Ватный Василий Колорадович: другие произведения.

Книга вторая. Готские Войны

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
Оценка: 4.69*26  Ваша оценка:

  КЕСАРЬ ЗЕМЛИ РУССКОЙ. Книга 2. ГОТСКИЕ ВОЙНЫ
  
  Глава первая: БРАТ
  
   Полоцк встретил нас звуками ударов механической кувалды и густым черным дымом, поднимающимся над верхушками деревьев. Я сошел с корабля первым и поздоровался с делегацией, стоявшей на берегу. Встречать возвращение победоносного флота вышли почти все люди селения. Отдельной группкой стояли люди в шкурах. Соскочив на берег я ар кавказским традициям приобнял практически всех встречающих. Многие не понимали, что творит этот человек, называющий себя князем. А я при всём этом действии еще и показывал зубы, то есть изображал 'американскую улыбку'. Может там в 20-м веке такая улыбка и демонстрирует дружелюбие, но вот тут, в хрен знает в каком веке, оскал зубов показывает только одно - вернулся предводитель стаи - Белый волк, падайте суки и принимайте позу подчинения, всем на спину животом вверх, и не забывайте при этом весело помахивать хвостами.
  Мои то люди давно знали, что молодой рикс может выкинуть что то подобное, но вот для гостей это оказалось просто немыслимым нарушением всех норм и установок. Но ведь я этого только и хотел, нужно вывести неизвестного мне человека с внутреннего равновесия, сбить его настрой и разрушить ранее заготовленные шаблоны поведения, а потом попытаться вытянуть для себя как можно больше пользы из этой ситуации. Кто его знает, что они там эти пёсьеголовцы придумали, может они уже знают, что я половину своей 'армии потерял' и приперлись требовать сатисфакции.
   - Кто это? - спросил я у Богдана.
   - Это вожди племен чуди, они ждут тебя уже десять дней - на них кто то напал, пришли просить помощи. Я направлял два десятка воинов, так те никого не нашли.
   - Хорошо, кто руководил походом? - спросил я.
   - Я назначил самого толкового отрока - сын Стародуба по имени Здебор.
  - Помню Здебора, толковый отрок. Как давно пришли?
   - Так пятый день уже пошел, вон тот старец чудинский сказал, что на его селение напали, так отроки всё леса облазили, но нет там никого, ушли тати.
   Я пошел в сторону стоящих отдельно людей.
   - Здоровы будьте люди лесные - поприветствовал я чудинов - я Чеслав, что привело вас в мой град?
   - Мы встретили Уяла, он сказал, что ты обещал нам защиту - ответил один из стариков.
   - Я обещал защиту и помощь всем кто пойдет под мою руку. Пёсьеголовцы ловили в здешних лесах людей и продавали их чужеземцам. Вчера я побил тех чужеземцев и взял их корабли, а завтра мы побьём всех, кто не желает жить по закону.
  - И что же закон такой?
  - Живы сам и дай жить другим - усмехнулся я - если вы дадите мне с каждого племени по десятку юношей, я их обучу искусству воинскому, дам железа доброго и помогу вам очистить эту землю от ворогов.
   - Мы слышали ты увел с собой две сотни воинов, а привел всего лишь половину - сказал старик - как мы можем тебе доверять, ты ведь сейчас и себя то защитить не сможешь?
   - На этих кораблях - я показал на берег реки, где стояла целая флотилия деревянных монстров - пришли две с половиной сотни лучших воинов людоловов, их было две с половиной сотни, с хорошим оружием и в броне. Теперь же все они кормят демонов болотных.
  Я наклонился к лицу самого говорливого из чудинов.
  - Всё это моя земля, тут я решаю, кто будет жить, а кто умрет. Вы получите соль и железо, это поможет вам сделать запасы и пережит землю, а весной вы сможете посеять овес и зерно, я дам вам всё, что попросите. А те кто придет на мою землю с недобрыми намерениями, те умрут и совсем не важно старик сколько у меня будет людей.
   - То правильно - покивал головой старец - то правильно. Пусть помогают тебе боги.
   - Не хандри старик, я уже сейчас могу обеспечить ваши рода всем необходимым, могу даже взять вас в свои селения. А зимой, когда замерзнут болота я пойду в поход что бы очистить эту землю от людишек не добрых, но мне нужны воины. Мы за эту зиму должны найти всех мятежных пёсьеголовцев и принудить их к миру или перебить как бешеных собак. Я не могу заставить вас делать то, что вы не желаете, не могу заставить вас доверять мне. Решайте сами старейшины, судьба ваших родов в ваших же руках.
   - Ты дашь нам соль и железо в залог?
   - Я дам вам всё, - я наклоняясь к лицу старейшины - ты так ничего и не понял старик - мне не нужны земли, мне нужны люди. Что мне с тех земель, если все ваши охотники умрут?
   Старцы начали кланяться и постепенно отходить спиной вперед к стенам городища, открывая мне путь к воротам.
   - Креслав - крикнул я - выдай чудинам трофейное оружие, а ты Богдан позаботься, что бы старцы получили соли и зерна.
   После того как Богдан кивнул и направился распоряжаться выдачей товара, ко мне как то неуверенно подошёл один из мужиков, что стоял на берегу.
   - Я Бронислав князь, старший над мастеровыми, пока тебя не было мы делали пилы и топоры.
   - Рассказывай - махнул я рукой - не стесняйся, что тут происходило?
   - Так, мы пилы отправили и Бажене и в Витьбовск, вон там - Бронислав показал рукой на лесок, - там мы возвели три амбара, сейчас крышу ставят и печи закладывают, я что думаю, тут - он показал на острог - будет твой дом и амбары с товаром, а люди пусть живут в тех домах, что за стеной.
   - Это правильное решение, амбары и княжьи хоромы должны быть за стеной - похвалил я Бронислава - но неправильно, что люди будут жить без защиты. Я вот что думаю, ты посмотри, как нам по быстрому соединить общим бревенчатым забором все наши строения, чтобы людишки под защитой стен жили.
   - Я уже подумал, к тем амбарам мы протянем бревенчатый забор, тут всего пять десятков шагов, потом пустим забор к башне, что на берегу, там еще пять десятков шагов. У берега поставим ворота, а дальше пустим стену к оврагу вдоль берега, так, чтобы суда можно было вытаскивать на берег и стояли они за стеной.
   - Да, действительно, корабли должны стоять под охраной. Если стена пройдет рядом с оврагом, то можно туда сточные воды, выводить, что то типа канализации оборудовать - я задумался - скажи Бронислав, а можем мы вынести мастерские за стену? Чтобы если вдруг пожар, то чтоб у нас город не сгорел.
   - Вон там лес валят за оврагом, хотели поле под овёс засаживать, но можно как площадку расчистят туда и кузни поставить, да еще и печь большую там поставим, за оврагом, а когда стеной обнесем, то через овраг от стены до стены мосток перебросить можно, и будет у нас крепость сильная, так просто не возьмешь.
   - Если всё стеной обнесем. То такое селение у нас будет городищем называться. Хорошо ты замыслил, хоть знаю, что не сам думал, а община тебя направила, но раз община тебе доверяет то назначаю тебя Бронислав старостой городища Полоцк, занимайся строительством, в первую очередь ставьте ограду и амбары с печами.
   Я осмотрелся и увидел сына Стародуба.
   - Здебор иди сюда - позвал я парня - а ну расскажи как ты походом в земли чудинские хаживал.
  - Да какой там поход? - удивился парень. Этот парень по местным меркам был года на два младше меня - так прошли по следам татей, пока можно было их читать, а потом на берегу место нашли, где людишки чужие на лодки сели, вот и весь поход. Пробежали мы вверх и вниз по течению но никого не нашли, так ни с чем и назад вернулись.
  - Молодец отрок, хоть походил ваш и без боя обошелся, но руководил ты грамотно и никого из воев своих в лесу не потерял. А ещё сам не потерялся. Знаешь, это о многом говорит, видно отец тебя правильно учил. Назначаю тебя отрок воеводой младшей дружины, набирай пацанов, я дам вам старших воинов, что науку воинскую познали и начинайте учить отроков, а кроме того твоя задача будет охраной стен городища нашего и патрулированием подступов заниматься.
   - Креслав - крикнул я воеводу - вот твой помощник из самых толковых отроков. Обучи всем премудростям дела воинского, как сам научишь, таких воев и получишь. Ты воевода Кривичский, твоя задача в походы дальние ходить, а сей отрок будет нашу крепостицу от ворогов оберегать.
   - Бронислав, во всех твоих делах вот с этими мужами тебе дело иметь - я показал на двух воевод - Креслав у нас воевода старшей дружины, а Здебор, почитай личная охрана ваших мастеровых людишек, да баб с детьми.
  Я посмотрел на присутствующих.
   - Наша задача железо и изделия из него побольше произвести, да умудриться всё это на торг отправить. А ещё у нас зима на носу и до морозов требуется всех людей за ограду в домишки теплые посадить. Приходите как кликну в светлицу, отобедаем с вами, будем думы думать и решать как дела наши вести.
   Оставив задумавшихся вождей у стены, я зашел в дом, что был раньше купеческим штабом, возле двери стояла миловидная, одетая во все чистое девчушка.
   Я кивнул ей и спросил:
   - Как зовут тебя красавица?
  Красавица покраснела и ответила.
   - Зорицой кличут рикс.
   - Давай Зорица скажи там пусть принесут попить и поесть на шесть человек. Как стол накроете позови воеводу Креслава, старосту Бронислава, тетку что болящих лечит раненых, Томилу, что командовала моими арбалетчицами, Милану, что пришла с копейщиками на первых кораблях, если она уже здорова и старшего кузнечных мастеровых.
  Через тридцать минут в просторной избе стол был накрыт и собрались все приглашенные.
   Я заслушал доклады по количеству захваченных трофеев, получалось что все амбары забиты, а потом Бронислав как то тихо сказал.
   - Князь там бочонок нашли полный серебра, так мы его тут спрятали и охрану поставили.
  Да я понял, что та бочка, которую мне Адалард вытащил была не одна и вот мои шустрые людишки нашли вторую.
   - Значит так староста, все серебро принести сюда в мой дом, Креслав поставить охрану, круглосуточную. В острог никого не пускать, здесь будет жить только старшая дружина и прислуга, остальным ставить жилье за стеной, как мы и договаривались.
  Бронеслав кивнул.
   - Купцов и послов, что приходят из других родов сюда не пускать, нечего тут высматривать и выведывать. Вон там за стеной поставь избу переговорную, там встречать гостей и товары показывать свои будем. Особо обращаю внимание всех, что бы ни один чужак к мастерским не подходил, за каждым мастеровым особо присматривать, что бы никто им худого не сделал и мастеровые наши в полон к ворогу не попали.
  Все одобрительно зашумели.
   - Теперь ты Креслав слушай, с воинами нашими каждый день тренировки проводи с оружием, кроме того каждый седьмой день собирай всех мужчин селения и обучай их воинскому делу. Я хочу, чтобы если враги придут, то чтобы каждый муж мог взять меч или копье и встать на стену. А из самых толковых отроков начинай собирать младшую дружину, вон Здебор поможет. Бери всех кого захочешь, в любом селении, даже у чудинов и пёсьеголовцев. Я хочу, чтобы весной, как снег сойдет эти отроки смогли встать в строй и вести бой копьем или сулицей. Помоги Здебору обучить отроков и пусть командует ими сам.
   - Милана, на тебе подготовка женщин копейщиц, на войну мы их брать больше не будем, но когда мужчины уходят, женщины должны иметь возможность защитить и себя и детей и княжье имущество. Женщины будут оставаться с младшей дружиной в селениях.
   - Томила, на тебе арбалетчицы, собирай самых боевитых девок и начинайте готовить стрелков, весной пять десятков арбалетчиц должны быть готовы к походам и битвам.
   - Ты знахарка подумай о врачевании больных и раненых, пройди по селениям и найди всех травниц и ведуний, всех кто может заговорами, или колдовством, или травяными настоями хвори отводить. Веди их сюда, поставлю вам дом в Полоцке, набирайте девиц молодых кто поумнее и мастерству врачевания учите.
   Я повернулся к воеводе.
   - Креслав скажи как зовут мастера, что производством метала ведает?
   - Яровуд кличут вождь.
   - Значит так передай Яровуду, что мастерские нужно разделить. То есть часть мастеров должна производить только оружие и брони, а другие пусть занимаются пилами, топорами, лемехами, гвоздями и всем необходимым железным хламом для жизни и на продажу. И еще, скажите Богомиру, что пора запускать большою печь, он знает как, мне нужен метал, пусть откует три больших якоря для кораблей, я покажу как. Завтра мне покажешь старших, кто будет над мастеровыми оружейными командовать и старшего над железных дел мастерами.
   - Особо хочу тебе Бронислав задачу поставить, всех пацанов и стариков, что бы не были обузой научите уголь пережигать и руду искать. Старух всех посадить на производство ниток из шерсти и выделку ткани. Есть ли у нас те кто может ткать?
   - Как не быть князь - сказала Мелиса - есть бабы, нешто мы безрукие, только вот все мастерицы у тебя в войске.
   - Не дело это - произнес я - всех мастериц и мастеровых людей из войска убрать. Тех, кто может, ткать, выделывать кожи, лечить, ковать железо, работать с деревом поставить на свои профессии. А теперь скажите мне люди, кто из вас может говорить на многих языках и на чудинском и на вендском, кто понимает пёсьеголовых и руянцев, что бы купцов привечать и торговлю с ними вести?
  Бронислав пошевелился на скамейке и сказал:
   - Есть отрок чудинский, его в полон брали еще пацаненком, так он многие языки знает.
   - А что отрок, толковый?
   - Толковый.
   - Хорошо, пусть пока под тобой будет, как прибудут купцы или послы от племен соседних, ты его с собой бери и пусть помогает торговлю наладить. Закупайте припасов много, мясо, рыбу, меха, мед, воск скупай все. Железа на продажу и соли у нас много. Серебром платить только в особых случаях, серебро нам пригодится.
  Пока шло совещание люди ели принесенное мясо и запивали каким то отваром, ну что же первое мое совещание прошло, первые и основные задачи розданы и мне пора отдыхать.
   Когда мои бригадиры и старосты стали расходиться, я положил руку на плече Мелисе.
   - Послушай Мелиса, ты тут уже всех знаешь, посоветуй мне толковую женщину, что будет за хозяйством и прислугой приглядывать.
  Мелиса посмотрела на меня, потом улыбнулась.
   - Так Рада тут пока командует, вон за дверью её дочка стоит Зорица.
   - А ну тогда хорошо, позови мне эту Раду.
  Рада оказалась той самой теткой, что принесла мне одежду на берегу. Теткой она была крутой, той самой, что и коня и в горящую избу. Я сам аж рот открыл, это не баба, а мужик с сиськами. Плечи как у штангиста, кисти рук как стальные стержни, мышцы даже через рубаху просматривались, не удивительно, что она тут уже и так всех построила.
   - Рада, скажи нравится ли тебе князь?
  Та посмотрела на меня с подозрением.
   - Не удивляйся, но мне нужны верные люди - сказал я.
   - Я раньше князей никогда не видела, но вот риксов разных видала, ты не хуже иж будешь.
   - Честный ответ. Хочу тебя ключницей в своём тереме назначить, как ты на это смотришь?
   - Кто такая ключница и что нужно делать? - Рада упёрла руки в бока, заподозрив что то нехорошее, как будто бы я её переспать предлагаю. Как бы не так, я что больной, что ли?
   - За домом моим и людьми что тут работают присматривать, за запасами следить, и никому воровать не позволять.
   - Так никто и не ворует, всего всем хватает.
   - Это пока всего и всем хватает, а там погодя, может мало кому покажется того что имеют, захотят из княжьего терема в свой карман что положить. Или еду князю отравить могут по научению ворогов наших. Или девку с кинжалом подослать. Много всяких неприятностей там, где я раньше жил было.
  Рада улыбнулась.
   - Не бойся князь, не будет девок с ножом, и яда не будет, я присмотрю.
   - Вот и хорошо иди, занимайся.
   Устал я, сильно устал, не мог предположить, что быть князем так напряжно. Думал рулить дивизиями на расстоянии по картам, и налоги собирать большие. А тут хрен тебе а не дивизии, хочешь ворога побить, так в чём проблема? Возьми меч со щитом и встань в первую шеренгу, хочешь налогов и дани, так в начале организуй производство, что бы у людей излишки появились, а уж потом рассчитай сколько можно безболезненно этих излишек изъять. Тут на дурака налог на воду и воздух не введешь. Когда все ушли, я погасил свечу и лег на лавку, всё, спать.
   А как стемнело, проснулся от жары, что то теплое и мягкое лежало рядом. Я пощупал, ага девка, ну и что же мне делать, спать хочется, аж мочи нет. А если я это девку проигнорирую, то не дай боги она завтра скажет, что князь того, всю ночь проспал. С девками мол у князя нашего тю-тю, нету интересу к женскому полу, спит так сказать по ночам как сурок, а может у князя другой интерес есть, к воинам малолетним? Чур-чур-чур, не дай боги меня в за толерантного европейца примут, нет уж лучше девки, а то позора не оберешься. Женщины они такие, просишь - не дают, повернулся и уснул - негодяй и импотент, опозорить князя могут на раз, и никакие военные подвиги не помогут. Я погладил рукой по женским прелестям и убедившись, что агрегат готов приступил к подвигам на сексуальном фронте.
  
   Виллигурд стоял на песчаном пляже и смотрел вдаль, на берегу валялись трупы наемников, а кораблей не было. Рядом, дрожа от холода, стоял один из воинов, что остались на охране кораблей с его братом Адалардом.
   - Говори Зикфрид - произнес Виллигурд.
   - Они пришли ночью со стороны моря и напали на нас, я пополз в лес и там спрятался. Эти пёсьеголовые перебили всех раненых, но они не тронули твоего брата. Пёсьеголовые забрали большой корабль, а Адалард забрал дракона и со своими людьми ушел.
   - Сколько было песьеголовых?
   - Три, может четыре десятка, но они очень сильные, они перебили всех так, быстро, что мы даже в круг стать не успели.
   - Вы не успели, потому что вы идиоты - зло сплюнул Виллигурд - это не пёсьеголовые, это мерзкие венды и их вождь Чеслав, они спустились по реке на драконе и напали на вас. Тут неподалеку находится селение Серого волка, пошли туда.
  
  Серый волк как настоящий дикарь, что то бормотал и рассказывал, про то, что у него мало воинов всего лишь сотня, и он не может пойти с уважаемым Виллигурдом.
   - Послушай вождь - мягко начал разговор Виллигурд - я привел корабли, на которых было много товара и серебра для вас, чтобы расплачиваться за рабов, что ты приведешь ко мне, но мой враг подло напал, он захватил мои корабли и селение, где склады ломятся от товаров. Если ты уважаемый вождь позовешь своих родичей и поможешь мне отбить городище и корабли то каждый род, что будет участвовать в этом походе получит свою долю товара и серебра в зависимости от количества выставленных воинов.
   - Если они побили твоих людей купец, то могут побить и нас.
   - Не бойся вождь, врагов было три сотни и мы убили больше половины - усмехнулся Виллигурд - так, что теперь их осталось совсем мало, а добыча очень уж большая, все мои товары разделим поровну.
  Переговоры шли долго, но в конечном итоге Серый волк согласился позвать своих соседей и направил к торговому посту десяток разведчиков.
  Целую луну собирались вожди, приходили воины из соседних родов, обсуждали раздел добычи и не сказав ничего уходили восвояси. Потом приходили опять и требовали больше, и только когда Виллигурд соглашался, тогда вожди обещали дать воинов. Поход был назначен зимой, поэтому с первым снегом в селении Серого волка начались собираться воины. Разведчики доносили, что в большом деревянном доме, людей не много всего сотня, два корабля лежат на берегу перевернутые, а городище охраняют безусые воины с копьями и щитами.
  Так и есть у этого Чеслава мало воинов и он вооружил всех, даже безусых отроков и женщин. Но вот почему разведчики увидели только два корабля, а где остальные, неужели Чеслав еще в морском походе? Быть может Чеслав пошел куда по морю или товар повез, или напасть решил еще на кого не будь, да хоть на эстов, там много рабов на островах можно взять - размышлял Виллигруд. Ну что, как скует мороз болота, то три сотни песьеголовых воинов возьмут деревянный острог без проблем, а если и погибнет половина дикарей, так это еще лучше.
  
   Дни шли сами собой, я занимался осмотром новых строений своей крепости, проводил тренировки новобранцев и настроение мое было почти на нуле, несмотря на строящийся город, людей способных прямо сейчас встать в строй нет. Есть старики, есть молодежь желторотая, но мужчины призывного возраста почти все погибли в походе на готландцев.
  Из самых толковых я сформировал новый отряд мечников, постепенно одевал своих мечников в новую броню. Вот тут меня ждал настоящий сюрприз, многие из моих воинов мечников, что прошли самые тяжелые бои не просто сидели на печи, они не вылазили из кузни и бронной мастерской. Поначалу я думал, что мои мечники раскручивают на пару ночных встреч женщин мастериц из бронной кузни, но потом понял, что там действительно идет серьезная работа. Все недостатки, что были обнаружены в доспехах совместно устранялись, а когда мне через десять дней поднесли новый доспех, я аж ахнул от удивления.
  Вынос нового княжьего доспеха был обставлен торжественно. Построились все воины моей личной дружины, аж три десятка человек. В броне и с оружием и шесть женщин вынесли из мастерской комплект новой брони.
  Ну раз так все красиво обставлено, то я решил одеть все что принесли сразу, так сказать на глазах общественности.
  На голень надели стальные поножи, что доходили аж до колен, закрепили ремешками на щиколотках. На пояс повязали юбку из стальных пластин, юбка свисала почти до колена, прикрывала ляжки и хозяйство неплохо. Натянули на торс бронь, потом одели наручи. Я и так казался средневековым рыцарем, а когда принесли шлем, я чуть не ахнул от удивления.
  На полностью стальной шлем был одет череп затрофеенного мной белого волка, при чем смотрелось все так, как будто голова не моя а волчья. Я конечно мечтал о медведе, но ведь шаман точно обозначил, что моим тотемным зверем является полярный (белый) волк, и если я не хочу злить духов, то от ныне и до самого похода в ирий я должен называться "Белым волком".
  Почти все лицо было закрыто стальными нащечными пластинами к которым специальными заклепками были прибиты волчьи челюсти. И получалось что моя рожа была похожа на оскаленную волчью морду. Поскольку шлем был достаточно большим, то он полностью прикрывал шею и подбородок, а при необходимости можно поднять плечи и упереть спуски шлема в наплечники, таким образом смягчив удар по голове. То есть удар бы пришел не на шейные позвонки, а вся нагрузка должна уйти в плечи.
  При чем я только один раз пожаловался на боль в шее после очередной стычки, а мои ратники тут же поняли причину этой боли. То есть кто и как бы не думал, но люди тут замечают буквально все, и при этом очень быстро реагируют на замечания, особенно если речь идет о их личной жизни.
   Отдельно вынесли белую накидку из волчьей шкуры, а что бы показать что князь крут на шею одели бусы из зубов убитого мной медведя. Это такой намек, что Белый волк, типа победил Бурого медведя, и теперь именно волк является хозяином всего леса вдоль Янтарной реки. Это как малиновый пиджак в 90-х, любой местный дикарь такой сигнал увидит, осознает, расшифрует и примет как неизбежность.
  Вот теперь образ был полностью сформирован, я не просто повелитель песьеголовых, я царь зверей ептить. В голове появилась крамольная мысль, может мне как американские индейцы повязать себе еще и жабо из перьев куропатки, что бы я был не только царем зверей, но и птиц. Только вот боюсь я, не поймут люди прикола, общество тут еще не такое толерантненькое как там в 21-м веке, тут за каждое слово и за каждый штрих на одежде кровью отвечать заставят.
  Чтобы не стоять просто так, я вытащил своего 'стального волка' и поднял руку с мечем в верх.
   - Это меч с душой волка, проложит нам дорогу к победе и повергнет всех врагов в бездну - торжественно произнес я - такие мечи будут у всех наших воинов. От ныне и до скончания века, каждый муж должен доказать свое право на владение мечем. Каждый кто будет по решению совета опоясан мечем, будет присутствовать на заседании княжеского совета и сможет молвить свое слово. И обещаю вам воины, ваши слова будут услышаны, а опоясанные мечами воины от ныне - есть мой ближний круг и моя дружина.
  Обществу понравилось, и они одобрительно зашумели.
   - А вы мои мастера вы плавьте тигельную сталь с душой медведя и выкуйте меч для моего брата Радомира, ему нужен хороший меч.
  
  Ну что же, мне уже давно нужно заняться переработкой старого хлама, что мы добыли в последних боях. Мечей и копий трофейных было огромное количество, и я мог уже сейчас почти всем мужам выдать дрянные готландские мечи, но качество сего оружия меня не устраивало. Требовалась полная перековка всех трофеев, нормальная закалка и отпуск напряжения металла, а лично мне нужен второй меч, или сабля, или кинжал. Больше, нужно больше железа, а то не дай боги вылетит. Меч из руки, и все, ты почти голый, хоть зубами врага грызи. Я неплохо, на уровне артиста конечно, владел саблей в той жизни, при этом сабля это нет только оружие всадника, она может быть использована и в пешем бою, но вне строя. Для боя в тесном строю нужен короткий и острый меч, а мой почти метровый меч по имени "волк" к бою в тесном строю не подходит. Нужно что-то короче волка и длиннее гладиуса, что-то среднее, для точного боя из-за щита, что бы одним коротким выпадом попасть в узкую прорезь забрала шлема, или в шею противостоящего врага, нужнее такой меч, что бы он мог легко направляться и в голову и работать по ноге. Своего 'Волка' я часто терял в густой сече именно от того, что он цеплялся то за щиты, то за копья, иногда я просто не мог им ударить и даже пару раз терял его в бою, а это уже знак. Такой меч как и моя первая сабля пригодятся для боя с седла или при поединке один на один. Правда тут есть проблема, я не идиот и не собираюсь заниматься никакими поединками, да и коня у меня нет, однако это не снимает проблемы изготовления другого оружия.
  Оставлю пока, что своего длиннющего волка для боя с коня, если я вообще когда не будь увижу в этом мире коня. Такое впечатление, что я попал в какой то параллельный мир и тут нет лошадей вообще. Я за все это время ни разу не видел даже полянки хотя бы примерно равной размеру стадиона, где бы могли пастись животные, сплошные непроходимые леса, так что с лошадьми пока туговато.
  Шесть долгих дней мы ковали новый меч в подарок брату. Я взял третий оставшийся слиток стали из тигеля под названием "медведь", что был выплавлен еще в селении Бажены, и вместе с мастеровыми людишками вначале выковали из бруска две стальных пластинки, а потом выковали такую же пластину из сырого железа. Потом сварили все три пластины и несколько раз про ковали заготовку, постоянно скручивая раскаленный пруток. На седьмой день мы провели полный технологический комплекс по изготовлению, закалке и отпуску клинка.
  Кузнецы молчали, они уже знали, что это шедевр, и каждый думал только о том, как научится производить такие мечи в полном технологическом цикле, как узнать секрет. А секрет был простой, каждый из мастеров занимался своим элементов выделки меча, то есть разделение труда в действии, и никто, кроме меня пока не знал всю технологическую цепочку, так было нужно.
  Меч получился на славу, если вы видели дамасский клинок, то поймете, что это за красота, под воздействием аммиака, что был в моче на клинке проступил красивейший рисунок. Казалось, что метал пел, я разминался проводя круговые движения кистями, а меч подпевал мне страшным завораживающим гудением, ну что же вот именно так должен выглядеть грозный воин, в моих руках находится меч с душой медведя, а в хоромах на специальном приспособлении висит его собрат 'стальной волк'.
  Почему я не стал ковать меч из цельного куска тигельной стали? Честно скажу - испугался. Испугался потерять авторитет первого мастера. Пока я ходил в поход мои мастера уже на плавили с десяток брусков тигельной стали, и попытались сделать десять мечей, но вот беда восемь уже готовых мечей при попытке рубануть по обычному гвоздю из сырого железа раскололись по полам.
  Мастера тогда не расстроились, они из треснувших заготовок сделали наконечники для копей, а я вот мог расстроиться. Не дай боги у всех на глазах мой разрекламированный меч из тигельной стали, вышедший из под руки самого рикса разлетится при первом же ударе, это будет крах всей информационной компании. Я то не простой князь, я ведь СВАРОЖИЧ, мать его так. Местные людишки, в основном венды считают меня внуком бога-кузнеца СВАРОГА, а это вам не халам-балам, тут нужно марку держать двумя руками.
  Когда меч брата был готов и протестирован на перерубании нескольких гвоздей и кабаньей головы, а потом наказал делать ножны. Ножны должны быть обтянуты тонкой кожей и красиво украшены янтарем, а для этого нужно вначале камень янтарный отшлифовать.
  Всё это хорошо, делать мечи из пакета железных пластин разного уровня твердости и углеродистости, это конечно хорошо. По местным меркам это наверное прогресс, но меня вот такой прогресс не устраивает. Ну не могу я понять, почему же трескаются мечи из тигельной стали, не могу я так просто отступить, ведь у отца то получались такие клинки ,при этом ни разу на моих глазах мечи не били запороты, а отец с дядькой сделали их не меньше двадцати штук для Анапского средневекового театра. Если я сейчас отступлю, если начну упрощать , то грош мне цена как попаданцу, что я могу тут еще придумать - колесо? Так это колесо уже три тысячи лет назад как придумали. Велосипед? А на хрена он тут нужен этот велосипед? Нужно делать то, что ты умеешь, что знаешь, а что не умеешь, так учись. Потому как ты должен опережать своего противника в области вооружения как минимум на поколение, а еще лучше на два. Кроме того, новое оружие прекрасно продается на международных рынках.
  Пускай мои мастеровые до автоматизма ковать мечи старым, проверенным способом, то есть соединять мягкое сырое железо и твердую тигельную сталь, пусть тратят на изготовление такого меча в три раза больше времени, из-за длительного этапа постоянной проковки, но мне нужен прорыв, я должен этому научиться, я должен выковать чертов меч из чистой стали.
  Вот в перерыве между управлением прото государством и подготовкой воинов я и решил заняться научными изысканиями. Просто выгнал всех от крайнего горна, поставил только помощника на меха, взял очередную тигельную заготовку и начал проводить эксперимент по изготовлению "быстрого меча". Мне крайне нужна технология, так как я планирую начать почти промышленное производство оружия, а это значит, что на изготовление одного меча я не могу тратить больше трех-пяти дней. Есть правда у меня еще одно решение, это делать сабли, или мечи по типу пиратских свинорезов, то есть делать оружие с односторонней заточкой и широким обухом, как большое мачете, тогда мечи и сабли точно трескаться не будут, и для этой эпохи такой меч ,вышедший из кузни обычного варвара покажется вершиной болотного мастерства, это нормально, только вот я не обычный варвар.
   Очень медленно мы вытягивали в полоску не поддающийся твердый пышущий жаром металлический брусок. Работали мы почти три дня. Когда длинная полоска метала превратилась в клинок я провел полный отпуск метала и его закалку. Отпуск производил в кипятке, а закалку меча проводил в моче. Да я решил, что нужно закалять сталь именно в моче, там аммиак воздействует ан углерод и образуются какие то соединения в верхнем слое стали. После закалки, опять нагрел клинок и повесил заготовку рядом с горном, а помощник продолжал поддавать воздух в горн, через какое то время я перевесил клинок подальше от огня и так пять раз, постоянно уменьшая температуру лезвия. В этом деле главное, чтобы меч остывал как можно дольше. Больше всего я боялся услышать звук потрескивания стали, это основной признак того, что внутренняя структура от перенапряжения не выдержала и метал внутри начинает ломаться. Но все прошло успешно. Рядом со мной находился всего один подмастерье и когда мой личный меч был готов, я решился позвать мастеров.
  Кузнецы притащили "медведя", а я достал новый меч, что сделал самолично от начала и до конца. Сам ковал, сам закалял и отпускал напряжение метала, даже сам шлифовал мелким речным песком и мокрой кожаной полоской. После шлифовки все мои руки превратились в грубое подобие напильника. А ночью я ощущал как под моими руками вздрагивает очередная залетная пташка, да ласкать женское тело такими руками, это очень сложное занятие. И вот сейчас он готов, я вынес свой новый меч на солнце первый раз с момента как тигельный брусок оказался в руках.
  Мы провели полные испытания двух мечей. Рубили березки и кабанью голову, рубили даже гвозди, но оба меча показали себя вполне достойными изделиями.
  Мои мастеровые только кивали головами и нахваливали своего князя, ведь у них то почти восемьдесят процентов брака выходило, а Сварожич вон самолично меч выковал, видно бог кузнецов приглядывает за своим внуком. Однако меня такой результат только расстроил. Эксперимент не удался, и я не мог понять, что не так, почему у них ничего не получается, почему клинки трескаются? Почему у меня вышло, а у них нет, может технология нарушена? Неужели мне придется пол жизни торчать в этой кузне и лично контролировать тут всё?
  Я позвал мастеров и дотошно вглядывался в каждую технологическую операцию, но провал произошел уже на втором клинке. То есть первый получился, а вот второй - треснул.
  Чтобы не рисковать больше достаточно дорогими заготовками я сказал что то туманное, типа ' не признает вас Сварог, гневается, но ничего, не отчаивайтесь. Терпение и труд - всё перетрут'. После чего приказал пока мастера не набьют руку и Сварог не признает моих людишек достойными тайны стали, что бы они делали мечи по первой технологии, то есть из пакета пластин мягкой и твердой стали.
  Кузнецы выковали уже три десятка мечей по новой технологии. Мы долго не думали, просто берешь готландский кривой меч, что гнулся после нескольких ударов, расковываешь его его на три части и используешь эти части как мягкую сердцевину к которой привариваешь заготовки из более прочно тигельной стали. Потом длительная проковка со скручиванием и только потом из бруска формируешь клинок.
  Вы скажете долго, да вы правы, для одного мастера долго. Вот только у меня он был не одни, я построил почти что "конвейер Форда". На моем конвейере работали десяток мастеров и подмастерьев, каждый делал только одну, иногда две операции ,после чего передавал заготовку дальше, а вот полную технологию успели освоить только несколько человек, что даже мини экзамен мне сдали. Они эти люди и были назначены надсмотрщиками и приемщиками. Типа госстандарт. Вот так мы и перековывали всё дрянное железо, при чем не только мечи, но и наконечники копей.
  За всё это время я ни разу не запустил свою домну, а использовал её как печь для выплавки тигельной стали, уж слишком много она жрет руды и угля. Позже, возможно зимой у меня таки заработает огромная печь, и из накопленного сырья я начну плавить огромные крицы, а пока мне хватало и того металла, что мы успели произвести. Кроме того, я активно скупал кричное железо из соседних селений по хорошей цене, за крицу весом в гривну (почти пол килограмма) я платил рубль серебра. Просто берешь палочку серебра толщиной в палец и весом грамм в 200, отрубаешь от нее четвертую часть, и отдаешь за кусок сыродутного железа, мы такие серебренные кусочки называем рублями. А потом уже в тиглях мы переплавляем кричное железо в сталь, а из этой стали потихонечку производим оружие. И пока у нас есть плохое готландское оружие, что было взято с походов производство более качественного оружия не останавливалось.
   Всю партию новых мечей я торжественно после произнесения воинами клятвы вручил своим воинам, что прошли последний поход. А потом я приказал в срочном порядка готовить крупную партию наконечников копей и укороченных мечей для продажи, уже полетели первые желтые листья с деревьев и я собирался пойти на встречу с неизвестным братом Радомиром, что пиратствует на Днепре. Не знаю, придет ли мой брат или нет, ведь прошло уже больше года с нашей последней встречи, но я то прийти должен.
   В поход на встречу с Радомиром я взял всех своих мечников, три десятка воинов из которых было всего четырнадцать мужчин, прошедших тяжёлые битвы с готландскими наемниками, а остальных я набрал из нового пополнения, которые почти не имело боевого опыта, пусть привыкают к походной жизни. У каждого мечника был круглый щит из ивовых прутьев оббитый с двух сторон кожей и короткое копье. Тактику мы придумали почти римскую, то есть при сближении с противником, с двадцати-тридцати шагов мы метали сулица, а потом бились стеной щитов. Это было примитивно и против любой толпы римских солдат нам не выстоять, но вот тут в болотах, такая тактика просто рвала в клочья любое варварское войско.
   Щиты мы делали самые дешевые. То есть брали ивовые ветки. Сплетали с них круглый щит, оббивали его кожей с двух сторон и прибивали в центре железный умбон с ручкой для удержания щита. Такой щит более прочный, это мы выяснилось в ходе множества экспериментов. Если с внутренней стороны толстую кожу привязать тесемками к основанию, а не приклеить как с лицевой стороны, то стойкость щита еще больше увеличивается. То есть стрела с железным наконечником пробивает кожу на фронтальной стороне щита, прошивает сплетенные ивовые ветки, а вот последний слой кожи, как бы отрывается от щита, гася инерцию стрелы. Поэтому пробить щит с двойной обивкой кожи не так то просто. А примитивная стрела песьеголовцев, где наконечником служит твердая кость нам и вовсе не страшна. Для меня как и для моих воинов это было просто сюрпризом.
   Кроме того я взял и три десятка самых метких арбалетчиц, а остальных воительниц, что только осваивали арбалеты я оставил на прикрытие Полоцка.
   Мы взяли две чайки и поднялись вверх по реке Дивной до селения деда Вацлава, где в большую Дивную реку впадала речушка Витьба. На этой речушке у меня уже был возведен приличный причал из толстых бревен, к которому можно пристать для погрузки или разгрузки товара.
   Мы забросили деду Вацлаву часть припасов, вытащили корабли на берег и пошли по лесной тропе к Днепру. К вечеру второго дня наше войско было в селении Звениславы. Это селение я специально поставил на пол пути к Бажене, чтобы можно было переночевать в дружественном поселке.
   У Звениславы дела шли не очень хорошо, это был самый бедный род, особенно после того как я казнил почти всех мужчин за попытку военного переворота. Два десятка женщин и сколько же детей, а еще четыре старика. Вот и все жители этого поселка. Мы остановились в селении на два дня, за это время я приказал поставить вокруг селения приличный частокол из крупных веток, а то меня достали местные строители, что лепили землянки с навесом, а всё это безобразие даже примитивным тыном (низким забором из веток) не было огорожено. Теперь эта куча землянок хоть на селение стала походить. Изх за такого частокола можно стрелы и сулицы во врага метать, а еще он от лютых волков и медведей оберегает.
   Помогли мы Звениславе собрать печь из камней и глины. А то местные живут как чукчи, то есть внутри дома просто костер разжигают, а дым выходит в дырку под потолком. Печь почти была готова, но достроить эту печь без обожженного кирпича было сложно и забрав несколько женщин с собой я повел отряд далее к Бажене.
   А вот Бажена меня действительно порадовала. Теперь её селение было почти полной копией моего острога, который я назвал Полоцком. В центре селения буквой 'П' стояло три бревенчатых сарая, а последнюю часть по периметру строений примерно на пять десятков шагов огораживал бревенчатый высокий забор, была построена даже деревянная вышка и большие распашные ворота.
  
   - Ну как дела? - поздоровался я с Баженой и даже обнял её, пусть все видят, что князь оказывает вождю пламени особое уважение.
   - Все хорошо, мы уже почти до строились, вон и колодец есть и отхожее место внутри оградки поставили, вторую печь в срубе соорудили. И железа уже много на плавили, оружие не делаем, нет времени, вон видишь куча лежит, так это руда, зимой будем продолжать варить железо, а недавно только сбор зерна закончили.
   Я посмотрел, да действительно огромная куча руды лежала под начесом.
  
   - Много ли собрали зерна?
   - Как тебе сказать - задумчиво ответила Бажена - если посчитать то что мы посадили, то выходит с одного зерна мы по три получили.
   - Да не много, но если начнем удобрять поля навозом и пеплом от кострищ, то урожай должен увеличится.
   - Что с зерном делать то князь?
   - Посади всех детей ваших и баб, пусть то зерно всё переберут. Большие зерна выделяйте в отдельную кучу и прячьте до весны, будем урожайность увеличивать. Если большие зерна сажать, то и выход больше будет. А вторую половину урожая с маленькими зернами можете зимой в пищу употребить. Ни одного зернышка у вас не возьму, то вам награда за хороший труд.
   - Спаси тебя боги Чеслав - Бажена поклонилась почти в пояс - к нам три рода окрестных приходили торговать, так я уже больше десятка топоров им продала и ножей столько же, вон полный амбар мясом завален. Мы его за вялили и часть засолили, так я мяса больше не беру. Пусть руду и уголь несут, мы всем желающим показываем как искать руду и обжигать березовый уголь.
   - Молодец, Бажена, все у тебя отлично, но мясо и рыбу бери, все излишки у тебя выкуплю. Пришлю тебе ножей да топоров справных, будешь торг уже настоящим товаром вести. Я к тебе привел женщин от Звениславы, помоги им достроить печь, им нужны кирпичи обожженные для дымохода и мяса им дай для зимовки, там вообще мужчин нет, трудно им.
   - А у меня, что одни мужики что ли? Ума у них нет, привыкли жить одной охотой да собирательством. А как охотников не стало, так и род с голоду пухнет. Пусть руду ищут и мне несут, пусть уголь пережигают, а я им и мясо и инструменты дам.
   - Вот ты Бажена баба умная, так помоги, сходи поговори со Звениславой или вам обязательно моя помощь нужна.
   - Тут такое дело вождь - тихо сказала Бажена - я людям не говорю, но торговцы седмицу назад купили у меня топоры и мясо привезли, так они сказали что видели конных воинов на полдне.
   - Конных? - переспросил я.
   - Ну да конных, я коней то видела и раньше, а эти дикари видно нет, так они сказали, что демоны с головой человека и телом оленях пришли, многих побили в соседнем селении, что в десяти днях пути за Большими болотами стояло. Так теперь все рода тамошние в болота подались, от демонов подальше.
   - Это плохая новость Бажена, сейчас нам с отрядом всадников не справится, но есть и хорошая новость, что к нашим границам рода откочевывают, а в наши болота всадники не сунутся. Ты всех беглецов примечай, торговлю заводи, и вождей ко мне в Полоцк отправляй, там сейчас Бронислав остался за старшего он знает как вести переговоры. А я сейчас на полдень пройду до реки Данапрас. Там брат мой Радомир - вождь речных людей должен прийти, встретить его нужно. Тебе я оставлю десяток самых молодых моих воительниц, накажи, что бы все твои женщины учились из самострелов врага и зверя бить. Ближе к зиме я тебе пришлю несколько десятков таких самострелов, оружие страшное, врагов даже в броне и за щитами убивает, так что осторожно с ним.
   - Томила - крикнул я, и на зов откликнулась командирша отряда воительниц.
   - Вот Томила, это Бажена старейшина в этом селении, оставь у нее десяток самых молодых своих воительниц, пусть научат тут всех людишек как с арбалетом работать и заодно охрану пусть несут, тут врагов много вокруг по лесам шастает.
   В этом селении есть один интересный остров на болоте, и тропу туда знают только местные и я. Так вот решил я провести операцию по прикрытия утаивания резервного фонда от всяких недобрых людишек.
  На этом болотном острове рядом с селением Бажены я зарыл одну бочку с готландским серебром, а что бы за легендировать эту работу мы сверху клада помогли Бажене поставить сруб. В этот сруб снесли часть готового кричного железа и запас продуктов. Бажене я наказал, что в случает крупного нападения, пусть свое городище бросают и убегают в болота, а про серебро вообще никому ничего не сказал, я его ночью закапывал, пусть тут полежит, целее будет.
   И так через три дня мы пошли строго на юго-восток к Днепру.
  Да, да я уже научился делать примитивный компас.
  Если взять сухую палочку, один конец этой палочки мокнуть в рыбий клей, а потом опустить этот конец в перетёртую кричную железную руду из болота, то когда клей высохнет мы получим обычную стрелку для компаса.
  Так как руда до переплавки сохраняет элементарные магнитные свойства. Вот бросаю я эту палочку в воду, хоть в болото, хоть в чашку с водой и она потихоньку поворачивается в сторону магнитного полюса земли, то есть на север. Соответственно я бросаю палочку в воду десять раз и с учетом погрешности определяю примерно направление на север. Вот теперь, постоянно сверяясь с показателями своего прото компаса и шел на юго-восток к реке Днепр, проламываясь через чащобу, а сам карту в голове держу.
  Идти было сложно, потому как леса в моем понимании тут нет, есть тысячелетние буреломы, которые остались от большого ледникового периода, тут наверное когда ледник уходил такой бардак сотворил, что мама не горюй, и по моим впечатлениям за десятки тысяч лет лучше не стало, и мы сейчас прем по этим буреломам изредка обходя болотца и ручейки, но прем уверенно.
  Срубаем ветки деревьев, мешающие движению, делаем зарубки и по возможности растаскивая упавшие деревья. Мне скорость не нужна, мне нужна дорога от селения Бажены до Днепровских берегов, тут я поставлю крепость и назову её Нижним Волочком, или еще как не будь, но на этом волоке каждые сутки пути должно стоять городища для укрытия и отдыха. Я не знаю где по настоящему стоял этот самый Нижний Волочёк, но почему бы не тут. А потом я еще от Витебска попробую с помощью чудинов и води пробить дорогу до Ловати. Поставлю там город и назову его Верхним Волочком, так как он по карте будет находится выше чем Днепровский волок. А там если позволят боги я пробью дорогу и до Волги.
  Дорогу, которую мы с дедом прошли за двое суток, а потом еще сутки шли с людьми Бажены мы осилили только за пять дней.
  На шестой день мы вышли на берег большой реки и пройдя вдоль берега вниз по течению, я нашел неплохой песчаный пляж. Вот здесь я и буду ждать брата с его ладьями.
  Пока мой отряд отдыхал, я прошел вниз по течению реки и убедился, что здесь как раз лучшее место для ночевки тех, кто ходит по воде. К тому же мы нашли множество заброшенных кострищ.
  На всякий случай в сотне метров от берега, за полоской леса мы вырубили кусты и маленькие деревья, расчистив небольшой пятачок для лагеря. Поставили там десяток деревянных шалашей. Внутри лагеря выкопали колодезь, а всё место нашей стоянки обнесли частоколом, высотой в рост человека.
  Шел мерзкий осенний дождь. Прошло уже двенадцать дней, а ни какой информации о судах речных людей не было и я приказал строить вышку внутри лагеря, чтобы с верху можно было вести круговой обстрел прилегающей территории из арбалетов. Вышку поставили самую простую. То есть прямо внутри огражденного периметра стояло дерево в два охвата, вот на этом дереве мы и связали корзину, на приличной высоте. И в этой корзине у меня дежурили по две женщины арбалетчицы, которые залезали в корзину по веревочной лестнице, а потом лестницу поднимали на верх. Одна из арбалетчиц наблюдала за рекой, а вторая за подходами к лагерю. Три раза в день наблюдатели менялись, а ночью лагерь охраняли патрули из мужчин мечников. Я сам лично лазил на эту вышку и убедился, что наблюдательный пост выбран правильно в одну сторону река просматривалась почти на несколько километров, а в другую в верх по течению до поворота реки шагов на пятьсот, вполне достаточно, что бы успеть вооружиться при появлении неизвестного судна.
   Такое интересное положение этого поста окончательно убедило нас, что тут требуется поставить настоящую крепость, поэтому мы походили по округе и искали глину в этот момент с наблюдательного пункта прокричали - судно, вижу судно, идет вверх по реке.
   - Внимание всем сбор, одеть брони, в лагере остаются первый десяток копейщиков и наблюдатели арбалетчицы - приказал я - остальные за мной.
   - Креслав, ты посади вон там пять мечников и десяток арбалетчиц - я показал рукой на удобно приближающийся к воде лесок - и вон там вверх по течению в трех сотнях шагов отсюда тоже пяток мечников и десяток арбалетчиц, остальные мечники все со мной.
  Судно приближалось медленно, это была обычная ладья с шестью парами весел, даже без паруса.
  На веслах сидели люди без брони, одеты в обычные кожаные накидки, на головах разного вида шапки. Оружие я заметил только у двоих, что стояли на корме, один правил веслом, похоже это был рулевой, а второй наверное капитан или хозяин судна. Вот у них имелись кое какие брони, то есть у капитана была настоящая кольчуга и меч на поясе, а у второго за поясом топор и на боку какой то маленький меч или большой нож.
   Когда судно поравнялось с местом нашей засады, я медленно вышел из кустов с веточкой в руке, которой отмахивался от комаров.
  Видок у меня был страшный, полный пластинчатый доспех, на поясе меч 'волк', справа топор, за спиной круглый щит, а на голове обычный стальной шлем. Голову волка я надевать на шлем не стал, потому что она действительно пугала врагов, и являлась боевым элементом экипировки. Поэтому чтобы не пугать потенциальных союзников я её снял еще у себя в Полоцке и водрузил над моим троном.
  Меня заметили с судна, вначале кто то прокричал типа: "о смотри воин", а потом даже гребцы привстали со своих скамеек и уставились на нас, а судно лишившись хода начало тормозить.
  Капитан понял, что судно сносит назад по течению и заорал - весла на воду грести, олухи.
  Судно находилось примерно в сотне шагов от меня и я прекрасно видел воина, что стоял на корме, и как Илья Муромец на картине "Три богатыря" взирал на меня приставив ладонь правой руки ко лбу. Солнце уже шло к закату, а я стоял как раз на западном берегу Днепра и меня было плоховато видно.
   - Кто ты? - прокричал капитан.
   - Я Чеслав - князь кривичский, а вы кто и куда путь держите?
   - А где твоя дружины князь? - спросил капитан.
  Рядом со мной тут же материализовался десяток одинаковых как одно яйцевые близнецы мечников.
   - О - лицо капитана приобрело соответствующий моменту эффект - а много ли вас?
   - Я назвал себя, обзовись и ты - крикнул я капитану, - а потом задавай вопросы.
   - Я Рознег, человек Радомира. Радомир сказал, что бы я прошел вдоль берега, и если найду, то забрал бы его брата Чеслава.
   - А у тебя людей хватит, чтобы меня забрать - я засмеялся - скорее я заберу и тебя и твое судно.
   Я махнул рукой и появились мои люди сидевшие в засаде.
   - Слушай меня Рознег - крикнул я - я приглашаю тебя и твоих людей на ужин, и не вздумай убегать, все равно не получиться. Мы перебьём вас стрелами как куропаток. Приставай сюда, не бойся, говорить будем.
  На судне начали совещаться, в это время гребцы бросили свои весла и тоже пытались что то советовать капитану, а ладья начала потихоньку уплывать вниз по течению реки.
  Я не выдержал и махнул рукой.
   С низу по течению в то место откуда пришло судно послышался звук спускаемой тетивы арбалета, и болт с хрустом воткнулся в корму судна.
  Капитан посмотрел на болт, с трудом его вырвал потом пощупал стальной наконечник и крикнул - не стреляйте мы пристаем.
  Медленно судно двинулось вперед и уткнулось носом в песчаный берег.
   - Ну здравствуй Рознег, человек Радомира - протянул я руку капитану - я Чеслав местный рикс. Пошли в мой лагерь поговорим, я развернулся и пошел, а по бокам двинулись мои мечники.
  Когда мы пришли в лагерь я показал рукой на скамейку.
   - Садись Рознег, ты будешь ужинать со мной и с моими десятниками. А люди твои пусть поужинают с моими людьми, не бойся ты у меня в гостях, а я гостей не обижаю. А что лицо у тебя такое удивленное?
  Рознег покряхтел присаживаясь на лавку и тихо сказал - меня Радомир отправил, говорит пройди на всякий случай вверх по реке, там брат мой глупый Чеслав, в болотах прячется, если жив еще то скажи, что я прощаю его пусть возвращается.
  Мы с Креславом заржали а Томила улыбнулась.
   - Так Радомир не верит, что я еще живой? Ай-яй-яй, как можно так то, ведь он же должен верить в своего брата.
   - Ну, тут ведь нет людей, одни твари болотные - произнес Рознег.
   - Тут много родов живет - сказал я беря палочку с нанизанным на нее жаренным мясом - больше всего тут живет пёсьеголовых, на севере живут племена чудинов, веси и води, в болотах есть еще венды, наши дальние родичи, но я их еще не всех нашел. Хорошо прячутся, а вон там на востоке живут племена мери и мещери. Так что много тут людей всяких обитает.
   - А откуда у тебя такая бронь? - Рознег показал пальцем на мой доспех.
   - Такую бронь я делаю сам, и мечи кую и еще много чего, так где ты говоришь Радомир сейчас обитает?
   - Так на стоянке смоляной, что в трех днях пути по Славутичу стоит.
   - Что за река Славутич? - переспросил я.
   - Так вот она наша река Славутич, - удивился Рознег - аланы нашу реку называют "Дана Апара".
   - Ааа, - ни хрена подумал я, вот оно как Степаныч, выходит, что Днепр это не славянское название реки, а как бы аланское типа Дана Апара.
   - А что значит, Дана Апара? - спросил я.
   - "Река Глубокая", вот как степняки наш Славутич называют, а ты точно Чеслав, почему наши названия не знаешь?
   - Я вот много чего не знаю, а много чего знаю, это мой брат охотников отправил, что бы золото у меня отобрать, вот меня то по голове топором и стукнули - я показал на шрам на голове - это Волынец меня топором саданул, так я после этого многое забыл.
  Гость кивнул.
   - Так что творится внизу реки Славутич? - спросил я прожевывая мясо.
   - Плохо там Чеслав, наши поселения разграблены, люди что по реке Десна жили все побиты и угнаны в полон кошевыми ханами орды Кугума.
   - Что за орда?
   - Это роксоланы степные, ими правит хан Кугум. Говорят Кугум самому Атли родственник, его дочь в женах у царя царей.
   - А кто такой Атли, что за царь такой?
   - Он правит родом Хунну. Давным давно один из королей Скифских сослал вглубь Скифии колдуний, которые встретились там с блуждающими демонами. От их соития и родилось отвратительное племя хуннов, отродье, зародившееся в болотах и спустившееся в наши степи.
   - Как они выглядят?
   - Я сам их не видел, но я видел людей, что выжили после набега этих Хунну - проговорил Рознег - эти Хунну малорослые, тощие, ужасные на вид, не имеющие с человеческим родом ничего общего, кроме дара слова. Их лицо это безобразный кусок сырого мяса с двумя дырами вместо глаз. У них большие головы и приплюснутые носы, а подбородки изрезанны шрамами. Говорят они и ног вовсе не имеют, поэтому с коней своих не слазят, так как ходить не умеют.
   - Так ты сказал, что они все на конях? - уточнил я.
   - Да так и есть, они на конях ездят, на конях едят, спят и даже исправляют нужду с коня.
   Я наклонился к лицу Рознега.
   - А может этим демонам нельзя на нашу святую землю ступать, поэтому и с коней не слазят, бояться? Если они демоны, так их мир под землей находится и наша земля им не мила?
  Глаза у Рознега округлились.
   - А может так и есть, никто не смог их побить, они метают стрелы с коней, так точно, что даже за щитом не спрятаться, только воин голову высунет, чтоб посмотреть, а ему в глаз уже стрела прилетает, чистые демоны.
  Понятно, нашествие очередных кочевников, подумал я, вот предки этого человека так же говорили о Сарматах. Когда те пришли, то убивали всех без оглядки внушая ужас соседям, а потом навоевавшись в сласть стали торговать со всеми, дружить и даже создавать межплеменные семьи, за ними пришли готы и побили сарматов. Готы стали злом из преисподней, а перед сарматами еще были Скифы. Вот сейчас тут походу гунны безобразничают, интересно а что будет после Гуннов, придут другие кочевники какие не будь тюрки, и много их еще будет. Там в Азии наверное какой то демон рождает эти племена и выгоняет их на запад, только вот кроме меня этой истории еще никто не знает.
   - А что люди? - спросил я - неужто все в полон сдаются?
   - Нет, уходят многие рода на полночь, в леса и болота, да только пропадают там, никто пока не слышал про успешное переселение, говорят перейти те болота не возможно, лютуют кикиморы болотные да лешаки лесные, людей живых поедают.
   - Так ты иди и расскажи, как князь Чеслав успешно перешел болота, нашел там землю добрую и принимает к себе переселенцев, а лешаки да кикиморы мне теперь все служат.
   - Да ну? - удивился гость - А где твои земли то Чеслав?
   - Так там - махнул я рукой на север - пока там, я городище поставил, и еще несколько селений, реку что в море Сарматское впадает взял под свою руку. Но это пока, скоро все здесь мое будет и роксолан ваших я бить буду, и гуннов, уж не сомневайся.
   - Так что брату передать то? - поев спросил Рознег.
   - Так и передай, что я тут людей собираю, и мне очень нужен Радомир с ватажкой, скажи пусть рабов всех мне везет, я выкуплю их. За семьи полные и за мастеровых людей цену хорошую дам, а еще лучше скажи, что я поселение на Славутиче поставил вот здесь - я показал рукой на наш лагерь - и все земли от сюда и дальше на полночь мои. Кто с мечем ко мне придет, будь то враги наши роксоланы или еще какой супостат, головы всех лишу, а кто под мою защиту захочет прийти, то я приму и обласкаю.
   - Я через три дня буду у твоего брата, передам всё и расскажу что видел.
   - Скажи Радомиру, что я его тут еще десять дней подожду, а потом уйду в свое городище, дел у меня полно, если захочет торговать пусть сюда идет. Креслав принеси сверток.
  Воевода встал и пошел к нашим вещам, взял там сверток и принес его мне.
   - Год назад, мой брат подарил мне меч - я передал сверток Рознегу - вот возвращаю назад меч его и еще подарок мой, передай Радомиру и скажи, что такие мечи теперь я делаю сам, могу продавать, если ему интересно пусть придет, но я долго ждать не буду.
  Уже на закате ладья Рознега ушла, испугался капитан. Увидел таких бравых парней да еще всех в броне и с мечами, вот и испугался. Ну и правильно, я именно этого и хотел. Мне нужен был эффект. Даже простой железный меч стоит очень дорого не меньше пяти гривен серебра. А тот меч, что я отправил брату стоит не меньше пяти десятков гривен и я ждал именно удивления со стороны воинов Радомира, мой подарок все обнюхают и проверят, а когда убедятся, что такого как "медведь" они и не видели никогда, то прилетят всем скопом.
   А время сейчас идеальное, кочевники роксоланы шныряют по окрестностям и ловят людей на продажу, грабят и разоряют селения, так что сейчас по идее должна начаться или народно-освободительная война или принудительная миграция славянских племен на север, как раз в мои земли. И вот тут каждая собака должна осознать, что у этой земли уже есть хозяин - это я.
  Мы не расслаблялись и за то время пока я ждал брата, мы обустроили наше селение, поставили один большущий сруб. И этот самый сруб как раз и являлся центром обороны моего лагеря. Если даже враги прорвутся через частокол и займут двор, то из окон сруба в них полетят болты арбалетов.
  Через восемь дней мои наблюдатели увидели флотилию из пяти ладей, если там примерно по два десятка человек в каждой ладье, то это сотня. А ежели еще ит по берегу идет конный отряд то у брата общая дружина получается не меньше моей будет, но здесь и сейчас я конечно взял маловато воинов, однако вооружение у меня лучше, да и бронь есть. Думаю битвы не будет, не решатся они напасть на моих вояк.
   Я уже знаю, что такое полтора десятка латных воинов. В той войне с готландцами я победил только благодаря наличию мечников в полном латном доспехе, а теперь у меня три десятка таких воинов и еще два десятка арбалетчиц, силища неимоверная.
  Свой отряд я решил не разделять и когда корабли появились в сотне шагов от моего пляжа я вышел из перелеска и вместе со своими воинами направился к реке, идти было всего сто шагов, поэтому мы прибыли на берег раньше чем ладьи начали швартоваться.
  На первой ладье стоял тот самый седой старик, а рядом с ним здоровенный Радомир.
  Кто же ты такой дед седовласый, подумал я, ничего не помню. Но этот дед передал мне тогда целый мешок золотого барахла и именно благодаря его подарку я и смог раскрутиться в этом мире. Конечно из-за этого золота на меня готландцы тогда песьеголовых натравили, но я ведь побил песьеголовцев, и купцов побил, вот и получается, что все это благодаря тому мешку вышло.
   А вот и мой старый знакомец Гореслав на носу ладьи стоит, а я уж думал, что помрет от потери крови, нет всё таки человек живучая тварь.
  Ладьи пристали к берегу и из них начали выгружаться люди. Разные люди были и воины по повадкам и по одежде, были и простые людишки, что с оглядкой посматривали по сторонам и далеко от кораблей не отходили. Простаков видно сразу, вроде и щит у него есть и даже топор или там копье в руке. Но держится он как то дёргано, сразу видно что боится. А вот мои воины внушали страх. Три десятка латников стояли в одну линию вдоль берега, а за их спинами со взведенными арбалетами стояли мои воительницы и я вам скажу, что такой строй эта банда прорвать не сможет, это точно.
   Я вышел вперед.
   - Что брат тебя заинтересовало мое предложение? - спросил я Радомира.
   - Нет - сказал Радомир - я просто приплыл узнать, кого ты смог ограбить на этот раз. От куда у тебя такой меч и эти доспехи?
   Я засмеялся.
   - Я ограбил три сотни готландских наемников, что пришли на мою землю с оружием и дурными помыслами.
   - И как, они даже не обиделись и не погнались за тобой? - спросил с издевкой Радомир.
   Я пожал плечами, и под моим торсом зашелестело железо пластин, как будто кожа змеи.
   - Я не знаю, обиделись они или нет, они просто все умерли.
   - И ты снял с мертвых врагов эти доспехи?
   - Ты смеешься Радомир, у меня было всего полтора десятка мечников в таких доспехах и еще полторы сотни обычных охотников с копьями. И мы нарубили две сотни готландцев, отобрали у них корабли, а те кто выжил, бежали в болота, но не переживай я их найду, не спрячутся. Ты как, пойдешь со мной готладцев воевать?
  По лицу воинов Радомира было видно, что они ожидали увидеть всё, всё кроме такой вооруженной банды. Видимо Радомир не поверил своему человеку, а теперь не верит своим глазам.
   - Ну что, будешь стоять тут или зайдешь в гости?
   - А что ж не зайти то, пошли - ответил Радомир.
   Я развернулся и мы пошли. Пошли правильно, женщины стрелки в центре по краям мечники, а чуть позади я и еще пятеро моих воинов.
  За нами двинулась делегация в два десятка человек, видно самые приближенные к брату люди, а остальные стали располагаться на берегу.
  
   - Ну вот моя история - сказал я брату, после того как пересказал все последующие события как его корабли ушли.
   Я конечно не сказал про серебро и новый способ добывать сталь, сказал только что научился делать мечи.
  После этих слов Радомир вытащил меч "медведь" и спросил - так это и вправду твой меч и ты его не купил, и не добыл у врага?
   - А ты где не будь видел такие мечи? - в свою очередь поинтересовался я.
   - Я видел многое, сейчас ромеи хорошее оружие делают, и у других народов были мечи не хуже.
   - Не смеши меня Радомир - махнул я рукой - мечи готов гнутся и ломаются, по два раза за бой их выправлять нужно.
   - А твои мечи, что не гнутся и не ломаются? - переспросил Гореслав.
   - А ты у брата спроси - указал я пальцем - Радомир ты же уже проверил меч?
  Радомир молчал.
  Ну хрен с тобой золотая рыбка подумал я, если надо шоу, то будет вам шоу. Я достал свой меч, которого называл 'волк' и поднял его над головой, затем взял второй рукой за острие и согнул над головой касаясь кистями плеч.
  Держал я достаточно долго, чтобы достичь нужного эффекта, а потом отпустил. Меч распрямился и сталь запела.
   - Таких мечей не делает пока никто - тихо сказал я.
  Радомир вытащил из ножен мой подарок, меч под названием "медведь", и поднес лезвие к огню.
  Через блестящую сталь клинка проступали магические рунны рисунка слоев стали, и эти рисунки играли в отблесках пламени. Они завораживали и пугали одновременно.
   - Это особый меч, в нем душа медведя - показал я рукой на меч брата - Воевода покажи свой меч.
  Воевода вытащил почти такой же меч но чуть короче. Мой волк был на ладонь (15 см) длиннее, но зато лезвие у воеводского меча было шире и угол схождения клинка больше. Мечи для своих воинов я делал короче и острее, осознанно сдвигая центр тяжести к рукояти, потому что в последних боях я в основном приходилось колоть мечем из-за щита, а не рубить. В плотном строю вообще то сложно рубить, а вот сделать точный укол в уязвимое место самое то. Маленький до ворот кисти и лезвие спокойно отклоняется в сторону, вот такие были мои новые мечи.
   - У Креслава меч для боя в плотном строю, но сталь та же.
   - И как хороший меч? - спросил Радомир у Кареслава.
   - Меч хорош, мечи любят кровь, ваш брат зарубил своим мечем многих и я клянусь что мой меч тоже носиться кровью врагов - Креслав склонил голову поклоняясь мечу, а потом осторожно вогнал свой клинок в ножны, а я спрятал своего волка.
   - А ты посмотри внимательно на свой клинок - посоветовал я Радомиру.
   - Да смотрел уже.
   - И что?
   - А то, что перерубил твой клинок мой.
   - Я тебя не понял брат. Как это перерубил твой клинок?
   - А что тут не понять? - съязвил Радомир - ты же мне не просто так два меча прислал? Первый меч я узнал сразу, это мой трофей с ладьи того купца, что мы прошлым годом взяли. Я его тебе подарил. Ну а ты мне второй меч прислал, чтобы я испытал их оба. Вот я и испытал, попросил чтобы Гореслав рубанул мечем, тем что я тебе подарил по новому мечу.
  А, я понял, братец со свойственной всем дикарям прагматичностью решил проверить клинки.
   - И что у вас получилось? - переспросил я.
   - Так нет больше того меча, перерубил его твой подарок, - Радомир достал свой меч, что я ему подарил - а вот у этого даже лезвие не скололось. Так я и спрашиваю, кто научил тебя делать такие мечи?
   - Ты не о том спрашиваешь Радомир, ты спроси сколько? Сколько я могу сделать таких мечей? - я похлопал себя по груди - и сколько таких броней я могу сделать, вот это будет правильный вопрос.
   - Так сколько? - хрипловатым голосом спросил седовласый дед.
   - На вас на всех хватит, но при одних условиях - я ткнул пальцем в Радомира - ты брат прямо сейчас признаешь меня своим вождем и у тебя будет все, все что ты только пожелаешь.
  Люди седели вокруг костра и тихонько переговаривались, шушукались, посматривая то на мечи, то на брони, но когда я произнес последнюю фразу, наступила гробовая тишина, только ветки потрескивали в костре.
   - То есть ты все таки не врешь? - переспросил меня Радомир - и у тебя есть земля и есть люди?
   - У меня много чего есть брат, но вот людей у меня мало. В последней войне с готландцами я потерял почти сотню своих воинов. Не говори ничего, я сам знаю, что бездарно сгубил этих людей. У меня было мало мечей и мало брони, но из тех, кто носил такую бронь погибли не многие, однако многие были ранены, и даже я. Меня тоже много били, но бронь пробить не смогли.
   Я заметил, как начали меняться лица гостей, я так и не понял с какими мыслями они плыли сюда, но по лицам было видно, что все рассказы они воспринимали как сказки. А тут сказка затянулась и стала походить на правду. Один малолетний преступник, спер у сотоварищей золотое ожерелье, по ходу дела прирезал тех кто был против такого нехорошего поступка. Потом этот нехороший отрок, что кинул честных пацанов, ушел в болота и вот теперь, по прошествии года сидит и рассказывает, что сумел построить свое княжество. И весь этот рассказ мог бы восприниматься как сказка, если бы рядом не было трех десятков головорезов, по самые уши зашитых в бронь.
   А еще странные женщины с непонятным оружием, что ради прикола пробили каленым болтом железный шлем одного из воинов. Тот попытался поспорить с девками на предмет меткости. Меткость испугала всех, с пяти десятков шагов баба просто развернулась и почти не глядя вогнала каленный толстый болт в поставленный вместо мишени шлем. Такой шлем стрела выпущенная из лука пробить не может, это точно, уже испытывали.
   - И как ты себе это представляешь, чем я буду заниматься при тебе, вино подносить? - переспросил Радомир.
   - Все очень просто я князь на суше, все что на земле мое. Ты будешь владеть морем. Я дам тебе корабли и дам товар, ты будешь возить мой товар, захватывать корабли врагов и защищать границу моих земель с моря.
   - С моря? - не понял Радомир - какого моря?
   - Я покажу тебе море, не переживай. К стати на том море много врагов, так что скучать ты не будешь, там будет много добычи.
  Люди Радомира зашумели, а брат поднял руку и все умолкли.
   - А что мне делать с моими кораблями?
   - Я у тебя их куплю - просто сказал я.
   - А зачем тебе мои корабли? - не понял брат.
   - Я поставлю на них команду и они буду возить мои товары по Славутичу, так же как я вожу товары по Янтарной.
   - И много у тебя кораблей? - спросил дед.
   - Таких вот как у вас на шесть пар весел всего один. Две морские галеры на десять пар весел и три больших корабля на дюжину пар весел.
  Глаза у всех округлились, видимо они шли сюда с надеждой пощипать лохов и сняв с них дорогую броню, присвоить всё себе. А тут такие перспективы, и что делать дальше никто не знал.
  Трудный вопрос разрешил старик, я всегда знал, что этот дед не простой, он авторитетом у братвы пользуется.
   - Когда умирал твой отец Чеслав, он передал тебя мне и сказал "вот брат сохрани моего сына, он станет великим воином". Видно теперь слова моего брата и твоего отца Лучезара стали сбываться. Радомир, ты же хотел наняться на службу к сильному вождю? Вот тебе достойный вождь.
  Ах, вот оно как, этот дед отец Радомира и брат моего отца Лучезара, а Радомир получается мой двоюродный брат, ну теперь все становиться яснее, осталось только узнать, как зовут деда.
  Мой вопрос разрешил Гореслав, он повернулся к старику и спросил - уважаемый Боян, позвольте спросить?
  Дед махнул рукой.
   - Скажи Чеслав, а куда ты все таки хочешь деть те корабли, что ты купишь у Радомира?
   - Если Радомир продаст мне свои суда, то я посажу на них людей и пусть ходят по Славутичу - сказал я - тут я поставлю крепость, и к этой крепости будут возить товары для продажи в землях других родов, в основном это изделия из железа, инструменты, оружие, бронь и янтарь. Мне же нужны люди, скот, зерно.
   - Там - я показал рукой на север - мало хорошей земли, там трудно выращивать зерно, но там много руды, я добываю руду, плавлю её в железо, а из железа делаю такое оружие и вот такие доспехи. Но это еще не все, скоро я буду строить корабли, рядом море и если мы не научимся строить корабли, то мы не выживем в этом мире, тут выживает лишь сильнейший.
  Дед Баян закрыл глаза и кивнул сам себе.
   - Ты прав Чеслав, мы вымираем, на нашу землю пришла новая беда. Наш род погибнет весь под копытами коней новых дикарей, и если есть возможность не просто спрятаться в болотах, а восстановить силу наших родов, то мы должны сделать всё, что требуется, иначе души предков проклянут нас.
   - Мне нужен добрый муж, что будет управлять теми ладьями - я повернулся к Радомиру.
   - За какую цену ты хочешь купить те суда? - спросил Радомир.
   - Пять твоих ладей я покупаю за три морских дощатых когда, они твои. На каждый дощатник можно посадить пять-шесть десятков воинов, это хорошие корабли, если не хочешь брать дощатники, я дам тебе две быстроходные чайки, на них можно разместить всего по три десятка воинов, но они шустрее ходят по морю и могут заходить в реки. Если тебе не нужны корабли и ты не хочешь идти со мной, то ты можешь остаться на своей реке и сам руководить дружиной, тогда мы будем с тобой просто торговать.
   - Море, ты хоть знаешь, что ты мне предложил хитрый братец? - усмехнувшись сказал Радомир - ты ведь знаешь, что я всю жизнь мечтал о море, наша река Славутич, перекрыта роксоланами, они заняли все пороги и не пускают к морю никого. Путь к морю перекрыт.
   - Я могу предложить тебе два моря брат, тебе какое по нраву то, что на полдне или то что на закате.
   - Ты знаешь путь к двум морям? - дед Баян привстал - я слышал, что есть путь к морю Ховалинскому, где земли персов, но в тех землях много врагов. Еще со времен смерти князя Бужа, многие рода ушли верх по Славутичу, а потом перетащили свои корабли по лесам к реке что ведет к мору Ховалинскому и в земли персидские.
   - Во истину, твоя седина уважаемый Баян наполнена многими тайными знаниями - я поклонился деду - так и есть я знаю путь в Персию.
   Я достал кинжал, разгреб ногой листву и начал рисовать.
   - Вот наша река Славутич, что называется у сарматов Дона Апр или проще говоря Днепр - клинком кинжала я нарисовал извилистую линию на земле - Вот тут наша река впадает в море, за которым лежит земля ромеев. Но путь в земли ромеев перекрыт роксоланами. Примерно тут находятся перекаты и волоки. Но если обойти вокруг земли Тавриды, что была раньше землей царя Германа ария - я примерно нарисовал Крымский полуостров - то можно попасть еще в одно море, а дальше по Дону-Танаису подняться вот сюда.
   Я примерно нарисовал реку и поставил точку воткнув лезвие в землю.
   - Так вот, мы находимся тут - я поставил точку на Днепре - Если вот здесь поставить крепость, и перетащить туда ладьи, то можно обойти перекрытые врагами пороги и свободно дойти до земель ромейских.
   Я поднял голову и убедившись, что все слушают открыв рты, продолжил свой урок древней географии.
   - Моя столица Полоцк находится вот здесь - я воткнул кончик кинжала в землю - Полоцк стоит на реке Янтарная, и выходит эта река в море Сарматское, где живут разные рода, в основном враждебные, но тут на острове Ружа имеются и наши давние родичи, есть в лесах у моря народы Лютинов и Бодричей. Вот только выход из этого моря перекрывают воинственные рода юттунгов и сконцев - я нарисовал примерный выход в Северное море из Балтики.
   - Если тут прорваться, то можно попасть в земли франков и дальше в земли ромеев, обойдя вокруг материка. Но это еще не все - я воткнул клинок в землю севернее точки нашего стояния - Вот тут есть еще одна река и она идет на полдень примерно так - я нарисовал Волгу, а по местному Идиль - от сюда можно перетащить корабли на ту реку волоком, а сама река, что Идиль зовется течет до самого Ховалинского моря. Вот уважаемый Боян, по этой реке и можно пройти спустившись до самых земель персидских.
   Я осмотрел всех присутствующих и шепотом, что бы придать своим словам большей важности сказал.
   - Вот наша новая земля - я обвел все четыре точки в земле кинжалом - Мы будем контролировать все эти пути, мы будем торговать с многими родами, но мне нужны люди. Я поставлю крепости на этих реках. Вот тут уже стоит крепость Полоцк, здесь где мы находимся сейчас тоже будет крепость Нижний Волочёк, или еще как не будь назовем, не важно.
   Я воткнул кинжал в верхнюю точку.
   - Вот тут мне весной нужна крепость Верхний Волочёк. Там живут рода вепсов и меря, и на них уже нападают речные разбойники. Мы должны очистить все реки от разбойников и начать торговать с местными родами - я провел линию между Западной Двиной и Волгой - вот он путь, который сделает нас богатыми. Этот путь мы должны держать зубами, вот поэтому я и спрашиваю брат, кто останется на этой реке чтобы вести торговлю по Славутичу, а кто пойдет дальше?
  Вот теперь мой вопрос звучал как вопрос судьбы. Слушатели прониклись все, а дед закрыл глаза и казалось бы спал, он кивал головой, что-то бухтя себе под нос.
   В разговор опять встрял Гореслав.
   - Я хочу остаться на этой реке, и я дострою эту крепость.
  Радомир посмотрел на Гореслава, а потом задумчиво сказал:
   - Я плыл сюда, чтобы проверить те слова, что сказал мне Рознег, но всё что я слышу сейчас превзошло мои ожидания. И я бы даже согласился поменять свои корабли на твои, но где мне взять полторы сотни воинов.
  Вот же жук, он уже намекает, что хочет забрать купеческие дощатники.
   - Возьми пока две чайки брат, не переживай, я отдам тебе в счет твоих кораблей броню и мечи. Но воинов у меня нет, ты должен сам их найти до зимы. Зимой я хочу пройти по землям песьеговых, и показать им, что в этих землях появился новый хозяин. А весной ты пойдешь в море и повезешь наши товары на остров Ружа (Руян).
   Я обвел взглядом всех присутствующих.
   - Всё, что я вам нарисовал, можно сделать только тогда, когда мы приведем в эти земли роды наши. Если мы не выведем людей, то все они отправятся на рабские рынки к ромеям.
  Дед Боян открыл глаза.
   - Я пойду к Твердиславу, но ты Чеслав должен пообещать, что выполнишь мою просьбу.
   Я удивился - какую?
   - Ты должен взять в жёны дочь Твердислава, а когда вы породнитесь возможно он признает тебя своим вождем. У него в роду пять сотен воинов было, они нужны нам. И еще не давай Гореславу корабли - дед посмотрел на возмутившегося было Гореслава - дай ему эту крепость пусть тут строится и держит эту землю, а корабли вон отдай Аркху, он удачливый и его любит река.
  Ну что же, это не предложение а приказ, дед всё таки в табеле о рангах глава нашей семьи. Я хоть из 20-го века, но ведь никто этого не знает, а знают, что я племянник деда Бояна, а он старший в роду, а в это время старших нужно слушать.
   - Вы должны разделить своих людей - сказал я - Радомир, тебе нужно не меньше пяти десятков воинов, и я хочу чтобы ты пошел со мной зимой в поход на песьеголовых, часть воинов должны остаться здесь у Горислава, вот и получается, что у Аркха нет людей на эти корабли.
  Дед оказался самым умным.
   - У Гореслава останется два десятка воинов и два корабля - произнес дед - Аркх возьмет два корабля и два десятка воинов, он сам наберет себе людей в нижних селениях, и когда будет готов, то заберет оставшиеся у Гореслава ладьи, а я возьму одну оладью с десятком воинов, и пойду к Твердиславу.
   - Скажи Аркх - спросил я парня, что по виду был моим одногодком, но взгляд у него был уже как у настоящего воина, твердый и решительный - что тебе нужно, что бы ты смог нанять людей и взять эту реку под свой контроль?
   - А что ты сможешь мне дать Чеслав?
   Я позвал Милену, та принесла мне мешочек.
   - Вот Аркх тут десять гривен серебра, на первый раз достаточно, найди людей себе и Гореславу, а еще я хочу чтобы к весне ты нашел еще сотню воинов для Радомира. Через полную луну я пришлю людей к тебе Гореслав с товаром, начинай строить склады и заготавливать товары для Аркха.
   - Здесь в лесах прячутся многие люди, не обижайте их, примечайте всех и сажайте на землю, пусть обживаются. Если найдете много людей, то отправляйте всех ко мне в Полоцк, я могу прямо сейчас принять сотню семей, и жилье и работа есть для всех. Но предупреждаю один раз, время разбоя и поиска людей для продажи в рабство закончилась, все эти люди теперь наши подданные.
   Я встал.
   - Завтра мы уходим в Полоцк, Радомир отбери себе пять десятков воинов, выходим с рассветом.
  
