Васильев Иван Сергеевич: другие произведения.

Великий и ужасный... (Ди-джей. Часть I I)

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Ссылки
 Ваша оценка:


  

Великий и ужасный... (Ди-джей. Часть II.)

  
  
   1.
   "Десять минут тому назад Штирлиц остановил машину.
   Он почувствовал, что засыпает за рулем..."
   (Здесь и далее: Голос за кадром. Сериал: Семнадцать мгновений весны).
  
   - Товарищи! Поймите, буржуазный рок и Советский комсомол - вещи не совместимы...
   Путешественник во времени слышал слова Валерия Смирнова сквозь навалившуюся дремоту. Шло очередное "скучное" собрание в райкоме ВЛКСМ. Макс сидел в конце кабинета, оперившись локтями о столешницу стола, удобно положив лоб на ладони. (Как будто серьезно задумался над происходящим). Глаза слипались. Чудовищно тянуло в сон. С трудом удавалось сдерживать зевоту.
   - Согласен! Западный, буржуазный рок и комсомол не совместимы, - визгливо отвечал Смирнову неизвестный спорщик. - А наш! Советский, пролетарский, молодёжный рок - ещё как совместим с жизнью комсомольцев. И не просто совместим, а наглядно демонстрирует превосходство нашей Советской музыки над этим уродством, что несёт нам Запад и его сателлиты...
   - ... Рок... рОк ... роК, - колоколом разносилось по комнате.
   - Не спать! Не спать! Не спать, - усиленно отвечало в голове Дениса.
  
   "Кончались вторые сутки, как Штирлиц был на ногах.
   Он решил, что должен поспать.
   Иначе он не доедет до Берлина.
   Хотя бы половину часа..."
   (Голос за кадром. Сериал: Семнадцать мгновений весны).
  
   - ... Рок-музыка вредна для здоровья, в частности, для ушей слушателей... - иногда обрывки фраз всё же прорывались сквозь сознание дремлющего Максима.
   - Друзья! - слышался голос Валерки. - Все знают, у рок-музыкантов от громкого звука катастрофически падает слух. Ухудшается здоровье. Постоянно возникают психические и нервные срывы.
   - Это неправда!
   Правда, товарищи! Верно говорит Смирнов. В одной западной газете было написано: В Америке на одном из рок-концертов упал потолок на присутствующих! Представляете! Пострадавших - целых, два! Нет - три дня доставали по крупицам из-под обломков.
   - ... Ничего подобного, - снова спорили с оппонентом. - Рок - это искусство! Это - серьезное творчество! Для исполнителей необходимы знания, умение, искренний контакт с залом, осмысленные идеи, серьезная музыка - которую они хотят донести до слушателя. Причём не простого слушателя, а соучастника происходящего действия...
   - ... роК... Рок ... рОк, - эхом отражалось от стен.
   .....
   - Брр... трр... хрр... - едва слышно посапывал ди-джей.
  
   "Прошло десять минут.
   Штирлиц спал глубоко и спокойно.
   Но ровно через двадцать минут он проснётся.
   Это тоже была одна из привычек разведчика, выработанная годами..."
   (Голос за кадром. Сериал: Семнадцать мгновений весны).
  
   - Что скажешь, Максим? - резкий голос второго секретаря райкома Хлеборобова вернул спящего на грешную землю.
   - А я что-то должен сказать? - ди-джей медленно открыл глаза и прищурился от яркого света.
   - Сможете подготовить несколько песен на творческий концерт "Нет пропаганде дикого Запада"?
   - Э-э-э, - честно говоря, не знаю, - промямлил Макс, даже не соображая, о чём идёт речь. - Конечно, можно, попробовать.
   Проснувшийся рассмотрел удивлённое лицо Валерки. Тот решительно мотал головой, показывая на невозможность выполнения просьбы.
   - Но-о, гарантии нет. Надо будет посидеть - подумать - отъюстировать аппаратуру. Может быть ещё, что-то потребуется.
   Смирнов закатил глаза. Внутренне чертыхнулся. Расслабленно выдохнул.
  
   - Хорошо, - председатель начал подводить итоги совещания. - В следующий понедельник мы формируем заявку для жюри. Если к этому времени у "Берёзок" будут готовые песни, включим их в программу. Если, нет - извините - сами виноваты. Всё, на этом обсуждение завершено. Товарищи, вопросы вне повестки собрания, есть? Нет? Тогда - собрание окончено.
  
   2.
   Небольшая студия Максима была заполнена участниками группы "Березки". Пока руководительница находились в отпуске, оставшиеся часть коллектива продолжала принимать активное участие в творческом процессе.
   - Не знаю, как вы девочки, а я предлагаю выступать, - одна из присутствующих чувственно заломила руки. - Такое прикольное название концерта: "Нет пропаганде дикого Запада!". Тем более, у меня новая прическа, а ещё туфли вчера забрала из мастерской. И ещё у меня есть, такая... юбочка с небольшим разрезом. Я в ней ни разу никуда не ходила.
   - Тебе лишь бы где-нибудь сходить, - съязвила соседка, сидевшая рядом.
   - А почему, нет? - "Мальвина" с глазами цвета сирени и кукольными ресницами поддержала подругу. - Это же здорово! Все смотрят на тебя. Аплодируют. Дарят цветы, подарки, внимание.
   - Точно, точно, - завистливо дополнила рыжая соседка с короткой стрижкой. - А ещё кого-то провожают до дома, прогуливают вечером по набережной, катают на мотоцикле, приглашают в кино и даже ресторан. Причем, поклонники при этом, все разные!
   - Не стоит завидовать! - фиолетово-глазастая не удержалась от ехидной шпильки. Отвела длинные темные пряди волос за уши. - Надо больше работать над собой, трудиться на репетициях, а не ездить по деревням окучивать картофель! А потом, что поделать, если я ещё не определилась и выбираю?
   ...
  
   "Дести лучших рок-хитов всех времён и народов!", - путешественник во времени молча сидел в другом конце комнаты. Склонился за горой аппаратуры. Отчужденно смотрел в монитор компьютера. Перебирал всемирно известные композиции, пальцем вертел колёсико мышки. Молча оценивал их:
   ...Эта не подойдёт, слушается с трудом, да и роком её назвать сложно, скорее всего чистый трэш-металл. (Представляю себе: семьдесят седьмой год, сцена советской эстрады и девчонки, увешанные цепями, исполняют трэш-метал!).
   ... Вот, следующая, - Макс кликнул два раза на иконку. - Поинтереснее, но вокалиста с таким голосом я не найду.
   ... Эта, слишком простая: Два прихлопа три притопа и сильно много повторов слова "fuck".
   ... Дальше вариант, вообще неизвестно что? И как оно сюда попало? Сплошной унисекс!
   ... Вот, кстати, - парень погонял воздух между щёк. - Неплохая песенка, под номером десять...
   "Тун-турун-тун-тун, - мысленно проиграли несколько аккордов на гитаре. - Хотя, нет - она спета три года назад. Значит, не подойдёт.".
   ...
  
   - Девочки, а мне почему-то страшно! - обсуждение участия в рок-концентре продолжалось.
   - И мне... Я даже не знаю, что такое "рок"? А здесь нужно не просто исполнить композицию - а выбрать несколько, а затем спеть на них пародию. Может быть, не будем участвовать? Ну - его?
   - Я где-то слышала! - сиреневые глаза "в ужасе" подняли к самому потолку. - Все рокеры обязательно должны быть здоровущими, потными, волосатыми мужиками с голосами, осипшими от спирта. И ещё, они постоянно всё ломают, крушат и дерутся на сцене.
   - Настя, кто тебе сказал такую ересь? Нормальные у них голоса.
   - То есть то, что все рокеры должны быть обязательно потными, волосатыми, неприятными мужиками, которые постоянно пьют и дебоширят на сцене, тебя не смущает?
  
   - Девчонки, я вот сижу и думаю, а женский рок вообще существует? - одна из присутствующих нервно накручивала кольца волос на палец. - Что-то я ни разу не слышала про него? Может быть, не женское дело - петь, этот противный, дурацкий, не кому не нужный рок?
   - И я про него не слышала.
   - И, я, - недоумённая пауза затянулась на несколько минут. Присутствующие начали переглядываться между собой.
   - А мне не охота пародировать пьяных, волосатых певцов! - длинные пальцы девушки терзали сумку, губы нервно подрагивали. - Мне, что? Заняться нечем? Пусть сами себя пародирует.
   ...
  
   Тем временем в голове ди-джея всё спуталось и пошло хороводом. Ритмы, звуки, голоса стали накладываться друг на друга...
   "У этой композиции, совсем простая партия и примитивный текст - явно написана для неполноценных подростков, обдолбаных таблетками.
   ... Эта чё то там ту-ру-туту, слишком медленная, заснут, пока доиграем.
   ... А от этого тынц-тынц, транс-бумс-бамс, наоборот кровь пойдёт из ушей и милиция полезет на сцену!
   ... Эта, мне просто не нравиться.
   ... Может, эту?
   ... Или, эту?
   "Что-то надо выбрать? Что? Песен много - идей мало - нужно всего две? Слишком большой список - слишком! Глаза разбегаются. И хочется и колется и времени нет!".
   ...
  
   - Ой! Я так волнуюсь - так волнуюсь! - тоска-печаль никак не хотела покидать девчачьи сердца.
   - Давайте, пока не поздно, сходим в библиотеку? Почитаем про этих рокеров-покеров? Узнаем о них всё? Или зайдём к Вальке Махровой - у неё друг в ДК Попова, чевой-то бренчит, там, на гитаре. Всё под очкастого Леннона из "Битлза" косит. Узнаем всё про этот противный рок, а уже потом будем решать? Надо нам это, или нет.
   - Ага, счас! Бросили и понеслись неизвестно куда. А вдруг у Максима появятся вопросы? Видишь, сидит сам не свой, глазами хлопает, не знает, что делать. А вдруг, ему нужна помощь - а ты предлагаешь убежать в библиотеку.
   - Тогда разделимся: Двое останутся, будут помогать. Остальные пойдут. Потом, если что, поменяемся.
  
   - Красатули! - Макс отлично расслышал последнюю фразу. - Отставить волнение! Всё будет хорошо. Обещаю справиться самостоятельно. Всем спасибо за моральную поддержку. Завтра, репетиция, в семь.
   Советчицы с чувством выполненного долга поднялись с мест и двинулись на выход из комнаты.
   - Марина, - он остановил последнюю, задержавшуюся на выходе. - Назови, пожалуйста, два любых числа от одного до двухсот?
   - Пятьдесят и сто шестьдесят три. А тебе зачем?
   - Просто так.
   - Ладно, я тогда пошла?
   - Иди.
  
   3.
   Выпроводив девушек из творческой мастерской, ди-джей вернулся к просмотру списка рок-композиций.
   - Такс, певочки-припевочки, шерочки-машерочки! Кто у нас в списке под номером пятьдесят и сто шестьдесят три? Отзовись? Кому повезло?
   - Этого просто не может быть! - он не поверил своим глазам, увидев название композиций.
   - Хотя, а почему нет?
   - Песни хорошие, в будущем станут всемирно известными и популярными. Исполняются в жанре "Хард-рок". Как раз то, что надо.
  
   - Допустим, композиции выбрали, - мысли в голове Максима начали вытягиваться в строки, складываться в столбики, ряды, матрицы, формировать определённую картину размышлений.
   - Музыка, есть. Слова тоже. Более того, у нас имеются фонограммы. Интересный случай - исполнителя нет, а фонограмма с его голосом уже присутствуют. Итак, кого назначим вокалистом?
  
   Начали перебирать варианты:
   - Валеру?
   - Нет, слишком тонкий голос. Да и спеть так не сможет.
   - Я?
   - Тоже, нет. Я так не смогу.
   - Кто тогда?
   - Нужно искать.
   - Где искать?
   - Где-то.
   - Может быть, по-быстрому замутить кастинг?
   - Идея хорошая. Но, пока дам объявление, соберу желающих, пока прослушаю - уйдет уйма времени. А исполнитель нужен здесь и сейчас.
   - И что делать?
   - Думать!
   - Думаю.
   - Может пригласить кого-нибудь известного?
   - Хорошая идея. Но он вряд ли согласиться петь пародии на "Современные" рок песни, да ещё на простом мероприятии.
   - Это точно. Тогда надо пригласить неизвестного, желающего проявить себя.
   - А неизвестного надо опять искать, выбирать, прослушивать.
   - А где искать?
   - Где-то.
   - Замкнутый круг. И подсказку получить не от кого.
   - И что делать?
   - Думать!
   - Думаю...
  
   - Двери! - громкий голос технички в коридоре отвлёк Мыслителя от тяжелых раздумий.
   - Двери, когда закрывать будем? - кричали из коридора. - Ироды, расщеперили, настежь!
  
   - Точно, дверь!!! - где на затворках сознания вспыхнула подсказка. - Вот кто мне поможет, подскажет и даже найдёт того - кого надо.
  
   В тоже мгновение рядом с входным проёмом сформировался ещё один.
   - Помощница, смотри сюда! - Максим повернул экран монитора в сторону двери. - Это Фредди Меркьюри - вокалист всемирно известной группы "Квин". Кстати, вот его фото. Видишь?
   - Который голый по пояс, с усами, - ди-джей ткнул рукой, в нужного человека. - Мне нужно найти похожего на него. Срочно. Сможешь?
   - И-и-и, - помощница тут же ответила скрипом, недвусмысленно приглашая войти.
   - Подожди, это не всё, - Макс подошёл и закрыл торопыгу.
   - Фредди - гениальный певец, начали поучительный рассказ. - Он может петь в вокальном диапазоне четырех октав. Четырех! От других исполнителей его отличает необычно быстрое и неровное вибрато. Так, вот! Мне нужен человек с такими же музыкальными данными. Чтобы голосом и навыками пения он походил на Меркьюри, а может был лучше.
   - И-и-и, - снова ответила дверь, настойчиво открываясь и мягко отталкивая руку хозяина.
   - Постой! Это ещё не всё, - непоседу снова плотно прикрыли и даже навалились на неё плечом, чтобы она не спешила отворяться.
   - Мне надо, чтобы этот человек не только умел хорошо петь, но и проживал в этом времени, в Москве. Лучше если он будет вообще где-нибудь поблизости.
   - Ты поняла?
   - Дун-дун-дун, - дверь не просто поняла, она заскрипела, и по ней застучали в ответ с обратной стороны.
   - Ты хорошо меня расслышала?
   - Дун-дан-дун, - продолжали настойчиво долбить.
   - Ладно, посмотрим, кому там не терпится стать "ужасно" знаменитым?
  
   4.
   - Тук-тук-тук, - в соседнюю дверь также стучали.
   Максим после минутного раздумья, с сожалением посмотрел на свою помощницу, которая быстро испарилась вместе с несостоявшимся "певцом всех времени и народов". Открыл основную дверь. На пороге стоял Валерий Смирнов.
   - Максим, я по дороге встретил наших девчонок. Говорят, ты принял решение участвовать в программе. Это правда?
   - Правда. Сейчас думаю, кто будет петь.
   - А ты не забыл, что по положению конкурса одна из песен должна быть про армию?
   - Про какую армию?
   - Про нашу - про Советскую.
   - ???
   - И ещё, Хлеборобов после совещания мягко попросил меня напомнить тебе, что если ты приглашен на комсомольский актив, где решаются важные вопросы в жизни молодежи, то там необходимо работать, а не дремать. И если бы ты не спал, а слушал, что говорят, то не делал бы сейчас удивленное лицо, как будто слышишь про это в первый раз.
   - То есть, в программе выступления должна обязательно быть песня про армию?
   - Да. Я пытался намекнуть тебе, не спешить с ответом. У нас же нет армейских песен в репертуаре? Да ещё в жанре "Рок"?
   - Нет - будут! - беспечно произнёс Максим. После чего весело добавил, процитировав стихи...
  
   Что нам стоит, дом построить?
   Нарисуем, будем жить.
  
   - Честно говоря, - Смирнов придал лицу возвышенное выражение. - Я считал и считаю, что рока не должно быть на Советской эстраде. И поведение вокалиста на сцене не должно быть омрачено копированием музыкантов дикого Запада. Поэтому, со всей ответственностью заявляю, что не буду участвовать в этом мероприятии.
  
   Входную дверь рванули за ручку так, что она едва не слетела с петель. В "Музыкальную мастерскую" без стука вошёл военный в звании прапорщика.
   - Так! Рас ту-ды вас так, - гость произнёс резко, осмотрев присутствующих. - Иванов, кто?
   ??? Мёртвая тишина повисла в комнате.
   - Ещё раз спрашиваю... Иванов, кто?
   - Я, - Максим ответил с максимальной вежливостью.
   - А ты? - колючие глаза военного уставились на Валерку.
   - Ввалерий Смирнов, - не ожидая напора асфальтоукладчика, промямлил художник.
   - Так! Рас ту-ды тебя так! В армии служил, оболтус?
   - Ннет, - Валерка никак не мог прийти в себя от неожиданности. Продолжал заикаться.
   - Почему? Беженец? Дезертир? Враг народа?
   - Не взяли. Плоскостопие у меня.
   - А ты? - прапорщик перевёл испепеляющий взгляд на ди-джея.
   - Да... Нет... - ударился головой - не могу вспомнить.
   - Не служил, не помню, память потерял... - передразнил прапор. - Я! Рас ту-дыт твою налево, таких как вы, в сорок втором под Сталинградом, без суда и следствия... своей рукой ставил к стенке. И стрелял до тех пор, пока не закончится обойма. А теперь, вырастили диссидентов - пыль с них сдуваем - поём с ними эту "Империалистическую заразу" - тьфу, рас ту-дыт её выплюнуть и растереть.
   (Макс внимательно осмотрел "бравого" вояку-расстрельщика, после чего прикинул возраст: получалось, что в 42-ом ему было от силы года полтора-два, так что своей рукой к стенке он мог ставить разве что ночной горшок.).
  
   - Значит, так! Рас ту-ды вас так, - смилостивился "личный помощник" комиссара госбезопасности Берии. - Теперь по делу: Товарищ Хлеборобов попросил меня лично помочь вам в подготовке ответственного мероприятия: Найти певца популярных песен об армии. Что я и сделал. Ясно?
   - Конечно, ясно, - закивали головами гражданские.
   - Так, рас ту-ды меня так, - "генерал" выглянул в коридор. - Боец Петренко, рысью, ко мне.
  
   В комнату протиснулся лопоухий, похожий на вытянутую селёдку, солдат. Недавно обстриженная голова военнослужащего оказалась буграстой, неровной, точно над ней не очень потрудились в свое время: отесали топором и - ладно, мол, гуляй!
  
   - Значит, так, рас ту-ды вас так! Передаю бойца Петренко для репетиций. Сейчас, три часа сорок минут. Заберу через два часа. И чтобы через два часа... он пел у вас так, рас ту-ды его так, как надо. Ясно?
   - Не слышу?
   - Ну-у, не знаем... - неуверенно бубнили "продажные" антисоветчики. - Постараемся... Попробуем как-нибудь.
   - Не знаем, постараемся, попробуем, - передразнил прапорщик. - Ещё раз, повторяю для всех вражин, случайно переживших сорок второй год, так рас ту-ды вас так! Особенно для тех, до кого не дотянулась моя рука! Чтобы через два часа, этот "ушастый Паганини", не просто пел, а пел и плясал как Магомаев. Ясно?
   - ???
   - Значит ясно, - прапорщик повернулся через левое плечо. Повернулся четко, видимо, ранее он был отличным строевиком, и вышел из студии.
  
   5.
   Две возбуждённые молодые особы уже половину часа стояли возле стеклянной будки телефона-автомата.
   - Лера, ты не права! - Она наша подруга. Мы не можем поступить так плохо. Это не по-товарищески.
   - Нинуся, почему не можем? Ещё как можем! Алла - взрослый человек. В том году окончила техникум - работает помощником счетовода в заготовительной конторе. Завтра, первый день как выходит из отпуска на работу. А тут раз - ты - и твой ненужный звонок.
   - Лерочка, это неправильно. Мы должны сказать ей. Мы её подруги!
   - Нина, ты не понимаешь? Она много раз говорила, что у неё очень ответственная работа. Тем более конец месяца - пора отчетов, планёрок, совещаний. Ей надо работать, считать, чего она там считает, проявлять себя - а нас едет итак много. И вообще: Меньше народу знает - больше достанется другим!
   - Лера! Надо ей позвонить. Это не честно.
   - Нинуся, послушай меня. Хотя бы раз. Посмотри на время. Уже поздно - седьмой час. Алла много раз просила не звонить вечером. У неё строгая мама, маленький брат, скандальные соседи. Тем более, завтра она хотела пойти на работу пораньше и уж явно неготова к поздним разговорам.
   - Нет, я всё равно позвоню.
   - Хорошо. Звони - раз тебе надо. Но знай! Я тебя предупреждала и была против. Если что-то произойдёт - это будет на твоей совести.
  
   - Алло. Неля Сергеевна. Здравствуйте. Это Лера и Нина подруги Аллы из танцевального коллектива "Берёзки". Скажите, пожалуйста, а Алла ещё не спит?
   - Ага... Ага. Понятно. Нет, ничего не случилось. Нет, ну что вы. Как можно? Всё нормально. Не волнуйтесь: Все живы, все здоровы, всё хорошо...
   - Почему звоним? Да, так - ничего. Просто гуляем. Хотели узнать, как дела.
   - Ага... Ага. Не, ненадолго: Буквально на минуточку... - даже меньше.
   - Да, знаем, отпуск закончился, завтра на работу... Строгое начальство.
   - Конечно... Согласна... Обязательно... Неля Сергеевна, вы как всегда правы - через минуту идём домой.
   - Спасибочки.
  
   - Да, аллё, кто это? - на обратном конце провода раздался мелодичный, хорошо узнаваемый голос лучшей подруги.
   - Алла, приветик... - спокойным тоном ответили неведомой собеседнице.
   - Чё делаешь? Чем занимаешься?
   - Ага... Угу... Юбку гладишь. И кофту белую. Лаком покрасила ногти... Понятненько.
   - Слушай Алл, тут такое дело... Как бы тебе это сказать... Ты, завтра до скольки работаешь? Ага... Ясненько.
   - Да, не, ничего... Всё нормально. Гуляем с Лерой.
   - Не... Ничего не случилось. Всё нормально. Просто, Максим с Валерой чего-то опять придумали. В общем, на завтра репетиция отменяется.
   - Почему?
   - Как бы тебе это объяснить? Попроще.
   - Понимаешь, Аллочка... Тут, такое дельце... - девушка прикусила губу и посмотрела на свою рядом стоявшую подругу. Та активно махала ей руками, чтобы ничего больше не говорила, заканчивала разговор и положила трубку.
   - В общем...
   - Значит...
   - Короче...
  
   Переговорщица взяла паузу. Глубоко вздохнула. Переложила трубку из одной руки в другу. Плотно прижала к уху.
  
   - Алла, только не расстраивайся. Мы сразу хотели тебе позвонить. Но потом подумали: У тебя с утра первый рабочий день после отпуска. Мы с Лерой твои лучшие подруги, а Максим с Валерой договорились с какими-то военными, и нас завтра повезут в воинскую часть. Будут снимать музыкальный фильм на нашу новую песню. Все девочки из "Берёзок" играют в главных ролях.
   - Да... Точненько. Да именно так, - стали доброжелательно соглашаться со всеми доводами. - Едут все, абсолютно...
   - Конечно обрадовались: Настя, как только узнала про поездку - сразу побежала в парикмахерскую делать новую прическу. Катька вприпрыжку за ней. Лера оденет самую короткую юбку и туфли на длинном каблуке. А я думаю взять любимое серое платье.
   - Нет. Нет. Нет, это не то, что ты думаешь, - стали решительно оправдываться. - Кто же знал, что так получится? Да мы бы тебе сразу позвонили. Сами только что узнали. Нет, не специально. Нет, не хотели. Нет, не виноваты - это все они!
   - Нет, мы, не такие!
   - Аллочка, подожди, не возмущайся. Тебе завтра с утра на работу?! Просто не хотели расстраивать.
  
   Решительная соседка не утерпела и выхватила трубку из рук подруги...
   - Аллка, ты не представляешь, теперь мы!.. будем выступать не просто на сцене, а станем известными актрисами! Про нас снимут кино! Целый день сьёмок. С утра и до вечера! В костюмах, в форме и даже в купальниках. Возле настоящей боевой техники, рядом с военными - красивыми и мужественными парнями. Макарова, как жаль, что у тебя закончился отпуск и тебя не будет вместе с нами! Но, ты сама виновата!
   ??? - в ответ в трубке звучали какие-то неразборчивые звуки похожие на бульканье воды при сливе в раковине.
  
   - Мама, - медленно процедила девушка сквозь губы, когда положила трубку. В комнате повисла недобрая, неоднозначная тишина, словно перед чем-то плохим, что должно было неотвратимо произойти.
   - Я не знаю, что ты со мной сделаешь, но я не пойду завтра на работу. Ни-за-что!
   - Какой ужас! - Неля Сергеевна несколько театрально сжала пальцами виски. По её спине табуном побежали мурашки. - Доча, что произошло? Что случилось?
   - Ни-че-го!
  
   6.
   Поздним вечером Максим возвращался с работы. Шёл по коридору общежития. По дороге встречал редких соседок, с которыми вежливо здоровался.
   - Вечер добрый.
   - Ой, и вам добрый, - смущенно ответили на приветствие незнакомца. И ту же повернувшись к соседке, тихохонько толкнули её в бок.
   - Валь, а это кто?
   - Где? - удивлённо переспросили в ответ, не замечая ничего кроме люстры на потолке.
   - Вон! Парень, только что прошёл, поздоровался с нами.
   - А, этот, - подруга вздохнула раздосадовано. - Какой же это парень? Скажешь тоже - парень. Так, себе. Живет на нашем этаже в бывшей сушилке. Ни рыба - ни мясо. Ни выпить - ни закусить. Один плюс - в штанах ходит.
   - Не знаю... Я бы так не сказала. По-моему, очень даже ничего. Вежливый такой - прошёл, поздоровался. И улыбка приятная, и голос. Валь, а чем он занимается? Где работает?
   - Марина, не действуй мне на печенку! Ничем не занимается. Тусуется до позднего вечера в каком-то ДК МК ПК. То ли дворник, то ли плотник, то ли ещё какой-то скотник "физического труда". Так, что забудь - он тебе не пара: К тому же с головой у него не в порядке - пришибленный он.
   - Как это?
   - Так! Когда служил в армии, ему по ней крепко настучали. Причём так сильно, что теперь ничего не помнит.
   - Бедненький. За что же его так?
   - За что - за что? За дело! Письма кому надо не писал!
  
   Макс зашёл в комнату. Не включая свет разулся. Повалился на кровать. Притворно зевнул, потянулся, повернулся с одного бока на другой, закинул руку за голову, другую подпихнул под себя. Долго лежал с открытыми глазами, задумчиво смотрел в тёмное окно.
   Тяжело вздохнул, взбил подушку, завернулся в одеяло, свернулся "калачиком", выпрямился "в струнку" - спать не хотелось.
   Что-то постоянно отвлекало: Сперва посторонние звуки, идущие с улицы. Потом урчание телевизора за стеной. А больше всего громкое "цыганское" радио раздававшееся на весь коридор: Какая-то Лена просила какую-то Галю, узнать у Марины или Иры, ушла ли Наташа к Кате за туфлями Веры, которые для неё купила Маша на день рождения Вики.
  
   Соседки, смотревшие фильм за стеной, добавили звук. Громче заиграла музыка, и диктор проникновенно произнёс...
  
   Погоня! Какой детективный сюжет обходится без нее.
   Один бежит, другой -- догоняет... таков непреложный закон жанра.
   Детектив без погони, это -- как жизнь без любви.
   (Фильм "Берегись автомобиля". https://www.youtube.com/watch?v=8u2ayLRFjSE )
  
   - Блин, везёт же некоторым! - Макс завистливо вздохнул. - Смотрят телевизор. Судя по репликам - интересный фильм. А я тут один! Сирота-сиротинушка! Лежу в пустой комнате. Всеми позабыт - позаброшен - скучаю - никому нет дела до меня.
   - Я может быть, тоже желаю посмотреть что-нибудь увлекательное!
   - А что? Сейчас встану с кровати и пойду, напрошусь в гости, посмотрю кино.
  
   - А может и не встану... - лежебока мечтательно потянулся. Повернулся к стене.
   - Лучше останусь на месте и буду смотреть прямо от сюда.
   - И не просто детектив, а ещё и фантастический, с элементами мелодрамы, боевика и ужасов.
   - Поняли меня? - обратился он неизвестно к кому.
   - И-и-у, - ответили ему через несколько секунд, открывая окно в один из западных кинотеатров.
   .....
  
   Это была захватывающая остросюжетная лента с кричащим названием "Нашествие тьмы".
   Продюсер не пожалел средств на антураж. Здесь было всё: Майзеры, шмайзеры, параболические антенны, инопланетный суперкомпьютер, летающие тарелки пришельцев, пышная суперзвезда с бюстом пятого размера.
   Завязка фильма строилась вокруг тайника, куда "плохая", выжившая из ума старушка помещала имя молодой жертвы, которую впоследствии похищали инопланетяне, а затем, поместив её в паутину, скармливали своим зародышам.
   Пышная суперзвезда, возглавляла секретную разведывательную организацию, и искала пропавших людей, но не могла найти - потому что хитрые инопланетяне вселились в тела первых лиц государства и всячески мешали расследованию.
   Главный персонаж - переросток-ботаник, работает полотёром в школе умственно отсталых детей. К середине фильма он умнеет, хорошеет, меняет прическу и естественно становится непревзойдённым сыщиком-аналитиком. Только после его подсказок и наблюдений наконец-то становится понятен чудовищный план космических завоевателей, а именно поработить Землю, истребив всё человечество.
   В конце фильма главный герой настолько становится активным, что, минуя ловушки, засады, подставы, соблазняет суперзвезду, побеждает инопланетных захватчиков, замыкает обрывком проволоки суперкомпьютер, вызывает землетрясение и заваливает скалами подземный город с яйцами пришельцев...
   Итог: Все живы, все счастливы, радуются, прощальные пятиминутные поцелуи в конце фильма - планета спасена, пришельцы погибли. Ура - ура! Звучит бодрая патриотическая музыка, стремительно бегут титры, довольные зрители расходятся из зала - зе энд.
   ......
  
   - Мда?! - странные мысли обуревали кинокритика после просмотра. Он снова лежал на кровати, уставившись в потолок.
   - Скажем прямо - не шедевр, да ещё напичканный логическими не состыковками. И вообще получается, что если бы они не нашли тайник, то пришельцы продолжили бы похищать ни в чём не повинных девушек?
   - Так и было бы: Сперва сожрали бы всех людей - потом наплодилось бы огромное количество инопланетян. И всё - конец матушке Земле.
   - С другой стороны... - активные размышления волнами чередовались в черепной коробке. - Забудь старуха место куда прятать записки - а вдруг, память то плохая - эмбрионы умерли бы от голода. Выходит, все дело в тайнике!
  
   - Кстати, - путешественник во времени строго посмотрел на стену, где находилась исполнительница желаний.
   - Я вот, что думаю...
   Человек в комнате взял небольшую паузу. Прищурил глаза, а затем внезапно произнес.
   - Слушай дверка, дверуша, дверушечка. Назрел вопрос... Серьёзный!!! Ответственный! Подумай, прежде чем ответить!
   - Скажи... Инопланетяне на Земле, есть? Были? Будут?
   ??? - тишина со стороны советчицы. Она онемела - явно не ожидала такого подвоха.
   - А тайники, оставленные пришельцами, показать сможешь?
   - ??? - никаких изменений. Дверь "зубами" вцепилась в косяк и решительно не желала выдавать инопланетные тайны.
   - Значит, будем молчать? - строгий хозяин начал закипать. Он строго свёл брови. - Или делать вид, что не понимаем вопросов?
   - Но ведь какие-то тайники в этом времени существует? Не может быть, чтобы их не было? Хотя бы... шпионские, бандитские, воровские? Хоть какие? Давай, показывай - всё равно заснуть не могу!
  
   7.
   В кабинет капитана госбезопасности Карпина вошли два молодых человека в форме курсантов военного училища. Подойдя к столу, они одновременно поднесли руку к козырьку и отчеканили...
   - Товарищ капитан! Курсант Савельев прибыл в ваше распоряжение для прохождения практики.
   - Курсант Скрябин прибыл для прохождения практики.
  
   - Надо же! - Карпин отметил ребят, прочитав поданные документы и прижав их на столе крепко сжатым кулаком. - Отличники боевой и политической подготовки.
   - Так точно, товарищ капитан.
   - Значит, будете проходить практику в нашем управлении. Очень хорошо. Нам нужны умные ребята. Хотя, диверсантов ловить сразу не обещаю, но... Есть, есть у нас интересные дела в которых необходимо проявить ум, смекалку, выдержку, хладнокровие. Да и научитесь кое - чему.
  
   Хозяин кабинета поднял трубку телефона...
   - Старшину Николаева.
   - Андрей Степанович?
   - Зайди ко мне.
  
   Через несколько минут в кабинете появился ничем не приметный старшина, с узкими покатыми плечами, с продолговатым бледным лицом.
   - Андрей Степанович, знакомься, - выйдя из-за стола, обратился к нему Карпин. - Курсанты Виктор Савельев и Алексей Скрябин. Будут у тебя под началом. Понятно?
   - Так точно.
   - Смотри старшина: Боевые ребята, отличники учебы, чекисты по призванию, будущие Шерлоки Холмсы и Пинкертоны. Улавливаешь, к чему я веду разговор?
   - Понимаю, - ни один мускул не дрогнул на лице старшины. - Постараться максимально использовать их знания, опыт и навыки, полученные в училище.
   - Верно, рассуждаешь. Берёшь этих орлов и сразу привлекаешь к самому сложному и ответственно-важному делу.
   - Сделаем, товарищ капитан. Разрешите идти?
   - Идите.
  
   Спустя пять минут курсанты стояли в "мрачном" подвале перед огромным, покрытым вековой пылью, закрытым на большой амбарный замок шкафом. Вид у ободранного, облупившегося хранителя вещей был недоуменный и обиженный, словно он молчаливо говорил: да, я знаю, что стар и прожил свой век. Но почему меня бросили, почему спустили в подвал? Совесть у вас есть?
  
   - Привлечешь их к самому сложному и ответственному делу! - курсант Савельев ехидно передразнил капитана.
   - Постараюсь максимально использовать их знания и навыки, - тут же крепко досталось старшине.
   - Нет, Леха! Согласись - издеваются! - Савельев никак не мок успокоиться. Обида бурлила, наполняла его.
   - Попросили бы просто очистить этот "гроб на колёсах" от мусора. Нет проблем - взяли, собрали, выбросили. Но ведь велено открыть, аккуратно достать, составить подробную опись всех найденных предметов, да ещё в двух экземплярах. А уж только потом отнести на помойку и выбросить.
   - Может не так всё плохо? - задумчиво возразил Скрябин. - Вдруг там ничего нет. Открывай, посмотрим.
  
   Савельев вставил ключ в скважину. С трудом провернул его. Замок чавкнул. Шкаф недовольно уперся плечами в стену.
   Металлическая затворка отворилась со скрежетом и дребезжанием, эхом отдавшимся в темноте.
  
   - Мать честная! - челюсти курсантов отвисли "до самого пола", "рассматривая" доверху забитый "сейф".
   - Леха, деньги! Наверно несколько десятков тысяч? Рубли. Доллары. Марки. Разные: Да тут вагон валюты! Это же целый банк! Эльдорадо! Клондайк! Мы тут замучаемся переписывать - пересчитывать - перекладывать. Это, что... шутка такая? Им что? Занять нас нечем?
   - Витя, смотри, золото в коробках. Монеты? Украшения? Глянь - слитки золотые.
   - Оружия-то сколько? Вау, классный "Наган"! Себе заберу. Нет, лучше "ТТ". Хотя... Вот, что мне надо! Дамский пистолетик - супер убойная вещь! Я такой видел в фильмах про шпионов. Пах-бах и ноги кверху.
   - Прикинь... Настоящий "Шмайсер"! - Савельев потянул за торчащее из вороха дуло с большой мушкой и вытащил на божий свет автомат, передернул затвор. Пружина лязгнула тревожно и звонко.
   - Та-та-та-та... - спародировали убойного немца. - Алес, дастишь, Гитлер капут... Яя! Натюрлих.
   - Витюша - зацени: Иностранные паспорта, плёнки, бланки. Коды какие-то? Шифр что ли?
   - Опочки, товарищи дорогие, держите меня семеро: Фотоаппарат! Магнитофон. Транзисторный приёмник! Да он новенький!
   - Скажешь тоже - приёмник, - квадратные глаза соседа смотрели в другой угол. - Посмотри вниз - рация.
   - А это, что? Чемодан. Внутри старые папки с немецким орлом. Дела какие-то. Журналы, тетради с записями. Фотографии. Всё в пыли и печатях.
   - И чё - весь ворох? Взять, переписать и уволочь на свалку?
   - Не домой же?
   .....
   Какое-то время спустя в нескольких километрах от столицы, в дремучем лесу.
   Стояла тихая тёмная ночь. Луна спряталась за рваные облака. Тени от деревьев успокоились и жадно потянули руки по траве к машине.
   Два человека молча сидели в автомобиле. Уши их настроились на лесные звуки и шорохи. Глаза бегали из стороны в сторону, едва различая контуры деревьев.
   Мужчины долгое время прислушивались.
   - Вроде тихо, выходим, - водитель рукой в перчатке дотронулся до плеча своего спутника.
   Оба открыли дверцы и, продолжая прислушиваться, ступили на траву. Молча, оглядываясь по сторонам, подошли к тайнику. Пассажир тихо начал копаться в земле, убирая дёрн, открывая тайник. Внезапно он замер. Наклонился. Затем стал шарить рукой. Ощупывать пустоту.
   - Всё в порядке? - вспыхнула спичка - её пламя осветило перекосившееся от ужаса лицо, словно отлитое из бронзы, гладкая кожа блестела на мощных скулах, точно полированный металл.
   - Нет, - едва слышно прозвучало в ответ.
   - Чего нет? - переспросил напарник. Его лысину прикрывали тёмные длинные и жидкие пряди волос, напоминавшие мутные водоросли, распластанные на белом камне.
   - Ничего, НЕТ!
  
   8.
   Единственный представитель мужской части, на территории женского общежития, потянул дверцу холодильного шкафа на себя. Внимательно осмотрел содержимое.
   Внутри находилось блюдо с великолепно зажаренной гусятиной, висели аппетитно выглядевшие колбасы, лежал небольшой сочный окорок ветчины, было масло и хлеб. Несколько кусочков сыра. Красивый набор печенья, две плитки шоколада и большая коробка конфет "Ассорти". Из шкафчика приятно тянуло холодом.
   - Нет, это не то, - недовольно пробубнил хозяин. - Не то.
   - Я хотел чего-нибудь сладенького к чаю. А тут не понятно, что. Хотя пахнет вкусно.
  
   Кто-то (Вероятно почувствовав запах еды) еле слышно поскрёб во входную дверь.
   Требовательный хозяин подошел к входу, открыл. На пороге стояли Кристина - староста пятого этажа.
   - Вечер добрый, - девушка приветливо улыбнулась.
   - И вам, добрый. Как раз собирался поужинать. Заходи! Составь компанию. Сейчас достану что-нибудь вкусненькое, угощу.
   - Спасибо. Я не голодная, - Кристина, поверх плеча, осмотрела абсолютно пустую комнату и сиротливо стоящий у стены стол, застеленный пожелтевшими газетками.
   - Максим! У меня к тебе просьба: У нашей скромницы Ксюши, из пятьдесят третьей комнаты, завтра день рождения. Мы с девочками купили в подарок телевизор. Решили проверить его, а он чего-то не фурычит. То ли антенна не работает, то ли ещё чего.
   - Короче... Ты же мужчина?! - она выразительно посмотрела на парня своими большими серыми глазами и подала небольшую картонную коробку. - Сможешь разобраться? Открыть, проверить, посмотреть?
   - Конечно, давай, попробую.
   - Вот и чудненько. А я побежала, опаздываю на дежурство.
   "Врёт, поди, как всегда!" - завистливо посмотрели вслед девушки. "Небось, полетела к своему Гошану".
   Старшая по этажу, чувствуя на своей спине взгляд, остановилась. Повернулась.
   - И это... Поздравляем завтра в семь вечера. Смотри не опаздывай! Приходи вовремя!
  
  
   - Итак, дорогие наши теле-видео-зрители, что мы имеем? - Максим закинул ноги на спинку кровати, начал, как и положено "настоящему индейцу" перед первым включением сложной аппаратуры, читать "по диагонали" инструкцию по её применению...
   - Телевизионный приёмник чёрно-белого изображения "Юность Р-603" - 1 штука.
   - ...малогабаритный, переносной, соответствует техническим условиям...
   - ...Внимание! В телевизоре применен взрывозащитный кинескоп типа...
   - ...Суммарная масса драгоценных металлов: Золота 0,1028164 г. Серебра 1,66941007 г...
   - ...прием черно-белых передач в зоне неуверенного приема не гарантируется...
   - ...не оставляйте телевизор на попечение незнакомых... больных... малолетних детей. Опасно!
   - ...при первом включении постарайтесь проверить продолжительность работы...
   - ...не доверяйте ремонт и настройку приемника случайным лицам... Помните об ответственности!
   - ...и тэ дэ и тэ пэ... приятного просмотра и хорошего настроения!
  
   - Всё понятно. Коротко, ясно и доходчиво на восемь страниц: Надо включать, смотреть, крутить, вертеть, пробовать.
   Ответственный потребитель встал с кровати, подошёл к аппарату. Как указано в инструкции воткнул вилку в розетку на 220v. Начал выдвигать и медленными вращательными движениями крутить антенну. Щёлкать переключателем телевизионных каналов - строго почасовой стрелке.
   - Ну ка-ся, дорогие мои друзья, чего у нас происходит на "1" канале? - начали разговор с невидимыми зрителями.
   - Ни-че-го. От слова совсем.
   - На втором: Сильный снег, пурга, метель, буран сквозь завывания, в которых видна "замороженная" вокалистка, вцепившаяся в рояль и жалостливо поющая романсы о несчастной любви.
   - На третьем: Хорошая картинка, неплохой звук и двое серьезных мужчин обсуждают революцию на Кубе.
  
   - Вам, это интересно? - спросили у присутствующих в комнате?
   - Мне, нет, - ответили за них.
  
   - На четвертом: Серьёзные обозреватели с "Третьего" канала уплотнились, наложились друг на друга, сдвинулись в угол и еле слышно сквозь громкий шорох и скрежет, продолжают чего-то бубнить про кубинских революционеров.
   - На пятом: Отличное изображение, хороший звук. Показывают "старинный" фильм про крепостных актёров.
   - На шестом, седьмом, восьмом, девятом, десятом - загадочное голубое свечение. И тишина!..
   - Одиннадцатый скорее всего принимает послание со звёзд. Растянутые, волнообразные звуки далёких галактик изредка прерываются мерцанием экрана и пугающим треском.
   - На двенадцатом: Хорошее изображение и звук. Идёт репортаж с каких-то международных соревнований по плаванью. Наши пловцы выступают плохо. Прошло уже два заплыва. Нет ни одного советского спортсмена даже в тройке призёров. Смотреть такое не интересно.
  
   - Мда! - произнёс техник-наладчик широкого профиля, завершив просмотр имеющихся вариантов. - Выбор каналов "просто шикарный". Прям, даже не знаю с чего начинать: Со скучно, с очень скучно или ва-о-ще неохота смотреть. Проблема стара как мир...
  
   Вроде телевизор есть и программы... целых четыре! - а посмотреть нечего.
  
   - И как я должен проверить продолжительность работы? Надо же сидеть и чего-то глядеть - как написано в инструкции продолжительное время.
   - Что если? - путешественник во времени на минуту задумался, а затем щёлкнул тумблером, переключил с положения "12" на "1".
   - Попробовать получить сигнал из будущего на не занятое место? Сможет ли его принять аппарат?
   - Вы как думаете? - он обратился неведомо к кому.
   - Молчите? Не знаете?
   - И я не знаю.
   - Попробуем?
   - Непременно!
  
   В ответ на запросы Максима, где-то высоко в воздухе, в районе верхушки Останкинской башни, открылось межвременное окно и через него от другой мощной антенны, из другого времени, начал поступать устойчивый телесигнал. На экране маленького телеприёмника вместо мирно шипящего снега появилась яркое, чёткое, качественное изображение с хорошим звуком.
   - Совсем другое дело, - обрадовались исполнению задуманного желания. - Картинки в телевизоре стали меняться. Как будто кто-то пультом переключал каналы.
   - А теперь, дорогие телезрители! - Макс хлопнул ладошками и потер их. - Мы будем с вами смотреть...
   - Кстати, а что мы хотим?.
   - Хорошую спортивную передачу. Где наши побеждают.
   - Нет! Лучше спортивный фильм!
   - И не просто фильм, а захватывающую ленту, где советские ребятушки не просто побеждают, а рвут всех одной левой: Оле... Оле... Оле... наши вперёд!
   Путешественник во времени перевёл взгляд на экран. Широко зевнул. С чувством выполненного долга, завалился на кровать
   - Давай, подруга дней суровых, включай что-нибудь увлекательное из спортивных фильмов.
   - Так, надо выбрать вид спорта.
   - Футбол, волейбол, баскетбол, водное поло, - начали перебирать.
   - Может быть, какой-нибудь... ганд-бол?
   - Не... Пускай будет шайбу-шайбу, хоккей. Что-нибудь из серии СССР - Канада!
  
   .....
   Москва - многомиллионный город.
   Через пять секунд первый зритель, от скуки вращая ручку, с удивлением обнаружил новый канал.
   Через семь минут число заинтересованных зрителей перевалило за двадцать тысяч.
   Через десять минут информация выплеснулась во дворы, понеслась по улицам, зашелестела по проводам...
  
   .....
   Несмотря на поздний час, парк был переполнен людьми. С аттракционов доносился счастливый визг девушек, низкий баритон ребят, скрип качелей. Из игровых павильонов ползла приятная электронная музыка, с озера слышался скрип уключин лодок, негромкие счастливые голоса влюбленных. А над всем этим - шум старых деревьев, зной и темнеющее вечернее небо, покой, умиротворённость.
   Василий Аркадьевич, как всегда шёл домой через парк. Он отстоял небольшую очередь к павильону, где торговали чешским пивом. Не торопясь купил две кружки. Пиво было тёплое, кисловатое, явно нечешское, но тем не менее приятное на вкус. Горькая жидкость слегка покалывала язык. Он выпил кружку залпом, "без закуси" и опустил её на подставку. Соседи посмотрели на него одобрительно - так и надо, это по-нашему.
   Допить вторую кружку он не успел, когда в воздухе со всех сторон, подобно сигналу "Пожар", начало распространяться перекликающееся эхо...
   ...По телевизору показывают фильм про хоккей.
   ...Про что?
   ...Хоккей по телевизору.
   ...Как, так? Его нет в программе? Как такое возможно?
   ...Хоккей! Все говорят! Без программы! Показывают наших!
   ...И не просто хоккей, а "СССР - Канада!".
   ...Наши, с канадцами? С чего вдруг?
   ...Да точно! С канадцами! Наши! Играют!!!
   ...Дык, надо смотреть!
   ...Не то слово!
  
   ...Хоккей... Идёт...СССР - Канада! - понеслось по парку.
  
   ... Как, уже идёт? Какой счёт? Давно началось? А кто играет за наших? А у Канады, кто?
   - Мужики, чего стоим? - не утерпел Василий Аркадьевич. Он бросил всё: Недопитое пиво, ободранную воблу, мелочь, лежащую горкой на столе, и быстро пошёл в сторону дома, подгоняя неизвестных людей. - Идёмте скорее. Хоккей! Кто знает, по какой программе?
  
   .....
   - Итак, говорит и показывает Монреаль! - диктор воодушевленно продолжал комментировать начало хоккейного матча в кинофильме "Легенда N17". - Начинается официальная церемония открытия хоккейной супер серии СССР - Канада. Сразу чувствуется особый статус этой игры. Ведь впервые здесь встречаются сборная Советского Союза, и команда звёзд Национальной хоккейной лиги...
  
   - Хр-р... пс-пс, - в ответ ему тихохонько посапывал главный заказчик телерадиовещания этого вечера по кнопке "Номер 1".
  
   - О-о-о, - нескончаемо звучало от многочисленных болельщиков, прильнувших к голубым экранам.
   Улицы столицы, также как в фильме, практически полностью опустели. Все смотрели хоккей, болели, переживали и здесь, и там...
   - ...Умеют же, когда захотят, снимать фильмы! Не оторваться! Аж-но мурашки по спине, - доносилась, с одной стороны.
   - ...Фильм, огонь! Смотрится на одном дыхании. Игра актёров просто шикарная, причём все неизвестные. Откуда они взялись? - отражалось с другой.
   - ...Алё, Коля, ты не поверишь! Я этот дурацкий хоккей сроду не смотрел. Но оказывается - это нечто! Сидим, глядим, переживаем всей семьёй. Двухлетняя дочь, жена... тёща, соседка зашла за солью, все ревут в один голос! Канадцы, сссу...ки, сломали ногу Валерке Харламову! Га-а-ды! Куда смотрит судья? Как теперь парень будет играть? У них же там впереди целая серия встреч. А он, почти половина команды!
  
   - Хр-р... пс-пс, - миролюбиво звучало где-то далеко-далеко, в комнате на четвёртом этаже женского общежития.
  
   - Дорогие друзья, телеканал "Русь ХИТ" продолжает свою работу. Сегодня в нашей вечерней аналитической программе будет показан культовый фильм Алексея Балабанова "Брат два". По окончании киноленты мы как всегда обсудим с приглашенными гостями реалии фильма по отношению к недавним событиям в Америке...
   Звук, идущий из динамика телевизора, стал понемногу уменьшаться.
   Спящий очнулся и сонно произнёс, угрожая неизвестно кому...
   - Не вздумай выключать про "Брат-тву". Я всё слышу... И не сплю!!!
  
   9.
   Утро для жены первого секретаря Ставропольского крайкома КПСС Горбачевой Раисы Максимовны началось с резкой трели телефонного звонка.
   - Слушаю? - ответили спросонья едва слышно. - Кто это? Кто говорит?
   - Катюша, узнала тебя. Случилось чего-нибудь? Звонишь спозаранку?
   - Ничего не случилось. Понятно.
   - Не приедешь к нам сегодня на дачу? А почему?
   - Говоришь внук приболел.
   - А муж?
   - Плохо себя чувствует?
   - Жаль, тогда будем ждать в следующий раз.
  
   - Да? - тут же новый телефонный звонок.
   - И вам доброе, Вера Петровна.
   - Не будите. А что произошло?
   - Мужа вызвали в Москву? Срочно?
   - Тогда приезжай одна.
   - Без него не можешь?
   - Хорошо, спасибо что предупредили.
  
   - Ничего не понимаю, - после пятого подряд звонка с отказом приехать на дачу, Раиса Максимовна задумчиво посмотрела в окно. Небо было чистое и ясное. Ни одного облачка на горизонте. Прикусив губу, медленно положила трубку в сторону от телефона.
  
   - Дзинь-ди-линь, - новая трель звонка. В этот раз звонили в дверь.
   На пороге стояла горничная.
   - Раиса Максимовна, я хотела бы получить расчет за месяц, - решительно произнесла женщина.
   - Тома, что произошло? - хозяйка внимательно оглядела работницу от стоптанных туфель до реденького платка на голове. - Отчего такая спешка? Тем более месяц только начался.
   - Ничего. Просто отдайте деньги за работу.
   - Нет, Тамара. Давай, так: Пока не скажешь, что происходит. Никаких денег не получишь. Говори.
   - Утром позвонила сестра из Москвы. Сказала, вчера по телевизору весь вечер обсуждали, о том, что ваш муж продался американцам, за их проклятые доллары, чтобы развалить СССР.
  
   - Что за глупость?! - глаза хозяйки дома полезли на лоб от чудовищной новости. - Как такое возможно? Ерунда какая-то.
   - Ага, ерунда! Вчера на всю Москву, рассказывали о том, что какие-то "партократы" подготовили цельный план!
   - Тамара, что ты несешь? - Раиса Максимовна плотно сжала губы. - Какой план, какие партократы, какой развал?
   - Такой! По телевизору чётко сказали: Сперва, в декабре 79 начнется война в Афганистане. На убой отправят всю нашу армию, и там погибнет пятнадцать тысяч молоденьких солдатиков. Потом, в 85 они назначат вашего мужа главным, и он по приказу из Вашингтона в апреле 86 взорвёт атомную станцию в Чернобыле. Погибнет больше двухсот тысяч человек. И последнее! В декабре 91 полностью развалит СССР на республики. Которые начнут друг с дружкой воевать - потому что кушать будет нечего - СССР то распалось! А за это, ему мериканцы дадут Нобелевскую и ещё кучу всяких премий.
  
   - Тома, остановись, успокойся! Ты несешь какую-то глупость! Миша - он не такой! Он не кому не продавался.
  
   - Глупость - не глупость. Продавался - не продавался, - женщина деловито поправила платок. Глубоко вздохнула.
   - В общем, я думаю, так - вашего мужа, завербованного американского агента, не сегодня - завтра посадят. Это же надо столько натворить! Имущество ваше конфискуют, и деньги к концу месяца вы не вернёте. Поэтому, Раиса Максимовна, Христом богом прошу, отдайте сейчас. Имейте совесть - разве я плохо работала?
   - А то, что вы - враги народа?! - она злопамятно посмотрела на хозяйку. - Я не кому не скажу!
  
   10.
   Узколобый, с длинной выгнутой дугой, с белым кругом на переднем вагоне переполненный трамвай совершал лёгкую пробежку по утренней Москве. Два сцепленных между собой вагончика ныряли в старенькие, заросшие зеленью московские переулки, пересекали площади, стучали колесами по мостам и мостовым, перезванивались с встречными себе подобными.
   - Слышали? Видели? Смотрели вчера? - активное обсуждение прошедшего телеэфира шло внутри трамвая.
   - Я даже представить не могла, что такое, возможно, да ещё по телевизору! - возмущалась твердая как кремень женщина в строгом костюме. - Ужас, товарищи - ужас! У меня нет слов!
   - А где про это говорить - как не по телевизору? - противоречил ей маленький человечек, сгорбившийся и странно угловатый. Голова его глубоко ушла в плечи, красноватый нос блестел. - Всё сделали правильно! Всё верно. Так и надо! Лучше поздно, чем никогда!
   - Ну, знаете ли! - женщина не хотела уступать. - Это уже перегибы. Можно было как-то помягче, поделикатнее что ли. Заранее подготовить народ. А они как всегда - нате, вам - вывалили! И что теперь?
   - Да расстрелять всех, к едрене фене! - шумел какой-то бородатый дед, сидевший не месте инвалидов. - Ух! Повылазила контра! Не добили мы её в сорок пятом! Но ничего... ничего. Дайте время! Мы им покажем где раки выводят икру!
   - Правильно! - ветерана поддержал мужчина в шляпе и почему-то зло посмотрел на Макса. - Партия всё знает! Партия всё сможет! Органы быстро найдут и разберутся со всеми, кто суёт палки в колеса!
  
   - Граждани-и-н! Алё, слышите меня? - кондуктор обратилась к Максиму, требовательно глядя на него большими карими глазами. - Признавайтесь! Вы, организовали безобразие? Почему молчите?
   - А чего сразу я? - "честный" путешественник во времени начал оправдываться. - Я не причём, я вообще вчера весь вечер спал как убитый. И даже не знаю, про что идёт речь.
   - Я спрашиваю, почему людей к выходу не пропускаете? Организовали столпотворение. Не выходите, так отойдите в сторону.
   - Я выхожу.
   - Вот и выходите. А то стоит как столб, уши развесил!
  
   - Блин, что же такое вчера показывали по телевизору, что народ с утра такой заведенный? - Рассуждал Макс, поднимаясь по входной лестнице ДК, "ломая голову". - Чего же я пропустил?
  
   - Товарищ Иванов? - к нему подошёл человек в форме работника милиции.
   - Я.
   - Максим Ильич?
   - Да.
   - Вещи ваши? - он указал на спортивную сумку, висевшую на плече Макса.
   - Мои.
   - Лейтенант Синицын, - милиционер поднёс руку к фуражке.
   - Собственно в чём дело?
   - Пройдёмте со мной, - он указал на стоящий недалеко УАЗик с синей полосой и решеткой на задней двери. - У нас к вам есть ряд вопросов.
  
   11.
   Широка страна моя родная,
   Много в ней лесов, полей и рек!
   Я другой такой страны не знаю,
   Где так вольно дышит человек...
  
   Квартет девушек-заключенных весело и задорно исполнял популярную советскую песню "Широка страна моя родная" со сцены в актовом зале, заполненным молодыми арестантками.
  
   - Здравствуйте, дорогой товарищ артист! - начальница женской колонии холёная, как боярыни из старых сказок, в длинной черной бархатной юбке, в белой кружевной кофте, помпезно встретила Макса и лейтенанта милиции на входе в зал, где шло ответственное мероприятие.
   - Мы рады, что вы согласились выступить на нашем празднике, - она прокричала почти в ухо "дорогому гостю".
   У женщины было еле тронутое морщинами лицо, и совершенно белые волосы. Туго затянутые в пучок на затылке, они сидели на голове, как серебряный шлем.
   - Я? Согласился? Выступать? - Максим ничего не понимая, обернулся в сторону милиционера.
   - Просто кошмар, с вами артистами, - седовласая боярыня продолжала настойчиво трясти руку гостю. - Все боятся. Отказываются выступать в колонии. Как будто мы их тут оставим. А вы, молодец, согласились!
   - Видите ли, в чём дело, - оторопело начал отнекиваться "Работник творческого цеха". - Как бы вам сказать, точнее объяснить... Я, как бы, сегодня, не совсем готов.... Вот, если. Завтра. Или нет, лучше послезавтра. А может быть даже через неделю...
  
   - Лейтенант, подскажи мне, в каком жанре работает приглашенный гость? - начальница, не обращая внимания на отговорки, продолжала утюжить жидкие окопы "сомневающейся" интеллигенции.
   - Юморист? Гитарист? Исполнитель песенник? А может быть он иллюзионист?! Здорово было бы, если он умел показывать фокусы. Страсть как люблю смотреть номера фокусников.
   - Э-э-э, - замялся милиционер. - Не знаю, Степанида Сергеевна.
   - Как, не знаешь? Ты кого притащил, олух?
   - Степанида Сергеевна! Видите ли..? Вы приказали - я выполнил. Зашёл в приемную ДК. Директора - нет. Спросил - кто у вас самый талантливый в области культуры и развлечения. Секретарь переспросила: вообще или в наличии. Я ей отвечаю - в наличии. Она... есть Максим Иванов - очень талантливый.
   - Нашёл его - привёз. Вот, он, - указали на творческого "гения".
   - Синицын, ты нормальный или как? - женщина кипела, "пуская пузыри". - У тебя, мозги есть? Может быть, он не артист? Может быть, он талантливо клеит обои или фигурно забивает гвозди... в потолок? А ты приволок его на отчётный концерт? Что теперь с ним делать? Что?
   - Не знаю... - виновато развили руками. - Мне сказали привести - я привёз, а дальше не мое дело. Хотите, отвезу обратно? Отвезти?
  
   На лице "железной леди" не дрогнул ни один мускул, но глаза мгновенно поменяли цвет и стали стальными. В ответ на оправдания милиционера послышалась длинная, на несколько минут тирада с многочисленными неизвестными "высокохудожественными" словами. Знакомых среди них было только три: "ты", "твоя" и "мать".
  
   - Гражданин Иванов, - выговорившись, женщина перевела взгляд на Максима.
   - Выручайте! - её полные пальцы сжались, образовав большие увесистые кулаки. - Ваш ДК взял шефство над женской колонией с осени прошлого года. Полгода прошло, отправили кучу запросов, служебных, пригласительных - одни отписки в ответ.
   - А нам, во как! - она кровожадно чиркнула ладонью себе по шее. - Нужны интересные творческие номера!
   - Сможете изобразить какое-нибудь творчество? - Хотя бы спеть песню? Или прочитать басню? А может, фокусы покажите? Вы же работник ДК? Должны же уметь?
  
   Макс осмотрел зал забитый молодыми арестантками: Грустные глаза, серые, хмурые лица, серые платки и такие же платья. Перевёл взгляд на ужасные, разбитые сапоги, торчащие из-под кресел. На несколько секунд задумался и внезапно переспросил...
   - Фокусы, говорите?
   - Хотелось бы, - простонали в ответ.
   - Ладно, будут... фокусы.
  
   Затрещал, ржаво заскрипел занавес, точно по кочкам проехала несмазанная телега.
   - Девушки, внимание! - ведущая начала объявлять очередной номер.
   - Сегодня, на нашей сцене, впервые покажет своё мастерство... современный кудесник, фокусник, чародей в третьем поколении, престидижитатор, доктор белой, серой и черной магии...известный по всей Москве под именем Максимэль дэр Музыкальный!
   - ...Встречаем!
   Под недовольное ворчание на сцену поднялся простой парень, в обычной одежде (Совсем не похожий на чародея, фокусника, а уж тем более на доктора какой-то там дэр-магии) со спортивной сумкой на плече.
  
