь эти послы во всеуслышание объявят, что император Константинопольский человек нечестный. Как думаешь против кого пойдут в поход орды варваров?
   Император покраснел от гнева. Кровь прильнула к его лицу, а вены на шее взбухли - Маркиан, ты же говорил, ты говорил мне что все пройдет как всегда.
   Маркиан только покачал головой, показывая, что как всегда уже давно не получается.
   - Кто из наших людей вел эту встречу с послами Этли?
   Маркиан посмотрел на императора.
   - Я давно тебе говорил, что Маркус работает на твоего брата. Старик прав, это происшествие будет рассмотрено как объявление войны. Эдекон которого пытался подкупить Маркус, является вернейшим псом Этли как и переводчик посольства Вигилла.
   - Значит так, повелеваю - заорал император - стража схватить Маркуса, я объявляю его заговорщиком! А ты друг мой Флавий проведи аресты всех, всех кто участвовал в тех переговорах с варварами, и отошли их всех на суд к Этли, а я напишу письмо, что за моей спиной, брат мой - подлый римский император задумал зло против моего хорошего соседа и великого царя варваров Этли.
   Маркиан склонил голову в знак уважения, но тут же сплюнул под трон императора, когда тот отвернулся. Более мерзкого и трусливого ублюдка императорский трон не знал, но время уже пришло, не долго осталось этому существу позорить трон Константина. А предательство собственных сенаторов и передача их в руки Этли, только поможет Флавию в его замыслах. Осталось только уговорить его сестру Пульхерию и женить её на себе, тогда путь к трону будет открыт.
   - Анатолий собирай посольство к Этли, возьми с собой Нома - проговорил император - я хочу что бы вы собрали всех варварских вождей, что сбежали от Этли. Отвезите ему беглецов и мои заверения в вечной дружбе. Возьмите тысячу литров золота и поторгуйтесь что бы подлый пес вернул нам ранее захваченные земли, нам негде выращивать зерно. Вы должны первыми прибыть в столицу Этли и принести мои извинения за предательство моих людей.
   Император повернулся к своему лучшему советнику и стратегу Марциану.
   - А ты Флавий пойдешь с этим посольством и встретишься с Ильдигасом и Чеславом - император дрожащей рукой потрепал Маркиана по плечу - я верю в тебя, я знаю что ты справишься, выезжайте не медля, мне нужен союз с варварским царьком Чеславом, или союз, или его смерть.
  
   Мне этот поход уже нравился. Все задуманное я свершил. Нашел несколько интересных византийских чиновников в Херсонесе, что согласились сотрудничать за определенную плату конечно же. Нашёл в устье реки Кубань какой то полуразрушенный город. Город был разрушен лет сто назад, может быть и больше, однако в этом городе имелось огромное количество домов сложенных из больших блоков из ракушечника. Если взяться закатав рукава, и разобрать все полуразваленные дома, то можно из этих блоков ракушника вокруг городка поставить приличную стену. А внутри городка на первое время можно ставить деревянные дома. Река Дон пока, что абсолютно свободна. Никаких крепостей, перегораживающих реку нет. Поэтому можно спокойно подготовить дома из досок в крепости у вороньего камня и уже потом сплавить эти дома по Дону на ладьях вниз к морю. А дальше дотащить их по воде до Кубани и уже в городе собрать готовые срубы и амбары.
   Этот городок встанет на прекрасной реке Кубань в Азовском море. Здесь отличное место для моей будущей крепости, и уже название для этой земли имеется - "Тьму-Таракань".
   Склавины, что плыли со мной на корабле предложили зайти в земли старого конунга Ильдигаса для забора воды и закупки продовольствия.
   Ильдигас оказался действительно очень старым, по моим меркам лет 50-60, но у него были три сына. Старшего звали Свинтовит. Я не пойму толи это имя в честь свиньи, то ли я что-то не понимаю, а имя звучит типа Святовит. Но это вполне может быть, я такое имя уже раз пять встречал, тут бога Святовита уважают и считают его одним из древних предков, что живут сейчас на небе в городке Ассов.
   Склавины Ильдигаса, были под серьезным давлением со стороны гуннов. Ежегодная дань исчислялась несметными цифрами. Склавины Ильдигаса ежегодно отдавали триста самых лучших коней, триста мечей и триста девушек. Причем коней и девушек приезжали отбирать личные послы Аттилы. Вот я как про девушек услышал, так мне про Кощея Бессмертного и Змея Горыныча сразу все сказки вспомнились, те ироды тоже девок требовали.
  
   Вход в бурные воды Дуная был обставлен красиво. Как только наши корабли с моря зашли в реку, я увидел сотню конных воинов, что галопом подлетели к воде, а потом начали пускать в небо стрелы с черным чадящим дымом. Я понял, что это сигнал такой, типа "пушки с берега палят, кораблям пристать велят". Мне очень понравились такие сигналы. Стрела взлетала высоко вверх, оставляя черный дымный след, а потом падала вниз, и этот двойной дымный шлейф держался очень долго. Хороший сигнал для управления войсками, или подачи сигналов тревоги. На большом расстоянии, такой черный след в небе хорошо видно, нужно раскрутить гуннов, пусть поделятся технологией дымных стрел.
   Потом я как князь одел золоченую кирасу и шлем, опоясался мечем и встал у носа судна. Судно к берегу не приставало, а держалось в десятке шагов от золотого песка. Гребцы во всю шевелили веслами, удерживая ладью на воде.
   На берегу стоял хорошо одетый на большом коне воин, конь действительно был очень большой, не такой как мои полумулы.
   Воин что-то прокричал, а я повернулся к своим людям, и спросил - кто его понимает, подходи сюда.
   Сразу подошел мой переводчик из склавинов.
   - Это сотник отряда акациров, он охраняет земли сына царя Атли по имени Эллак.
   - Кто такие акацины, это что гвардия царя?
   - Акацины это племя пастухов, у них множество коней и большие стада тучных овец - ответил переводчик.
   - Хорошо скажи ему, что я князь Чеслав иду к великому царю царей, что бы засвидетельствовать ему свою преданность.
   Переводчик прокричал непонятную речь, а я вдруг понял, что реально не понимаю этот язык. Вот же казус мать его так, я даже язык Ардариха с трудом, но понимал, значит славяно-германские языки еще не очень разошлись от своего начального происхождения. А это гунское племя акацинов говорит на непонятном языке. Хотя что тут удивляться, я же язык аланского вождя Кугума тоже не понимаю.
   - Пусть твои корабли пристанут к берегу, мы должны досмотреть ваш груз - заорал сотник.
   Ага, досмотреть, теперь шмон так называется, ну ладно досматривай, что уж теперь, я в принципе такое и ожидал.
   Шмон прошел как положено, воины Эллака осмотрели все мешки и корзины, потрясли мешки и велели показать все золото и серебро. Я подумал, что это уже не шмон, а грабеж. Вначале хотел возмутиться, но увидел спокойное лицо склавинов, и приказал показать все золото и все серебро.
   Золота оказалось аж целых десять гривен, а серебра двести гривен. Сотник приказал засунуть все золото и серебро в специальный кожаный мешок, больше походивший на бурдюк, а потом обвязал бурдюк с моим золотом веревкой, присобачил какую-то смолу и поставил печать. Потом тоже проделал с другим мешком, где я сложил серебро, и после опечатывания отдал оба мешка мне.
   Я не успел удивится, как мне перевели следующие слова сотника.
   - Ты находишься в земле великого и непобедимого царя царей Атли, отныне и до особого распоряжения Атли ты гость. Как гостю тебе разрешается брать все, что потребуется твоим людям для проживания в землях Атли, однако тебе запрещается торговать и доставать с мешка золото и серебро. За нарушение приказа смерть.
   Вот это номер, а я тут тайничок на корабле сделал, хотел подкупать людишек Аттилы и нанять себе агентуру, а этот хитрый царь уже все предусмотрел. И самое поганое, что это гадкий таможенник не взял ни одной монетки и ни одного зернышка. Если тут такие законы, то набрать шпионов мне в этих землях не удастся, а есть угроза вообще жизни лишиться.
   Дальше нас сопровождал почти пять дней небольшой конный отряд, а на шестой день нам категоричным образом приказали пристать к берегу и разбивать лагерь. После чего приказали ждать соизволения на аудиенцию.
   Вот это номер, не то, что я осел наивный сразу же кидаюсь на встречу со всеми гостями, что приходят в мою землю с деньгами. Я как человек 21 века приучен извиваться вокруг иностранцев, в надежде заполучить хоть пять долларов в виде инвестиций. И самое главное, что нас там приучили присмыкаться перед западными гостями, все для них, они же бля, светочи свободы и демократии, а мы быдло азиатское.
   А тут вот азиат мне показывает как собственно правильно нужно гостей встречать. Запечатал собака сотник мой мешок с серебром и попробуй только печать сорвать, так тебе сразу секир башка и тю-тю. А у нас там Ельцин центр и всякие Тефты либералам доллары мешками раздают, на борьбу с режимом. Там мент Захарченко 120 миллионов долларов 2 миллиона евриков у себя на квартирке прятал для организации массовых уличных протестов, так сказать оплата для детишек Навального энд компани. А когда его фейсы взяли, то бедному менту пришлось сознаться во взятке. А взятка та прямо из пиндосовского посольства к Захарченко в квартирку перекочевала.
   Вот бы Путин заставил этих Тефтов карманы зашить, и губу закатать как тут а Атли принято, а за любую попытку подкупа иностранцами наших госчиновников или финансирование либеральной оппозиции, суку такую на кол, на самый толстый кол, жопа у Тефта большая вот и кол большой нужен. Бля жаль, что нет дороги обратно в 21-й век, я бы дяде Вове подсказал, как нужно "уважать" заокеанских товарищей и их рабов, что по недоразумению зовутся "русской либеральной оппозицией", а в реальности являются вражеской агентурой на зарплате.
  
   Шесть дней я со своими людьми сидел в прекрасно обустроенном лагере. Из купленных у греков в Херсонесе парусов я поставил палатки, корабли вытащил на просушку и смоление. Нужно держать корабли наготове к походу в море. А то после небольшого волнения некоторые корабли все же дали теч. Команды у меня по реке ходить привычные, а вот моря боятся, как и я собственно. Шли мы от Крыма сразу на юго-запад по моему компасу и попали под небольшой шторм, так я от страху чуть в штаны не навалил. Кораблики кидало по волнам как на "русских горках" в парке аттракционов. Но самое интересное, что этот переход суда перенесли более стойко. Течей больших не было, видно сказывается хорошая просушка древесины и предварительная обработка бортов толстым слоем смолы.
   На седьмой день прискакали посланцы и сказали, что через пять дней будет большой местный праздник, типа день трех белых кобылиц. Мне сразу вспомнилась детская новогодняя песенка про три белых коня, и все это время я ходил напевая себе под нос эту песенку и готовился к встрече с великим и непобедимым, а также царем малой и белой и всей, всей всей земли. Я думаю именно так должен именовать себя Аттила.
   Бабка была тоже подготовлена, и мы с ней провели с десяток тренировок, так что в поддержке церкви и небес я был уверен.
   А когда пришло время выдвигаться на праздник и собственно на аудиенцию опять прискакала целая конная сотня под руководством какого-то Онегесия. Все воины были в золоченных шлемах и прекрасных римских лориках. А я думал, что Аттила будет одевать своих солдат в какой-нибудь варварский прикид. Типа аля-тугарин змей из мультика.
   Мне позволили взять с собой десятерых людей. Я спросил позволено ли нам будет предстать перед великим царем в броне и с оружием. А мне опять сказали, что я могу взять с собой десятерых людей, и пусть они одевают все что хотят, хоть в ослиные шкуры обмотаются.
   Да толерантненько тут у них.
   Однако несмотря ни на что нам представили коней. Я выбрал самого высокого жеребца. Гунский военачальник с интересом смотрел как я осваиваю новое транспортное средство. А транспорт оказался как бы это выразиться с норовом. Но что значит конь с норовом, против казака наверное в сотом поколении.
   Я увидев прекрасную скотинку, снял с меча второй кожаный ремешок, что крепил ножны к поясу, и подойдя к коню вплотную протянул руку с подсоленной краюшкой хлеба. Конь прохрипел и сделал шаг назад, но потом принюхавшись уставился на краюху хлеба. Я сделал еще шаг, конь пригнул уши показывая свое недовольство, но я опять сунул руку с хлебом прямо в конскую морду. Тот втянул запах хлеба здоровенными ноздрями и протянул осторожно голову вперед. Как только губы коснулись краюху хлеба, я второй рукой закинул на шею коню кожаный ремешок от ножен. Конь не выпуская краюхи хлеба из губ сделал опять шаг назад, приседая на задние ноги от удивления, но было уже поздно. Толчок, поворот и я уже на спине.
   Скакун захрипел, но хлеб не выпустил, а я сжав коленями пока жеребца погладил его по шее.
   - Ну, ну, не ругайся, я тебя не обижу, давай шагай вперед - и подкрепив свои слова несильным толчком пятками в бока послал жеребца вперед к командиру отряда охраны - Ну что сотник, поехали к твоему царю, мои люди поедут в телегах, с подарками, а я с тобой если не возражаешь.
   Дорога была интересной. Как не странно, но сотник оказался разговорчивым мужичком, и пока мы ехали он охотно отвечал на мои вопросы, да и сам интересовался жизнью в наших болотах. Переводчик наверное хотел уже проглотить язык, его взгляд говорил о том, что достали вы уже меня, да помолчите уже, но нет все болтают и болтают.
   Когда проехали уже пол дороги, сотник спросил, что это я так много железа на себя напялил, как можно в таком обвесе воевать, не удобно же.
   И чего это неудобно-то, отвечал я, это же инновация, мля, Сколково с их мопедами отдыхает. Да я в этом доспехе могу пархать как бабочка и жалить как оса.
   - Врешь небось? - не поверил сотник.
   - Хочешь проверить?
   - Хочу!
   - Ну ладно, поставь своих десяток стрелков, да накажи пусть в меня стрелами бьют, только коня не убейте, жалко скотинку. А я вот например поставлю свое копье с бараньей шкурой вон там, и попробую к нему прорваться и срубить шкуру.
   Сотник осмотрел копье с прикрученной к нему бараньей шкурой и приказал своим людям воткнуть копье рядом с собой, а мне атаковать от перелеска. Я осмотрелся, до перелеска было метров двести. Ну ладно, от перелеска, так от перелеска, хорошо, что этот кичливый гунн, не прикрепил себе к шлему ту баранью тушку, а воткнул рядом со своим конем в пяти шагах.
   Я отъехал к лесу, развернул коня и опустил забрало шлема, а потом вытащил саблю и пришпорив коня пятками понесся вперед. Уже через пару секунд в меня полетели стрелы. Первые стрелы я даже не отбивал, а уклонялся в седле, а потом пришлось немножко помахать сабелькой, отбивая летящие прямо в шлем чёрные древка стрел. Несколько выпущенных умелой рукой снарядов все таки чиркнули по шлему, но время было упущено, я уже возле древка, и с пролета лупанул по шкуре саблей, резко ушел вниз.
   Подлый сотник решил приколоться и в последний момент, когда до меня оставалось пол корпуса, он поднял свое копье и попытался меня ткнуть. Я лишь успел пригнутся, так как моя рука с саблей после удара ушла назад, но я уже поравнявшись с крупом гунского коня успел таки вернуть саблю и хлестнуть ей над шлемом гунского сотника. Сотник не понял что случилось, а его охрана подалась вперед все вместе. Вот это подготовка, еще миг и меня проткнут сразу десяток копей, не взирая на мою защиту. Но гунн поднял руку вверх, и все сразу расступились, а мой конь влетел в образовавшуюся дыру.
   - Надо же - удивился сотник - мой бунчук смогли срезать только один раз во время состязаний, ты действительно ловок в этом железе. Да и стрелами в тебя попали всего с десяток раз.
   Я охренел, как так с десяток, я думал, что показал тут чудеса джигитовки, а тут аж десять попаданий. Но хриплый голос сотник вывел меня их раздумий.
   - Ни одна стрела на смогла пробить твой доспех. Я вначале приказал стрелять по шлему, он у тебя действительно качественный, а потом пару стрел пустили в твою бронь, но не пробили, хорошая бронь - закончил свои хвалебные речи сотник Онегесий - Ну что ж пора, хватит отдыхать, тебе нужно подготовится к встрече с царем, поехали.
   Мы уезжали дальше вдоль берега великой реки Дунай, а у импровизированного места отдыха осталось перерубленное мною копье с накрученной на рукоять шкурой, и маленький кусочек конского хвоста, что назывался бунчуком и крепился к шлему. А я раздумывал над словами сотника, этот хитрый гунн, меня неплохо проверил, уточнил возможности брони, моей сабли и собственно самого болотного князя. Вряд ли этот гунн ранее видел как одним ударом перерубают толстое древко копья.
  
   Римский философ Прииск, часто ездил с посольством к царю варваров. Вот и сейчас он воспользовался приглашением своего друга грека Анатолия и прибыл в столицу Этли с большим константинопольским посольством. Эти варвары любили своих коней, не просто любили а почитали их как божество. И вот наступили трехдневные праздники богини коней. В эти три дня варвары развлекались, пили забродивший мед и прекрасные римские вина. Вкушали различные явства. В первый день Этли подверг прилюдной казни десяток перебежчиков, что ранее укрывались в землях Восточной римской империи.
   Император Феодосий переловил и отдал Этли всех перебежчиков, навеки осквернив свое имя. Так как ранее он же сам клялся что все, кто оставит подлого пса Этли и перейдет на службу византийской империи, все они станут полноправными гражданами. А вот теперь он кесарь, солнцеликий, предал своих уже солдат и передал их в руки врагу.
   Сам Прииск был писателем и философом, он помнит великих императоров, он читал о многих храбрецах, что с оружием в руках шли впереди своих легионов, но то были другие времена и другие императоры, прошло время героев.
   Часть переданных перебежчиков Этли простил, и помиловал, наказав вечно служить ему как собака служит своему хозяину.
   На второй день праздництв был суд над константинопольскими гражданами и послами Этли. Их обвиняли в сговоре с целью убийства великого царя, но этот непонятный гунн, простил и тех и других. А своему послу Эдекону, что сознался и показал римское золото, Этли даже дал в награду самого красивого коня. А с Вигиллы, что был переводчиком Этли взял мизерную дань.
   При чем Этли простил и римских граждан, умышляющих плохое. Он сказал, что о подлости ромеев знает весь мир, и в том что кучка римских идиотов задумали злое, удивляться не стоит.
   Однако все это Прииск видел, он уже много раз бывал в столице варваров на Данубисе. Вначале он удивлялся когда ежедневно Этли выходил из своего деревянного дворца а его сопровождали две сотни одетых в белоснежные тоги девственницы, хотя, кто проверял что они девственницы? Это же варвар, не может варвар стоять когда вокруг него крутятся такие прекрасные девы.
   Но вот в третий день Прииск увидел чудо. В начале объявили, что новые подданные прибыли склонить колени перед царем царей, а потом пошли разные варварские вожди. Некоторые дарили красивейших коней, некоторые приводили сразу дюжину прекрасных девиц, некоторые просто приползали на пузе, целуя землю у трона Этли.
   Но вот появился странный римлянин, хоте нет не римлянин, а перс. Весь в сияющей броне он шел вперед уверенным шагом за мерзкой старухой. Старуха, вся обвешанная различными пучками травы, дохлыми мышами, заячьими головами и лягушками, с перекошенным лицом все время смотрела и кричала в небо. Все в том числе и сам Прииск подняли голову в небо, но там было ясно ни тучки. Кому там, что орала эта старуха? Однако её никто не перебивал, а потом старуха закружилась вокруг своей оси и ткнула палкой в сторону трона, на котором восседал грозный царь. Вперед трона сразу же вышли и заслонили дорогу старухе не воины охраны, а два царских шамана. Но старуха не успокоилась а завизжала как раненый вепрь и рухнула наземь. До этого гордо стоящий воин в золоченых доспехах также бухнулся на колени и склонил голову, а за ним это сделали и все его сопровождающие люди.
   Сцена была насколько внезапной и ошеломляющей, что даже воины охраны самого царя попадали на колени и склонили головы.
   - Что кричала эта старуха? - спросил у соседа Прииск.
   Сосед только пожал плечами и спросил у еще одного сидевшего слева человека, и тот что-то тихо сказал. А потом его слова пронеслись над огромным столом.
   - Это он, это он великий избранник богов, это он огненный всадник на золотом коне, что поведет все народы в великий поход.
   - Да кто он? - не унимался Прииск - кто эта старуха и что тут происходит?
   Рядом сидел задумчивый Анатолий - это вестник Прииск, вестник смерти. Эта старуха указала на царя варваров и сказала, что он золотой всадник, что поведет все народы на запад в великий поход.
   - На запад? - не понял Прииск.
   - На запад, в Галлию.
   - Но что сказала эта старуха.
   - Она сказала, что её князь пришел преклонить колени перед великим всадником на золотом коне, что проскакал по небу с востока на запад. помнишь ли ты ту комету, что так напугала наших философов? Так это они про комету и говорят.
   - Но ведь это всего лишь комета, наши книги помнят сотни таких знаков, и что, эти глупцы верят, что комета способно кого-то куда-то вести? - удивился Прииск.
   - Эта комета отводит от нас беду, или этот непонятный болотный князь Чеслав.
   - При чем тут Чеслав?
   - Ведь это он привел сюда эту старуху.
   - Вот как а я думал, что он пришел сюда за старухой в поисках всадника на золотом коне.
  
   Меж тем действие продолжалось, Этли подал знак всем подняться и подозвал к себе человека в сияющей сталью броне. Они о чем-то говорили, а потом гость махнул рукой и его люди притащили четыре огромных сундука.
   Из этих сундуков гость со странной старухой, что стояла в трансе и бубнила себе под нос вначале достал длинный сверток красной парчи и передал его царю.
   Царь развернул и все увидели золоченые ножны длинного меча, посыпанного множеством блестящих желтых камней. Царь вначале долго рассматривал рисунки на ножнах. Гостям было плохо видно, но ближние люди, это его сыновья и несколько особо доверенных царю воевод что-то бурно обсуждали показывая пальцами на ножны.
   Потом царь медленно извлек черный меч. Черный цвет клинка, периодически вспыхивал на солнце золоченными узорами, которые прокатывались от клинка к рукояти и обратно. Царь молчал, молчали и приближенные, а непонятный человек воспользовавшись замешательством достал из сундука очередной большой сверток и протянул его царю.
   Аттила долго не брал сверток, не в состоянии выпустить меч из рук, а странный человек так и стоял с протянутыми руками, однако его руки уже начинали подрагивать от усталости, и парча, что оборачивала круглый предмет медленно сползла и упала на землю
   Все увидели прекрасный шлем, с разнообразными золотыми узорами. А самое главное зерцало, что закрывало лицо, оно было похожа на оскалившегося льва.
   Атли медленно качнул головой и показал на стол, после чего варварский вождь поставил шлем на стол перед царем и отступил назад на три шага.
   Потом непонятный гость достал из своих сундуков большущую стальную лорику (кирасу), поножы, наручи и стальные перчатки.
   Эта сцена продолжалась в полной тишине, однако вот тишина прервалась, так как варварский вождь что-то сказал царю.
   Ближние люди перевели его слова, и царь напрягся, а потом откинувшись в троне царь махнул рукой.
   - Что он сказал? - спросил Прииск своего друга, что знал множество варварских языков.
   - Он попросил привести лучшего коня царя.
   - Этот глупец, что хочет выпросить у царя его лучшего коня? - не понял Прииск.
   - Да кто этих варваров поймет, может это обычай такой, менять оружие на коней.
   Но когда вывели коня, произошло еще одно непонятное действо. Этот странный вождь с далекого варварского царства вместе со своими людьми достали из сундуков доспех из золоченых пластин и одели этот доспех на коня. Конь фыркал и злился, но его крепко держали два конюха.
   После того как все гости увидели коня царя в золоченом доспехе, старуха опять вскочила и что-то завопила, выплясывая вокруг своей оси и размахивая палкой, а потом вдруг остановилась и указала палкой-клюкой на закат. Все повернули головы, и даже сам Этли не удержался и уставился на закат.
   - Эта старуха сказала, что всадник на золотом коне проскакал туда, и великому царю следует двигаться за посланником богов.
   После чего, варвар достал большущий круглый щит, из цельного куска железа и несколько корзин с какими-то железками и поставил перед столом Этли.
   - Что там в корзинах? - спросил Прииск.
   - Не думаю, что там золото или серебро - грустно сказал Анатолий - думаю этот варвар привез свое оружие Этли.
   Потом варвар и варварский царь о чем-то беседовали через переводчика После очередной фразы все засмеялись, а старуха разогнула спину и подняла подбородок.
   - Что происходит, от чего они смеются?
   Анатолий перевел.
   - Царь предложил этому варвару стать его данником, а тот сказал, что является всего лишь выборным князем. Его выбрали на совете старейшин, вот если бы великий царь назначил его конунгом или царем, то он бы смог повелевать всей своей землей единовластно, не озираясь на решения совета старейшин.
   - И что сказал царь?
   - Царь сказал, что все короли, конунги, цари и даже два императора платят ему дань, кто-то присылает триста коней, кто-то триста пудов серебра, а кто-то платит ежегодную дань в три сотни красивейших девственниц.
   - И что? - не понял Прииск.
   - Этот варвар сказал, что в его болотах много красивых девственниц, вот одна из них, он может привести еще 299 таких же красавиц, а то что старуха девственница, может проверить любой желающий.
   Потом варвару налили вина и усадили рядом с царем, а сам царь кормил его мясом перекладывая ему куски жаренной конины из своей большущей деревянной тарелки.
   Вечером варвары устроили соревнования. Они стреляли из луков пролетая на скаку на своих лохматых лошадях. Огромные бородатые варвары метали в столб топоры и копья, а некоторые даже боролись с медведями. В промежутках между похмельем и соревнованиями варваров развлекали шуты и скоморохи. Прииск смотрел на все это веселье и не мог понять, чем же эти люди отличаются от таких же пропойц там в Риме или Константинополе. Хотя нет они все таки отличаются, в пылу спора варвары могли вскакивать со своих мест и сходиться в кулачных боях. Такое невозможно даже в страшном сне представить среди подвыпивших римских патрициев. Если патриции захотят поспорить и помериться силой, то скорее пошлют на смерть своих рабов. А эти надо же сами друг дружку режут.
   Вот и этот варвар, что сидел рядом с царем не удержался и вышел на бой.
   Но вначале какой-то бородатый великан что-то кричал и тыкал пальцев в сторону гостя царя, царь молчал и слушал своего толмача, однако второй варвар сидел спокойно, а потом Этли поднял руку и все смолкли.
   - Ты хочешь высказать свое обвинение моему гостю? - спросил царь - не забывай Богун, что за каждое слово в моем доме нужно отвечать.
   - Этот выродок болотных демонов беспричинно убил моих людей и сжег мой бург, он должен ответить кровью за смерть моих людей - прокричал бородатый здоровяк.
   Царь повернул голову.
   - Что скажешь Чеслав? Этот человек обвиняет тебя в смертоубийстве на моей земле.
   - Этот человек вор и лжец, он убил моих купцов и украл мой товар, а сейчас лжет тебе, обвиняя меня в преступлении - сказал варвар - я пришел, разбил его дружину и отомстил за побитых моих купцов, после чего забрал себе его городище, теперь там сидит мой воевода. А этот трус сбежал, даже не стал сражаться, ведь он может сражаться только с безоружными купцами.
   Длиннобородый варвар зарычал, а царь поднял руку.
   - Я не приемлю распри среди моих подданных, однако ты еще не мой подданый Чеслав, ведь ты еще не стал конунгом - Атли сделал вид что задумался - поэтому я не знаю что делать.
   - Я забрал всю землю этого труса вместе с людьми и скотом - сказал Чеслав - если ты позволишь я заберу его мерзкий язык, что поносит мое честное имя.
   - У тебя лучшая броня и оружие, это не будет выглядеть как честный поединок - произнес царь - я не могу допустить нечестных поединков, тем более на празднике богини трех белых кобылиц. Боги любят кровь храбрецов, но боги не любят обмана.
   - Выбери оружие великий царь, я в твоей власти.
   Царь задумался, посмотрел на великана и сказал - Богун, ты сам бросил вызов моему гостю, поэтому право выбора условий поединка и оружия я отдаю Чеславу.
   Бородатый засмеялся.
   - Спасибо тебе великий царь, что ты позволишь мне убить этого болотного наглеца, а какое он выберет оружие меня не интересует.
   Этли повернул голову к гостю.
   Гость протянул руку и взял нож, что был воткнут в жаренную баранью ногу.
   - Нож, всего лишь нож, один на двоих - сказал Чеслав и перевернув нож рукояткой протянул его царю.
   Царь кивнул, и все начали шуметь, обсуждая будущий поединок.
   Поединок состоялся тут же меж столов, где еще какое-то время назад плясали скоморохи и боролся с медведем атлет.
   Оба воина вышли из-за столов и начали раздеваться оголяя торс. О это было зрелище достойное великой книги о варварах, даже не так, подумал Прииск, это будет книга о великих олимпийцах.
   Из этих воинов лучшие греческие мастера смогут когда-нибудь изваять статуи. Бородатый варвар был похож на мускулистого быка, что встал на задние ноги. Его рост был на голову выше своего соперника, а мышцы играли в закатном солнце перекатываясь тугими канатами по руками и плечам бородатого варвара.
   Когда же оголился варвар по имени Чеслав, его тело напоминало лучшую статую Апполона, сухие бугристые руки, весь торс был в больших и маленьких шрамах. Этот варвар сражался часто. Все его тело было покрыто множеством рубцов от когтей и зубов, от ударов мечей и топоров. А голова так вообще имела огромный шрам длинной в ладонь.
   Второй же варвар не имел на своем теле ни одной раны. Там в Риме многие уже бы все поняли, все знают, что опыт важнее силы, однако варвары громко приветствовали бородатого воина, в то время как при появлении в нарисованном на земле круге втором бойце наступила настоящая тишина.
   Противники стояли друг против друга на расстоянии пяти шагов, а публика подбадривала их криками. Потом царь привстал со своего места и метнул в круг нож.
   Нож вначале подлетел немножко вверх, а потом вращаясь начал опускаться вниз в центр круга. И пока здоровенный бородатый варвар следил за падением клинка, молодой воин сделал незаметное скользящее движение вперед и присел, перехватывая нож у самой земли.
   Когда здоровенный атлет сделал первый шаг, молодой Апполон уже начинал вращаться, нож вначале сверкнул в воздухе несколько раз, а потом оба воина остановились.
   Бородатый хрипя и пуская кровавые слюни опустился на одно колено, а потом с трудом встал и сделал шаг вперед, лицо его было рассечено пополам и тугая струя черной крови медленно стекала по груди. После чего у него подогнулась вторая нога и великан тяжело упал на колени опершись руками о землю.
   Чеслав повернулся и пошел к царю.
   - Вот твой нож великий царь.
   - Но ты не убил его, значит поединок не окончен.
   - Мне не нужна его жизнь, она принадлежит тебе, я просил всего лишь его лживый язык.
   Этли привстал и крикнул - приведите воинов, что пришли с Богданом.
   Воинов привели и опросили. Действительно все что сказал Чеслав было правдой. Это не был подлый захват мирного города, все что произошло между этими варварами походило на справедливую месть.
   - Я просил - тихо сказал Этли - я приказывал, в моей земле торговцев не обижать. Тот, кто осмелился напасть на торговых людей нарушил мой прямой приказ, а нарушителя ждет приговор только один - смерть.
  
   Я проснулся с тяжелой головой. Вот блин первый раз в этом мире меня такой глубокий опохмел давит. Голова гудит, в глотке сотня мерзких кошек себе туалет устроили, а там за пределами палатки что-то гремит, и стучит по моим больным мозгам.
   Я выглянул и увидел, групку раздетых по пояс воинов, что с одними щитами радостно рубились в учебном поединке. Хотя по напору, и оскаленным лицам можно было подумать про настоящее смертоубийство.
   Я бы так подумал лет 5 назад, а вот сейчас я знаю, что такие рожи делают специально, чтобы напугать врага. Ну как дети, блин, рожи страшные друг дружке делают, типа забодаю-забодаю.
   Не помню как я оказался в этой палатке. Помню пили, а перед этим мы со старухой изображали охотников за золотым всадником. Потом я вкушал из рук самого царя. Я вначале думал, что этот варвар решил так от меня избавиться, он совал своими грязными руками из своей тарелки мне мясо прямо в рот, а я с наигранным удовольствием изображал бурную радость. Но когда царь скормил мне десятый кусок мяса, я подумал, что это такой извращенный способ умертвить своего врага, закормив его насмерть.
   Но как только я икнул, изображая небывалую сытость, царь приказал подать великому болотному вождю лучшее пиво. Вот тут я охренел, я понял что местные все таки германизированные варвары. Так как в наших лесах все пьют в основном медовуху, в Риме и в Греции пьют вино, а вот пиво пьют в основном германские народы. Ну я так раньше думал, ведь у них куча лишнего зерна, из которого можно варить пиво или эль.
   Часа три мы бухали, и я еле еле отошел от мясной диеты Атли, как на сцену вылез мерзопакостный Богун.
   Я как его увидел, прорывающегося к столу Атли так сразу понял, быть бойне, не упустит царь такого случая, что бы в великий праздник два его вождя пролили кровь на радость богине трех белых кобылиц. А эти лядские кобылицы якобы родили трех воинов, от которых и пошел род Атли. Правда я думал, что в этой истории должна быть женщина, ну хоть одна, или они эти воины опять кобылиц поимели? Ну тогда это зоофелия какая-то. Я уже было подумал, что Атли это германец, но как услышал эту чушь про рождение его племени от трех белых кобылиц, так и понял, что он точно кочевник, только у них могут такое придумать.
   Пока Богун распинался, я соображал как его быстро убить. Сражаться с таким монстром мечами или не дай бог сулицами, как они любят это не простое дело, а если скажем этот здоровенный гоблин возьмет в руки топор, то шансов выжить у меня просто не будет. С такой бицухой можно топором сосну с одного удара свалить.
   Поэтому в схватке с таким противником мне нужно оружие для ведения подвижного, то есть активного боя. Что-то короткое, лучше пусть это будет меч, а еще лучше нож. И пусть враг будет без брони.
   Когда Атли предложил мне выбрать оружие, то я даже и не думал, а сразу ляпнул - нож.
   Поединок прошел на грани. Я оказался чуть быстрее, и успел перехватить нож на лету, но этот монстр долбанул меня ногой, почти ударом карате. Я успел отскочить, но гад все таки саданул мне ногой по левой почке, и я подумал, что сломалось ребро.
   Зря враг пнул меня ногой, при таком весе и размерах инерция удара неминуемо тащит тебя вперед, и ты после удара проваливаешься вперед. Вот я и успел полоснуть врага ножом по печени, а как тот взвыл, я сразу хлестнул Богуна по челюсти, и почти сразу же ощутил, как сталь разбивая и кроша зубы перерезает язык, а обратным ударом я подрезал подколенные мышци. После такого удачного удара, я просто отпрыгнул и сделал вид, что бой окончен. Типа я взял все что хотел, ну типа убивать этого человека я не хочу.
   Однако человек, хлебнувший собственной крови и получивший ведро адреналина в кровь мог меня с такими ранами еще долго гонять по арене. А если бы поймал, то ножичек того, воткнул бы мне потом куда положено и не один раз. Однако меня спасло именно слабость ног врага. После рассечения мышц у Богуна просто подкосились колени и он упал, а встать уже не смог.
   Хорошо, что Атли встрял и начал проводить судилище. А после установления обмана, Атли побагровел и приказал Богуна распять конями.
   Красивая и быстрая смерть, всего то два коня разгоняются и тащат за ноги привязанного осужденного за собой, а потом вдруг на пути коней появляется столб. Хрясь, и все. Буквально на несколько мгновений толпа замолкла, осматривая результат казни, а потом опять пьянка и веселье до упаду.
  
   Сейчас с больной от перепоя головой я пытаюсь ощутить свои эмоции от основного города, почти столици Атли. И не могу понять, что мне не нроавится. Если посмотреть с высока, то это скорее большая деревня огороженная деревянными стенами. Дома были очень интересными. Это не срубы, дада, именно дома меня удивили очень сильно. Дома в столице Атли были построены по технологии дачных домиков. То есть из толстого бруса складывался скелет дома, а потом этот скелет оббивался толстыми обструганными досками. Я подошел к одному домику и попытался всунуть палец меж досок, но ненашел ни одной щели. Очень тонкая для такой старины работа, материал подогнан очень качественно.
   Дом Атиллы стоял в центре городища и представлял собой красивый деревянный замок, при чем даже улица была выложена досками. Почти цивилизация, млин.
   Кроме Атли в городе был еще один большой дом, я думал, что там живут жены царя, но это оказался дом его советника и правой руки какого-то варварского царя Онегесия. А вспомнил, рядом с царем вчера сидели два бородатых мужика, одного я знаю - это Ардарих, а второй походу и есть Онегесий. Так нужно запомнить эту рожу, похоже он тут темный кардинал.
   У этого Онегесия во дворе даже была огромная баня, говорят, что камни к этой банге привозили из далека из земли каких то деонов.
   Да, что то мне напоминает этот город. Очень напоминает город готов Данаприус. Такая же архитектура и те же стройматериалы используются. Хотя, что тут удивлятся. Может этот город и был когдато готским, а может этот Онегесий и есть готт, а Атли просто построил себе ставку.в городе Онегесия
   Как только я умылся холодной водой из настоящего колодца, то ко мне подвалил человечек и сказал пройти немножко в сторону леса, там посидеть в кустиках, типа по большому, а потом тем же путем вернутся назад, вот и все.
   - А зачем? - не понял я.
   - Что бы тебя твой сын узнал - ответил мне мужичок.
   Я с трудом понял, что видел этого человека, это был один из людей Ардариха, и теперь он меня пацаненку показывает, что живет у Атли под видом моего сына. Ну что ж пройтись нужно, значит пройдусь.
   В обед царь выполз из своего деревянного резного замка в сопровождении двенадцати девиц в белых накидках, прошествовал к умывальне, облился водой, потом ему привели красивейшего коня и царь покормил коня яблоками, потом прошел в угол дома, где стоял столб, а к столбу был привязан человек.
   Атли о чем-то поговорил с человеком у столба, а потом захохотал, потрепал несчастного по волосам и пошел дальше.
   А людишки, что шныряли вокруг вдруг зашевелились и начали сгонять всех к большим столам. я понял царь проснулся и теперь пьянка продолжается.
   Виночерпии подали всем огромный двухлитровый кубок, который назван был 'братиной' и все из этого кубка отпивали вино, после чего садились на указанные места.
   Вчера я вроди бы сидел на скамье, или нет? Блин, не помню. Во я упился. Ну это ничего, бывает, а вот сегодя всем предложили сесть в резные деревянные кресла.
   Посредине огромной комнаты сидел на ложе Аттила, а сзади стояло другое ложе, за которым несколько ступеней вело к его постели, закрытой простынями и пестрыми занавесями для украшения.
   Рядом с Атли сидели разфуфыренные вожди варваров. Я узнал, что одного из них зовут Берих, другого я уже знал, это был Онегесий, а вот Ардарих сидел третьим. Выходит, что мой герульский дружбан не очень высокого ранга. С другой стороны от атли сидели гости.
   Виночерпий подал Аттиле кубок вина. Приняв его, он приветствовал первого по порядку, удостоенный чести привета встал с места и сел только после того как, пригубив кубок или выпив.
   Севшему оказывали таким же образом честь все присутствующие, беря кубки и после приветствия отпивая из них. У каждого был один виночерпий, который должен был входить по порядку после выхода виночерпия Аттилы. После того как удостоился почести второй гость и следующие, Аттила почтил и нас таким же приветом по порядку мест.
   После того как все были удостоены этого приветствия виночерпии вышли, и в залу втащили большие столы. Как ни странно, но столы поставили не вместе, не так, как они стояли вчера, а каждой компании поставили свой стол. Выходило, что за некоторыми столами сидело по четыре человека, а за другими было и по шесть и даже по восемь гостей.
   Первым вошел слуга Аттилы с блюдом, наполненным мясом, а за ним служившие гостям поставили на столы хлеб и закуски. На столы госте ставили и ставили разные кушанья, а вот за столом Атли так и стояла одна огромная деревянная тарелка с варенным мясом.
   Я мрачно разглядывал присутствующих и понимал, что второго дня тпьянки мне точно не пережить. Однако пьянка была другой. Люди конечно же ели и пили, но никаких просителей больше не было, теперь царь раздавал указания и подарки.
   Дарил странные вещи, то лук, то коня, то кольцо. Всякую хрень, я так понял, тут важно не стоимость подарка а сам факт внимания от царя царей.
   Как стемнело, зажгли факелы, а подарки все раздавались. Что происходит я представлял примерно, так как язык на котором говорили люди я не понимал, так только отдельные фразы и то типа "спасибо великий и сияющий, замещающий свет солнца", и все такое.
   Потом как то царь повернулся ко мне и подмигнул.
   - А где твое чудо бревно, что так нахваливал Ардарих?
   Я с трудом встал с глубокого кресла, вытер полотенцем губы и поклонившись царю выполз из-за стола. Тут же ко мне подбежал человек специально приставленный Атли, и я его послал за своими людьми.
   Пока бегали за моим имуществом, несколько человек вошли в зал и очень быстро превратили закрытое помещение в сцену амфитеатра. То есть стена в доме Атли открылась как огромные ворота и вот уже вуаля, можно с возвышенности смотреть на тех людишек что находятся во дворе и пытаются развлекать царя и его гостей. Да сегодня шутом наверное буду я, по крайней мере развлекать какое то время царя прийдется мне.
   Ждать долго не пришлось, пока бревно тащили, я обошел предполагаемое место показа, после чего обратился к царю.
   - Великий царь вели вот тут и тут вкопать два бревна, что бы показать тебе могущество нового оружия.
   Атли включил дурку, я такие моменты ловлю на раз.
   Царь повернул голову в ту сторону куда я показал, потом выслушал переводчика и помотал головой. После чего засмеявшись чему-то своему махнул рукой.
   Пока я заряжал свое бревно на полянку вывели того самого привязанного у туалета Атли несчастного козачка. Царь с ним поговорил о чем то, и показал на меня рукой.
   Чем-то мне не нравится эта сцена. Прямо на моих глазах два помощника приковали к ноге мужика цепь, вбили громный железный штырь в землю и приковали цепь к штырю, а потом стали одевать мужичка в примитивные доспехи. Сунули ему в руки топор и щит.
   Оппа, я понял, это типа полевые испытания, и этот изверг Атли сейчас будет что-то испытывать. Вопрос только что?
   Возможно испытывать будут смелость этого обреченного мужичка, сильно походившего на засланного казачка из "Неуловимых мстителей", а может Атли будет испытывать крепость моей задницы, смогу ли я по приказу царя убить совсем не известного мне человека.
   Это стандартный прием любых бандитских сообществ, и называется это "связать человека кровью". Кровью невинных, а возможно и даже в чем то виновных, но кровью родствнника, и это обязательно должно быть так.
   Вот например совсем не русско-украинские олигархи УКРАИНЫ в 2014 году, после своей "революции гидности" привязали кровью к своей преступной власти граждан восточной Украины, непрерывно мобилизуя их и отправляя на Донбас убивать женщин, детей и стариков, то есть так называемых 'сепаров'.
   Преступный киевский режим бесноватого пастыря это делал только для того, что бы никогда, никогда больше не могли русские люди смотреть на восточную часть Украины как на своих братьев, так как на руках этих тварей кровь мирных жителей Донбаса. Хотя либерализирующиеся мрази будут с пеной у рта доказывать, что во всем виноват "преступный Путинский режим", что пришел к ним на Украину. Однако мне в принцыпе понятны доводи либерализирующих мразей, работающих на 'свободных Европейцев'. Они там с пеной у рта доказывают, что сепары убивают невиновных украинских солдатиков. Однако украинские солдатики сепаров не убивают они их боятся, твари с жолто-голубыми нашивками стреляют по жилым микрораенам, и любой злравомыслящий человек может задать себе простой вопрос: 'а сколько собственно мирных жителей страдает от огня одной и другой стороны конфликта, сколько мирных жителей пострадали от огня 'боевиков ЛДНР' на 'освобожденной' территории?' Что не знаете, так узнайте в таком случае сколько эти 'освободители' убили мирных жителей 'оккупированных территорий ЛДНР'. Кровь, хозяевам киевского режима нужна кровь. Они вынуждают 'кровавых бурятов' идти на Киев, но негодный ПУ не желает вводить войска, вот же не годяй то, отнял Крым и успокоился. А животным не понять, что отнять территорию с 2 миллионами жителей просто невозможно ибо эти самые миллионы возьмут в руки оружие и как партизаны в 41-м будут воевать за свою Родину.
   А если не воюют?
   Значит Украина им НИКОГДА не была этой самой Родиной, и именно в 2014 все эти люди получили то, к чему стремились последнии 23 года.
   Точно так же и жители Донбаса почти 80% голосов на референдуме отдали за независимость от фашиствующей укро-бандеровской Киевской власти. Однако этим тварям не понравилась такая наглось. Как так, разве кто-то имеет право проявлять свою волю? Ведь это только они, галицийские селюки имеют право голоса, а все остальные - это колорады и ватники, они рабы, воспитанные в СССР, а с рабами говорить не нужно, рабов нужно кнутом по спине. Эти освободители приезжали на Донбас с нашивками "РАБОВЛАСТНЫК". А либерализирующая российская мразота с пеной у рта на всяких шоу доказывала, что украинская армия воюет на Донбасе с "кровавыми бурятами Путина", а бабы сепаров и их приплод мол умирают от самообстрелов. Они ведь эти буряты насколько тупые, что целятся в украинскую армию, а попадают по пятиэтажкам, школам, дедсадам и больница. Что с них взять, это же буряты.
  