  Глава вторая: Первый МОРСКОЙ БОЙ
  Мы вышли сразу после завтрака, оставив Гореслава, Аркха и деда Бояна в Нижнем Волочке, шли по зарубкам, постепенно улучшая дорогу, раздвигая и убирая с пути валежник и делая новые зарубки. Когда вставали на ночевку, то расчищали целые полянки и строили шалаши, чтобы можно было укрыться от дождя, а дождь уже шел со снегом. Поздняя осень вошла в свои права.
   К селению Бажены мы вышли на третий день.
  Когда Радомир увидел мое первое селение, он аж подпрыгивал от удовольствия. А что вы думали, вот так идешь и идешь по болотам, и этот печальный пейзаж так надоедает, что когда ты вдруг видишь цивилизацию, то глаза поначалу не верят тому, что это правда.
  Мы прибыли большим отрядом с целой сотней воинов и это была уже огромная силища. Три больших барака, визжали и стонали целую неделю. Я вначале опасался, чтобы не было конфликтов, между моим НАРОДОМ и людьми Радомира, но заскучавшие по мужской ласке и банальному сексу женщины, просто не давали прохода ни моим мечникам, ни людям Радомира. К стати один конфликт таки был, мои арбалетчицы очень быстро показали местным тёткам, что мечники давно заняты и никто из женского пола болотного селения пусть даже и не пытается подъехать к грозным столичным воинам в стальных доспехах, учитывая то что их ночной покой охраняли не менее грозные арбалетчицы.
   Пока мы ходили на Днепр к Бажене вышли два рода по три десятка человек, спасшиеся от набега неизвестных всадников. История оказалась страшной и обыденной в одно и тоже время. На большое и сильное селение, что стояло у самой границы леса и поля вдоль какой то маленькой речушки напали конные воины, многие мужчины погибли, охраняя свой род, а те, кто остался в живых пошли на север в болота. Их было почти три сотни человек, и зайдя в болота, люди разделились, а потом и потеряли друг друга. Лишь те, что пришли к Бажене смогли прорваться через заболоченный лес, наполненный страшными болотными демонами, им повезло найти меж болотные дефиле и они без больших потерь имущества и людей выскочили на единственно возможный сухой участок местности, где как раз и стоял острог Бажены.
  Мы поговорили с Радомиром.
   - Я думаю, что как мороз скует эти болота льдом, можно ожидать недобрых людишек - сказал я.
   - Да нет - отмахнулся Радомир, - не пойдут они сюда, там еще много селений осталось. Пока все не ограбят, роксоланы дальше не пойдут, а вот нам нужно по этим болотам зимой сходить на полдень, может кото и удастся захватить и притащить в твои земли брат.
   - Зачем же их тащить? - не понял я - людей нужно добром и лаской, да посулами всякими к себе зазывать, а то разбегутся по лесам, не сыщешь потом. Бажена, твои как новые подданные, не бунтуют, права не качают?
   - Нет пришли как побитые собаки - сказали сразу, что будут делать всё что скажут, я их к добычу руды приспособила. Кстати там даже бондарь есть я ему пилы выдала пусть работает.
   - А ну пошли покажешь.
  Мы пришли к замученному мужичку, что тихо пилил бревно.
   - Как тебя зовут человек? - обратился я.
   - Да так и зовут дед Бондарь.
   - Есть ли у тебя родичи здесь дед Бондарь? - спросил я.
   - Есть, как не быть.
   - А чего же ты их профессии своей не учишь, чего не помогают тебе?
   - Так никто нынче учится не хочет, все хотят на готовое попасть.
   - Нет дед, тут готового нет, что своими руками сделал то и будет у тебя, а тот кто не работает тот почти и не ест.
   - Это правильно - дед внимательно меня осмотрел - так это ты и есть наш рикс?
   - Я дед, я. А что не нравлюсь?
   - Людей не по словам оценивать надо, а по делам их, ты вон что тут построил, метал добываешь людишек научил, выходит ты хороший хозяин.
   - Да ты дед философ? Умные люди всегда в цене, а еще мне твои руки нужны. Я за добрые бочки купцам серебром плачу, если ты наладишь мне выпуск бочек, то горя знать не будешь.
   - Я в этом болоте не смогу найти хорошего дерева, и мне нужны железные обручи.
   - Со мной пойдешь в Полоцк - сказал я голосом не терпящим возражения - кого хочешь с собой взять?
   - Горыню мальца я бы взял с собой, да его мать не отпустит, ученик он мой, подмастерье.
   - А где сейчас твой ученик?
   - Так уголь пережигает?
   - Негоже дед подмастерья от себя отлучать, забирай его к себе, а завтра я ухожу и всех с собой заберу, если мать Горыни хочет пусть с нами идет, я и ей работу найду.
   Я посмотрел на главу городища.
   - Бажена, как думаешь смогут ли твои люди самострелы освоить или мне оставить тебе наших воительниц?
   - Нет, не нужно - махнула рукой Бажена - да и не останутся они тут, и так две седмицы мне в подол плакали, жаловались что ты их с собой не взял, так что не обижай девок, они за тобой и в огонь и в воду, забирай уж. А игрушки пусть свои оставят, мои людишки уже научились управятся с этими самострелами, да и мужиков толковых прибавилось, пусть к воинскому делу привыкают.
   - Скажи Радомир - обратился я к брату - а ты знаешь, где можно достать коней?
   - Купить можно - подумав ответил Радомир - скажи Аркху, он найдет, да только, я вот по твоим лесам походил чуток и не пойму зачем тебе эти кони? Они тут у тебя с голодухи сдохнут.
   - Да ты прав брат, пока у меня мало полей и пастбищ, но думаю, что в ближайшее время я начну выращивать овес и вот тогда кони нам будут нужны.
   - Расчищать лес под поля нужно, побыстрее. Можно леса жечь, что бы весной уже начать сеять - произнес Радомир.
   - Уже чистят, но не просто чистят, люди пережигают березу в уголь, для производства метала.
   - Метал, это хорошо, скоро к тебе потянутся караваны торговцев - задумчиво сказал Радомир - раньше весь метал, покупали у ромеев и у готов, а теперь роксоланы отрезали нас от поставок метала, ты брат, если сможешь обеспечить наши рода железом станешь купаться в золоте. Я надеюсь ты не разочаруешь меня, ведь у тебя есть метал?
   - Ну пошли, покажу я тебе метал.
   Я привел Радомира к печам, где группа людей плавила железную крицу. И пока люди работали, я прокомментировал весь процесс, а когда из печи извлекли крицу, Радомир не утерпел и начал бегать вокруг пытаясь все рассмотреть.
  Мастер посмотрел на меня, я понял его взгляд, он спрашивал стоит ли раскрывать секрет тигельной стали.
  Если бы я не позволил, то мастера бы начали отбивать крицу молотами и формировать из нее железный брусок.
  Но я кивнул и мастер бросил красный кусок метала перемешанного со шлаком в яму с водой.
  Когда вода в яме перестала шипеть я лично достал десяток кусочков железа и показал их Радомиру.
   - Вот брат это и есть железо, а из него можно сделать сталь.
   - Сталь? - не верящее переспросил.
   - Сталь это лучшее железо, самое качественное железо, то из чело сделан твой меч. Но можно сталь и не делать, все зависит от того, что ты хочешь из этого железа сделать - наставительно сказал я, а потом обратился к мастеру - Твердята, у тебя есть готовая сталь, покажи.
   - Есть княже, вот он стальной брусок.
   Я взял стальной брусок, что был выплавлен ранее.
   - Вот тебе и настоящая сталь брат, это уже не железо, это почти золото. Такой стальной брусок стоит очень дорого. Но я не собираюсь продавать чистую сталь, только оружие, а ты будешь охранять наши земли и торговать.
   - Да, теперь я понимаю тебя - произнес Радомир - если кто узнает, что здесь производят чудное железо, которое можно продавать за чистое золото, то сюда полезут все кому не лень. Все кто сможет собрать отряд хоть в десяток воинов пойдут в болота, чтобы отобрать у тебя мастеровых людей, умеющих добывать мудрёное железо.
   Я рассмеялся.
   - У меня в услужении много кикимор лесных и лешаков болотных брат, а они любят пожирать души чужаков, - рассмеялся я - так что пусть побольше врагов приходят, мне нужно много душ, чтобы кормить своих ручных демонов. Но ты прав, я заберу всех мастеров тигельной стали в Полоцк, нечего их по всем селениям распылять, так действительно люди не добрые и умыкнуть мастера смогут.
  - Бажена, собирай всех кто знает тайны тигельной стали в дорогу долгую, забираю я их в Полоцк.
  Мы загрузили пять десятков кусков тигельной стали в сумки, собрали переселенцев и пошли дальше на Полоцк.
   В каждом селении, где мы ночевали, помогали в вырубке деревьев, расчистке полянки под строительство и шли дальше. Сотня воинов с топорами за пару часов способна срубить сто стволов деревьев, а это большая помощь для маленького рода. В Витебске в селении Вацлава я показал Радомиру свои, вернее уже его чайки, а тот аж подпрыгивал от радости, обнюхивая каждую досочку и проверяя паруса.
   Мы загрузили на первую чайку всё имущество и переселенцев, на вторую чайку сели мы с Радомиром и все арбалетчиц, а мужчины пошли пешими вдоль берега. Вот таким караваном мы медленно пошли в Полоцк.
   В столице нас встретил староста немного нервный и дерганный.
   - Что случилось? - поинтересовался я.
   - Князь, наши люди видели поблизости чужаков песьеголовых, но догнать не смогли, они наших дозорных побили, а потом тот ведун с рогами приходил, чтоб упредить тебя о беде великой.
   - Что сказал этот ряженый?- спросил я.
   - Он сказал, что готландский купец Виллигурд собирает против тебя воинов местных родов песьеголовцев.
   - Да покажите мне этих песьеголовых - прорычал Радомир - что вы все их боитесь?
   - Я тебе их обязательно покажу. Пошли брат в начале я покажу тебе свой дом и свое хозяйство, потом мы с тобой поужинаем, и только потом займемся песьеголовыми. Они все равно раньше морозов не появятся, тут болота одни, пока вода не замерзнет сюда никто не придет.
  Пока меня не было, весь мой военно-промышленный комплекс занимался ускоренным производством оружия и доспехов. Радомир и его люди до последнего не верили, что я выполню свое обещание и одену их в новую бронь.
   - Что ты такой напряженный брат? - спросил я Радомира.
   - Ты знаешь, сколько стоит такая бронь?
   Я покачал головой.
   - Простая кольчужная рубашка стоит десятка два гривен серебра - произнес Радомир - но твоя бронь может стоить даже пять десятков гривен, а мечи, что ты производишь, можно продать и по сотне за штуку. И сейчас получается что ты на каждому моему воину обещал дать по полторы сотни гривен серебра.
   - Серебро ни тебе, ни мне в земле не поможет брат, ты же слышал, что возле моего городища уже бегают чужие воины, высматривают, вынюхивают. Напали вот на мой патруль, думаю - это те люди, что ранее Бурому медведю служили, но я убил его и теперь они пришли мстить.
   - Кого ты убил? - не понял Радомир.
   - Запомни брат, чтобы стать хозяином всех лесов у Янтарной реки мне пришлось убить вождя песьеголовцев по имени Бурый медведь, так что теперь я владею этой рекой - я Белый волк. Но остались те кто не склонил колени, те кто всё еще хочет бросить мне вызов, остались еще недобитки Виллигурда. Я разбил его наёмников, и вот он пришел опять, так стоит ли сейчас думать о серебре, когда жизнь на кону? Думаю, что нападения следует ожидать с первыми морозами. Пошли, я хочу показать тебе свою реку пока её не сковал лёд.
   - Креслав - позвал я воеводу - дай мне десяток мечников и позови Томилу, пусть собирает в дорогу полтора десятка арбалетчиц, мы с братом дойдём по реке до моря, закиньте товаров для селений.
  Креслав кивнул и вышел.
   - Радомир, ты можешь взять два десятка своих воинов. Мы можем столкнутся с противником в любой момент, поэтому прямо сейчас я дам тебе всего два десятка броней и мечей, пока больше нет.
   - А ты не боишься с собой девок брать то - удивился Радомир - если бой начнётся, то с них пользы мало будет.
   - Есть, Радомир, есть польза - я похлопал его по плечу - ты даже не представляешь какое оружие в руках у этих воительниц, сотню песьеголовцев я беру на себя, а кто останется, тех твои мечники добьют.
  Подошла Томила.
   - Вождь, позволь мне с тобой пойти?
   - Собирайся, берите болтов по пять десятков на каждую, возьми в амбаре десяток арбалетов с болтами свезем в Приморский.
  Загружались пол дня, взяли много скоб и гвоздей, десяток разных топоров и пил для строительства деревянного острога. Загрузили пустые бочки под рыбу и десять пудов соли. Отобедали и тронулись. Идти вниз по течению реки одно удовольствие.
  На второй день пути мы уже пришли в селении чудинов, что ранее принадлежало Корсуну. Я провел инструктаж, рассказал о предстоящей зимней компании, после чего предложил чудинам уйти до весны в леса на север, подальше от предстоящей схватки. Как ни странно, но чудины попросили немного соли, железных изделий и сказали, что к морозам уйдут в леса. Вот же народец интересный, нет что бы попросить воинов и помощи в обороне селения. Я думал они защищать свое селение до последней капли крови будут, а нет, они не воины, они охотники, ты князь, ты типа и воюй, а мы пойдем в лес прятаться. Неплохая такая страуссиная позиция. Да вот у страуса беда одна есть, когда он голову в песок прячет, то кто-то к его заднице может сзади пристроится.
  Дальше мы спустились в Приморское, всего то две сотни километров от селения чудинов, раньше мы такой путь за пять дней проходили, а сейчас под парусом и в десять пар весел дошли за трое, вот это скорость.
  Богдан был хорош, он отстроил настоящий деревянный замок, на месте бывшего селения песьеголовцев уже стоял почти достроенный острог по кругу обнесенный толстенным деревянным забором. А внутри кипела работа, строились большие лодки.
   - Вот брат, эти люди рыбаки, я скоро научу их делать большие корабли и у тебя будет настоящий флот.
   - Да и лодки у них получаются хорошие - по цокал языком Радомир, рассматривая рыбацкие лодки и целые гирлянды сетей - а кто сети плетёт?
   - Сети тоже сами плетут, я же сказал рыбаки. Мы у них всю рыбу скупаем, а им другие товары подкидываем.
   - Богдан - крикнул я - забирай бочки и соль, я с братом схожу вниз покажу ему море. Дай мне рыбака, что до острова эстов ходил, и приготовь что забрать нужно в Полоцк, дней через десять заберу.
  Через минут тридцать пришел старичок Сом.
   - Меня послал Богдан я знаю острова эстов - сказал дед.
   - Ты сом совсем ума лишился, вон ходишь едва, что помоложе нит никого?
  - С молодых что взять то, силы много, а ума мало. Я хоть и слаб руками, да море получше вас двоих знаю - дед показал на Радомира.
  - Придется тогда тебе дед Сом забыть про теплую землянку, пойдешь к Радомиру в услужение? На море теперь он риксом будет.
  - Это как же? - не понял старик.
  - А вот так, я рикс на земле, а Радомир рикс на море.
  - Чудно ты придумал, но раз так надо, то можно и Радомиру послужить.
  - Ну тогда бери все, что тебе нужно и грузись на чайку.
   - Так море того князь не спокойное уже - попробовал нас остановить Сом.
   - А это дед хорошо, я брата своего с морем знакомить буду, пусть узнает какое оно у нас грозное.
  Море было действительно неспокойным. Наши чайки уже через сутки пути попали в такую волну, что я сам был не рад, что решил по выпендриваться перед братом. Мы шли под парусами, изредка опуская весла, если приходилось маневрировать против ветра, при этом старались держатся как можно ближе к берегу. Ветер дул юго-западный. То есть наше судно на огромной скорости неслось на север с приличным креном на правый борт.
  Моя душа ликовала, вот он настоящий морской поход, вот она свобода, вот судно на парусах, несущиеся по волнам, а у левого борта сидела куча перепуганных людишек, изображая противовес.
   Я вскочил на нос и схватившись за голову чудища запел весёлую печенку из известного мне мультика:
  " В море ветер, в море буря,
   В море воют ураганы
   В синем море тонут лодки
   И большие корабли-и-и,
  
  Корабли на дно уходят
   С якорями, с парусами
  На морской песок роняя
  Золотые сундуки, Золотые сундуки-и
  
  Корабли лежат разбиты,
  Сундуки стоят раскрыты
  Изумруды и рубины осыпаются дождём
  Если хочешь быть богатым,
  Если хочешь быть счастливым
  Оставайся воин с нами -
  Будешь нашим королё-ём, ты будешь нашим королём
  
  Ла-ла-ла, ла-ла-ла, ла-ла-ла-лэ-ла-ла-ла
  Ла-ла-ла, ла-ла-ла, ла-ла-ла-лалалалаэй"
  
   Песенка была весёлая только для меня, и для детишек, сидящих у телевизора. А вот тут в море, такая песня пугала людей похлеще живых демонов. Мои перепуганные 'матросы' с ужасом взирали на бесноватого князя, что на свою голову призывает морских чудищ, и при этом еще и радуется не пойми чему, поэтому мои людишки с большим усердием втискивали свои тела в борт судна и со страхом поглядывали по сторонам.
  Берег справа по борту то растворялся, то опять его очертания появлялись на горизонте, мы совершали почти каботажное плавание, то есть шли вдоль берега. Волны были не большие, всего в метр высотой и по моим подсчетам не доставали даже до весельных портов, поэтому угрозы затопления судов не было. Но ветер прилично сносил наши корабли на правый борт и была угроза, что мы не удержим напора стихии и вылетим на прибрежный песок, кроме того была еще одна угроза - угроза полной потери рассудка части тех людей, что видели море в первый раз. При чем даже люди Радомира вели себя дёрганно, я видел как они сидели, со страхом схватившись за весла, а вот сам Радомир спокойно стоял возле носа своего корабля и вглядывался в даль.
   - Суда, суда - закричал Радомир, тыкая пальцем вперед - впереди по курсу два судна.
  Рука моего брата показывала на две маленькие точки впереди и чуть левее по курсу.
  Плохой курс, ветер и так дует нам практически в левый борт и я иду зигзагами с опорой на бизань мачту и косой носовой парус. То есть вначале набираю скорость при кормовом ветре, а потом выруливаю влево и иду какое то время по инерции с замедлением скорости, потом опять набираю скорость по ветру, и опять влево. И так гребенкой по тихонько пробираемся на север. Радомир же вообще решил парусом не баловаться и его воины по привычке гребли веслами. Почему мы шли так медленно, да потому, что скорость движения в сторону от требуемого маршрута не считается, я по сути шел намного быстрее Радомира, но мой корабль шнырял постоянно влево и вправо, при том, что скорость на северо-запад была не большой, а вот Радомир шел на веслах строго по нужному нам курсу. Правда был в моих действиях один плюс, мои люди не уставали, а люди Радомира были уже на грани, того и гляди повернут к берегу и потребуют остановки на привал.
   И вот мы увидели не известные корабли, они шли именно левее от нас, то есть мне как раз влево поворачивать и не получается. Кораблики были явно весельные, то есть уже через час сближения я мог достаточно четко разглядеть два примерно восьмивесельных судна. И я тут же вспомнил слова Адаларда, он сказал что такие суда строят бодричи. Точно такое же судно у меня ходит по реке. Неизвестные суда шли от побережья, материка в сторону огромного острова на горизонте и я не был уверен, что мы сможем их нагнать, несмотря на приличную по нынешним меркам скорость.
  Расстояние между моим кораблем и кораблём Радомира было не большим, но вот шум волн заставлял меня орать изо всех сил.
   - Радомир - крикнул я - что бы ты сделал сейчас, вот твой первый поход и первая твоя встреча?
   - Я бы догнал - крикнул Радомир - у них там не больше четырех десятков человек на двух судах, и у нас больше весел, догоним.
   - Ты хочешь напасть на этих людей?
   - Ты сам сказал, что тут твоя земля - засмеялся Радомир - если это купцы, то пусть заплатят пошлину!
  Общий гогот разрядил гнетущую обстановку на судне.
   - Отлично, Радомир, тогда идем на сближение - крикнул я - внимание экипаж, убрать паруса, все на весла.
  Через несколько минут основной парус на грот мачте и кливер стянули и завязали линем. Крен тут же уменьшился, и весла ушли в воду. Мерно загребая воду, наше судно медленно, но уверенно начало сокращать дистанцию, постепенно приближалось к двум ладьям, что пытались уйти на запад. Я уже понял, что они бегут, весла неизвестных кораблей поднимались и опускались намного чаще, чем наши весла, но мы все равно их догоняли.
  Через два часа движения я уже видел людей на тех судах, видел щиты повешенные на борта, видел истерически бегающего по палубе человека, а вдруг это действительно торговцы, и мы их просто напугали, зачем людей до истерики доводить, нужно им какой то сигнал подать, предложить остановиться для досмотра.
   - Эй кто не будь - скомандовал я - а ну повесьте на мачте щит.
  Один из моих мечников взял ивовый щит обклеенный светлыми кусками кожи и взобравшись как мартышка на мачту закрепил его на верху.
  Суда, скорость не сбавили.
   - Я не понял, что это? Почему они не останавливаются?
   - Ты что брат - удивился Радомир - ты действительно такой наивный? Да у них там товар дорогущий имеется, такой дорогой, что показывать его не охота никому, боятся и пытаются уйти. А море твое мне уже нравиться.
   Я тихо сказал Креславу.
   - А мне уже не очень всё это нравится, не хочу я в море при таком ветре на бой нарываться, а вдруг шторм усилится.
   - А они и не в море идут - вон смотри показал Креслав - они к земле идут, вон туда к острову, укрыться хотят в бухте, там и догоним.
   Я посмотрел вперед и ничего не понял - где земля?
   - Да вон - Креслав показал рукой вперед по курсу - ты и вправду не видишь?
   А я и вправду не видел. Так, а что он там мог увидеть? Какие то эстонские острова, а какие. Там в Балтийском море то ли два толи три острова были, а может даже больше.
   - Эй Радомир - крикнул я, напрягая глотку - спроси у Сома, что там за земля?
   - Это Эзель - проорал Радомир - там рода эстов живут.
  Ага Эзель понятно, хотя ничего не понятно, что за Эзель, вот в Азовском море или Черном я еще знаю кое что, а на Балтике ни хрена припомнить не могу кроме викингов и Карла-12. И вот интересно, почему всегда попаданцы или профессора, или там академики, что совершают кучу открытий, а через год подданства хреначат всех врагов ядерными боеголовками. Я вот стою тут на носу простой галеры и не знаю что делать. Ну догоним мы эти суда, а дальше что? Как напасть на людей, которые мне пока ничего не сделали я ведь не пират, а ну как наше неадекватное поведение испортит мне всю торговлю, мне ведь торговать кроме балтийских народов пока не с кем. Пути ни в греки ни в персы я пока даже не разведал.
  Мои сомнения развеялись сами собой. На корме отстающего неизвестного судна показались два лучника и начали в нас метать стрелы. Пару стрел не добили даже до судна, несколько стрел улетели в право, их снес ветер, а одна стрела вонзилась в носовую доску чайки.
  Ну вот, теперь всё понятно, вся морально-этическая сторона вопроса разрешилась сама собой. Я ведь ни на кого не нападал, я светлый и пушистый эльф, шёл себе по морю и никого не трогал, я как и англосаксы в той жизни, просто вынужден применить оружие в целях принуждения варваров к миру, варваров, которые не идут на контакт, и проявляют свою полную не толерантность и не уважение к общечеловеческим ценностям. Какие ценности, спросите вы. Ну как же, я вот хочу поздороваться, поторговать, я даже щит на мачту повесил, а они не уважают мои права на свободу общения, к тому же у меня мечей больше. А если мечей больше, то я имею право насаждать всем свои правила.
   - Арбалеты, шесть стрелков на нос - скомандовал я - заряжай, целься по людям на веслах, бей!
  Тренькнули тетивы и болты ушли вперед.
   - Передавайте им заряженные самострелы, да не тупите вы! - махнул я рукой показывая на заряжающих - быстрее, целься бей!
  Болты раз за разом уходили в сторону отстающего судна противника, попадали хоть и не все, но и тех что попало было достаточно. Четверо гребцов сразу сникли и ход отстающего судна замедлился.
   - Внимание арбалеты, товсь - опять скомандовал я и выждав когда к борту подойдут максимальное число воительниц, махнул рукой - бей!
  Этот залп стал для вражеской ладьи последним и мы увидели, как весла поднялись из воды, а люди в судне подняли руки.
  Ни фига себе, это "Гитлер капут" какой то, вот же ж международный сигнал "сдаюсь, дяденьки не бейте меня ногами".
  Наша галера медленно обходила останавливающееся судно врага, а я погрозил кулаком людям, что со страхом взирали на меня и подал команду - за первым вперед, догнать, ставь косой кливер.
   Тут же под напором ветра парус начал расправляться, но судно резко потянуло вправо.
  - Креслав, поворачивай рулем - заорал я, и сам надавил на переднее весло, выруливая левее.
  А парус уйдя далеко за пределы корабля наполнился воздухом и мы пошли шустрее. Мы догоняли, и я долго не собираясь преследовать врага подал команду - арбалетчицы на нос, целься, бей!
  Одного залпа хватило, чтобы весла убегающего судна поднялись вверх и оно начало останавливаться.
   - Радомир, осмотри вон того - крикнул я, показывая рукой на отставшее судно - а я возьму первого.
  Выждав еще немного я вскочил на борт корабля.
   - Шесть мечников со мной, готовьтесь к высадке на судно.
   У Радомира уже шла настоящая пиратская операция, его люди перепрыгивали на борт последней ладьи.
   - Суши весла, право на борт, убрать паруса - пронеслась моя команда над волнами - руки за голову, работает спецназ.
   Я аж воздухом подавился от гордости за себя красивого, я тут почти как капитан Блад, блин.
  Между тем нос моего судна чуть сильнее, чем было нужно ударил по борту вражеской ладьи и пройдя вскользь начал тормозится. Ну я чуток не рассчитал, хотел подойти плавно, а получился приличный удар. Но это только добавило эффекта, с гиканьем и криками наши мечники начали перепрыгивать на борт вражеского судна и бесцеремонно вязать экипаж. А пока шла работа по захвату этого корыта, я с рассматривал, что валялось внутри корпуса ладьи, а на захваченном судне, кроме команды было ещё несколько десятков связанных и засунутых под лавки людей.
   - Эй Радомир - крикнул я - у меня рабы, у тебя что там?
   - Бабы - заржал Радомир - это людоловы, они рабов везут.
  Ну тут теперь всё понятно, эти товарищи уходили на юго-запад и везли девок. Толи чудинок, то ли эстонок или как их там сейчас зовут, а мы для них типа конкуренты, вот те и пытались сбежать, обойдя остров мористее, но не получилось.
  
  Мы перегрузили рабынь на свои корабли, а на захваченные ладьи я посадил на весла часть экипажа и мы начали разворачиваться в сторону корабля Радомира и его захваченного трофея.
  Пока мы плыли, я осматривал развязанных перепуганных пленниц лет четырнадцати а может и меньше. Я еще не научился разбираться в возрасте, поэтому оценивал чисто по сиськам. Если сисек нет, значит 10 лет, если есть но маленькие, значит 12-13, а большие, так это уже вполне половозрелая женщина по нынешним меркам.
   У этих сиськи только обозначались бугорками.
  На моем трофейном корабле было всего восемь пленниц, а у Радомира аж одиннадцать и выходило, что мы то-ли освободили, то ли захватили почти два десятка рабынь и еще взяли в плен экипажи кораблей работорговцев.
  Когда мы уходили я приказал всех раненых бодричей выбросить за борт, а тех кто цел мы повязали и притащили с собой. Захваченных врагов было аж двадцать семь человек. Я хотел всех выкинуть за борт, но Радомир возмутился - ты что брат, ты как вести дела собиравшийся при таком плохом отношении к товару? Отведем их в лагерь к Гореславу, что мы строим на Славутиче, то есть на Днепре, он их продаст залетным купцам.
  Разгадка оказалась достаточно простой. Когда мы через два дня малым ходом четырьмя кораблями пришли в свое селение Приморское, то там оказался переводчик, который достаточно четко нам пересказал все лепетания захваченных пленников.
  Это действительно были людоловы с реки Обра, они пришли торговать янтарем, но янтаря не оказалось, так как местные его уже продали свебам. Вот бодричи и разозлились, пограбили селение, людишек побили, а девок в полон взяли. А когда увидели, что их преследуют чужие суда, то подумали, что это суда готландцев, то они и испугались и решили сбежать, обогнув сеть островов.
  При детальном осмотре захваченных кораблей мы обнаружили кучу железного хлама и несколько десятков корзин янтаря. При чем янтарь меня не заинтересовал, я то знаю, что эту древнюю смолу будут и через тысячу лет тут копать, а вот железо меня напрягло. В куче железных изделий я видел все, даже выдернутые гвозди, какие то мотыги, молотки, топоры, пилы, во общем все железо, что смогли отодрать бодричи, они всё забрали. А это означает только одно - в этом мире железо реально очень ценится, если местные пираты даже гвоздями не брезгуют. Поэтому мне требуется пересмотреть свои цены на железо, иначе я им тут дефолт могу случайно устроить, а за такое меня местные банд группировки, гордо именующие себя империями, королевствами и княжествами просто четвертуют.
  Брат, подпрыгивал на месте, он тут уже всё поделил и сказал, что забирает у меня все морские суда, а весь товар и все речные суда отдает мне.
   Я внимательно посмотрел на него.
  - Брат, а ты понимаешь сколько тебе нужно людей, чтобы управлять пятью морскими судами?
  Радомир посмотрел на меня как на ребенка.
  - Две с половиной сотни воинов. А в чем дело?
   - Как это в чем дело? - не понял я - а где я тебе возьму сколько народа?
   - Ахаха-ха, та ты не волнуйся так Чеслав - Радомир хлопнул меня огромной ручищей по плечу - я найду тебе мужей добрых, сколько захочешь. Ты только смердов своих заставь железо добывать, а воевать будем мы. Там - Радомир показал на юг - там много пахарей, роксоланы согнали их со своих земель и теперь люди прячутся в лесу, я помогу тебе, мы вытащим из лесов весь народ и посадим их на весла. Я за этот поход взял столько добычи, сколько не брал на Славутиче за целый год.
   В селении Приморском я устроил совещание.
   - Чеслав мы тут столько понастроили, жалко все это бросать. Вот и колодезь в остроге выкопали, скоро вышку достроим, старики вон ладьи морские делать собираются, кучу досок понаделали и сушиться положили. Если уйдем, то враги все разрушат и селение спалят. А если встанем на стены, то хоть сколько то врагов побьем, все меньше к Полоцку подойдет.
   - Богдан - мягко сказал я - чтобы оборонять это селение, ты на стены должен поставить не меньше сотни воинов, а у тебя всего десятка два стариков, да десяток отроков с самострелами. У тебя не получится отстоять селение, и людей загубишь, и сам погибнешь, а селение твое все равно сожгут.
   - Так ты мне дай людей - с мольбой в голосе попросил Богдан - хоть два десятка дай.
   - Ну что с тобой делать? - я повернул голову к Радомиру - а ты что скажешь брат?
   - А что мне сказать - развел руками Радомир - ты ведь назвался риксом, тебе и решать. Но я бы это селение не оставлял, оно путь из моря в наши земли прикрывает, а ну как враг тут крепость поставит и что ты потом будешь делать? Без моря нам кранты.
  Да, вопрос конечно интересный, крепость в сорока километрах от моря конечно форпост хороший, река тут почему то не замерзает, мне местные сказали, что выше по реке уже лед встает, а тут льда нет. Значит можно круглый год рыбу добывать, спускаясь к морю на небольших ладьях. А вот если враг тут свою крепость поставит, то останусь я и без рыбы и без заморской торговли. Но вот прямо сейчас я тут удержатся не смогу, нельзя силы распылять. Мне или о Полоцке или о Приморском думать нужно, тут как в пословице говорится: "За двумя зайцами погонишься, ни одного не поймаешь". Но ведь и вправду если хочешь спасти что то большое, то нужно уметь жертвовать малым.
   - Ладно Богдан - выдал я свое решение - все доски, что вы для ладей наготовили, пускай вход на обустройство двух вышек, на верху которых поставь обшитые досками башни для стрелков. Я пришлю к тебе десяток воинов с самострелами, пусть стрелки на вышках постоянно и днем, и ночью дежурят. Когда случиться нападение, то стрелки сверху много врагов побьют. Как только разведку врага увидите, то выход в море рыбакам запретить, чтоб ни одно весло и ни одна лодка чужакам не достались. Все лодки затащить в селение, перевернуть и обкопать землей, будет вам вместо дополнительного вала. Все понятно?
   - Да, ты не бойся вождь, это селение сейчас уже трудно взять, а как первые морозы ударят, тут вообще крепость будет, ты только мне самострельщиков своих дай, да болтов побольше.
   - Так люди - перевел я тему - что мне с эстами делать, они по нашему не понимают, и ничего не умеют, бабы молодые все?
   - Как не умеют? - удивился Богдан - ты что вождь, это же дети рыбаков, они, как и мои люди из племени водь должны в рыбном деле хорошо разбираться. У моих рыбаков вон дети и сети плетут и рыбу солят, и лодки помогают старикам смолить. А еще и смолу с деревьев собирают.
   - А если я тебе их оставлю, сможешь их прокормить и работу дать?
   - Смогу, а не сбегут?
   - Вот тут я тебе ничего сказать не могу - задумчиво произнес я - если обижать не будешь то и не сбегут, им то и бежать некуда, у них родичей побили. Но я тебе их пришлю только после окончания войны, сами готовьтесь все на стену встать и хоть топором, но держать оборону. Ежели всех вооружишь, то сотня каких никаких воинов у тебя будет.
  
   Несмотря на то, что всех уже достал этот мерзкий дождь, лично был рад холодным каплям воды, льющимся с неба, казалось бы природа плачет, плачет перед началом чего то страшного. Как бы мы не готовились, но все прекрасно знали, что вокруг нас творится что то серьезное. Ежедневно мои дозоры обнаруживали лёжки, потухшие кострища и другие признаки нахождения по близости противника. Многие рода песьеголовцев и чуди от кочевали подальше от янтарной реки, все заняли что зима приближается, а с ней приближается и смерть.
  Наступлению зимы предшествовали обильные дожди со снегом и периодически заморозки. Наши суда с трудом шли вверх по реке, разламывая веслами тонкий лед, и все кто был на корабле старались посидеть на веслах, что бы хоть как то согреться. Мало кто имел приличную для такой погоды одежду, даже я оставил свои шкуры в Полоцке, а на груди почти у всех была холодная бронь. В селении чудинов, мы пристали к берегу и долго не думая, я изъял почти весь мех, оставив взамен платы кучу трофейного имущества. Люди сразу же начали под брони надевать телогрейки, а вместо шлемов волчьи и заячьи шапки. Как то сразу стало теплее, но время больше терять нельзя, нужно возвращаться, и мы пошли в Полоцк.
  
  Первое, совещание я провел по самой проблемной тематике - проверка готовности селений к зимнему периоду. И оказалось, что вот именно сейчас никто о зиме и не думает. То есть конечно толкового народу куча и некоторые смогли не только запастись шкурами, но и наделать себе примитивных одежд в виде накидок, а вот самая уязвимая часть общества оказалась именно те, кто доверился мне. То есть князь нас сюда привел, пусть князь и заботиться о нас.
  Вот уроды.
   Я приказал собрать всех женщин селения провел митинг.
   - В общем так женщины - голосом замполита начал я - нам предстоит сложная но важнейшая на данный момент задача. Вы должны в кратчайшие сроки сшить из мехов и шкур одежды на всех наших людей. Одежды будете шить по нескольким типовым размерам.
   Я вывел из строя трёх разных по типу фигур женщин и поставил их по росту - вот вам размеры. Назовем их так: маленький, средний и большой.
  Потом я вывел и поставил перед женщинами трёх мужиков.
   - Вот вам пример размеров для мужей - показал я на своих движущихся манекенов - для детей также сделайте три типовых размера.
   - Шить на всех? - спросила ключница.
   - На всех, включая жителей селений Витебск и Звениславино городище. Бажена своих сама оденет, она баба толковая. Давайте уговоримся так, для детей зимнюю одежду шить из самых дешевых мехов, потому что дети зимой сидят в избе и на улицу выходят редко, к тому же они растут, так что нечего дорогими мехами разбрасываться. Самые дорогие меха использовать только для старейшин и воинов старшей дружины, остальным одежды шейте из тех мехов, которых больше всего в запасе в амбаре имеется.
   - А как же сосчитать людей то? - удивились тетки.
   - А вы не считайте, шейте как можно больше, запас карман не тянет. Но мы отправим отроков в разные селения пусть прямо по размерам и считают, кому сколько потребуется. Из тех мехов, что сейчас в амбарах имеется ничего на продажу отправлять не будем, нам бы самим не вымерзнуть в эту зиму - отмахнулся я - эй Креслав, подготовь десяток воинов из младшей дружины, возьми тех у кого опыт боев имеется, переодень их сразу на зиму, пусть берут запасов самострелов и болтов побольше и идут в приморское к Богдану.
   - На совсем отдаешь? - переспросил Креслав.
   - Там нужно усилить гарнизон. Воины у Богдана есть, но там в основном копейщики, а я хочу, что бы в каждом селении были люди, что арбалетному бою обучены, вот отроков и направляю. А по весне мы им девок помоложе отправим, так что пусть не переживают, без женской ласки не останутся.
   - Тогда я отберу тех, кто не очень то показал себя как вои и не подойдет для старшей дружины.
   - Почему? - не понял я.
   - Ну например стоять на стенах и метать болты или сулицы во врага смогут все - пояснил Креслав - а вот терпеть многодневные переходы, лишения, раны и невзгоды, на такое способны только настоящие вои. А вот настоящие воины как раз на стене стоять не могут, им это не интересно, они наоборот хотят за стену выйти и удаль свою молодецкую показать, да врага копьем острым побить. Таких непоседливых отроков я в основную дружину подбираю.
  - Правильное решение, только думай о том, что мы Приморское удержать должны, не нужно туда самых непутевых отправлять.
  Вот философия блин, подумал я, но что то в этом есть. Получается что мои воеводы и десятники уже людей всех изучили и пришли к такому выводу, что не всех можно с собой в походы брать. А я вот об этом не подумал, исповедуя концепцию всеобщей воинской повинности, тут нужна другая концепция, концепция профессиональной армии.
  То есть в дружину брать нужно только тех, у кого от войны и вражьей крови реально крышу срывает, тех, кому это нравится, походы, недосыпы, недоедания, пот и кровь. В общем тяготы и лишения воинской службы.
   Я как человек своего времени ведь по настоящему то знаю зачем России в 20-м и 21-м веках понадобилась всеобщая воинская повинность, там все войны стали вестись на истощение, и чем больше у тебя в стране подготовленного мобрезерва, тем больше шанс отбиться. А наличие маленькой профессиональной армии совсем вам не гарантирует победу в войне, потому, что маленькая профессиональная армия погибает как правило в первые же месяцы войны ,а потом в окопы приходят резервисты и уже от качества этих резервистов зависит выживание страны.
   Поэтому имея опыт построения военной организации древнерусских государств я и решил делать как наши пра-пра-прадеды. То есть строить армию в две дружины. Старшая дружина - это те, кто с князем в походы будут ходить, это профессиональные воины, убийцы.
   И будет у нас младшая дружина, то есть резерв, который в мирное время охраняет городища и торговые пути внутри княжества. К тому же самых смелых и ловких из младшей дружины можно переводить в старшую дружину. А в обычное время младшая дружина кроме охранных функций будет и кое какие профессии осваивать, да ту же торговлю например, а что, могут же воины из младшей дружины выполнять примитивную задачу по сопровождению торговых караванов, могут конечно.
  
   - Чеслав, скажи может какую помощь от нас нужно тебе оказать, ты себе вон уже пять десятков мечников вооружил, а у мня еще половина не переодета - гундосил Радомир.
  Он реально меня достал, я уже двадцать раз объяснял, что три десятка моих воинов были одеты в новые брони еще до того как он пришел со своими людьми. А потом ведь я честно делал одну бронь ему, одну мне, и вот я одел еще два десятка своих воев и ему дал двадцать броней. Хотя конечно же Радомир прав. Ведь большая половина его людей всё еще ходят без брони. Но ругаться с братом мне нельзя, он ведь мое дело делает и всю нагрузку по зимней компании я собираюсь возложить именно на его плечи.
   - Радомир - ты же видел мои мастерские, я не могу увеличить производство пластинчатого доспеха, у меня людей нет, ни кузнецов, ни мастериц. Мечами и шлемами я твоих людей уже обеспечил и обещаю, что все получат пластинчатые доспехи, но пока у меня для тебя есть замена. Вон на складе два десятка кольчужных рубах и еще три десятка кожаных тигеляев с медными пластинами, пусть твои люди возьмут эту временную бронь, а чуть позже я дам каждому пластинчатую бронь.
  Радомир нахмурился.
   - Брат ты не прав, у тебя женщины арбалетчицы аж два десятка кольчуг имеют, зачем бабам кольчуги, они же тяжелые, отдай мне кольчуги, а девам своим дай кожаный доспех.
   - Брат - спокойно сказал я - я конечно понимаю, что мечники нам сейчас очень нужны, но пять десятков арбалетов это страшная сила, и мне каждая из этих воительниц особо дорога. У них должна быть хорошая бронь.
   - Какая бронь? - не унимался Радомир - ты сам их на тренировках заставляешь убегать при приближении воинов противника, так зачем им бронь, дай им щиты побольше и пусть себе бегают со щитами на спине.
   - Ну хрен с тобой, только давай так, я дам тебе пять десятков кольчуг, и это пойдет в зачет броней, что я тебе обещал.
   - Как так? Ты обещал одеть всех моих воинов в хорошую бронь.
   - Брат, ты ведь собираешься на кораблях по весне в море ходить, а зачем тебе в море пластинчатый доспех, в море и кольчуг хватит, а мне казну пополнять нужно, я за десяток таких доспехов себе целый табун лошадей куплю.
   - Не жмись Чеслав - покачал головой Радомир - тебе Аркх и так лошадей пригонит, а брони продавать не вздумай, это твоя тайна, это наша тайна. Если враг узнает, что у нас такая бронь есть, то нам городище Полоцкое не удержать. Я бы тебе даже про мечи не советовал говорить никому, но ты меня ведь не послушаешься.
   - Нет брат, если бронь я еще могу припрятать, то с мечами никак, мечи нам основной доход приносить будут. Вот десяток средних мечей, что я отправил Аркху уже продали и принесли мне чистую прибыль в три сотни гривен серебра, а еще сколько с этой суммы Аркх и твой Гореслав себе присвоили, вот и считай.
   - Ты зря такие дорогие мечи делаешь - тихо произнес Радомир - я конечно знаю, что Аркх эти мечи продал по большей цене чем тебе сказал, да и потом они с Гореславом прибылью поделились, но если бы ты начал делать более простые мечи скажем за пятнадцать-двадцать гривен, то пользы было бы больше.
   - Почему? - спросил я.
   - Да ты просто подумай, кто за меч может дать пять десятков гривен серебра? Только вожди или знатные воины, а если меч твой будет пятнадцать-двадцать гривен стоить, то его смогут покупать уже больше простых воинов.
   - Тут ты прав - почесал я затылок - но ты ведь понимаешь, что твои люди опять накрутят цену, и будут наши мечи, что я сделал по двадцать продавать по тридцать гривен серебра.
   - Нет Чеслав - засмеялся Радомир - это не мои люди, это уже твои люди, ты ведь их нанял и корабли мои ты отдал Аркху, так что не надо на меня все перекладывать, Хотя ты прав. Этих ушлых барыг нужно призвать к ответу, нужно им точную сумму продажи установить, чтоб не обманывали и чтобы в той суме и их доля была сразу. К стати, там у Гореслава сидит четыре десятка воинов в селении, я думаю, что ему сколько не нужно, можно забрать два десятка и посадить вон у Богдана в крепости Приморской, пусть там сидят и рыбаков охраняют. Дай им одну большую ладью и свои кольчуги, да мечи что по двадцать гривен, а дорогие мечи не делай. Ты ведь все равно в золоте купаться не будешь, добрый ты слишком брат. А моим воинам обязательно отдай еще три десятка латных доспехов, ты обещал, а князь должен держать свое слово, иначе уважения не будет.
   - Вот же и правду старцы говорят, что язык мой - это самый лютый враг мой, ладно я тебе пока, что дам кольчужные рубахи и добрые шлемы - это взамен доспехов латных.
   - Уговорил, разделю как и ты людей на две дружины, первая будет латная, а вторая часть в кольчугах походят - согласился Радомир - я с собой между прочим лучших воев забрал, а те кто у Гореслава и у Аркха остались, те как раз и есть самые бестолковые наемники, они вон как твои отроки, вчера еще хвосты быкам крутили, а сегодня поди же ты, воями называются. Да только если ты корову мерином назовешь, она ведь под седло все равно не встанет. Так, что пусть и кольчужным рубахам возрадуются, не заслужили пока броней железных.
   - Креслав, подойди сюда - позвал я своего воеводу. Подбери нашим арбалетчицам самые лучшие кожаные куртки, да с подстежкой меховой, а железо с них снимай, хватит женщин мучить, на них и так веса много, пусть лучше еще один колчан с болтами таскают. И еще как пойдут люди к Гореславу, передай мой наказ, пусть пришлет он мне два десятка воинов из своей крепостицы. И вот еще что, есть ли у нас люди Бажены, что не годятся в старшую дружину?
   - Есть вождь, три копейщика, что с нами на готландцев ходили, они после ранения и не воины боле, пусть в селение свое возвращаются, и еще я бы отдал ей четверых отроков, не идет им воинское дело.
   - Хорошо, тогда сними с них дорогие брони, дай каждому самострел с болтами и наконечников для копий, подучи стрелять. Дай еще готских копей да топоров и пусть уходят к Бажене, пусть там своих родовичей охраняют. Заодно груз помогут дотащить до Гореслава.
  Эх, я сам бы сходил до Бажены, но уже нельзя. Так и витает в воздухе новая война. Люди Радомира ходили за реку и смогли поймать разведчиков врага. И вот эти разведчики принесли плохую весть.
  Где то в лесах появился важный готландский купец, и всем вождям сказал, что у него злые венды крепость захватили, а в той крепости видимо-невидимо злата-серебра. Вот и собираются вожди в поход по первому льду на крепость за золотом идти. И собралось их уже чуть ли не три сотни воинов, ожидают еще каких то селлов и земгалов, что на юге у самой болотной реки живут, и вот когда лед на реках встанет, пойдут в большой поход. Что за болотная река я не понял, но то, что это совершенно другие рода, чем мои песьеголовцы это и так понятно.
   - Вот тебе брат и война - протянул я - а ты говоришь что в Приморском не хватает всего два десятка воинов, чтобы от ворога отбиться.
   - Да не бойся ты - Радомир со смехом хлопнул меня по плечу.
  Вот же бычара, чуть ключицу не сломал.
   - Мои четверо воинов десяток этих песьголовцев перебили как куропаток, а на стенах мы один против десяти легко устоим. Пошли на ристалище, погоняю тебя, а то ты вон уже Яровуда побеждать стал, а он первый мечник после меня.
  Радомир слышал много историй про чудесное возвращение Чеслава из-за кромки, он даже людей отправлял в селение Бажены, что бы выпытали про Чеслава, что интересное.
  Так вот люди говорят, что в квитне (в апреле) шаман неведомый у дуба священного просил богов послать защиту людям своим, и услышал мол шаман тяжелое дыхание бегущего человека. Шаман тот странный спрятался и видел как на полянку возле дуба выскочил Чеслав, а потом туда же выскочили еще три воина и напали на Чеслава, но тот их убил мечем, а последний воин, что был большой как тур и имел топор огромный Чеслава мол убил, а после и сам тур от ран умер. Шаман сказал людям, что там, на полянке все умерли.
  Все умерли, и Чеслав тоже.
   А как солнце осветило всю крону священного дуба, то есть в полдень, то будто бы случилось чудо и Чеслав восстал из мертвых. Вот так вот, шаман сказывал, что это боги выгнали душу Чеслава из-за кромки назад в тело, но зачем, никто не ведает.
   И Яровуд говорит, что Чеслав какой то странный стал, показывает какие то неизвестные удары длинным мечем, и делает с мечем то, чему его волынец не учил, железо опять же полюбил, хотя ранее такого за ним не замечалось. По всему выходит, что кто то другой учил Чеслава. Волынец в войске короля Видимира служил и много битв прошел. И как любой воин он привык биться в тесном строю, а Чеслав в тесном строю вместо топора все время за меч хватается, а если нужно один на один биться, так наши воины все выходят с копьем или сулицей, а Чеслав опять мечи или саблю кривую берёт. Вот и выходит, что изменился братец посл посещения ирия, сильно изменился.
  
  Получив очередной удар топором по шлему я поднял руку.
   - Все Радомир, всё я устал. Никак я не могу тебя побить, ты своим топором машешь быстрее чем я мечем.
   - А ты меня расстраиваешь Чеслав - проговорил Радомир - вот я тебя топором бью, а раньше я тебя только мечем бил, а по топору ты был лучшим в нашей ватажке, тебя ведь сам Волынец учил топором махать.
   Я двести пятьдесят восьмой раз показал Радомиру на шрам над левым ухом.
   - Вот брат, это последний удар Волынца, и я тебе скажу, что после этого удара я многое забыл и многое делать больше не могу. Вот и получается что теперь я топора уж очень сильно боюсь.
   - А ты шамана или ведуна позови, пусть прочитает наговор какой и все твои страхи пройдут, а еще лучше вон дай золотой бизант жрецу Хорса, он тебе заговор от страха наведет, они эти жрецы все умеют, я знаю.
   - И где я тебе в этих болотах жрецов искать буду?
   - Так ты сходи к своей Звениславе, у нее в болотах бабка беззубая живет, ведунья Макоши служит, так она то точно знает, где жрецы Хорса сидят, ведь Макошь жена Сварога и она многое знает, а ты и есть самый что ни на есть сварожич.
   - Что ты говоришь, какой я сварожич?
   - Да брат, тебя действительно Волынец хорошо по голове то приложил - покачал головой Радомир - Сварог бог и покровитель ковалей, а ты думал о том, с какого перепуга ты вдруг ковалем стал? Вот раньше ты даже на знал, что такое молот и горн, а теперь вон мечи какие делаешь, и метал куёшь, а это брат все по воли Сварога, так что тебе к жрецу идти надо.
  Вот же блин я опять спалился, как тут жить то дальше, я ведь ничего про местных богов и про обычаи не знаю, и палится я уже начинаю конкретно, каждый раз все больше и больше. И контузией тут не отмажешься. На контузию от удара по голове можно списать забывчивость, а вот от куда я так много знать стал? Нужно новую легенду придумать, а то сожгут меня жрецы на костре, как демона болотного.
  
  Вечером я позвал свою ключницу Раду, баба она толковая, своего князя любит, поэтому и не сдаст.
   - Послушай рада, говорят, что у Звениславы возле селения живет ведунья, что Макоши поклоняется, что ты про это скажешь, что за Макошь такая и что за ведунья?
  Рада посмотрела на меня странным взглядом.
   - У Звениславы есть Мирина дочка всевидящая. Как родилось дитя, говорят прибежала девка-воительница, взяла дочь новорожденную и отнесла к Великой матери а там на алтарь богини Макоши дитё возложила, а потом принесла дитё и молча отдала Звениславе. Так с тех пор и зачастили бабы разные в род Звениславы, говорит, что очень уж сильна девка растет, с духами мол знается. Кому зуб больной заговорит, кому пропавшее молоко вернет, сильная девка растет, с духами знается.
   - А при чем тут Макошь и духи? - не понял я - Макошь же богиня, а духи это вообще из другого репертуара.
   - Макошь богиня плодородия и жизни, мы все чтем её. Она богиня женского начала и материнства. Макошь сама Земля, она хранит очаг, а духи, что ей пр ислуживают - это духи трав, огня, земли да ветра.
   - Говорят, что Макошь жена Сварога.
   - Нет Сварог, это отец первого поколения всех богов сварганивших этот мир. Именно Сварог метнул Алатырь в Великий Океан, благодаря чему из океанских пучин поднялась первая суша. А когда в подземной тьме родился Чернобог и стал плодить аспидов, то Сварог несколько раз ударил своим кузнечным молотом по Алатырю и из высеченных искр родились первые боги - Даждьбог, Семаргл и Стрый, которые стали сражаться с враждебными нам тварями.
   - Так Сварог выходит перво бог, а кто же тогда Макошь, она что как Ева из ребра Сварога рождена?
   - Не знаю я никакой Евы, но если Сварог это символ мудрого отца-воина, покровителя рода, его защитника и наставника, и он поднял из пучины морской земную твердь, то выходит, что он отец Макоши.
  - Это из каких таких рассуждений это выходит? - не понял я.
  - Ну как людишки, что по Десне живут почитают Макошь как богиню плодородия, богиню, что прядёт нити судьбы, она пряха, а какое плодородие может быть если земли нет?
  - Не понял я тебя Рада, что ты хочешь сказать?
  - Я хочу сказать, что первым появился Сварог, который в борьбе с Чернобогом извлек из пучин морских земную твердь, а уже потом появилась богиня плодородия и пряха Макошь. Выходит, что женою Сварога она быть не может, она может быть его сестрой, а может быть вообще чужой богиней, что пришла в наш мир, дабы помочь в нем родиться всему живому.
   - Значит меня люди зовут сварожичем потому, что как и первобог я люблю огонь и метал?
   - Так и есть.
   - Вот скажи мне Рада, как мне быть, после удара топором по голове я многое забыл, и есть ли возможность сходить к жрецу Сварога или Велеса, чтобы помогли мне память вернуть?
   - Ты князь такие вопросы мне не задавай, и у жрецов не спрашивай, ничего они тебе не скажут, а может и вообще разговаривать с тобой не будут.
   - Почему это не будут? - возмутился я.
   - А ты что же князь хочешь богу Сварогу, что передал тебе часть своей силы, сказать что он мол бог, ошибся? Ведь у тебя голова маленькая и если тебе бог что то дал, то что то и забрать должен, а иначе как же он тебе в маленькую голову большие знания вложит, в малый горшок ведро воды не наберёшь.
  Вот же черт, это что получается, обычная ключница, умнее князя, такие философские мысли выдает, что я иногда аж в ступор вхожу. Мои глаза видно стали достаточно круглыми и Рада решила меня успокоить.
   - Да ты не переживай князь, ведь как люди говорят "если где не будь убудет, то в другом месте обязательно прибудет".
   Вот спасибо тебе тетка Рада, вот успокоила, опять князя своего мордой в какашку как кутенка опустила, типа, ты князь еще глупый и не дано тебе великое божественное деяние постичь. Я именно так и подумал, но сказал другое.
   - Так ты Рада думаешь, что не нужно мне жрецов искать?
   - Ахаха-ха, вот ты князь не терпеливый, не торопи богов, если нужно они тебе сами сигнал пошлют, а ты делай что должен, твою судьбу Сварог уже решил, ты только оправдай его доверие, трудно душу из-за кромки вытащить, а он вытащил и в новое тело вложил.
  - А ты уверена, что это был Сварог?
  - Нет, не уверена - рада задумалась - тебе нужно к Великой матери сходить. Она в Оковском лесу обитает. Мать у Макоши спросит, не ж то богине судьбы про тебя ничего не известно? Да быть такого не может, людишки на Десне говорят, что Макошь про самого Сварога знает больше чем он сам про себя, к ней все боги за советом приходят, и тебе не зазорно к ней сходить.
  - К Макоши?
  - Вот ты даешь, просто как дитя малое - усмехнулась рада - как же ты к Макоше попадешь, она же богиня. К Великой матери тебе в Оковский лес нужно, а она уж перед Макошью за тебя словечко замолвит, и что тебе нужно выспросит.
   Вот черт, похоже я тут вообще ничего не понимаю.
  
  Мирина плакать уже не могла, слезы кончились еще несколько дней назад, она только повторяла, мой князь придет и вас накажет, мой князь придет, она видела это в своих видениях. Огромный воин в сияющей железной броне, с большими мечами разил врагов, а то, что ей снится всегда сбывается..
  Десять дней назад в селении Звениславы умерла роженица, а потом один за одним умерли два рожденные еще летом ребенка, и мать Мирины послала за бабкой ведуньей что жила на болотном лугу недалеко от селения. Когда пришла бабка ведунья, она сказала, что люди живут не правильно, не почитают древних богов и не приносят жертвы матери земле, но глава рода Звенислава, прогнала злую бабку. Звенислава сказала, что Мать сыра Земля не требует никаких жертв, ибо святая богиня Макошь есть богиня жизни, а не смерти. Ведунья же сказала, что Сварог покинул эту землю и на его место пришел дух злой, этот дух играет с огнем и металлом, этот дух молод и глуп, а потому нарушил много запретов, и теперь, чтобы усмирить гнев богов, требуется принести жертву, придать огню девственницу, а если жертвы не будет, то умрут вначале все дети, а потом и весь род. Макощь всё то видела ибо веретено судьбы никогда не останавливается, и прядет будущую нить бытия в которой вплетены как судьбы людей так и судьбы богов.
  Ведунья сказала, что Звенислава глупа и не должна быть главою рода ибо не ведает, что мать сыра земля требует не себе жертву, а просит почитать бога солнца Хорса, и в честь почитания Хорса нужно сжечь избранную девственницу, которая придя в чертоги божьи попросит за нас немощных.
  Старуху изгнали по приказу Звениславы, а через два дня умер еще один мальчик, двух лет от роду. Обозлились женщины, напали на Звениславу, и потребовали отдать её дочь жрецам Хорса.
  Вначале женщины из рода связали и привели Мирину к жилищу беззубой бабки ведуньи, проклятой ведьме, что не имела права селиться рядом с людьми, ибо душа её общается с духами. А еще через два дня как замерзло болото и выпал снег, злая ведьма потащила Мирину к жрецам. Мирина плакала, кричала, но её стенания и крики слышали только вороны болотные. А потом она перестала плакать, Мирина опустив голову брела за старухой и про себя повторяла: ".. он придет, он вас накажет, ибо он есть избранник самого Сварога...".
  
  Как бы мы не готовились, но зима пришла внезапно. Одним прекрасным утром я вышел из избы и увидел, что вся земля засыпана плотным белым ковром и температура воздух ночью стала опускаться до -10 градусов, на реке встал лёд. Мы вышли на лед и прошли по реке несколько километров вниз, натоптав дозорную тропу, потом я отправил вверх к Витебску десяток воинов. И с тех пор каждый день наши дозоры с рассвета ходили по реке вверх и вниз на пол суток пути, иногда дозоры доходили да Витебска, что стоял вверх по течению реки и до самого селения чудинов, что стояли в двух сутках пути вниз по течению, но никаких признаков нахождения вражеских лазутчиков отмечено не было.
   Я встретил людей, что пришли от Гореслава, одел их в неплохую хоть и старую бронь, выдал новое оружие, припасы и в сопровождении нескольких пацанов отправил в Приморск, теперь там почти пять десятков добрых воинов.
  Вместе с теми людьми пришел неизвестно откуда и мой дед лешак.
   - Где ты был дед? - с укоризной спросил я.
   - Как где? Ходил в священную рощу.
   - А меня бросил тут одного?
   - Ты князь, ты сам себе хозяин - ответил дед - а вот люди в твоем княжестве не хозяева своей жизни, за них все духи болотные решают и жрецы чужих богов.
  Да вести, что принесли мне разведчики и дед-лешак были нехорошими. Отряд наемников, что шел от Гореслава по пути зашел во все мои селения и собрал все слухи, оказалось, что в селении Звениславы, что стояло на середине между Баженино и Витебском, умерли уже трое детей, то ли от голода, то ли от болезни. И вот в этом селении появились какие то жрецы и сказали, что люди живут там неправильно, жертв богам не приносят, вот боги и берут свое.
   Десятник сказал, что эти жрецы забрали ребенка для жертвоприношения из селения Звениславы, да и сама староста не вышла встретить отряд, хотя отрок из селения Бажены, что привел этот отряд к селению, сказал, что глава рода никогда не уходит из селения.
   Вот же блин, итить-колотить. Я тут врага жду а у меня в тылу подрывной деятельностью какие то жрецы занимаются, пятиколонщики гребанные.
   - Креслав, подготовь мне десяток мечников и десяток арбалетчиц, пойдем к Звениславе. Одеться по полному боевому, на ноги снегоступы, идти по снегу дней пять будем.
   В обще то если идти пешком, то до Витебска пять дней получается, и еще день-два до селения Звениславы. Так ходили летом, вначале вдоль реки Янтарная (Западная Двина) на восток пять дней, а потом день на юго-восток вдоль реки Витьба, а потом на юг вдоль ручья еще день. Но так ходили только потому, что в здешних окрестностях много болот и летом по другому не пройдешь, однако сейчас уже болота замерзли, и можно идти напрямик, что обеспечивало сокращение маршрута минимум на двое суток.
  Собрав припасов мы тронулись от Полоцка через лес строго на юго-восток, карту я держал в голове и вел отряд строго по ориентирам, днем по солнцу, а ночью по звёздам. Через три дня в заснеженном лесу мы обнаружили следы передвижения двух человек. Следы вели на юго-запад. Мы постояли, посовещались и я решил, что это могут быть вражеские разведчики. А сейчас перехватить и до пытать разведчиков намного важнее чем разобраться со жрецами. Жрецов я потом обязательно на кол посажу, а пока нужно войной заняться, мы повернули и пошли по следам.
   Шли с ночевкой почти сутки и к вечеру четвертого дня, после того как вышли из Полоцка в лесу показались костры.
   - Так, все ко мне, тут похоже вражеский отряд стоит, всего четыре костра - тихо скомандовал я - строимся в две шеренги и идем до лагеря, а там как всегда окружаем костры, мечники бьют центр, а арбалетчицы расходятся по флангам и прикрывают. В первую очередь болтами бить лучников и метателей сулиц, а потом уже всю остальную мерзость.
  
  На рассвете ведьма притащила Мирину в лагерь жрецов. Вернее жрец был один. Он одет в шкуры, на голове жреца была волчья голова, а в руке кривой посох. Четверо помощников жреца раздели Мирину и нагую привязали к столбу в центре поляны, после чего бабка-ведунья разжав зубы палкой залила в рот Мирине мерзкое кислое пойло, от чего у девушки начало тошнить и закружилась голова. Страшно не было, не было даже больно, было обидно. Обидно, что люди которые должны были защищать и оберегать её - дочь вождя, вот так вот взяли и отдали её мерзким жрецам для своих обрядов. Отец Мирины, не любил жрецов и они отравили его, а потом по научению жрецов убили её брата, что должен был стать главой рода, а вот теперь они убьют и её.
   И такая безраздельная тоска сковала душу Мирины, она лишь вновь и вновь повторяла: "... он вас покарает, он избранник Сварога, он смерть сеющий..".
   - Девственница? - прохрипел жрец.
   - Девственница - подтвердила ведьма - дочь вождя рода, её бабы сами отдали.
   - Правильно отдали - мрачно сказал жрец - бабы должны отдавать все, что мы скажем. Ибо сказано, что всё в этом мире делается по воле богов, нешто глупой бабе противится воле богов.
  
  Было очень холодно, потные руки жреца прошли по грудям Мирины и залезли между ног. Чуть поковырявшись больше для собственного удовольствия, чем для дела жрец подтвердил.
   - Девственница, будет служанкой Хорсу, сожжем её вечером с первой звездой.
  На закате помощники жреца разожгли четыре костра по краям полянки и начали складывать поленья в центре квадрата возле столба к которому была привязана Мирина.
  Действие зелья уже закончилось, и Мирине было холодно, очень холодно, её губы посинели, но они постоянно что-то повторяли.
  Жрец подошел к девственнице и подняв голову в небо вгляделся, звёзд еще не было, но уже скоро они появятся. Есть время послушать мольбы и стоны, есть время насладится муками жертвы. Жрец наклонил голову к устам девственницы и спросил:
   - Что говоришь ты - рабыня Хорса?
  Синие губы девушки раздвинулись и она прошипела как змея;
   - Он вас найдет, он вас накажет...
   - Кто, кто нас найдет? - жрец наклонил ухо ближе к лицу жертвы.
   - Он, он избранник Сварога, он сам огонь, он смерть несущий.
  Сквозь потрескивание ветвей сухого валежника, что горели в кострах и завывание ветра жрец услышал мерное похрустывание снега, он повернулся, но ничего увидеть не смог. Костры горели по периметру поляны, и не было видно ничего за стеной огня.
   - Вот уже хозяева леса пришли за твоим жаренным мясом - пробасил жрец поворачиваясь к девушке - Мормагон, давай факел.
  Жрец начал бубнить слова молитвы, он на самом деле боялся Сварога, ибо Сварог страшный бог, покровитель кузнецов и создатель огня, к тому же тут были земли Сварога, а тот не любил жрецов Хорса. Сварог создал огонь, но вечный огонь никому не был нужен и тогда пришел Велес, что взбаламутил воду, смешал её с огнем, добавил в эту бушующую стихию земли и создал жизнь. Именно Велес является истинным богом, что сотворил жизнь на земле, а не эти слабаки Макошь и Сварог. Но Велеса боялись как создателя хаоса, поэтому жрецы поклонялись богу солнца Хорсу. В краю, где всегда холодно и не хватает солнечного тепла, легко принудить людей делать подношение богу солнца, и глупые людишки подчинялись.
  Сотни жертв были сожжены за последние годы. Чтобы отвести напасть от родов землепашцев, однако неприятности и горе не уходило от древних родов, солнце всё еще плохо согревало землю и земля отвечала тем же, она давала плохие всходы. Тогда жрецы требовали больше жертв.
  Сожжение людей, это всего лишь способ взять под свой контроль племена дикарей. После этого обряда, дикари болотные будут носить жрецам всё, всё что только потребуется, чтобы не обидеть богов, иначе, если только боги обидятся, то жрецы именем богов опять потребуют жертву. И эта жертва должна быть от крови вождя, только так можно запугать людей и превратить их в стадо. Стадо коров, которое доят два раза в день. А если корова перестает давать молоко, то её режут на мясо. Все вожди трясутся от страха, ожидая посланников Хорса, они боятся, что могут выбрать в жертву любого из них или от их крови.
  Страх, только страх управляет людьми, а вот страхом управляют жрецы.
   - Факел Мормагон - жрец протянул руку в сторону своего прислужника - дай факел, уже взошла первая звезда.
   И вдруг из пламени костра появился воин в железном доспехе, после чего послышался свист, а часть головы бедного Мормагона отделилась и упала на белый снег. Тело с зажатым в руке факелом завалилось на бок, а потом резкая боль пробила разум жреца. Он опустил взгляд и увидел лежащую на снегу свою собственную руку, а воин в доспехе несколькими быстрыми движениями сместился вправо и зарубил еще одного последователя Хорса.
  Стоящие возле своих костров прислужники бросились с посохами на воина, но он играючи отбивал удары огромных дубин и легким движением руки срубил голову первому нападающему, а потом рубанул по ноге второму. Крик боли не успел заполнить тишину поляны, а меч уже опустился на голову падающему человеку без ноги.
  Миг, всего миг и несколько размытых движений воина и четверо прислужников Хорса упали, обильно поливая снег собственной кровью. А потом из-за костров появились другие воины. Их было десять, они окружили поляну и остановились, а тот самый, что пришел из огня первым направился к жрецу.
  
  Это было просто, боя не было, была казнь. Казнь мерзких существ, что собирались сжечь маленькую девочку. Она была привязана как Жана Дарк к столбу стоявшему посредине поляны, а у ног девочки были навалены поленья и ветки, облитые смолой. Вот извращенцы чертовы, дров то было мало. Слишком мало чтобы сжечь человеческое тело. Я это уже знал, я уже много сжег тел на погребальных кострах и своих воинов и вражеских. А этот костер причинил бы жертве только боль и страдания, бедная девочка мучилась бы очень долго заживо сгорая, а эти извращенцев упиваясь криками и мольбой жертвы по тихонько подбрасывали бы поленья, читая свои мерзкие молитвы.
   Я подошел к человеку, что стоял возле столба с выпяченными глазами и сжимал культю отрубленной руки.
   - Что жрец? - оскалился я - ты любишь огонь? Так тому и быть, гореть тебе мразь в гиене огненной - я повернулся к своим воинам - отвяжите девку, а эту мразь привяжите к столбу.
  Девчонку отвязали, а она что то бубнила не переставая.
   - Дайте ей одеться и посадите к костру, обыщите тут всё, следы проверьте.
  Когда привязали дрожащего жреца к столбу мои арбалетчицы притащили старую беззубую бабку.
   - Вот князь - сказала одна из воительниц - нашли в шалаше, вон там.
   - Больше никого?
   - Больше следов нет, мы все обыскали.
   Я подошел к бабке, а та зашипела как змея и протянув в мою сторону руку начала визжать. Из её вонючего рта никогда не знавшего ни зубной щетки ни зубочистки пошла слюна и пена.
   - Фу мерзкое создание - я сплюнул на снег, отворачивая лицо от мерзкой рожи старухи.
   - Ты, ты, отродье демонов - провизжала старуха - изыди демон крикнула старух а и резко бросила руку в мою сторону.
  Мой меч был опущен вниз в правой руке, и я от испуга, а может чисто по привычке хлестанул мерзкое существо снизу вверх по вытянутой руке, а потом одним движением перевернул меч в верхней точке и рубанул ведьму сверху в низ по голове.
  Меч пропел, наслаждаясь кровью, старуха уже упала на снег лишившись половины черепа, а сталь все гудела, оповещая округу. Разнося весть о том как приятно душе волка испить крови, хоть и не свежей, мерзкой старухи, но все же крови врага.
  Женщины арбалетчицы завороженными глазами смотрели вниз в направлении моего хозяйства и я начал нервничать, что это они так мне на пах смотрят, неужели стояк поймал, а потом и я опустил глаза и увидел свой меч.
  Опущенный к земле метал, сверкал под отблесками костров и зловещий рисунок сотни слоев перекрученной стали переливались и проступали черными пятнами на блестящем клинке. Меч созданий хаоса из какой то фэнтэзийной игры в этом древнем мире пугал и зачаровывал людей, вводя их ступор.
   Я загнал меч в ножны, взял головешку из тлеющего костра и подойдя к жрецу посмотрел ему в глаза. А это мерзкое существо пялилось на небо. Я поднял голову и увидел Сириус, красота, первая звезда на чистом небе, да, красиво, я бросил головешку в кучу дров под ногами жреца, развернулся и пошел в лес.
  Мы уходили в селение Звениславы, а за спиной раздавался дикий крик жреца, костер пожирал его тело медленно, и он орал, дико, как орет раненная свинья, в надежде своим криком изменить судьбу, но судьба она того, предопределена богами.
  
  Опять колода, опять напротив меня два десятка женщин и три дряхлых старика стоят на коленях, а по периметру селения стоят мои воины.
   - Я второй раз вижу ваш мерзкий род на коленях - произнес я - неужто вам первого раза было мало, неужто вы подумали, что ваш князь не держит свое слово?
   Я повернул голову к Звениславе.
   - Скажи женщина, кто напал на тебя?
  Звенислава опустила голову. Потом сама упала на колени.
   - Прости нас князь, это моя вина, люди слабы, они поверили мерзкой старухе, прости нас князь.
   - Нет Звенислава, я не имею права прощать предателей, эти люди - я показал рукой на стоявших на коленях людей - эти нелюди отдали члена своего рода на расправу фанатикам. Те кто должен защищать своих до последней капли крови, опять предали. Мудрецы говорят, что предавший единожды, предаст и дважды. Они предали тебя уже дважды, а я не собираюсь ждать когда эти твари предадут меня - своего князя второй раз, ибо один раз они уже клялись мне. Если твое сердце наполнено светом, то ты имеешь права прощать, но мое сердце наполнено гневом и скорбью. А посему никакого прощения не будет, укажи виновников или умрут все.
  Звенислава медленно, как разбитая годами старуха встала и побрела вдоль своих людей стоящих на коленях. Она шла и дотрагивалась до плеч людям, а те вздрагивали. Сзади Звениславы шли мои воительницы и забирали тех на кого указала её рука. Таких оказалось половина селения, одиннадцать женщин.
   К веткам деревьев привязали веревки с петлями и тихо, как в кино про белогвардейцев, по одной повесили всех виновниц бунта.
  Тела раскачивались на ветру, а люди все еще стояли на коленях.
   - Я закрываю ваше селение, это место проклято, здесь свершилось клятвопреступление. Вы все переводитесь в другие селения, а детей я у вас забираю, ибо вы не достойны воспитывать детей, ваш разум замутнен предательством, ибо вы все рождены от семени Иуды.
  