   Максимэль-дэр подошёл к столу президиума, застеленному скатертью. (Приставка "дэр" использовалась для того, чтобы имя звучало красивее и значимее).
   - Милые дамы! - помпезно начал гость.
   - В качестве реквизита, для исполнения своих номеров, я всегда использую самые простые предметы.
   - Например, эту скатерть, - он резко сдернул материю со стола. Тряхнул её, выбивая пыль, растянул двумя руками, покрутил из стороны в стороны.
   - Как видите, самая обычная и простая скатерть красного цвета.
   - И эту сумку, - он снял с плеча сумку и небрежно поставил на столешницу.
  
   - Да! И еще, чуть было не забыл, - гипнотизёр напряженно посмотрел в зал. - Прошу вас! Ни в ком случае не повторять мои трюки и фокусы. Это может быть смертельно опасно: Для вас! Ваших друзей! Знакомых, близких и дальних родственников!
   - Итак... - зал замер от ожидания.
   - Внимание... - все глаза устремились на сцену.
   - "Сим-салабим", - фокусник накрыл сумку скатертью, сделал несколько таинственных пасов руками.
   - "Ахалай-махалай-курштюк"! - открыл замок-молнию, перевернул сумку и вывалил на стол горку содержимого: Какие-то провода, наушники, несколько аудиокассет, небольшой кассетный магнитофон и ещё непонятно что. (Присутствующим трудно было разобрать).
   Махинатор довольно скрестил руки, поклонился, выпрашивая аплодисменты.
  
   Зал недоумевал - за что?
   В тишине были слышны едва различимые реплики...
   - ...И в чём предъява? Поводил руками - покривлялся - вывалил барахло?!
   - ...Фуфел какой-то, а не факир!
   - ...Вечно тащат в колонию кого не попадя! Где их только берут? Безруких...
   - ...Ноги бы ему поломать, да охрана не позволит.
  
   Чародей не подал виду. (Хотя хорошо расслышал все "благодарности"). Величественно поднял сумку над головой. Прошёлся по сцене, не торопясь, вальяжной и задумчивой походкой, как подобает знаменитому артисту, демонстрируя пустое содержимое внутренностей.
   - Как видите, уважаемая публика, сумка полностью пустая.
   - Внутри, ничего нет!
   - Ничего, нет!
   - Нет!
   - А теперь, внимание! - он поставил сумку на стол. Накрыл скатертью. Надул щёки. Стал активно, как вентилятор, махать "лопастями", что-то бубнить под нос.
   - "Алле-апп" - закричал фокусник, срывая скатерть с сумки.
   После чего открыл молнию, по локоть засунул руку внутрь.
   - Ву-а-ля! - произнес он и начал вытягивать из сумки длинный кусок переливающейся материи.
   Тянуть его, тянуть, тянуть, не останавливаясь, вытаскивать изо всех сил. Как будто где-то чего-то разматывал.
   Минута, две, три... - тянет. Глаза вверх. Серьёзное лицо. Губы сжаты. Резкие рывки.
   Десять, пятнадцать, двадцать пять метров уже лежат на сцене...
   Ттянет-потянет - фокусник устал сгибать руку, застелив практически весь пол блестящей тканью, наконец-то крикнул "Сим-салабим"! После чего, пошарил рукой, вынул из сумки ножницы. Устало перерезал не заканчивающийся кусок материи и закрыл молнию.
   - Ву-а-ля! - волшебник поклонился. Тяжело выпрямился. Вытер с лица проступающий пот, ожидая аплодисментов.
  
   Зал по-прежнему был недоволен...
   - ...Фи - двойное дно!
   - ...Делов-то, подкладку пришить да ткань спрятать.
   - ...Так и я могу.
   - ...Лучше бы Кису Корманницу позвали!
   - ...Вот, она - красава!
  
   "Ах, так, да?" - недовольно пробубнило самолюбие "иллюзиониста".
   "Всё, тяпки-мотяпки заплечные! В топку все ваши фокусы... покусы... мокусы. Сейчас буду делать то, что умею лучше всего на свете".
   Макс повернулся, резко набросил скатерть на одиноко стоящую у стены трибуну. Без всяких взмахов и заклинаний решительно залез внутрь на несколько минут.
   Вылез. Достал из-под материи две колонки. Разнёс по краям сцены. Снова нырнул под тумбу. Вытащил необходимую аппаратуру. Быстро размотал шнур удлинителя. Из коробочки достал микрофон. Наушники. Стал нажимать какие-то кнопки. Крутить ручки. Втыкать штекера.
   - Раз, два, три, - громко, на весь зал, зазвучало в микрофон. - Проверка, работаем.
   - Милые дамы, - загромыхали колонки, наполняя зал звуком. - Максимэль дэр Музыкальный продолжает свою концертно-развлекательную программу. Песня, которую я исполню, называется "Алёшка".
   Стараясь подражать оригиналу, жалостливо и тоскливо, чуть с придыханием (Как на паперти) запел... (Примерно, так https://www.youtube.com/watch?v=-ohc812LSy0)
  
   Любишь ты Алёшку больше, чем меня
   О Лёшке ты вздыхаешь зря
   О Лёшке все твои мечты
   Только о Сереге позабыла ты...
  
   "Сергей Жуков" протяжно выдохнул последние звуки своей "атомной" серенады. Согнал скупую мужскую слезу с левого глаза. Чуть наклонился вперед, подражая Алексею Потехину. Камерно затих, ожидая громоподобных оваций, переходящих в крики "Браво", "Бис", "Ещё".
   ??? - в зале висела "мёртвая", всё поглощающая тишина.
   С улицы приглушенно доносился лай собак, крики охраны. В зале тишина, что слышно, как "мухи ползут по оконным решёткам".
  
   - Не понял? - искра недовольства пробежала в голове Максима". - Не понравилось? "Алёшка"? Не понравился?
   - Ничего себе?! - "Руки вверх"! не впечатляют молоденьких девчонок? Расскажи кому - не поверят - сам не верю. И тем не менее - факт!
   - Да-а-а? Чего делать?
   - Ладно, попробуем что-нибудь из другой оперы. Заведем чуть веселей.
   Без объявлений, пояснений, названий из колонок зазвучала новая композиция... (https://www.youtube.com/watch?v=0Uf0CxL7ljI )
  
   В этот вечер снова ждёт тебя другой
   Это он украл любовь у нас с тобой
   Не ходи к нему на встречу, не ходи
   У него гранитный камушек в груди...
   (гр. "Нэнси". "Гранитный камушек").
  
   И вновь тишина.
   Ти-ши-на!
   Гробовая ТИШИНА!
   Казалась, даже стулья замерзли, иней разводами побежал по стенам и пополз по потолку, уже не говоря о слушателях.
   - "Блин, да чего не так-то?"
   - "Люди, чем же вас удивить?"
   - "Чем?"
   - "Может быть, замутить какой-нибудь трэш в виде хеви-металл хард-рок рэпа?"
  
   Одна из заключённых, с круглым, как репка, лицом, и редкой чёлочкой на лбу, внезапно робко подняла руку. Шмыгнула носом. Виновато улыбнулась.
   Начальница косо посмотрела на неё. Сморщилась.
   - Можно спросить?
   - Конечно.
   - Уважаемый, Максимэль дэр! Не могли бы вы исполнить ещё раз "Алёшку"?
   - Могу.
   - Правда?
   - Конечно.
  
   Новая рука тянется вверх. Глаза зрительницы покраснели и наполнились влагой.
   - Слушаю?
   - А спойте, пожалуйста, после "Алёшки", "Гранитный камушек". Хорошо?
   - Договорились.
  
   Третья рука - чётко в порядке очереди после получения ответа на два предыдущих вопроса.
   - А можно, после "Алёшки" и "Гранитного камушка" снова услышать "Алёшку", а потом опять два раза "Камушек". А затем ещё два раза "Алёшку".
   Макс вопросительно посмотрел на начальницу колонии. Та согласно кивнула головой.
   - Как, скажите.
  
   После семи "Алёшек" и пяти "Камушек" певец попытался переубедить присутствующих в зале...
   - Дорогие девушки, у меня есть и другие, очень красивые и мелодичные песни.
   - Какие, ещё другие? - недовольные выкрики из зала.
   - ...Не надо других! Сам их слушай! Давай, нормальные песни.
   - ..."Алёшку", пой или "Гранитный камушек".
   - ..."А-лё-шку"!
   - ...Нет, "Камушек"!
   - ...Нет, "Алёшку".
  
   - Кончай базар! - строгая "воспитательница" женской колонии вступила в разборки.
   - Итак, сидим на три минуты больше чем положено!
   - Максим! Исполните на выбор любую песню, и мы выходим на построение.
   - Хорошо, - ди-джей начал быстро нажимать какие-то клавиши.
   - Прощальная композиция называется "Такое короткое лето". Звучит впервые, для всех находящихся в зале... (https://www.youtube.com/watch?v=CfxMj_Eh1s0)...
  
   Еще немного - и слова закружит ветер,
   И синим небом завладеют облака
   И все, что было между нами в этот вечер,
   Слегка нелепым станет вдруг издалека...
  
   - Знаете что, молодой человек? - вкрадчиво раздалось возле самого уха Максима, когда прозвучали последние аккорды.
   Начальница зоны тихо подкралась и стояла в нескольких сантиметрах от ди-джея. В глазах "фанатки Жени Белоусова", как у кошки, светились желтые огоньки.
   - Спойте последнюю песенку, ещё раз. А лучше... два!
   - Так, построение же и всё такое? - удивился певец.
   - А ничего, подождёт.
  
   12.
   - Уважаемые конкурсанты! - строгая женщина посмотрела в зал поверх очков, заполненный "неформальной" молодежью, исполнителями "роковых" песен.
   - Напоминаю условия конкурса "Нет пропаганде дикого Запада!": Мероприятие состоит из двух частей: Сегодня, первая часть - интеллектуальная, по итогам которой семь коллективов из восьми допускаются ко второй части - музыкальному концерту.
   - Сейчас, жюри, составленное из представителей городского комитета культуры, комитета комсомола и Московского военного округа зададут вопросы. Каждый по своей теме. За каждый правильный ответ творческий коллектив получает плюс один бал. За неправильный - минус один.
   - Группа, набравшая больше всех балов, становится лидером и имеет лучшие шансы на общую победу в конкурсе. Коллектив, получивший меньше всех, выбывает и не участвует во второй части конкурса.
   - Отвечаете следующим образом: Поднимаете руку. Говорите название группы, а потом даете ответ на вопрос.
   - Всем понятно?
   - Да. Понятно. Конечно. Ясно, - раздались реплики из зала.
  
   Четыре девушки из группы "Березки" расположились с краю шестого ряда. Они рассеяно осматривали окружающих. Бросали пытливые взгляды в сторону жюри, конкурентов. Глубоко вздыхали и закатывали глаза.
   - Ой, девочки! Что-то мне страшно! Так страшно! Как будто второй раз поступаю в институт. Только тогда я всё знала, а теперь абсолютно ничего!
   - Небойся! У нас есть Настя. Она умная, начитанная! Работает в библиотеке и всё про всех знает. Настя, скажи им?
   - Девочки, я постараюсь, - неуверенным голосом произнесла библиотекарь.
   - Так, тихо. Уже спрашивают первый вопрос. Настя, слушай. Лиза, готовься поднимать руку. Будем отвечать.
  
   - Вопрос: В какой стране произошло рождение рока как музыкального направления?
  
   - Я, я, я, - девушка подпрыгивая с кресла, трясла рукой даже не дослушав ответа.
   - Вижу первого знатока, - секретарь жюри поправила очки. - Отлично. Готов ответ. Говорите.
   - Группа "Березки" - это мы, - поспешно выдала рыжая дивчина. - Все знают, всем известно - первыми исполнители рока были "Beatles". Они, из страны - Англия.
   - К сожалению, это неверный ответ. У "Берёзок" минус один бал. Пожалуйста, будьте внимательнее. Не торопитесь.
  
   - Вижу ещё одну руку, слушаем вас.
   - Группа "Ёлки-метёлки копчёные", - подобно старинному граммофону забубнил рябой длинноволосый парень в вытертых до белизны джинсах и замшевом жилете. - Рождение рока произошло в США.
   - Правильно. "Ёлки-метёлки копчёные" вырываются вперёд и получают плюс один бал. Молодцы ребята!
  
   - Вопрос: Была ли? А если была то, как называлась первая женская группа, исполняющая песни в стиле рок?
  
   - И снова вижу первой поднятую руку из шестого ряда. Замечательно. Говорите.
   - Группа "Берёзки", - вновь пулемётом прострочила девушка с длинной рыжей косой.
   - Я поняла, что вы из группы "Берёзки" ещё с прошлого раза. Какой ваш ответ?
   - Группа "Берёзки", это и есть ответ.
   - К сожалению, снова неверно. А у самонадеянных девушек минус ещё один бал. Итого: минус два.
   .....
   Спустя половину часа.
   Тот же зал. То же место. Подведение итогов блиц опроса.
   Унылые девчата с краю шестого ряда сидят с поникшими головами. Тяжко, вздыхают.
   - Это ты во всём виновата, Забудаева. Куда ты лезешь вперед батьки в пекло? Ни одного верного ответа. Вообще! Привыкла долбить на своих барабанах, лучше бы головой думала. Нафига мы тебя взяли?
   - А чё сразу я? Кто мне подсказывал? Все подсказывали. Так, что - все виноваты.
   - Настя? Почему воды набрала в рот? Кто из нас читаман и работает в библиотеке?
   - Кто? - возмущенные сиреневые глаза заполонили половину зала.
   - Ты!
   - Ой, девочки! Я вот, что думаю. Если бы мы сидели и молчали. Представляете? Просто сидели и молчали. Вон, как наши соседи - сидят и молчат. У нас было бы, как у них - ноль баллов.
   - И что?
   - А у нас - минус семь. И всем теперь ясно кто последний и не будет выступать на концерте.
   - Кто?
   - Мы! У нас меньше всех баллов: У них ноль, у нас минус семь.
   - Ой, я поняла! Сейчас нас выпрут.
   - Ещё как выпрут!
   - За что?
   - За то! Сами виноваты. Молчать надо было.
  
   - Но это не справедливо! - рыжая, конопатая барабанщица поднялась с кресла и "сметая всё на своём пути" двинулась в сторону подводившего итоги жюри.
   - Товарищ генерал?! - она решительно обратилась к председателю жюри, человеку, одетому в военную форму с незнакомыми ей погонами.
   - Км, км... Я не генерал. Я полковник.
   - Товарищ генерал-полковник! Что же это происходит? Зачем вы нас девочек обижаете? А ещё мужчина! Военный! Красавец! А?
   - Позвольте, мы вас не обижаем. Всё четко, всё по правилам. Мы берём лучших.
  
   - Верно, говорит Лиза! - три рассерженных тигрицы подкрались и окружили полковника.
   - ... Мы девочки!
   - ...Да.
   - ...Служить в армию, нас, не берете! Плавать, в этот, как его... в морской флот, тоже! Так ещё и петь рок, запрещаете!
   - ...Это не справедливо!
   - ...н-Да! - озорно повели глазами.
   - ...Мы столько готовились. Целый клип сняли!
   - ...Сняли!
   - ...И что теперь?
   - ...Что?
  
   - Тихо, все! - военный проявил громкий командный голос. Взял паузу на несколько секунд, покривил губы.
   - Константин Сергеевич, мы не можем их включить, - представитель комитета культуры высказала свое мнение. - Время концерта, ограничено - два часа. Они просто не входят в программу.
   - Км, км... Ладно, разрешаю один клип, - председатель жюри принял волевое решение. - Но только, после всех выступлений. Во время подведения итогов.
   - И всё, - он поставил жирную точку. - Больше никакой самодеятельности!
  
   13.
   Южные моря приближались и посылали путешественникам ласковые вздохи. Волны искрились, переливались, тихонько плескали о борта судна. Звуки воды напоминали о поцелуях, и наводили на приятные размышления.
   Мягкий ветерок чуть усилился, поменял направление. В скулу парохода ударила крутая волна, обняла, подержала в тугих объятиях и отпустив, убежала к неведомым берегам.
   На верхней палубе красавца круизного лайнера "Royal Princess", на самом носу, с коктейлем в руках и обычной спортивной сумкой за спиной стоял, оперившись о перила, молодой человек. Беглец, "с трудом" вырвавшийся из "Советского Гулага", разморившись от теплого приветливого солнышка, мирно бубнил себе под нос романс на слова Есенина, навеянный невероятной фантастической картиной, что окружала его... (Примерно так https://www.youtube.com/watch?v=_f5IRh3TS4o)
  
   Над окошком месяц. Под окошком ветер.
   Облетевший тополь серебрист и светел.
  
   Палитра ярких красок, разлитых вокруг завораживала и создавала один образ за другим. Она воскрешала прошлое, манила в будущее. То представлялась в виде отдельного воспоминания, утратившего яркие краски действительности, то рисовала один из тех прекрасных морских пейзажей, которые служили объектами вдохновения для Айвазовского, Лоррена, Тёрнера. Парень вздохнул полной грудью и пропел чуть громче (Как говорят в народе - душой)...
  
   Дальний плач тальянки, голос одинокий --
   И такой родимый, и такой далекий...
  
   - Км... км... - еле слышно раздалось над ухом.
   - Миль пардон, просчю проченья, - на распев, с сильным "французским" акцентом, к нему обратился импозантный мужчина в возрасте: Он был высок, сухощав, волосы, брови и ресницы у него точно покрашены перекисью водорода. Двигался он как-то боком, будто кого-то отталкивал левым плечом.
   - Месье есть быть русский товарищ? - в нос загнусавил незнакомец. Говорил он как-то странно, старомодно, что ли, глотая буквы, прямо как в старых добрых черно-белых фильмах.
   - Ви есть коммунист? Пролетарий? Из Москова?
   ??? - романтическая особа недовольно покосились на седовласого, кисло улыбнулась. (Даже здесь не дают побыть наедине с самим собой и природой. Вот, что им всем надо?) После чего произнесла с ответным, только уже русским акцентом... - Уи! Кэмарад.
   - Экскюзэ муа, я Симон Дюваль. Как бы правильно сказать, по-вашему по-русски? До нашествия захватчиков, работаль в вашей большой огромный страна. Потом уехаль и поэтому говорить с трудом.
   Парень вновь бросил удивлённый взгляд на седого собеседника. Прикинул возраст. Сравнил с возрастом своего прадедушки...
   - До какого нашествия? Наполеона что ли?
   - О, да! Я отвыкать! Русский юмор - водка, медведь, балалайка, ха-ха-ха. Смешно! Я так давно не бывать там. У вас. До война. Много позабыть. А тут идти и услышаль русский слова песня и видеть настоящий большевик, коммунист из СССР - здесь, на этом, капиталистический корабель! Это просто невозможно! Это тур есть безумно дорого! Много, много деньги! Большие деньги! А эта есть палуба только для миллионер.
   - Месье, могу я узнать как его завать? И чем он заниматься в страна Советов, что может позволять плыть на этом безумно дорогой лайнер?
  
   - Месье зовут, товарищ Иванов, - четко, как на экзамене ответили приставале.
   - А чем он заниматься, чтобы позволять себе плыть на корабель? - парень почесал рукой затылок. - "Чтобы такое сказать, чтобы отстал. И не просто отстал, а чтобы больше не подходил. Такой душевный момент запорол, гад!".
  
   - "О, придумал!..".
  
   - Месье Иванов! - мечтательно посмотрели вдаль, прищурив глаза. - Сейчас на отдыхе. У него во-а-яж. Понятно? А чем занимается - это тайна! Сюда попал случайно, после выступления в женской колонии.
   - Тайна? Выступлений? В колоний? - теперь уже ни чего не понимал француз? - Месье беженец? Политзаключенный? Узник совести? Эмигрант?
   - Месье - есть, быть известным магом, чародеем, фокусником, - начали на пальцах объяснять старцу простоту сущности мироздания. - Он был кудесником не долго - на время. А потом, как выпустили из колонии, решил отдохнуть на этом корабель.
   - ??? - на время кудесником? Отдохнуть от фокусов? На безумно дорогой корабель?
   - Не верите?
   - Я конечно верить. Ви же из СэСэСэ эР. Там все друг другу верить на слово - страна Советов. Но я, из Франция и поэтому, чуточку сомневаться: О-ля-ля, Месье Иванов, так не походить на фокусник.
   - Ладно, Фома Неверующий. Смотрите. Докажу. Видите сумку.
  
   Странный пассажир снял с плеча сумку. Открыл её, показывая, что она пустая. Закрыл замок.
   - Теперь могу достать оттуда всё, что захотите. Давайте, говорите, чего желаете? Я достану. Это и есть мой фокус.
   - Я не знать, чтобы хотеть, - мужчина замялся. Опустил глаза в пол.
   - Тогда назовите любой предмет, который придёт на ум, и я вытащу его из сумки.
   - Трэ бьен, пускать, быть, деньги - франки. Например, сто тысяч. Хотя, нет. Пусть будет большой пачка на двести тысяч. Такой толстый, разный, потёртый купюр. (Дюваль вспомнил, что у него дома в тайнике хранится как раз такая пачка банкнот, припрятанная на чёрный день).
   - Двести, так двести.
   "Фокусник" совершил несколько пасов руками. Произнёс какую-то тарабарщину. Открыл сумку и достал широченную, толщиной сантиметров пятнадцать, пачку потрепанных банкнот, переплетенную тонкой резинкой.
   - Пощупайте. Настоящие?
   - Да, - произнесли удивленно, выпучив глаза. (Мон дьё! - Они очень похожие на мои. Даже резинка такая же!).
   - А теперь, - бросьте их обратно.
  
   Парень снова закрыл и открыл сумку.
   - Ву-а-ля. Видите, ничего, нет. Пусто.
   - Действительно, нет, - Дюваль пошарил рукой.
   - Вот, такие фокусы-покусы показываю. На этом живу, питаюсь и позволяю себе путешествовать.
   - А.. милль может быть достать? - руки собеседника дрожали от нетерпения. Хотелось подержать в руках, пощупать. - А тува?
   - Могу, только зачем?
   - Действительно, зачем деньги товарищам из страны Советов? - француз отошёл от Макса и стал задумчиво прохаживаться недалеко по палубе, искоса бросая взгляды на странного пассажира.
  
   Через две минуты Дюваль вновь подошёл.
   - Месье Иванов, - произнёс он тоном заговорщика. - Я сразу понять, вы есть деловой человек. Поэтому должны покупать у меня то, чего нет ни у кого в стране Советов.
   - Хорошенькое дело! - Максим снова пошутил. - Купи то, чего нет? А потом думай, кому это продать? А оно ему надо?
   - Послушать меня... Я сейчас говорить важный вещи: Я Симон Дюваль. Я работать и иметь много знакомых в кино бизнесе. Я бизнесмен и часто бывать в Голливуд. Хорошо знать самого Дайан Грей. Он один из директоров "Уолт Дисней"! Это серьезный и уважаемый человек! Он быть сейчас здесь на корабле. Отдыхать своей семьёй. Он иметь одна копия лента привольного содержания, которая пока не пошла в прокат. Она очень популярна взрослый людей. Они готовы смотреть и платить. Много платить. Вы меня понимать?
   - У кого популярна? Кому платить? Кого понимать?
   - У взрослых! У него в каюта есть одна копия. Я готов уговорить продать её вам за двести тысяч франк. Поверьте, это есть очень очень мало, недорого за такой фильм. А вы потом будите Союз, показать другим. С вашим умением делать фокусы вы заработать на этом сумасшедший, большой, огромный деньги. Тысячи, десятки тысяч, милль рублей, франков, доллар! Соглашайтесь.
  
   "Нифига себе? Это, что? Предложение заняться распространением порнографии?", - Макс скривил лицо, а вслух произнёс. - Идите-ка ты, дядя, знаешь куда?!
  
   - Куда? - месье Дюваль не понял смены настроения делового партнера и оглянулся в сторону безбрежного океана.
   - Хотя, нет, постойте, - Максим остановил ход своих мыслей. - У меня другое предложение. Более денежное.
   - У вас? - из-под насупленных лохматых бровей недоверчиво стрельнули масляно-поблескивающие глаза. - У большевик? У коммунист, товарищ, люмпен из Россия? Более денежное, чем у меня? Какое? Куда надо идти?
   - Дайан Грей авторитетный специалист в компании "Дисней", так?
   - Так.
   - Он ваш друг, верно?
   - Так.
   - У него есть видеомагнитофон в каюте?
   - Да!
   - Я дам вам видеокассету с готовым детским мультфильмом. Нормальным... детским... мультфильмом на английском языке. Там нет титров. Одно действие. Фильм называется "Холодное сердце принцессы". Он снят в неизвестной студии людьми, которых никто не знает. Первая работа на пробу. Покажите его Дайану Грею. Пусть посмотрит и скажет своё авторитетное мнение. Если понравится, я готов встретиться с ним, и оговорить условия сотрудничества. У меня, кстати, несколько таких фильмов. Если не понравится, значит не судьба мне стать великим и "ужасным" мультипликатором.
  
   - Месье Иванов, пардон? А в чём есть мой интерес?
  
   Путешественник во времени прикусил губу, сделал вид, что считает в уме деньги. (Большие деньги с огромным количеством цифр и нулей!). Потом загадочно посмотрел на часы.
   - Значит так: Через час мне надо быть на дне рождения. Обязали дарить телевизор. Потом чаепитие и всё такое. А вот часа через четыре я буду ждать вас на этом месте. Если Грей посмотрит и скажет - "Нет" - вы получите десять тысяч франков.
   - Если скажет - "Да", - фокусник снова достал увесистую пачку из двухсот тысяч франков, перетянутую жидкой резинкой. Веером помахал перед носом дельца. - Это ваш будущий гонорар.
   - Согласны на мои условия?
   - Конечьно, - седовласый бизнесмен нервно сглотнул слюну и потянул руку за кассетой.
  
   .....
   Вечер аппетитно сжевал четыре часа.
   Огромная кромка небесного светила близилось к закату. Она медленно погружалось в начинающее подергиваться синей дымкой бескрайнее море. Зажигала фантастический веер золотых и пурпуровых облаков. Яркими красками переливалась на воде.
   Два человека вновь пересеклись на верхней палубе круизного лайнера.
   - Как прошла "встреча столетия", месье Дюваль? - спросил один из них. - Я не вижу счастья на вашем лице? Вы не рады заработать большие деньги?
   - А чему радоваться, месье Иванов? Я не уговорить Дайан Грей. Он напыщенный индюк решительно отказать мне смотреть ваш фильм. Он говорить смотреть творчество русских, есть то же самый как есть соленый сахар или пить горячий лёд.
   - Значит, не пожелал пить горячий лёд, - Макс повернулся в сторону Дюваля, после чего задумавшись, произнёс. - Напомните, сколько я вам должен?
  
   - Месье Иванов! - произнесли с притворной сердечностью. - Давайте не будем торопить событий. Я быть серьёзный бизнесмен. Я вас понимать - вы есть очень талантлив молодой человек. У вас есть деньги. У меня к вам есть интересный предложений: В Париж я владеть собственный киностудий "Дюваль Франц". Она снимать приватный фильм который нравиться взрослым. Это приносить хороший доход. Как вы смотреть на то, чтобы вложить немножко чуть-чуть - скажем тысяч... двести - триста, в очередной популярный работ? Поверьте, это есть отчень-отчень выгодный предложений.
   - Я же сказал, - фыркнули скривившись. - Что не связываюсь с порнографией. Неужели не понятно?
   - Да, но... вы могли бы много заработать! - не унимался Дюваль. Противный русский не как не хотел прислуживаться к "голосу разума". - Могли стать известным. Увидеть ваше имя в титры! Вас узнать высший свет заграница. Вы заводить полезный знакомство. Хотите?
  
   "Стать известным? Имя в афишу? Поехать за границу? Где-то я это уже слышал?" - недовольно скребло в голове путешественника во времени.
  
   - Ви только представлять... Крупным, большим, ярким шрифт. Бегущий строка по весь экран. Всего двести тысяч франков и вас узнавать, любить, почитать! Приглашать на деловой и романтик встречи.
   - Нет!
   - Но, почему?
   - Потому, что ёжики в лесу заблудились и желудЯми подавились!
   - О-ля-ля, опять есть веселый шутка из страна победивший капитализм?
   - Короче, Месье Дюваль - время деньги! В вашем случае не большие. Давайте рассчитаемся. Заберите свои жалкие десять тысяч из двухсот... И адью, шер ами! - (Прощай, дорогой друг! - Фр.) Оревуар! Гудбай! Прощай! Расходимся.
   - Месье Иванов! Ещё один минут внимания. Я видеть по глазам, вы мне давно что-то желать предложить. Ведь, так?
   - Так.
   - Я внимательно слушать ваши условий, - произнесли, не представляя масштабов грозящей опасности и что за этим последует.
  
   Повисла недолгая, зловещая тишина. За бортом перестали носиться и кричать чайки. Море недовольно шипело, урчало, грызло нос корабля.
   Максим, расстегнул замок на сумке и вынул папку доверху набитую документами.
   - Здесь четко расписанная идея моего предложения.
   - О-ла-ла, цельный папка? - удивлению собеседника не было предела. - Так, много? И когда только успеть? А! Я поняль, вы это встреча с кассетой специально подстроить, чтобы меня узнавать? Познакомить? Заинтересовать? А потом говорить? Верно?
   - Да.
   - И ви хотеть сделать выгодный предложений? Мне? И какой?
   - Вы добираете опытных людей к себе в киностудию. Лишних увольняете. Вот здесь, я указал их имена. А потом все вместе начинаете трудиться на меня по моим запросам. Выполняете работу четко, в сроки, по пунктам указанным в списке.
  
   Француз поперхнулся от неслыханной наглости. Ему! - предложить такое. Седая шевелюра "гасконца" волной вздыбилась надо лбом. Он напыжился и, придав лицу холодное выражение произнёс.
   - Я, -ткнули в себя пальцем. - Симон Дюваль! Есть отчень занят деловой и известный в киномир человек: Фестиваль, презентация, премьера, показы, встречи по весь мир. У меня нет минут свободный время! И вдруг, бросить всё и работать на простой пролетарий, бедняк, неизвестный товарищ из СэСэСэ эР по его список? Немыслимо! Это и есть ваше предложений?
   - Ага... - беззаботно смотрели в сторону заходящего солнца.
   - Ви наверно шутить? Или перепутать? Кто ви? Никому неизвестный фокусник из страна Советов. И кто есть я? Симон Дюваль! Собственник известный на весь Париж приват киностудий "Дюваль Франц"!
   Взлетевшего к небесам осторожно вернули на грешную землю.
   - Мне вас рекомендовали как опытного специалиста, который может выполнить все задачи, которые я задумал. Причем не просто выполнить, а организовать и сделать их лучше всех.
   - И кто меня рекомендоваль? Кто есть этот добрый - плахой, гадкий челёвек? Который меня так подводить? Когда я быть есть такой безумно занятой? О-о, я сильно возмущен и недоволен! Он это всё знать и так меня подставлять?
  
   Странный русский оставил вопрос без ответа. Никуда не спеша сдвинул на плече сумку, вытащил оттуда длинную, как кишка, просвечивающуюся сетку-авоську, из которой жалостливо просвечивали утрамбованные в кучу-малу лепестки купюр с изображением Бенджамина Франклина. Поднял её перед собой, тряхнул, ощущая на вес.
   - Здесь четыре миллиона долларов. Ваш аванс за первый месяц работы.
   - Мон дьё! Аванс? Четыре миль? В этом помятый узел? - удивлению "европейского гастарбайтера" не было предела. Он тряхнул головой, словно отгоняя дурные мысли.
   - Оу, я уже забывать! Что только в ваша страна можно взять и носить деньги с работа по улица в простой прозрачный сетка! Нет охрана. Нет бандит. Ничего нет! Идёшь к себе домой в гостиница, и все девушки с тобой здороваться, хихикать и любить тебя только за то, что ты француз!
  
   - Теперь, главное! - железный человек продолжал намертво затягивать гайки, срывая резьбу.
   - Завтра днём эта посудина прибывает в Стамбул. Там есть международный аэропорт. Если вас устраивает мое предложение - значит, послезавтра в шесть часов вечера, я жду вас в Париже в вашем рабочем кабинете. У меня всё.
   - Подождите, месье Иванов! А если я прочитать ваш предложений, подумать, посчитать выгода и говорить, нет? Или не успевать к назначенный время срок?
   - Я думаю, за те суммы, которые вы увидите в документах, вы не просто успеете долететь до Парижа, а будите ждать меня с цветами, цыганами и медведЯми на столе.
   - МедведЯми? На столе? Я? - ????
   - А, поняль. Это опять есть русский юмор. Смешно.
  
   14.
   Запланированный на лето небольшой перечень лако-покрасочных работ в Доме Культуры, после удачного закрытия заводской спартакиады, был расширен, "углублен", дополнительно профинансирован и из небольшого ремонта перерос в объёмную капитальную стройку районного масштаба.
  
   - Халя, ты похлянь, кино - "ЦИРК на льду и немцы на велосипедах"! - худенькую, туго обтянутую глухим платьицем, девчушку с фотоаппаратом через плечо, в босоножках на высоком каблучке, остановили на входе "секретного" объекта. Веки у "шпионки" были накрашены густо, и оттого ресницы казались преогромными.
   - Женщина, куда нос суёте? Видите, знак! Здеся, окрашено.
   - Где?
   - Вон, банками загорожено, а для непонятливых палочка лежит - значит низя.
   - Ой, простите. А как пройти к директору?
   - К директору, дорогуша, ищите другую дорогу.
   - А где она?
   - Я шта справочное бюро? - незваную гостью обдали обжигающим взглядом. - Попробуйте зайти с другой стороны.
   - А с какой?
   - А с другой!
   .....
   - Гражданочка, посторонним, прохода нет! - корреспондентка попыталась протиснутся внутрь помещения по настеленным доскам, через проём в стене, с торчащими со всех сторон проводами.
   - КабЕль, дорогуша! Аж-но двести двадцать! Вон, висит, не изолирован! А вы на каблуках! Бах-трах, пикнуть не успеете - горка пепла!
   - А как пройти?
   - Без допуска - никак.
   - А что делать?
   - Бригадира ищите. Или старшего по ОБЧТ.
   - А где искать?
   - Сейчас узнаем.
   Парень бьет себя по карманам, выслушивая спички, находит, чиркает, прикуривая, выпускает длинную струю дыма. Весело сверлит глазами. Неспешно произносит...
   - Михалыч, бригадир, когда будет? К нему посетительница. На вид вроде ничего. Как раз в его вкусе! С фотоаппаратом!
   - Да кто ж ведает, где его собаки носят? - ответили удивительно спокойным, уверенным тоном, как нечто само собой разумеющееся. - Как ушёл с утра - так и пропал - но думаю, к концу смены, прибудет.
   .....
   - Девушка, без каски нельзя! - очередная попытка проникновения через открытое окно и преодоление горы строительного мусора на первом этаже.
   - Тута кирпичи сыпятся и железяки падают на голову. Либо наденьте каску, либо покиньте объект.
   - Простите, я хотела уточнить?..
   - Каску одевайте, быстро!
  
  
   По "родной территории" кипящего бурным ремонтом ДК с деловым видом прохаживался директор. Отвлечь руководителя от серьёзной работы было практически невозможно.
   Изредка, какому-либо счастливцу, всё же удавалось пробиться сквозь выставленные кордоны, препоны, завалы и заграждения.
   - Товарищ Щебетов, не могли бы вы ответить на ряд вопросов для газеты "Комсомольская правда"?
   Боже ты мой, как хотелось Егору Кузьмичу остановиться, хотя бы на миг. В очередной, сто двадцать какой-то там раз поговорить по душам с этой милой, очаровательной девушкой из газеты, с фотоаппаратом на плече. Ответить на её многочисленные, интересующие читателей вопросы... (Интересно, зачем она надела эту дурацкую каску, вымазала сажей лицо и перепачкалась краской?)
  
   - Хм, хм, - "общительный" руководитель громко прочистил горло для начала разговора с прессой...
  
   !!! Но, нет! О боже! Откуда не возьмись, с очень важным видом, услышав сигнал, к нему подбежал заведующий хозяйством, который "случайно" был недалеко, и произнёс...
   - Егор Кузьмич! У нас Чэ Пэ: Это же надо мать-перемать-понимать! Все трубы по пояс в воде! Задвижки к чертям пробило! Кругом всё брызжет, топит и заливает! Срочно пройдёмте в подвал!
   - Извините, дорогой товарищ корреспондент, - директор искренне развёл руками. - Рад бы поговорить, да некогда - дела.
   - Приходите позже, а лучше после окончания ремонта, - он поспешно завершил разговор и быстро направился на проверку очередного важного! объекта.
  
   Как правило, для понятливых людей, одного намека на занятость руководства было достаточно, но не для этой, тощей, похожей на прибалтийскую шпроту, настырной, въедливой как нашатырь корреспондентки.
   - Товарищ Щебетов, - она снова, подобно приведению, появилась из-за какого-то угла, по пути следования руководства, спустя половину часа. Девушка была уже без каски. А количество краски и грязи на её одежде увеличилось раза в три.
   - Ответьте хотя бы на два вопроса. Первый: Как вы считаете, "Берёзки" это больше любительский или профессиональный коллектив?
   - Хм, хм, - ответственное лицо подало условный знак завхозу.
   .... - тишина в ответ.
   - Кхм, хм, - он покашлял чуть громче.
   - Это же надо, мать-перемать-понимать, брак! Кому-то за это надо оборвать руки по майку и ноги повыдергивать по самое небалуй! - разносилось откуда-то издалёка. Спасительная палочка выручалочка отстала, зацепилась за рабочих, и громко возмущалось по поводу замеченных недоделок.
  
   Несчастный руководитель закрутил глазами по сторонам, ища спасительный выход из создавшегося положения.
   Случайно заметил поднимающегося по лестнице Максима.
   - Простите, пожалуйста, но я занят. У меня очень важная встреча. Давайте как-нибудь в следующий раз. Извините!
   - Товарищ Иванов, подождите! - закричал он поверх головы девушки.
   - Секретарь передала ваше заявление, - он ухватил Макса за локоть и потащил вниз по лестнице.
   - Вы, что? Проситесь в отпуск?
   - Да.
   - Но я не могу вас отпустить, - директор остановился, покосился глазами. Корреспондентка шла позади. - Сейчас лето. Горячая пора! Видите, что происходит? Так сказать какая напряженная обстановка сложилась внутри нашего Дома Культуры?
   - А что происходит? - Максим не понимал внезапного возбуждения всегда тихого и уравновешенного руководителя.
   - Как что? - воскликнул Щебетов.
   Приставала с фотоаппаратом прошла мимо, стала спускаться вниз по лестнице.
   - Наконец-то выделили рабочих, утвердили сметы, дали строительные материалы, - соловьём запело начальство.
   - Идёт капитальный ремонт! Я не успеваю всё контролировать! Мне не хватает опытных кадров. Замы отдыхают, поразъехались по курортам! Завхоз пропал, занимается непонятно чем! А вы проситесь в отпуск? Как же так?
   - У меня появилась важное дело, мне нужно сейчас! - работник стоял на своём.
   - Позвольте? Вы устроились недавно. Работаете первый год. Я не могу вас отпустить. Не положено по закону.
   - Тогда я напишу заявление об увольнении! - Максима возмутила строгость начальства. - И всё равно, уйду.
  
   - Нет, поглядите на него?! - директор бросил взгляд в конец лестницы. Увидел, что девушка остановилась и прислушивается к разговору.
   - Мы его приняли на работу! Выбили современную аппаратуру! Только из-за него проводим ремонт: Рабочих понагнали. Грязь развезли. Да чего там грязь - половину ДК развалили! А он, видите ли, собирается писать заявление?!
   - И зачем же тебе так внезапно потребовался отпуск? - строгое начальство вновь посмотрело вниз. Корреспондентка наконец-то ушла.
   - Есть идея заняться развитием киностудии.
   - Так, стоп! - Щебетов вернул себя в своё обычное состояние "вечного" рассудительного управленца. Заинтересованно свёл брови. - Ты что разбираешься в видеотехнике? Можешь снимать фильмы.
   - Разбираюсь? - ди-джей не понял сути вопроса. - А чего в ней разбираться. Техника, она и в Африке - техника.
   - Почему раньше молчал? Почему не сказал про это?
   - А вы раньше и не спрашивали.
  
   - Так это же хорошо! Это же замечательно!- руководитель дружественно приобнял работника.
   - Дорогой ты мой человек! - он глубоко вздохнул полной грудью. - Теперь я понял, чего не хватает нашему ДК! - Молодёжной киностудии! (Ух, ты! Вот это новость! - мысли в голове директора, как на уроке физкультуры, начали с разбега прыгать через "коня", "козла" и виснуть на "брусьях". Ни у кого нет! А у нас... будет! Своя киностудия! Так! Нужно срочно ехать на завод! Пока начальство сговорчивое, выбивать финансирование! Срочно!).
  
   - Игнатенко, - Щебетов громко позвал завхоза. - Иди сюда. Быстрее.
   - Слушаю, Егор Кузьмич.
   - Доставай блокнот, карандаш, записывай: С завтрашнего дня ты загоняешь третью бригаду в аудиторию, которая находится рядом со зрительным залом. Обдираете там всё. И начинаете капитальный ремонт.
   - Зачем, Егор Кузьмич? Она же и так нормальная. Чего там ремонтировать? Тем более, капитально?
   - Затем, что там будет новая, молодежная, современная киностудия! - глаза руководства сияли азартом.
   - О, как? Хорошо хоть, мать-перемать-понимать, не бассейн - новый, молодежный, современный! А всего лишь киностудия.
   - Не перебивай, умник.
   - Значит, далее: Максим - готовит проект оформления студии с необходимой сметой, передаёт тебе. После чего уходит в вынужденный производственный отпуск до окончания ремонта.
   - Вас устроит такое развитие событий, товарищ Иванов? - на путешественника во времени посмотрели вопросительно.
   - Устроит.
   - Замечательно. Тогда срочно ждём от вас необходимую документацию и приступаем к работе.
  
   15.
   - Проклятье! Проклятье... Проклятье, - София Лотрэн нервно теребила сигарету в руках.
   Её соседка, сидевшая напротив неё за столиком, в небольшом уютном кафе, удивленно взметнула брови.
   - Софи, о чём ты? - она произнесла вполголоса, чтобы не услышали. Оглянулась по сторонам, не видит ли кто возбужденного состояния лучшей подруги.
  
   - Жоржетта! - глаза бывшей любовницы основателя компании "Дюваль Франц" заблестели. Она покраснела ещё больше и всем корпусом подалась вперед, как бы принимая бой. - Эти проклятые русские вновь захватили Францию, а вместе с ней Париж, киностудию и моего любимого Симона!
   - Софи, успокойся. На нас смотрят.
   - Плевать!
   - И всё-таки говори чуть тише. Что произошло?
  
   София тяжело, выразительно вздохнула и заговорила, даже не потрудившись вынуть изо рта сигарету. Сигарета подрагивала, сгоревший кончик грозил осыпаться в любой момент...
   - Симон! Этот старый маразматик нашёл спонсора - богатого русского дельца - не-то фокусника, не-то иллюзиониста, не-то ещё какого мошенника. Тот взял и выкупил киностудию.
   - Вау, ничего себе! А разве такое бывает?
   - Как видишь, бывает!
   - И что теперь будет?
   - В понедельник Симон сообщил об этом актёрам. Во вторник выплатил расчет и выгнал всех "на улицу". А вчера, спустя неделю, "великодушно" сообщил мне о том, что я остаюсь "в его сердце" только потому, что немного знаю русский язык и нужна в качестве переводчика для актёра, который прилетит сегодня вечером из Москвы.
  
   - Представляешь!!! Я - переводчик! Для дикаря! - девушка нервно прикусила фильтр, красный от губной помады.
  
   - Что за "дикарь"? - искусно подведенные брови подруги удивленно изогнулись. Слово "дикарь" она поняла по-своему. (Крупный, мышцастый, похожий на Аполлона, брутальный, квадратный самец).
   - Может, я его знаю? Где снимался? У кого?
   - Нигде, - скорчили недовольное лицо. - Точнее, в одном-двух фильмах в ихнем эССС эРе и всё!
   - Софи, успокойся. Может быть не так всё плохо? Вдруг Симон перебесится. Всё наладится и вас будет по-прежнему?
   - Жоржетта, как наладится? Как? Я проревела всю ночь. Ты погляди, у меня мешки под глазами размером с подушку. Он обещал - я стану актрисой! Буду много сниматься. Стану известной. Я любила его! Отдавалась ему - вся без остатка. Ждала, что он исполнит обещания. А он... скотина! Продался русским за их вонючие доллары! И обо мне совсем не вспоминает.
   - Постой, у них же вроде рубли?
   - Какая разница! Рубли - доллары. Главное - продался! И теперь, я только переводчик.
   - А, я - актриса! Актриса! Актриса! - бубнили, сдавливая фильтр.
  
   Посередине стола темнела чугунная пепельница - голая русалка с рассыпанными косами. Девушка положила на них дымящуюся сигарету. Шмыгнула носом.
   - Жоржетта, ты бы видела, кого они взяли на главную женскую роль - уродливую потаскушку из провинциального театра, с крашеными бледно-желтыми волосами, с вульгарным, нервно кривящимся ртом, и телом похожим на вытянутую треску.
   - Пришла, такая, первый раз - вся намалёванная, расфуфыренная, задницей виляет, на вешалку похожа, - рассказчица чувственно приложила руки к груди четвертого размера.
   - Забилось в угол. Прикинулась мебелью. Наверное, думала - не увидят... А тут, подбегает к ней, этот чокнутый, и орёт по-русски - чего сидим? Кого ждем? Бегом в гримёрную и на съёмку!
   - Господи, Софи? - воскликнула подруга. - Неужели такое возможно? Какой ужас! Как же она прошла кастинг? Насколько я знаю... - постель занята тобой?! Да и не нравятся Симону, такие? Неужели не смогли подобрать получше?
   - У нас, теперь, новые правила: На кого русский укажет, того и берут. Без конкурсов, кастингов и прочих "пастельных" отборов. Назначение на роли, как я поняла, у него простой - Глаза в небо, пальцем в первого попавшего: Ты главный герой. Всё! Вот, контракт. Бегом на площадку!
   - Оригинально!
   - Не то слово.
   - Ещё, я случайно узнала... Сколько получит за съемки приезжий из Москвы. Тот, которого я должна "ублажать", разговаривая с ним по-русски.
   - Сколько?
   - Жоржетта, вообрази! Нулей столько - что Голливуду не снилось!!! Я эти нули - "полминуты" считала! И главное, я не могу понять, за что такие деньги? За что?
  
   16.
   "Ах, Париж! Как долго я не была здесь! А ты всё такой же легкий, романтичный, влюблённый".
   День выдался солнечным, во всём чувствовалось какое-то искрящееся веселье.
   Кристина Луазаль - "начинающий" помощник редактора рекламного агентства "Манифик" шла по улице своей безупречной походкой, уверенно и картинно.
  
   - Перед встречей с руководством "Дюваль Франц" нужно сделать одну очень важную покупку! - я напомнила себе.
   - Обязательно, приобрести последний номер журнала "Кайе дю синема". (*Культовый французский журнал о кино).
   - Почему именно его, а не какой-либо другой?
   - Во-первых, он красивого цвета с приятным жёлтым оттенком. Во-вторых, я же иду на деловую встречу в кинокомпанию, а не на какой-нибудь, там... завод или мясокомбинат. Пусть все видят, что я не просто рекламный агент, а свой человек среди звёзд кино и их окружения. И последнее, если войти в комнату, держа под мышкой "Кайе дю синема", и начать вести важные переговоры, то все сразу начинают относиться к тебе чрезвычайно серьезно. Видят в тебе настоящего профи с широким кругозором, а не какую-нибудь легкомысленную дурочку способную только на то, чтобы бестолково смеяться и таращиться в картинки "Maри Клэр", "Гламур", или "Космополитен". (*Примечание. Популярные женские журналы Франции).
  
   Торможу у газетного киоска, покупаю самый последний номер, сую под мышку и любуюсь своим отражением в витрине бутика от Пьера Бальман.
   - А что? Неплохо смотрюсь: миленькая золотистая соломенная шляпка от "Коко Шанель" почти копия той, что носила Брижит Бардо в последней киноленте, (Девочки, кто не помнит - срочно пересмотрите - она там такая милашка!) стильная кожаная сумочка на позолоченной цепочке, похожая на ту, что держит Катрин Денёв от "Луи Виттон" на обложке "Вог", обтягивающий топ подчеркивающий восхитительную форму моей груди, приталенный кардиганчик из ангоры и юбочка черного цвета от "Сислей", точная копия той, что любит носить Эммануэль Беар. (Ах, я такая теперь вся парижанка!).
   Больше того, под юбкой и топом отпадный комплект белья - с вышитыми розочками, очень милый, пусть его никто и не видит. Всё равно, это - самая красивая вещь из моего сегодняшнего туалета. У меня даже мелькает мысль, было бы здорово, если бы резко подул ветер, как в фильме с "Мэрилин Монро" и все заметили, в каком я классном белье.
  
   - Да! Я готова к своим первым деловым переговорам на новом месте работы. В таком белье!!! В такой прелестный день! - отказать не смогут! Если всё пройдёт удачно, если продам хотя бы одну позицию из прайса, порадую себя - приобрету шарфик от "Джордж".
   - А если возьмут две или три позиции, тогда... - голова закружилась от приятного ожидания. На свежем, разрумянившемся лице вспыхнула застенчивая улыбка, чуть-чуть приоткрывающая белые зубки. - Возьму, те милые сапожки от "Рошас".
   - Ну... Ни пуха мне, ни пера!
   Тяжело сглатываю, приближаюсь к двери, стучу, вхожу в кабинет.
   - К чёрту.
   .....
  
   - Мадемуазель! Вы, что? В вашем рекламном бюро? Вообще решили разорить мою несчастную, бедную киностудию? - возмущался седовласый собственник. - У вас есть совесть? Откуда такие цены: С неба? С потолка? С вашей чудесной головки? Мы не "Парамаунт", не "Двадцатый Век Фокс" и даже не "Гомон"! Мы - небольшая студия. Давайте, соберитесь, подумайте, посчитайте и предложите что-нибудь серьёзное и подешевле.
   - Подешевле..., - обескуражено пытаюсь найти выход из создавшегося положения. Вот, скряга! Жмот! Как с такими работать? Ладно...
  
   Смотрю в самый низ прайса. Руки дрожат. Губы напряжены. (Плакали мои сапожки. Да и шарфика, не видать!). Эх, а день так хорошо начинался!
  
   - Могу предложить размещение небольшой информационной рамки в туалетных комнатах, - стараюсь говорить бодро, хотя в душе "стоят слезы на глазах".
   - Стоит всего-ничего... двести франков в неделю.
   - Сколько? - хозяин кабинета поперхнулся и округлил глаза. - За то, что в туалете, перед "унитазом", будет висеть драная картинка с текстом о фильме - двести франков! Вы в своём уме?
   - Месье, это туалет в кинотеатре, который расположен в самом людном месте города, - улыбаюсь своей самой доброжелательной улыбкой. - Рядом с Нотр-Дам-де-Пари!
   - О, Франция - куда ты катишься? - противный старикашка причитает, глядя на меня. - Они меня разденут, разуют и выбросят жить на улицу, под скамейку, рядом с голубями, возле Нотр-Дам-де-Пари!
   - Месье Дюваль, - бормочу одними губами, - Если разместить рекламу в пяти кинотеатрах одновременно, стоимость акции составит всего семьдесят семь франков за рамку. Это специальное предложение и только на осень.
   - Другое дело. Это уже более-менее. Но всё равно - очень дорого!
  
   - Месье Иванов! - Дюваль заговорил по-русски и перевёл взгляд на собеседника, который сидел и что-то чиркал на листе бумаге. - Может, как раньше: реклама в небольшой число афиша? Буклет? Листовка?
  
   Второй из присутствующих в кабинете не торопясь закончил рисовать. Поднял голову. Уставился на меня глазами холодными как лёд.
   - Мадмуазель Луазаль, - он произнёс по-английски с каким-то непонятным акцентом. - Скажите, правда, что вы внучка русского эмигранта и последние четыре года работали в Америке в отделе продвижения кинокомпании "Уорнер Бразерз"?
   - Э-э-э, откуда вам известно? - я не произвольно перешла на русский. "Вот, крысеныш! Где-то же узнал? Кто-то же ему сказал?".
   - А я всё вспоминаю - очень знакомое лицо! - Симон хлопнул себя по лбу. Озорно прищурил глаза. - Это же Ребекка Вайт! Собственной персоной. Я часто видел её на презентациях последних работ "Уорнер Бразерз"! Святые угодники! Кто знал, что эта милая брюнетка, сидящая у меня в кабинете - есть бывшая шикарная блондинка - сама Ребекка Вайт!
   - О-ла-ла... Месье Иванов, она у них самая умная и способная! - хозяин студии красноречиво развёл руками. - У неё даже есть прозвище - "Акула".
   - Позвольте, мисс Вайт! - Дюваль внезапно замер в немом вопросе. Морщины на его лбу собрались в паутину. - Как вы оказались в Париже? Да ещё под другим именем? Поменяли прическу? Работу? Вы, что... прячетесь? Вас ищет любовник? Полиция? Кредиторы? А как же кино? Голливуд? Студия "Бразерз"?
   - Это мое личное дело - где я, чем занимаюсь, и как меня зовут! - во мне всё бурлило и клокотало.
   - Будете, размещать рекламу или нет?
  
   - Я прочитал отзывы с вашего последнего места работы, - неизвестный говорил спокойно, по-деловому кратко и внушительно. Он достал из стопки несколько документов. - Здесь сказано, вы внезапно перессорились со всеми коллегами. Последней каплей была склока с женой вашего руководителя. Вас "с треском" выгнали с киностудии, и вы вернулись в Париж. Потом долго искали работу и вот, наконец, вас взяли помощником редактора в рекламное агентство "Манифик". Всё верно?
   - Не ваше дело! - я решительно встала из-за стола. Схватила сумку и быстро пошла в сторону двери. "Да кто они такие, чтобы меня обсуждать?".
  
   Дверь не открывалась. Казалась, она вросла в стену.
  
   - Выпустите, - я подергала ручку. - Немедленно откройте дверь!
   - Мадмуазель Луазаль, присядьте. Мы не хотели вас обижать.
   - ...Ребекка, мы даже не думали тебя обижать, - Дюваль эхом повторял фразы.
   - У нас есть для вас деловое предложение.
   - ...Слышишь, очень хорошее деловое предложение! Очень!
   - Скажем, на сто тысяч франков в месяц.
   - ...Представляешь, Ребекка! На сто тысяч! Франков! В месяц!
   - Всего, на сто? - фыркаю я и продолжаю дергать ручку.
   - Хорошо, пусть будет на сто двадцать, - странный русский быстро поднял цену своего предложения.
   - ...Мисс Вайт, уже на сто! двадцать!!! Оставь ручку в покое!
  
   И тут я, не ожидая от себя самой, набираю полную грудь воздуха, откидываю волосы, поворачиваюсь к ним, и презирая ихние деньги, говорю... - А если, на сто пятьдесят?! (Мне, всё равно! Но... интересно, что скажут?).
  
   - Согласен, - спокойно произнёс странный наниматель, как будто речь шла о каких-то жалких медяках, а не о сотнях тысяч франков.
   - Это, - он выдвинул вперёд несколько листов, сдавленных скрепкой. - Ваш последний план мероприятий, из-за которого вас собственно и уволили.
   - Здесь, - другой рукой подвинули стопку документов раза в три больше первой. - Наше предложение по развитию "Дюваль Франц".
   - А вместе, - он резко сдвинул всё в одну кучу. - Ваша работа в нашей компании.
  
  
   17.
   На время масштабного ремонта помещений Дома Культуры репетиция группы "Березки" была перенесена в актовый зал завода "Энергетик". Именно там, после долгого перерыва и летних отпусков, участники наконец-то собралась в полном составе.
   - Красатули, всем вечер добрый, - поздоровалась руководитель группы. - Всех, вижу. А где Валера, Максим?
   - Я здесь, - высокий кудрявый парень поднял руку с последнего ряда. - Макс подойдёт позже.
   - Напоминаю, - женщина плавно повела руками, - Пока не закончится ремонт ДК, репетиции будем проводить в этом зале.
   - Ну... Ю-ю-лия Бори-и-совна, - зазвучали недовольные голоса.
   - ...Тут неудобно - места мало.
   - ...И света нормального нет.
   - ...Ноги поломаем!
   - ...И пахнет капустой.
   - ...А у меня барабаны не поместятся.
  
   - Ничего потерпите, - одной фразой строгая "воспитательница" успокоила протестующих. - Встанете поплотнее. И всё будет нормально. А барабаны, я думаю, пока не нужны.
  
   Противный скрип петель прервал разговор. Позади сцены открылась дверь. Оттуда осматриваясь, появилась незнакомка. За ней Максим, волоком передвигающий огромную коробку, забитую пакетами.
   Парочка подошла к краю сцены.
   - Друзья, - путешественник во времени представил девушку. - Это Кристина Луазаль, представитель кинокомпании "Дюваль Франц".
   - Кристина, это группа "Берёзки".
   - Девчонки, в прошлом месяце я отправил несколько песен во Францию в кинокомпанию "Дюваль Франц". Собственнику компании они понравились. И он решил включить их в свои новые фильмы.
  
   - Ого! - зашумели девчачьи голоса...
   - Ни-фи-га-се-бе! Наши песни во французском кино!
   - Круто!
   - Чего круто? Полная жуть! Жуть и кошмар!
   - Блин, никто не поверит... - Мы! В кино!
   - А когда покажут?
  
   - Так, тихо все! - Макс попытался успокоить возбудившуюся толпу. - Кристина на несколько минут забежала к нам, чтобы лично поблагодарить от имени кинокомпании.
   - Бонжур, дорогий друзия! - на ломанном русском застрекотала француженка. - Очень хорошо, что вы проделать большой путь в свой творчестве и успешно мочь добраться до Париж. (Она думает, что они во Франции. В каком-то непонятный, ужасный заль для репетиций).
   - У вас есть очень красивый песни, они нам нравиться. Мы "Дюваль Франц" включать в свои фильмы и благодарить вас благодарственные письма. А также мы желать вручать вам каждый небольшой сувенир подарок на память о Франция и Париж. Надеюсь, мы будем продолжать дружить. А вы радовать нас своим песня. Ещё раз, спасибо.
  
   - Девчата, - Максим строго посмотрел на присутствующих в зале. - Несколько минут, ничего не трогаем, никуда не ходим, сидим, ждём. Я провожу мадмуазель Луазаль до автомобиля. Она очень деловой человек - у неё много дел. А потом вернусь и всё всем расскажу!
   .....
   Спустя самые долгие пять минут ожидания в жизни творческого коллектива... (Кому-то показалось вечностью... - Ну, чего же там, в пакетах, с иностранными надписями?).
  
   - Итак, первое: "Дюваль Франц" дарит каждому из вас импортный видеомагнитофон и пять обучающих кассет с новыми танцевальными движениями.
   - Второе, набор профессиональной французской косметики. Чтобы все научились пользоваться - шутка!
   - И третье, мадмуазель Луазаль по переданным вашим размерам и рекомендациям консультанта (Вездесущей двери!) приобрела некоторые вещи, которые было бы вам приятно получить в качестве подарка... Короче, девчули, пакеты подписаны. Подходим, разбираем. Бегом. Все, ко мне.
  
   Через несколько минут...
   - Ухх, да-да-да-да, какие туфельки!!! - звучало с одной стороны.
   - Макс, как она догадалась, что я хочу именно такую кофточку? - отвечали с другой.
   - Это не платье? Это!!! - чудо, чудо, чудо! - сиреной разносилось по всему залу.
   - А-а-а, футболка с рисунком скелета гитариста, на всю спину! О-о-у, на фоне серого кладбища и мрачных могил! У-у-у, и надписью - "Рок жив!".
   - Забудаева, кончай перечислять - мерь, давай!
   .....
  
   - Здравствуйте, товарищ Иванов! - высокий, пожилой мужчина, прошёл мимо рядов, вышел на свет, подошёл к Максиму, драматично вскинул лысую голову. И на распев, словно читая стихи, начал произносить...
  
   Мне передали, вы меня искали.
   Я здесь! Я вот, он! Я пришёл!
  
   - Кто пришел? Куда пришел? К кому пришел? - Макс, ничего не понимая, посмотрел по сторонам.
  
   Я, Вассерман Вениамин!
   Служитель муз, народного театра.
  
   - И что?
  
   Милейший! Как же так? Позвольте?
   Мне велено прибыть! Помочь! Услугу оказать!
  
   - Так вы актер? Вас послал ко мне режиссер Крутиков?
   - Так, точно-с, имею честь служить в его театре.
   - Товарищ Вассерман Вениамин. У меня для вас есть работа.
   - Я слушаю, я весь внимание. Я жду, терпением томим...
  