   Вот и сейчас Атли подставляет мне очередного "кровавого бурята".
   Кто этот несчастный, вождь?
   Да скорее всего вождь какого либо племени, что может в теории подружится с болотным князем Чеславом. И вот сейчас мне предстоит жестоко убить этого человека, и на десятилетия посеять вражду между нашими племенами, как же это знакомо, вот откуда корни этой англосакской политики. Англосаксы слишком хорошо знают историю, и используют уроки прошлого для совершения новых преступлений. Жаль, что эти уроки не используем мы с тупой христианской упертостью все время подставляем другую щеку. Только я в своих болотах сейчас веду самый настоящий варварский способ существования, и каждому уродцу, кто ударит меня по левой щеке оторву и правую руку, и заднюю ногу, так чисто на всякий случай.
   Там в 20-м веке НАТОВци активно вязали кровью сербов, иракцев, ливийцев, сирийцев и других народов все страны Евросоюза. Только в Ираке иэ-эа деятельеости этих европейских нелюдей было убито более миллиона человек, но по этому поводу никогда не будет международного трибунала, как не будет трибунала и по сотням тысяч мирных жителей сирийской Ракки, которую сровняли с землей в ходе штурма курдскими отрядами при поддержке авиации и артиллерии сил так называемой "международной каолиции", а по сути международной террористической группировки под руководством США.
   Никто и никогда не призовет тварей из иностранного Французского легиона к ответу за убийство ливийского президента Каддафи, и за разрушение самой богатой страны в африке. Но это они так думаю, и пусть думают, близится время когда добрые китайские солдатики вместо жаренных тараканов и кузнечиков будут есть на обед шашлык и пиндросовских морпехов.
   Вот например в этом мире, в мире куда меня случайно занесло высокомерные ромеи более тысячи лет издевались над своими соседями. Возомнив себя просвещенными и цивилизованными европейцами, а остальных людей варварами, рожденными только для рабского обслуживания великих и от рождения свободных римлян.
   Сколько вам осталось, римляне?
   Я то знаю что не долго, близится час, когда ваш рим запылает ярким пламенем, а ваши женщины станут ублажать варварских воинов. Эх, хочется поучаствовать в этом мероприятии, а то я в своих болотах скоро как и мои чудины кришнаитством займусь, а я все таки варва из злобного Мордора. Если я тут не буду соответствовать духу варварской эпохи, то бедному Толкиену не о чем будет писать свои книги.
   Думаю, что и у вас там в 21 веке эти уроды, сидящие на своих островах рано или поздно будут ублажать новых азиатских варваров, история ходит по кругу, и теперь в 21-м веке круг истории обязательно приведет новые орды варваров во всякие там Ньюорлеаны и Ньюйорки.
   Ну ладно, отвлекся.
   Я все это думал пока приковывали несчастного к железному пруту.
   Кроме красивой казни, это еще и испытание, испытание супер-мега-пушки.
   У того мужика топор имеется и даже щит, а зачем?
   А ну посмотрим какой длинны цепь. Ого метров десять, выходит мужичек легко может достать до меня, а вот до царя и его свиты он не достанет, интересненько, ведь у меня то нет меча, только нож засапожный, зато бронь полная.
   Я когда понял, что у царя Атли не совсем так гостеприимно как мне казалось ранее, то приказал подать мне вывернутый на изнанку ламиларный (наборный) доспех с нашитым поверх брони красивым куском парчевой ткани. Получался пластинчатый доспех шиворот-на выворот. Никто из наблюдателей и не замечает, что на мне такая защита, а вот мне спокойнее.
   На этот обед, или ужин позвали всех без оружия, вот и я приперся без оружия, так как же мне теперь от этого вояки отбиваться. Он-то знает, что до бревна можно добежать и всадить мне топор в лоб. А вот я ему всадить не могу, нет у меня ничего. Что-то мне подсказывает, что все таки обиделся на меня царек местный, сильно обиделся, и не зря вчера Богун нарисовался, подстава тут просматривается не хилая.
   - Тебе не жалко этого раба, великий царь? - спросил я - мы могли бы испытать мое бревно на чучеле из сена или бревна.
   Когда бревно зарядили, Атли махнул моим людям рукой и те посмотрели на меня, а я соответственно подтвердил команду Атли, а что бы я ёще сделал. А царь задумчиво смотрел на меня, а потом сказал.
   - Говорят ты жег воинов Богуна вот такими бревнами, так покажи свою удаль и искусство, сожги вон того преступника. Но не обижайся на меня, я человек добрый и сказал тому человеку, что если он сможет убить тебя, то станет свободным, совсем свободным, я свое слово держу. Но если умрешь ты, то ничего страшного ты ведь тоже преступник, ты ведь сжег город моего сына Эрнака.
   Толпа захохотала приветствуя красивую шутку своего царя, я улыбнулся растягивая губы до ушей. Такому "чиз" позавидует любая американская кинозвезда, а что тут можно еще сделать, нужно принять вид тупого, но очень бравого вояки, может прокатит.
  
   Но делать было нечего, если умирать, то нужно это делать красиво и весело, но умирать я не собираюсь. Тут у меня в бревне два ведра особого спирта смешанного со сланцевым маслом.
   Как заработал солеваренный заводик на Острограде (остров Эзене в Рижском заливе), то я часто инспектировал сие производство, и увидел, что на днище солеварных котлов при горении сланца образовывалась особая вязкая масса, что капала в огонь. Я взять ведро этой дряни и понял, что в моих руках почти нефть. Местные эту смесь назвали "сланцевым маслом". Я пробовал его перегнать и получил что-то типа керасина. Вот и смешал уже готовый керосин, древестный спирт, скипидар и сланцевое масло. В результате получил почти напалм.
   И так план "сражения" или план казни. Я вначале жгу голову этого несчастного, а после того как воин поднимет щит, то навожу пламя на ноги, потом смотрю куда он бежит. Если побежит ко мне, то я бросаю бревно и быстро отскакиваю назад. Цепь у несчастного короткая, да и огонь его прожарит, а потом придется добивать несчастного в рукопашке, нож ведь светить нельзя.
   Главное не промахнутся струей огня по ногам врага. Там и по корпусу достанется, хотя конечно щит прикроет, а пока вражина будет тушить горящие ноги, я смогу попробовать отобрать у него топор, если получится конечно.
   Ладно, ждём сигнала.
   У раструба бревна мирно горел маленький огонек, а меха были подняты максимально вверх и под верхний мех подставлен обычный болт от арбалета, а сверху на мех был прикреплен тяжеленный морской камень.
   Царь махнул рукой, и я сбил болт. Под давлением камня мех начал опускаться вниз, накачивая воздух внутрь бревна и двигая поршень. В это самое время враг рванул вперед. Я его не видел, а только слышал звон развертывающейся цепи.
   Мне ничего не оставалось делать как просто присесть, схватить бревно и напрягая все мышцы спины и ног чуть приподнять конец бревна вверх.
   Огонь ударил в голову несчастного и тот сразу же прикрылся житом, а потом пламя пошли вниз по паху и к ногам.
   Я увидел мелькнувший в лево силуэт корпуса врага и по инерции довернул свой корпус с бревном в руках в противоположную сторону от прыжка моего соперника.
   Струя горящей жидкости ударила по ногам человека со щитом метрах в пяти от меня, а цепь натянулась и не позволила сопернику дальше сдвигатся в сторону. Поэтому он уже с горящими ногами и горящим пятном на щите прыгнул вперед и в право.
   Бревно было чудовищно тяжелое, но я из последних сил довернул его назад в лево и уронил конец огнемета на песок. Струя огня медленно повернула в право и ушла в верх, прямо в голову атакующему врагу, так как тот пытался прикрыть уже колени, то огонь ударил воина в лицо, а я упал на задницу.
   Через три шага человек бажавший в стене огня споткнулся и упал на колени прикрывшись щитом.
   Нет он не упал, он спрятался, притворился зайкой, мышкой, комариком.
   Странный воин, чем-то провинившийся перед Атли весь спрятался за щитом. Однако теперь ему не просто, ведь перед его ногами, вокруг него горела земля и плавился песок. Умбон щита уже алел красным цветом.
   Я видел как этот самый красный умбон начал движение в мою сторону, всего три шага, после чего движение остановилось и щит упал. Ноги-то горят. Там ведь не просто спирт, там самая настоящая смесь, а этот чудо богатырь прошел по горящему напалму целых три шага. Его пятки прожгло до кости и человек не выдержал, он отбросил щит и с последним криком рубанул себя топором но ноге с цепью. Я встал и посмотрел на горящее существо, что с воем ползло к бревну.
   За что он так ненавидит меня, а может он поверил Атли? Может он поверил, что убив меня он получит свободу? А может это настоящий воин, что презирает смерть так же как и презирает своих врагов? В любом случае он уже мертв, просто еще не знает об этом. Воин с отрубленной ногой рухнул в шаге от меня, горящей мясной тушкой. Он не кричал, и не просил о пощаде, он умирал молча. У этого человека был всего один шанс выжить, и ему не повезло, так что же теперь кричать, что нервничать? В тишине звучал только гул пламени. Гости молчали, как молчал и царь.
   Я повернулся к нему и поклонился, после чего подошел к горящему, но еще живому человеку, поднял его топор и посмотрел на Атли, а тот махнул рукой.
   Последний удар, удар милости, вознес душу этого несчастного в вальгалу, или в ирий, или вообще в небесное царство, кто их тут знает, какие верования у этих язычников.
   - Сколько таких бревен ты сможешь сделать за зиму? - спросил Атли.
   - Два десятка сделаю, но ответь мне великий царь, кто этот воин?
   - Ты странный вождь, тебя что интересует судьба клятвопреступника? Ну хорошо я отвечу тебе и всем воим вассалам, это вождь варнов Редар, он как и его отец Миттон поклялся мне служить до последнего вздоха. Поклялся, но предал меня и сбежал к ромеям в Галлию. Но и я не простой царь - Атли задумался - ты знаешь почему я смог покорить все царства и даже ромейские кесари платят мне дань?
   - Ты справедливый царь - ответил я с толикой подхалимства, но подхалимство и жополизство это основа политики 21-го века, перед сильным американским президентом либезят все политики и президенты Евросоюза, а тут Атли типа Обамы.
   - Этот Редар сын Миттона вождя варнов, он предал не меня, он предал весь свой род. Ибо я хотел убить их всех, но я добрый и справедливый царь, я позволил Редару умереть с оружием в руках, а его люди все вернулись на свои старые земли, что оставили по приказу своего вождя и сбежали к римским границам. Но поговорим о тебе Чеслав. Мне многое рассказывали о тебе болотный князь, но я не верил. А вот сейчас вижу, что ты не простой вождь, и пришел ты сюда не просто так, ты хотел обмануть меня и купить мир ценными подарками. Скажу честно подарки твои мне по нраву, хотя твоя старуха мне и не понравилась. Грубо, слишком грубо ты придумал, мол пришел по совету богов - Атли улыбнулся - грубо, но хитро, я тоже был таким в молодости. И все же ты пришел, и склонил голову пред своим царем, поэтому я не гневаюсь на тебя, проси что хочешь.
   - Моя земля велика и богата, однако жить там не просто. Люди бегут с тех мест, там много зверя и рыбы, однако там не растет зерно. Мне нужны люди и зерно, мне нужны права торговли на твоей земле, и ты получишь все что захочешь.
   Царь задумался, и махнул рукой показывая на место возле себя, тут же слуги притащили табурет.
   Пока я распоряжался убрать бревно, и шел на свое место возле Атли, царь что-то говорил своим людям, что стояли возле него как золотые статуи.
   Я сел на предложенное место, а через какое-то время появился человек, что вел маленького мальчика лет пяти. Воин с мальчиком встали по середине между столами, что стояли буквой "П". Воин наклонился и что-то сказал пацаненку, тот поднял голову и переспросил, а воин кивнул и показал рукой на всех сидящих.
   Пацаненок быстро нашел взглядом царя и поклонился ему, а потом медленно обвел взглядом всех мужчин и увидев меня улыбнулся и сказал - вот он мой тато.
   - Ты заслужил мое доверие болотный царь, забирай своего сына, но я дам тебе больше чем ты желаешь - царь махнул рукой и между столами вышли несколько десятков женщин в белых одеяниях, они изобразили что-то вроде хоровода, а когда этот хоровод распался я увидел кольцо женщин и в этом кольце, прямо в центре стояла девица в фате.
   - Я позволю тебе соединить нашу кровь, ты возьмешь в жёны мою дочь.
   Я охренел, вот это номер. Ну подарил бы мне 12 наложниц, или 120 девственниц, ну это еще куда ни шло, а вот дочь Атли это подстава. Но попробуй откажись, сразу скажут, что ты оскорбил великого царя и пипец котенку, секир башка.
   - Это большой дар. Соединить кровь царя царей с кровью болотного князя это не простое решение, а ну как ваши боги воспротивятся такому браку. Ты ведь ведаешь, что являешься сыном богов, а смешивать твою кровь с кровью простых смертных могут позволить лишь боги. Я ведь всего навсего выборный военный вождь, я не царь.
   Все это время пока я тихо охреневал и придумывал ответ, Атли внимательно смотрел на меня. Он ожидал чего-то такого, наверное большой опыт общения с хитрожопыми подданными имеет, поэтому на мой спич царь ничуть не среагировал, а лишь задумался.
   - Мы проведем обряд через три дня, когда закончатся семь дней гуляний, вот и спросим у наших богов, а ты спросишь у своих, ведь у тебя есть ведающая колдунья?
   - Есть, как не быть, я взял самую сильную ведунью из нашего леса.
   - А что касается царства, так оженившись на моей дочери, ты станешь царем людишек лесных, или болотных, как сам пожелаешь.
  
   Что было эти три дня, что было в период БРАКОСОЧЕТАНИЯ я рассказывать не буду так как находился в чуть пришибленном состоянии.
   Я ожидал всего что угодно, подставы со стороны царя, отравления меня сразу после обряда. Типа женишок есть? Есть. Боги его одобрили? Одобрили. А то что он на радостях помер, так то ж его проблемы, а вы люди болотные отдайте моей любимой доченьке прилагаемое приданное в виде княжества вашего. Ну хотя бы полцарства, так как там в болотах есть еще вторая жена, а великий царь Этли поступает чисто по справедливости, и берет всего полцарства, а другую половину отдает вдове от первого брака. Правда потом у вдовы женишок нарисуется, типа сын Атли по имени Ирон, вот и все безкровно, ну почти бескровно можно взять землю болотного дурачка по имени Чеслав.
   Наверное все эти три дня до обряда, во время обряда, а потом еще три дня после этого чёртового обряда на моем лице была написана именно такая будущая история болотного князя, а Атли насмехался. Он радовался тому, что смог удивить меня, радовался тому, что все ходили и цокали языками, вот мол какой у нас продуманный царь.
   Все думали точно так же как и я, все ждали, что вот вот женишок преставится, ну там костью подавится, или с коня упадёт, но этот гад болотный все никак не хотел веселить публику, и с коня не падал.
   А невеста, то есть вторая жена была неплоха, лет так 15-16 по моим подсчетам, груди почти не было, но лицо уже не девочки а девицы. Хотя кто их знает этих кочевниц, может у них не принято большие сиськи иметь. Да и первая брачная ночь прошла вполне успешно. Видно что девица рада свалить из отцовского гнезда хоть куда, а тетки наверное рассказали что с мужем делать можно. К тому же я подозревал, что она думает примерно о том же, что и я пару дней назад. То есть, мечтает стать богатой вдовой.
   Мои подозрения обострились когда перед самым отъездом царь царей преподнес моей второй жене маленький сундучек. При том поднес как бы это сказать красиво. Вначале открыл сундучек, показал всем присутствующим, типа: "смотрите гости дорогие, папка-то не жмот, вот ради доченьки родной сундука рубинов не жалко".
   А потом мой тестюшка родной подарил своей дочери 12 девственниц. Прикиньте не мне, а доченьке, так сказать в услужение. А потом подарил еще и целую конную сотню личной охраны.
   Охрана меня напрягла больше всего. Мы еще в обратный путь не тронулись, а я уже думал куда эту женушку поселить со своими девственницами и с охраной. Ну не потащу же я их в Полоцк. Может в Смоленске посадить, нет там не пойдет, там паскудные греки ошиваются, шпионы кесаря византийского, не дай бог травонут женушку, тогда всем нам писец северный придет, и к себе заберет.
   Может на Белоозеро её сослать, там экология, грибочки, ягодки, зверя много. Пусть вон её охрана охотой занимается, а девственницы хороводы вокруг озера крутят, пока ноги до задницы не сотрут.
  
   Домой мы отправились не по моему плану, а по плану Атли. То есть я хотел идти на кораблях водой, а вот этот подарочек теперь не могу бросить. Царь не так поймет. Поэтому я проинструктировал своего заместителя и велел ему идти морем к Дону, а там подниматься в верховья реки к Вороньему камню. По пути пусть зайдет в Херсонес и закупится у греков. Под это дело я отдал почти все припрятанное золото. А сам я собирался идти с отрядом новой жены конным маршем. Взял с собой только "сына", и десяток воинов своей охраны, что хорошо сидели на конях. Коней мне тоже подогнали отличных, таких у меня не было, ну разве только Фафнира могла потягаться красотой с подарком Атли, и новая белая кобылка Цветаны.
   За месяц думаю дойду до Орши, а флот за то же время дойдет до Воронежа.
  
   Перед самой отправкой царь с барской руки подарил мне пять сотен рабов греков, что он захватил в последнем походе. При чем не мне подарил, а своей дочери. Хороший папик, такой добрый и любящий пахан с 90-х. Ради любимой доченьки ничего не жалко, даже прибить тупого мужа доченьки и то не жалко. Не пожалел Атли мне золотой обруч на голову надеть и всем людям объявить, что отныне я царь лесной и не меньше. Владетель так сказать земли кривичской, смоленской, чудской и даже вендской. Я так и не понял, что имел в виду Атли когда обозвал меня царем вендским, где там те венды, пару родов осталось, но намек я понял, сразу понял.
   Мне мои венды историю своего народа рассказали. Оказывается они давным давно жили рядом с галлами и белгами у самого берега океана. Я понял, что это у северных границ современной Франции. Жили венды морской торговлей и добычей рыбы. Строили большие корабли, и не было им равных на море. И вот пришел в те земли великий царь ромейский по имени Юлий, то есть Юлий Цезарь. Было множество битв на суше, в которых побеждала поочередно то одна, то другая сторона, а потом как захватили коварные ромеи все бухты морские, то народ вендов сел на свои корабли и вышел в океан в поисках новой земли.
   Однако догнал Цезарь флот вендов, догнал и разбил. Многих пленили и сделали рабами. Князей вендских всех казнили на глазах у своего народа. Погиб тогда почти весь народ, однако сотня кораблей сбежала на север. Дошли они к берегам где правило племя ругов, и пошли под руку их вождя. Вот тогда я и понял, что мои руянци это руги, которые приняли вендов, сбежавших тогда от римлян. А сейчас эти венды сидят по берегам Балтики и зовутся поморами.
   Когда я спросил у старейшин: ' а что же означает слово - венд?'. Мне тут же ответили, что все народы земли галльской были смуглой кожи из-за постоянного нахождения под теплым солнцем, а вот народ морской постоянно находился в холодном море и имел очень белую кожу. Вот поэтому соседи и называли предков словом - 'венея', то есть 'белые'. А ныне их зовут 'вендами'.
   Вот какую хитрость задумал Атли, он сразу рубит весь лес, хочет через меня под свою руку все сбежавшие народы взять. А вот что делать с болотным царем, это интрига.
   И эта интрига продолжалась, меня все не травили и не травили. Хотя чего это я, ведь до земли своей я еще не добрался. Значит князь болотный по всем замыслам должен прожить как минимум год до рождения второго наследника. А потом произойдет все что угодно. Вот интересно сколько еще Атли проживет, может мне с ним в поход вместо Радко пойти и травануть тестя в походе. Я уже умею из яда черной болотной гадюки, и особой травки белладонны готовить хороший яд. Натрешь таким ядом стрелу и можно медведя валить. Одна стрела и хозяин леса превращается в прекрасный прикроватный коврик. Нужно такой яд приготовить и продумать порядок его применения, а то не нравится мне тестюшка, очень уж не нравится, и это я еще тещи не видел.
  
   Маркиан Флавий под видом купца прибыл в Херсонес и ожидал возвращения судов болотного князя по имени Чеслав.
   Но корабли пришли без князя. И вот потратив приличную сумму серебра на подкуп странных бородатых людей Маркиан вызнал интересную новость. Оказывается пес Этли отдал одну из восьми своих дочерей замуж за болотного князя. Дальше может произойти все, что угодно. Болотный князь может возгордиться родством с царем царей и стать его правой рукой, ну или верным псом. Тогда болотный князь будет воевать против кесарей ромейских.
   Но ведь болотного князя люди Атли могут и устранить, а потом забрать его землю себе, то есть не себе, а своей дочери. Хитрый гун может придумать еще много всяких пакостей, его звериная изворотливость не знает предела.
   А это значит что нужно действовать.
   Нужно любым путем отравить эту вторую жену. При чем отравить нагло, так, что бы каждый знал, что тут поработали именно ядом, и этот яд пусть подсыпет кто-нибудь из родственников Чеслава, вон хоть жонушка его Цветана, или братец её Радко. Тогда у Чеслава не останется другого пути как воевать с Атли.
   - Прокл - набивай корабли товаром и иди вместе с этими варварами в земли их конунга. Там придумай что-нибудь, в лепешку разбейся, но его новая жена должна зимой умереть, а еще лучше стычку с людьми Атли устроить и убить сотника Атли. Люди Чеслава не должны пойти весной в поход против нас.
   - А вы уважаемый Маркиан все таки считаете, что поход будет против нас? - спросил греческий шпион и по совместительству начальник торговой миссии в стране болотного конунга.
   - Эти варвары не предсказуемы. Вот скажи, мы знаем, что Атли нужно идти на запад проти кесаря римского?
   - Знаем конечно, ведь там посольство наше было - ответил Прокл.
   - Так, а если мы будем думать, что вся орда Этли обрушится на кесаря ромейского, то мы наверное расслабимся и к войне не будем готовится. Так?
   - Так - кивнул шпион.
   - Так что же мешает Этли ударить весной по нашим землям? Он уже прислал к нам своего посла с требованием о годовой дани. И эту дань нам нечем платить. Нет у нас требуемой суммы, а выплаты нужно провести до весны. А еще послы потребовали прекратить востанавлаивать разрушенные землетрясением стены Константинополя
   - Так пес Этли таких же послов отправил и к кесарю римскому, он всегда так делает, всегда берет дань из обеих империй.
   - Я и говорю, что брат кесаря нашего уже дань собирает, а у нас злата нет. Все выплачено легионам, что пошли в поход на восток. Так что ты должен сделать больше чем я от тебя требую, эта змея не должна дожить до весны, и весть об отравлении царевны должна дойти до её отца.
   - А если Этли отправит войско в болота, на покорение земли Чеслава.
   - Ты же сам докладывал, что земли у князя болотного видимо не видимо. Так пусть уходит со всем народом на север и тащит за собой войско Этли, не сможет его войско в том походе долго по лесам да болотам бегать. Пол года хватит, чтобы все войско в болотах сгинуло.
   - А как же мне девку гуннскую отравить?
   - А тебе этого делать не нужно - возмутился Марциан - ты людишкам от родов Радко говори, что теперь всех родовичей бусовых в рабство Атли прордадут, а в земле болотной будет править подлая гуннская змеюка. Мол уморить царя хочет и все такое. Мне что тебя учить нужно?
   - Да нет, это я понял, но как же серебро и злато на подкуп? И что мне ответить варварскому царьку, что потребовал землю в Меотийском озере (Азовском море).
   - Не будет ему никакой земли - возмутился Марциан - ты что хочешь, что бы они нашу соляную монополию под себя взяли. Если варвар свой град поставит, то он нам реку Танаис перекроет, а по той реке мы соль в рода варваров возим. Найди людишек буртасских, пусть реку перекроют, что бы ни один корабль варваров в море не смог пройти. А вот мы будем спокойно до вороньего камня ходить и там все товары у варваров скупать.
   - Тогда мне еще серебро и для ханов буртасских нужно.
   - Возьми сколько нужно, но за результат ты головой отвечаешь.
  
   - Я говорю не Ждан это - говорила кривая старуха, я Ждана сама с лона княжны принимала, а тот малец не Ждан.
   - Как ты бабка-ведунья узнала, что тот малец не Ждан? - спросил бородатый рослый воин.
   - Я пацаненка-то к себе прижала, да и за ухом посмотрела. А там у Ждана было родовое пятно. Так вот у мальца, что пёс Атли нашему князю выдал такого пятна нет.
   - Значит сгубил подлый песий царь сына нашего князя и подмену учинил, а сейчас еще и дочь свою с войском в нашу землю отправил.
   - Так и есть - прохрипела старуха, сгубит та змея нашего князя, а потом и скажет песий сын мол так вот и так, есть у меня вам люди кривичские новый князь, и представит тогда живого сына. И пришлет нам нового князя да с войском. Сказываю вам, видела я будущее, Атли землю нашу к себе забрать хочет. А змеюка эта лоном своим молодым князя нашего околдовала, ничего не видит и не слышит наш князь, о людях своих забыл. Нужно помочь князю, от напасти избавиться.
   - Как ты карга старая избавляться-то предлагаешь - возмутился воин - ты что же думаешь, что как отравим мы царевну, то сможем её воинов побить, как бы не так. Там воины не простые, видел я их, там не овцы, а волки.
   - Есть у меня средство и от мышей и от волков - засмеялась, как заскрипела старая колода-старуха - есть зелье сонное, подсыпем в еду, да и побьете всех спящими.
   - Не могу я такое дело сам решить, а князю о том говорить боязно, а ну как действительно околдовала своим лоном его царевна, что если рассердится он да и пожгет нас в своих печах, он на руку скор.
   - К Радко идти нужно, как приплывем, так ты сразу к нему и иди, пока не пустила корни эта змеюка в земле нашей.
  
   После прибытия в городище у вороньего камня сразу же десяток воинов направился трактом к истокам Десны, а далее вниз по течению реки к селению Данаприус, где сидел князь Радко, что правил людишками бусовыми.
   - Не гоже это людей Атли травить, нет в том чести - возмутился Радко услышав предложение заговорщиков.
   - А землю свою под руку кровопийцы Атли отдать. Это как? - спросил бородатый мужик.
   - Землю свою не отдадим, однако правы вы не просто так золотой обруч на голову Чеслава одет. Теперь он признанный царь, а значит земля вся ему принадлежит, как и люди, живущие на ней - задумался Радко - если теперь царь умрет, а царевна сына родит, то вся земля наша более нам принадлежать не будет. Придет войско сюда для охраны наследника.
   - Так и есть проскрипела старуха - а сеестру твою как и тебя просто убьют.
   - Не нравился мне этот Чеслав - тихо сказал воевода Смоленский - никогда не нравился, а сейчас, когда он с Атли снюхался, так и подавно нам угрозой стал. Вся земля теперь под копытами коней гуннских может сгинуть.
   - За столько веков не сгинула и сейчас не сгинет, что несешь-то - шикнула на воеводу старуха - а вот то, что князь наших богов не уважает, на то могут большие беды в нашу землю придти.
   - Где ты старая хочешь людей Атли побить?
   - А где станут, там и сгинут, от моего колдовства никто не уцелеет.
   - А что если Чеслав людей своих поднимет и суд над нами устроит? - спросил Радко.
   - Так нужно всех сразу кончать - возмутился воевода - а если Чеслав сгинет, то можно Радомира из-за моря позвать, пусть принимает землю брата своего. Авось нас Радомир трогать не будет, ему с песьеголовцами проблем хватит.
   - А вы людишек своих направьте к родам песьеголовцев и слух пустите, что мол продал их всех Чеслав, как рабов всех Атли продал. Да серебра на подкуп не жалейте.
  
   Мы не надолго остановились в Орше, а я вызвал свою конную сотню из Полоцка. Вот мы и просидели в Орше почти 10 дней.
   За это время приехали купцы от Ардариха и привезли моего настоящего сына Ждана.
   Ардарих понял, что Атли его переиграл и решил не обострять ситуацию, а ближе сдружиться с непонятным болотным князем. Ну и правильно, я бы тоже так сделал, ведь после возвращения ложного Ждана, сам факт нахождения заложника в руках у Ардариха терял смысл. Второго пацаненка, что изображал раньше Ждана в лагере Атди я отдал людям Ардариха. При этом подарил пацаненку золотую фибулу (заколку для плаща) и настоящий стальной кинжал.
   Я наказал Орше выделить десяток воинов и сопроводить 5 сотен переселенцев греков на Ильмень озеро, а личная охрана царевны и её девственници оставались с нами.
   Дождавшись свою кованную сотню я все таки решил повести посольство второй жены в Смоленск. Пусть там сидят, я думаю в том польза большая будет, по крайней мере на порогах Днепровских никто мои корабли тронуть не посмеет, все таки я родственник самого царя царей, мжна будет моим торговцам прикрываться именем дочери Атли.
   А вот Радко пусть сваливает в свой Данаприус.
   Жизнь так сказать налаживается, теперь бы только торговлю развернуть покруче, а что касается людишек Атли, что приперлись с нами, так их можно отправить скажем сопровождать караван с данью, или использовать как противовес Радко.
  
   Смоленск мне не понравился. Город полузаброшен. То есть там осталось наверное 1/3 людей от прежнего количества жителей, при чем я точно видел, что по городищу шляется большое количество мужиков и отроков, что изображали бурную хозяйственную деятельность. А вот баб с детьми и стариков почти в городе и не было.
   Местный воевода Тазгут сказал, что по приказу князя Радко все люди начали переселение в прежние земли на родину своих отцов, а тут остались только те, что охраняет город.
   Кроме того в городе не было греков. Греки должны были работать на кирпичном заводике, а их там не было. Это уже звоночек. Заводик конечно работал, там было много людишек, но вот греков не было. Я уточнил, где сейчас находится византийский инструктор-центурион.
   - Где центурион и другие греки? - спросил я Тазгута.
   - Так князь Радко забрал в Данаприус, вы ведь порешили, что нужно дружину к большому походу готовить, а городок Данаприус восстанавливать нужно, вот греки строители туда тоже и уехали.
   Вот оно что значит, выходит князь Радко. Нет, князей тут больше нет, я царь, или конунг, как хотите называйте, но Радко не князь, это факт и никогда князем не будет.
   - Збышко возьми десяток воинов, чайку и иди в Оршу - сказал я - там накажи воеводе Орше выделить тебе две чайки и пять десятков людей, потом спускайся к Данаприусу и накажи воеводе Радко и всем людям греческим прибыть в Смоленск и предстать пред очи царя Чеслава.
   В большом деревянном срубе, что была ранее домом Радко я обнаружил прислугу. Прислуга как не странно была вся и бабы, и даже девицы. Никто не эвакуировался, странно.
   В Смоленске я просидел семь дней, я ждал прибытия своих людей что поднимались вверх по дону к Вороньему камню. Большая половина людей должна остаться на зиму имено там в Воронеже, а вот остальные должны придти в Смоленск. Кроме того я ожидал прибытия деда Бояна. Старик после возвращения с похода от Крымских берегов пошел к Аркху, и сейчас находился где-то в мокшанских землях.
   На 10 день прилетела Цветана. Реально прилетела, как она сбежала не понимаю. Я поставил руководить личной охраной Цветаны самого не пробиваемого военного пенсионера, то есть воина, что был уже стар, но сходил со мной в несколько дальних походов и был дважды ранен. Этот вояка был предан мне как может быть предан солдат своему полководцу. Я в хорошем смысле слова. К сожалению в 20-м, да и в 21-м веке на моей памяти было очень много полководцев, по кому веревка плакала, за их деяния. Однако я не такой, честно, честно. Свой бюджет я не пилю, а расходую на благо Отечества, да еще и реально людям помогаю. Вот и насобирал приличное количество верных товарищей. Однако такая политика неминуемо мешает отдельным "товарищам" наживаться за счет княжества и других людей, вот эти казнокрады и утырки меня возненавидели люто, и начали формировать этакую прозападную оппозицию, что все с ободритами снюхатся желает.
   Об этой оппозиции я узнал давно, хорошо, что имеется огромная агентурная сеть людей, что доносят за деньги, но есть и те, кто так сказать сотрудничает с органами по совести, то есть просто стучит.
   Вы считаете, что я "совок" и в этот оплот чистоты и экологического спокойствия я типа принес "вирус сталиннизма"?
   А хрен вам на всю рожу.
   Столько стукачей и добровольцев, сотрудничающих с "органами" как было в той жизни в Евросоюзе 21-го века тут нет, и даже никогда не было не то, что в царской России но даже и в СССР.
   При том, ни один конченый "борец с путиноидами и ватниками" за "эвропейские ценности" не называет европейцев стукачами. Нет сука, они не стукачи, а оказывается они сознательные граждане, этакая политика двойных стандартов.
   Вот и у меня тут имеется достаточное количество "сознательных граждан", которые выдали всех, кто начал тайные сношения через торговцев с соседними князьками, конунгами и ханами. Однако никто не спалился как агент Атли, и это меня напрягало. Неужели у этого гунна такая разведка толковая, что ни один Штирлиц не палится, или моя контрразведка работает плохо, или этот самый Штирлиц сидит в моей контрразведке, тогда вообще все плохо.
   Все борцуны с режимом смотрят то на Воломира - князя ободритов, то на Световита - князя руянского. Ну это даже не смешно. Это если бы в 21-м веке наши политэмигранты мечтали сбежать не в Лондон или Вашингтон, а скажем в Вильнюс или в Таллин. Смешно ведь, хотя были приколы, когда наши фейсы ловили идиотов, что вербовались грузинской разведкой. Мы тогда на севере долго смеялись, как увидели по зомбоящику задержание завербованных грузинами идиотов. Интересно за сколько ящиков мандаринов их грузины завербовали?
  
   В общем прискакала Цветана, она в последнее время по моему приказу жила строго в Полоцке под серьезной охраной, и что бы вы думали просто сбежала из под этой мать её так охраны.
   Прошляпили, пропустили. Но как только появились воины, ведущие княжну я сразу напрягся, слишком вид был не добрый у моей первой жены.
   Она спросила - где Ждан, и кого ты собственно привез вместо нашего сына?
   Отвечать я сразу не стал, слишком недобрые предчуствия меня накрыли.
   Выходит кто-то прознал про то, что у Атли был не Ждан. Но кто, и самое главное, как об этом узнала Цветана? Но и это еще не все, как эти слухи дошли до Полоцка, кто донес? И самое главное, как все это обернется теперь?
   Долго я обдумывал эту ситуацию, а княжна, или теперь уже царевна все молчала и исподлобья смотрела на меня.
   Не хотелось мне все объяснять первой жене именно сейчас, поэтому я просто показал рукой на двор, где маленький Ждан махал деревянным мечем, гоняя по манежу здоровенного бородатого воина, которого я назначил "Дядькой".
   Дядька тут типа воспитатель и наставник. А что, сын уже большой, так, что пора его забирать у матери, не дело пацана в 4 года держать у юбки, если надо пусть себе второго рожает, а я помогу.
   Цветана прошла шагов пять и остановилась, а потом очень долго смотрела на мальца. Смотрела и не решалась подойти. Зато подошел начальник личной охраны моей первой жены и попытался отмазаться, что мол баба шустрая, сиганула, со стены и на коня, тут её только и видели.
   - Ага, а какой урод коня у стены оставил? - я показал кулак охраннику, а тот только пожал плечами.
   А что тут еще говорить, я видел как смотрят на меня и на Ждана людишки смоленские, видно кто-то уже накукарекал им, что я привез не настоящего княжича. И этот слух уже активно муссировался в моем царстве-государстве. Быть может враги мои заговор затеяли? Такой классический заговор. Мол околдовала девка гуннская нашего князя, ему вместо сына подсунули рабского дитятю, а теперь и нашу землю себе отобрать хочет подлая гунская змея.
   В такой ситуации любая попытка остановить княжну Цветану могла быть использована заговорщиками, что бы поднять народ на восстание и пойти на штурм княжьего двора. А так вроде пар спустили, и пока княжна официально не скажет, что имеет место подмена, заговорщики ничего сделать не смогут, их люди просто не послушают. А вот я послушаю, мои "сознательные" граждане записывают каждое слово и каждый вздох оппозиционеров. Я все равно скоро пойду в Полоцк, и вот тогда этим тварям, что за спиной у царя мутят воду Гулаг пионерлагерем покажется.
   У меня на Солеваренном острове, что ранее звался Эзеном теперь настоящая каторга. Там оказывается люди мрут как мухи, каких-то паров надышавшись. Начинаются болезни легких и человек буквально через год сдувается, как будто больной раком. Я если честно в медицине не очень разбираюсь, но понять, что нужна вахтовая работа я могу. Поэтому у меня люди, что на Солеваренном острове, работают по графику по одной луне с заменой и отсидкой в Риге.
   Немножко успокоившись Цветана села на бревно, и уже сидя наблюдала за пацаном. Через какое-то время учебный час закончился и Ждан повернувшись в припрыжку побежал ко мне, однако увидев мать остановился, а потом бросился ей на шею.
   Я в эти дела не влазил, пусть мать обнюхает и осмотрит сына, ей наверное там много интересного понарассказывали. Но самое главное, что рассказали именно те люди, что были со мной у Атли. А вот кто, кто та собака, что намутила воду я пока не знаю? Все воины, что шли со мной по суше так со мной и оставались, это более чем преданные люди, а вот те, что пошли на кораблях через море к Дону, там всяких полно. Там были представители всех народов, что сели в моей земле, мог кто-то по привычке и снюхаться с врагами. И самое главное, почему так долго нет мореходов, что поднимались по Дону к Вороньему камню? Быть может там измена, возможно они уже приехали и теперь слухи распускают, но откуда они знают о том, что я вез не Ждана?
   И самое главное, кому нужен такой скандал, кто получит прибыль от мятежа, Атли? Вряд ли, нет у меня еще наследника от второй жены, и не будет у Атли права на власть если меня вдруг завалят в ходе военного переворота.
   Значит кто, кто кроме Атли? Выходит только одно, добрые наши друзья греки, или византийцы. Эти могут, им наш союз с Атли ну совсем не нужен, а я тут с дуру еще и землю в устье Кубани потребовал. Вот и смотались греки со Смоленска, к Радко подались, агитировать против супостата. Не дай боги Радко бунт поднимет, науськать могут греки. Эти суки могут, они тут типа "борцы за права и свободы, а также демократические ценности", а методы всех борцунов мне известны, особенно борцунов за дерьмократию.
   На 12 день моего сидения в Смоленске прибыли мои попутчики, что ходили в столицу Атли.
   Я опросил людей, повыспрашивал и повыведывал и узнал, что в Херсонесе трое моих людей очень часто и надолго пропадали на улицах города. Иногда их видели с важными гражданами. Выходит тут у меня уже и завербованные греками людишки появились. А еще я узнал, что мои люди стояли у Вороньего камня не долго, а уже на второй день пошли волоком на Десну, и там спустившись вниз по реке до самого Данаприуса встречались с Радко.
   Так, теперь совершенно понятно, что эти шпионы привезли Радко послание, но какое.
   О том я узнал на 13 день, самый несчастливый чертов день, слегла Цветана. Губы синие, дыхание тяжелое, очень липкий горячий пот и закатившиеся глаза давали явную картину отравления.
   При чем очень мощный яд, и подсыпанный или подмешанный этот яд был скорее всего с вечера, так как обнаружили отсутствие княжны ближе к завтраку.
   Я первый день спал один, не хотел вносить распри в отношение между жонами, но вечером второго дня наказал стелить мне в Цветатниной светлице. Однако моя первая жонушка сделала такую физиономию, что я понял - доступ к телу закрыт на неопределенное время, ну и ладно, тут еще одно тело есть. И ушел спать к новой жене.
   На утро Цветана не вышла к столу, я полумал что это такой женский каприз, типа акция протеста. Только вот тут даже не средневековье и никакого феминизма я терпеть не собираюсь. Царь я или не царь?
   Поэтому я послал за княжной её охранника, чтобы силком притащил первую жену к столу. Оказалось что княжна практически при смерти.
   Дело совсем швах, мои люди стали поговаривать, что змея гуннская подсыпала яду, чтобы уморить Цветану. Это уже вообще не к добру, кто-то сыграл красиво. Я ожидал покушения на вторую жену, а эти суки траванули первую, и теперь мира с Радко не будет, это точно.
   По моему приказу закрыли выходы со Смоленска, и всех пересчитали, тех кто отъехал с вечера изловили по пути в Полоцк и притащили назад.
   Княжну в жесточайшем режиме подвергли промыванию.
   Я приказал просто вставить трубку в рот и заливать отвару, а потом вызывать рвоту и так раз за разом. Более того обыскать всё имущество в комнате Цветаны и в кладовой. Если яд подсыпали во время ужина, то почему не траванулись другие люди. Выходит, что яд подсыпали уже в ту еду или воду, что приносили в комнату Цветаны.
   Так и есть в комнате стоял кувшин с квасом. А квас в светлицу заказывал с вечера именно я, выходит, что травануть пытались меня?
   Провели дознание, кто принес кувшин с квасом, оказалось дворовая девка.
   - Как несла, кого по дороге видела, кого просто видела вообще? - спросили у девки.
   Оказалось, что видела многих, но вот бабка-старуха, чертова ведьма остановила девку вечером и попросила испить кваску. Начали искать ведьму, ан нет её. С вечера была, а утром пропала. Сквозанула тварь, вот откуда их сук стали называть ведьмами. Раньше я её саму эту старуху называл "ведуньей", а теперь "ведьма", как есть "ведьма". И пропала странно, вроде была в сарайке со слугами, а потом пропала, никто и не видел куда делась.
   А потом я узнал куда делась эта шепокляк. Она сквозанула не в Полоцк. Перед этим, то есть буквально час назад бабка рассказывала людям у колодца, что мол траванула ведьма гуннская нашего князя, и грозилась людей привести из Оршы, что бы побить подлых гуннов и наказать змеюку - дочь Атли.
   Я еще не понял что уже началось восстание, но почуял это кожей. Вначале тишину разорвали крики, а потом и звон оружия.
   - К оружия, все ко мне - заорал я, вскочил со скамейки и побежал в светлицу. А в это время две стрелы прошуршав над ухом впились в дверь. Но было поздно, я уже заскочил в комнату и принялся натягивать броню.
   На улице разгорался нешуточный бой, я выскочил уже облачившись и с мечем в руке.
   Картина маслом, с два десятка воинов гуннской сотни пробивались к конюшням, а остальные пытались сдерживать наседающую толпу. Где же мои люди? Так вон моя охрана уже бежит в броне, а остальных нет, видно ночевали за воротами княжьего двора.
   Я вбежал на стену и заорал - кто, кто посмел напасть на моих людей?
   - Царь, царь жив - заорали голоса - отдайте нам нашего царя подлые собаки.
   - А ну тихо, всем назад! - зарычал я - кто зачинщик? Все ко мне!
   Толпа разделилась, стало видно как из толпы, что еще пять минут назад штурмовала княжий двор стали выходить группы людей и повернувшись встали в оборону у ворот.
   - Я спрашиваю кто зачинщик бунта?
   - Прости князь, нам сказывали, что тебя отравили - прокричал бородатый мужик.
   - Где воевода смоленский Тазгут? А ну взыскать его и подать сюда, а вы все уберите оружие и расходитесь по домам.
   Воеводу не нашли, и я увидел как из города десятками стали уезжать люли.
   - Бегут, суки, бегут,,,,, - задумчиво проговорил бородатый воин - не иначе сорвалось у них задуманное. Хотели тебя царь отравить, а тут такой случай вышел, что ты живой остался.
   Я повернулся и нашел глазами сотника гуннов.
   - Асаф - мы уходим, поднимай своих людей.
   - Что не так, может тут останемся? Город мы удержим. - спросил начальник личной охраны моей второй жены и по совместительству сотник отряда гуннов.
   - Не нравится мне все это, да и сам город не нравится, не хочу здесь ночевать, и даже воды из местных колодцев пить не буду. Думаю, что пошли они за подмогой, если обложат, то могут притащить огнеметные машины и поджечь город. Сгорим заживо не за грош, нужно уходить в Полоцк.
   Сотник посмотрел мне в глаза и кивнул, а потом пошел распоряжаться подготовкой к выезду. А я взошёл на деревянную стену и долго осматривал окрестности Смоленска. Вдали тянулись в небо черные дымы кирпичных заводиков, на реке сновали небольшие рыболовецкие лодки. Вроде бы все нормально, такое обозначение мирной жизни и спокойствия, вот только именно, что обозначение. В душе клокотал вулкан, и в висках стучала одна и та же фраза: "... князь Радко наказал всем идти в Данаприус, князь Радко, князь...', вот они суки и бегут теперь все к новому князю, ну ничего я вам покажу, я не злопамятный, я зла не помню, приходится записывать. И я вам суки всем каленым железом на лбу напишу "ИУДА". Нет Радко, ты не князь. Всё пришло время это кубло разрушить и сделать Смоленск по настоящему моим городищем, но это потом, а сейчас нужно спешно уходить поближе к своей земле, тут все таки земля людишек буссовых.
   Сразу после обедни мы выехали из Смолянки и по лесной дороге направились в сторону Витебска. Позади нашей колонны двигался арьергард из пяти десятков конных воинов Асафа.
   Мы встали на ночёвку на небольшой лесной полянке, поставили телеги в круг, а в центре круга поставили мой шатер. Внутри повозок осталась моя личная охрана и охрана царевны Сердолик.
   Я как-то попытался узнать, что означает её имя, а царевна посмотрела на меня как на убогого и сказала, что её имя означает Огненная, то есть красно-рыжая.
   Я реально чуть не стукнул себя по лбу, ведь и в правду волосы у моей второй жены были огненно-рыжими.
   Часть воинов разседлали коней и легли спать, часть воинов держали коней готовыми к бою, лишь немного ослабив подпруги. А третья часть приступила к охране лагеря, уходя дозорами далеко в глубь леса.
   Ночью нас поднял часовой.
   - Царь Чеслав - тихо позвал воин охранник.
   Я поднялся и тихо вышел.
   - Там пришел старший охранения, тебя требует.
   Я пошел к телегам, где воины внутренней охраны стояли со старшим боевого охранения и тихо беседовали.
   - Что случилось?
   - Князь, люди Атли говорят, что в лесу мимо нашего лагеря скрытно прошла сотня пеших воинов.
   - Куда прошла?
   - Они обошли нас по лесу и двигаются к Витебску.
   - Отлично, сотня воинов, это верно те кто сидел в Смолянке и потом сбежал. Наверное местные людишки, так как тракт хорошо знают и знают, что мы встанем тут на ночлег - тихо сказал я - вот только этих людей я не боюсь, мне интересно сколько воинов идет позади нас? Асаф накажи своим воинам одевать брони и готовить коней, мы уходим, повяжите все коням тряпки на копыта.
   Воины начали собиратся, одел бронь и я, подготовил своих коней, покормил скотинку и проверив подготовку воинов к походу пошел к своим людям.
   - Кожемяка - обратился я к сотнику - тяжкое дело могу доверить только тебе. Останься тут с двумя десятками воинов, жгите костры и обозначайте наше присутствие до утра, а по утру на рысях догоняйте караван.
   - Ты князь верно мыслишь, там сзади могут конные идти, может сотня Радко, если не больше воинов. Нужно уходить сейчас и прорываться к Витебску.
   - Так и есть, ты тут не спи, могут разведчики вражеские подойти и попытаться взять вас в ножи.
   - Пусть пробуют, до утра мы спать не будем, а с рассвета за вами двинемся. Нас стрелами да сулицами не возьмешь, бронь наша лучше чем у людей Радко.
   Я похлопал сотника по плечу и пошел к телегам, а через час мы выехали, шли в темноте ведя коней под узду. С утра сели в седло и скорость увеличилась, нужно не позволить пешим воинам Радко сделать засеку на дороге, и сбить заслон сходу.
   Мы заранее услышали звуки топоров и перестроились. Сотник Атли по имени Асаф повел сводный отряд в бой. Однако боя не получилось. Внезапный удар на работающих в лесу людей так ошарашил засаду, что те даже в бой не вступили, а попытались скрыться в лесу. Однако многих переловили и побили, с два десятка воинов взяли живыми, остальные спаслись бегством.
   Дознание показало, что это комплексный заговор. Там позади нас почти три сотни конных воинов родовичей Радко. Князь Радко сказал, что князя Чеслава сгубил подлый пес Атли и прислал сюда двойника, что бы сгубить княжну и взять всю землю болотную. А они мол отряд спасения и пришли убить подлых гуннов. По всему выходило, что эти уроды типа даже не предатели и не заговорщики, а как бы спасители ОТЕЧЕСТВА.
   Да много в нашей истории было таких спасителей, ну или тех кто под "спасителей" маскировался. Только мне ничего доказывать не нужно, я приказал с первых троих "спасителей" содрать шкуру. Остальные тут же раскололись и признались, что это заговор Радко и моего брата Радомира. Вот тут я офигел, как это им уродам конченым удалось на Радомира выйти. Теперь Радомир сидит у себя на Готланде и к нам не хаживает. А зачем, он и там кучу проблем имеет. А тут вначале нужно найти этот Готланд, да собрать людей и привести их в Полоцк. Не так много времени я отсутствовал. Если заговор созрел недавно, то Радомир еще и не знает о нем, а вот, что будет делать как узнает? Поддержит или нет?
   Остальных пленников допросив покидали связанными в телеги и мы ускоренным маршем двинулись к месту дневной стоянки. Там ручей хороший, там встанем и подождем наш арьергард, а там уже и до Витебска один дневной переход останется.
   Но дойти до места дневного отдыха на тракте мы не успели. Нас догнал посыльный из арьергарда и сообщил, что почти две сотни конных воинов Радко летит по нашим следам. Ну ладно, тут уже земля витебская, тут мои люди как дома, часто на охоту выезжали и сторожевую службу несли, а вот воины Радко уже ушли от Смолянки далековато, и здешних мест не знают. Есть тут недалече овражек хороший, там можно резерв спрятать и пропустить врага вперед. Так и поступим, просека тут хоть и есть, но конную сотню в ряд не развернешь и придется людям Радко в ряд по 15-20 воинов наступать, а я этим воспользуюсь и перегорожу телегами тракт.
   - Асаф, ты останешься тут в овраге, пропустишь вперед преследователей и как услышишь шум боя ударишь им в спину. А я пройду вперед на пару стрелищ и перегорожу тракт, там и встречу ворога.
   Асаф усмехнулся - место плохое, конным не развернутся.
   - Так и есть, я коней своих уведу и за телеги с самострелами встану. Нас атаковать в коном строю не удобно и ворог вынужден будет спешится, прикрыться щитами и лезть на штурм. Коней же своих они отведут в укрытие. Вот ты сначала коней отбери, а потом уже пешим в спину бей.
   - Не жалко тебе людей своих?
   - Не мои то люди Асаф, кто против своего царя меч поднял, тот должен умереть лютой смертью. Если тех простить, то другие следующий раз мою доброту за слабость примут и опять попробуют в спину ударить.
  