  Мы закрыли двери домов и шалашей и не взяв ничего погнали людей в Полоцк. Рядом со мной шла маленькая девчушка по имени Мирина, она не отходила от меня ни на шаг, странное дело, у нее есть мать, вон она бредет сзади опустив голову в землю, но девчонка бежит за князем, видно испугалась не хило, и мамашке своей и родичам уже не доверяет.
  Когда мы пришли в Полоцк я позвал Креслава.
   - Креслав - покормите этих людей, оденьте их. Дайте припасы, и сопроводите их в Приморское. Богдану скажи, что эти люди теперь будут жить в его селении как слуги, они не достойны быть свободными.
   - Рада - позвал я свою ключницу - определи детей на постой, прикрепи всех к толковым бабам, а Мирину - я показал на девчушку - я беру к себе, пристрой её к своей дочери пусть привыкает к хозяйству, и смотрите не обижайте девку.
  Рада посмотрела на меня, а потом на Мирину, что то про себя решила и тихо спросила - так как жрецы князь, поведали о твоем прошлом?
   - Нет, они поведали мне о будущем.
   - И что будущее, что там ждет нас в будущем?
   - Ждет нас Рада полное истребление всех жрецов Хорса, как враждебного трудовому народу класса.
  
  Глава третья: ЗИМНЯЯ КОМПАНИЯ
  
   Цветана сидела тихо, опустив голову. Она знала, что у девок её рода, да и вообще у девушек нет выбора, их отдают родители тому, кого считают нужным роду. Если одному роду нужна дружба с другим родом, то девушку из первого рода отдадут за муж за кого то из родственников вождя второго рода.
  И вот это случилось с ней, к Твердиславу отцу Цветаны три дня назад приехал его дальний родич дед Боян.
  Дед Боян был хорошим рассказчиком, он побывал в разных землях и когда то говорят был хорошим воином, а теперь он лишился земель своего рода и занимался торговлей по Славутичу.
  За столом сидели все старейшины рода Твердислава, а на белоснежной ткани лежал меч и все присутствующие в доме мужчины заворожено смотрели на него.
  Цветана украдкой подняла глаза и посмотрела на меч и на молчаливых людей, что сидели вокруг стола. Железка как железка, что она мало мечей видела. Её старший брат был настоящим воином, он погиб прошлым летом, средний брат Радко сейчас у отца дружинный сотник. Вот меч у брата Радко был настоящей германской работы, говорят еще самими мастерами короля Германа ария сделанный. Тот меч после смерти старшего брата долго висел на стене, а потом после посвящения в воины среднего брата меч отдали Радко.
  Радко сказал - это лучший меч, что есть в селении, а по утрам Радко раздевшись по пояс ходил на поляну и занимался с мечем, и все девки селения украдкой смотрели на молодого воина. Смотрели и мечтали, когда придет день Макоши земли, чтобы возлечь с самым сильным воином рода.
   В селении было много крупных и сильных мужчин, но вот такого молодого и достаточно сильного воина как Радко не было. Цветане же в это время вообще было грустно, с кем возляжет она? Ведь в селении нет ни одного воина, которого могла бы выбрать её девичья душа.
   - Вот родичи мои - молвил Боян - этот меч сделал избранник самого Сварога.
  Твердислав протянул руку и осторожно как девица берет нежный цветок поднял меч со стола.
   - Да красавец, такого железа я не видал ранее. Где ты добыл его Боян, неужто твоему сыну повезло и он взял богатый караван?
  Боян покачал головой.
   - Безусловно сын мой удачливый вождь, но те мечи, что имеются у купцов не стоят и десятка гривен, а этот я думаю и за сотню не купишь.
  Твердислав осмотрел оружие и положил его на стол.
   - Скажи - проскрипел старческий голос отца Твердислава - ты мудрый Боян ведь не просто так принес нам этот меч.
   - Да - произнес Боян - это плата, выкуп за твою дочь Твердислав.
  Цветана аж подпрыгнула, только теперь она поняла, что позвали её не просто так на этот сход, тут назревает сватовство.
   - А что за муж прислал такой знатный выкуп - спросил Твердислав - какого рода, племени будет?
   - Знатный муж то правда, и род его ты знаешь хорошо, только это не выкуп, это подарок, а выкуп вот тут.
  Боян наклонился и с трудом поднял из за стола большой мешок, а потом развязав его вытащил на стол сверкающий пластинчатый доспех.
  Все ахнули.
   Радко встал и пощупал пластины.
   - Это железо отец, не медь.
   - Такой доспех стоит очень дорого - произнес Твердислав - и ты считаешь, что вождь подаривший столь дорогой подарок достоин руки моей дочери?
   - Он не богат, разве был богат Сварог, что молотом сковал твердь земную и взял в жёны саму Макошь? Разве богатство человека считается серебром иль златом, богатство считается мечами крепкими и воинами добрыми, чем больше у рода добрых воинов с крепкими мечами, тем род богаче. А вождь, что прислал тебе эти дары и воинов имеет добрых и мечи такие сам куёт, Чеслав слуга Сварога и я о том ведаю.
   - Не тот ли это Чеслав, что сыном твоего брата будет?
   - Тот самый - утвердительно кивнул головой Боян - племянник мой, он в землях болотных людей городок свой поставил, вот такие мечи и брони делает в том городке. Я сам видел что его охраняют множество латных воинов и дивных девиц с самострелами. Девы те, аки древние воительницы, со ста шагов шлем стрелой пробивают. А сын мой Радомир теперь Чеславу служит. Зовет Чеслав и твой род на земли свои, вот и выкуп прислал за дочь твою, чтоб рода наши объединить.
  Внутри у Цветаны прошёл холодок, она только сейчас поняла, что её судьба уже решена. Её отец не посмеет отказать тому, кто присылает такие дорогие подарки.
   - И что ты предлагаешь мне Боян?
   - Тут у вас не спокойно и собираться вам долго, всё таки род большой. Но зимовать вам тут опасно, вам нужно уходить. Ты отправь со мной свою дочь и сына, пусть будет воинами охраны командовать. Я их в городок Чеслава свезу там и свадьбу сыграем, а ты потом с родовичами подъедешь.
  Твердислав повернулся к дочери, взял её за голову и поцеловал в лоб.
   - Вот и твоя судьба пришла Ёшька, только ты не бойся, и не думай ничего, нет в наших краях тебе мужа достойного, а Чеслав хоть парень и буйный, но храбрый. Помню я Чеслава, хороший воин.
   А потом повернувшись к Бояну Твердислав спросил - что нужно Чеславу?
  Боян вытащил мешочек и высыпал на стол большую кучку серебряных колбасок.
   - Вот Твердислав, я знаю, что вы не смогли продать зерно и скот - это вам плата за всё.
   - Да дивные дела творятся - произнес Твердислав - собирайтесь дети мои, возьмите пять десятков воинов для охраны, да баб и девиц подберите, для присмотра за Цветаной, и выходите к жениху, товаров возьмите и коней.
   - Ты бы Твердислав всю семью свою к Чеславу отправил, не дай боги вороги нагрянут, хоть укроются в наших землях.
   - А что делать с соседями нашими? - спросил уже опуская голову Твердислав - я то свой род спасу, а как соседи, ведь не смогут без меня отбиться. Почитай три сотни воинов с земли пращуров наших снимаем.
   - Чеслав просил людей всех забрать, пока твой сын в Полоцк поедет, мы с тобой по родам соседним походим, поверь мне Твердислав, там где делаются такие мечи, там будущее наших родов.
  
  Збышко вел караван угрюмых женщин уже второй день. Десяток отроков младшей дружины по приказу князя сопровождали женщин из рода Звениславы в Приморское. Вдруг в чистый морозный воздух древнего леса стал проникать запах дыма.
   - Стой - скомандовал Збышко - вы двое вперёд, проверить что там, только тихо, женщины в лес.
  Два разведчика из десятка Збышко прячась в лесных кустарниках начали продвигаться вперед, где то там должно быть селение чудинов.
  Прошло не много времени и появился один из разведчиков.
   - Там, песьеголовые - разведчик показывал рукой в направлении селения чудинов - много побитых, и чудины и песьеголовые, селение горит, там десятка три воинов песьеголовых за оградой шастают.
   - Все ясно - скомандовал Збышко - вы бегом в Полоцк, в бой не вступать, донесете князю весть о нападении, расскажите всё что видели. Эй вы двое, а ну ведите баб в лес до зимовья, там сидеть и не высовываться. Возьмите ветки и заметайте следы за собой.
  Збышко махнул рукой на север - а остальные за мной, мы пока тут дорогу прикроем.
  Убрать все следы не успели, впереди на дороге, что вела в селение чудинов с дерева взлетели вороны.
   - Идут, все ко мне - махнул рукой Збышко - готовьте самострелы, работаем по три.
  Воины разошлись по тройкам.
   - Вы трое туда - Збышко махнул рукой себе за спину - вон там за соснами прячьтесь, как мы выстрелим, то побежим мимо вас, а вы прикрывайте нас своими самострелами, потом отходите к нам. Нужно их от следов, что ведут в лес отвлечь.
   С большой ветки, что свисала низко над землей упал снег, ветка поднялась и появилась человеческая фигура в волчьей шкуре. Человек вышел осмотрелся и увидев следы начал поворачивать голову, но Збышко успел нажать скобу самострела и толстый болт коротко взвизгнув ушёл вперед и через короткое время вонзился в грудь песьеголового, тот упал, а Збышко начал заряжать свой самострел.
  Не успел он вставить стрелу как прозвучали еще два хлопка, Збышко поднял голову и увидел несколько десятков вражеских воинов, что вышли из перелеска.
   - Вон, уходите - махнул рукой себе за спину Збышко, а сам медленно, как учили наложил болт, вы целил самого большого воина и нажал скобу.
  Две стрелы свистнули одновременно, первая певучая сорвалась с лука воина песьеголовых и вонзилась в грудь Збышко, а стрела из самострела Збышко пробив шкуру вождя песьеголовых по самое оперение вошла ему в грудь.
  Песьеголовые заорали, завыли, и бросились по снегу догонять двоих отроков, что улепетывали на восход, но через сотню шагов, прилетело еще три смертельных болта, и еще три воина с криком упали орошая белизну снега своей кровью.
  
  Часовой на вышке первым увидел двух бегущих отроков и коротко свистнув привлекая внимание городской стражи, показывая на закат рукой.
  Через несколько мгновений, в городе послышался тревожный набат, призывающий к оружию.
   Я выскочил во двор без брони и посмотрел на стену, где стояли наблюдатели.
   - Что там?
   - Князь, там два отрока бегут - прокричал наблюдатель.
   - Креслав, собирай всех людей на стену, воинов в брони.
   Я сам развернулся и медленно пошел одеваться, теперь спешить некуда, мы очень долго ждали этого нападения. Теперь никто ни куда не опоздает, вчера выпал очередной снег и мои охотники легко настигнут по следам любого врага, настигнут и перебьют как куропаток.
  Передо мной скорчившись по полам стояли два тяжело дышавших отрока.
   - Что там? - спросил я.
   - Князь, в селении чудинов сейчас песьеголовые, их было много - с трудом произнес один из отроков - мы видели на земле много тел песьеголовых, но три десятка все таки прорвались за ограду и грабили селения. Люди наши побитые лежат, а селение горит.
   - Где женщины из рода Звениславы, что вы сопровождали, и где ваши воины? - спросил я как можно спокойнее.
   - Збышко приказал двум воинам женщин в лес отвести, а сам остался прикрывать тропу, а нас вот к тебе послал известить чтоб.
   - Молодцы, отдыхайте.
   - Радомир где твой отряд?
   - Так тут брат, я сам поведу людей, возьму три десятка самых лучших.
   - Радомир, ты мне тут нужен, сам знаешь это может быть отвлекающий маневр, основные силы где то тут нападут, а у них не меньше трех сотен воинов.
   - Нет Чеслав - Радомир хлопнул меня по плечу - я передумал, я возьму пять десятков воинов, а ты тут за стенами пока отбивайся. Мы перебьем тех, кто по лесам нашим бегает, а потом нападем с тыла и на тех кто к городищу подступится, а ты вождь, твое место в крепости.
   - Смотри на вышку Радомир - если увидишь черный дым, то попробуй напасть сзади.
   - Да помню я - отмахнулся брат - что ты мне как дитяти малому повторяешь, черный дым значит беда, и я сразу ударю, не переживай.
  
   На следующий день как ушёл отряд Радомира на противоположном берегу Янтарной появился десяток песьеголовых. Они походили понаблюдали за городом, а я поднялся на стену, оценил отряд вражеских разведчиков и даже не стал подавать команду "Тревога", а зачем, это разведка, подождем главные силы врага.
  Главные силы появились к обеду. Весь берег был усыпан воинами песьеголовых, я охренел, тут не меньше двух сотен дикарей.
   Дикари деловито на виду у крепости начали рубить лес. Вот уроды наглые, это они сейчас штурмовых щитов от стрел и лестниц наделают, а потом на приступ пойдут, не надо мне такого счастья.
   - Креслав - крикнул я стоя на стене - затушить печи, всех детей и мастеровых на княжий двор, вскрыть амбары, выдать людям оружие, разжигайте костры, кипятите воду, десятников ко мне.
   Я стоял на стене, а рядом со мной стояли десятники от старшей и младшей дружины, а также от арбалетчиц.
   - Внимание смотрите туда, вон видите группа воинов делает лестницы, вон там - я показал рукой - делают большие щиты. Сегодня ночью, возможно вечером начнется штурм, вероятнее атака будет одновременно со всех сторон. Ночью нам будет трудно сражаться, мы потеряем всё свое преимущество, нужно атаковать сейчас. Но от сюда мы не достанем до врагов, арбалеты так далеко не стреляют, однако ждать мы не будем.
   - Что предлагаешь вождь, неужели ты хочешь выйти за стены?
   - Вот видите линия от тех кустов и до нашей вышки - я показал рукой линию за воротами - там встанем и атакуем врага болтами.
  Десятники закивали головами.
   - Мы строимся так: в первой линии три десятка арбалетчиц, во второй линии три десятка мечников. Все остальные на стене, никому без моей команды за ворота не выходить, бить болтами и сулицами с верху. Мы выходим через час, подойдем примерно на 6-8 десятков шагов, станем и начнем бить болтами по противоположному берегу реки. Враги не организованы, это не армия, они не устоят от соблазна и должны кинутся на нас, а мы начнем притворное отступление до стен. Арбалетчицы заходят за стену и вы сразу закрываете ворота. Отроки с сулицами распределяются по всей стене и наблюдают за подступами к крепости, а мечники примут бой у ворот.
   - А зачем нам выходить за стены, если мы бежать будем? - не понял Креслав.
   - Это хитрость такая, повторяю - я обвел взглядом всех десятников - после того как мы отступим к стенам, мечники разворачиваются, пропускают бегущих арбалетчиц и встают возле ворот. Арбалетчицы все забегают внутрь ограды, запирают ворота и поднимаются на стену.
   - Может ты вождь и мечников за стеной укроешь? - тихо спросил Креслав.
   - Нет Креслав, мечники это приманка, но ты за ворота не выходишь - я посмотрел в глаза воеводе - твоя задача, закрыть за арбалетчицами ворота. Я с мечниками встану возле стены, дикари будут нас атаковать, а вы бейте болтами и сулицами со стены. Отроков направь на противоположную сторону городища, пусть там стоят, а то нас могут обойти и ударить со стороны леса. Я всем всё понятно довел?
   - А почему ты не хочешь укрыться сам за стенами? - не унимался Креслав - давай я встану за стеной.
   - Потому воевода, если мы скроемся за стенами, то вороги уйдут от стен и продолжат подготовку к штурму, а мы как приманка, мы должны их держать под стенами, под вашими болтами и сулицами. Пока я за стеной они будут нападать, а уйду я уйдут и они.
  Люди закивали.
   - Готовится всем быстро, строятся во дворе перед воротами.
   И все разошлись готовится.
  
  Виллигурд не мог поверить своим глазам, его бывшая маленькая деревянная крепость, превратилась в настоящий деревянный замок, стена протянулась аж до самого оврага и приблизилась к берегу, а у самого берега стояли две высокие вышки.
  Такую крепость с наскока не взять, подумал Виллигурд.
   - Значит так вожди, будем брать крепость с первой звездой. Сейчас назначите людей пусть начинают делать лестницы и большие щиты от стрел. Нападем сразу со всех сторон, у них не может быть много воинов, как только подойдем к стенам, отряд с бревном подойдет к воротам и начнет выносить ворота. Ты Серый волк, возьмешь ворота, срубите большое бревно и поставь два десятка воинов для пролома ворот, пусть этих людей прикрывают два десятка воинов со щитами, еще три десятка твоих воинов войдет в пролом ворот. А остальные вожди готовитесь заходить в крепость по лестницам через стены.
  Серый волк был самым лояльным вождем и Виллигурд не собирался просто так бросать на убой его людей, пусть вожди других племен лезут на стены и гибнут под тяжелыми каленными болтами самострелов князя Чеслава, а когда на стенах начнется бой, тогда мы и проломим ворота.
  Чем больше сегодня погибнет песьеголовых. Тем меньше потребуется серебра и товаров отдавать их вождям в уплату за участие в войне. А погибнет сегодня много, крепость внушала уважение как и этот болотный князь, откуда он пришел и как смог так быстро возвести дополнительные стены и зачем? Неужели и в правду этот Чеслав собирается удержать землю песьеголовых за собой, тогда нужно уничтожить здесь всё пока не поздно, пока этот чужак тут не осел основательно, если понадобится сжечь крепость вместе с серебром и с кораблями, то Виллигурд сделает это не задумываясь.
  
  Люди Серого волка разожгли костры и начали запекать мясо. Серый волк знал, что его воины пойдут в бой последними, большое бревно для пробития ворот уже подготовили, обвязали его веревками. Сделали десять больших ростовых щитов и сейчас готовились отдыхать, ведь сегодня ночью спать не придется и это хорошо, потому что ночью очень холодно.
  Вдруг там где слышался звук топоров раздались крики. Виллигурд поднялся и посмотрел на вождя Серых волков.
   - Пошли вождь посмотрим что там.
  Крики уже превратились в сплошной рев, дикари бросали недоделанные лестницы и щиты и строились на левом берегу Янтарной реки.
  Ворота крепости были открыты а от туда выходили воины, их было достаточно много. Виллигурд насчитал три десятка воинов в железных доспехах и три десятка валькирий со странными луками, бьющими толстыми тяжелыми стрелами.
  Вражеский отряд вышел построился в две линии возле стены, а потом ровными шеренгами пошел к реке, не доходя десятка шагов до берега отряд остановился.
  Из за спин воинов в блестящих доспехах вышли валькирии, они прошли до самой кромки льда и подняв свои странные луки пустили первую волну стрел, а потом вторую и третью. Вой и дикий визг раскатился по войску песьеголовцев, и они бросились на лед.
   - Стойте, стойте варвары - заорал Виллигурд, а в это время вражеский отряд развернулся и побежал к воротам.
  Да как так то? Все планы, все планы сорвали эти проклятые дикари, это же ловушка, это самая простая ловушка какие используют германцы, а дикари на нее купились.
   На льду реки уже начали падать воины племен собранных со всего побережья и с болотных краев, стрелы непрерывно летели со стены.
   - Останови их Серый волк, если ты их не остановишь, то они погибнут все - крикнул Виллигур.
  Вождь серых волков растянул в страшной улыбке рот, поднял голову к небу и протяжно завыл.
  Задние ряды воинов бегущих через реку начали останавливаться и подвывать, подхватывая общий сигнал "внимание".
  Вот валькирии забежали в ворота, а перед носом у воинов в стальных доспехах вдруг ворота захлопнулись.
  Крик, страшный крик радости дикарей прервал вой призывающий к отступлению, и толпа взбешенных песьеголовых ринулась на кучку оставшихся за стеной воинов врага.
   - Нет, нет! - застонал Виллигурд, они опять обманули этих дикарей - куда, куда вы идете под стрелы? - закричал Виллигурд, но было поздно.
   - Вождь, прикажи своим воинам взять щиты и лестницы, все за мной обойдем их с другой стороны и взойдем на стены.
  Неполная сотня людей Серого волка подчинившись его команде похватали щиты и лестницы, и проваливаясь в снегу по пояс побрела по лесу к дальней стене деревянного замка.
  
   - Во смотри Радомир - Увим показал рукой - твой брат не плохой воевода, вон как дикарей обманул и заставил пойти на штурм. А там под стенами сейчас многих побьют, я знаю какие у него воительницы, всего несколько залпов болтов из самострела и дикари побегут в лес.
  Меж тем дикари облепили группу воинов, что стояли прикрывшись щитами возле самой стены крепости. Эту группу можно было заплевать, закидать снежками, но вот разбить ощетинившийся копьями строй латных воинов не возможно. Особенно если вам на голову сыпятся сулицы и в упор бьют пять десятков воительниц из страшного оружия, пробивающего даже щит.
  Вдруг у противоположного берега реки появился отряд воинов с лестницами и большими плетенными щитами, что пересекли реку по льду и начали углубятся в лес обходя деревянный замок.
   - А ну все за мной - скомандовал Радомир - эти дикари сейчас на стены полезут с другой стороны крепости.
  
   Здебор нервничал, он был сыном Стародуба павшего вождя. Вождь погиб в походе на готландцев и князь назначил Здебора воеводой младшей дружины.
  Вот сейчас там в другом конце крепости идет бой, там погибают воины старшей дружины, а Здебор по приказу князя стоит тут и смотрит в лес. Зачем, зачем мы тут стоим? Этого не мог понять Здебор, ведь весь бой идет там, там у ворот, что ведут к реке, и сам князь сейчас за стеной. А может князю нужна помощь и он не может никого позвать? Здебор должен принять решение сам. У него всего три десятка отроков, пусть эти люди и не воины, но их три десятка, они могут помочь князю. Здобор повернулся и скомандовал - внимание отряд за мной к воротам - и начал спускаться со стены, чтобы по внутреннему двору перебежать к воротам, как вдруг за спиной закричали.
   - Здебор, тут песьеголовцы!
   - А чтоб вас, какие песьеголовцы? - Здебор выругался и полез обратно на стену, а там все поле перед тыловыми воротами, что вели в лес было забито бегущими людьми в шкурах диких зверей.
  Врагов было не меньше пяти десятков, они тащили большие щиты и лестницы.
   - Не давайте им поставить лестницы - скомандовал Здебор - сталкивайте лестницы со стены, внимание сулицами бей.
  За стену полетели несколько десятков сулиц, а обратно по защитникам крепости начали лететь стрелы.
  Вот нагнулся первый отрок получивший стрелу в лицо, вот упал второй, а возле того места где стоял Здебор появилась голова вражеского воина и долго не думая Здебор вмазал по врагу топором. А потом началось, враги появились как то сразу в разных местах, им на голову сыпались короткие метательные копья, удары топоров, но дикари лезли и лезли на стену.
  Из всех, воинов, что стояли сейчас на стене полный доспех и меч был только у Здебора, а остальные имели только ивовые плетеные щиты и копья, у некоторых были топоры. Самыми воинственными были отроки младшей дружины, отроки побывали во многих боях вместе с князем и там где стояло вместе два три отрока, на стену не мог подняться никто. Но там, где стояли простые люди с оружием враги уже успели подняться и бой шёл на стене.
  Здебор получил несколько ударов по доспехам, но каленный меч раз за разом находил себе новую жертву и четверо дикарей взобравшихся на стену уже лежали на земле внутри крепости корчась в предсмертных судорогах.
   - Аааааа - послышался крик за стеной и лязг оружия.
  Здебор осторожно поднял голову и увидел как пять десятков воинов Радомира в блестящих доспехах выскочили из леса и напали на задние ряды песьеголовых.
  Дикари не дрогнули, дикари просто побежали. Побежали вдоль стены в сторону реки.
   - За мной - скомандовал Здебор - и побежал по стене к воротам, там стояла корзина с десятком сулиц.
  Воевода младшей дружины подбежал схватил первую сулицу и метнул в спину убегающего внизу песьеголового, а потом вторую и третью.
  Вот мимо него внизу пробежали уже первые воины Радомира и Здебор остановился, он повернул голову и потерял дар речи. Все поле, что несколько мгновений назад было заполнено кричащими и орущими дикарями, теперь заполнено трупами, а белый еще вчера снег теперь стал ярко красным.
  
  Виллигурд бежал срывая с себя на ходу пояс с ножнами, свой меч он уже давно потерял, выбросил он и щит. Пока там за спиной убивают песьеголовых Серого волка Виллигруд должен скрыться в лесу. За ним бежали жалкие остатков немалого лесного воинства.
   Две с половиной сотни наемников привел Виллигурд в земли песьеголовых, а потом этот проклятый болотный князь, несколько раз нападал на его отряд, разбил наемников, отобрал корабли и золото. Из всех наемников остались только полтора десятка воинов, но Виллигурд не отчаялся, он собрал новое войско посулив дикарям серебро и злато. А вот теперь этот проклятый болотный демон Чеслав разбил и армию дикарей. Три сотни песьеголовых пошли в поход, сотня ушла к селению рыбаков, чтобы уничтожив там всех, подняться вверх по реке, но этого отряда нет, а вот теперь и две сотни дикарей гибнут под стенами деревянной крепости.
  Бежать, нужно бежать.
  Виллигурд добежал до ворот, где шел бой и начал кричать.
   - Назад, все назад, в лес, все за мной - но его крики тонули в звуках битвы, а чёртовы дикари даже не понимали его язык, и тогда Виллигурд поднял голову к небу и завыл как выл Серый волк, стараясь привлечь внимание дикарей.
   - Аууууу, сььь - толстая стрела воткнулась в грудь купца на выдохе и тот прервав песнь волка, упал на снег.
  
   Я уже и не дышал, вначале все было просто, дикари набросились на группу из тридцати мечников, вставших у стены, но мечники выставили длинные трех метровые копья в сторону врага и уперлись древками в стену. Долгое время дикари никак не могли пробиться через щетину острых каленных наконечников. А в это время во врага со стен летели сулицы и били болты, они спотыкались и падали перед стеной копий и щитов, но самые отчаянные, поняв что отступить нельзя, попытались подлезть под копья, другие дикари просто повисали на копьях вцепившись в каленные наконечники обеими руками.
  Вот тогда я и понял, все пришло время клинков, я отпустил древко и вытащил своего волка, поднимая клинок на уровень глаз я стал выцеливать и бить. Раз, за разом выкидывая руку с мечем вперед, я чувствовал как усиливается давление на мое тело. Вот уже стало трудно дышать. Нас прижимали щитами и вырывали копья из рук, а дальние ряды пёсьеголовых наваливались на впереди стоящих, прижимая и своих воинов и нас к стене, нас давили как паровой каток давит стальную заготовку.
  Многие воины уже пали не под ударами клинков, а от дикого давления взбесившийся массы людей. В глазах появлялись черные круги от нехватки кислорода, а я всё выбрасывал и выбрасывал руку с мечем из-за щита нанося удары по наседающим врагам. Мне было все хуже и хуже, первая шеренга врагов падала, а им на спины взбиралась вторая и теперь давила нас уже сверху, а потом как то разом все закончилось, враги вначале отступили а потом побежали, я стоял на одном колене упираясь обессиленной рукой об землю и мутнеющим взглядом наблюдал как группа воинов в сияющих доспехах режет на льду реки убегающих дикарей.
  Меня потянули за руку и я попытался подняться, но не удержался и упал. Присмотревшись увидел под собой лицо Креслава.
   - Фу ты, воевода, ты чего под меня лег? - устало спросил я.
   - Так это ты на меня упал.
  
   - Да брат, ты действительно удачливый вождь, вот теперь я готов тебе поклясться в верности и признать тебя своим риксом - радостно кричал Радомир, через пару часов после окончания битвы.
   Я усталой рукой отмахнулся от Радомира.
   - А раньше ты не считал меня своим вождем? Так зачем воевать пошел за меня?
   - А скучно брат, там на Славутиче скучно стало, хабара нет, барахло что у купцов берем за несколько седмиц мои воины проедают, а там еще и напасть эта пришла, воины Атли. А тут у тебя все по другому, и дикари другие, мы их сотнями рубим, у меня за три рубища ни одного увечного воина нет. Так, что не переживай Чеслав будет у тебя настоящее княжество. Вон за день три сотни песьеголовых побили, а я то думал что ты в осаде сидеть собрался и ждать пока дикари с голоду передохнут.
   - Не, эти с голоду не передохнут, тут дичи много - устало сказал я - а скажи мне брат что там у вас получилось?
   - Так догнали мы тех дикарей, что на чудинов твоих напали, и побили мы всех. Взяли нескольких, чуть поджарили их на огне, а они и рассказали, что какой-то купец заморский отправил сотню дикарей селение рыбачье разорить. Так там Богдан им такого всыпал, что они половину людей потеряли и убежали от Богдана. А потом на чудинский лагерь напали, побили многих но и своих потеряли. А вот отроков твоих почти всех побили. Отроки из самострелов отстреливались и вдоль реки отступали, многих песьеголовых побили, однако догнали их всех и порубили. Мы как узнали, что у врага почти три сотни воинов на твоё городище пошло так и побежали назад, а у тебя тут уже война настоящая идет, вот мы и ударили в спину тем, что на твою стену полезли. А они бежать давай вдоль стены к реке, вот умора - засмеялся Радомир.
   - Песьеголовые бегут, а по ним со стены сулицами отроки бьют - сказал Креслав - а брат твой прямо в спины ворогам и ударил.
   - Да, знатная битва была, почти всех побили - подтвердил Радомир - но кажется мне, что сотня по лесу разбежалась, я за ними твоих воительниц и отроков отправил, пусть поохотятся.
   - Зря - проговорил я - арбалетчицы это воины дальнего боя, они не умеют ни на мечах, ни на топорах биться, а отроки хоть и горячи, однако молоды и меры не знают. Не знают когда нужно храбрость проявлять, а когда и отступить не совестно.
   - Так пусть и бьют на дистанции - махнул рукой Радомир - я наказал им охотится до темноты, а потом взад вернуться.
   - Креслав, что там у нас по потерям?
   - Так это князь почти и нет потерь. Твои мечники все живы, покалеченные правда есть, вон восьмерых положили еле дышат, наверное живот сломался. На стене шестеро убитых и два десятка раненых вот и все потери, ну и отроков наших восемь человек полегло.
   - Как восемь? - переспросил Радомир - мы только тела шестерых нашли, а где еще?
   - Там - я махнул рукой - те разведчики сказали, что в лес женщин увели по приказу Збышко, отправь Креслав людей, пусть найдут их в лесу у зимовья и к Богдану в Приморское сведи.
   - Хорошо отправлю, а мы по селениям песьеголовых то в ответку пойдем?
   - Да, пойдем, я пару дней оклемаюсь и пойдем - сказал я.
  Но если честно, то я никуда не хотел идти, устал, да и ребра болят. Вот Креслав сказал, что у мечников моих животы поломаны, а это получается, не животы а ребра. От такого давления, я вообще удивляюсь, что мы выжили и как же нас поймали. Если пробить бронь не получается, то получится затоптать, чистые дикари, млять.
   - Неее - за возмущался Радомир и замахал руками - нельзя ждать пока ты оклематься, а не дай боги снег пойдет и все следы заметет, где мы твоих дикарей ловить будем? Я своих воинов возьму и завтра с рассвета пойду по следам по их селениям, по шерстим песьеголовых.
   - Я махнул рукой - возьмите припасов побольше, и там не разделяйтесь, иначе переловят вас в болотах и перебьют.
   - Та не, некому там нас бить. Купец, что привел сюда дикарей обещал вождям, что расчет будет по количеству выставленных воинов, так вожди почти всех даже калеченых в поход взяли, что бы побольше с купца серебра содрать. У них теперь в родах одни старики да бабы остались. Теперь нужно решить, что дальше с дикарями дальше делать, побить всех или в полон взять?
   Я вдруг осознал, что и сам не знаю, что с ними делать. Я посмотрел на Радомира, а потом и на всех присутствующих - а вы что предлагаете с ними делать?
   - Я бы в полон всех взял, да продал по весне - просто сказал Радомир - вот только зимой их снимать со своих земель нельзя, пока дойдут то передохнут все как мухи. А если их сейчас не пригнать, так они уйдут от твоих земель подальше и не найдем потом никого.
   - Креслав - я повернулся к воеводе - а ты что посоветуешь?
   - Так это князь, вон у нас есть чудины и эсты, а еще вепсы и какие то там меря, зачем нам эти песьеголовые, от них одни неприятности, перебить всех, а детей сюда пригнать нашим бабам отдать да и весь разговор.
   - Вы оба правы, мне люди нужны, но люди такие, кто не будут воду мутить и против князя всякие пакости замышлять, а эти песьеголовые, я думаю еще долго будут помнить кто их родичей побил, и когда не будь обязательно нам пакость какую устроят. Я посмотрел на всех присутствующих - предлагаю вариант воеводы, побить всех кроме детей, детей забрать и по родам раздать.
   - Ну побить, так побить - просто без обсуждения произнес Радомир и встал - я Чеслав пойду людей в походил готовить, возьму всех своих пять десятков, выхожу завтра с рассвета.
   - Нельзя их бить - послышался звук из угла светлицы.
   - О, а это кто? - спросил Радомир.
   - Да это дед, шаман местный - просто ответил я, осматривая рогатое чучело - а ты дед что предлагаешь?
   - А я не предлагаю, я спросить хочу - издевательским тоном произнес шаман - как ты собираешься князем становиться если у тебя людей нет, а те что есть, тебе не любы? Если ты всех убивать будешь, тогда с кем останешься?
   - Я тебя не понимаю шаман. Ты сказал, что если убить Бурого медведя, то все рода за мной пойдут, а они вона чё, все против меня поднялись.
   - Это как раз все те, кто за Бурого медведя мстить хотел, теперь ты их побил, ты владетель сей земли, и никто тебе более не указ.
   - Ты же знаешь, я посланцев отправлял во все рода, что тут рядом обитают. Во все семнадцать родов мои люди ходили, и звали воев ко мне на службу, но никто не пришел, и думаю я, что многие из них тут под стенами лежат. Так что мне теперь с родичами твоими делать?
   - Они на тебя с войной пришли, потому что ты дело до конца не довёл - с укоризной произнес старик - вот если бы ты купцов заморских всех побил, то не привели бы они сюда этих воинов, что под твоими мечами полегли.
   Я внимательно посмотрел на деда, никак не могу понять, что за человеколюбие он тут пропагандирует, не иначе новая пятая колонна у меня образовывается. Он еще мне радиостанцию тут типа "Дождь" откроет и про гуманизм начнет дикарям вещать, и про то, что мы должны перед родственниками фашистов покаяться, за то, что наши деды их под Москвой, Сталинградом и Курском сотнями тысяч при копали.
   - Слушай шаман, а что мне делать, если я их сейчас не побью, а они опять соберутся и придут под мои стены, в тот самый день когда, а я не буду к этому готов?
   - А ты головой своей думай, а не кулаками - подколол старикашка - они с кем раньше торговали? С купцами заморскими, а теперь нет тех купцов, вот ты их к себе то зазывай, пусть приходят и торгуют. Ты же сам сказал, что тебе люди нужны.
   - Люди нужны, только сколько из семнадцати родов за мной пойдут, а еще эти есть, кто за Бурого медведя мстить приходил, как с теми быть?
   - Как семнадцать - удивился дед - я пока по земле твоей ходил, то аж три десятка родов встретил, и это только потому, что они на пути были, вот я к ним и зашел, а если всю землю обойти то тут не меньше пяти десятков родов найдётся.
   Я даже не удивился, я охренел, охренел реально. Ведь если эти пять десятков родов против меня ополчатся и выставят по пять десятков воинов, то они меня просто трупами завалят. Да, беда, воевать с ними нельзя и пугать дикарей нельзя. Иначе, не дай бог они во мне угрозу почувствуют, то сразу начнут объединятся против общего врага.
   Я наклонился и достал из сундука мою примитивную карту. Ну как карту, я тут на шкуре углем рисовал примерную местность в районе своего "княжества", начиная от Балтийского побережья, куда моя река Янтарная впадает. Крепость свою нарисовал, нарисовал все селения, что знал, написал где находятся известные мне рода чудинов, веси и маары. И Ильмень озеро с реками и даже озеро Чудское у меня были.
  Когда я развернул карту глаза у людей были разные, кто-то удивился, кто-то смотрел безразлично, ну конечно, ведь люди в игрушки стратегические на компе не играли, и даже в школе не учились и вот так вот представить себе весь известный мир, перенесенный на кусок шкуры, им тяжело.
   Я чуть разгладил шкуру и начал объяснять.
   - Вот смотрите мы тут - я показал пальцем на крепость, что была коряво нарисована на шкуре - Вот наша река, что идет в море Белое, а на этой реке два наши селения. А вот река Славутич, что идет в море Ромейское и на этой реке тоже наше селение стоит, - я показал где стоянка Гореслава - а меж ними еще два наши селения, а это селение висельников-предателей, я воткнул палец в бывшее селение Звениславы.
   А потом обвел всех взглядом
   - Куда ты дед-ведун, где видел селения песьеголовых? - спросил я старика.
  - Тут реки не хватает, что в Янтарную впадает -дед почесал бороду.
  - Да я знаю, в пол дня пути от сюда речушка небольшая на полдень уходит и что там?
   - Нет, что ты, там не речушка, а река добрая, почитай десять дён на полдень ведет. Вот только на той реке два десятка родов живет, а еще вот тут река есть, что в море Белое идет, туда долго идти по лесу и по болотам, почитай десять дней, так там тоже много селений имеется, а еще тут и тут есть - дед показал пальцем на мою 'карту'.
   - Слушай дед, а что за река там на полдень в море белое ведет? - переспросил я.
   - Не знаю наши рода там только в верховьях реки живут, её так и называют 'река', а в низу на реке род варгов-поморов проживает, с ними торг ведут, иногда воюют.
   - Ох ты - все посмотрели на меня, и поняли, что дед сказал важную информацию
   - Поморы это же родичи наши давние?
   - Вестимо, все мы от одного отца и матери - философски произнес ведун.
   - Ты дед не умничай, ты скажи язык у них как у нас, или как у купцов заморских?
   - По нашему балакают, а как же ещё.
   - Значит так - нарисовал кружечки на карте и внутри них поставил знак вопроса, обозначая 'сведения требующие подтверждения' - вот наша стратегическая задача: на этой реке, что к соседям ведет крепость поставить и торг с родичами начать, только это не завтра и даже не через год. Вначале всех песьеголовых нужно под свою руку взять и все пути, что в наши земли ведут крепостями заставить, а потом и торг начнем. И чтобы ни одна сволочь на север мимо наших крепостиц без моего разрешения в наши земли не ходила.
   - Не осилим - мрачно произнес Радомир - тут войско сотен пять воинов нужно иметь.
   - Будет, обязательно будет у нас войско. Значит так Радомир - я повернулся к брату - вот смотри эти селения находятся близко к нам и похоже, что от этих родов песьёголовцы на нас и напали, нужно в первую очередь эти селения проверить. Ты сделай так, иди по реке и кто будет супротив тебя с оружием вставать, то всех побей, кулаком там погрози, всё железо изыми и отроков в полон бери, кто повзрослее всех забирай сюда. Пусть без воинов пока останутся и без железа, а их отроков мы правильной жизни научим и назад в свои рода возвернем. Ты всем накажи, чтобы новые вожди, которых взамен побитых выберут, те ко мне на поклон шли, я с ними говорить буду. Кто откажется, тех резать на месте и пусть других вождей выбирают. А те рода, что подальше от сюда находятся, в этой войне скорее всего не участвовали и мы их трогать не будем, туда посланцев зашлем и скажем, что готовы с ними торг вести. Зайди вечером брат я тебе карту земли такую же дам, что бы ты не заплутал.
   - Та типун тебе на язык - сплюнул Радомир - как так заплутал, я ж не дитё малое понимаю, что у тебя река с востока на закат идет. На обратном пути на полночь пойдем, дойдем до реки Янтарной, а потом вдоль нее до Полоцка все одно выйдем. Где тут блукать то? А в картах твоих, я все равно ничего не понимаю.
   - Слушай Радомир - я наклонился к брату и заговорщически зашептал - как ты к жрецам Хорса относишься?
   - А что? - переспросил Радомир - ты как то их недолюбливаешь?
   - Не то, чтобы я испытывал какую то неприязнь к конкретным жрецам, но вот я не хочу, чтобы в моих землях детей сжигали. Ты как встретишь жрецов Хорса или тех кто кровавые жертвы своим богам приносит, так сразу на кол их сажай чисто в профилактических целях. Тебе показать как это делается.
   - Ахаха-хах - Радомир опять хлопнул меня по плечу - я не знаю в каких там целях, слово это "профулатическое" очень чудное, я их тебе приведу, сам покажешь, не переживай.
  Утром отряд Радомира ушел в поход.
  
  Глава четвертая: ЦВЕТАНА
  
   Цветана сидела на санях, укрывшись мягкой медвежьей шкурой и завороженным взглядом смотрела вверх, где на толстых веревках висели высохшие и замерзшие трупы одиннадцати женщин.
  Радко подъехал к сестре
   - Это Чеслав, твой женишок их приказал повесить за то, что напали на вождя своего рода, украли её дочь и отдали жрецам для принесения в жертву.
   - Брат мой, я боюсь мы едем в край дикарей еще больших чем грязные роксоланы и готы, а этот князь Чеслав даже богов не чтит.
  К остановившимся на краю селения родовичам подъехал седовласый дед Боян.
   - Не суди Чеслава строго Цветанушка, он человек справедливый, если этих женщин наказали, то наказали правильно.
  - Но как можно убивать женщин?
  - Ты же дочь вождя? - усмехнулся Боян.
   - Да и что с того? - не поняла Цветана.
   - А ты девственница?
   - Что ты такое говоришь? - Цветана покраснела, она не понимала, что происходит, этот дед Боян наверное оскорбить её хочет что ли? Намекает на такие непристойности.
   - А то и говорю - спокойно сказал старик - жрецы местные любят девственниц на кострах сжигать, они так жертву богам приносят. При чем не простых девственниц, а обязательно из знатного рода. Если бы вот тебя на костер жрецам отдали, то твой отец всех бы жрецов сам на костре сжег, а людей, что на тебя напали, лютой бы смертью казнил. Так, что же ты думаешь, что князю Чеславу не надобно своих людей защищать, или ты думаешь, что тебя такая беда никогда не настигнет?
   - Так то же воля богов - тихо произнесла Цветана - нешто нам людям, воле богов противиться?
   - Молода ты еще девица-красавица, и того не знаешь, что жрецы разные бывают, есть те, кто по велению своих богов сам в огонь пойдет, а есть такие, что прикрываясь волей богов свои черные дела творят.
  
  Витебск удивил Цветану, поселок хоть и маленький, однако дед Вацлав, что был тут вождём держал хозяйство исправно. И князя Чеслава нахваливал. А как дед Боян увидел, три ладьи, что перевернутые лежали на берегу, то сразу и спросил - а что Вацлав у Чеслава всего три корабля.
   - Не, что ты Боян - махнуло рукой Вацлав - эти корабли самые маленькие, их в крепости купцов заморских первыми взяли. А там в Полоцке есть еще три здоровенных корабля, что по дюжине весел имеют. Но это, что там, внизу по реке в селении Приморском, наши люди сами большие лодки делают. Рикс сказывал, что по весне в Приморском вот такие ладьи строить начнут.
   - Хороший вождь, если сам ладьи строить сможет - произнес Радко - а что за купцы заморские?
   - Готландцы - дед с трудом произнес непонятное слово - это наверное те, кто одного рода царем Германом, помнишь ли народ побивший князя Буса и его старейшин? Рикс их зовет готами, так может они из одного рода?
   - Лютый народец, - сказал Радко - данью наши роды обложили по белке с дыма берут, а теперь и сами данниками стали, их там роксоланы кочевые сильно побили.
   - Ты не переживай, наш вождь сможет если нужно и готов тех побить и кочевников ваших роксоланских. Вон недавно он с братом песьеголовых погонял, так теперича тут мир, боятся некого, можно и жизнь налаживать, а то я думал, что и не увижу уже процветание рода своего.
   В Полоцк посольство въезжало к вечеру, и закатное солнце светило в глаза Радко, он приставил руку ко лбу, щерясь от солнца и увидел взлетающие к небу искры, а по округе раздавался страшный звон молотов.
  Бум, бум, бум, звук разлетался по округе, как будто громыхали молоты адской кузни.
   - Вот оно царство Сварога - произнес дед Боян - знал я знал, что метал есть.
   - А ты что дед Боян не верил что ли? - удивился Радко.
   - Да что ты, я то верил - сплюнул дед - только вот недобрые люди сказывали, что Чеслав купцов заморских грабит и их железо перепродает, а сам мол ничего делать не умеет. Так вот что я тебе скажу Радко, есть метал, есть, я его носом чую.
   Я и окружающие меня воины, что стояли на стене с изумлением взирали на подъезжающий к воротам города строй конных воинов. Какая красота, пять десятков конных воинов, а сзади огромная вереница запряженных конями саней.
   - Вот и кавалерия у нас появилась - произнес я - глядя на небольших лошадок.
   Только всадники эти меня честно сказать напрягали, я никак не мог понять что не так, а когда вышел к воротам, весь такой красивый в полной броне в сопровождении пяти десятков латных воинов и пяти десятков своих арбалетчиц, и увидев лошадь, что была под дедом Бояном то сразу понял, что не так. Седла не было и стремян, вообще ничего не было, просто какая то тряпка была накинута на спину лошади, а на этой тряпке восседал сжимая бока коняшке своими коленями старый воин дед Боян.
  Боян, перекинул ногу и соскользнув с коня прочно встал на ноги. Потом перекинул повод через голову и пошел ко мне, а я заворожено смотрел на коняшку, вот что такое гены. Настоящие казачки хоть и жили сто лет назад до моего попадания в это время, однако же в казачьих станицах нет не то что ни одного пацана, так нет ни одной девки, которая бы коней не любила и ездить не умела.
   Я подошел к кобылке и погладил её по морде, та посмотрела на меня недоверчиво, но не отшатнулась. Я залез за пояс и вытащил от туда сухой кусочек хлеба. Лошадка недоверчиво понюхала, потом осторожно губами взяла хлеб, а я почесал кобылку по шее.
  Кони чувствуют людей, их силу и способности, если ты боишься или опасаешься, то и конь тебя опасается, а то кто его знает, что у тебя в голове.
   - Ну здравствуй дядька Боян, добро пожаловать в мой город.
   - А где твой брат? - спросил дед.
   - Не переживай Боян, мы тут недавно песьеголовых побили, так Радомир пошел по их селениям, чтобы дикарей уму разуму научить и к миру привести.
   - Дед повернулся к гостям - а это Радко сын Твердислава, он с воинами сопровождает свою сестру Цветану - дед показала рукой на высокого парня, примерно моих лет.
   - Здравствуй и ты Радко - произнес я - хороший конь у тебя.
   А конь был действительно хорош, он был самым высоким из всех.
   - Креслав, воевода старшей дружины - я показал рукой на Креслава - а это Здебор воевода младшей дружины, он сын вождя Стародуба, его отец погиб в бою с готландцами.
  Радко опустил голову.
   - У нас весной тоже много людей побили, вот брата моего убили и всех его воев.
   Я понимающе кивнул и представил всех остальных своих старшин.
  Две женщины подвели девицу, что опустила голову и смотрела в землю.
   - Вот Чеслав, это дочь Твердислава девица Цветана - сказал Боян.
   - Приветствую и тебя прекрасная Цветана, будь хозяйкой в моем доме.
   А потом показал рукой на гостевой дом.
   - Воины пусть там размещаются - сказал я.
   Я для таких дел как раз в новом городе и построил бревенчатый гостевой дом для приезжих, а не хрен им по моему "замку" лазить.
   - А остальных прошу к обедне в княжий терем - я показал рукой на мой дом.
  Но мысли мои были не о невесте, что притащил мне дед Боян, и даже не о пяти десятках воинов, что привел Радко, а о конях, какие красавцы, это какие же перспективы открывает мне наличие кавалерии, нужно только привести тут все в надлежащий вид, а то вообще местные всадники ездят на конях как на мамонте, просто кулем сидят на спине лошадки, сжимая бока коленями, а ну как копьем садануть, то такой горе воин полетит с коня пердя и кувыркаясь в воздухе, тут к бабке не ходи, так и будет.
  Во время приема пищи девица Цветана сидела опустив глаза в пол и к еде почти не притрагивалась, а я не мог понять, то ли это воспитание такое, то ли я опять что то на косячил, а вдруг у них мужчины и женщины раздельно пищу принимают?
   Я наклонился к Радко.
   - Скажи мне Радко, а твоя сестра не больна ли, что не ест ничего?
   - Дорога Чеслав, больно уж утомила Ёшку. Мы по твоим лесам, почитай целую луну ехали, вот и умаялась.
   - А что это ты Цветану как то чудно назвал?
   - Это её так отец называет 'Ёшка' - светловолосая.
   - А ну тогда понятно.
   Я махнул рукой пацаненку, что стоял возле двери и тот позвал мне ключницу.
   - Рада - наклонился я к подошедшей ключнице - проводи девицу в её светёлку и помоги с дороги переодеться и отдохнуть, и на всякий случай еды принеси в светлицу, а то вдруг стесняется с мужами за одним столом сидеть.
   - Не переживай вождь - тихо ответила ключница Рада - всё сделаем, а светелка для девицы уже готова.
  Как только Цветана, распрощавшись и раскланявшись вышла, все прибывшие мужики уставились в меня взглядом.
   - А что Чеслав, не покажешь ли своё хозяйство, как у тебя железо доброе делают, много ли? - кряхтя спросил дед Боян.
   - Много дед, не переживай - я поднял серебренный кубок, что вытащил перед этим из готландского боченка, там было примерно восемь серебренных кубков, я выбрал примерно одинаковых шесть штук и выставил для встречи гостей, поставил тарелки деревянные и даже двух зубчатые вилки выложил.
  Хотя ели конечно все руками, но вот я периодически брал в руки вилку и показывал искусство поедания пищи по европейски.
  Поднял кубок и сказал:
   - Мы с вами гости дорогие посмотрим всё, без утайки покажу, а пока давайте за добрую дорогу, что привела вас в мой дом выпьем медовухи.
  Выпили, похвалили, закусили и опять в меня глазами, уперлись. Вот же неймется им. Ладно хрен с ними придется вставать и всё показывать, а то не успокоятся. Типа мы тебе невесту показали, а ты теперь давай себя покажи.
  Показал, а как же и домну, и кузни, и молот свой дивный, от которого у всех присутствующих аж дух захватило, а пока показывал всем подарки раздавал.
   Я заметил, что Радко и без брони и без меча моего приехал, видно старый Твердислав себе всё присвоил. Умный Твердислав, знает что я подарками гостей должен попотчевать, ну я и попотчевал. Подарил полный комплект брони брату Цветаны и саблю из тигельной стали.
  Радко посмотрел, повертел в руке и сказал - дивный меч.
   - Это Радко не меч, это сабля специально для конного боя с душой тура, сильно своенравная вещь, требует особого обращения и любви - сказал я - вот у тебя конь есть, а меч твой маленький и воина вражеского тебе достать с коня трудно, а этой саблей хоть конного, хоть пешего руби, если хочешь покажу.
   - А покажи! - тут же включился Радко.
   - Тогда коня дай.
  Радко хлопнул себя по лбу, а потом махнул рукой и мне подвели двух красавцев коней, покрытых одеялом прошитым посеребрённой нитью.
   - Вот Чеслав это подарок тебе. Это конь его зовут Быстроног, это лучший конь моего отца, а это кобылка трех годовалая её кличут Синеглазка.
   Я подошел погладил животных, красавцы. Взял повод и перекинул его через голову коня. Похлопал коняшку по спине и убедившись, что коняшка меня не боится одним махом вспрыгнул на спину. Глаза у воинов Радко стали как блюдца, ну подождите козлы я вам еще покажу, что такое казачья выездка, и за что мне деньги на народных праздниках платили.
   Я много времени в детстве состоял в казачьем отряде, и ездил в курортный сезон с показательными выступлениями по всему приморскому побережью, а как еще денег заработать было в 90-х.
   Я чуть успокоил заволновавшегося конька и стукнул по бокам пятками подъехал к Радко, без седла и стремян ездить не привычно, но можно. Я еще в шесть лет по степи гонял без седла, так что память мышечная осталась.
   - Позволь Радко твою саблю.
  Тот удивился, но протянул подаренную мной саблю.
   - А ну воины возденьте на копья чего не будь.
  Воины разбежались в поисках бесполезного имущества, что можно подставить под меч странного князя.
   А я крикнул.
   - Креслав, накажи принести там тушку козла, что сегодня утром зарезали и повесьте его вон там на ветке дерева за ноги.
   Я поехал вдоль строя воинов с поднятыми копьями, а там чего только не было и тряпки, и шапки и даже горшок какой то подняли. Доехав до края полянки, я потянув повод развернул коня и пятками отправил чудо коня в галоп, а потом рубанул на право, налево и опять направо поражая мишени.
  Мишени сбил все и даже один раз почти промазал, ну как промазал, просто на наконечнике копья была шапка и я вмазал по шапке, распорол мех а потом метал сабли ударил по металлу копья, послышался звон и я с гиканьем пролетел дальше. Развернув коня дождался когда повесят козла, опять тронул коня и на скаку одним ударом с оттягом перерубил тушу пополам. После чего подъехал, спрыгнул с коня и подал саблю Радко.
   - На витязь, хорошая сабля, если хочешь сам испробуй.
  Радко свистнул, к нему похрапывая подскочил его конь, и воин так же как и я одним махом взлетел в седло и полетел в сторону козлячьей полу тушки, что висела прицепленная к ветке. А потом взмахнул и рубанул по туше, но промахнулся и одним ударом срезал ветку толщиной с кисть руки.
   - Ухх - удивленный гул прошел по полянке, а Радко подъехал ко мне, спрыгнул с коня и осмотрел клинок.
   - Чудной меч - произнес он - хороший, но не привычный, попасть трудно.
   - А ты не попал потому, что скорость коня не учел - спокойно сказал я, - бить нужно когда цель сравняется с уздечкой, и рубить не как ты серединой клинка, а самым концом примерно на две ладони от кончика клинка. Тогда врага по полам развалить можно. И это еще не все, дайте мне десять дней, я вам еще кое что покажу.
   - Прости Чеслав, но так долго не могу я у тебя гостить - сказал Радко - оставлю тебе десяток воинов и пойду назад, у нас не спокойно в землях. Отец просил обговорить по переезду в твои земли, что предложишь нам?
   - Пошли в дом, там покажу - я махнул рукой зазывая Радко.
   Я опять развернул свою недо карту и показал пальцем.
   - Вот смотри Радко, это моя река, она называется Янтарной и идет строго на закат прямо к морю Белому. Но вот тут и тут - я показал пальцем на остров Руян и на Готланд - живут купцы, что имеют много кораблей и не любят конкурентов. Они могут перекрыть мне реку и лишить выхода моих товаров на рынки других земель. А вот тут - я опять ткнул пальцем в карту но чуть повыше - есть река Ловать, она впадает в озеро Ильмень, а от озера опять по реке можно выйти в озеро Ладога, а от туда по реке Нева выйти в Белое море, но уже с другой стороны. Вот тут - я ткнул пальцем левее - есть река великая от моего города на пять дней на полночь. Если поплыть по той реке то попадешь в озеро Псковское, а если пересечь то озеро, то попадешь еще в одно большое озеро, вокруг тех озер народ чудь и вождь живет с синими глазами, я их по привычки чудными называю. А дальше по реке Нарова можно опять в море Белое выйти.
   Я осмотрел всех присутствующих.
   - Мне нужен этот выход к Белому морю, сам понимаешь если меня тут на Янтарной закроют, до должен быть запасной путь к морю вот я вашему роду и предлагаю ставить городища по рекам что к морю ведут. Хотите на озере Ильмень, а хотите на озере Чудном. Можете все вместе в одно место сесть, а можете семьями вдоль рек встать. Но я бы вам посоветовал два городка ставить - я опять показал пальцем в карту - один тут на Ильмень озере, а другой тут на Чудском озере, там много хороших охотников и я пообещал их от ворогов защитить, да и зверя там много, опять же река и выход к морю имеется. А еще есть секрет в тех землях - руда болотная из которой мои мастера железо делают.
   - Прости Чеслав - сказал Радко - но мы землепашцы и моря не знаем, да и не рыбаки мы что-бы по рекам жить, нам земля под пашни нужна.
   - Море вам и не надо, вы мне реку закройте крепостью, чтоб ни один корабль в мои земли через заднюю калитку не зашел, а там и прелести морской торговли почувствуете. Что касается землепашества, то в тех землях пока одни леса, но вы березовый уголь пережигая быстро себе землю под поля освободите, а заодно я вас руду добывать и в метал плавить научу.
   Я похлопал Радко по плечу.
   - Ты пока об этом отцу расскажи, а ко мне скоро приедут купцы от племени чуди, я с ними твоих людей отошлю, пусть съездят землю своими глазами посмотрят, а как приедут я их к вам отправлю пусть об скажут вашим старейшинам, всё что видели.
   - У меня к тебе вопрос Чеслав - Радко наклонился и заговорщицки зашептал - тут мне отец все серебро отдал, он просил мечей, наконечников копейных, да шлемов у тебя взять, если дашь.
   Я взял один мешочек посмотрел, там было два десятка серебряных палочек размеров с указательный палец. Если вес палочки 50 грамм, то получается в мешочке две с половиной гривны (гривна - 400 грамм) серебра.
   - И сколько таких мешочков ты привез Радко.
   - Это серебро собирали по всей земле. Я привез сотню таких мешочков - оглядевшись ответил Радко.
  Да, он себя ведет как простой работяга, случайно выигравший в лотерею миллион рублей. Для меня эти сто-сто десять гривен серебра сумма не большая, у меня вон в одной бочке, что у купцов заморских отняли почти десять килограмм серебреного барахла, а мечи мои из тигельной наверное сотню гривен и стоят. Только для Радко ведь это большие деньги.
  Теперь вопрос, что они хотят получить за своё серебро? Сто мешочков может означать только одно, им нужно вооружить сотню воинов, и они надеются на две с половиной гривны получить комплект оружия на одного воина. Маловато привезли, блин, на эти средства я могу продать только наконечник плохонького копья.
   - Пошли Радко - я махнул рукой.
  Приличная делегация вертя головами по сторонам подошла к большому амбару.
   - Вот Радко, здесь есть много боевых топоров и коротких копей, что мы взяли у готландцев, а также куча наконечников для стрел. Если тебе нужно просто боевое железо для воинов, то могу отдать тебе всё это. Уж прости меня княжич, но мое новое оружие стоит намного дороже. Если хочешь доброго железа, то придётся договариваться по другому, например вы мне зерно, я вам железо, могу взять конями, могу еще чем.
  Радко вздохнул и это означало только одно - нет у них больше ничего, нет ни серебра ни зерна лишнего.
   - Летом битва была с роксоланами, мой брат вывел в поле пять сотен воинов, да только мало из тех воев домой вернулись, почитай все головы сложили. Сейчас мы всех отроков на защиту землицы своей поднимаем, да только оружия у нас мало.
   - Сколько вам нужно? - спросил я.
   - На три сотни воинов - ответил не поднимая головы Радко.
  
  - Добре - хлопнул я его по плечу - Сейчас у меня есть всего несколько десятков хороших, перекованных из готского железа мечей, отдам тебе их все, вооружишь самых лучших воинов. Дам сотню копей и сотню топоров из готландского железа. Это доброе железо, им можно вооружить много воинов.
   - Боги узнают о твоей доброте - произнес Радко.
   - На богов надейся, но сам не плошай - покачал я головой - мне нужно, что бы вы удержали свои границы от ворога, поэтому я дам тебе еще и три корзины наконечников для стрел. У вас луки то есть?
   - Луки есть, как не быть, спасибо.
   - А хочешь взад все свое серебро вернуть? - спросил я у Радко.
   Тот похлопал ресницами, видно не понял.
   - Лошади, Радко, мне нужны лошади и корм для них на всю зиму, возьму сотню добрых лошадей. Пригонишь лошадей и на каждую лошадь по телеге овса, отдам всё твое серебро взад и еще доброго железа сверху.
   - Столько лошадей у нас нет, да и с овсом беда, мы уже все излишки распродали, но я проеду по родам и выкуплю всё, что тебе нужно, еще я могу пригнать коз и быков. Давай так, ты мне вперед дай копей и брони, да шлемов, а я тебе сотню коней добрых.
   Я задумался.
   - Ну что же, человек ты пока не известный и чего стоит твоё слово я еще не знаю, но род твой мне знаком. Дашь слово от имени рода вашего и ударим по рукам.
  - Слушайте все! - крикнул Радко и достал меч - Я Радко Сын Твердислава, беру у Чеслава - князя кривичского оружия доброго на сотню воинов и даю слово уплатить за то сотней добрых коней и сотней телег овса в придачу.
  После произнесенного слова Радко поцеловал свой меч.
  Я хлопнул Радко по плечу, потом опять взглянул на карту.
   - Гони коней, коров и коз, что там у вас есть, всё куплю, а что касается оружия - я задумался - сам понимаешь есть два вида оружия. То что для простых воинов, оно и стоит дёшево, а то что для вождей да воевод -то стоит дорого. Я слово дал, назад не ворочу, получишь десяток лучших мечей, сотню копей для простых воинов, также дам тебе ещё сотню чеканов, но придется тебе чуть задержаться, твоё оружие еще сделать нужно.
  - Добрый обмен - кивнул Радко и протянул руку - уговор?
  - Уговор - я тоже протянул руку и мы зафиксировали наш договор рукопожатием.
  - Если твоим людям земля понравится, то можете переезжать, предлагаю вам это сделать зимой, по рекам да болотам зимой идти легче. Я не настаиваю, смотрите сами, может в третью луну зимы начать движение, пока еще морозы стоят и как раз к посеву зерна будете на месте.
   - Если земля понравится, то мы и зимой по снегу переедем. Те люди, которых ты готами называешь в наши земли идут, беда уже в дверь стучится, отец хочет предложить уйти без боя, но старосты родовые хотят воевать.
  - А что говорит Твердислав, почему воевать не хочет?
  - Отец говорит, что воевать не имеет смысла, ну прогоним мы людей Казмира, так за ними роксоланы придут, прогоним роксолан, придут орды Атли.
  - Так выходит, что этот самый Казмир сейчас воюет с роксоланами и с людьми Атли?
  - Нет, не воюет, он их данник - Радко посмотрел в небо, потом вздохнул - беда в том, что мы его данники. Казмир не хочет более платить дань рокосланам, воевать хочет. Однако воевать он хочет нашими мечами. С роксоланами можно еще сговорится, они у нас зерно покупают, а вот Казмир, как волк, ничего покупать не хочет, всё силой берёт.
   - Так может вам с роксоланами сговорится и побить всех готских вождей? Если великую войну задумаете, то зовите, приду. Но я вам не советую воевать с Казмиром, да и с роксоланами сейчас не нужно связываться, просто уходите в леса. Передай старейшинам, что я судьбу соседних вам народов видел, скоро они все ромеев воевать пойдут, и от наших земель отстанут. Переждать нужно, спрятаться и переждать.
  Радко кивнул.
   - Береги Ёшку, она у нас особенная, её сама Макошь привечает.
   - Мне то её как называть - спросил я - Цветана или Ёшка?
   - Ёшка она лишь для родичей, стань ей милей отца и матери, тогда и называй как хочешь.
  
  Пока Радко изучал мои земли, я замутил маленькую аферу. Мы взяли трофейные готландские топоры и расковали их пополам, сделав из одного большого топора два маленьких топорика-чекана очень смахивающего на топорики американских индейцев. Точно по той же технологии перековали трофейные копья, простым методом, расковывая из одного большого наконечника два маленьких. То есть мы просто наштамповали почти три сотни наконечников для сулиц и надели их на большие древка. Вот так мне и удалось обеспечить военный заказ родственников Цветаны. А через десять дней забрав приготовленное нами оружие четыре десятка воинов Радко уехали восвояси, оставив Цветану у меня со всем её барахлом и служанками. Аж восемь баб и молодух с ней осталась и еще десяток воинов, эта свора пол моего дома занимала. Это доверие, типа мне так оказали, привезли девку и бросили у меня, а теперь мол сам за нее отвечай. Я думаю, что это такой вид залога, типа мне Радко пообещал за полученное авансом оружие притащить коней, а вот в залог честного слова - он оставил свою сестру, прикольно.
  Не пойму только одного, что мне с ней делать? Она дикая какая то, сидит молчит, всего шугается. Я уж испугался, может у меня прыщ на носу вылез? Что случилось то? Я не мог понять статус этой девицы в моем доме, кто она? Еще невеста или уже жена, никто мля, ничего не объясняет, все думают что я типа и так знаю, что с девицей делать. А я вот не знаю, поэтому долго не думая как только брат Цветаны уехал, я переселил Ёшку-Цветану на хрен в гостевой дом со всей её сворой, а не нечего девице жить под одной крышей с мужчиной до свадьбы.
   А потом выяснилось, что Цветана очень уж переживает, что я такой страшный, вот женщин повесил и жреца сжег, невиданное кощунство, надругательство над богами.
   Я как то приуныл, думал что я типа князь, подберу себе девицу-красавицу по душе, ну типа по любви, а тут такая подстава. Посмотрел внимательно на симпатичную, глупую девицу, да лицо у нее ничего так, симпатяшка, но вот политические убеждения мне её не нравились, а еще больше не нравилась попытка осуждать деяние князя и будущего мужа, тут вам не матриАркхат, тут мнение женщины вообще никого не волнует. Хотя у неё в роду могло быть иначе. Мне еще дед говорил, что мол бабу себе выбирать нужно не красивую а умную, красота она, что - сегодня есть, а завтра нет. Красивой баба только пол жизни будет, а вот если она дура - то это навсегда. Мне походу не повезло, попалась дура. Хотя, я ведь умный, может перевоспитаю.
   - Слушай прекрасная Цветана, а как ты думаешь, зачем жрецы девственниц сжигают? - с намёком спросил я.
   - Как это зачем? - вскинулась Цветана - что бы девицы-красавицы служили богам за кромкой.
   - А как думаешь, много ли девок сожгли жрецы с момента сотворения мира?
  Цветана задумалась.
   - Так, каждый год жертву приносят, стало быть много.
   - Вот, видишь Цветана - я наставительно поднял палец в верх - у богов девственниц уже много, а жрецов, что прислуживают богам за кромкой почти и нет. Вот сколько на твоей памяти жрецов в жертву принесли?
   - Так не слыхала я о таком.
   - Вооо-от, видишь? А богам то помощники нужны, а лучшие помощники богов это их жрецы - я торжественно поднял палец в верх - Вот как думаешь, что девственницы там делают на небесах?
   - Так вино и яства богам подносят, и песнями дивными слух ублажают.
   - Воо-от! Вино и яства это хорошо, а кто молитвы читает, кто за скотом смотрит? За девственницами опять же пригляд нужен, а то вдруг они ленится начнут, девки они такие ветреные. Вот пусть жрецы там и руководят всем этим хозяйством.
   - Смеешься ты надо мною князь? - проговорила, смурнея лицом Цветана.
   - Это конечно шутка Цветанушка, однако на своей земле, я людей жечь не позволю никому, а коли богам жертвы нужны, то я им пару сотен жрецов отправлю, пусть возрадуются.
  
  Через десять дней вернулся отряд Радомира. Уставшие, обмороженные победители медленно большой вереницей входили в ворота Полоцка, а за ними плелись люди, больше сотни пленников.
   - Это Чеслав все юноши, что могут стать воинами в ближайшее время - показал рукой Радомир - а это вожди избранные от тех родов, что в наших землях проживают. Вон там два прислужника Хорса стоят, как просил.
   - Хорошо, спасибо брат. Ты со своими воинами отдыхайте пока, а я пойду с людьми говорить и шоу готовить.
   - Что готовить? - переспросил Радомир.
   - Да подойдешь увидишь, это типа специальных переговоров, когда одна сторона не имеет права отказать другой, во избежание неприятностей.
   Я подошёл к двоим захваченным Радомиром жрецам.
   - Какому богу служите?
   - Бог у нас один, он сесть свет и солнце и зовется этот бог Хорс - прохрипел один из шарлатанов, притворяющихся жрецом.
   - Разве? А вот я знаю, что богов много и главный из них Сварог, что сотворил этот мир, а еще есть богиня мать Макошь, она жена Сварога, и их дети Велес да Даждьбог. А вот в землях ромейских другие боги обитают Юпитер и Зевс, а некоторые люди в Риме так вообще распятому богу поклоняются. Ты что же жрец, отрицаешь богов других народов?
   - То всё брехня, никто не может выжить без солнца, ибо без солнца придет вечная тьма, значит Хорс главный бог.
   - Ты глупец жрец, не будет солнца, так и что с того, есть ведь день и ночь, а вот мы в лесу живем и нам за кронами деревьев солнца и не видно вовсе. И на полуночной земле бывает так, что пол года день стоит, а пол года ночь, и ничего люди живут без вашего Хорса даже ночью. А думал ли ты над тем, кто правит в этих землях ночью?
   - Смерть правит тогда, когда уходит Хорс - проговорил второй жрец.
   - Вот именно болезный - с усмешкой сказал я - сейчас я для вас и жизнь и смерть в одном лице. Будете служить мне, останетесь жить и можете продолжать служить своему Хорсу. Даже жертвы можете приносить, вон животных режьте быков или коз какая богам разница? Убивать людей в моей земле не позволю никому, здесь только я решаю кому жить, а кого к богам отправить. Уяснили?
   - Позволишь в своей земле знания о нашем боге сеять, так и быть я обещаю тебе людей без твоего ведома в жертвы не приносить - прохрипел один из жрецов.
   - Что ты несешь Аклав - прорычал первый - это же суть змий болотный, он тебя своими речами совращает, что бы пожрать твою душу.
   - Моя душа принадлежит лишь Хорсу, и никто её пожрать не сможет - вскинулся тот, кого назвали Аклавом.
   - Как зовут тебя старик? - обратился я к непримиримому огнепоклоннику.
   - Я своё имя отродью болотному не скажу во век.
   - Ты глупец жрец, мне твое имя скажет твой дружок, да и не нужно оно мне. Ты сегодня отправишься к своему богу и будешь служить ему со всем рвением, а твой дружок Аклав будет за тебя молится - я повернулся к Аклаву - будешь за него молитвы читать?
   - Все в руках богов, и жизнь и смерть - философски прогундосил Аклав.
  - Молодец, ты настоящий жрец.
  
  Вечером не вдалеке возле домны поставили столы и лавки, а прямо напротив домны поставили два больших стула и один чуть поменьше.
   Я приказал Креславу, воеводе полоцкому построить мечников вдоль дороги от ворот до домны и посадить всех привезенных вождей песьеголовых на лавки. На столы были накрыли яства и было пора начинать шоу.
  Как только красное солнце показалось у закатного горизонта, зажглись несколько десятков факелов и послышался бой барабанов.
   Я вздохнул посмотрел в лицо Цветане.
   - Ну что, будущая княжна кривичская, пошли? Ты только не пугайся ничего, это наши обычаи, они могут тебе не нравиться, но так нужно - я взял девицу за руку и мы пошли на представление.
  По бокам напротив друг друга стояли пять десятков мечников, как только мы по ровнялись с первой парой воинов мечи вылетели из ножен и руки с мечами в приветствии поднялись к небу. Я скопировал встречу царей из какого то фильма про рыцарей, а что красиво ведь, мне нужно впечатление на варварских вождей произвести. Позади меня хлопая ресницами шагал удивлённый Радомир.
  Мы шли не быстро, и по мере нашего продвижения к тронной площадке в небо взлетали все больше и больше клинков.
  Красивое зрелище, но это не финал, самый сильный эффект должен вызвать именно мой костюм, а костюм впечатлял.
  Полный латный доспех, на шлеме прикрученная волчья голова, на плечи накинута шкура белого волка. Цветана шла хоть и без волчьей головы, но с накинутой на плечи шкурой белой волчицы. По обычаям пёсьеголовых голову зверя мог надеть только человек, что лично в бою убил этого зверя без помощи других воинов. Это так сказать статусная штука, обозначающая силу и отвагу воина. Но зверей в лесах много а вождь один, поэтому в мирной жизни такие головы носили только вожди, а вот простые воины, что убили волка или медведя носили только бусы из клыков убитых зверей, и лишь во время войны каждый одевался в свой тотем, вселяя душу убитого зверя в своё тело.
   Я всем показывал, что по праву ношу это барахло, типа я ваш вождь и всем молчать, а то рога по обламываю. Я признанный жрецами вождь этой стаи, и никто более не имеет права слово молвить без разрешения вожака, пока я не умру.
  Мы сели, я в центре, Радомир справа, а Цветана - слева. Я обвел взглядом присутствующих вождей. Тут сидели разные люди и старики, и молодые парни, и даже тетка с головой лисицы и лисьим воротником, во типа хитрая как лиса. Только вот зайца я не нашел ни одного, но увидел знакомое чучело с волчьей головой.
   Я показал пальцем на него.
   - Ты новый вождь племени Серые волки, скажи, почему?
  Тот посмотрел вправо, влево и не понял моего вопроса.
   - Почему вы напали на меня? Твои люди приходили на торг - я повысил голос - разве я обманул вас, или дал вам плохой товар, почему вы напали?
   Я еще раз посмотрел на сидевших и увидел знакомого шамана, на голове у которого были рога оленя.
   - Шаман, скажи мне зачем все эти вожди отправили в мою землю своих воинов, разве не помогал я вашим родам? Я давал этим людям товар почти даром, ты приходил ко мне и просил честной торговли, разве торговля была без честной, разве хоть раз мои купцы обманули вас?
  Шаман молчал, а я продолжал шоу.
  Чуть напряг гортань и зарычал.
   - Почему вы пошли на меня войной?
  Тишина, мертвая тишина царила на поляне, только вдалеке слышался скрип бревна по подставкам, уставшее дыхание отроков, что раскручивали огромный барабан и шипящее дыхание огромных мехов горнов.
   - Вот - я показал рукой на домну - там вход в гиену огненную, там в этой печи жарятся демоны болотные. Мои люди, защищают вас не считаясь с собственной жизнью, все болотные земли мы храним. Каждый день мы ловим раскаленными щипцами духов болотных и загоняем их в печь, а по ночам когда вы спите со своими женами, мои воины охраняют эту печь. Каждый день мои мастера крутят эти меха и подбрасывают угли, что бы демоны чувствовали себя как дома.
   Я зловещим взглядом из раскрытой пасти белого волка осмотрел присутствующих вождей песьеголовых.
   - Если эта печь потухнет, если мои люди перестанут бросать в печь уголь, то даже мои воины в стальных доспехах не смогут удержать стаи обозленных болотных чудовищ, что вырвутся из этой печи. Они разбегутся вновь по вашим землям, они пожрут вашу плоть и высосут души ваших людей. Так зачем вы отвлекаете моих воинов от столь важной работы, почему мешаете охранять эти земли от не чести болотной?
   Я встал.
   - Кто натравил ваших воинов на мой город, укажите мне этого прислужника демонов.
  Эффект я вам скажу страшный, некоторые вожди по пригибали головы и смотрели в землю, а отдельные даже начали сползать с лавок под столы.
   - Креслав - крикнул я.
  Креслав вывел на полянку жреца, которого поймал Радомир, того самого непримиримого огнепоклонника. Воины Радомира сказали, что в одном из селений именно этот жрец командовал ритуалом сжигания на костре сразу семи девственниц, а всё племя смотрело и радовалось такой хорошей жертве. Тех людишек всех побили, как пособников религиозных экстремистов, и жрецов тоже побили, вот только двоих самых главных притащили мне. Один из них типа покаялся и осознав расстановку сил согласился прислуживать новой власти, а вот второй уперся и теперь мне нужно его наказать.
   - Этот слуга демонов - я указал рукой на жреца - ходит по вашим землям и обманывает вас, он говорит, что служит Хорсу, но служит он демонам болотным. Ибо боги, это те, кто в трудах праведных создали наш мир, те кто растил в мире каждую травинку, кто дал жизнь маленьким букашкам и огромным турам, те кто вдохнул душу в тела людей. Нешто вы дикари думаете, что боги, трудившиеся столь рьяно, создавая этот мир лень за днём будут убивать свои творения что бы получить себе их души? Души нужны лишь демонам, что-бы проникать в наш мир! И этот человек - я ткнул пальцев указывая на жреца - эта мразь помогает демонам проникать в наш мир.
   Я махнул рукой, могучие воины тут же уложили жреца на на бревно и плотно привязали веревкой, его рот был забит паклей, а не хрен мне представление портить своими криками. Не дай бог начнет орать и призывать покаяться, а еще скажет, что всё это он вытворял ради свободы и демократии, а мы мол не толерантные варвары. Не, не нужно мне представление портить, я тут режиссер и я по своему вижу.
   - Этот слуга демонов будет отправлен к своим хозяевам - я махнул рукой и жреца потащили на леса - пусть там им прислуживает.
  Колоду с привязанным жрецом опустили в печь и вытащили кляп.
   Как красиво он орал, выл волчьим воем, аж меня проняло, а вот моих "гостей", особенно будущую княжну просто ввело в ступор, а сидевший рядом Радомир чуть не треснул от смеха. Весло ему было, он то не дурак, всё прекрасно понял, всю игру и мой дальний замысел.
  Крик прекратился достаточно быстро и только дыхание мехов, да взлетающие высоко в небо красные искры беспокоило тишину ночи.
   Я встал и вышел на середину поляны.
   - Вот там в печи горят души демонов болотных, мне нужен уголь, что бы эта печь горела вечно. И не дай вам бог вожди прийти на мою землю с недобрыми мыслями еще раз, потому что если мои люди опять спрячутся за стенами и перестанут добывать уголь для печи - я еще раз осмотрел присутствующих - я буду топить эту печь вами.
  