   - Люди, которые здесь присутствуют - группа "Березки". Они будущие актеры музыкального клипа.
   - Это, - ди-джей достал из сумки толстую папку. - Сценарий.
   - Сегодня у нас вторник. В субботу нам надо снять клип. То есть, до субботы, вы должны их всех! научить играть свои роли. Задача понятна?
  
   - Позвольте, сударь! Видите ль... сначала, я должен сообщить!
  
   Вассерман перешел на обычный тон. - Я не режиссер. Я всего лишь простой актёр на пенсии. Актёр и режиссёр в театре - это разные роли и разные должности!
   - А злые языки говорят, - Макс начал приводить убедительные доводы, выворачивать предплечья "вшивой" интеллигенции. - Что вы учились на режиссёра. И в молодости занимались режиссурой. И главное... Если бы не могли поставить клип, мне бы вас не рекомендовали.
   - Ах, боже мой! Простите. Но всё-таки я вынужден вам отказать.
   - Так, меня утомил этот беспредметный высоко-стихотворный разговор, - злой собственник строго свёл брови. В глазах появился лёд. В последние дни он как-то быстро вжился в роль "Большого босса".
  
   - Вы в курсе, что Крутиков ждёт от меня песню для нового спектакля, в котором, кстати, есть ваша роль.
   - Ну, что вы, нет. Откуда?
   - Так, вот, знайте! Прямо сейчас иду, звоню и говорю, что песни, для его спектакля не будет, из-за вас! Вы мне испортили настроение - муза ушла - всё! - песни не будет!
   - Вы так не поступите, - возвышенный тон поэта был вмиг позабыт.
   - Да, ну? Проверим? - Максим повернулся и направился в сторону нахождения телефонного аппарата.
   - Постойте, - Вассерман остановил нанимателя, рассеяно улыбаясь. - Не надо звонить. Я согласен на ваше предложение... верните музу.
  
   18.
   Слепящая вспышка на миг затмила сияние фиолетового Солнца, и спустя мгновение в пространстве стали появляться огромные, бронированные транспортные корабли захватчиков. Неуклюжие, шипастые, темные, изрезанные квадратами различных выступов антенн, щитов, орудий и силовых установок, они напоминали объевшихся гусениц. Утробно урча, звездолёты вползали в систему светила. Время от времени случайные блики сигнальных огней озаряли основание кораблей, пока они двигались неторопливо, осторожно, словно на ощупь, подкрадываясь к орбите серебристого шара.
   Наконец пришельцы зависли над планетой и из брюха разбухших "червей" стали отделяться небольшие десантные боты. Смельчаки роем устремились в сторону планеты.
  
   Седовласый командир скептически осмотрел взвод "безусых" новобранцев. У всех разное выражение: неприязнь, ожидание боя, растерянность. Кто-то закрыл глаза и бормотал молитву посиневшими от страха губами. Другой, смотрел в иллюминатор, разглядывал планету. Последний у стены, в старинных очках, вообще пытался разобрать или собрать какой-то допотопный прибор.
   - Бойцы! - вояка гневно дёрнул щекой.
   - Это, не игрушки! А настоящий бой. Помните, чему вас учили - и может, останетесь живы!
   - Хана, инопланетникам! - одна из бойцов усмехнулась, оскалилась, чиркнула пальцем по горлу. Её зелёные глаза, горели каким-то дьявольским безумством.
   Молчаливый сосед бросил на неё пренебрежительный взгляд. Нервно сжал цевьё автоматической винтовки. Грязно выругался.
   Рубиновые лучи ударили с обеих сторон в бот десантников и рассыпались ослепительными искрами по защите.
   Нос корабля дёрнулся, было вверх, словно принюхиваясь. Задрожал. По дисплеям побежали цепочки зеленых огоньков. Под потолком нервно, словно гоняя кровь по жилам, запульсировала красная надпись: "Опасно!". "Возможна разгерметизация!"
   Сидевший у стены очкастый "ботаник" ойкнул, от очередного толчка, прищемил палец отвёрткой, засунул в рот.
   - Идиот! - старший группы, сплюнул, в тысячный раз, проклял руководство за "сопливое" пополнение.
  
   Поверхность планеты покрылась яркими вспышками защитных огней. Тёмно-синие струи плазмы с рёвом неслись в сторону смельчаков. Системы защиты кораблей начали изрыгать разноцветное пламя, отплевываться ракетами, резать пространство нитями лазеров.
   Ближние к земле боты десантников запылали, подобно сожжённым мотылькам, стали разваливаться на части, сыпаться на землю, оставлять за собой клубящийся дымный след.
   Оставшимся кораблям пришлось увеличить скорость, маневрировать, уходить от обстрела. Пассажиров "до костей" вдавило в кресла, а затем начало болтать "вытрясая душу".
   Вдали были хорошо заметны многочисленные попадания в соседние боты. Огненные всплески разрывов. Дымящие факелы пикирующих корпусов.
   "Голодные" струи плазмы добрались до транспортника. Прожгли борт. Ринулись внутрь переборок и кают.
   Черная громада вздрогнула, переломилась пополам и начала заваливаться набок.
   На корпусе судна засверкали яркие вспышки. С невероятной быстротой они разрослись в слепящее пламя. Гигантский металлический остов охватило от носа до кормы.
   Огонь стал жадно пожирать, крошить, превращать в пепел всё на своём пути. Добрался до генераторов силового поля... Мгновение и огромный кроваво чёрный цветок закрыл восходящее солнце.
   .....
  
   - Скажу честно, - Дюваль недовольно скривился, после просмотра трейлера. - Кадры звёздного неба и высадка десанта на планету показаны ярко! Спецэффектов накрутили - голова кружится. Песня про космос, подобрана неплохо.
   - Но... - он покряхтел, привлекая дополнительное внимание. - Зритель, просмотрев ролик ничего не поймет: Про что фильм? Кто главные герои? Когда премьера? Надпись с названием фильма "Беглец со звёзд" и фраза "Скоро на экранах" - ни о чём не скажут. И ещё... - может быть, поторопились размещать сразу во всех кинотеатрах? Может, надо было начинать, с небольшого количества показов, скажем в одном из районов Парижа? А уже потом, по наличию интереса, увеличивать количество рекламы?
  
   - Нет, мы все сделали правильно! - твердо произнесла молодая женщина, сидевшая, в просмотровом зале, через два места от собственника компании. - Наш трейлер специально уделяет внимание визуальным эффектам, зрелищности. А не краткому содержанию картины.
   - Ой, не знаю, не знаю, - тяжко вздохнули. - Может у вас в Америке так и принято.
   - Или, вон, - кивнули в сторону Максима, - у них в Стране Советов - там, всё может быть.
   - А у нас во Франции, зрителю этого мало. Поверьте, не пойдет народ на это. Не заинтересуется. И как итог - пустые залы!
  
   19.
   В небольшом зале завершился показ музыкального клипа группы "Березки". Загорелся свет. Минутная тишина...
   - А-фи-геть, это чё, мы? - участницы начали восторженно обсуждать увиденное.
   - Ой, мамочки! - ущипнули себя за щёку. - Я! - теперь актриса! Я знала, знала. Я предчувствовала. Я верила в себя! Теперь приду на работу - пройдусь по коридору - мужики как увидят - штабелями попадают. Ха!
   - ...Да, жутики полные. Хотя, получилось здоровски.
   - ...Ой, а мне кажется, было ужасно! Я - как будто зарёванная. И нос получился картошкой.
   - ...А я, по-моему... толстая!
  
   .....
  
   - Что скажите? - Максим обратился к Вассерману, сидящему в стороне от основной группы зрителей.
   - Думаю, получилось неплохо, - нерешительно произнёс новоявленный режиссер.
   - Неплохо? - гость из будущего хитро прищурил глаза. - Я показал "знающим людям". Говорят, очень даже хорошо. Тем более для дебюта. Есть, конечно, недочёты. Но! В следующих роликах мы устраним шероховатости и сделаем всё более качественно. Причем, я уже знаю, что делать и как!
   - В следующих? - Вассерман удивленно вскинул брови.
   - Конечно. Песен много. Надо трудиться, создавать клипы. Так что, Вениамин Евгеньевич...
  
   Светит прожектор,
   Фанфары гремят,
   Публика ждёт,
   Будь смелей, акробат...
  
   - Вот, новый сценарий. Читайте. Знакомьтесь. Послезавтра начинаем репетиции.
   - Позвольте, сударь! Не могу. Я актёр! У меня работа в театре. Я занят!
   - Вениамин Евгеньевич! Вы, теперь режиссёр. Рулевой огромной фабрики по изготовлению кино-музыкальной продукции. А ваша небольшая роль в спектакле? Знаете, что? - Хотите? Занимайтесь ею в свободное от работы время.
   - Играть в театре? В свободное от работы время? Вы это серьёзно?
   - Я договорился с Крутиковым. Теперь работаете со мной.
   - Далее, завтра подойдет человек. Познакомитесь. Он будет отвечать за костюмы и декорации.
   - У нас будут декорации?
   - Будут.
   - И последнее, - Максим передал широкий квадратный пакет с веревочными ручками. - Здесь, видеомагнитофон и кассета, на которой подробно разобраны наши с вами недочеты. Смотрите, изучайте, исправляйте.
   - А это, - странный работодатель вынул из-за пазухи конверт. - Оплата за первый клип.
   - Деньги? Так, много? - Вассерман удивленно посмотрел на собеседника. Он не ожидал такого.
   - А как вы хотели? - ему ответили широкой доверчивой улыбкой. Попытались всё перевести в шутку. - Шоу-бизнес, он, батенька, такой: Сегодня продешевил - завтра вас перекупят конкуренты - а я останусь у разбитого корыта.
  
   - Девчули, внимание! - Максим поднялся с места.
   - Сегодня утром мне передали приглашение для "Берёзок" на подведение итогов конкурса "Нет пропаганде дикого Запада!". Оно пройдёт в ресторане гостиницы "...ская". Начало через два часа. Желающие отужинать в ресторане есть?
   - Я! - конопатая барабанщица быстрее всех вскинула руку.
   - Ой, я тоже! - поддержала её сиренеглазая Анастасия. - Я прям, как знала, одела любимое платье.
   - Я пойду, если пойдёт Максим, - произнесла Юлия Борисовна.
   - И я. И я. И я, - несколько человек поддержали её.
   - Восемь человек, - Макс подвел итог переклички.
  
  
   20.
   Ресторан жил, гудел, шумел, чокался, лобызался и хохотал.
   - Макси-и-м... - протянула Настя, подсев за столик рядом с ди-джеем. В её глазах плясали пьяные фиолетовые чёртики. - Мне, скучно.
   - Нам, скучно, - Елизавета Забудаева пригнездилась с другой стороны. Сложила руки перед собой. Уронила на них подбородок.
   - Музыкальная программа в ресторане - через час.
   - Через час, - глубоко вздохнув, повторила барабанщица.
   - А я, хочу, петь.
   - Мы, хотим петь и играть на барабанах!
   - Максим, - простонала девушка. Сирень её глаз заполнили большую часть зала. - Придумай, что-нибудь, а? Ты же можешь?
  
   - Придумать, что? - путешественник во времени дожевал котлету "По-киевски". Положил вилку на стол.
  
   - Что-нибудь надо придумать... - рыжая вплотную придвинула стул к его ноге.
   - Андрей, иди сюда, - Настя помахала рукой, подзывая старшего официанта. - Скажи ему, что сказал мне.
   - На эстраде, под столом есть две колонки и какая-то аппаратура. Не знаю - рабочая она или нет. Если удаться подключить, то можно поставить приятную лёгкую музыку. Только на время и не громко. Пока не придут музыканты
   - Максим, ты понял? Понял? - Забудаева стала тыкать острым локтем в бок ди-джея.
   - Да понял я, понял.
   .....
  
   У директора ресторана Хонкина Ильи Дмитриевича, выдалась минута затишья. Случалось, такое редко. Иногда среди суматошного дня внезапно, безо всякой причины переставали звонить телефоны, никто не стучал в дверь, не заглядывал и не входил в кабинет. Всё замирало, затихало вокруг. Становилось слышно, как жужжат в кабинете мухи, от ветра чуть шелестят шторы и даже как тикают огромные, в деревянном сучковатом футляре часы. В такие минуты Хонкину ничего не хотелось делать, руки бессильно опускались, тело становилось вялым, глаза слипались. От навалившейся истомы хотелось закрыть дверь на замок, прилечь на диван, накрыть лицо газеткой, приятно пахнущей свежей типографской краской и немного вздремнуть.
   Илья Дмитриевич широко зевнул. Опустился на диван. Закрыл глаза.
  
   Из состояния лёгкого забытья его вывил комариный писк, возникший где-то в стороне правого уха. Звук быстро "напился крови" и резко усилился до невнятного бормотания. Спустя мгновение, вырвав из плоти пространства огромный кусок, в кабинете зазвучало громкое девчачье завывание...
  
   Уходи, дверь закрой
   У меня теперь другой...
  
   Сильная дрожь он возникшей композиции пошла по стенам, потолку, полу. Создавалось впечатление, что под рестораном проснулись и зашевелились гигантские чудовища. Они кровожадно завыли, заныли, собираясь выползти из-под земли.
   - Что? Что? Что? Что, происходит? - директора подбросило над диваном.
  
   Мне не нужен больше твой
   номер в книжке записной...
  
   В комнате все тряслось и стонало. Сотни остро наточенных лезвий и кусков пенопласта одновременно царапали и скребли по стеклу. Дрожали люстры, тряслись гардины, сыпалась штукатурка с полотка. Кто-то огромный неистово долбил в стены и пронзительно завывал...
  
   Натерпелась, наждалась
   Я любовью обожглась
  
   С трудом открыв замок двери, директор выскочил в коридор.
   - Селиверстов?! - он заглянул в соседний кабинет к заведующему хозяйством. - Что за безобразие? Немедленно прекратить, запретить, выключить! Почему бездействуете?
   - Как? - развели руками.
   - Беги, вырубай электрощиток. Живо!
  
   Завхоз открыл щиток. Стал соображать какой тумблер крутить.
   - Верти все подряд! - Хонкин оттолкнул завхоза. Сам полез к выключателю. - Над нами гостиница, иностранные гости, туристы! Это же скандал на всю Москву!
   Щёлк. Щёлк. Щёлк, - стучали автоматы обесточивая здание.
   ...Щёлк, - гулко звякнул последний тумблер. Словно надсмехаясь над работниками ресторана, свет потух везде, а противный вой не желал успокаиваться...
  
   Я иду одна в дали,
   Гаснут города огни...
  
   - Они, что подключились к другой сети? - удивлённо воскликнул директор. - Как такое возможно и что теперь делать?
   Секундное раздумье и Хонкин резво побежал в сторону, откуда неслось громыхающее цунами.
  
   Зал дрожал и пульсировал под давлением звуковых волн. Окна звенели от истошного музыкального электроизвержения. Пол ходил ходуном. Стены гулко вибрировали. Вокруг небольшой эстрады, было настоящее столпотворение. Люди вставали из-за столов, подходили ближе. Начинали танцевать.
   - Немедленно выключите музыку! - кричал Хонкин неизвестным, плотным кольцом окружившим стол за которым работал радист-рецидивист-"фулюган". Слышите, немедленно выключите музыку! Перестаньте петь!
   - Э, да-а-рагой! - к нему обратился один из присутствующих, преградив дорогу. Вместе с товарищем они начали оттаскивать недовольного руководителя в сторону.
   - Па-а-чему кричишь? Чего хочешь?
   - Я директор ресторана и приказываю немедленно прекратить безобразие!
   - Какой-такой безабразие? Э-э-э, па-а-слушай! Зачем такой злой? Вах, па-смотры какие кра-а-савицы. Дэвушки? Как, па-а-ют, танцуют, красиво!
  
   К парочке "детей гор" подошли друзья. Хонкину в руки и карманы стали толкать денежные купюры крупного номинала.
  
   - Вот, на, ва-а-зьми, схады, выпей вина, па-а-сиди, отдахни...
   - Нет, приказываю прекратить! - директор не успокаивался. - Над нами живут иностранцы! Туристы! Вы, что хотите международного скандала? Я не допущу!
   - Ещё! Ещё! Ещё! - в ответ на его причитания шумела толпа, заставляя певицу заново начать исполнение песни.
   !!! Жаждущие были услышаны! Певунья набрала в грудь воздуха, к ней присоединилась рыжая подруга, и... волна звука вновь полетала по залу, сотрясая помещение... (Примерно так https://www.youtube.com/watch?v=d4e39-QGDR4 )
  
   Были ночи, были дни --
   Оставались мы одни...
  
   - Ах, так?! - гневно прошипел директор. - Всё!!! Иду, вызываю милицию!
   .....
  
   Несколько человек, как на экскурсии, ходили кругами вокруг окон ресторана. Жаждущие отдыха и развлечений "голодными" глазами разглядывали предупреждающие вывески: "Закрыто!", "Свободных мест нет!", "Спец. Обслуживание!".
  
   Полный человек выскочил из здания, расталкивая зевак, подбежал к подъехавшему на двух "УАЗиках" усиленному наряду милиции.
   - Здравствуйте товарищи. Я, Хонкин Илья Дмитриевич, директор ресторана. Это я вас вызвал.
   - Капитан Самсонов, - старший милиционер представился в ответ. - Что случилось?
   - Товарищи милиционеры, у нас нарушение порядка группой неустановленных лиц. Не удаётся успокоить посетителей. Хулиганят, безобразничают, не поддаются на уговоры. Пройдемте, пожалуйста, со мной. Всё расскажу, всё покажу.
   - Нарушителей много?
   - Много.
   - Трофимов, - капитан обратился к лейтенанту, стоявшему возле дальней машины. - Берём всех. Зайдём внутрь, посмотрим, что там творится.
   .....
  
   Более десяти минут группа милиционеров вместе с директором ходила, блудила по обшарпанному еле освещенному подвальному помещению. Давно не крашеные коридоры, проходы, тупики, развилки, осыпавшиеся ступени, лестницы, спуски, подъёмы, снова тупик. Гладкие кирпичные стены выщерблены осколками, разводы плесени, потоки на потолке, оголённые провода.
   - Хонкин? Ногу твою за ногу! Ты куда завёл? Где вход в твой чертов ресторан?
   - Не знаю?
   - Как не знаешь?
   - Иду за вами от входа. А куда иду, не понимаю. Это не мой ресторан. Я вообще не был ни разу в этом помещении.
   - Ты что? Ведёшь нас, не зная куда?
   - Это вы меня ведёте.
   - Товарищ капитан! - раздался голос лейтенанта, ушедшего вперёд. - Подымайтесь, здесь выход на улицу.
  
   Милиционеры "вылезли" на волю, из подвала, покосившегося от времени складского помещения. В нескольких метрах проезжая часть тихой, ещё не проснувшейся улицы. Дома, приземистые, одноэтажные, со щелями в закрытых ставнях, чем-то напоминающие копилки. У ближайшего строения небольшой дворик, огороженный тёмно-зелёным кустарником. Рядом со стеной дровяной сарайчик. Проволочная клетка, сквозь сетчатые двери которой, поглядывали на прохожих кролики, принюхивались, жевали траву.
   На завалинке избы присела отдохнуть пожилая женщина.
  
   - Слышь, мать? - капитан подошёл к старушке. Строго посмотрел в глаза кроликам. - Это какая улица?
   - Пушкина, - протарахтели в ответ.
   - Чёт я не помню в Москве таких мест по улице Пушкина.
   - Так, ты мил человек и не в Москве.
   - А где?
   - В Караганде.
  
   21.
   Стучат колеса на стыках железнодорожных рельс. Трудяга локомотив пыхтит, гудит, задорно тянет нитку состава куда-то в необозримую даль.
   Мимо пассажирских вагонов строчками проносятся небольшие посёлки, деревеньки, мосты. Желтые сжатые поля. Рябые протоки и синие озера поблескивают среди пойменных лугов. Мелькают одна за другой берёзовые рощицы, яблоневые сады, пригорки, голубые сопки и... ветер. Ветер теплый, горячий, с душистым, хвойным запахом романтики и вкусом далёких путешествий. Он крутит, вертит, беснуется где-то вдали.
  
   - Как красиво и хорошо! - Максим сидел на пороге дверного проёма, соединяющего его комнату в общежитии с входом в тамбур пассажирского вагона.
   От разлитых красок у Макса захватывало дух, щемило сердце, кружилась голова. Душа вспоминались стихи...
  
   Тот, кто видел хоть однажды
   Этот край и эту гладь,
   Тот почти березке каждой
   Ножку рад поцеловать...
  
   Вереница состава повернула в сторону, изогнулась дугой. Хулиганистый ветер плеснул в лицо романтика кожурой от семечек (Любезно выброшенных в окно кем-то из добрых соседей).
  
   Путешественник недовольно поднялся, стряхнул мусор, что-то пробурчал, закрыл дверь, открыл в другом месте.
   И снова поезд и вновь волнующие картинки.
   Путешественник присел, свесил ноги из открытой двери тамбура последнего вагона. Вгляделся в мелькающие пейзажи, попытался вернуть ностальгическое настроение...
   ...Вот, выскочила из оврага небольшая серебристая речка, набрала силу, разлилась, повернула русло и пропала куда-то за горизонт. Темно-чёрный выгоревший лес превратился в болотце с берёзками и утками на воде. У березок ножки в ярко-белых шелковых чулках. Стоят по колено в воде, любуются своей красотой. Зелено-мягкий луг раздвинул еловую чащу. По лугу лениво ползёт тень облака. На траве стадо пестрых коров, пастух на коне. Мелькнул красно-жёлтый домик железнодорожника. Пустынный переезд. Тихий полустанок с журавлем у колодца. Церквушка с блестящим крестом. И снова от края до края, политые спелой желтизной поля, пёстрые луга, леса и ветер бродяга...
  
   Красу природы созерцая,
   Порою хочется летать!
   Чувств восхищенья не скрывая
   Весь мир хотелось бы обнять!
  
   - Как же здорово?! - "безбилетный пассажир" вздохнул полной грудью сладкий медовый воздух и закатил глаза... Взял с пола стоящую бутылку "Ситро". Поднёс к губам.
   Спуск с горы. Поезд начал притормаживать. Затрясло вагоны. Задергало, замотало из стороны в сторону пассажира. Напиток плеснуло на одежду.
   Максим чертыхнулся.
   - Послушай, помощница, - высказали двери, стряхивая капли. - А можно, оказаться где-нибудь метрах в трех позади поезда? А лучше над поездом? Чтобы я мог спокойно пить, не проливая напиток и наслаждаться спокойным движением?
   Исполнительница желаний, не закрывая полотна, резво, как подстёгнутый конь, взмыла вверх. Продолжила бешено нестись за последним вагоном.
  
   "Беспредельщик во времени" от неожиданности выронил бутылку. Стекляшка полетела вниз, упала, покатилась по рельсам, зазвенела где-то далеко позади уходящего состава.
   - Мать честная! - удивлению Макса не было границ. - Так, это, ты...? Что? Умеешь? Летать? Как, самолёт? И что даже дверь закрывать не надо?
   - И-ить, - скрипнула проказница под действием сквозняка.
   - И до сих пор молчала?
   - Я постоянно вскакиваю с места. Открываю - закрываю двери. Соображаю, как лучше объяснить, куда надо попасть. Затем говорю длинные речи. А оказывается - ничего не недо?
   - А ну-ка! Разверни меня и подними над землёй, метров на сто!
   - У-у-ух, - грудную клетку сдавило, так, словно кого-то только что подбросили вверх из катапульты. Земля резко ушла вниз. Облака стремительно помчались навстречу. Поезд покатил далее, как ни в чём не бывало, куда-то далеко-далеко, превращаясь в тёмно-зелёную гусеницу.
   - Давай, ещё вверх, метров на сто, только медленнее.
   - Теперь, лети в сторону Солнца.
   - В противоположную сторону, в два раза быстрее, метров пятьсот.
   - Класс! - радостно шумел "двереводитель".
   - Сейчас полетаем!
  
   - Леди анд джентльмены! - весело зазвучало в голове. - Добро пожаловать на борт рейса RFX ZZZ "Нью Пекин - Старо Шепитовка". В настоящий момент мы являемся первыми в очереди на взлёт и, как ожидается, будем в воздухе примерно через пару минут. Напоминаем, что во время полёта не разрешается употреблять спиртные напитки, курить, вставать со своих мест и передвигаться по салону...
  
   - Так, стоп! - гениальная идея родилась в голове ди-джея. - Что если не говорить куда двигаться? А показывать? Поймёшь мои знаки?
   ??? - исполнительница желаний мелко задрожала как в лихорадке.
   - Интересуешься чем буду показывать? Правильно делаешь!
   Макс подошел к кровати. Достал из бездонной сумки "волшебника" игровой джойстик в виде штурвала самолёта.
   - Вот, чем!
  
   "Лётчик военного истребителя" удобно разместился перед открытой дверью. Поставил игровой контроллер между ног.
   - Итак... подруга дней суровых, внимательно следим за действиями моих рук и чётко выполняем перемещение: Наклоняю штурвал вперёд - двигаемся вперёд, пока не верну ручку в исходное положение. Возвращаю назад - перемещаемся назад. Наклоняю влево - двигаешь влево. Рывок вправо - вправо.
   - Пробуем...
  
   22.
   В переполненном людьми кабинете председателя парткома Завода было настолько тихо, словно внутри стоял гроб с покойником. Присутствующие сидели молча, разглядывали плакаты, партийные лозунги, картинки, грамоты и портреты, которые густо покрывали стены помещения.
  
   Минутная стрелка на настенных часах громко тикнула, перескочила на цифру "Сорок пять".
  
   - Товарищ Хромченко, я дождусь ответа на поставленный вопрос или нет? - нарушая затянувшуюся паузу, председатель грозно выпустил из носа широкую струю дыма. Морщины сердитым фонтанчиком поднялись от переносицы, побежали по бугристому крутому лбу.
   - Почему на праздничном мероприятии Завода, не будет приглашенных артистов из Москвы? Почему мы узнаём о том, что нам все отказали, за три дня до начала событий?
   - Бе... Бе не... Бе не ме... - что-то попытались пробурчать в ответ. Провинившемуся было около сорока, хотя выглядел он на все пятьдесят. Лицо серое, опухшее, плохо выбритое, с запавшей верхней губой. Пиджак висел на его сутулой, костлявой фигуре, подобно халату. Пахло от него табаком и какой-то сладкой помадой, которой он мазал свои жидкие волосы.
   - Хромченко, отвечай чётко, раздельно и без бе-не-ме-канья.
   - Ме бе... не ме ... не ват, - продолжали оправдываться каким-то зашифрованным слогом.
  
   Губы руководства недовольно вытянулись вперёд. Не докурив сигарету, он бросил её в пепельницу и тут же сунул в зубы другую. Щёлкнул зажигалкой. Затянулся, выпустил сизое облако.
   - Нет, я понимаю! Мы! Самый большой город за Уралом! Наше предприятие, первое в городе! Продукцией пользуется вся страна и даже идёт на экспорт! А тебе не удалось пригласить на праздник не только "Самоцветы" или "Синюю птицу", но даже каких-нибудь "завалявшихся" "Добрых молодцов"? Как же так, товарищ Хромченко? Артисты, где?
  
   Виновный во всех грехах, несколько раз глубоко вздохнул, прочищая легкие, как ныряльщик перед долгим погружением и начал медленно оправдываться. Слова давались трудно, постоянно застревали где-то в области груди...
   - Товарищи, я обращался в "Росконцерт", был несколько раз в "Москонцерте", в столичной филармонии и даже в городском комитете культуры. Я "оббил" все пороги. Москву изъездил вдоль и поперёк. Был у министра в приёмной! Ответ один: Лето - все выступления артистов расписаны - ничем не можем помочь.
   - Так, ты бы начал тормошить их заранее! - секретарь собрания показательно вскинул руку, посмотрел на часы, которые он носил на тыльной стороне запястья. - Сроки проведения мероприятия стали известны три месяца назад! Три! В войну, за это время, с одного конца страны в другое, производства переносили! Заводы строили! Танки начинали выпускать! Танки - понимаешь? А ты за три месяца не смог пригласить каких-то артистов?! Позор! Саботаж! Вредительство!
   - Александр Иванович, они, тама, с января все расписаны, - "враг народа" хмурится, елозил на стуле, точно сел на что-то неровное, твердое, а может даже и острое.
   - У тебя совесть, есть? - начальство произнесло с нажимом на последнее слово.
   - Погляди на Бориса Степановича, - резко ткнули пальцем в пожилого человека с бритой головой и угрюмо свисавшими вниз "белорусскими" усами.
   - Ветеран, фронтовик. Служил в разведке. Дошёл до Берлина! Думаешь, ему легко было договориться по поводу аренды стадиона? Он, ради нашего события, перенёс матч по футболу на другую дату. Или, вон, Игнатова - её заслуга - практически весь город будет на празднике. Одних только пригласительных раздали более двадцати тысяч! А Кузнецов? Вот это, я понимаю, работник! Для выступлений артистов соорудили огромную площадку, прямо посередине игрового поля возвели конструкции. Натянули большой, разноцветный шатёр. Электрифицировали, свет провели. Всяких лампочек, мигалок, светилок понавесили.
  
   - А у тебя, какой результат? - окурок резко ввинтили в пепельницу и тут же вновь закурили. - Московских гостей ноль целях, хрен десятых! Артистов, нет. Выступать некому. И что теперь делать? Что?
   - Так... Эдак... Так, - тяжело сопели, вместо ответа. Лицо виновного становилось всё красней и красней. Носок ботинка предательски подрагивал под столом.
   - Наказать тебя надо! Сильно наказать! В военное время, за такое бы отдали под суд. Или из партии выперли, "со свистом"!
   - Коллеги? Да за что под суд? А из партии то, за что? - Хромченко оправдывался медленно, как контуженый, щурился, словно глядя на солнце.
   - Ясно с ним всё! Товарищи, у кого будут какие идеи? Как будем выходить из создавшегося положения? Давайте, предлагайте. Надо спасать мероприятие. На кону честь Завода!
  
   В зале наступило долгое, неприятное молчание. Затем, кто-то удивленно и недоверчиво хмыкнул, кто-то в ответ протянул "н-н-да-а" и начал барабанить пальцами по столу, кто-то торопливо зачиркал спичками, закурил.
   Провинившийся жалостливо посмотрел на присутствующих, пошевелил нижней губой, задышал тяжело, как паровоз после длинной пробежки. Приготовился к самому худшему.
  
   С места поднялся невысокий человек со сбившимся набок галстуком.
   - Я, тут, подумал, - толстое добродушное лицо его сморщилось, стараясь восстановить сбитый ход мыслей, он произнёс на распев. - Хромченко надо объявить предупреждение. Нехорошо поступил, подвёл всех. Коммунисты, так, не поступают! А вместо концерта приезжих артистов провести футбольный матч между командой нашего завода и ветеранами клуба "Динамо".
   - Правильно, поддерживаем, - раздались возгласы одобрения. - Футбол, это здорово! Согласны.
  
   - Я против! - широкогрудый парень с короткой шеей и крепкими покатыми плечами резко вскочил с места. - Мероприятие общегородское. Организовано для жителей всего города, а не только для любителей футбола. Поэтому, у меня предложение - провести на стадионе семейную спортивную эстафету: "Папа, мама, я - здоровая семья!". А товарищу Хромченко, объявить строгий выговор и отстранить от руководства праздника.
   - А как же футбол? - окружающие недовольно загудели.
   Вдохновитель семейных традиций задумался на несколько секунд. С силой заскреб свои жесткие курчавые волосы...
   - После спортивного мероприятия, сыграем футбольный матч. Думаю, все будут довольны.
  
   - Товарищи, дорогие мои! - седая женщина в очках, укоризненно покачала головой.
   - Прошу вас, успокойтесь! - она поправила душку больших очков. - Какая эстафета? Какой футбол? Мы зачем построили огромную сцену посередине поля? Накрыли её шатром? Для чего собрали практически со всего города светомузыкальную аппаратуру? Для кого истратили столько сил и средств? Отпечатали и раздали зрителям пригласительные на концерт! Люди придут отдыхать семьями, слушать музыку, популярные песни... А не соревноваться и смотреть на ваш дурацкий футбол.
  
   В кабинете стало тихо. Сигаретный дым уплотнился, "вопросом" застучал в потолок.
  
   - И что вы предлагаете, Тамара Семёновна? - голос председателя прохрипел в тишине.
   - Хромченко... - очки строго блеснули. - Объявить выговор, с занесением в личное дело. А по поводу программы? Не знаю. Нет у меня предложений.
   - Может быть, позвать местные самодеятельные коллективы? - послышалось предложение из дальнего угла. - Обзвоним Дома народного творчества, музыкальные школы, студии. Найдём кого-нибудь. Сделаем свой праздник.
   - Вряд ли удаться, - скептически ответила седовласая. Рот у нее сложился в мрачную складку, а глаза сузились...
   - Даже если успеем, в чём я сильно сомневаюсь, в афишах написано: "Специальный гость праздника - Популярная группа из Москвы!". А не местная самодеятельность.
  
   - Коллеги, дорогие мои? - организатор мероприятия упал духом. - Надо же что-то делать? Это же скандал на весь город, на всю область, это же можно сказать политический провал...
  
   Ситуацию "мирового апокалипсиса" прервал телефонный звонок.
   - Валентина! - сморщившись, прохрипели в ответ секретарю. - Сколько раз просил, не отвлекать, когда идёт совещание! Что у тебя?
   - Александр Иванович, к вам посетитель - технический директор популярной группы "Берёзки" из Москвы. Говорит, его артисты с радостью примут участие в программе. Просит впустить.
   - Я не знаю никаких "Берёзок". Кто это? Что это? Скажите, пусть зайдёт позже, где-нибудь на следующей неделе. Или через месяц. Сейчас не до него. У нас программа летит коту под хвост. Артистов нет, от слова совсем, а он со своими "Берёзками"! Валюша, скажи, спасибо. До свидания. Всё! Кладу трубку.
  
   Повторный звонок...
   - Алло, Александр Иванович, он утверждает - группа известная, песни звучат на радио и даже показывали в "Утренней почте". И он, как раз тот человек, которого вы ждёте.
  
   Низ трубки прикрыли широкой ладонью, нахмурили брови, посмотрели в народ...
   - Кто-нибудь знает, что это за группа - "Берёзки"? - Их ещё показывали по телевизору и передавали по радио?
  
   Присутствующие удивленно жали плечами, непонимающе смотрели друг на друга.
  
   - Конечно, все знают! - громко воскликнул "утопленник" Хромченко, хватаясь за спасительную соломинку (Размером с бревно). Он сразу же расцвёл, выпрямился, подался вперёд.
   - Друзья! - завопил он. - Они очень популярны в Москве! Я как узнал об этом - сразу купил бобину с их песнями. А потом начал их искать. Писать письма. Пытаться встретиться. Договориться. Они просто неуловимы, постоянно заняты, у них куча встреч, выступлений, концертов. Я думал, они где-нибудь в Казахстане, на БАМе, гастролируют по стране. А они, вот они: У нас в городе, на Заводе, в приёмной - это немыслимо!
   - Сейчас я докажу вам, - Хромченко оторвался от места и попытался что-то пропеть из "мегапопулярного" репертуара "всемирно известной" группы...
   - Хотя бы, вот, это. Слушайте! Или, нет - лучше вот, эта вещь, которая нравиться моей дочери...
   - Пам-пам.. парам.. пам-пам... - Там, сперва такая энергичная, заводящая музыка, - дали пояснения на распевку.
  
   Ракеты... чего-то там-там... куда-то летят
   Звёзды... туру-ту-тум... всё ближе и могут упасть
   А ты далеко. И в глазах твоих слёзы...
  
   Присутствующие переглядывались, мысленно вертели пальцем у виска. (И даже возможно уже вызывали скорую).
  
   - Александр Иванович! - Хромченко от нетерпения уже не просто пел, а пританцовывал и даже барабанил по столу. Показалось провинившийся даже помолодел от радости.
   - Их надо брать! Брать! Брать!
   - Говоришь, много выступают? - председатель парткома задумчиво потёр подбородок. - Часто выступают на радио, по телевизору?
   - Очень - очень часто.
   - Хорошо. Валя, попроси товарища, пусть войдёт. Посмотрим на эту неуловимую знаменитость.
  
   23.
   На главной спортивной арене города проходила репетиция приезжих московских артистов.
   Громко. Похоже на рокот океана. По всей округе, на несколько кварталов от стадиона, разносилась незнакомая, неслыханная ранее композиция... никому неизвестной Myriam Fares (Примерно такая https://www.youtube.com/watch?v=rr-VIHXYmqU&list=RDrr-VIHXYmqU&index=1).
   Взрослая женщина с короткой стрижкой и сбитой спортивной фигурой, подобно дирижёру, энергично размахивала руками, руководила танцевальной разминкой "всемирно известной группы"...
   - ...Девочки, четче движения. Двигаемся ровнее, слаженнее.
   - ...Чуть быстрее. Второй ряд, не отстаём. Следим за линией. Держим спинку. Слушаем музыку.
   - ...Настя, не спим. Успеваем.
   - ...Вера, не ленись. Плавнее шаг. Чувствительнее.
   - ...Девчули, в этом месте, ведём рукой до конца. Затем восьмёрочка, полный круг, красиво тянем талию. Потом два шага, поворот, присели. Привстали и снова два шага, поворот.
   - ...Хорошо, хорошо. Молодцы!
  
   - Стоп, - руководительница группы остановила репетицию.
   - Максим, - она постучала пальцем по радиомикрофону. Обратилась к звукооператору. - Останови музыку.
   - Девочки, что случилось? Где задор? Огонь в глазах, где? Вы что сегодня, как будто всю ночь уголь разгружали?
   - Настя, - женщина захлопала в ладоши, привлекая внимание девушки. - Я не узнаю тебя? Ты с нами? Или дома осталась? Тук-тук, Настёна, проснись. Давай, возвращайся на грешную землю.
   - Юлия Борисовна... - внезапно заканючила сиренеглазая. - Я утром ноготь сломала. И ещё мне неловко, я смущаюсь.
   - Чего?
   - Как посмотрю на эти огромные трибуны... На здоровенную, "в половину поля" сцену. Как представлю сколько завтра будет зрителей. - У меня сразу руки начинают трястись и ноги подкашиваются, а ещё глаз дергается и ноет живот.
   - Настя, что за глупости?! Возьми себя в руки. Сегодня всё надо отрепетировать. Представь, что мы в Москве, и занимаемся на другой площадке. Тем более, здесь, никого нет.
   - Ага, нет?! - девушка махнула рукой вдаль. - А это, тогда, кто?
   - Где? - руководительница прищурилась. Посмотрела в сторону заходящего солнца.
  
   Вокруг спортивного сооружения: На балконах, в открытых окнах, на крышах домов, на ветках деревьев и даже на столбах висели, стояли, сидели многочисленные безбилетные "зайцы". Широко открыв глаза, развесив уши, они внимательно следили за репетицией заезжих гастролёров.
  
   - Ближе ста метров никого не вижу. Так, что не говори глупостей и не обращай внимания. Соберись.
   - Максим, - пальцем постучали в микрофон. - Включи ещё раз последнюю фонограмму.
   - Внимание! Приготовились! Слушаем музыку. И-и-и, начали!
   .....
  
   - Слушай, Никитос? - произнёс один из зрителей, смотрящий в бинокль с крыши девятиэтажного дома. Глаза его возбужденно блестели, меж черных широких бровей залегла упрямая складка, а в голове носились неспокойные дерзкие мысли.
   - Парни в тех. училище тёрли, что "Берёзки" типа "рокеры" и лабают под "Битлз". Несколько песен у них вообще слизано один в один. Даже поют по-английски. А тут какие-то танцы под восточную фонограмму?
   - Я слышал другое! - парировал рядом стоящий. - Рассказывают, они косят под "Бони эМ" и даже солист у них негр похожий на Бобби Фаррелла.
   - Вы, чё? Совсем тундра? Лес густой? - деловито процедил сквозь зубы парнишка с реденькой козлиной бородкой.
   - Кто вам сказал такую глупость? Какие "Битлы"? Какая "Бони эМ"? Попса у них: Русская - народная - голимая - девчачья ПОП-СА. Знаете, что это?
   - ??? - ребята переглянулись между собой.
   - Песни, а-ля Магомаев, Кобзон, Пьеха и всякие там хухры - мухры - "Песняры", - дали пояснение незнакомому определению.
  
   - А-а-а, понятно. Хотя, постой... Как, так? Вот же - звучит нормальный, драйвововый музон. Даже танцевать можно.
  
   - Насчет нормального - я бы сильно поспорил! - бородёнка знатока задралась почти до самого неба. - "Лед Зеппелин"! "Назарет"! Вот! Кто играет настоящие, чумовые вещи. Такие - что башню сносит напрочь! А эти москвички - так себе: Слабенько... Простенько... Без вкуса. И вообще, это не их композиция - Слямзили её.
   - У кого? - недоумение на лицах.
   - Блин, пацаны! Чему вас учат в вашем тракторном училище? Чё, такие первобытные мамонты? Ну, надо хотя бы изредка выходить "в люди", интересоваться новостями на музыкальной "толкучке". Общаться со знающими людьми.
   - ??? Никитос! Ты, эта... не умничай. Поясни толком.
   - Короче, это старый замес малоизвестной турчанки. Приезжала в Союз ещё в лохматые годы. Училась. Чего-то там пыталась петь. Потом всё забросила, вышла замуж за какого-то индуса и уехала жить куда-то в сторону Африки.
   - А ты откуда про неё знаешь?
   - У меня предки под такое шуршали по молодости. До сих пор где-то пластинка валяется, пыль собирает.
   .....
  
   Репетиция продолжалась второй час.
   Музыка становилась ритмичнее, громче.
   Количество "зрителей" праздно шатающихся вокруг стадиона, увеличивалось в геометрической прогрессии.
   Хореограф вытянула руки вперед. Пританцовывая, нарисовала что-то неведомое. Едва заметным движением зачеркнула свое творение и снова начала рисовать...
   - Красатули, красиво выходим на сцену по двое, с каждой стороны. Покачиваем бёдрами. Каждая, по очереди поворачивает гриф гитары в сторону зрителей. Плечико вперёд. Хорошо. Держим спинку. Покачиваем талией. Молодцы.
   - Стоп! - громко произнесли в радиомикрофон, останавливая репетицию.
   - Настя, что на этот раз? Почему застыла как статуя?!
   - Юлия Борисовна, я не могу репетировать, - произнесла девушка, чувственно закатывая глаза.
   - Почему?
   - У меня разошлась юбка. Прямо по шву. Висит на одной нитке. Чуть подвину гитару - ползёт дальше.
   - Настя, завершающая композиция! Медленная. Последняя. Постарайся.
   - Как? - девушка чуть приподняла музыкальный инструмент. Юбка сползла по стройным ногам на пол. - Выступать в трусиках?
  
   Мужская часть нелегальных зрителей, наблюдающих издали в бинокли, подзорные трубы, дедушкины очки с сильным увеличением, воодушевлённо загудела, подалась вперёд. (Ничего себе! Вот, это - сюжет! Ух, завтра будет программа - огонь!).
  
   - Юлия Борисовна, а пускай она всю репетицию прикрывается гитарой.
   - Забудаева, помолчи! - фиолетовые глаза подруги налились гневом. - Дурацкая шутка. Лучше бы помогла?
   - Чем? Барабан выдать?
   - Елизавета! - руководительница строго свела брови. - Надо что-то придумать.
   - Что?
   - Хотя... постойте, - барабанщица подскочила к подруге. Выхватила из рук кусок "ткани", разорвала пополам, сложила уголком. Завязала узлом на талии несчастной.
   - Вот! Новая замечательная мини-юбка. Красивая, современная и самая моднявая в этом городе. Нравится?
   - Нет, - Настёна недовольно надула пухлые губки. - Короткая. На фартук похожа. И попа открыта.
   - А так? - узел сдвинули на бок, соблазнительно оголяя ногу.
   - Вроде ничего.
  
   - Девочки, внимание! - Юлия Борисовна замахала руками, как регулировщик на перекрестке. - Выходим по двое, с каждой стороны. Спинку держим. Улыбаемся... Максим, включи ещё раз последнюю композицию.
   .....
  
   - Ишь, кобылицы нафуфыринные! - с одного из балконов доносился недовольный голос возмущенной женщины. Свою речь она обильно пересыпала "радиоактивными", колючими выражениями. Нос у скандалистки был такой тонкий, будто она специально прищемляла его на ночь защепкой для белья.
   - Понаехали, тут, вертихвостки столичные! Каблуки высоченные понапялили, пуза худющие заголили и ходят как цапли, попами перед мужиками вихляют. Тьфу!..
  
   - Верно говорит Маринка, - горячо подбадривали подругу. - Попробовали бы эти стрекозы постоять восемь часов в цеху у станка. Или кирпичи потаскать целый день. Или стены оштукатурить. А потом вечером - домой - автобуса нет. И с работы пешком два километра по тёмному лесу! Посмотрела бы я на них, как бы они после этого ноги задирали.
   - Девочки, - в разговор вступила ещё одна собеседница. Она вытянула руку с микрофоном, записывая музыку на магнитофон. - Прислушайтесь. Мелодия-то у них, не наша. Не русская.
   - В смысле?
   - Группа называются "Берёзки", - начали давать пояснение. - Берёзки - русское старинное слово. Так?
   - Да.
   - Значит должны петь русские народные песни. Правильно?
   - Наверно.
   - Выходит, мотив должен быть похож на всякие: "Ой мороз мороз", "Во поле береза", ну и прочие "Калинки - Малинки". А у них, музыка современная, тягучая, я бы даже сказала - восточная.
   Первая собеседница широко раскрыла глаза, обрабатывая полученную информацию. Через две минуты семнадцать секунд появился ответ...
   - Я вам про это уже полчаса талдычу! У этих московских лохудр всё с ног на голову. Понапридумывают всякой чертовщины, понарядятся как обезьяны с бегемотами и ездят по стране, попы мужикам показывают. Больше же им заняться нечем! Они же там, в столицах, совсем не работают! А чего им делать? Ходи по сцене, дрыгай, вихляй ногами - да задницей тряси! А наши местные жеребцы - ироды, вона, повылазили. Все столбы, как мухи, облепили, смотрят, слюни пускают, глазами хлопают. Тьфу... Срамотень!
   Скорее по привычке, чем повинуясь желанию, скандалистка возмущенно распахнула полы халата...
   - Вот, на что надо смотреть! - правая нога обнажилась до бедра. Ноги у женщины были небольшие, полноватой формы, колени гладкие, с ямочками, ступни маленькие и пухлые.
  
   24.
   Громкая музыка гулким эхом доносилась со стадиона поздним вечером следующего дня.
   В сторону звёздного неба взлетела небольшая ракета.
   - Ура! - закричал девятилетний мальчишка, прятавшийся за гаражами.
   - Уря-я, - подхватил его малолетний напарник. Бледный, даже чуть синеватый, с оттопыренными ушами и шлеп-шлеп губами.
  
   - Петька! - на стрелка смотрели блестящими от зависти глазами. - Дай пульнуть разок. Дай, а?
   - Ага, сча-с! Прям, бегу и подаю. Я нашёл! Мне и стрелять. Тем более осталось всего три заряда.
   - Тебе жалко? Дай? Ты же мне брат?! Хотя бы разок? Пожа-а-луйста.
   - Не дам. Тебе лет, сколько?
   - Шесть, седьмой пошёл.
   - Вот! Рано тебе ещё держать в руках "боевое" оружие. Уронишь на ногу или выстрелишь кому-нибудь в глаз. Что я потом буду делать с хромым и одноглазым? В пиратов играть?
   - Петька! Ну, да-а-й... - в глазах лопоухого карапуза появились слёзы величиной с крупную горошину. Он зашвыркал носом.
   - Отвяжись. Нельзя тебе. Не положено. Мал ещё.
   - Ах, так. Тогда я побёг к мамке. Расскажу, что ты за гаражами нашел настоящий пистолет и стреляешь без спросу.
   - Э-э-э, Димка, погоди. Ладно. На! Но только один раз. Согласен?
   - Да, - всхлипывали в ответ, локтем растирая слёзы.
  
   Оружие нехотя передали "боевому" однополчанину.
  
   - Смотри. Берёшь, так. Всё заряжено. Ствол поднимаешь вверх. Нажимаешь сюда - на курок - понял.
   - Ага.
   - Давай, держи крепче. Стреляй.
  
   Небольшой хлопок и в небо потекла капля зелёного цвета. Зависла над землёй, медленно начала затухать, спускаясь на парашюте.
   Кто-то или что-то долго, с нетерпением ждало этого момента...
   Как только свет от ракеты потух...
   Высоко в небе открылось неведомое окно, соединив два удалённых друг от друга, на немыслимые расстояния, интервалы времени.
   Оттуда выпрыгнул яркий огонёк, разгорелся в шарик, размером с блюдце и, мотаясь из стороны в сторону, кометой понёсся в сторону стадиона.
   В высоте что-то громко затрещало, лопнуло и...
   Пространство над городом раскрасилось невероятно большим искристым узором. Ещё один. И ещё.
   Сполохи огня замерцали, закружились, заплескалась разноцветными переливами, сразу в нескольких местах подожгли черный небосвод.
  
   - Ой, мама! - испуганно завопил мальчуган. - Петька? Это чего? За патрон такой? Небо загорелось? Ядерный что ли? Чего делать теперь? Как тушить будем?
   - Не реви, - ракетницу вырвали из рук, забросили далеко в кусты. - Сваливаем отседова. Пока никто не увидел. Быстро!
  
   Убегать было поздно.
   Шипящие струи потоком растекались во все стороны неба.
   Разгоралось всё больше и больше. Хлопки участились и из огненного марева на волю начали вырываться бутоны гигантских цветов, вспыхивать, расцветать, хищно поглощать темноту мироздания.
   Казалась даже звёзды запрыгали, затряслись от взрывов, и сошли с ума.
   Огромные ядовитые "растения" размножились, чудовищно оскалились, замерцали молниями, зацвели и огненной лавой, выпрыгивая друг из друга, понеслись прямо в лица мальчишек.
   - О-о-о-о-хть!!! - "пригнувшись", в экстазе завопил стадион. (Наверно подумал, что небесный пожар и конец "Света" заложен в программу мероприятий).
   - Слушай, Димка! - сверкая пятками, кричал, оборачиваясь, старший брат. - Если, что!!! Нас не было тут. У бабушки были. Понял? На даче. Весь день. За баней сидели. Усёк?
  
   25.
   Прошло уже четверть часа, если не больше, как Роберт Гордье не выпускал папиросы изо рта, прикуривал одну от другой, мерил и мерил шагами свой рабочий кабинет, расположенный в офисе кинокомпании "Гомон". Пятнадцать шагов туда, пятнадцать обратно и снова пятнадцать. Сколько уже пройдено: тысяча, две, десять?
   Он метался по кабинету с приспущенным галстуком, в розовой рубашке и серых клетчатых брюках на коричневом ремешке, который обтягивал его обширный живот. Во время ходьбы изо рта у него вырывались неясные междометия и бульканья.
  
   - Почему опаздываете? - недовольно протянул хозяин кабинета, когда гость наконец-то появился в дверях. Он красноречиво вскинул руку, посмотрел на часы. - Договорились на три. Сейчас, три сорок семь!
   - Месье Гордье, наше дело потребовало расследования дополнительных фактов, - спокойно ответил человек среднего роста с вьющимися темными волосами, нежными голубыми глазами, небольшими усами и длинным узким носом. Безупречный костюм цвета морской волны сидел на его фигуре идеально. - Поэтому я позволил себе немного опоздать.
   - Сорок семь минут это немного?
   - В моём случае - да.
   - ??? Мы заплатили ему две тысячи франков! - хозяин кабинета закипел как масло на сковороде. - А он, позволяет себе немного опоздать!
   - Месье, в этом запутанном деле с самого начала творится какая-то чертовщина. Бред. Чушь. Я бы даже сказал шарлатанство. С каждым шагом дело запутывается всё больше и больше. Я даже не знаю с чего начать.
   - Тогда, начните сначала. Что-то же вы разведали? Накопали? "Разнюхали"?
   - Конечно.
   - Да говорите же, дьявол вас разорви!
   - Я не знаю, как описать словами то, о чём мне удалось узнать. Более того, чтобы проверить полученную информацию, пришлось прибегнуть к не стандартным, я бы даже сказал не законным действиям. По ходу расследования пришлось неоднократно давать взятки. Переодеваться. Прятаться. Менять облик. И даже убегать от полиции. А это, понимаете ли, оплачивается по другому тарифу...
  
   Заказчик недовольно скривил лицо.
   - Хорошо. Ваш намёк понятен. Я доплачу вам тысячу, а вы расскажите весь бред, который удалось собрать о сьёмках нового фильма на студии Дюваля.
   Гордье сунул руку во внутренний карман пиджака, вынул длинный пухлый конверт, положил на стол. Резко метнул в сторону гостя.
   Детектив поймал скользящий "бандероль". Открыл. Потеребил купюры. Губы у него дернулись в кривой, довольной ухмылке.
   - Месье, люди, с которыми мне удалось пообщаться, несут какую-то ересь. В мире кино - они не кто и звать их ни как. Многие, в своей карьере, вообще дальше провинциального театра не продвинулись. Захолустье. Вторые роли. Серые будни. Беспросветное будущее. Седьмая вода на киселе. И тут! Внезапно! Звонок со студии. Из столицы. Приглашают в гости, оплачивают проезд. Сразу же, "без разговоров" предлагают роль в фильме. С отличной оплатой. Почти на голливудских условиях. Сказка, мечта, фантастика. Скажи кому - не поверят! И это всё - правда!
  
   - Так просто? Без всего? Сразу дают роль и хорошую оплату? - у Гордье от удивления опустилась челюсть. Он недоверчиво нахмурился.
  
   - Да, месье. Кинокомпания "Дюваль Франц" без конкурса, без кастинга, без отбора - приглашает неизвестных актёров, подписывает контракт, и они уже со следующего дня приступают к работе. Причем, повторюсь, с очень хорошей оплатой.
   - Фарс! Ерунда! Мистика! - у нанимателя заскрипели зубы. - Узнали, откуда у "порнушника" взялись деньги на дурацкие идеи?
   - Ходят слухи, Симон Дюваль познакомился с русским колдуном, или гипнотизёром, который регулярно проводит спиритические сеансы и общается не то с "космосом", не то с "потусторонним миром", не то ещё с кем. Короче, проходимец слушает голоса предков, пудрит мозги старикану. Убедил его разогнать старый состав студии. Бросить порно-бизнес. Продать, всё что имел из имущества... И вложить накопления в съёмки серьезного фантастического фильма, сценарий к которому сам же написал. Возможно опять под диктовку голосов "свыше".
  
   В течении минуты киноделец ошарашено молчал, а потом вскипев, затараторил...
   - Чертовщина! Дьявольщина! Это не возможно! Фокусник, гипнотизёр, махинатор, да ещё русский, общается с давно умершими душами. Получает информацию с "Того света", пишет сценарии и консультирует выжившего из ума директора порно-студии о том, кого подбирать на роли в кино? Расскажи кому - не поверят - засмеют!
   - Хотя-я... - гостя снова подозрительно оглядели с ног до головы. - Послушайте, а вы точно частный детектив?
  
   - Месье! - сыщик возмутился. Недоверием была задета его профессиональная гордость. - Вы желаете заплатить за оскорбление несколько тысяч франков? Я вас предупредил - ещё раз и мы встретимся в суде!
   - Ладно, верю, - нехотя скривились. - Что ещё удалось "накопать"?
   - Продолжу отчёт: Съёмки идут в небольшом, практически пустом павильоне, буквально утыканного кинокамерами. Аппаратуры, по словам актеров, очень много: На стенах, на потолке, на полу и даже на качающихся конструкциях присутствуют многочисленные кинокамеры: Маленькие, большие, вообще огромные. Причём, все они управляются, не операторами, а автоматически из соседней комнаты. Павильон, как огромная паутина, буквально опутан проводами.
   - Получается, если я правильно понял, - Гордье засопел. - У Дюваля вместо декораций - всё заполнено камерами, на которые он ведёт съёмку.
   - Верно, - ухмыльнулся голубоглазый, обнажив белые как у певца зубы.
   - Как же он создаёт картинку? Без декораций, задников, пейзажей? Когда кругом одни камеры?
   - Не знаю. Только по рассказам актёров, когда они просматривают итоговые эпизоды, русский факир каким-то непостижимым образом не только накладывает на снятые ранее материалы фантастические пейзажи и иноземные панорамы, но ещё без всякого грима превращает их лица в ужасные инопланетные морды. А одежда, в которой они снимались, чудесным образом, превращается в пышные костюмы или неповторимые тела животных.
   - Бред! Кошмар! Ложь! - затопали ногами под столом и ладонями заколотили по столешнице. - Вот в это, я точно не поверю, ни-ко-гда! Это невозможно!!! Слышите?! Я вам, не верю!
   - Как? Почему? - детектив покраснел. Сделал два шага назад. Попытался слиться с мебелью.
   - Месье, вы лжец. Пустобрёх. Сказочник. В вашем рассказе нет ни одного слова правды! Немедленно верните деньги или я позову охрану.
  
   26.
   Гигантское помещение погребального хранилища было разделено на четыре больших отсека, в каждый из которых мог вместиться звездолёт размером с крейсер. Каждый зал был под завязку заполнен саркофагами со спящими людьми. Рядом с капсулами анабиоза стояли приземистые шкафы, мигающие по очереди темно-синими и зелёно-оранжевым огнями. По приборным панелям, расположенным вдоль стен, ползли тучи цифр. Машины пережевывали и отправляли в неведомые дали кубы полученной информации.
   Электрический импульс, возник внезапно. Замкнул цепь, прошёлся по источнику питания, голубой искрой пробежался по узлам распределителей, блокираторов, релейным схем.
   На пульте управления одного из саркофагов зловеще вспыхнул маленький красный огонек. Тревожно замигал. Индикаторы пробуждения поползли в зелёную зону. Сверхчувствительный датчик отметил активацию деятельности мозговой коры у спящего. Учащение пульса. Повышение температуры.
  
   В центре зала появилась, словно сотканное из бликов далёких звёзд, видение. Голограмма молодой женщины. Мельчайшие детали - волосы, ресницы, ногти - поражали своей достоверностью. Она стояла как живая. Длинные русые волосы водопадом струились по плечам, переливаясь в разноцветных лучах световой феерии.
   Прелестница мило улыбнулась невидимым зрителям, повела изящной рукой. Зазвучал чудный, с переливами голос...
   "Уважаемые гости, я рада приветствовать вас на борту межзвёздного корабля "Грэндспирес" переоборудованного в камеру хранения особо опасных заключенных, погруженных с помощью "Lits-лучей" и "три-top" технологии в состояние анабиоза. После проведенной реконструкции, стоимостью в шесть миллиардов имперских "цехенов", старый списанный транспортник, получил вторую жизнь и сегодня является самым современным складом живого био-материала в "Южной части Галактики."
  
   Голубые молнии огибали, искрили вокруг одной из капсул. Внутри её что-то щёлкало, трещало, тикало.
   Панель блокировки заиграла всеми цветами радуги.
   Зашипела.
   Крышка "гроба" начала открываться.
   Засвистел воздух, с силой вырываясь из образовавшихся щелей, оттуда же повалили клубы белого пара.
   Из глубины появилось "помятое" лицо заключенного. Он потёр глаза. Близоруко осмотрел "окружающий мир" Достал и водрузил на нос старинные допотопные очки.
   - И где это мы? - произнёс неизвестный, рассматривая голограмму.
  
   Бестелесный дух продолжал увлечённо читать лекцию, не обращая внимания на проснувшегося слушателя...
   "Для уменьшения налогов и удобства складирования транспортное судно размещено на орбите безлюдной планеты "Sw 771 Fr" в квадрате "MJ 42" созвездия "Стального орла". Режимный объект, находится под охраной компании "S kargo", рассчитан на двести тысяч капсула-мест, полностью автоматизирован и обслуживается роботами."
  
   - Замечательно! - с иронической усмешкой похвалили "компьютерный" голос за полученную информацию.
   - Значит, из старших, в доме... никого?
   - А-я-яй. Какое безобразие. Как же так? нДа!
  
   "Ботаник" нырнул внутрь камеры. Упёрся ногами. Начал сопеть, обдирая пальцы, вытаскивать из пазов плату. Вытащил. Осмотрел. Крутанул и вставил разъёмом в гнездо пульта, рядом с мигающими индикаторами. Огоньки недовольно заурчали. Раздался щелчок. Из стенки выскользнул большой блок, забитый кристаллическими микросхемами.
   Очкастый безбилетник довольно хлопнул ладонями, потёр их, как будто готовясь к обеду. (Мысленно повязал на шею слюнявчик. Положил салфетку на колени. Причмокнул.) И с аппетитом начал выковыривать запчасти. Крутить. Осматривать. Подобно конструктору "Лего", втыкать в пазы, собирать неизвестный прибор.
  