   Мы отъехали почти с километр и встали растянув повозки буквой "П", перегораживая тракт (дорогу). Хотя дорогой это лесную тропинку можно назвать с большой натяжкой. Маленькая тропка петляла между вековых деревьев, и эта тропка была рассчитана на движение всадников в колонну по два, ну или можно ехать на телеге. Ширина дороги не позволяла организовать большой конной сечи, однако пешая рать в таких лесах чувствует себя хорошо, ведь враг не может использовать дольнебойное оружие, и приходится биться по взрослому лицом к лицу, на это я и рассчитывал. Я загнал десяток стрелков на деревья и наказал им выцеливать самых активных врагов.
   Воины Радко увидев мои телеги, обязательно должны спешиться и атаковать неприятеля прикрывшись щитами.
   Мои воины встали за телегами, мы распределили сектора обстрела, коней отвели в глубь леса. А самое главное, что пришлось оставить десяток воинов на охрану коней. Да тут конечно можно оборонятся, но у меня всего 60 воинов осталось, правда все в броне и с настоящими арбалетами со стальными дугами. Приходилось надеятся, что мой арьергард сможет оторваться от преследователей и придет в лагерь раньше, чем враг выйдет на нас. Если только смогут уйти мои воины, ведь люди Радко имеют более свежих и легких конях, а я притащил с собой в лес кованную сотню. Вот и встает теперь вопрос маневренности. Мои ратники крепче, но они спешились, а у Радко люди более маневренные, особенно это ценно вот в такой местности, когда я не могу ударить сомкнутым кованным строем, а Радко сможет окружать и наваливаться по три человека на одного моего всадника, или забросать нас стрелами. Вот и получается, что у меня единственная надежда это удар засадной сотни Асафа в спину воинам Радко.
   Они появились ближе к обеду. Вначале мой арьергард на уставших и охрипших конях, пена валилась с морд лошадей, но люди были почти все целы. Однако многих коней придется списать. Загнали лошадок воины сотника Кожемяки. Многие кони имели торчавшие из крупов стрелы, то есть противник явно не чурался в лесу пострелять из луков.
   А чуть позже появились и передовые дозоры преследователей.
  
   - Смотри Ждан - я наклонился к маленькому царевичу - это предатели, и с ними нужно поступать так, как ты поступаешь со змеё болотной. Просто наколи её на копье. Однако мы вначале поговорим.
   Ждан с умным видом в большущем шлеме стоял рядом со свим отцом и наблюдал за переговорами с повстанцами.
   - Подними личину воин, хочу узнать что за тать против своего царя пошла - крикнул я предводителю отряда преследователей, что стояли в сотне шагов от наших телег.
   - А что на меня смотреть - крикнул воин - я воевода Смоленский Тазгут, а вот ты на князя нашего не похож, говорят что отравил пес Атли нашего князя и княжича Ждана сгубил, и княжну Цветану. А ты самозванец, и хочешь обманом землю нашу забрать.
   - Так подойди сюда и убедись что пред тобой твой царь.
   - Не знаю я никаких царей. Знал я князя Чеслава, что народ мирным вождем над всеми родами избрал, знаю я князя Радко, что старейшины военным вождем избрали. Вот и спрашиваю я воевода князя Радко, кто ты? Мирный князь Чеслав, тогда зачем ты на нашу землю ворогов привел, или ты самозванец, называющий себя царем кривичским.
   - Ты ведомо забыл Тазгут, что воеводой Смоленским я тебя назначил, а князь Радко лишь над землей и родом своим князь, хоть и выбрали его вожди руководить дальним походом с царем царей Атли. Однако не о том речь, вижу я нет тут Радко, значит пред тобой выбор сейчас, преклонить колени пред своим царем или сгинуть вместе со своими людьми в этом лесу, ибо предателям нет прощения, им смерть лютая в наказание.
   - Никого я не предавал, я лишь исполняю волю своего князя.
   - Не думаешь ли ты Тазгут, что теперь тебя не подержит тот кто подстрекал тебя предать своего царя. На большом совете все, кто говорил тебе велеречивые слова в уши, все те люди от своих слов откажутся и тебя сделают предателем. Я представлю совету живую княжну Цветану и сына своего Ждана, а вы будете предателями и никакие слова вас от дыбы не спасут. Решай же Тазгут, мои люди к бою готовы и стальные болты наших арбалетов жаждут крови предателей.
   - Покажи княжича Ждана и княжну Цветану, а то может ты самозванец мальца другого за княжича выдаешь.
   - А от кудова ты собака узнаешь моего сына, ты разве был бабкой повитухой при родах?
   - Не горячись князь, нам бабка повитуха указала как настоящего княжича опознать, вот мы и хотим проверить, нет ли подмены.
   - Ну что же иди проверяй, только меч и кинжал оставь там, нет мне веры к тебе.
   К воеводе Тазгуту подъехали несколько всадников и начали о чем то совещаться. Через какое то время сам Тазгут, а за ним и его воины начали слезать с коней. Пока не понятно, что же происходит. То ли противник готовится к бою, что ли задница у них устала сутки сидеть в седле, то ли действительно решил проверить княжича.
   Воевода Тазгут снял шлем, вытащил меч и воткнув его в землю пошел к нашим телегам. Подошел, обернулся и посмотрел на своих людей, видно боялся, что я действительно предъявлю ему подмену. И если выявится, что ребенок не княжич, то я его должен буду убить. Так видно думал Тазгут и уже прощался с жизнью. Но потом решился и перепрыгнув телегу подошел к нам. Я провел рукой за ухом Ждана и поднял волосы вверх, обнажая шею и родимое пятно.
   Тазгут аж выдохнул, видно реально испугался воевода Смоленский, и не хотел сегодня умирать, это у него было на роже написано.
   - Прости меня царь Чеслав - поверил языкам поганым - Тазгут склонил голову.
   А Смоленские воины увидев происходящее начали снимать шлемы и пройдя к нашим телегам пятьдесят шагов под пристальными взглядами защитников начали склонять головы.
   Через какое-то время позади людей Радко появились люди Асафа. Увидев, что происходит, гуннский отряд приподнял копья и просачиваясь между людьми Тазгута подъехали к телегам.
   А я воспользовавшись ситуацией вскочил на коня и выехал на своем новом коне вперед и громогласно провозгласил - возрадуйтесь люди, не изгои вы больше. Вы пришли в землю князя Чеслава ища спасения от готских вождей, и вот теперь ваш вождь породнился кровью с великим царем Атли. Нет теперь князя Чеслава, но есть конунг Чеслав, есть царь Чеслав, царь земли кривичской, дряговичской, чудской и вендской. Теперь вся земля принадлежит нам и за малый выход мы хозяева в этих лесах. Вы склонили головы пред своим царем, но этого мало, я требую выдать предателей, тех кто причастен к отравлению княжны Цветаны, тех кто затеял этот бунт. Судить татей буду не я, а совет. Сейчас же ты воевода Тазгут возвращайся в Смоленск и сиди там дальше воеводою. Соберите семьи свои в Смоленск. Отныне вы не люди Радко, вы мои люди и я жалую вас землей. А приказы княжича Радко повелеваю не исполнять!
  
   Уже на второй день мы были в Витебске.
   Остановка в Витебске продолжалась почти семь дней.
   Я ждал, ждал информации о дальнейших действиях Радко.
   Почему Витебск, да тут все просто, никто и ни как не сможет пройти к Полоцку с юга и юго-востока, если я буду удерживать Витебск. Кроме того Витебск это перекресток всех дорог, в том числе дороги на Новый город, бывший острожек Цветаны, что стоит на Ильмень озере. Там сейчас приличное городище почти в 1000 человек.
   Особое внимание я уделил подготовке ополчения и контролю за действиями одного "Мистера - Х" по имени Радомир.
   Этот свейский конунг уже давно перенацелил свои силы и средства на западное направление, но заговорщики его могут привлечь на свою сторону, и братец может попробовать поборотся на Полоцкий стол. Мои разъезды из городища Псков должны организовать надзор за морским побережьем.
  
   В Витебск были вызваны бабки лекарши, и они сейчас корпели над больной. Состояние Цветаны уже не было критическим, но княжна была плоха.
   Через пять дней пока я вел расследование, прилетел мой человек с Орши и доложил, что сотня бронных ратников идет на Витебск мстить за отравление царя Чеслава и бить поганных собак Атли и его змеюку дочь.
   Воевать с воеводой Оршей мне не хотелось, он самый доверенный мой человек из тех, кто начинал строить все это княжество. Поэтому за стенами Витебска я оставил охрану царевны Сердолик под руководством сотника Асафа, а сам выехал со своими людьми в поле и встал в две шеренги.
   Вскоре появились вооруженные люди, слишком много их пришло, почти две сотни пеших воинов и десяток конных. Среди конных я сразу узнал Оршу. Медлить было нельзя, поэтому тронув коня я поехал на встречу приближающимся воинам, а те увидев меня растерялись и встали.
   Из их строя выехал Орша и поехал мне на встречу.
   - Чеслав, ты живой? Правда ли то, о чем гутарят люди?
   - Правда Орша. Измена, измена ждала меня в земле Смоленской. Подлая старуха пыталась отравить меня, но отравила Цветану, однако княжна выжила - я подъехал еще ближе - ты верно видел ведьму?
   - Приходила бабка повитуха, что принимала роды у Цветаны и сказала, что отравила её подлая гуннская змея, а княжича Ждана будто подменил подлый пес Атли.
   - Так и есть змея то была, только очень старая и очень хитрая. Изловили мы посланцев, что сразу в Полоцк со Смолянки побежали, и спросил я их: "куда мол соколы летите?". А те ответили, что спешили уведомить честной народ Полоцка о подлом отравлении князя хуннской девкой. В Смолянке нас отравить хотели, однако я ушел трактом на Витьбу, так меня на тракте заговорщики догнали и воевать хотели. Однако убоялись воины Тазгута на каленные болты лезть и покаялись, указав на заговорщика Радко. Как думаешь куда ведьма старая побежала?
   - Она в Орше оставалась как мы ушли, однако мыслю я ты прав князь, нет выгоды в том новой княжне старую травить. Да и охрана у нее маленькая, мы тех гуннских собак одной сотней передавим. Так, что глупо все это, слишком похоже на хитрый сговор, и сам Радко о том сговоре может и не ведает вовсе, а его ведут как слепца.
   - Скажи своим людям пусть одна сотня быстрым маршем к Орше идет, и готовится к встрече Радко, а ну как возмутит его подлая старуха. А ты возьми самых доверенных людей и пошли со мной, посмотришь на живую княжну и моего сына Ждана, о том людям обскажешь.
  
   На 12 день после нашей возни с заговорщиками в Оковском лесу, что опоясывает истоки рек Днепр, Северная Двина, Ловать и Ока. Этот лес есть перекресток миров, я тут появился и чуть не был отравлен в этих землях.
   Но я смог провести кое-какое расследование на предмет, кто собственно закупал товары, кто охранял ладьи, кто выступал переводчиком в торговле с греками, и тому подобное.
   И выяснил, что среди тех людишек, что не пришли сейчас со мной в Витебск, но встречались с греческими купцами в Херсонесе была и подлая бабка повитуха. Она несколько дней вообще пропадала в греческом городке, типа травки покупала, да больных лечила, а потом еще и серебро показала, так сказать плату за лечение. Вот и есть заказчики, но чем я не угодил Херсонесцам, или они приказ получили из самой столицы, из Константинополя?
  
   Совет города Полоцка заседал уже целый день. Все ругались, кричали, угрожали друг другу. Иногда самые воинственные хватались за рукояти мечей, но до драки так и не дошло, хотя воевода Полоцка успел потаскать за бороду губернатора города. Однако все так и не смогли решить вопрос что же делать дальше.
   Большая половина мастеровых, и все опоясанные мечами мужчины требовали повязать крикунов, что ранее призывали народ пойти бить подлых собак Атли и сдать заговорщиков Чеславу.
   Остальные же предлагали отправить к царю посланцев с заверениями вечной преданности и прошения помилования тем, кто возгорелся страстью покарать отравителей княжны Цветаны.
   Вот уже две седьмицы как пришли известия о том, что Чеславу возложили на голову царский венец и новый царь осел в городе Витебск. А в Смолянке вороги хотели отравить нашего царя, но поскольку царь возлег ночью с новой женой и не пошел к старой, то отравители прогадали. В результате чего тяжелое положение сейчас у княжны Цветаны, что последние десять дней не поднимается с постели, а состояние её все ухудшается. А если бы в ту ночь, как отравители подсыпали яду в квас, царь Чеслав возлег с Цветаной, то испил бы он той отравы, и не было бы сейчас царя.
   Присутствующие долго спорили о том могла ли быть отравительницей новая жена Чеслава дочь царя царей Атли, но все же пришли к тому, что молодой жене это не выгодно, как не выгодно и самому Атли. А тот факт, что сразу после отравления все греки пропали, то было решено, что отравителей нанял кесарь греческий Феодосий, убоявшись союза великого царя и любимца самого Сварога князя Чеслава. Такой союз сильно не понравился подлым грекам, вот и удумали они отравление.
   Порешали всё, однако многие жители Полоцка как узнали о том, что Чеслав засел в Витебске и к нему сейчас стекаются воины со всей земли то тут же убоялись, а ну как царь потребует казни тех горожан, кто подстрекал убить новую царевну и её гуннов, вот и спорили о том как бы уберечься от гнева царя.
   Некоторые уже успели сбежать в Ригу, но были и те, кто призывал отправить послов к Радомиру брату Чеслава и пойти под его руку. Однако тех злодеев уже схватили, так как даже слушать такое было преступлением. Все знали кто такой Радомир, это как не крути а все таки бывший душегуб и речной бандит, что грабил прибрежные городки на Славутиче. Позвать такого на царство, это обречь себя на вечное рабство.
   Чеслав же был хоть и крут с врагами, но своих людей не обижал, да и был слишком хитер. Чеслав сумел договорится с самим царем царей и потрясателем вселенной, непобедимым Атли, и даже смог породнится с Атли кровью, оженившись на его дочери. А это выводило земли Чеслава из разряда болотного княжества в ранг лесного царства, и сулило много выгод от торговли в землях Атли. Да и соседи поостерегутся теперь воевать Чеслава, ведь он сродственник самого царя царей.
   Теперь только нужно порешить на что готовы горожане, что бы показать свою лояльность и преданность Чеславу, достаточно ли будет просто преклонить колени, или нужно схватить и предать на суд всех горожан, что ранее призывали к бунту.
   Вначале все хотели обставить красиво и даже начали аресты недовольных приходом гуннов, однако вчера пришла весть, что в море у земли Саамской (Финляндии) видели множество кораблей Радомира. Посланец прискакал с Пскова и передал весть, что в море видели два десятка кораблей, что пришли от земли саамской и встали у берега для пополнения припасов воды. Стало очевидно, что это корабли Радомира и идут они к острову Солеваренному, и к Риге. В тот же день воевода направил посланца в Витебск к Чеславу и теперь все со страхом ожидали что Чеслав снимется с Витебска и пойдет вниз по реке янтарной к Риге. Этот поход неминуемо заведет царя в Полоцк, а что потом? Что будет как придет царь, помилует ли он горожан, или предаст казни всех кто недоволен дружбой с гуннами?
   Вот и заседали горожане споря и рвя связки, плюя друг дружке в лицо слюной и потрясая бородами, а в это время триста воинов под руководством царя Чеслава уже вышли из Витебска и двинулись вниз по реке.
  
   Я ждал долго, ждал Радко, ждал примирения и возможно покаяния, но Радко не пришел. Однако пришел мой старый знакомец Лешак.
   Я давно понял, что это не простой старик. Слишком не простой. Иногда появляется внезапно прямо на тракте и стоит, смотрит на меня, а другие его как бы не замечают. А потом вдруг в светлице появится, сидит тихонько в углу и беседу слушает. Я вначале пугался, а потом понял, что это мой глюк, ну типа кажется мне этот дед. Ведь его никто кроме меня не замечает. Вот в такие минуты мне заодно кажется, что я сошел с ума, что все это не по настоящему, ну не может такого быть, что вот так вот человек появлялся ни откуда и пропадал в никуда.
   - И что ты надумал? - старик с пристрастием посмотрел на меня, аж передернуло, вот же гад.
   - А что ты мне предлагаешь? Это ты лешак, тебе хорошо, чуть что, раз и тебя уже нет, а меня вот отравить хотели.
   - Так что дальше, неужели зуб за зуб и глаз за глаз? - хитро прищурил глаз старикан.
   - Я должен отомстить, должен. Если это дело упустить, то какой из меня царь?
   - А действитель, какой из тебя царь? Царь это тот кто о государстве, сиречь о земле своей думает, а ты? Ты о чем думаешь? Думаешь войну на радость врагам своим устроить, пусть греки потешаются?
   - Не могу я сейчас до греков дотянутся, а вот Феодосию отомстить могу, могу попробовать Атли на константинопольского кесаря натравить.
   - А не много ли на себя берешь, сам вон хвост поджал как царевну увидел. Испугался ведь, скажи?
   - Испугался. Испугался, что отравят меня, или нож в спину воткнут. Большая политика это дело темное, тут глазом моргнуть не успеешь, а голова уже того, тю-тю.
   - А какого лешего ты полез меж двух жерновов? Кто тебя дурня заставлял высовыватся со своего болота? А теперь уже поздно каятся, теперь о тебе разве что дурак не ведает, о твоем железе и об огненных бревнах все только и говорят.
   - Сам знаю, что дурак, не тереби душу. Я хотел втихаря отсидется, силенок поднакопить, а тут потребовалось на мировые рынки выходить, вот и спалился.
   - Воевать тебе с Радко нельзя. Ты хоть понимаешь сколько родов сейчас под его руку пошли? Сколько родов там вдоль русла Десны и её притоков живет?
   - Да посчитал уже - отмахнулся я - много там родов живет, много.
   - То-то и оно, что много. И все те рода, только на имени Радко и держатся. Не будет его, так все люди опять по своим лесам да болотам попрячутся, а тебе хлеб нужен.
   - Хлеб мне нужен, а еще мне рынки сбыта своих товаров нужны, мне без этого не прожить, людей кормить зимой не чем будет, а земля их мне не нужна, да и сами они мне как кобыле пятая нога.
   - Мирится с Радко нужно, не знаю как, но нужно - дед встал - ты теперь царь, сам думай. Казни вон кого-нибудь, и объяви, что нашел отравителя, пусть на греков укажет, а Радко из под подозрения выведи. Тебя, что всему учить нужно. Я как тебя из-за кромки вытащил, то подумал, что истинный витязь пришел, поднимешь землю нашу, а ты как и те, что прежде до тебя были, все о распрях да о личных обидах думаешь.
   - В каком смысле вытащил? Ты же говорил, что это роща священная меня притащила.
   - Так и есть, роща, а кто же еще? Только ритаул на открытие перехода меж мирами я провел. Я же тебе дурню уже говорил, что тут ОКОВСКИЙ лес, сиречь оковывает своими могучими дубами перекресток миров! Только я думал, что муж более умный придет, а тут ты появился - дед чуть не сплоюнул от обиды, а потом покачал головой и махнул рукой. После чего повернулся и пошел к двери.
   Я пока сообразил, что происходит, было уже поздно. Дверь скрипнула и старик пропал. Я встал и выглянул в проем двери, а там никого не было. Пропал лешак чертов, надзиратель мать его. Прочитал мораль и пропал, ну ладно, будем думать.
   Вот же пердун старый, а я еще думал как ту реку назвать, что сейчас Аркх захватил. Если дубовый лес ОКОВЫВАЕТ перекресток миров, то река, что в этом лесу течет, пусть так и будет Окой.
  
   Дед Боян вернулся из очень удачного похода в земли мокшан по великой реке. Аркх оказался очень предприимчивым и грамотным вождем. Он умело торговал и собирал обещания о мире со всех вождей, что жили по притокам великой реки. Множество родов обязались принимать у себя торговцев великого князя Чеслава, и давать честную цену за мои товары. Правда теперь я уже и не князь, а самый что ни на есть конунг, то есть царь по местному. Все те рода, что проживали в верховьях реки Эдиль были не очень развитыми, ну почти как мои чудины. Однако товара на продажу имели достаточно. Самое главное, что им требовались мои достаточно качественные товары, а там пусть сами думают, что за эти товары предложить. Я не против брать просто мехами, но мне не помешает и мед диких пчел, а также воск. Есть у меня еще одна надежда, что имея в союзниках многочисленные племена проживающие в верхнем Поволжье мне удастся наладить выгодную торговлю с южными странами.
   Так вот дед Боян узнав, о том, что происходит в наших землях тут же прискакал ко мне.
   Мы долго обсуждали произошедшие события и пришли к выводу, что война сейчас с родами бусовыми нам не на руку. То есть те, кто все это замыслил именно того и ждут, когда Чеслав пойдет войной на Радко, но этого допустить нельзя. Я снарядил деда Бояна в качестве переговорщиков и направил его к Радко в Данаприус, а еще предложил деду организовать личную встречу так сказать без свидетелей.
   В той истории, что я знаю, про всякие политические игры, многое приходилось делать в тихаря, что бы ни верховный совет СССР, ни конгрес США не знали. Так втихаря встретились два разведчика в одном уютненьком кубинском кафе, и разрулили вопрос с карибским кризисом. Вот такой разведчик сейчас у меня и поехал к Радко, одна надежда на деда Бояна.
   К сожалению кроме предложения перемирия, и просьбы оказать помощ в поиске отравителей и их заказчиков я не мог выдвинуть никаких условий. Цветана хоть и выжила, но я думаю, что не надолго. Страшное зелье попало в организм не просто так, а с квасом и теперь у Цветаны был сильно обожжен пищевод и пострадал желудок. Она почти ничего не ела десять дней и уже сейчас превратилась в фотомодель дистрофичку, больную анорексией. При таком подходе моя первая жена долго не протянет. Организм может победить болезнь и сам, но для этого требуется хорошее питание, а питания дать не получается, один раз в день жирный бульончик вот и все, на что решается Цветана, так как боли её скручивают не детские, даже после простого бульончика. Если Цветана умрет, то не видать мне мира с Радко, а все шло именно к этому.
   А тут еще весть пришла, что идет к моим берегам нехилый флот аж в 20 кораблей от Радомира, вот и пойми чего он идет. Может помочь братцу хочет, а может и за стол Полоцкий поборотся возжелает. Но делать не чего, придется идти ускоренным маршем к Риге, а там на корабли и навстречу к Радомиру. Его нужно встретить именно в море, чтобы он узрел мощь флота своего брата, возрел и поумнел, и мысли глупые со своей головы выбросил.
   Я проинструктировал воевод Оршу и Тазгута удерживать стойко и в случае угрозы помогать друг другу в обороне Орши и Смоленска, а сам пошел вдоль правого берега реки Янтарной (Западной Двины) к Риге. Княжну Цветану и царевну Сердолик с её гунской сотней я взял с собой.
   Цветана останется под присмотром бабок знахарок в Полоцке, а Сердолик пойдет в поход со мной, боюсь я её оставлять при таком внутриполотическом хаосе. Не все последствия работы греческих лазутчиков еще сыграли, и не все спящие агенты еще сработали, а это очень опасно, так что пусть ездит со мной, вон ведь жена Петра 1 в поход с царем ходила, а как попали они в оперативное окружение в районе Молдавии, то царь откупился отдав турецкому паше все украшения царицы. Правда он отдал тогда и весь флот и все Чёрное море, но об этом умолчим. Меня интересует лишь тот факт, что можно возить с собой царевну, и для женских нервов это не опасно, этого достаточно. А то не дай бог заскулит царевна и потребует её во дворец препроводить, и что, мне тогда войну заканчивать, царевна видите ли воевать устала и домой хочет.
   Хотя эта царевна к походам привыкшая, и раза в два лучше меня держится в седле. Перекинет ногу на ногу с боку седла, и сидит что-то ковыряет, типа вышивает, или плетет, или просто дурью мается. Главное что бы мне не мешала. У царевны есть своя личная охрана из десяти гуннских воинов, а остальной отряд с сотником Асафом в моем полном распоряжении.
   И вот я имея две сотни своих воинов и неполную сотню Асафа быстрым маршем двигаюсь к Полоцку. Там как положено почти все жители вышли за стены и встречали своего царя. Часть людей стояли на коленях склонив головы. Многие кричали, типа слава, слава царю батюшке, и царевне матушке. Ну это я шучу так, а вот крики реально были радостные. Тут нечего юморить, почти все эти люди лично на меня завязаны, и в случае моей гибели или внутренней соры, они пострадают первыми. Поэтому мое благополучие для Полочан, это их личное благополучие. Как говорится: ".. что хорошо для Форда, то хорошо для Америки", а почему бы и нет.
   Я подъехал к воеводе и спросил - кто это?
   - Это бунтари царь, призывали идти бить поганых и твою новую жену-отравительницу.
   - Все железо у них изъять, но в поруб не садить, из города не выпускать, как с похода вернусь соберем большое вече, там их судить будем.
   - Пойти ли мне с тобой царь, а ну как не удержишь ты флот брата своего?
   - Нет воевода, с братом я сам разберусь, а ты возьми пять десятков воинов с Полоцка, пять десятков воинов с Новагорода и посади их в Витебск. Пусть на готове будут выйти на помощь воеводе Орше или воеводе Тазгуту, если Радко надумает нас воевать. Сам сиди в Полоцке казну оберегай и за порядком следи, что бы ни один мастеровой с города не сбежал и железо без моего ведома никто не вывез, я скоро вернусь. Дай мне два десятка воинов из младшей дружины, что берег моря хорошо знают, они пойдут с Асафом через земли чухонские лагерь Радомира искать.
   Воевода кивнул и уступил место бургомистру, или как бы сказали губернатору Полоцка. Тот поклонился и спросил - что с припасами царь, обоз за тобой отправить, или сразу с собой возьмешь?
   - Найдите врачевательниц, пусть в палатах царских с княжной Цветаной живут. Пусть лечат лучшими зельями, а за теми врачательницами установить личный пригляд. Сына своего Ждана на воеводино попечение оставляю. Всю еду и воду, что в царские палаты носят требуется пробовать. Если проникнет отравитель какой я с тебя живого шкуру сдеру - я наклонился к лицу губернатора, а у того от страха подкосились ноги и он чуть не сел в грязь.
   - Всех кто с купцами иноземными сношался под личный присмотр возьми, и до моего позволения с города не выпускать, их тебе вон Этил укажет, сюда свезут еще людей с Орши и Смолянки, что с торговыми людьми греческими сношались, их тоже под домашний арест до проведения разбирательства и суда, смотри старейшина - я показал кулак бургомистру и хлестанув коня заехал в городище.
   Через пять дней мой отряд на уставших лошадях был уже в Риге. Мы прошли почти 400 километров на одном дыхании. Дорога вдоль берега реки была уже протоптана сотней телег, а городища и хутора, что стояли у реки позволяли нам пополнять припасы и кормить лошадей отборным зерном. В принципе я содержал на тракте так называемые "магазины", то есть склады для дружины на случай передвижения большого количества людей и лошадей, однако как оказалось припасов заготовлено недостаточно. Отдельные места привалов и стоянок оставались пусты под чистую, так как мы изымали из погребов все припасы. Правда наличие большого количества серебра с собой позволяло мне тут же компенсировать местным жителям за продовольствие чистейшим серебром. Однако впереди зима, а то, что я изъял припасы у селений, это не хорошо, требуется проделать много работы, чтобы возместить утраченное до наступления настоящих морозов.
   То, что Радомир решился в поход глубокой осенью о многом говорит, теперь если даже удастся избежать войны, то придется решать важный вопрос содержания еще минимум 300 неучтенных ртов за счет своего бюджета, так как до весны теперь Радомир к себе в Готланд назад не доберется, очень уж опасное море поздней осенью. Да и тот факт, что Радомир пошел в мои земли не напрямик, а в обход вдоль берега говорит о том, что корабли загружены под завязку либо воинами, либо товаром, вопрос каким.
  
   На маленьком острове, что стоял в устье Западной Двины имеется небольшая деревянная крепость под названием Рига. От этой крепости поставлен мост на правый берег реки, а на правом берегу реки имеется деревянный острог с 4 башнями.
   Остров является базой рыболовецкого флота жителей Риги и соответственно моим речным портом. На берег вытащены и поставлены на подпорки три новые сорокавесельные двух палубные морские галлеры и десяток двадцативесельных морских чаек.
   Я вначале хотел новые сорокавесельные суда назвать Дракаром, но не посмел, Дракар это относительно небольшая двадцативесельная морская чайка больше похожая на мельдониевый шлюп, только уже с квадратным парусом, а тут получился просто монстр.
   Сорокавесельная галера имела один большой квадратный парус на центральной мачте, к которой прикреплен треугольной носовой парус кливер и в корме судна поворотный треугольный парус на бизань мачте. Сколько серебра я потратил на оборудование этих судов? Даже сейчас страшно вспомнить, достаточно только сказать, что на каждом из них был полный набор парусного вооружения сшитого из тонкой кожи и обильно смазанного тюленьим жиром. А на носу у каждого судна имелся двадцати пудовый якорь на стометровой якорной цепи, что позволял надежно стоять у побережья не приставая к берегу.
   От Риги мое войско разделилось, воевода Асаф с конной сотней и провожатыми пошел на рысях вдоль берега моря строго на север. Его задача была простой: обнаружить лагерь Радомира и взять его под наблюдение. Если при моей высадке на берег произойдет конфликт с Радомиром, то Асаф должен будет атаковать конно в тыл прото шведам.
   А две сотни своих воинов я спешил и посадил на весла для морского похода. Вот на три своих морских галеры я загрузил экипаж, а на усиление взял пять двадцативесельных морских чаек и вышел навстречу флоту Радомира.
   Радомир стоял уже семь дней на золотом пляже у побережья будущей Эстонии на полпути от Таллина до Риги. Встал он как оказалось из-за критического состояния судов. Море было уже не спокойно, а прыжок через Финский залив в двух бальный шторм прошел на вполне успешно, и многие суда дали течь.
   Но все это я узнал потом, а сейчас я шел искать стоянку своего двоюродного брата и по совместительству конунга свеев и хозяина Готланда великого прото викинга Радомира.
   Я увидел корабли на шестой день каботажного плавания строго на север вдоль побережья своих земель, и как только закончился остров под названием Вормс.
   Шторм изрядно потрепал флот Радомира и сейчас гроза морей стоял лагерем у самой границы леса, его суда были вытащены на песчаный берег и с ними проводились какие то работы, Радомир пытался подлатать семь своих кораблей, остальные были вроде бы целы.
   Я узрев кучу кораблей на берегу, направил свой флот к брату. На берегу собралась приличная толпа народа, я пытался их сосчитать квадратно-гнездовым способом и насчитал примерно 300 человек. Приличная дружина.
   - Эй люди, где ваш воевода? - крикнул я, после чего мои слова прокричали на свейском и готском языках, навсякий случай.
   Из толпы вышел здоровенный мужичок и сделав несколько шагов вперед остановился и поднял руку.
   - Чеслав, ты что меня не узнал? Давай иди ко мне, обними своего брата.
   - Убрать паруса, правь к берегу - заорал я, и на борту зашевелились воины, отвязывая канаты и начиная травить большой парус, судно шло вперед только на кливере.
   Судно начало медленно идти в сторону берега, но сделать это было не просто. Судно в начале тащило к берегу прибойной волной, а потом так же живо волна пыталась отнести корабль опять в море. Мы взлетали вверх а потом как на качельках проваливались вниз. Наконец преодолев сопротивление прибойной волны мы медленно уткнулись носом в песок. Весла убрали и воины выбросив в воду огромный якорь начали прыгать вниз. Потом все дружно поднатужились и протащили якорь на несколько десятков шагов к берегу. А как только якорь был брошен, люди, что остались на борту начали вращать ворот и якорная цепь натянувшись потащила судно на берег.
   На флагманском корабле осталась одна женская фигурка царевны Сердолик и десяток её личной охраны, а все остальные медленно вытащив корабли на берега начали стягиваться к своему царю. Все это время Радомир так и стоял не заходя в воду, в то время как мы барахтались почти по пояс в пенном прибое.
   Как только суда были вытащены и я стал отряхиваясь идти на встречу Радомиру, вдалеке появились конные воины и медленно длинной змеей поехали в нашу сторону.
   Радомир услышав голоса своих воинов повернулся и узрев конных заржал.
   - Я узнаю тебя мой брат, ты как всегда великолепен. А враги говорили, что смогли отравить самого царя лесного, а я им говорю, что это бред, не бывать такому, это же мой брат.
   Радомир расставил руки в стороны и растянув улыбку до ушей пошел мне навстречу.
   Ну в такие игры и я играть умею, я тоже растянул улыбку и показал огромный "чиз" побрел навстречу Радомиру. Встреча на Эльбе млин. Там пиндосы с нашими наверное так же встречались, все улыбались, но оружие не убирали.
   - А ты почему меня царем называешь? - спросил я Радомира.
   - А-ааа - Радомир пригрозил мне пальцем - ты меня не проведешь, как ты провел бедного Атли, мои люди были на твоей свадьбе.
   Радомир усмехнулся и прижал меня к себе, вот же животное, сколько силы в этой тушке, аж бронь заскрипела.
   - А тут люди приплыли и говорят, отравили мол нашего князя супостаты, приди помоги землю брата своешл, от ворогов отбить - продолжал свою историю Радомир - вот я все бросил и к тебе, как я могу брата своего в беде оставить?
   - Я рад тебя видеть брат - я также пытался сжимать здоровенный торс Радомира, но у меня это не получалось.
   Вот так вот как Брежнев и Хонакер мы пообнимались и вволю нацеловавшись, разжали свои руки. Все это есть ритуал, ритуал для наших людей, призванный доказать дружбу и взаимоуважение вождей друг к другу, а значит этот ритуал снимает напряженность среди воинов.
   - Мне говорили, что Чеслав построил дивные корабли, настоящие драконы моря, а я не верил, но вот сейчас вижу, это так, все правда, красавцы - Радомир уставился на три моих галеры.
   - Я тебе обещал Радомир, что у нас будут лучшие корабли, и море это будет нашим, я свое обещание выполняю, а ты?
   - Что я? Я же взял твой Готланд - возмутился брат - а теперь еще и в проходах никого нет, кто посмеет выйти против моих торговцев. Я свое обещание исполнил, проливы наши.
   - Пойдем брат, посидим выпьем, поговорим, мои люди помогут тебе корабли подлатать и пойдем в Ригу, а скоро шторма начнутся. Ты у меня зимовать будешь? - как бы невзначай спросил я.
   Радомир продолжал смотреть в море.
   - Уже и не знаю, у тебя такие корабли, что я мог бы на них и в шторм домой отправиться.
   - Ахаха - я засмеявшись хлопнул брата по спине - пошли поговорим, и ты мне покажешь что привел, а то я вижу какие у твоих кораблей следы на песке, там много наверное груза имеется.
   - Эй бездельники - Радомир заорал своим людям - ставьте оленя на вертел и доставайте пиво, праздник у нас, брат мой царь Чеслав пришел и его юная царевна, они устали с дороги. А мы с тобой брат пройдем к моим кораблям, я тебе привез то, о чем ты просил.
   Я крутил в руке здоровенный рыжий булыжник. Поковырял его кинжалом, посмотрел на просвет часть среза камня, и убедившись что это и есть мой заказ спросил - сколько?
   - Пять сотен пудов железного камня выкупил для теба у свейского конунга, весь заказ привез, чуть корабли свои не потопил от твоего железа.
   - Благодарствую тебя Радомир, каменное железо лучше чем наше болотное, однако обрабатывать его труднее. Сколько ты просишь за этот груз.
   - Вон те три корабля и три варницы для добычи соли за все железо.
   - Корабли отдам, я их для тебя и делал, однако с варницами сложнее - я почесал затылок и задумался.
   Восемь тонн железной руды это много, если пересчитать, то можно выплавить 5 тонн чугуна. Три варницы это целая тонна чугуна, да еще и три корабля, как бы в убытке не остаться.
   Однако оставшиеся четыре тонны чугуна можно пустить в дело, да и не факт что чугуна. Ведь половину железа можно в кричную печь засунуть и получить чистейшую сталь, а это уже залотой стандарт получается.
   - Пошли брат, выпьем пива и о деле поговорим, а мои мастеровые твои корабли посмотрят, что можно с ними сделать.
   Мы отдыхали по полной, почти как в прежние времена. Если не считать что теперь я и Радомир мы конунги совершенно разных народов. Он занимается в большинстве морскими делами, а я сухопутная крыса, однако общие интересы в торговле нас объединяют.
   - Я слыхал у тебя проблемы с Радко - сказал Радомир - что собираешься делать.
   - Не хочу я с Радко воевать и отдавать его Атли не хочу - тихо сказал я, что бы не слышали другие - если Радко возомнит себя самостоятельным князем и уйдет из-под моей руки, то его тут же под себя Атли или Ардарих подомнут, или тот же Кугум данником сделает. А он дурень думает, что освободившись из под моей руки ему свобода светит. Не светит, еще и рабом сделают.
   - Ну меня же не сделали - засмеялся Радомир - я вот с Атли дружу, а выход ему не плачу.
   - Так ты для него другой выход платишь, выход кровью. Ты ведь не просто так в проливы ходил, ты воевал франков, а это тоже выход. Ты платишь Атли дань кровью своих людей, воюя по приказу царя царей неугодные народы.
   - Ты что Чеслав, ты и вправду думаешь, что я франков воевать ходил? - Радомир отмахнулся большущим кувшином с пивом - пусть так все думают, я к Теодориху ходил, к королю готскому, что за франками живет.
   - Так ты что уже и торговлю наладил? - не поверил я бахвальству брата.
   - И наладил, а что? - Радомир выпятил грудь колесом - ты знаешь сколько там в Галлии саамские меха стоят?
   - Знаю я как ромеи меха любят, у меня вон полно греков ошивается.
   - И зря - икнул брат.
   - Что зря - не понял я.
   - Зря ошиваются, гони их с земли своей, нечего чужих купцов в свои земли пускать, иначе ты хорошей цены за свой товар не выручишь, обманут. Пусть у границы сидят и ждут, что ты им изволишь продать. Вот тогда и торговаться можно.
   - Я понял, кстати я тоже торговый путь нашел - похвалился я - твой Аркх уже в землях мосхов торгует, а по весне отправлю его вниз по Эдилю в земли людей восточных.
   - О как? А я, ты меня возьмешь?
   - Тебя нет, не возьму, а вот людей твоих с товаром возьму - тихо сказал я - Ты по весне пришли сотню своих людей с товаром в Ладогу, там я тебе речные ладьи дам и волоком в Оку отправлю. А уж там по Оке и Эдилю Аркх поведет наш караван в земли ховалинские. Для тебя же есть другое предложение.
   Я огляделся и подсев ближе к Радомиру и продолжил.
   - Ты собирай торговый караван к Теодориху, я тебе своих торговцев с товаром пришлю. Кроме мехов и меда повезешь железное оружие готам.
   Теперь уже огляделся Радомир.
   - А не боишься, оружие Теодириху отправлять? Теодорих с прокуратором галлии Эцием Флавием дружбу водит, а этот самый Эций говорят сводный брат нашего царя Атли. А ну как прознает Атли о нашей торговле?
   - Так ты сделай так, что бы не прознал - улыбнулся я - я ведь всем мечи да сабли продаю, а еще наконечники для копей и топоры. А для Теодориха я специальное оружие выкую, так чтобы никто не сказал, будто это моя работа. Вон саксы полумечи делают, как старые ромейские гладиусы, так я Теодориху таких саксов могу хоть тысячу наковать, пусть только серебро готовит.
   - Так ты в большой поход не пойдешь? А то могут тебя твоими же саксами побить.
   - Не боись Радомир, война будет тяжёлая, но все при своих останутся, а в поход вместо себя я хочу Радко отправить, я уже за него с Атли договорился.
   - Рискуешь ты брат - тихо сказал Радомир - даже я сидючи за морем и то боюсь царя нашего лишний раз расстроить. Так я за морем сижу, а тебя в твоих болотах легко найдут, найдут и накажут.
   - Меня уже наказали, мне вон царевну подогнали с охраной. А там целая сотня соглядатаев. Вот я этим соглядатаям свои мастерские, где мечи куют и покажу, а оружие для Теодориха в других мастерских делать будут, так что не боись все путем будет.
   - Ну, что ж - задумался Радомир, с него хмель как рукой сняло. Сразу видно опытный вожак, когда нужно пьет, а когда нужно, и о делах поговорить может, при чем в любое время и в любом состоянии.
   - Ты Чеслав тогда и для меня оружия наделай, я тебе свои корабли по весне пришлю с рудой, а за ту руду ты мне оружия на продажу наделай - Радомир посмотрел мне в глаза - сможешь?
   - Разделяй, стравливай и властвуй? - я улыбнулся, этот лозунг нифига не британцы придумали, вон его как Радомир использует, куда там британцам - конечно смогу, я ведь не хочу, что бы Атли Теодориха разбил, тогда он действительно всех побьет. А когда всех побьет, то и нас с тобой рабами сделает. Великому царю, царю царей союзники не нужны. Ему даже данники не нужны, если Атли победит Теодориха, то все остальные ему понадобятся только в качестве рабов. Хотел я с греками союз наладить, а они мне такую гадость с отравлением подкинули. Теперь и не знаю как мне с греками поступить.
   - А ты письмецо императору направь. Пиши, что подлые торговые людишки, подданные императора греческого отравить тебя хотели, вот ты и просишь защиты и праведного суда к негодным. Пусть мол ради мира великого и дружбы пришлет тебе император в подарок головы виновников в отравлении твоей жены.
   - И что ты думаешь сработает? - усмехнулся я.
   - Эх брат, смотрю я на тебя и не пойму, как ты еще в своих болотах живой сидишь, у тебя вообще никакого опыта нет. Ты думаешь, что я сам все проходы отвоевал? Как бы не так, я именно что с вождями местных родов разговаривал, подкупал, пугал и предлагал. Я их всех на франков натравил, а сам к Теодориху пошел свои дела решать. Из той войны половина кораблей моих союзников не вернулись, и что с того, зато теперь я конунг, и никто даже пикнуть не посмел, все они у меня вот тут - Радормир показал кулак - вот и ты головой думай, головой, а Радко твоего нужно в поход отправить любой ценой. Скажи ему, что царь царей его сделает князем, если он в походе себя проявит, вот пусть идет и проявляет. А пока Радко не будет, ты его родовичей под себя подбирай, торговлей завлекай, друг на дружку натравливай, а сам потом приходи и мири их. Пусть все привыкают, что ты царь, и только у тебя защиту и праведный суд получить можно. А кесарь греческий пусть думает, головы своих людей он конечно не отдаст. Зато будет знать, что ты готов и дальше с ним дружить, но для этого нужно кесарю тебе кое-что уступить. Пусть хоть золота даст, или торговлю безналоговую разрешит в своих землях, проси все, хоть что-то да и даст, но главное он тебя как своего союзника будет рассматривать, а это самое главное. Атли же отпиши, что просишь его защиты против людишек греческих, пусть покарает отравителей, тогда Атли будет думать, что ты его человек, и без его помощи ты на своем столе не усидишь.
   - Спасибо тебе брат за совет, совет то хороший, только скажи, что ты дальше делать будешь?
   - А что мне делать? - удивился Радомир - Вон те корабли что на берегу валяются там твоя руда, забирай вместе с кораблями, а я на своих новых кораблях домой пойду. Ты же мне за те корабли по весне десяток ладей, что в земли ховалинские по рекам пойдут отдашь, вот и сговоримся.
   - Хорошее предложение - подвел итог я - я корабли с людьми тут пока оставлю, пусть чинятся и в Ригу идут. А мы с тобой на остров Солеваренный пойдем, там заберешь одну варницу и соли немножко, остальные по весне пришлю. Ну а далее морем сразу к Готланду прыгай. Ветер попутный за два дня доберешься. Не забыл как через море прыгать?
   - Не нравится мне море, но еще пройти можно, да и корабли хорошие, думаю дойду.
   - Дойдешь, обязательно дойдешь, а сейчас давай отдыхать.
   Как высадились на Солеваренный Радомир ахнул - да это же Острогард - "Город остров".
   Я посмотрел на островок, да действительно красиво. Тут уже и куча домиков деревянных и крепость, и пристань. Можно и так сказать, что это Острогард. Все решено, вот теперь у моего острова получилось новое название.
  