  Через несколько дней каждый из старейшин пёсьеголовых получил по куску болотной руды, чтобы знали как её искать и чуток товара, очень уж просили лишенные железа пёсьеголовые дать им хоть копья для охоты. Я дал им сулиц и чуток ножей для разделки тушь убитых животных. А потом наказ приносить всю руду ко мне, всё что найдут, и рассказал примерный перечень цен по которой я буду скупать у них руду, и конечно же меха.
   - Несите все меха, что вам не нужно для себя - наказал я - а ваши дети останутся у меня в городище, что бы осваивали науку работы с железом. Не бойтесь, каждый из отроков вернется в ваши рода после обучения.
  
  
  
  Глава пятая. ТРУДОВЫЕ БУДНИ
  
   Зима шла неторопливо, мастерские работали, теперь по замерзшим рекам ходили караваны лыжников, которые таскали за собой маленькие сани перевозившие уголь и болотную руду из всех поселков, включая селения пёсьеголовых, но самое главное, что примерно в 30-40 км от впадения реки Янтарной в море в поселке Приморском река не замерзла и рыбаки ежедневно ходили за рыбой. Вот эту рыбу мы и развозили по всем селениям, что являлось неплохой поддержкой моего народонаселения. Нет я скажу по другому, отдельные селения ели только рыбу так как её реально было много. А размеры рыбы были просто огромны, хвосты по метру длинной, я таких огромных рыб даже в 20-м веке на северах не видел.
   Коней, что остались с десятником воинов охраны Цветаны мы подковали, и угрозы, что кони переломают себе копыта на льду не было. Я с удивлением понял, что тут никто не одобряет моей идеи ковать коней. Когда я без привычки целый день ковал подковы, а второй день показывал специальному ковалю основы мастерства, то есть как ковать на три шипа. Все это не вызывало понимания у местных, '...зачем портить скотинке ноги', говорили они, ведь '..боги не давали коням железок, так ты что с богами споришь?'. Но когда уже подкованные коняшки довольно уверенно шли по люду и самое главное легко выходили на высокий берег, даже без скольжения, то мне пообещали, что все кони будут в кратчайший срок подкованы.
   Но это еще не всё, я решил сделать своё первое седло. Долго, это не то слово.
   Я в детстве много раз видел как дед в станице делал седла для продажи, и в принципе по памяти мог повторить его действия, но вот отсутствие опыта и современных станков, с делало свое дело.
   Изготовление седла это работа очень кропотливая и требующая максимум самоотдачи и внимательности. Каждый этап изготовления седла очень важен.
   Для начала я сделал "ленчик", ведь он является основой любого седла, как позвоночник. Ленчик был изготовлен из двух согнутых железных прутков к которым прибивались две приличные дубовые дощечки. Когда ленчик был готов, я его примерил, просто приложил к спине лошади и понял, что изгиб металлических прутков слишком большой, а дочечки под углом давят на тело лошади не правильно, поэтому пришлось вырвать гвозди и раскалив прутки чуть увеличить угол дуги. Потом опять примерил и оказалось, что передняя часть ленчика отлично садиться на холку лошади, а вот вторую, заднюю часть опять пришлось разгибать
   На этом этапе работы очень важно, чтобы ленчик полностью подходил под параметры лошади. Тут хитрость в том, чтобы ленчик садился на спину лошади с зазором в два-три пальца, потом туда подбой из меха станет для смягчения давления досочек на спину. Когда ленчик был готов, я потихоньку начал обивку седла.
   Самый дешевым материалом для обивки седла является кожа. Поэтому долго не думая я взял большой кусок кожи, проколол по кругу дырки, а потом крупным кожаным шнурком пришил этот кожаный кусок к к металлическим пруткам ленчика как на седло от велосипеда. После чего, поставил седло на колоду, посидел, попрыгал, что то давит, чуть ослабил кожаные шнурки, неплохо. Теперь берём приличный кусок медвежьей шкуры сшиваем её шерстью внутрь, так чтобы образовались мягкие валики, бросаем поверх седла и после правильной регулировки притягиваю кожаными шнурками эту меховую подстилку к седлу.
  Посидел, попрыгал, поерзал, ну ничего так, валики не давят на моё седалище, даже смягчают немного. Эффект, как будто сидишь на хорошем офисном стуле, посадка достаточно глубокая получается, ровно между стальных прутков, а таз упирается в заднюю пластину, и это хорошо, так это не позволяет мне съезжать с седла при изменении угла седла, то есть при подъеме лошади в горку или спуски её в овраг можно легко будет держать равновесие, упираясь в железную основу. А при ударе копьем, можно наклонить вес корпуса вперед и упереться тазом о задний венчик седла. Это не рыцарское седло, но все лучше чем вообще никак. Местные вон просто сидят на спине лошадки, подложив под заднюю точку обычную тряпку.
   После всех манипуляций уже через семь дней я подошёл к завершающей стадии изготовления седла, к наружной обивке. Для этого взял толстую кожу и вырезал две одинаковых квадратных полосы, которые привязал по краям ленчика, опять же кожаными шнурками с таким расчетом чтобы частично прикрыть живот коняшке и чтобы стремя не соприкасалось с телом лошади. После чего сковал два стальных стремени, продев в них толстый кожаный ремень и зацепил на застёжку.
   Пока я делал седло, мои кузнецы успели сделать туеву хучу дел. С трудом, но мои мастера всё таки освоили производство простых сабель, расход трудо затрат рабочего времени на которые получается всего три дня.
  Сейчас самым дорогим ресурсом у меня были руки мастеровых. То есть сабля получается намного проще по технологии изготовления чем меч, нет необходимости много времени уделять закалке и отпуску стали, так как у сабли всего одна режущая кромка. После контрольной проковки клинка, нужно нанести достаточно толстый слой глины на обуховую часть клинка, оставив примерно половину лезвия и нагреть в горне до желто-красного цвета, после чего нужно бросить клинок в бочку с водой, и всё клинок готов. Быстро, качественно и по расходам получается, проще, меньше брака. Ножны делали простые, как для обычных воинов. И того с учетом шлифовки и заточки дешевая солдатская сабля готовилась три дня. Если учесть конвейерную подготовку клинков, то мы легко сделаем за месяц обещанные клинки людям Радомира. Я ведь обещал Радомиру вооружить всех его людей лучшими клинками, ток вот они - лучшие.
  Если продавать такую саблю на внешних рынках, то можно просить не меньше 20 гривен серебра. Я понял одну простую вещь, сейчас еще не сформировался класс довольно богатых воинов, способных купить дорогой качественный клинок, по этому нам нужно максимально удешевлять производство. Я примерно подсчитал и понял, что себестоимость даже такого простого клинка для сабли мене выходит почти 10 гривен серебра за штуку и это чистые расходы, без логистических затрат по доставке товара на внешние рынки. Попробуй еще довести эти клинки заморским покупателям, не такое это простое дело.
  Дел было много, я буквально метался между избами, которые назвал цехами. Все отроки песьеголовых были пристроены подмастерьями в разные мастерские, но рабочих рук все равно не хватало, поэтому я долго не думая отправил Радомира в поход по селениям моих песьеголовых. Товара чуток завести для обмена, в основном ножей, топоров и соли, но самое главное, забрать всех девочек подросткового возраста, так сказать на обучение.
   В один из дней толпа мастериц бронной избы пришли ко мне с требованием наказать кузнеца, что стал меньше производить стальных пластин. Пришлось проводить разбирательство и оказалось, что кузнец устал. Устал не работать, а устал делать одинаковые стальные пластинки и постоянно бегал в оружейный цех помогать ковать клинки для сабель. А я задумался, ведь сделать примерно одинакового размера стальной прямоугольник толщиной в 3 мм не так то просто и времени занимает много, таких пластин нужно почти пять сотен на один полный доспех, и получается что этот мастер подрос по уровню и ему просто стало скучно.
   Я помню еще из техникума про какую то пирамиду потребностей Маслоу. Так там основной прикол в том, что самодостаточный человек у которого все есть, безопасность, еда и т.п., стремится к самореализации и признанию, а на максимальном этапе развития личности, у человека можно отнять всё, а он, как просвещенный буддистский монах будет питаться только энергией солнца, ну или, что то подобное.
   То есть получается, что у меня отдельные мастера уже стремятся к самореализации и признанию, и их больше не устраивает тот уровень развития личности, на котором они сейчас находятся.
   Я погрозил мастеру пальцем и наказал немедленно приступить к подготовки троих подмастерьев, которые должны сами уметь производить пластины, а когда я приму экзамен у подмастерьев, то мой мастер пусть идет в оружейный цех, и занимается более престижным делом, производством мечей или сабель.
   Тут главное человека на взлете не обломать, а то творческий задор может быстро и затухнуть. Через неделю экзамен я принял сразу у трех подмастерьев и производство стальных пластин для доспехов увеличилось в два раза. Сабли же готовились как сосиски при Хруще, а при Никите как известно сосиски делали со скоростью производства баллистических ракет, или наоборот.
   Но мысль о том, что я неправильно расходую трудовой ресурс меня не отпускала ни на минуту, поэтому как то раз я занял наш большой молот на целый день. Отроки ходят в колесе, молот бьет с равными промежутками, а я матерясь и психуя пытаюсь сделать обычный стальной лист. То, что для таких дел нужен специальный пресс-вал я уже понял, но у меня его нет, и самое главное, что я даже не понимаю как это приспособление должно работать.
   Поэтому стальной брусок я медленно и уверенно растягивал большим молотом, растягивал и нагревал, растягивал и нагревал. Уже к обеду получил большую прямоугольную пластину размером примерно локоть на две ладони и толщиной примерно 2-3 мм. Потом положил пластину на стол, нанес на нее сетку примерно 6х8 квадратиков и взяв зубило, за час нарубил 48 абсолютно одинаковых стальных пластинок, а потом пробил в них по четыре дырки для кожаных шнурков.
   - Вот мастер, это то, что я смог сделать за пол дня - я показал своему мастеру пластинки - а теперь ты скажи сколько таких пластинок ты делаешь за день?
   - Так это - мастер почесал затылок - сколько же за день.
   - Знаешь почему? Потому что ты используешь обычный двуручный молот. Ты тратишь свое время, время своего подмастерья и куешь вначале длинный пруток, как будто ты меч делаешь, а потом этот пруток зубилом рубишь на пластины. А поскольку длинный пруток сделать нельзя, ведь у нас маленькие горны, а там длинный пруток просто не прогреть, то у тебя с прутка получается всего пять-шесть пластин. Вот ты за весь день то и можешь всего десяток прутков расковать и на пластины разделить. Думай мастер, думай - я наставительно постучал себя по лбу пальцем - голова нужна чтобы думать, а ты в неё только ешь.
   Мастер удивленно поднял плечи.
   - Ты вот возьми несколько стальных брусков и кинь в горн, первый куй, а как он у тебя остынет, ты его опять в горн, а второй бери и растягивай, а как остыл, то ты второй в горн бросай и бери третий, и так по кругу. Вот и получится, что за день у тебя выйдет полторы сотни пластин для брони.
   Мастер подумал, а потом выдал такое, что я аж подпрыгнул от удивления.
   - У нас плохо получается работать вождь потому, что все делают кто во что горазд.
   Я давно понял, что опыта работы с инструментами у пришельцев, то есть у тех, кого я называю вендами намного больше чем у тех же песьеголовых или чудинов, но что бы вот такое выдать, я признаюсь не ожидал, а мастер продолжил меня удивлять.
   - Нам вождь всех мастеров и подмастерьев нужно обучить единой системе мер. Что бы все знали что такое: верста, сажень, аршин, локоть, пядь и вершок - он поднял наставительно палец и сказал - это основа любого мастерового дела, а у нас всяк как хочет, так и ворочит.
   Я посмотрел на мастерового и не понял, это что какая то поговорка старинная "всяк как хочет так и ворочит", да, дела.
  - А ты мастер можешь прямо сейчас всех обучить этим свои аршинам и вершкам.
   - А почему нет, у нас половина мастеровых и так о том знают.
   - А это дело, нам общий стандарт нужен - задумчиво произнес я - эй народ а ну все сюда.
   Когда вокруг нас собралось почти три десятка человек я представил им мастера.
   - Вот народ, это мастер Малобуд, он сейчас вам расскажет единые меры весов, размеров и расстояний, по которым мы будем дальше работать, приступай.
   Мастер вздохнул подтянул веревку, что обозначала пояс и вытянув руки в стороны.
  - Вот люди расстояние от плеча до пальцев рук называется "аршином".
   Мастер взял деревянную палочку, сломал и приложил к плечу, палочка достала другим концом до пальцев, а потом он бросил её на землю и сделал шаг.
   - Вот видите длинна шага у человека как раз и есть аршин. Потом посмотрел на меня.
   - Вождь приложи свой меч к плечу - попросил мастер.
   Я удивился но выполнил его просьбу, и от удивления чуть не охнул, получилось, что длинна лезвия моего клинка как раз была в аршин, то есть от плеча и до пальцев.
   А мастер продолжал.
  - Так обычно длину клинка меча меряют под каждого человека, что бы ровно в аршин. Но вообще то аршин, это мера Макоши - наставительно сказал мастер - ибо "ар" есть шаг по земле матери. А теперь я покажу "четверть" - произнес мастер - вот так расстояние между большим и указательным пальцем называется "четверть" у готов это "пядь". Четверть - это потому, что аршин делится ровно на четыре части, вот сами себе и замеряйте.
   Даже я купился на такое предложение и замерил. Точно у меня от плеча до пальцев ровно четыре пяди получилось.
   А мастер продолжил.
   - Четверть или четь делится тоже на четыре части и такой размер называется "вершок". Расстояние от пальца до сгиба локтя называется "ЛОКОТЬ" - мастер показал свой локоть и добавил - локоть равняется двум с половиной четям. Если я измеряю, что не будь большое, то я говорю на сколько мои пальцы досягнут, то есть куда до-ся-гнут, такая мера называется "САЖЕНЬ" - произнес мастер. "Сажень" это расстояние между пальцами вытянутых в стороны рук - мастер развел руки для обнимания - это то, до чего я до-ся-гаю пальцами, такого размера обычно воины сулицы делают.
   - Вот вождь возьми свою сулицу и проверь - мастер показал на стоявшую у дерева сулицу - ваши сулицы должны быть длинной в "маховую сажень", а копья в "косую сажень", то есть от носка левой ноги до пальцев поднятой в верх правой руки, а лук без тетивы делают длинной в простую "маховую сажень".
   Вот, же сэнсэй, подумал я, объясняет как учитель китайского Кунгфу. Но я все таки взял стоявшую рядом сулицу, приложил, замерил и удивился, точно так и есть, длинна сулицы маленькая как раз в маховую сажень, а я делал их наугад, примерно как лыжные палки то есть от земли до плеча, получается что я просто гадал на киселе, а тут целая наука. А сам задумался, это какой же должен быть богатырь, если про него скажут что у него "косая сажень в плечах", это же монстр-переросток.
   Я задумался и потом сказал - мастера давайте чтобы не путаться так и назовем такие размеры "маховая сажень", это когда раз махнуть руки в стороны и "косая сажень", это когда от носка ноги до пальцев руки вытянутый вверх, продолжай мастер.
   - Если сложить вместе тысячу маховых саженей то получим одно поприще, а готы называют это верста - сказал Малобуд.
   - Я не понял, а почему готы по другому это расстояние называют? - спросил я у мастера.
  - Издревле наши рода занимались землепашеством, но полей больших не было и старейшины наказали очищать от леса поля длинной в тысячу саженей. И один конь мог без остановки протянуть плуг от одного конца поля до другого, а потом требовался отдых коню - пояснил мастер - вот это расстояние, что конь проходит с плугом без остановки назывался "поприщем". Однако были и большие поля, просто огромные, и тогда на этих полях каждый из родов себе старался урвать земли побольше, возникали споры иногда доходило до крови. Вот тогда приходили готы и судили о разделе земли, на границе полей ставили столбы, и эти столбы называются верстами. С тех пор пошло, что старые рода тысячу саженей называют поприщем, а новые, что у же при готских правителях прижились называют верстами.
   В принципе меня удовлетворил такой рассказ, особенно если учесть, что готы как и варяги - это не название народа, а общее обозначение воинов. То есть воины приходили, и судили межплеменные распри, а самые что ни на есть кровавые распри начинаются от неправильного раздела пахотной земли. Вот и получается, что готы были не просто соседями, а как бы хозяевами этих земель, то есть военно-племенной знатью местных людишек, а не какими то пришлыми германцами, как нам историки рассказывали. И поскольку военно-племенная знать всегда требовала налоги, то выходило, что землепашцы были не хозяевами, а как бы арендаторами земли, или вообще находились в прямом подчинении у готов, как русские людишки у бояр, или холопы у польских панов. А когда у холопов возникали споры, то все бежали к хозяевам. Интересно, кто же по национальности эти готы, и есть ли вообще такая национальность? Скорее всего это типа "варяги", или "викинги", то есть что то непонятное, аморфное, то ли наемники, то ли вожди, то ли просто воины-дружинники. Но вот то, что они чужаки, это тут не просматривается, местные их воспринимают как само собой разумеющееся зло, как любой бизнесмен смотрит на таможню, налоговиков или гибэдэшников. Местные вроди-бы и не любят этих мытарей, но все таки воспринимают их как необходимое зло.
   И теперь мне более менее становится понятно, почему тут всем заморские купцы заправляли до моего появления. Я по привычке назвал купцов по месту проживания, то есть "готландцы", а вдруг они не готландцы а германцы, или юттунги, или норвеги там со шведы. Ведь по факту для меня, человека с мышлением 20-го века готы как и испанцы в Южной Америке, пришли бедных индейских аборигенов строить, насаждать тут свой колониальный порядок.
  А если посмотреть более правильным взглядом, если учесть, что готы тут хозяева земли, то кто тогда я? А я получается, что по современным меркам бунтовщик, взял вот да и побил купцов, а ну как тут ранее всё правильно было, и эти готские купцы были своими негодяями, а я их не просто прогнал, я типа революцию устроил. А что бывает после революций? После революций приходят большие дядьки и наводят порядок, сейчас неизвестный мне большой начальник пригонят сюда крутую карательную экспедицию, настоящую экспедицию и мне пипец. Хотя нет, просто свалю к Ильмень озеру или вообще вон на Ладогу, и хрен они меня тут найдут, к тому же есть еще и Белое озеро, там вообще дремучие леса, построю городище и назову его Аркхангельском, буду там моржовый зуб добывать и песцовые шкурки, обогащусь млин.
  Подумал, почесал затылок и понял, что боятся пока что некого, так как почти тысячу лет в этих землях будет действовать один самый известный способ побеждать врагов - это просто свалить подальше в лес и подождать пока враги сами сдохнут от голода и холода, семейство Сусаниных хоть и не родилось ещё, но у меня каждый второй Сусанин.
  
   Я задумался, расстояние от пальца до пальца вытянутых рук примерно 170-180 сантиметров а тысяча саженей, это примерно 1800 метров, по любому больше километра, даже что то такое я у британцев помню было и называлось такое расстояние - морской милей. Но от куда тогда взялась длинна в 1000 метров, под названием километр? А может мне провести революцию в системе мер, но к чему привязать мне эту десятичную систему, пока не понимаю. Да и зачем мне сейчас революция, хоть бы эту - старую систему все осознать смогли.
   - Слушайте мастера с мерами длинны мы разобрались, но нам нужны еще общие меры веса - подкинул проблему я и понял, что я тут чужак, потому как все посмотрели на меня как то странно, типа где ты тут князь проблему увидел?
   - Мы используем те меры весов, что соседям нашим понятны - проговорил один мастер - вся торговля к ромеям идет через готов, и все товары в земли ромейские как вода стекаются. Ромеи придумали разные гирьки и называют их "пондами", то есть мерой веса, а самую большую гирьку называют "пундом". Если на ладью пытаться закатить бочку, то один человек может сам закатить бочку весом в десять пуднов или пудов, такой вес и называют "бочкой".
   Мой мастер продолжил пояснения.
   - Ромеи имеют множество гирь и самая большая называется "пунд" или "пуд", самыми большими гирями они ведут замер при покупке железа.
   Пока мой "наставник" говорил, я напряг память и вспомнил что гири у нас в спортзале тоже пудами обозначались, то есть один пуд равен 16 кг., исходя из этого можно провести несложный расчет, получается что бочка тут не 200 кг как в 21 веке, а всего 160 кг.
   Мастер продолжил дальше.
   - Если пуд разделить на сорок частей то получиться один фунт, это самая маленькая гирька у ромеев.
   А я посчитал и понял, что одна сороковая пуда будет весить 400 грамм, а не пол кило как я раньше предполагал, ну и ладно, разберемся.
   - Один фунт веса доброго железа равен одной гривенке стоимости в серебре - продолжил рассказ мастер - персы делают маленькие золотые лепестки или монетки, а вот готы те золото не любят и счет ведут в серебренных рублях. За один фунт железа можно у торговцев взять или десять лепестков золота или восемь рублей серебром.
  - Значит одна гривенка серебра может быть поменяна на десять золотых лепестков?
  - Нет, никто такой цены не даст - покачал головой мой мастер - если повезет сговориться то полноценную серебренную гривну обменяют на дюжину лепестков или на три монетки.
  Ну пипец, счетоводы. Выходит так, 400 грамм железа меняют на 200 грамм серебра или на 10 золотых чешуек, если считать вес чешуйки примерно 2,5-3 грамма, то десять чешуек - это почти 30 грамм золота. И эти купцы считают, что их золотые монетки весят 10 грамм, но ведь тут сплошной обман, я держал в руке ту монетку, она вся так весила, а ведь метал то был сплавом. Намешали золото с медью и дурят простой народ. Да и по серебру обман сплошной, выходит южные купчишки выставили курс обмена золота на серебро не 1к10, как я думал ранее, а 1к14.
   Я давно понял, что тут все сложно, и пересчет вести практически не реально. Например у ромеев почему то куча серебра и они расчет ведут в серебре, а вот у персов куча золота и они рассчитываются при торговле в золоте, а купцам как бог на душу положит, если купец тебя уважает, то может дать правильную цену, а если видит в тебе только варвара, то обманет и глазом не моргнёт. Вот и получается бардак.
  Но самое главное, я услышал, железо по отношению к серебру меняется по курсу 1к2, а я сейчас выкупаю железные крицы по курсу 1к4. Прит такой торговле я могу попробовать стать "Арабским шейхом" 21-го века, но вместо нефти мое богатство будет строится на продаже железа, только в таком деле нельзя допустить обмана, а для этого требуется детально разбираться в торговле. Пипец, уф, как тут все сложно.. Но самое главное, мне никогда не стоит забывать, что богатство арабских шейхов охраняет 11-ть авианосных групп их союзников американцев. Значит и мне нужно найти такого союзника, или хозяина, что будет прикрывать меня своими авианосцами.
   - И так мастера - обратился я ко всем - вот этот человек сделает линейки стандартных размеров, пяди, вершка, локтя, аршина и двух саженей, а также сделает гирьки.
   - Малобуд, сделай побольше железных гирек разного веса, и линеек. Нам нужно два комплекта, один у вас в мастерских будет, а второй для разрешения споров будет хранится в княжеских палатах. Второй нужен для того, чтоб никто не вздумал обманывать при расчетах в торговле.
   Я обвел всех взглядом и увидев внимательные лица продолжил.
   - Но это еще не все мастеровые, вон там нужно еще одно колесо ставить на три молота, один большой, а два поменьше. Так что определяйте, кто тут останется с подмастерьями, а кто пойдет новые мастерские строить и там же работать будет. При чем сразу скажу, подмастерьев поделите поровну, и не бойтесь, не молчите если надо, я вам еще отроков найду. Все равно им здесь лучше работать, чем по землянкам в болотах сидеть.
   Я давно осознал, что мне просто не хватает рабочих рук. И вот тут я как то не подумав отдал приказ собрать из селений всех отроков для нужд цехов Полоцка. Это мое решение чуть не вызвало бунт. Однажды приехал караван из селения Баженино и мне сказали, что бабы накинулись на торговцев с расспросами, мол как там наши детки, а то люди говорят, что князь в свои печи детей кидает, что бы задобрить духов огня.
   Вот суки, найду кто слухи распускает язык вырву и в задницу засуну - сплюнул я.
   Пришлось ввести так называемые каникулы, раз в пол года, я буду отпускать молодежь для посещения своих селений. Причем отпускать буду с зарплатой, то есть серебра я конечно не дам, но вот ножи или топоры каждый из отроков сможет взять и свести своему роду в качестве уплаты за используемый детский труд.
   Хотя нет, что это я на себя наговариваю, у меня самый что ни на есть коммунизм, каждый получает по труду и по своей потребности, а поскольку народ не развращен ценностями 20-го века, то и потребности пока не большие.
   Люди живут по 30-40 человек в одном бараке, разделенном на мужскую и женскую половины и не жужжат. А что возмущаться то, у меня в каждом бараке есть печь, под потолком веревки для просушки одежды, по центру стол большой, свечи имеются, что бы по вечерам посидеть и посплетничать.
   Вот эти вечера я и использовал, для того чтобы язык размять и больший авторитет завоевать. Авторитет это ведь дело такое, его можно поддерживать силой, но рано или поздно появится тот, кто сильнее тебя. Можно поддерживать свой авторитет и власть соответственно привычкой, то есть если люди привыкли подчинятся своим вождям то они и подчиняются, но в моем случае это не канает, я ведь не их вождь.
   То есть получается, что в Полоцке собрался настоящий интернационал. Люди от разных родов, есть и местные песьеголовые, так сказать коренные жители болот. Есть чудины, они тоже коренные, но живут чуть севернее. Есть разрозненные рода веси, води и вендов. И вот что самое интересное, это библейская история про вавилонскую башню. Про то, что раньше язык был общий, а потом собрались люди решив поспорить с богами и начали строить башню до небес, а когда башню им боги разрушили, то на всякий случай и языки перемешали, чтоб людишки не смели спорить более с величием богов.
   Вот что я понял, что с юга на север соседние племена друг друга относительно понимают, а через несколько племен уже понимают не так хорошо, а еще дальше, вообще разный язык получается. И такой ход вещей нарушается, если скажем появляется пришлый народ, тогда внутри одного языкового общества сидит островок без языких, или немых людишек. Но не долго, уже через поколение, в результате контактов, торговли, браков и т.п. даже пришельцы становятся более разговорчивыми и понятными для своих соседей, при чем пришлые рода значительно расширяют словарный запас коренного населения.
   Есть конечно разные слова, но вот вы же понимаете современного украинца или белоруса, с трудом, но все таки понимаете и даже поляка с сербом вы поймете. Хотя "независимые" национальные ученные этих стран сделали все, что бы доказать что мы разный народ, потому как язык у нас разный.
   То есть даже те, кого я называю готами, венедами, чудью и весью неплохо понимают друг друга через основные языковые обороты. Чудь, водь и весь прекрасно понимают язык вендов, а вот уже венды неплохо контачат с готами, и так далее. И если использовать такую теорию, то теперь понятно как пришлые купцы так просто ладили с местными аборигенами, может потому, что веками торгуют с этими племенами.
   А может мне как в книжках писали назвать всех немцами, то есть если я не понимаю язык соседа, то сосед для меня "немой", немец. А если понимаю его слово, то он будет для меня славянин, то есть "слово ведающий".
   Но при таком подходе будет просто беда со всякими там 'чудинами' и 'мерями' или 'мещерями', а еще есть какая то 'весь' и другие названия, например 'мокшане'. Неужели и их называть 'немцами', ведь я их почти не понимаю. Нет не пойдет, для меня человека 21-го века, немцы, это те кто пытался Третий рейх строить, а при чем тут бедные чудины. Поэтому пусть немцы останутся пока германцами.
   Думаю, что если я тут продержусь еще чуток, то все местные народы научатся говорить так, как говорю я, потому, что я и есть основа местной торговли, а чтобы торговать болотным людишкам придется подстраиваться под язык торговой фактории.
   Вокруг меня постоянно сновали пацаны, от разных родов, которые поясняли мне то, что я не понимал при разговоре с людьми. А я постепенно осознал, что словарный запас у местных народов очень маленький. Вот прошло лето, осень и зима почти уже заканчивается, а я неплохо могу понимать всех кто приходит на торг. Ну правда один раз приходили за ножами жители островов Рижского залива, а я их по привычке назвал Эстами. Хотя по одежде они напоминали мне людей племени водь. В общем их язык я не понял, и мне показалось, что их не поняли даже мои песьеголовые. Интересный народ эти эсты, пацифисты, я им хотел копья впарить, так не взяли. Но несговорчивые суки оказались, за ножи торговались получше Изи Бруденштерна с Дерибасовской, и фиг что у них купишь по хорошей цене, наверное сказывается долгое общение с готландскими купцами, научились торговаться блин.
   Так вот получается, что авторитета родового вождя у меня нет, и я не могу сказать людям: "служите мне как ваши отцы служили моему отцу", потому что ни мне. Никому из моих родичей эти люди никогда не служили.
   Есть еще один вариант обеспечения своего авторитета, это назвать себя избранником богов, но тут может быть косяк, потому как боги у всех разные. И собственно авторитет какого то бога для одного рода не является крышей для другого рода. Так как тот бог у них вообще за лоха считается. Поэтому я пытался обеспечит свой авторитет силой знаний.
   Я слыхал, что умных людей уважали и почитали во все времена, вот и разглагольствовал по вечерам. Рассказывал про нашу планету, природу и устройство вселенной. Про то как лучше пахать землю и собирать большие урожаи.
   - Вот берете зернышко ржи - говорил я - бросаете его в землю весной и получаете в конце лета урожай, а на следующую весну в этой земле сеете другое зерно, а на третье лето ваша земля должна отдыхать, так как устала, оставьте землю под пастбища, можете с нее снять сено для скота. А если вы ей отдохнуть не дадите, но на третье лето вы не вырастите хорошего урожая.
  - А откуда взять сколько земли? - не понимали слушатели.
   - Землю нужно расчищать от лесов, только грамотно. Например не просто леса сжигать, а пережигать лес в древесный уголь, тот уголь наши мастеровые в горнах используют, а очищенная земля под посевы идет. Еще можно сделать и так: берете зернышко ржи и бросьте его в землю осенью перед большими дождями, а весной соберете урожай, а потом сразу сеете овес, так вы за один год успеете еще один урожай летом собрать. А можно посеять репу, так как на этой земле третий раз подряд сеять зерно нельзя.
   - Так это сколько нужно леса выжечь? - не унимался отрок.
   - А что вам тот лес, вы вот что обычно делаете, всем селением обработкой земли занимаетесь. А вы из своего селения выделите тех людей, что будут березовый уголь жечь, руду добывать и крицы железные делать. И вот вам результат, за одно лето вам целое поле от леса углежоги освободят - наставительно произнес я - а потом на том поле и зерно сеять будете, а углежоги пойдут на другую делянку, и через год у вас уже два поля будет, а через три. Понятно? Но сеять зерно то пол дела, кроме зерна вам еще и инструменты добрые нужны, а те инструменты из железа делаются, а железо и болотной руды и угля добывают. Нашли руду, пережгли уголь, можете сразу печи ставить и крици делать, а уж я эти крицы у вас выкуплю и из них сделаю железо.
   Рассказывал я и про чудеса заморские, типа ветряных мельниц и про водяные колеса, которые облегчают жизнь трудовому народу. Ну и про всякие байки из библии. У меня бабка сильно верующая была, вот она мне вместо сказок притчи из Библии рассказывала, ну а я все это рассказывал своим людишкам.
   Труднее всего было с географией и топографией. Я вывел отроков ночью на улицу и показал небо.
   - Вон видите белая полоса по небу идет, так то млечный путь называется.
   И тут же вопрос.
   - А что такое млечный путь?
   А я значит типа такой умный и говорю - ну видите та полоса на небе как будто кто то с ведром шел и молоко расплескал.
   Мои ученики зависли, оказалось, что больше половины и представить себе не могут ведро молока, так как домашнего скота никогда не содержали и не понимают зачем это молоко разливать.
   То есть большинство понятий с моего века в этом времени с трудом можно объяснить. Скажем вендам или людишкам от рода Бужа (Буса), то есть тем кто раньше в полях жили и земледелием занимались, да активно торговали и общались с соседями некоторые вещи даже объяснять не надо, все схватывают с первого раза.
   А вот весь, чудины и песьеголовые, вообще ни в зуб ногой, простые вещи по три раза объясняешь, у них нет понятия того что мир можно изменить под себя, а самое главное зачем? Ведь наши деды и прадеды жили именно так, и нам завещали жить по обычаям предков, а мы почему должны жить по другому?
   И я их понимаю, это достаточно закрытые общественные образования, соседей почти не имеют, один род живет по моим меркам на чудовищно огромной территории, иногда родовичи чудинские никогда других людей и не видели, да и слово 'люди' для них собственно означает - член их общины, а члены других родов так те вообще и не люди. В той ситуации, когда твой сосед и не человек вовсе, то к нему можно относится как к законной добыче.
   И самое главное, я узнал, что тут и песьеголовые и чудины, и другие племена что живут севернее являются примитивными лесными кочевниками. Вот так вот вам и результат, у этих народов по лесам разбросано десятки огороженных полянок с шалашами и землянками, и примерно раз в два-три года эти народы перемещаются меж своими охотничьими угодьями.
   Я этот вопрос долго обдумывал, выспрашивал у людишек и понял примерно вот, что. Например пришёл род 20-30 человек на какое то место и за год-два выбил и раз шугал в округе всю местную дичь, после чего приходится за зверем очень далеко ходить, поэтому род собирается и идёт на другую стоянку, поближе так сказать к зверью.
   А землепашцы людишки упрямые, они пришли, сели на землю и пытаются под себя местный ландшафт подстроить, поэтому и знаний им нужно больше и технологии нужно уметь от соседей перенимать, а если получиться то и новое, что узнать. А зачем чудину новое, олень он ведь и в Африке олень.
   Но самый большой эффект среди моих учеников вызывали сказки, это просто умора, какая там Библия, или рассказы про путешествия, сказки особенно старорусские, типа про богатырей, змей-горынычей и кощеев с ведьмами всякими шли просто на ура. И слушали так, будто я им быль пересказываю из истории соседнего рода. А многие сказки мои ученики дополняли ранее неизвестными мне фактами, да так правдоподобно рассказывали про встречи с чудищами болотными и русалками, что я сам стал верить в существование всякой не чести и стал опасаться к болотной воде подходить. Фу-уу, фильм ужасов блин.
   Вот если они меня достанут, то я про Фреди Крюгера историю расскажу, чтоб часовые по ночам не спали. Мол тот кто спит, к тому недобрый дедушка Фреди приходит из далекой Аризоны.
   Как то раз меня "порадовали" мои арбалетчицы. Порадовали в кавычках так, что я был просто в диком расстройстве. Стояли нереальные для этой местности морозы под минус 40, и чтобы не застаивалась кровь в жилах моих воинов я решил организовать проведение тренировок так сказать не взирая ни на какие неприятности в условиях максимально приближенных к боевым, а неприятности пришли сами собой.
   За одну тренировку мои тетки сломали аж три арбалета. Когда зашла командирша и показала мне сломанное плече лука арбалета, я вначале подумал, что это мои бугаи пробовали стрелять, или перед тетками хвастались и сломали лук арбалета, но оказалось всё не так.
   Я сам вышел на мороз, зарядил, выстрелил, а после пятого выстрела плече арбалета треснуло. Вот вам и результат, на морозе дерево теряет упругость и трескается, а я лишаюсь очень мощного оружия. Вот тут я и задумался, а почему собственно в истории в нашей местности так долго не было ни луков ни самострелов, а все воины старались овладеть именно сулицей или пращей. Да потому, что у нас морозы сильные и местность закрытая, то есть буреломы, а все войны происходят как раз зимой, когда реки и болота скуёт лед, вот тогда и начинаются походы и разборки между родами. Когда ты сможешь увидеть противника максимум в десятке шагов от тебя, и тогда ты тупо бросаешь во врага сулицу, ни лук, ни арбалет в лесу не нужен, особенно в такие морозы. Но для меня ведь самострел, это основа выживания в этом диком краю.
   Вот если бы я был крутой попаданец, то я бы изобрел порох, потом нарезное оружие а потом и баллистическую ракету, но я в этом отношении полный лох, вот только до самострела додумался и то только до летнего варианта, а зимой он зараза ломается.
   Я взял все сломанные арбалеты и пошел в цех. Положил на стол, вызвал мастеровых, что арбалетами занимались и наказал думать.
   Думали долго, а я признаюсь честно верил, что они мне предложат, что то толковое, но не тот уровень знаний у людей, не предложили.
   Тогда я достал свой меч, оттянул лезвие и отпустил, метал запел, а я опять спросил - ну что, есть идеи?
   Идей не было, тогда я плюнул и взялся за инструменты. Отковал метровую стальную пластину, как для меча, но всего на два пальца шириной и сужающимися концами до одного пальца шириной. Потом равномерно чуть загнул и показал моим мастерам, а они опять не поняли.
   Как же мне с вами дикарями тяжко, я взял заготовку и после нагревания пробил четыре дырки в центре.
   - А сейчас есть идеи?
   - А-а-а-а - прогудел Яровуд, старший из мастеров - ты думаешь, что метал можно использовать вместо лука?
   - Воот! - я аж подпрыгнул от радости - вот ты Джамшуд молодец, только задача эта для тебя не простая. Нужно сделать достаточно гибкий метал, чтобы он сохранял форму и после того, как ты нажмешь спусковую скобу, то дуги лука распрямлялись и возвращались бы в исходное положение.
   - Неж-то метал может постоянно разгибаться, а ну как треснет?
   - А вы пробуйте закалять так, что бы не треснул. Теперь снимите старый деревянный лук и прибейте к ложу стальную дугу, только обратной дугой, чтобы лук вот в эту сторону выгибался.
   - А зачем - не понял один из мастеров - зачем князь выгибать лук в обратную сторону.
   - А затем мастера, чтобы метал сразу под напряжением был как только мы тетиву наденем и тогда большого угла натяжения нам не понадобится - назидательно проговорил я.
   Прибили, втроем натянули тетиву и я взявшись за нее попытался взвести арбалет. Дотянул только до середины, осмотрелся и нашел самого большого кузнеца.
   - На кузнец взводи.
   Тот поднатужился, но не дотянул почти на два сантиметра до стопора. Я увидел у него кровь на пальцах.
  - Хватит тянуть, думать будем. Иди руку перевяжи, нельзя так сдуру, а то ведь знаешь с дуру можно и агрегат сломать.
   Сидели все как в кино и смотрели на арбалет, что спокойно лежал на столе, и никаких мыслей. Нужен само взводный механизм, чтобы снижал нагрузку на руку, то есть мне нужен обычный рычаг.
   Я походил по кузне нашел, длинный железный пруток, покрутил в руках, посмотрел и приложил к тыльной части ложе. Ну вот есть неплохое решение, как старые военные ящики от боеприпасов закрывают, то есть ты тянешь с одной стороны, а с другой специальная скоба стягивает крышку.
   Нагреваю, и перерубив пополам делаю две железные пластины примерно в пол локтя длиной. Приложил сбоку одной частью к месту где лежит тетива, а другой к ложу. Замерил, потом потянул рукой за одни край, а второй придерживая пальцем примерно посмотрел куда дотянется тетива. Плохо так на глаз, но если у тебя есть образование хоть и агротехника из 20-го века, то ты легко можешь представить взаимодействие частей механизма, а вот мои мастера не могут, нет у них таких знаний.
   Я взял второй арбалет и приложил сверху, посмотрел, оценил.
   - А ну ка мастер принеси мне заготовку ложа для нового арбалета, есть ли у тебя.
   - Есть как не быть - ответил мастер и ушел в свою кладовку, потом вынес уже готовое для сборки ложе и только подготовленный брусок заготовки для ложе.
   - Вот это портить не будем, а брусок мне нужно распилить вот так пополам, а потом вдоль - я угольком провел две линии - сможешь?
   - А как же, сей же час сделаю - заверил меня мастер.
   Пока он пилил я сходил в кузню и сковал простой швеллер, потом пробил четыре дырки и вернулся в мастерскую. Распиленная заготовка уже лежала на столе, я приложил, посмотрел, так мешает рычаг спусковой скобы. Я взял стамеску и сделал выточку, вначале под рычажок, что торчал сверху ложе на фалангу пальца а потом сделал выточку под болт. Опять приложил.
   - Вот мастера вам и механизм - я показал все детали само взвода - через этот швеллер прибиваем дубовую дощечку в четверти от затыльника ложе.
  Я взял кованные гвозди и не до конца вогнал их в отверстие швеллера прибивая его к ложе, а к другому концу швеллера прибил дощечку. Поднял, отпустил, поднял отпустил, что то чиркает, гвозди блин квадратные, ну ладно приработаются, в крайнем случае смазать можно салом. Потом взял стальные пластинки приложил к середине дубовой дощечки.
   - Вот мастера смотрите, если потянуть за край дубовой дощечки, то она через эти металлические пластинки передаст движение на тетиву, то есть тетива в зацепе на крючках потянется назад. Это есть рычажный механизм, чем больше рычаг, тем меньше усилий прикладывается для заряжания. Но есть угроза, что она может перетереться о сталь и лопнет, поэтому я сейчас еще раз про кую пластинки зацепов и сделаю их полукруглыми. Я сходил ещё раз в кузню, нагрел стальные пластины и закруглил один конец на каждой пластинке.
   - Ну, что собираем? - я повернулся к мастерам - вот эти дырки по краям нужны для оси, вот сюда вбейте большой гвоздь, так чтобы он вышел с другой стороны дощечки. А на него по серединке надеваем стальные пластинки и заклепываем гвоздь, чтобы пластинки не слетели. Вот, а теперь нужно просто снять и выбросить старую страховочную дугу, что держала болт при взведенном арбалете.
   Вышел из кузни, а вся делегация за мной, поставил арбалет на землю, ногу в стремя и потянул одной рукой за дубовую дощечку, тяжело, потом взялся двумя руками и с натугой потянул на себя. Есть, пошла родимая, крюк потянул тетиву, тетива вначале поднялась вверх, а потом по мере увеличения на тяга опустилась к ложу, после чего достаточно просто, хоть и со скрипом вошла в паз защелки спусковой скобы. Потом положил болт и опустил дубовую дощечку на ложе и та прижала болт. Я на всякий случай потряс арбалет и опустил его вниз, а вдруг болт выскользнет, но болт сидел прочно, прижатый дощечкой.
   Я опять открыл ложе убрал болт и взяв свечу обильно смазал воском и ямку в ложе, и ямку под болт в дубовой дощечке. А потом опять вложил болт и закрыл мой "затвор". Прицелился и нажал спусковую скобу.
   Хряснуло так, что я думал дуга лука треснула, осмотрел, подергал тетиву, и обнаружил волоски, вот начинает расходится, но чисто ради эксперимента взвел еще раз и выстрелил. После второго выстрел тетива тренькнула и дуги лука выгнулись в обратную сторону. Все, не выдержала тетива.
   - Эй кто не будь принесите запасные тетивы - крикнул я.
   Какая то девка, что стояла рядом залезла себе в пояс и протянула мне запасную тетиву.
   - Нет мало, тащи еще две.
   - Зачем две? - переспросила арбалетчица.
   - Мы из них косичку сплетем, нужно три.
   Принесли, я надел сразу три тетивы на одно плече лука и начал плести простую косичку, тут главное что бы в натяг плести. Когда усиленная тройным плетением тетива была готова я позвал мастера и мы вдвоем попытались согнуть дугу стального лука, но не смогли. Ведь я держал одной рукой тетиву, а другой пытался тащить на себя плече лука. Потом позвал еще одного и они вдвоем навалились и согнули лук в дугу, а я накинул три петли своей косички.
   Потом опять поставил арбалет на землю, ногу в стремя, дощечку на себя, взвод, вложить болт, закрыть ложе, поднять, прицелится, спуск. Хрясь, стрела со страшным визгом улетела в дерево, тетива вроде целая.
   Я повернулся и увидел группу девушек арбалетчиц, что следили за испытаниями. Выбрал самую маленькую и махнул рукой.
   - А ну иди сюда, красавица.
   Красавица смущаясь подошла.
   - На стреляй - я сунул ей арбалет.
   Та взяла, и повторив мои действия приготовила оружие, потом посмотрела на меня.
   Я кивнул, а дурная девка как смотрела на меня так и нажала на скобу, опять визг улетающего болта и дикий грохот распрямляющегося железного прутка.
   - Стой тут - я наставительно показал девке место, и не вздумай его взводить, а то опасаюсь я вас, таких непредсказуемых.
   Мы с толпой мастеровых подошли к дереву. Да, вот это убервафля, болт вошёл в ствол дерева сантиметров на пять.
   Я повернулся к кузнецам.
  - Кто берется сделать сотню таких штук?
   Все одновременно показали пальцем на самого щуплого дедка.
   А дедок поднял плечи, типа - ну ладно.
   - Вот такие арбалеты, делать под особым режимом секретности, никого в мастерскую, кроме своих подмастерьев не пускать, каждый готовый экземпляр сдавать лично Креславу. Понятно?
   Дед был толковым, по этому кивнул.
   - А что не понять то? Такое оружие медведя в броне убьет, а без брони от хозяина одни потроха останутся.
   Я повернулся к мастеровым.
   - Я ко всем обращаюсь. Всё оружие, что вы делаете, есть особая тайна, никого ни в кузню, ни в оружейные мастерские не пускать. И это еще не все - я показал пальцем - вон там всем вам построят дома, будете жить при своих цехах, выходить за ворота мастерских запрещаю. Можете взять себе по три жены хоть по семь, у вас будет всё, что вы пожелаете, но жить только в Полоцке, покидать город вам запрещено, более того за каждым будет закреплен один воин из младшей дружины, для охраны.
   - Что то ты князь, так нас оберегать решил? - с опаской спросил Яровуд.
   - А ты своей головой подумай, что будет если вороги узнают, где такие мечи и такие страшные самострелы делают? - я показал на оружие - и сколько ворог приведет сюда воинов, что бы вас выкрасть или просто убить?
  Я увидел эшафоты, колы и виселицы, и всё это читалось в глазах моих людишек, которые по глупости душевной узнали больше, чем им полагается и сейчас сами были не рады, что связались с князем болотным.
  - Креслав собери десяток старых деревянных самострелов и болты, отправь их с первым же караваном к Бажене и десяток к Богдану в Приморск. Не забудь женщин направить, чтобы обучили обращаться с оружием. Вот эти новые самострелы как будут готовы отдадим нашим воительницам.
   - Позволь слово молвить вождь - опять прокряхтел старик-мастер.
   - Говори. Чего уж там.
   - Больно мудрен твой самострел, зачем ты столько сложностей сделал? Вот ежели просто к ремню поясному веревочку привязать, а на конце крюк, то твой самострел можно быстрее взводить.
   - Ну на, покажи - я отдал деду арбалет.
   - Нет, я на старом покажу.
   Дедок достал с кармана скрученный жгут веревки, привязал к поясному кожаному ремешку, поставил ногу в стремя и присел. Потом зацепил крюком тетиву и натужившись распрямило ноги, а тетива пошла вверх и защелкнулась на фиксаторе.
   - Вот и готово, зато такие самострелы легче делать, чем тот, что ты смастерил.
   Да действительно, мой механизм взвода был слишком прогрессивным в это время, а тут присел, встал и всё готово. Да и женщинам привычнее работать будет. Вот мля, век живи - век учись.
   - А мы сейчас тебя мастер испытаем. Вон видите дерево - я указал пальцем цель - каждый из вас должен сделать по пять выстрелов, а мы посмотрим кто быстрее от стреляет пять болтов, тот способ заряжания и признаем лучшим.
   Вызвал двоих женщин всучил им два самострела и приказал начать соревнование. Как не странно, но способ приседания и веревки с крюком оказался проще и быстрее, так как у женщины с моим новым самострелом просто на третий выстрел уже сил не хватило что бы быстро взвести тетиву и она начала отставать, а пятый выстрел так и вовсе пропустила. А в бою вообще при сбитой дыхалке и волнении, быстро взводить и стрелять будет сложно.
   - Молодец старик, жалую тебе серебряный рубль за сообразительность - я дал дедку палочку серебра - делайте простые арбалеты с железными дугами, а механизм заряжания оставляйте как прежде, только обучить нужно наших стрелков по новому взводить и заряжать арбалет.
  
   Вот так всю зиму я укреплял свой оборонный потенциал, но мечта у меня была все таки связана с кавалерией и когда были готовы десять седел, я начал отбирать коней, что ходили в санных упряжках, ох и трудно мне было из тридцати лошадок, что мне оставил Радко, я с трудом отобрал десяток и попытался из них сделать верховых.
   Мало того, что мои кавалеристы были простые болотные люди, так и лошади были им под стать, самые конченые клячи, вот из таких кляч я отобрал аж целый десяток будущих боевых скакунов.
   Наверное в феврале я понял, что с кавалерией у меня ни черта не получится, чтобы я не делал. Одно упрямство нашло на другое, я всячески пытался достичь своей цели, а эти сволочи волосатые - всячески тупили. Одна скотина перекусала всех, даже князя. Когда всё это меня достало, то я пошёл на "кухню" взял горячую репу и поднес руку с репой к морде коняшки, а зверюга меня за руку цап, а там горячая репа.
   - Ну что, вкусно? Еще раз укусишь я тебя буду только этой репой кормить пока не сдохнешь - гаркнул я, показывая кобыле кулак.
   Мы перепробовали все варианты приучения животных к седлу, и как награда, уже через две недели кони таки стали спокойно бегать под седлом без всадников, а уже через месяц даже не скидывали всадников.
   С трудом я посадил на коней всего десяток своих воинов из состава наиболее перспективных и упрямых мечников, в то же самое время у меня уже были десять подготовленных кавалеристов, что составляли охрану Цветаны, но этим я не доверял.
   Однако боевой кавалерии у меня не получалось, кони были слишком слабые, тянуть телегу они могли, и даже кое как перевозили всадника, но вот под седлом, да еще одетого в бронь воина эти кони не держали.
   Воины моей невесты смеялись и издевались над моими неуклюжими вояками, что пытались стать кавалеристами, иногда в ходе учебных потасовок падали не только мои воины, но и кони. Однако постепенно отношение всадников Цветаниной охраны к нам менялось.
   Я заставлял каждый день свое мини кавалерийское войско гоняться друг за другом по замерзшей реке и сражаться деревянными мечами. Посмотреть на такое зрелище собирался весь народ. Это было как в начале 20-го века кино про Чарли Чаплина.
   Мои неуклюжие кавалеристы на льду проводили учебные бои и очень часто падали, при чем иногда с лошадьми, что вызывало небывалый приступ хохота у зрителей этого ток шоу. Я могу похвастаться, что был самым ужасным соперником для своих воинов. Я взял в обе руки два деревянных молотка сел на подаренного скакуна и лупил всех своих вояк беспощадно, игра называлась выживает сильнейший. Сильнейшим был я, так как у меня был самый большой и самый выносливый конь.
   Очень долго десятник Цветаниной охраны просто смеялся над нами, но уже через месяц понял, что не дай бог мои вояки бросят ему вызов, то побьют старых кавалеристов как пить дать побьют. Все таки седло и подкованные лошади это страшная сила.
   Воины мои освоив битву на деревянных мечах приступили к отработке боев на копьях. Сначала я просто подвешивал к веткам деревьев колоды и все, в том числе и я, на полном скаку в галопе лупили копьем по раскачивающимся деревяшкам, получалось трудно, вначале не попадал никто, даже я, но терпение и труд все как говорили старики перетрут.
   А когда я уже был готов начать учебные бои, типа рыцарских поединков от Твердислава пришло большое посольство, и мне опять пришлось заниматься политикой.
  
  
  Глава шестая. ГОТЫ
   Посольство было от какого то южного вождя и это посольство сопровождали люди моего тестя Стародуба, они как бы представляли совет вождей родов Бужа.
   Главный посол поведал мне интересную новость. Суть новости была в том, что на готов, что жили по реке Сейм, которая впадала в Десну напали воины роксоланского вождя Кугума. От самого этого известия я впал в ступор.
   Какие готы, как на Десне, неужели они и до Десны дошли, это почти там где Курск или Харьков в 20-м веке стояли, а куда смотрели протоукры, как допустили?
   И вот сейчас получалось, что эти готы, которых я так и не определил по национальности, от кочевали с юга всеми родами вначале к реке Сейм, а потом и к Десне, а за ними по пятам шла беда - целый кош воинов кочевников. Но как такое может быть? Ведь готы это же прото немцы, или как их там, прото германцы, бывшие подданные Германариха. Я то думал, что эти готы где то в Крыму живут, но тогда какого хрена, эти гордые прото германцы сидят на землях не менее гордых прото укров? И самое главное, что будет дальше, не прямо сейчас, а скажем через несколько десятков лет, так сказать в геостратегической перспективе.
   Например, если вы спасаясь от врага перекочевываете на новые земли, и старый враг рано или поздно вас настигает, то вы же не можете остановиться на Десне и должны будете бежать дальше. Но куда дальше? Выходит, что дальнейший путь готских вождей ведет только ко мне в болота, а если враг типа страшных кочевников, и дальше за вами пойдет, то вы так или иначе принесете войну и на мои земли. И теперь вставал философский вопрос - 'а мне это надо?'
  Из рассказа послов мы узнали, что какой то царь Этли приказал роксоланским вождям бить подлых готов везде, где только настигнут, а эти утырки успевают не только с роксоланами воевать, но и моих так сказать сородичей обижать. Скорее можно сказать так, что родовичи Бусовы, являются вассалами готских вождей, и не имеют абсолютно никакой свободы действий.
   Вот же блин политическая ситуация.
   Тут меня опять, что то напрягло и я спросил - что за цари Хунну?
   Посланец посмотрел на меня оценивающим взглядом.
   - Так у Хунну два царя соправителя Этли и Бледа - ответил посол - Бледа все больше торговлей и политикой занимается, а вот Этли настоящий рикс, он руководит большой дружиной.
   Вот блин, я получается вообще ничего не знаю из истории этого времени, но спросил я не об этом.
   - И что же хочет совет вождей, неужели вы думаете, что объединив все рода по реке Десна вам удастся разбить кочевников? Ведь это нереально, их же тьма тьмущая.
   - Мы не хотим войны, но нам придется поддержать наших союзников, что живут по Сейму.
   - А сколько у вас родов?
   - Мы от рода славного Бужа, и живем мы на одной реке, однако вождей у нас семеро и каждый вождь живет по своим законам и управляет своими людьми по законам предков.
   - А знаешь ли ты вождя Стародуба?
   - Знаю как не знать - ответил посол - Стародуб вождь известный, но слишком горячий. Много раз он поднимал воинов и водил их в поле на битвы ратные, вот и потерял почти всех своих родовичей, а теперь предлагает нам не сражаться, а трусливо бежать в леса.
   - Я знаю ту историю, - я наклонился вперед - слыхивал я, что воины Стародуба под руководством его старшего сына ходили в поход на роксолан Кугума по приказу готского вождя Казмира. Так что же ты говоришь, будто Стародуб сам тот поход выдумал?
   - Сам не сам, то не мое дело - зло ответил посол - однако теперь беда пришла во все наши рода, и мы будем сражаться, сражаться, но бежать в леса да болота.
   - Ну что ж я понял, что большой войны вы не хотите, но воевать будете? - задумчиво произнес я - так что хочет от меня ваш совет старейшин?
   - Оружия, мы собрали всё серебро, что смогли, но нам нужно много оружия. Мы можем выставить в поле пять сотен мужей, но половина из них не имеют оружия, мы вооружены лишь перекованными косами.
   - Я продам Вам некоторую часть оружия, но хочу спросить, а сколько воинов может выставить сам Казмир?
   - Пять сотен конных воинов - ответил посол.
   - И имея десять сотен воинов вы решили удержать землю на полную луну пути, одной тысячей вы хотите прикрыть всю десну? - ладно я махнул рукой - хотите воевать, так воюйте. Вижу я, что ваши старейшины совсем из ума выжили, ну будь, что будет. Только после не говорите. Что вас не предупреждали. Сколько вы привезли серебра?
   - Сотню мешков по десять гривен серебра и еще золотой рухлядью пару мешков - ответил посол - но золото не наше, золото Казмира. А еще к тебе гонят обещанный скот, они придут через несколько седмиц.
   - Тот скот в зачет нового оружия не пойдет - я пристально взглянул в глаза посла - Радко сын Стародуба уже взял у меня дорого железа и обещал мне сотню коней и много телег овса.
  - Я ничего о том не знаю, мне лишь сказали, что нужно перегнать стадо.
  - Так теперь ты знаешь посланец, то стадо и так моё, я за него уже уплатил добрым железом честь по чести, и люди ваши в ом свидетели. Или ты не веришь моему слову?
  - Верю рикс, как не верить - сузил глазки посол.
  А скажика посланец, а Казмир от куда про мое оружие знает?
   - Твой человек Аркх ещё перед снегом продал ему десяток мечей, так вождь готский просит еще оружия, вот передал тебе свое почтение и послание - посланец дал мне свернутый кусок кожи.
   Я развернул послание и увидел письмена, типа палочек, черточек, крестов и даже одна фиговинка напоминала знак тригопункта с топографической карты, а вот тут просто скрещенные топоры, что то похожее на непонятные каракули. В общем я прочитать даже не пытался и поэтому спросил - кто может это прочесть?
   - У меня есть человек Казмира, позволь тебе его представить.
   - Где он? - спросил я.
   По взмаху руки посла из-за его спины вышел человек вождя Казмира.
   - Вот этот человек, он знает язык готов, это письмо писано по древней грамоте царя Германа ария.
   Я осмотрел нового посланца, это был тот самый человек, что крутился сзади посольства и все время грел уши. Он вышел и поклонился.
  - Приветствую тебя вождь болотных людей, мой вождь желает тебе долгих дней.
   Если честно, то я в общем немножко удивился, ну как удивился, представьте, что этот гот, а по моему представлению типа германец, был больше похож на славянина, чем человек от родов Бужа, и при этом его одежда была абсолютно не похожа на одежду тех купцов, которых я побил прошлым летом. Я думал, что готландцы и готы это типа родичи, но судя по одежде это разные рода.
   У моих воинов вон имеется длинная рубаха до колена, а на ногах тряпки или шкуры, а у этого товарища натуральные штаны, рубаха расшита чем-то, узоры какие то. На морде бородка и усы чисто славянские как с картинки, это что получается, опять историки что-то напутали, или я чего не понимаю, может потом наши пра-пра-слявяне тип одежды и обычаи у этих готов скопируют, или готы это и есть те самые дядьки, кого потом славянами назовут? Ведь язык у гота чистейший, без акцента, не мог он так научится говорить, это наверное его родной язык, хотя может он бывший раб. Типа понравился вождю, вот его и освободили, ага и послом к варвару болотному назначили, чушь. Да, с этими готами нужно более детально разбираться. И самое главное, что он меня назвал вождем, а не князем или риксом. Может это знак, что мы с Казмиром равные, а может пренебрежение ко мне, и ему не позволено называть меня риксом?
   - Как зовут тебя воин? - спросил я посла другого правителя.
   - Меня зовут Вульфслав.
   - Так ты сын Волка? - спросил я.
   Посол улыбнулся.
   - Ты истинный правитель и очень много знаешь.
   - От куда ты знаешь такие письмена? - спросил я.
   - Так это наши письмена, их еще наши деды знали и сейчас многие воины эти письмена знают.
   - На, прочти - я подал кусок кожи.
   Посол зачитал.
   - "Приветствую тебя служитель Сварога. Есть ли у тебя боль в душе, боль за свою землю попираемую копытами вражеских коней, есть ли у тебя боль за свой народ, что умирает под градом стрел дикарей. Я каждый день свой начинаю оплакивая сынов своего рода, мы погибаем, но мы не сдаёмся, нам некуда идти и нет более у нас союзников. У меня есть злато и серебро, но разве злато способно остановить стрелу, разве злато способно вернуть нам близких из ирия. Я посылаю тебе свою казну и прошу одного, я прошу стали, доброго оружия, что позволит нам остановить общего врага и загнать его за пределы огненные, туда, где и место диким варварам".
   Когда посол закончил читать, я подумал, вот ни хрена себе, это прямо какой то замполит со старой советской закалкой писал. Тут всё на месте и переживание за свою землю и попытка вызвать сочувствие, и намек на мою ответственность за судьбу своих родичей, прям мастер политеса, сразу видно, что письмецо направлено к вождю варваров, и рассчитано на самолюбие и чрезмерную гордость, а также неспособность осмысливать настоящее. Типа: '... давайте дикари все за Родину, за Статую свободы, и да прибудет с нами сила. Принесем демократию в древний мир. Все в бой, пусть погибнет орда диких орков...'.
   - Ты ведь слышал, что я сказал послу вождей от рода Бужа?
   Вульфслав кивнул.
   Ну молодец, подумал я, не чего тут Штирлица изображать и в отказ идти.
   - Я могу повторить тебе то же. Вы не сможете победить кочевников сейчас, вы погубите своих воинов, а потом погибнут и ваши родовичи. Даже если вам удастся побить один отряд, то придет другой. Я могу сказать тебе, что я видел за кромкой, когда заглядывал в печь огненную, хочешь ли ты услышать?
   Вульфслав кивнул и я продолжил.
   - Скоро правители рода Хунну призовут к себе всех мужей, и вся мощь их армии обрушится на ромеев, вам не нужно сейчас воевать ни с кем, пусть уходят вражеские вои, пусть идут воевать ромеев. Передай мои слова своему вождю. Вам нужно затаится и переждать в лесах, а оружие я дам, только зачем мертвецам оружие. Правда мертвецам не нужно и золото.
  - Так что же мне передать моему вождю?
  - Скажи, что если вы пойдете войной на кочевников, то вы погибните все.
  Вульфслав склонил голову.
  - Я передам твои слова Казмиру, но что с оружием?
  - Пойми посол, я дам тебе мечи, дам копья и топоры, но вы плохо знаете кочевников, они не будут с вами сражаться на мечах, и не пойдут в копейную атаку. Они другие, они будут бить вас на расстоянии, они забросают вас стрелами так, что небо померкнет, а если вы поскачете на них, то бросив все, они будут отступать, а потом опять нападут и так до тех пор пока не падет последний ваш воин. И не помогут вам ни мечи не копья.
  Вульфслав расправил плечи, выпятил грудь.
  - Эти роксоланы, точно такие же варвары как и сарматы, такие же как и скифы - с гордостью произнес посол - мы били многих варваров, мы многих побеждали, и наш великий вождь Германан-арий был царём, равным императорам ромейским, а ромеи платили нам дань, нешто мы не переживем очередной набег? - гордо произнес Вульфрид.
  Я увидел, что рот посла открывается, что бы еще что-то сказать пафосное, и поэтому поднял руку и произнес.
  - Оружие я вам дам. Делайте, что хотите, но потом не говорите, что вас не предупреждали.
  - Мы не уйдем в леса и не покажем спины врагу, а если боги призовут нас, то мы встретим свою смерть достойно с оружием в руках, и будем праздновать за столом ассов.
  - Достойная смерть люба богам - кивнул я - но скажи мне гордый воин, сколько настоящих воев у вождя Казмира, не пахарей от сохи, а опытных воев?
  - Пять сотен конных готов есть у нас - с гордо поднятой головой произнес посол - много битв прошли наши вои и много ворогов наших отправились за кромку.
  - Это большая сила - согласился я - но ты ведь знаешь истинную цену доброго оружия?
  - Знаю.
  - Тогда ты понимаешь, что того серебра что есть у вас на много не хватит, поэтому спрошу - это все серебро, что вы привезли?
   - Нет не всё, еще я привез десять мешков золотой рухляди - тихо произнес посол.
  Я в начале потерял дар речи, а потом попытался посчитать. Если пересчитать по 400 грамм за гривну, то получается, что у меня теперь минимум четыреста килограмм серебра только, а еще десять мешков всякой рухляди. ОХРЕНЕТЬ!
  - Я хочу тебя спросить посол - я нагнулся к Вульфриду - неужели у вас все так плохо, что вождь Казмир прислал мне всю свою казну?
  - Очень плохо - кивнул посол - мы потерпели уже два поражения. Тысяча лучших воинов погибли в битве на реке Ворскла прошлым летом, и теперь во многих родах в сёдла сели землепашцы да отроки.
  Я кивнул.
  - На ваше серебро я дам тебе сотню хороших копей, сотню добрых чеканов и сотню ножей.
   - Есть у меня еще просьба к тебе от самого Казмира, просит он добрых броней, для этого он и прислал тебе немного золота.
   - Броней много не дам, но на вашего вождя и воинов его охраны числом в несколько десятков человек, а также на его сотников броней у меня хватит. Еще дам под каждую бронь добрую саблю, это всё. Ежели у вас более ничего нет, то торг окончен.
   Когда послы вышли я нагнулся к Креславу.
   - Ты воевода, поставь соглядатаев за каждым гостем, пусть присмотрят как себя ведут, что говорят, с кем говорят? И помни, никого в мастерские не пускать, поставь там стражу.
   - Я понял, тебя вождь - кивнул Креслав.
   Как мне было не обидно, но пришлось отдать те брони, что я заготовил для людей Радомира. Пообещал я послам аж тридцать комплектов, как Радомир ругался, это нужно было слышать это наверное все и слышали, все даже послы. Но я торжественно пообещал, что в первую очередь одену именно его воинов, а еще пришлось выдать каждому по серебренному рублю в качестве моральной компенсации.
   Сабли были готовы давно, и я их опять же обещал Радомиру, поэтому три десятка сабель отдал вместе с доспехами за золото. Копей и топоров я отдал не задумываясь, с копьями как и с ножами проблем не было вообще. Криворукие мастера делали много брака при ковке мечей, от чего сталь просто трескалась, вот тогда бракованные мечи и сабли мы просто перековывали в наконечники для копей и ножи. Из одного бракованного клинка получалось выковать пять хороших наконечников копей или восемь ножей. А еще я научился делать прекрасные боевые топорики. Да-да, такие топорики как я случайно сделал еще в селении Бажены. Берете обычный боевой топор викингов, нагреваете его лезвие и расковываете до тех пор пока лезвие не увеличится почти вдове, а потом увеличиваете тыльную сторону топорища, на котором делаете зубило-образный наконечник. Это хорошее оружие, его насаживаете на метровое древко и вот уже готово дешевое средство уничтожения себе подобных, которое я назвал чеканом. Сам топорик достаточно легкий и дешевый, а с учетом длинного древка, при за махе и ударе получается передача колоссального потенциала энергии. Удар таким чеканом по голове убивает мгновенно, а если враг в шлеме, то можно ударить обратной стороной чекана по шлему, и тогда враг просто падает оглушенный. Я думаю, что удар таким оружием по голове может убить даже лошадь.
   Представитель Казмира возмутился и потребовал дать еще чего то хорошего на сотню человек, мол он привез не просто золото, а кубки, вазы и даже подсвечники, а это ценится намного больше обычного лома. Вот козлина, я и так отдал кучу оружия по заниженным ценам, а послацец Вульфслав говорит, что я выходит сотню воинов обидел.
  Что бы не сильно ругаться, но и самому не напрягаться решил по быстрому сооружить какое либо оружие убийства, побыстрее и подешевле.
   Железа, было много, а вот рабочих рук особенно тех кто мог ковать оружие было очень мало, правда было приличное количество подмастерьев и они могли уже самостоятельно справиться с простой работой. Я не долго думая сам взял в руки молот и сковал за двадцать минут обычное навершие для булавы примерно весом в 300 грамм, а потом показал своим подмастерьям результат.
   Надел булаву на длинный размером почти в аршин шест и с размаху врезал по щиту, потом положил старый шлем и долбанул по шлему. Удивительный эффект, как бы сказали следователи: "потерпевший получил повреждения не совместимые с жизнью". Шлем прогнулся под ударом булавы на три сантиметра. После такого испытания я показал результат послам, и те согласились взять сотню таких булав.
  В один прекрасный день прискакал дозорный и доложил, что идет караван от Радко с обещанными мне лошадьми. С одной стороны я поступил не очень честно, то есть я всячески пытался задержать посольство пока не придет караван лошадей и овса, не хотелось бы, что бы эти товарищи меня кинули. Как только последние сани каравана от Твердислава прошли мой торговый пост, что держал Гореслав то я долго не думая наказал гостям собирать повозки, насыпали туда купленное оружие и помахали им ручкой.
   Я отправлял посольство восвояси с чистой душой, если честно, то не хотел кидать своего будущего тестя Твердислава, что бы не было там у него проблем. Подготовка оружия для вождей славянских племен или как они себя назвали родами Бужа заняло почти всю зиму, и когда обрадованные послы ушли, то я почувствовал себя как строитель, что наконец то подписал акт сдачи тридцати подъездной пятиэтажной хрущевки.
   Мне уже давно не терпелось заняться чем то более глобальным, чем клепать дешевое оружие и теперь у меня появился целый табун невысоких степных лошадок, целый табун в сто голов.
   Я сразу провел ревизию, отобрал самых здоровых коней и наказав соорудить им отдельный загон. Степные коняшки хоть и маленькие, но они больше приспособлены к выживанию, ведь получается что лошадки полудикие, то есть выросли в полевых условиях. Мы накрыли спины коней шкурами, чтоб не замерзли и поставил два десятка кобылок и троих жеребцов отдельно.
   - Унтош - крикнул я - по спрошай у вендов, кого толкового пусть конями займется, должность я ему придумал, будет у меня старшим княжьим конюшим.
   - А это - я показал рукой на отобранных лошадей - будет мое племенное стадо, всем передай, смотреть за ними по особому, этих коней с другими не сводить, мне от них здоровое потомство нужно. Пусть бегают и размножаются, а остальных держать отдельно.
   Вместе с конями мне привезли еще пять десятков возов овса, если пересчитать, то получается, что на возу десять мешков овса, а в мешке два пуда, а это почти 16 тонн овса на сто лошадок. Лошадки в общем не казачьи, то есть не весят 500 кг. Лошади средние в 250-300 кг значит нужно кормить примерно по 4-5 кг овса в день и получается как раз на месяц хватит до весенней травы, вот упыри а мне выходит привезли овса в два раза меньше чем обещал Радко. Черт с ними, до травы я продержусь, а вот дальше мне нужны пашни, или я буду жить как в Саудовской Аравии, то есть продавать сырье, чтобы купить хлеб.
   За сырье у меня сейчас идет железо. Серебра и золота у меня уже просто неприличное количество, а вот то, что много людей узнали где моя столица это плохо, это очень плохо, а ну как добрый вождь Казмир после войны с Кугумом придет ко мне в гости, чисто для проверки сохранности своей бывшей казны, или вообще воевать с аланами не захочет, а попрется прямо на Полоцк.
  И вот тут, осознав это, я сильно разволновался.
   Сейчас у меня есть несколько сотен мужчин способных взять в руки оружие, 100 моих и 100 брата, наши воины почти все без броней. Есть десяток конных воинов их охраны Цветаны, и пять десятков арбалетчиц, со старыми арбалетами, то есть с деревянными луками, которые ломаются в сильный мороз. Когда мои мастера смогут произвести пятьдесят новых арбалетов знают только боги.
   Весной, как потеплеет пострелять можно и старыми арбалетами, но всё таки хотелось бы иметь техническое превосходство над противником.
   Еще в младшей дружине имеется почти пять десятков отроков. Если поставить в строй всех рабочих и подмастерьев, включая толковых женщин это еще сотня. И того четыре сотни человек можно поставить на стены в случае вражеского вторжения в мои земли, вот и всё войско.
   У Казмира вон пять сотен профессиональных воинов только своя дружина, и еще он может собрать в кулак пять сотен ополченцев от своих вассалов, вот и весь подсчет.
   К тому же приехали они вместе: люди Казмира и люди вождей от племени Бужа, а это означает, что людишки пришли посмотреть, где я такой тупой храню свою казну, и выкупили у меня почти все оружие не просто так, теперь потенциальные агрессоры знают, что у меня мало оружия и броней. Ай-яй-яй, вот я реально тупой.
   - А ну все ко мне на совещание - заорал я в дверь.
   И уже через несколько минут я начал раздавать команды.
   - Все должны осознать наше крайне тяжелое положение - начал я - у меня в казне находится чрезвычайно большая сумма серебра и золота, а вот подготовленных и хорошо вооруженных воинов, что бы это все охранять у нас нет. Поэтому все имеющиеся силы мы должны пустить на скорейшее производство броней и новых самострелов. Кроме того мы должны быть готовы вести бой на конях. Я понимаю, что у нас нет воинов готовых прямо сейчас сесть на коней, но это нужно сделать. Требуется организовать ежедневное проведение тренировок. Радомир, ты возьми пяток возов, несколько десятков своих людей и срочно отправляйся к Бажене. Всё железо, что у нее есть и половину зерна, что бы прислала сюда. Кроме того накажи, чтобы была готова со всем родом переехать в Полоцк. Мне тут нужны проверенные люди, для того, чтобы удержать этот городок, нам нужно минимум пять сотен жителей на стенах. И ещё накажи деду Вацлаву, что в Витебске сидит, что я тоже его забираю со всем родом в Полоцк.
   - А что будет с теми селениями, что оставят Бажена и Вацлав? - спросил Радомир.
   - Я хочу посадить в те селения род Цветаны, если придёт. Пусть старый Твердислав сядет в селении Бажены, а его родня в селении висельников где Светозара жила, и в Витебске. Эти рода нам обязаны и я думаю, что смогут удержать путь от реки Янтарной до реки Данаприус. Все остальные рода мы отправим прямиком к озерам Ловать и Ильмень.
   - Я бы так на Твердислава не надеялся - тихо сказал Креслав.
   - Что ты имеешь в виду?
   - Те послы, что были от вождей племен Бужа, очень часто встречались с Цветаной и с её людьми, шушукались.
   - Ну и что, это же почитай её родичи? - не понял я - ну там скучает по знакомым, спросить что нужно про свой род, вот и встречались.
   - А как послы уехали - продолжил Креслав - твоя Цветана стала очень часто на конные прогулки выезжать со своими людьми.
   - Да я знаю, она сама у меня просила, по земле погулять, а то кони застоялись, да и скучно ей сидеть одной, я ведь все время при делах.
   - Я без твоего ведома человека назначил чтоб следили за их прогулками - еще тише сказал Креслав - так тот человек сказал, что они не просто так по лесу катаются, а как будто дорогу ищут, дорогу мимо Витебска к Данаприусу.
   Я посмотрел на деда Бояна.
   - Ты дед не думаешь, что Казмир хочет наш городок взять себе, но не своими руками а руками родов от племени Буса? Вот и Цветанушка наша не спроста сбежать пытается, видно скоро нас на меч брать будут.
   - Всё возможно - кивнул Боян - за сотню гривен золота города разоряют, а у тебя в казне почитай в десяток раз больше.
   - И что делать? - спросил я безнадежно опуская голову - может взять тихо и попытать под каленым железом десятника Цветаны, он то должен знать все их планы?
   - Нет - махнул рукой Боян - может ей сказали, что отец сильно заболел вот и хочет с дочерью перед смертью встретиться, тут думать надо. Не любит отец Цветаны этих готов и понимает, что воевать с ними против роксолан нельзя, это дикий и опасный народ, они обид не прощают. Даже если Казмир и побьет Кугума, то придут новые орды и не успокоятся, пока всех не истребят. Нельзя воевать, пусть сам Казмир идет на ристалище, а род Твердислава нужно уводить.
   - А как это получилось, что этот Казмир берет дань с родовичей Цветаны, почему не побьют его? - спросил я - ведь настоящий царь Герман давно ушёл в земли иные.
   - Так и есть - кивнул Боян - как разбили войско Германариха, так его страна и распалась. А его наместники, что в провинциях налог собирали для царя, теперь собирают этот налог для себя. После смерти последнего правителя Винитария готы расползались по нашей земле, Казмир сейчас почитай десяток родов под своей рукой держит, а есть еще и другие вожди, не менее опасные, но они своей жизнью живут и с роксоланами не воюют.
   - Значит мы можем сыграть на этом - просто произнес я - нужно сказать другим вождям готским, что Казмир против них войско собирает и хочет себя царём назвать. Я могу даже письмо от Казмира какому не будь соседнему вождю Францу или Зигфриду написать и подкинем это письмо соседям, а там пусть грызутся меж собой.
   Все посмотрели на меня.
   - А ты брат от куда про этого Зигфрида или Франса знаешь? - переспросил Радомир.
   - Вот видишь Радомир ты поверил, а если мы письмо подготовим по уму и с купцами передадим, то и все остальные вожди готские поверят. Мы скажем, что нам письмо от купцов досталось, а Казмиру тоже можно письмо подкинуть про какого не будь саксонского вождя, что походом на восток собирается, пусть ищет ту Саксонию и того Ганса, зато на нас нападать не будет.
   - Я тебя понял Чеслав - сказал дед Боян - ты хитер как лис, но ты ошибаешься, люди Казмира сразу возьмут тех людишек, что про письмо обмолвятся и пытать железом будут, а как узнают, что от тебя тот слух пошел, то тогда точно жди войны. Да и другие вожди готские тоже не дураки.
   - И что мне делать? - я спросил - что так и будем сидеть?
   - Нет я поеду к Твердиславу - сказал Боян - и дочь его заберу, пусть в гости съездит. Но это будет знак от нас, я укажу ему, что ты знаешь про заговор вождей готских, и ты по доброй воле отпускаешь дочь Твердислава, и не в обиде на его род, а предложение твое о новой земле остается в силе.
   - Правильно - подтвердил я - нужно послать человека к Твердиславу, но кого то другого, тебя могут убить.
   - Я старик, и воин, я давно должен был умереть, но вот живу, а знаешь почему? - спросил дед Боя, а потом сам ответил на свой вопрос - а для того чтобы увидеть, как наш народ восстает из пепла аки птица феникс.
   Вот ни хрена себе дед загнул, он сейчас мне еще про Гари Поттера тут расскажет, откуда он про птицу Феникс знает, а может это древняя легенда и её тут все знают.
   - Через седмицу выезжаем к Гореславу, я, Цветана, дед Боян и Радомир со своими людьми, подберите себе коней, если седла готовы, то заберите, а кому не хватит седла то поедете как и раньше - я хлопнул рукой по столу - это конечно хорошо, но работа должна продолжаться. Всем старшим цехов работать в три смены и днем и ночью. Как приеду чтобы пять десятков броней и пять десятков новых самострелов были готовы. Кроме того Креслав тебя оставляю старшим в Полоцке, организуй людей, немедля заняться заготовкой леса и строительством четырех больших домов внутри острога, корабли вынести за ворота, пусть лежат на берегу. Скоро река вскроется ото льда, начинайте смолить и конопатить доски кораблей, как Радомир вернется, нужно готовить поход на Руян. Для лошадей нужно ставить две большие конюшни.
  - Сделаем - кивнул воевода.
   - И вот еще что - я обвел всех взглядом - времени у нас в обрез. Как только оружие, что мы продали попадет в руки Казмиру все может пойти по непредсказуемому пути.
   - По какому, такому пути? - не понял дед Боян.
   - А ты представь, что мои слова таки дойдут до Казмира, о том что ни Казмир, ни его союзники не готовы еще к войне с Кугумом и как думаешь, что бы сделал правильный вождь у которого есть почти тысяча воинов. Вот если бы ты был Казмиром, что бы ты сделал?
   - Я бы пришел за своим золотом, твоих мастеров бы заковал в рабские ошейники и заставил мне добывать много железа и делать мечи.
   - Вот видишь, так почему ты думаешь, что так не сделает Казмир? - спросил я - но не все так плохо, нас спасет только весенний ледоход. И поэтому у нас есть несколько лун. Но это еще не все, я хочу знать где Аркх? - я уставился на Радомира.
   - Как где, сидит на Смолянке, что в пяти днях пути от Гореслава - так просто сказал Радомир, как будто мой вопрос был глупым и наивным, будто я должен все это знать.
   А я то как раз и должен был знать, если Чеслав с 12 лет плавал с братом, то все его зимники и схоронки знать должен, но я то не Чеслав и что за Смолянка такая.
   Вот я и спросил.
   - Что за Смолянкая такая?
   - Так зимник наш, мы там всегда зимуем - ответил Радомир - там сосны и хороший берег, там смолы много и мы там ладьи смолим, вот и назвали нашу стоянку Смолянкой.
   Блик, опять в глазах свет, а потом темнота, я проморгался и увидел как на меня смотрят с подозрением все присутствующие. Вот же, это получается бандитское зимовье под названием Смолянка, через пару сотен лет станет городком Смоленск, а потом этот городок будет костью в горле почти всех западных захватчиков и Литвинов и Поляков и Французов с Немцами.
   Я показал рукой на шрам на голове.
   - Ты не пугайся Радомир, это у меня после топора, так воспоминания тяжело беспокоят. А ты можешь отправить человека на конях к Аркху?
   - Могу, а что тут такого прямо от Гореслава вверх вдоль берега и пойдут, двоих отправлю, а зачем?
   - Так мне люди нужны, а твой Аркх имеет три судна, значит полсотни воинов у него есть.
   - Даже если и нет у него сколько, то можно найти, серебро у тебя есть, так найми людей.
   - Радомир - я посмотрел на брата - ты скоро пойдешь на судах в море купцов погонять и поторговать, дед Боян уйдет к Твердиславу, Аркху накажем, чтоб реку Данаприус стерег, а как увидит воинов Казмира, то пусть нас сразу оповестит. А вот кого отправить за наемниками и куда?
   - То не беда, людей найдут, вон Гореслава и отправь - Боян махнул рукой - его в низовьях реки все знают и у него ладьи есть, вот пусть как лед уйдет и спускается за наемниками. Только ты на долго не нанимай, так до листопада хватит, а там лучших отберем и к себе в дружину возьмешь.
   - А сколько нам это обойдется сколько наемники возьмут? - спросил я.
   - По гривне до листопада возьмут и придут самые оторвы, такие и воинов Казмира не у бояться - произнес Боян.
   - Хорошо, скажи Гореславу, пусть две сотни нанимает и в своем остроге сажает, оружие и припасы для осады мы ему подкинем, но чтобы ни один воин Казмира мимо его острога не прошел - согласился я, двести гривен серебра, это конечно много, но я могу лишиться вообще всего, даже головы.
   А еще меня беспокоили люди Радомира, если братец поймет, что я потерял хватку и удачу, то он может меня прирезать и всю казну себе прихватить и смыться куда подальше, поэтому пусть идет в море и там купцов грабит. На мощь стен недо-крепости Гореслава я не надеюсь, но готские вожди по крайней мере там остановятся, или оставят часть войска. Много сюда воинов не придет, им нужно будет Буссовы рода контролировать, чтобы не сбежали, охранять границы от роксоланов. И так, я думаю, что воевать мою землю могут прийти пять-шесть сотен воинов Казмира, это как раз те самые профессионалы, что есть у готских вождей.
   Я уже в голове прикинул план войны, немного сдержим врага на Данаприусе у стен острога Гореслава, потом немного сдержим врага у стен острога Бажены, туда тоже сотню воинов посадить можно, а еще есть Витьбовский поселок, там можно стены укрепить и держать оборону. Таким образом до Полоцка меньше половины врагов дойдет. В наших болотах они все и передохнут, правда не сразу, сначала кони, а потом и готы. А еще есть Аркх, мне нужен этот проворный парень, вон как быстро он дослужился до командира эскадры речных разбойников.
   Аркха я отправлю вниз по Днепру, пусть спуститься до порогов и продаст пару десятков сабель новых и наконечников для копий аланам Кугума. А местные кочевники, что пороги стерегут обязательно поинтересуются, от куда такое оружие, вот тут то мой Аркх и должен сработать. Он должен сказать, что есть за болотами княжество где правит князь Чеслав и вот такие дивные сабли он производит для великих воинов, но злой самозванец Казмир, что называет себя вождем всех готов, не даёт торговым судам ходить к царям много уважаемого народа роксолан Кугуму. Посмотрим, как долго Казмир проживет после такой информации.
   Мы успели форсировать реку Янтарную (Западную Двину) еще по льду и поехали на юго-восток напрямик через лес к селению Бажены, а за нашей спиной уже текли несмелые ручейки таящего снега, идет весна.
   Я не знаю когда тает снег в Белоруссии, и поэтому просто начал считать, что наступил март. Хотя тут не всё так просто. Вот местные тоже делят год на месяцы, только на лунные месяцы, и по разному их называют.
   Например все четко говорят: "через луну" - это означает почти как через месяц, но лунный месяц. То есть полный оборот луны, это двадцать восемь дней, вот все местные довольно точно считают отрезки времени года по лунным месяцам и получается, что в современном мире 13 лунных месяцев в году, а не двенадцать как у вас. 365 дней делим на 28 и получаем 13 месяцев и еще один день, день Перуна или день весеннего равноденствия, то есть просто праздничный день.
   И вот сейчас я ехал и думал о том, что какие то ученые в 21-м веке нашли еще один тринадцатый знак китайского зодиака, получается, что местный календарь более точный и сразу рассчитан ровно на 13.
   Всю дорогу Цветана ехала молча, я сказал, что отправляю посольство к её отцу, и предложил со мной прогуляться, так сказать, проводить послов, забрали всех её охранников, тёток помощниц и тронулись в путь.
   На лошадках было идти самое то. Красота, если пеший переход мы делали всего по 30 км в сутки и этот отрезок пути назывался "ристалищем", то есть один пеший переход, который делает дружинник за сутки. А вот при путешествии на конях мы сделали два ристалища в сутки, поэтому до Бажены мы добрались за трое суток. Это небывалая скорость передвижения.
   Сутки просидели у Бажены, я отошел в болото и откопал свое ожерелье. Я его спрятал давно, тогда я ещё не знал как обернется моя судьба, а вот теперь пришло время достать символ власти.
   - Бажена, собирайся - сказал я старейшине - на обратной дороге мы забираем тебя со всеми людьми в Полоцк, тут останутся десяток воинов, охранять селение и торговать с песьголовыми. Сколько у тебя сейчас людей.
   - Почти полторы сотни - ответила Бажена - но в основном бабы и дети, мне зимой песьеголовые сами детей своих приводили и просили купить, так я всех забрала, товаром отдавала и запасами. А еще два рода вендских прибились, что по льду через болота прошли.
   - Не переживай, я тебе в Полоцке работу найду, там много работы, к тому же вместе жить безопаснее, у нас тут очередная война намечается, а там река и корабли, если что и рыба будет и товары привести из стран заморских сможем.
   - Да я поняла всё, давно поняла, что не оставят нас в покое, ты железо делать начал, а сам того не ведаешь, что тут за десяток наконечников для стрел можно девицу купить, а за топор додрый песьеголовые двух здоровых рабов продадут - произнесла Бажена. А ты тут торговлю с ними как с равными наладил, неж-то будут такое соседи терпеть, они ведь местный народец вообще за людей не считают, и дерут с них в три шкуры за каждый железный наконечник стрелы или нож, а ты другой.
   - Я такой же как и все, я просто пока людям верю - сказал я - пока они соблюдают те правила, что я указал вождям племен, я с ними торговать буду как с равными, но если кто посмеет на моих людей нападать или меня начнет обманывать, перережу всех, не пожалею ни стариков, ни детей. И это не я такой, это время такое, в этих болотах выживает только сильнейший.
   - А что весту свою выгоняешь? - спросила Бажена - или сама уходит?
   - А ты что заметила? - спросил я.
   - А как же, вон смотри она тут уже день сидит, а на тебя не смотрит, а бабы твои с самострелами с тебя глаз не сводят, того и гляди сейчас на слюну изойдут все.
   - Так это воины мои, им положено так на князя смотреть.
   - Вот ты дурной вождь, а еще князем называешься - захохотала Бажена - ты бы избавился от них, а то они тебе всех вест распугают, вон эта Цветана бежит от тебя как нечисть от огня.
   - Да пусть бежит, если боги порешат, так назад вернется.
   - А сам ты что? - спросила хитрая баба.
   - В каком смысле сам? - не понял я.
   - Так нужна она тебе или нет?
   - А я от куда знаю, за ней род стоит почти три сотни воинов - я посмотрел на Бажену - но есть и другие рода и больше и богаче, у князей на девицу не смотрят, у князей выгоду считают.
   Мы доехали до Гореслава через сутки, а подъезжая к деревянному острогу слышали как трещит лед на Днепре. Ледоход это плохо, быстро переправить Цветану по льду не получилось, это плохо, но и враги теперь по льду не придут, а это уже хорошо. А когда весенняя распутица превратит все эти земли в непроходимые болота, то ни о каком нападении речи быть не может. Теперь до лета можно передохнуть.
   Десять дней мы стояли в селении Гореслава, ждали окончания ледохода и все это время, я закатав рукава работал. Мы рубили лес, ставили срубы и сторожевые вышки, этот маленький форпост должен первым встретить врага, это ключ в мои землям.
   - Слушай Гореслав у меня к тебе задание есть - подошел я к своему наместнику - возьмешься ли за трудную работу?
   - Так ты скажи Чеслав, что за работа - молодецки проговорил Гореслав - посмотрю, осилю ли?
   - Ты знатный воин и тебя по Данапрасу многие рода знают - проговорил я но сам смотрел в другую сторону, наблюдая за поведением Цветаны, а та стояла и смотрела как уходят последние льдинки, вот же, не терпится ей - хочу отправить тебя вниз по реке за людьми, только не за рабами, а за воинами.
   - За воинами? Я понял, что ты людей набираешь, мне уже рассказали - промолвил Горесла - а сколько звать то и на какой срок?
   - Я дам две сотни гривен серебра, а ты мне скажи сколько людей набрать можно и на какой срок.
   - Вот это да - удивился Гореслав - так ты Чеслав и вправду везучий ватажник. Ты только скажи, что меньше чем за год заработал такую кучу серебра, так к тебе люди и так побегут и просить будут что бы их к себе взял.
   - Мне воины нужны, которые готов и роксолан не у бояться, а людей что сами захотят ко мне идти, ты не прогоняй, пусть с родами своими идут всех приму.
   - Бывшие вояки все сейчас в селениях своих сидят на всём готовеньком, их одевают, кормят, холят и лелеют. Те никуда не пойдут, а зачем, свою славу они уже завоевали, теперь за счет неё и живут, а вот молодежь, так те до забав готовые, может и пойдут в наём. За две сотни гривен серебра я тебе найму сотню лучших воинов на год, только нам ведь сотни мало - почесал бороду Гореслав.
   - Тогда набери две сотни до первого снега.
   - Если ты войны ждешь, то первый снег тебя не спасет, как раз, как лед встанет, так и жди ворога - с сомнением произнес Гореслав.
   - Я не хочу обманывать людей, если летом не отобьемся, то умрем все как один. А если лето отстоим, то зимой нас уже вожди готские побить не смогут, я всех дружинников в брони одену, прогоним поганых Германцев до самых степей, где роксоланы правят, а там людишки Кугума ворогов и без нас побьют. Скажи Гореслав - спросил я - а кто за тебя останется старшим, как ты уйдешь?
   - Вон Орша, он воин хороший.
   И тут опять блик, и темнота, аж повело чуток. Да что это за флешка там в голове такая кривая? Память подгружается, с вирусами какими-то, это наверное опять знакомое слово услышал, аж в глазах искры. Выходит память моя среагировала на имя Орша. Я помню кино про Великую Отечественную смотрел, так там город Орша, немцы штурмовали и стоял он на Днепре, а тут такое совпадение.
   - Знаешь Гореслав, я тебе другой городок после войны дам, там ворогов много, дикари лесные часто шалят их песьеголовыми зовут. Там и руда есть, из которой железо доброе делают и торговля хорошая. Удержишь ли от ворога?
   - Ты мне селение Бажены отдать хочешь? - спросил Гореслав - а её с родом куда?
   - Её я в Полоцк со всеми родовичами заберу, а ты людей, что ко мне захотят всех собирай и в лесную крепостицу веди, будешь там вождем, а наемников тут в селении Орши оставишь, пусть сам его от ворогов защищает.
  