   Под потолком вспыхнул большой красный глаз, его прерывистый свет казался гневным. На месте прекрасной незнакомки появилось недовольное лицо мужчины. Оно плавало, мерцало в темноте. Пыталось собраться в единую картину. Наконец изображение сформировалось в что-то похожее на человеческий череп. Пустыми глазницами осмотрело наглого "каторжанина", который собрал и подключил неизвестную "приблуду" к пульту управления системой. И что-то активно в ней программировал.
   "Проникновение в программу тюремного накопителя ЗАПРЕЩЕНО и карается уголовной ответственностью! - недовольно заурчала фонограмма. С каждой новой фразой громовые раскаты её голоса набирали силу. Становились громче.
   - Из нашего исправительного учреждения ещё никому не удавалось сбежать. Это невозможно! Даже не пытайтесь! У него двенадцать степеней защиты! Периодическое обновление кодов! Многозначные цифровые пароли. И просто ультро-современное программное обеспечение.
  
   - Мы и не собирались сбегать, - космический хулиган вынырнул из паутины проводов и вороха изоляторов силовых линий. С нарочитой тщательностью защелкал рядами переключателей. Плавно подвинул несколько тумблеров. Начал быстро перебирать клавиши на своём приборе. Двигать рычаги управления.
   В смежном помещении на полу и стенах вспыхнуло множество разноцветных огней. Палуба слегка задрожала. Мягко зарычали генераторы энергоустановок, окружая космолёт защитным силовым полем.
  
   - Просто одолжим вашу тюрьму... - сообщили скелету бодрым и обнадёживающим тоном. - На время. Покататься. Пока, это... - хозяева не вернулись!
  
   Безжизненное пространство планеты растянулось во все стороны. Испепеляющие лучи нестерпимо яркого Солнца выжигали бесконечную равнину, на которой местами зияли огромные кратеры, окруженные зубцами скал. Ни звука не проносилось над унылой поверхностью, лишенной воздуха и жизни. Нигде не было видно признаков присутствия человека.
   Тюремная глыба, висящая над безжизненной планетой, задрожала. Начала оживать. В дюзах заплескалось желтовато-голубое пламя огня. Подобно огромному трансформеру пришла в движение оболочка корабля: Внутрь башни нырнули пушки ближнего боя. Экранами затянуло шлюзовые камеры, иллюминаторы. Сложились и спрятались крылья солнечных антенн, батарей, энергонакопителей "G" плазмы. На дальних мачтах выдвинулись и грозно расщепились дополнительные сопла.
   Судно, мигая фиолетовыми огнями, развернулось в неизвестном направлении, мгновенно набрало бешеную скорость и вскоре стало еле различимой точкой на бескрайнем звездном небе. Потом и она вдруг ярко вспыхнула и, прочертив белую полосу, исчезла из виду.
   .....
  
   Входя в просторный кабинет одного из собственников компании "Гомон", Гордье поразился буквально исходившим от него волнам суровости и непреклонности. Строгие глаза, в которых невозможно было что-либо прочесть, настойчиво буравили вошедшего гостя. Хозяин кабинета недовольным кивком головы указал подчинённому на кресло и выпалил на одном дыхании:
   - Я только, что посмотрел очередной трейлер к фильму "Дюваль Франц": Закрученная линия сюжета! Качественная работа оператора, немыслимые спецэффекты? В ряде моментов - даже Голливуд отдыхает! Скажите, Гордье: Что, это? Откуда? Как? Каким образом они это сняли? Не слышу ответа?
   - Я думаю, что я, они... - начали нерешительно бубнить под нос.
   - Не надо думать! - грубо перебили помощника. - Думаю, здесь - я!
   - А песня? Музыка? Качество звука? - Руководство подошло к столу, и нажало кнопку "PLAY" на магнитофоне. Зазвучала мелодия, под которую угоняли космический корабль. (Композиция была очень похожа на "старую добрую" "Tu Es Foutu" в исполнении "IN-GRID" и звучала примерно так... https://www.youtube.com/watch?v=oXMV2RBQwiY ).
  
   - Это, что? Новый шлягер? Дожили! Теперь популярные песни Франции появляются в трейлерах никому неизвестной студии. Да чего там песни - говорят в провинции ходят в кино только для того - чтобы посмотреть на его новые киноролики! Причем без разницы: Какой фильм, о чём, кто играет - главное, чтобы вначале показали трейлер Дюваля. - А потом хоть трава не расти!
  
   - Видите ли, месье... - что-то попытался пробубнить Гордье в своё оправдание.
   - Не надо видеть! - его снова грубо перебили. - Видеть, здесь, буду - я!
   - Значит, так! Берете, этого слащавого пижона сыщика, которого я вам рекомендовал.
   - Так я же его, вроде, того, выгнал... И охрана немного помяла. Так, чуть-чуть.
   - Ничего не знаю! Верните его. Добавьте гонорар. И "копаете" до тех пор, пока у меня не будет четкого объяснения - каким образом и за счет чего Дюваль так быстро учится снимать фильмы? Откуда такой рывок? Где берёт песни? Кто пишет музыку? Сценарий? Кто консультирует и подбирает актёров? Отвечает за костюмы? Декорации? Откуда у него деньги на качественные съёмки? Одним словом, я хочу знать, ВСЁ!
  
   27.
   В аэропорту Шереметьево приземлился очередной самолет. Это был ИЛ шестьдесят второй, из Парижа. Он долго стоял возле взлётной полосы, затем сонно выруливал куда требовалось, наконец остановился, затих.
   Все было медленно, сонно, не спеша: Трап полз к самолету, как черепаха. Стюардессы, казалось, еле переставляют ноги. Таможенники и те никуда не спешили. Но особенно долго пришлось ждать чемоданов. Отечественная неразбериха то тут, то там кидалась в глаза. Багажа всё не было и не было. Чешуйчатая лента эскалатора "заснула". Похоже на века.
   "Почему раньше я не замечал нашу медлительность? - корил себя Николай Чернов, вернувшийся из туристической поездки. - "Тут, такое событие! Такое! А они заморозились. Спят как мухи! Неужели нельзя побыстрей!".
   Таможенники, не слыша внутренних переживаний соотечественника, подумали и решили устроить выборочную проверку багажа. Дело пошло ещё медленнее.
   - Ваш чемодан? - симпатичная девушка строго посмотрела на Чернова. Требовательно сжала пухленькие губки. Строгая морщинка пробежала по лбу. Начала просматривать вещи, задавать вопросы...
   - Откройте, пожалуйста.
   - Это ваше?
   - А это?
   - Запрещенное что-нибудь везёте?
   - Спасибо. Всё в порядке. Можете идти.
  
   "Скорее, скорей!" - турист практически бежал по залу в сторону телефонных автоматов, увешанный сумками с подарками.
   Вот и первый свободный аппарат. Набираем, звоним - короткие гудки.
   "Двушку, отдай, скотина!" - автомат попался совсем чокнутый - на смачный удар в "брюхо", возвратил не одну монету, а высыпал горку из пяти.
   Проявив неслыханную щедрость, даже не взглянув на сдачу, прибывший метнулся к другому аппарату.
   "Есть", - длинный гудок.
   - Оу! Жё мапэль? Мильон пардон! - Чернов изменил голос. И произнёс первое пришедшее на ум.
   - Чё надо? - подозрительно проскрипели в ответ.
   - Антон? Это, Я! Коля Печёнкин. Не узнал? Вернулся из городу Парижу. Ужо в Москве. Короче, Антоха! Хватай свою Валюху, и бегом ко мне. Такое расскажу. Такое! В жизни не поверите!
   - Всё! Разговаривать некогда - жду!
   .....
  
   Чокнулись. Крякнули. Закусили. Повторили.
   Креплёное вино помаленьку через соломинку проникало и ударяло в головы, делая мысли легкими и летучими, как пух одуванчика. (Пили по-современному, как принято там - за кордоном.).
   - Скажите, НиколЯ! (С ударением на я), - синие и без того большие глаза жены Антона казались ещё больше и были словно затуманены.
   - А вы видели Алена Делона? Какой он? Говорят, высокий, красивый, страстный - как на экране? Пишут, любит сидеть по вечерам возле Эйфелевой башни, кормить голубей, смотреть на вечерний Париж? Вздыхать. Ой, а правда, башня наклонилась и скоро упадёт?
   - Валя, не трынди! - Антон длинный, горбоносый и лысый, подтянул ремнём брюки, деликатно покашливая, попытался успокоить супругу...
   - Дай человеку прийти в себя. Его десять дней не было на Родине. Отвык, небось, от нашей действительности. От дома. От друзей. А ты сразу - про башню. Падает - и хрен с ней. Пусть лучше расскажет - есть ли там красотки? Коля, ну, че? Есть? И как они?
  
   - Дорогие, мои! - путешественник философски посмотрел в потолок. - Париж, это - ПАРИЖ! Там, есть - ВСЕ!
   Он щелкнул красивым блестящим портсигаром, закурил и протянул блестяшку Антону...
   - Дыми.
   - Не курю.
   - Бросил, что ли?
   - Уже три года. А то ты не знаешь?
   - А, точняк.
   - Может, все-таки закуришь? Американские? Кэмел? - хозяину явно хотелось соблазнить человека, который не курил уже три года.
  
   Чтобы отвязаться, гость закурил. Сигареты оказались крепкими. Закружилась голова.
  
   В открытое окно потянуло теплым сквозняком, легкий "Белобрысый" чуб Чернова заколыхался, как метёлка ковыля, придавая его лицу нечто возвышенное, гамлетовское.
   - В последний день, мы ходили в кино. И знаете, что! Французы. У себя дома. В своём Париже! Снимают продолжение приключений нашего Шурика. Нет, додумались же? А? Представляете?
   - "Продолжение Шурика"? - в женской голове мысли застопорились. Просто разбежались и упёрлись в забор. (Какие такие "Шурики" могут сниматься в Париже?! Это же - Париж!).
   - Какого "Шурика"? - мужская часть населения также отказывалась понимать происходящее. Слова: Франция, заграница, туристическая поездка, голые, голодные до любви молодые женщины, толпами гуляющие по вечернему городу, не сочетались со словом "Шурик".
   - Который Сашка, Александр, Шурик, Санёк, студент! - хозяин выдохнул облако синего дыма и помешал трубочкой огненную смесь в стакане. - Помните? Такой, очкастый, смешной актёр? Недотёпа? В "Иване Васильевиче", играет изобретателя? От него жена сбегает - с любовником - с режиссёром Якиным - в Гагры?
   - В каком "Василиче"? - Валентина опять ничего не поняла. (В восторженном повествовании путешественника должны были быть жгучие рассказы про модные бутики, покупки, фонтаны-мантаны-бутаны, мосты, "Бистро", магазины. А не какой-то скучный очкарик и студент от которого ушла жена).
   - Фильм Гайдая, смотрели - где Яковлев с Куравлёвым путешествуют во времени, в гости к царю Ивану Грозному. - Там, песня ещё звучит, популярная...
  
   Звенит январская вьюга и ветры хлещут упруго.
   И звёзды мчатся по кругу и шумят города...
  
   - А... этого Шурика, - интерес в женском голосе упал почти до нуля. Стоило летать во Францию? В сам Париж? На десять дней? Чтобы, там, просто так, сходить в кино и посмотреть обычный фильм с советскими актёрами. (Нет, девочки! - Нормальный, адекватный человек поступил бы по-другому. Уж наверняка бы, ему нашлось чем заняться!).
  
   - Серьёзно??? - восторженность мужской части населения наоборот прыгнула в потолок и зашкалила до квадрата десятой степени. - Ай да, французы! Ай, молодца! Тудыт-твою-растудыт их в самую печень! И что? Коля? Про что фильм? Интересный? Вицин, Моргунов, Никулин - играют? А Кустинская? А Крамаров? А Варлей, всё также "скачет" по горам и до сих пор не вышла замуж? Рассказывай - не тяни кота за одно место.
   - Я же говорю: Лягушатники, перекупили нашего Шурика. С помощью машины времени забросили его в будущее. Там он, по их заданию, заснул в каком-то ящике. Попал в космическую тюрьму. Просыпается - собирает всякие штучки - становится матёрым кибернетиком и похищает межзвёздные корабли. Представляете?! Шурик - угонщик звездолётов? А начиналось всё с обычной советской стройки! Кто бы мог подумать - такой взлёт!
   - Колян! Вот, это, новость! Всем новостям - новость! Если конечно, правда?
   - Старик! Сам не поверил. Повели на фильм, про какую-то ихнюю бестолковую трагичную любовь. Французского никто не знает. Идти не хотят. Однако, по расписанию положено - за билеты уплочено - пошли. Сели. Началась заставка, титры всякие появились, буквы ихние кривые побежали по экрану. Гляжу и не верю глазам: Он - Сашка Демьяненко. И главное, играет так хорошо - не оторваться. Роль - прямо, вообще его, вжился по самые уши! А ещё мне понравились звездолёты, такие реальные железяки - не отличишь от настоящих. Умеют же за кордоном снимать фильмы! Уж если выстрелил в упор - половина зала головы нагнули. Вторая половина на пол упала. А как Санёк гоняет по звёздному небу! - ни одно ГАИ не догонит! Ас - едрит твою кочерыжку! Ас!
   - Николай, скажите? - Валентина ехидно влезла в серьёзный разговор мужчин. - А что-нибудь ещё, интересное, во Франции, в ПАРИЖЕ, во время вашей поездки, кроме просмотра фильма, было?
   - Ещё? Интересное? - турист задумался, вспоминая прошедшие события.
   - Да вроде ничего.
  
   28.
   Вкусный запах варёного мяса волнами расходился по всей квартире. Очень полный мужчина, в полосатой пижаме, в женском фартуке на выпирающем животе, зелёной бутылкой из-под "Лимонада", раскатывал тесто. Рядом пухлая женщина в оранжевом халате, с вилкой в руках, мурлыкала игривый мотив из какой-то старой оперетты, лепила пельмени.
   Телевизор вынесли на кухню. Ждали любимую передачу "Музыкальный киоск". Электрический чайник, полный ароматного чая цвета старого янтаря, кипел и пар змеясь поднимался над ним.
   - Андрюшенька, - томно проворковала хозяйка. Привычным движением руки взбила кудряшки. - Если сегодня в программе будет звучать музыка Свиридова, Рахманинова или Чайковского, давай сделаем перерыв. И послушаем её в спокойной, "камерной" обстановке.
   - Давай, - согласился муж. - Так и быть - начнут пилякать - выйду, покурю.
    
   - Дорогие телезрители, - радушно улыбнулась в камеру ведущая программы "Музыкальный киоск" Элеонора Беляева. - Продолжаем знакомить вас с творчеством народных театров столицы. Сегодня поговорим о работе театра-студии "Новое время".
   В последнее время режиссеры народных театров в своём творчестве всё чаще используют яркие, искромётные, насыщенные юмором и музыкой оригинальные жанры. Для усиления интереса зрителей привлекаются известные композиторы, артисты и даже музыканты вокально-инструментальных ансамблей.
   Что из этого получается - судить вам. Давайте посмотрим один из фрагментов спектакля "Рождественская сказка" в исполнении актёров театра-студии "Новое время" и творческой группы "Берёзки"...
   (Телезрители внимательно смотрят в свои голубые экраны, не отрываясь на перекур, удивляются, восхищаются, а может негодуют - читатели просто переходят по ссылке... https://www.youtube.com/watch?v=4pMMB-29_lw)
   .....
  
   Режиссёр театра "Новое время" Крутиков "одним глазком" заглянул в кабинет директора.
   - Ростислав Альбертович, голубчик?! - руководство театра была сама любезность. - Что же вы в дверях? Проходите. Присаживайтесь. У нас как раз гости по вашу душу.
   Крутиков вошёл. Внимательно осмотрел крупного, похожего на массивный платяной шкаф человека, развалившегося в кресле недалеко от стола директора.
   - Насчёт билетов? - режиссер подозрительно прищурился, ожидая ответа. - Милостивые господа! Билетами не занимаюсь. Нет, нет, и нет! И советов по их поиску не даю. Я - служитель музы! Я творю! Ваяю! Билеты - не ко мне.
    
   - Ростислав Альбертович, - директор решил успокаивать вспыльчивого "гения", на спектакли которого действительно билеты достать было невозможно. - Я позвал вас по другому вопросу. Разрешите представить Тобермана Петра Сергеевича. Он из "Москонцерта". Зашёл в гости. К вам! И совсем не за билетами.
   - Здравствуйте, - сидящий в кресле поднялся. Протянул широкую как у медведя ладонь.
   - Тогда, другое дело. Здравствуйте. Слушаю вас.
   - Товарищ Крутиков, - городской чиновник забубнил низким баритоном. - Недавно в телепередаче "Музыкальный киоск" рассказали о вашем новом спектакле. Показали несколько отрывков. Знаете, очень понравились игра актёров и мы хотели бы...
   - Сударь, прошу простить меня, - гостю не дали договорить. Крутиков понял, зачем в кабинете директора появился незнакомец, и его лицо залила бурая краска. - Я устал повторять - в передаче, показали не моих актёров. Я не знаю кто они. Откуда. И чем занимаются. Следовательно, не могу организовать с ними встречу или дать контакты. Понимаете?
   - Как, не ваши? - отговорок режиссёра не понимали.
   - В эпизодах играли привлеченные актёры. Даже так - простые люди "с улицы", которых специально подобрали для рекламы моего нового спектакля в телепередачу "Музыкальный киоск". Что это за люди, как с ними связаться - я не имею понятия.
   - А спектакль? Спектакль то - ваш?
   - Спектакль мой. Я - режиссер, автор сценария. Только он ещё не готов. Мы только недавно приступили к репетициям. К созданию декораций. Пошиву костюмов. Так, что дай бог - месяца через три, к началу декабря, выдадим премьеру. Не раньше.
   - Хорошо, допустим, - чиновник расстроенно сник. - А музыка? Танцы? Песни? Те, что звучали в телепередаче? Они будут в вашем спектакле?
   - Конечно!
   Пальцы гостя радостно забарабанили по подлокотнику кресла.
   - Тогда, я бы хотел заранее... Сейчас... За три месяца до премьеры... Обсудить заказ билетов.
  
   Крутиков громко фыркнул и повернулся к стене.
  
   Директор театра глубоко вздохнул. Выдержал, как положено по Станиславскому, "глубокую" паузу. После чего произнёс...
   - Пётр Сергеевич! - несмотря на то, что вы из "Москонцерта". И даже если бы вы были из Кремля. Увы! Билетов нет. Их развезли по детским домам ещё на той неделе. Все до единого.
   - Товарищ директор?! - Тоберман не ожидал отказа. - Неужели ничего нельзя сделать?
   - Простите, Пётр Сергеевич, - руководство театра сделал руками жест, каким докладчики скромно отвергают незаслуженные аплодисменты. - "Ни-че-го".
  
   - Вообще-то...  можно, - скандалист - театрал влез в разговор. - И нужно!
  
   Руководитель возмущенно посмотрел на подчинённого: Хмуро свёл брови. Сжал губы. Мстительно прищурил глаза...
   - Ростислав Альбертович, мы с вами общались по этому поводу. И неоднократно! Я повторю ответ - НЕТ. Какую букву в слове вы не расслышали?
   - Простите коллеги, о чём спор? - гость непонимающе переводил глаза с одного собеседника на другого.
   - В том, милостивый сударь из "Москонцерта", - режиссер, пародирую позу Маяковского, закинул длинный шарф за спину. Глубоко засунул руки в карманы. - Готовы дать ещё один! Или даже два спектакля - а значит предоставить семь сотен свободных билетов на "Рождественскую сказку"!
   - Так, так, так, - Тоберман был сама любезность. - Очень интересно. Расскажите более подробно.
    
   Директор недовольно приподнялся из-за стола...
   - Товарищ Крутиков, просит большой зал для его спектакля двадцать пятого и тридцатого декабря! - А мы не можем. В эти дни состоятся Новогодние концерты сводного хора ветеранов. В котором, кстати, поёт свекровь жены второго секретаря парткома. Понимаете?!
   - Понимаю... - задумавшись, произнёс чиновник. - А если перенести выступления ветеранов на другие числа или в другое место.
   - Я про то же, - Крутиков поддержал гостя. - Зачем им зал на половину тысячи мест? У них зрителей - полтора калеки. Пускай поют в другом месте. А мы в эти дни дадим спектакли.
   - Ростислав Альбертович, - руководство театра строго посмотрело на режиссера. - Повторю последний раз: Вопросы изменения графика мероприятий не обсуждаются.
   - Коллеги, - чиновник вскочил с кресла. - Прошу, вас. Успокойтесь. А если я решу спорный вопрос? Найду свободный зал?
   - Свободный зал? - Крутиков был ярым материалистом и не верил в Деда Мороза уже с пяти лет. - В декабре?
   - Да, - ответили четко, показав, что это не шутка. - Я найду зал. Вы перенесёте туда репетиции, декорации и выступления актёров.
   - И?! - гость торжественно поднял палец вверх. - У меня возникает вопрос: Если я это сделаю, и вы на это согласитесь! То сколько спектаклей сможете сыграть?
   - Сколько, сколько... - театральный поэт пожевал губами. Хитро прищурил глаза. Ярко представил лица своих недоброжелателей и критиков. - А сколько надо?
   .....
  
   - Где же он? Где? - Крутиков метался по коридорам Дома Культуры. Совершал очередной круг, заглядывал во все "закоулки", "переулки", стучал во все двери. Был два раза на чердаке, три в подвале. Несколько раз выходил на улицу, смотрел у крыльца. А вдруг?
   Работники ДК не видели товарища Иванова больше трёх недель. Одни говорили - в отпуске. Другие - уехал на Родину обитания Ивановых (В Иваново). Третьи вообще непонимающе пожимали плечами. Четвёртые посылали в разные стороны и направления. Убеждали, только, что был - где-то тут ходит - посмотрите там.
  
   - Вот ты где! - режиссер наконец-то увидел разыскиваемого человека. Путешественник во времени одиноко сидел на подоконнике, в коридоре, напротив двери в свою студию, с вывеской "Ремонт". Увлечённо читал газету "Труд". Абсолютно никого "не ждал и не искал". Просто "так" сидел и читал.
   - Максим, голубчик. Как хорошо, что я нашёл тебя! У меня к тебе серьёзный разговор.
   - Слушаю, Ростислав Альбертович, - ди-джей оторвался от просмотра фотографии "Доярки осваивают новую технику на целине". Сделал вид, что встреча с режиссёром произошла совершенно случайно.
   - Хочу поговорить с тобой по поводу моего нового спектакля - "Рождественские сказки".
   - Опочки! - Макс удивлённо поднял брови. Посмотрел по сторонам. Не спутали ли его с кем-нибудь другим. - Чего это вдруг? Что-то случилось?
   - Случилось! Я когда давал согласие на рекламу нового спектакля, не ожидал, что эпизоды, показанные в "Музыкальном киоске" сильно понравятся зрителям. Ходят слухи, студию завалили письмами, все хотят знать, что за спектакль? Кто режиссер? Где идёт? Желают прийти, посмотреть.
  
   - Да вы, что? - непризнанный гений с сочувствием покачал головой. - Не может быть! Вот уж не ожидал?! Думал никто не заметит.
  
   Театральный художник, не обращая внимания на иронию, продолжил своё торжественное повествование...
   - Сударь! Я посидел, подумал, пообщался с актёрами, руководством... И мне в голову пришла замечательная идея! Как вы смотрите на то, что я назначу вас соавтором моего нового шедевра.
   - Меня?
   - Конечно! Максим, только представь, в афишах: Ярко. Жирным текстом. Большими буквами: Работа над сценарием - М.И. Иванов! А? Звучит? Правда? Ты же не откажешься от славы и успеха? От признания зрителей?
   Макс набрал воздуха в рот. Задержал его. Выдохнул.
   - Если в афишах, - пробурчал он. - Ладно, пусть будет.
  
   "Обычный прохожий" вновь уткнулся в чёрно-белую картинку. Начал что-то подробно высматривать.
  
   - Максим. Ещё одно: Теперь, когда ты соавтор - ты не против включить в сценарий эпизоды, показанные в "Музыкальном киоске".
   Читатель оторвал взгляд от доярок, от новой техники, которую они осматривали в коровнике. Подумал. Попытался разобраться в ходе хитросплетений служителя музы.
   - Хорошо. Я не против. Пользуйтесь.
  
   Доброй души человек спрыгнул с подоконника и направился в сторону выхода.
   - Максим, подожди, - уходящего собеседника остановили за руку. - Ещё одно.
   - Что?
   - Сегодня в театр приходил чиновник из "Москонцерта". Предложил провести в декабре не один спектакль, как мы планировали - а восемь! По два выступления в неделю. Я подумал и согласился: Восемь концертов - не один. Это - восемь! Это больше, лучше, почетнее. Опять же выигрыш в деньгах. Для всех. И для тебя тоже! Ты же теперь не просто консультант - а соавтор сценария.
   - И? - ди-джей затаил дыхание, ожидая развязки. Газета в его руках предательски захрустела.
   - А раз такое дело. Я, как главный режиссёр! Тебе - как соавтору, вынужден сказать... Товарищ Иванов! Сценарий, по которому ставим спектакль - сырой! Его надо срочно доработать. Насытить яркими музыкальными композициями. Такими, как в "Музыкальном киоске". И быстро запустить в работу. А ещё хотелось бы пригласить актёров, которых показали в телепередаче. Короче, вам батенька, надо срочно заняться работой. А не сидеть без дела - почитывая газетки!
  
   Максим ошарашенно посмотрел на наглеца. (Он конечно ожидал чего-то такого - но не на столько - и не в такой форме.).
   - Ростислав Альбертович, - а вы случайно не обнаглели? Может, вам ещё шнурки погладить? Или валенки зашнуровать? А что? Я быстро - только за "Гуталином" сбегаю!
  
   - Кхх, кхх, - Крутиков закашлялся, понимая, что перегнул палку. Коротко и быстро глотнул воздух, как воду.
   - Максим! Дорогой мой человек. Зачем ссорится из-за пустяков. Пойми - у актёров жизнь сложная. У режиссёра вообще кошмар! В декабре нас ждёт восемь спектаклей. Восемь!!! Люди волнуются. Переживают. Зрители желают зрелища - стоят "на ушах" - готовы снести кассу - билеты им подавай. Критики объединились с недоброжелателями, затаились, клацают зубами как волки, только и ждут, когда мы с тобой поскользнёмся. Весь мир ополчился против нас.
  
   Убитый горем театрал тяжело вздохнул. Вскинул на собеседника влажные глаза, слегка рисуясь, протянул вперед руки, прошептав с надрывом...
   - А у нас? Сценария нет. Актёров нормальных нет. С таким трудом удалось выцарапать сцену на восемь спектаклей. Уговорить дирекцию. Решить организационные вопросы - И всё напрасно! Может поможешь? По-товарищески? Мы же с тобой, кхх, кхх... друзья?
  
   29.
   - Идите к товарищу Персидскому.
   - У него я уже была.
   - А вы сходите ещё раз. Он подлец всё знает.
   - Но у него я была уже три раза.
   - Тем более, ему теперь не отвертеться.
   (Фильм "12 Стульев". Эпизод. Вдова Грицацуева в поисках сыночка в редакции газеты "Станок.".
  
   Молодой мужчина, внимательно осмотрел присутствующих в курилке, выискивая жертву. Высмотрел самую яркую посетительницу. Решительно направился к ней.
   - Бонжур. София Лотрэн? - обратился он к бывшей "подруге" основателя кинокомпании "Дюваль".
   - Мы разве знакомы? - девушка с удивлением осмотрела незнакомца, облаченного в кожаные брюки, пёструю рубчатую майку, которая "до неприличия" выделяла его выпуклые бицепсы и рельефные мышцы.
   - Пока нет. Но мне очень хочется исправить это недоразумение. Я, Пьер Тома. Издание "Бульвар инфо SPEED". А вы самая очаровательная и привлекательная в этой студии? Верно?
   - Да, я такая, - красотка глубоко затянулась сигаретой, сложила пухлые губы трубочкой, словно для поцелуя, и медленно выпустила дым изо рта.
  
   - Ах, мадмуазель! Говорят, только с вами можно пообщаться по поводу съемок. Только, ВЫ, и никто другой можете поведать пикантные истории для нашего издания. Неужели это правда?
   - И кто сказал? - улыбка стремительно покинула лицо девушки.
   - Да все говорят! - корреспондент бульварной прессы была самая любезность.
   - Конкретно?
   - Такая, полноватая, очень деловая и серьёзная мадам. В крупных очках. В сером длинном клетчатом кардигане. С большим количеством папок в руках. Она так сильно торопилась по коридору. Сослалась на занятость и посоветовала обратиться к вам - единственному человеку в студии, который знает всё. И... про всех.
   - Кто, я?
   - О-ла-ла, мадмуазель! - парень улыбнулся, игриво подмигнул правым глазом. Красноречиво потеребил пальцами воображаемые банкноты. - Хотя бы одну историю! Я хорошо заплачу.
  
   "Катрина - сучка облезлая! - девушка мгновенно отгадала "добрую" советчицу из отдела логистики. - "Вот кто, постоянно подсылает ко мне этих "жопатёров"! Ах, же ты макака синибрюхая! Ладно, толстень коротконогая - припомню!".
  
   София мстительно надула щёки, подыскивая нужное выражение...
  
   - Извините меня, месье. Я редко бываю в студии. Постоянно на выезде. Серьёзные задания компании, ответственные поручения и всё такое. А по интересующим вас "пикантным" историям лучше пообщайтесь с месье Лёсанс. Он сидит на два этажа выше. Сверху всё видит, всё знает и всё вам расскажет.
  
   - Мадмуазель! Я был у него!
   - А вы ещё раз подойдите. Второй раз отказать не посмеет. Он у нас - ходячая энциклопедия. Такого порасскажет! Хватит на несколько номеров.
   - Но я был у него три раза! И каждый раз он направляет меня к разным работникам. Которые не желают со мной общаться. Что у вас за компания такая? Никто никому ничего не рассказывает? Что за секретность? Ведь раньше же была нормальная приват-студия. Работали отзывчивые люди? Общались со мной. Фотографировались. Давали интервью. А сейчас?
   - Знаете, что?! - глаза блондинки налились гневом и начали метать молнии размером с "бильярдный шар". - Спуститесь на три этажа ниже. Разыщите модам Портье. Она запишет вас на определенное время. И посоветует, что делать дальше.
   - Я нашёл её. Она велела прийти через неделю. У неё внезапно закончились опросники. Такие синие бланки с двумя зелёными полосками и красными квадратиками. А без них, она не записывает.
   - Тогда-а..., - девушка задумчиво закатила глаза в потолок, определяясь, куда бы ещё направить гостя. Подальше. Позапутаннее. И побыстрей.
   - У месье Шаронса и мадмуазель Бортьё я тоже, был, - парень произнёс на опережение. - И у месье Биля. И даже у мадам Дертюв.
   - А у Патрика Лебуа?
   - Час назад. Он очень скандальный и драчливый тип. Я думал он меня убьёт. Я едва успел убежать.
   - А, у... ?
   - Тоже...
   - Простите, месье. Тогда, я не знаю, чем вам помочь. У меня на сегодня много ответственных дел. Причем срочных и важных. Я спешу - а вы мне мешаете!
  
   - София, постойте? - крикнули в след спешно уходившей девушке. - Я удвою... утрою гонорар!
   "Матерь божья!" - рассержено цокая каблуками, длинные ноги, неслись по коридору. - "Ты видишь? Это не работа, а каторга! Покурить не дают спокойно! И всё из-за этого русского и его дурацких нововведений. Господи, что я здесь делаю? Что? И главное почему? Зачем? Ведь, я же актриса! Актриса! Актриса!".
  
   ***
   Когда с запланированной на утро текучкой было покончено, Кристина Луазаль попросила зайти к себе в кабинет менеджера по маркетингу Фрери Гастона.
   - Сегодня утром я прочитала интервью, что вы дали газете "Франс-Суар".
   Лицо Фрери просияло.
   - Да, мадам! Правда? Вам понравилось? А я ещё не успел.
   - Вы взяли на себя смелость высказать мнение о событиях, происходящих на съёмочной площадке "Дюваль Франц", так?
   Молодой человек несколько смутился. Улыбка сбежала с лица.
   - Н-ну... Репортер мог неправильно понять отдельные мои слова... Я всего лишь восхитился работой в компании и поблагодарил замечательное руководство.
   - Вы уволены.
   - Что? Как? За что? Я не понимаю...
   - При приеме на работу вы подписали бумагу, где говорилось о добровольном отказе от любых интервью. Можете собирать вещи. Времени на это до обеда хватит с избытком.
   - Но, мадам? Вы, не можете так поступить! Кто займет мое место?
   - Соответствующий человек уже найден.
  
   30.
   Попытка. Номер один.
   Телефон вздрогнул и завопил так, будто ему "между глаз" воткнули паяльник.
   - Товарищ диспетчер! - взволнованный голос звучал на другой стороне провода. - Нельзя выпускать самолет! Через три часа семнадцать минут после вылета в него попадёт молния, что приведёт к обесточиванию и выходу из строя курсовой системы, обоих авиагоризонтов и автопилота. Самолёт свалиться в штопор, столкнётся с землёй и взорвётся.
   - Мужчина, что за ерунда? Вы пьяный? Советские самолеты летают в любую погоду: в грозу, в снег, в дождь - и ничего с ними не происходит. У нас надёжные, качественные машины. Опытные лётчики. Не волнуйтесь! Всё будет хорошо.
   - Послушайте! - приставучий анонимный аноним никак не хотел успокаиваться. - С севера идёт сильный штормовой фронт. Случится страшная катастрофа! Пассажиры и члены экипажа - сто сорок семь человек - погибнут. Это будет большая, огромная трагедия для нашей страны!
   - Товарищ, не отвлекайте от работы. И не хулиганьте. Иначе - сообщу в милицию.
   - Женщина, милая! Пожалуйста - задержите вылет! Хотя бы на час. Запросите сводку. Оцените ситуацию.
   - Пи-пи-пи, - бросили трубку.
    
   Попытка. Номер два.
   Лента транспортера медленно продвигала пухлую сумку, "по уши" набитую неизвестными предметами. На боковине хорошо заметна надпись... "БОМБА. Очень ОПАСНО!". Внизу приписка. "В самолете ещё одна".
   Поклажа доехала до погрузчика. Остановилась.
   - Вась, глянь, - рабочий обратился к другу, указал на странный предмет. - Как тебе новый прикол?
   - Достали уже, эти шутники! - напарник оскалился, раздраженно схватил сумку с ленты. - То кирпичи засунут - то мочи нальют. А в прошлый раз, вообще! - улей засунули с пчёлами - неделю ходил с опухшей мордой!
   - Сейчас, мы, устроим! Дошутятся - скотиняки! Запомнят на всю жизнь! В горло не полезет выдумывать, такое! За всё ответят - гады!
   Обиженный быстро расстегнул замки-молнии. Резко вытряхнул содержимое на пол. (Включая будильник, который громко и подозрительно тикал). Остервенело, потоптался на пустом каркасе сумки. Пнул ногой часы. После чего бросил в погрузчик истерзанные остатки.
    
   Попытка. Намба фри.
   Пёстрые лучи восходящего на востоке солнца окрашивали хлопья облаков в буро-малиново-серые цвета. Огромные, пушистые, словно набитые ватой, небесные сугробы лениво тянули руки к самолету и, достигнув его, моментально проносились мимо. Над соплом, у иллюминатора, текла невидимая струя тепла - воздух в ней точно плавился.
   Впереди железной птицы, в кабине пилотов, напряженные лица лётчиков едва освещаются множеством шкал на приборных панелях. В наушниках, наполовину прикрывающих уши, слышен постоянный шум, треск, переговоры самолетов между собой и с наземным диспетчером.
   На борту всё спокойно. По проходам неспешно передвигаются тележки. Улыбаются миловидные стюардессы, предлагают на выбор напитки.
   "За окнами" холодный, пустой, совершенно безжизненный мир. Мир, в котором безумно несётся огромная конструкция из металла, хищно ревут двигатели, отбрасывая назад струи выхлопных газов серебристого цвета.
  
   Мрачного вида мужчина, в звёздно полосатом свитере, с большим баулом в руках, появился из уборной в хвостовой части лайнера. Его лицо по самые глаза замотано тканью. На голове спортивная шапка с надписью "USA". Шумно выдохнув, он поставил поклажу на пол. Нагнулся. Чуть ли не с головой залез внутрь. И к удивлению пассажиров, вытащил наружу ручной пулемет М249 с вставленной в него длинной пулемётной лентой.
   "Джон Рэмбо" деловито накинул ремень на плечо, выругался, передёрнул затвор и не целясь "от пуза", начал "поливать горячим свинцом" проход самолета. Загрохотало так, что у половины салона заложило уши. Дымящие гильзы горохом запрыгали, заскакали по полу.
   Пассажиры заметались, закричали, в ужасе вжимаясь в кресла, пригнули головы. Одинокая тележка покатилась по коридору.
  
   - Иди сюда! - пришелец вытащил за шиворот из-за занавески упирающуюся стюардессу.
  
   - По-американски, понимаешь? - захватчик прохрипел по-английски с ужасным акцентом, особо выделяя слово "По-американски". Кровожадно посмотрел на жертву, отмечая испарину на её бледном лбу, рассыпанные в беспорядке волосы, побелевшие костяшки пальцев рук.
   - Ес, - пискнула девчушка.
   - Немедленно переведи - самолет захвачен специальным агентом центрального разведывательного управления США полковником Полом Андерсоном. Всё серьёзно! Пусть даже не вздумают шутить со мной. Малейшее неповиновение и вместо холостых начну стрелять боевыми. Переговоры веду только с тобой. Понятно? Никаких переговорщиков, никаких посредников и прочих психологов-мозгодёров. Иначе стрельба на поражение!
   - Ясно?!
   - Да, да, да - конечно, - худенькое, обтянутое юбкой тело девушки трепыхалась в поднятой руке угонщика подобно пойманному щенку. Руки дрожали. Губы посинели.
   - Далее... Уводи пассажиров из хвостового салона. Пилотам передай - меняем направление. Курс строго на "Юг". Место посадки - Турция - город Стамбул. Исполнять! Бегом! Немедленно! Вернёшься - скажу, что делать далее.
   ....
  
   Исполнив поручение, трясясь от страха, переговорщица вернулась обратно.
   - Уважаемый, Пол. Мы сменили направление полёта. Летим на Юг. К сожалению, не можем выполнить второе требование. Долететь до Стамбула у нас не хватит горючего.
   - Факинг асс! Битч! - угонщик размахнулся и от души приложился ногой по креслу. Скорчил ужасную, кровожадную, прожигающую до костей гримасу. - Проклятые коммунисты! Всё у них - не как у людей! Вечно что-то крутят, мутят, выгадывают. Страна под завязку забита нефтью, газом, алмазами, а у них самолеты летают по стране пустые.
   - Ты не врешь? - брови захватчика образовали единую страшную полосу.
   - Нет, ноу - как можно?
   - Окей! - парень, немного подумав, отказался от своей первой затеи. - Гимн Великой Америки... знаешь?
   - Э-э-э, какой америки?
   - Шит! Фикинг! Фикинг шит! - похититель, возмущенный до глубины души безграмотностью обслуживающего персонала, задрал глаза к небу. (Такое не знать! Чему, их, там, учат в лётных школах?!).
   - Грейт Юнайтед стейтс оф таки мать её об косяк... Америку! Андестенд? Понимать?! - он нервно задёргал затвором страшной "бандуры".
   - Постойте, постойте... - девушка умоляюще протянула руки. - Не стреляйте. Я немного знаю слова этой песни. Чуть-чуть. Начало первого куплета.
   - Напой.
    
   ...Оу сэй кэн ю си бай зэ доунз эли лайт
   Уот соу праудли уи хэйлд эт зэ туайлайц ласт глимин...
    
   - Вэлл! - похвалили певицу. - Слушай, следующее поручение...
   - Конечно, слушаю, - внезапно переговорщица не сдержалась, зашмыгала носом, в глазах появились слёзы.
   - Так! Отставить! Не реветь! - самый страшный из всех самых страшных угонщиков самолётов, вертолётов и прочих летательных средств присел от неожиданности, навалился на спинку кресла. Оторопело захлопал глазами.
   - Я не реву... - всхлипывая, начали растирать тушь на ресницах.
   - Вот, и не реви! Успокойся! Кому говорят?!
   - Мфф, мфф, мфф - я спокойна. - Мфф, мфф.
  
   Парень сжал губы, поднял ствол пулемёта, страшно выпучил глаза... - Тщательно продуманный план, летел ко всем чертям.
   - Отставить мокроту! Сейчас! Идёшь к лётчикам. Улыбаешься. Напеваешь гимн. Требуешь посадить самолет в ближайшем южном городе: Сочи, Адлер, Симферополь - мне без разницы. Как только приземлимся - возвращаешься - и снова поёшь: Громко, отчетливо, с выражением. Давай, пошла - БЫСТРО!
   .....
  
   Через десять минут после приземления.
   - И где он? - седовласый человек в строгом штатском костюме посмотрел на стюардессу.
   - Был, здесь. С таким огромным, здоровенным, чёрным пулемётом. Страшно ругался по-английски. Весь пол засыпал гильзами. Там, стояла большая сумка. Тут, он. На голове шапка с надписью "U S A". Взгляд безумный, страшный. Лицо в тряпку замотано.
   - А сейчас куда подевался? - колючие глаза безопасника подозрительно буравили лицо девушки.
   - Не знаю. Пропал. Я вернулась - как договаривались - спела его дурацкую песню, а его след простыл...
  
   31.
   - Господи всемогущий, помоги, спаси и сохрани! - пленник пустыни, цедил сквозь зубы, выковыривая ноги из глубокого песка. От страшного напряжения, нестерпимой жары и обезвоживания, измученный человек с трудом продвигался вперёд, обходя нависшие верхушки барханов.
   - Что это? Где я? Куда идти? Как жарко и безумно хочется пить!
   Солнце нещадно палило. Безликая линия горизонта от края до края дрожала, трепетала, извивалась в струях раскаленного воздуха. Сквозь колышущиеся горячие потоки, как сквозь кривое стекло, мир казался изуродованным, размытым, нереальным. Иногда вдали, посредине жёлтого песчаного моря, внезапно возникало небольшое озеро миража с небесно-голубой влагой. По мере движения к нему оно чуть увеличивалось, растекалось. Затем внезапно убегало и снова превращалось в мрачный багряный песок.
  
   .....
   Неприятности у Патрика Кросоо специального агента криминальной полиции "Сюрте Женераль" начались три недели назад. Получив от шефа задание, взять в разработку приезжего актёра из Москвы, (По возможности завербовать) он вернулся к себе в кабинет и обнаружил в кармане странную записку какого-то шутника. Её текст на "чистом" русском языке предупреждал... 
  
   Замечу какие-либо компрометирующие действия по отношению к Александру Демьяненко или к актёрам студии "Дюваль Франц" - ОБИЖУСЬ и НАКАЖУ вместе с руководством.
   Подпись. Суровый Аноним.
  
    - Хм? - недоверчиво хмыкнул Патрик, брезгливо скомкал и бросил листок на стол. Полез в сейф за документами.
   Железный ящик был действенно пуст. Содержимое ячеек: секретные дела, папки с доносами, письма свидетелей, расписки, деньги - всё, включая оружие, пропало.
   - нДа? -  Кросоо  нажал кнопку экстренного вызова службы безопасности. - Это уже не шутки "Анонима"! Это серьёзное происшествие в "Конторе", за которое полетят головы самого высокого уровня!
  
   .....
   - Так, не бывает! Это, невероятно! - стонали пересохшие губы. - Какой-то кошмарный сон, наваждение, чертовщина...
   Раз - переступил порог - и ты заброшен в пустыню. Направлялся в одно место - открыл дверь - появился в другом. Вышел - решил посмотреть - как такое возможно? Ручка выскользнула из рук - дверь резко хлопнула и растворилась прямо в воздухе.
   С каждым часом жара становилась сильнее, невыносимее. Огненное дыхание пустыни обжигало до костей, вытягивало последние жизненные силы, усиливалось. Поверхность стала покрываться мелкой рябью, морщинится, выстраиваться рядами застывших песчаных волн.
   - Я скоро очнусь. Проснусь. Появлюсь в другом месте, - бубнил смертник, вяло бредущий по выжженной земле. - И всё будет по-прежнему, как всегда: Франция, Париж, офис управления безопасности, мой кабинет на третьем этаже.
  
   Горячий, обжигающий ветер кружил, песком забивал густые черные волосы. Песок был на смуглом лице, на бровях, в ушах, на потрескавшихся от жары губах, языке, кварцем скрипел на зубах. А перед лицом стояла картинка недельной давности...
   - Кросоо! Вы, идиот, бездарь и безнадежный имбецил, - орал полковник Лурье, обводя подчинённого налитыми кровью, выпученными глазами. Негодуя, он сжимал свою широкую, скуластую физиономию огромными волосатыми руками и с яростью, и презрением смотрел на секретного агента...
   - Прошло четырнадцать дней! А у вас только пара расплывчатых фотографий неразборчивого содержания непонятно кого, при встрече неизвестно с кем.
   - Месье, - пытались отбиться от бешеного напора начальства. - Клиент не так прост. Он постоянно на съёмочной площадке. Перед камерами. На глазах почти двух десятков человек. Вечером практически не покидает номера. По Парижу его постоянно сопровождает секретарь.
   - Кросоо?! - цепкий взгляд шефа, словно задумываясь куда всадить пулю, скользил по лицу Патрика. - Вы специалист по вербовке или публичная женщина на панели? К чему дурацкие отговорки. Где ваша хвалёная цепкость, изворотливость, расчёт? Куда делся мастер своего дела - славный "бульдог" который хватал болванов за горло и выгрызал у них кости? Неужели, за столь длительный срок, ничего не удалось разузнать, накопать или подстроить? В конце концов, не мне вас учить - не можешь найти компромат -  создай его. Поймите! Нам нужен свой агент в СССР. Срочно! А времени на это остаётся всё меньше и меньше!
   - Месье, делаю всё возможное. Пробую разные подходы, ищу слабости, недостатки, продумываю варианты вербовки. Не спеша затягиваю петельку на шее. Думаю, недели через три - четыре этот очкастый "большевик" будет в наших руках с полными потрохами.
   - Какие три недели? Ты что? Первый раз вербуешь русских? Или забыл, методы, которыми это делается? А может ты струсил? Испугался какой-то подброшенной бумажки?
   - Отвечай? - полковник со всего размаха ударил кулаком по столу. Канцелярские принадлежности, будто ждали, чтобы хозяин кабинета вышел из себя, дружно выпрыгнули из подставки и покатились по полу.
   - Никак нет, месье. Хотя, "Аноним" после попытки подкупить актёра крупной суммой, подкинул очередную записку. В ней всего одна фраза...
  
   Последнее "китайское" предупреждение. Если не успокоитесь - Пустыня большая - песка много - хватит на всех.
  
   - Проклятье! - ручки и карандаши жалобно заскрипели под каблуками руководства. - К черту твои записки! У тебя неделя на результат! Всё! - Свободен.
  
   .....
   Расплывчатая линия горизонта была залита кровью. Солнце, спалив дотла всё в округе, умирало, испускало последние длинные лучи, прощалось с землей. Край огнедышащего шара ещё бесновался над горизонтом. Казалось, там плавится песок и течет раскалённая масса огня, сжигая всё на своем пути.
   Быстро сгущались сумерки. Закат угасал над красновато-бурой песчаной равниной. Небо темнело, мгла разрасталась, усиливался ветер. Песок из пурпурного сделался фиолетовым, затем вдруг налился светло-лиловым сиянием.
   - Пить... Пить... Воды...  Воды... Помогите, - обессиленный путник продолжал брести из последних сил, пока не споткнулся о неизвестный предмет. Он протёр глаза и с удивлением обнаружил обезумевшего босса, тело которого дёргалось странными рывками, гребло руками, пыталось нырнуть в землю, набрать песка в рот.
  
   Спустя двое суток. Запись в журнале психиатрической клиники при монастыре святой Марии Магдалины мироносицы седьмого округа Парижа...
   Сегодня 19 сентября 1977 года в подвальном помещении лечебницы, с острым психическим расстройством, были обнаружены двое измученных мужчин, в крайней степени истощения. При первичном обследование на телах неизвестных хорошо заметны следы пыток. Создалось ощущение, что несчастных пытались закопать в землю живьём.
   Кто они? Как зовут? Откуда и каким образом очутились в закрытом подвале? - Выяснить не удалось.
   На время получения полного врачебного заключения о состоянии больных, пациенты направлены в палату N6 к Наполеону, Арсену Люпену и Фантомасу...
  
   32.
   Игровой зал элитного казино радовал глаз - зеленые оазисы столов, звяканье хрустальных бокалов на подносах, позолота канделябров, картины с аллегорическими сюжетами в позолоченных рамах, виртуозно снующие между столами лакеи, шум разговоров, прерываемый внезапными восклицаниями и добродушным смехом, голубоватый табачный дым, поднимающийся сквозь темно-бордовые абажуры, которые нависали над центром каждого из столов.
   - Месье Иванов, - Дюваль тихо шептал своему напарнику, осторожно присматриваясь к игрокам в зале. - Вы раньше убеждать меня, что у вас есть быть достаточно деньги на создание фильма?
   - Я и сейчас этого не опровергаю.
   - Тогда в чем есть дело? Зачем нам искать спонсор? Когда деньги у вас есть? И их достаточно много?
   - Дело в том, мой дорогой компаньон, - глаза путешественника во времени нашли человека, которого он высматривал. - Что рано или поздно к вам придут служащие из органов фискального контроля и поинтересуются... Месье Дюваль, откуда у вас средства на съемки фильма? И что вы им ответите?
   - Я им ответить... Сказать... Э-э-э...  - Дюваль замялся и с удивлением посмотрел на своего продюсера.
   - Что им должен говорить? Откуда у меня есть могли появиться деньги? Не знаю? Как-то совсем не подумать?
   - Вот, я про то же. Нам надо срочно найти инвестора и убедить его официально профинансировать наш фильм на довольно большую сумму. Скажем - миллионов на сто. Или на двести. Лучше бы конечно на пятьсот!
   - Сколько? - челюсть Дюваля  "громко стукнула об пол". - Зачем так много?
   - Затем, что сьёмка современных фильмов - занятие дорогое. А мы компания молодая, неизвестная, амбиций много - денег вливать надо - вагонами.
   - Деньги? Вливать? Вагонами? - не понял Дюваль. - Это что? Есть новый русский шутка?
  
   Француз нахмурил лоб, мысленно начал подсчитывать сумму наличности, входящей в один грузовой, до верху наполненный вагон. Выходило много.
   - Итого, будет во франк... - пытались пересчитать гигантские пачки денег. - Если даже взять, только крупными купюрами, будет...
  
   - Симон, не отвлекайтесь. Лучше проговорим ещё раз ваши действия: Вам надо познакомиться с графиней Француазой де Бенье - женщиной, входящей в десятку самых обеспеченных людей Франции. Увлечь её игрой. В ходе неформального общения постараться заинтересовать нашим проектом.
   - Возьмите, - Дювалю передали в руки небольшой пластиковый пакет, доверху наполненный фишками.
   - Ставьте небольшие суммы, на разные числа. Не привлекайте внимания. Выигрывайте - проигрываете, ведите светскую беседу. Знайте, Француаза - игроманка - у неё серьёзная игровая зависимость. Поэтому, во время игры постарайтесь уговорить её на инвестиции в наш фильм.
    
   - Хорошо месье Иванов. Я всё понять. Но! У меня быть вопрос: Если, во время игры, мне надо будет обязательно угадать номер? То как поступать?
   - Громко скажите число, на которое собираетесь ставить. Я услышу и обеспечу выигрыш.
   - Так просто? - удивленно переспросили загадочного чудодея из страны Советов. Восхищенно посмотрели на него как на божественное существо с Марса.
   - Да. Только сильно не увлекайтесь. Внимание нам ни к чему.
   .....
  
   - Ах, мужчины - у вас на уме, только деньги! - игриво произнесла миловидная женщина лет сорока, худощавая, с горбоносым профилем, темными глазами, с коротко стриженными иссиня-черными волосами. Она держала длинный мундштук с сигаретой, как держат карандаш художники, между большим и указательным пальцами. Внешне графиня казалась спокойной, лишь чуть чаще, чем нужно, стряхивала пепел. Однако в её расслабленной позе таилось что-то хищное - казалось, в любой момент она может собраться, сжаться и прыгнуть на жертву, как кошка или, скорее, пантера, которая внезапно выскакивает из зарослей на добычу.
   - Прошли времена, когда кавалеры были рыцарями, а желание прекрасной дамы вдохновляло на подвиги. Вот, вы, месье Дюваль - рыцарь? Или только способны на то, чтобы просить, эти никчёмные франки у одинокой, несчастной, всеми забытой "бедной" француженки?
  
   - Мадам де Бенье! - кавалер почтительно кашлянул. Он мгновенно стал воплощением изысканной вежливости и даже шаркнул ножкой, хоть стоял отнюдь не на паркете.
   - Хотите верьте, хотите нет! Я, Симон Дюваль - настоящий кабальеро. Для меня расположение прекрасной дамы, такой как вы! - превыше всего. Тем более если дама привлекательна и симпатизирует моему творчеству. Да, я! Ради этого, готов на всё!
   - Да-а?! - глаза герцогини широко раскрылись. Она поняла, что вновь поймала "на слабо" очередного прощелыгу-трепача-прилипалу.
   - Тогда, мой благородный рыцарь! Докажите! Совершите ради меня какой-нибудь безумный, решительный поступок! Например, поставьте на кон сразу двести или даже пятьсот тысяч франков? И-и-и... проиграйте их!
   - Мадам, за один только ваш взгляд, я с радостью поставлю и проиграю все свои сбережения. Деньги - это пустяк - вода, песок! Это ничто - по сравнению с вами, моими чувствами и... вашими желаниями!
  
   - Ого-о! - да, вы правда рыцарь из старинного романа! - женщина глубоко затянулась и выпустила почти безукоризненное колечко дыма. - Тогда, давайте, скорее, пойдёмте, осуществлять мои желания и... проигрывать ваши деньги!
    
   - Нет, я поступлю по-другому! - солодковые глаза "жертвенного барана" затянул серый туман. Он подошёл к игровому столу и высыпал все фишки из пакета. Сразу. Решительно перешёл к действиям.
   - К черту проигрыш! Проиграть накопление - это не поступок для настоящего кавалера - так ведут себя только бездарности и неудачники. Я пойду дальше, сделаю больше: Ради вас! - я буду играть и выигрывать до тех пор, пока не разорю это чертово казино!
   - Кмм.. кмм.. - поперхнулся молодой человек, стоящий за его спиной. Он явно не ожидал такой прыти от старого ловеласа. Но влюбчивого Дона Кихота было уже не остановить: Глаза его сверкали. Щеки порозовели. Подбородок решительно задрался к небу - самец почувствовал зов джунглей и вышел на поиски своей возлюбленной половины.
   - Так-так-так! - брови искусительницы весело приподнялись, на щеках обозначились две ямочки, а из-под губ блеснули белые зубки. - И как вы это сделаете?
   -  Графиня! Вы только скажите, обозначьте... назовите любую цифру, номер, число. Без разницы! Я поставлю на него всё что имею. Обязательно выиграю. И брошу выигрыш к вашим ногам!
   - Ва-у, месье Дюваль! Какая у вас интересная и главное темпераментная система игры?! Вы прямо, такой... жгучий мистер Джеггерс и Арчи Карас в одном флаконе!
   - Я конечно, раньше, так, не когда не играла... - лицедейка "правдоподобно" прижала руки к груди. - Но, готова попробовать. Более того, если мы выиграем - я... так и быть, выделю на ваше творчество какие-нибудь десять, нет... двадцать миллионов франков. Настоящий мачо должен быть вознагражден! Не правда ли?
   - Француаза, (Симон не заметил, как перешел на "ты") а если я угадаю, для тебя, два, три... десять раз подряд?! Могу я рассчитывать на большие чувства? Скажем... миллионов на сто?!
   Последние слова пылкий Дон Жуан произнёс, понизив голос, склонив голову и опустив глаза. Наверное, он полагал, что именно так об этом следует говорить.
  
   "Наглец, наглец и маньяк!", - оценивающе осмотрели, с головы до ног, престарелого ловеласа. - "Угадай хотя бы раз! А там, поглядим, на твои способности".
  
   Какое-то время спустя. В спальне одной высокородной особы.
   - О-у.. мой любвеобильный Тарзан, - женщина, счастливо улыбаясь, тыльной стороной руки нежно погладила обнаженную мужскую грудь. - Выиграть для меня... четыре раза подряд! О-у... седовласый тигрр!
  
   33.
   София Лотрэн возмущенная последними событиями, недовольно "неслась" по коридору в приемную основателя кинокомпании.
   - Нет! Нет! И ещё раз, нет! Сейчас я ему всё выскажу: Только поглядите на это чудовище?! Нашел себе домработницу с воспитательницей в одном лице. Почему я должна ходить за русским актёром как нянька? Присматривать? Следить за всем? Обо всём докладывать?
   - Софи-а? - девушка спародировала голос Симона. - Как там наш АлександЕр? Всё ли у него нормально? Всем ли доволен? Нет ли каких просьб? Пожеланий? Может чего не хватает? Если, что - сразу говори мне!
   Обиженная особа закатила глаза.
   - Пошёл он к чёрту, этот АлександЕр! И "папашка" его - Дюваль - хрыч старый! И этот русский чревовещатель - месье Иванов, будь он трижды не ладен! И их ничтожная жалкая кинокомпашка с дешевыми затрапезными бездарно-второсортными фильмами.
   Девушка недовольно поджала губы.
   - Он думает, я здесь из-за денег. Так пусть засунет их в одно место. И ходит с ними с вечера до утра. Для меня главное - Сьёмки! Кино! Карьера! Признание зрителей! Ведь я: Актриса. Актриса. Актриса...
  
   - А теперь, ВСЁ! - не стучась, скандалистка резко толкнула дверь кабинета. Тут же, буквально лоб в лоб, столкнулась с бывшим возлюбленным.
  
   - Симон! - решительно произнесла девушка и метнула в него самый страшный из своих испепеляющих взглядов. Тот, который без обиняков говорил: "Лучше бы тебе умереть сразу, гад!".
   - София, - Дюваль перебил её неожиданным вопросом. - Ты же, у нас, актриса? Так?
   - Да, - мадмуазель Луазаль ожидала чего угодно, только не этого вопроса.
   - А если... актриса?! То почему, ТЫ? До сих пор? Не на съёмочной площадке? А..? - громко крикнули прямо в ухо последнюю букву.
  
   Холодные, будто отлитые из стали, глаза Дюваля придирчиво заблестели...
   - Почему, я! Симон Дюваль! Основатель компании "Дюваль Франц"! Узнаю последним, о том, что у нас в студии есть талантливая молодая актриса, которая вместо съёмок занимается непонятно чем? А..? - перенесли крик на другое ухо.
   - П..п..п..почему? - голос непризнанной "кинобогини" отчего-то предательски задрожал. Сердце уползло в пятки и сжалось от переживаний в комок. К горлу подкатил ком. Во рту появилась горечь. Весь боевой настрой куда-то напрочь испарился.
   - Я.. я.. я.. говорила, - красотка продолжала лопотать, находясь на грани обморока. Ноги женщины задрожали. Она попятилась и прислонилась спиной к стене.
   - Софи?! - Ты нормальная? Когда ты говорила - два года назад? Мы сбились с ног - ищем актрису, которая сыграет главную роль, в эпизоде с музыкой, словами, головокружительными трюками. Всё обыскали, всех попробовали - нет её, нет! А месье Иванов, такой... - а вон, она! И показывает мне твое фото. Представляешь? И откуда только узнал? А я как ненормальный хлопаю глазами - ничего не могу сказать в ответ?
   - Я? Вы? Он? Мне? - девушка по-прежнему не могла прийти в себя. - Сыграть главную роль? Со словами? Трюками? Правда? Симон?
   - Я что-то сказал не разборчиво? Или ты не актриса? Или не хочешь? А может быть ты не доверяешь выбору месье!!! Иванова?
   - ??? ы-ы-ктриса... ы-ктриса, - голова несчастной "в припадке" тряслась отдельно от тела.
   Растерянную птаху умиротворённо взяли за локоток и легонько потянули в сторону коридора.
   - Соберись девочка.... Не время расслабляться. Ты же знаешь наши драконовские правила: Сыграть надо быстро, великолепно и ещё вчера... Бегом на площадку.
  