   Радомир ушел, я аж перекрестился.
   Ждал всего что только угодно от братца, он мог попытаться таки затеять войну с попыткой захвата власти. Но видно понял, что я легко отделался от госпереворота и имею не хилую поддержку населения, вот и не стал рисковать.
   Однако Радко я не забыл, и как упал первый снег я организовал большое вече и суд.
   На вече приехали представители всех родов, то есть выборные депутаты с расчета 1 на 100 чловек. Приехали люди из всей земли кроме земли Радко. Ну этого я в принципе ждал, а что мне еще оставалось делать, без суда над теми, кто имел связь с греками не обойтись.
   Мы заслушали всех выступающих, кто рассказал нам о своих контактах, много было коленопадений и клятв. Большинство торговцев, что имели контакт с греками клялись всеми богами, что ни о каких гнусных замыслах и слыхом не слыхивали, а другая часть уверяла, что их призывы идти бить "поганых гуннов" это чисто ради меня, так сказать они призывали не к перевороту, а именно к мести "поганым" за попытку отравления князя.
   Однако шестерых крикунов "взяли таки за язык", то есть было доказано многими свидетелями, что призывали они "бить поганых" уже после того как стало известно, что царь Чеслав приказал искать именно греков-отравителей и их подлых наймитов. То есть вина шестерых людишек замеченных в подстрекательстве была доказана, а уже через этих шестерых суд вышел еще на троих. Как вышел, а вы как думаете?
   Все по классике, дыба и очень тихо заданный вопрос "кто тебя тать подговорил нашего князя уморить", или "кто еще соучаствовал в преступлении", или например 'с какого года вы работаете на британскую разведку?'.
   При чем пытали их трижды разные судьи и только те, кто трижды подтвердил одни и те же слова на по разному заданные вопросы признан был виновным.
   Это меня удивило, так как я думал вот на дыбе человек сознался и все, этого достаточно, но нет, не достаточно. Особенно, если испытуемый показывал на кого-то еще. Ко всем испытуемым применяли трижды пытки, и из девятерых человек только двое под тяжелейшей болью трижды отказались от своего участия в преступлении. И что бы вы думали, старейшины, признали этих двоих не виновными. Не пойму я этого средневековья, то пытали, пытали, а потом старцы возьми да и скажи "сей человек не виновен, повелеваем его с дыбы снять!".
   Фигасе, я до этого сидел молча, никаких вопросов испытуемым не задавал, однако теперь как двоих оправдали мне что-то нужно крякнуть.
   - Подойдите ко мне мужи - мужей почти поднесли на руках, так как трехдневная пытка это вам не спапроцедуры.
   - За вашу преданность и в знак великодушия награждаю каждого из вас золотой гривной - я махнул рукой и мой казначей притащил два здоровенных шейных кольца. Я лично встал и одел эти кольца двум оправданным гражданам на шею. Пусть народ видит каков наш князь справедливый, а что тут такого, суд вели старейшины, и к испытанию подозреваемых приговорили старейшины. Причём из двадцати четырех человек к испытаниям приговорили вначале шестерых, а потом по результатам следствия к испытаниям проговорили еще троих.
   А в результате испытания даже двоих оправдали, и опять это сделали старейшины, так что я тут не при чем.
   Теперь я должен вынести приговор или имел право (по договору с народом) помиловать осужденных, вот сейчас я и думал, что мне с ними делать. С одной стороны можно казнить, но тогда у заговорщиков будущего не будет стимула сдаваться и каяться, ведь у них будет пример казни предателей. Но ведь с другой стороны если я их помилую, то кто-то скажет: "царь мол наш аки стебель под ветром гнется, тонок и не решителен, даже врагов своих поверженных боится. Так зачем нам такой царь?". Вот и боролись во мне два варианта решения трудного вопроса.
   Тут ведь вот что произошло, старейшины суд провели и виновность подозреваемых всем людям доказали, только этот чудо суд теперь на меня возложил решения их дальнейшей судьбы, а сами старикашки как бы и не при делах.
   Но они молодцы, все таки стариканы провели суд правильно и в этом большую роль сыграл дед Боян, в ходе суда было доказано, что отравителей наняли торговые людишки города Херсонес по приказу кесаря греческого Феодосия. А доказать вину воеводы Смоленского Тазгута и лично Радко не удалось, то есть такую задачу я перед Бояном и не ставил, однако дед красавчик, так все обстряпал.
   Я думал долго, а потом придумал. Я приказал позвать царевну Сердолик. Почему Сердолик? Да потому, что в ходе дознания было доказано, что отравители хотели убить меня и новую царевну, дочь самого Атли, а Цветана пострадала совершенно случайно.
   На самом дознании женщинам присутствовать запрещалось, там были только опоясанные мечами мужи. Однако после дознания при объявлении приговора и при казни женщины и дети могли присутствовать.
   - Посмотри царевна на этих людей - я махнул рукой в сторону осужденных - это те, кто по приказу греческого кесаря Феодосия Каллиграфа хотел нас с тобой отравить, и я спрашиваю у тебя: какую судьбу им бы определил наш великий царь Атли?
   Царевна заслушав перевод посмотрела на осужденных и сказала - смерть собакам, ибо воинам не достойно связывать себя с подлыми ядами, воин может взяв меч в руки бросить вызов самому царю, и если он умрет в поединке, то будет достоин песен. Однако отравитель чести не имеет, он должен умереть как собака.
   Во, молодец, и не дай боги мне взбрело бы в голову послушать Цветану как основную пострадавшую. Эта малахольная полухристианка-полубуддистка со своей хара-кришна идеологией и всепрощенчеством их бы точно помиловала. А мне они живыми не нужны, они своей кровью от меня большую войну с Радко отводят.
   После казни негодных собак совет продолжился.
   В общем то мне эти советы уже надоели, я честно не знаю как там депутаты в 21-м веке работают, но эти просто достали. Вначале они пол дня кричат, потом пол дня жрут, потом опять пол дня кричат, а как время ужина приходит, то по итогам дня так ни один вопрос по большому счету и не решен.
   Потом так же еще семь дней продолжается. Но я не влезал открыто в дела совета, это мать вашу демократия, тут пока не накричатся ничего не решат. А как накричатся, то с ними можно будет уже и договариваться, то есть каждая компания старается свои интересы отстаивать. Тут есть как представители городищ, так и представители мастеровых гильдий, и основной вопрос - налоговый. То есть сколько гильдии должны в казну городищ платить, и сколько из собранного серебра должно отчислятся князю. Кроме того вопрос: где должны быть торговые посты, пускать или не пускать иностранных торговцев в наши земли, каким городам разрешить самим на иностранные торги купцов направлять и сколько эти купцы должны денег в казну платить?
   Я и не подозревал, что у нас тут такие страсти могут бушевать. Если учесть, что мой народ полу интернационален, то есть тут представители разных родов, то любые прения тут же переходят к бородотасканию и мордобитию. Но как ни странно, до мечей ни разу не дошло, вот это я считаю высшей формой парламентских слушаний, и проявлением свободы слова. Не понравился тебе твой оппонент, ты ему сразу в харю тьфу, смачным плевком, а он тебе в рожу кулаком наа.
   А у каждого парламентера есть группа поддержки, ну и понеслось. Я вынужден был сидеть на всех этих слушаниях и прениях, не уйдешь мать их итить, царь я все таки. Вот интересно а у ромеев там на форуме так же в морду друг дружке, или все таки они более цивилизованные. Хотя наши пендосовские друзья там в 21-м веке это называют "родовыми муками демократических режимов". Вот женщина рожая ребенка терпит боль? Терпит. А кровь свою пускает? Пускает. Вот так и мои недо демократы и терпят и пускают, только бы не поубивали друг дружку.
   Однако рано вы смеетесь.
   Наоравшись, на шестой день мои 'парламентарии' все таки приняли кучу законов и бюджет царства-государства, вот это меня удивило. Оказывается, что тут не все так просто. Ко мне по вечерам, как наступали перерывы в прениях подходили представители разных парламентских коллективов и решали свои шкурные вопросы, стараясь вызнать лично мое мнение по обсуждаемому вопросу.
   Я отвечал как правило лозунгами, типа "я за развитие и справедливость", или "денег нет, но вы держитесь", после чего побледневшие парламентарии как то сразу сваливали от меня подальше, а на следующий день этот вопрос решался насколько быстро, что я даже понять не успевал, когда они собственно успевают договариваться, вот только вчера бороды рвали, а у с утра раз и проголосовали почти все коллективно "за".
   Это потом мне дед Боян рассказал, что я своими "мудрыми" ответами загонял посланцев просто в ступор, и они подумал, что царь может еще больший налог установить соглашались сразу и без споров с любым предложением.
   Дааа, мне еще учиться и учиться нужно работать с парламентскими фракциями, я ещё и не подкупал никого, и даже не запугивал, а так ляпнул кучку красивых фраз из 90-х типа "берите суверенитета столько, сколько унесете", "рынок решает все", 'я за объединение конструктивных предложений', ну и так далее. После таких фраз некоторые старички бледнели как девственницы у гинеколога и сразу сваливали к своим совещаться.
   Решений этого совета всех не перечесть, но в основном они касались внутреннего устройства царства, местных налогов и сборов, а также торговле меж городами. В торговле меж городами царства общим решением было принято снять все налоговые вычеты. То-есть железо из Полоцка могло спокойно торговаться на рынке Смоленска и совершенно без каких либо сборов со стороны главы города, а вот торговцев чужеземных решено было облагать налогом в одну четверть доли. Своих же торговцев, что товар за границу возили облагали налогов в одну пятую доли. Кроме того было решено, что каждый город себе за свои средства должен копить зимние припасы, а буде не достает у города средств, то брать в долг у царя под одну десятую доли. Остальным же воспрещалось бавать в рост под страхом смерти. Такое решение стимулировало горожан не уповая на князя самим заготавливать себе припасы, и перекрывало кислород всяким ростовщикам-нахлебникам, что там в 21-м веке считаются 'эффективными мэнеджерами'.
   Кроме того было принято решение о разделе земли. То есть первое земское уложение, что позволяло приписывать к большим городищам маленькие селения, и все налоги шли в большой город, который отвечал за всю свою землю, и все селения на своей земле.
   Таких земель собралось много: Вильно, Полоцк, Рига, Псков, Новагород, Ладога, Орша, Смолянка и Орлик.
   Кстати, городище, что Аркх поставил на Оке названо было Орликом, потому, что в ходе осмотра побережья и выбора места для строительства острога ладьи Аркха стали на ночлег, а ночью к костру вышел птенец орла. Как он там оказался фиг его знает, но теперь этот орел является личным "попугаем" Аркха. И тот его постоянно таскает с собой на плече как пират Джон Сильвер. А селение в том месте и поставили и назвали его Орликом.
   Городки по размеру разные, однако в принципе все городища с теперь уже своими земскими землями в принципе самодостаточны, то есть каждый город может прокормиться сам. В мое время это самое главное. Так как все таки мы строим свое царство в абсолютно диких местах, где совсем не нужно заводить ни коров ни баранов, мясо само бегает у тебя под носом, иди и возьми. Однако так дальше продолжатся не могло, мы таким образом скоро сожрем всю дичь в кормящем ландшафте и тогда начнется голод. Поэтому вторым вопросов на совете было решено провести многократное увеличение посевных земель. Кроме того был согласован вопрос вывода товариществ из под государственной опеки.
   Например есть у меня корабельные верфи, и на этих верфях заказы на большие корабли могу делать только я, никакой бизнес вкладывать средства в морские корабли не будет, а вот лодки и малые речные ладьи нужны всем, так пусть и делают "товарищество лодочников", ну типа кооператив. Вот такие маленькие мастерские должны отстегивать четверть с прибыли в казну города и пусть себе работают. Кроме того я выступил с предложением позволить кузнецам и их ученикам создавать товарищества, но только для бытовых изделий из железа. Кузнецов, что ковали мечи, сабли и все оружие, а также всех мастеровых плавилен и солеварни я категорически запретил трогать и наложив на них лапу объявил царской собственностью, а все доходы с таких мастерских должны идти строго в казну иметь тройной учет. Продажа же стратегического сырья и товаров должна осуществляться только с личного разрешения царя, и никаких министров и бургомистров, а то ноги повыдергиваю.
   Но был в этом совете еще один вопрос, что откладывали на самый конец, но как только дед Боян его осветил, то все проголосовали единогласно, даже без прений. А вопрос состоял в том: "стоит ли приводить Радко и его людей под руку царя Чеслава? Все решили, что стоит, а для этого как станет лед на реке Славутиче, то всей земле исполчиться и идти в Данаприус к Радко.
   Я в принципе конечно этой войны не хотел, но показать свою силу нужно. Да и известия пришли ко мне по оперативной линии не хорошие. Мои шпионы в стане Радко передали, что приходили посланцы от Кугума в Данаприус со словами: "Род славного Буса изпокон веков платил дань аланам, вот и ты Радко, что взял все земли у реки Десна под свою руку, и теперь несешь ответ за проживающих там людей должен платить дань хану Кугуму. А коли ответ твой княжич Радко не удовлетворит моего хана, то копыта наших коней вобьют в ваши дурные головы страх и уважение перед хозяевами степи".
   А самое главное, что сработали мои разведчики и в стане Кугума. Аланскому вождю доложили, что у нас разлад с Радко и тот ушел из под моей руки, вот Кугум и хочет теперь прибрать дурных людишек бусовых в свои руки. А мне это совсем не нать. Так как землепашцы и хлеборобы мне самому нужны, они ведь великая аграрная держава, и без них никак. Где мне зерно покупать потом, у Кугума что ли? Вот и порешили старейшины, что людишек бусовых нужно силой под свою руку загнать.
   Да, тут вам не здесь, тут все просто, есть ларек, и у этого ларька должна быть крыша, ну не может ларек стоять без крыши. Если Радко сбежал от Чеслава, то так тому Чеслову и надо, а вот умелый Кугум быстренько им свою аланскую крышу пристроит. И самое главное, что все честно, закон джунглей, кто сильнее тот и прав.
   Как встал лед на реке Днепр я собрал в Орше приличные силы. Почти пять сотен конных ратников и мы разделившись на три колонны пошли по берегам реки вниз. По самому льду шел мой личный отряд в три сотни кованных ратников и обоз, сотня Асафа с людьми Орши шли по правому берегу, а смоляне с воеводой Тазгутом и воины Новагорода шли по левому берегу реки. Большущая рать аж 500 человек и все конные.
   Я торопился, так как получил известие о выходе со своих становищ дружины Кугума, и Кугум шел воевать Радко со всей пролетарской ненавистью. Кугум собрал больше тысячи воинов и шел в верх по реке двумя колоннами. А вот Радко собрал чуть меньше трех сотен воинов, половина из которых были обычными охотниками с дешевым оружием. Войско радко сейчас собиралось в Данаприусе, не решаясь выйти ни против кого из врагов.
   Однако Радко должен знать, что удержать Данаприус зимой не получится, особенно учитывая наличие у меня огненных машин. Поэтому я думал, что Радко уйдет вверх по Десне и там будет держать оборону с опорой на малые городища, стремясь измотать противника ведением маневренной войны на незнакомой для врага местности.
   Такой план войны был идеален против меня, однако Кугума этим не остановишь, аланы Кугума рассыпятся тонким слоем по всей земле людишек бусовых и атакуют сразу с десяток селений, уводя в рабство жен и детей, пока воины будут сидеть в какой либо одной крепости. Похоже что это понял и Радко, а может мозги у него включились, и он решил разбить нас по одиночке, не знаю что у этого гордого сына родов Буса в мозгу, но на второй день похода мне доложили, что ополчение Радко пошло вверх по реке нам навстречу.
   Жаль, я думал, что Радко вначале померяется письками с воинами Кугума, а уже потом как его разобьют он побежит ко мне просить помощь и каяться. Но не тут-то было, он похоже идет воевать именно меня, чем же это я его так задел?
   На четвертый день похода две дружины встретились.
   Я увидел возы на реке и стоявших за возами пеших воинов, по бокам на берегах гарцевали конные сотни бывшего воеводы Смоленского, а ныне княжича и по совместительству моего родственничка Радко.
   Мои воины стали. Прямо на льду стояла моя гвардия, конные воины, кованная рать. Все лошади подкованы, поэтому на льду чувствовали себя спокойно, по бокам стояли "неудачники". Ну это те, кто коней пока не кует, и они как корова на льду постоянно валятся вместе со всадниками.
   Подтащили сани, обитые щитами, на которых были установлены огнеметные бревна. Я думаю одного залпа десяти таких бревнышек достаточно для разгона той гопкомпании что стоит за вражескими санями с копьями, а там и погоним воинов Радко как псов-рыцарей на Чудском озере.
   Со стороны противника выехали десяток конных воинов и поехали нам на встречу.
   Ну понятно переговоры млин, ладно поговорим, главное, что бы там на берегу не прятался в снегу вражеский Василий Зайцев с арбалетом. Хотя нет, Васька был нашим пацаном, поэтому я как увидел полк Радко так и наказал проверить берега Днепра так на всякий случай.
   Два отряда переговорщиков стояли напротив друг друга и молчали, я пытался понять на что готовы мои соперники, а они шли умирать, и в глазах такая безнадёга. Видно успели поверить в щасливое будущее и свободу, а тут на тебе сразу аж два завоевателя, и никаких шансов отбиться.
   - Мы провели дознание и суд - сказал я - тебя Радко наверно известили, что наши старейшины установили отравителей Цветаны. Царевна Сердолик и её люди к тому не причастны, а людишки твои, что напали на царя в Смолянке и призывали к бунту казнены. Однако старейшины постановили, что в том виноваты подлые греки, что подбили отравителей на преступление.
   Я сделал паузу, и никто не посмел вставить ни слова, а я думал, что Радко воспользуется подсказкой, ведь так можно решить дело миром. Однако похоже у этого гордеца мозгов меньше чем бицепсов, поэтому продолжим.
   - Ты вывел столько людей в поле, что бы встретить своего царя? Похвально, подойди же и преклони колени пред царем твоим, и я обниму тебя как брата.
   Пауза затянулась, и я для разрядки нацепил дежурный "чиз" и развел руки в стороны для обнимания, благо, что копья я не взял, а щит висел за спиной.
   Затянувшуюся паузу прервал дед Боян, что подъехал к Радко.
   - Не дури княжич, и не толкай народ свой в ирий раньше времени. Разве плохо вам жилось при князе Чеславе? При царе Чеславе станет жить еще лучше.
   Радко посмотрел на деда Бояна, потом повернулся и оглядело свое воинство, шансов у него не было реально. Он перекинул ногу через седло и спрыгнул с коня. За ним с коней начали слезать остальные переговорщики. Радко сделал несколько шагов вперед, потом вытащил меч и взяв его в руки склонил голову.
   - Прими мой меч царь, и будь мне братом.
   Ага-ага, как же братом, вот собака, как же он подстраивается под ситуацию. Только вопрос, а разве я не этого хотел? Да нет, реально я хотел и прямо сейчас хочу посадить подлую собаку на кол. Хочу но не могу, нельзя, мля, политическая ситуация не позволяет.
   Я тоже спрыгнул с коня и подойдя ближе взял меч с рук Радко, поднял его в воздух, осмотрел. так и есть это мой клинок, личной ковки с номером "1". Это значит, что ковал сам князь Чеслав как лидер гильдии кузнецов.
   Ладно поиграем в благородных рыцарей и короля Артура. Я поднял меч над головой и спросил:
   - Клянешься ли ты Радко быть честным и преданным своему царю?
   - Клянусь - Радко опустился на одно колено.
   - Клянешся ли ты по моему слову идти куда укажу, и при необходимости умереть в сече не посрамив своего царя?
   - Кянусь.
   Я возложил как в кино меч на правое, потом на левое плече и вновь поднял его к солнцу
   - Пусть ярило и боги небесные будут свидетелями твоим словам, а если ты осмелишься нарушить свое слово, то я клянусь судить тебя как обычного преступника, не взирая на твое происхождение.
   Я опустил меч и осмотрел присутствующих, воины Радко не ожидали такого поворота событий, но были явно рады тем, что в ближайшее время их убивать никто не будет. В ближайшее время не будет, но в большом походе вы все издохните, а не фиг тут юлить. Ибо предавший единожды, предаст и второй и третий и двадцать третий раз.
   - Встань же Радко и обними меня как обнимает младший брат своего старшего брата, и будь мне родственником до скончания лет - я опять развел руки в стороны, получилось не очень, так как в руке у меня был меч, но что поделаешь, этот спектакль нужно доиграть до конца, и путь кто то попробует сказать "не верю".
   Потом был объезд воинов Радко и те пошереножно вставали на колени и произносили слова клятвы, а потом был ужин.
   Утром пришла весть, что Кугум в суточном переходе от Данаприуса, нужно спешить.
   Ускоренным маршем теперь уже объединенная дружина пошла вниз по реке навстречу аланам Кугума.
  
   Опять та же картина, опять стоят на против друг друга два войска и опять едут на встречу два отряда переговорщиков.
   О, да это сам престарелый хан, а я то думал отправит сынка своего Обияра, а вот и сын, ну все собрались.
   Опять дежурная улыбка.
   - Здоровья тебе и всему твоему роду славный хан - я склонил голову.
   Кугум остановился и долго смотрел на каждого из переговорщиков, особенно задержался на Асафе. Узнал сотника Атли, узнал, и Радко.
   - И тебе здоровья и всему твоему роду - ответил Кугум.
   - Ты верно вышел на большую охоту славный хан, нынче диких коз полно в степи, пусть удача сопутствует твоим воинам.
   Кугум усмехнулся.
   - Ты я вижу тоже знатно поохотился?
   Я ходил к брату своему Радко, что бы помочь ему изловить подлых греков-отравителей, однако люди сказали, что тати побежали в Херсонес - я развел руки, показывая всю свою печаль не состоявшейся мести отравителям.
   - Доказана ли вина греков?
   - Доказана славный хан, девять человек свидетельствовали перед старейшинами, что получили золото у Херсонесских купцов для совершения преступления по отравлению светлоликой Сердолик - дочери Атли и её мужа, то есть меня.
   - То тяжелое обвинение, ты обвиняешь кесаря греческого в непотребстве?
   - А разве не уличил кесаря греческого в непотребстве сам царь царей и повелитель вселенной Атли, разве не признали на празднике трех белых кобылиц греческие посланцы, что подговаривали людей Атли подсыпать ему отраву?
   - Было такое - подтвердил Кугум - так куда идешь ты сейчас?
   - Я иду вершить праведный суд, иду призвать жителей Херсонеса греческого к ответу за их деяния - гордо произнес я - а ты пойдешь со мной?
   - В уме ли ты Чеслав? - возмутился Кугум - ты хочешь объявить войну грекам без позволения Атли?
   - Нет, что ты - отмахнулся я - я иду просить людей Херсонеса выдать мне отравителей, только и всего. И прошу тебя пропустить меня через свои земли.
   Кугума заклинило, глаз его два раза не произвольно дернулся.
   - Не можешь ты воевать греков без позволения царя, но ты можешь обратится к нему за справедливым судом.
   Я задумался.
   - Ну что ж, тут ты прав, мудрый хан, наверное нужно вначале обсказать все преступления греков нашему царю, а уже потом просить его дать мне твоих людей в помощь для похода на жителей Херсонеса.
   Кугум опять непроизвольно моргнул правым глазом, нервничает хан, ведь у него на греков вся торговля завязана, ну путь понервничает, его нужно ошарашить и сбить с толку, а самое главное, что нужно заставить оправдываться.
   Однако Кугум не так глуп, как я считаю.
   - А я вижу ты взял с собой в поход вождя народа Буса?
   - Радко мой воевода и мой младший брат, а все люди его то мои родовичи - удивился я - разве не могут родственники наши помочь нам разобраться в единой беде?
   Тут Кугума, что-то торкнуло, и тот аж подпрыгнул в седле, видно понял мой намек.
   - Людишки, что звались родами бусовыми платили ранее дань гелонскому вождю Богуну, что сидел в Данаприусе - гордо произнес Кугум - а Богун уже был моим данником. Так что все людишки Бусовы тоже мои данники.
   - Что ты мудрый хан - отмахнулся я - Богун был грабителем и вором, никакой дани от народа Буса он не собирал, а платил тебе лишь то, что смог отобрать у торговцев. Сам ведь был на суде, и те деяния Богуна были доказаны и преступник понес справедливое наказание.
   - То так, наказан был Богун, наказан смертью - Кугум насупился - однако ж я потерял немалый доход, кто теперь мне его компенсирует?
   - А сколько нынче стоят холопы у тебя на невольничьем рынке?
   - Что тебе с того, ты разве мало купил рабов? - удивился Кугум.
   - Я хочу компенсировать тебе потерю земель, что произошла после смерти Богуна.
   Ахахах - заржал Кугум - ты хитрец, ты сам решил платить мне дань за родовичей Буса?
   - Я хочу выкупить всех людишек Бусовых вместе с землей.
   Кугум закрыл рот и обернувшись посмотрел на своих людей, те тоже переглядывались видно пытаясь сообразить сколько можно сторговать с этого лоха.
   - Я куплю у тебя хан Кугум все земли у реки Десна и её притоков и всех людей, что живут на этих землях и дам тебе 10 000 гривен серебра.
   Лицо Кугума округлились, а глаза стали как у японской анимешки женского пола.
   - Достойная плата за негодных людишек - протянул задумчиво Кугум - ты воистину хитер и не предсказуем князь болотный.
   - Так что по рукам - я протянул руку Кугуму, тут главное не дать сопернику обдумать ситуацию. Ведь сумма для Кугума запредельная, такая сумма просто вырубает. Это как ребенку сказать "стотыщ-пятьсот", и это будет просто "пипец как много".
   - Ну что ж я принимаю твою плату князь Чеслав.
   - Ну вот и сговорились - засмеялся я - а ты можешь теперь называть меня "Царем кривичским, чудским, вендским, и смоленским".
   - Ухахаха - засмеялся Кугум - разве так важно как тебя называют, даже если лис назовется львом, он ведь так и останется лисом.
   - Тут ты прав мудрый Кугум - подтвердил его слова я - однако если лев назовет лиса львом, то волк и не посмеет это оспорить, и будет держатся от такого лиса как можно дальше.
   - Так когда я увижу свое серебро?
   - А я возьму с собой твоего сына, сотню его воинов и сотню телег, пусть идут со мной в Оршу, там и получит всю выплату.
   - Он возьмет три сотни воинов, и пойдет с тобой в Оршу - Кугум повернул коня и начал раздавать приказы на своем языке. А потом повернулся и поехал к своим людям, уже отъехав на два десятка шагов обернулся.
   Мы так и стояли со своей группой переговорщиков. Самый удивленный был даже не Радко, а сотник Атли Асаф. Его видно послали выведать сколько же серебра успел собрать болотный царь, а тут такая подстава. Собрать то успел много, да нет уже ничего, и платить нечем. А вот Кугума разденут почти до трусов, и минимум пол сумы отберут, тут к бабке на ходи.
   А почему я отвалил такую сумму, а что мне было делать. Я с Радко-то воевать боялся, ведь для меня и сотня погибших это ого-го какой удар по репутации и престижу хитрого и удачливого царя. А в войне с Кугумом там трупаков должно было быть намного больше, а потом и Атли бы спросил с меня, жестко бы спросил за беспредел. А так, серебро, что, быстро пришло, быстро ушло, а людишки бусовы теперь с потрохами мои, теперь каждая собака на Десне будет знать, что добрый царь Чеслав отдал последние трусы, чтобы выкупить их из под власти злого алана Кугума. А что тут такого, вон ведь царевна Софья Алексеевна устав воевать с Речью Посполитой, просто купила свободу Черкасским казакам, заплатив 146 000 рублей золотом за город Киев и другие города малой Руси.
   Зато упоротое майданное быдло все рассказывает о том как злые москали их захватили. А злые москали вначале пролили тысячи литров крови защищая православных жителей Малоросии от расправы польских панов, а потом устав воевать просто выкупили людей вместе с землей и собственно самим Киевом. А потом злые москали устав воевать со Шведами тупо выкупили всеми землями, недвижимостью и даже домашними животными у шведской королевы Ульрики Элеоноры исконно русские земли современной Прибалтики. Кровавые буряты они такие, они всегда в истории платили за своих братьев не только золотом, но и своей кровью.
   Вот и я теперь не желая воевать, отдал почти все свои сбережения за будущих братьев. Да хрен с ним с серебром, потом еще накоплю, главное, что бы пра-пра-правнуки этих людишек бусовых не стали такими же утырками как те, что остались там в 21-м веке, и не забывали добро, что для них делается.
  
   - Ну что скажешь Анатолий? - спросил Атли греческого посланца, что постоянно проживал в столице Аттилы.
   - Прости великий царь, но я не могу прочитать сии письмена.
   - Вот как? А я думал что сии буквы есть суть греческие - удивился Атли.
   - Некоторые буквы очень похожи, однако слова не наши и прочесть их я не могу.
   - Значит все таки греческие? - задумался Атли - сие письмо вчера пришло от царя лесного Чеслава, и оно подтверждается доносами моих соглядатаев. Так вот посол, что Чеслав мне пишет, будто люди греческие, что живут в городе Херсонес подкупили торговцев и пытались отравить мою дочь Сердолик и её мужа царя лесного Чеслава.
   Атли перевел взгляд на поле, где резвились кони и продолжил.
   - А еще просит он у меня справедливого суда над кесарем вашим, и желает идти в поход, что бы покарать людей Херсонесских.
   Анатолий взглотнул, дело плохо, дело очень плохо, и великий поход может пройти не так как его замыслили патриции из Константинополя. Сколько золота было потрачено на подкуп и подарки, что бы склонить Атли идти в поход в римскую галлию и бить там подлых готтов Теодориха, а тут такой провал разведки.
   - Ведь это не первый раз - сказал Атли - когда ваш император показывает подлые глубины своей души. Он уже пытался отравить меня, а теперь мою дочь и моего зятя. Иди же посланец Анатолий, иди и скажи пусть твой император готовит своих женщин для моих воинов ибо я приду за ним. Я приду как появятся первые цветы.
  