   Цветана в последние дни не разговаривала даже с прислугой однако старая бабка ведунья всё не отходила от неё. Тётка Миронега всячески пыталась разговорить свою подопечную и развеять её плохое настроение.
   - Что стало с тобой дитя мое, чем ты так расстроена? - спросила Миронега
   - Я думала, что еду к мужу доброму, который будет думать о роде своем - грустно ответила Цветана - однако Чеслав лишь о войне думает, а вместо суженной своей с грязными девками возлягает.
   - Да что ты говоришь Цветанушка? А я вот от баб слыхивала, что после нашего приезда никто из девок полоцких в светлицу княжескую не захаживал.
   - Нешто ты думаешь, что такие дела только в светлице творить можно - возмутилась Цветана - Чеслав ни разу ко мне не пришел, ни разу уд свой не обнажил и с женою своей не возлег, неужто я так некрасива, что он меня за всё это время не возжелал? А хватать девок помойных за не пристойные дела ему охота?
   - Ну мало ли, муж твой воин, и в походах много девок может иметь, разве то плохо?
   - Много девок? - зашипела Цветана - ты что Миронега, что ты говоришь? У него же жена законная имеется.
   - Ты уж его по нашим законам не суди - покачала головой Миронега - Чеслав от рода вендов, а у них в роду положено много жен иметь, не то что в родах буссовых.
   - Макошь, богиня наша повелела нам одного мужа и одну жену иметь, а чужих супругов не возжелать, грех то - прошипела Цветана.
   - В нашем роду действительно обычаи такие, только вот знаешь ли ты, что в родах наших жену погибшего брата своего требуется в род принять - усмехнулась Миронега - а ты что же думаешь, что брат погибшего мужа не возляжет со вдовой? А у некоторых в доме по три, а то и четыре вдовушки живут, и все они бабьего счастья желают, всем мужской ласки хочется. Так почему ты их не осуждаешь, а мужа своего, да еще и князя осуждаешь?
   - Вдовушки пусть с пастухами да пахарями возлягают, а я княжна и чужих баб рядом со своим суженным не потерплю.
   - Ох и горяча ты девка, а ты просто подумай, неж то у богов на всех баб мужей хватит. Они ведь умираю гораздо чаще чем мы. То на охоте зверь лютый задерет, то лодка на воде перевернется, а то и вороги побьют. Вот вывел твой брат в поле пять сотен воинов прошлым годом, а домой меньше половины возвернулись, и куда теперь бабам с детьми погибших воев деваться, где им боги новых мужей найдут? Вот и лезут они ночью под бок сильного мужика, так за что ты их осуждаешь?
   - За князя осуждаю - зашипела Цветана - нечего под чужой бок лезть, пусть в сарае под борова залезают, а князь был мой.
   - Почему был?
   - Да потому, что девицей к батюшке своему я возвращаюсь.
   - Беда, что же ты девка, не смогла князя в светлицу свою завлечь, что же молчала то? Могла бы сказать мне, попросить помощи могла, уж я то пособила бы. Неж то мы с бабами князя аки бычка за уд в твою светлицу не привели?
   Миронега в расстройстве покачала головой. Не выполнила она поручения Стародуба. Вождь наказал помогать дочери, а как помочь, если девка все молчит и молчит, ни о бедах, ни о радостях своих ничего не рассказывает. Видно сильно её напугало то селение висельников, с тех пор душа Цветаны восстала против самого существа Чеслава, и не иначе как болотного демона Цветана мужа своего не воспринимала.
  
   Последние льдинки уходили вниз по реке, а моя сбегающая веста только и ходила на берег, вот интересно, что ей наговорили эти послы, от чего она так домой рвется? Видно и вправь соврали про отца или мать, не похоже, что бы она знала про надвигающуюся на Десну войну.
   Воины перевернули две ладьи, что всю зиму пролежали на берегу и начали загружать припасы, а я пошел прощаться. Она стояла на берегу как ивушка, такая же одинокая, грустно и казалось бы обреченная.
   - Езжай к отцу и матери - сказал я подойдя к Цветане со спины - вон воины у тебя есть, и дед Боян с десятком моих воев пойдет, от татей отобьетесь. А отцу скажи, что у нашего народа уже есть вождь и его зовут не Казмир, нечего вам под готскими вождями ходить. Мое предложение, что я Радко об сказал в силе, земля у нас хорошая, и ворогов там еще лет триста не будет.
   Цветана повернула заплаканное лицо, не веря в услышанное.
   - И ты так меня отпустишь, просто так? - спросила она.
   - Отпущу, я же не рабовладелец, а ты не моя рабыня, ты свободна. Если я тебе не люб, то иди куда желаешь, неволить не буду.
  
   Как солнце встало в зенит все кони и имущество посольства были загружены и воины полезли на борт. Настроение было какое-то странное, что вообще происходит, девка убегает, так у меня их вон куча, и право первой брачной ночи пока действует, а вот эта уходит, и как то муторно на душе. А может это уходит надежда, надежда на то, что вот так просто в этом мире можно просто взять и раскрутиться? Может это намек, что ничего просто так не бывает? Я вот взял и почти ограбил рода Бусса, сплавил им кучу для меня бесполезного железа именно в тот момент, когда нужно было просто отдать, дать в знак дружбы, и в надежде на то, что смогут отбиться от ворогов и будут вечно помнить добро, а я взял отобрал у родов Буссовых всё серебро. Но ведь мы всё это оружие не в лесу нашли, за каждый трофейный меч и копье кровь пролита, а что бы из собственного железа топор сделать у меня детишки восьмилетние в ледяной воде по болотам шастают, руду ищут. Так какого хрена я тут котят из горящего дома спасать должен, я же не Гринпис и не эта, как её, не Мать Тереза? А еще не понятки с подчинением людишек буссовых какому то Казмиру. Вот возьмет Казмир и воину мне объявит, а эти людишки буссовы по первому его приказу как миленькие пойдут с топорами и мечами моих рудознатцев и ковалей неволить, и кровь польется не зависимо от желания семейства Цветаны.
   Когда все погрузились и ладьи оттолкнувшись от берега начали удалятся я увидел щиты на борту ладьи где сидели воины охраны Цветаны, подошел к берегу, взял новый арбалет с железными дугами, взвел и наложил болт.
   - Эй Четвертак - крикнул я.
   - Что скажешь Чеслав - крикнул десятник охраны бывшей весты - забыл чего?
   - Забыл, послание забыл передать вождям вашим - я поднял арбалет и всадил болт в умбон щита висевшего на борту.
   Болт пробил железную насадку и надежно пригвоздил щит к борту ладьи.
   - Передай это послание вождям вашим и скажи, что Казмир не хозяин в этой земле, двум медведям в одной берлоге не ужиться, а я и не медведь вовсе, я Белый волк - лютый зверь. Кто придет в мои земли с добром, того приму хлебом и солью, а остальным вот таких болтов в брюхо напихаю, мало не покажется - я повернулся и пошел прочь от берега, вспоминая голливудские фильмы и пафосных супер героев, толкающих перед смертью красивые речи.
   Вот теперь точно всё, я показал врагу, что знаю его злые помыслы, а там пусть решают сами, хот они воевать под рукой Казмира или нет.
  
  
  Глава седьмая. РУЯНЦЫ
  
  Я забрал с собой десяток воинов из селения воеводы Орши, и отвез их в селение Бажены пусть сидят тут и ждут Гореслава.
   Болотный островок я им конечно не показал, туда тропка ведет очень интересная, а на том острове стоит сруб в подвале которого зарыт бочонок серебра с готландского корабля, так чисто для резерва. И пусть лежит, мало ли что.
   А лешак опять пропал, вот же зараза, он как кот, как сметана есть он появляется, а как нажрется то и пропадает куда то. Наверное опять пошел в священную рощу за дозой энергии. Кстати нужно подумать что за роща такая, никак Беловежская пуща, было бы неплохо там острог поставить.
   А еще я заметил, что когда появляются эти два странных существа, то их как бы никто не замечает. Ведун этот странный и шаман. Приходят и стоят возле стен крепости, я выхожу, разговариваю с ними, а вокруг меня ходят люди и как бы не замечают этих двоих. А недавно мне этот странный шаман снился и улыбался беззубым ртом, говоря о необходимости приведения всех людоволков под свою руку, как будто это так просто. Чертовы песьеголовцы сваливают в свои чащобы с такой скоростью, что воевать с ними не реально. И как я вам их под свою руку приведу, если даже не ведаю, где стоят их селения.
   Воинам я наказал всех людей, что придут на мою землю селить родами на главном тракте от Баженино до Витебска и наказать им добывать руду и уголь, самые смышленые пусть пережигают руду в кричное железо. Все добытое железо раз в месяц караванами отправлять в Полоцк, а от меня уже будут получать соль, рыбу, мед и другие необходимые товары, так сказать по бартеру.
   Полторы сотни людей из селения Бажены с имуществом и скотом мы повели вначале до Витебска, а там используя корабли перевезли всех на правый берег реки Дивной или Янтарной (Западной Двины), и повели далее к Полоцку.
   Пока мы сидели и ждали окончания ледохода в Орше, наши людишки в Полоцке успели поставить два больших сруба, хотя этого было и мало, но меня радовало то, что наконец то началось самоуправление, которого так хотели организовать в 21-м веке.
   Ведь нельзя всеми делами заниматься лично, люди сидят и ждут когда власть все за них сделает. Волей судьбы и моих странных решений, получилось так, что у меня в одном городе собралось сразу несколько вождей и очень много просто уважаемых людей, поэтому долго не думая я позвал всех уважаемых людей в гостевой дом, где раньше проживала Цветана, а что пусть теперь эта изба называется Домом совета города и пусть наш верховный совет, для решения общих дел, заседает еженедельно.
   В совет города Полоцк вошло почти два десятка человек. На первом же совещании я подтвердил полномочия старых моих руководителей, что управляли цехами и представил новых. Совет получал полную свободу по управлению внутренней жизнью города, строительством домов внутри крепости, заготовкой продуктов питания для повседневной жизни, торговлей обычными товарами как внутри города, так и с родами песьеголовых и чудинов, что приходили почти каждый день. А вот продажу оружия, даже самых простых ножей и наконечников для стрел я оставил в моем полном ведении.
   Пришлось назначить ушлого торгаша Бронислава, что с использованием пальцев болтал на многих языках. Бронислава я заприметил давно и удивился, что этот человек имеет такую торговую хватку, у меня то такой нет.
   Один раз пришли людишки с севера, я их определил как те самые люди, что зовутся Весь. Пришли и притащили кучу шкур, а мой торгаш давай им железо по сороковке продавать, то есть за один нож требует сорок шкурок белок .
   Я тогда позвал Бронислава в сторонку и отчитал его, мол что ты кровопийца с бедного дикаря так много шкур взял, за обычный то нож.
   А он мне и говорит: '.. те купцы, что тут раньше были тоже ножи в два раза дороже продавали, но там били ножи не из стали как наши, а из простого железа, тяжелые и клинок мягкий. А наш нож из чистой стали'. Как бы то ни было, но после такой сделки вепсы очень долго кланялись и благодарили за то, что так удачно обменяли свои шкурки.
   После такого разъяснения я со своим мировоззрением даже не пытался влезать в местные взаимоотношения, здесь все по другому, то что я считаю, неправильным, здесь обыденность, но бывает и на оборот, то что для меня повседневность - тут дикостью считается, табу.
   Я наказал никому боевого оружия не продавать, мечи и сабли только с моего личного разрешения, всё оружие отправлять партиями в Оршу и Приморское под серьёзной охраной и с ведомостями сдал-принял, а там уже в чужие земли на продажу пусть Аркх развозит.
   А вот ножи, наконечники сулиц и наконечники охотничьих стрел продавать местным болотным людишкам только за доставленную руду или уголь, а то мне одно мясо и рыбу таскают. Я ведь и сам могу рыбу ловить вон у меня целая деревня рыбаков почти на берегу моря стоит.
   Здебору, что командовал Полоцким ополчением или младшей дружиной я переподчинил почти всех женщин арбалетчиц. Они очень сильно обиделись. Я если честно не ожидал такого. Некоторые особи женского пола три дня ходили со слезами на глазах, как так князь воительниц в младшую дружину перевел. Но я решил вопрос просто, увидел двух пузатых арбалетчиц, построил весь отряд и прочитал лекцию про важность материнства и детства для общества. Всем женщинам арбалетчицам, что на сносях и после родов целый год, запрещаю ходить в походы, так и сказал, воевать можно только на стене когда придет ворог, а всё остальное время тренироваться и помогать в производстве самострелов и болтов. Все тетки восприняли мои объяснения с пониманием, особенно те, у кого не было видно пуза. Женская часть дружины, тут же воспряла духом, вообще то по логике получалось, что князь прав, зачем брюхатым в поход, пусть в селении сидят и к родам готовятся.
   Ключницу Раду я назначил хранителем стратегического резерва. В княжий амбар наказал закладывать солонину мясо и рыбу, весь овес, грибы сушеные, ягоды, мед и так далее. То есть, если вдруг осада, то мои склады должны обеспечить минимум двух месячное питание всего гарнизона. Но это не предел, просто сейчас у меня слишком маленькие амбары, вот построю побольше и начну заготавливать стратегических припасов уже на 4-5 месяцев, то есть на всю зиму.
   Так за заботами пролетел апрель и пришла настоящая весна, появились листочки на деревьях, птички запели, красота аж душа проснулась от зимних холодов. Хотя местные мне сказали, что такого раньше не было, не было таких холодов, вот деды помнят, давно это было, когда лето менее двух лун стояло, а всё остальное время либо дожди, либо снег с морозами. Холода были такие, что вся река и море Белое замерзали, а от берега поморского до берега свебского можно было пешком по льду пройти. Именно в те годы и появилось злое племя людишек готских, что стали воевать племена венедские, но это было давно, а тут вот опять холода, видать к беде.
   Вот же, опять слухи, мне не хватает паники еще, видно народ слишком много свободного времени имеет, раз языками чешут. Главное про что шепчутся, ладно бы про баб, так нет же, про погоду, мать их итить, того и гляди про политику начнут рассуждать, потребуют тут им центральное телевидение, ток шоу еще какую либо муть, нет уж, пусть идут работать.
   Как я не пытался сбагрить Радомира в морской поход, но тот уперся как баран.
   - Пока не обеспечишь всех доспехами никуда не пойду, тут у вас много врагов по морю ходит, а мне людей беречь нужно - с нажимом сказал он.
   - Пять десятков броней, это же сто дней работы - Радомир, ну ты пойми, что мне кормить коней скоро будет нечем, эта скотина уже весь запас овса сожрала, а травы им не хватает, подкорм нужен - пытался я достучаться до совести Радомира - а серебро и золото эти твари не едят. Вот у меня полный амбар серебра, а жрать нечего, бери серебро, остатки меда, воск, инструменты добрые, что мастера сделали, десяток мечей на продажу и иди на Руян. Привези мне зерно, овес, рожь и накажи купцам заморским, что бы сами везли, я у них все зерно скуплю. Найди купчишку, что на имя Кондрат отзывается, он мой должник, обещал помощь в делах торговых, пусть везет товара побольше. Только пусть дальше Приморского не поднимается, там пусть торгует. И еще купи нам парусов для кораблей. Я понимаю, что это дорого, но нам нужны любые паруса, хоть из шкур, мы пока сами не можем производить такой товар, нет ни шерсти ни мастеров толковых.
   Какой же он тяжелый этот Радомир, я то думал, что перспектива морских походов и больших барышей ему просто не позволит долго сидеть на одном месте, ан нет, сидит. Чуть позже я вдруг осознал, что он боится, вернее так опасается, вдруг не получится, ведь море не река, да и купцы тут ходят зубастые, двумя кораблями можно и не взять, при этом самим на рабской галере оказаться.
   - Давай я с тобой схожу брат, первый поход до Руяна идем вместе, а потом ты сам.
   - Нет, ты что Чеслав, тебе тут нужно сидеть, нешто я не понимаю, что тебе к войне готовится нужно, а товары будут, ты только мне оружие и брони дай.
   Наши споры решил вестовой из Приморского.
   - Князь, к нам купцы пришли на четырех ладьях - проговорил посыльный от Богдана - но как вышли на берег, то они селение попробовали взять, а мы на стены встали и отбились, а потом рыбаки сказали, что это людоловы пришли за полоном. Они каждую весну приходят.
   - Радомир собирай людей, грузи свои две чайки, пойдем водой. Креслав - крикнул я - иди сюда!
   Воевода подошел и уставился на посыльного.
   - Что весть плохую принес? - спросил он у меня.
   - Вот пол года назад эта весть была бы действительно плохой, а сейчас весть хорошая - с улыбнулся я - к нам пригнали четыре морских ладьи, нужно сходить и спасибо сказать людям, а то ведь старались.
   Креслав неодобрительно покачал головой, не до понимал он мой оптимизм.
   - А теперь серьезно, собирай людей пойдем двумя отрядами, берегом пусть идут три десятка всадников, а мы на кораблях. Брат мой Радомир берет две морские чайки с ним пять десятков воинов, а ты готовь два купеческих дощатника, в каждый по пять десятков воинов. Мужей на весла и по два десятка воительниц с самострелами. Накажи пусть побольше болтов берут.
   Я не знаю, как быстро положено собираться дружине, но мы собрались часа за три, погрузились и пошли вниз по течению Западной Двины. Две морских чайки по 25 воинов Радомира и два больших дощатника. Мои купеческие дощатники с лёгкостью могут взять и 100 воинов каждый, но я взял всего по 30 мужчин и 20 арбалетчиц-женщин на каждый. А по берегу отправился конный отряд в три десятка воинов.
   Настоящей войны не получилось, когда наш флот показался из за поворота реки, то мы увидели идиллическую картину средневековой осады. У песчаного пляжа стояли полу вытащенные на берег четыре кораблика похожих на мои первые ладьи. Там же на берегу полыхали множество костров у которых сидели люди, что готовили еду. Возле самих стен острога Приморского находились десятков пять воинов врага, что периодически пускали стрелы по защитникам деревянной крепости, а со стены в нападающих летели арбалетные болты. Такая ленивая осада.
   Людоловы видно не ожидали сопротивления и воевать по взрослому не собирались и пытались взять защитников измором, а тут мы такие крутые, прямо с воды и в бой.
   Еще на подходе к памятному песчаному пляжу, где мы летом били готландцев мои воительницы начали бить врага болтами новых самострелов, и как только морская часть дружины вступила в бой, с леса на врагов вылетел отряд всадников. И те, не выдержав такого варварского обращения с 'цивилизованными' европейцами, бросились в сторону своих корабле. А неуправляемое стадо речных пиратов Радомира прыгало прямо в воду, а дальше с криками и матом погнались за удирающим противником. Генеральное сражение произошло у стен кромки воды. Сеча могла затянутся на долго, но часть моих воинов начали десантную операцию сразу на борта вражеских ладей. Слишком быстро противник потерял свои корабли и сосредоточился на песчаном берегу, но встать в круг и прикрыться щитами им не дали наши арбалетчицы. Я вовремя спешил своих стрелков и вывел женщин в сторону от свалки, что бы перед ними не маячили спины воинов Радомира. Мы дождались, когда толпа воинов Радомира подалась назад под очередным напором налетчиков я и подал команду "бей".
   Хватило одного залпа, сорок болтов, просто свалили самых опасных воинов врага, а пираты Радомира довершили полный разгром вражеского отряда. Пытать пленных не пришлось, и к стати переводчик тоже не потребовался. Оказалось, что это наши, славянушки-братушки, хулиганят в моих землях. Из допроса выяснилось, что это людишки с реки Обры.
   Где эта река, хрен её знает, но проживают они у моря, занимаются торговлей и добычей полона в землях дикарей, которых продают на Руян. Вот же бедные песьеголовые и чудины, не повезло им, все их обижают и готландцы и ютландцы, и вот теперь эти ободриты, мать их так.
   В результате проведенной работы, мне удалось даже завербовать десяток пленных и пообещать им, что если пленники честно прослужат год в отряде Радомира, то будут считаться полноправными членами дружины, а пока они считаются только кандидатами в морской отряд, и должны мне отслужить целый год за выкуп. А там уж если захотят остаться, то будут получать полную долю добычи.
   Как ни странно, но все согласились и это опять для меня непонятное явление. То есть вот только что, мы с ними воевали, а тут на тебе и они клянутся служить мне честно, пока не выплатят выкуп. Я подумал, а потом наказал найти десяток мечей, что похуже и привел молодое пополнение к присяге.
   Просто построил всех своих людей, вывел Радомира в центр круга и каждый из новых бойцов ободритов выходил произносил слова, что будет верен своему ватажнику, принимал из рук Радомира трофейный меч, целовал его и вставал в строй.
   Почему я решил отдать этих людей Радомиру, а на фига они мне нужны, я же князь, вон Радомир типа воевода морской или адмирал всех пиратов Балтики, так пусть и берет себе в отряд воинов и сам отвечает за них, а если что то случиться, то пусть сам и наказывает.
   Рассказали нам бодричи и про общемировую обстановку, то есть про то с кем соседствуют, с кем дружат, а с кем воюют, и вот что я выяснил.
   Оказывается, соседи бодричей занимаются скотоводством и земледелием, но это не самое главное, а главное то, что занимаются они скотоводством в промышленных масштабах. То есть содержат огромные стада и одним из основных видов экспорта этих соседей кроме мяса, является еще и продажа выделанной сыромятной кожи. А когда мне один ободрит ляпнул, что корабли саромятов ходят к ромеям и там кожи свои продают, то я аж завис на минуту.
   Купци саромяты, что-то слишком сильно смахивает на сарматов, а не одни ли это люди, скот, кожа, сыромяты-сарматы, всё возможно и я решил проверить свою гипотезу.
   - А скажи человек на каком языке эти саромяты говорят?
   - Так на разных - ответил ободрит.
   Бля, моя гипотеза развалилась, ведь а я то подумал, что это один народ, а получается это просто название людей, что выделывают и продают кожи к ромеям.
   Ладно закину удочку второй раз.
   - А как ромеи вас называют.
   - Так сарматами кличут.
   Ну вот, картинка сложилась.
  
   Этот поход и короткая битва показал на сколько вырос уровень боеспособности моей дружины. Мы болтами и мечами покалечили почти сотню вражеских воинов и ещё полтора десятка убили, а кучу вражеских воинов взяли в плен. При этом сами мы потеряли всего два десятка раненых и только одного убитого. Ему случайно топором по голове стукнули, и оказалось, что старый полу деревянный шлем из дощечек не выдержал. Это мне сигнал, нужны настоящие железные шлемы на каждого воина, все трофейные оголовья взятые у готландцев уже давно тю-тю, продал.
  Если провести детальный анализ всех боев и сражений, в которых мне привелось поучаствовать, то выходит, что современному воину нужен обычный щит, чтобы защитить тело, и шлем, что бы защитить голову, на руки и ноги нужны наручи и поножи, а доспехи это уже излишества. А я вот с дуру, как и положено недоученному попаданцу, начал делать все через заднее место, вначале стал выделывать дорогущую бронь, а потом только о шлемах задумался.
   Вон с мертвых ободритов сняли всего несколько десятков каких то курток из толстой кожи, а остальные вообще были в обычных рубашках, вот вам и воины.
   С трупов содрали барахло, все самое ценное, что можно назвать бронями и оружием я отдал людям Радомира, еще дал три десятка арбалетов и уже через несколько дней прямо от Приморского две морские десяти весельные чайки с грузом и шестью десятками моих будущих корсаров под руководством страшного победителя всех купцов на реке Днепр, а теперь и своих конкурентов на Западной Двине ушла на закат в направлении Балтики, или как местные его называют - Белого моря.
   Я же со своими людьми еще сутки просидел в Приморском, подводя итог ведения обороны, раздал награды в виде трофейного оружия, потом загрузили всю рыбу на трофейные кораблики и мы отправились вверх по реке к Полоцку.
   Кораблики были странными, то есть они не похожи ни на десяти весельную галеру, ни на двенадцати весельный дощатник, что то среднее, по размеру вроде бы морская ладья с приличной осадкой, но имеет всего восемь пар весел. Такой корабль в морских гонках без паруса уступал бы в скорости почти всем кораблям, что до этого были у меня, но вот в качестве торгового судна эти кораблики можно использовать, так как было много места для размещения грузов, а еще такие корабли можно использовать как рыболовецкие суда. Поэтому долго не думая все четыре морские ладьи я оставил Богдану. Пора в Приморском держать свой флот, путь местные рыбаки учатся плавать на восьми весельных судах, а то на маленьких лодках ходить за рыбой в море опасно, да и сколько там можно взять той рыбы на одну лодку, а тут целая флотилия, ведь теперь у Богдана имелся огромный флот из пяти кораблей.
  Я пришел в Полоцк, вкратце рассказал итоги маленькой, но победоносной компании, а в очереди уже стояли просители.
   Один из артельных мастеров, что занимались саблями принес на оценку два изделия.
   - Вот вождь, мы сделали две сабли, какую накажешь оставить?
   Я оценил оба изделия, одна была небольшая, похожая на шашку, с минимальным изгибом лезвия и длинной примерно в 80 см, то есть в аршин, а вторая более изогнутая и более тяжелая, длинной примерно сантиметров 95.
   Я долго изучал обе сабли, сел на коня, проехал, порубил ветки. Потом в пешем строю провел бой с условным противником и понял, что все таки для верхового боя лучше вторая, хоть и тяжелая, но для рубки самое то.
  - Вот такие большие сабли делайте для конных, но мне нужно, что бы вы немножко её доработали, ну например еще на два пальца увеличьте угол изгиба клинка. Чуть толще сделайте лезвие, так как придется рубить с коня пешего воина или конного, то клинок должен быть тяжелее и крепче, возможно клинок попадет по шлему или щиту, что бы сломался сразу и про рубился через защиту. И теперь такой длинный клинок называйте саблей, вот тут на конце эфеса пробейте дырку и вставьте кожаный шнурок, что бы фиксировать саблю в ладони - я показал примерно место, где вставить шнурок.
   Путята покивал головой и протянул мне второе изделие.
   - Вот этот клинок, теперь будет называться шашкой, длинна нормальная, но мне нужно, что бы вы увеличили изгиб рукояти примерно на один палец от оси клинка. И еще вот тут на конце клинка заточку нужно сделать с двух сторон, что бы можно было рубить на подъеме, без разворота кисти.
  Я отошел и показал двойной удар - сверху вниз и тут же обратно снизу вверх.
   - Такой двойной удар намного быстрее провести чем с разворотом кисти. Значит так Путята, вот за такую шашку я буду платить по семь гривен серебра в артельную кассу, а за саблю по девять, так и передай своим артельным мастеровым. За меч пока цена остается прежней по двенадцать гривен за штуку.
   Мастеровой замялся, опустил голову и тихо спросил - вождь а можно за хорошие клинки поднять стоимость?
   - Ты мне вначале покажи те клинки, что называешь хорошими и за которые просишь, а потом и поговорим.
   - Так это, тут Никадим клинок из горшковой стали сделал - не уверенно произнес Путята - может посмотришь, а то больно уж долго с ним маялись, с клинком то.
   - Так зови Никадима сюда, посмотрим.
   Пришёл Никадим и принес завернутый в шкуру меч, а как развернул и положил его на стол, то я аж рот открыл от удивления.
   Ножны обиты красной кожей, по всей длинне примерно через каждых два пальца наклеен кусочек отшлифованного янтаря, ножны просто сияют богатством убранства, а рукоять в навершии так это вообще музейный экспонат, в яблоко гарды вставлен огромный кусок янтаря.
   Я осторожно извлек клинок из ножен и осмотрел меч. Да красота, это первый меч, который можно подарить царю, ну или вождю какого либо большого рода, да хоть и мне. Вещь статусная, как черный БМВ для нового русского из 90-х. И клинок сразу видно хороший. Я посмотрел на Никадима, а тот сразу положил на стол стальную скобу, типа пробуй князь.
   Я отошел, замахнулся и рубанул, скоба разлетелась, а клинок даже заусеницы не получил.
   - За такой клинок артель получит 20 гривен серебра - без торга произнес я.
   Глаза у мастеровых округлились, видно не ожидали такого быстрого разрешения трудового спора работодателя и профсоюза оружейников.
   А что тут торговаться, такой клинок, уйдет как минимум за полтинник, и это еще не вопрос, можно просить и больше, так что минимум 30 гривен серебра чистой прибыли с клинка я получу, только что то мне подсказывает, что такое оружие трудно будет продавать.
  
   Когда солнце уже подсушило лесные тропинки, я долго не думая отправил людишек в поход по окрестностям присматривать хорошие полянки под пашни и поохотиться заодно. И что бы вы думали нашли. Нашлось почти три десятка полянок, на которые я тут же отправил бригады пахарей с волами и плугами. У меня в амбаре после зимы остались три десятка мешков овса и десяток мешков стратегического запаса ржи.
   Как оказалось мои коняшки хоть и степные, не очень требовательны к качеству пищи, но пережили зиму не все. Заболели и чуть не сдохли семь лошадей, я вовремя приказал их зарезать, а потом во время зимних рейдов по лесам сломали ноги еще две лошадки, вот и получается, что минус девять. Не были мы еще готовы к коннице, для этого нужно хотя бы примитивное сельское хозяйство иметь с большими расчищенными от леса полями, а для того чтобы имелась возможность нормально содержать хоть пару сотен лошадей мне тут березы в уголь десятки лет пережигать нужно, попутно расчищая поля под пашню.
   Но зато из тех коней, что осталась я смог сделать небольшой отряд в семь десятков конных воинов. При чем это отряд, настоящий отряд. Все лошади под седлом, все всадники в прекрасных шлемах, с саблями и длинными копьями. Было как то раз, одел я людей в доспехи, посадил на коней и прослезился. А получилось вот, что. Примерно две недели назад, я устроил 'рыцарский' турнир.
   Вкопали шесть бревен в землю, положили на них перекладины и получился такой турнирный забор, разделяющий рыцарей. Наконечники с копей сняли и начались потехи.
   Я с воеводой Креславом сам первым испытал, что такое настоящий копейный. Разошлись по углам, баба в центре полянки подняла руку с платком и взмахнула рукой, подавая сигнал к началу.
   Мы полетели на встречу друг другу, бить можно куда угодно, только не в коня, я правила указал сразу, но лучше попасть в шлем или в тело. Однако мне прилетел деревянный наконечник копья прямо в щит и в этот момент я подумал, что попал под асфальтный каток. Удар был такой силы, что меня почти положило на спину лошади, стопы влетели в стремена и чуть не вывернулись наружу. Не помогло даже то, что я левой рукой держался за луку седла. Руку просто сорвало с луки, и я почувствовал как, что то аж треснуло в пояснице. Вот блин, седло не держит спину, тут не казачье седло нужно, а рыцарское, у которого спина поддерживается специальной высокой подставкой, а еще нужно про каблуки подумать, что бы нога в стремени стояла крепко, а не елозила туда-сюда. Но самое главное, что мой конь не выдержал, так как седок чуть сместил центр тяжести, не по своей воле правда, а от мощного удара Креслава, но ведь коню то по фиг, он просто через пару десятков метров завалился на бок вместе со своим князем.
   Уже вылезая из-под рухнувшего скакуна я увидел, что тоже попал, и попал хорошо, прямо в шлем, и от моего удара Креслав слетел с коня, вон он лежит и даже не шевелиться, косяк мля.
  Воеводу подняли, сняли шлем, ни фига сибе, вот это вмятина, и это от обычной палки, а если бы был наконечник?
   Первый копейный удар и первый полет в моем замке напугал болотных кавалеристов до ужаса. И уже следующая пара поехала навстречу друг дружке почти шагом, аккуратно стукнули 'копьями' по щитам и довольные разъехались. Потом такой же трюк повторила и третья и четвертая пара воинов.
   - Вы, что издеваетесь - гаркнул я - или вы думаете, что вас вороги вот так по щитам гладить будут? Я сейчас сам сяду на коня и каждого лично своим копьем по хребту приголублю.
   Пятая пара воинов поехала резвее, но сшибки не получилось, трах и у одного вояки копье вылетело с руки, а второй просто не попал по врагу.
   - Нет это не дело, ну что тут боятся? - терпеливо проговорил я - вон смотрите сидит воевода и ничего живой, хоть у упал с коня. И я вот живой, все видели как вашего князя на бок завалило от удара копьем. Ну будет лишний синяк, так на то вы и воины, тяжело в учении, легко в бою.
   - Если бы мы на земле были - про гундосил один из воинов - на земле нам сподручнее, а на этой коняшке только стыд один. Как можно то, после первого удара славный воин аки белка с дерева падает?
   - А вы премудрости конного боя учитесь побыстрее и не будете как белки падать - наставительно произнес я и махнул рукой, требуя продолжения тренировки.
   Шестая пара меня порадовала, только платок полетел вниз как с визгом и гиканьем воины полетели навстречу друг другу. Хрясь, одно копье в труху, а воин летит аки птица. Вернее не так. Конь просто поехал дальше, а воин остался висеть на копье своего противника, а из под его задницы конь убежал. Но победителю тоже не повезло, его конь не выдержал двойной нагрузки, ведь на копье висел неудачник, поэтому передние ноги скакуна споткнулись и через секунду воин рухнул вместе с конем на землю.
   Вот это зрелище, это же настоящее шоу, мать их так, я наверное билеты местным продавать буду. А упавшие воины как то быстро встали и прихрамывая побежали, один ловить своего убежавшего коня, а второй поднимать и успокаивать свою перепуганную клячу. Видно, что лошадки такого стресса тоже раньше не испытывали.
   Я встал и пошел к воинам, это ведь первая пара после князя с воеводой, что не испугались и так рубанули друг дружку, требуется похвалить и наградить, а то как же. Но когда я подошёл к тому воину, что поднял и гладил лошадку, то понял, что это очередная воительница.
   - А кто второй? - другого вопроса мне в голову не пришло.
   - Я Сошка, а она Черенка, вон там за лошадью своей гоняется - махнула девка рукой.
   Вот это дела, я то знал, что у меня в кавалерии семь девиц, но что они осмелятся в мужские игры поиграть даже и не подумал, а потом посмотрел на своих вояк и понял, что это мои мужики в мужские игры играть опасаются, а вот для женщины в это время показать свою удаль и хватку, это обычное дело.
   Я похвалил воительниц и достав две золотые монетки наградил их за смелость. Седьмая пара мужчин уже полетели навстречу друг дружке посмелее и после удара разъехались в сторону, а потом произошло сразу два события, один из воинов вывалился с седла, а у второго конь присел на задние ноги, и начал брыкаться, пытаясь скинуть седока.
  Да, тяжеловаты для этих коняшек людишки в доспехах, а без доспехов в конном бою ловить нечего, вот так я и понял, что в кавалерии требуется проводить реформу.
   - А ну стоять, воин подойди - я махнул рукой - как удар ощутил?
   - Так боязно было - сказал мужик - но как щит пробило деревяха по груди ударила, а доспех сдержал удар, хороший доспех, но я отпустил луку седла и меня сместило на круп лошадки, а та не выдержала и попыталась меня скинуть.
   Да, вот и пришел очередной этап модернизации своей армии, первое - нужно научиться делать более качественные сёдла, второе - нужны более легкие воины, так как эти лошадки мужика в броне не вывозят, и третье - нужна более легкая и более качественная бронь.
  Я махнул рукой, типа продолжайте а сам пошел в кузни. Для кавалеристов мы ранее делали круглые щиты из деревянных дощечек, но вот такой удар тупым копьем, почти палкой, проломил доску, а это сигнал. Всё таки стальной наконечник копья такой щит не удержит, нужна модернизация.
   Я пошел к большому молоту, где делались стальные пластины для доспеха и попросил себе раскатать стальную заготовку в прямоугольный лист шириной в локоть и длинной в полтора локтя.
   На второй день я получил несколько заказанных листов сбитых в одну прямоугольную заготовку, обрубил нижний край как у древних рыцарских щитов. Видел такие на старых фресках в музеях. К центральной части прибил две "П"-образные ручки. Получается одна сторона буквы "П" прибита к внутренней стороне щита и она надевается на локоть, а вторая буква "П" прибитая в двух ладонях от первой предназначена для удержания ладонью.
   Я подержал щит, потом сел на коня, посмотрел, нет не пойдет, коленка выпирает из под щита, а удар копьем по колену, это почти полная потеря боеспособности воина.
   Пошел опять в кузню, отрубил заклепки, что удерживали две "П" - образные ручки и проделав новые отверстия для заклепок, прибил ручки вдоль щита, так чтобы можно было держать его в опущенной руке.
   Опять сел, да чтоб тебя, не то. Колено закрывает, но вот острый конец щита упирается в шею лошади, потому, что всаднику приходиться еще и за луку седла держаться.
   За всеми моими потугами наблюдали мастеровые, а потом один из мужичков решился и подошёл ко мне.
   - Князь позволь слово молвить?
   - Говори.
   - Ты к этому щиту просто широкие кожаные ремни прибей. В этот ремень руку продень и держись за седло, а щит будет на руке висеть, весь бок тебе и ногу прикроет.
   - Молодец мастер - я стукнул мужичка по плечу - только вот не пойму, есть ли смысл из такого щита, может круглый сделать?
   - Можно и круглый, он то уж точно тебе колено прикроет и большую часть тела.
   - Слушай мастер, а сделай мне круглый щит полностью из железа, для испытания, только вот как вы будете пластины ковать?
   - Так мы из нескольких пластин сделаем, а потом соберем заклепками.
   - Хорошо, на с этим, что не будь придумай - я сунул в руки мастеру свою прямоугольную самоделку и пошел, а мужичок крикнул сзади.
   - Князь, так может отдать этот щит копейщикам?
   Я повернулся, посмотрел как щит висел в руке у мастера. Присмотрелся, один острый конец доставал почти до колена, а верхний край на две ладони не доставал до плеча.
   - А ну дай сюда - я подошел забрал щит и приложил его к груди мастера.
   - Эй вы, а ну ка держите щит. Да выше его поднимите, что бы до самого подбородка доставал, а ты отрок уголек принеси.
   Когда отрок принес уголек, я спокойно нарисовал выступ под горло, а потом отодвинул чуть щит и измерил нижний край, уголок мешал и я провел линию предполагаемого отреза.
   - А ну мастера все ко мне - все работали даже подмастерья, поэтому пришлось подать общую команду.
   Когда все собрались, то я опять приложил щит к груди мастера и спросил - что из этого можно сделать?
   - Железную пластину на грудь хочешь поставить? - спросил один из подмастерьев.
   - Вот вам мастера идея, но как сделать сам не ведаю, а ну повернись - мастер повернулся и теперь я приложил щит к спине.
   - Вот так нужно две пластины на грудь и на спину, а между ними вставки наборные из мелких пластин на плечи, и на рукав тоже пластинчатые нашивки поставить, а потом пробуйте вон на всадников одеть. Если доспех будет из одного большого листа, то он станет легче, намного легче
   Всё задача поставлена можно идти заниматься своими делами. Ан нет вопрос созрел, я осмотрелся и увидел не занятого мастера, что тащил куда то корзину крицы.
   - Эй человек подойди сюда.
   Когда мужик подошел я спросил - а скажи мне человек, кто щиты круглые делал?
   - Так все делали из бочковой доски делали.
   - Как это из бочковой доски - не понял я.
   - Так ты наказал, заменить все ивовые плетеные щиты для всадников на деревянные, а времени то мало дал. Так мастера пошли к бондарю, что бочки делает, и отобрали у него все заготовленные дощечки из сосны, из которых тебе щиты и сделали. А сосновые дощечки тонкие, вот твои щиты и не выдерживают копейного удара, потому как на щит дубовые дощечки нужны.
   Вот же жуки, везде контроль нужен, это что же получается, что мои лентяи бедного бондаря всех заготовленных и высушенных дощечек для бочек лишили? Мы эти дощечки для бочек несколько месяцев сушили, так как для бочек мокрое дерево не идет, когда подсохнет получаются зазоры и бочки протекают. Ну вот, а я обрадовался, что у меня все само крутиться, ничего не крутится, всё контролировать нужно, иначе завалят всё, при чем чисто из лучших побуждений. Чиновники и мелкие исполнители во все времена и во всех странах одинаковы, с тупым стремлением понравится начальству могут завалить любое дело.
   Ведь они эти лентяи наверняка сказали бондарю, что князь на войну собрался, и князю мол срочно нужно сбить щиты, вот бондарь и отдал все свои заготовки, а теперь нужно бондарю помогать, иначе без бочек останемся.
   Я пошел опять делать не свою работу, хотя я же тут попаданец, значит и работа вся моя. Зашел к плотникам, забрал у них три пилы и пошел опять в кузню, а за мной по семенили несколько подмастерьев.
   - Так мне нужно еще десяток абсолютно одинаковых пил - сказал я кузнецам - чтобы я мог их собрать в пакет, если одна сломается, то тут же заменить.
   А потом я достаточно долго собирал пакет из пил. Когда пакет был готов подошел к бревну и показал как пакет движется сверху вниз и обратно распиливая бревно. Но глаза у моих мастеровых, плотников и их учеников были как у коровы, никакого просвета и никаких мыслей там не виднелось. В общем обижаться и нервничать я уже давно перестал.
   Вы представьте ребенка лет 7 из 21-го века. Вот вы вышли на улицу подняли глаза в небо и смотрите как проплывают облака, спросите у ребенка, что он видит в небе? Вы услышите много всяких вариантов, от лошадок, танков, самолётов до Бэтмена и Супермена, а почему. Да потому, что в наше время, люди живут в век информации, и их мозг постоянно получает какие то сведения, люди смотрят мультики и фильмы, играют в компьютерные игры, иногда читают книги и еще многое другое. Вот поэтому ребенок 21-го века и способен представить себе всё что угодно, у него воображение развито больше чем у мужчины среднего возраста из 5-го века. А местные люди, которых я вытащил из болот и вовсе не имеют никаких ассоциаций, поэтому приходится всё разжёвывать.
   Вот и пилу, которую я показал никто не узнал и никто не понял моей задумки. Целую неделю строили третье колесо, мне просто нужен был привод на пакет пил, а с водой все было грустно, идея закрыть плотиной ручей, чтобы набралось воды и сделать управляемый сток для вращения колеса, так и осталась идеей, слишком сложное инженерное сооружение, к тому же приходиться привязываться к конкретному месту. А так, собрал из брёвен две пирамиды, на которые установил большущее бревно с колесом. Внутри колеса идет по жердям человек или два если потребуется, вал вращается, с этого вала через систему деревянных колышков вбитых по кругу бревна снимается крутящийся момент. А дальше уже вращательный момент передавался на станину, к которой прибит пакет пил. И получается что колесо вращается, а через шатун вращательное движение преобразовывается в возвратно-поступательное. То есть пакет пил просто движется примерно по 40-50 сантиметров вверх и вниз вдоль специальной оси.
   Подталкиваешь палкой бревно и оно медленно распиливается на доски. При чём размер досок можно менять, заменяя проставки в пакете между пилами. Вначале как только мы запустили чудной механизм, мы пилили просто бревна на три бруска примерно 15 см шириной, а когда я устал прыгать вокруг пило рамы и заглядывать во все щели, то созвал мастеров и сказал.
   - Я ваш князь, а не мастер, и я не собираюсь вам всё разжевывать. Я вам показал ромейские хитрости. Ромеи так уже тысячу лет лес пилят, а вы все бревна колете и расщепляете - я показал рукой - вон там с другой стороны вала есть место еще для одной пилы. Так вот эта большая лесопилка будет пилить бревно на несколько одинаковых брусков, а вторая маленькая лесопильня должна пилить уже из брусков небольшие доски. Доски делайте какие вам нужно. Если для бочки, то шириной в палец, если для строительства, то можно в два или три пальца. А вообще нужно делать три стандартных размера доски, пока нам такого ассортимента достаточно.
   Мастера покивали.
   - Готовые доски складывать в штабеля и сушить - я встал - кто возьмется за пило раму, кто не убоиться нового дела?
   Я специально сгустил краски, я и так рад, что они не сбежали в болота от князя демона, что колдовством тут занимается. Но вот выйти должен самый смелый или самый решительный, тот кто не побоится проявить инициативу, и ответственности не убоиться.
   Вышел мужичок в годах из пришлых
   - Я возьмусь пожалуй.
   Вот, что я заметил по местному населению. Оно четко делилась на коренных жителей болот, лесов и пришлых чужаков.
   Даже те, кто пришел сюда с юга несколько лет назад, обладал большей цивилизованностью по сравнению с местными жителями. А переселенцы оказывается тут по болотам давно прячутся, и в основном это южане, бывшие землепашцы. Они и дома нормальные строят, и за скотиной ухаживать умеют и скорняжничеством занимаются и дерево любят, да и кузнецов примитивных много.
   Аборигены же занимаются в основном собирательством и охотой. Если взять одежду человека из пришлого племени, то вы увидите выделанную кожу, с которой срезана шерсть. Из шерсти уже делают нить и что не будь вяжут или ткут примитивное полотно. А из кож делают те же ботинки.
   А вот аборигены ходят в шкурах и зимой и летом. С аборигенами одна беда, научить их чему то очень сложно, но я пробую. Всех отроков, что забрал у песьеголовых я поставил подмастерьями в разные цеха, пусть учатся. После переезда в Полоцк всех людей из селения Баженино, за один момент количество моих кузнецов или ковалей как говорят местные увеличилось вдвое, а общее число жителей Полоцка выросло до пяти сотен человек.
   Вот сейчас только в кузнях работало полтора десятка мастеровых мужиков и четыре десятка подмастерьев, а еще на домне с металлом десять человек.
   Местные песьеголовые правила игры поняли сразу, если им нужно качественные изделия из железа, то они приносят мне товары, в основном меха, шкуры, мясо и рыбу. Но иногда я требую руду или уголь, принес пять десятков корзин руды и получи один нож, нужно сделать наконечник для копья неси руду, можно тащить уголь, но угля нужно в десять раз больше.
   Вожди песьеголовых посчитали прибыли и приняли установленные правила игры, особенно после того как я весной отпустил их отроков в свои селения на каникулы и мои ученики показали как добывать руду и жечь уголь. Местные неплохо усвоили науку рудознатства, после этого руда потекла ко мне непрерывной рекой.
  Пришло время внести изменения в нашу промышленность, то есть по современным меркам провести промышленную революцию.
   После завершения посевной я объявил сбор старейшин всех родов.
   На мое удивление при поддержке клятого шамана в рогатой шапке пришли аж сорок три человека. Это почти все вожди родов, что жили вдоль Западной Двины и её притоков. Я провел всех старейшин по своим кузням, показал большую печь и посадив всех за стол начал толкать речь.
   - Посетил меня давеча Сварог, создатель огня и повелитель богов, он сказал, что я должен научить вас добывать железо - я вещал, а переводчик, что то каркал на болотном языке - поэтому я требую прислать мне учеников по пять человек с каждого селения, не зависимо от того муж он или женщина, после чего вы сами сможете производить железные крицы, которые я буду покупать по большой цене.
   После того совещании я получил почти сотню учеников, будущих сталеваров, и мои мастера приступили к обучению. Учить местный народец примитивной плавке болотной руды не так сложно, но кто сказал, что учеба должна быть бесплатной? Каждая бригада учеников в финале обучения обязана была сдать мне в казну по одному пуду кричного железа, а я всего лишь кормил и одевал своих учеников. Выгодное обучения, не так ли.
   Через месяц все мои болота заволокло дымом. Горели печи, пережигая березовые рощи в уголь, горели печи переплавляя руду в кричное железо. Тысячи искр уходили в ночное небо и я реально ощутил себя властелином Мордора. Если бы вы только видели этих песьеголовых, эти примитивные дикари в одеждах из шкур, один в один гоблины из властелина колец, а я злой колдун Сароман. Все идет к тому, что у меня в лесах появится древний Энт, жуть. Я ведь тут можно сказать издеваюсь над древним лесом. Наверное через тысячи лет как раз про мои болота и напишет свою книжку Толкиен, правда финал у нее не очень. В той книге вроде бы злого колдуна победили добрые воины из посвящённой Европы.
   Но как бы то ни было, а наравне с получением кричного железа, медленно увеличивалось количество расчищенных под пашню полей, и теперь я мог плотно заняться и земледелием. Медленно, очень медленно на расчищенных полях заколосилась рожь.
   Железо получалось плохое, в условиях болота никто его про ковать нормально не сможет, слишком много примесей с крицы выбивать приходится, поэтому мои вассальные болотные вожди не могли из болотного железа сделать ничего путного, и я не боялся, что песьеголовые попробуют толкать метал на экспорт, все пойдет ко мне в Полоцк. А уже я буду перековывать болотное железо в нормальную сталь и продавать изделия высокой степени обработки, а не как наши утырочные либералы там в 21-м веке нефть и газ тупо как сырье продают, а потом продукты нефтехимии из нашего же сырья у про священных европейцев покупают. Потому, что ума нет поставить заводы у себя, и на своем сырье потребности государства обеспечивать.
   Может мне моих песьеголовых назвать по другому, ну не хорошо это получается, венды есть, чудины и водь есть, даже вепсы есть, и эти вот песьеголовые, их то кем назвать. Я подумал, подумал и придумал, во, пусть будут литвинами. Я еще со школы помнил, что литовское княжество было до прихода крестоносцев полностью русским, и вера была православная, и язык общий, а потом уже рыцари ливонцы и тевтонцы из них врагов наших сделали, всех кто отказался в новую веру перекрещиваться, тех просто вырезали как скот, а современные литовцы и латыши предали память предков, память тех кто сложил свою голову в борьбе с крестоносцами. Приняли чужой язык и чужих богов, помогали захватчикам убивать своих сородичей, что отказались служить псам рыцарям. Потом, практически русский князь Витовт потерпел сокрушительное поражение от татар на реке Ворскла. Князь Витов потерял не только свою дружину, он потерял страну, так как к власти пришел Ягайло, который потянул страну в польском направлении. С тех пор собственно Литва стала резко на антирусский путь развития. А теперь вот младо европейцы задницы новым хозяевам лижут. Хотя, это нормально, так большая половина известного нам мира делает, при том всё это называется 'путь к свободе и независимости'. К какой свободе, к какой независимости, от кого? Быдло, оно и в Африке быдло, оно всегда будет либизить и целовать руки более сильному хозяину. Вот пришли англосаксы, сейчас они там в 21-м веке сильнее, так все народы им руки лижут и член про священным демократам сосут, а придут русские, китайцы, или немцы так ничего не изменится, буду член у новых хозяев сосать. Хотя вот, что самое интересное, эти младо европейцы умудряются РУССКИХ называть рабами, смешно.
  