   ***
   Ночной город притаился, затих - словно приготовился к чему-то неприятному. Дома стояли, как мрачные глыбы, упирающиеся вершинами в звездное небо. Где-то высоко над невидимыми крышами небоскрёбов отплясывали кроваво-красные и ядовито-зеленые зарницы рекламы. Подозрительные звуки шагов, шорох шин, рокот моторов - всё держало полицейский патруль в постоянном напряжении.
   На приборе служителя закона тревожно вспыхнул красный огонёк.
   - Томми, у нас вызов, - встрепенулся один из полицейских. - Незаконное проникновение в Экскурс-мобиль компании "Пончи-Бончи".
   - Куда? - переспросили, не поверив. Из-под надвинутой на лоб черной фуражки с огромной кокардой выглядывали усталое морщинистое лицо и тёмные очки.
   - Кому сдались эти ржавые допотопные развалюхи? Кто сейчас на них ездит? Если только бомжи? Сбрось сигнал охране "Пончи". Пусть сами разбираются - их дело.
   - Мать честная! - напарник не оставлял прибор в покое. Замигали ещё две кнопки. Патрульный нажал клавишу, увеличил изображение, появившееся на экране.
   - Томми, сканер показывает фото чувака, за которого объявлена награда в две тысячи кредитов.
   - Да чтоб они там все сдохли! - выругались, услышав сумму. - Это снова наше дело. Давай - нажимай - подтверждай. Сейчас мы этого гавнюка быстро оприходуем. Сдадим в обезьянник. Получим вознаграждение. Деньги лишними не бывают.
   - Постой, Томми. В сносках, приписка - очень опасен, дьявольски изворотлив и даже может быть вооружен инопланетным оружием. О! Да у него тут список правонарушений потянет лет на двадцать. Его ищут на трёх планетах. Тут столько всего перечислено!
   - Проклятье! - старший патруля замер на половине пути. Резко нагнулся, присел за выпирающий мусорный бак.
   - Давай, вызывай, это чертово подкрепление. С пушками, пулемётами и прочей стреляющей взрывающейся дребеденью. А мы заляжем. Подождём. Если, что - мы на подхвате.
   - ...Внимание! Внимание! - затараторил напарник, плюхнувшись за соседний бак.
   - Всем, кто слышит! Говорит офицер патрульной службы Дюк Баллати. Обнаружен особо опасный преступник с кодом опасности "Красный". Стоянка экскурс-мобилей на перекрестке Лапама-пас и Монтеро-пас. Требуется подкрепление. Повторяю, особо опасный преступник - вооружен - код опасности "Красный" - прошу подкрепление.
  
   ....
   Безжизненный, металлический голос заурчал, как только захлопнулась дверь старенького экскурсионного такси...
   - Дорогой гость, приветствую вас в экспедиционной капсуле компании "Пончи-Бончи". Чтобы начать движение просим выбрать пункт из предложенного списка:
   Пункт А. - Первая штольня слюдасланца.
   Пункт Б. - Заброшенное поселение старателей-слюдовиков.
   Пункт С. - Музей ретро вещей городка Поль Сан Тропез.
   Пункт Д. - Историческая панорама первого участка прокладки.
  
   - Слушай. Поехали, а? - гость перебил невидимого рассказчика. - По ходу движения разберёмся куда нам надо.
   В сторону пассажира на 180 градусов повернулась обезличенная голова манекена, сидевшего на водительском кресле. Снова произнесла монотонным безжизненным голосом.
   - Дорогой гость, приветствую вас в экспедиционной капсуле компании "Пончи-Бончи". Чтобы начать движение просим выбрать пункт из предложенного списка:
   Пункт А. Первая штольня слюдасланца...
  
   - Хорошо, - недовольно заурчал турист. - Пускай будет - "Пункт С". Этот, как его... Музей ретро вещей городка Поль Сан Тропез. Давай, уже, поехали.
   - Спасибо за ответ. Ваш выбор, Пункт С. - Музей ретро вещей городка Поль Сан Тропез.
  
   - Для удобства получения информации об экскурсии пожалуйста выберите водителя - экскурсовода.
   Бяка-ретро железяка даже не думала заводить транспортное средство. Монотонным, бездушным голосом она продолжала опрос...
   Пункт А. - Решительный Бонарбей, ритарх с низовья Дригины.
   Пункт Б. - Обворожительная Стасси-Мутасси, мулутка с кочевья Лизон.
   Пункт С. - Дешешипательный Дадди, паласин из местечка Ритака.
  
   - Слушай, жестянка. Заканчивай с вопросами. Я выбираю мулатку Стасси-Мутасси и всё! Погнали. Шевели колесами. Гоу гоу - некогда мне! По дороге поговорим.
   - Спасибо за ответ. Ваш выбор, Вариант Б. - Обворожительная Стасси-Мутасси  - мулутка с кочевья Лизон, - биоробот сидевший спереди трансформировался в непонятное существо с рыжими ушами. Похожее на белку.
   - Уважаемый гость компании "Пончи-Бончи", - появившаяся экспедиторша продолжила спрашивать, только теперь уже женским голосом. - Для начала путешествия прошу выбрать, приятное для вас, музыкальное сопровождение.
   Пункт А. - Медленная убаюкивающая тампана народностей Радум.
   Пункт Б. - Быстрая зажигательная тампана народностей Эстей.
   Пункт С. - Урчаще пиликающая тампана...
  
   - Так, всё! Белка ушастая! Достала! Я тут, до старости, отвечать на вопросы, не намерен!
   Парень вынул из кармана прибор напоминающий отвертку-индикатор. Ткнул ею в панель над своей головой. Из карманов достал небольшую коробочку с большим количеством разъёмов. В вывалившуюся плату с мигающими кристаллами воткнул один из концов. Начал что-то быстро нажимать и программировать в приборе управления такси.
  
   Двое "бесстрашных" полицейских медленно подкрадывались к небольшому блюдцеобразному автомобильчику, изрисованному разноцветными картинками.
   Внезапно кузов черепашки "пузотёрки" страшно заскрипел, завыл, задёргался как раненый вурдалак. Толчками начал видоизменяться: Вытягиваться в агрессивно-обтекаемую торпеду. Над кузовом образовался аэродинамический обвес. Окна затянуло силовыми экранами. Впереди и позади страшилища вынырнули и уплотнились хищные морды обвесов. Под днищем мобиля - трансформера вспыхнули фиолетовые огни. Они медленно растворили колёса. Создали силовое поле. "Уродина" хищно заурчала и приподнялась над тротуаром. Создалось впечатление, что "адская машина" приготовилась к прыжку.
   Лицо старшего инспектора окаменело...
   - Боже праведный! - произнёс он. - Это что за срань господня? Дюк, видел когда-нибудь подобное?
   - Никогда... - покачали головой в ответ и невольно затаили дыхание. - Похоже на что-то инопланетное. Страшно опасное и запрещенное.
  
   Преобразования шли внутри автомобиля: Вытягивались стёкла, менялась обшивка салона, уплотнялись кресла, выделялись упругие подлокотники. На панели водителя проступало множество разноцветных клавиш. Появились непонятные мониторы, индикаторы, ручки.
   Пришелец, передвигая пальцем по экрану, просматривал варианты водителей транспортного средства. Наконец он задумался над иконкой "Безумная Лилу" - лучшая в гонках "Без правил". Зашёл в карточку "героини". Вскрыл коды. Снял все ограничения. До максимума "прокачал" навыки, способности, умения. Добавил туда всё что можно и нельзя. Нажал вкладку "Ок".
  
   Соответствуя обстановке в кабине стала набирать звук ритмическая композиция. ("Livin on a Prayer" в исполнении Sershen&Zaritskaya https://www.youtube.com/watch?v=K3YEbE7OXm4).
  
   Манекен завершил преобразования: На месте водителя сидела сексапильная валькирия, обтянутая "второй" чёрной кожей. Длинные тёмные волосы стритрейсерши были зачёсаны назад и собраны на затылке в широкий конский хвост. Безумные дьяволята отплясывали "джигу" в глазах девушки. Пальцы левой руки быстро бегали по многочисленным тумблерам, клавишам, кнопкам, готовя "космолёт" к вылету. Правая рука автоматом проверила рычаг переключения передач: Установила вертикально, потянула на себя, вернула, увела влево, подала вперед, снова вернула назад.
  
   Перемигиваясь огнями к нарушителю "подкрались" несколько полицейских машин.
   - Внимание! - мегафон рявкнул на всю улицу.
   - Полиция курортного города Черон. Приказываем немедленно покинуть экскурс-мобиль. В случае неповиновения через тридцать секунд откроем огонь на поражение.
   - Повторяю, через тридцать секунд...
   - Что, шеф? Поставим, городишко, на уши?! - гонщица бросила на пассажира быстрый взгляд, откинула вбок метёлку волос и, криво улыбнувшись, резко вдавила педаль в пол.
   Ударная волна от выхлопов неизвестного горючего оставила за собой вспышку фиолетового пламени, рев турбин и звук лопнувших зеркал рядом припаркованных ретро мобилей.
   Заливая пространство красно-синими огнями, вереница полицейских машин бросилась в погоню.
  
   ***
   Неизвестная, в больших затемнённых очках, черном плаще и платке, почти полностью скрывающем лицо, крадучись и оглядываясь, вошла в кафе. Прошла по коридору. Присела за стол к подруге. Облегченно выдохнула.
   - Занято! - недовольно воскликнула посетительница.
   - Жоржетта, это я, - произнесли едва слышно, максимально изменённым голосом.
   - Кто, я? Мадам? Вы ошиблись - я вас не знаю.
   - Я, София, - таинственная незнакомка приподняла очки.
   - Да это же Безумная Лилу! - киноманка чуть было не закричала на всё кафе.
   - Тсс, Жоржетта, - поднесли палец к губам. - Тише. Не кричи. Я с трудом, оторвалась от папарацци. Достали, нет сил, ходят и ходят, высматривают, вынюхивают. А ещё вопросы задают - дурацкие, причём одни и те же: Как вы учились в школе? Кто ваша первая любовь? Как вы пришли к успеху? Какие ваши дальнейшие планы?
  
   - Слушай, Лилу! То есть, София! - подруга быстро затарахтела как пулемет - очередями.
   - Я так рада тебя видеть! Ты, такая классная, бесподобная, яркая, талантливая... Я просто восхищаюсь тобой! Можно, я буду называть тебя - Лилу. Тебе так идёт это имя! Оно мне так нравится. Ну, пожалуйста?!
   - Хорошо. Только тише и спокойнее. Не привлекай внимания. За нами могут следить.
   Жоржетта, сузив глаза, поднесла меню к лицу. Потом резко из него выглянула. Подозрительно обернулась, заговорщицки осмотрела зал. И тут же забыв про предупреждение, вновь затараторила...
   - Послушай, Софи. Всем, кому рассказываю - никто не верит - безумная гонщица Лилу - это моя лучшая подруга! Это какой-то сон! Фантастика! Сказка!
  
   Девушка возбужденно притопывала ногами под столом. - Представляешь! Я специально ходила на тебя смотреть - двенадцать раз. Сегодня вечером пойду ещё два раза. Кстати, теперь, ты, мая любимая актриса! Трейлер с твоим участием показывают перед каждым фильмом! Он такой замечательный! А музыка, песня - вообще, нечто необычное - космическое! Надеюсь, поешь не ты?
   - Жоржетта, - процедили сквозь зубы. - Я же просила - возьми себя в руки - не скачи и не прыгай - говори чуть тише. На нас уже смотрят. Мне нельзя светится.
   - Хорошо, хорошо, - невинно покивали головой. А через несколько секунд снова запинаясь, продолжили...
   - Так здорово, что у меня есть подруга - самая настоящая беспредельщица, которая ночами гоняет по Парижу. Кстати, а где ты так классно научилась угонять тачки? Лилу, а тебе за это ничего не будет? Столько правил и законов нарушила? Да чего там законы, ты в последней гонке половину города разнесла вдребезги, а вторую покалечила. Слушай, а с копами как договорились? Всё-таки разбили целых семь полицейских машин. Если не считать помятых и искорёженных.
   - Жоржетта успокойся. Это, всё, кино - понимаешь? Ки-но. Всё подстроено. Не по-настоящему. Большая часть эпизода - декорации, много элементов нарисовано, подставлено, выдумано. Все побитые, погибшие, покалеченные - живы, здоровы, хорошо себя чувствуют. С городом, зданиями, памятниками архитектуры, улицами, переходами, мостами, полицейскими машинами, двумя вертолётами ВВС - всё в порядке.
   - Понимаю, понимаю - Всё это, кино и подстава, - произнесли сомневающимся тоном. - Но, Лилу! Ты такая классная, стильная, обалденная! У тебя так хорошо получилось сыграть. Я тебе так завидую! Дай я тебя обниму.
  
   - София Лотрэн? - женщина с блокнотом в руках и фотоаппаратом за спиной незаметно материализовался возле столика.
   - Камилла Шардэ, газета "Сюр эвитасьон", - представилась она. - София не могли бы вы ответить на несколько вопросов? Рассказать какие-нибудь занимательные моменты из личной жизни? А потом сфотографироваться?
   - Нет, нет и ещё раз - нет, - "знаменитость" как ужаленная подскочила с места. - Я очень занята. Спешу. Мне надо срочно бежать. У меня, работа, дела, съёмки.
   - Жоржетта...  созвонимся, - бросили фразу в сторону подруги уже на ходу.
   - Куда же вы? Мадмуазель Лотрэн? - попытались остановить уходящую "электричку". - А как же наша газета? Читатели? Занимательные факты из жизни? Фото?
   - Странно? - корреспондентка недовольно скривила лицо. - Обычно начинающие актрисы так себя не ведут.
   - Камилла? - работника прессы потянули за рукав. - Меня зовут Жоржетта Лякомб.
   - И что?
   - Как, что? - девушка гордо приподняла грудь третьего размера. - Я! Лучшая подруга "Безумной Лилу", - заявили, растянув губы в улыбке.
   - Мы вместе со школы. Между прочим, там она была препротивной девчонкой - одни зубы, шея и моникюр. А первый парень, с котором она встречалась, сейчас сидит в тюрьме за вооружённое ограбление. Я думаю, это он научил её гонять по ночному городу и воровать тачки!
  
   34.
   Москва нежилась в последних лучах тёплого "Бабьего лета". По дорожкам, тропинкам, аллеям парка вместе с багряными листьями растекались толпы беззаботно гуляющих людей, наполняя пространство громкими голосами. У аттракционов очереди: Люди толкаются, с трудом пробираются к кассам, получают из крохотного окошечка разноцветные листочки билетов, держат их в руке над головой, спиной вылезают из толпы. На фоне ближних аттракционов - "Чертова колеса" и "Комнаты смеха" хорошо заметна группа молодых людей, собравшихся возле летней беседки. Рядом тумба с афишей.
  
   Сегодня! В 20.00.
   Дом Культуры завода  ".....маш"
   В связи с началом нового учебного года.
   Молодёжная видео - танцевальная программа.
   "Звёзды нас ждут".
   Вход, только по пригласительным билетам.
    
   На столе организаторов стояла небольшая табличка.
   Викторина - розыгрыш
   пригласительных билетов к танцевальной программе.
    
   - Ну-с, молодой человек? - ведущий викторины, хитро свёл густые, как у заснеженной ели, брови.
   - Говорите - не томите. Кто разбудил Герцена от спячки? После чего он развернул революционную агитацию? Так сказать, стал двигателем зарождающейся Мировой Революции? Скажите правильный ответ - получите пригласительный и пойдёте танцевать.
   - Билет, дадите, один?
   - Один вопрос - один билет. Ответите на два вопроса - получите два билета.
   - Тогда это был... Двигателем Мировой Революции был, Карл Маркс?.. - неуверенно произнёс участник викторины и заморгал веками, так часто, словно просигналил что-то по азбуке Морзе.
   - Кто? Кто? - старичок - лесовичок - божий одуванчик сделал вид, что не расслышал имени. Выражение лица у него при этом было снисходительное и даже немного добродушное. (Эх молодежь - не знать такое?!).
   - Э-э-э... Скорее всего... это... был...- "знаток" не знал ответа, и просто старался выиграть время, ожидая, что в голову придет хоть какая-нибудь спасительная мыслишка.
   - А можно выбрать другой вопрос? Посложнее? Позаковыристее? А то этот, слишком лёгкий?
   - Нельзя.
   - Тогда, я думаю... Это был друг Карла Маркса и его соратник - Фридрих Энгельс.
   - К сожалению, дорогой товарищ, по фамилии Зелебякин, ваш ответ не верный: Это не Карл Маркс и не Фридрих Энгельс. И я вынужден...
  
   - Ле-ни-н, - со стороны зрителей прилетела едва различимая подсказка.
  
   - Подождите, подождите, - парень едва расслышал реплику "из зала". - Я вспомнил. Это был Ленин.
   - Правильно, - согласился экзаменатор. - Об этом событии, в статье "Памяти Герцена", впервые написал Владимир Ильич Ленин. Но?! Кого имел ввиду вождь мирового пролетариата в своём творчестве? Кто своими действиями, по его мнению, в 1825 году разбудил Герцена? Кто же это был? Товарищ Зелебякин, ваш последний ответ?
   - Э-э-э, - предприняли последнюю попытку. Откашлялись. Скривили губы. Пошевелили кожей на лбу. - Я думаю, это был... был...
   - Вася? Подскажи, - один из друзей толкнул приятеля под руку. - Кто?
   - Откуда я знаю? - недовольно прошипели в ответ. - Я что? Пушкин?
   - Герцена разбудил... - Зелебякин краем уха услышал окончание фразы - слово "Пушкин".
   - Пушкин! - ответчик победоносно махнул рукой. - Александр Сергеевич! Это он, разбудил Герцена. Сначала подумал о крестьянах. Затем о революции. В итоге взял и написал стихотворение. Герцен прочёл. Оно ему понравилось, и он проснулся.
   - Нет, молодой человек. Вы снова ответили неверно. Я вынужден пригласить очередного желающего выиграть пригласительные билеты. А вам, посоветую учить историю и больше читать. Особенно труды Владимира Ильича Ленина.
  
   - Матвеева Анна Валерьевна, - представилась высокая, стройная девушка, в синем платьице.
   - Очень хорошо, Анна Валерьевна. Прошу, тяните билет. Читайте вопрос.
   - Что такое "Диалектический материализм"? - пропиликали словно на скрипке.
   - Какой замечательный, интересный и главное своевременный вопрос, - седовласый "игровик-затейник" неторопливо снял очки, подышал на стекла и, протирая их платком, посмотрел на жертву бесцветными близорукими глазами. - Итак, голубушка, порадуйте нас ответом. Что же есть такое "Диалектический материализм"?
   - Это... это... этот... как его? - девушка покраснела, не зная, что сказать. - Дилектический материлизм...
   .....
  
   - Скажи мне, Колян? - раздосадованный парень пытал нового приятеля-собутыльника, сидевшего рядом за алюминиевым столиком в небольшом кофе "Василёк". 
   - Почему, я - Серёга Зелебякин?! Токарь пятого разряда? Ударник коммунистического труда? Из-за кого-то кренделя, которого разбудил Герцен, не могу сходить на танцы? А? Я что? Не так работаю? Или недостоин? А может у меня ноги кривые или рожей не вышел?
   - Какого Герцена? - переспросили, осматривая осоловевшими глазами прокуренный зал. Особо отметили пышную буфетчицу, которая с ловкостью фокусницы достала из ящика очередную бутылку вина, левой рукой накрепко прижила её к аппетитной груди, а правой, держа согнутую отвёртку, ловко поддела полиэтиленовую пробку.  "Чпок" - аппетитно прозвучало в зале.
   Колян вздохнул: так явственно вспомнил, как он ухаживал за похожей наивной девочкой с юридического факультета. Такая же крышечка - пышечка. С такой же привлекательной грудью.
   - Герцена! Александра Ивановича! - громко рявкнули в ухо, вернув страждущего из мира воспоминаний и грёз. - Тудыть его за ногу! Знаешь такого?
   - Не. Не знаю, - новоявленный друган оторопело вздрогнул. - А это кто?
   - Дед Пихто!
    
   К буфетной стойки подошёл мужчина в тёмном поношенном костюме, в небрежно завязанном галстуке, больших роговых очках, висящих на кончике носа. За спиной он смущённо прятал сетку-авоську с хорошо заметными толстыми книгами. Случайный прохожий терпеливо дождался, пока пройдут очередники, и рядом с буфетчицей никого не останется, стесняясь, тихо произнёс...
   - Людочка, понимаю, "Капитал" вас не интересует. Зачем такой красивой девушке читать "Капитал"? Он большой, да и тяжелый. Всё-таки четыреста восемьдесят страниц. Но-о? Может быть, вас, привлечёт Мигель де Сервантес. Со своим бессмертным Доном Кихотом. Редкая книга. Из подписного издания. Хорошая мелованная бумага. Шикарный переплёт. Знаете, сколько за неё сейчас дают коллекционеры? Целых три, а может даже четыре бутылки...
   - Зачем мне ваш Сервант-с? Да и Дон Кихот не нужен. Мне читать некогда - у меня дел по горло. А если будет интересно - я вашего Серванта по телику посмотрю.
   - Людочка, а если в долг? Хотя бы росиночку, капелюшечку, стакашек? Ей-богу, отдам. Продам книги и сразу к вам. Верну деньги... с процентами. Не верите?
   - Нет, товарищ. У нас так нельзя! Вам налью, потом другому, а вдруг проверка, обнаружат недостачу? По статье уволят. У нас с этим строго. А где взять деньги, чтобы погасить недостачу? Так, что извините. Идите отсюда и не мешайте. У меня, вон, гости пришли.
    
   - Эй, ты, профессор? - интеллигента позвали к одному из столиков. - Очкастый?! Тот, который с книгами?
   - Я? - неуверенно попятились к двери.
   - Да, тудыть тебя за ногу! Чапай сюда. Знаешь, кто разбудил Герцена?
   - Александра Ивановича?
   - Ага, его.
   - Так, это... декабристы разбудили. Правда, это было давно. Про это ещё Ленин писал в своей статье.
   - А что такое "Диалектический материализм", в курсе?
   - Философское направление, базирующееся на материализме и материалистическом понимании диалектики Гегеля.
   - Слушай, умник - царя Гороха. Выпить, хочешь?
  
   Мужчина показательно сглотнул. Представил, как обжигающая жидкость приятно растекается внутри, порождая теплоту. Лицо его посветлело. Глаза подобрели. Улыбка набежала на лицо...
   - Товарищи, дорогие! Предложите - не откажусь и буду премного благодарен. Кстати, если интересуют серьёзная и интересная литература? Могу предложить в обмен на спиртное. Например, есть бесмертное творение Карла Маркса - "Капитал". Семьдесят второго года издания. Почти свежий! Даже страницы не погнутые.
  
   - Подожди, со своими книжонками... - полы пиджака распахнули, и явили на свет божий бутылку "Кагора". Поставили на стол. Живительная влага заиграла цветом янтаря на солнце. - Хочешь, подарю?
  
   Работник умственного труда глубоко вздохнул. Закинул тяжёлую сетку за спину. Полез в карман, достал мятый, засаленный платок. Приложил ко лбу. - А что за это надо сделать?
   - Ответишь на вопросы викторины - принесёшь два пригласительных - отдам... - бесплатно.
   Загипнотизированный кролик, широко открыл глаза, стиснул зубы и, сжал кулаки...- Где надо отвечать на вопросы?
   - Там, - ткнули мозолистой рукой в сторону беседки.
   - Так, это... Далеко не отходите... Я мигом!
  
   35.
   Вечерний воздух в только что отремонтированном помещении ДК был наэлектризован до предела. Зал буквально содрогался от немыслимых телодвижений танцующих, перенятых не то у дикарей с "Дикого" капиталистического Запада, не то у просвещённого аборигенами Востока.
   Огромные шатуны неведомого механизма с рёвом ходили туда-сюда, разъединяя и вновь соединяя людское море. Все были вместе - едины - и каждый сам по себе.
  
   Минули-сгинули слова наивные
   И унеслись в небеса,
   Просто ли сложно ли, ситцем берёзовым
   Ветер играет в лесах...
   Свежим морским бризом разносился по залу будущий мегахит "Лебедь белая" (Примерно так: https://www.youtube.com/watch?v=Gpr4uaSHdhc).
  
   - Это чё за подстава? - Алексей Захаров (Он же среди корешей Лехан) скривился словно от зубной боли. Он стоял у стены рядом со своим "другом" киномехаником ДК Олегом Рагозиным и внимательно осматривал бушующую арену, где не останавливаясь "рубилась" почти тысяча человек. - "Видео-дискотека", где?
  
   - А это чё? - ответили "корефану" с использованием тех же слов. Олега распирала радость. Лицо его пятнилось румянцем. Глаза блестели, словно в кладовке нанюхался нашатыря. Он тщетно пытался согнать с лица улыбку, но она появлялась снова и снова...
   - Лехан! Чувак! Проснись! Мигалки, светилки, вертелки. Всё новое! Глянь на стены - ПО ВСЕМУ ЗАЛУ - цветные телеки! По ним клипы шуруют! Кстати, знаешь, чья идея повесить ящики и под них тусить?
   - И чья?
   - Моя! - гордо выпялили грудь. - Я тут глянул один западный клипак. Там все дрыгают под телек. Я такой - опочки - стапе - тема - ништяк! Подваливаю к Валере. Он с комсомолом за одно, шарит. Валера - лады. Мы с ним к директору. А там, тоси - боси и ву-а-ля... Видал, чего замутили? - "Видео-скачки".
  
   - И это? ВИДЕО - дискотека? - Захаров ошарашенно оглядывался по сторонам. - Повесили телеки - как в колхозном клубе и топчитесь возле них. И всё? Всё видео?
  
   - А че не так-то? - Олег упирался всеми ногами. -Нормальный движняк. Музон. "Березки" - песни колбасят, танцуют. А если кому не нравится возле телеков - хиляй на середину - на танцпол - под фонари.
   - Рогозин, вот, ты же киномеханик? Вроде должен быть умным? Ты что, совсем нифига не сечёш?
   - В смысле?
   - В коромысле! Они же поют русский-народный медляк! Кто из нормальных пиплов будет танцевать под это фуфло? Даже под видео? Вы бы ещё граммофон с древними пластинками завели и вывели на колонки. И название бы замутили - ГРАММОФОНО-дискотека.
   - Зря ты так? - друган не понимал намёков "просвещенного" коллеги. - Классная туса. Народу - до чёртиков.
   - Да твой народ, через две - три песни затопает, замычит и разойдётся по домам. Это же СТРЁМ!
   - Фиг они разойдутся! - стоял на своём киномеханик.
   - Спорим? - Лехан надменно поднял подбородок.
   - А давай.
   .....
  
   Сильная, смелая, как лебедь белая,
   Я становлюсь на крыло.
   Сложно ли, просто ли, зимами-вёснами
   Всё, что болело - прошло... - Белугой ревело из зала.
  
   Завхоз Дома Культуры сделал по комнате круг, потом ещё один, остановился возле окна и стал щёлкать шпингалетом словно затвором винтовки.
   - Докладывайте? - по-военному строго, обратился он к разнорабочим Вадиму Калашникову и Илье Григоренко.
   - Прошли по залу, - нехотя отчитывался Калашников. Низенький крепыш со вздернутым носом, веснушками и веселыми глазами. - Посмотрели на телеки: По-прежнему висят. Все до одного на своих местах. Показывают хорошо. Качественно. Картинка яркая, живая, цветная, радует глаз.
   - Тимофей Аркадьевич, а почему мы, как последние дураки - ходим по залу кругами? - в разговор вступил Григоренко. Высокий, тощий как колодезный журавель, с вытянутым худым лицом.
  
   - Потому, что заканчивается на "У"! - подозрительно прищурив глаза, ответили помощникам. - Много будете знать - до свадьбы не доживёте! Ладно... Заметили, что необычное? Может быть какие подозрительные моменты? Что-то не так? Либо ещё чего?
  
   - Товарищ заведующий хозяйством? Какие ещё подозрительные моменты? Люди танцуют - отдыхают - веселятся. А мы! Как ненормальные шарахаемся по залу - караулим телевизоры. Что с ними случится? Висят - да висят.
   - Эх, ребятки! Дорогие мои! Мало ли чего? Я когда был молодым и работал сторожем на лодочной станции... У нас, трёхметровую бабу с веслом, весом в полторы тонны, уволокли прямо с монумента. Так она, по-моему, стоила, рублей триста. А здесь каждый агрегат - по семьсот пятьдесят рубликов! Мне чтобы купить такой - работать надо - полгода. А их тут цельных двадцать две штуки. И весят немного - всего шестьдесят пять килограмм! И размером небольшие. Как говорится - бери в охапку - да неси куда хошь!
   - Вы считаете - могут утащить? - Калашников весело покусывал губу, подтрунивая над руководством.
   - Легко! - завхоз убедительно кивнул головой в сторону танцевального зала... - Народу пришло много. Неизвестных - половина Москвы! Всяких: Пьяных, драных, разных! За всеми не углядишь! Вдруг кто-то незаметно подкрадётся, снимет и унесёт? Тогда, что?
  
   - Товарищ завхоз? Каким образом можно снять и унести телевизор? - возмутился длинный Григоренко. - Они закреплены на высоте два с половиной метра. Я лично каждый намертво пришпандорил винтами к железному уголку. Их выдрать можно только вместе со стеной. Либо спилить автогеном.
   - Ещё можно попробовать динамитом, - уже откровенно смеялся Калашников.
   - Про каменную бабу тоже говорили - закопана, зацементирована, проволокой накрепко примотана к стене. А получилась, как? - Пришли с утрица, открываем станцию - ни бабы - ни постамента - ни проволоки. Короче, давайте, голуби сизокрылые, минут десять на перекур и снова в обход. Глядите в оба. Ни дай бог - чего! Век не рассчитаемся.
   - Тимофей Аркадьевич? Как же так? Какой обход? Мы уже пять раз ходили. Сколько можно?
   - Столько - сколько нужно! У вас работа: Ходить - смотреть - охранять... Обо всём докладывать, мне!
  
   36.
   - Симон, мой двоюродный брат, здравствуй! - седовласый мужчина, с хитрыми глазами и редкой челкой, зачесанной на лоб, крепко прижался к Дювалю. - Сколько же мы с тобой не виделись? Лет двадцать? Больше?
   - Давно не виделись, Жорж. Давно.
   - А я, - постоянно думал о тебе, вспоминал, - прищурюсь посмотрели на "родного человека". - Следил за твоими успехами, за твоим творчеством. Ты же теперь известная личность. Своя киностудия, куча актёров, обслуживающий персонал. Много денег! Не жизнь - мечта!
   - Правда? - не поверили в наигранность "близкого человека".
   - Конечно! Все фильмы, выпущенные твоей приват-студией, старался найти, посмотреть. А любимую ленту "Пышки-худышки в Париже" до сих пор пересматриваю. Станет невтерпёж - достану кассету с полочки - посмотрю - и такое удовольствие - аж слёзы на глазах. Особенно момент где парами на природе. А потом меняются друг с другом - красота! Это, талант Симон - такое повторить невозможно!
  
   - Надеюсь смотришь без жены? - Дуваль включился в игру: "Долгожданная встреча любимых родственников".
  
   - Симон, ты всё такой же шутник. Ох, не зря мама говорила - Бери пример со старшего сына сестры - вырастит - будет настоящим человеком.
   - Серьёзно? Так и говорила?
   - Постоянно! Слушай, а у меня к тебе серьёзное, деловое предложение... Последние три года я занимаюсь организацией "Парижского фестиваля короткометражных фильмов". Помогаю организаторам: Веду переговоры с кинокомпаниями. Раскручиваю молодые дарования. Ищу спонсоров. Заключаю большие, миллионные сделки!
   - Честно - не знал об этом. Теперь знаю - и что?
   - Как смотришь на то... - произнесли таким тоном словно собирались сделать самое выгодное предложение в жизни. - Что приглашу "Дюваль Франц" поучаствовать в конкурсной программе. В разделе "Лучший короткометражный документальный фильм"? Тема, заявленная в этом году, просто шикарная - "Прошлое - Настоящее - Будущее. Стремление к звёздам".
  
   - Подожди, Жорж! - рот Дюваля на несколько секунд широко открылся от удивления. - Мы работаем в направлении игрового кино, а не документального? Как же мы примем участие? У нас совсем другой формат?
  
   - Ерунда! - легкомысленно махнули рукой. - Я внимательно посмотрел ролики. Там есть всё необходимое для документалистики - туманности, далёкие звёзды, мёртвые планеты, межзвёздные корабли. У меня родилась прекрасная идея: Если взять из каждого трейлера вставки про космос, соединить их сюжетной линией в небольшой фильм. Наложить текст - получится шикарная короткометражная лента, как раз соответствующая заявленной теме. Более того, есть идея, вынести "наш с тобою" фильм на общую заставку конкурса. Согласен?
   - Нет, - заартачился Дюваль. - Ты предлагаешь глупость. Да и делать это некому. Все заняты основной работой. Нет времени. Извини, брат. Помочь не могу.
   - У меня есть время, - глаза "Друга детства" шипами впились в Дюваля. - Текст и чтеца найду. Осталась договорится с тобой и шашка в дамках - у нас будет лучший фильм на фестивале!
   - Жорж, давай не будем торопить события, - на крутом лбу основателя компании "Дюваль Франц" возникло несколько задумчивых морщин. - Мне надо подумать. Поговорить с продюсером. Тут не так всё просто.
  
   - Хорошо. Разговаривай со своим продюсером. Только не долго. Теперь, второе... Помнишь? В четвёртом ролике, когда очкастый гений собирает робота - он смотрит по телевизору небольшой отрывок из мультфильма про бешенную белку. Та, что забивая орех, раскалывает землю. Там ещё от удара расходятся материки. (Скорее всего речь идёт об эпизоде очень похожим на этот... https://www.youtube.com/watch?v=lVaQB1RKxiQ)
   - Помню. Такая небольшая вставка минуты на полторы.
   - Я пересмотрел его несколько раз. Подумал, посооброжал, покрутил в голове варианты и меня осенило - Это же готовый короткометражный мультфильм! Симон, брат! Это же очевидно. Короче, предлагаю включить отрывок в конкурс "Лучший анимационный фильм". Гарантирую - будет бомба! А учитывая, что в номинации больше никого нет - это сразу победа!
  
   На собеседника посмотрели, как на умалишенного. Мысленно повертели пальцем у виска... (Старость не в радость - бес не в ребро).
   - Жорж, тебя не было двадцать лет. А может больше. Ты появляешься и от тебя сразу куча сомнительных предложений. Признайся? Что-то случилось? А, понял - наверное, мало желающих заявилась на конкурс? Фестиваль под угрозой срыва? Зрителей не будет. Кинопремьер - тоже. Спонсоров и организаторов ожидают убытки? Я угадал?
  
   - Есть такая вероятность, - нехотя согласились с братом. - На ряд позиций подано по одной - две заявки. Скорее всего в этом году неудачное название фестиваля. Тяжелая тема. Желающих мало. Мероприятие может не состояться.
   - И мой двоюродный брат решил, чисто "по-семейному", "по-братски", не утруждая себя дополнительной заботой, включить в конкурс короткометражки, нарезанные из трейлеров моего фильма?
   - Вообще-то, да.
   - И ты спокойно об этом говоришь?
   - Симон! А что здесь такого? Ты же мой любимый двоюродный брат! Мы с тобой родственники - родная кровь. Знаем друг друга с детства. Кто может помочь - если не ты? Зато если победим - я в этом уверен на тысячу процентов! - получим неплохие деньги, и твои ролики покажут по Центральному телевидению. А если проиграем - то я, по крайней мере, не потеряю работу.
   - Ох! Не знаю, не знаю? Как-то всё запутанно - непонятно - кривобоко. Ладно, спрошу ради интереса - Какие ещё позиции надо закрыть?
   - Всего одну - "Лучший музыкальный клип на английском языке".
  
   - ??? Жорж? - удивлению Дюваля не было предела. - Это уже ни в какие ворота! Музыкальные клипы я не снимаю... и даже не знаю, как это делается.
  
   - Чудак человек! - водоворот идей захлестнул "культового" режиссера всех времен и народов" - Здесь, вообще всё просто: Берём готовую песню из третьего ролика. Убираем всё лишнее. Заставляем певицу перепеть её с французского языка на английский. Совмещаем фонограмму с началом действия из второго и концовкой четвертого отрывка. В конце добавляем побольше стрельбы и взрывов из последнего трейлера - и ХИТ готов!
   .....
  
   - Мне понравилось предложение вашего родственника, - произнес Максим, после того как Дюваль в общих словах пересказал беседу с двоюродным братом. Более того, я предлагаю от имени компании "Дюваль Франц" поощрить его небольшой премией. Скажем - двадцать тысяч франков. Или даже - пятьдесят!
   - Месье Иванов? - глаза Дюваля вылезли из орбит от удивления. - Ви это есть серьёзно? Ему дать награда деньги? За что? Что такого он сделал?
   - Он подсказал нам решение в популяризации творчества нашей компании. Он прав! Нам нужно больше принимать участие во всяких конкурсах, премиях, фестивалях. Про нас должны знать, говорить, интересоваться!
   - И вы ради этой идей позволять ему кромсать наши трейлер?
   - Нет, конечно.
   - Тогда откуда брать материал?
   - Оттуда! - произнесли странную фразу и показали пальцем в потолок. - Из старых запасов. (Чего-чего, а их у нас немерено!).
   - Что есть такой "Старый запас"? - Дюваль попытался разобрать незнакомое словосочетание, произнесённое по-русски. - Я не понимать.
  
   В ответ генеральный продюсер достал из сумки и положил на стол видеокассету.
   - Короткометражную ленту под названием "Египетские фараоны. Боги со Звёзд." предлагаю внести в номинацию "Лучший короткометражный документальный фильм". Видеозаписи с раскопок я официально приобрёл у группы советских археологов, изучающих артефакты Древнего Египта. До конца недели обработаю материалы. Наложу музыку. Добавлю спецэффекты со звёздами, кораблями пришельцев и их полётами в космос. На выходе будет просто конфетка!
  
   Из сумки достали ещё видеокассету.
   - Далее. В начале сьёмок я создал фантастический анимационный эпизод, где беглецы облетают, а затем высаживаются на дружественную планету. Их встречают аборигены. Все радуются, смеются, обнимаются... Мир - дружба - жвачка. Получилось классно, здорово, ярко, насыщенно. Но! После просмотра "специалисты" отговорили меня включать эпизод в картину. Поэтому, берём его, называем "Инопланетяне. Долгожданный контакт." и выдвигаем в раздел "Лучший анимационный фильм".
  
   Очередная кассета появилась на столе.
   - И последнее! В номинацию "Лучший музыкальный клип на английском языке" мы подадим музыкальную композицию "The Final Countdown" исполненную русской группой "Березки". Кто как не они?! На сегодняшний день поют лучшие песни "Про космос".
  
   37.
   - Товарищ капитан, как же так? - остренькие глазки рыжей девчушки, сквозь большие очки, с нескрываемым любопытством оглядывали каждый предмет в комнате: мебель, шторы, ковер, с уважением остановились на тяжелом сейфе. - Я с детства мечтала работать у вас! В милиции! Помогать Родине! Ловить преступников, раскрывать шпионские заговоры, выводить на чистую воду расхитителей государственной собственности?! Поймите, я комсорг класса. Круглая отличница! Спортсменка. Вы обязаны принять меня на работу! Вот, моя характеристика с места учебы. А это, благодарность из музыкальной школы. Тут, результаты из секции по стрельбе. Здесь, по художественной гимнастике. А это, записка от родительского комитета.
   - Гражданка Корачева, успокойтесь, - следователь глядел на посетительницу мрачно, думал тяжело и напряженно, заметно сутулился. Недовольно тёр квадратный подбородок. - Вы приходите ко мне второй раз. Второй раз спрашиваю - Вам сколько лет?
   - Шестнадцать, - произнесли прерывисто, "по-взрослому", точно пересиливали подступавшие рыдания.
   - ...Скоро будет, - добавили со вздохом.
  
   - Замечательно! - капитан по-милицейски "страшно" выкатил глаза и с придыханием произнёс. - Как исполнится восемнадцать. А лучше двадцать - тогда приходите. Поговорим.
   - Мне надо сегодня, - тонкие губы девушки недовольно сложились в жиденький бантик. - Сейчас! Я не могу ждать!
   - Сегодня не получится. Согласно правилам, набор на службу в государственные органы происходит с восемнадцати лет. Это закон. Его нарушать - нельзя!
   - Тогда возьмите в народную дружину, - не сдавалась юная комсомолка - активистка - патриотка. - Буду вместе с дружинниками выслеживать хулиганов, воров, бандитов. Вы должны меня принять - я худенькая, незаметная и в тоже время глазастая и сильная!
   - Девушка, и в дружинники, не могу.
   - Почему?
   - Потому, что берём туда также после восемнадцати лет. А вам пятнадцать.
   - И что делать?
   - Идите домой, - в глазах взрослого советчика горели добрые огоньки. - Ходите в школу. Учитесь уму - разуму и ждите, когда повзрослеете.
   - Да сколько можно ждать?! - стёкла очков недовольно заблестели. Щеки девушки покрылись красными пятнами. - Уже жизнь почти прошла! А я всё та же и там же? Так и умру ничего не добившись.
  
   - Ещё имеются вопросы? - произнесли ледяным тоном, пытаясь закончить разговор. И выпроводить малолетнюю выскочку.
  
   Лариса хитро прищурила глаза... - Да!
   - У вас размещены на стенде "Их разыскивает милиция" фото людей, которых ищите? - "кровавая мстительница" приступила к основной части своего коварного плана.
   (Вот и пришло моё время Алёшенька! Рядовой Иванов из ВЧ 23-45. С полуострова Таймыр. Я обид не прощаю! Ни-ког-да! Отольются тебе горькими слезами мои письма: Будешь снова проживать на дальнем Севере. Там, где мороз и вечная вьюга. Только не в казарме возле ледокола "Ленин", а в тюремном лагере. За колючей проволокой. И будет у тебя небо в клеточку. А в камере одни лысые, толстые и противные мужики...).
  
   - Есть такое, висят фотографии преступников, - согласился слуга закона. - И что?
   - Товарищ милиционер, я как честная комсомолка, ответственная гражданка Советского Союза обязана заявить... вчера утром, в десять тридцать пять, видела мужчину, лицо которого очень похоже на человека, чья фотография висит на стене. Тот что слева в верхнем ряду. Который особо опасен! Лицо у него такое страшное. Неприятное. Вытянутое. Так, вот - он прохаживался по коридору нашего общежития. Ходил - ходил, что-то высматривал, вынюхивал, выспрашивал, а потом зашёл в крайнюю комнату, которая бывшая сушилка. Там живет новенький. Его зовут Иванов Максим. Похоже, он заодно с этим ужасным преступником. Точно вам говорю - иначе зачем бы он заходил к нему в гости? Какие у него могли быть дела в женском общежитии? Да ещё на четвёртом этаже? В самой дальней от лестницы комнате? Только нехорошие - нарушающие закон.
   - Ты уверена? Это был Савелий Мокров? По прозвищу "Мокрый". Розыск, которого идёт уже более пяти лет? И он неожиданно появился в вашем общежитии? И приходил в гости к новому жильцу? Ошибиться не могла?
   - Уверена. Это был - он! Шрам у него под глазом, нос растопыренный и лоб абсолютно лысый. Всё как на фотографии. Точь в точь. Тютелька в тютельку. Товарищ капитан, нужно срочно брать побольше людей, оружие, поисковую собаку и немедленно ехать, хватать рецидивиста Иванова и его подельников.
  
   - Хорошо, Лариса, - страдальчески поморщившись, милиционер прицыкнул языком и поднялся с места с таким видом, как поднимается человек, которому давно надо было сделать это, но он не решался. - Спасибо за сигнал. Можешь идти. С жильцом поговорю, завтра. Попрошу участкового чтобы пригласил ко мне в отделение. Задам ему вопросы. Всё узнаю. Если, что-то не так - примем меры. Разберёмся!
  
   - Как? И всё? Вы, что? Даже не посадите его в тюрьму? Это же преступление! А вдруг бандит Иванов сбежит?! Скроется? И вы его никогда не найдёте? Товарищ капитан? Как же так?
   - Пока сажать гражданина Иванова не за что, - нахальную посетительницу начали потихоньку выпроваживать из кабинета.
   - Но! Он же? Они же... преступники?! Враги! Может быть даже их там целая банда?! - "помощница" уголовного розыска недовольно пятилась спиной к двери. - У вас же висят на стене фотографии? Написано: Внимание! Особо опасные? Разыскиваются? Будьте бдительны? Сообщите при первой возможности?
   - Всё, гражданка Корычева. Придёте к нам, как и договорились, годика через четыре. Если не пропадёт интерес работать в органах. До свидания.
  
   38.
   Репетиция группы "Берёзки" шла полным ходом. Творческие силы коллектива с усердием "шлифовали" танец к очередному клипу под новое творение гостя из будущего. (Звучание которого сильно напоминало композицию "Adelante" группы "Sash" https://www.youtube.com/watch?v=e3Cy4XTuL20).
   Танцоры сдвигались направо, налево, вокруг друг друга, делали сложные зигзаги по всему залу. В их безудержном движении изящное и хищное сливалось воедино.
   Юлия Борисовна чувствуя, что почти загоняла исполнителей до состояния припадка, решила взять небольшую паузу, отдышаться. Пока народ приходил в чувство, женщина подошла к звукорежиссёру...
   - Максим, хотела узнать: Во что будем одевать наших красатуль? Танец яркий, живой, зажигательный - думаю, костюмы должны быть такими же.
   - Костюмы? - Макс явно не готов был отвечать на вопрос. Поэтому просто решил "перевести стрелки". - Сами что предлагаете?
    
   - Может: черные свободные брючки с блестящим ремешком вверху и расклешённые к низу. Сверху обтягивающие красные кофточки с воротником под горло. На голову синий беретик. Мне кажется, такой вариант будет очень интересным.
   - Не знаю, - задумчиво протянул путешественник во времени. - Как-то исполнять скользяще-шаркающие шаги, с резкими поворотами, наклонами, приседаниями, прыжками и всё это в широких расклешённых брюках. И беретиках. По-моему, смотреться будет не очень.
   - А если оденем всех в платья - трапеции. Широкие, свободные, до колен. Сейчас такие очень модно. Например, желтого или оранжевого цвета. На ноги яркие гольфы. Лаковые туфельки. На голове небольшая дамская шляпка. Девочки на сцене будут смотреться куколками. Как тебе такой вариант?
   - Юлия Борисовна! - парень не знал, как объяснить свои сомнения. - Танец задумывался для "неформальной" молодежи с городских улиц, а не для гламурных девиц из западных журналов. Надо, чтобы люди смотрели на девушек и видели в них своих... так сказать от "станка", от "сохи". Тем более танец очень ритмичный. Понимаете? А значит и костюмы должны быть соответствующие. Что-то простое. Повседневное. Но в то же время особенное.
   - Тогда может быть... - очередная мысль не успела сформироваться, в голове художественного руководителя. К собеседникам подошёл неизвестный человек в зеленых штанах и рабочей куртке стройотрядовца.
  
   - Здравствуйте. Вы, Максим Иванов?
   Ди-джей внимательно осмотрел незнакомца.  
   - Допустим.
   - Владимир Березин - второй секретарь комитета комсомола Московского института ....
   У нашего ВУЗа сегодня знаменательное событие: Награждаем отличившихся "бойцов" студенческих отрядов. Вручаем грамоты, дипломы, дарим ценные подарки. А тут говорят рядом, идёт репетиции творческой группы "Берёзки". Занимаются в соседнем зале. Думаем, было бы здорово, пригласить вас исполнить несколько номеров для чествования победителей. Как? Сможете? Аплодисментами обеспечим.
  
   - Максим, мы не можем выступать! - сразу запротестовала худрук. Она знала особенность парня сразу же соглашаться и принимать участия во всех мыслимых и немыслимых мероприятиях.
   - Сегодня, обычная репетиция! - Юлия Борисовна нервически сцепила пальцы в замок. - Отрабатываем танцевальные движения. Девчонки кто в чём. Гитар нет. Барабанов нет. Валеры нет. Настя с Ниной отпросились. Лена подвернула ногу. Петь не готовы.
   - Извини дорогой друг, - путешественник во времени развел руками, показывая сожаление. - Барабанщиков с гитаристками нет - петь некому - помочь не сможем. Не судьба!
   - Если нельзя спеть, - не сдавался въедливый стройотрядовец. - Исполните танец. Вон, как отжигаете на сцене - классно же получается. Давайте, поддержите ребят! Они всё лето со строек не вылезали. Надо же их как-то отблагодарить.
   - Товарищ руководящий комсомолец? - Юлии Борисовне почему-то решительно не нравился приставучий "секретарь". - Вы понимаете, что номер сырой? К нему нет костюмов. Танцевать не в чем!
   - Мы выдадим вам костюмы.
  
   - Дадите костюмы? - заинтересовался Максим. - О как? А какие?
  
   - Да хотя бы стройотрядовские куртки. Согласитесь станцевать - быстро подберем спецовку любого размера. Народу на мероприятии - полный зал. Присутствуют все размеры. Что скажите? Сможете выступить?
   - Нет! - женщина решительно отказывалась от авантюры. - Рисунок этого танца категорически не сочетается с рабочей формой. Тем более зеленого цвета. И это не то что мы планировали. Тут нужна одежда другого фасона и цвета.
   - Юлия Борисовна, - Максим неожиданно согласился с комсомольцем. - А мне нравится его предложение. Давайте попробуем. Вдруг это то, что мы ищем? Так сказать, "Березовое" ноу-хау. Тем более фамилия у заказчика почти как название нашей группы. Товарищ Березин, через сколько времени надо презентовать танец?
   - Думаю - минут через двадцать.
   - Замечательно! Несите форму. Будем облачаться. Кстати, Юлия Борисовна, нам надо срочно придумать название номеру. Что-нибудь этакое хлёстко-ядовито-молодёжное.
   ....
  
   - Дорогие друзья! - баритоном заурчал голос ведущего. - Завершит торжественное мероприятие творческая группа "Берёзки". Специально для вас будет исполнен веселый зажигательный "Танец стройотрядовца". Поприветствуем наших гостей!
  
   Березин резкими рывками тряс руку ди-джею, после того как "Танец стройотрядовца" был исполнен на "БИС" несколько раз. И мокрые от пота участницы группы в прямом смысле обессилено уползли со сцены.
   - Друзья! Это было нечто! Классный номер! Обалденная музыка! Просто чумовая энергетика. Максим! Как здорово, что ты согласился! Всем понравилось! Надо будет обязательно разучить движения. И танцевать на каждом мероприятии. Слушай? Можно у тебя попросить автограф?
   - Вообще-то я не даю автографы. Но ради исключения. Давай. Где подписать.
   - Вот, здесь, - Максу подали блокнот с комсомольской символикой на обложке.
  
   "Да здравствует самый лучший строительный отряд в мире", - ди-джей чиркнул первое, что пришло на ум. После чего заковыристо расписался.
    
   - Иванов Максим Ильич? - мужчина в милицейской форме, вынырнул из-за спины комсомольского вожака, протянул небольшой листочек бумаги.
   - Я.
   - Мне тоже, пожалуйста, подпишите.
   - Конечно, подпишу. А это... что?
   - Это? Повестка. Товарищ Иванов, мы ждём вас завтра в районном отделении милиции.
   - Подписали?
   - Да.
   - Тогда попрошу не опаздывать.
  
   39.
   Молодая девушка вошла в квартиру с какой-то деланной, заранее продуманной легкостью, радостная и возбужденная.
   - А вы, правда, тот самый режиссер Иосиф Хейфиц? Снявший такой замечательный фильм про любовь "Единственная"? 
   Щебетали звонким журчащим голоском, широко открывая ясные, лучистые глаза.
   Гостья восторженно осматривала обстановку в квартире: На окнах богатые шелковые занавеси, стены тоже обтянуты шелком, отделаны резным деревом, мебель полированная, украшена бронзой и позолотой, хрустальные горки, и всюду - по всей комнате - расставлена нарядная посуда: вазы, блюда, чашки и всякие разнообразные фигурки.
   - Да! - ответил приятный баритон. - Ещё автор сценария. И даже тот, кто подбирает и утверждает актёров на роли.
  
   - Здорово! - восхищённо произнесла девчушка.
   - Знаете, я никогда не была одна в гостях у незнакомого мужчины! Представляю, что будет, если узнает мама?!
  
   - Милая Оленька! Ваша матушка права на сто процентов! Нельзя ходить в гости к незнакомым мужчинкам. Ни в коем случае. Тем более если вам не исполнилось шестнадцати лет. Но! Я-то мужчина уже знакомый. Взрослый. Опытный. Более того я не просто знакомый - я известный на всю страну режиссер, сценарист и даже кинооператор. Причем моё лицо настолько популярно, что иногда боюсь показаться на улице. Все меня знают, узнают, здороваются. А поклонницы - те вообще не дают проходу: Дежурят с цветами под окнами, караулят на выходе из дома, ожидают с работы. А ещё засыпают любовными письмами, записками, цветами... Все хотят сниматься в кино. Как будто нет других занятий. И почему-то все просят меня?!
   - Иосиф Ефимович! Я не такая. Хотя... признаться... тоже немножко мечтаю сниматься в кино. Тем более, вы говорите, что заметили у меня талант и всё должно получится.
   - Оля, душенька! Конечно! Несомненно! И обязательно! Поэтому и пригласил тебя в гости. Как только увидел - сразу понял - ты лучшее всех сыграешь роль главной героини в моей новой киноленте "Любовные хитросплетения".
   - Знаешь скольким известным актрисам я отказал? - перед глазами розового кролика повесили огромную морковь. - Сколько сейчас рыдают? Рвут на себе волосы? Не могут себе простить того, что они бездарны?
   - Нет.
   - А мы сейчас посидим, поговорим, проведём кинопробу - это чистая формальность. А потом поедем на киностудию. И будем знакомить тебя с ролью...
    
   Когда небольшой столик на колёсиках был сервирован, "всемирно известный деятель искусств" заметил, что по такому чрезвычайному случаю не мешало бы распить бутылочку шампанского, но, к сожалению, последняя была выпита вчера на творческой встрече с актёрами Владимиром Высоцким и Валерием Золотухиным, а потому он предложил своей гостье не менее благородный напиток - французский коктейль "Бонжур-Трэбьен-Бонжур".
  
   - Ой, знаете, Иосиф Ефимович, - девушка показательно закрылась рукой от небольшой рюмки, как на известном плакате "Нет" пьянству.
   - Что вы - что вы! - её лицо залила багряная краска. - Я не могу! Мне нельзя! Я никогда не пила спиртное. Мне ещё рано! Я даже не пробовала. Да и мама не разрешает.
   - Бедное дитя! - заботливый "родитель" поучительно покачал головой. - Знаешь ли ты, что это такое? Нет? Это не спиртное! Не в коем случае! Это чудо напиток, эликсир-бальзам от всех бед и болезней, роса богов, мечта кинозвезд и аристократов. Только мы! Настоящие профессионалы, люди одухотворенные талантом!, можем позволить себе такое райское, внеземное угощение.
   - Глотни, попробуй. Тебе понравиться.
  
   Новоявленной актрисе хотелось хотя бы час побыть в роли аристократки и кинозвезды.
   - Хорошо. Если только немножко. Чуть-чуть. Прямо капельку.
   Напиток был немножко терпким: сладкая, густоватая влага, казалось, растекается по всему телу благостным теплом. Тем более пили не просто так, а за её божественный талант, неземную красоту, грациозность, несравненность, самобытность, одарённость и неповторимость...
  
   Ах, эти рюмки, узенькие, высокие, сверкающие гранями звонкого хрусталя, да они сами зовут и манят.
   И глупая бабочка, расправив крылышки, полетела на огонёк - пила небольшими глотками и уже не понимала, что она пьяна.
   Мир внезапно погрузился в сладостный туман сирени, сквозь который бриллиантовыми переливами сверкали и струились хрустальный лучи, да звучали весомые, "полные глубокого смысла" слова известного режиссера. Впрочем, в смысл его слов она не вникала, достаточно было голоса и тона, уверенного и твердого, чтобы дать волю хмельному воображению.
   - Милая, ты прекрасна, юна и невинна... - мягкий баритон доносился откуда-то из прекрасного далёка.
   Девушка, расслабившись от алкоголя, беззаботно сидела на диване чуть раздвинув колени и блаженно постанывала, ощущая приятное поглаживание мужской ладонью между ног.
   - О-о-о, да у нас тут всё готово, - обольститель почувствовал влагу под бельём гостьи.
   - Солнышко, не спеши. Подожди немного. Я быстро до ванны. Освежусь. И мы займёмся настоящими, взрослыми кинопробами...
    
   40.
   "Дорогая моя милиция!
   Я долго думала, размышляла, перед тем, как взяться за ручку и написать вам, об одном плохом, ужасном, чёрством, нехорошем человеке. О Максиме Иванове.
   В своих письмах он представлялся солдатом срочной службы, Алёшей - героем полярником. Верным, добрым, отзывчивым парнем. Он так красиво писал, цитировал стихи, высылал фотографии. Я ему поверила, обрадовалась, рассказала о нём подругам, родителям, соседям по общежитию. Начала ожидать возвращения из армии, готовиться к свадьбе, планировать нашу совместную счастливую жизнь.
   А он, когда вернулся, обманул меня - сделал вид, что потерял память, и знать ничего не знает. Как оказалась (Об этом мне рассказали подруги) Именно так, таким образом, такие субъекты, завлекает молодых, неопытных доверчивых девушек. Ломают им жизнь, разбивают сердца, коверкают судьбы, веру в светлое, прекрасное будущее.
   Обращаясь к вам, как представителям закона, прошу, настаиваю, требую - примите, в отношении него, самое строгое решение, какое может быть в вашем ведомстве! Посадите надолго - насколько это возможно.
   Спасибо. С уважением и надеждой на справедливость, Аноним.
    
   Максим закончил читать. Поднял глаза, выразительно посмотрел на капитана милиции.
   - Что скажите? - следователь открыл папку. Положил в него письмо. - И таких, на вас товарищ Иванов, только за последний месяц... - три! И все одним подчерком. И все просят вас посадить. Ну, вспоминайте - кого обидели? Догадываетесь?
   - ??? - Нет, не знаю, - парень покрутил головой.
   - Не знаете? - милиционер, задумчиво постучал костяшками пальцев по столу.  
   - Хорошо, разберёмся... - он вынул из ящика стопку фотоснимков и разложил перед смущенным парнем.
   - Из этих людей? Кого-нибудь узнаёте?
   Макс пробежался глазами по разложенным фотографиям.
   - Нет.
   - А этого, видели? - следователь добавил ещё одно фото.
   - И этого человека тоже.
  
   - Очень жаль, - следователь непонятно улыбнулся. Посмотрел на посетителя значительным взглядом, свел брови на переносице, но ничего не сказал.
   - Кто это? - поинтересовался Макс.
   - Савелий Мокров. По кличке "Мокрый". Вор, рецидивист, махинатор. Жулик высшего класса. Хитер, изворотлив, напорист. Два побега из колонии. В розыске находится более пяти лет. Ищем по всей стране! Практически "на всех столбах" весят его фото. Но!!! Никаких зацепок. И тут появляется информация, что он в Москве. Более того, недавно был в вашем общежитии. Ходил по этажу, заглядывал в комнаты. Кого-то активно искал. И говорят - даже зачем-то заглядывал к вам.
   - Что скажите? Было такое?
   - Нет, не помню. Людей приходит в общежитие много. Все кого-то ищут, о чём-то спрашивают. В конце концов, просто ошибаются дверью. Этого гражданина я не видел. Лицо у него такое приметное - вытянутое. Если бы попался на глаза - запомнил.
   - Жаль, очень жаль, - капитан расстроенно поднялся из-за стола. Прошёлся по кабинету. Подошёл к окну. Задумчиво, с милицейским прищуром посмотрел вдаль. - Мы уже понадеялись, появилась ниточка, которую можно потянуть. Однако снова, похоже, ничего нет.
   - Кстати, - следователь вернулся на свое рабочее место. - А где вы были и чем занимались два дня назад с десяти до одиннадцати утра? Если можно, расскажите подробно.
    
   "Опочки!". - тревожные мысли забегали в голове путешественника во времени. - "Так я тебе и сказал, где я был и чем занимался два дня назад с десяти до одиннадцати утра".
    
   Въедливый милиционер хорошо рассмотрел возникшую растерянность на лице пришельца.
   - Утром? Утром? Утром? - забубнил попавший впросак Максим, пытаясь срочно найти выход из создавшегося положения. - Два дня назад?...
   - Товарищ капитан, а знаете... Я кажется, вспомнил где видел этого Мокрого? Причём видел, недавно.
   - И где? - "ищейка" мгновенно вцепилась в наживку, забыв обо всём на свете. "Хвост поднялся трубой".
   - Иду я к вам, сегодня, в отделение. Поднимаюсь на второй этаж. Вижу - человек похожий, спокойно прогуливается по коридору. Представляете! Лицо у него - один в один, как на фотографии. Ходит, бродит, стенды рассматривает. Ждёт кого-то, наверное.
   - Савелий Мокров? Вор? Рецидивист? Преступник? У нас? Здесь? В отделении? В охраняемом помещении? Спокойно гуляет по коридору? Да ещё и ждёт кого-то? - служитель закона отказывался верить в происходящее. Он склонил голову набок и стад рассматривать посетителя ещё более недоверчиво.
   - Точно, говорю! Он! ТАМ... - Максим "правдиво" посмотрел в глаза милиционеру, затем мотнул головой за дверной проём.
   - Не может быть?! - капитан по-прежнему ничего не понимал. Однако повернул голову в сторону выхода в коридор. Посмотрел.
   Дверь, почувствовав тяжёлые, как кирпичи, взгляды, "чуть присела от неожиданности", скрипнула и открылась внутрь.
  