   "Приди же ко мне сын мой и славный царь лесной Чеслав. Прознал я про твои беды и про козни подлого кесаря греческого Феодосия. Хочу совет держать с вождями народа своего и людей воинских осмотреть. А там решать будем всем миром как наказать подлого Феодосия и помощть тебе учредить. Прийти же тебе повелеваю не позднее появления первых цветов, и иметь при себе ты должен не меньше десяти сотен воинов конной рати. Царь твой и господин. Аттила!".
   Я пятый раз прочитал это письмо, что мне только что вручил посланник Атли. Читал и охреневал, все мои планы, это планы маленькой букашки относительно завоевания мира. Тут я мечтал сослать в поход Радко и его людей, а сам втихаря походить по его землям и принимать лично присягу от вождей родов. Я то думал, что Радко подохнет там вместе со своей дружиной в великом походе. А тут такое "приди лично и приведи десять сотен конных воинов".
   А может заболеть?
   Или с коня упасть, ну сломать там что не будь не очень важное, и под этим делом в поход не пойти?
   Да, попал я походу как цыпленок в бульончик.
   Ну что делать, плакать будем потом, а сейчас нужно опять совет мля всей земли собирать и в поход готовится.
   Так сосчитаем своих воинов. Я возьму с собой царевну Сердолик, пусть у папки пока погостит, а то не дай боги её тут отравят, тогда меня в походе точно прикончат. А у Сердолик есть Асаф и сотня гуннских воинов, они уйдут.
   Лично у меня есть три сотни конных и почти пять сотен пешцев, да почти пять сотен готовых к походу наемников от песьеголовых лютинов. И у Радко есть пять сотен конных пастухов, и столько же сотен пешцев, вроде бы все одинакоко, вот только мои воины уже почти все имеют брони, да и оружие не в пример родам Буса.
   Делать будем так, пусть Радко заберет всех своих конных, он будет в походе легкой кавалерией командовать, а я заберу три сотни своих конных воинов, это будет кованная рать, полурыцарский отряд. Еще возьму несколько сотен охраны каравана и отряд обеспечения, что на возах в караване будут идти, а остальные воины пусть землю мою охороняют. И того получится целая тысяча воинов. Ведь Атли требовал привести с собой именно тысячу воинов.
   И того, мне нужно до обеспечить своих воинов тяжелой броней, и обеспечить Радко хорошими луками. Луков я сторговал у Кугума приличное количество. Я имею в загашнике почти сотню отличных луков, что отдам Радко, остальное оружие пусть добывает или выкупает сам. На каждый лук нужно сделать две сотни каленных наконечников, стрелы сам пусть делает.
   А вот своим всадникам я должен обеспечить каждому бронь. Ламилярный доспех стоит дорого, да и делать его не быстро, поэтому склепаем три сотни кирас. Кроме того конным воинам нужны полные ноговици, что прикрывают и голень и бедро, а еще наручи, саблю или меч, копье и запасной наконечник копья каждому, а то и два. Далее как запасное оружие клевец или топор, кавалерийский, щит и шлем. Для дальнего боя с земли, нужно взять на каждого моего воина арбалет и по несколько сотен болтов.
   Тестюшка просил 10 огнеметных бревен и огнесмесь по две бочки на каждое бревно.
   Итого в обозе 40 огнеметчиков на бревна, 10 лекарей и еще я возьму 10 своих огнеметных сифонов, кроме того есть у меня 50 тяжелых стальных арбалетов, нужно брать. А это значит, что мой обоз вместе с возницами набирает две сотни человек.
   И того для перевозки припасов нужно взять 100 телег и 200 коней. Даже если встать в круг, то такой обоз отгонит кого угодно даже без помощи основной дружины.
   Вот только проблемка, у меня нет столько коней для обоза, а еще наверное нужно взять и заводных коней для кованной рати, а где их взять? Купить у Кугума, а на что купить? Вот млин, придется свою заначку доставать. Я года три назад заложил два схрона с золотом, вот и пришло время эти заначки вскрывать. И не дай боги эти клячи начнуь дохнуть в походе, то мне придется еще докупать коней. И припасов на весь поход не напасешся, нужно опять же докупать. Поэтому я возьму побольше готового оружия на продажу, того, что попроще и всякий оборванец купить или обменять сможет.
   Ну а сейчас нужно срочно менять планы с Радомиром, он то ждет оружия для Теодориха, а если Атли поведет меня на Теодориха, то там и смерть принять можно от своего же копья, что ранее продал по глупости готам. Хотя в чем проблема? Пусть покупает Теодорих мое оружие, мне то нужно иметь доход, война это такая вещь интересная. Вон пиндосы в Великую отечественную через свои Шведские компании продавалин Гитлеру никель с марганцем и другие сплавы, и ниче, не парятся. А в 21 веке эти светочи демократии через своих союзников - Саудовскую Аравию и Катар активно вооружали старым советским оружием из бывших стран варшавского договора боевиков ИГИЛ (запрещенная в РФ террористическая организация), а я что хуже, пусть покупают.
   Всё оставшееся время было направлено на подготовку к походу.
   Мы плавили привезенную Радомиром руду и получали много чугуна, но вот этот чугун мои мстера называли "свинным железом", то есть не годным для производства оружия, так как оно очень хрупкое. Но я ведь давно проводил эксперименты. Еще год назад я сделел несколько особых тиглей в которые закладывал в перемешку чугун и болотное железо. В результате получилась таки сталь, правда не того качества как хотелось бы, но для сабель пойдет, нужно только обуховую часть делать потолще и все.
   А еще можно провести эксперименты, заложить в 10 тиглей разные пропорции и сравнить качество стали.
   Но все это не то, все не то.
   Упустил я с этими войнами время прогресорства.
   Ну я то точно знаю, что вся сталь там в 21-м веке добывается в домнах, а почему у них получается сталь, а уменя плоховатый чугун. Может там какая то пост обработка чугуна еще проводится?
   Так будем подумать. Подумал, потом еще подумал. Вспомнил слово "высокоуглеродистая сталь", а потом построил логическую цепочку: углерод, уголь, чугун.
   Выходит, что в чугуне много этого углерода, а если его от туда убрать. Вопрос как? Вот мои старики добавляли кости и рога в тигель, что такое кость, правильно это кальций. Так а еще мой дед еще при ковке сабель почему-то добавлял известь, зачем не знаю, но известь у меня есть.
   Мне мои чудины, что добывают сланцевый камень притаскивают все находки что выкопали в песке или земле, чисто так, а вдруг странный Чеслав купит эту фигню. И вот как то принесли что то сероватое, я поковырял и сказал "известняк", несите. Сказал и забыл, а вот теперь вспомнил.
   Значит так, рядом с домницей строим новую печь и новое колесо. Мне нужны большие меха для выдувки углерода и костедробилка. Поставили достаточно быстро.
   Разожгли вторую печь и стали ждать выхода чугуна из первой печи. появившийся чугун принимали в ящикички размером локоть на ладонь.
   Ящик был полностью выложен огнеупорным кирпичем, а дно было засыпанно измельченным составом известняка и кости. Заливали чугун засыпали сверху еще ведро толчонки и тащили ящик на верх по лестницам к горловине второй печи, потом опускали такой ящик в новую печ. И вот тут начинали подавать воздух, много воздуха Всего каких то 30 минут и расплав спускался на дно печи, после чего его вытаскивали как обычную крицу и бросали под молот.
   Получилось неплохо. Это конечно не тигельная сталь, но если нагреть раз пять и обработать молотом, то это уже хорошая сталь получается, а самое главное, что много и дёшево. Такая крица выходит весом килограм в 30. И вот таких криц за сутки по переменно меняя рабочих я могу делать до 10 штук, а это почти 300 килограмм хорошей стали в день. Ну как хорошей? Мечи я из такой стали делать запретил, а вот сабли, топоры, наконечники копей, и все остальное массовое оружие еще как пойдет, по карйней мере это быстро и относительно недорого.
   А вот эксклюзивные мечи должны делаються только из особого состава тигельной стали.
   Собрал мастеров, раскрыл секрет и сказал в чем беда "свинной стали".
   - Много газов от горения угля метал поедает - сказал я - вот мы и попробовали этот угольный газ чистым воздухом выдуть, но видно выдули не весь.
   - Выдно не весь - подтвердилил мастер - но можно еще мехов поставить.
   Мехов? Я задумался, а почему мехов? Ведь действительно с мехами я тут в тупик уперся. Не дают мне меха большого напора воздуха, а мне вообще то горячий воздух нужен, чтобы много угля не ложить в печь.
   Так ну например я могу попробовать выплавить чугунный цилиндр и сделать деревянный поршень. Так, идея созрела, а в цилиндре сделаем ну например по кругу шесть больших отверстий под впускные клапана для забора воздуха и в центре один большой выпускной клапан для подачи воздуха в печь. Это не сложно, по карйней мере вот так вот в уме.
   Теперь нарисуем схему. Рисовал я долго, аж три дня. Потом взялся за изготовление формы. Дубовую колоду диаметром сантиметров в 50 и длинной в 1 метр обмазал толстым слоем мокрой глины и выровнял края. Потом подсушили бревно с глиной на солнце, после чего обожгли бревно с глиной в печи.
   Так теперь бревно оккуратненько вытаскиваем из закаленной глинянной заготовки, а саму заготовку ставим в большой ящик.
   Теперь мое бревнышко стесываем на пять пальцев и повторяем весь процес.
   Теперь внутрь первой заготовки вставляем вторую заготовку меньшего диаметра, и закрепляем перемычками из глины, между двумя заготовками заливаем расплавленный воск.
   Накрываем все это глинянной крышкой, а внутри крышки пальцем делаю шесть дирок по кругу и одну в центре.
   Ну все варим чугун. Сварили и залили чугун в заготовку.
   Когда моя первая выплавленная сложным процессом деталь была извлечена и очишена все увидели странное железное изделие с одной стороны полое, а сдругой запаянное, но с семью дырками.
   - Что дальше? - спросил мастер гильдии литейщиков.
   - А дальше будем делать поршень.
   - Что делать?
   - Вот смотри нужно дубовую чурочку подобрать ровненько под диаметр, ну под вот эту воронку в цилиндре - показал я пальцем - понятно?
   - Понятно - почесал затылок мастер - а зачем?
   - Значит так, ты вначале подбери, только так, чтобы это бревно было в локоть длинной.
   Подобрали, я показал как пробить отверстие для шатуна. После чего выплавили шатун и палец, а также семь клапанов. Ну все собираем поршневой нагнетатель.
   Собрали вначале на земле. С трудом подвигали поршень внутри цилиндра, проверили открывание клапанов на впуск и выпуск, потом вытащили бревно и обильно смазали жиром.
   Ну теперь главное подключить это чудо к водяному колесу.
   Получилось красиво, такой цилиндро-поршневой насос давал больше воздуха чем меха, особенно если поставить несколько таких цилиндров.
   Я объяснил как можно поставить в ряд четыре таких цилиндра и наказал приступать к изготовлению сего чуда, а сам выплавил четыре чугунных трубы.
   Потом остановили домницу внутрь домници акуратно вогнали чугунные трубы почти под самой горловиной и собрали домницу назад.
   Я рассказал, что теперь воздух будем брать не просто с улици, а вот с этой стороны чугунной трубы, то есть воздух будет вначале проходить по нагретым трубам.
   И услышал законный тупой вопрос - а зачем?
   - А вы подлумайте люди мастровые - сказал я.
   Подумали и покачали головами, типа не поняли.
   - Мы сейчас много угля в печь закладываем что бы побольше жару в печи было, а потом туда холодный воздух гоним. А если мы сразу горячий воздух гнать в печь будем, то и температура там будет больше и угля нужно меньше, а значит мы с чугуна сможем больше примисей выдуть.
   Мастера покивали головой, типа - мужик, молодец, а потом спросили.
   - А если такой горячий газ сразу в домну загонять, то может нам и так меньше угля понадобится.
   - Молодци, вопрос хороший, но ответить на него не могу, нужно пробовать - задумавшись ответил я - только вы свои эксперименты на другой домнице проводите. Вот постройте себе другую печь и экспериментируйте.
   - Чего делать? - перепросил мастер - слово чудное эспрринтировать!
   - Я говорю пробуйте сколько угодно, только на новой печи, а эту не трогайте.
   - А, понятно закивал гловой мастер.
   Запуск новой мастерской, то есть совмещенной доменной печи и печи по переплавке чугуна в сталь произвели через восеь дней.
   Ляпота, красотища не описуемая. Горячий воздух в печь подавался с такой скоростью, что огнестойкий кирпич треснул. Мастера радовались как дети, у них ведь проблема поддержания высокой температуры в печи все время высела на плечах, а тут князь эдакую радость с трубами и насосами придумал, ляпота. Только от горячего воздуха начали трескаться деревянные поршни в насосах. Поэтому мастера предложили другой вариант, брать насосом холодный воздух с улици, а потом пропускать его через горячие трубы. И тогда горячий воздух будет как положено идти в печь сразу, минуя насос. Переделка труб заняла всего два дня.
   Теперь переплавка чугуна в сталь проходила быстрее, а людишки ходили и шушукались. Тут все понятно, мастера собрались таким же способом в новую домну разогретый воздух подавать, да пусть трудятся, этого прогрессорства мне уже по шею хватает, пусть другие поработают.
   Кроме того пришлось построить еще пару молотов, иначе не получится метал в пластины клепать. А пластины нужны для кирас и других эллементов брони.
   Готовился и обоз.
   Из лучших досок прибитых в притык собрали специальные телеги, которые снизу просмолили толстенным слоем вязгой смолы, и теперь эта телега могла держатся какое то время на воде как лодка, пока не разбухала древесина. Однако этого хватало, что бы преодолевать водные преграды в плавь, таким образом решался вопрос преодоления водных препятствий. Кроме того все телеги были крытыми, а метровой высоты борта состояли из двух сантиметровой доски. Если потребуется, то можно поставить все телеги в круг и достаточно долго удерживать врага и спасаться от стрел. А еще я взял десяток кузнечных мехов, наковальни, молоты, щипци и другие инструменты, и также почти сотню готовых стальных брусков и столько же брусков обычного железа. Кузнеци у меня были в обозе, да и сам я могу помахать молотом, так что в большом походе мне передвижные кузни пригодятся.
   Кроме того мне нужно много, много бочек. В бочках повезу солонину, рыбу и мясо. Коням будем покупать зерно в походе, а на первое время нужно взять с собой.
   В Ригу я сплавил почти весь мой морской флот, назначил экипажи и адмирала. Флот должет будет курсировать от Риги до Лабы (Эльбы) и таскать мне припасы, или увозить трофеи. Ну и брата Радомира нужно подготовить, что бы имел корабли в Северном море, если что пойдет не так, то можно отступить к проливам. А там своими судами и с помощью кораблей Радомира можно переправиться в Швецию, там уже отсидется.
   А то если Атли разобьют, бежать от готтов по лесам будет сложно, могут догнать и покарать. А то, что придется бежать и не раз я пятой точкой чувствую. Плохая будет война, очень плохая. Я помню только то, что Атли проиграет, но как и где не помню, где то во Франции, но до этой Франции нужно еще дойти.
   Если ты начинаешь войну, то всегда нужно продумывать план отступления. А поэтому план отступления у меня прост, если что, то мне нужно добежать с дружиной до Лабы (Эльбы), а потом броском через лес дойти до Балтийского моря, и уже вдоль моря идти к Риге пока не встречу свои корабли или корабли Радомира. Главное не попасть в руки варнов, а то я как то сына их царя казнил, как бы мне эти варны ноги не поотрывали.
   В трудах прошла вся зима и первый месяц весны, а как начало светить приличное солнце и земля подсохла, я вывел в поход свое огромное воинство. Радко у меня типа воевода, а я как положено "Царь Дадон".
   Пять сотен конных воинов Радко да три сотни моих "рыцарей" и здоровенный обоз, и все это прется на юг вдоль берега Днепра, преодолевая мелкие реки в брод, а большие реки вплавь. Мы перетаскивали возы как паромы веревками, отдыхали и шли дальше. В землях Кугума к нам присоединился отряд его сына Обияра в 1000 всадников.
   И так мы относительно спокойно к концу весны дошли до Дуная. Там нам выдали припасы на людей и коней. При чем выдали так, что я аж завис. Я только сейчас понял, что такое "Империя Атли", это мать его СТРАНА со всеми вытекающими последствиями.
   Как только мы пересекли границу личных земель Атли гдето в районе Днестра нас встретил отряд сопровождения и разделив с Обияром отвели в разные полевые лагеря, где наказали ставить шатры и ожидать. Ожидали мы четыре дня, а потом подъехал важный сановник и устроил мать его так СТРОЕВОЙ СМОТР. Я почувствовал себя на срочке, ну реально командир части проводит строевой смотр батальона. Я даже не царь, а так комбат получается.
   Чиновник говорит: "Предъяви царь Чеслав какое оружие имеешь лично, и оружие всех своих людей". Ну я предъявил, и все переписали: двух коней добрых подкованных на все копыта с седлом одним, два копья, меч длинной в два локтя, саблю кривую в два с половиной локтя, топор-чекан, палка с цепью и гирькой, бронь железная полная с наручами и ноговицами, шолом железный, попона стеганная конная одна, самострел и две сотни стрел к нему.
   И вот так каждого воина описали. Вы думали, что знаете о том что такое бюрократия? Щас, как бы не так, вот у Атли БЮРОКРАТИЯ! И все это имело феноменальные последствия, мне потом по итогам смотра выписали грамотку, которую я отдал Радко. А грамотка та имела перечень продуктов, что я должен получать раз в седьмицу, ну типа накладная на весь личный состав и на коней. Так я сразу Радко за продуктами и отправил, а потом мне Радко сообщил, что наш отряд получил больше продуктов чем отряд Обияра, о чем сын Кугума долго ругался с тыловиком, но был послан под кобылий хвост. Типа, кто круче воинов привел, тот больше и получает, выходит уже частично окупаются мои вложения. Интересно, а добычу как делить будут?
   В мае 450 года в междуречье Днестра и Дуная собралась великая армия, эта армия еще не имела цели, однако она уже была готова обрушится на того, на кого укажет сотрясатель вселенной, великий и непобедимый царь царей Атли.
   В ставку меня вызвали через десять дней после смотра. Там мой отряд как я и думал передали под руку Ардариху, ну и хорошо, а то я как то не люблю Валамера, он слишком заносчив и кичлив как и его брат Тиудимер. Брат то вон плохо кончил, скончался несчастный не вынес тяжкой доли и меча в пузо. Валамер походу так же кончит. Сильный но тупой, как и его отец Воломир. А отец Валамера, что то слег, его падагра мучит. Это болезь жирных и жадных уродов, что физкультурой не любят заниматься, а только жрут пиво и едят шашлык.
  
   Заговорщики заседали в большущей палате, что служила библиотекой.
   Марциан Флавий сидел с прямой спиной как истинный высший патриций, хотя и происходил он из подлого племени. Анатолий, что был посланцем в земле Атли доложил малому совету слова царя Атли.
   - Что же будет, что будет - визжал маленький толстый патриций - вчера прибыл посол подлого пса Атли и он сказал, да-да, я сам это слышал, он сказал: "Аттила, мой и твой господин, приказывает тебе подготовить для него дворец, поскольку он уже идет к тебе".
   - Ничего не будет, ни женщин не будет, ни золота, ни дворца - громко сказал Марциан - я соберу сотню легионов и проучу подлого пса, однако мне нужны полномочия.
   - Никто вам не позволит уважаемый Флавий снимать легионы с восточной границы - отозвался поджарый византиец, больше напоминавший атлета чем политика.
   - Мне нужно лишь ваше согласие, согласие сената о признании сестры Феодосия правительницей и полных полномочий мне как главнокомандующему стратегу.
   - Ты предлагаешь страшные вещи Флавий, это возмутительно, боги не простят нас.
   - Перестань Анатолий, сколько своих врагов отправил на тот свет ты, или по твоему приказу? Сегодня же враг у нас общий и имя ему Феодосий.
   Маркиан сделал для империи больше чем любой из этих напыщенных уродов сенаторов. Чего только стоит работа с Юстой Граттой Гонорией. Когда Маркиан узнал, что Гонория отправила тайное письмо Атли с предложением брака. Именно в этот момент идея созрела сразу же. По просьбе Маркиана, его любовница и по совместительству сестра императора византийской империи Пульхерия отписала в Рим. В том письме Пульхерия сообщала о всех замыслах своей подруги и двоюродной сестрицы Гонории. После того письма Гонорию затребовали вернуть в Рим. Но в последний момент перед отъездом в посольство Гонории удалось пристроить девку, греческую рабыню. А рабыня уже при подъезде к Риму подмешала в кофе двоюродной сестрице Пульхерии растолченный жемчуг. Через месяц, после возвращения в Рим Гонория скончалась в тяжелых муках. Осталось сделать совсем малость, нужно только известить Атли о том, что Гонорию отравили римские сенаторы.
   Это было уже давно, однако с тех пор песий царь Этли пообещал отомстить подлым Ромеям за смерть своей невесты. И говорят даже потребовал отдать принадлежащие ему по праву приданное за умершую невесту. Этот варварский царь оказался еще более хитрым чем предполагал Маркиан.
  
   25 июля 450 г. к воротам стены Рима прибыл гонец Аттилы и потребовал проводить его к императору Западной Римской империи Валентиниану III. На аудиенции посланник объявил: 'Аттила, мой и твой господин, приказывает тебе подготовить для него дворец, поскольку он уже идет к тебе'.
   Услышав это Валентиниан потерял дар речи.
   - Что это? О боги, о Юпитер ты оставил нас. Вначале это землетрясение, теперь гунны, это что конец света?
   - Нет это Атли, в этом он весь, он любит удивлять - ответил Флавий Эций - я не удивлюсь если такое же письмо сейчас читает твой брат император греческий. Главное для него - сиюминутное удовлетворение собственного тщеславия. Но последствия могут быть ужасны.
   - Что ты сказал?
   - В этом письме говорит тебе Атли "я собрал большую армию и готов обрушится на своих врагов".
   - А кто враг? - с дрожь в голосе спросил Валентиниан.
   - Теодорих - уверенно ответил Эций.
   - Почему Теодорих?
   - Потому, что Теодорих по моему научению выдал за муж за дочь короля Бургундов своего сына. А король случайно на охоте упал с лошади и помер.
   - Помер?
   - Ну да помер. И теперь королем Бургундов назначен ставленник Теодориха - короля готского.
   - И что?
   - Но ведь Бургунды были данниками Атли, и короля Бургундов на стол посадил именно Атли два года назад. А теперь получается будто кто то убил короля и поставил на его место человека Теодориха.
   Валентиниан поерзал на стуле, а потом посмотрел на свою мать. Но та изображала статую Клеопатры, не мигающим надменным взглядом смотрела поверх головы сына. И тот сглотнув продолжил разговор.
   - А от куда ты знаешь, что Теодорих именно виновен в смерти короля бургундов?
   - Ты великий император отправишь дань в полном объеме псу Атли. А еще отправишь золота для похода. А в письме напишешь, что стало тебе известно, будто убили на охоте славного короля бургундов по научению Теодориха готского. И теперь Теодорих поставив на престол своего сына, хочет взять под себя все земли вплоть до Рейна, а еще собирает всех беглецов, что сбежали от Атли в Галлию.
  
   26 июля 450 года заговорщики подсыпали яд своему императору, он промучился два дня, а 28 июля 450 г. Феодосий II скоропостижно скончался. Сенат вручил корону Византийской империи сестре Валентиниана Августе Пульхерии.
  
   "Царевна Августа, ты понесла тяжелую потерю. Твой брат и мой лучший друг покинул наш мир и предстал пред богами, теперь его путь лежит в небесные легионы, где твой брат Феодосий непременно предстанет великим воином. Однако ж ты женщина несчастная не можешь вынести на своих плечах тяжесть государственной власти и борьбу с многочисленными врагами, поэтому говорю тебе я царь Аттила. Стань моею женой и мир содрогнется от нашего величия. Цари падут к нашим ногам, а ты станешь не царицей греческой, а царицей мира!"
   Пульхерия прочитав письмо Аттилы брезгливо двумя пальчиками удерживая пергамент за краешек листа отвела его от себя и отпустила. Сероватый лист медленно и вальяжно скатился к ногам императрици.
   - Марциан, что это?
   - Это варвар моя дорогая. У них, у варваров так принято. Как только видят свободную женщину, то сразу стараются сделать её своей. А сегодня самая прекрасная свободная женщина мира это ты.
   Пульхерия улыбнулась - но я ведь не лошадь для его конюшни.
   - Это так, но ведь варвар то этого не знает.
   - И что мне делать?
   - Странный вопрос моя дорогая, а я то думал, что ты от меня без ума.
   - Мне ведь действительно нужен супруг - задумчиво сказала царица - а Атли хоть и стар, но он все же великий вождь.
   - Зря ты принижаешь его достоинства, он не просто великий вождь. Он царь царей и властелин всех северных варваров.
   - Так ты не против?
   - Ты с ума сошла Пульхерия - возмутился Марциан - подлый варвар достоин только топора, а голова его должна валятся у твоих ног.
   - И когда?
   - Он уже собрал великое войско, поэтому не нужно его злить. Скажы ему, что у тебя траур по умершему брату. И твои колдуны наказали тебе держать пост 90 дней.
   - Почему 90 дней? - не поняла Августа.
   - Потому что большая армия не будет сколько ждать, армию нужно кормить. Ты дашь псу надежду, что он может оказаться рядом с тобой, но сама в это время займешься сбором налогов и подготовкой легионов. А подлый пес Этли уйдет в поход за Золотым всадником, на закат.
  
   Мля, ну сколько можно. Я уже стал настоящим кочевником. Мы уже второй месяц сидим на заднице. Тестюшка не решается напасть ни на одного из императоров. Чего он ждет? Говорят выжидает 90 дней пока пройдет траур о преставившемся императоре Феодосии. Будто Атли мечтает женить царевну на себе и стать императором. У него явно с бабами проблема. Тут недавно требовал в жены сестру короля бургундов Ильдиго, но те отказали Атли, что Ильдиго типа сосватана. Теперь Атли переключил самонаводящийся прицел своего члена на другую жертву на Пульхерию. И вот уже осень настала, а мы все занимаемся тренировками. То большая загонная охота, то учение.
   Учение это хорошо, особенно для моих людишек. Я вот тут приемчик классный отработал. Радко разделяет своих людей на два отряда легкой конницы по две с половиной сотен человек и в три шеренги летит на врагов, осыпая тех стрелами. Примерно со ста метров начинает разворачивать свои отряды в разные стороны и убегает обратно, и так раз за разом. Когда противник сообразив, что так может продолжатся долго то бросается догонять людей Радко. Те же отступают в тесном строю отстреливаясь из луков. А я со своими тремя сотнями кованной конницы стою за какой либо сопкой или лесочком, и как Радко пролетает мимо меня, я выскакиваю в двух шереножном строю опустив копья и бью врага мощным катком. Радко же развернувшись за моими спинами начинает преследование отступающего врага, либо оказывает мне помощь на флангах.
   Мы провели много тренировок и довели этот маневр до автоматизма. За врагов выступал то Обияр со своими аланами, то конные гепиды Ардариха. Иногда Ардарих выставлял пеших гепидов, и тут меня ждало разочарование, они сука бегали со скоростью моих лошадей, так что не всегда удавалось от них оторваться. Иногда они ловили Радко даже на развороте, резко стартонув и вклинившись в мою легкую конницу. Вот это сила. Я еще не видел рать самого Атли, но пока что самыми сильными для меня представляются именно воины Ардариха.
   А еще Радко тренировал своих людей метко стрелять на ходу. И вот тут я увидел как это происходит. Всадник разгоняется, потом поворот корпуса и с 50 шагов меткий выстрел в щит.
   Однако всадники Обияра только смеялись над Радко. Любой из аланов мог на скаку попасть в шлем, а это уже серьезная заявка. Нужно всегда опускать личину, а то такие вот джигиты быстро тебя с седла на землю грешную спустят.
   Пробовал и я стрелять из арбалета на ходу, но не получается. От тряски болт подпрыгивает и вылетает. А если не вылетел болт, то после выстрела все равно арбалет с коня не взведешь. Поэтому арбалет это оружие резерва на случай ведения пешего боя.
   Зато я показал всем местным всадникам что такое рыцарский турнир. Мы бились за всякие призы еженедельно. Наблюдатели и болельщики только охали, но никто по участвовать не желал. Так как бронь у моих воинов была не в пример другим отрядам.
   Уже через месяц после таких турниров выстроилась очередь из достаточно богатых военначальников разных родов чтобы мы сделали им такие же доспехи как у меня, ну или хотя бы только грудную пластину.
   Это конечно хорошо, я взял с собой в качестве передвижной мастерской и несколько наковален и полный комплект инструментов, и даже несколько сотен криц железа для изготовления подков и наконечников болтов и стрел, если возникнет такая необходимость.
   Но вот мастеров я взял всего пять, и на каждого по одному подмастерью. И эти мастеровые у меня были в качестве воинов. То есть им нужно тренироваться, отдыхать, а соседи просят меня заставить этих людей еще и поработать, трудно. Однако я не мешал людям, все таки у меня свобода, а не рабство. Те кузнецы, что захотели подработать брали заказы и клепали пластинчатые доспехи, а потом показывали как правильно эти пластины связать. Железо и работу полностью оплачивали заказчики.
   И вот тут я понял, что в войске Атли собрался практически до средневековый бомонд. Или как бы их назвали наши историки - "военная аристократия" сотен родов, а если вы аристократ, хоть и военный, то вы должны и выглядеть как аристократ.
   Когда меня достали попрошайки, молящие сделать им такие же доспехи как и у меня, я направил посланца в Полоцк с требованием снарядить караван и привезти мне сотню готовых доспехов. Так как всё привезенное оружие я уже распродал, и еще к моему отряду прибились два соседних вождя, что привели по две-три сотни воинов. Оказывается можно было и так сделать, всего то три сотни воинов. Вот эти вожди то ли протословян, толи недоготов пристроились ко мне и всюду следовали как привязанные. Пришлось и им продать оружия, так как их вооружение вызывало только слёзы умиления. Вот теперь я стал грозным царем лесным имея при себе аж полторы тысячи воинов.
   Доспехи везли как то очень долго, я уже испугался, что моих посланцев кто то мог перехватить, или караван ограбить. Но все произошло в плановом порядке. Оказывается буквально за месяц до моей просьбы приходил Радомир и выкупил почти всю бронь и оружие. Заплатил тысячу гривен серебра и привез триста пудов железной руды.
   Ну это нормально, мы ведь с Радомиром договаривались, что он выкупит мое оружие и повезет его Теодориху, но вот про бронь договора не было. Я не могу так палиться, тут теперь каждая собака узнает руку моего мастера. Любой может указать, что ся бронь Полоцкая, работа лучших мастеровых царя Чеслава. И не дай боги кто не будь увидеть такую бронь на воинах Теодориха, я думаю меня спросят: "а скажи ка царь Чеслав, а когда ты успел сговорится с нашим врагом Теодорихом?".
   То, что Теодорих будет избран врагом я уже понял. Ежедневно приходили разные слухи. Например первым пришел слух, что царевна или императорша Восточной римской империи, а в упрощенном варианте "царица греческая" вышла за муж. Вот это ход. Я честно сказать историю не очень знаю, и не помню вообще мы такое изучали в школе или нет. Но вот теперь стоит вопрос, что сделает Атли? Ведь дура баба, его кинула, а ну как пойдет Атли походом на Константинополь, а этого не было в моих планах.
   Нас созвали на большой совет и зачитали письмо нового исператора греков по имени Марциан.
   - Этот наглый и хитрый иллириец - молвил Атли - что был полководцем у Валентиниана, смог вспрыгнуть и обуздать гордую кобылку Августу Пульхерию, и теперь сенат этих подлых греков избрал Марциана императором.
   Атли брезгливо скривил губы.
   - А теперь нам новый греческий император прислал письмо, зачитай его Иов.
   'Царь варваров Атли, слушай же меня императора Марциана. Все свое золото я приберегаю для друзей, а для врагов у меня ничего нет, кроме стали.
   Любых войн следует избегать, пока есть возможность сохранять надежный мир без унижения своего достоинства. Однако ты собрав войско у наших границ, тем самым оскорбляешь достоинство императора Константинопольского.
   Никто из варваров, даже ты их царь не смеют более оскорблять достоинства Рима употреблением слова 'дань'. Я готов с надлежащей щедростью награждать своих союзников за их преданность, но если они позволят себе нарушить общественное спокойствие, то узнают, что у меня есть достаточно и войск, и оружия, и мужества, дабы отразить их нападение".
   После прочтения письма наступила гнетущая тишина, все молча взирали то на своих соседей, то на царя Атли.
   - Ну и что это такое? Что хочет этот горделивый иллириец? Будет он нам платить или нет? - спросил Атли - Марциан расторг договор, заключенный Феодосием II со мною или нет? Я ничего не понял!
   - Судя по тональности письма Марциан платить не хочет, но не платить боится - усмехнулся Ардарих - царь мой ты можешь отписать Марциану, что готов получить с него вознаграждение как верный и преданный союзник.
   Все заржали.
   Люди понимают, что эти красивы политические словеса, всего лишь тонкий троллинг греческого императора.
   Атли повернул голову направо - а ты что скажешь сын мой, какое бы ты письмо отписал Марциану?
   Молодой человек не высокого роста встал и осмотрел присутствующих, а потом улыбнулся. Толпа подзадоривала его
   - Давай Скаба, давай, яви нам свой стих - толпа смеялась, видно этот сын Атли был известный приколист, ну или местный КВНщик.
   Скаба призадумался и молвил - отпиши отец Марциану следующие слова "Сказывали мне люди наши, что вокруг императора Марциана сидит множество врагов, что замышляют гнусное злодеяние по отношению к моему вернейшему союзнику. Пришли же мне вознаграждение в размере 3 тысяч пудов золотом, и я, как твой верный союзник, обязуюсь покарать всех твоих врагов, что сидят в Константинополе".
   Атли кивнул, ему очень понравился такой вариант. Такой вариант понравился и толпе. И очень не понравился мне. Я то представлял Аттилу и его людей как монголо-бурятов, или аваро-аланов, или тувино-киргизов. Ну вообщем тупых степняков, которые кроме как кизяки за своими конями собирать и из них лепить себе хатки, как лепят себе людишки Радко больше ничего и не умеют, а тут такой образчик древнего международного троллинка. Да тут Лавров отдыхает.
  
   - Хорошо мы отпишем письмо и дождемся ответа от Маркиана - проговорил Атли - теперь мы решим что делать с Валентинианом, императором римским. Где мой сын приемный? Где царь Чеслав?
   Я аж подпрыгнул, во сука, замыслил что то не доброе.
   Я встал и поклонился царю.
   - Я здесь, твой верный слуга мой царь.
   - Смотрите люди добрые на этого мужественного воина - Атли указал на меня рукой - на прошлогоднем празднестве многое из вас присутствовали на свадьбе моей дочери и царя лесного Чеслава, с тех пор я называю сего славного воина своим сыном. И весь наш народ радовался сему событию. Однако враги наши затаили зло, и пытались отравить мою дочь и царя Чеслава.
   Толпа ахнула и зашумела.
   - Обратился ко мне царь лесной с просьбой суда над подлыми греками, и каждый из вас должен знать, что всегда я буду защищать вас, верных моих слуг. Однако прошу я сейчас у тебя царь Чеслав прощения. Так как не смог отомстить я подлым грекам и призвать к ответу отравителя царя Феодосия, ибо раньше меня его покарали боги!
   Толпа зашумела еще больше.
   - Есть ли у тебя доказательство, что кроме кесаря греческого Феодосия еще кто либо виновен в покушении на тебя?
   - Нет царь мой, все испытуемые показали только на одного человека на Феодосия - ага поиграть решил Атли, мог бы и предупредить. Хотя гунн наверное меня раскусил давно, и понял что я достаточно хитрожоп для таких приколов, и все пойму сам.
   - Ну что ж, тогда причин немедля мстить подлым грекам за их гнустный поступок у меня более нет - произнес Атли и посмотрел на меня.
   - Скажы мне сын мой, где ты хочешь сидеть? - Атли показал рукой на Ардариха - вон сидит царь земли карпатской, он привел десять тысяч воинов и сидит с права от меня. С лева сидит царь земли Вильской славный Валамер, он привел восемь тысяч воинов, а куда сядешь ты?
   Я посмотрел и нашел взлядом Обияра.
   - Великий царь, я сяду рядом с сыном Кугума славным воином Обияром, я привел так же как и он тысячу воинов, но у меня есть союзники еже пять сотен добрых моих соседей.
   - А что ты привез мне на этот раз царь Чеслав? Слыхал я, что ты потратил все свое серебро на выкуп у царя аланского Кугума его подданных?
   - Так и есть мой царь - я поклонился - люди, что живут у берегов реки Десна и её притоков, есть родственники моего рода, и я как честный царь должен был отозваться на их мольбу и выкупить их у царя Кугума.
   Толпа обобрительно закивала головами, подтверждая правильность поступка лесного царя.
   - Привез я тебе 10 огненных машин, что могут жечь врагов твоих на дальности в пять десятков шагов. И огненный припас к ним, а еще я привез тебе серебренный меч, ты можешь наградить сим оружием лучшего из твоих воинов.
   Я махнул рукой и помощник притащил мне меч, завернутый в тряпицу. Я развернул тряпицу и подойдя к царю протянул Атли меч.
   Меч конечно же не серебренный. Это так сказка для лохов, но мои мастера сделали все, что бы это походило на правду. Я еще при ковке меча зубилом нанес на дол красивейший полу эльфийский узор, а после закалки в этот узор мы вплели серебренную нить. И вот теперь на солнце эта серебренная нить играла и казалось, что меч действительно серебрянный.
   - Это меч не воинов, а императоров - сказал Атли - а поскольку у меня императора мира уже есть меч, то я подарю этот меч императору Рима.
   Умен гад, умен.
   Вроде ничего и не сказал, но обосрал Валентиниана знатно. И толпе мля нравится, типа крутой у нас царь, царь царей, полубог, император мира. А что там какой то мелкий император Рима.
   - Я отписал письмо ромейскому кесарю Валентиниану, и с этим письмом направлю в Рим серебряный меч в дар моему другу, прочитайте письмо моим царям, я хочу что бы они его услышали - махнул рукой Атли.
   Из за столов вышел невысокий человек с бородкой и развернув свиток зачитал: "Валентинеан друг мой! Теодорих, король готтов, что правит в Аквитании на твоих землях обещал нам выдать дезертиров и преступников, что сбежали из под моей руки. Однако свое слово Теодорих не сдержал. Он обещал заключить вечный мир со мною, но и тут обманул меня подлый готт. Теодорих плетет за твоей спиной заговоры против власти кесаря римского и самой жизни императора, он призывает своих людей, франков и бургундов объединиться и отобрать у тебя Галлию. В интересах Рима и Гуннии позволь мне образумить Теодориха и наказать его за непокорность. Я прошу тебя, римского императора убрать свои легионы с лимуса (границы) и разрешить моим воинам перейти Рейн для похода в Галлию с целью карательной экспедиции, которая позволит мне самому захватить дезертиров, не выданных Теодорихом, и уберечь тебя от подлого соседа".
   - Ну как вам сие послание? - спросил Атли и осмотрел всех присутствующих повернулся в лево, где сидел Валамер.
   - Валамер друг мой, скажи свое слово, я знаю, что Теодорих и его люди неоднократно угрожали твоим границам.
   - Так и есть мой царь, однако знаю я, что силы у Теодориха ничуть не меньше чем у нас - развел руки Валамер - такая война будет слишком кровавой, а добычи мы почти не получим, ибо готты и франки не богатый народ.
   - Однако у тебя есть претензии к готтам?
   - Есть как не быть. Даже меж добрыми соседями возникают склоки, а уж к готтам у нас много кровавых счетов.
   - Это хорошо, направляйте не медля письмо с подарками к Валентиниану, а мы продолжим праздновать.
  
   Потом была пьянка, а меня все не оставляла мысль не правильности всего этого. И судя по всему эта мысль была написана на моей роже, что заметил Ардарих.
   - Ты привел хорошую дружину Чеслав - сказал Ардарих хлопнув меня по спине - однако почему ты не празднуешь как все?
   - Мне почему то кажется, что наш царь совершает ошибку - тихо сказал я - не подумай, что я такой верующий, но все же всадник на золотом коне ускакал на запад, а не на север. Я боюсь, что боги не поймут если царь Атли пойдет не на Рим, а на Теодориха.
   - Вот как? - удивился Ардарих - а я думал, ты расстроен тем, что твой брат Радомир торгует с Теодорихом.
   - Интересный ты человек Ардарих, и от куда ты все это знаешь?
   - Я правая рука Атли, не забывай о том царь лесной. Но ты можешь меня не боятся, я открою тебе секрет - заговорщетски понизил голос Ардарих - точно такое же письмо Атли направил Теодориху, с предложением объединится, и разбив Римлян в Галлии разделить их землю. А еще там за морем есть царь вандалов Гейзерих, ему тоже ушло письмо. Так что не переживай, скоро все римские земли станут нашими, а подлые ромеи пусть думают, что мы идем биться с Теодорихом.
   Вот же итить колотить. А мы там в 20-м веке, считали Атли тупым варваром. А он во какую игру затеял, только ведь не сложилось у него что то. Я точно помню, что Атли Рим не возьмет, его разрушат вандалы.
   Мля, вандалы!
   Вот сука.
   Вот мля, так этот хитрый гунн хочет выманить армию римлян в галлию, а в это время вандал Гейзерих нападет с моря на Рим. Вот это гениально, вот это план. Да с таким царем, можно реально весь мир захватить, если он случайно копыта не отдаст. Теперь понятно почему Атли не нападает на Константинополь, он идет на более ценную добычу - Рим.
   - Что задумал, вижу что засветился как серебренник на солнце? - спросил Ардарих.
   - Понимаешь друг мой, я все не мог понять, что же меня гложит. В огне горна я видел картину разгрома большой рати, бегущей на восток, и разрушеный горящий Рим. Я не мог понять что это, а теперь я все понял. Царя нашего кто то из его союзников обманет.
   - То скверная новость, я передам её царю, знаки богов нельзя не учитывать - молвил Ардарих и ушел к царю.
  
   - Не бойся сын мой - по дружески сказал Атли - молви, что указали тебе боги, знаю я что ты имеешь дело со Сварогом.
   - Прости меня царь мой, но не все, что показывает мне Сварог я могу понять, ибо не являюсь я ни жрецом, ни колдуном - я поклонился - однако картину плывущих кораблей и горящего Рима я видел. Думаю, что это корабли Гейзериха. Также видел я великую рать бегущую с поля на восток, и множество конных воинов, что преследовали бегущих. Не могу толковать я это видение, однако думаю, что то рать Теодориха которая, прости уж меня царь, преследует твоих воинов.
   Атли кивнул и повернулся к Валамеру - сколько воинов и каких ты собрал?
   - Я привел пять тысяч пеших и три тысячи конных воинов.
   - Хорошо, сколько воинов у тебя Ардарих?
   - Восем тысяч пеших и две тысячи пеших воинов.
   - Хорошо, и сыновья мои призвали тридцать сотен конных воинов, да моя дружина в пятьдесят сотен. Вот и выходит, что у нас действительно много пеших воинов, так что твое видение может быть и правдой. Однако ж, ты видел только бегущих пешцев, значит то может быть только уловка. Слушайте все, конницу нашу будем держать в резерве. Разведку вести только легкими отрядами, в бой этим отрядам не вступать, а сразу убегать. Первыми бой должны принимать пешци, а в случае опасности пешцам отходить назад и растягивая ворога наводить его на удар нашей конницы.
   Атли встал и обнял меня.
   - Ты воистину сын Сварога, царь Чеслав. Тебе твой бог указал план сражения, и нет твоей беды в том, что ты не понял сигнал богов, ибо ты не царь царей. Я же понял все знаки и принял решение, мы идем к Теодориху.
  
   Валентиниан прочел письмо Атли и передал его Эцию Флавию - что скажешь Флавий, что это может значить?
   - Это обман мой император, обман который вскрылся давно.
   - Что ты имеешь в виду, на сколько давно?
   - Три дня назад я передал письмо для тебя, разве ты его не прочел?
   Валентиниан повернулся к свей матери - где письмо матушка?
   - А, отмахнулась та - в том письме варвар Теодорих шлет тебе привет и просит твоей помощи против Атли. Я подумала, что нужно выждать немножко, что бы разобраться в том письме детальнее.
   - И что вы разобрались?
   - Да, теперь стало все понятно. Там в письме якобы Атли предлагал Теодориху разделить Галлию и напасть на Рим, вот и просит Теодорих от тебя помощи нашими легионами против Атли.
   - И что? Я не понял, мы что не будем отправлять помощь Теодориху?
   - Мы направим помощь. Вон пусть Эций идет со своим легионом и сделает вид, что пришел поддержать Теодориха.
   - Я не пойму вас матушка, что это значит сделает вид? Он будет помогать Теодориху или нет?
   - Наша задача заставить подумать глупого готта Теодориха, будто бы мы будем воевать за него с Атли, однако Атли не должен видеть наши легионы, а наличие там Эция, поможет Атли в его заблуждениях.
   - Что то вы темните матушка, какие подозрения? Я ничего не понимаю!
   - Увы сын мой, не смогла я пробудить в вашей душе талант политика, однако думаю, что Эций понял все.
   Эций Флавий, в простонародье именуемый Аэцием поклонился.
   - Мой император, ваша матушка говорит, что мы умело маневрируя своими легионами должны создать мысль у глупого варвара Теодориха, что Рим с ним, таким образом подтолкнуть Теодориха к войне с Атли.
   - А что с Атли, мы то сами будем с ним воевать?
   - Я думаю, что сил моего легиона не достаточно для полноценной войны с Атли, однако же у Теодориха имеется 30 тысяч преданнейших воинов, думаю этого достаточно, что бы изгнать подлого гунна за Рейн. Но полного разгрома Атли мы допустить не можем, ибо тогда у нас появится еще более сильный враг в лице Теодориха. Ваша матушка думает, что нанеся друг другу потери, оба варвара надолго воспылают ненавистью друг к другу и теснее будут связанны с нами, из-за чего наши границы станут безопаснее.
   - Так что ты предлагаешь?
   - Нужно хотя бы часть воинов Атли изъять из его армии и направить в другую сторону. Например можно послать собачьему царю золото и попросить его направить внимание своих варваров на восток, против персов. Ему нужно предложить совершить поход на восток, и покорить мидян, парфян а также персов. Там армяне подняли восстание против мидян, парфян и персов, пусть Атли поможет Армянам.
  
   - Хорошо, подготовьте посольство для Атли, пусть знает, что оба императора молят его оказать помощ несчастному армянском ународу, что поднял восстание против персов. А еще отпишите, что призываем мы могущественного полководца Атли возглавить карательный поход против парфян и мидян.
  
   Осенью начался основной этап подготовки к походу. Атли объявил начало похода на первый снег. Огромная куча народа собралась на берегах Дуная и в окрестных равнинах.
   Европа давно не видела такого скопления известных и неизвестных наций. Я периодически практиковался в греческом языке с послом Византийским, который все это время ошивался в лагере Атли.
   До сих пор не пойму, почему его не выгонят, почему он тут ошивается и все вынюхивает? Однако я насколько мелкий военачальник, что мне даже примерно не понять весь замысел главнокомандующего. А замысел явно был. Например таким образом Аттила наверное хотел показать двум кесарем римским, что у него нет против них умыслов, ибо ничего он не скрывает. Весь лагерь говорил только о том, что мы идем бить подлого готта Теодориха и его приспешников бургундов и франков.
   Так вот грек говорил, что давно не видел такого столпотрорения народов, типа тут есть представители всех известных ему родов: черные гунны, акатциры, аланы и анты с огромными копьями и в кирасах (это если вы не поняли моя дружина и дружина Обияра); невры и беллоноты; гелоны с косой вместо оружия и в накидке из человеческой кожи вместо одежды; скифы; руги; окиры и туклинги.
   В нашем стане греки увидели быстроногих геруллов, а также грозных свое пехотой гепидов. А еще греки что то задумали, и я это чувствовал шкурой. Ибо этот подлый посланец как и его друг послол с Рима постоянно подкатывали то к одному, что к другому царю. Однако мы все как один уверяли, что теперь подлый готт Теодорих будет побит, а все его люди склонят головы перед единым царем Атли.
  
   Аттила двинул свои несметные рати вверх вдоль берега Дуная. Он разделил свою армию на два корпуса:
   первым командовал Валамер и он следовал по правому берегу Дуная, разрушая на своем пути замки и городища не подвластных еще народцев;
   другим командовал Ардарих, что поднимался по левому берегу великой реки. Ардарих вербовал по дороге остатки квадов и маркоманов в Западных Карпатах. Соединившись вместе в истоках Дуная, оба корпуса расположились в огромном дубовом лесу, где началась заготовка большущих досок для плотов, что обеспечит пересечение Рейна и поход в Галлию.
   Я со своей дружиной шел в отряде Ардариха.
   Впереди на десятки километров действовали отряды легкой конницы, за ними шла не малая пешая рать, а в конце колонны шло несколько царей со своими конными дружинами. За месяц я насмотрелся на горы трупов и сожженные селения, но ни разу не видел с кем мы воюем. Вражеской армии способной оказать хоть какое то сопротивление просто не было.
   Весь поход происходил примерно одинаково. В начале к очередному вождю приходили послы и предлагали сдаться на милость Атли, после чего этим вождям вместе с войском позволялось вступить в армию царя царей. Если вожди соглашались, то все мужчины племени немедленно мобилизовались в армию Аттли и отправлялись в авангард, где шли вперед указывая путь к следующему селению.
   А вот пешая рать Атли, что приходила потом, трахала жен и детей тех воинов, что только что поклялись в преданности Атли и ушли воевать за своего нового царя. Если же какой либо глупый вождь вздумал сказать "НЕТ" царю царей, то его городище уничтожалось полностью, убивали всех даже собак. Иногда войско уходило даже не обыскав убитых, на которых имелось не мало дорогого имущества и даже серебро.
   Тяжёлый поход оказался банальным геноцидом. Я потом узнал, что за нами, за конницей двигались несчисленные возы и телеги, которые тащили не хитрый скарб. С этими телегами шли родственники, жены, дети, старики тех воинов, что там впереди расчищали себе жизненное пространство. Вот оно настоящее переселение народов.
   Все просто. Воины тех племен, что вначале кочевряжились и не хотели присягать Атли, а потом узрев великую армию все таки струсили и присягнули царю, были уже приговорены. Мужчины этих несчастных племен шли в первой волне наступающих в авангарде и гибли сотнями на стенах очередного городища. А их жены и дети доставались в качестве рабов "настоящим арийцам", тем кто доказал свою преданность. Блин как это знакомо, как же давно все это придумано. Выходит бесноватый адольфик эту свою идею про перворассу и рабские народы из древних текстов подчеркнул, и активно пользовался ей пытаясь покорить "варварские славянские народы".
   На реке Лехе, Атли соединился с северными германскими народами, которые были переподчинены Ардариху и тут же погнаны в авангард войска.
   Примерно в середине зимы наши отряды соединились в верховьях Данубиса и простояв два дня, великая армия двинулась дальше к Рейну.
   Атли стремился переправится через Рейн по льду, однако зима в этой части Европы была слишком мягкая и лед был недостаточно крепок, поэтому Атли приказал основным силам готовиться к наведению моста, а часть подвижной армии направил вниз по течению вдоль правого берега Рейна во владение нового короля Франков. Франки, жившие по берегам Неккера, при приближении Аттилы подняли мятеж и убив молодого короля присягнули Атли. Атли назначил нового короля Франков по имени Лонгобард. Я вначале не понял, что это за мудак, а потом мне перевели, что это известный воин по имени Длиннобородый. Ну и имена у этих варваров, так можно человека назвать например Малописькин, или Длинноухин, или Гнилозубин, да вариантов тысяча, выбирай не хочу. Вон при первых пятилетках СССР было принято называть детей типа Даздраперва (да здравствует первое мая) или Тракторина.
   Бургундский король Гундикар со своим братом Сигизмундом в начале вышли в поле на битву, но потом убоявшись Атли сбежали к себе в город и затворили ворота.
   Приступа даже не было. Было все как в сказке, вначале переговоры, а затем битва двух поединщиков. В короткой и жесткой схватке бургундский поединщик был убит и король Гундикар объявил сей прискорбный случай волей богов, после чего сложил оружие и принес присягу Атли. А царь царей забрал их сестру Ильдого в качестве дара. Вот странное дело никак не могу привыкнуть к местным наречия. Например люди Атли говорят: "ох и красавица новая жена Ильдиго", а бургунды говорят: "забрал подлый песий сын нашу красавицу Хильгу". Вот и получается, что имена одного и того же человека тут все народы произносят по разному.
   Атли на всеобщем собрании похвалил красоту юной Ильдико и торжественно обещал на ней женится после большого похода. На свадьбу пригласил всех.
   Туринги, жившие рядом с Бургундами сами приехали к Атли и поклялись в вечной дружбе. Странное дело, Атли заставил двух бородатых мужиков обняться и поцеловаться.
   Я спросил - а кто это?
   Ардарих ответил, что это древние враги бургунды помирились с королем готов Октаром. Кто такой Октар, ну не буду же я как дитё обо всем выспрашивать, тем более, что у этого Октара была дружина всего в триста воинов, даже меньше чем у меня.
  