   Радомир с тяжёлым сердцем выходил в море, не смотря на то, что Чеслав научил его пользоваться специальной стрелкой указывающей на полярную звезду, что стояла всё время в одном месте и рассказал как найти обратную дорогу к реке Янтарной. Радомир всё же боялся заблудиться на столь большом пространстве, где куда ни глянь, кругом вода, поэтому его корабли шли так, что бы всё время видеть берег.
   На третий день похода Радомир услышал крики.
   - Демоны, демоны морские! Нас сожрут.
   Паника вдруг охватила корабль, а два гребца бросились в воду и попытались доплыть до виднеющегося по левому борту берега, но не проплыв и пару саженей начали тонуть и ушли в воду.
   А демонов было много больше десятка огромных тварей плыли на север и от их голов в воздух периодически взлетали огромные фонтаны воды. Гребцы подняли весла и долго сидели не шевелясь, боясь привлечь внимание морских чудовищ, что были раза в три больше корабля.
   Когда далеко за кормой скрылись последние туши морских демонов, Радомир крикнул - весла на воду, или вы хотите в пасть морских демонов? А ну греби, и раз, раз, и раз.
   Радомир увидел китов, но он то этого не знал, и я не знал, когда слушал историю похода, то долго пытался понять, что за демоны, а потом как услышал про большие фонтаны воды из голов, то вдруг раз и всё сошлось, это же киты, только вот то, что они раньше в Балтику заходили я не знал, а вы?
   Медленно набирая ход две груженные двенадцати весельные чайки пошли вперед. На пятый день пути Радомир увидел шесть судов, стоящих у берега, и много людей что ходили в воде, кто по пояс, а кто и по колена, эти люди что то искали в воде.
   - Эй Зоран - крикнул Радомир подзывая десятника ободритов - что там происходит на берегу, что они ищут?
   - Так это солнечный камень добывают, а потом на Руян свозят, тут поморский царь всем заправляет - ответил Зоран.
   - А что могут ли они на нас напасть?
   - Не, эти мирные, но вот охрана у них есть из разных родов, так те могут и проверить куда идем, да что везем?
   - Доростол - крикнул Радомир - поднимай парус, нужно уходить, а то эти ладьи могут за нами пойти.
   Еще через три дня и на встречном курсе увидели два судна.
  - Вздеть брони, достать самострелы, готовимся к бою - скомандовал Радомир.
   - А может пройдут мимо, а Радомир? - тихо спросил Доростол.
   - Может и пройдут, но мы должны быть готовы, слишком загружены наши суда и уйти мы не сможем - Радомир осмотрел готовящихся к бою воинов - но если на нас нападут, то отбиться мы должны, подай сигнал пусть второй корабль к нам ближе подойдет, если что будем биться вместе.
   Вдруг на мачте встречного корабля поднялся щит.
   - Что это за сигнал? - спросил Радомир - может мир предлагают, а ну поднимите щит.
   Подняли щит и суда сблизились.
   - Кто вы и куда идете? - крикнули с другого судна.
   - О, кажись по нашему гутарят, только чудно как то - произнес Доростол - слушай Радомир, а может не будем правду говорить?
   - А чего это не будем, мы купцы и идем на торг, чего нам боятся?
   Радомир приложил руки к губам.
  - Мы купцы князя Чеслава, идем на Руян за товаром.
   - А что везете? - крикнули с судна.
   - Воск везем, шкуры и меха, а еще камень солнечный.
   - Камень нельзя - крикнули с судна - лучше не показывайте если нет дозволения на его добычу от совета жрецов.
   - А что за совет? - заорал Радомир - как получить разрешение?
   - В порту спросите, вам скажут где купить грамоту на янтарь.
   - Вот оно как, налог тут - сплюнул Радомир - ладно посмотрим, может и рожь не продадут.
   - На счет ржи не скажу - задумчиво произнес Доростол - мы вот уже много кораблей видели, а парусов нет, а нам Чеслав паруса заказал.
   - В порт придем, поспрошаем.
   На двенадцатый день пути показался огромный остров с высокими белоснежными горами. Радомир вначале считал, что это берег и хотел его обогнуть, но в солнечных лучах появилась полоска воды, разделяющая землю пополам.
   - Вот он наверное и есть наш остров Руян что нам Чеслав рисовал - проговорил Радомир - посмотри силища какая.
   На горизонте виднелись десятки ладей, некоторые стояли на воде, некоторые шли в сторону острова, а третьи в обратную сторону. По мере приближения отчётливо виднелась большая гора в центре острова, а чуть позже появилась и пристань, у которой стояло больше двух десятков разных судов.
   Радомир не понял, что ему делать, подойдя к пристани он подал команду - суши весла, постоим посмотрим, что тут да как.
   От берега отчалила шестивесельная лодка и медленно пошла к головному кораблю. Когда лодка подошла ближе, Радомир увидел хорошо одетого человека, что стоял в лодке держась за большую носовую надстройку изображающую какого то зверя, то ли козла с рогами, то ли быка, но когда лодка подошла ближе то Радомир понял, что фигура на носу корабля изображала человека с протянутыми руками в которых был здоровенный рог.
   - Кто вы люди, с чем пришли и требуется ли вам толмач? - крикнули с лодки.
   - Во дела смотри они по нашему гутарят, только жуют слова что ли, может у него рот набит чем то? - удивился Доростол.
   - Да не, это говор такой, слова наши, а вот язык у него точно будто к зубам прилип, вот и бормочет не понятно - махнул рукой Радомир.
   - Мы купцы от князя кривичского Чеслава, привезли товары и у вас за купиться хотим - крикнул заученную фразу Радомир.
  Чеслав сказал, что при в ходе в порт должны быть сборщики налогов и с ними спорить не нужно, сколько попросят серебра столько и отдать, какой товар скажут нельзя продавать или покупать, такой и не спрашивать, каких богов скажут почитать или на храм серебра дать, таким богам и дать.
   - Я мытарь, если торговать хотите, то я должен осмотреть ваши суда.
   - Ну, что ж заходи на борт смотри - произнес Радомир.
   Мытарь с недовольной рожей залез на борт и увидев мечи у всех воинов тут же сказал, оружие при входе в порт требуется сложить в оружейных ящиках и закрыть на замок.
   - Так мы ведь первый раз к вам - поднял плечи Радомир - законов ваших не знаем, но раз у вас разбойников нет, то можно броню и оружие снять.
   - Эй Доростол открой ящики, снимите мечи и бронь, все под замок.
   - Что в бочках у тебя купец, можно ли их открыть?
   - Эти можно, тут воск десяток бочек, тут смола, двадцать бочонков, на той чайке два десятка бочонков меда, их лучше не вскрывать. Есть еще пеньковые веревки и немного железных изделий и меха разные, еще немного солнечного камня привезли.
   - Солнечный камень у нас продается только с разрешения совета жрецов, вон в той избе купите разрешение и торгуйте сколько хотите, а мечи продавать нельзя, снеси в храм, если главный жрец захочет, то сам купит твои мечи.
   - А почему жрец? - не понял Радомир - у вас что воеводы нет, что ли?
   - Все оружие и все воины состоят в подчинении жрецов храма. При самом храме есть 300 святых воинов, что оберегают наш род и еще много воинов у городской дружины Аркона, но те подчиняются совету старейшин и избранному риксу. Однако мечи, все должны попасть вначале в храм, чтобы очиститься от злобы и крови.
   - Могу ли я узнать хоть цену, мечей? - спокойно спросил Радомир.
   - Не мое это дело купец, мое дело, следить чтобы никто не нарушал правила, я тебе правила сказал, а нарушители вон у стены висят - мытарь показал рукой на виселицу, где на веревках болтались трое бедолаг, ранее нарушивших правила - Чем платить будете и какой товар хотите?
   - Есть для уплаты серебро и товары - Радомир показал рукой на бочонки - прости меня человек, но я бы хотел узнать что нельзя у вас продавать, чтобы не нарушить случайно ваши законы и не болтаться вон там на веревках.
   - А ты скажи мне что привез и я тебе укажу, что можно, а что нельзя.
   Вот хитрец, подумал Радомир.
   - Князь наказал мне купить зерна, как можно больше, а еще инструментов для кузни и паруса для кораблей.
   - Зерна после посевной осталось много, полные амбары, ищи купцов, загрузят тебя под самые борта, а паруса продавать нельзя, только своим купцам, а ты не наш.
   - А полотно, на рубахи купить можно ли и у кого?
   - Полотно тоже нельзя продавать, только рубахи готовые - мытарь осмотрел судно и произнес - с этого судна шесть десятков гривен серебра, а за тот тоже ты заплатишь?
   - Я, а кто еще? Оба судна моих.
   - Тогда пошли на те суда, там и окончательный расчет сделаешь, потом как сойдешь на берег вначале иди вон в ту избу, там тебе постой укажут, за день гривна с корабля.
  - Но мы же уже оплатили? - не понял Доростол.
   - То, что вы уплатили это только сбор городского совета за использование порта, - усмехнулся мытарь - а вам нужно еще в храм сходить и там на алтарь преподнести.
   - А сколько на алтарь нужно? - поинтересовался Радомир.
   - Тебе по пять золотников серебра с человека, вы вроде наши.
   - А те кто не ваши, те сколько платят?
   Ютты, свебы и сконцы по рублю серебра с человека платят.
   - А почему так? - не понял Радомир - пошто цена разная?
   - А ты, что хочешь как сконец заплатить?
   - Нет, нет, что ты - я так, интересуюсь.
   - Вы нашего рода, хоть и давние родичи, но кровь у нас одна, и боги у нас одни, а свеолы, юттты, англы и боши чужаки, их наши боги не любят. А вот Сконцы, так те вовсе проходы в Северное море держат и с нас пошлину большую дерут, вот мы их тоже к своим товарам не допускаем. Ночью вход в бухту перекрывается цепью, так что не вздумайте пытаться уйти. Жить можно на судах или вон в тех бараках - мытарь показал рукой на деревянные строения, что стояли вдоль берега.
   Уплатив пошлину Радомир взял с собой Доростола и сошел на берег. Осмотрел торжище и пошел по извилистой тропинке на гору. На самой горе стоял огромный деревянный навес внутри которого была деревянная статуя мужика с четырьмя лицами, руки статуи были подняты к небу, а в руках мужик держал здоровенный рог. Вокруг статуи ходили люди в белых одеждах.
   К стоящим и глазеющим торговцам подошел человек в белом балахоне.
   - Что прекрасен наш Белбог?
   - А? Что? - не понял Радомир, и опустив голову увидел человека, что тихо подошел к ним - А почему Белбог, его так называют?
   - Его называют по разному, те люди, что на побережье живут называют его Световитом, но это не правильно, свято воинство - это слуги Белбога, что помогают ему бороться с Чернобогом.
   - А эти святовитовы-воины, тоже такие большие? - спросил Доростол.
   - Да нет - засмеялся человечек - витязи действительно большие, но они живут в этом мире и служат Белбогу, а акже охраняют его храм.
   - Так они, что настоящие воины? - не понял Радомир.
   - Да, люди настоящие, но в душе у них истинный свет, там нет места тьме.
   - А есть те кто служит Чернобогу? - спросил Доростол - вы их наверное всех побили?
   - Как побили? Нет конечно - возмутился старичок - разве можно побить ночь, разве можно не любить зиму. Свет и тьма, зима и лето, весна и осень есть составные части мироздания. А Чернобог так тот вообще брат Белбога. Не может быть только свет, солнце спалит урожай, наступит голод и все живое умрет на земле, как и не может быть вечной ночи. А статуя Чернобога вон там в порту стоит, ему подарки вои морские перед походом дают, ибо в походе в душах каждого может Чернобог шалить.
   - Нам бы пошлину уплатить и вопрос один спросить, у кого можно? - поинтересовался Радомир.
   - А где люди ваши?
   - Так там на кораблях сидят, мы первый раз в ваших местах.
   - Если бог наш вам люб, и вы его почитаете, то с каждого по 10 золотников серебра - буднично произнес старик - а если не люб, то там внизу у Чернобога уплатите, по своим ставкам, что еще спросить хотели? Говорите.
   - Вот - Радомир протянул мешочек в котором были 500 золотников серебра (1 золотник - 4 грамма серебра) - это за наших людей, мы все богов светлых почитаем.
   Чиновник принял серебряные листочки, разложил на столе и пересчитал.
   - А спросить мы хотели про мечи. Позволено ли нам показать оружие вашим жрецам?
   - Путята сходит с вами, вы ему меч свой дайте - завтра его осмотрят и вам ответ скажут, если меч германский или вандальский, то позволят продать на торгу, а коли сталь хорошая кельтская или персидская, то свято воинство себе выкупит.
   - А что такое свято воинство? - просвети нас не разумных.
   - Это триста лучших витязей, что храм Белбога обороняют, их и зовут свято воинство, "вит" это свет, "выт-язь" - это 'свет имущий', то есть тот у кого свет в душе, а воевода их и есть Световит.
   - А я думал, что Световит это бог, как же он может быть воеводой?
   - Воинство наше под руководством воеводы службу несёт, а воеводу мы всем миром избираем из лучших ратников. Вот и зовем мы своего воеводу Световитом, так как в его душе искра Белбога имеется, ведь простым людям богов не узреть, лишь слуг их.
   Радомир сходил к кораблю, открыл оружейный ящик и торжественно вручил руянскому воину в доспехе из золотых пластин завернутый в тряпицу меч, а потом все веселою гурьбой пошли на торжище. Чеслав сказал, что выгодой можно пренебречь, вот долго и не торговались, отдали всё своё, всё что привезли кроме янтаря. За два десятка корзин солнечного камня, мытари запросили пошлину в двадцать гривен серебра, а сам камень можно продать всего лишь за пятьдесят гривен серебра. Вот Радомир по такой цене и не стал торговать.
   - Да зачем нам это? Это же грабеж - возмутился Радомир - отвезем Аркху на Данаприус, он там к грекам сходит в Корсунь и продаст всё намного дороже, чем тут, а роксоланы пошлину совсем маленькую у порогов возьмут, они и не видели ранее такого камня.
   Цену за рожь запросили купцы неимоверную, за сотню берковец (берковец - 160 килограммовая бочка) попросили три сотни гривен серебра, при чем значительную часть ценны составляла стоимость бочек, но Чеслав сказал брать именно в бочках, при чем в лучших, вот и пришлось покупать зерно в бочках. Но платить за зерно серебром не стали, а уплатили готовыми железными изделиями, топорами, пилами и даже лопатами. От продажи своего товара было немного вырученного серебра и Радомир купил почти десяток больших тюков плоховатого полотна, может с него паруса получится сделать? Если пропитать рыбьим жиром, то из такой дрянной холстины получится неплохой парус. Еще прикупил пять десятков рубах и штанов из хорошего полотна для своих воинов.
   Вся команда сходила на берег в корчму, поели, выпили ячменного пива. В какой то момент из-за соседнего стола встал бородатый, хорошо одетый воин и подойдя к столу спросил - присесть можно люди трговые?
  - Садись - Радомир указал рукой на скамью - и назови себя.
  - Я Кондрат, сдыхивали о мне?
  - Князь говорил, что есть на руяне торговец по имени Кондрат - Радомир отпил пива - так это ты?
  - Это я и есть, я хочу вас предупредить - торговец посмотрел по строронам- тут не любят конкурентов.
  - Что нам с того?
  - А то, что многие говорят, будто вы закон нарушили, вас могут призвать к ответу.
  - Какой закон? Ничего мы не нарушали, всё что мытарь сказал всё сделали.
  - Предупредить хочу, если придут люди храма, там Яровуд заправляет, не спорьте, не сопротивляйтесь, делайте всё как скажут. А как вас отпустят, то уходите сразу восвояси.
  - Ты нас пугаешь купец? - зло улыбнулся Радомир.
  - Князь ваш помог мне, теперь я плачу ему той же монетой - отпил пива из своего кубка руянский торговец - если вам что нужно скажите, всё соберу и привезу, а вам тут не след появляться, не любят тут чужаков.
  - Чеслав сказал, что ты сам знаешь, что везти на реку Дивную, тебя не было, вот мы и решили сами рас продаться. Что бы не случилось, мы уходим завтра, а ты собирай товары и приходи на торг.
  - Сговорились - Кондрат встал и кивнув головой ушел к себе за столик, где его ожидали три могучих воина.
   Отужинав, люди Радомира отправились спать на свои суда, а утром как только взошло солнце возле трапа появились пять десятков воинов в золотых пластинчатых доспехах и при оружии.
   - Вы торговцы, что привезли мечи? - спросил старший в шлеме с перьями.
   - Мы, а что? - переспросил сонный Радомир.
   - У нас приказ изъять всё ваше оружие и доставить хозяина кораблей в храм.
   - Как изъять? - не понял Радомир - по какому праву? Мы гости и оружие наше, это бесчестите изымать оружие у воинов, такое смывается только кровью.
   - Вот и смоешь своей кровью - произнес старший из витязей - ты на нашей земле, а приказ святого Яровуда должен исполняться без слов.
   Команда попыталась возмутиться, но подготовка воинов в золоченых доспехах оказалась лучше. Несколько мгновений, криков, ударов короткими палками и вся команда лежит мордой в пол с завязанными за спиной руками, а витязи храма в золоченных доспехах выгребают из ящиков всё оружие пиратов Радомира. Один воин взял деревянный арбалет со снятой тетивой, покрутил в руках и бросил обратно в ящик, не оценил как серьезное оружие.
   Вот почему мне Чеслав не хотел давать доспехи, подумал Радомир, которого уже тащили на храмовую гору. Чеслав знал, что так будет, а еще эти морские чудовища, демоны из бездны морской, что повстречались на пути, это знак, плохой знак - нужно было уходить, но Радомир не послушался своего сердца и вот теперь его принесут в жертву странным многоликим богам.
   Витязи сложили все изъятое оружие на плитах храма, а связанного Радомира бросили к ногам какого то дядьки в белой накидке, что сидел на большом деревянном троне.
   - Встань человек - произнес седовласый старец повелительным голосом - расскажи мне о мечах, ты обманул нас, ты сказал мытарю, что привез десять кельтских мечей, а у тебя почти шесть десятков мечей из странного железа. Это не кельтские мечи и не персидские. Развяжите его - махнул рукой старик.
   Два воина подняли Радомира, и разрезав путы поставили перед стариком на колени.
   - Я никого не обманывал - твой человек лжет - я привез десять мечей на продажу, остальное оружие принадлежит моим воинам.
   - От куда такое оружие? - спросил старик - где ты взял сколько таких мечей? Или вы люди Чернобога, что взяли чей то корабль боем и отняли у несчастных мечи.
   - Я не знаю, кто такие люди Чернобога, но эти мечи нам сделали ковали князя Чеслава.
   - Такие мечи стоят не меньше пяти десятков гривен серебра за клинок - произнес старец - и ты хочешь сказать, что какой то князь сковал и продал простым торговцам такие дорогие мечи?
   - Мы помогли ему отбиться от дикарей песьеголовых, что живут в болотах и по ночам нападают на его городища, а еще воруют его людей, что бы пожрать их душу - проговорил заученные фразы Радомир - к тому же мы не торговцы, а дружинные люди Чеслава.
   Чеслав заставил его выучить эти слова, он знал, он знал этот служитель Сварога, знал, что эти люди могут напасть когда увидят такие мечи.
   - Ты знаешь от куда у вашего князя такое железо? - спросил старик.
   - Я видел, как жрецы Сварога уходят в болота, а потом приходят и приносят мечи - ответил Радомир.
   - Ты хочешь сказать, что не знаешь как делают такие мечи?
   - Почему не знаю? Знаю - ответил Радомир - жрецы молятся, чтобы духи болотные дали им руду, а потом эту руду плавят в метал, после чего десять дней куют метал и делают такие мечи.
   - У нас тоже есть руда в болотах, и её берут просто так, при чем тут молитвы? Ты врешь человек.
   - Я простой человек, я слышал молитву и видел жрецов, а больше не знаю ничего.
   - Много ли у твоего вождя таких хороших жрецов?
   - Много, десяток наверное.
   - Железо этих мечей несет в себе и свет и тьму, оно не должно попасть в руки людей с темной душой - промолвил старик - поэтому мы заберем все мечи у вас, но, чтобы не обижать вашего уважаемого князя, что служит самому Сварогу, мы тебе заплатим за эти мечи, за каждый ты получишь по три гривны золота.
   Старик встал.
   - Заплатишь храмовый сбор и можешь идти, а князю своему передай, что я запрещаю продавать эти мечи на своей земле. Все мечи, что сделают ваши мастера везите в храм, я всё выкуплю.
   - А что с оружием, я могу забрать свое оружие - крикнул Радомир в след уходящему старику.
   - Остальное забирай, это не оружие богов - потом вдруг остановился и сказал - передай своему князю, что он должен прийти в храм Белбога, я жду его.
   Радомир уходил как побитая собака, он позвал людей и они собрав щиты, топоры и самострелы, что выбросили из храма воины Световита побрели к себе на корабли. Потом Радомир закупил мяса, несколько бочек пива, набрал пресной воды, а вечером люди из храма принесли и поставили возле корабля небольшой сундучок в качестве оплаты за каждый отобранный меч. Радомир открыл крышку и пересчитал небольшие серебряные палочки, а после этого Радомир чуть не завыл от злости, эти мерзкие жрецы взяли треть цены в качестве свое проклятого храмового сбора. Получается, что за каждый меч жрецы заплатили чуть больше трёх десятков гривен серебра, его обокрали, нет эти мерзкие руянцы его ограбили.
   Душа Радомира кипела и требовала крови, на второй день пути по недоброму морю он увидел на горизонте два паруса, что шли встречным курсом.
   - К оружию - заорал Радомир - когда он кричал из его рта вылетала слюна, а глаза были узкие как у бешеной собаки.
   Доростол хорошо знал этот взгляд, когда Радомир такой злой, то полона не бывает, его воины режут всех. Кровь, в глазах Радомира плескалась кровь.
   - Щит - заорал Радомир - поднять щит на мачту, кормщик правь ко второму судну, передай сигнал Третьяку, пусть готовится брать первый корабль.
   - Самострелы подготовить, зарядить - скомандовал Доростол.
   Когда суда сблизились на пять десятков шагов, а на встречном корабле появился человек, что поднял в приветствии руку, Радомир крикнул - целься, бей,... заряжай, .....целься, ...бей, ...заряжай, ...бей, суши весла, на палубу, все на палубу, реж их.
   На купеческое судно кинулись два десятка разъяренных воинов Радомира, рубки почти не было, команду встречного корабля просто перестреляли тяжелыми болтами, а раненных изрубили топорами и выбросили за борт. Первое судно взяли быстро, а на втором бой шёл чуть дольше, но команду и там перебили.
   - Что там Доростол? - крикнул Радомир.
   Меха, много мехов и пять десятков корзин солнечного камня, а на втором только камень, много корзин солнечного камня, судно по самые борта в воде сидит.
   - Что с кораблями - уточнил Радомир.
   - Вон тот получше, а этот совсем гнилой - ответил помощник Радомира.
   - Перегрузите все товары с гнилого судна на наши корабли, и утопите это корыто, не забудьте снять парус - прошипел Радомир - Чеславу нужны паруса, мне нужны паруса, я буду жрать их печень, я им отомщу, я этим золоченым витязям мечи в глотки воткну.
   Дальнейший путь домой Радомир провел на носу судна высматривая жертв. На третий день пути опять попались купцы. Их взяли так же быстро и почти бескровно для пиратов, однако и эта кровь не могла успокоить душу днепровского пирата. Ограбить гостей, это высшее оскорбление, за такое вырезают весь род. И руянцы навечно поселились в душе Радомира, как жадные и подлые людишки, которых нужно искоренять огнем и мечем.
  
   - Корабли. Князь, Радомир идет - крикнул Креслав - с добычей идет.
   - И сколько у него судов?
   - Два своих и три захваченных тащит - ответил Креслав.
   - Подготовь мне десяток конных воинов, пусть возьмут заводных лошадок я схожу навстречу, а то он долго будет идти вверх по реке.
   Суда шли медленно, груза было много, корабли сидели по самые борта в воде. Я увидел Радомира, тот сидел молча и смотрел на воду. Мы остановились и помахали рукой гребцам, первый корабль отвернул и пошел к берегу, а остальные продолжили свой путь вверх по реке Янтарная.
   - Что ты такой смурной брат? - спросил я.
   Тот молчал и я повернув голову спросил у Доростола - что случилось, что много воинов потеряли?
   - Да нет всего трое в бою погибли, да двое утопли как от морских демонов спасались, вот еще десяток пораненных, а мы три корабля взяли и еще два потопили. Груз весь забрали, а плохие корабли на дно, эти самые лучшие были, еле дотащили.
   - Сам доведешь суда, а я Радомира заберу - сказал я Доростолу - тебе как может гребцов еще прислать?
   - Доведу, мы много гребцов в Приморском взяли два десятка, да полон на весла посадили.
   - Эй Радомир, брат мой - хлопнул я его по плечу - садись на коня, поехали в Полоцк, я твои печали развею, баньку согреем, девиц приведу, отдохнешь, отоспишься и всё расскажешь, о чем душа твоя болит.
   Но спокойно дотерпеть до Полоцка и бани Радомир не смог, он ругался весь не легкий путь, орал на весь лес и размахивал руками так, что зверье разбегалось круша рогами деревья. Я выслушав всю эту историю ничуть не удивился. То, что я выбросил на рынок мечи из тигельной стали, это как например, в век Наполеона кто не будь начал бы продавать пулеметы.
   - И это только начало - сказал я Радомиру - я думаю, что сейчас к нам еще придут готы с Десны, не утерпит Казмир вождь германский, что рядом с ним кто то такие мечи делает.
   - А что ты Казмира каким то странным словом назвал, 'германский', что это?
   - Да это я так, он же от рода короля Германа ария, значит он германец - наставительно произнес я.
   - Да не, они себя как то по другому называют, да Казмир и не вождь вовсе, а рикс - буркнул Радомир, то бышь воевода.
   - Я знаю, что не вождь - ответил я - он действительно рикс, выборный воинский начальник, только вот его уже никто не смеет переизбирать, а мирные вожди под ним как под царем ходят. Да и людишки буссовы привыкли готским вождям да риксам подчинятся и дань платить, вот и платят, а я хочу эту привычку сломать, если хотят кому то кланяться и задницу лизать, пусть мне лижут, я не против. А то, что эти Руянцы меня к себе зазывают, так я приду.
   Радомир аж лошадь придержал от удивления.
   - Как придешь? Они тебя сожгут на костре, или в рабский ошейник посадят и заставят мечи им делать.
   - Да ты не переживай брат, вот сейчас Казмира побьем и к руянцам сходим. Есть такая профессия, каперство называется, тут народ дикий и нормальных пиратов еще не видывал, так мы им покажем. Думаю, я что они под себя всю торговлю янтарем взяли, а теперь и железо под себя хотят взять. А готландцы и юттунги им мешают, так мы должны стравить этих волков, пусть грызут друг друга. Нападем на малых кораблях, что ты у руянцев отбил на Готланд пусть думают на Руянцев. А на больших готландских ладьях, что я в прошлом году взял, нападем на руянцев. А пока они будут грызть друг дружке глотки, мы реки крепостями заставим, чтоб никто в мои земли войти не смог, нам то всего три крепости нужно поставить. А вот чтобы удержать эти крепости мне твой флот и нужен.
   Когда Радомир отдохнул и успокоился, я похвастался своим конным войском, а потом показал побитый доспех.
   - Вот Радомир бронь интересная из цельных пластин, я в ней на турнир пять раз выходил, удар держит неплохо, но очень уж долго её делать.
   - Какой, такой турнир?
   - Да вон там мы на поле всадников наших пытаемся конному бою обучить - засмеялся я - умора, и смех и грех, весь люд собирается, что бы на это посмотреть.
   - А зачем, тебе это? - не понял Радомир.
   - Как зачем? Что бы воины конный копейный бой постигали и сшибки не боялись.
   - Какой сшибки? - возмутился Радомир - ты что несешь? Ты бы вон хоть с моим отцом поговорил, он два десятка лет в дружине царской служил. Ты знаешь что такое пять сотен конных воинов? - не унимался Радомир - воины Кугума и воины Казмира бою сарматскому обучены, да они нас копытами в землю втопчут и даже не заметят, а ты шесть десятков воев на коней посадил и в поле выйти собрался?
   - В моих болотах пяти сотням всадников делать не чего, и я в поле не пойду, а вот если сюда придут вороги, то и шесть десятков конных воинов это большая силища.
   - Да нет у тебя воинов, это не воины, вон даже у Твердислава почти три сотни конных, так там мужи по десятку битв уже прошли и ты противу них думаешь выстоять?
   - Тут ты брат не прав, ведь ты не знаешь, что я придумал. Вот скажи мне брат какой размер копья у воинов Казмира?
   - Две сажени - отмахнулся Радомир - что тут гадать, у всех одинаковые.
   - Во-от, брат - наставительно пояснил я - две обычные маховые сажени, а мы теперь делаем длинные пики на две косые сажени.
   - Что ты несешь Чеслав? - зло буркнул Радомир - ты вот в сечах конных не бывал, а я бывал, и я тебе скажу, что такое длинное копье всадник рукой не удержит.
   - А я тебе покажу брат, ты не переживай, мы новые пики для всадников придумали, у них на конце древка противовес большой, что бы наконечник к земле не тянуло, а еще вот большое утолщение на конце древка берется под руку, а специальное утолщение в плечо упирается, и мы получаем мощный колющий удар по противнику - я показал рукой на новую кавалерийскую пику - раньше когда мы использовали копья в две маховые сажени, то у нас вылет наконечника копья веред головы лошади был всего аршин, а теперь у нас вылет почти косая сажень. Теперь выходит, что мое копье раньше противника коснется чем он до меня доскачет.
   - Ты не прав брат, ты все какие то чудеса измышляешь - махнул рукой Радомир - готские воины копье двумя руками в бою держат и могут им управлять как угодно, а ты на скаку одной рукой направлять свою палку не сможешь, вот и получишь удар в грудь хоть и маленьким, но острым наконечником.
   - Я брат тренировки каждый день провожу, а сам так и два раза в день выезжаю, что бы с новым копьем попрактиковаться, но это еще не все, у нас новые доспехи для конных сделали, правда мало всего четыре десятка, но скоро я всех одену, теперь и грудь со спиной прикрыта и юбка бронная достает аж до колен, зарубить всадника стало труднее.
   Радомир махнул рукой.
   - Тебя не переспоришь, там на Руяне всю мою дружину как курят скрутили всего пять десятков настоящих витязей в блестящих доспехах, потому как то воины, а не мои мужланы. Вожди готские против твоего одного пастуха могут десятерых конных воинов выставить. Нешто ты думаешь, что они разрешения будут спрашивать, что бы в твои земли прийти? Да они и так сюда придут, а потом тебя с земли сгонят и людишек всех в полон возьмут. А еще ты подумай о том, что готы побили сарматов, а ты тех сарматов видел? Так я тебе скажу, что у них тигеляи были до самых пят.
   - А что такое тигеляй? - не понял я.
   - Тигеляй это такой большой халат с нашитыми пластинами из конских копыт, вот как наша бронь, только у нас пластины медные или железные. Но тигеляй стрелу хорошо держит, а еще сарматы коней в такие попоны одевали, но их всё равно готские воины побили, а ты говоришь, ааа - махнул рукой Радомир, не желая больше спорить с молокососом, как он наверное в этот момент подумал.
   Да вот тут я с историей явно, что то напутал, получается что полный латный доспех уже давно придуман и испытан. И есть люди, кто научился бороться с такими доспешными всадниками, но почему тогда тех же готов побили обычные кочевники, аланы и гунны, вообще без доспешные. А может тут весь прикол в новом степном луке, или такой лук и раньше был? Ничего не знаю про историю оружия, но я же видел, что все конные, кто ко мне приходил сёдел не имели, а это и есть мой козырь, если скажем на полном скаку два доспешных всадника рубанут друг дружку копьями то победит тот, у кого седло правильное, кавалерийское для рыцарского боя, то есть глубокое с поддержкой спины и с опорой на стремя, вот у меня теперь такие есть.
  
   Я стоял и смотрел на учебные бои своих всадников, а в голове крутилась сказка Пушкина: "И тридцать витязей прекрасных, чредой из вод выходят ясных и с ними дядька их морской" - задумчиво продекламировал я Пушкина.
   - Что? - переспросил Радомир.
   - Да так, ничего - махнул я рукой - Пушкин ошибся, он сказал тридцать витязей, а там на Руяне триста.
   - У тебя, что соглядатай на Руяне есть? - уточнил Радомир - так его повесить надо на берёзе, или с арбалета твоего подстрелить, что б не врал.
   - Да подстрелили его уже - махнул я рукой - Дантес кажется и подстрелил, ты не переживай.
   - И поделом ему, за язык свой смерть принял.
   - Да, да так и есть, ты Радомир прямо в корень зришь.
  Глава восьмая. КАЗМИР
  
   - Вот таков мой сказ Твердислав - закончил свою речь дед Боян - не верьте Казмиру, Чеслав всех вас зазывает на свои земли. Я сам ходил к тому Ильмень озеру, хорошая там земля, и народы там живут спокойные и зверя много, а в реках рыбу руками ловить можно, не гоже вам сидеть тут и ждать когда поганые придут за полоном.
   - Прав ты Боян - проговорил Твердислав - вожди готские нас на копья поганых прошлым летом загнали, а своих воинов увели. В той сече сгинул мой сын Славко. Не хочу я чтоб род мой прервался из за глупого Казмира, коли хочет воевать с погаными в степи, то пусть сам идет.
   - Ты не понял Твердислав - еще раз повторил Боян - не пойдет Казмир на поганых, он хочет на Чеслава идти, за золотом своим и за железом. Только не знает Казмир, что железо то дано самим Сварогом и чужакам оно не покорится.
   - Не пойду я против Чеслава, ты сам о том знаешь - отмахнулся Твердислав - родич он мой, сын свояченицы моего брата. Не бывать тому, чтоб в роду нашем брат на брата с мечем хаживал.
   - Не ходи на сход вождей, знаю я что Казмир худое надумал - почти взмолился Боян - пошли к Славутичу, там ладьи Аркха стоят, за пару дней твой род на тот берег перевезем, а дальше конями уйдем, никто не догонит.
   - Не могу я не пойти, сам заешь Казмир пять сотен воинов привел, по всей земле дозоры расставил. Я на сход тоже не без оружный пойду, возьму всех. А ты тут останешься, сразу как я уйду, так и начинай людей уводить. Ночью в лес уходите и веди лудей напрямик на броды, что по Соже, как переправитесь через Сожь, то иди далее к Славутичу. Нам, на совет, два дня до селения Казмира идти, да там ещё время потянем, а тебе с моим родом седмицу до Славутича добираться. Переправляй вначале людей, а потом и скот если успеешь, а мы постараемся задержать воинов Казмира. На совете он меня не тронет, убоиться вождей, а там оторвемся, со мной Радко с тремя сотнями конных воев пойдет.
   - Нет не поведу я людей на броды по Соже - покачал головой Боян - мы пойдем вверх по Десне, а там до моей Смолянки через лес да болота не далече, там и река не широкая, переправим людей и скот, не переживай.
  
   - Чеслав - в светлицу зашел воевода - Гореслав пришел и привел полторы сотни воинов, он посадил их у Орши в селении, но Гореслав сказал, что у наемников мало железа.
   - Радомир, ты как готов идти в поход? - я повернулся к брату.
   - А чего мне готовится? - отмахнулся брат - как скажешь так и пойду.
   - Возьми две моих ладьи, они поменьше, грузите припасы, бочки с рыбой, солонину и идите в Витебск, на твоих воинов пока броней не хватает, и мечей нет, но сабли и булавы бери на всех.
   - Воевода, ты пока тут остаешься, готовьте новые арбалеты - повернулся я к Креславу - я возьму с собой пять десятков лучших всадников, а ты продолжай готовить остальных.
   Я хотел побыстрее увидеть наёмников , во первых требуется оценить их профессиональные качества, а то может получиться, что мне привезли полторы сотни алкашей из ближайшего кабака. Хотя я вот так и не знаю, где в этом мире набирают наемников, и есть ли тут кабаки, но то, что наемники пришли почти без оружия, меня напрягало.
   Картина оказалась достаточно прозаичной, на юге зверствовали племена подчинившиеся вождям хунну, это были разные народы, те кого раньше называли сарматами, скифами и гото-германцами, были даже "братья" по крови - венды.
   Когда Атли увел свои войска на юг, на северных территориях начался полнейший бардак, анАркхия мать порядка, грабили всех и всех. Местным надзирателем от верховной власти был хан Кугум, которого Атли назначил сборщиком дани со здешних земель. Только вот без башенные готские вожди хана Кугума не уважают, а иногда даже бьют, а это уже серьёзное нарушение устоявшихся порядков, которое пахнет большой резней. Я как человек из 21-го века отлично знаю как умеют кочевники наводить порядок на подконтрольной территории. По принципу итальянской мафии: "нет человека - нет проблемы". Вот вернется Атли с похода и тогда настанет кирдык всем племенам, что тут сейчас бузят. Поэтому нужно бить на упреждение. Я хоть и учился в 90-х годах в школе на одни троечки, но нашего учителя истории Ивана Степановича помню хорошо. Знаете бывают такие умные профессора, которые взирают на учеников с высока своей мудрости, а их студенты еле-еле с двойки на тройку перебиваются. А есть учителя от бога, которые любят не только себя и свой предмет. А искренне любят учеников, тех ради кого они и работают. Таким и был наш сельский учитель Иван Степанович. Как то мы проходили времена Дмитрия донского и я как самый неусидчивый ученик попытался поинтересоваться, а какого собственно ляда это Дмитрий Донской поперся в степь против царя воевать, ведь все русские люди татарских ханов называли законными царями, вон даже в церквях им святцы возносили. Иван Степанович тогда рассказал нам, что Темник Мамай не был ханом, Мамай просто узурпировал власть в орде, а законный хан Тохтамыш тогда находился в качестве ученика у великого хана Тимура. О Хромом Тимуре знали все, знали что он великий победитель туркмен и татар, московские князья знали, что нельзя помогать мамаю нив чем, потому как рано или поздно Тимур придет, и вот тогда мало не покажется никому, ибо он накажет всех, всех кто дал Мамаю хотя бы грошик. В той, в будущей истории Тимур таки пришел, история его похода на татар была намного кровавей похода самого Чингисхана, вот только войска Тимура не пошли на Москву, они покарали всех, кто помогал Мамаю, а Москву не тронули, помнил Тимур, что Дмитрий воевал против узурпатора. Тохтамыш правда забыл, но то была другая история. И вот я сейчас хочу сыграть такую же партию как сыграл Дмитрий Донской, я хочу покарать готов, хочу показать Кугуму, что я за него. Что бы после того как придут гунны карать всех бунтовщиков, меня не сильно обижали, а то, что карательная экспедиция будет, тут к гадалке не ходи.
   Мы выгрузились у Витебска, переправили на левый берег реки Янтарная кавалерию и организованным отрядом двинулись к Орше. По пути оставили часть запасов для гарнизона Баженино, где сидел Гореслав и спокойно дошли до Орши. По пути я с братом высматривал предполагаемые места засад и генеральных сражений, на тот случай если мы не удержим селение Орши и на придется отступать к реке Дивной. И за все три дня пути от Баженино до Орши мы нашли всего одно неплохое место, где можно не только остановить, но и попытаться побить врага, местность идеальная. По бокам болота, а дорога проходит по меж болотному дефиле шириной примерно в сотню шагов. Если поставить в дефиле пеших копейщиков, а вдоль болот арбалетчиц, то никто тут не пройдет и обойти нас практически невозможно, болото большое и тянется на сутки пути. Можно конечно строить плоты и с их помощью пытаться нас обойти, но как вы будете атаковать с плотов, если на берегу вас ждет плотный строй копейщиков, это то еще удовольствие. Я думаю, что местные варвары это не англосаксы, они операцию по высадке в Нормандии не осилят, ну нет у меня песчаных пляжей.
   Наемники вызвали двоякое чувство, это был странный симбиоз московских привокзальных бомжей и белорусских партизан, усиленных взводом реконструкторов с какой то древней локальной войны. Вооружение у всех абсолютно разное, у кого то был круглый щит и сулица, у других дит и топор, была огромная куча мужиков с рогатинами, обитыми железными наконечниками, вон там в сторонке стоят два десятка лучников. У некоторых имелись древние шлемы, а вот броней не было вообще ни у кого.
   Я попросил поднять луки, подняли и я прослезился. На полторы сотни воинов всего двенадцать луков и у каждого меньше десятка стрел. Ну а что я хотел, люди пришли наниматься на войну по смешной цене по гривне на человека, за такие деньги себя бы прокормить. Я уже понял, что никакого шанса разбогатеть у этих людей нет, видно там от куда они пришли дела в родах совсем плохие.
   - Здоровы будьте воины! - обратился я к собравшимся - вижу я, ваша жизнь не весела. Посмотрите на моих воинов - я показал рукой на конных - год назад эти люди сидели в болотах и боялись голову высунуть из своих землянок, а теперь они на конях и в броне железной. Хотите ли вы зимой уйти домой, имея на руках всего гривну серебра или вам любо иметь хорошую бронь, коня и добрый меч?
   - Меч любо иметь каждому воину - отозвался один совсем не маленький мужик с бритой головой - однако же и у твоих воинов нет мечей.
   Я повернул голову и увидел, куда показывает лысый, а показывал он на воинов Радомира, в это время Радомир аж кипел от злости, видно вспомнил свой турпоход к добрым руянцам.
  - Мой брат продал мечи добрым купцам руянским, и скоро он получит новые, а те шашки, что сейчас у его воинов, не хуже любого германского меча.
   - Доростол подай мне свою шашку - я протянул руку к Доростолу, а тот вытащил шашку и подал мне.
   - Вот воин посмотри, сколько стоит такой меч в ваших землях? - я протянул лысому шашку.
   - Хорошее железо - согласился лысый - полтора десятка гривен серебра можно просить за сей меч, но сколько дадут, то мне не ведомо.
   - А ты посмотри на этих воинов - я показал на людей Радомира - и посчитай сколько серебра сейчас на них, посчитай сколько серебра на конных.
   - Много серебра, говори, что хочешь? - с вызовом проговорил лысый - ты ведь не просто так мне меч показал?
   - Ты прав воин, как тебя зовут и кто вожак в вашем отряде?
   - Я Остомысл, я и есть вожак, тут половина людей моих, а другая половина прибилась по пути, их вон Гореслав набрал в селениях.
   - Ты воевал? - спросил я - знаешь ли как готские вожди бьются?
   - Я много воевал и людишек вождей готских бил и поганых, и ваших - скептически ответил Остомысл.
   - Кого наших? - не понял я.
   - Остомысл показал на моих конных - вон вендов, что с тобой пришли.
   - Предложить тебе хочу службу вечную, принесете клятву мне, а я каждому месячный оклад положу по рублю серебра на воина, да одежды добрые и кормежка с моего стола. Десятникам и сотникам больше дам. Но первый год отслужите за еду, потому как вы без оружия пришли и без доспеха, а мне придется на вас железо тратить.
   Люди переглянулись и начали шушукаться, а потом Остомысл поднял руку и все затихли. Вот ни фига себе дисциплина, хотел бы я так управлять, видно по пути тут уже сложилась вертикаль власти.
   - Я готов служить удачливому риксу - улыбнулся беззубым ртом лысый - Гореслав рассказал про тебя и твою удачу, но за людей своих не скажу, пусть каждый решает сам.
   Я ткнул бока лошади пятками и медленно выехал вперед.
   - Вот вам мое слово воины, от сюда и на полночь всё моя земля. Однако у меня неспокойные и завистливые соседи, на землю мою зарятся, поэтому если пойдете под мою руку воевать придется много, и некоторые из вас умрут, но я вам обещаю, что вы умрете не от скуки, и не от голода. Те кто выживет получит железное оголовье, добрый щит, копье и хороший меч, десятники получат железную бронь. Сейчас же хочу спросить вас люб ли вам такой рикс?
   - Любо, любо - заворчали воины, да, да именно заворчали, как то жидковато прозвучало это "любо-любо". Я то ожидал оваций и аплодисментов.
   - Вот ваш городок, можете привести сюда женщин и детей, если их у вас нет, то берите где хотите. Вот ваш воевода - я показал на плечистого мужичка - его имя Орша, он мой наместник в сём селении. Вон там в возах копья добрые и булавы, то ваше оружие, серебро будете получать у воеводы каждый месяц по рублю. Тем кто примет клятву служить мне не жалея живота своего, я скоро пришлю добрые шоломы и хорошее оружие, а те кто пришел повоевать до зимы, получите половину серебра сейчас, а другую половину, как упадет первый снег и можете идти куда захотите. А теперь я хочу, чтобы вы встали по бокам от меня. Кто хочет мне служить вечно, как своему вождю - встаньте по правую руку, а кто хочет повоевать до зимы - встаньте по левую руку.
   Как ни странно, но мои ожидания не оправдались, я то надеялся, что мой талант замполита всех погонит вправо, но не тут то было, почти четыре десятка ушло налево, и из них было несколько профессиональных воинов. Я уже научился выделять настоящих вояк. Это как будто смотришь сериал про крутых пацанов и видишь неумех артистов, которые изображают из себя Рэмбо, так и хочется сказать, как тот Станиславский - "не верю". А потом выходишь на улицу и вот он идет, настоящий Колян - хозяин района, такого сразу видно, так обычно обходят стороной, а то не дай бог закурить попросит.
   Ну не пошли так не пошли.
   Почему я вспомнил Коляна, да потому, что вот стоит передо мной такой же типах, только у этого длинные косички висят как у Астерикса, как будто с него настоящего галла срисовали, вопрос в том - откуда тут галл?
   Я повернулся налево к такому Коляну, что стоял с группкой бомжеватых мужиков и спросил - кто ты и как тебя зовут воин?
   - Я сакс, зовут меня Яровид - воин подбоченился.
   Какой на фиг сакс? - удивился я, саксы же типа немцы были, а этот хоть и одет по другому чем мы и с косичками, но говорит по нашему и по моей терминологии попадает под народ славян, то есть 'слово ведающего'.
   - Вот что Яровид, я тебе как командиру этого отряда заплачу за службу добрую до первого снега две гривны серебра, назначь трех десятников, они получат по гривне, а остальные получат по рублю за каждую полную луну.
   - Остомысл - я повернулся на право ко второму выдающемуся воину - ты назначаешься командиром оставшейся сотни, так, что теперь ты сотник. Ты будешь получать по гривне серебра в полную луну, твои десятники по малой гривенке, а остальные как и положено по рублю в полную луну. Можешь назначить двух полу сотников, дам им каждому две трети полновесной гривны в луну. Полу сотников и десятников выбери сам, смотри не прогадай.
  - Не прогадаю, есть вои боевые и люди добрые, что могут даже сотней вместо меня командовать, однако спросить тебя хочу, как быть с тем серебром, что нам Гореслав уплатил, выходит теперь мы без уплыты кровь проливать будем?
  - То серебро, что дал вам Гореслав, то мой залог вам, за то, что пришли сюда, что взяли железо из своего рода, считай, то мой вам подарок. Однако всех предупреждаю, ваш воевода вот он - я показал на Оршу - этот острог должен через луну быть готов к отражению нападения готских вождей и возможно к длительной осаде. Теперь все команды воеводы исполнять без осуждения, точно и в срок, кто осмелится бунтовать, будет наказан моим судом, а кто проявит себя в бою - будет обласкан князем серебром, не обижу.
  Люди загудели, а я отъехал к своим воинам.
   - Орша, забирай оружие, раздашь сам, вон в тех возах припасы, их не трогать это твой запас на случай осады, там рыба и мясо в бочках, при копай в амбаре, что бы пролежали побольше - я слез с коня и отвел Оршу в сторонку - я привез тебе сотню гривен серебра, кассу будешь вести сам. Если будут девки, можешь селить в остроге, но больше двух сотен не набирай, девки не должны быть общими, пусть селятся со своими мужами. У тебя своих четыре десятка воинов и этих полторы сотни, как справишься с обороной крепостицы?
   - А что не справиться то князь? Железо есть и припасы есть, река близко - ответил Орша - а тут и малец наш Аркх на своих ладьях плавает, у него тоже почти сотня добрых воев на ладьях, мы с ним сговоримся, ежели что - с реки поможет.
   - Хорошо, вон там лесок хороший, если к тебе вороги придут и острог осадят, я с того лесочка ударю конно, а после вон туда уйду в болота, - я показал вариант конного маневра - а там в болотах мои стрелки стоять будут что бы ворога отсечь, если тот за конными погонится. Ты мне в тех болотах настил из веток сделай на три сотни шагов, а мы как отступать начнем, так тот настил снимем и враг в болотах за нами гонятся не сможет.
  - Не переживай Чеслав, шиты из веток свяжем и там в лесу возле болота сложим, ты как отступать будешь, те щиты с собой забирай и по болоту уходи на острова.
  - Молодец Орша, основную мысль понял. Тут попросту не сиди, лагерь укрепляй, сделай побольше запасов и колодцы за оградой рой.
   - Люди появляются Чеслав - сказал задумавшись Орша - спрашивают, пытаются торг вести, но боязливые какие то, мыслю то соглядатаи Казмира.
   - Людей не гони, всех кто захочет в наши земли пройти отправляй в селение что раньше Баженино было, там сейчас Гореслав сядет. У него воинов мало всего три десятка, но селение большое, там не меньше сотни пришлых людишек посадить можно. А ты обживайся тут, скоро Аркх за товаром пойдет на полдень, так ты ему закажи зерна побольше, поля расчищай, землю распахивайте и зерно сейте, борти медовые ставьте, причал для ладей и рыбацких лодок сделайте. Река под боком, грех без рыбы сидеть.
   - Ты и вправду найдешь серебро, что бы такую ораву наёмников содержать? - с недоверием спросил Орша.
   - Уже нашел, у нас в амбарах почти вся казна Казмира лежит, и он может за ней наведаться, так, что не зевай, готовься к осаде - я повернулся к своим воинам и крикнул - то что я сказал про уплату, касается всех, а еще доля с добычи, каждому.
   - Любо, любо, любо - заорали почти три сотни глоток, о это уже нормально, а то как то не уверенно в первый раз одобрение князю высказывали.
  
   В просторном деревянном срубе сидело два воина старый, умудренный годами воин и молодой, горячий, но уже побывавший в боях отрок.
   - Что ты хочешь делать отец? - спросил Радко - ты стерпишь это оскорбление и мы никак на него не ответим.
   - О каком оскорблении ты говоришь сын?
   - О том, что Чеслав отказался от нашего дара - зашипел Радко - мы отдали ему в жёны лучшую деву нашего рода, а он оскорбил её и изгнал со своей земли как простую девку.
   - Наши женщины проверили Цветану - тихо сказал Твердислав - она ушла девицей и вернулась девицей. Она была в гостях и вернулась домой, никто на её честь не покушался, так что нет в том обиды роду.
   - Мы отдали её как законную жену, а Чеслав оскорбил нашу Ёшку - Радко вскочил на ноги - разве ты не понимаешь, что теперь никто из других родов Цветану в жёны не возьмет, на ней порча.
   - Уймись сын! - гаркнул Твердислав - ты повторяешь слова без толковых баб. Нечего сеять слухи. А крикливым старухам, что позорят имя моей дочери гнусными словами я языки вырву. Ты возил свою сестру в гости, увидеть землю будущего мужа её и познакомится с новой роднёй, теперь же твоя сестра вернулась в отчий дом и готовится к свадьбе. Так и говорим всем, а кто будет слухи распускать тех самолично прибью.
   Радко встал и склонил голову, пряча злобу в глазах.
   - Иди готовь дружину, поедем на совет вождей, а я займусь подготовкой родовичей к походу.
  
   Казмир сидел в большом кресле на подстилке из волчьей шкуры и пил медовуху из серебренного кубка. Несколько дней назад вернулось посольство к странному человеку, называющему себя князем болотным.
   Вот уже больше века его род пришел на эту землю по приказу царя Винитария. Его род был славным, и имел много великих воинов, что бились в битвах с аланами и с родом болотных меря, воевали многие рода по великой реке Данаприус. В последней большой битве племена болотных меря были разбиты и их рода ушли далеко на восток, но их настигли и там, и сделали данниками. Потом данниками сделали и непокорных людишек буссовых. Много десятилетий род Казмира собирал дань для владетелей готского народа, но пришла беда, дикари появились в степи.
   Вначале орды диких кочевников разгромили союзных Герману арию алан, а потом обрушились неугомонной лавиной и на земли готов. Многие славные воины погибли, многие ушли к ромеям, но старые рода, что сидели по северной границе остались. Зачем бежать, куда, да и как можно бежать по территории захваченной врагом? Все речные перекаты на ДанаАпре были захвачены врагом и торговля с греками прекратилась. И вот тогда, пошли с поклоном вожди родов готских к ханам аланским да кошевым начальникам поганых, клялись служить хану Ругиле вечно. Тяжкие подати наложил Ругилла на гордых готских вождей, а хитрый хан Кугум умело выдал за муж за соправителя Атли свою дочь, и вот уже роксоланы ушли из под руки готов. Теперь же обнаглевшие аланы сами требуют дань с готов, однако еще не все потеряно, ведь у готов есть дикари - людишки от родов буссовых, да и других пахарей хватает, те кто платил дань Винитарию. Безропотно, молча снося все обиды и бесчестите. А дальше, нужно только пересидеть, дождаться когда греческие легионы передавят обнаглевших кочевников, и вот тогда можно будет ударить аланам в спину.
   Чтобы не смогли вожди подчиненных родов восстать против власти Казмира и его братьев, что держали земли по правому берегу ДанаАпра - реки глубокой, как называли большую реку аланы Кугума, Казмир собирал лучших воинов племен Буса и бросал их на смерть, натравливая на тех же алан или на сборщиков податей от вождей Атли и Бледы. Кочевники периодически приходили мстить и тогда была война. Как настоящий, хитрый и изворотливый вождь Казмир в первых рядах бросал в бой воинов подчиненных ему вождей, обеспечивая таким образом себе постоянное военное преимущество над дикарями. Лучшие из людишек рода Бусса погибали в тех стычках, и их вожди год за годом присылали дань Казмиру, что оберегал земли от Ворсклы и до самой Десны от набега страшных алан.
   Но вот случалась замятня в стане врага, сказывают, что убил Атли своего брата, и теперь железною рукою хочет подчинить себе все земли. Пришёл недавно посланец от нового царя Атли и потребовал воинов для большого похода на ромеев и непокорных готов, что охраняли греческие границы. Похода на братьев своих Казмир не хотел, ибо он знал, что хитрые ромеи посадили на приграничные земли бежавшие от Ругилы рода готов. И теперь этот степной дикарь Атли хочет, что бы брат убивал брата, что бы Казмир дал воинов против тех, с кем вместе воевали с погаными, не бывать тому.
   Старейшины родов готских на совете порешили уйти с Ворсклы. Уйти на полночь ближе к границе непроходимых лесов, где живут людишки буссовы, и сесть там по рекам Сейм да Десна. Но через два года уже на Десну пришёл тысячный отряд хана Кугума. Придумал тогда хитрый Казмир слова, что можно передать Атли, он сказал: - 'великий сын степи хан Кугум, разве могу я пойти со своей земли и присоединится к воинам великого царя Атли. Ведь у меня на границах взбунтовались дикие лесные племена. Что будет если я уйду, кто сможет защитить наши дома от разграбления? Позволь нам побить лесных дикарей, а через год мы придем к кибитке великого Атли и падем ниц у ног его коня'.
   Хитрый и умный оказался этот хан Кугум, он сказал, что может помочь разбить глупых данников Казмира, а если Казмир не может усмирить лесных людишек сам, то Кугум волей царя царей найдет им нового повелителя, что сможет держать в узде норовистых людишек бусовых.
   Клялся и целовал стремя коня Кугума вождь Казмир, унижался и врал, а чтобы ничего не заподозрил глупый хан, прошлым летом натравил Казмир дружину лесных вождей на лагерь воинов Кугума. Знатная была битва, многих роксолан побили наследники князя Буса, но и сами потеряли многих, ушел тогда в степь Кугум и дал время до следующего лета, на подавление бунта.
   Время шло, не знал Казмир, что делать дальше и вот пришла новая беда. Где то на севере, далеко в болотах появился рикс то ли от рода Буса, то ли от вендов, что зовет себя Чеславом. Этот странный рикс называет себя князем, имеет и серебро и злато, кует и продает собственное железо. Железа в краях Казмира уже давно не было, прервалась выгодная торговля с ромеями, а у соседей покупать каждый ржавый топор приходилось по цене десятка коров. И вот теперь этот странный князь грозит вырвать из рук Казмира власть над лесными вождями.
   Не бывать этому, или дикарь покорится и станет новым данником, или умрет вместе со своим родом. Вести, что принесли послы, обрадовали Казмира, земля на которой стоял город Чеслава была бедна, мало полей, почти нет селений, всего несколько деревянных острогов дикарей, которые можно взять несколькими сотнями воинов. А еще железо. Посол сказал, что Чеслав жадный и тщедушных вождь, при виде золота приказал отобрать железное оружие у своих воинов и отдать их купцам. Это хорошо, чем жаднее вождь дикарей, тем проще с ним воевать, а золото, что Казмир отдал за хорошее железо не жалко, ведь оно скоро вернется в его амбары. Глупый Кугум, что придет летом увидит поход и увидит войну, что обещал Казмир. И тогда Кугум поймёт, что не может вождь готов отправить своих людей в поход. Но это еще не самое простое, нужно сделать так, что бы вообще не воевать, а натравить дикарей буссовых на Чеслава.
   Посол потратил много золота в селении Полоцк, он был щедр и дикари рассказали, как Чеслав жег на кострах жрецов, вот, вот она хорошая весть.
   - Что скажешь Уйко? - спросил Казмир у главного жреца Хорса - можно ли стерпеть такое варварство, и что должно сделать с вождем, что не чтит богов своего народа. Вот я чту всех богов наших, что сидят в Вальгале, на то вам мои жрецы могут поклясться, и никто из моего народа не скажет, что я вождь Казмир не люб богам.
   - То правда твоя - проскрипел старый жрец - однако, что тебе до наших богов? Ты сам чужак на этой земле.
   - Не ври жрец! - гаркнул Казмир - эта земля такая же моя как и твоя, наши рада пришли сюда вместе, разве забыл, жрец. Ты разве забыл как мы вместе воевали с дикарями Мери и Черемисов, как загнали их в болота. А теперь я узнаю, что в моей земле появился человек, что не чтит богов. Так как я должен поступить? - Казмир понизил голос на пол тона - тот, кто не чтит богов, тот род свой не чтит. Ибо одни несчастья принесет он на нашу землю.
   - В том правда твоя Казмир - опять повторил свою мантру жрец - однако князь болотный НЕ НАШЕГО РОДА ПЛЕМЕНИ, а чтят они Сварога и Перуна, так что с богами венды ладят не хуже нас. Говорят, что он с вендскими вождями дружбу водит, значит он венд, а земли вендов под рукой твоего брата, а не твоей. Я вот что думаю, пусть лучше твой брат его к ответу призывает.
   - Да, да, да - послышался возглас старейшин - негоже нам Казмир идти войной на Чеслава, он ничего нам плохого не сделал, вот даже оружие прислал, чтобы с погаными биться. А что жрецов побил, так на то воля Хорса, ведь бог допустил гибель своих жрецов, знать на то была его воля была.
   - Обокрал он вас - гаркнул Казмир, а его воины сделали шаг к поляне вокруг которой сидело с десяток вождей буссовых племен - он всё серебро с вас высосал аки клещ за старые железки, наживается он на нашем горе. Мы бьемся с погаными, а Чеслав машну набивает, а тех жрецов, что его стараются на путь истинный наставить, тех он казнит. А еще люди сказали, что детей он в свои печи кидает, и кровавую жертву Сварогу приносит. Нешто будем терпеть у нашей земли такого изверга? И дочь вон одного из ваших вождей Твердислава кровопийца в полон взял.
   Вожди посмотрели на Твердислава и сочувственно покачали головами.
   Посол Вульфслав сказывал Казмиру, что сидит в Полоцке девица, дочь Твердислава одного из вождей людишек лесных.
   - Вернулась моя дочь Казмир, гостила она там - ответил Твердислав - отпустил её Чеслав по добру, поздорову, и роду моему обиды в том нет, так почему я должен посылать своих воинов под мечи Чеслава, ты Казмир сам знаешь какие мечи у его воинов.
   - А ты не бойся мечей Твердислав, ты бойся демонов болотных, которых вскармливает младенцами Чеслав, и подумай, что будет с нами, как придет он на наши земли со своими болотными тварями. Пока не потратил наше серебро и злато Чеслав, пока оно лежит в Полоцке, нужно пойти и убить прислужника демонов, а барахло, что в Полоцке возьмем поделим по равным долям, по числу воинов, что выставит каждый из вас в поход. Так кто сколько воинов даст. Ты Зандар, сколько дашь ты? - Казмир ткнул пальцем в вождя, что сидел первым.
   Казмир был настоящим вождем, и он знал, как нужно говорить с дикарями, им нельзя давать думать. Думать будет он, а дикари должны подчинятся.
   - Я могу дать восемь десятков воинов - ответил широкоплечий усатый мужик.
   - Почему восемь десятков? - завелся Казмир - я знаю, что у тебя есть две сотни воинов.
   - Что ты Казмир? Воины есть только у тебя. Разве можешь ты назвать воинами две сотни пахарей? - ответил хитрый мужик - разве можешь ты сравнивать их со своими воями? Я дам восемь десятков, и это те, кто не порежется мечем, больше у меня людей нет.
   - Что дашь ты Бобр?
   - Я дам сотню, и не спрашивай почему, ты сам знаешь сколько моих воинов полегло прошлым летом в бою с погаными.
   - А ты Твердислав, сколько дашь ты? - спросил Казмир.
   - Я тебе не дам никого, и на войну твою не пойду - спокойно ответил Твердислав - что ты хочешь дать нам после похода?
   Твердислав встал
   - Вожди рода Буса задумайтесь. Что вы имели год назад? У вас отняли даже мотыги, и мы пахали землю палками, а теперь появился сильный род, что торгует с нами железом, и в том нет вины Чеслава, что мы отдали последнее, в том вина наша, что подчинялись мы не тем вождям. Пришло время решать свою судьбу самим - Твердислав повернулся к Казмиру - а воинов у меня три сотни, хочешь ли ты проверить какие мечи мне продал Чеслав? Мне не нужен больше вождь Казмир, я ухожу со своим родом к нашему новому вождю, а кто хочет со мной возьму все....
   Твердислав не успел закончить, как секира Казмира взлетев в воздух одним ударом разрубила голову престарелому вождю.
   - Батько - крикнул Радко и обнажил меч.
   Короткая, но жестокая сеча закончилась бегством Радко и его людей.
   - Ульгерд - крикнул Казмир - возьми три сотни и догони этого ублюдка.
   - Болах - возьми две сотни лучших воинов и иди за родовичами Твердислава.
   - А вы - Казмир уставился на притихших лесных вождей - можете забрать земли и скот этого раба - Казмир обвел взглядом притихших вождей - а воинов ваших я жду через луну на реке Сейм. И запомните, кто приведет меньше сотни воинов, останется без добычи.
  
   Отряд уходил на рысях, тяжелая сеча закончилась полным поражением воинов Радко. Из трех сотен удалось увести меньше чем половину отряда. Радко не смог про рубиться к подлому Казмиру, хорошая бронь не позволила Радко зарубить личную охрану Казмира, но эта же бронь, что подарил ему Чеслав спасла и Радко.
   Много ударов мечей и копий сдержал железный доспех, воины успели сесть на коней и навалится на готов, но ворога было больше.
   Еще с рассвета Радко отправил сотню воинов к пастбищу с наказом, если завяжется бой, то напасть, перебить пастухов и угнать готских коней. Только это и спасло молодого вождя, он смог закинуть тело своего убитого отца на спину коня и уйти с воинами на полночь. Переправившись через реку Десну, а дальше дошли до бродов на реке Сожь, далее двигались на полночь до Славутича. А по следам беглецов уже неслась готская конница.
  
   Я в последнее время перестал делать настоящее оружие. Как то вечерком подошел мастер и показал меч, я покрутил, повертел, осмотрел сталь и ничего особенного не заметил, потом проверил на гибкость клинка. И вот гибкость была уже не та. Сталь конечно показывала некоторые отклонения и можно было прогнуть на пару пальцев, но как раньше фокус уже не покажешь.
   - В чем проблема? - не понял я.
   - Это простой клинок, из тигельной стали, но мы не крутили его как раньше с мягким железом, а еще это цельный меч из одного горшка.
   - Без добавления железа сталь может сломаться - я неодобрительно покачал головой - я же вам рассказывал зачем нужны все этапы ковки и закалки клинка.
   - Мы понимаем, но сейчас нет времени делать хорошие мечи, сам сказал, что война скоро.
   - Ты мастер о политике не думай - покачал головой я - на то князь имеется, а князю казну пополнять нужно. Кто купит у нас плохой меч? Я знаю, что мне нужно много дешёвого оружия, но я не могу позволить себе остановить производство качественных клинков. Сделаем так, раздели рабочих, самых лучших оставь на производстве дорогих мечей, а остальных поставь пусть делают копья и топоры, мечи наемникам не нужны. А ты мне сделай сотню лучших клинков, таких чтобы цари ко мне в ноги кланялись и простили продать хоть один - я посмотрел в глаза Ульфберду - пойми мастер, то что ты сделаешь быстро и не качественно, люди забудут через седмицу, а о тех мечах в которые ты вложишь душу сложат песни. И я хочу, что бы через тысячу лет люди рассказывали легенды о славном мастере Ульфберде.
  
   - Чеслав, человек прискакал от Орши - ворвался в светлицу воевода - там родовичи Твердислава к Смолянке вышли и Боян с ними, говорит война, вороги по следу идут.
   - Ну, что ты кричишь, война так война, поднимай дружину.
  
   Война витала в воздухе. Постоянно приходили известия о предстоящем вторжении, часть моих людей просто де материализовались. То есть многие известные мне рода песьеголовцев просто куда то свалили. Хотя в последнее время я этому уже не удивлялся, так как научился воспринимать песьеголовцев как лесных кочевников.
   Ежедневная работа от рассвета до заката, перемешивалась с тренировками и учебными боями, всё свободное время тратилось на подготовку к войне, но мы все равно не успели.
   Не успели мы сделать сотню броней, как и не успели сделать сотню новых арбалетов. Как не старались мои мастеровые, а броней из железных пластин сделали всего шесть десятков. Вот я все шесть десятков не смотря на крики и мат брата отдал своим кавалеристам. Кроме шести десятков кавалеристов в поход пошли пять десятков женщин арбалетчиц с новыми самострелами и пять десятков пеших копейщиков Радомира. Люди Радомира получили по одной железной накладке на предплечье правой руки и по одной накладке на голень левой ноги, а еще неплохие железные оголовья. Младшая дружина осталась в Полоцке на охране княжеской казны и мастеровых людей.
   Воинов всех одели как и полагается болотному княжеству. Поверх доспеха шкуры, на шлемах волчьи головы, а у меня как у предводителя этой своры на шлеме красовался череп белого волка.
   Но страшнее всех смотрелись всадники, я давно наказал сделать железные накладки на морды лошадей, а вот теперь к этим накладкам приклеили шерсть и прибили рога, то есть часть черепа либо тура, либо коровы, либо оленя.
   Наши лошади смотрелись как невиданные болотные чудовища, как радиоактивные отпрыски эльфийских лесов, на спине у которых восседали людоволки, вот именно так и должно выглядеть воинство болотного князя и никак иначе.
   Пешие воины дошли на ладьях до Витебска, а дальше пешим переходом до Орши, я же с кавалеристами на рысях отправился вперед. В Орше нас уже ожидали две сотни переселенцев, люди были уставшими и напуганными, они переправились первыми в районе разбойничьего лагеря Смолянка, которую я собирался назвать Смоленском, и сами пошли вдоль правого берега Днепра к Орше. Дорога была тяжелая, люди шли пять суток, а там на левом берегу еще осталось больше тысячи человек и скот, что продолжали переправятся на правый берег Днепра.
   Мы выехали на полянку перед Оршей и увидели лагерь беженцев, кто сидел, кто лежал отдыхая от тяжелого перехода, но появление моего конного отряда оценили все.
   В лагере начался дикий крик, часть людей бросилась к Днепру, а часть к стенам острога. Даже на стене забили набат.
   Вооот! Вот именно такой эффект мне и нужен, мне очень нужно, что бы при виде моего отряда у врага начался повально акт непроизвольной дефикации.
   Я подъехал к стене, а там царил хаос, но увидев Оршу я крикнул - Орша, кто старший у этих бедолаг?
   Услышав знакомый голос Орша выглянул из-за щита - князь, князь Чеслав это ты?
   - Нет Орша, это лешак болотный - крикнул я с сарказмом - а ты кого ждал?
   - Ты чего так моих воинов пугаешь, а ну как стрельнет кто из лука?
   - Что бы из лука стрельнуть, нужно вначале тетиву накинуть, а они у тебя вон все за щитами прячутся - махнул я рукой на храброе воинство - вы что и ворогов так встречать будете.
   - Нет, люди Казмира нормальные, и кони у них обычные, а у тебя что за твари болотные?
   - Это обычные кони, просто они тины болотной объелись, вот у них рога и выросли, слазь со стены, иди сюда сам посмотри.
   Орша вышел с двумя воинами и за ним тут же закрылись ворота, он подошел осмотрел похлопал лошадку по холке и выдохнул.
   - Ты Чеслав так не шути, тут в этих дебрях разная мерзость водится, а так людей пугать негоже, а ну как разбегутся все, что делать будем?
   - Ты воинов отправь пусть переловят всех, а то потопнут там - я показал рукой на воду, а там уже трое бедолаг где то нашли бревно и пытались грести на противоположный берег.
   Пока ловили и успокаивали людей я спешился, привязал коня и снял шлем-маску, чтобы действительно было видно что я таки их князь.
   Привели старика.
   - Вот князь это старший от рода его зовут Щука.
   Я посмотрел на деда.
   - Ты дед что рыбак, а я думал что вы землепашцы?
   - Мы род Твердислава - ответил мужичок, он пошёл на совет старейшин, а нас увел Боян. Мы землепашцы, но много поколений жили на реке, по этому мы ещё и рыбаки.
   - А где дед Боян?
   - Он остался на переправе.
   - Я не могу вас тут держать - сказал я людям - сейчас я предлагаю вам отдохнуть возле Орши, а дальше пойдете до селения, где воеводой сидит Гореслав, там тоже отдохнете, присмотритесь, кто захочет можете остаться в том селении. Место хорошее, есть острог и поля не большие под посевы расчищены, а еще есть огромное болото, куда можно скрыться от врагов. Остальные пойдут дальше до Витьбоска, кто хочет пусть там остаются. В Витебске передохнете несколько дней и вас переправят на правый берег реки Янтарной, а дальше вас проведут на берег реки Ловать, спуститесь вних по течению до большого озера Ильмень, там ставьте себе городок укрепленный, земля там хорошая и рыбалка будет знатная. Я правда не знаю есть ли там щуки, но с голода ваш род не умрет.
   Дед поохал.
   - Как далеко еще идти, а люди то у нас устали.
   - Есть ли у вас скот, что можете продать? - спросил я - не чего гнать так далеко быков и коз, можете продать мне, я куплю все. Гоните скот до Гореслава и до Витебска, самых слабых переселенцев нечего по лесам гонять, пусть в Гореслава и в Витьбовске остаются.
   Дед покачал головой.
   - Мы забрали только коз и коней, а коровы все остались на переправе.
   Я подошел к воеводе.
   - Орша, ты отправь десяток воинов с переселенцами, пусть до Гореслава проводят людей, а деле путь до Витьбоска уже люди Гореслава покажут. А еще отправь ладью вниз по реке, пусть присмотрятся, обстановку разведают, нет ли где воинства вражеского, что переправляется на наш берег. Реку стерегите на двое суток пути вниз по течению.
   Орша кивнул и пошел распоряжаться.
   - Радомир, а ты с пешими оставайся тут, посмотри за подготовкой крепости, походи по округе, присмотрись как можно врагов воевать, а я пойду с пятью десятками конных к Слолянке на переправу.
   Уже сев на своего боевого скакуна я подъехал к Креславу.
   - Воевода выкупай весь скот, что люди захотят продавать, а ежели найдутся мужи готовые встать на стену, то дай им оружия.
  
   Конный отряд Болаха насчитывал две сотни воинов, они пришли в селение Твердослава, но застали только брошенные жилища. Разведчики осмотрели местность и нашли следы множества копыт коров и коз, что пошли по правому берегу Десны на восход, но были и следы конных воинов что пошли на полночь в сторону бродов на реку Сожь.
   - Садко - крикнул Болах - отправь пять десятков по следам конных, пусть проверят куда ушел Радко, в бой не вступать, нечего нам своих воев терять. Все остальные за мной - махнул рукой Болах и поскакал вдоль реки за родовичами глупого вождя Твердислава.
   Зря Твердислав восстал против Казмира. У Казмира силища, почти пять сотен воинов, а еще на той стороне Славучитича по правому берегу большой реки все земли принадлежат названному брату Казмира, мужу его сестры Ульриху. Ульрих страшный вождь, он разбил объединенное войско вождей вендских и загнал их в Припятские болота. А этот Твердислав рискнул жизнью рода ради какого то рикса болотного. Хотя ведь люди говорили, что Твердислав хотел за этого Чеслава отдать свою единственную дочь Цветану, и тогда уйдя в новые земли хитрый Твердислав спас бы своих родичей.
   Если-бы, да кабы, во тру выросли грибы - подумал Болах. Нет на этой земле вождя хитрее Казмира. Хитрый лис даже поганых роксолан уже пять годков вокруг пальца вертит, дань им не платит, и в войско поганых, своих людей не отправляет, а этот выскочка Чеслав сгубил род бедного Твердислава ложными посулами и обещаниями. Вот теперь по приказу Казмира летит конный отряд Болаха по следам родовичей Твердислава. Летит, что бы взять полон, что бы жены и дочери Твердислава стали рабынями более умного и толкового вождя Болаха, а готские воины, пусть с Радко воюют. У Болаха поход будет простым, там в роду мужей почитай и не осталось, всех побили на совете, а те кто выжил сейчас с Радко сбежали от дружины Казмира в сторону Сожи.
  
   Первые обозы родовичей Твердислава попались через пять дней пути, Болах удивился как далеко успели уйти эти трусы, по всему выходит, что род снялся с места раньше, чем произошло побоище на сходе, но это уже и не важно, мы их догнали - подумал Болах. Догнали, осталось только поймать и повязать, после чего тяжкий путь будет закончен. Но мыслям Болаха не суждено было сбыться, его сотня конных воинов с ходу налетела на стоящие в круговой обороне телеги, а из-за телег полетели стрелы. Удар был неожиданным, конных воинов Болаха атаковали со всех сторон. В лоб ударили лучники а из лесной чащи полетели сулицы.
   - Назад, назад, в лес, в лес - заорал Болах, отводя своих воинов от связанных возов, что перекрыли дорогу.
   В спешке отряд укрылся от стрел в лесной чаще, но догнать и наказать врага, что метал сулицы и стрелы не получилось. Отряд Болаха нарвался на завалы из срубленных сосен.
   - Спешится - крикнул старейшина - обойти этих за возами, стрелами их бейте.
   Странный бой продолжился до наступления темноты, так и не удалось ни обойти ни разбить вражеский отряд, что стоял на дороге. А с рассвета, за возами вражеских воинов не обнаружилось, они ушли ночью.
   - Вождь позволь слово молвить - проговорил Стоян.
   - Говори - с раздражением бросил Болах.
   - Нельзя вождь идти вдоль реки, тут могут быть еще засады, я знаю путь лисий, по тропам охотников, что меж болотами выведет сразу к истоку, где Десна начинается, там и перехватим родовичей Твердислава.
   - А ты что думаешь, что тот путь не перекрыт такими вот засеками? - Болах показал на срубленные сосны, что перекрывали путь.
   - Не могут они там все перекрыть, обойдем - ответил Стоян.
   - Ну что же веди по пути лисьему.
  
   Конный путь до Смолянки занял два дня, и весь этот путь мы встречали людей, что уже не могли идти, отдельные люди и группы по 5-6 человек сидели на полянках, люди насколько устали, что при виде нашего отряда даже не пугались, путь который они прошли, это поистине огромный путь. Кто то уже начал строить себе шалаши, видно решили остаться жить тут, другие бездумно брели вдоль берега реки пытаясь добыть рыбу. Люди от побережья Десны по лесам и болотам дошли до Смоленска, и прошли почти 400 километров, и еще по моим подсчетам топать до Ловати почти сколько же. Я посмотрел на это зрелище отступления Красной армии от границы и понял, не дойдут, нужно сажать людей у Гореслава, и в бывшем селении висельников Звениславы, да в Витьбовске. А если первая группа переселенцев дойдет до Ловати, то это будет большой удачей.
   Я нашел Бояна у переправы, он руководил приемом скота. Ладьи Аркха сновали туда-сюда через реку и перевозили телят и жеребят, а взрослых особей, просто разделяли по десяткам и загоняли в воду. Впереди шла лодка, в которой сидели люди, что тащили привязанных за веревки жеребцов, а кобылки уже плыли сами за своими вожаками.
   Более тяжелая задача была это переправка коров, эта скотина ни как не собиралась плыть на другую сторону и постоянно возвращалась на свой берег. По этому несколько десятков пастухов искали броды. Броды нашли аж в суточном переходе вверх по реке и Боян приказал гнать скот на броды.
   Мне очень жаль было бросать почти две сотни коров, это для меня небывалое расточительство. Боян рассказал, что готский вождь Казмир уже собирает поход против меня, но сколько воинов будет собрано, и когда начнется поход мой ушлый дед не знал.
   - Мы пока шли за нами погоня была, не меньше сотни конных воинов Болаха - тихо сказал Боян - я там оставил заслон, а сами мы ушли лесами.
   Я дождался, когда закончится переправка всех людей и уже собрался ехать в Ошу, но на противоположном берегу появился всадник.
   - Боян, Боян - заорал всадник - там воины Болаха, почти сотня конных, к переправе скачут, наши по лесам отходят.
   - Боян сколько у тебя там людей? - спросил я.
   - Два десятка конных, скот погнали на броды и пол сотни пеших лучников дорогу прикрывают - ответил дед Боян.
   - Сможешь ли ты дать команду на переправку людей? Пусть бросают скот и переправляются на наш берег реки. Черт с ним со скотом.
   - Скот то не жалко, только ушли они давно к бродам, а те кто с луками пешие, они и добежать до тех бродов не успеют, далече.
   - Не надо им к бродам - возразил я - скажи пусть сюда бегут вон на ладьях их Аркх переправит, а мне дай человека, я этим берегом до бродов на рысях дойду и там ворога встречу.
   Гнать коней нельзя, во первых тут никакой дороги нет, кони идут вдоль берега реки, иногда по заболоченным участкам, иногда по песку, а бывает приходится совершать достаточно глубокие обходы лесных завалов из бревен и кустарника. Но все же до брода мы дошли раньше чем скот. Дошли переправились, и стали на отдых, я пешком походил по округе, осмотрелся, потом послал десяток на встречу предполагаемому отряду пастухов. И уже через небольшой промежуток времени мои воины привезли двух пастухов, для которых встреча с таким страшным отрядом была просто шоком.
   Дозорные, что ехали впереди стада просто стали в ступор, мои люди подъехали взяли лошадей не путевых дозорных под узду и притащили ко мне вместе с всадникам.
   Я поел уже так надоевшее вяленое мясо и запивал речной водой, у меня в сумке были еще две сушеные лепешки, насколько черствые, что откусить это творение женских рук болотного княжества было не возможно. Я достал топорик, рубанул кусок лепешки, а потом просто размачивал её в воде и грыз подмокший сухарь, вот за таким важным делом меня и застали разведчики.
   - Князь вот двоих пастухов привезли - доложил десятник Лютовит.
   - Не бойтесь люди я князь Чеслав - я встал и подошел к напуганным пастухам - вы в мои земли идете, сколько скота вы гоните и сколько вас?
   - Нас два десятка мы гнали почти две сотни коров, но волки воруют скот, мы видели следы волчьи.
   - Какие же вы охотники, что волков отогнать не можете? - удивился я.
   - Так князь, дороги почти и нет, гоним скот по лесам, да мимо болот, вдоль берега путь не хоженый, вот зверье и нападает - оправдывался пастух.
   - Ладно, не пугайтесь, нет в том вашей вины - я махнул рукой - за вами вороги гонятся, скоро тут будут, так что давайте побыстрее, вот вам переправа, как только реку пройдете гоните скот по правому берегу до селения Смолянка, там дед Боян вас встретит, а мы вас прикроем.
  
   Трудная дорога по преследованию родовичей Твердислава закончилась у берега реки, на которой стояли три ладьи, а на противоположном берегу почти сотня пеших воинов.
   Болах подъехал к берегу и крикнул - эй, где ублюдок Радко, пусть выйдет?
   - Нет тут Радко - крикнули с другого берега реки - а за твои поганые слова Радко тебе язык отрежет.
   - Ахахаха-ха - засмеялся Болах - глупый Твердислав тоже Казмиру грозился своими лютыми воинами, а теперь его труп уже волки доедают, а скоро воины Казмира и вашего Радко скормят волкам. А тебе смерд, что смеет с Болахом-вепремь так говорить я сам язык вырву.
   - Вождь - к Болаху подъехал следопыт - мы следы нашли, они скот погнали по берегу вон туда.
   - Эй-Ей-й - Болах хлестнул жеребца - догнать, они на броды пошли, догнать.
   А потом повернулся и крикнул людям на том берегу - никуда не уходите смерды, я скоро к вам подъеду, про языки ваши по гутарим.
   Болах летел на своем скакуне, ветки хлестали по лицу, он видел, он сам видел след и ему не нужен больше следопыт. Сейчас, сейчас они дойдут до бродов и тогда побьют всех мерзких выродков, а их жен возьмут себе, это будет славный поход, Радко с воинами тут нет, и это хорошо. Сотня конных воинов Болаха вылетела на небольшую полянку, что спускалась к реке, но вдоль этой полянки по самой кромке леса стояли демоны.
   Демоны с рогами и мордами покрытыми длинной шерстью за фыркали при виде разгоряченных коней Болаха, а его собственный скакун от страха аж присел на передние ноги, да так неожиданно, что Болах налетел на холку и больно ударился грудью. А страшные демоны с волчьим воем полетели на застывших всадником Болаха.
   Удар, визг, дикое ржание обезумевших коней, людские вопли и вот уже перед Болахом возникла рогатая рожа болотного чудовища, а всадник, что сидел на спине у демона хлестнул мечем вождя.
   Болах был смелым воином, еще в отрочестве он на охоте спрыгнул с коня на убегающего кабана и зарубил топором дикого вепря, с тех пор его и звали Болах-дикий вепрь, и вот теперь Болах обезумел от страха, он не смог поднять даже руку со щитом и вражеский клинок обрушился ему на шлем. Шлем спас вождя и Болах уже поднял руку с копьем чтобы ударить врага, но в левый бок ударило копье другого демона, и не удержавшись в седле Болах полетел на землю.
   Он еще не до конца пришел в себя после падения, но уже видел, как несколько десятков его людей на конях убегают в лесную чащобу, а болотные демоны добывают тех, кто пытается сопротивляться. Однако из тех кто лежал или сидел на земле уже не сопротивлялся никто, они пали ниц и молили светлых богов о спасении их душ от тварей болотных, что вскормила эта земля.
  