   - Оленька, солнышко, надеюсь ты не скучала, - в помещение вошёл человек в махровом халате, вытирающий голову полотенцем. Освободив лицо от ткани, он с удивлением обнаружил свою помытую тушку в кабинете служителя закона.
    
   - Мокрый? - удивленно воскликнул капитан. - Ты что ли? Вот так встреча!
   - Нет, это не я! Точнее, я - это не он! - затараторил герой любовник и бегом бросился в сторону выхода. Торопясь, задёргал ручкой. Попытался как можно скорее покинуть пенаты "любимой" милиции.
   - Стоять! Стрелять буду! - капитан резво вскочил с места. Как матерый волк хищно ощерился молодыми зубами.
   - На пол! Живо! - он схватил стул и угрожающе направил его в сторону беглеца.
   - Че сидишь? - уже обратились к Максиму. - Давай, заходи, слева.
   - Господа! Товарищи! Дорогие мои! Это недоразумение! - Мокрый истерически бился в дверь, пытаясь вернуться обратно.
   -  Я - не он! И шёл не сюда. Я случайно! Мне здесь ничего не нужно. Простите! Помогите! Выпустите меня! Я ни в чём не виноват!
  
   41.
   Поздний вечер в столице.
   Четвертый этаж женского общежития окутал седой таинственный мрак. Свет в коридоре ещё не включили. Темнота медленно заползала и скапливалась по углам.
   Тихая тень рыжей девчушки в больших очках и мягких тапочках, оборачиваясь и прислушиваясь на все четыре стороны, неслышно подкралась к бывшей сушилке.
   Будущая чекистка, разведчица и гроза шпионов прижала ухо к двери. Замерла. Внимательно прислушалась.
   От резкого звука из комнаты входная дверь вздрогнула, задрожала. Лариса Корычева в ужасе отпрянула и посмотрела на пол.
   Из-под двери, по доскам хищно "выползал" зловещий мерцающий свет. Девушка зажала рот рукой и бросилась прочь с "проклятого" места.
   .....
  
   За стеной, в таинственной комнате потерявший память жилец "на полном серьёзе" продолжал обряд общения с дверным косяком...
   - Неужели трудно понять? Для заставки фильма про Древний Египет нужно показать не найденную гробницу. Найти её - открыть - снять, что есть внутри на камеру. Всё! В чём сложность?
   - А ты водишь меня? Не понятно куда? Склепы, морги, какие-то могильники?!
   ??? - дверь "обиделась", затихла - ни звука в ответ.
   - Слушай, а может ты не понимаешь русских слов? - строго свели брови.
   ??? - опять тишина.
   - Ненайденная гробница, - дали пояснение своей задумке. - Это ещё не кем не обнаруженная, не раскопанная, не ограбленная. В первозданном состоянии. - Как зарыли, её родимую, закрыли, запечатали на тысячу - две - три, а может на четыре тысячи лет. С тех пор и стоит, позабыта, позаброшена, погребена песками в пустыне. Понятно? Так, что... давай! Не тупи. Открывай.
  
   Исполнительница желаний внимательно выслушала заказчика. Сделала "пометки в голове". Тяжело вздохнула и принялась за работу. Раздался негромкий скрип. Появилась небольшая щелка. В комнату потянуло могильным холодом и резким неприятным запахом.
  
   "Черный копатель" зажал нос, заглянул внутрь и быстро закрыл открывшийся промежуток.
   - Не. Опять не то. Там, одни саркофаги. Страшные, жуткие, покосившиеся статуи. Всё в пыли, паутине. Грязь, вонища, половина гробницы засыпано песком - ужас ужасный. Я не буду это снимать!
   - Слушай, подруга дней суровых. Давай, то же самое... Только, "повеселее". Чтобы было просторно. "Уютно". Были видны всякие побрякушки: Из золота, серебра, камней. Да - и ещё: Пыли с мусором поменьше. И трупами не пахнет.
   ??? - исполнительница желаний потупилась, подрожала и осталась стоять замурованной в стену.
   - Не понял? - Макс удивлённо посмотрел на помощницу. - Не можешь найти нужный вариант? Или опять не понимаешь? Алё? Ферштейн? Компрёнэ? Андестенд? Для особо непонятливых спрошу по-китайски - Во бу минбай?
   ??? - тишина в ответ.
  
   - Ладно. Смотри, - путешественник во времени включил ноутбук. Нашёл картинку изображающую сокровищницу фараонов из фильма "Мумия". Повернул экраном в сторону нерадивой двоечницы.
  
   - Надо найти похожее место, как на экране. Чтобы драгоценностей было побольше: Золота, серебра, камней дорогих. В кадре всё должно блестеть, сверкать, переливаться. Чтобы "этого добра" было не просто много - а очень много. Уяснила?
   - И-и-и, - дверь недовольно запыхтела, затряслась, забилась, как будто начала в ручную вскапывать пески времени. Паутинки побежали по стене. Известка посыпалась с потолка. На окнах комнаты дрогнули стёкла.
   - И-и, - передразнили "неумеху". Начали шутливо бормотать... - Господи, с кем я работаю! Ни украсть - ни покараулить. Легче пристрелить - чем мучится с такой помощницей. Толку от тебя - никого! От слова совсем. Только на и-и... и способна. Один я делаю и тащу всю работу. А оно мне надо?
  
   Недовольный работодатель "отвёл душу", глубоко вздохнул. Поднялся на ноги и направился смотреть, куда на этот раз вывела нерадивая исполнительница...
   Яркий свет, просочившийся из дверного проема, отражался на многочисленных сокровищах, превосходивших самую сумасшедшую мечту. Создавалась ощущение, что открывшееся помещение доверху завалено блестящими предметами. Всё в округе сверкало. Искрилось. Переливалось. Блестело. Слепило глаза. Сложенные, наваленные, разбросанные предметы образовывали единый всеобъемлющий серебрено-золотой завал: Роскошные ложа, поблескивающие статуи, декорированные сундуки, алебастровые сосуды, царские кресла, утварь и даже части огромной царской колесницы.
   - Вообще, я хотел другого, - кинооператор вновь был недоволен. - Хотя, если вместо усыпальницы фараона показать его сокровищницу, набитую артефактами - картинка будет такая же зрелищная и должна понравиться зрителям.
   - Так и поступим. - Максим принял окончательное решение. - Сьёмку начнём с угла, где видна огромная нефритовая статуя с головой змеи, туловищем льва и руками человека. Затем снимем золотую колесницу, царское ложе, трон. Далее, покажем, здоровенный переливающийся кубический ящик. (Интересно, что там?) И в конце поверхностно пройдёмся по остальным побрякушкам.
   - Чего стоим? Кого ждем? - расхититель гробниц подбодрил себя перед началом работ. - Время - вечер, дел - край непочатый. Кстати, проём надо расширить - света маловато.
   - Тебе, говорю! - вновь обратили внимание на замурованную бездельницу.
  
   42.
   Любимой развлекательной передачей в семье Борискиных был "Кабачок 13 стульев". В которой чудаковатые паны и пани, за чашечкой кофе в небольшом ресторанчике смешили своими "проблемами" многомиллионную аудиторию огромной страны.
   Все члены семьи включая пятилетнего Алёшеньку, полугодовалого кота Тимофея, и двухлетнего пса Шарика относились к передаче на полном серьёзе - уважительно. Уже за три часа до начала Борискины начинали томится ожиданием. Они ходили друг за другом по комнатам, смотрели на время, анализировали теле-программу, без конца включали и выключали телевизор, проверяли яркость, контраст, звук, цветность экрана. Примерно за половину часа до начала "на огонёк" стучались соседи, у которых не было телевизора. За десять минут приходили те, у кого телевизор был, но показывал без цвета.
   Горячие поклонники "Кабачка" приступали к просмотру передачи основательно подготовленными: с детьми, запасом пирожков, печенья, семечек. Программа, как правило, просматривалась вся от начала до конца и широко комментировалась. В зависимости от происходящего на экране зрители шумно выражали свой восторг, негодовали, спорили, а иногда и раздавали друг другу подзатыльники в доказательство своей правоты.
  
   И вот наконец наступал долгожданный момент. Звучала завораживающая музыка и в загадочной голубизне экрана возникало лицо пана Ведущего, которое произносило: "Добрый вечер, дорогие друзья!"
   - "Добрый вечер!" - хором, весело отвечали собравшиеся. После чего соседка Танечка, как сидящая ближе всех по причине близорукости, поворачивала рукоятку громкости до отказа, и все приступали к созерцанию удивительно разыгранных сценок.
   ....
  
   - Пани Зося, кто этот молодой человек, который робко ходит за вами? - воскликнул ведущий программы "Кабачок 13 стульев", обращаясь к яркой блондинке. Он указал на высокого молодого человека в сером костюме модного покроя, в узких замшевых туфлях, с ярким галстуком. - Он всё время держится на расстоянии, смущенно улыбается и преданно смотрит в ваши глаза.
   - Ах, пан Ведущий! - девушка посмотрела затуманенным, мечтательным взором куда-то в бесконечность. - Не знаю. Я встретила его рано утром. Когда выходила из дома. Он сразу пошёл за мной. Кстати, он совсем не говорит. А только томно вздыхает. Да ещё всё время поёт. Кажется, по-итальянски.
   - А о чём он поёт?
   - Так кто ж его знает! - глаза красотки широко открылись. - Я по-итальянски понимаю всего одно слово - "Чао".
   - Так давайте попросим его спеть! - ведущий улыбнулся, морщинки лучиками разбежались по лицу. - Думаю, вместе, сообща, мы разберёмся в желании нашего гостя.
  
   "Жгучий итальянец" широко улыбнулся, встряхнул кудрями, мысленно сделал перебор на гитаре.
   В "Кабачке" зазвучала веселая, напевная, почти осязаемая присутствием музыка. Парень запел (Очень похоже на "Un Amore Grande" в исполнении Пупо... https://www.youtube.com/watch?v=mvJTukfGcxY).
  
   Ун аморе Гранде,
   Гранде коме иль мондо.
   Ми портави ла беллецца ди ун Маттино,
   Ун сорризо ней мьей окки,
   Ун сорризо ке орамай нон кэ пиу.
  
   Ведущий перевёл первые строки песни:
  
   Мне нужна любовь, чтобы дышать тобой,
   С горьковатым вкусом королевского вина,
   Воспоминания, в которых померкнут другие,
   И дадут возможность быть рядом с тобой.
  
   .....
   - Блин-блинский-затрапинский через корыто к верху дном! - громко, эпатажно выругались за стеной квартиры Борискиных. Сосед в очередной раз не смог записать музыкальную композицию с телевизора на магнитофон. - Скотиняки! Бузотёры! Всё-ё делают сопротив трудового народа! В кои веки - нормальная песня - и снова испоганили. Ведущему, что? Нельзя помолчать "в трубочку", когда поют? Или сказать перевод в другое время? Опять половина песни - базар непонятно о чём. Вот, кто они после этого? Кто?
   - Товарищ Кузьминский! - глава семейства Борискиных встал, выглянул в открытое окно. - Я попросил бы вас - не выражаться. Вы смотрите передачу не один. Здесь кругом женщины и малолетние дети.
   - Это у вас кругом женские дети, - нагло ответили соседу. - А у меня кругом - голые стены. Пустая тара! И половина песни насмарку.
   .....
  
   - Дорогие друзья, конец-делу венец, - философски заметил пан Ведущий. - Заканчивается наша программа. Пора прощаться. Напоследок попросим, нашего нового гостя, пана Итальянца, сказать что-нибудь бодрое, красивое! На итальянском.
   - Пан Ведущий? - пани Зося удивлённо захлопала большими ресничками. - Он же совсем не говорит!
   - Ах, да! Забыл. Тогда попросим его спеть. Петь, у него получается - просто замечательно. Итак, дорогие друзья! Снова, для вас, поёт пан Итальянец. И вновь звучит прекрасная зажигательная песня, про любовь!
  
   Новоявленный любимец публики под громкие аплодисменты завел очередную душещипательную серенаду. (Это была его "старая, всеми любимая, зажёванная до дыр на дискотеках"... "Gelato Al Cioccolato" https://www.youtube.com/watch?v=VSXNl44bSiQ).
  
   Ма дове вуой андаре, ти амо!
   Ти анной, ва бене, балльямо
   Сей белла, ти лаши гуардаре
   Кон те нон кэ ньенте да фаре
  
   Ведущий передачи, как положено по сценарию, снова, во время звучания мелодии, перевёл куплет песни.
   За стенкой вновь громко ругался сосед Борискиных, грозя всем беспощадной "Мировой революцией пролетариата".
   В ответ на его ругань, отец семейства снова высунулся из окна. Все невольно роптали. Шарик заливистым лаем поддерживал хозяина.
   Мелодия, ставшая вмиг популярной, волнами разносилась по стране. Проигрывалась в головах. Зацеплялась в мыслях... Делала знаменитым простого кудрявого парня в костюме по имени пан Итальянец.
  
   Джелато аль чокколато
   дольче э ун по салато
   Ту джелато аль чокколато...
  
   А где-то, сидя перед телевизором, на краешке дивана, почему-то тихо плакала мама Валерки Смирнова.
  
   ***
   - Соедините с Председателем Гостелерадио Лапиным, - в трубке раздался невнятно шамкающий голос Генерального Секретаря.
   - Сергей Георгиевич? День добрый.
   - Есть время переговорить? Пару минут?
   - Вчера смотрели с Галиной последний выпуск "Кабачка "13 стульев". Понравилось - весело, смешно, интересно. Дочь с утра довольная. Напевает песню про это - шоколато-мармелато. Исполнитель - молодец! Хорошо спел! Душевно.
   - Дочь спрашивала - откуда такого взяли?
   - Понятно...
   - О, как?! - Сам поёт и пишет песни? Простой парень из заводского Дома Культуры? Вот тебе и таланты из рабочей среды!
   - Слушай? Если у нас простые работяги сочиняют и поют такие замечательные песни! Может пора разогнать с телевидения всех этих бездельников артистов? Да набрать простых тружеников с фабрик, заводов, из сёл и деревень?
   - Как тебе предложение? А?
   - Шучу, шучу. А то, зная тебя - бросишься исполнять.
   - Хорошо... Похвали организаторов - заслужили. Пусть поют, танцуют, радуют творчеством. Будем ждать их выступлений.
   - Ладно. Всё. Дела. Давай. Хорошего дня.
  
   ***
   Суровый секретарь художественного Совета, зачехлённый на все пуговицы в двухпортный пиджак, говорил долго. Красноречиво. Вдохновенно. Убедительно. Приводил яркие, насыщенные примеры "Из жизни". Ему казалось, людям нравится слушать его, а при таких условиях он мог говорить часами, время от времени откидывая прядь волос со лба и шумно выдыхая воздух...
   - Как можно забыть: Итальянское государство является активным членом империалистического блока НАТО. На территории, этой враждебной страны, размещено несколько десятков военных баз и полигонов. Западная военщина, с их территории, ежеминутно смотрит в нашу сторону, "точит зубы", готовит "ядерную дубину", ведёт подготовку к войне! И после этого, мы - простые люди мира и труда! Спокойно! На всю страну! Устраиваем: Хиханьки, хаханьки, поём и транслируем песни на языке страны мирового махрового империализма... Доколе?!
  
   Режиссер "Кабачка 13 стульев" попытался робко перебить обвинителя, вставить хотя бы несколько слов в своё оправдание... - Позвольте? Так, вы же? Сами? Здесь? Месяц назад? Все вместе? Согласовали наши композиции? Дали добро.
  
   - Товарищ Зелинский, не передергивайте! - председатель остепенил режиссёра провинившейся передачи. Он жёстко сжал челюсти. Метнул уничтожающий взгляд. Его большие волосатые руки легли на стол, сжались в тяжелые кулаки. - Мы дали согласие на музыкальное оформление номеров. А не на песни на итальянском языке! Откуда они взялись? Кто вам разрешил? Как, вы, вообще, посмели проявить самоуправство?
  
   От этого вопроса спина режиссёра как-то удивительно быстро согнулась едва ли не вдвое... - Я посчитал, что песни в отличие от музыки придадут программе более яркое содержание.
  
   - Он, видите ли, посчитал! - оратор снова вскочил и замахал руками. - Нет! Можно понять, если бы в передаче приняли участие выдающиеся певцы итальянского творчества: Робертино Лорети или Лучано Паваротти. Они - простые люди - из народа - любимцы всего мира! А здесь? Выпускают на главную телеплощадку Страны!!! "Человечка", которого никто не знает. Никогда не видели. Не слышали. Без голоса, опыта, образования. Он выходит, и спокойно, насмехаясь над всеми, нарушая все морально-этические нормы - поёт! И не просто поёт, а что-то там шепеляво-писклявит на языке государства из враждебного империалистического блока, яро ненавидящего страну Советов!
  
   Со стороны затравленной жертвы доносились последние судорожные оправдания... - Товарищи! Дорогие! Поймите! Это просто обычные, красивые песни о счастье, молодости, любви... Что в них такого? Чуждого? Империалистического?
   - Всё, ясно! - руководитель худсовета медленно поднялся со стула. Его небольшие, чуть навыкате глаза, полуприкрытые воспаленными веками, стали жёсткими, взгляд - колючим.
   - По товарищу Зелинскому есть следующе предложение: Его работу, противоречащую общественной морали, советской идеологии и просто низкого качества, признать...
  
   Затренькал телефон, прерывая оглашение сурового приговора. Раз, второй, третий.
  
   - Коллеги, минуту, - председатель поднял трубку. - Да... Я... Да... Вы правы... Как раз сидим, обсуждаем... Всё верно... Согласен... Понятно... Хорошо... Сделаем... Поддержим... Конечно... Обязательно... Непременно... До свидания...
   - Так, о чём, я? - мужчина аккуратно положил телефонную трубку на рычажки. Тяжело опустился на стул.
   - Кирилл Петрович, - секретарь напомнил председателю - Мы хотели вынести осуждающее решение по антисоветской деятельности товарища Зелинского.
   - Да? Разве? - начальство больше минуты выходило из состояния анабиоза. Пыталось собраться с мыслями, быстро обдумать создавшееся положение.
   - Тогда. Значит. Поступим. Так... Учитывая многочисленные положительные отзывы телезрителей. А также, мнение руководства и членов художественного Совета. Предлагаю признать последний выпуск "Кабачка 13 стульев" - удачным экспериментом. Особо отметить и похвалить создателей передачи за привлечение яркой, талантливой, самобытной молодежи с песнями на итальянском языке. На этом, сегодняшнее заседание, объявляю закрытым. Кстати, товарищ Зелинский? В следующую среду ждём от вас сценарий "Новогоднего кабачка". Надеюсь, вы услышали просьбы зрителей, о включении в программу полюбившихся песен пана Итальянца?
   - Э, да, конечно, - амнистированный "враг народа" удивлённо поднял брови.
   - Вот и хорошо. На сегодня, все свободны. Заседание Совета считаю закрытым.
  
   43.
   - Марья Ивановна, утро доброе! - к тумбе вахтера подошла седоволосая женщина в тёмном халате с ведром и шваброй в руках. - Как дежурство? Всё ли в порядке? Какие новости?
   - Та какие у нас новости, Ларочка? Никаких. Всё спокойно, как в том вшивом Багдаде. Будь он трижды не ладен.
   - А чего Рая Селевёрстова щемится от вас, будто обидела чем?
   - Не напоминай мне про эту вертихвостку! - на работающую в конце коридора девушку метнули настолько раскаленный от ненависти взгляд, что показалась та сейчас задымится. - Видеть не могу! Забудь про неё. Про что хочешь, говори - только не про неё.
   - Почему? Что случилось?
   - Ничего не случилось. Пригрели на груди змею подколодную. И главное - мы с ней по-дружески, почти как родные: Ля-ля тополя, ту-ту растуту, тоси-боси маркоси. А она, нам, вон, чего выкинула. Полотёрша неблагодарная!
  
   Женщина удивлённо вскинула брови. - Господи, Марь Ивановна? Да что произошло?
  
   - А ты прям, не знаешь?
   - Откуда? Я сегодня первый день из отпуска.
   - Эта изменщица, фулюганка, рецидивистка, предательница - полные руки вахтёра возмущенно прижались к груди. - Прямо под Новый год! Бросает работу, коллектив, всё на свете и летит за границу. И не в какой-нибудь, там - Лаос, Вьетнам или Монголию. И даже не в Ге Дэ эР, а во Францию! В ПАРИЖ!
   - Не может быть?! - не поверили вахтёру.
   - Может! Вчера на стене вывесили списки артистов и сотрудников, которые поедут на гастроли по приглашению французской компании - названия не помню. И представляешь, в списке, под номером двадцать семь, написано ФИО - не Завхоза, и даже не ответственного сторожа-вахтера (Которая кровью и потом заслужила больше всех эту поездку), а простой технички Раисы Селевёрстовой!
  
   - Подождите, Марья Ивановна? Голова кругом - ничего не понимаю: Какая Франция? Какие списки? Творческие коллективы из простого Дома культуры не возят за границу. Они же не артисты Большого театра или Филармонии? Кто их туда выпустит?
  
   - Откуда я знаю? Чего они там "в верхах" намутили! Но! Факт остается фактом: Эти противные "Березки" через два месяца. В декабре. В канун нового года. Едут в Париж. У них там какой-то бесовский сейшен - мейшен - выступление - слёт - концерт. Перед новым фильмом, споют песню. А вместе с ними будет тусить и наша фулиганка, дармоедка, бездельница Райка. Тьфу, глаза бы на неё не смотрели!
   Мысли седовласой слушательницы, от таких новостей, на несколько минут зависли, остановились, присели покурить, подумать, перетереть о былом. Ничего не понимая, женщина замотала головой...
   - Хорошо, допустим - невозможное - случилось: "Березки" едут с гастролями в Париж. А Рая причём? Она - простая уборщица: Моет полы в коридорах, вытирает пыль, убирает мусор, наводит порядок?
  
   - Представьте себе! - обвинительница покраснела, пошла пятнами от волнения, замахала ладонью перед лицом как будто веером.
   - Я! - как раба на галерах, тружусь не покладая рук, без перерыва, отдыха и перекура! Несу ответственность за огромный объект. Выдаю инструмент. Стаю, как статуя, с утра и до вечера - и не какого признания. Зато! Простая уборщица! Не напрягаясь, поучаствовала в ихних дурацких встречах, субботниках. Посетила несколько концертов, будь они трижды не ладны. И теперь её берут с собой в Париж. Это, что? Справедливо?
   - Марь Ивановна, зря вы так. Девочка старалась - участвовала - проявляла себя. А вы её обижаете.
   - Я, зря?! - решительно встали со стула. Жестко навалились на стойку. - Да я принесла пользы в пять раз больше чем она! Вспомни, я всегда первая встречала этих шибанутых воздыхателей "Берёзок". Здоровалась. Улыбалась. Отвечала на их дурацкие вопросы. Гоняла шваброй по всему ДК, чтоб они не лезли куда попало со своими гитарами! И вот она благодарность: За потерянное время, нервы, здоровье - Раечка, значит, пусть едет и отдыхает в Париже, а ты Марья Ивановна - сиди, пыхти, гоняй этих волосатиков дальше?!
  
   44.
   Где-то далеко, далеко... На окраине Солнечной системы. За орбитой Плутона. В самом холодном и темном месте, называемом облаком Оорта. Уже многие миллионы лет бездыханно дрейфуют триллионы неизведанных объектов.
   Внезапно. Что-то изменилось. Случилось. Произошло. Миг... и один из них исчез.
   .....
  
   Актив женского общежития перешел к обсуждению последнего вопроса. Секретарь собрания, постучала чайной ложечкой по графину.
   - Девочки, прошу не шуметь! Мы, как сознательные комсомолки, должны поддержать своим трудом водителей такси. На клумбу у проходной таксопарка завезли несколько машин с грунтом. Надо выйти - помочь ребятам - разгрести землю. Предлагаю, завтра - в субботу - с самого утра, взять лопаты и провести субботник. Ставлю на голосование - кто за?
   - А чего это мы должны разгребать? - возмутилась крупная дородная, богатырского телосложения активистка. - Взвалили на нас тяжёлую работу и радуются! Мы - дамы: Можем дорожки подмести, мусор убрать, цветы посадить. А копать - это не к нам!
  
   - Правильно. Верно. Не наше дело! - присутствующие решительно поддержали агитаторшу. - Пусть разбрасывают мужики! Они здоровые - по ним работа!
  
   - Внимание, тишина... - очередной стук ложкой по стеклу. - Ребят у нас нет. Поэтому водителям таксопарка придётся помогать собственными силами.
   - Как, нет? - "Илья Муромец в юбке" снова подскочила с места, развернула богатырские плечи. С хрустом сжала кулаки.
   - А комендант, что? - Не мужик? А слесарь? В конце концов, этот новенький, которого в сушилку заселили. Уже набралось три человека - почти бригада. Пускай работают!
   - Девочки! Ну, какие это мужики? Иваныч - старый, хворый, с войны в ногу раненый. У слесаря недавно вырезали аппендицит. А новенький, вообще какой-то синий, худенький, "больной". Более того, с ним я уже говорила - он отпросился на завтра - у него очень серьезные и ответственные планы.
   - Какие, к чертям, планы? - из народа вынырнула рыжая девушка в очках. Лариса Корычева мгновенно почувствовала свой шанс отомстить бывшему "жениху".
   - Как дурные письма писать из армии - он здоровый - жилистый. А как лопатой грести - сразу задохлик, больной. Пусть шпалит - работает. Труд, как известно, облагораживает человека. Тем более - его!
   - Девчата, тише! - секретарь из последних сил попыталась успокоить присутствующих.
   - Чего тише? - былинная мужененавистница вновь была тут как тут. - Лариска! Айда, к этому лодырю, скажем про субботник! А то ишь, пристроился в своей комнатушке - планы у него!
   .....
  
   В дверь кабинета профессора метеорологии Селезнева тихо постучала горничная.
   - Иван Петрович, к вам только что приходил молодой человек. Просил передать камень - сказал обломок от редкого метеорита. Уходя произнёс, если интересно - на листе адрес падения основной части.
   .....
  
   Районное отделение милиции кипело, бурлило и даже швырчало как на сковороде.
   К открытому окошку дежурного подошел молодой краснолицый лейтенант. В новых больших начищенных сапогах, тщательно отглаженных стрелках и с традиционным кожаным планшетом на плече. Улыбнулся симпатичной коллеге. Поиграл бровями. Протянул в окошечко свежесорванный с клумбы цветок.
   - Любовь Ляксеевна, - произнесли игривым голосом. - Это вам от многочисленных поклонников в моём единственном лице. Любуйтесь на здоровье, вздыхайте божественный аромат - и не в чём себе не отказывайте.
   - Ох, Сашка - всё шутишь? А мне сегодня не до шуток - не дежурство, а день приема душевнобольных.
   - Да, что вы такое говорите? - брови влюблённого вновь застучали чечётку.
   - Сам посуди: Сперва девочка с фотографией. Ой! - сбежала обезьянка. Умеет читать, считать, играть в кубики, знает несколько слов. За ней бабушка - пенсионерка пожаловалась на соседа - организовал в квартире "Западный" притон. К нему, видите ли по ночам, приходят неизвестные личности и тихо, едва слышно через стену в стетоскоп, поют американские песни. Последней зашла старшая из дома номер девять. Ночью с детской площадки украли грибок. "Посадили" в соседнем дворе. Одним словом, не смена - кошмар!
   - Любушка-голубушка! - офицер галантно щёлкнул каблуками и достал из кармана плитку шоколада. - Предлагаю угостится чем-нибудь сладким. Попить, так сказать, успокаивающего нервы целебного кипятка.
  
   К окошку аккуратно продвинулся седовласый мужчина с длинной козлиной бородой.
   - Вечер добрый, товарищи милиционеры. Я, профессор метеорологии Иван Петрович Селезнёв.
   - Здравствуйте, - дежурная располагающе улыбнулась. - Слушаю вас.
   - "Коллеги", тут, такое, дело. В общем, я случайно узнал, на нашу столицу, на Москву, прямо в центр цветочной клумбы, упал метеорит. Очень большой и довольно тяжелый экземпляр. Весом, тонны три - четыре, а может быть и все пять. Друзья мои, я сходил, посмотрел на него - это невозможно! Я не могу определить точный состав - мне кажется все элементы науке неизвестны - их нет в таблице Менделеева. Я уже позвонил ученикам, доложил в институт, на кафедру - завтра прибудет группа студентов - начнём извлекать инопланетного гостя из земли. Но! Это будет завтра. А сегодня, его надо срочно взять под охрану. Понимаете? Срочно! Хотя бы до утра.
   - Простите, товарищ профессор? - правая бровь дежурной удивлённо поползла вверх. - Я не поняла? Кого надо взять под охрану?
   - Метеорит! - затрясли бородой.
   Женщина обернулась к лейтенанту. Многозначительно заморгала накрашенными ресничками, как бы показывая... - Вот, я же говорила - "Клиника на колёсах - прогрессирует!".
   - Итак, товарищ Селезнев", - произнесла дежурная серьёзным тоном.
   - Вы утверждаете, на город упал огромный пятитонный метеорит? Плюхнулся прямо в цветочную клумбу? И теперь сотрудники районного отделения милиции должны его взять под охрану?
   - Ну, да!
  
   45.
   "...Полицейский врач насчитал в спине трупа два ножевых и три пулевых отверстия. Установить личность убитого не удалось".
   Базиль Буртэ сидел под вентилятором в холле редакции, курил и вяло дописывал очередную новость для раздела "Ночные происшествия". Вентилятор не спасал от полуденной духоты, солнечный свет нахально лез в глаза, надоедал, раздражал и даже злил.
   Корреспондент задумчиво оценил свою писанину. Прикусил нижнюю губу. Подумал, что след от трёх выстрелов для неустановленного трупа в морге - это мелко для спецкора его уровня. Читателя скорее всего не зацепит такое незначительное происшествие. (Всего лишь три пули в спине? - С кем не бывает? - Нашли чем удивить?!) Начальство также может посчитать новость не серьезной и уменьшить гонорар. А то и вовсе не поставит в печать.
   Буртэ решительно вычеркнул мелкую неприглядную цифру "три" и подписал "десять". Потом решил, что "десять" слишком круглое число - вызывающее подозрение. Пришлось зачеркнуть и написать заново - "одиннадцать". Теперь хорошо. Кстати, ножевых тоже надо добавить. А то стреляли много - кололи резали мало - получалось неправдоподобно. К примеру, пусть обнаружено не "два", а "семь". А лучше "восемь" ножевых ран. Почему следов от ножа меньше, спросите вы? Потому, что в каждом резонансном преступлении - должна быть загадка! Или даже больше - страшная тайна.
  
   Правдописец перечитал созданное творение. Помотал головой, стараясь привести в порядок разбегавшиеся по углам головы мысли. Получалось следующее...
   "Полицейский врач насчитал в спине трупа восемь ножевых и одиннадцать пулевых отверстий. Установить личность убитого не удалось".
  
   Обычное, "бытовое" происшествие сразу налилось соком, заиграло яркими красками и стало похоже на небольшую сенсацию, с возникающими в голове читателя вопросами: Что за человек, которого так нашинковали перед смертью? За что его так? Кто хладнокровный убийца? Женщина? Мужчина? А вдруг это разборки мафии или "Кровная" месть, а может это новый маньяк объявился и бродит по Парижу?
   Писатель зевнул - дело сделано - считай двадцать семь франков в кармане. Он хотел пойти в бар. Отметить завершение работы. Выпить чего-нибудь прохладного. Но к нему подсел неизвестный в чёрном плаще, шляпе и тёмных очках, скрывающих половину лица.
   - Мистер Базиль Буртэ? - глухим голосом со странным акцентом произнесли по-английски. - Не хотели бы вы заработать две тысячи франков?
   Работник прессы нервно сглотнул. Большой кадык корреспондента подскочил сначала вверх, потом вниз и остановился, как у человека, которому не хватает воздуха. Он ревниво огляделся по сторонам - никто не видит? Нет - никого. Медленно ущипнул себя за коленку - не сон? Похлопал глазами - видение странного нанимателя не пропало.
  
   - Что надо делать? - произнесли вместо ответа, авансом соглашаясь на любые условия. Даже не услышав их.
  
   - Завтра в семь вечера в отеле "Насьональ" состоится конференция для прессы. Подведут итоги первого дня фестиваля короткометражных фильмов. Вам надо пройти аккредитацию и присутствовать на мероприятии.
   - Здесь, - передали конверт. - Вопросы, которые необходимо задать представителю кинокомпании "Дюваль Франц".
   Базиль вскрыл конверт. Развернул лист. Прочитал несколько строк. Удивлённо поднял глаза. - Это всё? Всё, что надо сделать? И за это... целых, две тысячи франков?
   - Да, - кивнули головой. - Если не против - вот, задаток.
   - Я согласен.
   Незнакомец поднялся. Собрался уходить.
   - Она снова угадала, он согласился - даже не торгуясь, - бросили по ходу странную фразу.
   - Постойте, месье. Могу я немного приукрасить вопросы? Это... так сказать, мой профессиональный стиль. То, что отличает меня от других!
   - Хорошо, только не переусердствуйте.
  
   Пару минут спустя радостный богач кометой, сметая всё на своём пути, нёсся по коридору. Завернув в сторону складских помещений, он специально споткнулся об Джунго, молодого, неимоверно тощего мулата, подрабатывающего по мелочам в редакции и типографии.
   - Эй, малый! Помнишь, я задолжал тебе два франка? - перед носом юнца помахали только что законченной новостью. - Возьми, вот эту чепуху. Разбавь своей чепухой, если хочешь. Словом, доведи до благополучного конца. И сдай машинистке. Можешь поставить свою подпись. И всё! - Я тебе ничего не должен.
  
   ***
   Первая пресс конференция "Парижского фестиваля короткометражных фильмов" была длинная, скучная и не предвещала каких-либо сенсационных событий. Журналисты откровенно скучали, клевали носом, бесцельно смотрели в потолок или перечитывали старые статьи. Фильмов в раздел "Документальное кино" было заявлено мало. Все были местного производства. Сняты "молодыми" неизвестными режиссерами. Да ещё демонстрировались во время обеда. Так, что половина присутствующих позволила себе пропустить их просмотр и сейчас отбывала наказание просто "ради галочки".
   Симон Дюваль, отвечал на вопросы неторопливо, будто отвешивая на весах каждое слово...
   - В моём фильме "Фараоны - боги со Звёзд."  есть небольшой эпизод: Там показана настоящая стена с древними рисунками и потёртыми иероглифами. Это такой специальный сценарный ход - для усиления эффекта проникновения в историю. Всё остальное: Несметные сокровища, летающие пирамиды, взрывы от лучевого оружия пришельцев, всё это, видеоэффекты и красочные декорации.
   - Спасибо за ответ, - ведущий окинул взглядом собравшихся в зале. - Мадам! Месье! Ещё вопросы к месье Дювалю? Есть?
   Некоторое время в зале царила полнейшая тишина, затем раздалось нерешительное покашливание. С одного из низких кресел поднялся полноватый мужчина с копной спутанных светлых волос и большим мясистым носом.
   - Позвольте мне.
   - Пожалуйста.
   - Базиль Буртэ, издание "Франс суар". Месье Симон, скажите? Зачем вы показали в фильме древнюю карту, которая указывает путь к затерянному городу фараонов? Вы что? Хотели таким образом победить в Фестивале? То есть, решили, покажите зрителям карту сокровищ - они заинтересуются - начнётся ажиотаж и жюри присудит вам первое место?
    
   - Какую ещё карту? - Дюваля охватил ступор. Глаза у него остекленели, челюсть отвисла. Брови взлетели вверх. Лоб весь сморщился. Он явно не ожидал такого вопроса. Никаких карт, по его сведению, в фильме не было и быть не могло.
    
   - Я долго работал в Каире. Участвовал в нескольких экспедициях. Был на раскопках в Долине царей. Тщательно изучал иероглифическую письменность Древнего Египта. Так вот: Ваш, древний рисунок на стене. Про который вы сказали, что он единственный настоящий эпизод в фильме! Чётко знаками описывает путь к подземному древнеегипетскому городу - хранилищу. По сути, на стене изображена карта пути к огромному погребальному комплексу фараонов. Причем по количеству отметок довольно объемному и разветвлённому. Например, я отчетливо рассмотрел знаки, означающие царские спальни, сокровищницы, склепы, залы бальзамирования, складские и оружейные комнаты и даже - будуар.
   - Месье Буртэ, вы несёте какой-то бред! - Дюваль недовольно затряс головой, словно попытался забодать противного журналюшку-выскочку.
   - Повторяю в последний раз: Ваши выводы - вздор! В моем фильме, это просто красивый эпизод - картинка. Из найденного чёрт знает где, чёрт знает кем, из засыпанного чёрт знает когда, коридора? Понимаете?
   - То есть вы сняли короткометражную ленту? - придирчивый корреспондент намертво вцепился в глотку деятеля киноискусств. - Всему миру презентуете уникальную карту, где возможно скрыты несметные богатства и погребены тонны древних артефактов. И даже об этом не догадываетесь?
   - Знаете, что?! - Симон нервно сцепил пальцы на груди. Он вспомнил и произнёс фразу, которую часто повторяли по телевизору. - На все ваши вопросы - "Без комментариев".
   - Скажите, сейчас, когда вы узнали, что владеете бесценным сокровищем! На многие миллионы! А может быть даже на миллиарды! Увидят ли ваш фильм зрители? Выпустите ли вы его в прокат? Чтобы люди действительно могли начать поиски?
   - Теперь, не знаю - надо подумать, - Дюваля трясла лихорадка. Он начал вертеть головой, ища чьей-то поддержки. - Мне надо поговорить с... Короче, надо поговорить. И тщательно обдумать... Что чёрт возьми делать с этой дурацкой картой?!
    
   Мёртвая тишина зала сменилась таким шумом, точно взорвали или, по крайней мере попытались взорвать Елисейский дворец. Газетно-журнальные волки начали вскакивать с мест. Громыхать сидушками кресел. Толкаясь, продвигаться ближе к сцене. Поспешно извлекать диктофоны. Мигать фотовспышками. Фотографировать Дюваля.
   ... - Месье Симон? Неужели всё правда? Вы обнаружили карту, ведущую к древнему городу с несметными богатствами? Нашли её и не кому не сказали? Как же так?
   ... - Месье Дюваль? Какова величина сокровищ? Определите хотя бы примерный размер? Их много? Очень много? Или безумно очень много?
   ... - Симон? Почему сами не воспользовались картой? Не желаете разбогатеть? Чего-то боитесь? Вам угрожают? Это Политики? Криминал? Тайное общество масонов? Ещё кто-нибудь?
  
   Секретарь безнадежно пытался успокоить присутствующих. Он громко стучал деревянным молоточком по столу.
   - Месье! Мадам! Прошу тишины! Мы собрались здесь, чтобы обсуждать фильмы. Документальные ленты. Кино, в конце концов! А не древние карты, сокровища и затерянные города египетских фараонов. Давайте успокоимся и будем задавать вопросы по существу.  Или хотя бы по очередности.
   ....
  
   Утро следующего дня стонало от ужаса и билось в истерике от заголовков центральных газет...
   "Лё Монд"  "Фильм "Дюваль Франц" возвращает Франции золотую лихорадку? Будут ли жертвы?".
   "Либерасьон"  "Спешите видеть! Стоимость карты сокровищ - всего один билет в кино!
   "Пари-зьен Либере"  "Гонка за легендарным золотом фараонов началась! Кто возьмёт джекпот?".
   "Лё Фигаро"  "Симон Дюваль... Я подарю миру город с несметными сокровищами! - И делайте с ним что хотите!".
   "Депеш дю Миди"  "Ни слова правды! - Дювальная афёра или Симонная фальсификация!".
  
   ***
   Отец основатель компании "Дюваль Франц" грозно насупился. Обвел кабинет тяжелым, исподлобья взглядом.
   - Этот журналь негодяй, ответить за всё!- Я желать прямо завтра начать суд над сукинь сын! Мой адвокат давить его как клёп, стереть в пыль, в порошок. В трухуа... Как он только посметь? Придумать... такой плохой тема вопрос?! Жуть! Кошмаль! Теперь мой жизнь нет отбой от газетчик. И как говорят у вас Россия, похож на большой психический пансиональ.
   - Да... Пошло не по плану, - задумчиво произнёс молодой парень. Он смотрел на Дюваля немигающим взглядом и думал о чем-то своем. - Ладно. Это у нас из плохого. А что есть хорошего?
   - Хороше-го? - Симон удивленно поднял брови. (Что в этом кошмарном кошмаре может быть хорошего?).
   - Этот день, у нас нет положительный новость! Ни один! Хотя... Франсуаза наконец решить дать деньги на студиа. Но! У неё есть условий: Я должен ехать с ней Египет - искать сокровищ.
   - Замечательно! - пальцы путешественника во времени довольно пробарабанили пальцами по столу. - Всё-таки, она согласилась профинансировать нашу работу? Умница графиня! И сколько даёт?
   - Месье Иванов! - смущенно потупились. - Как можно задавать такой вопрос? Сейчас? В этот минут? Вы знать Франсуаза есть азартная мадам. По её мнений - я, есть удача, победа, талисман всех мероприятий её жизнь. Она хотеть с моей помощь побеждать трудность. Получать успех. Признание. Богатство. Я сильно её отоваривать и сопротивлять от этих предложений. Там, есть всё плохо: Египет, песок, жара, духота, сухость, нет никакой вода. Она есть будет искать страдать. А вам интерес только сумма?
   - И всё же, сколько она даст? За то, что вы будите её сильно отоваривать и сопротивлять? - весело передразнили француза, подмигивая "лиловым" глазом в сторону окна.
  
   - Пять миллионов франков! И десять, если мы вместе ехать искать сокровищ.
  
   "Нежирно тебя оценили - талисман!", - пронеслось у кого-то "в кучерявой голове". - "Могла бы дать больше - скряга!".
   - Послушайте, Симон. А ведь, это, выход: Принимайте предложение графини - и поезжайте в Египет. Все репортеры, газетчики, журналисты - стройными толпами ринуться за вами. Вы сейчас популярны, а станете вообще мега звездой! Только представьте заголовки: "Дюваль лично возглавил поиск сокровищ!", "Всем, всем, всем - экспедиция третьи сутки не выходят на связь!". Или, вот - "Кровавые разборки в дюнах - жизнь по цене воды!". И наконец, лучшее - "Ещё десять тысяч миль и золотой город (Ключик) будет найден!".
   Пока вы там гуляете - мы спокойно доснимем кино. А когда месяца через два, в волю накопаетесь, нароетесь, набродитесь по пескам - ничего не найдёте - вернетесь - скажите всем, что неверно расшифровали иероглифы. И всё - проблема решена: Все рады - довольны. По-моему, отличный, всех устраивающий вариант?
   - Нет, месье Иванов! Так делать не есть правильно. Я есть серьезный ответственный человек. Я так не мочь - бесцельно ходить - бродить - искать непонятный сокровищ. Мне надо работать. Делать деньги. Снимать кино. Быть в курсе событий мой киностудий.
   - Хорошо, - глубоко вздохнули. - Месье Симон! Слушайте ответственное поручение на много-много миллионов франков: Вы, официально, для всех, вместе с графиней, отправляетесь искать клад. Неофициально, как руководитель компании "Дюваль Франц", нанимаете людей и начинаете подбирать место для сьемок нового фильма. Через месяц - два, согласно вашим поискам, ткнёте пальцем в понравившейся бархан, возле какого-нибудь засохшего саксаула, и приступите к раскопкам - созданию декораций для нового фильма. Вот, вам ответственная работа - понятно?
   - Раскопки? Для декораций? Я правильно слышать? Мы будем снимать кино? Пустыня? Бархан? Саксаул? Вы придумать новый сумасшедший сценарий? На много миллион?
  
   - Естественно, - ясновидящий предсказатель многозначительно погладил подбородок. Сузил глаза, уставился вдаль, словно просматривая грядущее...
   - Это будет масштабная лента про потомков пришельцев, которые стали фараонами. Значит, так: Действие фильма начинается в песках Египта. На раскопках археологи находят старинный огромный кольцеобразный артефакт для перемещения людей в космосе. Герои, используя находку, путешествуют по планетам. На одной из них на путешественников нападают злобные враждебные инопланетяне на своих летающих тарелках. Далее, хорошие ребята оказывают сопротивление, захватывают иноземное оружие и побеждают плохих захватчиков. Итог: Всё замечательно - все плачут - рыдают - смеются от счастья - рукоплещут. И главное, название картины такое, зовущее зрителей в залы... Скажем: "Звёздный путь во вселенной". Или даже - "Звёздные врата - путь домой".
   - Месье Иванов? Позвольте? А как быть предложение Франсуаза де Бенье поиск древний город сокровищ? Это же есть обман? Она - больной игрой человек - доверять нам последнее - давать деньги на фильм? А мы так нехорошо с ней поступать?
  
   Над вопросом задумались. (Дался им этот город!)
   - Ладно. Обещаю. Сразу после окончания съёмок эпизода в пустыне. Специально для мадам графини. Прямо на том месте, или где-нибудь поблизости, разыщем, найдём, откопаем древнеегипетскую могильницу или усыпальницу.
   - А богатства?
   - И богатства - будут. Куда же без них. Все-таки, десять миллионов франков помощи единственного спонсора, на дороге не валяются!
  
   46.
   Стенды участников "Парижского фестиваля короткометражных фильмов" были скромны, легки и просты в оформлении: Небольшая стойка, стул возле информационного плаката с названием студии и рассказом о фильме. Милый улыбчивый представитель, отвечал на вопросы, раздавал худенькие брошюры с материалами. Предлагал попробовать небольшие конфетки из вазочки.
   "Мега киноконцерн "Дюваль Франц" не искал легких (Дешевых) путей к сердцу зрителя. Всё было солидно, громоздко, дорого. В конце большого холла отеля, в затемненном углублении во всю глухую двадцатипятиметровую стену, был размещен широченный экран, на который проектор неустанно набрасывал нарезки "многочисленных" короткометражных лент "всемирноизвестной" киностудии.
   В сторону выставочного стенда стояла огромная очередь из страждущих просвещения. Каждый желающий (А их было не мало, особенно после известия о карте сокровищ) за символическую плату (Десять франков) желал приобрести у актёров "Дюваль Франц" видеокассету с рекламой. Получить автограф киногероев. Сфотографироваться и даже принять участие в беспроигрышном розыгрыше призов. Для удовлетворения небывалого ажиотажа, были брошены в "бой" практически все работники компании.
  
   - Товарищ Шурик? - к Александру Демьяненко протиснулась неизвестная женщина, улыбнулась и процитировала известную фразу из фильма "Иван Васильевич меняет профессию". - Здравствуйте. Вы, до которого часа сегодня работаете?
   - Бонжур, мадам. Хорошо говорите по-русски. Мы знакомы?
   - Нет! - женщина прищурила глаза. А затем продолжила сыпать фразами из фильма, в котором снимался популярный актёр Демьяненко. - Но безумно... безумно хочу познакомиться. Я очень настойчивая!
   - Кстати, товарищ студент, - поклонница перешла на фразы из фильма "Кавказская пленница". - Вы здесь - какими судьбами? Нефть ищите?
   - Не совсем... - решили поддержать игру таинственной незнакомки. Ответили словами своего героя из того же фильма". - Участвую в этнографической экспедиции. Собираю фольклор. Записываю старинные сказки, легенды... тосты.
   - Александр! - женщина счастливо заломила руки. - Я пересмотрела все фильмы с вашим участием по несколько раз. Выучила наизусть практически все фразы. Вы - мой любимый комедийный актёр! Поставьте автограф.
   - И всё-таки, мадам, с кем имею честь вести беседу?
   - Я, Грудинина Екатерина Сергеевна. Дипломат. Меня пригласили на подведение итогов фестиваля. Оказывается, в конкурс включили музыкальный ролик творческой группы из СССР. Представляете? Как он попал сюда - кто такие "Берёзки" - о чём они поют - ума не приложу? Иду на мероприятие - смотрю - вы. Глазам не поверила. Я конечно слышала - актёр Демьяненко снимается где-то во Франции. Но встретить, вас, здесь - не ожидала.
  
   - Аз есмь, Я. Эх! Житие мое... - повторили слова режиссера Якина из фильма "Иван Васильевич меняет профессию".
  
   - Александр? Разве может быть плохое житие во Франции? - "несчастного" внимательно осмотрели. Выглядел он впечатляюще: Дорогой европейский пиджак тёмно кирпичного цвета, из-под которого выглядывает модная сорочка в полоску. Плюс толика французской неформальности: узел французского шелкового галстука повязан на два сантиметра ниже расстегнутой верхней пуговицы, на руке заметны швейцарские часы.
   - Вы наверно прибедняетесь? В прессе пишут, ваша игра настолько потрясла компанию Дюваля - что он согласился платить по пятьдесят тысяч франков в неделю. Специально для вас выкупил дорогущий загородный особняк. Выделил вам индивидуальную массажистку, косметолога, шофёра, который возит вас на "Лимузине" представительского класса?! Разве не так?
   - Екатерина Сергеевна! Не верьте! Всё ложь и обман. Западная пресса, как всегда, искажает действительность.
   - Неужели?
   - Абсолютно и бесповоротно: Временно приютили в старинном загородном замке. Поселили в огромной спальне. Там сырость, слякоть, холод, голод и по ночам толпами бегают приведения. По поводу машины - опять наврали - передвигаюсь не на "Лимузине", а на старом - подержанном вертолёте. Который кашляет, чихает и постоянно ломается прямо в полёте. Про последнее, даже говорить смешно - платят вовсе не пятьдесят, а какие-то жалкие двести пятьдесят тысяч. Разве же это деньги для нормального актёра из страны Советов? Тем более здесь - за границей. Поверьте, мне - чаю попить не на что!
  
   Поклонница широко открыла глаза, соображая, что это сейчас перед ней было. Поняла - Демьяненко шутит.
  
   - А если серьезно, - продолжили изливать душу. - Для меня сняли уютную квартирку в пошаговой доступности от места сьёмок. В павильон добираюсь пешком в сопровождении переводчицы. Про зарплату говорить запретили, сославшись на условие - коммерческой тайны. Трудится приходиться не просто много, а очень много. Как в песне - от зари до зари, от темна до темна. Развлекаться, отдыхать, гулять по городу - некогда. Работа, работа, работа.
   - Бедняжка, - пожалели актёра. И снова начали цитировать героев из фильма "Операция "Ы"" - И это в то время, когда наши космические корабли бороздят просторы Вселенной и все континенты рукоплещут труженикам нашего большого балета! Здесь, в центре Европы, во Франции, в самом городе Париже! - практически рабовладельческий строй. Ужас!
   - А знаете, что... товарищ Шурик? - женщина игриво повела глазами. - Если сильно заскучаете по Родине - или станет жалко птичку, которая оторвалась от коллектива - заходите к нам на огонёк, в посольство. Всё-таки, мы - люди не чужие - Советские. Накормим. Напоим. Тосты новые узнаете...
   - Тосты? Так я не пью!
   - Ха, щутыник! - работница дипмиссии оттопырила два верхних пальца от кулака. Привычно, по-кавказски, взмахнула рукой. - А мы, пьём? Чего там пить!
   - Вы меня не так поняли... - Александр четко шпарил, повторяя слова студента-этнографа из "Кавказкой пленницы". - Я совершенно не пью. Понимаете? Не имею физической возможности.
   - Вот по этому поводу, товарищ Шурик, у меня родился тост. В трёх экземплярах: Ждём вас завтра, на его презентацию, всем коллективом, в шесть вечера. И не вздумайте опоздать! Иначе - "Memento mori"! - Моментально. - В море!
  
   47.
   Родители графини де Бенье в общении друг с другом были подчеркнуто нежны и вежливы...
   - Родной, - ворковала молодая жена на вид едва достигшая тридцатилетнего возраста.
   - Дорогая, - нежно воздыхал углублённый сединами муж в возрасте далеко за шестьдесят.
   - Милый, - томным мелодраматическим голосом снова произносила она.
   - Да, сладкая, - отвечали ей.
   Когда после обеденной церемонии, приглашенного в гости Симона позвали посмотреть фотоальбомы, он почувствовал, что у него раскалывается голова. Это "развлечение" напоминало упражнение из давно забытого с детства урока английского языка: Это мой муж. Это мая жена. Это наша дочь - Франсуаза. Это мы - дружная семья. Это наша девочка приехала в гости. Это мы её любим и подарили яхту...
  
   После получасовой пытки словами (Это, эта, эти) Симон решил отпроситься "покурить" в места, не столь отделенные. Его круглые, мясистые плечи медленно оторвались от кресла. Графиня де Бенье остановила его совершенно другим голосом...
   - Месье Дюваль, вы заметили - как мы сильно любим нашу единственную дочь. Оберегаем и заботимся о ней. И вдруг узнаём! О, боже! Какой ужас! Кошмар! Она собирается в Египет? Непонятно с кем! Представляете - искать древние клады? Туда, где может произойти всё что угодно. Бедная, несчастная, глупая девочка - она такая доверчивая и легкомысленная - любой проходимец может заморочить ей голову - а затем завести и бросить погибать её где-нибудь на дороге.
   - Симон, - гортанно протрубил граф. - Верно, что она обещала деньги на ваш фильм, если вы поедите с ней?
   - Да.
   - Месье! - "добрая" мачеха чувственно закатила глаза. - Я поговорила с мужем, и мы приняли решение: Мы дадим вам больше на... пять миллионов франков! Если вы сможете отговорить нашу дочь от этого безумства.
   - Видите ли... мадам, - Дюваль начал подбирать слова, чтобы объяснить, что её взрослой, сорокалетней падчерице ничего не угрожает. - Не всё так страшно и опасно как вы себе представляете. Я бы даже сказал - это совсем не опасно. И вовсе не страшно. И ей абсолютно нечего бояться.
  
   Услышав неопределённый ответ, графиня, резко, до синевы, сжала губы. Начала быстро перелистывать страницы альбома. Ткнула рукой в фото человека в военной форме.
   - Это мой двоюродный брат - месье Анри Шаранс, - змеёй прошипела "любящая мать". - Он возглавляет Национальную жандармерию Франции. Лично знает министра. Про него говорят - жесткий, требовательный и беспощадный к преступникам человек. Он всегда помогает нам, если у нас возникают неприятности.
   - Дорогой? - женщина посмотрела на графа. Придала голосу трагическую дрожь. - У нас же нет неприятностей?
   - Вроде... пока... не было, - задумчиво поскребли щеку.
   .....
  
   - Не слушайте мою жену, - граф де Бенье отвёл Симона в сторону на приватный разговор. - На самом деле, я рад, что девочка нашла увлечение и наконец-то вырвется из этого замкнутого семейного террариума. Пусть поедет, развлечётся, отдохнёт. И ещё, Симон, у меня к вам будет небольшая просьба: Франсуаза единственный мой ребёнок от первого брака. Я сильно переживаю и даже готов выделить десять миллионов франков, сверху того, что она обещала, если вы перенесёте раскопки куда-нибудь... поближе к обитаемому миру.
   - Перенести раскопки? - Дюваль не понял предложения графа. - Поближе к обитаемому миру? Это как?
   - Мы с женой согласны на поездку нашей любимицы. Ходите, бродите - копайтесь в тёплом песочке. Но! Она должна быть в зоне видимости крупных городов, домов, отелей. Может быть - даже парков. Лучший вариант, чтобы за ней можно было наблюдать в бинокль.
   - Позвольте, месье? - морщины на лице гостя удивлённо поползли вверх. - Если следовать символам карты, сокровищница находится в местах, где нет городов, отелей и уж тем более парков. И в бинокль вы её не увидите.
   - Симон! - произнесли твёрдым голосом, не принимающим возражения. Лицо графа покраснело и приобрело хищное выражение. - Я достаточно обеспеченный человек! Я могу себе позволить пятнадцать миллионов сверху того, что она вам пообещала. Это мое последнее предложение! Пятнадцать - вы услышали меня? И не франком больше. Вы либо соглашаетесь и начинаете раскопки там, где мы вас увидим или у вас начнутся неприятности прямо с завтрашнего дня. И уж поверьте - они будут очень большими!
   .....
  
   - Месье Дюваль, одну минуту! - графиня де Бенье догнала Симона на выходе.
   - Разве вы уже уходите? А как же десерт?
   - Понимаете... После разговора с вашим мужем, я вспомнил, что неверно перевёл несколько иероглифов. Так, что надо срочно внести изменения в маршрут экспедиции.
   - Месье... - женщина обернулась по сторонам, проверяя нет ли кого поблизости. - У вас есть прекрасная возможность заработать гораздо больше того, чем предложил мой муж!
   - Мадам, я весь внимание! Каким образом?
   - Я заплачу больше, в два раза, если эта противная сучка "Случайно" потеряется на две-три недели в пустыне. При этом она должна сильно мучиться, страдать. В жару, под солнцем, без еды, воды. Да, и ещё! - оказаться в компании сексуально озабоченных арабов - гробокопателей. А если она после этого, внезапно сдохнет или пропадет без вести, то я утрою сумму вашего вознаграждения. Вы, понимаете меня?
  
   .....
   Путешественник во времени, внимательно выслушал рассказ Дюваля, подытожил...
   - Итак, чтобы получить наибольшую финансовую "помощь" от семьи де Бенье, мы должны: Отправить тебя с графиней на поиски сокровищ. Это даёт нам десять миллионов. Начать раскопки в пошаговой доступности от населенного пункта с хорошим отелем и парком отдыха. Это ещё пятнадцать. Затем на несколько недель похитить графиню. Запереть вместе с толпой сексуально озабоченных арабов. Оставить без пищи и воды. Дать время, чтобы они пострадали и помучались. За это получаем отдельно тридцать миллионов. И наконец! Суперприз - стоимостью в сорок пять миллионов франков за то, что мы где-нибудь тихо укокошим твою подружку, заявив, что она пропала без вести. Итого, в сухом остатке, за одно мероприятие, можем заработать от пятидесяти до семидесяти миллионов франков.
   - Хмм, - задумчиво почесали подбородок. - А что? Симон? Шикарная раскладка?! А ты не хотел ехать?
   - Месье Иванов? - с ужасом произнёс компаньон. - О чём вы есть говорить? Вы в свой уме?
  
   48.
   В зале, где снималась передача "Голубой Огонек" стояли столики. На них настольные лампы с мягким рассеивающим светом, бокалы на длинных ножках и бутылки боржоми. За столами расположились мужчины и женщины в приличных костюмах и платьях. Зал выглядит уютным и праздничным. Сквозь занавеси из серебристого серпантина появилась исполнительница очередного номера. На ней подчеркнуто строгий туалет: длинная черная юбка и белая блузка в пене кружев. Артистка плавно "проплыла" к середине зала, к микрофону. Скромно склонила голову. Рассеянным взглядом обвела столики. Начала петь что-то зауныло-тоскливо-жалостливое.
   Звукорежиссёр программы Артём Речкин устал слушать в пятый раз одну и ту же композицию, подпёр рукой голову, надавил пальцами на глаза - изображение певицы в глазах раздвоилось. Нажал сильнее, прищурился - фигура женщины раздалась, пополнела, покрылись радужными пятнами. Работник с силой сдавил веки - темнота полностью растворила изображение. От рутинной, однообразной работы было горько и тоскливо на душе. Мысли о том, что кто-то в "этой" жизни занимается не своим делом, когда другие творят, до костей "изгрызли" его сердце.
  
   - Темыч? - помощник вернул Артёма на грешную землю. - Кажется, голос у исполнительницы какой-то не естественный. Может добавить низов?
   - Не. Не надо. Итак, похрипывает. Нормальный у неё голос.
   - А если чуть верхов?
   - Тогда завоет, как вурдалак. Оставь, как есть - лучше не будет. Это максимум.
   - Ладно. Тебе виднее. Ты старший.
   Помощник успокоился на несколько минут. Внимательно посмотрел на состояние коллеги, тщательно массирующего виски. И снова спросил... - Темыч? Что-то случилось? Заболел? Или поссорился с кем? С утра сам не свой?
   - Леха? Скажи? - Речкин ответил вопросом на вопрос. - Как они это делают? Каким образом?
   - Кто они? И что делают?
   - "Берёзки". Представляешь? Вчера принесли фонограммы на передачу "Кабачок 13 стульев". Там такая запись! Всё идеально: Качество! Звук! Чистота! Ни пылинки, ни былинки, ни одного лишнего шороха. И главное, я не могу понять? Каким образом? В затрапезном ДК? Удалось записать такие качественные фонограммы? И главное на чём? Гении, блин! Кулибины доморощенные! Сидят где-то в подвале, на коленке, пишут так, как я не могу сделать на импортной аппаратуре?! Второй день хожу сам не свой. В голове не укладывается... КАК?
   - Послушай, вот звучание идеальной фонограммы, - Артём приподнялся. Дотянулся до клавиши магнитофона. Включил запись. (Зазвучала мелодия очень похожая на песню "Маде ин Индия" в исполнении Алиши Чинай https://www.youtube.com/watch?v=IvloHsmi_vg).
  
   Дехи хай саари дуния, Япания се леке Рошия
   Австрэлия се леке Америка
   ....
   Маде ин Индия. Маде ин Индия...
   Эк дил чаахие вотс маде ин Индия.
  