   На очередном совете Атли наказал готовить всем плоты, на каждую сотню человек по одному плоту, а как сойдет лед, то мы начнем переправу. Тут я не выдержал.
   - Позволь мой царь слово молвить?
   - Да говори Чеслав, что ты хочешь?
   - У меня великий царь как ты знаешь имеется множество мастеров по работе с деревом, я предлагаю поставить мост, это буде намного проще чем строить сотню плотов.
   Атли задумался, а потом наклонился к своим генералам Валамеру и Ардариху, потом выпрямился и сказал - хорошо Чеслав, возьми всё, что понадобится и построй два моста для каждого из командующих.
   Герцинский лес был просто хорош, он состоял из вековых дубов, и вот сотни пил и топоров в один миг нарушили тишину данного места.
   Замысел был прост, я сам лично еще в той жизни участвовал в строительстве временных мостов на Северах. Весной ледоход сносит все временные постройки на севере Тюменской области, и вот как сойдет большая вода всего одна бригада рабочих с бензопилами за две недели строила новый деревянный мост, по которому можно переправлять на среднетоннажных машинах, тяжелые грузовики как правило шли по броду.
   Мы сделали два плота с дыркой по середине для бревна и огромную тяжеленную "бабу" (груз для забивания сваи).
   "Баба" поднималась воротом на веревках в верх треугольного основания, и после сброса стопора ворота "баба" с силой лупила по вставленному в дно реки через отверстие плота дубовому бревну. И так раз за разом мы вгоняли бревна в илистое дно. В качестве распорки использовалось второе бревно, что вбивалось в дно под углом 45-50% и закреплялось с первым так, что бы напор воды не сносил нашу сваю.
   Первый плот вбивал вертикальные сваи и двигался вперед, а второй плот был оборудован наклонным жёлобом, по которому и скользила "баба" вгоняя наклонное бревно в дно.
   По очерёдно сменяя людей мы за две семь дней вбили триста свай в два ряда, а на них за три дня уложили настил. Когда первая часть армии под руководством Валамера начала переправляться, мы сплавили свои плоты с оборудованием вниз по течению реки примерно на 20 км и начали забивать сваи для второго моста.
   Второй мост мы строили возле города Аугте, что был столицей рода каких то "равраков". Кто это такие ? Понятия не имею!
   Эта работа позволила мне оттянуть момент вступления моей дружины в войну, пусть пока без нас повоюют.
   Слухи приходили разные, то победные реляции, то факты о поражении отдельных передовых отрядов Валамера.
   Ардарих все это время терпеливо стоял со своими людьми ожидая завершения строительства второго моста. Тоже хитрожопый жук оказался, хочет сохранить как можно больше своих людей, типа пускай тупой и кичливый Валамер хвастается своими победами, а мы пока что подождем, ну и правильно, разделяю ваше мнение, товарищ генерал.
   Когда мы переправились, то Ардарих повел нашу армию между берегом реки и подошвою Вогезского хребта.
   Оказалось, что сам Аттила ни на первой, ни на второй переправе не появлялся, а пошел на слияние Рейна с Мозелем около городка Кобленца. Там оказывается стоял Римский гарнизон, что охранял переправу и видно Атли решил провести переговоры с римскими командирами. Однако, римлян в гарнизоне не оказалось, они бросили свои укрепления и сбежали. Потом Атли повел свою личную дружину и войска своих сыновей в город Триру. Как оказалось, этот городок Триру был древней столицей Галлии.
   Погуляв по левому берегу Рейна мы опять встали надолго, почти на две недели. Оказывается Атли ждал в гости германских вождей, что решили принести присягу царю царей. Кроме того тут оказались какие то алеманы ( я подозреваю, что это еще одно название алан), и Атли вел активную переписку с алеманским вождем о присоединении его к нашему походу.
   Как не странно, но Теодорих, что должен был идти к нам на втречу для совместного нападения на римлян отошел к границам Испании. Подозреваю, что один союзничек у нас уже здулся. Однако Атли улыбался и всем говорил, что мудрый Теодорих решил забрать себе более теплую землю Испании, а нам отдать холодную Галлию.
   Аттила направил гонцов во все города с требованием либо открыть ворота и готовится к вхождению его армии, либо стать на стены и умереть как подобает воинам.
   Как подобает никто не захотел.
   А как должны люди встречать армию победителей я увидел воотчию. Это был реальный грабеж, воины нашей армии больше походили на банду "Пана Атамана Грициана Таврического" из известного фильма. Из амбаров изымалось все имущество, женщин трахали всех, даже старух, вход шли даже дети и симпатичные безбородые юноши. Тех же мужей, что пытались защищать свои семьи просто рубили топорами возле двери их дома.
   А мы как всегда шли опять в конце всего этого гвалта, мы шли в арьергарде.
   Я вот думаю, что там наверное в будущем опять все историки переврали.
   Ведь по сути если задуматься, кто грабил и убивал этих несчастных, что сейчас в страхе открывали ворота своих городов? Разве это были люди Аттилы? Да Аттиле вообще пофиг на этот бардак, он сидел себе спокойно в Триру и принимал подношения от вождей мелких народов.
   Может грабителями, насильниками и убийцами были люди Валамера или Ардариха?
   Ага, щас, как бы не так!
   Все это безобразие творили воины, что шли в авангарде. Мерзкие люмпены, что приняли присягу Атли только месяц назад. Они безбожно резали и грабили своих бывших соседей, эти твари не чурались никаких преступлений. И правильно, что они все подохнут, весь авангард должен нарваться на римлян или на готов Теодориха и заплатить за свои преступления. Атли как то сказал: ".. смотри Чеслав, ты наверное этих людей видел бегущими от Теодориха?", и указал на отряд очередного бургундского люмпена.
   Атли их также презирал и ненавидел, как презирал Гитлер ОУНовцев и Власовцев. Главный агитатор фашистского рейха Пауель Геббельс говорил: "Бандеровци - это умалишенные маньяки или, другими словами озверевший скот. Но именно такие нам нужны в данный период времени, что бы уничтожить непокорных славян, а затем они должны быть сами уничтожены, так как зверям не место среди людей".
   Вот так вот, ибо предатели не имеют права на уважение, ни перед врагами ни даже пред новыми друзьями, они отбросы, безмозглое мясо. Однако это мясо перед тем как отправится в ад должно напитаться чужой кровью, что реками лилась сейчас по древней Галлии.
  
   Однажды прискакал посыльный от Ардариха и велел Обияру с его аланами следовать в голову войска и широким гребнем причесать всю местность на десять дней пути.
   А потом начали появляться обозы с барахлом и пленниками, которые тут же приобрели статус рабов.
   Из рассказа раненного алана с отряда Обияра я узнал, что огромные колонны беженцев движутся на закат. Все бежало или готовилось к бегству при виде этого вихря народов. Каждый спешил укрыть в безопасном месте свои припасы, деньги, домашнюю утварь. А аланы в качестве летучего отряда перехватывали этих беженцев, пленили их и гнали назад. Вот такая вот до средневековая война. Рабы тоже имеют цену, особенно если эти рабы женщины и дети. Обияр рвался к Аврелиану, а по проще к Орлеану что бы перетянуть под руку Атли проживающих там алеманов.
   Галлия была процветающей страной, намного богаче дунайских провинций, византийских земель и даже при Рейнских земель. В многочисленных шахтах и каменоломнях добывалось разное сырье, от меди и свинца до серебра. В некоторых городах работали мастерские, товар из которых говорят шел даже в Рим. Производство предметов обихода и роскоши было развито хорошо, мы видели даже украшения на женщинах, а это первый признак обеспеченной жизни. Как в наше время наличие автомобиля.
   Наша кухня опять как то оживилась. А то было время когда целый месяц мы прожили почти в проголодь, и нам пришлось немножко подъесть заготовленные в бочках припасы. А тут после перехвата караванов с беженцами в меню опять появилось свежее мясо и даже хлебные лепешки.
   Я распаковал свои стратегические запасы серебра, и активно скупал у аланов, бургундов, тюрингов и еще всяких передовых отрядов мастеровых людей, которых захватили в рабство.
   Я отправил несколько посыльных к берегу моря, для вызова Радомира, но вот прошло уже два месяца как мы прибыли к Рейну, а моего брата-пирата все еще нет. Мне же нужно срочно сбагрить выкупленных рабов и перекупленные богатства. Перекупал я в основном станки и все, что может пригодится для налаживания работы мастерских в своей земле, а также железо.
   Мои повозки были забиты наворованным железом. А рабов у меня собралось уже три сотни человек, и таскать с собой я их уже не мог. В одной деревне на берегу реки Рейн мы обнаружили два больших баркаса и я долго не думая направил два десятка своих людей на этих баркасах к морю. Пусть пройдут до проливов в Балтийское море, там обязательно должны встретить корабли Радомира или мой Рижский флот.
   Сам большой поход был очень хаосным. Слово такое кривое, но оно точно подходит под суть этого понятия. Основные три отряда находились при своих главнокомандующих, а вот вспомогательные войска широким веером раскинулись по всей Галлии, некоторые говорили, что отдельные дружины уже дошли до какой то Лютеции на Сене.
   А вот потом пришла байка о Жанне Д"Арк. То есть я то понял, что это байка про Жанну, а вот местные рабы рассказывали так красиво про деву воительницу из Лютеции, что остановила бегство воинов и призвала этих трусов оборонять стены.
   Лютеция (в последствии Париж) была довольно важным городом. Торговая значимость маленького города шла рука об руку с политическим его значением. Он стал центральным местом торговли на всем пространстве между Верхней и Нижней Сеной. Жители Лютеции, состоявшие почти все из рыбаков, сумели построить крепость с двойной стеной на острове, который глубокими рукавами обходила река Сена.
   В городе имелись даже башни. Однако аланы рассказывали как панический страх, вызываемый даже упоминанием имени Аттилы, отнимал спокойствие у самых отважных и склонял народ к бегству как к единственному средству спасения. Аланы ловили десятками бежавших с города людей и тащили их к обозам, что бы потом продать как рабов.
   Жители города, посовещавшись между собой, решили бросить укрепление и пока не подошли основные силы Атли прорваться в земли Испании, где собирал свои силы непобедимый до селе Теодорих.
   И когда, мужчины грузились на большие лодки, что бы оставить свой город явилась маленькая девочка из Нантерра, которая бурными речами пристыдила воинов и остановила массовое бегство. Ее звали Женевьева и была она галлоримлянка. Она была дочь целительницы и пророчицы. Вот вам и история. Вот тут я узнал от куда взялась Жанна Д"Арк, да там маленькая Жаночка просто начитавшись сказок про свою древнюю сверстницу кинулась защищать свою страну. Жаль Жанночка не знала, что сделают потом римляне с дочкой ведуньи. Я думаю, что благодарные просветленные римские попы после того как Аттли отступит, потом просто сожгут Женевьеву на костре как ведьму.
   Войска самого Атли лишь единожды снялись с места и пошли вперед. Я потом узнал, что наши взяли какие то города Мец и Реймс.
   Вскоре пришел приказ и нам сниматься с места и двигаться на соединение с основными силами Атли. Я оставил своих выкупленных рабов с охраной в тридцать человек в лагере на берегу Рейна. Задача была дождаться кораблей и вывозить рабов в Ригу. А также я просил передать Радомиру, что бы прислал мне две-три сотни свои добровольцев для усиления дружины.
  
   Тем временем Аттила перешел Сену возле Оксера и, после продолжительного и трудного похода, раскинул свой лагерь под стенами Орлеана. Он рассчитывал на тайное приглашение короля аланов Сангибана, обещавшего изменой выдать ему город и перейти под его знамя. Но этот заговор был раскрыт, и сын Теодориха Торисмуд с отрядом в 3000 человек ускоренным маршем прибыл к Орлеану и войдя в город арестовал аланского вождя. После чего буквально за пять дней Торисмунд вокруг Орлеана выкопал ров и стал за земляной насыпью Таким образом город получил дополнительную линию обороны. За первой линией, за земляными валами стояли 3 тыс. готов, а на стенах стояли 2 тыс горожан с луками. Взять такую крепость Атли с налета не получилось.
   Войска Аттилы осадили Орлеан. Царь велел строить пороки (машины) и прислал ко мне гонцца с письмом.
   В письме говорилось, что требуется ускоренным маршем прибыть к Орлеану с огненными бревнами.
   Когда моя дружина прибыла к городу, картина была великолепная. Настоящие катапульты метали огромные камни, тучи стрел летали то к городским стенам, то обратно в поле, где стояли войска Атли. Стены города сотрясались от попадания огромных валунов. Постоянно Атли ловил то посыльных, то перебежчиков, которые сообщали, что защитники доведены осадой до крайности.
   Как то утром очередного дня осады Атли спросил - что нужно тебе Чеслав для работы с огненными бревнами.?
   - Завтра утром великий царь мы начнем штурм. За ночь мы соберем 4 башни, поставим на них огненные бревна и потащим башни к стенам. Мне нужно, что бы ночью вот там и там засыпали захваченный участок рва.
   Атли повернулся и отдал распоряжение своим людям, а я пошел к своим. Нам опять представляло поработать плотниками. Вновь застучали топоры, и повалились в лесу могучие деревья, мы очень быстро сбили четыре конусных сруба высотой в два человеческих роста. Под подошву вместо колес присобачили по два бревна. А на площадке сверху башен разместили бревна и вокруг поставили несколько десятков обычных фашин для прикрытия от стрел. Кроме того той же ночью пехота Ардариха изготовила лестницы и под прикрытием щитов засыпали приличный участок рва у стены. Для введения противника в заблуждение, мы прямо на виду у врагов начали собирать таран. Пусть Орлеанцы готовятся отражать главный удар в районе ворот.
   С рассвета воины Ардариха покатили башни вперед. Я вышел осмотрел, светило ласковое летнее солнышко, а мы тут убивать друг дружку собрались. Да, хорошо что Атли приказал мне оставаться в резерве. Вон там впереди на башнях с огненными бревнами находятся всего 40 моих воинов, что являются расчетами "супер огнеметов". А остальные так и оставались в лагере у кромки леса. Мои люди спали после тяжелой ночной работы, а я вот не мог. Я стоял и смотрел как башни толкаемые сотней воинов. Когда башни пересекли линию вала и медленно разъезжаясь пошли к стене. Вот от леса отделилась несколько тысяч воинов Ардариха с лестницами и как мураши тащущие гусеницу, эти маленькие человечки начали свое движение к стене.
   Я смотрел на главкома.
   Вот к Атли подлетел конный воин, посланец подумал я. Где то, что то случитлось. А случилось достаточно серьезное изменение оперативной обстановки.
   Армия готов короля Теодориха двигалась ускоренным маршем с юга к Орлеану. Теодорих находился в трех днях пути от нас. Три дня пути это для пешей рати, а вот для конных это два дня пути, примерно 100 км.
   Но самое опасное, что в пяти днях от Орлеана разведка обнаружила римский лагерь. Римские войска уже выслали разъезды по направлению к Орлеану и судя по всему собирались к маршу.
   - Чеслав! - позвал меня Атли.
   - Я здесь мой царь.
   - Там впереди твой друг Обияр сражается с передовыми войсками Теодориха, этот подлый готт напал на наших людей. Миру конец, и нашим договоренностям конец. Скачи же к нему и помоги Обияру, задержите готтов. Мы должны успеть взять этот проклятый Аврелиан, я уже потратил на осаду десять дней, и не могу тут торчать вечностьую луну.
   - Сегодня ты возьмешь эту стену мой царь, огем вы сгоните защитников со стен, а лестницы помогут вам взобратся на верх, однако в городе почти 3 тыс. защитников и там бои будут тяжедыми, может отступить от этого города.
   - Я услышал тебя Чеслав, и я помню твое предупреждение, а сейчас забирай своих людей и иди к Обияру, вы должны задержать передовые отряды Теодориха.
   Я побежал к коню.
   - Внимание все к оружию, брони вздеть, сотники ко мне, Радко - заорал я - найдите Радко, Олова и Кроивко позовите!
   Пока искали Радко, Олова и Кроивко я сам облачился, проверил оружие, прицепил к седлу бурдюк с водой и пудовый мешочек с овсом.
   Когда я уже влез в седло подъехали мои сотники и Радко, чуть позже подошли вожди союзных отрядов Олов и Кроивко.
   - Внимание в двух дневных переходах от сюда разъезды алан Обияра встретили крупный конный отряд Теодориха, что движется к Аврелиану. Наша задача сдержать этот отряд до взятия города. Действуем как уговорено было ранее. Радко с легкой конницей в сопровождали людей Обияра движется вперед, стрел не жалеть. Ведите дальний бой и тащите их конницу на меня. Радко опасайся Обияра, он в любой момент может бросится в копейную атаку, не делай этого, тащи готов на меня. Все выступаем, идем тремя колоннами, уступом назад. Впереди два твоих отрядах Радко, в центре и чуть позади я. Обоз оставим тут возле города, с обозом остаются ваши отряды Олов и Кроивко. В драку не лезьте, если услышите, что Теодорих прорвался, то отходите с обозом к Рейну. Старший в обозе сотник Дубко.
   Возов для перевозки краденного мы набрали почти сотню, а возниц мы наняли из числа люмпенизированных народов, что дали клятвы Атли служить ему вечно. И теперь мой обоз составлял почти две сотни телег и почти триста человек обслуживающего персонала. Да еще почти 500 человек из пеших дружин Олова и Кроивко.
   Достаточно долго мы шли вперед, пока я не отдал приказ на дневной отдых. На дневке разведка не пришла и никаких новых известий не поступало. Потом опять длинный переход и еще за светло я перехватил посланца от Радко. Радко сообщал, что встретил отряд Обияра и они поскакали навстречу конным гуннам Теодориха.
   Мы двигались вперед, пока не нашли подходящее поле. Само поле имело небольшую возвышенность, а по бокам достаточно густой кустарник, который медленно переходил в лес. В лесу имелась приличная прогалина, которая вела к незнакомой речушки. Река это не просто водопой, а прогалина скорее всего ведет к хорошему броду. Сами то мы брод не нашли и пересекли реку вплавь. А теперь понятно, что готты могут пойти к этому броду, да и лесок был подходящим, и я подал команду на остановку.
   В тяжких раздумьях прошла ночь, а потом еще пол дня. А врага все не было, но ближе к обеду мы перехватили почти пять десятков алан, что отходили к реке в направлении Орлеана. Воны были ранены и тащили с собой двух полуживых сотников. Оказалось, что Радко таки не выдержал и не выполнил мой приказ. Трижды объединенная дружина Радко и Обияра бросалась вперед засыпая врагов стрелами, и трижды отходили назад затаскивая врага подальше от основных сил готской армии. Готы были обозлены до предела, однако в какой то момент оказалось, что у людей Обияра кончились стрелы. Так как он все время был в соприкосновении с противником. И ничего не придумав лучшего Обияр на очередном развороте кинулся в копейную атаку на готтов.
   В этой ситуации Радко вначале отошел, а потом принял трудное решение и вернувшись вступил в сабельную схватку с готами пытаясь помочь аланам.
   Тот бой был тяжелым, и пало много воинов, особенно у Обияра, но готы остановились. И вот в тот момент как готские воины потеряли пыл, аланы вдруг как по команде кинулись бежать, завлекая Радко за собой. Вот и выходит, что Радко зря помогал аланам, так как те первыми вышли из боя и фактически сбежали рассыпавшись по всей земле небольшими отрядами. А Радко теперь тащит всю готскую конную рать за собой в сторону реки.
   И вот теперь если мы не угадаем где будет переправа, то Радко просто размолотят у реки, ведь про брод то он не знает. Я с трудом уговорил часть аланов вернутся и найти Радко, что бы заставить его отступать к броду.
   А сам выставив наблюдателя в районе кустарника начал собирать людей в центр леса. Тут не все так просто, лесок хоть и был не наш болотный с кучей валежника, а можно так сказать европейским, то есть тут ранее жили люди и убрали почти все упавшие деревья, что позволяло моим воинам встать в лесу в два ряда и попытаться пропустив Радко, а потом ударить между двух колок (лесных массивов). Проблема только в том, что набрать скорость мы тут не сможем, слишком близко должны пройти отступающие воины Радко. Раньше же выйти тоже нельзя, так как отступающая конная масса просто врежется в нас и сомнет мне боевой порядок.
   Время тянулось слишком долго, я стоял рядом с конем и медленно гладил его по морде. Я уже знаю, что в таких битвах больше всего страдают лошади. Особенно в прямой копейной атаке. Тем более, что потом нам нужно все таки будет отходить. Я не могу разбить готтов, да мне это делать и не нужно, я должен их сдержать. Для взятия и полной зачистки Орлеана Атли нужно 3-4 дня.
   Вначале послышался низкий гул. Сотни лошадиных копыт перемалывали землю таща своих уставших седоков на восток, потом я расслышал тяжелое дыхание людей и коней, и лишь потом дошел звук улюлюканий и свиста, это наверное преследователи подзадоривают себя. Слишком не хорошо, слишком близко преследователи находятся к нашим людям.
   - В седло, к бою - заорал я. Можно было подать сигнал протрубив в рог, но это было слишком опасно, противник мог услышать мою засаду и остановится, а тогда все летело в тар-тарары, весь замысел коту под хвост.
   Первыми показались конные аланы, что прильнув к шеям коней неслись вдоль просеки, а за ними самые шустрые люди Радко, а вот самого воеводы видно не было.
   Ага вот и Обияр пролетел жив курилка картонная. Так вот и Радко, за ним всего два воина из его личной охраны. Два воина из десятка, да попал Радко, и многих воинов потерял. Всего мимо моей засады пролетело не больше пяти сотен отступающих воинов Радко и Обияра. Пять сотен из почти полутора тысяч, беда.
   Вот мой наблюдатель у кустов вскочил на коня и понесся к нам, так а это уже сигнал.
   Это значит, что враг в какой то сотне шагов по ту сторону холма, и еще четыре сотни от центра холма до леса, а люди Радко растянувшись длинным ручейком все скачут и скачут. Мне нужна прогалина в его отступающих порядках, я не могу сейчас выйти, они мешают мне, вот несколько десятков чужих всадников появились на холме и без остановки понеслись дальше к лесу, вот последние воины Радко уже отбиваются саблями от наседающего противника, вот упал один, потом еще два. Потом упал один чужак, потом опять наш. Судя по всему тут классическая картина когда в передовых частях противника наступают самые лучшие и самые сильные, а в наших рядах позади в растянувшейся колонне находятся самые уставшие, то есть самые слабые, вот и меняем мы одного к четырем.
   Ну все там уже ждать не кого, я поднял рог и протрубил сигнал вперед.
   Не знаю насколько обучены были воины Теодориха, но мой сигнал для них послужил невидимой стеной. Первые же воины готты все поняли, они на полном скаку натягивали повод и некоторые даже летели с коней через голову скакунов, другие резко наклонив коня вбок пытались развернутся, но мы уже набирали ход. Три сотни закованных в броню всадников, построенные в два ряда неслись на готтов неровным строем.
   Трах, тара-рах прогремели первые удары копей, и мы прошли дальше растаптывая вырвавшихся вперед неудачников Теодориха.
   Вот уже и вершина холма, а за ней я увидел вначале шлемы, а затем и лошадиные головы, а через какое то время появилась вся картина поля боя. На нас неслись лавой почти пять сотен конных готских воинов.
   Готтская рассыпанная лава против ровных шеренг кованной рати, не рулит, траХХХ!
   Мои две шеренги всего то три сотни заклепанных в консервные банки воинов с длиннющими копьями вынесли первых противников и без остановки пролетели вперед. Вы когда не будь попадали на машине в аварию, ну там собачку, корову, или ослика вы сбивали? Нет?
   Тогда вам тяжело будет представить, что это за ощущение.
   Вначале идет толчок в плече, это копье врезается во вражеского всадника и вот это первый ХРЯСЬ! Потом идет рывок левой руки, что держится за луку седла, это второй ХРУСЬ!, аж сухожилья трещат, а потом маленький толчок в щит, это вражеское копье, вылетевшее с рук умирающего противника, пролетев дальше по инерции легко чиркает вас по наклоненному под углом щиту, а в завершение глухой стук где то под капотом. Этот глухой удар копытами по лежащему вражескому воину, лошадь чуть подпрыгивает, наконечник копья взлетает в небо, а потом медленно опускаясь вниз ловит вторую жертву, и опять ХРЯСЬ! ХРУСЬ! ВЖИК, УУУУ!
   Иногда вражеские всадники падали вместе с конями, иногда через голову коня летел мой воин от лобового удара двух взбесившихся животных. Но вот последний удар в плече, и я разжимаю кисть, так как наконечник копья застрял в теле вражеского воина и сейчас падающее тело увлекало вниз наконечник копья выворачивая мне руку из сустава. Я с трудом смог пригнувшись выбросить копьё и медленно потянул эфес сабли на себя. Рука гудела, а в глазах потекли слезы. Как же это больно блин, но нужно работать. Я уже успел пропустить два не сильных удара по броне, и вот ответка - нааа, сука, с оттяжкой. Враг в последний момент шарахнулся в сторону и попал под копейный удар моего соседа. Тут теперь действует основное правило массовой драки: "не выбирай себе отдельного противника, бей того кто раскрылся, бей направо и налево, уклоняйся и бей, никаких дуэлей, никакого благородства, только уклонения и удары, бей всем чем можешь, и стоячего и лежачего, джентельменов закапывают первыми!".
   Два отряда почти встали, наше движение уперлось во встречное движение врага и мы уже не неслись вперед, а медленно проталкивались между вражескими воинами, раздавая удары направо и налево.
   Здоровенный всадник в сияющем шлеме лупанул пеня мечем по плечу и пронесся дальше. Я же лишь по инерции подставил под удар саблю, но силы удержать оружия уже не было. Когда противник ускакал моя сабля выскользнула из рук и упала в траву. Я перекинул щит в правую руку, а левой выхватил чекан (маленький ледоруб) и развернув коня пятками послал его вперед за вражиной в блестящем шлеме, стремясь отомстить подлому готту.
   Вот она спина сияющего всадника, он врубился в группу моих воинов и раздавая удары направо и налево пытался прорваться вперед. Позади этого всадника скакали три воина группы охраны.
   О-оо, это видно большая шишка в сияющем шлеме.
   Я просто поднял щит и на отмашь рубанул по затылку окантовкой щита охранника важного воина, пролетая мимо него. Бинго, готттский воин кувырнулся с седла не ожидая удара с зади по затылку. А я ударив коня пятками протиснулся мимо двух оставшихсяв охранников, получил ужар мечем по спине, но бронь выдержала, а потом в два прыжка достиг сияющего врага и со всего маха левой рукой вогнал ему ледоруб в спину чуть ниже шеи.
   Ах, черт возьми. Вогнать ледоруб полностью не получилось, враг в последний момент чуть тронул коня влево и я промахнулся, а так хотел садануть по голове, как вражину Троцкого, но и так хорошо. Толстый шип чекана легко пробив броню вошел в спину чуть ниже шеи почти на 5 см. Вражеский воин взвыл и обернувшись ударил моего коня по морде мечем. Да-аа, хорошо, что я всем своим лошадям на морду стальные пластины выковал. Но я не гордый, а вообще то я мстительный малый, поэтому в ответку на такую подлость я ударил ногой в кованном ботинке в бок вражьего коня и тот шарахнулся от меня как от черта. Вот в этот момент чья то умелая рука вогнала копье в левый бок вражеского воина в сияющих доспехах, и тот слетел с коня прямо под копыта своим охранникам.
   В этот самый миг над полем пронесся дикий крик и к нам кинулись сразу сотни уцелевших врагов, напор усилился, я достал булаву и пытался отбиваться левой рукой, но уже через пару минут меня тоже сбили с седла.
   - Добейте его, добейте - заорал я поднимаясь на ноги, и в этот миг кто то наклонился и рубанул сияющего воина мечем.
   Все готов.
   Нас осталось меньше двух сотен, однако и врагов было не на много, больше. Я думаю не меньше двух сотен человек осталось и у готтов.
   - Коня, коня мне, все ко мне - заорал я доставая рог и подал сигнал "ВСЕ КО МНЕ!".
   Теперь главное держатся вместе, мы все таки кованная рать, нас готтскими ковырялками не пробьешь, а вот мои мечи и сабли разваливали вражеских всадников пополам. Головы и руки валялись повсюду так как лишь часть готтских воинов были в броне, а остальные в каких то левых кожаных доспехах обшитых железными пластинами. И тогда такая пластина пробивалась даже уколом сабли. А что вы хотели, обычное мягкое железо против стали не рулит. А вот пробить не очень качественным готтским мечем наш доспех не получится, только приличным ударом копья.
   Я подобрал первую попавшуюся саблю, вкинул булаву в петлю на поясе и влез на приведенного коня.
   - Дави, дави их, держать строй - заорал я и опять ХРЯСЬ! ХРУСЬ! ВЖИК, УУУУ.
   После третьего УУУ! меня опять сбили с лошади. Я уже не мог отмахиваться, голова гудела от нескольких точных попаданий прямо в шлем. Я добрался до убитого чьего-то коня и вытащил из сумки арбалет, а потом взвел, наложил болт и прицелившись выстрелил в ближайшего врага, что теснил здоровенным мечем моих воинов. Болт пробил грудь врагу и вошел в мясо по самое оперение, а я опять взвел, наложил и выстрелил. Воины, что как и я оказались на земле, перестали ловить лошадей и взялись за арбалеты. Нас оттеснили от упавшего сияющего воина, его подняли на руки и погрузили на коня просто перекинув через седло. Ну а я подленько так не удержался и вогнал этому коню болт в пузо. Конь подпрыгнул, тело вражеского полководца слетело на землю, а конь завалился на бок.
   Враги зарычали и опять бросились на нас, но были остановлены могучими ударами каленой стали, и забрав своего лидера утыканного болтами враги поскакали на запад.
   Неужели это все? Да это все, враги еще кружили вокруг нас и пытались стрелять из луков, но получив по несколько болтов сразу, вражеские воины кинулись наутек.
   Вот теперь реально все.
   Поле колыхалось от лежащих покалеченных, но все еще живых людей и лошадей. Стоны сливались в единый звук. Да, вот это картина, итоги боя потрясают, на одного лежащего моего дружинника до 3 вражеских воинов. Вот товарищи готты, что такое бронь и длинное копье.
   - Ловите коней, собирайте наших раненых и убитых, поднять все железо быстро, быстро, нужно уходить.
   Пока мои воины собирали раненных, перекидывая их как и убитых через сёдла коней, я собрал оружие и пересчитал выживших.
   Стоящих на ногах и готовых к бою оказалось 83 человека. Это очень печально, 83 из 300 человек. Хотя не известно сколько там убитых и раненных, можно ли будет выходить раненных? Но вот сейчас в строю всего 83 человека.
   Когда мы собрав раненных и убитых, а также лошадей и оружие, начали отходить к лесу, то уже на закате опять появилась большая группа готтских конных воинов, не меньше 300 человек, вот мы попали.
   - Уводите раненных к броду, и уходите к Орлеану, а мы прикроем - я ударил коня ладонью по крупу и поскакал к лесу.
   Заглубившись в лес на двадцать шагов я спрыгнул с коня и взяв арбалет пошел обратно на опушку.
   - Пять десятков со мной, остальные уводите раненных - скомандовал я.
   - Нет царь, нет, ты не останешься здесь, уходи с раненными, я останусь тут - подскочил ко мне единственный боеготовый сотник Любек.
   - Любек, на тебя вся надежда, не дай им заглубиться в лес, бейте болтами залпом, валите коней, а как получится так бейте и воинов, пусть разбегутся по полю, а вы в седло и к переправе. Потом на другом берегу еще встанете, подождете до первой луны и за нами. Долго переправу не держите, только шуганите и сразу за нами - я хлопнул Любека по плечу - выживи сотник и догони меня.
   Я опять вскочил в седло и поскакал за медленно бредущим караваном. Так перевозить раненных, как мешки с картошкой нельзя но другого выхода у меня нет. Противник уже на хвосте, нужно успеть переправится и до наступления темноты уйти как можно дальше.
   Мы скакали до наступления темноты, а потом еще немножко. И встали только когда увидели посреди большоно поля лесок. С леска хорошо видно на фоне луны отходящий отряд Любека, вот тут мы его и подождем.
   А пока, начнем оказывать помощь раненным и хоронить мертвых.
   Мертвых оказалось 59 человек.
   Раны были слишком тяжелые, многих можно было бы спасти, если бы сразу начали оказывать медицинскую помощь. Но пришлось бежать от врага, вот и померли люди от потери крови в дороге.
   Я осмотрел и изучил все раны. Дырки в лице, полу отрубленные руки и ноги, пробитые копьем и топорами стальные доспехи. Я когда первый раз такое увидел, то вначале подумал, что врагам повезло, попали мимо брони, или в сочленение пластин, но потом такой же труп второй, третий, четвертый. Выходит, что мои кирасы не держат точного и мощного удара копьем, а еще много пробитых шлемов, у некоторых воинов по три-четыре глубоких проруба. Видать некоторые готты в бою махали тяжелыми топорами, потому что вот так мечем шлем не пробьешь и наруч не перерубишь.
   Мертвых мы не сжигали, дабы не привлекать внимание, а вырыв неглубокий ров в мокрой земле у реки сложили всех в братскую могилу и присыпали землей. Каждому убитому в руки дали трофейный меч или топор. А все стальное оружие я забрал. Мы успели много подобрать оружия, закидать на волокуши и утащить с собой.
   Тяжелых раненых, что еще дышали, но уже казались не живыми было тоже много, аж 36 человек. Эти изрубленные и утыканные копьями воины не приходили в себя даже при извлечении из тела обломков копей и стрел. Да и нет тут полевой медицины не то, что 21-го, а даже и 18-го века.
   Боевые потери в 95 человек после одного, всего одного боя, это слишком много, а еще пропали без вести 16 человек, может так и лежат на поле под трупами врагов или тушами павших коней.
   В этом походе мы куда то шли, потом маневрировали, потом строили и копали, а еще три месяца тренировались и все это ради одного боя, в котором я потерял только убитыми треть своей дружины. А еще полный разгром дружины Радко, он потерял больше двух третей, я то видел сколько их проскакало мимо меня.
   А к стати, где Радко? Где этот чертов алан Обияр? Они что бросили своего царя? Или может, что то произошло чрезвычайное? А если вот прямо сейчас Орлеан уже штурмуют войска римлян, то получается что Радко и Обияр где то там, а это значит, что мне идти к Орлеану сейчас нельзя, нужно забирать севернее и обходить этот проклятый городок, который Атли не смог взять за 20 дней.
   Я направил три дозора по 5 человек, что бы проверили подступы к полю с западной стороны и уже к полуночи мои дозорные обнаружили и привели отряд Любека. Мой воевода успешно отошел от переправы, не потеряв ни раненными ни убитыми ни одного человека.
   После короткого совещания было решено не медля готовить волокуши и погрузив на них раненных идти на северо-восток в обход Орлеана. Спать будем днем, а идти будем ночью, если понадобится то поведем коней в поводу. Но оторваться мы должны от преследования не медля.
   Три дня мы тащились на северо-запад, а потом на запад, а на четвертый день мы встретили воинов Валамера.
   Да ситуация тяжелая. Валамеровы люди рассказали, что их отправил царь встретить ромеев и задержать их подход к Орлеану. Они бились с передовыми отрядами врага целые сутки, а потом прискакал посланец от Атли и приказал отходить. Орлеан все таки Атли взял, взял и сжег, а потом Атли отступил со всеми силами к Труа.
   При переходе Сены у Труа он не вошел в город. Епископ Лу предстал перед Аттилой, прося его пощадить не только жителей такого беззащитного города, каким был Труа, не имевший ни ворот, ни стен, но также и сельское население.
   - Хорошо, - сказал царь, но ты будешь меня сопровождать до самого Рейна. Святой человек не может не принести счастья мне и моему войску.
   Аттила взял епископа своим заложником на всякий случай, как пастыря, уважаемого во всей стране и важного в глазах римлян. За городом Сансом Аттила вышел на место менее опустошенное, нежели окрестности Орлеана, и совершенно открытое, где наша кавалерия, в случае битвы, имела бы преимущества.
  
   Аттила, достигнув открытых полей Мавриака, начал подготовку к новому сражению, а римляне стали у Орлеана дожидаются готтов и их союзников.
   Выходит, что Атли проиграл эту войну политически. Как он смог допустить соединения готтов и ромеев, но ведь был такой хороший план? Или тут как всегда, 'гладко было на бумаге, но забыли про овраги', как говорится 'хотели как лучше, а получилось - как всегда'.
   Говорят, что Аэций, ожидавший Теодориха в Юлийских Альпах как узнал об осаде Аврелиана, поспешил к берегам Луары, где соединился с западными франками, бургундами и сарматскими наемными войсками, а вот войск Теодориха все еще нет, поэтому Аэций стоит на месте.
   Мы прибыли в лагерь Атли и я пошел к царю, но к царю меня не пустили, он видите ли в печали. Да пошел он на хрен, стратег мля.
   Я развернулся и пошел искать свои обозы. Обозы нашлись через два дня. За это время у нас умерли 12 тяжело раненных бойцов и еще пять из нормально обихоженных раненных. Таким образом общее количество погибших и пропавших без вести только в моей дружине достигло цифры 92 человека, 83 были в строю, а еще 105 человек имели серьезные ранения и их можно было с этой войны списать, то есть отправлять с обозом на родину. Были еще те, кто ушел искать корабли Радомира, их должно вернутся 20 человек.
   Мы провели санитарную обработку всех раненных, вот тут и понадобился мой бочонок спиртовой настойки на травах и целая бригада фельдшеров. В обозе у меня было 10 специально подготовленных врачевателей, которые умели не только стрелы извлекать и шины накладывать, но могли вполне сносно промыть и зашить раны.
   Вот тут я и стал просто незаменимым человеком. Как только соседи увидели, что у меня в обозе вполне профессионально проходит оказание медицинской помощи раненным, то люди пошли со всех отрядов. Я наказал помогать всем, но не за бесплатно, пусть отдариваются кто чем сможет.
   Дружина моя пополнилась обозниками, я раздал брони и коней самым здоровым воякам, и наказал всем остальным быть готовыми стоять в пешей рати с арбалетами и огнеметами.
   Вожди союзных отрядов Олов и Кроивко таки не выдержали и после взятия стен полезли в Орлеан, пытаясь нажиться на разграблении беззащитных жителей. Но жители оказались нихрена не беззащитными и оказали страшное сопротивление. Каждый дом приходилось брать штурмом, на каждой улице были оборудованы завалы и баррикады, а на чердаках сидели стрелки. В результате бесполезного штурма и зачистки Орлеана Олов и Кривко потеряли больше половины своих воинов. И теперь Олов имел всего восемь десятков человек, а Кривка едва полторы сотни.
   Эти горе командиры тут же прибились ко мне и попросили трофеев, так как в городе взять ничего хорошего не получилось, всё захапали люди Ардариха. Пришлось дать, а коней теперь было и так полно.
   Вот за какой то короткий миг я обзавелся опять конной дружиной почти в пять сотен человек, с учетом союзников и обозников. Правда теперь эта дружина ничем не отличалась от гопников бургундов или люмпенизирующих германцев.
   На третий день врачевания ко мне в шатер вошел человек. Я его осмотрел и охнул. Вот это да, вот это картина маслом, да тут чистый руссич нарисовался, то есть именно тот тип, как рисуют в наших исторических картинах. Оказалось, что это князь черемисов.
   Я почесал бороду, слышал, что Аркх говорил про встечу с черемисами, что пресовали мосхов и весь, а я вот собрался торговать с мосхами и уж тем более с весью. И кто такие черемисы я раньше не догадывался, а тут типа диких алан, что кочевали между Доном и Волгой. Эдакие проторусичи с картинки, больше похожие на московского мужика образца 11 века, даже лапти имеются. Из оружия только красивый топор и сулица, да щит за спиной.
   Мы поговорили, князь черемисов сказал, что имеет также много раненных, а как услыхал, что тут имеются чудо волхвы самого князя болотного Чеслава, что людей из-за кромки вытаскивает то сразу и пришел.
   Пришел и пожаловался, что имет почти сотню раненных, и из них сын его средненький.
   Я наказал осмотреть всех раненных и сына вождя конечно. Ни на царя, ни на князя этот человечек похож не был. Ну мужик, как не крути а обычный деревенский мужик. И звали его Авдей.
   Черемисы потеряли при штурме Орлеана много людей, и сейчас их вождь тоже больше походил на сотника, чем на царя. Мы сговорились держатся вместе. Однако я не собирался держать своих раненных здесь, нет смысла ждать их выздоровления, нужно их домой отправлять. Вот я и пошел к Атли. Как не странно, но Атли махнул рукой, типа валяй, пусть уходят. Потом я пошел к Валамеру и договорился о проходе через его земли к Риге. Валамер дал мне двоих проводников. Вот на пятый день я отправил обоз с трофеями, своими раненными и еще три десятка сопровождающих воинов домой.
   Кроме того пришла весть, что мои люди таки нашли корабли Радомира и за приличную плату сговорились о доставке рабов и имущества в Ригу, а вот своих людей на усиление моей дружины Радомир не дал. Однако с тех кто искал Радомира и охранял рабов ко мне вернулись 28 человек, а остальные уплыли в качестве охраны рабов. Позже пришла весть, что в устье Лабы (Эльбы) стоит и мой флот, так выходит можно отправить всех раненных на корабли. Поэтому я направил караван к Лабе, а там пусть идут вниз по течению реки. Единственный косяк был в том, что там земли варнов по пути, а с варнами у меня проблемка из за смерти сына их вождя, которого я сжег по приказу Атли. К кораблям ушли почти полторы сотни человек и они получили наказ называться людьми Радомира, а про Чеслава мол знать ничего и не знают.
   Все мои люди, теперь имели не сбалансированный состав. То есть всего то 120 всадников закованных в бронь и умеющих воевать новым конным строем, почти 100 моих бывших пеших, что умеют с трудом ездить на коне, но воевать не умеют. А при встрече с противником будут старатся спрыгнуть на землю и уже махать железом на твердой земле. И почти две с половиной сотни таких же союзников, на конях, но почти пешцев.
   Хотя их можно потренировать, но это бесполезно. Пусть воюют как умеют, с земли, а если придется отступать, то телеги можно бросить и ускакать всем табором на конях, но то если придется. А так пусть готовятся воевать из-за телег в пешем строю. Вот так я из командира приличного отряда в 1000 человек, превратился в простого сотника, так как настоящих воев у меня было всего то 120, а остальные мною рассматривались как отряд обеспечения.
  