   Не скажу чтобы этот бой был легким, как прошло стадо по броду, по направлению предполагаемого движения противника я выслал десяток разведчиков. Вражеские всадники появились по моим подсчетам примерно через час после ухода последних животных на противоположный берег Днепра. Брод находился у небольшой полянки вдоль реки, примерно в сотнях метров начинался кустарник плавно переходящий в лес. Вот у этого кустарника я и построил свое конное войско в две линии.
   Расстояние между линиями я указал в одну лошадь, а расстояние между воинами в линии всего шаг. Мы встали за кустами, я как положено князю в самом центре боевого порядка.
  Вот появилась первая группа всадников примерно человек 10, вот вторая группа, 20-30 а потом появился и остальной состав вражеского войска.
   Дааа, я если честно не представлял раньше сколько это полная сотня конных воинов с копьями и щитами, а вот тут понял, для меня это много. Вся полянка заполнилась огромной массой конницы, первый десяток уже начал спускаться к броду и я тронул коня, вместе со мной вперед пошла вся моя конница. Вначале нужно медленно выехать из кустов, чтобы лошади не споткнулись, наступив на ветку, чтобы ветка не хлестанула по морде позади идущей лошади, ведь эти животные достаточно пугливые и в панике могут просто сбросить наездника. Вот уже вышла первая линия всадников на опушку лесочка, а я повернулся и посмотрел назад, морды лошадей второй линии появились из кустов и я привстав на стременах завыл - 'аууууу'.
   Дикий вой напугал даже наших коней, моя коняшка кинулась вправо, но там уже шел другой конь и, налетев стременем на соседа лошадка попыталась рыскнуть влево, но я долбанул своего рысака щитом по голове -'ану тихо скотина блохастая' - и не дожидаясь ответа, а что его ждать, рубанул коня пятками по бокам, жеребец как спортивная машина прыгнул вперед, так неожиданно, что я удержался в седле только благодаря цепкости левой руки, что крепко держалась за луку седла.
   - Аууууу - завыли воины моего отряда, загоняя свой страх подальше, и строй полетел вперед. Я начал прицеливаться, всего то пять десятков шагов до первых вражеских всадников, а целится нужно реально, тяжеленное копье направленное вперед раскачивалось и наконечник все время плясал по кругу, вот первый противник. Я увидел глаза его лошади, в её глазах был ужас, волосатая скотина так испугалась, что попятилась назад приседая на задние ноги и тут удар.
   Трахх, копье влетело в хозяина перепуганной коняшки, а потом коняшка вначале села на задницу и одним немыслимым движением завалилась вместе с всадником на спину, придавливая своего седака к земле. А у меня это зрелище только на секунду пролетело перед глазами и тут удар уже мне в плече, бахххх.
   Ох-йоб-тить, откуда ты гад взялся? Я повернул голову, чтоб увидеть негодяя, что вмазал мне по латному наплечнику доспеха и тут прилетел еще один удар по щиту, но это уже было терпимо.
   Не отвлекаться, вторая цель, противник за щитом, пригнулся к холке коня и выставил в мою сторону копье несется на меня, а я направляю копье врагу в щит, тараххххх. Мое копье прилетает прямо в умбон противника первым и я вижу как ноги врага начинают подниматься, а всадник заваливается на спину и наконечник его копья пролетает мимо меня, а сам вражеский воин слетает с лошади.
   Вот, вот что такое стремя и высокое седло. Он слетел, а я только спиной ударился о заднюю стальную пластину седла. Его копье так до меня и не достало. Я опять отвлекся и получил удар по шлему, а потом как будто кто то стоп кран на паровозе рванул, моя коняшка так резко затормозила, что я чуть не слетел с седла через голову моего скакуна.
   А получилось совершенно дикое событие, какой то вражина просто испугался моего копья и повернул свою лошадку вправо, а я профукал маневр и наши кони на полном ходу лупанулись грудью друг о друга.
   Мое копье вылетело бесполезной деревяшкой с руки, а я быстро вытащив саблю попытался рубануть гада, что чуть не сломал мой велосипед, но боль в плече была такой нестерпимой, что сабля просто чиркнула по вражескому шлему, но вражина тоже не долго радовался, чье то копье так впечатало несчастного, что он кувыркаясь полетел на землю, а я выбросил щит, взял саблю в левую руку, правой схватился за луку седла, начал раздавать удары направо и налево. В дальнейшем, в ходе боя, всего несколько ударов прилетело мне по доспехам, а я успел лупануть врагов раз пять и вдруг враги закончились, мы пролетели сквозь строй противника и я потянул узду поворачивая лошадь вправо. Но развернутся мне помешал мой же всадник, который потянул за левый повод, и наши кони опять столкнулись.
   Пока мы разворачивались враги включили пятую передачу и понеслись на полном скаку в тот лесок откуда несколько мгновений назад мы выехали, ах ты ж мать твою.
   - Догнать, вперед - орал я, пытаясь бить врагов, что пытались встать с земли - вперед!
   Я доскакал до лесочка и понял, что моя коняшка дальше не пойдет. Что это, как это? Всего два ускорения метров по 100 в обе стороны, а у коня уже сил нет, да как так то? Это что за конница, такая?
   - Сбор, сбор - заорал я перекрикивая шум схватки.
   Где то ещё держались из последних сил вражеские воины, но шансов у них не было, пока враг отмахивался короткими копьями, наш воин разогнавшись долбил здоровенной пикой. Куда бы не прилетало копье всадника, результат один, враг летел на землю. Бой закончился только тогда, когда последнего врага ссадили с седла, добивать людей на земле было уже без надобности. Все вдруг как то кончилось, сопротивление прекратилось, так как враги побросали оружие и попадали на землю, мой конь чуть не наступил на такого "гитлер-капута".
   - Первый десяток - вяжите всех одной веревкой и гоните пленных к реке, второй десяток ловить лошадей, остальные за мной, догнать ворога - скомандовал я.
   Преследование было бесполезно, мы медленно проехали по лесу по следам бежавших воинов противника не больше сотни шагов и я понял, что гнаться по лесу за кем бы то ни было контр продуктивно, особенно если враг выбросил оружие и пригнувшись к холке коней летел напролом через кусты, и буераки. Я поднялся на стремени и подал команду развернуться назад.
   Результаты боя опять были так сказать неоднозначными. Много раненых, очень много раненых, почти два десятка и как ни странно три погибших воина болотного княжества. Я осмотрел повреждения и понял, что профессиональный враг нас растопчет как слон моську. Все три погибших имели четкое попадание наконечником копья в лицо. И раненые, имели примерно такие же повреждения.
   То есть враг имея более короткие копья, все таки бил точнее и более продуманно, а не так как я, лупил просто в щит или в туловище. Вот тут и кроется разница в классе.
   У нас было сильно покалечены 7 лошадок, которых я приказал тащить на веревке до Смолянки, там прирежем и разделаем на мясо. Все наши потери компенсировал результат боя. Пять десятков погибших воинов врага, два с половиной десятков пленных, почти семь десятков коней, что мы успели переловить. Через несколько часов, когда у переправы загорелся погребальный костёр мой отряд погрузил раненых на коней и привязав пленных к длинной веревке пошёл к Смоляной или к Смоленску.
  
  
  
  Глава девятая. УЛЬГЕРД
  
   К вечеру скорбная процессия втянулась в Смоленск, а там нас встречали Аркх с дедом Бояном и какой то представитель от переселенцев.
   Я с трудом слез с коня. Меня не то чтоб шатало, но вот такая усталость навалилась, что хотелось лечь на шкуру и вытянув ноги поспать хоть пару часиков. Не могу понять как там в 20-м веке в кино про средневековые битвы воины бьются часами с врагами, а потом еще города грабят и женщин насилуют. Я вот так устал, что если сейчас враг нападёт, то сможет взять нас голыми руками. У меня такое ощущение, что если бы не дай бог Борька Моисеев появился тут как предводитель альтернативного вражеского отряда в оранжевых труселях, то он бы успел поиметь всё мое войско и даже князя.
   - Что с пленными делать будем? - нарушил я молчание обращаясь к деду Бояну.
   - Отпусти их.
   Вот тут я и проснулся, и мое плохое самочувствие вдруг как то растворилось.
   - Как так отпустить и даже выкупа не возьмем?
   - А зачем тебе выкуп? Ты вон их вождя взял - Боян показал на одного из пленников - это Болах, у него был самый боеспособный отряд после Твердислава.
   Боян повернулся к мужику, что сидел на земле со связанными руками.
   - Что Болах, неужто посулы Казмира тебе милее чем старая родовая дружба с соседями? Пошто предал ты наш род и пошел против Твердислава?
   Болах поднял голову.
   - Нет больше Твердислава, издох он, и выродок его скоро издохнет, род его мне Казмир отдал в благодарность за преданность, а земли Твердислава все Зандару достались.
   Я ничего не понял, ведь я не знал ни этого Болаха, ни тем более какого то Зандара, а вот про Твердислава информация меня напрягла и я решил уточнить.
   - Кто убил Твердислава?
   Болах поднял на меня глаза и заржал.
   - Ахахахах, ты, это ты убил его. Ты убил его своими обещаниями и посулами счастливой жизни в далеких землях, ты сгубил всех нас. Сидел бы в своих болотах, так нет - Болах уже не говорил, он орал - ты разозлил Казмира служителя бога Вотана, ты глупец, не знаешь того, что теперь на тебя, мерзость болотная, обрушится вся сила воинов Вотана.
   Я ничего не понял, от этого спича и поэтому даже не испугался.
   - И с какого перепуга эти воины Вотана обрушатся на меня, они же с роксоланами воевать хотели?
   - Ты глупец, ты червь болотный даже не знаешь, что по мерзкие аланы все по приказу Атли пошли ромеев воевать, так что теперь все готские вожди встанут против тебя несметной силой.
   - Ты врешь человек, я слыхал, что все истинные воины пошли по призыву Атли воевать ромеев, тут только трус Казмир остался - ответил я спокойным голосом.
   - Готы, не боятся никого, готы это жрецы бога Вотана, готы это смерть несущие - засмеялся обезумевший Болах - они не служат никому, плевать они хотели на Атли, а ты глупый червь посмел стать у них на пу.....
   Договорить вождь Болах не успел, стальной клинок вошёл в его мерзкую пасть. Я вытащил клинок и обтер его о рукав, а потом посмотрел на присутствующих. Не люблю я этих тупых фанатиков, помню в той жизни так же тупорылые либерасты кричали: ".... вы все идиоты, вы влезли в Сирию, а там самые сильные, самые просвещенные, самые демократичные американцы сейчас надерут вам задницы. Это будет второй Афганистан, России конец...", и всё такое. Да воистину, непогрешимая вера идиота в своего хозяина, она просто умиляет, такие люди не способны правильно оценивать существующую реальность, они живут в выдуманном мире своих иллюзий. Вот уже мой меч у его шеи, а этот идиот все думает, что сейчас появятся орды Казмира и спасут его. Как бы не так, нужен ты им. Обычный раб, свято верующий в силу своего хозяина.
   Я ожидал увидеть, страх, ужас, осуждение, да всё, что угодно, но вот безразличия я увидеть не ожидал. Так будто комар назойливый умер, никто из присутствующих даже не поморщился. Может я без сознательно сделал то, что должен был сделать настоящий рикс? А действительно, чего это он меня червяком назвал, два раза, я считал. За такое даже в 21-м веке можно в грызло получить, а тут то и подавно.
   - Что скажешь Боян? - спросил я деда - пойдут ли на нас вожди готские?
   - Врет пес - пнул труп Боян - не пойдут, ты правильно понял , что почти все готы вместе с Атли увели своих людей в поход на ромеев, только вот такие трусы как Казмир и остались, а сколько тех сил у Казмира, так пыль одна.
   - Ты думаешь, мы сможем разбить Казмира, пока его товарищи из похода не вернулись?
   - Разбить ты его не сможешь - ответил опуская голову Боян - а вот прогнать можно.
   Вот дает дед провокатор, подумал я и какого хрена он стравил меня с этим Казмиром, если нет шанса разбить его воинов. Видно в моих глазах вопрос был написан, поэтому дед Боян ответил сам на не заданный вопрос.
   - Много поколений наш род находится под пятой готских вождей. После смерти последнего нашего князя светлого Буса, мы стали рабами. Наших лучших отроков забирают в готские дружины, а лучших дев берут себе в наложницы, с нами обращались как со скотом.
   Боян поднял лицо и я увидел красные от страдания глаза старика.
   - Ты наш единственный шанс, ты первый, кто осмелился назваться володарем земли. До тебя все володари были от родов готских. Род Твердислава был самым сильным родом, его люди не смирились, они даже находясь в свином загоне продолжали чувствовать себя свободными, а сам Твердислав убеждал вождей Деснинских земель объединиться и избрать володарем достойного и сильного мужа, как был великий Буж. Поэтому я и предложил тебе в жёны Цветану. Ты должен был связать себя кровными узами с самым сильным родом, а остальные бы пошли за вами. Но я ошибся в них - дед со злостью пнул труп Болаха - вот они уже не свободны, они смирились с рабским ошейников, они уже не люди, а скот.
   - Но ты не смирился Боян, ведь я прав?
   - Я не ошибся в тебе мой мальчик, ты послан нам самим Сварогом, а теперь отпусти пленников и отдай им тело их вождя, путь идут восвояси и скажут, что в этих землях появился настоящий володарь - князь!
   Я встал, отряхнулся, князь я или не князь, хотя теперь и не пойму что это слово означает. Вот дед Боян сказал, что слово князь означает понятие 'володарь', то есть хозяин земли. А если я володарь всей земли, то я должен быть опрятным. С трудом залез на своего коня, и поехал к полянке на которой лежали и сидели связанные воины Болаха.
   Я выехал в центр.
   - Смотрите туда люди - я показал на реку - это славная река ранее принадлежала родам князя Бужа. И пусть наш князь пал от руки подлых готов, но род наш всё еще жив. Идите и скажите всем, что в этой земле появился новый володарь. За тем лесом и болотами лежат богатые земли, я приму всех кто придет с клятвой верности, но кто придет ко мне с мечем, я ему тот меч в глотку воткну - последние слова я уже не проговорил, а прорычал - Забирайте тело своего вождя и убирайтесь к своим родовичам. Думаю следующие ваши вожди будут более разумны, чем эта падаль. Почитайте меня как володаря сей земли и я помогу вам избавится от врагов.
   Раненых мы загрузили на три ладьи, а я с малым отрядом всего в три десятка воинов о двуконь поехали к Орше.
  
   Радко устал, вот уже десяток дней и ночей он плутал в лесах и болотах уходя от преследователей. У него осталось слишком мало воинов, а враг силен. Лучшие всадники Казмира, что прошли множество сражений гнались за ним. Он не мог помочь и своим людям, что уходили в земли Чеслава. Отца уже давно похоронили как вождя, по всем правилам. Выкопали большую яму, закололи лучшего коня, посадили мертвого Твердислава на коня, в новой броне, что подарил отцу Чеслав, с лучшим мечем, с луком и полным колчаном стрел, и засыпали сырой землей.
   Просидели у могилы три дня, справили тризну, почитая всех родовичей, что погибли в сражениях, после чего отправился маленький отряд на переправу к Славутичу. У самой переправы их догнал отряд гота Ульгерда. Воины Радко на полном скаку влетали в холодные воды Славутича и вцепившись за холки коней плыли на правый берег, а люди Ульгерда засыпали их стрелами, стоя на левом берегу. Радко одной рукой держался за шею своего коня, а второй поднял щит и старался прикрыться от звенящей смерти, что сыпалась в воду вокруг него.
   На противоположный берег Славутича выбрались чуть больше сотни воинов, вот и всё, всё, что осталось от могучей дружины в три сотни всадников. Радко помнил как смотрели люди на вернувшийся отряд его брата Славко. Тогда прошлым летом его брат собрал пять сотен лучших из лучших и повел их вместе с воинами других родов, чтобы пограбить стойбище поганых роксолан. Но вернулись из того похода всего две сотни, вернулся и брат завернутый в попону.
   С трудом Радко удалось набрать еще целую сотню отроков, и вот теперь от трех сотен лучших воинов осталось лишь двенадцать десятков, что как побитые собаки бегут от ворога не решаясь даже принять бой.
   Разве этого хотел его отец, когда соглашался на дружбу со странным болотным риксом Чеславом? А может он и вправду демон? Может этот болотный рикс действительно кормит своих демонов душами младенцев и он специально заманивал род Твердислава на верную смерть, может зря отец согласился, может это самая страшная ошибка, что привела к гибели лучшего из родов антских?
   Тяжкие мысли прервал доклад дозорного.
   - Радко там ладья идет.
   Ладья медленно плыла на середине реки и человек, что приложил руку к глазам закричал - чьи вы будете и с чем идете в земли князя Чеслава?
   Вот оно как, у этого Чеслава уже и ладьи дозорные на Славутиче имеются, подумал Радко, хитрый и ушлый этот Чеслав.
   - Я Радко, мы идем к Чеславу, за нами отряд готского вождя Ульгерда гонится.
   - Идите до Орши, там вас встретят - прокричали с ладьи - а мы вниз спустимся, постережем переправу.
   Радко повернулся к десятнику.
   - Познар иди вперед к Орше и передай там людям Чеслава, что мы переправились и за нами идет погоня в три сотни конных воинов Ульгерда.
  
   - Князь - чуть не падая с разгоряченной лошади прокричал посланец - к Орше вышел посланник от Радко, их отряд ниже по течению Славутича переправился, у них чуть больше сотни воинов, а следом три сотни конных готов идут.
   - Мать твою так, а ну аллюром марш, марш - скомандовал я и хлестнул лошадь.
   Теперь можно идти намного быстрее, у каждого воина было по два коня, а у некоторых по три, мы все таки захватили семь десятков коней у отряда Болаха. Я даже не стал убивать пленников, дал каждому по сулице и отпустил на все четыре стороны, дойдут до Десны выживут, не дойдут, ну и хрен с ними, все таки от Смоленска до Десны, где проживают рода буссовы почти 300 км.
   Как не спешили, но к Орше мы прибыли только на следующее утро. Я все таки как стемнело приказал остановиться, расседлать коней и передохнуть. Я знаю что в фантастических фильмах кони воевали и днем и ночью, но вот в реальной жизни ни один нормальные воин своего коня по незнакомой местности не поведет, не дай боги конь ногу подвернет, и что тогда?
   Воины Радко уже прибыли и увидев, что в районе острога Орши собралось множество их родовичей бурно обнимались и обсуждали все последние события, а я увидев брата Цветаны сразу направился к нему.
   - Здравствуй Радко, вижу у вас был трудный переход, я уже знаю про твоего отца, прими мои соболезнования, он был мудрым вождем, надеюсь ты сможешь заменить его и будешь достойным правителем.
   Радко кивнул.
   - А откуда ты знаешь про моего отца? Никто из родовичей, кроме воинов ничего не знал.
   - Я встретил тут твоего знакомого Болаха, он мне все и рассказал.
   Рука Радко сжала рукоять сабли, а глаза стали стеклянными.
   - Где это мерзкое существо?
   - А, забудь - я махнул рукой - он уже наверное сгорел на погребальном костре, не повезло ему, случайно нарвался на мой отряд.
   - Недостойно такой жабе на костре гореть, его место в гнилом болоте.
   - Я знал, что ты добрый воин - я хлопнул по плечу Радко - а теперь я вижу что ты еще и решительный вождь. Но помни, всегда нужно проявлять уважение к своему врагу, тем более к павшему. Те, кто надругается над павшим может навлечь на себя гнев предков, мы же не готы, и не песьеголовые, мы чтим светлых Богов, запомни это Радко и воинам своим накажи, за нами правда, мы победим. А где твоя сестра, что то я её не видел.
   - Так вон там сидит с женщинами, она тебя видела, как ты на чудище болотном летел к переправе, а теперь вижу, что твое чудище это Быстроног, что подарил тебе отец.
   - Ты даже не представляешь, какая скотина упрямая - посмотрел я на коня - но быстрый это правда, в сече меня самым первым к вражеским воинам вынес.
   - А вы как на врага пойдете, ты чуть повод придерживай и строй держи, что бы колено в колено - посоветовал Радко.
   А ведь и вправду, получается, что я не имею вообще никакого опыта ведения конного боя в строю. Ведь нельзя же назвать конным боем мои бывшие казачьи потехи, которыми я развлекал публику в 20-м веке. Так бывало пролетишь с залихватской удалью, сшибая сабелькой арбузы и дыни, что стояли на специальных столбиках, а в бою важен строй и одновременный удар всей массы конницы.
   - Слушай Радко, ты часом не устал?
   - Что ты хотел спросить, ведь не о здоровье моем печешься?
   - Да я хочу ударить по тем готам, что за тобой гонятся - махнул я рукой в сторону реки - пока есть возможность врага нужно бить по частям.
   - Сдюжаем ли?
   - А что не сдюжить то, у меня три сотни пеших воинов, да семь десятков конных, да у тебя двенадцать десятков конных, нешто не побьем?
   - Ты пойми Чеслав, у Ульгерда лучшая дружина, там новиков почти и нет никого, да и броней у них много.
   - Вот, тем более я не могу Радко такой трофей упустить, где я себе сколько добрых коней и хороших броней найду? - я улыбнулся как можно шире, нужно же было поддержать как то упавшего духом воина, хотя я сам честно говоря и сомневался в возможности побить три сотни конных готских воинов, да еще и не сброд, а скованную во множестве боев дружину.
   - Принимай командование над всеми конными, назначаю тебя воеводой конной рати, я себе десяток лучших моих всадников для охраны оставлю, а всех остальных забирай под свою руку. Радимир - закричал я - Креслав, Орша, собирайтесь на совет в избе.
   Я соскочил с коня и увидел маленькую фигурку, что стояла возле сосны. Блин, нужно что то делать, не до женских проблем мне сейчас, но что то сказать нужно, все таки веста моя. По нынешним обычаям девица на выданье, которую я знаю называется "веста", а вот ту которую приведут родственники, ту которую я до брака не видел, ту как раз называют "не вестой", то есть 'не известной', а у нас там в будущем все перепутали, девиц которых перед свадьбой месяцами трахали - называют 'невестами', смешно.
   - Здравствуй Цветанушка, как здоровье твое? - блин, понимаю, что более глупого вопроса придумать не возможно, но что мне у неё про погоду спрашивать?
   - Здорова я Чеслав - ответила Цветана поклонив голову - того и тебе желаю.
   А держится девка неплохо, вот недавно ей весть принесли про смерть отца, а она как каменная фигурка, спинка ровная, лицо спокойное, хотя это наверное на нее так появление Радко повлияло. Получается, что один родственник живой имеется.
   - У нас тут война намечается не большая, ты уводи своих людей Цветана. Там где Бажена сидела сейчас воевода Гореслав с тремя десятками воинов крепостицу держит. Он муж хоть и страшный, но не злой оставь у него три-четыре десятка самых ослабевших вдов, что без мужей остались, а то боюсь не дойдут они до Ильменя. А мужи там добрые, не обидят.
   Цветана кивнула.
   - Есть много вдовьих баб, оставлю самых смирных, чтоб с новыми мужами сойтись смогли.
   - Там где висельники были, помнишь ли?
   - Как не помнить, до сих пор перед глазами - ответила она, а лицо даже не изменилось - в наших землях бабу батогом бьют, если она с дуру что натворила, но никогда, слышишь вождь, никогда бабу смертью не казнят. Баба, она другим умом живет, и вам воинам нас не понять.
   Я опустил голову, да погорячился я тогда, и что хотел доказать, кому, глупой бабе, доказать что она не права, зачем. И что с того, что доказал? Людей напугал, то да, надолго запомнят, а будет ли польза, только время покажет.
   - Там места хорошие Цветана, есть и поля и ручьи, и даже болота, где от ворога укрыться можно да и руды болотной там полно. Там хорошее семейство прожить с достатком сможет - я посмотрел на Цветану - посади там людей, чтоб с мужами и работящими бабами.
   - Нет у нас более мужей - ответила она тихо - только старики, да калечные остались, совсем род обеднел, а ты еще и войну затеял, сейчас вот и последние сгинут.
   - Даже если все головы сложат, не беда - я уже устал говорить с малолеткой, что пыталась строить из себя Мать Терезу - на то они и воины что бы за своих родовичей кровь проливать.
   А потом успокоившись добавил.
   - Что было, то уже минуло Цветана и мертвых нам не вернуть, а вот о живых заботится нужно. Там у речушки Витьбы селение стоит, что оставил дед Вацлав, мы его называем селением Витьбовским, там можешь посадить целую сотню людей, там место хорошее, река, рыба есть и зверя много, причал уже поставили для ладей, опять же небольшое городище имеется, товары буду вам по реке возить. Поверь мне Цветана там скоро будет богатое селение. А сама иди на Ловать, там у озера Ильмень городок ставьте, обживайтесь, как война закончится я вас проведаю.
   После короткого разговора я ушел на совет, а маленькая фигурка так и осталась стоять возле такого же одинокого деревца, что росло на краю полянки.
   - Итак, воеводы - начал я собрание - на нас идет три сотни лучших конных воинов вождя Казмира, думаю, что они дойдут до Орши, разведают обстановку и отойдут назад, чтобы дождаться главные силы. Мы это допустить не должны, мы должны их разбить до подхода подкрепления. Есть возможность разбить врага по частям. Есть ли у кого предложения?
   - А что тут думать? - произнес Орша - если они пойдут вдоль реки, там только одно место есть, где им придется в лес зайти, там и нужно нам ворога встретить.
   - Нужно влепить по врагу самострелами, а потом стрелки за стену щитов спрячутся - произнес Радомир - а как первые ряды конных подойдут ближе двух десятков шагов, то мы их сможем их сулицами побить, там свалка начнется, и в этот момент нужно конницей в спину ударить.
   - Готы не дураки - произнес Орша - они нас в начале стрелами издали бить будут, а как увидят, что наши ряды расстроились, то и в копья кинутся.
   - Тогда нельзя им позволить нас раньше увидеть - произнес Радко - пусть наши воины лягут в траву и кустарник, а как воины Ульгерда появятся, то вы встанете сразу, чтоб враг не успел ничего предпринять, и бить нужно разом и копьями и самострелами со всех сторон, чтобы развернутся не успели.
   - Действительно, до поры, до времени нельзя показывать ворогу, что на него кто то может напасть, внезапность нужна. Радомир ты станешь в центре, в первой линии, за тобой все арбалетчицы. Орша станет справа с наемниками, Креслав слева с пешими воинами рода Радко. Сам Радко со своими конными пойдет вперед и поставит лагерь на пути движения воинов Казмира. Радко, подбери себе место хорошее, там жгите костры, готовьте мясо, а как увидите вражеских дозорных, так сразу на коней и тикать, в лес через нашу поляну. Пусть враги за вами погонятся, а мы с дороги уйдем и твой отряд Радко пропустим, а как Радко со своими конными мимо нас пройдет, то мы тут и встанем на дороге, да в копья ударим. Ты же Радко, повернешь коней и бей ворога в копья, не дай им уйти.
   Я осмотрел всех присутствующих.
   - У нас есть только один шанс, нужно встретить врага в том месте, где он нас не ждет, если не удастся побить ворога, то медленно отходим к Орше, несколькими группами, одна группа сдерживает, вторая отходит. Там сядем в крепость и будем биться со стен. Все совет окончен, сейчас, взять запасов на пять суток, выходим сразу после полудня. Радко отправь десяток конных дозорных вперед.
  
   Мы нашли эту полянку, было трудно, очень трудно, уже прискакали дозорные и сказали что в поприще от нас ворог, а я все не мог подобрать хорошую полянку. Поприще это почти двадцать пять километров, то есть один дневной переход, и сейчас уже вражеские дозорные должны обнаружить лагерь Радко. Радко должен побить дозорных, а потом алюром улепетывать от Ульгерда. Вот через эту полянку от и проскачет, значит ставим воинов так, чтобы вражеская конница успела полностью выйти на полянку. Примерный осмотр показал, что не успеют все выйти, часть вражеских воинов останется еще в лесу, а это плохо, они могут обойти нас и ударить с фланга.
   Я отвел воинов на две сотни шагов назад, вот так лучше, вражеский отряд пройдет полянку и втянется в лес. Часть готского отряда уже вступит в бой, а другая часть еще будет у полянки, и вражеский командир не поймет что происходит впереди, ведь обзор закрывают разлапистые ели.
   - Креслав отправь воинов в лес, пусть рубят деревья и валят кронами в сторону противника, чтоб нас не обошли - крикнул я - воеводы ко мне.
   Когда все собрались, я начал проводить короткую летучку.
   - Значит так, ты Радомир станешь вон там в лесу в сотне шагов от полянки прямо на пути неприятеля - я показал пальцем место засады - за твоей спиной арбалетчицы, они бьют первыми, а потом твои воины мечут сулицы и стоят крепко пока не вернуться всадники Радко, только смотри, что бы наши кони тебя не стоптали. Казмир и Орша, вы сидите в лесу по сторонам а как Радомир завяжет бой, то дружно бьете в копья со всех сторон и не даёте ворогу развернуться. Но если всё таки ворог отойдет, то вы разом становитесь в стену щитов вместе с Радомиром, тогда уж будем бить ворога стрелами и болтами.
   Я еще раз осмотрел предстоящее поле боя.
   - Если ворог попытается обойти нас по лесу, то наткнется на завалы и вернется к полянке. Запомните дальше из леса мы не выходим, будем стоять под кронами деревьев, что бы ворог не смог нас стрелами достать.
   - И сколько мы тут будем стоять? - не довольно спросил Радомир - а если готские воины покидают стрелы да и уйдут.
   - Радко, а это уже твоя забота - повернулся я к брату Цветаны - как увидим, что враг отступает, ты вылетаешь своей конницей и бьешь германцу взад, а потом алюром назад, не вздумай там биться с ними, уходи к лесу и пусть дурные готы за тобой погонятся, хоть кто то но купится, а мы их уж встретим.
   Радко кивнул.
   - Аркх, ты стоишь со своими воинами на ладьях за поворотом реки пока не начнется бой, а потом спускайтесь ниже по реке, выходите в спину ворога, дальше бейте стрелами, и опять на ладьи, смотрите, что бы вас не стоптали.
  
  Из лесочка вылетел перепуганный всадник.
   - Наших воинов побили - кричал дозорный.
   - Кто, где? - всполошился Ульгерд.
   - Там наши дозорные на лагерь ублюдка Твердислава налетели и их побили, а Радко с воинами на коней и в лес.
   Ульгерд задумался, он отставал от Радко и его отряда почти на сутки, а тут такое везение, ворог сидит на поляне и ждет, когда его поймают, а ну как хитрость удумал. Хотя, какая с него хитрость то с сотней воинов, если малец хочет поиграть во взрослые игры больших дядек, ну что, поиграем.
   - Первая сотня - скомандовал Ульгерд - вперед догнать, притащить мне полон, говорить будем, что то тут не то.
  
   - Бегут, князь, бегут - крикнул наблюдатель с сосны.
   - Всем внимание, готовность, арбалеты взвести.
   Мимо нас галопом пролетели последние воины Радко, а ворога все не было видно, а потом появился первый десяток германцев. Так в принципе я и думал, и этих дозорных мы трогать не будем, их там люди Радко порубят, как общая свара начнется.
   Готские дозорные пролетели мимо лежавших в траве воинов Радомира и скрылись в лесу у нас за спиной.
   И вот, на поляну неспешно стали выезжать верховые, готские воины внимательно осматривали окружности, их лошади шагом приближались к моей позиции, вот осталось сотня шагов, пять десятков, три. Вот морды первых лошадей поравнялись с линией засадного полка, ну все пора.
   - Встать, бей! - заорал я - а сам вскочил и метнул сулицу, а потом кинулся на первого всадника и подпрыгнув саданул щитом его лошадь по заднице.
   Коняшка от неожиданности завалилась вправо, а я пробежал дальше за дерево, чуть не столкнувшись щитами с бежавшими мне навстречу воинами. Ударили разом, всего пять десятков воинов Радомира, но этого было достаточно, чтобы напугать и ошеломить врага, места для разворота коней не было, а бить с лошади в такой тесноте неудобно, особенно если тебя тычут копьями со всех сторон, а по верх голов пешцев летят тяжелые болты арбалетов.
   Часть конных готов, что не успели втянутся в лес развернулась и улепётывала в противоположный край поляны, а им в спину били калёные болты наших самострелов, я подсчитал всего семнадцать, семнадцать воинов мы уложили, а остальные сбежали. Это не очень хороший результат, тех кто сбежать конечно под ранили, но все таки я надеялся на лучший результат.
   Перепуганных лошадей тащили в лес, а трупы складывали впереди в линию, чтобы затруднить врагу конную атаку. Мы не успели прибрать все трупы, потому, что пираты Радомира начали раздевать и обдирать мертвецов, ну в принципе я это и так предвидел, поэтому просто встал на краю полянки и построил рядом с собой арбалетчиц в одну линию. Любо, дорого воевать с женщинами, они более воспитаны и более управляемые, им сказал "ко мне, становись", а они подошли и встали, без всяких там обсуждений.
   Вот на полянку стали выезжать и развертываться конные воины врага, а потом как то со всех сторон уже в середине полянки показались несколько десятков германцев, вышли из леса, осмотрелись и поскакали к основному войску.
   Полянка была небольшая всего то две сотни шагов и то, что с леса в центре полянки кто то появился говорит о том, что дозорные уже нашли наши завалы, а сейчас враг там у себя совет командармов устроит.
   - Внимание стрелки - я поднял руку вверх - пять десятков шагов вперед, там бейте болтами и назад!
   Я отправил своих арбалетчиц вперед а сам пошел в лесок, где мирно стоял привязанный к дереву мой Быстроног. Все первый этап боя закончен, мы справились почти без потерь, хотя я видел как оттаскивали воины Радомира своих убитых и раненых в кусты, но их было меньше десятка.
   И что самое интересное, пока арбалетчицы как в тире заряжали и стреляли, раз за разом, загоняя вражеских конников в лес пираты Радомира напяливали на себя трофейные брони. Вот же душонка то воровская, тут война, а им лишь бы пограбить.
   Перестрелка продолжалась долго, а потом мои воительницы вдруг повернулись и побежали к лесу.
   - Князь болты кончились - крикнула командирша.
   - Возьмите в мешках и вставайте во вторую линию за воинами Радомира.
   Сам я восседал на своем полу-скакуне, полу-демоне. Для меня было важно то, что вот мы тут стоим всего то одной сотней воинов, остальные наши воины пока, что спрятались в лесу пока не были обнаружены и за спинами у нас стоит отряд конных воинов Радко. Почему враг не атакует, может ищет проход в завалах?
   А дальше начало происходить шоу, один германец слез с лошади, разделся по пояс, нацепил только ножны с мечем. Тело германца было все в каких то наколках. Я с далека куполов церквей и лица товарища Сталина не видел, но что то такое должно быть это точно. Потом другой воин перекинул веревку через ветку сосны, подвели белого коня, привязали конец веревки к его шее, и на шею воину тоже накинули веревочную петлю.
   Я не мог понять, что это, а пираты Радомира начали шушукаться. Потом кто-то из готов потянул коня за узду и он пошел вперед, а воин в наколках медленно оторвался от земли и раскачиваясь как елочная игрушка повис на веревке. В это время все вражеские воины на другом конце полянки завыли заунывную чукотскую песню с элементами горлового пения.
   Жуть, белый конь так бы шел и дальше, но веревка дошла вверх на максимум и безумец в наколках прекратил свой полёт упершись головой в ветку. Повисев так несколько минут воин раскрыл рот в обезумевшей улыбке и заорал - 'ВОооТАаааН'.
   - И чего это там происходит? - спросил я стоявшего у моего стремени Радомира.
   - Это их вожак себе путь из царства Вотата в царство Одина открывает.
   - Какого Одина? - не понял я - Один же норвежский бог, или как там их, бог викингов.
   - Не знаю я никаких викингов, брат - грустно произнес Радомир - по вере готов, мы все живем в царстве Вотана, но есть возможность попасть в другой мир, нужно пройти по краю жизни и смерти. Нужно чтобы конь Одина по имени Слейпнир вознес воина в небо и тогда воин покидает царство Вотана и попадает в царство Одина, а воин перешедший в царство Одина становится непобедимым, так как он находится на границе яви и сна, жизни и смерти, мира людей и мира богов.
   - Сейчас тебе бросят вызов - как то буднично произнёс Радомир.
   Вот оно что, а говорили будто эти берсерки жрали мухоморы, какие на хрен мухоморы? Тут вон, один безумец полет ворона Одина симулирует.
   Как только висевший на ветке идиот в наколках смог прокричать слово 'ВОТАаааН', то тут же стоявший рядом с ним воин рубанул мечем по веревке и размалеванная тушка вознесшегося в небо Берсерка упала на землю. Вражескому воину помогли подняться, и посадили на коня, потом дали в руки два меча. Я наблюдал как этот недо-берсерк сидит на коне и лыбиться, глазки как у безумца, а изо рта вытекает слюна. Вот он настоящий берсерк, щитов не кусает и не кричит, просто сидит и улыбается, он уже почти в Валгаге. На серединку полянки медленно выехал готский всадник и начал что то кричать.
   Я наклонился к Радомиру.
   - Можно узнать что орет чужак?
   - Можно конечно, есть у меня толмач - сказал Радомир - но тут и без толмача понятно, он зовет тебя на поединок.
   Пока звали толмача, я лихорадочно думал, вот же блин, как то тут на этой полянке мне умирать то не охота, а может выставить самого сильного воина или тупо с арбалета врага подстрелить, если залпом лупануть, то кто не будь точно попадет. Но что то мне говорит, что не все так просто. Они эти готы на нас не нападают, потому что ждут какого-то символического акта. Ну понятно, выходит они ждут, когда их вождь могучий слуга Вотана или Одина, хрен в них разберешься, победит болотного варвара. А потом его воины, разоружат и повяжут в полон всех моих недобогатырей. Интересно, а если я убью этого сидельца с кучей наколок, неужели готы побросают оружие и сдадутся в плен? Вряд ли. Тогда зачем мне всё это? Я осмотрел лица своих воинов и понял, что попал. Вот теперь я все понял, это очередная подстава, и я в эту подставу попался как пацан малолетний, хотя , сука, я и есть малолетний идиот. Вот если бы я напал на врага до ритуала, то я бы мог побить вражеских самострелами, а потом тупо отступить в Оршу, но теперь нельзя. Мои воины четко осознают, что это разборка двух вождей и чего это они должны влезть в чужие разборки, отчего им нужно умирать? Пусть вожди разбираются меж собой, пусть вожди свою кровь проливают.
   Интересно, а если прикинутся дураком, ну типа не по статусу.
   Я повернул голову к толмачу.
   - Переведи этому человеку мои слова, скажи князь Чеслав спрашивает, а по чину ли ему биться с простым воином?
   Мой переводчик вышел вперед строя и прокричал ответ.
   В ответ на его слова воин на коне поднял какую то золотую бляху на веревке, показал нам, потом воинам вражеского отряда опять, что то прокричал.
   Толмач подошел ко мне.
   - Это уважаемый Ульгерд, он рикс, у него золотое тавро готского вождя имеется, а такое тавро выдают только людям княжеского ранга.
   Вот как, с опозданием понял я, выходит этот гот тоже вождь типа князь. Я сам себя назвал князем, вот если бы я назвал себя царем, или конунгом, то мог бы и послать этого берсерка куда подальше, а так получается, что мы равные по статусу, я князь, а он гот. Блин, походу придется рисковать жизнью, только вот раздеваться я не собираюсь, под шкурой все таки настоящий доспех из железных пластин. Выходить против раздетого по пояс воина в броне не совсем честно, не по джентельменски как то, а мне то что с того, я вообще варвар.
   Когда то, в прошлой жизни я неплохо владел сабелькой и вытворял прекрасные пируэты на коне, но вот тут и сейчас, когда перед тобой не тыква, а враг с острой железкой, может и не свезти. Да пофиг, делай, что должен, и будь, что будет. Я решительно тронул коня пятками и выехал из-за спин своих воинов первого ряда, потом сбросил в руки первому попавшемуся воину щит и вытащил правой рукой саблю, а левой взял булаву. Расставив руки в стороны я поехал вперед.
  Мой конь медленно шёл к середине полянки, а враг стоял молча, но увидев, что вызов принят, тот что то заорал, его воины подхватили вначале крик, а потом начали в такт стучать мечами и топорами по умбонам своих щитов.
   - Один-Один-Один..... - шайбу-шайбу-шайбу, тьфу, сука, лезет же в голову фигня какая-то. Это похоже защитная реакция включилась, мой мозг подставляет смешные картинки под эту сцену, что бы я не обделался со страху.
   Бум-бум-бум, в какой то момент звуки ударов копей и топоров по умбонам щитов сравнялись с шагом моего коня и я начал успокаиваться.
   Эх если бы этот бой был на копьях, то я наколол бы этого немчуру как бабочку на иголку, но сейчас придется вспоминать основы сабельного конного боя.
   Щита нет, щитов у казачков отродясь не было, казака от неумелого удара врага спасала бурка и папаха из плотной бараньей шерсти, а еще верткость в седле. Бурки и папахи у меня нет, есть шкура волчья, а под ней доспехи железных пластин и есть прекрасное седло, что позволяет мне неплохо наклоняться в стороны без страха свалиться с лошади. А вот у врага седла нет, вон сидит вцепившись ногами в бока лошади, а еще у гота есть счастье, кайф и даже конь Одина есть, а самое главное имеется два меча - это показывает всем, что готский командир крут и бесстрашен, к тому же у него моральное преимущество, он меня пугает своей волосатой грудью. Наверное в этом мире это обозначает небывалую удаль и смелость.
   Как то незаметно берсерк ударил своего коня пятками и тот рванул с места, как будто такой маневр тренировался годами, я тоже ускорил своего Быстронога и мы понеслись навстречу друг дружке, гот - в Вальгалу, а я - хрен его знает куда после смерти попадают такие как я.
   Когда до противника осталось три корпуса лошади я поднял вместе обе руки и скрестил оружие чуть впереди над головой своего Быстронога, прикрываясь от удара мечем.
   Противник приближался справа и собирался рубануть меня самой сильной рукой, а у меня правая все еще болела, поэтому я в последний миг чуть тронул правой пяткой коня в бок и тот отпрыгнув задом влево как козлик и метнулся вправо, при этом вражеский конь оказался слева от меня.
  Летящий в галопе конь очень красив, его шея вытягивается параллельно земли практически в одну линию с корпусом, тем самым голова коня значительно выдвигается вперед относительно всадника. Долго не думая я решил этим воспользоваться и со всей дури опустил левую руку с булавой на пролетающую мимо голову вражеской лошади, а моя правая рука с саблей осталась вверху. Германец рубанул меня по голове, но вражеский меч звякнул и соскользнул с клинка сабли. Я проводив взглядом траекторию полёта вражеского меча и увидел, что уже на излете тот чиркнул кончиком клинка мою лошадь и вспорол ей левую часть крупа. И это была единственная удача германца, так как его конь Одина не выдержал моего удара. Вражеский конь безвольно поджал передние ноги и кувырнулся через голову вместе со всадником.
   Я быстро положил клинок сабли на правое плече и свесился с седла вправо, рывком за узду привязанную к луке седла развернул Быстронога по большой дуге и помчался назад. Противник, несмотря на падение очухался довольно быстро и уже начал вставать с земли. Ну а дальше все как в школе учили, поднял саблю над головой и как только голова противника показалась в районе ушей лошади, резким движением рубанул саблей сверху вниз и слева на право. Вражина тоже не стоял просто так и попытался отмахнутся своим клинком от летящей сверху сабли, а вторым клинком хлестанул моего Быстронога по пузу. В какой то миг наступило странное чувство свободного полета, время будто бы замедлилось. Вот я вижу как мой клинок, что был нацелен в середину корпуса противника чуть соприкасается с клинком меча германца и немножко изменяет траекторию полёта, практически в последний момент самым кончиком своей сабли я снимаю верхнюю часть черепа гота, и в этот момент седло подо мной начитает резко опускаться. Быстроног летит мордой в землю. Проблем то нет, я уже победил, хоть всю голову срубить мне и не удалось потому, что кусок черепа с правым ухом остался на теле гота, а остальная часть воина Одина отлетела в сторону. Только вот теперь я безлошадный, мой Быстроног еще не рухнул, но сам факт провала седла уже всё для меня сказал. Мой скакун, вначале споткнулся, а я в последний момент успел выдернуть ноги со стремени, а потом Быстроног полетел мордой в землю. Последним ударом вражина перебил передние ноги моего коня и вспорол ему брюхо, жаль скотинку, все таки первая моя машина в этом мире была.
   Я чуть приподнял бедра сгибая ноги в коленях, а затем как только морда моего коня коснулись земли я резко распрямил колени и практически соскочил через голову с падающего коня. И вдруг, фу-у-уххх, мой Быстроног как и конь былинного Олега чуть не убил своего владельца, умирающее животное при падении перевернулось через голову, а его задние копыта пролетели в каких то сантиметрах от моей спины. Если бы копыта попали мне по хребтине, то это было бы окончание попаданства, от такого удара позвоночник точно бы переломился. Но как только ноги коснулись земли я по инерции побежал вперед и избежал этой грустной участи, повезло. Хотя, что там говорят философы - везет сильнейшим.
   После такого удачного приземления, я немного пробежал легким бегом, а потом перешёл на шаг, нечего князю бегать, не так поймут. Поэтому излучая уверенность с высоко поднятой головой и лучезарной улыбкой я пошёл к своим воинам.
   Всего то пять десятков шагов разделяла меня и строй моих болотных варваров, но этого хватало, что бы убедиться в том, что я правильно сделав не отдав приказа подстрелить этого гота из арбалета. Воин Одина должен был умереть честно, от моей руки, именно теперь мне обеспечено уважение и почет, а также памятник после смерти, золотой в полный рост и на коне, а еще красивая баллада со слезинкой о том как великий воин Чеслав сразил в честном бою готского чудобогатыря.
   Мои воины расступались как волна расходится перед носом корабля, а я спокойно сел на запасного коня, что мне подвели, после чего повернулся и увидел в поле коня Одина. Вражеский конь уже встал после падения, его шатало, но лошадка была жива.
   - Эй кто не будь - крикнул я - поймайте мне коня Одина.
   Из-за нашего строя вылетели два всадника и поскакали к месту битвы.
   - А чего вы так смотрите, - я обвел своих людей взглядом - это земля Сварога, нечего тут их Одину делать.
   - Аа-а-а-а! - заорала сотня глоток, красиво и мощно, эпичненько так.
   Через какое то время враги начали выезжать на полянку и строится в две линии. Ну так не честно, я же выиграл схватку. Что это за бардак, ради чего тогда я рисковал своей шкурой? Вы же это, должны были покаяться, а я вас должен понять и простить, потом я произнёс бы какую либо крутую речь, про '..что кто к нам с мечем, тот от меча и того', а вы германцы прослезитесь, раскаетесь и уйдете восвояси. Но нет, мля им повоевать охота.
   Мои люди поймали и притащили коня поверженного врага и оружие воина Одина, а также кусок черепа, само тело оставили лежать в центре полянки.
   - И зачем вы мне это принесли? - не понял я.
   - Это символ победы - проговорил воин протягивая кусок черепушки вражеского командарма.
   - Вы это помойте и привяжите к оголовью кобылки Одина - нерешительно подсказал я.
   Из вражеского стана выехали четверо воинов, как мешок с картошкой погрузили своего предводителя на коня, и спешно покинули поле боя. А вражеский отряд под какое то заунывное пение медленно тронулся вперед.
   - Арбалеты! - заорал я - два выстрела, бейте коней, потом стрелки в лес, копейщики ждём.
   Звякнули тетивы и несколько всадников упали, плохо, пять десятков арбалетов, а такой результат, потом опять звякнули тетивы, о вот уже лучше. Заржали кони, заваливаясь на траву, упали с десяток конных готов, но вдруг вражеский отряд взревел и бросился вперед. Мои арбалетчицы кинулись в лес и в этот самый момент вдруг не выдержали копейщики Радомира, и тоже побежали за арбалетчицами. Всё, пипец, сука, мои воины не выдержали 'психологической танковой атаки', я один мля остался. Я резко развернул коня и придав ему пятками ускорения полетел вперед к засаде, где стояли конные воины Радко.
   Поворачиваться я даже не думал, ветки хлестали по лицу, я еле успевал уворачиваться, а за спиной уже слышалось дыхание вражеских коней. Вон они впереди, метрах в стах стоит строй воинов Радко, первые воины расступились и я пролетел сквозь конный строй, а за спиной прозвучала резкая гортанная команда, послышалось хрипловатое ржание брошенных вперед скакунов, и гулкий топот копыт. Всё, всадники Радко бросились в копья, сеча началась.
  Проехав еще метров сто, я медленно развернул коня, утер с лица пот, и шагом повел коня в сторону звука битвы. Там за могучими дубами, всего в каких то полутора-двух сотнях шагов шла настоящая битва, не то что первые наши бои с песьеголовыми или готландскими купцами, тут все серьёзно, тут проигравших не будет, тот кто проиграл, тот по определению умер.
   Конь тяжело дышал, и боялся идти в сторону происходящего хаоса, крики, стоны, звон оружия, гул был такой, что не слышно ничего даже в десятках шагов. Я видел только спины всадников Радко, поэтому решил не лезть в кучу и направил коня вдоль этой ревущей и рвущей друг друга людской массы, обходя дерущихся с права.
   Вот прогалинка между деревьями и тут мои пешцы бьют конных, с двух сторон на конных готов наседали копейщики Казмира и Орши, вот воины Радомира наседают сзади, пытаясь отрезать врагу пути отхода, их видно, они все в трофейной броне, а вон и мои воительницы, стоят неподалеку и спокойно расстреливают конных готов.
   С земли стрелять по конному воину удобно, тем более по стоящему в трех десятках шагов. Вражеских всадников прижали так, что они не могли развернуться, германская змея заползла в водопроводный шланг и могла выползти, только пробив дыру в строю конных воинов Радко, потому как развернуться и уйти назад готам не удавалось, слишком много пеших копейщиков прижали их по бокам и слишком точно бьют вражеские стрелки.
   Я стоял и просто наблюдал, князь я или не князь, хватит с меня приключений, устал, да и от сюда видно хорошо. Где то в районе поляны послышался нарастающий вой и крики, это могло быть всё что угодно. Мог быть резерв готского отряда, или это могли быть люди Аркха, что высадились с ладей. Я тронув пятками коня и поехал посмотреть, что там происходит. А там была смерть, сотня спешенных гребцов Аркха, неслась с воем и криком со стороны реки, что бы присоединится к избиению германцев. Если несколько мгновений назад у врага еще была призрачная надежда прорваться и сбежать, то теперь она растаяла как утренний туман, все "фи-ни-та ля комедия", две с половиной германские сотни против моих четырех, шансов у врага нет, тем более в лесу.
   Германцев добивали больше часа, а потом была радость крики, визги, грабеж мертвых воинов врага, их просто вытряхивали из доспехов, а по лесам уже слышались стоны. Там кого то трахали.
   Вот блин и что мне делать, это там кто то сношает моих воительниц. А вдруг так надо, вдруг по согласию? Если даже и нет, то что я сейчас сделаю? Попробуй только влезь, так и тебе сгоряча всунут. Нет все таки женщин с собой возить опасно, а вдруг какая не будь воительница возьмет да и лупанет болтом в озабоченного сослуживца, и начнется кровавая бойня. Хотя вряд ли, вон там в 21-м веке у 'просвещенных европейцев' трахать в задницу сослуживцев стало просто нормой поведения, а некоторые потом от радости даже пол меняют за государственный счет, и ничего.
   Я выехал на полянку, спешился и увидел сидящих на земле десяток женщин, о ни фига себе, значит тут не всех любят, есть те кто не захотел присоединится к празднованию победы остались все на полянке. Выходит не все так плохо. Я не успел ничего сообразить как одна из девиц встала, решительным шагом подошла, взяла меня за руку и потянула в лес. Ааа, понятно, тут наоборот моих воинов насилуют, а я то за воительниц испугался. Женщина странное существо, вот тут только, что их пытались убить, а прошло всего пол часа и она вот так князя. Князя! Ёп-тить, хвать за руку и в кусты.
   Отдохнули мы знатно, вернее это не отдых а праздник, почти День победы, в этот вечер я ходил со своими арбалетчицами еще три раза. А потом мне привели коня Одина, коняшка была красивая, и совсем не конь а кобылка. Странное дело, выходит Фафнира это женское имя. Морда правда у кобылки побитая, от моей булавы след остался, ну ничего, главное коняшка выжила, я снял с павшего Быстронога седло, надел на Фафниру, посмотрел, вроде подходит, ну ничего потом подправлю. Потом снял седло, стреножил животинку и отпустил пастись, а сам пошел к костру.
   Воины уже и пограбили, и по трахались, и поели.
   А теперь стояли и завороженно смотрели на погребальное пламя огромного костра, пожирающее павших.
   Потери были колоссальные, у Радко погибло почти пять десятков конных воинов. Его отряд грудью встретил удар латной конницы германцев, встретил и устоял, только благодаря глубокому построению боевого порядка, что ограничивал маневр, к тому же в лесу противник не мог ударить во фланг и пытался проломиться грудью. А потом на врага навалились со всех сторон наши копейщики, и когда пришел Аркх со своими речными разбойниками, то шансов у германского отряда уже не осталось.
   Пеших тоже полегло много, но меньше чем у Радко. Пешие могли тыкать врага копьями и держатся от вражеских мечей на расстоянии, но ударить в человека. Сидящего выше тебя и при этом попасть в критическую точку организма очень сложно, из-за этого копейщики вначале истыкали копьями несчастных готских коней, а потом уже добивали спешенных германцев.
   Я подошел к молодому командующему.
   - Не печалься Радко, их души ушли в ирий счастливыми, они смогли отомстить подлым германцам, и ты смог.
   - Нет - Радко повернулся ко мне - я должен убить Казмира, только тогда мой род смоет бесчестите кровью, мы не смогли защитить своего вождя, это позор всем воинам рода, и этот позор смывается только кровью Казмира или нашей кровью.
   Я как то неожиданно для себя обнял Радко.
   - Любые обиды лучше смывать кровью врага, не переживай воевода, будет у тебя голова Казмира, вон у меня же есть голова Ульгерда, и конь Одина есть, вернее кобыла, хочешь забери себе.
   - Хорошая кобылка - подтвердил Радко - но все трофеи, что от убитого Ульгерда остались твои, значит и кобыла тоже твоя. Мои воины наловили почти сотню вражеских коней, остальных к сожалению побили, даже покалеченных придется добивать.
   - Тяжело раненых коней, режьте на мясо прямо здесь, остальных даже чуть под раненых тащим до селения Орши, там уже если подлечить не удастся, то разделаем на мясо. Ночуем тут, уходим в Оршу с рассвета, воеводам выставить охранение.
   Я пошёл к своим воительницам и отвел Милену в сторону.
   - Слушай Милена, вы как останетесь на ночь, или пойдете в Оршу прямо сейчас? Я могу отправить всех раненых с вами.
   - А чего это мы должны уходить? - не поняла Милена.
   - Ну как, а если наши мужи приставать начнут к твоим воительницам.
   Она посмотрела на меня как на дитя.
   - Нешто ты князь думаешь, что волчица должна волка боятся? Не бывать этому, а дети буду знатные, у тебя хорошие воины.
   Да видно мне еще долго разбираться в психологии и логике действий людей этого мира. Как бы то ни было, но спать мне не дали, вначале я ходил в лес, когда меня за руку таскала очередная воительница, а потом я устал, просто лег на мох и сказал - сами сюда ходите. И ходили, до утра, а с рассветом я усталый сел на кобылку Одина и уснул. На шее у меня висела золотая бляха готского вождя Ульгерда, а на голове у моей новой лошадки между ушей был привязал отрубленный кусок черепа вражеского полководца.
   Варварская страна, варварские нравы.
  
   - Слушай Радко - обратился я к командиру моих кавалеристов - мне нужно провернуть одно дельце.
   - Что ты задумал?
   - Я хочу людей к вождям родов буссовых заслать с золотом и предложением мира.
   Радко повернулся к деду Бояну.
   - Он что и правду это говорит, и ты ему ничего не скажешь?
   - Ты не горячись Радко - дед Боян налил себе воды в красивый серебряный кубок - Чеслав хорошие слова говорит, мы можем вбить клин в воинство Казмира, его боятся не нужно, мы разбили самых сильных, а теперь можно купить самых трусливых.
   - Я хочу людей от тебя послать - я посмотрел Радко - пусть твои люди проедут по родам и скажут, что Радко разбил отряд Ульгерда, взял воинов у Чеслава и теперь идет мстить за убитого отца. Кто из вождей встанет под руку Радко, получит золото, землю и нашу защиту, а так же жен и детей тех, кто встанет против Радко.
   - Ты хочешь прикрыться моим именем?
   - Ты подумай, кто я для ваших вождей? Князь болотный, что кормит демонов младенцами, а вот ты, смелый воин, что мстит врагу за смерть отца, за тобой многие встанут.
   - Чеслав дело говорит - молвил дед Боян - сейчас Казмир воинов собирает, а ты пока проедешь по селениям и со старейшинами поговоришь, а если кто и не послушается, так у тебя будет сотня бронных воинов, такую силу с нахрапа не возьмешь.
   - Возьмешь золото - уточнил я задачу - и пойдешь о двуконь по землям родов ваших, там воинов нет, Казмир где то уже армию собирает, и ты либо уговоришь людей, либо подкупишь, либо побьешь родовичей тех, кто увёл воинов к Казмиру, врагов нужно наказывать, а друзей привечать. Это будет хорошим сигналом остальным родам Буса.
   - А как отправят старейшины посланцев к Казмиру, чтоб сказали что я пришел? - спросил Радко.
   - Так и пусть отправляют, это еще лучше, в стане врага начнется паника, ведь Казмир всем сказал, что твой род в назидание другим уничтожен, а тут ты герой, на белом коне, с мечем мстителя и борца за свободу пролетариата, да еще и с золотом.
   - Кого-кого? - спросил Радко.
   - Пролетариата - пояснил я - это ромеи так всех бедных и обездоленных называют, так ты получатся теперь за них и придешь заступаться как спаситель рода.
   - А ежели пойдут, что тогда с ними делать?
   - А если пойдут, то веди их той дорогой, что твой род шел до Смолянки, - сказал я - тех что придёт я посажу на земли хорошие. И дед Боян поедет с тобой - я посмотрел на старика.
  Тот кивнул.
   Я наклонился к уху Бояна.
   - Ты тоже возьмешь золото. Радко пусть сам пробует договариваться, а ты по старинке со старейшинами поговори, в крайнем случае просто выкупи у них весь скот и брось там, а людей веди к бродам у Смолянки. Можете коней купить или поменять у соседей, что бы путь быстрее был.
  
  
  Глава десятая: БОЛЬШОЙ ПОХОД
  
   Лицо Казмира было чернее тучи. Ведь по древним верованиям его народа, Вотан существует в окружении дружины-свиты доблестных мужей. Подобно ему, германский вождь, имеющий божественное происхождение либо заслуживший свой авторитет доблестью, стремится во всем подражать божественному образцу и ищет достойных товарищей для своей свиты. Однако лучшие из лучших свиты Казмира пали в битве с вождем дикарей Чеславом, со странными демонами из болот. Вчера прискакали четверо воинов, что привезли тело Ульгерда, они рассказали какая печальная судьба постигла воинов-ассов.
   - Зачем, скажи мне Свенельд? - не успокаивался Казмир - зачем Ульгерд пошел на этот бой, зачем он вызвал этого дикаря на поединок берсерков?
   - Прости Казмир, но мы не смогли удержать Ульгерда - опустил голову Свенельд - дикари разбили дозорных и наши воины оробели. Шаманы сказали, что дух белого волка напал на наших воинов и лишил их доблести, чтобы победить тот дух, нужно было выставить берсеркера.
   - Да кто вам сказал, что у дикарей есть свой берсеркер? - заорал Казмир - зачем вы допустили этот глупый поединок?
   - Мы видели его вождь - проговорил Свенельд - мы видели их рикса Чеслава, он настоящий берсерк, у него душа повелителя зимы. И Ульгерд решил сам с ним сразится. Ульгерд прошел все ступени, он выдержал полный полет ворона Одина к самому высокому суку и сумел призвать в свидетели битвы самого Вотана.
   - Честная ли была битва? - спросил Казмир.
   - Он демон, вождь это не человек - прошептал Свенельд - одним ударом он свалил лошадь Ульгерда, а вторым ударом срубил ему голову, всего два удара.
   - Но почему вы не смогли разбить две сотни лесных дикарей? - заорал Казмир.
   - Нас обманули - склонил голову Свенельд - дикарей было больше четырех сотен, они были везде, они набросились на наших воинов со всех сторон, они били заговорёнными стрелами, которые пробивали щиты наших воинов. Мы взяли тело Ульгерда и пересидели в лесу до ночи, а потом переправились на левый берег ДанАпра и ушли.
   - Ты говоришь четыре сотни? - Казмир уже успокоился и пытался рассуждать здраво - а много ли наши воины побили дикарей?
   - Больше сотни - ответил Свенельд - мы видели погребальные костры.
   - Мы не смогли с честью проводить наших павших в подземное царство Хель и они не смогут праздновать на пиру с Ваннами и Асами, это позор - тихо произнес Казмир - Только кровь врага спасет души павших, оправь людей по селениям людишек буссовых, пусть придут все. Все кому наскучила мирная жизнь своего рода, пусть придут те кому претит работа в поле и уход за скотом, пусть придут те, кого тяготит привязанность к матери-земле, в которой спят вечным сном предки, ибо место воина не в земле, а в небесном царстве, за одним столом с воинами Ваннами.
   Казмир встал.
   - Скажи родам, что живут по десне и Сейму, всех кто придет я приму в свою семью, и они будут мне сыновьями, а я поклянусь на мече оберегать их как своих детей. Мне не нужны пахари, мне нужны воины, мне нужны мужи - доблестные готы. Зовите шаманов, пора откапывать курганы и разжигать горны.
  
   Три ладьи подходили к порогам на Славутиче.
   Аркх осмотрелся и подал команду - разворачивай, сбросить якоря, стоим тут, на воде, ждем.
   Вдалеке на берегу виднелись несколько десятков возов кочевников, кони пили воду, собаки грызлись за кость, но казалось бы никто не обращал внимание на остановившиеся у порогов суда.
   Прошло достаточно много времени, как к воде на не большой лошадке подъехал человек и что то начал кричать, призывая рукой подойти к берегу, а вокруг зовущего постоянно бегали человек десять оборванных мужичков.
   - Лодку отвяжите, двоих на весла и мне один меч Чеслава дайте - скомандовал Аркх.
   Лодка медленно пошла к берегу и остановилась в нескольких десятках шагов от берега.
   - Здрав будь человек хана Кугума, я Аркх торговец князя Чеслава - прокричал Аркх - с кем я говорю и есть ли у тебя толмач?
   Всадник осмотрелся на своих сопровождающих и один из них поднял руку, после чего всадник кивнул, и мужичок что то затараторил подойдя ближе к лошади. Потом всадник что-то сказал мужичку и тот подбежав к воде заговорил.
   - Это сотник хана Кугума, великий воин Баламбек, он спрашивает куда купцы плывут и что за товар везут?
   - Я Аркх, купец князя Чеслава - повторил представление Аркх - мы торгуем по реке Славутич, продаем доброе железо и мечи, но наше оружие дорогое и не каждый может его купить, вот мы и хотим спросить не знает ли уважаемый Баламбек где здесь есть славные воины, что захотят купить добрые мечи?
   Толмач перевел, а всадник засмеялся, а потом вытащил свой меч и что то сказал толмачу, после чего тот подошел к воде.
  - Уважаемый Баламбек говорит, что у него много хороших воинов и у каждого из них есть лучшие мечи, что только можно найти на пространстве от Дамаска и до Рима.
   - Скажи своему уважаемому хозяину, что наша земля находится далеко от Рима, но наши мечи лучшие в этих землях.
   Толмач перевел.
   Всадник подъехал ближе, его конь зашел по колена в воду и воин рычащим голосом что то проговорил.
   А толмач дрожащим голосом перевел.
   - Мудрый Баламбек говорит, что язык человеку дан не для того чтобы похвалятся, а плохие языки, что говорят неправду Баламбек отдает своим псам.
   - Отчего же уважаемый Баламбек считает, что я похваляюсь? - удивился Аркх - вот мой меч, покажи его своему хозяину пусть он сам посмотрит и испытает его.
   Аркх махнул рукой и гребцы подгребли ближе к берегу, а Аркх снял с плеча перевязь меча в ножнах и передал толмачу, а тот поднес меч и с поклоном подал своему хозяину. Роксоланский сотник сдернул завязку и взмахнул рукой, небрежно отбрасывая ножны в сторону.
   Долго, очень долго сотник вглядывался в сталь, а потом что то крикнул и к нему подбежал здоровенный мужик. Баламбек протянул тому меч и смеясь что то крикнул, а здоровяк притащил камень бросил у ног лошади, положил меч клинком на камень, а рукоятью на землю и растянув рожу в ухмылке наступил ногой на клинок. Меч прогнулся, но не сломался, мужик убрал ногу, а клинок меча принял исходное положение. Мужик почесал голову потом поднял клинок и подал сотнику.
   Баламбек посмотрел на клинок в фас, в профиль, поковырял ногтем и кивнул, потом повернулся в Аркху и спросил - сколько таких клинков может сделать твой род?
   Аркх с грустью вздохнул и развел руки.
   - Такие мечи делает не один человек, сотни людей добывают руду, пережигают уголь, плавят железо, потом днями и ночами выбивают из железа шлаки. Такой меч мастера делают три луны, но на наши земли повадились ходить тати, они воруют людей, убивают мастеров, а князю Чеславу приходится всех людей держать на стенах и в крепостях, горны потухли, работа стоит. Прости славный Баламбек, но мы привезли на продажу только десяток таких мечей.
   - А что за тати ходят в ваши земли? - спросил через толмача Баламбек.
   - Готский вождь Казмир, аки тать ходит в наши земли, мы уже и били его воинов и прогоняли, а он набирает новых и как хитрый лис приходит вновь и вновь - с грустью промолвил Аркх.
   - Я возьму все твои мечи, сколько ты хочешь за такое оружие?
   - Я не знаю, сколько у вас стоит доброе железо, вожди народа Буса за такой клинок дают целый табун в десяток лошадей.
   - Это хорошая цена, для такого меча, я дам тебе по весу золота за каждый меч.
   - Да будут тучными твои табуны многоуважаемый Баламбек - произнес Аркх - но не мог бы ты сейчас рассчитаться со мной, а то мы должны уйти, что бы до темноты миновать земли жадного Казмира.
   - Здесь нет земель Казмира - гаркнул Баламбек, когда услышал перевод - это всё земля хана Кугума.
   - Очевидно тати Казмира не уважают хана Кугума и позволяют себе грабить купцов на его земле - грустно молвил Аркх.
   Всадник снял с шеи серебряную пластинку на шнурке и бросил в лодку.
   - Это ярлык хана Кугума, покажи его любому человеку, и если он осмелится на тебя напасть или ограбить, то целый кош (тысяча воинов) великого хана придет, что бы покарать наглеца и растоптать копытами коней всех татей в степную пыль.
   Аркх поднял ярлык, поцеловал в знак уважения и повесив себе на шею низко поклонился, а потом сказал - вези золото уважаемый Баламбек, а я привезу мечи.
   Когда привезли золото, то Аркх понял, что хитрый Баламбек решил таки обмануть торговцев. Он дал не золото, а золотое барахло. Всякие кубки, тарелки, кувшины, какие то женские украшения и даже перстни. Но Чеслав сказал брать всё, что предложат и сильно не спорить, главное завлечь, заинтересовать, а потом уж пойдет настоящая торговля.
   Когда обмен был произведен, Баламбек что то сказал толмачу, а тот перевел.
   - Уважаемый Баламбек сказал, что торговая пошлина на земле хана Кугума составляет десятину.
   - Тот меч, что уважаемый Баламбек испытал пусть останется как уплата налога, а за эти девять мечей вы заплатили по уговору - произнес Аркх.
   Маленькие губки Баламбека растянулись в хищной ухмылке и он кивнул, а потом толкнул длинную речь, повернул коня и уехал.
   Как лошадь со всадником скрылась в пыли толмач перевел.
   - Великий Баламбек сказал, что доволен сделкой и велел тебе передать своему вождю, что сам хан Кугум может купить сотню таких добрых клинков.
   Когда золотые изделия засунули в мешки и загрузили на лодку Аркх бросил толмачу золотую монетку.
   - Эй толмач, а скажи как относится хан к германскому вождю Казмиру?
   Толмач поймал монетку и спрятал её за щеку, а потом произнес - ханы и вожди аланского рода служат великому Атли, а сам Кугум то тесть Атли. Сам Атли не любит спесивых готских военачальников, однако тех кто пошел в большой поход наш царь привечает и даже награждает долей от добычи. Но трусливый Казмир в поход не пошел, сославшись на войну, что он ведет с северными дикарями.
   - Ты человек будешь получать по одной золотой монете каждый раз как я буду приходить сюда - сказал Аркх - но ты мне будешь рассказывать все последние известия о делах хана и германских вождей. А если вести будут действительно важными для моего князя, то он заплатит в трое.
   Пора было уходить, задание что дал Аркху Чеслав выполнено, мечи проданы, информация о княжестве Чеслава и его войне с Казмиром доставлена смотрителю здешних земель хану Кугуму, агент найден и практически завербован. Впереди ждал тяжелый путь вверх по реке, а на вырученные от продажи железа средства Чеслав велел набрать наемников, в селениях по правому берегу ДанаАпра.
  
   В светлицу вошёл воевода Креслав.
   - Князь прискакал человек от Бояна.
   - Да пусть заходит - махнул я рукой.
   Посланец вошел и поклонился в приветствии.
   - Говори.
   - Мы были во многих селениях, и встречались с вождями, много родов решились и ушли к Смолянке, но дед Боян просил передать, что германцы вскрыли курганы.
   - И что? - не понял я - что за курганы, что с того?
   - Ритуал князь - проговорил посланник - германцы куют мечи и закапывают их в землю, чтобы сталь за долгие года покрылась желтым порошком, а когда приходит время священной войны, такие клинки выкапываются и колдуны-кузнецы их перековывают создавая оружие Одина. Германцы по приказу Казмира вскрыли все курганы.
   - А сколько может быть клинков в одном кургане?
   - Сотня, сотня клинков в одном кургане - посланец опустил голову - это война на истребление, они придут, чтобы отомстить, они вскрыли все курганы и начали проводить ритуалы посвящения воинов-готов.
   Я что то слышал про древний способ очистки стали, это делали еще кельты, они применяли систему очищения железа "при помощи коррозии". Этот способ требовал немало времени, не был технически совершенным и эффективным. Кельты закапывали клинки в землю, чтобы часть металла превращалась в ржавчину, таким образов очищались шлаки, затем извлекали мечи и подвергали вторичной термообработке, добиваясь качества стали близкой к дамасской. Тут все понятно, нужно много оружия и Казмир приказал перековать все мечи для вооружения армии, ну правильно, я ведь добыл достаточно трофейного оружия у побитых воинов Ульгерда. Соответственно сработал стандартный закон сохранения, то есть, если у кого-то прибыло, то соответственно у кого-то убыло. То есть у меня появилось доброе железо, что я снял с убитых воинов Ульгерда, а у Казмира доброго оружия поубавилось. Интересно, я то такое ритуал посвящения?
   - Что за ритуал посвящения? - спросил я.
   - Германцы собрали самых сильных отроков из всех родов наших и будут их посвящать на службу Вотану, это жертвоприношение - ритуальное поедание сердца врага.
   Во, фига се, эти идолопоклонники как аборигены, что съели Кука, будут людей жрать? А я то думал, что эти готы нормальные.
   Тааак, эту нечисть нужно истребить под корень, вместе с посвященными коллаборационистами, перевоспитать таких отроков не получится. Хотя в 21-м веке отдельные ублюдки от политики рассказывают, что тварей зигующих на костях своих родичей можно перевоспитать. Мол проведешь с ними пару бесед, воспитательных мероприятий, лекций там про вред нацизма и все забирайте нового, очищенного от грехов гражданина и члена свободного европейского общества.
   Неее, уроды вы либеральные, только сталь таких тварей может перевоспитать, всех к ихней мерзкой Хель, пусть там празднуют свои победы с одноглазым Одином.
   - А что рода буссовы, хотят ли кто уйти от Казмира? - спросил я.
   - Мы уже выкупили часть скота у тех, что собираются переселятся и перепродаем другим родам, а у них скупаем всех коней. Если что Боян приказал резать скот, чтоб Казмиру не достались. Радко просил передать, что три рода уходят по Десне к Смолянке, но есть те кто послал донос готу Казмиру. Сейчас Радко стережет берег от воинов Казмира, что бросятся в погоню.
   Плохо дело, подумал я, могут и побить Радко, ведь у него всего сотня воинов.
   - Иди воин отдохни.
   Воин вышел.
   - Креслав возьми три десятка конных и иди на Смолянку встречать переселенцев, с собой возьми охотников чудинов. Как переселенцев встретишь пусть охотники их ведут к Ловати и на Ильмень озеро. Знаю далече, но дойти должны. В лесах много дичи, а в реках рыбы. Возьми ладьи и свези побольше припасов Витебск, там людей можно подержать пару деньков пусть сил наберутся и отдохнут, ну а дальше в путь до Ловати. Серебра возьми, если какая скотина выдохлась и дальше идти не сможет, выкупай и оставляй в Смолянке, там вообще можно несколько сотен людей на проживание оставить.
   - А ты как же князь не пойдешь ли со мной?
   - Нет Креслав ты воевода хороший, сам справишься, а мне нужно селения, что по Ловати встали объехать.
   Креслав улыбнулся.
   - Сказывали люди, что Цветана знатный острог на Ильмени ставит, и называет его просто Городок, чудно как то.
   Я повернулся к Радомиру.
   - Как ты смотришь брат, на то что бы еще раз к Руянцам сходить? Я думаю Казмир нас до зимы не побеспокоит, все таки перековать даже две-три сотни мечей и подготовить к войне дружину на то время нужно.
   - Схожу, только не за товаром, а за долгом - криво усмехнулся Радомир - они мне должны.
   - Рано, брат, рано нам с ними воевать, нужно как раз за товаром сходить, только на этот раз не на твоих кораблях, те корабли ты уже в море засветил, нужно вот на больших двенадцати вёсельных дощатниках по морю прогуляться, они и груза больше берут, да и команду до сотни воинов можно посадить.
   - От куда у меня две сотни человек? - удивился Радомир - вот если ты мне воительниц дашь.
   - Не дам - прервал его я - пока будут товары на суда грузить ты отправь людей к Гореславу, там уже больше сотни мужей пришли, дурью маются, вот и забирай себе половину в свой отряд.
   - Слушай Чеслав, а зачем мне идти к тем Руянцам, пошли к германцам сходим?
   Я сначала не понял Радомира.
   - А как ты собираешься до германцев идти, что через все море попрешься, мы и так всю торговлю себе закрыли, рано нам с германцами ссориться?
   - Та не брат, ты меня не так понял - усмехнулся Радомир - давай сходим к тем германцам, что по Десне сидят. Пока готы к войне готовятся и свои курганы вскрывают мы их родовичей побьем.
   - Ты Радомир идею хорошую предложил - я почесал затылок - только, что нам с тех пяти ладей, что на Славутиче у Аркха? Пять ладей возьмут всего две сотни воев, с таким числом германцев не побьем.
   - Ты что, у тебя же куча судов на Янтарной, перетащим по земле на Славутич и спустимся до Десны, а потом вверх по течению пройдем и все берега от ворога почистим. Те рода, что не ушли с Радко, по любому потом с Казмиром к нам придут, так чего нам ждать то?
   - Ты молодец брат - я обнял Радомира - подбирай суда, а я людей отправлю пусть бревна в Витебске рубят, по бревнам корабли потащим до Славутича, я думаю дней за десять перетащим.
   - Нет, раньше справимся - махнул рукой Радомир.
  