   - Действительно, круть, - оценили качество записи. - Поют конечно здорово. И мотив прикольный. Только я не понял? Причём тут Индия? Кабачок вроде?.. Как бы из Польши? Там у них всякие пани, паны и прочая швыдче-швыдчая шепелявая лабудень? А тут песня про Маде ин Индия?
   - Не бери в голову, - отмахнулись рукой. - Они там, по Новогоднему сценарию, получают музыкальные подарки из разных стран. Так это привет из Индии.
   - Молодцы! Интересно придумали. Не то, что у нас. - Кивнули в сторону экрана. - Как будто отпевают - за упокой.
   - Слушай, Тёмыч? А давай её перепишем? Вечерком возьмём, послушаем дома.
   - Че перепишем? Куда перепишем? Ты вообще, о чём? Ещё даже не вышла передача! Нельзя этого делать.
  
   В комнату без стука, торопясь, словно боясь опоздать на скорый поезд, вошла инспектор пожарной безопасности. Полная, тучная женщина с трудом протиснулась между столами с аппаратурой, остановилась и подозрительно осмотрела присутствующих. Выдохнула.
   - Так!!! Уважаемые товарищи, господа, сотрудники... - произнесли голосом, не терпящим возражений и отказов. - Внеплановая проверка пожаробезопасности.
   - Чего это вдруг? - работники телевидения недоуменно переглянулись. - Нас в том месяце проверяли.
   - А это новая проверка. С приказом знакомились? Графики внепланового обхода смотрели?
   - Э.. Вроде, что-то такое, видели.
   - Значит недовольства по поводу внепланового контроля быть не должно! Давайте, согласно инструкции, будем быстро всё заново проверять. Сразу первый вопрос: В помещении имеются тяжёлые, взрывоопасные, горючие, легковоспламеняющиеся или сильнодействующие ядовитые вещества?
   - Нет у нас такого. Отродясь не было. Да и не зачем нам.
   - Так, так, так, - прошлись по комнате, строго осматривая снизу доверху забитые аппаратурой шкафы. - Уверены? Ладно. Поверим на слово. Хотя по лицам вижу - что-то не договариваете. Скрываете?
   - Второй вопрос: Свечи, пиротехнические изделия, бенгальские огни... в свободное от работы время - зажигаете?
   - Наталья Степановна, - возмутился звукорежиссёр. - Какие бенгальские огни? Вы, о чём? Мы работаем - верстаем программу. А вы нас отвлекаете.
   - Вижу! Как работаете: Сидят, дымят, курят, развалились, музыку импортную слушают про какую-то "Ман-ин-дью". Окурки разбросали по столу. Свинарник развели... Огнетушитель, здесь стоял - куда дели?
   - На стену повесили. У шкафа.
   - А план эвакуации, где?
   - Там же.
   - И кто его подписал?
   - Товарищ Востриков Тэ Пэ. Ещё в прошлом году.
   - А печать на нём, почему смазана?
   - Это уже не ко мне вопросы.
  
   Строгий инспектор продолжала, тяжело дыша, пристально всё осматривать. Выискивать, к чему бы придраться. (Надо было что-то найти - надо! Окурки и смазанная печать - это не серьёзно).
  
   - Кстати, голуби мои! На последнем профсоюзном собрании принято решение запретить в рабочее время решать кроссворды, головоломки, ребусы, шарады и прочую лабудень. Вы, тут, случайно, пока все заняты делом, кроссворды не разгадываете?
   - Нет.
   - А это, что? - наконец-то нашли "Огромное ПРОТИВОПАЖАРНОЕ" нарушение. Указали на запасной выход, заставленный коробками из-под аппаратуры. Радостно потёрли ладони. - Я знала, я чувствовала, я догадывалась - ЕСТЬ серьёзные нарушения! А это повод составить "Акт". Всё ребятки - приплыли - сушите весла!
   - Наталья Степановна, да говорите уже, что происходит? - у Артёма не выдержали нервы. - Вы же зашли не случайно? Кто-то пожаловался? До этого было всё нормально. И коробки не кому не мешали. И про выход никто не вспоминал. И проверок внеплановых сроду не проводили. А тут, сразу... раз - и куча нарушений?
  
   "Противопожарная мымра" улыбнулась. Мгновенно превратилась в добрую фею. Смущенно повела глазами в сторону и вверх...
   - Говорят вчера вечером, пан Итальянец спел под фонограмму новую песню. Все обсуждают её. Напевают. А я не слышала. Включите послушать. Ужас как интересно.
   Речкин задумался на несколько секунд. Недовольно махнул головой. - Наталья Степановна, до выхода программы этого делать нельзя. Запрещено.
   - Значит, по-хорошему, не желаем! - улыбка сбежала с лица ответственной "Пожарницы". - Ладненько. Тогда будет по-плохому...
   - Лица, виновные в нарушении "Правил пожарной безопасности", - по памяти начали "зачитывать" инструкцию. - Несут уголовную, административную и дисциплинарную ответственность, в соответствии с действующим законодательством. Придётся, на вас товарищ Речкин, составить "Акт". А ещё, тут по всему полу, разбросаны горелые спички. Явно что-то поджигали. И аппаратура у вас не заземлена, и провода из розетки болтаются. А главное! - Вы мне грубите - а это уже очень серьёзно правонарушение!
   - Хорошо, - быстро сдался звукорежиссёр. - Включу песню Итальянца. Но! Только один раз! И вы сразу уйдете, вместе со своими проверками, актами и придирками. Договорились?
   - Конечно, уйду. Давай... включай.
  
   49.
   - Пам! Пам! Парам-пам-пам! - в кабинете основателя кинокомпании "Дюваль Франц", весело напевая победоносный марш, без приглашения и предварительной записи, открыв дверь ногой, с шампанским в руках, появился двоюродный брат Дюваля - Жорж.
   Широко улыбаясь, незваный гость открутил проволоку, резво тряхнул бутылку, смачно стрельнул в потолок пробкой. Начал наливать пузырящий напиток в стаканы, стоящие на столе.
   - Ё-ххо, Симон! Мы сделали их! Наши фильмы признали лучшими во всех номинациях! Это не просто удача - это грандиозный успех - триумф! Давай, бери посудину. Поднимай вверх. За это надо выпить. И не один раз!
   - Прости, Жорж! - Дюваль был хмур. До выезда на раскопки непонятного чего неизвестно куда оставались считанные дни. - Я не могу сейчас распивать с тобой спиртное. У меня много важных дел и забот. Будь они трижды не ладны! Поверь мне - некогда.
   - Чудак человек! - легкомысленно махнули рукой. - Какие могут быть дела, заботы?! Когда, тут, такое! У нас все призовые места. Это невиданный успех - понимаешь? Наши фильмы покажут по телевидению! А нам заплатят хорошие деньги. И это ещё не все новости: Я только, что с "Телевизьон Франсез". Разговаривал с самим Пьером Тромбито. Если ты не в курсе - он один из директоров телеканала. Так, вот! Они не просто согласились показать наши ленты - они хотят двенадцать! повторов в течении года! Симон, за такое грех не выпить. Давай, брат - глотай - до дна...
  
   Жорж весело подмигнул Дювалю левой бровью. - Я... тут подумал, поразмышлял, прикинул, посчитал. Похоже, мы занимаемся не своим делом. Кому нужны сейчас эти скучные, никчемные полнометражки? Мороки много - славы никакой. Надо больше снимать короткометражных фильмов! Вот, где нас ждёт успех. Признание. Почёт. Если всё пойдёт как я задумал - годика через два станем известными, знаменитыми. Переплюнем братьев Люмтэ из "Стар-фильмс".
   - Спасибо за предложение, - яркая речь брата не произвела впечатление на Дюваля. Он по-прежнему оставался хмурым, погруженный в свои тяжёлые мысли. - Короткометражки, это не моё. Я сделал тебе приятное. Выручил. Показал пример. Далее крутись сам.
   - Ладно, брат. Скажешь, не твое! - в бокалы долили спиртного. - Я...Ты... Мы с тобой - семья! Двигаем общее, нужное, прибыльное дело! Крутим "Бизнес" - как говорят янки. Так, что - давай, ещё по одной... За нас, наш успех и наши большие деньги. Вздрогнули!
   - Договорились. Выпьем. И ты, уйдёшь.
   - Да погоди ты меня выпроваживать... - деловой партнёр не желал никуда уходить. Он отошёл от стола, развалился в кресле. Оценил его упругость, размеры. Покрутился из стороны в сторону. Закинул ногу на ногу. Погонял воздух между щёк.
   - Симон, у меня к тебе... новое, умопомрачительное предложение! На большую и круглую сумму! С огромным количеством нулей. Ты же хочешь быть богатым и знаменитым. Воротить большими деньгами? А? - по глазам вижу - хочешь.
   - И какое у тебя предложение?
   - Мой бедный и несмышлёный братик... Что скажешь, узнав, что теперь я работаю на телевидении? Представляешь? На Центральном телевизионном канале! Я! Теперь серьёзный, деловой человек! Отвечаю за программу, в которой будет звучать популярная музыка из новых кинолент?
   - Ты? Будешь делать музыкальную программу на телевидении? - задумчивый хозяин кабинета наконец-то очнулся от спячки.
   - Представь себе - да!
   - А музыку откуда возьмёшь? Что за киноленты?
   - Оттуда - ткнули пальцем в сторону потолка. - Из наших с тобой клипов! Они сейчас мега популярные. Да и музыки там много! Я подумал, посчитал: Тут, подрежем - там, уберём - здесь, переставим, склеим. Может что-нибудь добавим из фильмов других компаний. Думаю, передач на пять - семь наскребём. Далее пойдут повторы. Потом лучшее из повторов. Затем лучшее из лучших, лучшее из предыдущих, лучшее из последних. В конце добавим по заявкам зрителей, несчастных мамочек, озабоченных домохозяек, одиноких старушек. И так далее, прочее и тому подобное без конца... И за всё это нам будут платить большие, серьёзные суммы.
  
   - Как тебе предложение? Согласен творить со мной? По глазам вижу... - согласен.
  
   Дюваль откинулся на спинку кресла, постучал пальцами по столу, поднял глаза на "безумного" родственника, застыл на мгновенье и выдохнул, помотав головой...
   - Нет.
   - Почему?
   - Потому!
   - Тебе, что?! - недовольная улыбка исказила лицо гостя. - Жалко музыки для любимого брата? Хорошей, красивой, популярной. Симон, представь! - рейтинг программы мгновенно взлетит вверх. Я стану известным. Меня пригласят работать в другие проекты! А может и на другие каналы. А это: - Деньги! Деньги! Деньги! И бешённая популярность. Я пойду вверх, а значит и ты останешься не забытым.
   - Жорж, я не могу согласиться. Музыкальное наполнение кинороликов - личная прерогатива продюсера. Это его работа, его творчество - его "ноу-хау". У нас в компании чёткое разделение: Я делаю свою работу - он свою. Поэтому, НЕТ!
  
   Будущая звезда телеэфира скривилась, будто сразу разжевала два лимона... - Симон, поговори с ним. Делов то? Предложение настолько прибыльное. Я только намекнул руководству канала идею передачи - мне сразу предложили сумасшедший гонорар. Симон, поговори? Хочешь, я дам тебе пять процентов сверху.
   - Нет.
   - Десять! Пятнадцать!
   - Даже не проси.
   - Двадцать!
   - Нет!
   - А, понял в чём дело... - "Любимый" родственник разочарованно вздохнул. Достал и положил на стол тощий конверт. - Прости меня. Совсем забыл. Здесь тысяча двести тридцать два франка. Долг, который я не отдал тебе двадцать лет назад. Симон! Ну, забыл... с кем не бывает. Возьми деньги и поговори с продюсером. Двадцать процентов - огромная сумма. Хочешь двадцать пять? Тридцать?!
   Дюваль, в ответ, вытащил из ящика стола свой конверт. (Значительно толще). Обратным движением двинул оба конверта в сторону собеседника... - Это, премия от компании за участие в конкурсной программе. Всё! Разговор закончен. Забирай и уходи.
   - Симон... - двоюродный брат поморщился, замотал головой. Скривил лицо. До синевы закусил губу. - Умоляю... Единственный раз в жизни! Мне наконец-то повезло: Пообещали хороший гонорар. Карьерный рост. Уважение. А ты говоришь - нет! Что плохого в моём предложении? Есть отличный товар - есть бешенный спрос. Да и делать ничего не надо. Всё просто! - ставь треки из клипов - получай доход - ВСЁ!
  
   - Жорж, - строгий брат был твёрд и нерушим как скала. - Бери деньги и иди. Мне некогда болтать по пустякам - надо работать.
  
   Отвергнутый гений вытащил из внутреннего кармана четыре толстые, замусоленные пачки банкнот, перетянутые резинками. Нехотя положил на стол.
   - Здесь, все мои сбережения. Я прошу, возьми их и расскажи продюсеру о моей идее. В прошлый раз ему понравилось. Может сейчас, тоже поймёт? Симон, дай шанс. В последний раз! Будь же ты человеком!
   Дюваль задумчиво, не проявляя эмоций, посмотрел на деньги. (На глаз было около двадцати тысяч франков).
   - Симон, - продолжали упрашивать. - Ради наших матерей! Мы же родня. Должны помогать друг другу. Что тебе стоит?
   "Да, уж! - послал бог родню" - читалось в глазах отца основателя кинокомпании.
   - Симон, ради наших будущих детей! Ты же знаешь? - я, тут, собираюсь снова женится. Копил с самого детства. А эти средства отложил на похороны. И к тому же я, только что, отдал тебе долг!
  
   - Хорошо, - нехотя выдохнули. - Поговорю в последний раз. Но! Если он согласится, то девяносто процентов дохода от проекта отдаёшь мне.
  
   - Брат? Это грабёж! - проситель задохнулся от неслыханной наглости. - Я работаю как раб на плантации по двадцать часов в сутки! Выдумываю гениальные идеи. Творю без перекуров и перерывов на обед. Горю как свеча. Похудел на семь килограмм. Почти поседел. А ты хочешь девяносто процентов?! За что?
   - Как знаешь, - Дюваль показал своим видом - аудиенция закончена, терять время на "всяких подзаборных" двоюродных братьев он не намерен.
   - Подожди. Давай хотя бы пятьдесят на пятьдесят?
   - Девяносто, Жорж. Девяносто! И каждое своё новое предложение, согласовываешь со мной. Только на таких условиях я готов поговорить с продюсером. И это моё последние слово. Иначе - всё! Выход из здания, в той стороне.
   - Э... Постой... Погоди... Хорошо. Я согласен, - произнесли страдальческим голосом, с тоской наблюдая, как все его сбережения, даже не пересчитав, легко смахнули в открытый ящик стола.
   ***
  
   Максим остановил просмотр записи на видеокамере.
   - И что это было? - пробубнил он недовольно и посмотрел на виновницу, стоящую у входа. - Сюжета нет. Юмора нет. Ничего нет. Одни цветочки, природа, птички с бабочками летают. Кузнечики стрекочут. Да корова спит на лугу.
   - Где небывалая комичность ситуации? Позитивный настрой? В каком месте смеяться или удивляться? Я же просил тебя открыть портал в период, когда можно снять что-нибудь неординарное, нелепое, забавное. Или настолько редкое, что увидеть можно раз в столетие, да и то не всякому. А ты чего натворила? Молчишь?
  
   - "И-и-ть", - оправдываясь, проскрипела дверь под дуновением ветра.
  
   - Чё, ить? - путешественник во времени строго свел брови. - Я потратил на тебя кучу времени. Показал бездну обучающего материала: Начиная "С самого смешного видео" и заканчивая всякими "Сам себе режиссёр" и "Лютыми приколами". А в ответ по-прежнему только ить да ить и ничего больше! Я тебе про одно - ты мне показываешь другое. Вот, как с тобой общаться? Как?
  
   - "Тт-тун", - негодница резко хлопнула скобой об косяк. Закрылась. "Сжала зубы". Слилась со стеной. (Наверно обиделась на самого выдающегося дверимучителя).
  
   - Ладно. Не дуйся. Есть у меня ещё одна идея. Должна сработать. Я тебе показываю срежиссированный ролик. А ты стараешься найти и показать мне похожий эпизод из реальной жизни.
   Экран ноутбука повернули в сторону обиженной. Продемонстрировали примерно следующее видео https://www.youtube.com/watch?v=6iBgbsqDHeM).
   - Здесь медведь и рыбак дерутся из-за выловленной рыбы. Этот эпизод считается очень смешным. Твоя задача найти что-нибудь подобное или похожее про медведей и рыбаков. Или охотников. Пусть они бегают друг от друга по лесу, полю - желательно смешно. Понятно?
  
   - "И-ть"... - дверь мелко задрожала и приоткрылась.
  
   По проселочной дороге, грозно рыча, рядом с троицей нерадивых грибников, практически в одну линию, весело перебирал ногами небольшой медвежонок. Зверь не отставал, не обгонял, а просто наслаждался забегом в приятной компании. Через пять минут приятной пробежки ближний из "спортсменов", с перекошенным от ужаса лицом, споткнулся о торчащий на дороге корень. Выронил рюкзак с продуктами. Упал. Прополз несколько метров. Остановился. В ужасе закрыл голову руками. Заорал, прощаясь с жизнью.
   Медведь подошёл к несчастному, проигравшему забег, решил поддержать, обнюхал. От резкого запаха мужского пота смешно скорчил мордашку. Облизнул нос. Потёр лапой, прогоняя прочь неприятные ощущения. Затем учуял запах продуктов. Схватил зубами мешок с припасами и оглядываясь чтобы не отобрали "Злые дяди", поволок добычу прочь от жертвы...
  
   - Вот! Можешь, когда захочешь! - Максим с удовольствием пересмотрел видео. - И ракурс выбрала неплохой. И солнце светит откуда надо. И сняли сразу хорошо с первого дубля. И "жертв" почти нет.
   - Что можно сказать о такой помощнице? - Максим был сама доброта. - Умница! Молодец!
   Он задумчиво поскреб подбородок...
   - Хотя... есть одно замечание - проём открывай размером поменьше. Идеально вообще, чтобы он был с объектив. А то неизвестно кого больше испугались грибники: небольшого медвежонка или человека, парящего в воздухе с камерой. И... ещё! Всё-таки нужно немного, а может быть побольше добавлять авторских задумок. И тогда будет - совсем другое кино!
   .....
  
   Босс сицилийской мафии Тони Карбоне был крупным, массивным мужчиной, твердым как кусок гранитной плиты. У него было большое квадратное лицо, угловатость которого подчеркивали его короткие, торчащие ежиком, жесткие черные волосы. Брови у него были густыми и прямыми, взгляд черных глаз пронизывающий и цепкий. Чисто выбрит, рот казался узкой прямой и длинной щелью. Тяжелый подбородок и массивная челюсть довершали портрет.
   Он немного покачал стакан с двойным бурбоном, чтобы подтаял лед, а затем резво проглотил половину содержимого.
   - И будь добр, Марио, - Карбоне бросил тяжелый взгляд на тощего, похожего на крысу, человека. - Пусть будет так, чтобы в последний раз я увидел имя комиссара Конте в некрологе. Сделай всё по-тихому. И больше, я не хочу не знать, не думать, не слышать о нём - понятно?
   - Хорошо, босс, - прошипели в ответ.
   - Вот и ладненько, - вторая половина напитка пропала в бездонной глотке. - А теперь - иди. Мне надо побыть одному. Посидеть в тишине, подумать.
   - Ба-бах! Бах! Бах! - громкие выстрелы разорвали тишину дома, как только захлопнулась дверь.
   - Взинь-вьють-дьюнь, - куски свинца заметались из стороны в сторону.
   - Да-дах! Тах! Тах! Тах! - "работники" службы охраны тут же открыли ответный огонь. Стали слышны крики, ругань, топот бестолковой беготни по лестницам.
   - Бах! Бах! Ба-бах, - продолжало огрызаться с разных концов дома.
  
   - Армандо! - Карбоне приоткрыл дверь, позвал старшего. - Диаволо! Что происходит? Кто стреляет? Да ответьте же мне... Идиото!
  
   - Неизвестный в доме, синьор Карбоне! - полный человек зигзагами, пригибаясь как в американских боевиках, подбежал к двери босса. - Похож на ненормального. Бегает по дому, мечется по коридорам. Пуляет во всё подряд. А ребята... как положено, стреляют в ответ. Ещё минута и мы возьмём его.
   - Стреляют? Вы, что, там? Совсем каццо?! Ночь! Центр города! Полицейский участок в двух кварталах. Мэр города спит, почти за углом. А они тут открыли стрельбу. Немедленно прекратить. Взять психа по-тихому. Нам не нужно шума. Никакого. Ясно?
   - Да, Тони. Понятно. По-тихому. Взять. Только как же его взять? Без шума? Он же чокнутый... и пуляет во всех?
  
   - Ступидо! Думай! Голова у тебя на что? Критино - неотёсанно чурбано тебя задери!
  
   - Шарахх-бах-бах! - у кого-то не выдержали нервы, и он бросил гранату в коридор. От резкого звука в помещении задрожал пол, повылетали стекла в окнах. Посыпалась штукатурка со стен. Пополз едкий запах горелого дерева.
   - Фредо, - кто-то хрипло орал из-за угла и топал ногами. - Я видел его на втором этаже. Там, он. А может их больше. Стреляй, давай - стреляй! Да не туда - в центр долби! А теперь бери выше.
   - Тах! Та-тах! Тах! - Сандро, прикрой! Захожу слева.
   - Шарахх-бах-мах! - ответная граната не заставила себя ждать. Всё в округе покрылась пылью, песком и известкой. В одной из стен появилась огромная сквозная дыра. Что-то начало сильно гореть.
   - А-а-а... Тах! Тах! Та-тах! Парни... кажется Карло подстрелили. Кровищи то сколько?! Да я за него всем пасти поотрываю!
  
   - Прекратить огонь! - перекрывая шум стрельбы, пытались остановить безобразие. - Тихо всем! Не стрелять!
  
   - Та-тах! Тах! Тах! - не слушая никого, увлечённо продолжали лупить с одной стороны дома.
   - Вдзинь, - пустая обойма отлетела в угол.
   - Тра-та-та... тах-тах-тах, - очередями отстреливались с другой.
   - Вьють-вьють-вьють... взик-взик, - развлекались пули, весело отскакивая от стен, потолка, плитки на полу.
  
   - Виу-у. Виу-у. Иу-у, - звуки полицейских сирен вклинились в гомон беспорядочной стрельбы, звучащей ночью прямо посередине города.
  
   Через полчаса в разбитом доме Карбоне деловито сновали карабинеры. Проводили осмотр места побоища. Что-то, осматривали, замеряли, записывали в блокноты.
   - Скажи мне, Тони? - Комиссар Конте вопросительно посмотрел на мафиози, руки которого были скованны наручниками.
   Полисмен, в который раз похлопал себя по одежде, стряхивая белую пыль. Смачно чихнул.
   - Зачем ты обсыпал меня кокаинам, когда я заходил к тебе в кабинет? Это же надо додуматься! Повесить над входной дверью полное ведро наркотика, прикрепить верёвкой над дверью и высыпать мне на голову, когда я заходил внутрь. Это, что? Теперь так принято встречать "любимую" полицию?
   - Хмм... недовольно заскрипели зубами в ответ.
   - А город зачем разбудил ночью? Дом свой в щепки разнёс? Стреляли - зачем? Тут, кроме ваших, никого нет?
   .....
  
   Где-то далеко-далеко, за тысячи километров от места происшествия, пересмотрели полученную запись. Продолжили внутренний диалог самого с собой...
   "Надо же! А ведь с авторскими задумками и дополнительным реквизитом сюжеты клипов получаются интереснее. Причем, ГОРАЗДО интереснее".
  
   50.
   Каир, неповторимый, загадочный, пёстрый. Все смешалось в нём: расы, языки и разноцветные тюрбаны, гутры, шапочки, шляпы. Везде, куда не глянь, сновали египтяне, сирийцы, турки, персы, бедуины, евреи и европейцы, женщины в чадрах с корзинами на голове, полураздетые нищие, чумазые детишки. Все куда-то шли, двигались, спешили.
   Роберт Гордье, шеф безопасности кинокомпании "Гомон", смотрел на улицу из окна небольшой кофейни. Несмотря на запрещающую табличку "Ноу смокинг", он достал сигарету, щёлкнул зажигалкой и нервно закурил. Красноречиво вскинул левую руку, посмотрел на часы. Золотые стрелки "Патек Филипп" у позолоченных цифр отсчитывали золотое время. - Его время.
  
   - И где носит этого..... (В голове прозвучало очень неприличное определение). Раздражение настойчиво пробиралось по нервам Гордье в мозг. Начинало бесить.
   Колокольчики на дверях звякнули и тот, про которого только, что вспомнили "добрым" словом появился на входе.
   - Вы вновь опаздываете, - недовольно протянул Гордье, обращаясь к частному детективу.
   - Договорились на три часа. Сейчас, без десяти пять! Похоже, слово пунктуальность для вас пустой звук. С каждым разом задерживаетесь всё больше и больше. Как можно так поступать? Что вы за человек? Я бросаю дела. Несусь, в этот чёртов Каир. Жду от вас отчёта. А вы, где-то гуляете?!
   - Месье Гордье, главное в нашем деле результат! - в ответ на обвинения хитрец присел на стул, прищурил глаза и начал философствовать. - Время вторично. А для результата необходимы деньги. "Будут деньги - будет результат" - кажется, так говорят "В этой засыпанной песком пустыне".
   - Я заплатил вам пять тысяч франков! - глаза заказчика широко раскрылись, потом сузились, превратившись в пылающие злобой щелки. Пальцы до синевы сжались в кулаки.
   - И что с того? - спокойно ответили, откинувшись на спинку стула. - То было в Париже, месяц назад. Там были одни дела - здесь другие. Вы, что хотите, чтобы я всю жизнь работал на вас за один платёж? Я не мать Тереза и на паперти не подаю.
   - Месье Боттарфлю! - Гордье вскочил с места. - Вы бесчестный человек. И ведете себя как последняя распутная женщина, думаете только о себе.
   - Ничего подобного. Я просто ожидаю доплату за внеплановую работу. Платите деньги - узнаете много интересного. Поверьте, мне есть что сказать.
  
   Томительная пауза вместе с дымом от не затушенной сигареты поднялась к потолку и повисла на несколько минут.
  
   Пунцовое лицо нанимателя налилось злобой, глаза подернулись мутной пеленой. Прерывисто дыша, он выдохнул. Покусал губы. Принял решение. - Хорошо. Сколько вы хотите?
   - Три тысячи франков. Не меньше! Причем здесь, сейчас и наличными.
   Гордье открыл кошелёк. Брезгливо отсчитал и бросил на стол несколько бумажек.
   - Теперь я могу узнать, что произошло... такого? За что вы просите внеплановую оплату?
   - Конечно, - сыщик взял банкноты, пересчитал и аккуратно засунул в карман. - Когда Симон Дюваль прилетел в Каир, я думал, он отправиться искать сокровища. Поедет куда-нибудь в сторону "Верхнего Египта" в Долину царей. В тех местах, больше всего старых храмов, засыпанных гробниц, не найденных усыпальниц и пирамид. Там всегда отирается много сброда - все чего-то ищут, роют, копают.
   А Дюваль взял и некуда не поехал. Он купил за городом участок с заброшенным котлованом. Нанял рабочих. И начал активно рыть траншеи, канавы, копать ямы. Затем, рядом с котлованом собрал странную конструкцию, похожую на огромное кольцо. Опустил её внутрь и засыпал песком. Как бы похоронил. И стал ждать.
   - Чего ждать?
   - Вот! На решение этого вопроса и ушли средства, которые я получил от вас в Париже: Я хотел знать - чего он ждёт. Зачем? Для чего? День, два, три, неделю. Симон, под прицелом толпы газетчиков, журналистов, охотников за удачей, бродил по участку, чего-то высматривал, высчитывал, замерял. Он даже притащил подзорную трубу. И стал по ночам смотреть на звёзды.
   - Ересь, чушь, ерунда и бред, - Гордье протянул руку и почесал затылок. - Похоже "порнушник" действительно сошёл с ума, наслушавшись русского чревовещателя. Что здесь можно найти? Отродясь не было ничего кроме песка! А звёзды причем? Ладно. Бог с ним - со старым маразматиком. Рассказывайте дальше?
   - Через неделю появились актёры, массовка. Дюваль заставил их разучивать и репетировать древнеегипетские песни, танцы, ритуалы. Ночами, под светом огня от факелов, люди ходили кругами, выли и отбивали поклоны на песке. Затем они откопали и подняли кольцо. А он всё снял на камеру.
  
   Внезапная догадка оттенила лицо заказчика. - Послушай. А может Симон снимает продолжение фильма?
  
   - Я тоже так думал. А потом, понял - нет. Как-то странно всё, запутанно - непонятно: Начали копать землю для декораций - нашли горшок со старинными украшениями. Решили перенести ограждение площадки - наткнулись на тайник черных археологов. Репетировали ритуал - отошли в сторону на несколько метров - звяк лопатой в песок - там, плиты с древними письменами и рисунками. И ещё одно интересное наблюдение: Все удачные находки случаются в одно время. Каждую пятницу к вечеру в лагере Дюваля кто-то что-то обязательно находит. Кстати, завтра пятница. Значит - завтра, по моим расчётам, состоится очередная находка.
  
   В глазах Гордье заблестели алчные угольки. Он дрожащей рукой достал из кармана вскрытую пачку сигарет "Житан", щелчком выбил одну из-них, задумчиво покрутил в руках и, не закуривая, бросил в пепельницу...
   - То есть, ты, хочешь сказать, он действительно расшифровал старинную карту, и теперь потихоньку, тайно от всех, выкапывает древние сокровища.
   - Месье Гордье, - вымогатель искренне развёл руки в стороны. - Если у вас есть ещё пятьсот, а лучше тысяча франков. Я чётко отвечу на ваш вопрос. А без денег - только догадки.
   - На, бери, - дрожащими руками киношник вытянул из кошелька банкноты. - Слушай, а эту... карту? Ту, по которой он находит древние ценности? Возможно, как-то аккуратно скопировать, достать, выкрасть? А лучше всего - подменить?
   Детектив прищурил глаза, принял таинственный вид. - Месье, если вы любите риск и есть достаточная сумма? То почему бы и нет?
   ....
  
   "Эта кошечка, пожалуй, очень даже ничего...", - Франсуаза де Бенье прицокнула языком, рассматривая фигуру статуэтки богини Бастет в каталоге "Утерянные ценности Египта". Представила её в своей гостиной рядом с дворецким. Потом разместила в прихожей, подняла на тумбу, подвинула к окну. Вынесла в сад, поближе к фонтану. Вернула назад - в дом.
   Франсуаза опустила глаза, рассеяно, "по диагонали" прочитала описание артефакта: Единственный... уникальный... древнеегипетский... изготовлен в 5000 году до нашей эры... похищен... место нахождения до сих не известно.
   - Симон, мой седовласый тигр-р, - она томно потянулась, привлекая внимание мужчины. - Я поняла, что хотела бы найти в этой пустыне.
   - Вот, это... чудо, - искусительница показала картинку. - Представляешь! Если, вдруг, случайно обнаружим. Заберу себе. Поставлю в спальне, возле тумбочки, рядом с твоим фото.
   - Постой, любовь моя, - Симон оторопело выпучил глаза. - Ты же, ещё два часа назад, мечтала о легендарном колье царицы Нефертити.
   - Да ну, его... - вредина поджала губки. - Статуэтка гораздо интереснее.
   - Уверена?
   - Скорее, всего, да... - перевернули страницу и широко открытыми глазами стали рассматривать очередную картинку.
  
   51.
   Директор кинотеатра "Россия" дождался, когда заместитель зайдёт к нему в кабинет. Кивком головы указал на свободное место.
   - Я только что из управления. Просят внести изменения в программу "Неделя современного европейского кино".
   - Аркадий Семенович, позвольте, как же так? - зам удивленно вскинул густые брови. - Программа давно утверждена. Согласована. Рисуем афиши. Какие изменения?
   - Степаныч... надо, понимаешь? - Пальцем ткнули в потолок. - Там, просят помочь...
   - Опять? Помогать? Товарищ директор, сколько можно?
   - Столько - сколько нужно, - хозяин кабинета добродушно пробасил, улыбаясь. - Работа у нас с тобой такая... Степаныч. Нести культуру в массы, не взирая на сложившиеся обстоятельства. Так, что давай - руки в ноги - принимайся за дело.
   - И кого понесём на этот раз?
   - Французская "Дюваль Франц".
   - Товарищ директор, вы меня конечно извините. Я работаю в кинопрокате более двадцати лет. И не разу не слышал названия такой компании. Кто они? Что снимают? Я не знаю про них ни-че-го. А вы хотите их сразу включить в список ответственного мероприятия.
   - Вот, и в Управлении, не знают. Никто не знает. Компания молодая. Работ с "Гулькин нос". Сняли две коротких ленты. Победили в каком-то конкурсе. Воодушевились успехом. Соединили два фильма в один. Приехали к нам. Пытаются завязать отношения. Руководство посмотрело одним глазком на их "мазилки" - вроде ничего. И главное - стоят не дорого. В общем, пока идут переговоры, есть возможность узнать интерес зрителей. А тут, мы, под боком - и наша "Неделя европейского кино".
   - Аркадий Семенович? Так, что - если мы рядом? И у нас мероприятие? То будем показывать всех подряд? И хромых, и косых, и больных?
   - Ладно, не ворчи. Французы, под "Киноделю", дарят два новых кинопроектора. Так что мы в любом случае в прибытке. Сам, как считаешь? Народ пойдёт?
  
   - Куда он денется. На французское кино всегда есть спрос. Особенно если там снимаются звезды первой величины. Или актёры, имена которых на слуху. Кстати, жанр фильма, какой?
   - Научная фантастика.
   - А звезды, есть?
   - Вроде, нет.
  
   Заместитель директора задумчиво почесал лоб.
   - Франция? Научная фантастика? Неизвестная никому компания? И известных актёров - нет? Тогда они правы... надо "сильно" посмотреть.
   ...
  
   Мириады колючих звёзд, рассыпанные по черному бархату небосвода, равнодушно и холодно смотрели на скитальца, упорно пробиравшегося по обширным, нехоженым, неведомым тропам галактики. Двигатели огромного космического корабля монотонно гудели, потрескивали, безумно проглатывали парсек за парсеком. Далеко за кормой проносились созвездия, туманности и холодные миры с потухшими звёздами.
  
   - Кинокомпания "Дюваль Франц" - со стороны экрана звучал приятный баритон. - Представляет научно-фантастический фильм Симона Дюваля - "Фараоны - боги со звёзд".
  
   Пустые коридоры инопланетного гостя казались бесконечными. Мигающие геометрические узоры и ровное, без теней освещение, создавали странный зрительный эффект: Стены помещения незаметно переходили в потолок. Они казались то близкими, то как бы раздвигались и временами даже словно совсем исчезали, таяли.
   В зале с камерами анабиоза клубился густой разноцветный туман. Феерия красок плывущей субстанции непрерывно менялась: С васильково-пурпурного, до золотисто-багрового, с сине-зеленого на огненно-красный. То там, то здесь, подобно утопленникам, сквозь бурлящую пелену, проявлялись прозрачные саркофаги со спящими в них инопланетянами.
  
   - ...Музыкальное сопровождение - творческая группа "Берёзки". В фильме использованы композиции альбомов "Энергия жизни" и "Звёзды нас ждут"...
  
   Космический гость начал торможение. Покрылся плазмой огня. Минуя несколько планет системы, вышел на круговую орбиту голубого шара. Снизил скорость. Виток за витком, стал двигаться вдоль линии экватора. Под брюхом звездалёта замелькали бескрайние массивы непроходимых лесов, огромные лужи морей, изломанные хребты гор, извивающиеся подобно змеям нити рек... Вздрагивая всем корпусом, он стремительно проходил облака, прошивал насквозь, словно нанизывал одно за другим. Почувствовав цель, корабль дёрнулся, клюнул носом. Чуть сместил направление в сторону желтого пятна, раскинувшегося вдоль величественной реки. Устремился к земле покрытую застывшими волнами барханов.
  
   - ...Автор оригинальной идеи - Макс Русс Райт. Закадровый текст читают Александр Демьяненко и Галина Рост.
  
   ***
  
   Пик... Пик... Пик..
   Московское время шесть часов. Доброе утро, друзья! В эфире, радио "Маяк"...
  
   Площадь перед кинотеатром "Россия" была переполнена желающим купить вожделенный билетик на невиданное зрелище.
   - Люди добрые, только что с поезда. Первый раз в Москве. Иду к родственникам. А тут, такое столпотворение! Да ещё в такую рань-перерань. Скажите, что случилось?
   - Ничего не случилось.
   - А чего толпитесь? У нас, во Владивостоке, так рано никого не собрать!
   - Фильм, хороший - французский. Фантастика. С девяти начнут продавать билеты.
   - Ух, ты! Понятно. А кто последний? За кем занимать?
   - Идите вдоль очереди. Поверните направо, потом налево, потом снова направо. Возле остановки спросите.
   .....
  
   - Артём Григорьевич, уверяю вас! - полноватый мужчина волнуясь снял очки. Протёр их платком. - Такого подробного изображения Марса, Сатурна, Плутона, которые показаны в фильме, я не видел даже на снимках, присланных со спутника. А Большое Красное Пятно на Юпитере? Там такой цвет, качество, детали, подробности.
   - Коллега, вы уверены, что это не декорации?
   - Абсолютно. Создалось впечатление, оператор вместе с камерой перенёсся в космос, завис над каждой из планет, а затем в движении осуществил сьёмку.
   - Но это немыслимо! Этого просто не может быть. Это какой-то нонсенс!
   - Вот, и я говорю. Вам, как заведующему кафедрой, надо всё увидеть своими глазами. А я, с вашего разрешения, захватил фотоаппарат.
   .....
  
   - Женщина, вы последняя?
   - Я не последняя. Я двести сорок седьмая.
   - А кто последний?
   - Бабушку на лавке, видите? С костылем. У неё спросите. Она занимала за мной.
  
   - Утро доброе. Подскажите, вы последняя за билетами?
   - Нет, дочка. За мной парень в синем костюме. Он отошёл, но вернётся - ребёнка повёл в садик. За ним женщина, такая серьезная, в белой кофточке. Тоже ушла - скоро придёт. Потом, вон тот ужасный волосатик, в брюках и рубахе в петухах. За ним пришли мужчина, с неприятной девицей. Постояли - подумали - ушли. Куда ушли - не знаю.
   - В общем, - девушка сделала преждевременный вывод. - Кто последний - не скажите?
   - Как не скажу? - от навязчивой пенсионерки не так-то легко было отбиться. - Скажу. Двадцать минут назад последней занимала женщина с сумкой. Та, что стоит спиной к фонтану. За ней пенсионер с тележкой. Только он сразу предупредил - дождётся дочери, и уйдёт. Ему надо в поликлинику к восьми. Анализы сдавать. Потом, значится, пришел, в-о-он тот мужчина с большим пузом. Видите? За ним, значит...
   .....
  
   - Серёга!!! - взъерошенный, похожий на воробья, парнишка доказывал другу очевидные истины. - Говорю, это - "Звёздные войны"!
   - Костян, с кого перепуга? - не верили фантазёру. - Причем, тут, "Звёздные войны"? В афише сказано "Фараоны - боги со звёзд". Название другое.
   - И что? Дюша Смолкин вчера ходил, такое рассказывал. ТАКОЕ! В общем инопланетник, прилетает на Землю. В Древний Египет. Начинает вспоминать молодость: Подойдёт к стене с древними иероглифами. Приложит руку. Хрясь - рисунки оживают. Превращаются в эпизоды. А там уже настоящие зарубы между звездолётами, космолётами, боевыми роботами. Пушки, лазеры - шмайзеры пуляют всякие "Гамма-бета-зета" лучи. Я послушал его - понял - такое могут показать только в "Звездных войнах".
   - Костя! Это совсем другое кино. Сам посуди: Там, страна США. Здесь, Франция. У них название фильма - "Звёздные войны". Здесь, на афише - "Фараоны - боги со звёзд". Там, играют америкашки - тут, французы. - Всё абсолютно разное.
   - Серый! - спорщик не хотел менять точку зрения. Упёрся "рогами" в стену, отстаивая свою правоту. - Дюша Смолкин врать не будет! Значит, французы выкупили фильм. Набрали актёров, пересняли. Назвали по-другому. А всё остальное - один в один! Я тебе отвечаю: Придёшь - увидишь!
  
   ***
  
   Зал приема гостей посольства Франции в Москве выглядел как всегда: Хрустальные люстры, блеск столового серебра, накрахмаленное до хруста голландское полотно белоснежных скатертей, богемский хрусталь, высокие бокалы... Мягкая музыка из колонок. Непринужденные разговоры. Едва слышимый смех.
   - Мадам Луазаль, вы бесподобны! - Жэром Вэнс, помощник посла, чуть склонился в поклоне. Оценил вкус женщины одетую в изделия от самых дорогих и модных домов мод Парижа. Она была настолько естественна и мила, что казалась, будто только, что спустилась с подиума.
   - Мадам, разрешите присоединиться к поздравлениям по поводу вашего успеха. Поздравить вас лично и вашу компанию с подписанием контракта.
   - Спасибо, месье Вэнс. Мне приятно. Я передам поздравления руководству.
   - Вы не будете против, если я задам один щекотливый вопрос?
   - Прошу, называйте меня по имени. Для друзей, я - Кристина.
   - Оу.. Конечно, Кристина. Буду рад быть в числе ваших друзей.
   - И какой вопрос? - модница одарила поклонника своей самой очаровательной улыбкой. - У моего нового друга?
   - Был на премьере. До сих пор хожу под впечатлением. Это что-то небывалое: музыка, декорации, спецэффекты. Кристина, я просто горд за свою страну. За наш синематограф. За моих соотечественников, которые снимают такое потрясающие фильмы. И тут! О, ужас! Я узнаю, контракт подписан совсем на другую ленту. Как же так? Почему?
  
   - Понимаете, месье Вэнс, - женщина прищурила глаза. Поменяла на лице маски. Превратившись из милой легкомысленной куклы в деловую бизнес тигрицу.
   - Чтобы убедить покупателя прибрести ленту "Беглец со звезд" с Александром Демьяненко, мы решили использовать специальный маркетинговый ход: Подготовили остросюжетный фильм, демонстрирующий все наши возможности. Заказчику работа понравилась. Итог: В нас поверили. С нами подписали контракт.
   - А как же "Фараоны - боги со звезд"? Кристина? Неужели зрители его не увидят?
   - В таком виде, нет.
   - Но, почему? Я бы снова посмотрел его с удовольствием.
   - Ах , Жёром! - маски на лице снова поменялись. - Руководство компании решило доработать его. Сделать более сентиментальным. Ввести новые сюжетные линии, увеличить количество персонажей. Возможно добавить вторую серию. А уже потом выпускать на экраны.
   - Ещё доработать? - работник посольства демонстративно поднял глаза к потолку. - О, Франция! Доработать... такой превосходный фильм?!
  
   52.
   Серо-белые лучи утреннего бело-серого солнца проникали через серые шторы в полутёмную, в серых тонах комнату изобретателя. Яркими получёрно-белыми пятнами освещали множество дипломов и свидетельств, висящих на стенах.
   С верхней полки шкафа, из-за устройства, с гравировкой на корпусе "Унифицированный расширитель пространства", появилась чёрная красавица кошка с белой манишкой на груди и огромным пушистым серым хвостом.
   Животное остановилась, прислушалась к перестукиванию и стрекотанию странной конструкции, с висящей на ней табличкой "Индивидуальный регулятор погоды". Переключатель прибора стоял в позиции "Ясно". Второй указывал стрелкой на деление "+ 25".
   (Где-то далеко в пространстве, за экраном, возникла, а затем усилилась мелодия очень похожая на композицию "Сказочная тайга" в исполнении группы "Агата Кристи"... https://www.youtube.com/watch?v=_Le3iBaecOg).
  
   Когда я на почте служил ямщиком,
   Ко мне постучался косматый геолог.
    
   Домашняя любимица потихоньку пробиралась между непонятными самоделками, на которых отчетливо были видны надписи: "Лучевой уменьшитель предметов", "Портативная машина времени", "Бесконтактный преобразователь энергии".
    
   И, глядя на карту на белой стене,
   Он усмехнулся мне.
    
   Черная хищница, пошевелив усами, обнюхала нелепую конструкцию с выгравированной надписью: "Универсальная чай-кофе-варка". Фыркнула, широко открыла серо-белые глаза.
   Прибор вздрогнул. Заурчал. По выставленному времени включился механизм. Где-то внутри закипела вода. Щёлкнула задвижка. Из корпуса вынырнул бумажный стаканчик, наполненный тёмной жидкостью. Сбоку открылась щелка, из которой выпало два кусочка сахара. Внутрь сосуда опустился стержень похожий на ложку. Перемешал содержимое.
    
   Он рассказал мне, как плачет тайга,
   Без мужика она одинока.
    
   Внутри сложной конструкции раздался звук похожий на перезвон обычного будильника, извещающий о готовности напитка.
    
   Нету на почте у них ямщика...
  
   Лежащий на кровати человек, не поднимая головы, потянул руку, пытаясь найти, выключить надоедливый звонок. Попал рукой в кошку. Чёрная бестия отпрянула, зашипела, смахнула хвостом наполненный кипятком стаканчик на прибор с надписью: "Пространственный перемещатель предметов". Залила водой.
    
   Значит, нам туда дорога,
   Значит, нам туда дорога...
    
   Искры замелькали, запрыгали. Разряды тонкими жилками побежали по неведомой конструкции. Внутри механизма что-то задымило, защелкало, загудело, постепенно превращаясь в свист. Миг и звук стал тоньше, пронзительнее. Рябь волнами пошла по воздуху. Раздался резкий хлопок, и спящий человек исчез из комнаты.
   ......
  
   На черно-белом фоне закружились разноцветные зайчики. Изображение проявилась. Налилось цветом. Заиграло красками. Стало полностью многоцветным.
   Нудно заныли сирены на фоне проблесков сине-красные маячков.
   - Всем службам безопасности! - громом со всех сторон раздавался голос "обезумевшего" компьютера.
   - Нарушение пространственно-временного континуума! Проникновение неопознанного объекта из сектора "Аш-ти-ай... два-два-семь". Грубое нарушение Федеральных законов "16-24" и "30-47", сводных правил общей коллективной защиты: "Два дробь два" и одиннадцать дробь восемнадцать...
    
   Облака в небо спрятались...
   Звезды пьяные смотрят вниз...
    
   Женщина, на грани срыва, со злыми, колючими глазами, сломя голову, неслась по лаборатории, заполненной многочисленными сотрудниками. За ней, тяжело дыша, пытались не отстать "вооружённые до зубов" охранники.  Командирша подлетела к огромному, во всю стену экрану, на котором шла трансляция изображений со множества камер наблюдения.
   - Немедленно ввести план "Перехват"! - безумная валькирия закричала в микрофон.
   - Поднять спец. охрану. Задействовать полицейские патрули. Прочесать сектора: Пять, семь, двадцать четыре. Любым способом пресечь возможности проникновения преступника в "Космозону"... тем более Космопорт". В случае сопротивления, разрешаю открывать огонь на поражение.
    
   И в дебри сказочной тайги...
   Падают они.
  
   .....
   Смена эпизода.
   Тихая, зелёная лужайка небольшого сквера. Пожилой уборщик, подметает листья. Остановился. Метлой указал туристу на покрывшийся ржавчиной памятник старого космического корабля.
   - Это, сынок, первый шатл, полетевший в космос на чистой "5G - энергии".
   - Неужели? Самый настоящий звёздный челнок? - турист, в старинных очках, с интересом подошёл к покосившемуся, давно всеми забытому, заброшенному монументу "Завоевателям космоса".
   - Интересно, а он, летает? - переспросили экскурсовода и заглянули внутрь конструкции.
   - Как же он полетит? - дворник усмехнулся в усы. - Он же... пА-мятник! Они, у нас - не летают!
   - Точно? - беглец протиснулся внутрь монументальной конструкции. Задвинул люк кабины. Уселся на ободранное кресло пилота. Положил руки на рули управления. Осмотрел облезшие стены. Грязные, заляпанные мониторы. Исцарапанную и исписанную маркерами панель управления.
   - Точнее некуда, - дворник продолжил, как ни в чем не бывало подметать листья вокруг площадки.
    
   Вдали улицы послышался рёв сирен полицейских машин.
    
   Парень достал из пиджака странной формы индикаторную отвёртку. Ткнул в один разъём. В другой. Универсальная отмычка впилась в отверстие, хищно зашумела.
   Крышка узла защиты щёлкнула и со скрипом отъехала в сторону. Показались "живые внутренности" кристаллических схем.
   - Значит, говорите - не летают?
   - А-я-яй, какое недоразумение! - руки гостя проворно нырнули внутрь. Начали что-то быстро вытаскивать, соединять, перекручивать. Вставлять в разъемы...
   На приборной панели проснулись и раскрасились шкалы приборов, поползли вверх кубики индикаторов. Замерцали мониторы. Побежали цифры загрузки. Ожила клавиатура управления.
   Пальцы умельца привычно побежали по клавишам. Плавно передвинули ряд рычажков. Щелчками прошлись по линейки тумблеров над головой. Надавили несколько кнопок. Запустили систему жизнеобеспечения...
   Космолёт недовольно зашипел. Окутался фиолетовым туманом защитного поля. Скрипя, словно кусок пенопласта по стеклу, начал выскальзывать из удерживающего каркаса.  Почти бесшумно, на чистой "5G-энергии", поднялся над землей. Завис на мгновение. А затем резво, подобно молнии, нырнул в небо.
   - Э..., - ёлки-метёлки, выпали из рук дворника. Он открыл рот, с удивлением уставился на похищенный экспонат. - Так, это... ты, куда?
  
   53.
   - Максим, это безобразие! - Юлия Борисовна, художественный руководитель группы "Берёзки", жаловалась страннику на невыносимые условия, в которых оказался творческий коллектив.
   - Девочкам надо выступать, расти, совершенствоваться - а нас никуда не берут!
   - Представляешь? - женщина заломила руки.
   - Не особо... - ответил путешественник во времени, погруженный в свои мысли.
   - Нас перестали приглашать на фестивали творческих коллективов. Говорят, идите к профессионалам. Ваш уровень, там. У нас, вам, делать нечего.
   - Значит надо идти к профессионалам, - отрешенно произнес Максим, по-прежнему витая где-то очень далеко в облаках.
   - Да? К профессионалам? Они вообще не желают разговаривать. Сразу рукой в дверь: "Шуруйте к своим. Не путайтесь под ногами. До свидания". В итоге замкнутый круг: Ни там, ни сям, ни где.
   - Постойте... - парень вынырнул из омута грёз. - Юлия Борисовна, нас же пригласили принять участие в городском конкурсе современного творчества "Странные танцы"?
   - Максим, это другое. Это вообще не понятно, что за мероприятие! Организовано для рабочей молодежи со спортивным уклоном. А мои девочки? Они существа нежные. Мягкие. Чуткие. Не будут принимать участие в этом вертепе. Они там все ноги поломают. Я сразу им сказала - нет!
   - Нет, так, нет, - хмыкнул парень и снова погрузился в свои мысли.
   .....
  
   Танцевальный коллектив "Витязи", под громкие аплодисменты зрителей, завершил выступление.
   Художественный руководитель Вадим Берендеев, наблюдавший за концертом из-за кулис, повернулся к своей помощнице Татьяне Рыбкиной.
   - Таня, скажи ребятам - молодцы. Отработали - на пять с плюсом. Видел реакцию жюри, особенно после исполнения акробатических номеров. Это, что-то! Первое место, гарантированно - наше.
   - Вадим Сергеевич, - недоверчиво забурчала невысокая (Метр в кепке) помощница. - Давайте не будем торопиться. Ещё не выступали "Берёзки".
   - Товарищ Рыбкина, - лицо руководителя светилась, предвкушая успех. - Отставить панические настроения! Кто такие "Берёзки? Откуда они взялись? Если бы это был вокальный конкурс - тогда, да. Песни у них хорошие. Но это танцевальное мероприятие. Да ещё не простое, а оригинального творчества со спортивным уклоном. Здесь, нам, равных нет.
   - Вадим Сергеевич, а вдруг они всё-таки что-нибудь придумают? И выступят лучше нас?
   - Что они могут придумать? - высоченный парень, рост которого был метр девяносто, потрепал девушку по волосам. С сожалением подумал: "Хорошенькая, ты Танюшка. Только маленькая. Была бы повыше - сантиметров на семьдесят. Да постарше - года на четыре - цены бы не было".
   - И вообще, я не понял? - педагог обвёл глазами столпившихся присутствующих.
   - Откуда такие страхи? Мы выигрывали этот конкурс в прошлом году. Были лучшими два года назад. Только что вернулись с международного фестиваля из Венгрии где заняли первое место. А ты боишься неизвестных девчонок гитаристок из районного ДК. Самой не смешно от таких рассуждений?
  
   В холле появилась администратор.
   - Товарищи, не будем толпиться за сценой и мешать конкурсантам готовиться к выступлению. Лишние, пройдите в зал.
   - Танюша, давай, иди к ребятам, - худрук начал выпроваживать помощницу. - Встретимся на сцене, когда пригласят на награждение.
   - Разрешите... - приятный женский голос колокольчиком прозвучал прямо возле уха Берендеева. Он, с удивлением, обернулся. Мимо него прошла девушка, неземной, волшебной, словно сошедшей с журнальной странички красоты.
  
   "Ух, ты! - восхищенно зашумело у него в голове. - "Не меньше метра девяносто пять! Хоть и на каблуках - но всё равно, очень, очень высокая, худенькая и просто хорошенькая".
  
   Венера, в обтягивающем вечернем платье, с открытой спиной, с километровыми, точёными ногами, аппетитными коленками, умопомрачительной талией, мило улыбнулась. Застыла. К ней подбежали три ассистентки. Начали придирчиво осматривать, поправлять макияж, прическу, смахивать кисточками "последние пылинки" с одежды. Создавалось впечатление, что технический персонал готовит "трехметровый" гоночный болит к финальному заезду.
   Две минуты спустя из гримерки выпорхнула, и соблюдая дистанцию, позади небожительницы, припарковалась ещё одна дорогущая иномарка - платиновая блондинка, в серебристом "платье-декольте", с фиалковыми глазами и правильным, чуть вздёрнутым носиком. Потом появилась ещё одна участница заезда уже в длинноногом обнажённо-рыжем, по самую талию, исполнении. Потом ещё одна. Ещё...
  
   Челюсть молодого парня выпала и давно лежала на полу. Мозг отказывался адекватно воспринимать информацию.
   Тем временем, смущенно склонив голову, минуя Берендеева, простучало каблучками, очередное божество. (Похожее на зачарованную принцессу из детской сказки https://i.pinimg.com/736x/fd/bc/a1/fdbca19f9e3a55342006de7798b51f0e.jpg). У девушки были и без того большие глаза, а тут она их так раскрыла, посмотрела на него, что кроме глаз, он уже больше ничего не видел.
   "Матерь божья! - Откуда они откапывают таких красоток? Где они обитают? Чем их поят, кормят? В каких оранжереях растят и поливают?".
  
   Работницы группы "Техобслуживания" продолжали наводить последний марафет и готовить участниц к "Старту". Они последовательно перемещались от одного "гоночного болида" к другому. В помощь к ним добавилось ещё два человека.
  
   - Вадим Сергеевич, - где-то далеко внизу, почти у самого пола, появился обиженный голос недомерка-карлика Рыбкиной.
   - Это не справедливо. Я знаю, вот ту девочку. Эта Лана Быстрыкина. Она из модельной студии "Юность Москвы". У неё рост под два метра. И ноги, говорят, наверно - метра четыре. Они специально пригласили её. И вон та девочка, с пышными пушистыми локонами, тоже не ихняя. И вообще! Это не по правилам. За это, надо сразу дисквалифицировать. Что, они о себе возомнили - если они "Берёзки", то им всё можно? Даже правила нарушать? Как же так?
   - Таня, по условиям конкурса допускается приглашать участников из других групп. Меня больше интересует другой вопрос - как они на таких высоченных каблуках будут танцевать? У них же шпилька не менее пятнадцати сантиметров? Конкурс то - оригинального танца? Да они все кости переломают и головы поразобьют?
   - Так пускай разобьют! - внезапно согласилась Рыбкина. - Так им и надо! Может быть тогда, эти вешалки костлявые, поумнеют. И не будут лезть не в свое дело. Танцы - это, не для них!
  
   - Встречаем последних участников концерта - творческую группу "Березки", - слова ведущего поглотил шум аплодисментов и рёв восторженных зрителей.
  
   Лидер заезда глубоко вздохнула, расправила плечи, царственно подняла голову. Широко открыла глаза. И... медленно, чуть покачивая бёдрами, как сказочная длинноногая лань, из-под копыт которой вылетают золотые монеты, начала многокруговой заезд.
   Шаг, шаг, шаг, остановилась, улыбнулась, повернулась... - переполненный зал заводит композиция. (Напоминающая мелодию "Here She Comes Again" в исполнении "Royksopp" https://www.youtube.com/watch?v=rFI4JfbgOSY).
   Шаг, шаг, шаг, игриво повела глазами, остановилась, отставила ножку в сторону, качнулась, поворот... - как патроны, хорошо отлаженного механизма, одна за другой, приходят в движение остальные конкурсантки, исполняя "странные танцы" и выписывая непонятные кружева по сцене.
   Шаг, шаг, шаг, чувственно повела талией, остановилась, качнулась из стороны в сторону, всплеснула руками, повернулась... - волнами развеваются длинные волосы, точёные руки свободно покачиваются, а сумасшедшей длинны ноги, на высоченных каблуках, шагают размеренно и слаженно - так, что не отвести глаз.
  
   - Вадим Сергеевич, - у Рыбкиной, от обиды, покраснело лицо, выступили слёзы на глазах.
   - Как же, так? Это не справедливо! Нечестно! Не по правилам! Они вообще не танцуют. Отрастили ноги до ушей! Понапялили красивые платья и дефилируют - устроили, тут, конкурс показа мод! Вон, даже жюри возбудилось.
  
   "Действительно", - в голове Берендеева прыгали друг через друга восхищенные чёртики. - "Я бы на месте жюри тоже не сидел на месте! Вид, с первых рядов, открывается просто сумасшедший".
  
   ***
   Сияя от похвалы жюри, комплиментов, внимания и обожания зрителей, держа в руках несколько огромных букетов, Юлия Борисовна, наконец-то вышла из Дома Культуры. Спустилась по лестнице и поспешила к автобусу, в котором развозили по домам участников конкурса.
   - Товарищ Стрельникова, остановитесь, подождите, куда же вы? - вдогонку за худруком "Берёзок" из вестибюля выскочил невысокого роста, полноватый, с небольшой лысиной преследователь. Незнакомый мужчина догнал женщину. Пристроился с правой стороны.
   - Вы не ответили на вопрос по поводу встречи с Алексом Штрозе? Он, специально прилетел из Германии. Хочет пообщаться по поводу записи музыки. Предложить интересные условия. А вы всё время убегаете от меня.
   - Гражданин, не помню, как вас там зовут, отстаньте, - беглянка отмахнулась от преследователя, как от надоедливой мухи. Не оборачиваясь, переложила букеты в другую руку, закрылась цветами.
   - Мне некогда. Я тороплюсь. И на непонятные вопросы, по поводу всяких "ЗаписЕй", не отвечаю. До свидания!
   - Постойте минуту. Скажите, когда мы сможем поговорить?
   - Никогда!
   - Но... почему?
   - Потому!
   - Товарищ Стрельникова, послушайте, - приставучий колобок появился с другой стороны букетов. Поднял палец и, как шпагой, помахал им в воздухе.
   - Алекс представляет известную студию. Он может подписать с вами контракт. Вы заработаете неплохие деньги. Будете известны. Вашу музыку станут слушать по всему миру. Подумайте, товарищ Стрельникова. Вы обязаны с ним повстречаться.
  
   Юлия Борисовна подняла охапку цветов двумя руками. "Нырнула" в них носом, закрывшись со всех сторон от нежелательного приставалы. Увеличила скорость движения.
   - Я никому ничего не обязана. Я не с кем не встречаюсь, и встречаться не собираюсь. И вообще! Мужчина - уйдите от меня!
  
   Внезапно беглянка упёрлась, во что-то большое и тёплое - фигурой похожее на медведя. Она удивлённо подняла глаза поверх цветов.
   Дорогу перегородил широкоплечий высокий незнакомец в военной форме. Мощная, словно литая шея, большая круглая голова. Бритое загорелое, несколько полное лицо с крупными чертами, крутой лоб, квадратный подбородок, серые спокойные глаза под густыми, чуть рыжеватыми бровями.
   - Отставить, приставать к девушке, - трубой прогремело поверх голов. Голос у военного был с уверенными командирскими интонациями, твердыми согласными и раскатистым "р".
   - Круго-о-м, - начали отдавать команды прилипчивому ухажёру. - В сторону выхода, без разговоров, шаго-о-м марш. Раз, два.
  