   Большая армия начала собираться через пять дней. Атли объявил, что пришло известие о смерти предателя Теодориха.
   Да неужели, еб-тить, это же мы его грохнули, но об этом лучше помалкивать, так как его сын прорвался таки из захваченного Орлеана и сбежал, а теперь вот пообещал вырвать сердце подлым убийцам папика. Интересно почему это подлым? Все было честь по чести, все в рамках военного турнира, он упал, я мы его зарубили, а что тут такого? Но за все это время как я вышел из боя Атли так ни разу меня и не вызвал. Видно в трауре тестюшка, а как вы думали, вот так вот разочароваться в своем союзнике. Если еще и вандалы Гейзериха его обманут, то Атли уйдет в запой.
   Но самое интересное, что ни Обияра, ни Радко я так и не нашел. Расследование показало, что люди видели аланский отряд, что уходил на восток. Вот же спелись суки, дезертировали, ну-ну.
   Торисмунд, сын Теодориха успел при штурме вырваться из Орлеана и потом возглавил войско павшего отца, уже вместе с союзниками привел к Орлеану почти 10 тысяч человек, да еще римляне собрали и привели столько же. Это будет тяжелая битва, вот теперь эта война теряет всякий смысл. Войско Атли имело незначительный перевес, но воевало на враждебной территории, а у Торисмунда и Аэция вся земля в союзниках.
   Мы ускоренным маршем опять шли к Орлеану, что-бы разбить объединенное войско врага, но как только наши передовые отряды увидели противника, Атли приказал остановится всей армии.
   Да похоже что вот тут мы и нарвались. Вражеская армия успела выстроится возле сожженного города и готовилась встретить нас во всеоружии, а наши отряды все еще были на марше и собраться вместе могли лишь за сутки. В такой ситуации первый удар объединенной коалиции западников неминуемо бы привел к уничтожению войск Атли по частям.
   Атли это сразу понял и передал всем приказ отходить назад.
   Конница должна отступать быстрым маршем на восток, а пехота должна лесами продвигаться вперед и задирать противника.
   Задирать, мать его так, задирать!
   Только тут в это время готтов попробуй то по задирай, это тебе не няшки-мяшки из Евросоюза, это не европейские педики с 21-го века. Эти бля догонят и так задерут, что ты сам сука в 21-й век попросишься на гей парадах погулять.
   Но в принципе мне пофиг, так как я вообще то к коннице отношусь, вот я и свалил вместе с обозом почти на двое суток назад к Рейну.
   Наши передовые пешие отряды таки дали бой у Орлеана, и многие люмпенизированные войска как я и предполагал погибли, а остальные просто в панике бросились бежать. Вся имеющаяся конница у римлян, готтов и их союзников бургундов и франков кинулась преследовать отступающих. В полях конница рубила нашу пехоту, а вот в лесах, перелесках и оврагах, а также на другой пересеченной местности, пехота останавливалась и переходила в контратаку.
   Преследование отходящей пехоты Атли продолжалось двое суток, и вражеская конница таки отгребала по полной. Это позже конница станет реально страшной силой, когда появится франкская порода коней тяжеловозов. И тогда полностью закованный в броню рыцарь станет танковыми войсками средневековья. А сейчас, когда половина воинов ездят даже без седла, не то что без стремян, да еще без доспешные, прикрываясь только щитом. Тут сбить всадника с седла и за пинать его ногами может любой мужик с копьем. Вот их и сбивали и пинали, а потом пришел приказ всей коннице Атли идти вперед.
   Атли вывел в бой свой стратегический резерв. Пять тысяч только гуннской конницы, да еще союзники в количестве не меньше трех тысяч всадников. И вот эта силища понеслась давить оторвавшуюся от основных сил вражескую уже основательно уставшую конницу.
   Основной бой произошел где то на полях возле мелкой речушки, воевали в основном гуннские отряды. Они засыпали вражеских воинов тучами стрел, а как те поворачивали спины, то воины Атли с лету врезались в конницу врага и гнали их назад к Орлеану.
   Если кто то играл в шахматы то тут Атли как мудрый игрок разменял пешку на коня. То есть мы конечно потеряли большую часть пехоты, особенно пехоты из числа вновь приобретенных союзников, но мы прилично прорядили конницу римлян и их союзников.
   Мы взяли больше тысячи только пленных, вот это битва. И как всегда в этом походе мой отряд даже ни разу не обнажил мечей. Мы как сброд конных гопников неслись позади воинов Атли и подбирали только пленников, а также добивали мелкие отряды врага, что собирались то там то сям в поле и хотели оборонятся. Но как тут оборонишся, если у врага сотня, а у меня четыре сотни воинов.
   Вот так мне воевать нравится, главное что потом можно будет сказать, что был там в зоне ЧС или КТО, медальку повесить, ну там свою долю добычи у тестя потребовать. Ляпота.
   Однако не дойдя пол дневного перехода до Орлеана мы опять развернулись так как встретили красивы красные квадратики римской пехоты, а за ними сплошной строй готтов и их союзников. Такой красивый боевой порядок Атли расстроил, и тот опять приказал отступить, а ромеи тут же объявили о своей победе при Орлеане, лжецы, лицемеры, уродцы.
  
   Рим понимал, что, несмотря на победные реляции, о поражении Аттилы под Орлеаном, враг не был разгромлен, а совершил тактическое отступление и враг был еще очень силен. Однако идти дальше к Рейну, что бы нагнать отступающего Атли римляне испугались, они встали лагерем у Орлеана и начали набирать добровольцев и наемников. Аттила проигрывал организационно, так как он находился на территории противника, и не мог здесь набирать себе войска. Однако хитрый гунн чего то ждал. Я то знаю чего он ждал, он ждал действий вандальского короля Гейзериха, но никаких известий о разрушении Рима вандалами не поступало.
   Между тем Атли приказал заняться полным грабежем всей гальской земли. Это был серьезный шаг. Маленькие конные гуннские отряды по триста всадников обходили основные силы вражеской армии и грабили селения галлов, готтов, и их союзников в тылу большой армии, что требовало от Аэция немедленно отсылать отряды для зачистки тыла от вражеских войск, а конницы у него осталось и так мало, поэтому уходила пехота, которая не могла угнатся за отрядами легкой конницы грабителей.
   Аэций и Торисмунд думали пересидеть и дождаться подкреплений, а Атли вынуждал их идти на генеральное сражение, так как скоро летучие отряды варваров вырежут весь мобресурс готтов и их союзников. Разведка передавала, что готты взбунтовались и требуют от Торисмунда немедля идти домой для защиты смоих семей. Аэций испугавшись, что готты действительно уйдут осенью дал команду на движение объединенной армии к лагерю Аттилы, а всю оставшуюся конницу отправил на зачистку тыла.
  
   Между долинами рек Йонны и Эн, на протяжении 50 км в длину и от 35 до 40 км в ширину, следует целый ряд равнин, пересеченных глубокими реками. Это место называется провинция Кампань (ныне Шампань).
   Что бы достичь нижнего течения Рейна, нет другого выхода, кроме опасных ущелий Аргона с северо-востока, а с юго-запада - длинный переход через Вогезы и Юру.
   Аэций разделил свои войска на две армии и приказал им двигаться по двум римским дорогам, которые сходились в районе города Шалон-на-Марне.
   Все таки римляне нас переиграли, даже потеряв большую часть кавалерии, вражеская армия превосходила нас по пехоте в два раза.
   Царь Аттила, приказал отходить с Реймса, и по пути уже занял город Шалон, так как перед ним была огромнейшая равнина, которая нам давала преимущество в конном бою. А вот местные называли эти поля Каталаунскими.
   Ну вот я и вспомнил.
   Точно, вот они. Красивейшие Каталаунские поля, вот тут и должна принять смерть армия великого диктатора Европы.
  
   Все было хорошо и даже поле очень нравилось Атли, вот только мне это все не нравилось. С моей разношерстой дружиной тут делать нечего, даже учитывая, что у меня есть огненные бревна, десяток переносных сифонов и даже крутая броня у половины солдат, а еще я мог поставить в строй всех обозников, то общее количество моих воинов не превышало шести сотен человек.
   Эта война закончится для Атли плохо, а если для Атли плохо, то кто сказал, что я тут выживу. Нет, мне срочно нужно что то придумать.
   Думал я долго, думал о системе донесений и передачи информации. Если бы вандалы высадились в Риме, вот насколько бы быстро об этом узнал Аэций. Может у него голубиная почта имеется, или посыльные поскачут как у монголов, меняя перекладных коней по ямам. Тогда с Римом не проканает, а вот готты это же варвары, и с ними может получится моя афера. Решившись я пошел к Атли.
   Ясен пень меня не пустили, вот тогда пришлось поскандалить. Вышел его сын Элак и я ему сказал, что видел в горне знак, который нужно не медля передать царю.
   Только вечером меня привели к тестюшке, совсем охренел урод, зазвездился. А может это я зазвездился, возомнил себя равным царю, вот так вот просто лезу на прием. А вот вы попробуйте хотя бы в какой не будь Эстонии, или Кампучии, или в Гондурасе, да хоть в Украине вот так вот пробуйте к президенту прорваться, и что вам скажут. Что ваш гарант очень занят, так как он ест блины и о народе думает, а еще речь готовит про счастливое будущее, и про то, что народ уверенно семимильными шагами движется в свободную Европу. Пошлют вас однако, вот и меня послали, но обещали пригласить на ужин.
   Пришел, постоял, посидел, не зовут. Уже собрался уходить, как вышел Элак и пригласил к царю.
   Как ни странно, но это был действительно ужин, и меня сразу посадили на указанное распорядителем место, где то в пяти местах от царя.
   Все помолились богам, вознесли хвалу родичам, что взирают за нами из за кромки, пообещали родичам не подводить и блюсти, после чего приступили к приему пищи.
   Молча чавкали поданные блюда.
   Понятно, Атли в трауре, но я то тут при чем, спроси что хотел, выслушай и прогони. На хрен мне эти ваши приемы, я тебе не лизоблюд паркетный, и мне не прикольно за одним столом с царем сидеть. Это там чиновники в 21-м веке последнюю сворованную рубаху продадут, что бы перед президентом засветится и свою нужность показать, а я уж лучше со своими людьми посижу за одним костром, они мне реально как семья стали, одно слово "дружина".
   Вдоволь наевшись царь махнул рукой и вынесли какую то хрень на блюде накрытую платком.
   - Благодарю тебя царь Чеслав за твои труды и отвагу твою - сказал Атли - много мы побили врагов и много злата взяли в Орлеане из-за твоих стараний, прими скромный дар.
   Поднос поставили мне на стол, и я посмотрев на Атли поднял платок.
   На подносе стоял золоченый римский шлем.
   Кого то головы лишили, или легата, или самого кесаря римского. На этом шлеме золота пол пуда будет, как он таскал то его, ну ладно делать нечего возьму, на болоте повешу, и музей открою.
   - Спасибо тебе великий царь за заботы о нас - детях твоих! - я встал и поклонился.
   - Твои видения принесли нам не мало пользы в битве с врагами, много вражеских конников мы побили, очень многих взяли в полон и теперь ведем переговоры о продаже их Аэцию, однако что тебя привело ко мне на этот раз?
   Интересный вопрос, говорящий о том, что игра в приемного сына закончилась, и теперь я просто один из многих покоренных царей. Грубо, ну ладно переживу.
   - Видел я знак - сказал я - будто бы ты нашел из твоих союзных готтов самого верного человека, и тот человек поехал в лагерь Торисмунда с вестью.
   - Что за весть?
   - Весть о том, что подлый вандальский король Гейзерих высадился на южных берегах Галлии и опустошает берега грабежем и насилием.
   Атли поднял бровь, а люди сидевшие в шатре переглянулись.
   - А ты от куда такую весть узнал?
   - Нет никакой хитрости в той вести, так как Гейзериха там нет и быть не может, однако в такую весть поверять должен Торисмунд, поверить и увести своих людей с поля брани.
   - Сламад есть ли у тебя такой отчаянный воин? - Атли повернулся к военначальнику союзных готтов.
   - Найду мой царь.
   - Уважаемый Сламод, это воин должен иметь настоящие раны - тихо сказал я - и еще на подъезде к лагерю Торисмунда он должен начать кричать и молить о помощи, он должен рассказывать о случившейся беде всем, кто его встречает, этот воин должен дойти до Торисмунда последним.
   Аттила кивнул.
   - Все воины Торисмунда должны узнать о нападении Гейзериха, и они должны сами прийти к своему королю с требованием идти домой на помощь родам своим.
  
   - Слушай меня вождь Авдей, скоро будет тяжелая битва, а людей у нас мало, предлагаю объединить наши силы и держатся вместе.
   - А как же мы с тобой объединимся если ты в рати самого царя, а мы все больше впереди в дозорах.
   - Сейчас все отряды перемешались, а у тебя почти две сотни конных воинов.
   - 160 в седле, да больше сотни лежмя лежат, каждый день пораненные помирают.
   - С пораненными беда, многие умрут, даже те, кто не пораненный, сам ведь ведаешь, что с похода треть людей домой даже при победе не возвращаются, а если нас побьют, то все можем тут лечь.
   - И что ты хочешь царь Чеслав? - подозрительно спросил Авдей.
   - У меня в возах куча железного оружия, что с готтов Теодориха взято. Могу поделится оружием, я хочу воевать с тобой вместе, по одиночку нам и серебряка от добычи не достанется.
   - Я взял много добычи, но то все для меня ценности, а тебя наверное и золотом не прельстишь?
   - Почему нет, золото и серебро я бы взял, только где то золото сейчас. Все что в городах взяли, то все Атли ушло, а делить добычу будут после похода, я же тебе предлагаю жизнь. Если мы объединим силы, то у нас будет больше шансов дожить до раздела добычи.
   Авдей задумался, почесал затылок, обернулся осмотрелся и на что то решившись сказал.
   - Если у тебя есть оружие, то я тебе приведу тебе три сотни воинов, они без вождей остались. Возьми тех людишек себе, только коней у них почитай и нет, зато они потеряли своих воевод и вождей, и как домой вернутся теперь не ведают. А если они без воеводы и дальше тут будут сидеть, то Атли их первыми в бой бросит, там и сгинут все, всё одно без доли добычи останутся.
   - На крови клятву пусть мне принесут, тогда возьму всех, тут в беде не брошу, а после похода и в земле своей жить позволю.
   - Добро, приведу завтра их десятников, потолкуешь с ними.
   На следующий день, а потом ещё три дня я встречался с голодранцами разных мастей, и собрал себе приличную дружину из полу разбежавшихся чужих отрядов. Тут ситуация была действительно тяжелая. Бывало, что пришел род на войну по зову Атли, а от 1000 человек едва сотня осталась, но были и такие, что по два-три десятка остались, а остальные сгинули. Были люди, что потеряли своих князей и воевод, но отряды имели приличные.
   Я поговорил с представителями и позвал к себе на смотр всех желающих, кто под моей рукой далее воевать хочет.
   Построил людей, сосчитал, прослезился. Людей было действительно много, почти пять сотен человек, но вот состояние боевой готовности было просто ужасным, но это и не удивительно, что они остались беспризорниками, без князей, воевод и сотников.
   Люди, что пришли в мой отряд просится были как гопники, кто во что горазд. Были люби просто с топорами и кривыми щитами, больше похожими на дверь от нужника. Были воины с перекованными косами вместо копей, некоторые стояли вовсе с рогатинами и длинными ножами-саксами
   Когда подъехал отряд Авдея, то я понял, что черемисы тоже не великая сила. Луки были у всех, но большинство воинов были вовсе без брони, а в каком то подобии ватника, то есть обычная стеганная тряпка набитая конским волосом. Такая одежда наверное могла удержать случайный удар мечем или саблей, но копье такую куртку пробивает на раз. Я видел, что может сотворить копье даже с кованной кирасой.
   Когда два всадника летят друг на дружку, то при столкновении получают общую скорость до 100 км/час. Вот вся эта скорость потом при пересчете инерцией передается в наконечник копья, то есть почти в точку. Да такой удар пробивает дубовый щит и воина в кольчуге насквозь, а тут вояки в стёганных куртках.
   Хотя чего я удивляюсь, все эти люди пошли грабить более богатых соседей, и все они мечтали вернутся с хорошим оружием и кучей серебра в карманах. А получится, что половина из них даже до конца войны не доживут, а потом нужно с серебром попробовать дойти до своих земель. Ага, как бы не так, а если на пути попадутся более многочисленные отряды, что тоже возвращаются с войны, то непременно будет предпринята попытка гоп стопа, то есть некоторые из победителей домой все равно не дойдут, и вот они все, все кто ко мне пришел уже это поняли, даже черемисы Авдея.
   - Все мы понесли потери, и ваши родовичи и князь Авдей и я. Однако еще не конец войне и нам нужно объединится, ибо каждый порознь до конца похода не доживет.
   Толмачи заговорили, а толпа зашумела и одобрительно закивали головами.
   - Есть у меня оружие, есть коней немного, есть хорошие десятники и даже сотник, однако и мне без людей далее в бой идти не вместно. Поклянитесь служить мне как вы служили своим вождям, а я признаю вас своими людьми. И в конце похода мы получим долю с добычи, что разделим меж всеми согласно обычаю, по доблести воинской.
   - Дашь ли нам оружие царь? - крикнул кто то из толпы.
   - Нет не дам, продам. Есть у меня оружие, что мы взяли с побитых людей Теодориха, то оружие не дорогое, и каждый может его себе заиметь. Однако есть оружие, что осталось от убитых моих воинов, то оружие может себе позволить лишь десятник или даже сотник, у простого воина на такое оружие доли не хватит. Однако если у кого имеется чем уплатить, то могу продать и добрую сталь
   - Так как же мы воевать то будем без оружия?
   - А как вы сюда пришли, пошто без доброй стали в поход отправились?
   - А как не пойти, люди царя царей согнали всех мужей, кто что взял с тем и пришел.
   Да, действительно, и сам Атли, да и эти гопники шли не воевать, а грабить. Они думали, что Теодорих с ним на Рим пойдет, а тут не вышло, вот и проблемка нарисовалась.
   - Отдам все железо, что имею, но с доли общей треть мне остается, вон треть князю Авдею дадим, так как коней он сотню отдает, а остальную треть уж вы меж собой поделите - крикнул я - а взамен я дам вам сотню добрых копей, да сотню топоров боевых, еще отдам все железное оружие, что с готтов взяли, а там почти на две сотни человек будет. Поступим так, мы разделим всех по десяткам. В каждом десятке будет четыре всадника и шесть пеших воинов. Меж десятками я поровну разделю все оружие, что могу вам выдать, а вы уж сами себе десятников по воинской доблести выберите и по их велению оружие в своих ватажках разделите.
   - То дело, однако кто нас по десяткам разделит?
   - А вы разве сюда пришли и не имели до этого своих десятников? - удивился я - разве нет средь вас ратников, разве одни пастухи да землепашцы в поход пошли? Нет, не так, вот и я так думаю, что не так это. Есть в ваших ватажках, люди ратные, есть те кто не в один поход хаживал, вот и делитесь, а потом по ватажкам вон на том поле стройтесь.
   Разделились вроде бы быстро. Я проехал на коне вдоль строя и понял, что демократия в армии это зло. Ну как зло? Да так, в военном деле демократия это высшая форма зла. Как они построились? Да вот как пришли ватагами так и встали. В одной ватаге шесть человек, а в другой восемнадцать. А почему так встали? - спрашиваю, а они мне отвечают - так мы ж с одного селения.
   Махнул рукой, и наказал выдавать трофеи не поровну а по количеству людишек в ватажках, потом собрал совет своих новых десятников.
   - Вот что я вам сказать хочу - начал я свою речь на совете - мы собрали людей разных, многие воинскому делу не обучены, но царю царей до этого дела нет. Увидит он вражью силу и скажет: "а ну царь Чеслав иди и побей вон тех ромеев или вон тех готтов". Так что мы должны быть готовы биться с тем, что имеем и против того на кого укажут. А имеем мы люд разный и оружие разное, но это не беда, то все можно в пользу обернуть. В каждой десятке есть конные воины, вот конные и станут нашей основной силой, а все остальные должны своих конных держатся и от них не отходить. На каждого конного требуется прикрепить по 2-3 пеших воина. И сии пешци должны своего всадника аки уд свой оберегать и лелеять. Пока конный вой не скажет бежать, все стоят, пока не скажет отступать, все насмерть стоят и с ворогом бьются, а как упадет ваш всадник, то требуется его отбить и с конем в зад дружины встать, а буде кто может с конем управляться, то ему на коня сесть и ватажку за собой вести.
   - То дело, так воевать можно - зашумели вновь назначенные десятники.
   - Дело ты придумал царь Чеслав - сказал один бородач - если у нас в каждом десятке будет и несколько конных с копьями, да люди с топорами, да с мечами, да щиты хорошие, то мы можем и от стрел укрыться, и даже вражьи щиты пробить, а как враг побежит, то тут всадники из строя выскочат и бегущих рубить начнут.
   - Такой задачи я пока что не ставлю. Рано нам строй щитов пробивать, и о бегущих ворогах думать. А вот рассыпной строй тех же готтов мы думаю сдержать сможем, но с ромеями мы не справимся. Хотя у меня и для ромеев сюрприз имеется. Дам я в десять ватажек людей с дыханием болотного змия, и тяжелыми самострелами как увидит ворог то дыхание, да как почует на шкуре своей кованный наконечник болта, то и ромеи не устоят, так я мыслю. В центре строя будут идти самые большие ватажки, там встану и я, а по бокам пойдут ватажки, где меньше десятка воев, с права пойдет вождь черемисский, а левое крыло поведет мой сотник. Думаю устоим.
   О своих огнеметах я думал уже давно. Есть у меня десяток бревен и десяток переносных огнеметных сифонов. Вот бревна я отдам центру, поставим их на колеса от телег и как древние пушки покатим по полю, а для охраны огнеметных бревен в период заряжания поставлю в центр пятьдесят вооруженных тяжелыми арбалетами стрелков, да еще сотня обычный самострелов, что отобрал у всадников, это будет моя основная сила.
   На фланги дам по пять огнеметных сифонов и по пстьдесят стрелков с обычными самострелами. Если враг надавит на фланги, то можно попробовать встать в каре, или хотябы в букву "П". Но такие приемы у меня и с тренированной дружиной с трудом получались. Я до сих пор вспоминаю сколько труда и нервов мне пришлось потратить на подготовку моих песьеголовцев к первому походу, а тут этого времени и нет вовсе, да и оружие хуже.
  
   Через два дня на подступах к Шалону появились первые когорты римского легиона, а потом и разрозненные отряды готского ополчения, и воины других варварских народов, что собрал Аэций на эту битву.
   Римляне начали строить укрепленный лагерь по всем правилам.
   Я несколько раз ездил смотреть на это чудо, красиво, все ровненько, рядами. Людишки все при деле. Вон кто то копает, кто то колья в землю вбивает, кто то палатки ставит, ляпота.
   Я повернул горову и осмотрел свой лагерь. А у нас с дисциплиной проблемки, то там то там разбросанне кибитки, кое где стоят украденные шатры, толпы народа шляются безцельно, в принцыпе как и у союзников римлян. Там тоже полный бардак.
   На второй день вдруг я заметил, что римский лагерь уже наполовину опоясан деревянной стеной, вот это дела. Утром проснулся, а там уже стена имеется, они что в обще не спали? В лагере уже имелись ворота, вон там что то наподобие площади для собраний, как он там у них называется, форум вроде бы. Палатки красивые, мля цивилизация, мне тоже такие палатки пригодятся. Лошадей у римлян действительно мало, несколько коновязей и все. Это наверное кони офицеров, а где же конница, неужели Атли таки всех покрошил? Не может такого быть, значит эти хитрожопые европейцы где то засадный полк припрятали, ну-ну.
   Атилла приказал каждому отряду ставить передвижной город. Ну наконецо то и в нашем лагере закипела работа. Мы долго не думая, просто поставили повозки в линию, прикрывшись ими от римлян.
   Союзники римлян, те же варвары, как и у Атли расположились просто на земле, даже палаток ставить не стали. Просто жгли костры и вокруг них сидели по группам.
   Почему Атли не ушел? Я все это время думал только об этом, почему он не ушел? Ведь там позади еще стоят отстроенные мной на Рейне мосты, можно было отойти к мостам и сжечь их, и все войне конец, так как любая попытка противника переправится, была бы началом большой катастрофы вражеской армии. Мы бы разбили врага еще при попытке высадится на правый берег реки.
   Неужели Атли все это давно спланировал? Не может быть! А ведь Атли знает Аэция, они не просто друзья, они сводные братья, они воспитывались вместе, когда Аэций был заложников в стане Ругиллы. Значит Атли знает характер Аэция, знает какой он осторожный человек. Атли знал, что вытащить Аэция на генеральное сражение очень сложно, но вот удалось, и что дальше. Теперь Атли выбрал самое удачное для себя поле боя. Тут можно реально связать врага пехотой и уничтожив конницей обозы, фактически блокировать вражеские силы.
   Теперь меня волнует только одна проблема, я в этой идее, в этом грандиозном замысле кто? Теперь я тупой пехотинец, что должен идти на убой, сковывая силы готтов, или я все таки кавалерия, что будет досаждать римлянам.
   А если эта война вообще обычный договорняк. Ну вот предположим, что стало трудно Атли управлять своими землями, слишком много стало разношерстых царкьков и князьков типа меня, многие из низ того и гляди выйдут из под контроля, а ну если их всех сейчас в этом поле и оставить. А там бабы и дети, пойдут в качестве приза личной гвардии Атли и его сыновей.
   Если посмотреть на Аэция, он ведь тоже только в плюсе остается. Вот скажем привел он сюда 20 000 человек, так большая половина из них это войска варваров-федератов. То есть союзников, что в любой момент могут взбунтоваться и прийти к стенами Рима требовать золота. А если этих федератов тут в этом поле всех прикопать руками Аттилы, то все окажутся в шоколаде.
   По итогам войны Атли и Аэций опять подпишут перемирие и разойдутся восвояси, а мы тут останемся на корм воронам.
   Печалька.
   Как проверить мою догадку? Ну например если в бой бросят оба командующих своих наемников, а личные дружины постоят, постоят, да и разойдутся, то вот вам и доказательство моих тяжких выводов. Значит мне нужно как то спровоцировать римлян или гуннов к столкновению, иначе не уйти нам с этого поля.
   Вот с такими тяжелыми мыслями я и лег спать, а утром меня опять позвали на совет, но уже теперь на совет к Аттиле.
   Собралась большая толпа царьков и Атли приказал гадать.
   Гадание так себе, просто притащили быка, коня и овцу. Долго не мудрствуя завалили животных по очереди на землю и вспороли животы, как кишки вывалились, то животным отрубили головы. А потом странные люди больше напоминающие шаманов, долго ковырялись в кишках. Да, не красиво и самое главное, что хрен проверишь этих шарлатанов. Вот например сейчас шаман выйдет и скажет: "О великий, победа твоя будет самой сокрушительной и самой кровавой за всю историю вселенной". И что? Вот как проверить этих уродов, а вдруг там на кишках что то другое написано?
   Но жрецы меня удивили, один старикан затрясся как эпилептик, даже упал так картинно, а потом его подняли на руках и принесли к царю. Эпилептик что то шипел, а другой шаман его слушал и переводил Атли это шипение. Все напряглись стараясь почувствовать причастность к происходящему, напряг слух и я.
   И во дела, шаман сказал, что сегодня бля не наш день, сегодня не будет удачи гуннам. Интересно вот эта шаманская морда на что вообще намекает? А завтра? Завтра будет нам удача, почему нет развернутого ответа с презентациями, картами, слайдами?
   Но шаман сказал, что кто то из великих, из избранников богов завтра помрет, и это точно. Шаман в подтверждение своих слов даже потряс перед носом у Атли куском кишки.
   Фуу!
   А я вот подумала, что этим великим, что помрет может быть любой, даже я, а я не хочу помирать даже если меня назовут величайшим воином этой битвы.
   Атли произнес красивую речь, типа: 'мы все пришли сюда, что бы покрыть свое имя славой, так готовьтесь же добыть мне славу. Завтра каждый из вас должен добыть мне по пять вражеских голов. А добычу будем делить по количеству сданных каждым отрядом вражеских голов'.
   Я непроизвольно передернул плечами от такой речи и пошел готовится к битве.
   Утром загудел рог и мы начали собираться и строится по своим отрядам.
   Вдруг я услышал методичное пение труб. О, фига себе, так это у римлян кто то сыграл тревогу и их лагерь зашевелился.
   Уже безбожно жарило солнце, а мы все ни как не могли построится, это безобразие продолжалось до обеда. Но самое интересное, что у противника тоже с дисциплиной было не айс. Римские войска стояли по моим подсчетам уже больше трех часов красивыми коробочками, а их союзные варвары все еже шлялись по своим лагерям.
   Прискакал человек от Ардариха и сказал, что мы должны занимать место на правом фланге войска, рядом с дружиной гепидов.
   Мы собрались, я не спешил, так как никто не спешил, даже враги и те собирались очень медленно.
   Моя дружина, а по большому счету это большущая разношорстная толпа пришла и встала справа, бревна спрятали в середину строя а лучников и арбалетчиков вытолкали вперед.
   Ардарих указал на небольшую сопку и сказал: 'вон видишь горку это центр позиции, её нужно взять, наша задача занять эту гору первыми'.
   Вот тут то у меня и сложилась вся картина той беды в какую я попал. Это полностью подтвердило все мои выводы, то есть нас просто сливают. Атли имея двух кратное превосходство в коннице, может гонять этих гопников или как их там готтов по полям, а он решил затеять пехотное сражение, за какую то левую горку, что пупком стоит посреди почти 30 км долины. На хрена? Зачем? Какого вы суки тут делает, вы что охренели? Да эту сопку проще обойти или сдвинуть боевой порядок на километр вправо или влево и все!
   Моему внутреннему возмущению не было предела, но сейчас я решил промолчать. Мы пойдем с толпой, но пойдем не точно в горку, а как бы почти по краю её обойдем.
  
   Атилла вывел войска на поле довольно поздно, в третьем часу дня. Сам Атилла стал с гуннами в центре, на его левом фланге находились люди Валамира, на правом крыле стоял король Ардарих с гепидами и другими народами.
   Атилла хотел броситься с гуннами на римлян и в случае неудачи дать время своим слабым крыльям перейти в наступление, но царь этого не сделал, так как перестраивать боевой порядок уже было поздно.
   Противник красиво расходился со своего лагеря и я с изумлением увидел, что римляне прутся на левый фланг. То есть на левый для себя фланг, а для меня то он правый, то есть Аэций с ромеями, со всеми этими красненькими квадратиками прется прямо на наш фланг.
   В центре встали разные гопники из федератов, а вот мои знакомцы готы Торисмунда встали на правом римском фланге.
   Так, вот если задуматься, то кто тут самый сильный? Я имею в виду у нас конечно, наверное Ардарих, он крутой мэн. Вот против самого сильного и встали римляне в надежде, что мы не сможем пробить их строй. В центре была сопка, и получается, что Атли встал не правильно, так как на сопку его коннице идти не с руки.
   А вот сильнейший вражеский отряд встал против не очень сильного нашего крыла под руководством Валамера. Проблемка, этот удар по левому флангу мы не удержим, ведь там Торисмунд взбешенный убийством отца, да он по любому будет зубами рвать вильцев.
   Атли выехал вперед и вытащил подаренный мной меч, а потом начал что то кричать. Ясен пень, что я ничего не слышал, далеко, да еще ветер.
   А потом Атли схватил у ближайшегов воина сулицу и круто развернув коня метнул снаряд в сторону противника.
   - Что это было? - спросил я Ардариха.
   - Царь начал бой - как то буднично проговорил Ардарих.
   - И почему мы стоим, ведь царь уже начал войну? - подколол я.
   - Так ведь враги еще не начали войну.
   Убойный аргумент, и что мы теперь будем ждать когда Аэций бросит дротик? Чушь собачья.
   Аэций дротик не бросил, вдруг как то сразу вражеская армия дрогнула и пошла вперед. Я увидел и как из центра нашего войска выскочили всадники и понеслись вперед к сопке.
   Наш центр, вся конница Атли, а это почти пять тысяч конных воинов ринулись вперед в сторону "пупка", той сопки, что стояла одиноко в центре поля боя. Однако на доезжая до подножья горки вся конница Атли повернула налево и осыпая врагов стрелами понеслась вдоль готтского строя Торисмунда. Готты бежали вперед, вперемешку с пешими неслись конные, они бежали прямо на людей Валамира, но между ними неслась огромная масса гуннской конницы. Тучи стрел вздымались в небо и опускались на готов, сотни людей и коней падали пораженные стрелами еще не достигнув врага.
   - Пора - сказал Ардарих.
   - Что пора?
   - Царь освободил нам центр - ответил Ардарих - ромеи трусливы и будут стоять неподвижно, а мы пока возьмем эту горку.
   - Хара - заорал Ардарих и пнул своего коня.
   По этому незатейливому сигналу как то враз взорвались все воины и с места стартонули с такой скоростью, что я со своими гопниками отстал сразу.
   Я ехал на коне потрясая своим копьем, стараясь на оторваться от своей ватажки, что бежала рядом, у меня конечно были личные охранники, но меня охраняли еще и два десятка пеших воинов, пригодятся. В горку мы не спешили, там уже начался бой, люди Ардариха подъехав к горке по спрыгивали с коней и побежали в бой уже пешими, идиоты.
   Ну а мы как бы забирали чуть правее и уже шли почти по правому склону горы. Впереди стрелки с самотсрелами и тяжелыми арбалетами, позади смешанный отряд конников и пехоты. Издали вое войско напоминало огромное и неуправляемое стадо, однако мое стадо было достаточно устойчивым в прямом столкновении.
   Отряд Ардариха уже добежал до вершинки и с кем то резался.
   Я повернул голову и увидел, как красиво конница Атли завершает маневр.
   Конница гуннов вышла на оперативный простор и сейчас повернув влево за спины отряду Валамера, неслись на полном скаку продолжая стрелять из луков через головы наших воев, стреляли привстав в седле по бегущим вперед готтам.
   Конница Атли неслась позади наших войск в сторону правого фланга, где неподвижно стояли римские квадратики.
   Люди Валамера тоже стояли на левом фланге каменными статуями пока в них не врезались готты Торисмунда.
   А потом я услышал стук арбалетных плечей своего отряда, так как на нас с верху вниз уже летела огромная масса вражеской пехоты, что успели подняться первыми. Мои стрелки дали залп и сразу же спрятались за пешими щитоносцами и опять началось ХРЯСЬ! ХРУСЬ! ВЖИК, УУУУ - это уже мой отряд добрался до врага.
   Бой продолжался больше двух часов. Мы рубились, прикрывались щитами, давили и отступали, но не могли прорываться к вершине ни на шаг. Враг уперся, уперся конкретно.
   Я устал, я несколько раз трубил в рог, призывая воинов к себе, отдавал указания, а сам отъезжал, что бы осмотреть сверху всю картинку боя.
   Я видел как Атли пролетев позади нашего строя на полном скаку налетел на римские коробочки. Но пробить их не смог. Коробочки как то вдруг пришли в движение и успели выстроится в сплошную стену щитов. Вот об эту стену и разбился удар конницы Атли. Глупо, зачем же так глупо? Нужно было обойти их и ударить римлян в тыл, или вообще не трогать римлян, а обойдя по большой дуге вражеский строй и атаковать франков, что резались с нами на этой проклятой горке.
   Но Атли налетел почему то на Аэция, может обиделся, но на что? Эта всесокрушающая вера в собственное превосходство, или это ошибка, граничащая с глупостью, не знаю.
   Однако я посмотрел налево и увидел, как задние ряды Валамера дрогнули. В начале несколько маленьких точек побежали к нашему лагерю где стояли телеги, потом все больше и больше, и вот уже строй вильцев-ободритов Валамера развалился и почти уничтоженные готты Торисмунда воспряли духом и погнали воинов Валамера как собака гонит кота. И тут же как по мановении волшебной палочки из леса со стороны лагеря римлян появилась конница, которая все набирая скорость полетела на наш левый фланг. Конница решила развить успех и разнести в хлам отряд Валамера, а потом зайти в тыл отряду Ардариха, да беда!
   Но Атли, как же он смог?
   В центре римского легиона уже зияла дыра в которую прорывались одиночные гуннские всадники и целые сотни прорывались на оперативный простор, однако Аэций не допустил полного провала центра своего легиона, он бросил в бой резервные когорты, которые пошли к месту прорыва и очень быстро заблокировали несколько сотен прорвавшихся гуннов. А потом Атли видно получил сведения о разгроме нашего левого фланга, и начал отводить свою конницу от стены римских щитов.
  
   Все я устал.
   С трудов выехав с первой линии, где вяло рубились воины я открыл бурдюк и в слась напился воды. Потом осмотрелся и увидел как римляне опять разбили свой строй на коробочки и теперь эти маленьткие мурашы начали двигатся в мою сторону.
   Эй-ей, товарищи, вы это что тут задумали?
   Пора все это прекращать, я взял рог и загудел сигнал.
   В задних рядах моих воинов что то зашевелилось и вперед поползли людишки с огненными бревнами и сифонами. А потом как то вдруг на земле возник ад.
   Огненные струи впивались в строй франко-готских воинов, а те не выдержав напора в начале подались назад, а потом под напором воинов Ардариха кинулись бежать с горки вниз.
   Вот и все горка теперь наша.
   По бегущим вражеским воинам еще стреляли мои арбалетчики, а там на левом фланге огромная масса конницы Атли, что вначале неслась на готтов Торисмунда уже разделилась. Часть ударила в спину готтам, а другая часть резко довернула вправо и полетела навстречу коннице римлян. Римляне же узрев численно превосходящего противника просто развернулись и кинулись обратно в сторону своего леса.
   Пешие ромеи выстроившись красивыми квадратиками пошли к нам на сопку, но я уже развернул свои бревна и как только первая кагорта вышла на приемлемую дистанцию, мы дали залп.
   В закатной мареве душного летнего дня огненные струи сифонов казались языками пламени фэнтезийного дракона, и этот дракон остановил гордых римлян. Вначале когорты встали прикрывшись щитами, а потом так же организованно начали пятится назад, оставляя на земле корчащихся от боли горящих людей. Как только в дырке щитов когорты образовалась брешь, туда сразу вонзились десятки болтов тяжелых арбалетов, а за ними и небольшие болты самострелов. Первая когорта умирала у подножья сопки, под непрерывным дождем мертвецки жалящих болтов, а вот остальные коробочки римлян продолжали пятится назад, не решаясь помочь своим людям.
   Как первые ромеи пали, я приказал бить по остальным коробкам болтами, но воины Ардариха закрыли врага своими спинами.
   Ардарих несколько раз кидался на эти красивые квадратики, но так же и откатывался назад. Уже в темноте римляне ушли в сторону своего лагеря, а мы остались на горке, все я ЦАРЬ ГОРЫ, а Ардарих идиот, он со своими людьми побежал в темноту кого то прессовать.
   Вот и все на сегодня битва закончена, и я живой, Атли даже если и не выиграл, но по крайней мере он не проиграл.
   Римлане организованно отходили к своему лагерю, а по полю носились рыча и грызя друг дружку зубами отряды готтов, сарматов, франков, аланов и других варварских народов. Вот так всегда, и грыземся мы на радость великим правителям мира сего. Вон римляне уже наверное спят в своем лагере, а мы все воюем. Зачем? Почему? Кому это надо?
   А, плевать, я так устал, пора бросать эту чертову гору, нужно идти в лагерь.
   - Собрать раненных и убитых, переловить коней, подобрать оружие, мы отходим - заорал я.
   Всю ночь то там, то там происходили не большие стычки, разные отряды как то нарывались друг на друга. Готты рвали глотки аланам, а те давили бургундов, конница Аттли вернулась в лагерь. А римляне давно спали, спал и я.
   А утром мы узнали, что война, то есть эта часть войны закончена. Торисмунд таки ушел, он бросил Аэция и увел остатки своих полков домой, отражать мифическую атаку вандальского короля Гейзериха, франки же были почти уничтожены, и только римский лагерь возмущал своим порядком и спокойствием. На весь этот бардак римлянам плевать, они почти и не потеряли никого, разве что десятую часть своего легиона, но это такая малоть. А штурмовать их лагерь Атли все равно не решится.
   Я тоже потерял много народу, почти половина моих новых воинов полегла на том поле, а вот своих людей я не потерял никого. Вот, что делает кованная бронь.
   Мы два дня хоронили павших и собирали трофеи, и все это время Аэций сидел в своем лагере, не решаясь высунуть нос.
   Похороны происходили очень странно. В начале мы собрали почти пять сотен телег, загрузили на них павших и повезли куда то в лес. Там нашли болото и местные жрецы прочитав какую то белеберду приказали топить трупы в болоте. Типа мы все люди пришли от земли и в землю возвратимся, как сказал бы филосов "из грязи в грязь".
   Я потом узнал, что это древний готтский обычай, ну и ладно, мне то по фиг. Самое главное, что у каждого мертвого воина был полный набор оружия, и копье и щит и даже меч, если он принадлежал именно этому воину. А что бы всякие черные копатели не позарились на раскопки и разворовывания этого кладбища, то все мечи нагрели в походных горнах и просто согнули, типа меч - сука такая, помнит кровь и его нужно сломать, что бы он не пришел в этот мир пить кровь живых. Ага как бы не так, скажите правду, что все это только для того, что бы у вас ворье потом в эти болота не ныряло и мечи у мертвяков из рук не вырывали.
   За это время случилось странное, нашли таки того великого воина, что погиб в битве по замыслу волхвов и им стал Валамер, его зарубили люди Торисмунда.
   И вот теперь почти три тысячи беспризорных ободритов и вильцев бродили по полю боя собирая трофеи. Их сотники посовещавшись и пришли ко мне с поклоном и просили взять под свою опеку. Я ясное дело обратился к Атли и спросил, могу ли я взять этих людей в свою дружину. Атли только отмахнулся, он уже передал всех людей оставшиеся от разгрома армии Валамера под руководство Ардариха, и если я хочу забрать под свою руку вильцев-ободритов, так тому и быть, ведь я все равно состою в армии Ардариха.
   Вот так я стал настоящим полковником царского войска, а в моей дружине как вы поняли уже собралась огромная толпа народа, у меня в сотниках бегали куча вождей небольших народов, из одних вождей можно было полноценную сотню собрать. Как не крути, но это почти полноценный полк, и теперь я правая рука короля Ардариха, а он правая рука самого Атли.
  