   Привели восемь относительно маленьких судов к Витебску и начали проводить первый волок судов от Западной Двины в Днепр. Это потом наверное лет через тысячу так будут называться эти реки, а теперь это первый волок из Янтарной в Славутич.
   Народа собрали целое войска, две сотни пеших воинов из Полоцка и шесть десятков воительниц с новыми самострелами. Суда тащили волами и лошадьми, первые десять поприщ было трудно, а потом брёвен стало все больше и больше, лесорубы уходили вперед, расчищали дорогу и готовили брёвна. К тому же появился уже какой никакой опыт постоянной переноски бревен с кормы последнего корабля под нос первого. Вот так варварски мы тащили сразу весь караван, а последнее бревно, просто цепляли к паре лошадей и тащили вперед нашей процессии.
   По пути забрали три десятка мужчин из селении Гореслава, а у Орши забрали сразу сотню.
   Когда пришел Аркх, то наша флотилия насчитывала аж 13 судов. Я вначале подумал, что цифра неудачная, но потом вспомнил, что в этом мире 13 месяцев, а это получается счастливая цифра, я махнул рукой и даже плевать через правое плечо и крестится не стал. Тринадцать так тринадцать.
   А вот воинов собралось аж пятьсот человек. Я могу вам сказать, что это было неожиданно даже для меня, я никогда и не думал, что можно собрать такую рать. И когда начался первый поход вниз по Славутичу-Днепру это была как сказка, я как Ди Каприо стоял почти всю дорогу до устья Десны на носу первой ладьи и всматривался в берега. Я человек из будущего, что я хочу увидеть вот так стоя на носу судна, летящего вниз по течению реки?
   То там, то там иногда попадались насколько шалашей, но людей видно не было, иногда мы встречали лодки, самые настоящие лодки, вытащенные на берег.
   Видно нас успевали обнаруживать заранее и все живое просто сваливало в леса. У самого впадения Десны в Днепр мы обнаружили достаточно большой укрепленный городок по левому берегу реки. Со стен деревянной крепости на нас смотрели вооруженные люди и показывали пальцами, но выйти навстречу ни на ладьях ни на лодках для переговоров они не осмелились.
   - Чье это селение? - спросил я Аркха.
   - Это готское селение, но его трогать нельзя, иначе они не пустят наши суда вниз к порогам - ответил Аркх - тут вождем старый Алькен сидел, так его убили десяток лет назад, и селение сожгли, а вот люди пришли и опять отстроились.
   - А кому теперь это селение подчиняется? - переспросил я.
   - Известно кому - усмехнулся Аркх - хану Кугуму дань платят, но местный вождь входит в совет готских вождей и люди сказали, что увел местный готский рикс свою дружину к Атли.
   Ну тогда и так понятно, что их трогать нельзя, иначе нам Атли матку вывернет наизнанку, подумал я.
   - А как называется селение? - поинтересовался я.
   - Это селение называется Данпарстарие, а раньше называлось Хлодвиг, так звали старого вождя, но его убили.
   Я понял что Данпарстарие это примитивное обозначение типа 'Город на реке'.
   - Интересная практика, называть селения по имени вождя. А когда этот вождь уйдет к предкам, что селение переименовывать? - спросил я.
   - Иногда и переименовывают, но как правило селение продолжает носить название до тех пор, пока правит семья вождя, а как меняется правящий род, то меняется и название селения - усмехнулся Радомир - иногда при смене династии вождей и селения того уж не будет, одни пепелища.
   Мы шли ходко весь световой день почти по 14 часов в сутки и проходили в день до сотни километров. И потому путь от Орши до устья Десны прошли за трое суток, а потом пошли очень медленно.
   - Слушай брат - спросил я Радомира - а что мы будем делать, если встретим селение?
   - Подходим, выходим на берег и спрашиваем, а чей сей городок? - усмехнулся Радомир - если скажет что вождя Казмира, то режем всех мужчин, пользуем всех женщин, забираем все железо и идем дальше. У тебя уже пользовалка выросла, а брат? - заржал Радомир, а его смех подхватило пол команды ладьи и даже мои воительницы, ну никакого уважения к князю, дикари.
   Первое селение попалось через два дня, оно оказалось достаточно мирным и принадлежало людишкам буссовым. Мы сошли на берег, переговорили со старейшинами, но это не спасло селение от мелкого грабежа, мои воины как водится про шерстили все землянки, по забирали все топоры, копья, луки и все, что может в нормальном обществе считаться оружием. Как водится без насилия тоже не обошлось. Странные дела, местные женщины как то вяло сопротивляются, как бы признавая сам факт того, что мужчина может брать любую женщину, если у нее нет сильного защитника, а защитников не оказалось, хотя были попытки возмущаться.
   Так же произошло и со вторым и с третьим селением, а после четвертого я уже начал сомневаться, а есть ли смысл идти дальше, ладьи забиты трофеями, а мои людишки уже перестали быть не то что освободителями, а даже и мстителями. Теперь, чисто по повадкам они стали обычными бандитами. А я наивный, хотел проводить агитацию по поводу переезда в мои земли, да после такого турпохода, меня будут боятся как огня, а на моих торговцев будут кидаться с топорами еще при подходе к селениям. Я конечно рассказал о своих сомнениях Радомиру, но оказалось, что опять я ничего не понимаю в здешних реалиях.
   Тут нет понятия национальности, пока нет понятия даже веры, есть понятия территории. То есть контролирует эту территорию скажем Казмир, и все люди его, не зависимо от того готы, они или прото славяне, потому, что по праву силы Казмир свернет шею любому, кто попытается хоть слово против сказать. А вот мы пришли и сказали "ВАШ КАЗМИР ЛОХ", забрали всё оружие из родов и показали всем, что дружить с Казмиром сейчас опасно, так как все люди Казмира находятся под большой угрозой полного истребления. Теперь вот дойдет информация до готского вождя о нашем походе и Казмиру нужно будет постараться, чтобы не только снарядить экспедицию против меня, но и попытаться защитить семьи своих воинов, а то его воины сразу разбегутся, как узнают, что в тылу кто-то партизанит.
   Пятое селение не было ни славянским ни готским, однако моих воинов это не остановило, резня началась сразу как только с берега окликнули наши суда на незнакомом языке. Кто то из воинов принял местных за готов и пустил стрелу, которая убила пастуха, а потом была высадка, и настоящий средневековый грабёж.
   Вырезали почти всё селение, и этой бойней командовал сам Радомир. Зачем? Видно в горячке боя или с перепугу, мои наемники не стали разбираться кто перед ними, ну если говорят на чужом языке, то значит враги, какая там толерантность. То есть бежит наш наемник за девкой, а навстречу бабка выскакивает. Ну воин её мечем хрясь, и побежал дальше. Вышел дед из дома, опираясь на посох, а его тут же стрелами нашпиговали, посоха они испугались, подумали мол, что у деде копье такое.
   Я спокойно ходил по усыпанному трупами селению и оценивал уровень развития местных людишек. А селение было более чем развитым. Более развитым, чем все те, что я видел ранее, в этом селении не было землянок, люди жили в нормальных срубах, я даже нашел кузню с огромной кучей инструментов. Кликнул воинов и мы перетащили в ладьи всё железо. А на берегу в затоне мы обнаружили почти два десятка лодок, лодки веревками привязали к корме своих кораблей и пошли дальше.
   А я всё время пытался вспомнить язык, на каком же языке разговаривали эти люди. Я в армейке послужил в интернациональном полку, у нас было много народов из разных регионов Российской Федерации, а потом еще и на северах множество наемных рабочих повстречал и Абхазы и Лезгины и Молдаване с Украинцами, а вот такого языка я не помню. Хотя, что тут думать это же совсем древние века, тут наверное еще и мамонты не все вымерли, а в этой части Европы какие только народы не жили до славян. Вот жили, тут люди и не тужили, а потом появился я и провернул со скрипом колесо истории, а после нас на развалинах готских селений появятся протоукры, мать их итить.
   Жаль людишек, но я лично никого даже пальцем не тронул, и не взял ничего, просто показал на кузню и сказал "грузите всё", всё вынесли и загрузили. Хотя это я так чисто с собой разговариваю, совесть свою успокаиваю, а перед глазами убитые люди, мужчины, женщины и дети, а совесть сука не хочет успокаиваться, что ты с ней сделаешь. И не понятно мне, а правильно ли я делаю, тех ли людей выбрал себе в союзники? Вон Радомир, чистый бандит, таких в 20-м веке сразу на расстрел, а при Петре-1 наверное на кол сажали, без вариантов, а тут надо же конунг морской, тьфу.
   Следующие два селения не тронули, Радомир сказал, что тут какая то родня его воинов проживает, просто вышли, поговорили со старейшинами, покушали, продали часть ранее захваченных в соседнем селении трофеев и с рассветом пошли дальше.
   А в следующем селении нас атаковали.
   Еще на подходе с берега полетели вражеские стрелы. Лодьи уткнулись в песчаный берег и мои пешие воины, прикрываясь щитами, соскочили на берег и неумело построили стену щитов. После корявой высадки началась настоящая военная операция которой командовал Радомир. Пока мы шли прикрываясь щитами, вдоль берега всё время сновали около сотни неизвестных всадников, что стреляли в нас из луков, мы тоже отвечали из арбалетов, и упрямо ползли вперед.
   Мои воительницы остались в ладьях и сидели за бортами, заряжали арбалеты, а потом высовывались на мгновение и пускали болты во всадников, а потом опять заряжали и опять стреляли. Воины на берегу медленно пошли в сторону селения, но нас даже не атаковали, просто крутилась вокруг сотня всадников и лупила по нам из луков с охотничьими стрелами, всадники прикрывали, пока из селения убегали все жители.
   Да эффект неожиданности потерян, но что то же делать надо.
   У нас появились раненные воины, падали и лошади врага, подбитые нашими болтами, но битвы не было. Мы толпой дошли до селения, часть воинов вышла на околицу и попыталась отогнать конных, а другая часть прошманали всё селение, подожгли шалаши, порезали весь скот, что не смогли утащить на лодки. Ведь наши ладьи уже были похожи на зоопарк, там хрюкало, крякало, мекало и бекало. В каждой ладье находилось по десятку голов всякой живности, мы уже давно перешли на мясную диету. Пока мы отходили от берега назойливая конница, никак не успокаивалась. Враги появлялись внезапно на высоком берегу, пускали стрелы и опять убегали. Мы даже несколько раз приставали и выскакивали на берег, но там врагов уже не было. До следующего селения мы не дошли, нам навстречу показалось четыре корабля примерно такого же размера как и наши, и около сорока лодок.
   Противник хотел навязать нам 'морской бой', но боя не получилось. Вначале при сближении мы и враги метали друг в друга стрелы, параллельно пытаясь прикрыться щитами, а как ладьи сблизились на привычное моим воительницам расстояние, мы начали бить из арбалетов. Эффект был поразительный, когда противник понял, что щиты не защищают от такого оружия, то вначале стал прятать за бортами своих ладей. После чего мы начали бить по лодкам, одна за другой лодки освобождались от бестолково десанта, а потом противник дрогнул и попытался уйти к берегу сев на весла. Но град стрел и болтов просто косил всех в лодках.
   Четыре ладьи взяли почти без боя, когда они дрейфуя по течению приблизились к нам, пираты Радомира перепрыгнули на борт вражеских судов и быстро перебили раненных.
   Потом наша флотилия медленно повернула и пристала к берегу. Воины выскочили и начали гонятся за теми, кому удалось выбраться на берег. Когда допрашивали пленных, то оказалось, что это вполне себе славянский род. Тут и думать нечего, если я их понимаю, то они наши пра, пра, пра-родственники.
   У этих людей было достаточно большое селение, но вот воинов было мало, они собрали всех охотников с луками, похватали оружие и сев на плавательные средства выдвинулись навстречу неизвестному врагу.
   Долго не думая, мы побили всех, зачем нам пленные, они сами выбрали свою судьбу, ведь был же случай когда Радомир сказал не трогать селения, так там никого и не тронули, а эти сами напросились. Когда к вечеру мы дошли до селения храбрых людишек буссовых, то там уже никого не было, все ушли в леса. Мы высадились на берег, проверили дома, всё, что можно собрали и пошли дальше, а когда огромная эскадра судов уходила на восток, за кормой в небо поднимался дым догорающего селения.
   В таком порядке наше грозное войско прошло еще пять дней, но на пути мы не встретили ни одного человека. Селения конечно были, но они были все брошенные. Я уже несколько дней пытался понять, в чем смысл этого похода, мы ограбили и сожгли кучу селений, убили кучу людей, а готов почти и не нашли, нам встретилось всего одно непонятное селение, может оно вообще не было германским.
   Хотя, как сказать.
   Всю дорогу мне рассказывали интересные истории про прошлое родов, проживающих на Десне. Оказалась банальная история. Когда то, очень давно все эти рода подчинялись великим и мудрым правителям проживавшим на необъятных равнинах вдоль моря, где паслись тучные стада и имелось огромное количество смелых воинов. Потом пришла беда, неизвестные болезни поразили скот, рода стали беднеть, а дети умирать с голоду. И вот тогда пошёл род на род, ранее сильная держава распалась, соседи грабили и убивали друг друга, угоняли скот у соседей, а воины стали воевать со своими побратимами, стараясь захватить самые выгодные пастбища. Именно в этот тяжелый момент пришли с заката захватчики, и началась вторая часть Марлезонского балета. Захватчики не щадили никого, они просто очищали землю от кочующих тут племен. Некоторые, спасаясь от захватчиков ушли на восток, другие бежали на полночь (на север) и осели вдоль маленьких рек, что впадали в полноводный Славутич. Вначале всё было хорошо, на новых землях рода стали восстанавливать свои силы, стада стали тучными и многочисленными, но через некоторое время на земли несчастных пришла засуха. Многие не выдержав испытаний пошли ближе к большой реке Славутич, и вот тут их настигла новая беда, на великую реку пришли готы. Долго продолжалась война с готами, и однажды свершилось злодеяние. Готский царь Винитарий, что бы замириться с соседями призвал всех на пир там же опоив гостей убил их. Вот так рода, что восстали против готов потеряли своего князя Буса. Но и этим всё не кончилось, вдоль Славутича кочевали бесчисленные племена роксолан, которые не упустили шанса пограбить несчастных людишек буссовых.
  Войны с захватчиками продолжались слишком долго. Слишком долго для того, что бы часть родов дрогнула и покорилась завоевателям, другая часть бежали за большие болота и стали относительно свободными. Вот такую историю в разных интерпретациях я услышал. Но самое главное я понял, что никакого общего рада Бужа нет, есть множество родов числом аж семь десятков, что когда-то восстали против захватчиков под руководством избранного военного вождя по имени Буж. И есть такие как я, то есть те, чьи родичи бежали в болота. Когда то, очень давно мы были одним народом. А вот теперь мы венды, а они родовичи буссовы, и мы чужие друг другу, хотя произошли от одного отца и матери.
   Я примерно понял что тут произошло. Те кто пришел с заката - это типа готы, а вот разделение одного рода на части слишком уж напоминает историю про то как славяне разделились на три рода венедов, склавинов и антов. Тетка Бажена, первая из старейшин к которым я пришел называла свой род именно энетами. То есть она говорила, что её род ранее проживал в районе Дунайской долины и соседи их называли то ли энетами, то ли венэтами. Значит вот эти людишки, что живут по реке Десна скоро начнут называться антами, а те кто покорился захватчикам и сидят сейчас в междуречье Дуная и Днестра, те наверное назовутся склавинами.
   Самое важное я осознал, что язык у всех родов практически одинаковый, как одинаковы пока еще и обычаи, а вот никакого единого вождя как не было, так и нет. Есть куча разрозненных семейств-родов, что проживают по своим законам и как правило идут под руку наиболее сильного. Пришли готы, они под готами, пришли аланы, вот пра славяне уже под аланами, а тут беда новая - приперлись гунны, так славяне ничто же сумняшеся, пошли под руку Аттилы.
   А это значит, что можно вести переговоры с каждым родом по отдельности и склонять их к сотрудничеству со мной. Тех, кого удастся перетянуть на свою сторону придется холить и лелеять, подкупать дарами и обещаниями хорошей жизни, вечной дружбы и выгодной торговли, а вот с остальными нужно действовать жестко. Придется всех просто согнать с земли или обратить в рабство, потому как сейчас они рабы и есть, только рабы готского вождя Казмира, а я хочу, что бы они стали моими. Местные людишки все эти расклады чувствовали кожей. Радомир с одного взгляда на селение и людишек сразу понимал, что тут нас встретят стрелами и подавал команду к бою. Другие же селения мы и вовсе не трогали.
   Сколько мы прошли, в километрах, не знаю. Восемнадцать дней мы медленно продвигались вверх по Десне, а германцев как не было так и нет. Не было в родах и воинов, нас встречали только старики да отроки, а это означает, что воины уже ушли к Казмиру и сейчас собирается в неизвестном мне месте какая то неведомая силища.
   Как ни странно, но за все время на нас никто не напал ночью, хотя мы и назначали караулы, и даже засады пытались ночные организовывать, часть людей прятались в ладьях, часть на берегу, но ни разу не было даже тревоги.
   На девятнадцатый день появилась группа всадников, без оружия, они подъехали к берегу и начали призывно кричать. Язык был понятным, и я дал команду подрулить к берегу.
   - Кто у вас старший? - крикнул мужичок на серой лошади.
   - Я рикс Чеслав - крикнул я - пришёл воевать с вождем Казмиром.
   - Тут нет Казмира, он ушел на восход солнца в погоню за воинами Радко седмицу назад, а мы мирные люди.
   - Ваши отроки ушли к Казмиру и прошли ритуал посвящения в воинов готтар - крикнул я.
   - Те, кто ушли к Казмиру больше не принадлежат роду - крикнул старик - они люди свободной воли, мы не можем отвечать за них, зачем ты идешь в наши селения?
   - Я иду убить всех ваших мужей - гаркнул я - если вы не можете контролировать членов вашего рода, если мой враг приходит к вам и набирает у вас воинов, то я уничтожу всех ваши родовичей, всех. Я даже собак ваших перережу. Иди старик и молись своим богам, чтоб ваша смерть была быстрой.
   Я повернулся Радомиру, а тот усмехаясь развел руки.
   - Радомир гребем вперед, весла на воду, вперед - заорал я.
   - Постой Чеслав - крикнул старик - что нам сделать? Что мы должны сделать, что бы умерить твой гнев?
   Я стал на носу кораблика и смотрел на старика, что опустив голову медленно ехал по берегу вдоль курса нашей эскадры, он уже и не пытался убежать, судьба его селения, это судьба его рода. Если суждено погибнуть его роду, то старик без сомнения умрет вместе с ними.
   Не знаю зачем я включаю гуманизм, но нужно хотя бы попробовать, иначе зачем тогда весь этот поход.
   - Если я не убью всех мужчин вашего рода - сказал я - то опять придет Казмир, наберет у вас воинов и пойдет убивать уже моих родовичей. Неужели ты старик думаешь, что я должен жалеть тебя и твой род? Неужели ты думаешь, что я позволю Казмиру брать с вас налог кровью и воспитывать из ваших отроков моих врагов? Если хотите жить, уходите на полночь, уходите от Казмира, я приму всех вас, всех. Но времени у вас на раздумья нет, как только первый мой воин ступит на вашу землю, мы убьем всех, ты меня понял старик? - крикнул я.
   - Ко мне приходил Радко с воинами, он говорил, что есть путь вверх по реке, а дальше на полночь к Смолянке, но мы не можем идти по реке. Когда ушел Радко, пришли воины Казмира и пошли по его следам, мы погибнем. Нас всех убьет Казмир если узнает, что мы идем в твои земли.
   - Не можете идти по Десне так не идите - крикнул я - уходите в леса на полночь по лесным тропам и бродам через Сожь дойдете до Славутича. Не бойся старик скоро Казмир вернется сюда, он захочет с нами встретиться, мы его тоже хотим увидеть.
   - Вы не найдете тут селения Казмира, его род живет на Сейме, но там в верху еще есть одно селение готов.
   Потом старик кивнул и тронув коня пятками ускакал вверх по течению реки. К селению старика мы подошли к вечеру, подошли и стали, мы долго смотрели как уходят люди, как покидают свои дома женщины и старики, а вот воинов в селении действительно не было. Значит Казмир уже выгреб всех, всех кто мог удержать в руках копье.
   В этом селении мы даже не сошли на берег, я махнул рукой и мы медленно погребли вверх по Десне.
   Ещё через день к берегу подъехало несколько десятков воинов, с копьями и на конях. Они что то орали, но из луков не стреляли, не стреляли и мы. Язык такой я уже помню, это язык тех германцев, что пришли с риксом Ульгердом и если эти уроды думают, что оскорблениями смогут опять заставить меня выйти на берег, то они глубоко ошибаются. Я уже не просто князь, я предводитель отряда пиратов, а задача у пиратов простая - всех грабить и убивать, и никакого пижонства.
   - Радомир как думаешь стоит ли нам идти дальше? - спросил я брата.
   - Старик сказал, что там есть еще одно селение германцев, да и до брошенного селения Твердослава недалече - ответил Радомир - дойдем до него и повернем.
   У меня на ладьях было несколько десятков добровольцев из первых переселенцев, мы собирались дойти до бывшего селения Твердислава, а от туда уже повернуть назад, но дальнейшие события изменили все наши планы.
  
   Радко уже третий раз отходил, он со своим отрядом прикрывал отход рода Виндозара, а по следам шли преследователи. Пять сотен конных воинов возглавляемых самим риксом готов Казмиром. Радко взял под свою руку отряд из рода Виндозара, но это были не воины, они были землепашцами, они были охотниками, они были рыбаками, но они не были воинами. Не смотря на то, что вместе с ополчением под рукой Радко было почти три сотни человек, шансов остаться в живых не было никаких.
   Воины Радко разделились на два отряда. Один отряд отходил на сутки пути, рубил деревья создавая завалы вдоль реки и ждал подхода врага. С появлением дозорных Казмира, их били в упор стрелами и держались еще несколько часов, отбиваясь от передового отряда противника, а затем бросали позиции и уходили, не дожидаясь подхода основных сил готов.
   Второй отряд уже ждал врага на следующей отсечной позиции. За пять дней тяжелых боев Радко не потерял ни одного своего воина, а вот люди Виндозара погибали, все таки они не были воинами.
   Дозорные разъезды Казмира уже не шныряли так нагло впереди войска, а шли рядом с передовым отрядом огромного по местным меркам войска, шли как побитая собака, что не отходит от своего хозяина.
   Однако и у Радко стрел осталось мало, а родовичи Винздора все еще не добрались до Смолянки. Вот уже показался хвост огромной колонны переселенцев, что уходила на восток, а враг где то рядом. Радко выбрал небольшую полянку вдоль берега и остановил свой отряд.
   - Встанем здесь - скомандовал он - Моя сотня первая, воины Виндозара за нами, как только враг появится, идем в копья, и прижимаем ворога к реке. Наша задача ударить разом, а потом отойдем последний раз.
   Враг появился очень быстро, вначале вышли на обрывистый берег воины дозорного десятка, они покрутились, покрутились и отошли к основным силам. Потом появилась большая группа воинов числом не менее сотни. Вышли и встали на расстоянии полета стрелы.
   - Радко - подъехал Четвертак - они ждут главные силы, нужно ударить, там не больше сотни, отгоним передовой отряд, а потом отойдем.
   Радко молчал, он помнил слова Чеслава, конный бой это всего один удар. Один удар бронированным кулаком. Если противник увидит, что ты идешь на него сразу основной силой, то он просто отойдет, заманивая тебя на свою тяжелую конницу. Главная задача измотать коней противника, а потом ударить свежими силами.
   - Четвертак - произнес Радко - я хочу, что бы ты командовал воинами Виндозара. Возьми все стрелы у моих людей, ты должен ударить по тем врагам, что идут первыми. Подойдите ближе и ударьте стрелами, а если они начнут отступать, то преследуй их и бей им в спины, а как увидишь основные силы врага, то отходи вдоль реки вон в направлении той дубовой рощи - Радко показал рукой себе за спину - Мы встанем там вдоль лесочка, вы должны пройти мимо наших воинов и вон там у песчаного берега развернутся. Когда я ударю, ты должен прикрыть мне левый фланг.
  
   - Хурра-хурраа - пролетел над рекой боевой клич, и отряд Виндозара численностью чуть меньше двух сотен всадников медленно объехав воинов Радко бросился вперед, всего то 300 шагов до врага, но это так далеко.
   С каждым аршином, что пролетал под копытами отряда Четвертака появлялось все больше и больше воинов Казмира. Когда до противника осталось всего сотня шагов Четвертак понял, что враг построил в боевой порядок всех имеющихся стрелков, и атаковать такую силищу, двумя сотнями пахарей и охотников, что недавно сели на коней не имеет никакого шанса на успех. Четвертак натянул тетиву и пустил стрелу. У него осталось всего три стрелы, потом он пустил вторую стрелу и подняв правую руку вверх начал заворачивать коня направо. Огромная лавина конницы все еще продолжала движение вперед, но первые десятки уже повторяли маневр Четвертака, а за ними другие и третьи. Почти развернув лошадь Четвертак полуобернулся и пустил последнюю стрелу себе за спину, после чего забросил бесполезный лук в кожаный чехол привязанный к попоне и даже не став доставать меч, хлестанул своего коня и прижавшись к шее помчался к дубовой роще. А зачем, зачем нужен меч, ведь сейчас он удирает, и с ним несколько десятков самых толковых, самых умных воинов, что успели повторить его маневр, а остальные это сделать просто не успели и влетели в строй противника. Вот прямо сейчас они погибали под ударами германских мечей, давая возможность остальным скрыться в лесу. Всё теперь только бегство.
   Конный бой - это особенный вид боя, если встречаются два отряда всадников, то бой ведут всего два первых ряда воинов, а остальные бесполезно топчутся позади. То же произошло и сейчас, те воины, что шли в плотном строю позади первых рядов дружины Четвертака наконец то увидели маневр своего командира и тоже начали удирать, поворачивая коней, тем самым спасая себе жизнь.
  Тренированным воинам Казмира понадобилось совсем не много времени, что бы изрубить обезумевших пахарей, возомнивших себя воинами и теперь лавина германской конницы тесня друг дружку на не большой прибрежной прогалинке начала разгонятся в стремлении догнать и раздавить мерзких дикарей, что посмели бросить вызов легендарному вождю готов.
   Сам Казмир стоял в четвертой линии, и он прекрасно видел безумную попытку вражеских воинов организовать сарматский круг. Глупцы, что бы проделать такой маневр сарматские всадники сотни раз выходили всем родом на степную охоту. Это не просто маневр, это загон зверя в центр круга, а потом волков или стремительных ланей бьют стрелами.
   Только на степной охоте достигается мастерство управления большими отрядами конницы. А этот дикарь, увидев где то такой маневр, или что еще хуже для него, услышав сказку от своих старейшин попытался сказку превратить в быль. И вот закономерный результат, большая половина отряда не успела отвернуть и налетела на плотный строй латной конницы, а те кто уцелел просто бегут сейчас с поля боя.
   Вот уже первые сотни Казмира набрали скорость, преследуя убегающих дикарей. Его воины растянулись в длинную колону вдоль извилистой реки, в то время как первые летели галопом, последние воины только трогали своих коней пятками, побуждая их к движению. Мало, мало места на этом берегу, тут все еще много варварских лесов и мало степных прогалин пригодных для пашни. В этих местах и любят селится трусливые людишки буссовы.
   И в этот самый миг из леса появился небольшой отряд врага, не больше сотни. Неизвестные воины стремительно разогнавшись ударили по левому флангу передового отряда дружины Казмира, стараясь сбросить готскую конницу в воду. Их было меньше, намного меньше чем людей Казмира, но это был фланговый копейный удар по уставшим всадникам, удар по растянутой вдоль извилистого берега колонне.
   Вражеские копья опрокинули с седел первых воинов, а потом и вторые попятились, а враг бросив поломанные копья ударил в мечи. Как то сразу первые сотни германской конницы встали, дорога вперед была закрыта, и несколько сотен воинов оказались прижаты к реке на узкой полоске суши. Отдельные всадники Казмира уже съезжали в воду, чтобы продвинутся вперед и обойти противника, другие понукали своих коней идти в лес, что бы обойти противника с правого фланга. В то время как первые сотни рубились на мечах, последние стояли без движения.
   Маневра огромной германской змее не хватало, чтобы навалится всей массой нужно больше места. А потом те дикари, кто еще мгновение назад в панике убегали вдоль извилистого берега реки, остановились, развернулись и ударили по нескольким десяткам счастливчиков, которым удалось пройти по воде и выйти на берег с лева от атакующего вражеского отряда.
   Численное превосходство противника в голове колонны было подавляющим. Против первой сотни Казмира рубились как минимум две сотни воинов врага, и это заставило вначале податься назад первую сотню Казмира, а потом и побежать. Кони отступали в воду, некоторые воины бросались на противоположный берег ища укрытия, но большинство развернули коней и понеслись назад на наступающих всадников второй сотни. Ряды смешались, какая то часть самых отчаянных воинов всё еще пыталась пробиться вперед, в то время как им навстречу в панике бежали остатки воинов передового отряда.
   А противник остановился, Казмир видел как воины врага собираются в кулак, вот расстояние между отступающими и завязшими в рядах своих же товарищей германцев и воинами Радко увеличилось до сотни шагов. И вдруг вражеский отряд с места рванул вперед, а уже через несколько мгновений ударил копьями в спины бегущим людям Казмира.
   Готский вождь стоял молча, а мимо него проносились с обезумевшими глазами бегущие с поля боя ратники.
   Какой позор, зачем он набрал этих рабов в свою дружину?
   Старые вожди говорили, что рода Бужа давно потеряли чувство воинской доблести, они превратились в рабов, и вот теперь Казмир пожинал плоды своей глупости. Луну назад, он провел обряд инициации воинов, тех кого набрал из подконтрольных ему родов. Он потратил все свои средства, добыл коней, оружие, продовольствие. Казмир дал в каждый десяток вновь набранных дружинников лучших своих командиров, но это не помогло, и вот теперь у него на глазах эти бывшие рабы бросив свое оружие проносились в панике, убегая от наседающего противника. Когда последние трусы пролетели и скрылись за поворотом реки, на небольшой полянке остался только Казмир и несколько его лучших сотен настоящих германов-ассов.
   А врага опять не было, этот Радко опять перехитрил его, он прогнал своих бывших сородичей, что присягнули Казмиру, а сам как заяц опять скрылся и спрятался в лесу. Но у Казмира уже нет сил идти вперед и покарать подлого выродка, нужно вернутся, нужно догнать и наказать трусов, а потом он найдет этого ублюдка Радко, и вот тогда он вырвет ему сердце.
   Воины Казмира догнали и остановили бегущих, а потом было наказание трусов. По приказу вождя казнили каждого десятого, но это еще не все. Этот черный день еще не закончился, прискакали вестовые из селения Гольфрида.
   Тяжелые вести принесли вестовые. Большой отряд рикса Чеслава пришел по реке на ладьях и разоряет селения по реке Десна.
   Казмир не переживал за глупых данников, если они сами не могут себя защитить, то пусть просто бегут от реки в лес, и варвары Чеслава не будут за ними гонятся. По Десне стояло всего несколько селений настоящих асов, а остальные селения и городок самого Казмира стоял на Сейме, только одно селение осталось не тронутым, именно туда сейчас и должны направляться ладьи Чеслава.
   Этот болотный демон перехитрил меня, подумал Казмир, но это еще не все, он пошлет людей в рода германские, и как встанет лед на реках приведет в эти проклятые болота тысячу лучших воинов, зимой будет большой поход, а сейчас нужно уходить домой.
   Настоящий вождь должен всегда знать когда нужно остановиться, а Казмир настоящий вождь. Нужно спасать Гольфрида, там можно встретить и разбить наглого Чеслава, мышка сама идет в руки коту, ну что же - это хорошо.
   Три сотни побитых и уставших воинов Казмира, развернулись и пошли на закат, по правому берегу реки Десна, а за ними по лесам скрываясь от глаз дозорных потекла дружина Радко. У Радко осталось слишком мало воинов, слишком мало для открытой битвы с Казмиром, но если подгадать момент и ударить внезапно, то и тех сил, что осталось с лихвой хватит, что бы отомстить подлому убийце отца.
   Никогда не успокоится душа воина обесчещенного смертью своего вождя. Казмир убил Твердислава на совете, а его воины не смогли защитить своего вождя, такое бесчестье смывается только кровью, кровью врага.
  
  
  Глава одинадцатая: ГОТСКИЙ ПОГРОМ
  
   Встреча была с цветами и оркестром. На берегу собрался сброд человек триста с топорами, палками похожими на косы, у некоторых были даже щиты и шлемы. Но ударной силой этого воинства стал большущий отряд конных воинов, что медленно выезжал из леса и продвигался в сторону селения.
   - Что будем делать Чеслав? - спросил Радомир - может ударим по этим крестьянам и разгоним их пока не подъехали конные?
   Я покачал головой.
   - Опасно брат, вон посмотри, то скорее всего дружинники Казмира, они могут погнать коней в галоп и очень быстро будут здесь, а наши воины не организованы, быстро отступить не смогут.
   - Но мы ведь можем попробовать твой маневр - проговорил Радомир - помнишь, что ты сделал с песьеголовыми у Полоцка?
   - То были песьеголовые брат, а это дружинники.
   - Ничего страшного, вот смотри я с сотней воинов выскакиваю и нападаю на на этих пахарей, а ты строишь две сотни с копьями вот тут на берегу, чуть дальше от воды, стрелки будут сидеть в ладьях. Как враг бросит в бой всадников, мы побежим к берегу и встанем за спиной у копейщиков. Ты встретишь конных в пики, а мы через головы будем метать сулицы и бить стрелами с ладей - быстро заговорил Радомир - тут у берега песок мокрый и ил, конным маневра нет, покрутятся, покрутятся и отойдут, но за это время мы побьем многих, а самое главное бейте коней.
   - Хорошая идея - подтвердил я - Аркх ты остаешься на ладьях и с тобой все стрелки, спрячьтесь пока за бортами, а ты Радомир возьми самых шустрых и прогони крестьян.
   Я поднял руку вверх.
   - Две сотни воинов со мной на берег, взять копья и щиты встаем в три линии, все на берег!
   - На берег, на берег! - заорали сотни глоток, дублируя мою команду.
   Ладьи еще не успели пристать, а сотня Радомира соскочила в воду и понеслась в сторону группы сбившихся в кучу крестьян.
   Я постоял, наблюдая как выстраиваются в три линии мои копейщики.
   - Эй, вы там по флангам - заорал я - заверните крылья к реке, чтобы вас не обошли. А вы, десять человек в центре, отойдите назад, откройте путь для Радомира, как только пробегут его последние воины, встанете на своё место.
   Я повернулся назад, осмотрел приготовившихся к бою арбалетчиц и лучников, взял щит, вытащил меч, чуть постоял на носу ладьи наблюдая как Радомир врубился в кучу крестьян и увидев, что конные пришпорили рысаков я спрыгнул на песок. Всё, теперь всё зависит только от везения.
   - Стоим ровно, первая шеренга копья древками в землю, сесть на колено - приказал я - вторая шеренга щиты вперед копья вперед, третья шеренга копья на плечи впереди стоящим ставь, ЖДЕЁМ.
   С песка уже не было видно, что происходит там возле деревни из-за того, что берег чуть поднимался вверх, и я постоянно оглядывался на Аркха, он стоял на носу ладьи и наблюдал за боем.
   - Бегут, бегут - закричал Аркх.
   - Внимание, - повторил команду я - как только пройдут последние воины Радомира, закрываем проход.
   Было страшно, реально страшно, даже при том условии, что нас было больше, противник все таки конный, а я уже один раз видел как моя пехота драпала от конницы. Если враг ударит нас в копья на полном скаку, то мы улетим в воду, одна надежда на то, что кони перейдя с твердой травы на сыпучий песок сбросят скорость, а потом упрутся в наши копья и встанут под стрелами и болтами наших стрелков.
  Вот крики начали приближаться и я увидел панические глаза бежавших воинов Радомира, что то было не так, слишком напуганы его воины и не похоже это на обманный маневр. Это настоящее, реальное бегство, это паника, не дай бог налетят на копья и сломают мне строй, уроды блин тупые.
   Вот пролетел первый десяток, без остановки, начали со страху лезть на ладьи, но их сбрасывали в воду и заставляли встать в четвертую линию позади моего строя, вот пробежал запыхавшийся Радомир, и тут вместе с последними отступающими воинам Радомира на пляж вылетело сразу три десятка конных, что полном скаку проломились через оставленный нами проход.
   Вот теперь я понял весь смысл засады у Вороньего камня в Ледовом побоище. Вражеская конница, за одно мгновение проломила наши ряды и долетела до воды, а там уперлась в ладьи. Маневр противнику был огранимчен так как со всех сторон в них полетели болты и стрелы.
   Первым трем десяткам конных воинов, что так рьяно бросились в бой, было некуда деваться, они просто уперлись в корабли. Берег был высокий, и когда эта банда выезжала из леса, то наше воинство было плохо видно, а когда лошади разогнались, преследуя удирающих людей Радомира и вылетели на берег, то было уже поздно отворачивать. Когда перед конными возник целый строй стоящих с копьями воинов, то враг нечего не придумал лучше как наподдать коням и ворваться в дыру, оставленную для убегающих, а вот развить успех и расширить пролом в оборонительной стене копейщиков уже не получалось.
   Через мгновение, половина из прорвавшихся конных была сбита с седел, а других истыкали копьями так, что те даже и не думали драться, а только отмахивались и прикрывались щитами. Кони не ржали, они орали от ужаса, им в бока уткнулись десятки щитов, пытаясь завалить не песок. И многие не выдержав веса падали, а уже лежа на земле били копытами неудачников, что попались под эту адскую молотилку.
   Еще секунда и несколько сотен вражеских конников прямо с берега налетела на наши копья, вой, крики, стоны, скрежет железа и треск ломаемых копий разнесся по округе.
   Вот блин Бородинское сражение, "смешались в кучу кони, люди" и только залпы арбалетов, тренькали тетивами у меня за спиной.
  Наш строй не дрогнул, его просто пробили, проломили в нескольких местах десятки конных, что налетели со всей дури на стоявших пехотинцев. Может где то там в истории и были моменты когда конница не шла на копья, но у меня не правильная какая то история. В моей реальности, глупые лошади просто поздно увидели, эти самые копья, и стоящих в строю ратников. Пятисот килограммовая куча мяса со всей дури влетала в строй, иногда правда попадались кони и на копья, но на такой скорости копье влетало в пузо коню и выходило уже у крупа, то есть у задницы, а все это время глупый конь по инерции продолжал лететь вперед, разбивая как кегли моих недовоинов. Вражеские копья прилетали когда в голову, а когда и в грудь моим пехотинцам, а потом бросив сломанное копье вражеские всадники доставали топоры илди палици и долбили моё воинство сверху по щитам и головам.
   Да, если кто из этих неудачников сегодня выживет, то они уже никогда не встанут перед конницей, 'танкобоязнь' им обеспечена на десятилетия вперёд.
   Спасло наш примитивный отряд от полного разгрома только отсутствие пространства для маневра и не организованный удар врага. Как ни странно, но вражеский отряд, преследуя воинов Радомира растянулся. Часть отряда значительно отстала, в то время как другая часть полетела вперед. И вот теперь те, что прискакали первыми, уже уткнулись мордами коней в наши корабли, а на берегу все еще стояли неприступными островками прикрывшиеся щитами мои копейщики. В одном из таких островков стоял и я.
   Образовался слоеный пирог с основанием из кораблей, потом мясной прослойкой из конины, потом воины копейщики, и опять конина. И вот что странно, новые отряды конницы уже не били нас на полном скаку, лошадки увидев, прогалинку в боевых порядках, просто кидались туда, напрочь отказываясь лезть на копья.
   А мы били копьями имечами в бока коней тех идиотов, что влезли между молотом и наковальней. Почти сотня конных воинов гарцевала перед стеной щитов и наклоняясь к шеям своих скакунов пытались достать нас своими копьями, а потом, развернув коней отъезжали назад. Мы тоже периодически тыкали копьями коням в морды и бока, и те шарахались назад, снося соседних скакунов.
   Фух, всё, первый натиск мы приняли и удержали, теперь врагу уже не вылезти просто так из этой свалки. Да, нас прижали к ладьям и нам тоже бежать некуда, но у меня на ладьях почти сотня стрелков и каждый залп этих назойливых комаров приносит смерть вражеским воинам, и валил коней. За все это время я ни разу никого не ударил, вот расскажешь кому то, и не поверят.
   Ты стоишь в третьей шеренге и просто наблюдаешь, как вокруг кипит сеча, а сам как бы в ней и не участвуешь. Вдруг какой то конь прорвался ко мне и я долго не думая сделал шаг вправо и всадил клинок вво вздутое пузо коня, прямо в районе ноги всадника, хотя попасть я конечно хотел воину по ноге. Как раз в этот момент враг замахнулся мечем, чтоб рубануть меня с верху, я поднял щит и долбанул мечем снизу по ляжке врагу, но промахнулся и попал коню в брюхо.
   Вы думаете, что вот так все просто, и теперь конь упадет и умрет, или начнет кричать: "пристрели меня хозяин, я больше этого не вынесу", ан нет. Раненый конь, рванулся, вперед и вбок от ужалившей его блохи, встал на дыбы скидывая всадника и обрушился мертвой тушей на моих воинов ломая строй. И вот только что, я стоял в третьей шеренге, как бы не при делах, а теперь мертвая кляча снесла на фиг пол нашего строя, а уже через бьющуюся в предсмертных судорогах животину перескочил второй всадник и рубанул меня мечом.
   Удар хороший, и доспех хороший, я в последний момент кинулся ближе к коню одной рукой страрасяь приподнять щит, и вражеский меч прилетел мне почти по спине, а я с низу из-под щите вогнал врагу свой клинок в живот. Удар был сильный с подседом, от этого мой меч пробил корпус и достал аж до горла. Вражеский конь теряя седока, прорвался мне за спину и прыгнул в воду между ладьями, а я опять потерял меч. Он остался в животе у ускакавшего прочь всадника.
  Мой маленький отряд, оставшийся в центре боевого порядка после прорыва фронта уже обречен, я схватил первого воина за куртку на спине и потащил к воде.
   - Отходите к лодкам - прокричал я ему в ухо.
   Звяк, тресь, прилетела стрела мне в доспех.
   На возвышенности гарцевали несколько конных и метали в нас стрелы. В скольких реальных схватках я был? Да наверное в пяти, и вот сейчас я чувствую себя совершенно по другому. Голова крутится как радар станции ПВО, глаза видят все, а мозг считывает и анализирует ситуацию. Вот воин на коне поднял лук, дуги лука распрямились, моя рука уже на автомате подняла щит, а коленки подогнулись и я присел уменьшая площадь поражаемого пространства. Бум, стрела воткнулся в щит. А в этот момент я увидел смерть всадника.
   Копье вошло в спину лучника, а его лошадь получив мощный пинок в задницу с испуга кинулась вниз к воде. А потом еще и еще появлялись конные с копьями, что вначале как то не стройно, а потом всей лавиной навалились на спину врагам. От такого натиска, конные германцы кинулись к воде, сминая моих воинов, а я получив новый удар грудью испуганного вражеского коня полетел в воду прямо под киль шатающейся на воде ладьи.
   Корабль повело волной в сторону и килем прижало мой меч. Я бросил оружие и попытался встать, но копыто чьего то коня наступило мне на ногу, после чегоперепуганное животное бросилось к противоположному берегу. Болью разорвало грудь, невыносимой болью, а в легкие сразу попала вода. Я с трудом встал на колени и прижался к борту ладьи откашливаясь и отхаркивая из легких воду.
   Это ж надо, на ровном месте чуть не утонул.
   Я с трудом встал на четыре кости и тут кто то потянул за плече, и меня втащили на ладью.
   - Ах Чеслав, какой ты удачливый рикс - проорал мне в лицо Радомир, перекрикивая шум боя - вон смотри к нам Радко прискакал, и ударил в спину германцам. Теперь эти готы не уйдут, мы зажали их с двух сторон.
   Я с трудом поднялся и сел на скамью. Осмотрелся, да вот так бой, я почти не проявил чудеса героизма и стойкости, чуть не утонул, уже видно, что потерял половину своего отряда, а брат называет меня удачливым вождем. Если в каждом походе я буду терять по половине своего войска, то с кем я останусь, и где тут удача?
   Рядом тренькнула тетива арбалета, я повернул голову и увидел семь моих воительниц, что равномерно, как на тренировке, наклонялись, взводили, накладывали болты, целились и пускали болты в незадачливых строителей нового мирового порядка.
   Я склонил голову за борт, где то там на дне лежит мой меч и щит там же, да хороший князь, одноногий и без оружия. Я пошарил за спиной и нащупал топорик, достал, а потом с трудом встал с прислонился в героической позе к носу корабля.
   Нужно, что бы воины видели своего князя, а то еще побегут в панике, хотя куда тут бежать. Пешие стояли почти по колена в воде, прикрываясь щитами и тыкали копьями последних конных воинов германцев, а воины Радко рубили врагов в спины мечами. И такая катавасия продолжалась ещё очень долго.
   Когда бой был закончен, я отсалютовал поднятой рукой Радко и крикнул - а где Казмир?
   - Там - показал мечем Радко.
   Я присмотрелся и увидел кучу трупов приваленных лошадьми, потом аккуратно слез с ладьи поднял копье и опираясь о него как о костыль по хромал к трупам. Люди Радко извлекли тучного мужика лет пятидесяти. У трупа не било одного глаза, а из разорванной спины торчал кусок обломанного древка. Кто то удачно всадил копье в грудь незадачливому германскому риксу так, что наконечник копья вылез со спины, потом уже при палении обломилось и древко копья.
   - Где этот воин, что убил вражеского князя? - спросил я.
   Радко показал на мертвого воина, что лежал рядом.
   - Его сразу ближник Казмира мечем рубанул, они так и упали вместе - тихо произнес Радко.
   - Ну что Радко, теперь твоя душа успокоилась, честь твоего рода восстановлена? - я показал на труп - можешь забрать себе голову врага.
   - Его тело мы утопим в болоте, а голову бросим в свиной навоз.
   - Сколько людей у тебя осталось? - спросил я.
   - Меньше сотни - ответил Радко.
   - Вот как, а я думал, что ты ушел с сотней конных.
   - Мне еще Винздар дал две сотни конных, вот у меня из трех сотен и осталось то, что ты видишь сейчас.
   - Радомир! Радомир! - заорал я - где ты брат?
   - Да вон сидит - показал Радко.
   - Что, людей посчитали?
   - Да посчитали, с людьми Радко и Винздара у нас погибших почти двадцать десятков и больше сотни раненых.
   - Радко твои воины нанесли решающий удар, как придем домой, я тебе на целую сотню добрые доспехи сделаю и всем седла сделаем, а то как на бревне сидите, срамота одна. Аркх - крикнул я - бери воинов и иди закончи дело в селении, мужчин всех под нож, всех, даже младенцев, женщины ваши, развлекайтесь.
   - Может не будем их убивать сейчас - спросил Аркх - посадим на весла пусть гребут.
   Я посмотрел Аркху в глаза и не понял, это действительно такой прагматичный подход или ему германцев жалко.
   - Радко перелови коней, отправь патрули по округе, на день пути, а мы станем тут передохнем, воспользуемся готским гостеприимством, а ты Аркх набирай себе гребцов.
  
   Мы выгребли из селения все железо, все до последнего гвоздя. А в одном из домов я обнаружил настоящую гончарную мастерскую. Три, три гончарных круга, какие то специальные деревянные ложечки для проделывания углублений в готовых изделиях, маленькие ножи. На краю селения стояла печь, для обжига гончарных изделий, а одна из печей была под завязку загружена черепицей. Да, все таки местные германцы чуть по цивилизованнее чем мои болотные подданные, вот они уже и черепицу делают и гончарное дело раскручено. И почему наши историки про это не упоминали?
   Я не знаю как там в настоящей истории было, а в моём варианте получается, что я просто ворую чьи то достижения, ну и хрен с ним. Гончарную мастерскую я загрузил всю, забрал с собой аж пятнадцать пленников, что так или иначе были связаны с гончарным делом.
   А потом кто то притащил плуг, ешь твою меть, настоящий плуг, который я пытался изобрести на своих болотах, правда с примитивным металлическим лемехом.
   Когда мы уходили из этого селения корабли напоминали индийские маршрутки, забитые под завязку добром, а сами люди сидели на мешках и бочках.
   Дома местных жителей сжигать не стали, а зачем жечь, нас прекрасно обслуживали, и кормили, и ублажали, и не одного скандала за два дня не было.
   - Пусть живут - махнул я рукой, когда Радомир спросил, что с ними делать - в этих местах больше не будет готов, всё, их время окончено.
   Я махнул рукой .
   - Скоро сюда придут люди хана Кугума и угонят выживших в полон, осталось разобраться с теми что сидят по Сейму.
   Это осиное гнездо нужно разорить до основания, пусть валят в свою Европу, а тут будут жить нецивилизованные варвары.
   - Нельзя нам сейчас идти вниз по реке - возразил Аркх - мы прошли шесть брошенных селений. Люди могли известить родовичей Казмира и те уже успели собрать хоть каких то воинов, я думаю нас там уже ждут, да и в устье Десны германцы могут поджидать. Мы сейчас как лис, что забрался в курятник. Курей то мы всех передавили, а вот там за стеной теперь с десяток собак стоят и ждут, когда мы назад пойдем с товаром и с побитыми ратниками.
   - Ты прав Аркх - печально проговорил я - Радко а скажи сколько мы еще по реке вверх сможем пройти.
   - Через двое суток будут наши родовые земли - ответил Радко - а потом еще пять суток и одни болота пойдут, там уже река в ручеек превращается, а там лесными тропами до Славутича можно дойти.
   - Сколько у тебя коней?
   - Да почти три сотни есть - усмехнулся Радко.
   - Значит так совет, слушай мое решение - я хлопнул ладонями по коленкам - идем вверх по реке, а потом вытаскиваем суда на берег и волоком тащим до Славутича, а там спустимся от Смолянки к Орше.
   Радомир почесал бороду.
   - Это трудно, но безопаснее чем идти вниз по реке, да и пока дойдем до волоков много раненых на ноги встанет.
   Набрали более-мение здоровых мужиков из вражеского селения, посадили на весла и погребли вверх по течению Десны. Через пять суток уперлись в мель и я приказал готовится к волоку. Как то не обращал я внимание на наших пленников, что сидели на веслах галер, а они собрались в кучку пошушукались и вытолкали вперед самого смелого мужичка.
   Тот боязливо подошел и склонив голову с приличным акцентом спросил: - князь, а с нами что, куда нам дальше?
   А действительно, что с ними сделать, вот неделю назад, сразу после боя я честно сказать хотел всех перерезать, для профилактики, а теперь, когда остыл и успокоился, как то кровожадность ушла.
   - Домой идите - махнул я рукой - дойдете значит боги вас милуют, а не дойдете, на том моей вины нет.
   Потом оглядел всех германцев.
  - Вон туда, по лесу за десять дней можно до моей земли дойти, если с миром придете приму всех, а вождям своим передайте, что я могу и еще раз прийти, чтоб их готский пыл поубавить.
   И мы вновь потащили суда по неизведанным болотам, мы прошли этот путь, очень трудный путь. Первый волок что мы шли от Витебска до Орши был нам хорошо знаком, мы заранее успели заготовить много бревен, и тащили суда пусть и по плохой но все же по просеке, а тут приходилось прорубаться через натуральный древний лес. Наши конные разъезды шныряли по болотам ища обходные пути, а мы рубились через чащу. Путь от истоков Десны до Днепра занял почти полную луну, то есть 24 дня. Когда суда спустили на чистую воду нашего Днепра солнце уже палило нещадно, походу пришел август, хотя нет наверное тут нет еще месяца августа, летние месяци потом придумают называть в честь римского императора Юлия Августа Цезаря. Так вот июль у нас там в 21-м веке есть и август есть, а месяца цезаря почему то нет, странно. Сейчас жара стоит такая, что по ощущениям это воспринимается как август, болота подсохли и мы радовались этому безмерно, а как вышли на Днепр выше Смолянки, то радости поубавилось, река обмелела и пять дней пришлось суда тащить веревками как бурлаки на Волге.
   Всю дорогу до Орши мы наблюдали тягостную картину. На берегу то тут, то там виднелись островки жизни. По три-четыре шалаша грустно ютились возле реки, из шалашей выходили люди и смотрели на наш караван. Полуголые женщины, почти полностью раздетые дети и старики с потухшими глазами провожали наши лодки. Одна из женщин подняла ребенка и показала нам.
   - Что это? - переспросил я.
   Радомир почесал бороду.
  - Это нам детей забрать предлагают.
   Иногда мы приставали, я обходил эти внезапно появившиеся на Днепре селения, мы оставляли людям часть трофейных инструментов, вещей и оружия, после чего шли дальше.
   По берегу продвигался конный отряд Радко.
   После Смолянки или Смоленска вода пошла нормальная глубокая и мы через два дня спокойно пристали к берегу у Орши. Всё поход закончен. Закончен для меня, но не для людишек буссовых.
   - Чеслав позволь мне уйти - тихо произнес Радко.
   Я аж рот открыл от удивления.
   - Радко ты что, там же на Ловати Цветана городок ставит? Там твой народ.
   Радко покачал головой.
   - Нет Чеслав, там на Ловати будет городок Цветаны, и народ её, а мои люди там - он махнул рукой на реку - ты видел тех людей, они не переживут зиму, а их там тысячи.
   - Так собери всех в Смолянке и сиди там воеводой - произнес я.
   - Нет Чеслав, наша земля на Десне, только когда мы вернемся назад, на свои земли, там люди воспрянут духом, мы сможем восстановить свой род, обязательно смодем.
   - Что ты несешь! - возмутился я - там уже нет вашей земли, там готские земли, мы побили часть их воинов, но основные их рода сидят на Сейме, а они обязательно пройдут по Десне огнем и мечем, что бы привести все рода буссовы к покорности, и до тебя доберуться. А еще есть воины Кугума, и они тоже пройдут по тем землям копытами своих коней. Ты, что хочешь, отдать своих людей в рабство?
   Радко отвернулся и уставился на очередного старика, что тащил на спине какое то барахло.
   - Перестань хандрить - я похлопал взгрустнувшего Радко по плечу - не думай ни о чем, забирай три ладьи с товаром и оружием, все как есть забирай, это твоя доля. Того, что мы взяли с похода и половину коней тебе хватит, остальные заберу я. И сгоняй всех людей в Смоленск. Там теперь твоя земля, там ты начнешь создавать новый род. А если так тебе хочется, то на Десне, где мы волок начали, поставь охотничью избу, через нее торг будем вести с теми людишками, что на Десне остались. А потом ты может и сговоришься с ними, чтоб они к тебе на земли сели. А еще на восходе от тебя есть устье реки Ока, там путь торговый в земли богатые начинается. Поставь там торговый пост, будешь с племенами местными торговать, оружие и железо я тебе через купцов буду подбрасывать, не пропадешь.
   Радко молчал, совсем упал духом княжич.
   - Пойми друг, там - я показал рукой на юг - пока, что не наша земля, там земля кочевников, а мы для них как для волка тучный олень. Волк тебя не трогает, пока у тебя есть силы, а как только ты задремал, отвлекся или приболел, то налетит и сожрет вместе с потрохами, или в полон уведет. Не надо свой род подвергать такой опасности, не готовы мы еще с кочевниками воевать, нам бы от готов отбиться. Налог с тебя даже брать не буду, ты главное наладь мне торговлю с теми родами, что на Оке живут, ну и про родичей своих не забывай, что на Десне остались. Пойми Радко, у нас есть железо, нам бы землю свою удержать, а богатство оно само придет.
   Через седмицу мы разошлись.
   Радко забрал выживших своих всадников и пошел вдоль Днепра к Смоленску собирать свой народ, а я с Радомиром потащил суда волоком на Янтарную, пора возвращаться в Полоцк.
   Скоро сбор урожая, нужно готовить торговый караван на Руян.
  
   Вчера родился ребенок, он был не первый, сколько их рождалось и умирало в этом мире. Но вот первый ребенок в моем доме. Родила дочь моей ключницы, и по совместительству моя постельничья девка. Вы не думайте, тут все по другому, постельничная значит просто служанка, она смотрит за домом, за тем что бы квас был постоянно холодный, чтоб у князя одежда была чистая ну и все такое.
   Я знал, что это мой ребенок, я сам поучаствовал в процессе превращения своей девицы в женщину и вот вчера она родила, я просто зашёл посмотреть на ребёнка. Бабка повитуха, сказала -'вот князь пришла в мир новая чистая душа'.
   Это было вчера, а сегодня я сижу и смотрю на этих людей, кто назначил их вождями, кто этих мерзких выродков избрал вождями?
   У меня перед глазами до сих пор та женщина, что стояла у берега реки с протянутым ребенком. И весь её жест говорил:'..заберите, хоть ребенка спасите, ведь мы все равно умрем с голода'.
   И тогда я еще не пропустил через себя, все то горе, что постигло невинных людей, я не смог понять, а вот Радко понял. Он сын вождя, он сам настоящий вождь. Он ушел тогда, что бы собрать весь свой род, всех потерявших надежду. Он сел в Смолянке, почти на голом месте и неизвестно сможет ли это селение превратится в город Смоленск, и переживет ли зиму новый род.
   А тут эти, скоты, что пришли на все готовое, что сидят и ждут когда князь построит им дома и вложит в рот ложку горячей каши.
   Через тысячи лет такие же бездарные и мерзкие чиновники будут сидеть на мягких вращающихся офисных стульях и заворожено смотреть на телефон. Когда, когда он зазвонит? И свет издающий многоуважаемый президент скажет, что же нужно сегодня сделать. А пока телефон молчит чиновник чувствует себя сиротой, ему грустно, ему скучно, и так скучно, что аж хочется потратить пару государственных миллиардов на дачу, яхту или островок в Средиземном море.
   Вот и эти мерзкие выродки, изображающие из себя вождей сидят и смотрят мне в рот. Почему изображающие?Да потому, что настоящие вожди все остались со своими воинами в сырой земле, они прикрывали отход родов людишек буссовых в новые земли. И многие, многие из них погибли сражаясь с воинами Казмира. А эти выскочки вылезли уже недавно, заручившись поддержкой обезумевших от безнадёги людей, тех кто уже не верит в возможность выживания. Наобещали, как депутаты из светлого будущего, вначале коммунизм к 2000 году, потом отдельные квартирки каждому, а потом общечеловеческие и общеевропейские ценности.
   И вот эти мрази сидят и ждут когда я начну собственную задницу рвать, и обеспечивать им эти общеевропейские ценности. У них дети с голоду умирают, а они сидят и ждут команды, указания, распоряжения, дружеского похлопывания по плечу. А старуха вчера сказала: '...вот князь, пришла в мир новая чистая душа'. Пришла, что бы 'избранники народа', эти самые души губили.
   - Что скажете старейшины? - я обвел взглядом всех присутствующих.
   Люди сидели опустив головы и не решались нарушить молчание.
  Один из вождей поднял голову и произнес
   - как ты и сказал князь мы поставили городище на озере Чудинов, но нет у нас мира с местными. Там больше десятка родов живут и все охотничьи угодья поделены. Мы куда не пойдем всюду чужие границы нарушаем. Ты бы пугнул их князь, а то не ровен час городище нам пожгут.
   - Я смотрю на тебя Щемяка и не могу понять - произнес я - ты что и на самом деле решил с чудинами за охотничьи угодья воевать. Неж то ты ничего не понял? Я там городище поставил, что бы вы землю мне возделывали и торговлю с чудинами наладили, а ты воевать предлагаешь?
   - Так как же нам жить, им ничего не надо, не торгуют они с нами, они как звери живут, как волки, оленя поймают и съедят, чем нам с ними торговать? - старейшина развел руками - а мне род кормить нужно.
   - Ты на озере живешь и жалуешься, что тебе род кормить нечем - я старался говорить не повышая голоса, но мне это удавалось все труднее и труднее - Скажи мне Щемяка, сколько ты железных криц сделал, сколько топоров отковал, копейных наконечников и стрел продал народам чуди?
   - Так неш-то нам есть время в болотах ковырятся и из тины руду выковыривать? - возмутился Щемяка - мой род сел на голое место, мы токмо жилища построить успели, а стену так и не полностью еще поставили, а уже листопад скоро, а нам есть не чего.
   Я опять посмотрел на присутствующих.
   - Кто еще так думает, кто думает, что вы пришли сюда, чтоб землю с чудинами, весью или песьеголовыми делить?
   Все молчали.
   - Я в Полоцке вначале сам в болотах ковырялся, потом начал железо выделывать и торговлю вести - резко гаркнул я - так ко мне рода от самого студеного моря приходили, что бы ножи и топоры купить, а в замен мне мясо и рыбу, меда и меха тащили. Теперь же в Полоцке дети по болотам ползают руду ищут, женщины уголь березовый добывают, а мужи крицы железные плавят. А вы, что делаете вы на своей земле? За зайцами по лесам гоняетесь? Скажите люди, а сколько вы лодок построили, сколько сетей сплели, сколько бочек для зимних припасов приготовили? Молчите? Я вот что вам хочу сказать старейшины, не буду я вас кормить, я не потерплю, чтоб в моих землях трутни плодились.
   Я стукнул кулаком по столу так, что аж котелок подпрыгнул.
   - Вот вы старейшины у меня зерно просите. Да привез Радомир зерно, да только, что бы то зерно закупить, я вначале пять сотен корзин руды по болотам нарыл, а потом еще тьму корзин угля березового пережег, чтоб сотню ножей сковать, да сотню топоров и кос, и все это мои корабли на Руян возили, что бы продать плоды труда многих людей. А уже на то серебро, что от продажи железа выручил, закупил две сотни бочек зерна да сотню бочек соли. Нешто я всё это делал для вас бездельников?
   Я уже не мог сдерживаться, щека подергивалась, а руки сжимались в кулаки, но нужно было держатся.
   - А знаете вожди почему я зерно в бочках покупаю?
   Все молчали как нашкодившие детсадовцы.
   - Я потому в бочках зерно беру, что бы потом в эти бочки рыбу и мясо на зиму солить, что бы ваши люди от голоду зимой не передохли. А почему я должен думать о ваших людях, скажи мне Щемяка?
   После небольшой паузы я повернулся к другому вождю.
   - А ты Кривко, скажи пошто песьеголовых побил седмицу назад?
   Кривко, что то начал жевать, пытаясь оправдаться.
   - Они на наши земли пришли и оленя убили, а их земли за рекой.
   - Если кто то из вас еще не понял, так я вам поясню - уже не сдержался я - нет тут вашей земли, вся земля принадлежит мне, как и венды с чудинами, и вы смерды, песьи рожи, смеете моих людей бить? Вот тебе вождь мое последнее слово - приведешь на суд тех охотников, что песьеголовых побили, и даю тебе две седмицы. Если не приведешь, то к тебе Креслав с дружиной наведается, и суд проведет праведный, а начнется тот суд с тебя.
   Я несколько раз глубоко вздохнул успокаиваясь, продолжать совещание в таком настроении было нельзя.
   - Вы в этой земле не давно, зверя местного не знаете, охотится, не умеете - произнес я - Однако вы знаете работу с деревом, вы можете выделывать кожи, можете мастерить луки и стрелы, может колоть дерево и делать доску, вы можете строить лодки, вы можете плести сети и ловить рыбу на весь род. Так делайте то, что вы умеете и меняйтесь тем, что у вас есть с людишками от родов чуди, ведь у них есть мясо и меха, они знают как найти мед. Но этого мало, мне нужно железо, каждое селение должно производить железные крицы, я буду покупать у вас железо и делать из него добрую сталь. Но это не главное, я знаю, что вы лес бездумно сжигаете, освобождая место себе под поля. А где уголь, где смола? Нешто вас как детей малых учить нужно в разуме с природой жить? Почему то дерево на уголь не пережигаете?
   Я опять осмотрел всех присутствующих.
   - Я вижу, что не все из вас могут правильную жизнь в селении наладить, так я вот что вам скажу старосты, скоро собираюсь я на торг сходить к готландцам. И как вернусь, проеду по всем селения вашим, а в тех селениях, где работа мне ваша не понравится поставлю своего наместника и будете вы как рабы под его надзором жить, если сами жизнь своих родовичей наладить не можете.
   - Дай нам ковалей князь - тихо произнесла Цветана.
   - Ковалей вам, а где ваши ковали? Я знаю, что в ваших селениях есть много хороших кузнецов, так где их работа, почему я вожу на продажу только свое железо, а вы даже лемехи для плугов у меня выпрашиваете - я опять начинал закипать - Почему мне даже чудины своих отроков в учение присылают, а вы что же, науки княжеской чураетесь, все своим укладом жить хотите?
   Я вытащил меч и положил на стол.
   - Вот вожди, в землях готских такой меч стоит пять десятков гривен серебра, а в этом мече всего два куска кричного железа, но чтобы его сделать денно и ношно работают в поте лица сотни человек. Я сейчас покупаю каждую крицу по серебряному рублю, вы считаете, что этого мало - я опять обвел всех взглядом - хорошо, тогда вот вам новая цена, буду платить пол веса серебра за кусок веса железа.
   Глаза вождей оживились, и они бурно начали обсуждать новые закупочные цены на кричное железо. Я на самом деле давно хотел поднять стоимость закупки железа, потому что знал истинную стоимость металла, она выше раза в три как минимум. И если я продолжу держать низкие закупочные цены, то начнётся контрабанда, вожди попытаются продать свое железо соседям мимо казны, а мне этого не надо, только-только наладили оптовую продажу сабель моим кочевым 'друзьям'.
   Хан Кугум, по такому поводу отобрал у Аркха серебряный медальон торговца и вручил ему золотую тамгу, то есть золотой ярлык позволяющий торговать на всей территории земель роксолан. И вот когда у меня открылся огромнейший оружейный рынок, однако теперь начались разборки между переселенцами и аборигенами за охотничьи территории. Люди еще не привыкли, что есть понятие разделения труда, то есть одни рода добывают мясо и рыбу, другие рода производят зерно, овес и репу, а третьи рода производят экспортные товары, то есть оружие.
   Продажа оружия это просто золотая жила.
   Один кусок крицы я покупаю примерно за пол гривны серебра (200 грамм). То есть 500 грамм железа, за 200 грамм серебра. Дорого? Да нет, не дорого, и даже после увеличения закупочной цены, я не сильно потеряю в прибылях. Но вот потом в печи мои технологи готовят фарфоровые тигеля, плавят из кричного железа тигельную сталь и за каждый кусок стали я плачу мастерам уже по 400 грамм серебра. А потом куют из этого куска стали простую саблю или недорогой меч, делают ножны и за это я уже плачу полноценных десять гривен серебра за каждый меч и по семь гривен за саблю.
   Серебро, что я отдал в оружейную артель, мастера делят по специальному тарифу меж всеми работниками, но я вам так скажу, даже самый обычный подмастерье, у меня ходит в привезенных с Руяна холщаных рубахах и штанах, а не в шкурах как дикарь. То есть я уже получил настоящую рабочую аристократию.
   Но произвести товар мало, нужно его еще продать. Пираты Аркха берут три-четыре десятка готовых мечей или сабель и везут их на продажу по Днепру к торжищу, что стоит на порогах. А там хитрый хан Кугум, скупает все оружие оптом по двадцатьпять-тридцать гривен серебра за клинок. Я конечно догадываюсь, что свою накрутку при перепродаже он тоже имеет, но это его дело, а мне достаточно надежной крыши.
   По предварительной информации род хана Кугума кочует вдоль Днепра от берега Черного моря до границы лесов, как раз до реки Десна по левому берегу, и до самых Припятских болот по правому берегу реки. И все рода, что проживают на территории рода хана Кугума платят ему то ли дань, то ли налог. А я вот плачу десятину с продажи оружия. Грабит меня Кугум, но за ним стоят десятки кочевых родов, а это несколько тысяч всадников, огромный рынок. А самое главное, что у меня нет другого выхода, так как Днепровские пороги все находятся под контролем родов Кугума, и мне до греков в обход Кугума пока не добраться.
   Аркх просто молодец, он уже агентурную сеть наладил в стане Кугума и получил информацию, что примерно половина воинов роксолан постоянно находятся в ставке великого царя Атли, а вот в степи воинов не много, всего 5-6 сотен, но я вам скажу, что и этого достаточно, что бы спесивые готы сидели и не жужжали, а мне рыпаться вообще не с руки с моей то недо армией.
   Выходит с учетом выплаты денежного содержания воинам, что ходят на веслах под видом купцов для охраны моего товара, я за каждый меч получаю примерно 10 гривен чистой прибыли в серебре или в золотом эквиваленте. По дороге назад Аркх закупается в основном продовольствием у тех родов, что сидят в поле и занимаются землепашеством. При чем скупается все и у всех, не взирая на принадлежность к родам.
   Пару раз старейшины тамошние поднимали цены и пытались мне впарить пуд пшеницы за гривну серебра, но я тогда поднимал отпускную стоимость железа, и вожди закусив губу снижали цены. А вот я понимал, что соседи начинают завидовать, а зависть очень опасное чувство, особенно если найдется какой не будь крикливый гот, что сможет объединить рода и отправить их на покорение болотного княжества, так сказать наводить порядок и устанавливать 'справедливые цены'.При таком раскладе еще и переселенцы ни как не могут обжиться. Все бухтят, все возмущаются, все крайних ищут, кто же виноват, что им так плохо живется в лесах-болотах, поля им подавай, пашни им нужны.
   И вот я, что бы избежать голодных бунтов и бегства с моих земель теперь вынужден кормить бездельников, отправляя в рода что сели по Ловати у озера Ильмень, и у озера Чудинов гуманитарные колонны с пшеницей, овсом и солью.
   Эти мраз.., и я еще не раз буду так обзывать моих новых подданных, а особенно само названных вождей. Эти саботажники уже порезали почти всех коров под видом того, что животинку мол, все равно кормить нечем, и бедные животные типа все равно сдохнут. Мне сейчас Берии не хватает, что бы вождям паяльник в задницу воткнуть и лампу в глаза, а потом так спросить: 'говори сука, как давно ты на Британскую разведку работаешь?'. Походу пора мне свое НКВД создавать, хотя зачем тут НКВД, врагов то нет, есть бездельники, лентяи, и много, много обычных идиотов.
   Привыкли люди под сильной рукой Казмира жить, жить по плану как при колхозах. Германцы приезжали и говорили типа так: 'нам насрать сколько ваш род вырастит пшеницы, но вы должны осенью сдать готскому вождю сотню мешков зерна, а дальше хоть с голоду сдохните'. Получив такое наставление и пахали родовичи Бусовы с рассвета и до заката, а тут я такой лох педальный, сам их кормлю и ничего в ответ не требую, а они возмущаются, свободы хотят, того и гляди придут требовать что бы я им гей парады разрешил.
   Но хватит, все устал, пора включать диктатора северокорейского, или не, лучше Сталина.
   - Не дам я вам вожди своих ковалей - произнес я - присылайте отроков, я их учить буду, и через три луны отдам вам уже готовых мастеров, научу их как руду дбывать, угли жеч и как крицы варить, на то большого ума не нужно. И чтоб как лед станет я уже видел ваше первое железо - произнес я заканчивая совещание.
   Я всех трофейных коней сразу после возвращения с похода раздал по десятку в разные селения, но как понял, что толку нет от вождей переселенцев, то отдал приказ собрать всех коняшек и поделить между двумя родами. Половина лошадей теперь содержит Радко в Смоленске, и половина у меня в Полоцке, а остальным я не доверяю.
   Ну как можно додуматься порезать весь скот? Это же саботаж прямой и откровенный. Но с этим нужно заканчивать, я вам не товарищ Брежнев и кормить весь Варшавский договор в виде отдельно разбросанных по огромной территории родов не собираюсь, мне тут коммунизм не нужен, у меня самый что ни на есть капитализм начинается. Я собираюсь всеми родами и селениями обеспечить существование одного промышленного центра, двух флотов и двух дружин.
   Но вот то, что рода пришли на новые места и не могут наладить нормальную добычу даже рыбы, меня напрягло, и я поехал с контрольным объездом по своей территории. И как водится заехал с Креславом в Городище Цветаны, что стояло у Ильмень озера. И картина меня просто напрягла. Опять те же шалаши, а вместо стены простая ограда из вбитых в землю кольев. И это всё, что две сотни человек смогли сделать за шесть месяцев. Две сотни человек! А сама Цветана, княжна, мля, жила в таком же шалаше. Я объехал на коне все это стойбище папуасов, даже на землю ступать не захотел, мерзко, мерзко и противно. А потом спросил Казмира - скажи воевода, как думаешь, что тут происходит? Почему родовичи так не уважают своего вождя. Почему даже Цветане не построили нормального жилища?
   - Так это князь, люди говорят, что она порченая, вот и род весь из-за нее и страдает - тихо произнес воевода.
   - Как это порченая, и кто же её испортил?
   - Так ты князь.
   У меня аж челюсть отвисла.
   - Что ты несешь воевода, как это я? Ты же знаешь не было меж нами ничего, девкой пришла, девкой и сбежала. К тому же она сама сбежала.
   - Как это сама? - удивился Креслав - а ты думаешь что Радко тебе Цветану привез и просто так оставил? Это род тебе её отдал. А ты её отверг, выходит не люба она тебе, то и есть она девка порченая, ибо боги её наказали не милостью мужа.
   Вот уроды, конченные, тут бля, бразильские сериалы отдыхают, рабыня Изаура разыгрывается в прямом эфире, а я опять ни хрена не понимаю, и ни одна падла своему князю ничего объяснить и посоветовать не может, или не хочет, или вообще насрать им на князя, типа 'взялся за гуж, так и не говори, что не дюж'.
   - Ты меня Креслав не путай - прошипел я - как это так род отдал, я ничего о том не слыхивал.
   - Так девицу обычно сам жених в роду забирает, вот тогда и ритуалы всякие проводят - удивился моему непониманию воевода - а вместо тебя дед Боян приехал за вестой. Вот она тот обряд в своем селении прошла и к тебе поехала с братом, а ты потом Радко отдарился за весту, стало быть весь ритуал соблюден. Так, что она твоя была уж давно, а ты её назад к отцу выслал.
   - Не говори херни воевода - рявкнул я - ты сам сказал, что она сбежать надумала и вы с дедом Бояном предложили её отпустить.
   - Так если не люба она тебе, так что же держать то девку? - развел руками воевода - вот тебе Боян и посоветовал её отпустить, от греха подальше, пока девка на себя руки не наложила от страданий.
   - Вы два урода мне мозг не путайте - шикнул я на воеводу - какой такой ритуал она прошла в своем роду, что её отпустили?
   - Так, это - почесал затылок воевода - бабки повитухи проверили её и подтвердили, что она девица, а Цветана потом на своих сосцах поклялась, что будет мужу верной женой, вот и весь обряд, делов то. А как ты её отверг, так она и вернулась в род. Её те же бабки осмотрели и подтвердили, что девка не порченная, вот её род назад и принял, да только отверженная она, о том теперь все знают, а значит богами проклята, порченая.
   - Слушай Креслав, а что за сосцы такие, что за клятва? - не понял я.
   - Как это князь - воевода растянул улыбку до ушей - знаю я, что все воительницы к тебе в ложе ходили, а ты что ни одного сосца так и не узрел? Ну ты меня рассмешил.
   - Ты поменьше зубы скаль, а объясни по нормальному, что за клятва такая? - буркнул я - почему мне о ней раньше не сказывали.
   - Так ты вот муж и воин, ты чем клянешься? - спросил воевода.
   Я задумался.
   - Так на мече своем клянусь, ибо меч - душа воина.
   - Вот, а бабе на чем клясться - наставительно произнес воевода - для тебя меч самое святое, а для нее грудь, которой она дитя вскармливает, вот они бабы на сосцах и клянутся.
   Вот же хреновое средневековье, или тут первобытный строй? Подумал я, это что получается опять я тут накосячил. И ведь, что обидно, я то от всего так сказать чистого сердца не трогал Цветану, даже дом ей отдельный выделил, так сказать до свадьбы ни ни, а тут такие страсти.
   Я повернулся, осмотрел всю округу и увидев подходящее место сказал воеводе - выгоняйте всех бездельников из их мерзких шалашей и вон там ставьте княжий дом, для меня и Цветаны.
   Засвистели батоги и Креслав взялся за работу, сначала выгонял людишек на улицу, а потом начал распределять рабочие команды, а я взял второго коня подъехал к шалашу возле которого стояла отверженная веста, спрыгнул со своей Фафниры - кобылки Одина, и одним движением закинул, неудачливую весту в седло. Тронул коней и поехал на берег озера, нужно свои косяки исправлять, а то мается девка, от этого дело страдает, а я как тот депутат очень уж сильно за электорат переживаю.
   Новый дом Цветаны строили целую неделю, а я регулярно возил свою весту на озеро, вначале она лежала как бревно, а потом понравилось и все чаще и чаще она стала возвращаться в селение с высоко поднятой головой. Ну а как же проклятие снято, а делов то - все нормально объяснить.
   Через неделю я поехал дальше совершать обход своих владений, а в Городке у Ильмень озера появился настоящий сруб. Один дом посередине убогих шалашей, я надеюсь и вождь у них появился, а не девица с комплексами. Я на всякий случай оставил Цветане самых толковых воительниц, аж целый десяток. Эти девки шустрые, если надо, то могут кого угодно раком поставить и болтами девственности лишить.
  
  Конец второй книги
Оценка: 4.69*26  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Мух "Падальщик 3. Разумный Химерит"(Боевая фантастика) В.Кретов "Легенда 2, Инферно"(ЛитРПГ) А.Тополян "Механист"(Боевик) М.Атаманов "Альянс Неудачников-2. На службе Фараона"(ЛитРПГ) Л.Савченко, "Последняя черта"(Антиутопия) В.Чернованова "Попала! или Жена для тирана"(Любовное фэнтези) В.Бец "Забирая жизни"(Постапокалипсис) А.Куст "Поварёшка"(Боевик) С.Климовцова "Я не хочу участвовать в сюжете. Том 2."(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Кирка тысячи атрибутов"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"