   - Товарищ Стрельникова, мне показалась, вам нужна помощь? - мужчина перевёл взгляд на особу женского пола спрятавшуюся за огромным букетом цветов.
   - Мы разве знакомы?
   - Буду рад познакомиться, - офицер, как положено по уставу, поднёс правую руку к правой стороне нижнего края фуражки.
   - Гвардии полковник Игнатьев... Григорий Петрович.
   - Товарищ Игнатьев - очень хорошо! - беглянка смущенно указала на стоянку автотранспорта перед Дворцом Культуры. - Не могли бы вы проводить меня до автобуса,
  
   - До какого? - в лучших традициях армейского фольклора вояка проявил изумление. (На парковке находился всего один автобус).
  
   - Да самого большого, естественно, - кокетка "бальзаковского возраста" вступила в деловую игру. Ехидно прищурила глаза, обернулась и мстительно посмотрела на отставшего толстяка.
   - Пройдёмте, - сделали приглашающий жест широкой ладонью похожей на сапёрную лопату.
  
   - Вы так на меня смотрите, товарищ полковник, как будто о чём-то хотите спросить?
   - Мне разрешено говорить? - широкие брови военного, рассчитались на "Первый", "Второй", после чего построились домиком.
   - Да уж скажите что-нибудь. Вы же не просто так возникли у меня на дороге?
   - Так, точно. Не с проста. Товарищ Стрельникова, разрешите, от имени командования, пригласить вас, вместе с вашим коллективом "Берёзки", выступить на концерте перед офицерами Московского военного округа.
   - Всего-то? На одном концерте? - дама разочарованно перевела взгляд на кавалера. Всем видом показывая - "Стоило из-за такого пустяка бросаться под ноги?".
   - Виноват... Неправ... Неверно довёл информацию... - В одном концерте на следующей неделе и в двух через неделю. Итого, в трёх!
  
   Жеманница, приняла загадочный вид. (Три - это не один и даже не два. Три, это совсем другое дело. Три - это целых, ТРИ!). Она подошла к двери автобуса, поднялась на ступеньки. Обернулась.
   - А вы очень интересный и настойчивый кавалер, товарищ гвардии полковник. Я подумаю над вашим предложением и перезвоню. Скажем, завтра, к обеду.
  
   Двери транспортного средства закрылись. Авто тронулось с места и начало медленно выруливать с площадки.
  
   - Автобус, стой! Раз, два! - вояка бросился под колёса, расшеперил руки, перегородил дорогу наглому транспорту.
   - Ты чего? Сдурел? А ещё в форме? - водитель высунулся из окна. - У меня вес - восемь тон! Перееду пополам - не замечу!
   Медведь, игнорируя предупреждение, подошёл к двери, с силой раздвинул створки, заглянул внутрь.
   - Юлия Борисовна? Я тут подумал - как же вы перезвоните? Если не записали номер телефона?
  
   54.
   Ассистент режиссёра подняла перед объективом камеры хлопушку и громким писклявым голосом произнесла...
   - "Фараоны - боги со звёзд". Эпизод двенадцать. Дубль три.
   Прозвучал резкий щелчок.
  
   Седая ночь медленно наползла на Фивы - Город Живых - раскинувшийся на восточном берегу великой реки Нил. В эту ночь стражники, сопровождающие Верховного жреца Имхотепа, расположились вокруг и внутри дворца Анк-су-намун. Бритые головы и оголённые тела охранников украшали огромные татуировки собственного тайного культа.
   Золотые двери открылись, и огни факелов, мерцая, осветили вошедшую в зал Анк-су-намун.
   По этикету любовница фараона должна была быть одета в глухое, украшенное золотом и медью, черное платье и её роскошные формы должна была скрывать плотная тёмная накидка. Только из этого на ней ничего не было. Все тело хозяйки дворца было покрытое рисунками. Даже лиф и юбка, стилизованные под крокодилью чешую, были нарисованы прямо на её коже.
  
   Не обращая внимания на присутствующих, Анк-су-намун величественно проследовала мимо присутствующих легкой грациозной походкой, словно плывя над мраморными плитами пола, раздвинула легкие занавеси своей спальни. Вошла внутрь. Живая богиня с оливковой кожей, ни жестом, ни взглядом не выдала, что относится к жрецам как к мужчинам. Те в свою очередь никак не реагировали на её ослепительную наготу.
   Имхотеп, вступил в спальню с балкона. Застывшая маской лицо мужчины показывало, что и он не испытывал заметного волнения, словно не понимал, что любовница фараона предстала перед ним обнаженной.
  
   Милое, по-кошачьи лукавое личико Анк-су-намун, осветила улыбка. Она указала на свое тело...
   - Любимый, - прошептала она. - Это последнее из нанесённых мне оскорблений. Теперь я, словно вещь, без остатка, принадлежу фараону, и каждый день на мою кожу, вместо одежды, выкладывается новый слой краски. Который никто, кроме него, не смет стереть.
   Полная луна взошла и осветила лучами влюбленных стоящих друг напротив друга.
   - Когда фараон умрёт, - произнёс Имхотеп, вплотную подходя к женщине, со всей осторожностью, стараясь не прикоснуться, чтобы не размазать многочисленные узоры, доходящие почти до горла, - трон унаследует его сын, и ты станешь свободной... И тогда никто не сможет помешать нашей любви.
   Верховный жрец чуть вытянул шею, жадно впился губами в губы любимой, и она с такой же страстью ответила на его поцелуй...
  
   - Стоп, снято! - где-то вдали раздался голос помощника режиссера.
  
   .....
   - Франсуаза? - граф де Бенье был похож на доведённого до бешенства огнедышащего дракона.
   - Девочка, милая моя, опомнись! - несчастного родителя трясла лихорадка. - Что, ты, творишь? Ты же графиня де Бенье! Ты, взрослая, умная, рассудительная женщина! Тебе уже не двадцать и даже не тридцать? А ведёшь себя как легкомысленная малолетка. Позируешь обнаженная перед камерами. Показываешь всем свои "достоинства". Компрометируешь семью, отца.
  
   Бунтарка сердито надула щеки. Насупилась. Резко дёрнула головой, взбивая тщательно уложенную причёску.
  
   - Малышка, - стонал отец. - Подумай? Что скажут родственники? Друзья? Деловые партнёры? Когда увидят тебя в третьесортном фильме абсолютно обнажённой?
   - Да, плевать на всех, - дикая необъезженная кобылица взбрыкнула ногой. Выругалась. Закусила уздечку. - А также на их мнение! Я уже давно взрослая и делаю что хочу!
   - Любимый, а я тебе говорила! - к разговору отца с дочерью присоединилась "добрая" мачеха.
   - Дружба с такими типами, как Симон Дюваль, не доведёт до добра. Погляди, что сотворил, этот тайный "педофил-эротоман", с нашей дочерью. До какого довёл состояния. А ведь прошло всего-ничего после их знакомства! А что будет через полгода? Год? Два? Страшно представить! Какая-нибудь дешёвая ночлежка, наркоманский притон, грязные, вонючие арабы, имеющие её по кругу. А может быть вообще, этот Дюваль, продаст её в рабство или сдаст по частям на органы?
   - Не смейте такое говорить о Симоне, - на глаза начинающей актрисы навернулись слёзы. Она до синевы сжала губы. - Он здесь не причём! Я сама попросилась.
   - Сама напросилась сниматься голой? - удивлению графа не было предела.
   - В порнофильме... - ехидно добавила молодая мать.
   - Вы ничего не понимаете! Это, вовсе не порно, а фантастика с элементами мелодрамы! А мой Симон - он не такой... Это раньше он снимал плохо и непонятно что. А сейчас, когда мы повстречались - всё изменится. Он станет другим: известным, талантливым, популярным. И его работы признают во всём мире! А я ему помогу!
  
   - Франсуаза, пойми, - из последних сил пытались образумить падчерицу. - Он неудачник. Я узнавала про его фильмы. Он полная бездарность. Такие люди не меняются!
   - Нет! - Ему просто надо поверить в себя. И дать немного времени. И... денег.
  
   - Так, мне, всё ясно, - сердобольная мать поняла, что горы не сдвинуть и реки не повернуть вспять. Она чувственно закатила глаза и потянула графа за локоть.
   - Милый, надо срочно спасать девочку. Пока это киноболото не затянуло её по уши. Ведь, если кто узнает...- единственная дочь графа де Бенье, вместо того чтобы искать сокровища, снимается в порно! Это такой скандал! Такой скандал... - век не отмоемся.
  
   ....
   Граф де Бенье, первые несколько минут, после того как нашел Дюваля, от негодования не мог вымолвить слова, лишь яростно хрипел, сопел и глотал слюни. Наконец, собрав силы, сквозь плотно сжатые зубы, прошипел...
   - Месье Дюваль, надо серьезно поговорить!
   - Слушаю, - Симон удивленно раскрыл глаза и произнёс, стараясь придать голосу как можно больше задушевности.
   - Значит, так! - глаза отца "обесчещенной девушки" широко раскрылись, потом сузились, превратившись в пылающие злобой щелки. Пальцы сжались в кулаки...
   - Я думал вы исправились. Стали человеком. Начали вести нормальный образ жизни - искать сокровища и всё такое. А вы - опять, за свое?
   - Граф, я не понимаю? - улыбка сбежала с лица киномана. - Что значит - за своё?
   - А тут и понимать нечего! Немедленно прекратить, все эти ваши обнажённые парнушные сьёмки!
   - Месье, но это невозможно. Мы только создали декорации. Сшили костюмы. Истратили кучу франков. Наняли актёров. Пригласили консультантов. У нас в самом разгаре кинопробы.
  
   Огненную лаву вулкана остановить было невозможно.
   - Я ничего не хочу слышать! Я ничего не хочу знать! Даю пять миллионов франков и три дня на сборы. И чтобы через три дня, эта голая Анк-су-намун, была дома. Во Франции. На своей яхте. В каюте. Сидела на кровати. Листала какой-нибудь "Гламур" или "Космополитен" И чтобы, больше... никакого кино и никаких порносъёмок!
   - Но, месье?
   - Последний раз повторяю, для всех глухих, слепых и пришепётывающих - три... дня - ТРИ!
  
   55.
   С высоты птичьего полёта Лондон походил на глубокое разветвленное ущелье, где между полных, разбухших, сцепившихся между собой зданий, текли реки и ручейки автомобилей. По тротуарам муравьиными тропками тянулись прохожие. А над ними, на высоте пятидесяти метров от земли, на узком парапете, едва отходящем от стены двенадцатиэтажной бетонной коробки, стоял, вцепившись руками за единственный выступ, человек. Дорогой костюм распахнут, сорочка потемнела от пота, галстук свёрнут на бок, по напряженному лицу, побагровевшей шее стекают крупные капли.
   - Бо... боже, отче наш, единый... - посиневшими от страха губами шептал самоубийца. - Пожалуйста... Кто-нибудь... Помогите...
   Внизу здания перебивая громкие крики зевак, взвыла сирена подъехавшей пожарной машины. Послышались хлопки дверей, шум выдвигающейся лестницы.
   Смертник сделал робкий шаг, стараясь перенести вес, с одной ноги на другую. Не рассчитал длину выступа. Нога скользнула вниз.
   - Ахх!, -  "по зрительному залу" пронёсся шипящий выдох, единодушно похожий на свист выходящего под огромным давлением пара.
  
   .....
   Головная боль наконец-то отпустила. Кто-то заботливо накинул плед на плечи.
   Тэд Бронсон открыл глаза. Огляделся. Он сидел на раскладном стульчике, упираясь спиной в открытую дверь кареты скорой помощи. На уровне плеча чья-то рука в белом убрала блестящий шприц. Движение было бессознательным, хорошо отработанным. Врач, сделал укол, повернулся, начал собирать свой чемоданчик.
   - Вечер добрый, сэр, - к потерпевшему подошел какой-то тип в поношенном твидовом пиджаке, мятых брюках и сбитых ботинках. На носу у него болтались огромные круглые очки. Незнакомец представился.
   - Инспектор Алвин Мэтрис. Скотленд-Ярд. Могу задать несколько вопросов?
   - Конечно, спрашивайте, - удручённо ответил Бронсон, сдерживая дыхание.
   - Скажите, мистер? Вы имеете какое-то отношение к вещательной компании "Би-Би-Си"?
   - Да. Вхожу в Совет управляющих. А почему вы задаете такой странный вопрос?
   - Сегодня необычный день, сэр, - два круглых, похожих на пароходные иллюминаторы, стекла подозрительно уставились на потерпевшего. - За последние три часа, с крыши этого здания, сняли пять самоубийц. Пять! И все они имели отношение к радио "Би-Би-Си". И после спасения, вели себя очень странно и одинаково.
   - Правда? - Бронсон с силой раскрыл заплывшие от напряжения глаза. Попытался собраться с мыслями.
   - Абсолютно. Более того, если вы, из их группы, я догадываюсь, как будите вести себя и что говорить.
   - И что?
   -  Всё это, - обвели руками огороженный лентой участок. - Роковая случайность: Вы очень деловой и занятой человек. Шли по делам. Вышли из офиса. Переступили порог. Дверь за вами закрылась, пропала. Вы оказались на наружной стороне здания, на парапете, на высоте пятидесяти метров. Чудом ухватились за выступ. Страшно испугались. Начали кричать, звать на помощь. А потом, недалеко от вас, послышался голос - и вы начали разговаривать, с НИМ, - полицейский поднял глаза к небу.
   - Да, это так! - глаза самоубийцы налились гневом. - Я люблю жизнь! Я хочу жить! И буду жить - несмотря ни на что! А вы, мистер всезнайка, зря насмехаетесь. Повесели бы, там, - и не на такое согласились.
   Бронсон внезапно поднялся на ноги. Бледный, растерянный повернулся в сторону притихших зевак и закричал...
   - Я, Тэд Бронсон, заявляю - был неправ, по отношению к ведущему нашего канала Поллу Рооку, когда уволил его. И теперь, приложу все силы, чтобы он вернулся обратно, на работу: Я готов повысить зарплату. Компенсировать моральный ущерб. Выплатить неустойку. Полл - вернись! Ты лучший в мире ведущий! Мы любим и ценим только тебя! Прости меня, за всё!
  
   - О-оу, - азартно зааплодировала толпа зрителей. Это было уже пятое признание за вечер.
  
   Полисмен молча разглядывал боса крупной радиокомпании. Он усмехнулся, ожидая продолжения.
   Бронсон скривил лицо. Почувствовал, как желчь вышла из печени и, минуя камни, расставленные в желчном пузыре, поднялась к голове. Должник глубоко вздохнул, и как бы ему было неприятно, продолжил...
   - Я не против русской музыки в эфире радиостанции. Согласен - у них, неплохие песни. Даже, нет! Чёрт с ними - у русских хорошие песни! А сами они - отличные ребята. Слышите - отличные! Хорошо играют и поют.
  
   Председатель Совета закончил речь и возмущенно посмотрел на инспектора...
   - Это, вы хотели услышать?
   - Откуда мне знать? - хмыкнул полицейский. - Вы же были наверху. И разговаривали, с НИМ!
  
   - Смотрите, - кто-то громко закричал, указывая на крышу. Ещё один.
   - Где?
   - Да, вон. С краю. На том же месте.
   - Ещё, ещё, ещё один... - толпа радостно завопила, ринулась занимать удобные места для просмотра следующей серии увлекательного происшествия.
  
   .....
   За три дня до события, в вечернем эфире радио "Би-Би-Си":
   - ...И помните - Лучшее для малыша - лучшее для вас. "Джонсонс Бэби" - мы заботимся о вас и о вашей семье!
   Ведущий.   ...Дорогие друзья, это была реклама одного из спонсоров нашей программы - компании "Джонсонс Бэби". "Джонсонс Бэби" - уже много лет производит лучшую продукцию для мам и малышей! "Лучшее для малыша - лучшее для вас"!
   А мы, продолжаем радиопередачу "Калейдоскоп" в вечернем эфире радио "Би-Би-Си".
   С вами снова, я - ведущий Полл Роок и мой гость, назовём его "заслуженный критик - меломан", гитарист группы "Атомик Рустэр" Стив Болтон. Мы со Стивом продолжаем обсуждать последние новинки, новости, сплетни, слухи, скандалы в мире кино и музыки.
   Стив Болтон. (Соглашаясь. Явно читая подготовленную фразу по бумажке).   ...Да-а. В мире произошло много событий. Есть, что рассказать и что обсудить.
   Ведущий.   ...Очередная интересная новость пришла к нам из Франции. Говорят, там, некая русская группа, с трудно произносимым названием "Бе-рё-зе-сс-ки" предложила одной из киностудий на выбор несколько своих записей. Не знаю, как там сейчас дела, у французов, с популярной музыкой. Может быть, нет - от слова совсем. А может - есть, но только не совсем хорошее и свежее. В итоге режиссёр, недолго думая, включил их трек в ролик к своему новому фильму. Чем вызвал большое негодование всей просвещённой публики.
   Стив Болтон. (Скрип зубов, как будто разжевал лимон).   ...Русские песни? Ха! У французов? В кино? Во... лягушатники попали! Чет я не помню, чтобы у русских когда-нибудь чё-нибудь нормальное пелось.
   Ведущий.   ...Представьте, я тоже долго не мог понять, о чём речь. Какие-такие песни могли внезапно появиться в Совьет Юнион, которые можно было бы включить во французскую киноленту? Пришлось срочно пересмотреть записи нашей фонотеки, на предмет наличия современных песен из страны Советов. Потом сходить в библиотеку. Поискать, там. Спустится в подвал. Порыться в архиве. И вот, что я обнаружил: Это текст современной популярной русской песни. Сейчас, я зачитаю его примерный перевод...
  
   А а а а а а а а а а а 
   Йа-а  йа йа йа а а а а а а
   О о о о о о о о о о о о о о о
   Йа-а а йа йа а йа а а а а а
   (Примечание автора. Очень отдалённый перевод на английский язык песни "Трололо" в исполнении Эдуарда Хиля).
  
   Стив Болтон. (Верхняя степень удивления).   ...Ужас! Они там, что? Под эти песни? - Медведей гоняют балалайками. Или водку разогревают в снегу?
   Ведущий.   ...Действительно, дорогие слушатели. Современному, не подготовленному к такому творчеству, западному человеку, будет трудно понять подобное "уникальное" произведение. Тем более, повторить его. А вот французы взяли, и не подумав, о чём, наверное, теперь сильно сожалеют, включили "эту недокомпозицию" в свою киноленту. Что из этого получится? Не знаю, не знаю. Скорее всего... ни-че-го! В любом случае - судить, вам - зрителям. Но я бы смотреть не пошёл.
   Стив Болтон. (Недовольно. Сквозь зубы). ...И я, даже если доплатят - не пойду, точно. Ну, их, этих жабоедов, с такими заунылыми русскими песнями! Как пить дать - больные на всю голову.
   Ведущий.  ...Коллега, давайте уточним - кто?
   Стив Болтон. ...И те, и другие!
   Ведущий.  ...Друзья, после небольшого блока рекламы продолжим обсуждение новостей из мира кино и музыки.
  
   В студию звукозаписи, с полным ужасом в глазах, зашел помощник редактора.
   - Полл, ты что творишь? Ты сошёл с ума? Зачем поставил запись в прямой эфир? И лепишь чушь, абсолютно не по сценарию?! Да тебя размажут после этого! Считай, всё! Твоя песенка спета. У нас выгоняли за меньшее! А тут - такое!
   -  Какая запись? Ты о чём? Я ничего не ставил. И почему меня должны выгнать?
   Вошедший протянул руку к динамику, вывел звук эфира на полную громкость. Из колонок вместо поставленного трека с рекламой звучало совершенно иное....
  
   Другой Ведущий.   (Захлебываясь слюнями).   ...Да! Да! Да! Это просто великолепная! Изумительная! Неповторимая композиция русского коллектива "Берёзки". Друзья! У меня просто нет слов! Одни эмоции. И всё, это! Мы слышим на волнах радио "Би-Би-Си"! "Би-Би-Си" - только лучшие песни со всего мира и конечно из России!
   Иной Стив Болтон. (Радостно вторя, поддерживая ведущего).   ...Согласен с вами, КЭП: Песня - чума! Огонь! Бомба. Жестяная жесть. Жаль, что я не умею так играть и петь как они. Я тут подумал и откровенно говорю - Сегодня "Берёзки", это как в своё время "Битлз"! Они просто рвут музыкальный олимп на части, сметая всё на своём пути. Даже, пожалуй, они лучше "Ливерпульской четвёрки". Такие... огнемёты!!!
   Другой Ведущий. ...Берёзки! Берёзки! Берёзки! Друзья! Запомните это русское слово. Наверняка, уже завтра! Нет... Я уверен - сегодня! К вечеру, горячие девчонки и их вокалист, своими песнями, своей музыкой, своим звучанием зажгут вершины во всех чартах и рейтингах популярности. Сколько людей, вместе с нами, в едином порыве, поднимут руки вверх и произнесут... - МЫ ЛЮБИМ ВАС! Мы ждём ваших замечательных композиций! И конечно пойдём смотреть умопомрачительное кино с вашими песнями - "Беглец со звёзд"!
  
   Полл Роок посинел. Непроизвольно открыл рот. Ведущий передачи "Калейдоскоп" стал похож на утопленника. Он начал отмахиваться руками в сторону колонки.
   - Э... э... это, не я говорю! Я вообще не понимаю, откуда идёт вещание. Кто-то поставил непонятные записи и хулиганит, подделывая мой голос. У меня сейчас идёт реклама чайников "Черчиль". Сам посмотри на пульт. Видишь, кубики бегут...
   - И я, там, это, не я! - вторил ему гитарист Стив Болтон. - Я даже слов таких не знаю. Кстати, кто такой - КЭП? А?
  
   Неизвестный похититель радиоволны продолжал издеваться над "бедными" работниками радио "Би-би-си", транслируя информацию абсолютно противоположную утвержденному сценарию...
   Другой Ведущий.   ...И напоследок, специально для слушателей нашей студии, звучит ещё одна зажигательная МЕГА композиция группы "Берёзки" под названием... "The Final Countdown"! Слушаем, друзья - и тихо сходим с ума!
   .....
  
   Через пять минут после окончания эфира.
   В студию программы, весь "в мыле", как загнанная лошадь после преодоления различных препятствий, включая заплыв вширь, нырки вглубь и прыжки в высоту, вбежал секретарь главного редактора.
   - Полл, бросай всё! Бери ручку, лист бумаги. И срочно к мистеру Бронсону. Бегом!
  
   56.
   Где-то около реки Нуэсес видели ужасного всадника без головы на его большой, страшной, тёмной, словно сотканной из тумана, лошади. Об этом знали уже все в Каса-дель-Корво. Пастухи дона Сильвио, заметили безголового дьявола и сразу бросились... (Майн Рид. "Всадник без головы". Отрывок.).
  
   - И сразу бросились...бросились... бросились, - читательница, шептала губами, нетерпеливо водила рукой по углу прилипшего листа. Послюнявила палец расщепила и быстро перевернула страничку.
   Резкий стук входной двери в комнату общежития заставил вздрогнуть девушку. Отвлёк от происходящего в мире грез. Вернул в действительность.
   Она подняла глаза. Внутрь, подобно торнадо ворвалась соседка Татьяна. (Вот уже как целую неделю, любительница французского кино, была яркой блондинкой. Завела себе относительно короткую прическу, подкрутила ресницы, удлинила карандашом веки, чтобы внешне походить на свой новый идеал - актрису, игравшую в фильме "Фантомас" роль журналистки - подруги Жана Марэ.).
  
   - Кристина, ты староста этажа или почитать села? - вошедшая недовольно посмотрела на подругу.
   - Староста, конечно. Что-то случилось?
   Дальняя копия французской актрисы захлопала перекрашенными иголочками ресниц...
   - Крисс, представляешь? Ужас! Девочки с нашего этажа не идут на мероприятие!
   - Почему?
   - Они не могут - у них, обстоятельства.
   - Какие обстоятельства? - читательница нехотя захлопнула книгу. Положила на подушку. - Вчера же договорились - кто вытянет жребий - пойдёт слушать редкие записи лютневой музыки шестнадцатого века. Выпало Лере, Кате, Тане и тебе. А сегодня, вдруг - решили не ходить? Почему?
   - Так, получилось... - вошедшая с ходу плюхнулась на кровать, стоящую у стены. Пружины просели и жалобно застонали. - Лера не спала всю ночь. Думала про своего Витюшу: Какой он замечательный! И душа у него нежная, и вообще весь такой бедненький, неустроенный, неухоженный, без ласки. И вовсе не хулиган и совсем не бездарь, и недотёпа. И зубы у него не кривые, а только чуть-чуть. Короче! Она решила дать ему последний шанс. Утром собралась, напялила светкину кофточку, губы подкрасила и учесарила к нему на дачу.
  
   - Ясненько, - Кристина расстроилась, уронила руки на колени. - С Таней, что?
   - Тане сейчас... вообще не до музыки: У неё приехала подруга с Риги. Первый раз в Москве. Не знает города. Нигде не была. Ничего не видела. Попросила показать.
   - А Валя?
   - У Вали, такое! Такое... Толком не говорит. В общем, что-то очень-очень-очень важное. Зайдёт вечером - расскажет. Если, конечно, с ней ничего не случится.
   - Да-а, нехорошо получается... - староста разочарованно переплела пальцы. Сжала так, что побелели суставы. - Обещали лектору - с нашего этажа будет минимум четыре человека. Сама-то, идёшь?
   - Конечно! - Татьяна выразительно посмотрела на Кристину.
   - И то ладно. Одна лучше, чем никого.
   - Крисочка, пойми - меня одной мало. Это всё-таки редкие записи. "Лютневая музыка". Шестнадцатый век! Лектор придёт с консерватории. Принесёт пластинку. Слушай, может, пробежишь по этажу? Найдешь ещё кого-нибудь?
   - В смысле - пробежишь? Найдёшь? - первая красавица общежития подняла глаза на подругу, открыла рот, набрала воздуха, застыла так на мгновенье и выдохнула, помотав головой... - И кого я найду? - суббота, вечер. У всех планы. Все заняты. Да и нет никого.
   - А ты, постарайся... Ты же староста!
   - И что?
   - Ну-у, пригласи, этого, новенького, из сушилки. Как его там? Максим - что ли? Вдруг согласится и пойдёт. Уже вдвоём - веселей!
   - А если не пойдёт?
   - А ты придумай, чтобы пошёл. Пусть, за это, например, он позовёт тебя на свиданку. Или ещё что-нибудь...
   - В смысле, позовёт? Меня Гоша и так к каждому столбу ревнует. Узнает, что я гуляю с кем-то, вообще взбесится!
   - Кристиночка, - ладошки сложили вместе. Начали умолять. - Не убьёт же. Так... чуть взбесится - перебесится, и дальше будете дружить, как ни в чём не бывало. Придумаешь какую-нибудь отговорочку - тебе же не впервой.
   - Ага?! - серые глаза недовольно увеличились во всю комнату.
   - Криска, не агакой! Ты мне итак должна... помаду, польскую! Помнишь? Кстати, когда отдашь?
   .....
  
   Путешественник во времени, одетый в чёрный смокинг, чёрные брюки, белую сорочку, поправил безукоризненно чёрного цвета бабочку. Посмотрел на себя в зеркало.
   - Что ж! Неплохо, неплохо. Осталось подобрать обувь чёрного цвета "42" размера и можно идти на презентацию фильма.
   Ди-джей повернулся к глухой стене. Мысленно сформулировал желание. Моргнул ресницами, посылая приказ.
   Подобно велению волшебной палочки стена растворилась, являя перед глазами хозяина огромную, многоярусную, от стены до стены, с пола до потолка, обувную витрину с многочисленными парами черных мужских ботинок. С каждой стороны ряда стояли таблички с цифрами: "42", "42", "42", "42", "42"...
   - Ого! - глаза Макса разбежались, не зная с какого варианта начать примерку. Он закусил губу. Задумался. Почесал затылок и обращаясь неизвестно к кому, произнёс...
   - Куда столько? Выбери несколько пар для примерки. Остальные убери.
   - ???... - витрина заскрипела, закряхтела, задышала тяжело. Попыталась выполнить команду - "Выбери несколько".
   - Несколько, - дали разъяснение. - В понимании нормальных, адекватных людей - это от трёх до девяти - Ясно?
   К скрипу и дрожи стеллажей с обувью добавился небольшой стук. (Как будто кто-то что-то мучительно пересчитывал).
   - Господи, боже мой! Да что же ты русского языка до сих пор не разучила? Оставь на выбор три любые пары. И закрывай это чертово безобразие.
   -???.... Ить... ыть... ить,  - гигантский разъем попытался съёжиться и выполнить запрос: "Оставить три любые пары на выбор".
  
   Дверей начальник и проёмов командир, в сердцах плюнул с высокой колокольни на бездарную помощницу. Мысленно растёр плевок левой ногой. Протянул руку. (Всё сам - всё сам). Взял за шнурки ближнюю пару ботинок. Сел на кровать и начал обуваться.
   - И-иить, - изображение обувной витрины наконец-то успокоилось. Превратилась обратно в обычную стену, покрытую извёсткой.
   - Максим, ты дома? - послышался стук входную дверь и голос старосты этажа.
   .....
  
   Из-за спины Кристины выглянула соседка Татьяна. Попыталась изобразить улыбку западной кинозвезды. Улыбнулась во все тридцать два зуба...
   - Скажите, Максим! - девушка картинно, как в кино, вытянула руки, словно на пианино поиграла свеженакрашенными ногтями. - Вы любите слушать музыку?
   - Я? - ди-джей выглянул в коридор, посмотрел по сторонам. Он ожидал чего угодно - только не такого вопроса.
   - Да, вы.
   - Допустим.
   - Какую?
   - Разную...
   - А какую, разную?
  
   - Тяня, погоди со своей музыкой! - староста внимательно осмотрела одетого с иголочки парня. Мгновенно просчитала ходы, сделала выводы, разработала план и начала его осуществлять.
  
   - Товарищ Иванов! - сероглазая вруша увела глаза в сторону, подняла вверх. Заговорила серьёзным, деловым тоном. - Вы в курсе, что сегодня с четырех до шести субботник? Явка жильцов строго обязательна! Даже, вам. Нужно будет срочно помочь строителям с покраской забора.
   - Сегодня, субботник? - удивился единственный мужчина женского общежития. - Красим забор?
   - Правда? - вторя ему, переспросила Татьяна. (Широко открыла глаза от удивления).
   - Да! - староста выразительно упёрлась руками в бока. Развела плечи. Прищурила глаза. - А вы, товарищ Иванов! Как всегда! Где-то ходите, прыгаете, объявлений не читаете! И про субботник ничего не знаете? Верно?
   - Кристина, прости, - Макс сделал виноватое лицо, утомленного важной работой человека. - Закрутился. Забегался. Забыл узнать про субботник. Может быть, в порядке исключения, отработаю в другое время?
   - Пожалуйста! - приходи вечером, с восьми до десяти. Мы как раз собирались копать яму во дворе. Будешь помогать битый кирпич грузить на носилки и выносить на свалку.
   - Блин! Девчата, вот, вечером, тоже никак. Просто вернусь поздно - уставший - явно не до субботника.
  
   Староста почувствовала слабость жильца. Ухватила за палец и начала вгрызаться в руку...
   - Значит, вы, товарищ Иванов, отказываетесь участвовать в общественных работах? Так?
   - Кристина, - извиняющимся тоном. - Я не отказываюсь. Просто готов отработать в другой раз, в другое время, если заранее предупредят.
   - В другое время?! - в глазах девушки запрыгали веселые чёртики. - Хорошо! Давай в другое время: Последний вариант. Сейчас, вместе с Таней, идёте в Ленинскую комнату и слушаете запись старинной музыки с пластинки, которую принесёт лектор из консерватории. Мероприятие - ответственное! На сорок минут, не больше и оно приравнивается к двухчасовому субботнику. Устроит такой вариант?
   - Сейчас? - задумчиво почесали затылок. - На сорок минут? Вместо ямы и погрузки кирпичей вечером? Точно?
   - Да. Обещаю.
   Облапошенный жилец набрал и медленно выпустил воздух изо рта, не веря в удачу.
   - Ладно, если это равноценно, согласен.
   .....
  
   Появление любителей классической музыки с четвертого этажа, в переполненной слушателями "Ленинской комнате", было встречено "громовым молчанием".
   Худая, высокая лекторша, похожая на тонкую, длинную, ветвистую вешалку, удивлённо обратилась к безупречно одетому Максиму.
   - Вы... это... к нам?
   - Да, - Татьяна ответила за всех. - Я и он с четвертого этажа. Отметьте нас. Кстати, куда можно присесть?
   Ответственная за проведение мероприятия плавно вытянула руку. - Девушка, пройдите к окну. Там, есть место.
   - А молодой человек, пожалуйста, - указала на стул, стоящий рядом с собой. - Садитесь, сюда.
   Женщина мягко положила руку на верхушку спинки стула, на который усадила Максима. Встала рядом.
   - Друзья! Вашему вниманию предлагается музыкальный альбом с записями европейских композиторов шестнадцатого - семнадцатого веков. Первая сюита, которую мы будем слушать, получила название: "Канцона и Танец". Автор музыки Франческо да Милано...
  
   Спустя семь секунд, с момента начала звучания композиции, где-то в задних рядах, громким шёпотом раздалась первая нетерпеливая реплика...
   - Очуметь, девочки! Это... кто?
   - Даша, говори тише, - сквозь зубы пробубнили в ответ. - Ларкин ухажёр. Бывший. Который контужен. У него c головой не все дома.
   - А-а-а... - жалостливо покачали головой в ответ. - Бедненький. Как же он, так? А с виду вроде, ничего. Нормальный...
  
   Через пять секунд новый торопливый шепот, с той же стороны, слышимостью в половину помещения... - А Ларка, это... кто?
  
   - Дед Пихто! - очередное предупреждение от соседки через два места, тоже шепотом, но чуть громче. - Дашка... Просили же тебя - тише.
   - Я итак, тише. Одними губами.
   - А ты ещё... тише.
   - Ладно.
   - Ларка - это Лариска Корычева, - наконец-то дали пояснение. - Такая, рыжая. Малолетка. В очках. Живет в четыреста двенадцатой. Та, ещё... заноза.
  
   Тут же новый вопрос сквозь закрытый рот ладошкой. - А чего он вырядился, как на балет? У него, что? Одежды нормальной... нет?
  
   - Тебе же говолят... - прошепелявили из-за спины. - Больной, на голову.
   - А-а-а... Ой! Неужели, настолько?
   - Да-а.
   - Ти-и-ше, девочки. Музычка услышит.
   - Не услышит.
   - Услышит - у неё слух, как у змеи.
   .....
  
   Запись с проигрывателя "Мелодия-103-стерео", шипела, сопела и едва слышно прорывалась на колонки.
   - Друзья, - лектор после пяти минут пыток, обратилась к присутствующим в зале.
   - Кто-нибудь знает, как? На этом... электрофоне? Улучшить звук. А то не слышно совсем ничего.
   - А вы, там, вон, за те ручки, покрутите, - дала совет добрая душа из зала. - Или кнопочки, которые слева внизу, понажимайте. Должно улучшиться.
   - Да я уже и крутила, и вертела, и нажимала, и даже двигала рычажок скоростей. Только, по-моему, становится всё хуже.
   - Молодой человек? - женщина обратилась к Максиму. Заплела длинные руки. - Может получиться сделать что-нибудь, с этим, не знаю, как его назвать... - аппаратом? Вы ведь... всё-таки, парень - мужчина. Должны разбираться в технике.
  
   Макс молча поднялся. Подошёл к столу. Внимательно посмотрел на загнанную до изнеможения магнитолу. Лучшее, что можно было сделать - это перестать мучать бедное "животное" и пристрелить его возле сарая. Тело после расстрела - сжечь. А пепел развеять над крышей общежития.
  
   - Я конечно могу попробовать, - нехотя ответили на предложение лектора.
   - Хотя... раньше, никогда ничего подобного не делал. Честно говоря - техника, не моё.
   Случайный прохожий бросил взгляд на колонки, развешанные по углам комнаты. Получив мысленный приказ, под сетками старых мониторов возникли современные, мощные, широкополосные динамики.
   Он подошел к аппарату. Развернулся, чтобы всем было видно, что собирается сделать. Картинно немного отвёл руку назад. Вытянул указательный палец. Словно выбирая, на какую кнопку давить, совершил несколько замысловатых кругов. Наконец сделал выбор и резко, словно "Фомкой", ткнул в крайнюю справа кнопку с названием "ИНТИМ".
   - Хрять-ять-тять, - колонки подпрыгнули на стенах от резкого звука. Иголка соскользнула на крутящуюся пластинку. Из динамиков полилась громкая, чистая как "Слеза", прекрасно записанная и обработанная мелодия.
   - Надо же? - парень удивлённо поднял и посмотрел на свою руку. - Получилось!
   - Великолепно, - музыковед захлопала в ладоши. - Молодой человек! Вы... Вы, чудо! Просто кудесник. Шаман. Настоящий мужчина!
  
   57.
   Основатель кинокомпании "Дюваль Франц" вернулся из Египта в подавленном состоянии. (Даже не так... Вернулся в скверном настроении. Или нет... Самое точное определение - Вернулся в очень скверно-прескверном настроении).
   Проклиная на свете всех графов, баронов, князей и прочих великосветских бездельников, которые не дают спокойно жить, работать и просто заниматься любимым делом, обычным людям, он внимательно осмотрел кабинет, выискивая на ком бы сорвать злость, накопившуюся за время обратного путешествия. Взгляд упал на аппарат телефона, в ужасе спрятавшегося за большую стопку бумаг.
   - Мадам Пуартес! - наконец-то выбрали жертву из списка и злобно (От всей души) зарычали поверх трубки. - Что вы себе позволяете? Как вы могли, так поступить? Стоило отлучиться, всего... на два с половиной месяца! А вы! Уже! Устроили, такое! Такое... (Дальше пошёл перечень крепких ненормативных слов, словосочетаний, и прочих стилистических выражений, которые автор решил не вставлять в текст).
   - Всё! Мое терпение закончилось! (И снова на несколько минут поток обесцененной лексики.) Собирайте вещи! И чтобы больше! Слышите? Никогда! Я вас не видел!
  
   Не замечая опустевшего холла, отсутствие секретаря и прочих признаков опасности для жизни, в кабинет Дюваля зашел двоюродный брат.
   - Хай, бразер! - по-английски воскликнул, одетый в джинсовый костюм, фетровою шляпу, ковбойские сапоги, новоявленный американец. Он плюхнулся в ближайшее к окну кресло. Потер ладони. И никого не боясь произнёс...
   - Как дела френд? Олрайт?
   - Так, себе, - хозяин кабинета нехотя нажал на рычажок телефона и сбросил сигнал.
   - Симон, как хорошо, что ты вернулся из этого чёртова Египта. А то, твоя мадам Уартус или Пуартос, не знаю, как у неё правильно фамилия. В общем! Она - такая... мымра! Всё время пыталась убежать от меня. Я у неё спрашиваю - где мой брат? А в ответ сплошные прятки, жмурки, догонялки. Уволь её срочно. Найди нормальную длинноногую бейбу. И пусть она хотя бы сидит на месте, пока тебя нет на работе.
   - А хочешь? - смачно щелканули пальцами. - Я сам найду? Есть у меня на примете такая вери велл худосочная негритосочка - Просто, ух! Как раз в твоём вкусе.
  
   - Что хотел? - прозвучало настолько холодно, что показалось в помещение намело снега.
   - Симон, дружище! Руководству канала понравилось наше предложение показывать в конце программы ролики, снятые зрителями и присланные на передачу. Все вдруг сразу захотели быть режиссёрами.
   - Жорж, я занят, - в комнате стало ещё холодней. "Окна покрылись инеем. Пошли разводы на стекле".
   - Брат! Меня засыпали плёнкой, эти чёртовы видео-любители. Там, такое качество... такие изображение... такая жуть, муть и ужас. Я не могу "ЭТО" выпускать в эфир. Слушай, поговори с продюсером. Может, у него есть нормальные, интересные ролики?
   - Это всё?
   - Да.
   Дюваль поднялся с места, показывая, что разговор закончен. - Хорошо. Узнаю. Перезвоню.
  
   Выпроводив брата, рука Дюваля потянулась к селектору.
   - Люсия Пуартес, немедленно зайдите ко мне.
   В кабинет робко вошла невысокая полная женщина в очках. В руках она держала коробку, с собранными вещами. Сверху лежал небольшой плюшевой зайчонок, уши которого понуро свисали с края коробки.
   - И куда это мы собрались, мадам? - Дюваль кивнул на коробку.
   - Месье, мне сказали - я уволена. И могу собирать вещи.
   - Кто сказал? - Симон обернулся. Посмотрел по сторонам. Сердито свёл брови и ткнул в себя пальцем. - Я?
   - Что вы, месье. Нет. Как можно? Конечно, нет. Просто я подумала, после ваших слов...
  
   - Что у вас в коробке? - Дюваль решил сменить тему разговора и показал на игрушку.
  
   - Фафи. Мой талисман. Я верю, пока зайка со мной - меня ждёт удача.
   - Неужели? - на лице хозяина киностудия отразилась удивление. - Вы верите в этот бред?
   - Да. По крайней мере, так было до сегодняшнего дня.
   - Хорошо, убедили. Талисман, это святое. Надо уважать обычаи работников компании. Я их уважаю. И возвращаю вас на работу. Говорите спасибо Фафи. Но помните: Это последнее предупреждение! Подчеркиваю - последнее. Нарушений - я не потерплю.
  
   Дюваль откинулся в кресле. Указал подчиненной на стул, предложил присесть.
   - Вернемся к нашим текущим вопросам. Что у нас по приёму группы "Берёзки"? Всё ли сделано?
   - Месье, встреча через две недели в аэропорту "Шарль-де-Голль", заказ транспорта, проживание, питание, гид, экскурсии по Парижу: Все вопросы, порученные мне - решены.
  
   - Видите, стоило вернуть вас на работу, - похвалили "провинившегося" работника. - Как всё стало решаться в мгновение ока. Всегда бы так! Вот, можете - когда захотите! Кстати, билеты на самолет, на сорок пять человек из Москвы, заказали?
   - Нет, месье.
   - Как, нет?! - лицо хозяина компании мгновенно стало красным. Задёргался подбородок.
   - Я поступила по-другому. Мне удалось договориться на дополнительный рейс. На нём полетят только "Берёзки".
   - Дополнительный рейс? - удивлению Дюваля не было предела. Он переспросил. - Только для участников группы? Из России во Францию? Ничего себе! И во сколько же обойдётся эта договорённость нашей компании? Даже не могу представить?!
   - Вот, - женщина подала листок с расчётами.
  
   - Что? - глаза Дюваля вылезли из орбит. - Мадам Пуартес, вы сошли с ума? Да за эту сумму можно купить "Эйр Франц" со всеми её самолетами, вертолетами и даже буксировщиками, которые таскают этот хлам! Вы, что? Решили, моя фамилия Рокфеллер или Вандербильт? А может, вы считаете, что я, вместо отдыха по ночам, одеваю фартук и миллионами печатаю франки?
  
   - Нет, - произнесли едва слышно. Нервно схватили зайца за уши и что-то начали шептать.
   - Мадам Пуартес! Вам было вынесено последнее предупреждение. Всё! Вы, уволены. Окончательно. Без права восстановления. И не какой талисман, вам не поможет. До свидания!
   - Но, месье Дюваль, послушайте...
   - Ничего не хочу слушать. Пройдите к мадам Фартинити. Заполните бланк. Получите расчёт. И чтобы больше я вас здесь не видел.
   - Месье, заказ рейса - личная инициатива месье Иванова. Он уже оплачен из его средств. И ещё, месье Иванов похвалил меня за оперативность работы и даже обещал повышение.
   - Да-а? - фамилия продюсера предотвратила поток бранных слов из уст хозяина компании.
   - Тогда, другое дело. Дорогуша, что же вы сразу не сказали. Если, месье Иванов... сам придумал, сам оплатил, сам похвалил. Да ещё из своих средств...
  
   Симон покусал губы. Задумался, что-то прикинул, посчитал в уме.
  
   - Мадам Пуартес, поздравляю! Я рад сообщить - вы снова приняты на работу в "Дюваль Франц". Добро пожаловать! Мы рады вашему возвращению и всё такое... И ещё - пройдите к мадам Фартинити. Я позвоню ей, она выдаст небольшую премию. Всё - идите, пока я не уволил вас снова.
   .....
  
   Утолив "жажду мщения", Дюваль решил выйти в народ. Посмотреть, что происходит на киноплощадке.
   - Не понял? - глаза отца основателя компании широко раскрылись.
   Сонный, полупустой павильон, который он покинул два с половиной месяца назад, предстал перед ним кишащим муравейником. Многочисленные рабочие: Наладчики, установщики, оформители, осветители и ещё много непонятных работяг что-то тянули, тащили, переносили, скрепляли, подсоединяли, двигали. Чуть в стороне группа декораторов собирала большое животное похожее на крокодила, или бегемота.
  
   - Святая Женевьева! - присмотревшись, воскликнул Симон. - Это же... динозавр!
  
   Работники, занятые своим делом, начали проверку работы конструкции. Заскрипели блоки. Пришли в движение какие-то узлы, механизмы. Голова ящера повернулась. Открыла и закрыла зубастую пасть.
   Дюваль напыжился. Мысли недовольно зашумели в голове: Почему, он - директор! (Первое и самое значимое лицо "Дюваль Франц"!) абсолютно не в курсе происходящего?
   - Что это? - Симон обратился к работнику, стоящему с развернутым листом ватмана, перед огромной композицией.
   - Месье! - обрадовался "книжный червь". Наконец-то нашлись уши, с которыми можно было поговорить и полностью всё рассказать.
   - Это нечто! - от удовольствия поджали руки. - Мы! Собрали макет Патаготитана! Этот огромный динозавр, жил примерно сто миллионов лет назад. Представляете! Сто миллионов! Сто! Его тело достигало сорока метров в длину. Трудно поверить! Сам не верю. И тем не менее - он был настолько большим, что сдвинул на вторые позиции других гигантов - Пуэртазавра и Аргентинозавра. А ещё он стал самым...
   - Хорошо, я понял, - не дослушав, перебили рассказчика. - Скажите, где месье Иванов?
   Работник свернул ватман и внимательно присмотрелся к собеседнику.
   - Как бы это вам сказать. Чтобы дать точную информацию. Просто, я... боюсь ошибиться. Поэтому, перед ответом, хотел бы уточнить: А месье? Который... как вы сказали, Иванов? Он, кто?
   - Не важно! - Дюваль мысленно чертыхнулся и пошел дальше.
  
   Пройдя несколько групп рабочих и не получив ответов на вопросы, взгляд Симона упал на огороженную лентой площадку, где друг за другом, словно танцуя, с пистолетами в руках, перемещались мужчина и женщина.
   - Софи? - руководство узнало бывшего секретаря. - Подойди ко мне и скажи, что здесь происходит?
  
   Секретарша повернулась к босу. Вошла в роль, и пародируя "механический" голос робота, произнесла...
   - Будь покойна детка, я позабочусь о тебе. Пара выстрелов, и от тварей останутся одни куски мяса!
   Бандитка вскинула пистолеты и начала лихо нажимать курки.
  
   - Мадам Лотрен? - Дюваль сжал кулаки. По лицу пошли бурые пятна. - Я повторяю вопрос: Что? Здесь? Черт возьми... происходит?
   София вышла из образа. Виновато опустила глаза вниз. Подняла к небу. Начала говорить...
   - Готовимся к сьёмкам продолжения "Беглеца со звёзд". Это мой личный тренер - Жак. У меня новая роль - Я, биоробот-убийца, модель "Т-Х 2002", созданная специально для защиты людей. Правда, потом окажется, что против динозавров я слабовата. Они, гады ушастые, нападут на меня толпой и откусят голову. Но, это будет потом. А сейчас я учусь двигаться как профессиональный киллер и....
   - И убивать, убивать, убивать этих мерзких, зубастых, шипастых тварей - Тах... тах...тах!
   - Софи! Какие, к собачим чертям, твари? Какие ещё убийцы? Что, дьявол всех раздери, происходит? Где месье Иванов?
   - Не знаю, - новоявленная роботесса тряхнула, собранными в конский хвост, длинными черными волосами. Отпустила пистолеты. Посмотрела по сторонам.
   - Был, где-то... здесь. Проезжал на самокате несколько минут назад.
   - На чём?
   - На самокате. Таком: Небольшом, детском, на двух колёсиках. Он теперь всегда катается на нём по павильону.
   - Зачем?
   - Удобно и быстро... Вж-и-к, тут. Вж-и-к, в другом месте. Классная вещь! Кстати, вон, он - едет.
   .....
  
   - Месье Иванов? - Дюваль заговорил по-русски, стараясь как можно меньше коверкать слова. - Я не совсем понимать, что ви делать? Фильм завершен. Идёт изготовлений копий для показа кинотеатр. Через две недели массовый премьер на всех экран. В павильоне сейчас есть, должен быть, стоять тишина, покой, людей нет. А тут, полный ход, подготовка к сьемка продолжений. Почему я ничего не знать? Ничего не понимать? Мне никто ничего не говорить?
  
   На лицо продюсера набежала улыбка. Глаза хитро заблестели. - Месье Дюваль, с возвращением! Ждём вас, с самого утра. Всё готово! Через час общее собрание. Просим сказать несколько добрых, напутственных слов, перед началом работы над новой лентой - "Планета динозавров". После чего... руки в ноги и все марш-марш вперёд, работать: Сьёмки, съёмки, съёмки.
  
   - Но, месье Иванов? Как же так? Ещё не выходить на экран премьера первый фильм "Беглец со звёзд". Никто не видаль, не цениль наша работа. О нём нет мнений. А вдруг лента ждать несчастье? Неуспех, крах, скандаль, проваль? А вы, ещё не знать отзыв зритель, мнений критик, уже готовить снимать продолжений? Вы в свой уме?
   - Месье Симон, вы доверяете мне?
   - Конечь-но... Но, всё-таки?
   - Вы видели какой мы проделали гигантский объем работ?
   - Да, но?
   - Сколько потратили сил? Времени? Средств?
   - Всё есть верно...
   - Я хотя бы раз ошибся в своих расчётах, предсказаниях, советах?
   - Нет. Но... вдруг, у нас не получить-ся?
   - Если, вдруг не "получить-ся", - передразнили француза и лихо махнули рукой. - Тогда мы учтём ошибки этого "вдруга", разберём их и пойдём творить дальше.
  
   58.
   Приглашённый лектор из "Интуриста" внимательно посмотрел в зал, где находились участницы группы "Берёзки", которым в скором времени предстоял выезд за границу. Затем уткнулся в бумажку и монотонно продолжил выступление...
   - Советский человек за границей в случае возникновения контакта с зарубежными гражданами обязан проявлять "разумную общительность". Стараться спокойно и уравновешенно разъяснить собеседникам внешнюю политику Советского правительства в развитии экономики, науки, культуры, а также в других областях коммунистического строительства государства...
  
   В то самое время, где-то на галёрке, едва слышно, шло обсуждение своей "внешней политики"...
   - Ой, мамочки! Я так волнуюсь. Так волнуюсь: Мне всего двадцать. Как представлю, что через неделю буду за границей, в Париже. Еду в первый раз. Ужас - как страшно.
   - Лена, нет там ничего страшного, - уверенно возразила соседка. - Мне, вот, девятнадцать, и я ничего не боюсь.
   - Тебе хорошо говорить. У тебя есть парень. А я одна.
   - А это-то здесь причем?
   - Притом! Решит познакомиться со мной какой-нибудь Николя или Анри. Пригласит в кафе. А там, в ходе разговора, попросит перечислить страны, входящие в Варшавский договор. Или поинтересуется, кто у них во Франции был первым руководителем Коммунистической партии? А может задаст ещё какой-нибудь каверзный вопрос. И что мне отвечать? Что?
   - Лена, по-моему, ты накручиваешь себя. Насколько я знаю парней - они не задают таких вопросов. Их другое интересует.
   - Ага... - недоверчиво потрясли головой. - А вдруг начнёт интересовать? Они же французы.
   - Тогда иди к Насте. Она работает в библиотеке и знает всё. Попроси у неё книжку - потолще. И... читай, читай, читай!
  
   Лектор краем глаза заметил волнение.
   - Товарищи, у кого-то появились вопросы?
   - Нет, нет, нет. Нет вопросов, - успокоили его.
   - Тогда продолжу... - За границей... Особенно, если находитесь в капиталистической стране. Вы, все, должны вести примерную и скромную жизнь. Иметь опрятный и аккуратный внешний вид и в целом строго соблюдать принципы морального кодекса строителя коммунизма...
  
   - Девочки? - с другой стороны зала по-прежнему не было вопросов. - Не знаете, какую сумму нам поменяют на франки?
   - Говорят, тридцать рублей.
   - А что можно купить во Франции, на тридцать рублей?
   - Прилетим туда. Посмотрим. А ты почему спрашиваешь?
   Девушка вытащила из сумочки несколько листов исписанных мелких шрифтом.
   - Так много попросили купить, что пришлось составить список. Теперь думаю, гадаю. Где взять столько денег? А вдруг не хватит? А потом, если я всё куплю, то как повезу назад?
   - Веруся? - с надеждой обратились к подруге. - Может, поможешь?
   - Счас! Ты что думаешь? У меня меньше список? Или силы больше? Я так-то тоже хочу побольше набрать.
   - Девочки, я вас разочарую, - в разговор вступила соседка слева. - У моего Вадика, отец - профессор МГУ. Он был в Париже. Там, по его словам, на эти деньги, можно заказать три небольших чашечки кофе.
   - Всего? Серьезно? Неужели? - раздались разочарованные реплики со всех сторон.
   - Нифига у них цены на кофе? Оно там, что? Из золота?
  
   - Не знаю, про что говорит отец твоего Павлика, - в зале тихохонько продолжалось обсуждение насущных проблем мирового масштаба.
   - И что, ТАМ, за кофе? За "десять" рублей! У нас на работе, заведующая складом ездила во Францию по турпутёвке. Ей тоже выдали тридцать рублей. Так, вот! Она, притаранила оттуда чемодан покупок.
   Огромные глазищи слушательниц расширились от удивления. Густо намазанные тушью ресницы торчали в разные стороны, как черные зубочистки.
   - Целый... чемодан? - не поверили сказочнице.
   - Точно не помню. Может, два. Но вещей привезла много.
   .
   - Есть у кого вопросы по правилам поведения за границей? - лектор поднял голову и внимательно осмотрел собравшихся.
   - Нет. Нет. Спасибо. Всё понятно, - раздалось в ответ.
   - Тогда, уважаемые товарищи, лекция закончена. Я оставлю на столе брошюры "СССР: 100 вопросов и ответов". В них содержаться различные "каверзные" вопросы, которые, возможно, будут заданы за рубежом. Ниже, на них приведены ответы. Прошу внимательно ознакомиться с текстом. На последней странице ручкой написан мой рабочий адрес и телефон. Если, что - обращайтесь.
  
   - Прошу несколько минут внимания, - руководительница коллектива остановила собравшихся расходиться. - Есть ещё информация.
   - Юлия Борисовна, да сколько можно? - недовольно зароптали в зале. - Мы уже всё поняли: Вести себя за границей надо хорошо. Не пить, не курить, на улице громко не смеяться, под ноги не плевать, не сморкаться... к одиноким французам не приставать. И так далее и тому подобное по списку, указанному в брошюре.
   - Девочки, успокоились. Сейчас Максим сделает объявление. Надо его выслушать. Потом идите - куда хотите.
   - А завтра нельзя?
   - Нет.
  
   Путешественник во времени тяжело, словно его держали за руки, а к ногам привязали пудовые гири, поднялся на сцену. Глубоко вздохнул. Виновато опустил глаза. Начал издалека...
   - Красатули, тут, такое дело. Все знают, плательщиком нашей поездки выступает кинокомпания "Дюваль Франц". Все помнят, их руководство пригласило нас во Францию, оплатило пребывание, проживание, участие в мероприятиях за границей. Мы подписали с ними кучу бумаг. Поставили подписи.
   - И вот, - творческий руководитель взял паузу.
   - Что? - выдохнули присутствующие, чувствуя приближающиеся неопрятности. Тишина мгновенно поглотила зал.
   - Вчера... внимательно перечитал условия договора. Там, в одном месте, на странице двадцать семь, в самом конце, мелким шрифтом, почти неразборчиво, по-французски, написано не очень приятное условие для участников нашего коллектива.
   - Что за условие? - девушки начали тревожно переглядываться.
   - Что там такое?
   - Рассказывай.
  
   Парень почесал затылок...
   - И главное, проклятые буржуи, видно специально, написали мелким шрифтом... Я когда читал, сразу не обратил внимание. Что лишний раз подчеркивает - любые документы читать надо очень, очень внимательно. Перечитывать по несколько раз. А иначе возникнет ситуация, как сейчас.
   - Да-а... - провинившийся снова глубоко вздохнул.
   - Что за ситуация? - Юлия Борисовна нервически поднялась с места.
   В зале, недоумевая заурчали...
   - Максим, не тяни. Что случилось? Да говори же - сильно всё плохо?
   - Так, вот! - продолжали закручивать интригу. - В документах сказано: Во Франции, во время нахождения вне помещений, на улицах города, все девушки коллектива обязаны быть в исконно русской верхней одежде. Вчера, кстати, пришел контейнер. В "Дюваль Франц" уже все закупили, прислали. А я получил.
  
   - Пипец... приехали, - раздосадовано донеслось из глубины зала. - Это, че? Теперь всё время ходить по Парижу в длинной домотканой рубахе до пят, сарафане и кокошнике? Может быть, ещё и лапти прикажите одеть?
   - Дурдом! - подруга поддержала недовольную соседку. - Все будут люди как люди! А мы... голышом, в народных костюмах.
   - Я не поеду на таких условиях, - с краю второго ряда поднялась высокая девушка с короткой стрижкой. - Для меня здоровье важнее. Кто желает - пусть ходит зимой по сугробам в сарафане. Я не буду.
   - Максим, девочки правы, - руководитель коллектива решила высказать общее мнение. - Я, конечно, понимаю, по названию мы ближе к фольклорному коллективу и даже называемся "Берёзки"! Но на улице не месяц май. А декабрь. Идёт зима. Холодно. За окном минус семнадцать. Метель метёт. На следующей неделе вообще обещали похолодание. Мы замёрзнем без тёплой одежды.
   - Да ладно вам! - раздалась реплика с задних рядов. - У них зима теплее градусов на десять. А то и больше. Девочки! Главное мы в Париже. А в чём одеты, как ходим - это уже дело десятое.
   - Для тебя, да! - на бунтарку метнули уничтожающий взгляд. - Вот и поезжай одна. Бегай, по Парижу. Сверкай пятками. Может быть пристынешь одним местом... к другому.
  
   Ди-джей подошел к двери, ведущей из зала.
   - Милые дамы, предлагаю посмотреть варианты. Потом возмущаться.
   - Чего смотреть - итак, всё понятно.
   Макс открыл дверь в коридор и громко позвал.
   - Лиза? Где ты там?
   - Иду, иду... раздалось в ответ. - Ещё минуточку.
   - Заканчивай гляделки с зеркалом. Заходи.
   - Сейчас. Уже иду.
  
   Технический директор вернул внимание зала, продолжил рассказ.
   - Один из элементов одежды я попросил примерить Елизавету. Сейчас она покажет.
   - Ой, простите, пожалуйста. - На сцену выпорхнула рыжая барабанщица. На её плечах висела шуба.
   (Примерно такая https://ae01.alicdn.com/kf/Hcbc443aba9c04e2e98e21875000bded6X/Furealux.jpg).
   Девушка, умело переставляя ноги, начала кружить по сцене. Подошла к краю, чуть присела, отошла, повернулась к зрителям, накинула капюшон.
   - Правда хорошенькая шубка? - похвастались перед присутствующими.
   - Забудаева! - едко прозвучало из глубины зала. - Кончай выпендриваться. Шуба хорошая... Костюм русско-народный, где?
   - Какой ещё костюм?
   - В котором ходить велено, по Парижу?
  
   - Кхм... кхм... - закряхтел путешественник во времени, привлекая внимание.
   - Так, это и есть костюм.
   Шестнадцать голодных пар глаз повернулись в сторону Максима.
   - А я разве не сказал? - Макс удивленно приподнял брови. - Надо же... Вроде говорил.
   - Шуба - как раз и есть... национальная народная верхняя одежда.
  
   В зале завизжали, затопали и запрыгали от радости одновременно:
   - ...Нифигасе, заява... - очуметь!
   - ...У нас, что? Будут, ТАКИЕ, шубы?
   - ...У каждой?
   - ...И мы будем их носить? Во Франции? На улице? Цельный день?
   .....
   - Ой, девочки... Я обязуюсь в ней не только ходить по улице! - Я в ней даже спать буду.
  
   ***
  
  
  
  
  
  
  
  
   5
  
  
   94
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера 5: Башня Видящих"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик) Т.Ильясов "Знамение. Начало"(Постапокалипсис) А.Субботина "Проклятие для Обреченного"(Любовное фэнтези) О.Миронова "Межгалактическая любовь"(Постапокалипсис) Л.Джонсон "Колдунья"(Боевое фэнтези) В.Кей "У Безумия тоже есть цвет "(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"