   Но царь был вне себя, вот так вот бездарно закончился великий поход. Галлию взять и поделить не удалось, хотя золота и серебра награбили много, однако цель похода достигнута не была.
   И вот Атли опять собрал совет. И молвил, что хочет отомстить подлым ромеям, что подкупили Теодориха и заставили воевать его со своим другом и великим царем Атли, теперь же мерзкие псы-ромеи должны заплатить за свои злодеяния.
   Мы стояли еще десять дней, пока не пришли послы от Аэция. Послы поговорили с царем и тот кивнул, что то сказал и мы начали готовится к маршу. Позже я узнал, что Атли и Аэций договорились разойтись с миром и не преследовать друг друга. Аэций ушел на запад в Галлию, а злой Атли повел людей на юго-восток в Италию.
   На второй день пути Атли выслал конные рати, что бы те переловили и побили подлых франков-федератов, что шли по нашим пятам и пытались атаковать арьергард. А ушел их ловить отряд короля франкского по имени Гундарих, что присягнул Атли вэтом походе.
   Нам принесли приказ двигаться всей армии Ардариха чрез провинцию Норик (Австрия) прямо в провинцию Панония (север Италии), а сам Аттила со своими конниками собирался идти в Италию чрез провинцию Иллирия.
   Вот так вот один большой поход плавно превратился в другой, не менее большой.
   Армия Атли разбила какой то римский легион на реке Арции и пошла дальше к городку Аквилея. За десять дней Аквилея пала и была разрушена гуннами (452 г.), а римский полководец Менапом и наместник Ориком были взяты в плен.
   Мы же с Ардарихом придя в северную Италию, взяли без боя почти все земли до самой Равенны. Многие города просто сдавались открывая ворота под честное слово Ардариха. И самое интересное, что этот гепид свое слово держал. Римляне тоже не тупили, как только подходила армия Ардариха, тут же выносили огромные столы, еду, и вино, выставляли тысячи рабынь на потеху войску варваров, а сами коленоприклонно встречали великого короля Ардариха. Так сдались без сопротивления города Милан и Кремона.
   Однако Верона и Мантуя, города которые посмели сопротивляться подверглись полному истреблению. Мы просто подтащили к воротам три оставшиеся огненных бревна и залили огнем стены, на которые тут же полезли воины с лестницами, а как ворота были открыты, то в город врывалась взбешенная толпа, что резала почти всех, грабя и насилуя. Я уже засомневался, а может не вандалы все таки разрушили Рим, а то Ардарих как то очень похоже действует.
   Римляне умные и они уже поняли, что подпускать нас к стенам очень опасно, поэтому когда мы подошли к городу Бергамо, то увидели выстроившиеся красиво римские когорты, враг решил принять бой в поле, прямо перед городскими стенами.
   Совещались недолго, по количеству войск мы превосходили врага, но вот по организации, мы уступали сильно. К тому же враг имел за спиной стены с которых могли стрелять лучники.
   Мы долго рассматривали римлян, проводя совещание, а заодно и рекогносцировку.
   Уже к вечеру мы решили все таки атаковать врага. Атаковать медленно идя как наполеон колоннами. Две колонны по 3000 человек должны медленно рассеч римское построение на три части, а потом вначале уничтожить среднюю часть, то есть тех, кто попадет между двух наших колон, а потом вместе накинутся на левых или правых.
   В моей колонне все люди тащили с собой по корзине земли..
   Я еще при проведении рекогносцировки заметил непонятные темные пятна на земле, которые напоминали огромную нарисованную на земле ёлку. Выходит враг накопал перед своим строем волчьих ям в виде рас сходящих к противнику ветвей ели.
   Почему я пошел в колонне, да тут все просто, поле очень не ровное, идти на сближение с противником и параллельно пытаться выдерживать ровный строй не реально. А так построил всех в колонну по 20 человек в одной шеренге и повел вперед до встречи с противником. Тут главное, что бы впереди шли самые отчаянные и бронированные воины, можно даже всадников ставить. А как только прорвешь первую линию врагов, то можно начать расправлять крылья колонны, разворачивая по 10 шеренг вправо и влево, автоматически раздвигая противника и разделяя его строй пополам. Шли мы медленно, прикрываясь щитами, несколько раз останавливались, что бы засыпать землей волчьи ямы, однако уже на закате мы таки добрались до врагов.
   Римляне тоже не спали, и к тому моменту как мы подошли успели нам на пути повтыкать в землю заточенные колья и поставить в тылу строя тяжелые возы, чтобы с возов держать оборону.
   Однако колонное построение тем и хорошо, что увидев непонятные шевеления в стане врага, я еще за двесте шагов до столкновения приказал свернуть ближе к центру поля, и колонна повинуясь команде начала поворачивать голову в лево.
   В это время по нам ударили баллистами. Толстенные болты, больше походившие на заостренные древка от лопат били в голову колонны нанося страшный урон моим воинам, даже за огромными сплетенными из толстых ветвей щитами.
   - Арбалетчики по баллистам, бееей - заорал я и мои воины вооруженные тяжелыми арбалетами начали лупить по группе вражеских артиллеристов.
   Достаточно мощная контр батарейная атака моих арбалетчиков быстро вынесла римских баллистариев с поля боя. Всего то десяток залпов пяти десятков тяжелых арбалетов и все поле, где стояли три десятка римских баллист уже завалено трупами. Вражеские командиры несколько раз пытались возобновить стрельбу посылая к баллистам новых легионеров, но мы очень быстро обнуляли весь резерв противника. Скорость стрельбы у меня была в три раза выше, а если считать, что по количеству стволов я превосходил врага почти в два раза, то результат закономерный. Однако нас все таки разозлили. Поэтому мои арбалетчики выпустили почти все оставшиеся болты по красивым римским коробочкам, приводя противника в неописуемый хаос.
   Мы тронулись вперед, а противник очень быстро из глубины строя выставил против головы нашей колонны свежую коробку воинов.
   Когорта римской пехоты за тридцать шагов начала метать в нас здоровенные копья пилумы, но в голове нашей колонны шли воины с большущими щитами, поэтому не останавливая движение мы прямо из за щитов закинули три десятка кувшинов с горючей смесью прямо на стоящий черепахой римский строй, а потом еще и саданули с переносных сифонов, а подойдя в упор просто раскрошили горящие щиты огромными секирами. Первая встреченная нам коробка римского легиона была сметена как осенний листик порывом ветра, а потом была вторая и третья. Когда мы пробивали вторую коробку соседи с лева и справа под шум труб атаковали нашу колонну. Но это не страшно, мы продавили вторую коробку и уперлись в третью как я с коня увидел сигнал Ардариха.
   Ну вот и все, по общему сигналу мы начали усиленно давить влево, ведя вялую оборону от наседающего с права врага.
   Две огромные колонны шли навстречу друг дружке сжимая как в тисках семь римских кагорт, а их товарищи постоянно атакуя не прекращали попыток прорвать наши фланги и спасти умирающее войско.
   Вся эта бойня проходила под постоянным ливнем стрел со стен крепости. Когда мы фактически уже сомкнулись, римские когорты вдруг ослабили напор, а потом враз отхлынули и попытались сбежать к воротам города.
   Уже в темноте, когда враги увлеклись пробиванием бреши в наших колоннах, из леса выскочили полторы тысячи конных воинов Ардариха и атаковали противника с тыла.
   Резня у городских стен Бергамо продолжалась всю ночь, а уже под утро нескольким нашим отрядам удалось под видом отступающего врага пробиться в город и устроить драку возле ворот.
   Деморализованный враг даже не пытался отбить захваченные ворота, а сразу отступил к цетру города.
   С первыми лучами солнца наши варварские войска ворвались в город.
   До обеда несколько уцелевших тысяч римских воинов стояли плотным строем в центре города обороняя то ли бургомистра, то ли мера. Хрен его знает, что там за шишка такая, но они и с места не сдвинулись, что бы помочь горожанам. А к обеду вдоволь нарезвившись наши воины стали задирать и последних защитников Бергамо.
   Постепенно мелкие нападки на стоявших плотным строем римлян превратились в крупномасштабную атаку. Мы насобирали телег, накидали на них всякого горючего материала и толкая впереди себя горящие телеги начали давить римлян. Когда жар стал уже нетерпимым, телеги толкали длинными бревнами, постепенно римский строй развалился и началась резня. В плотном строю римский воин непобедим, а вот как строй распался, то эти чудовоины превращаются в обычных баранов, которых режут все кому не лень, даже вчерашние фермеры, что поперлись в большой поход по приказу Атли.
   Из целого легиона в 5000 человек мы взяли в плен всего то 800 человек, а остальные пали в бою. При чем наши войска потеряли убитыми всего то 1000 человек. Да римляне уже не те, теперь не те. А может варвары уже не те, варвары стали лучше вооружены и лучше подготовлены, а если учесть и зашкаливающий уровень мотивации, то римляне не имели шанса вообще.
  
   Поход в Северную Италию стал не менее кровавым чем поход в Галлию. Жители прибрежных провинции на лодках и плотах бежали на морские острова и в лагуны, Рим был обречен, а император Валентиниан был поражен страхом, он во всем винил подлого Аэция, что сговорился с Атли. Император западной Римской империи бросил свою армию на границе и уехал в Рим, а оттуда молил о помощи своего брата восточного императора Марциана, однако Марциан войска не дал.
   Как только подошел Аттила со своими всадниками и наша армия объединилоась, мы стали лагерем при слиянии рек Минчо и По, близ Мантуи.
   Император Валентинеан, узнав о подходе Аттилы, хотел бежать даже из Рима к своему "брату" Марциану, но перед этим Валентиниан попросил папу Льва выйти на переговоры и пообещать все, все что угодно, только бы подлый пес Атли убрался с римской земли.
   Папа Лев собрал все золото до которого мог дотянутся и в сопровождении двух сенаторов явился в лагерь к Атилле. Он принес большие дары и десятки сундуков золота.
   Атли возгордился и потребовал увеличить количество золота, однако Ардарих сказал - "это золото римских легионеров, что стоят против нас. Они отдали тебе великий царь свое жалование, что бы спасти жизни римских граждан, так возьми же свое золото и иди восвояси, иначе римские солдаты от жадности своей могут попытаться отобрать у нас свое золото, а биться будут как львы".
   Атли дары взял, но уходить не торопился. Простояв еще месяц царь наказал сниматься с лагеря и идти домой на Дунай. Я подозреваю, что Атли ждал прибытия вандала Гейзариха, но Гейзерих не пришел, а Атли сам испугался вести своих людей на штурм Рима.
   Почему не пришел Гейзерих, да тут все просто. Император восточной римской империи Марциан, испугавшись такого большого похода Атли, увеличил налоги и начал собирать большущую армию. Гейзерих же не знал против кого пойдет эта силища, и сидел в своей Африке ожидая подхода на него византийцев. Вот так и просидел король вандалов два года, не осмеливаясь выйти на помощь Аттиле.
   Обложив Рим ежегодною данью Аттила возвратился домой.
   Все вот теперь уже точно все.
   ВЕЛИКИЙ ПОХОД ОКОНЧЕН.
   И кто там из недоисториков сказал, что Атли был разбит и бежал с Катаулонских полей?
   Чушь!
   То всё происки подлых Римлян возомнивших себя победителями.
   Ведь мы знаем тоже немало стран и народов всегда переписывающих историю, и представляющих именно себя победителями. Это же они великие светочи демократии там в 20-м веке назовут себя единственными победителями Гитлеровской германии, а "подлые комуняки Сталина" это вообще рабы, которые шли вперед только под стволами пулеметов заград отрядов, поэтому СССР и не достоин сидеть рядом с "ПОБЕДИТЕЛЯМИ".
   Тут вот я вместе с царем царей сейчас тащу тяжеленные сундуки золота на Дунай, и я полностью уверен, что мы сейчас именно мы победили, а Валентинеан подлый трус, сбежал, бросив свое войско!
   Однако потом, позже, нанятые римскими императорами "историки" напишут нам поэму 'О великой победе римских легионов над псом Атли'.
   Три раза ХА!
  
   Радко потерял слишком много людей, в этой бесполезной атаке, и самое главное, что он успел увидеть реальную силу Теодориха готтского.
   Влекомые за собой разведчиками Обияра совместный отряд Радко и Обияра численностью почти в полторы тысячи копей влетел на холм и узрел огромнейший лагерь готтов. Там было такое множество телег и шатров, что могло показаться будто бы врага на том боле было тьма тьмуща. Потом дозорные германцев увидели отряд Радко.
   Лагерь врага пришёл в движение и несколько тысяч воинов кинулись к своим коням. Та первая схватка была самая продуктивная, люди Обияра и Радко засыпали еще не готового к бою противника тучами стрел, а потом начали отход продолжая метать стрелы. Сколько вражеских воинов погибло в том бою, сколько было ранено от стрел знают только боги. Однако невзирая на потери тысячи готтских всадников продолжали преследование своих врагов, а потом у Обияра кончились стрелы. Их настигли у малой речушки, где Радко с Обияром затеяли переправу. Готтские всадники налетели коршунами и завязалась тяжелая битва. Однако Обияр не выдержал, его люди кидались в воду и выскочив на противоположный берег бежали проч, не стремясь оказать хотя бы самого малого сопротивления.
   Радко поняв бесполезность дальнейшей драки оставил сотню своих воинов прикрывать переправу, а сам со своими родовичами переправился на противоположный берег и поскакал догонять Обияра.
   Уже к обеду настырные готты опять догнали намного уменьшившийся отряд и произошла последняя сшибка, в ходе которой оба воеводы потеряли огромное количество людей и теперь отступление превратилось в паническое бегство.
   Когда Радко увидел людей Чеслава, что стояли в засеке возле брода, остановить бегство своих людей он уже не мог, да и людей то осталось из пяти сотен меньше двух сотен. Кони Обияра летели не останавливаясь два дня, а за ними привязавшись как хвост летели уставшие лошади Радко.
   На привале они посчитали людей и Обияр предложил уходить на восток, домой в родные степи, так как сил воевать против огромного количества готтов уже не было. Обияр насчитал всего две с половиной сотни своих воинов, а остальные пали в стычке с конницей короля Теодориха. Этот небольшой поход как болотный демон сожрал почти тысячу воинов.
   Что стало с Чеславом?
   Да, у него были хорошо вооруженные и экипированные воины, однако против конницы короля Теодориха Чеслав не выстоит имея всего то три сотни воинов. Чеслава больше нет, вот так и нужно относится к произошедшему. Так и будет донесено до совета старейшин лесного царства-государства.
  
   Когда Радко добрался до Данаприуса и начал собирать людей, то к нему тут же приехал дед Боян и потребовал ответить где есть Чеслав и почему Радко бросил своего царя.
   Радко ответил - "Тот, кто назывался царем Чеславом нынче кормит ворон на гальских полях, а я вот он тут живой".
   - Пошто не привез ты нам тело нашего царя? - возмущенно спросил Боян.
   - Нет мне надобности таскать с собой падаль, я сам еле спасся, а от нашей дружины в пять сотен человек, едва пять десятков осталось. И то все по вине Чеслава, что возомнил себя достойным сидеть с царем царей за одним столом.
   - О чем ты говоришь Радко? Откуда в тебе такая ненависть к брату своему названному, ведь он муж твоей сестры и твой царь - возмутился Боян.
   - Нет надо мной царей, есть лишь боли и народ мой, коим я служу.
   - Ты должен явится на совет и рассказать о походе, потом мы назначим Ждана царем.
   - Ждан племянник мой малолетний, и я требую что бы меня назначили при нем дядькой-воспитателем до его совершеннолетия.
   - Разве в праве ты что то требовать? Ведь есть еще родственники у Чеслава, есть люд Полоцкий, есть совет как порешат так и будет.
   - Ты старый лис на своего сына намекаешь, ты Боян хочешь Радомира призвать и его над малым царевичем дядькой поставить? Так знай же, что не будет мой род под Радомиром ходить, не бывать Радомиру наместником!
   - Совет Радко, совет порешит все. Не обостряй, не доводи до розлада в нашей земле.
   - Розлад в нашу землю принес Чеслав, когда повел дружины наши на поле Гальское, помирать за Атли. Разве хотели мы служить подлому псу, разве не за свободу мы бились с готтами и аланами? А твой Чеслав нас аки бычков в ярмо запряг и на убой повел. Теперь же нет над нами длани подлого пса, и мы теперь народ вольный!
   Боян покачал головой и развернувшись пошел с терема, а уже возле двери остановился.
   - Тебя воевода Радко известят о времени совета, не забывай, что земля твоя царству Полоцкому принадлежит, так как выкуплена она за серебро и Кугума.
   - Иди с моей земли Боян, иди и больше не приходи сюда, нет мне надобности быть на совете, а людям Полоцким скажи, что мы все то серебро своей кровью искупили. Кровью, что пролили мои люди за интересы царства вашего. Теперь же мы будем жить лишь своей головой и своею волею, а если призовет нас царевна Цветана на защиту своего сына и моего племянника Ждана, то мы как один все встанем.
  
   Когда ушел Боян Радко повернулся к воим доверенным людям и советникам.
   - Что делать будем? Есть у меня мысль, что не оставят нас Полочане, а как Радомир придёт и сядет на стол Полоцкий, то и вовсе охолопить нас захотят.
   - Не бывать этому княже, соберем новую дружину и встретим людей полоцких каленным железом - проговорил здоровенный мужик со шрамом.
   - Нельзя нам ждать Радомира, не позволяй князь им вооружится и прийти к нам, нужно поднимать людей смоленских и идти на Полоцк, пора брать власть в свои руки. Потребно тебе письмо Цветане написать и заручится её поддержкой, нельзя допустить, что бы Радомира над Жданом дядькой-воспитателем поставили, тогда нам точно смерть.
   - Поднимайте людей, отправьте посланцев во все рода по реке Десне и к воеводе смоленскому Тазгуту, пусть придет ко мне с дружиной, а я иду на Оршу.
  
   Совет Полоцка заседал второй день, тяжелые вести пришли с Данаприуса, шпионы доносили, что идет княжич Радко на землю Полоцкую стола себе требовать.
   - То все брехня - сказал здоровеный воин - сказываю я вам, что живой царь наш Чеслав. Живой и здоровый, побили мы на том поле войско короля Теодориха готтского, а потом пришли к шатру црая царей Атли. Правду мою могут воины подтвердить, а число тех воинов три деястка да еще четыре человека. Нешто наше слово против одного слова труса Радко ничего не значит.
   - Успокойся Плоскиня, веру в твои слова никто не оспаривает - сказал седой старик - многие люди сказывали, что Чеслав живой и здоровый, а Радко с Обияром сыном Кугума сбежал с поля брани. Вот и думайте люди полоцкие, что тем изменникам будет когда большой поход закончится, и возвернется царь царей восвояси. Без нас побьет Атли и Обияра и Радко.
   - Без нас то побьет, однако землю свою оберегти нужно от подлого труса, что наместником себя возомнил при царевиче Ждане.
   - Скажи царевна - обратился дед Боян к Цветане - были ли тебе вести от брата твоего Радко?
   Цветана опустила голову.
   - Не хочу я что бы родовичи мои за стол Полоцкий кровь друг дружке проливали, не хочу я смерти брата своего.
   - Так была все таки весть от Радко?
   - Была весть, писал он мне что идет на Полоцк дабы сына моего от Радомира сберечь, сказывает он дед Боян, что сын твой Радомир в борьбе за власть не пожалеет маленького царевича Ждана.
   - Навет то все - ответил Боян - разве не слыхивала ты, что Радомир тоже в походе том, только дружина у него не конная как у Чеслава а морская на лодиях больших по морю он ходит, и мужу твоему припасы возит. А еще вот добычу и рабов привез. Разве враг он Чеславу и сыну твоему?
   - Не знаю я кто враг, а кто друг. Как сцепятся братья за стол полоцкий, то резать будут друг друга будут не взирая ни на родство, ни на клятвы принесенные пред богами.
   - Правда твоя царевна, ведь золото и власть сильнее слабых людей. Помоги остановить брата твоего Радко, не хотим мы его крови. Но если он прольет кровь наших людишек, то мы пойдем в его землю и уже пусть не взыщут людишки буссовы - сказал сотник Плоскиня.
   - Мыслю так я уважаемый совет - Боян встал и степенно поклонился членам совета - нужно рать собирать и к границам земли полоцкой двигать, а ну как не стерпит Радко и придет к нам с мечем и мыслями злыми.
   - Так тому и быть - молвил глава города - воеводам собирать людей и в три дня отбыть к Витебску, а там уже действуйте по правде идите к Орше или смоленску, там уж как вести придут. Если не захочет Радко сложить оружие и подчинится воле совета, то воинов его бить, а самого его вести сюда в ярме на суд праведный.
   Члены совета еще пошумели, но все как один проголосовали за это решение. А что вы хотели, Полоцкие людишки богаты и уже почувствовали вкус слова "свобода". Князь Чеслав и так в дела города не лез, а как царем стал, то и вовсе занялся своими игрищами. Брал в казну серебра не много, сам лишь дружиной занимался, вот и привыкли полочане жить своим умом. А тут какой то княжич Радко хочет наместником заделаться над молодым царевичем Жданом, нешто совет не может назначить своего наместника и воспитателя?
  
   Через луну (месяц) собралась рать княжича Радко. Рать почти в пять сотен человек и вот эта рать пошла верх по берегу Днепра к городу Орше. Сверху к Орше спускался отряд воеводы смоленского Тазгута численностью в две сотни человек. Начался поход людишек буссовых в землю полоцкую.
   - Эй Орша, открывай ворота и встречай князя Радко - заорал посыльный, что гарцевал у ворот деревянной крепости.
   - Разве забыл ты, кто есть Радко, разве не выкупил царь Чеслав все земли, и всех людей родов ваших. Разве наш царь не назначил Радко воеводою Данапрским? - крикнул Орша с крепостной стены - Так по што воеводы Радко и Тазгут пришли в мои земли и требуют открыть ворота?
   - Нет более царя Чеслава, сгинул он в земле галльской, вместе со своим песьим царем сгинул - крикнул посыльный - а княжич Радко идет в Полоцк, что бы сделаться наместником при царевиче Ждане. Открой же ворота и склони колени пред наместником царя.
   - Никто невидовал смерти царя Чеслава, ток что не может быть у нас никакого наместника - ответил Орша со стены - вертайтесь в свои земли и ждите совета старейшин, а то я вас болтами каленными угощу.
   - Сколько у тебя воинов Орша? Сотня, полторы сотни? Даем тебе время до утра, а утром мы прибъем твое тело к воротам крепости.
  
   Радко начал штурм не утром а ночью, он знал, что крепостица у Орши это крепкий орешек, а у защитников имеется большое количество самострелов. А еще есть большие машины, что стреляли полусулицами на три сотни шагов. К рассвету крепость пала. Однако та победа стоила Радко жизни почти трех сотен своих воинов, да еще столько же раненных. Защитники крепости сражались отчаянно, и даже после захвата стены с башен в спины захватчиков продолжали лететь каленные болты новых самострелов, от которых не было защиты даже за щитами. Башни не брали, башни сожгли вместе с защитниками. По приказу Радко к последней башне где засели пять стрелков прибили раненного воеводу Оршу и подожгли башню, облив её смолой. Когда Радко уходил по лесной дороге городок Орша, что стоял на Днепре пылал огромными языками пламени, город был уничтожен полностью.
   Продолжать дальнейшее движение на Полоцк было бесполезно, однако Радко повел свою дружину через волок к Витьбе, но там его встретила исполченная полоцкая рать .
   Две воинских дружины стояли друг против друга не решаясь первыми начать бой.
   - Кто воевода? - крикнул Радко.
   - Ты воевода данапрский, да вон с тобой еще один воевода смоленский стоит - ответили Радко - какого воеводу тебе еще нужно.
   - Я княжич Радко, я брат и дядька царя Ждана, преклоните колени и никто из вас не пострадает, не хочу я проливать кровь вашу.
   - А разве ты не пролил уже кровь воинов Орши, разве не напал ты аки тать на землю своего царя.
   - Нет более собаки Чеслава - заорал Радко - нет более раба подлого Атли сгинул он как и хозяин его в Галлии.
   - Кто тебе сказал о том? - из строя выехал воин, чье лицо было покрыто шрамами - узнаешь ли меня воевода?
   Радко вгляделся в лицо воина и посмурнел.
   - Ты сотник Доброжил, помню я тебя - сказал Радко - но ты здесь, а царя твоего нет, значит ты бросил его и теперь будешь наказан.
   - Я то здесь - ответил с усмешкой сотник - и со мной еще три десятка воев, что видели как ты бежал с Обияром с поля боя, видели как ты собака бросил своего царя, то каждый из нас подтвердить может. А битва та за нами осталась, пал в той сече царь германский Теодорих. Ведь ты от него бежал?
   - То навет все - заорал Радко - то ложь, я дядька царевича Ждана, и ты ответишь за навет, я вырву вой собачий язык.
   - Из строя выехал еще один воин - охолони Радко, не говори напраслины я Плоскиня, живой царь наш Чеслав, живой и здоровый и сидит нынче по левую руку от царя царей Атли, и с тебя за подлость твою он обязательно спросит как возвернется, и с тебя и с людишек твоих. А сейчас возвертайся до хаты своей и сиди жди суда праведного.
   - Аааа - заорал разъяренным быком Радко - бей их.
   Воины Радко не ожидали так быстро команды на атаку, поэтому не успели среагировать, как щиты первой шеренги полочан опустились и по людишкам буссовым ударили сотни каленых болтов стальных арбалетов.
   Дружина Радко вначале шарахнулась вперед, пытаясь выполнить команду своего княжича, но увидев синхронно опустившиеся копья полочан, подались назад.
   - Бой, бой - орал Радко - не дайте им снарядить свои самострелы, бой.
   Радко кинулся вперед обнажая мечь.
   Бой был не долгим, первый же удар полочане сдержали, а потом из за щитов произвели свой второй залп арбалетчики, и людишки буссовы побежали, увлекая своего князя в лесную чащу, подальше от страшного оружия болотного упыря Чеслава. Так бесславно закончился первый полоцкий поход антов.
  
   Атли разделил добычу поровну и сказал - то часть моя и моих людей, а вот вторую половину добычи я разделю меж царями, королями и вождями, что ходили со мной в поход гальский.
   Потом был дележ добычи.
   Добычи было очень много.
   По моим подсчетам только золота удалось взять около сотни сундуков. Каждый сундук имел примерно по пять пудов веса. То есть почти 3 тонны только золота.
   Огромное количество серебра как в гривнах (серебренных палочках) так и в изделиях, а еще рабы, они тоже дорого стоили, да и рухляди всякой многие сотни возов.
   Я получил свою долю добычи и раздал подчиненным военначальникам, что временно перешли под мою руку. Сам я свою долю тоже как и Атли разделил на две части. Первую часть забрал в казну, а вторую отдал воинам с требованием разделить по чести, что бы доля досталась и родичам убитых воинов и тем пораненным что уехали в Полоцк.
   Моя доля, то есть та доля, что я собирался заложить в казну составляла два сундука золотых монет и десять сундуков серебренной рухляди, что с трудом компенсировало мой расход за выкуп людишек буссовых у аланского вождя Кугума.
   Многие людишки, особенно вильци-ободриты ушли домой на свои реки Лаба и Обра, а многие так и остались со мной, но просили отпустить их домой за своими родами. Я конечно им обсказал все опасности такого похода с добычей и посоветовал послать весть родовичам, что бы те снимались с мест и шли в мою землю, а воины с добычей пойдут вместе с моей дружиной. Так и порешили.
   Пришло время расходится по домам, однако Атли наказал мне сидеть и ждать свадьбы.
   Я спросил как долго ждать, возможно я успею сходить в свои земли отвезти свою добычу и взять новых воинов взамен пораненных.
   На что Атли ответил, что не чего мне время тратить, так как в моих землях уже полный порядок и замятня кончилась. Если я хочу, то он даст людей, что бы сопроводить мою добычу в Полоцк, однако у меня и так хватает воинов, что присягнули служить мне до последнего вздоха.
   Вот тут я взбледнул, зубы заскрипели от злости.
   Про воинов то понятно, у меня действительно сейчас имеется почти шесть сотен разномастных людишек, это мои дружинные и те, что перешли под мою руку в походе. Однако что за замятня? Почему я об этом ничего не знаю?
   - Какая замятня царь?
   - Мне известия пришли, что часть людишек твоих бунт подняли и город даже какой то сожгли, но пришла дружина из Полоцка и тех бунтовщиков побила, так что уже все нормально в твоей земле, а царь твой не каждый день свадьбу празднует.
   - Кто замятню учинил, ты верно ведаешь мой царь?
   - Воевода твой Радко - удивился Атли - тот который с Обияром сбежали, помнишь ли?
   - Как не помнить, собирался я взыскать с предателя по возвращению, однако вон оно как случилось, уже и бунт в моей земле поднять задумал.
   - А чего ты его сразу не зарубил? - удивился Атли - ведь то не первый бунт в твоей земле.
   - Не первый бунт, твоя правда царь, однако ж Радко брат моей жены, разве могу я своего сродственника убить?
   - Странный ты Чеслав, не пойму я тебя, то ты ведешь себя аки малец несмышленный, то ты хитростью лисьей самого царя царей обмануть хочешь. Не пойму я тебя Чеслав.
   Атли задумался.
   - Есть и у меня родственники, что предали меня во второй раз, король бургундский, что клялся мне служить вечно с людишками римскими сошелся и теперь ведет за моей спиной переговоры с ромеями.
   Атли посмотрел на меня.
   - Обияр наказан будет своим отцом Кугумом, в том не сомневайся. Предателя Радко твои люди уже наказали, вот хочу я тебя послать, что бы привез мне королей бургундских, наказать я их хочу за предательство, и тебе то дело поручаю.
   - Так не хватит мне людей, чтоб королей бургундских разбить и к тебе привезти, людишек воинских у них поболее чем у меня будет.
   - Нет, я не говорю тебе захватить их замок и притащить ко мне на аркане. Ты встретишь их на Рейне и приведешь на Данубис, а с тобой мой человек пойдет, он сговорится с ними сам.
   - Твоя воля, то закон для меня. Однако позволишь ли мне отправить хотябы часть дружины и добычу в Полоцк, а то боюсь я что не хватит казны моей что бы к зиме подготовится, да и воинам кормится легче дома, чем у тебя в гостях.
   - Направляй что хочешь, только по земле Кугума не ходи, опасно. Вон через землю вильцев пусть идут, там Эрнак все в твердой руке держит.
   Я снарядил караван в три сотни воинов, отдал им все серебро и золотую рухлядь в виде кубков, кувшинов, тарелочек, браслетиков и всякой фигни, снарядил огромный караван рабов и отправил всех в Ригу. Вначале отряд пойдет по Лабе до Велиграда, далее лесными речушками до Любуша, а там вниз по Обре и далее берегом моря уже до самой Риги, и там подымутся вверх по западной Двине до Полоцка. С моим отрядом пошла еще куча временных союзников, что в основным были воинами погибшего Валамера. Вот и получилась силища почти в две тысячи человек с рабами и огромным обозом, а я с собой оставил сотню конных латников и обоз в сто человек с телегами и припасами. Кроме того я оставил все золото в монетах у себя, а то мало ли как судьба повернется, вдруг и не получится мне в землю полоцкую более возвернутся, тогда тут как то обживатся придется. Золота получилось восемь седельных мешков, вот я и буду таскать его с собой. На это золото можно целое княжество выкупить, тут килограм 150 будет в красивых римских монетках.
  
   Я взял сотню воинов и мы с послом Атли по имени Вингли пошли к Рейну. Поход был не быстрый. И все это время языкастый Вингли развлекал меня историями. Рассказал он мне и историю про сестру Атли по имени Брунхильда, которую пять лет назад отдали за муж за короля бургундсвого. И якобы сестра та непонятным образом померла. Будто бы убили её подлые бургунды.
   - Зачем? - спросил я - почему убили?
   - А кто ж их знает, подлые людишки - ответил Вингли - а еще змеиное племя Нифлунгов убили воеводу Атли славного Сигурда из рода Вольсунгов, говорят, что жена короля бургундского изменила своему мужу с Сигурдом. Вот и убили подлые нифлунги и сестру Атли и молодого короля.
   - Кто такие Нифлунги и кого они убили? Сигурд этот кто таков? - спросил я.
   - О это очень старая история, и в ней больше выдумки чем правды - усмехнулся рассказчик - Нифлунги это род королей бургундских, а Сигурд сын короля из рода Вольсунгов, а имя Сигурд так и означает всего лишь "сын короля".
   - А какого короля? - не унимался я.
   - Другого короля по имени Сигмунд, который сын короля Вольсунга.
   - Ну а имя у этого внука короля Вольсунга есть.
   - Есть, как не быть, мы звали его Тидрек.
   - Ааа, это тот Тидрек, который разбил рать Тиудимира сына Воломира?
   - Да тот самый, самый славный воин был. Однако женится он хотел на сестре Атли Брунхильде, но обманом её выдали за муж за короля бургундского из рода Нифлунгов, а сестра короля бургундского Гудрун обманом оженила на себе Тидрека.
   - Что то сказку ты баешь Вингли - усомнился я - как же мужа можно обманом выдать, чай не девица он, свой ум и голову имеет.
   - Те народы, что бургундами зовутся, племя змеиное, ранее жили на Скальном острове (Брун-Холд), много золота они брали со всех торговцев, что ходили по морю мимо их острова, однако согнали их с того острова воины рода Вольсунгов, с тех пор меж ними вражда и встала.
   Вингли замолчал, а потом осмотревшись по сторонам тихо сказал - а еще говорят Нифлунги те повинны в смерти Будли отца Атли.
   Я охренел, во история, принц Гамлет отдыхает. Хотя принц тот еще урод был, хитрый падло и мстительный, как наш Атли.
   - Много зелий колдовских знают Нифлунги - продолжил свой рассказ Вингли - вот и опоили Тидрека. А как зелье прошло и он узрел свою любовь за мужем королем Гуннаром, то и стал с ней тайно встречатся.
   - Понятно, тут чисто любовная драма, в которой опять баба виновата. А что стало потом? Это Атли из-за обиды забрал сестру короля бургундского себе в жены?
   - Так и есть, Гудрун, это и есть та самая сестра что стала вдовою после смерти Тидрека. А вот теперь её Атли себе забрал. Только бургунды её зовут не Гудрун, а Гильдегундой, иногда Ильдиго.
   - А что же её имя значит?
   - Да кто их там знает, наверное "дева-воительница".
   Семь дней мы шли до того самого места, где еще в прошлом году я строил первый свой мост. Там я поставил лагерь и стал ожидать прибытия делегации, а Вингли с охраной поехал в землю бургундского короля Гуннара.
   Вингли передал письмо Гуннару от его сестры.
   Гудрун от имени своего нового мужа приглашала своих братьев и всех вельмож рода вилькинов на свадьбу.
   - Разве не может ваш царь ожениться не взывая к себе всех королей и князей? - спросил Гуннар.
   - Мой господин собирает всех царей своей земли и просил сказать, что не пожалеет для своих верных вассалов богатых даров, коней и оружия, - низко поклонившись, промолвил гонец. - Если же вы как близкие родственники не приедете, он сочтет ваш отказ за кровную обиду.
   - Коней и оружия у нас и так достаточно, - возразил Гуннар, нахмурившись - но я не хочу ссориться с Атли. Хорошо, скачи назад к своему вождю и передай ему и моей сестре, что мы приедем.
   Перед отъездом Гуннар попросил погадать на дорогу свою жену, а та нагадала, что погибнут в походе все люди рода.
   Много слез пролили Глаумвор и Костберре, провожая своих мужей в страну гуннов, не веселы были и сами братья в суровом молчании следовала за ними их конная дружина. Никто из сотни ратников Гуннара не надеялся вернуться домой, но не было среди них и такого, который пожелал бы остаться. Бородатые, загорелые, в тяжелых рогатых шлемах и блестящих панцирях, они ехали гуськом, друг за другом, не глядя по сторонам и, казалось, что идут они на последнюю битву.
   Все так же молча и спокойно миновали бургунды переправу и встретили странно одетых воинов готтов, что вызвались по приказу Атли сопроводить Гуннара в замок царя царей, а командовал теми готтами царь Чеслав.
  
   Я встретил караван бургундского короля Гуннара и его брата Хогни. После обоюдного приветствия мы начали путь к столице Атли.
   Когда мы приехали в землю Атли, то нам навстречу появилась какая то одинокая фигура на коне, оказалось, что это та самая новая жена Атли по имени Гудрун. Они о чем то поговорили и женщина уехала, а король бургундов одел шлем и решительно слез с лошади пошел к воротам дворца. Его люди остались на улице, я же наказал своим людям отъехать к дальним шатрам, где стоял наш лагерь и отдыхать после похода.
   Через несколько часов прилетел взъерошенный посланец от Атли - Чеслав, Чеслав великий царь созывает к себе всех своих вассалов с оружием и в броне, подлые бургунды напали на палаты царя.
   Во дела, охренеть.
   - К оружию - заорал я и побежал сам одевать бронь, которую только что бросил в промасленный мешок.
  
   Мой лагерь стоял на берегу реки, и от него до палат Атли было километров 5.
   Это расстояние мы пролетели за один миг.
   Вокруг красиво разукрашенного крыльца всюду была кровь, лежало несколько десятков убитых воинов и сидело на земле с десяток раненных. Два десятка гуннских воинов огромной скамьей долбили в дубовую дверь дворца, а вокруг них бегал управляющий дворцом Атли пузатый старикан по имени Бейти.
   - Чеслав, Чеслав - заорал Бейти - помогай Чеслав, попробуй взлесть на крышу и пробиться сверху, там царь наш с охраной и подлые Нифлунги.
   - Что случилось?
   - Когда мы потребовали сдать оружие Гуннар - король Нифлунгов напал на охрану, и прорвался во дворец.
   - Сколько их?
   - Два десятка вон мы побили, остальные прорвались у них под куртками стальные панциры, их мечи не берут и стрелы отскакивают - завопил Бейти.
   - Не ори - нервно гаркнул я - где начальник охраны, где сыновья Атли, сколько людей с царем?
   - Сыновья в отъезде, там с царем десятка два охраны, а сам Мунздук с царем.
   - Есть ли еще входы во дворец?
   - Есть вход, но эта проклятая змея захлопнула дверь у самых наших носов - заскулил Бейти.
   - Привратник, не время скулить, говори кто закрыл дверь и можно ли её взломать?
   - Эта змея, сестра Гуннара, это Гудрун закрыла дверь. И взломать проще эти ворота, они из ясеня, а те двери дубовые и ведут в светлицу, а светлица еще одной дверью закрывавется.
   - Все ясно - сказал я - эй воины, сбивайте лестници, тащите топоры, будем через крышу прорубаться.
   Пока мы сбили большущую лестницу, воины из охранной сотни Атли уже взломали парадную дверь и кинулись внутрь палат, но на лестнице обнаружили завал, а за завалом стояли два десятка воинов что метали в штурмующих стрелы и сулицы. Штурм опять приостановился из-за невозможности преодолеть узкие заваленные ступеньки.
   Мы полезли на крышу, и уже через несколько мгновений начали прорубаться на чердак.
   Бой на ступеньках затих и переместился в прихожую, а параллельно слышался мерный звон секир, что долбили какие то двери внутри помещения. Наверное Атли с охраной забарикадировался в какой то комнате и вот бургунды прорубаются туда, а параллельно отражают атаку группы прорыва.
   - Царь мой - заорал я - где ты? Стукни по потолку, я прорублю окно и вытащу тебя.
   На мой крик активно застучали копьем в стену где то левее от меня.
   - Так воины, давайте вот тут, рубите одно окно для царя, а там маленькое окно дла самострелов, ударим по бунтовщикам самострелами сверху.
   Через какое то время уже можно было стрелять, через небольшое отверстие в потолке, что прорубили мои люди, но Гуннар и Хуген приказали части людей прикрыть секирщиков щитами. Однако теперь бургундам было уже трудно одновременно защищаться от обстрела с верху и пытаться взломать дверь. Да еще и охрана Атли с улици активно продвигалась по покоям.
   Когда достаточно большое бревно было прорублено, то удалось обвалить сразу часть потолка и по веревке вытащить Атли, потом я повел царя к лестнице, его люди продолжили вылезать по веревке на чердак.
  
   - Царь мой - Бейти рухнул на колени, увидев Атли - прости меня несчастного, не думал я, что эти подлые змеи осмелятся напасть на охрану.
   Аттила презрительно скривил лицо и толкнул ногой стоящего на коленях привратника.
   - Ты то тут при чем, вот он виновник - Атли показал на начальника своей охраны - это ты Мунздук проспал, а вот Чеслав за тебя твои упущения исправляет. Сможешь ли ты Мунздук притащить мне этих подлых тварей на аркане?
   - Смогу мой царь, скоро мы их возьмем - ответил начальник охранны Мунздук.
   - Вытащите целыми моих детей, девственниц и Гудрун, особенно её, я хочу что бы она видела как я вознаграждаю предателей - Атли развернулся и пошел к огромному зданию для приемов, а Мунздук побежал командовать своими воинами.
   Я не зная, что делать пошел к складам, там можно было перекусить, а то мы так и не успели пообедать после прибытия. В эту свару мне все равно лезть нечего, слишком узкие помещения, а там уже больше двух сотен из охранников из своей казармы набежала и сейчас пытается штурмовать здание.
   Мы поужинали под шум битвы, а никакого прогресса у Мунздука не было. Его воины уже взяли часть коридора, но упорные бургундские воины со своим королем все еще удерживали часть здания.
   Вечерело, и я не найдя себе применения махнул своим людям и пошел со двора к коновязям. Там напился воды, раздал указания по охране нашего временного пристанища и в наглую на сене улегся спать.
   Ночью меня грубо пнули в бок сапогом, и я чуть не послал этого товарища грубо и далеко, но что то меня сдержало, наверное наглость побудки. Когда ворча я вставал, то увидел, что никто рядом из моих воинов не бегал и не кричал истерично "ТРЕВОГА, ТРЕВОГА, АХТУНГ!". Поэтому потерев лицо руками я посмотрел на стоящую рядом фигуру.
   Рядом стоял Атли, лицо осунулось, взгляд в бесконечность, вот это бы режиссеры назвали "взглядом фанатика".
   - Чеслав, скажи мне остался ли у тебя еще болотный огонь?
   - Так остался мой царь. Бревна все тю-тю, а вот сифоны еще есть, и огнесмеси совсем немного осталось.
   - Неси свой огонь и спали мне это змеиное логово - Атли указал пальцем на свой дворец.
   - Так там - я замолк, а потом выдохнул и продолжил - прости меня великий царь, но там же твои люди, и жена твоя.
   - Нет там уже моих людей, всех высвободили, а подлые Нифлунги закрылись в большой зале, не хочу я кровь своих людей лить, пусть издохнут от огня подлые предатели.
   Я кивнул и побежал отдавать распоряжения.
   Через какое то время три воина поскакали в лагерь за огнеметными сифонами.
   Ближе к рассвету мои воины прошли во дворец, чуть расширили дыру в и так прорубленной двери, и вставив туда раструб сифона дали первый огненный залп, а затем второй и третий.
   - Отходи, копья ставь, ждем выход - скомандовал я.
   За дверью слышались дикие крики боли и ужаса, а через некоторое время дверь отворилась и от туда показались ползущие на коленях и прижимающиеся низко к полу люди.
   - Брать по одному, руки вязать и на улицу - скомандовал я - да быстрее вы, а то сами дымом задохнемся.
   Вытащить смогли только шестнадцать человек. За остальными не полезли, так как огонь уже нещадно жарил и можно было просто отравится угарными газами.
   - Воду несите, тушите покои - заорал диким криком привратник Бейти - да скорее же.
  
   Атли стоял над лежащими на земле и связанными противниками и казалось его абсолютно не беспокоила судьба своего дворца. Пусть хоть все сгорит к чертям собачьим, тут вот так на ровном месте самого царя чуть не убили, а он то думал, что является хозяином вселенной и вершителем судеб.
   Увидев, что один из связанных людей зашевелился Атли подошел к нему и наклонился.
   - Это ты Гуннар? - спросил царь - Ну как, жалеешь ли ты о подлом убийстве моей сестры Брунхильд и моего воеводы Тидрева? Знаешь ли ты какую беду накликал ты на свой народ?
   Атли распрямился и посмотрел на меня, а потом улыбнулся и хлопнул меня по плечу. После чего опять наклонился к лежащему на земле Гуннару.
   - Вот царь Чеслав - Атли указал на меня пальцем - сегодня ночью он изменил мою судьбу, ты хотел убить своего царя, а он меня спас. Но он изменил и твою судьбу, ты хотел умереть как воин с мечом в руке, а теперь ты умрешь как собака, а еще Чеслав изменит судьбу всего твоего рода, он пойдет в твою землю и убьет там всех, всех до последнего человека. Чтобы даже имени ваше не осталось на земле.
   Атли разогнулся и посмотрел на меня.
   - Ты слышал меня царь Чеслав? Возьми всех своих людей, возьми пять сотен воинов Эрки и иди в землю бургундов. Убей там всех, забери себе всё, всё что пожелаешь, мне же с той земли не нужно ничего, даже ржавого гвоздя, я хочу только одного, чтобы это змеиное племя бургундов исчезло навсегда.
   Атли повернулся к Муздуку.
   - А для этой падали подготовьте змеиную яму - Атли показал рукой на короля нифлунгов Гуннара - остальных скормить диким зверям.
   Я посмотрел на связанных воинов бургундского короля. Как же я раньше по их лицам не догадался, что все они ехали на смерть, они знали куда идут. Погибла вся бургундская сотня, а последние храбреци будут преданы позорной смерти.
  
   Мы выехали очень быстро, настолько быстро, насколько это можно было сделать. С такой скоростью я не собирался в поход никогда. Но не торопится было нельзя, так как Атли все время спрашивал, когда же мы пойдем резать подлое семя нифлунгского рода.
   Быстрый марш в течении суток сменился размеренным походом в сторону Рейна.
   А теперь то спешить некуда, сам факт того, что мы вышли за пределы земель Атли уже успокоило и меня и командира гуннского отряда Харатона.
   Я планировал на пятые сутки выйти к излучине Рейна, а потом еще трое суток и мы у мостов, но судьба спасла бургундов.
   На взмыленной лошади нас нагнал гонец и даже не слезая с коня заорал - 'царя убили, царя нашего, властителя небес убили, Эрка приказал возвращатся назад'.
   Как по команде гуннский отряд начал запрыгивать на коней и с дикими криками, провозглашением всех кар подлым предателям и улюлюканием гунны умчались назад к Дунаю.
   Они уехали, а я остался.
  Ну вот и все, нет больше царя царей, нет императора варваров.
  То чего ждали великие императоры рима свершилось.
  Теперь нужно думать как выжить в новом мире, нужно искать свое место и торить свой путь.
  
  Конец третьей книги
Оценка: 7.59*17  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  Triangulum "Сожённый телескоп" (Научная фантастика) | | В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа" (Боевик) | | Р.Райль "Приоритет: Жизнь" (Научная фантастика) | | Д.Сугралинов "Дисгардиум. Угроза А-класса" (ЛитРПГ) | | Д.Хант "Русалка для дракона" (Любовное фэнтези) | | С.Суббота "Я - Стрела. Академия Стражей. Кн.2" (Любовное фэнтези) | | В.Платонов "Департамент контроля" (Научная фантастика) | | Э.Широкий "Красный бог" (Киберпанк) | | А.Красников "Вектор" (Научная фантастика) | | А.Йейл "Гладиатор нового времени. Глава 1" (Постапокалипсис) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
П.Керлис "Антилия.Охота за неприятностями" С.Лыжина "Время дракона" А.Вильгоцкий "Пастырь мертвецов" И.Шевченко "Демоны ее прошлого" Н.Капитонов "Шлак"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"