Васильев Иван Сергеевич: другие произведения.

Великий и ужасный... (Ди-джей. Часть I I)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фанфиков на Фикомании
Продавай произведения на
Peклaмa
 Ваша оценка:


  

Великий и ужасный... (Ди-джей. Часть II.)

  
  
   1.
   "Десять минут тому назад Штирлиц остановил машину.
   Он почувствовал, что засыпает за рулем..."
   (Здесь и далее: Голос за кадром. Сериал: Семнадцать мгновений весны).
  
   - А я говорю, что буржуазный рок и Советский комсомол - вещи не совместимы, - путешественник во времени слышал слова Валерия Смирнова сквозь навалившуюся дремоту. Шло очередное "скучное" собрание в райкоме ВЛКСМ. Макс сидел в самом конце кабинета, оперившись локтями о столешницу стола, удобно положив лоб на ладони. (Как будто серьезно задумался над происходящим). Глаза слипались. Чудовищно тянуло в сон. С трудом удавалось сдерживать зевоту.
   - Согласен! Западный, буржуазный рок и комсомол не совместимы, - визгливо отвечал Смирнову неизвестный спорщик. - А наш! Советский, пролетарский, молодёжный рок - ещё как совместим с жизнью комсомольцев. И не просто совместим, а наглядно демонстрирует превосходство нашей Советской музыки над этим уродством, что несёт нам Запад и его сателлиты...
   - ... Рок... рОк ... роК, - колоколом разносилось по комнате.
   - Не спать! Не спать! Не спать, - усиленно отвечало в голове Дениса.
  
   "Кончались вторые сутки, как Штирлиц был на ногах.
   Он решил, что должен поспать.
   Иначе он не доедет до Берлина.
   Хотя бы половину часа..."
   (Голос за кадром. Сериал: Семнадцать мгновений весны).
  
   - ... Рок-музыка вредна для здоровья, в частности, для ушей слушателей,... - иногда обрывки фраз всё же прорывались сквозь сознание дремлющего Максима. - Практически у всех рок-музыкантов и их слушателей катастрофически падает слух. Ухудшается здоровье. От громкой музыки постоянно возникают психические и нервные срывы. Более того, в одной западной газете было написано, что в Америке на одном из рок-концертов упал потолок на присутствующих! Представляете! Пострадавших - два! Нет - три! Четыре дня доставали по крупицам из-под обломков.
   - ... Ничего подобного, - снова спорили с оппонентом. - Рок - это искусство! Это - серьезное творчество! Для исполнителей необходимы знания, умение, искренний контакт с залом, осмысленные идеи, серьезная музыка - которую они хотят донести до слушателя. Причём не простого слушателя, а соучастника происходящего действия...
   - ... роК... Рок ... рОк, - эхом отражалось от стен.
   - Брр... трр... хрр... - едва слышно посапывал ди-джей.
  
   "Прошло десять минут.
   Штирлиц спал глубоко и спокойно.
   Но ровно через двадцать минут он проснётся.
   Это тоже была одна из привычек разведчика, выработанная годами..."
   (Голос за кадром. Сериал: Семнадцать мгновений весны).
  
   - Что скажешь, Максим? - резкий голос второго секретаря райкома Хлеборобова вернул спящего на грешную землю.
   - А я что-то должен сказать? - он медленно открыл глаза и прищурился от яркого света.
   - Сможете подготовить несколько песен на творческий концерт "Нет пропаганде дикого Запада"?
   - Э-э-э, - честно говоря, не знаю, - промямлил Макс, даже не соображая, о чём идёт речь. - Конечно, можно, попробовать.
   Проснувшийся рассмотрел удивлённое лицо Валерки. Тот решительно мотал головой, показывая на невозможность выполнения просьбы.
   - Но-о, гарантии нет. Надо будет посидеть - подумать - отъюстировать аппаратуру. Может быть ещё, что-то потребуется...
   Смирнов закатил глаза. Внутренне чертыхнулся. Расслабленно выдохнул.
  
   - Хорошо, - председатель начал подводить итоги совещания. - В следующий понедельник мы формируем заявку для жюри. Если к этому времени у "Берёзок" будут готовые песни - пародии на западную рок-музыку, мы включим их в программу. Если, нет - извините - сами виноваты. Всё, на этом обсуждение завершено. И кого-то остались вопросы? Нет? Тогда - собрание окончено.
  
   2.
   - Не знаю, как вы девочки, а я предлагаю выступать, - в музыкальной студии Максима остатки группы "Березки" продолжали активное обсуждение своего участия в творческом мероприятии. (Остальные исполнительницы и руководительница находились в отпусках).
   - Такое прикольное название концерта, - одна из девушек заломила руки. - "Нет пропаганде дикого Запада!". Тем более у меня прическа новая, а ещё туфли забрала из мастерской.
   - Тебе лишь бы где-нибудь выступать, - съязвила соседка, сидевшая рядом.
   - А что? - переспросила "Мальвина" с глазами цвета сирени и кукольными ресницами. - Это же так здорово! Все смотрят на наши выступления. Аплодируют. Дарят цветы, подарки, внимание.
   - Точно, точно, - завистливо дополнила подруга с короткой стрижкой. - А кого-то провожают до дома, прогуливают вечером по набережной, катают на мотоцикле, приглашают в кино и даже ресторан. Причем, поклонники при этом, все разные!
   - Не стоит завидовать! - фиолетово-глазастая не удержалась от ехидной шпильки. Отвела длинные темные пряди волос за уши. - Надо больше работать на репетициях, а не ездить по деревням полоть картофель! А потом, что поделать, если я ещё не определилась и выбираю?
  
   "Сто лучших рок-хитов всех времён и народов!" - путешественник во времени молча сидел в другом конце комнаты, склонившись за горой аппаратуры, и отчужденно смотрел в монитор, перебирал композиции, пальцем вертел колёсико мышки...
   "Эта не подойдёт, слушается с трудом, да и роком её назвать сложно, скорее всего чистый трэш-металл.
   ... Вот, поинтереснее, но вокалиста с таким голосом я не найду.
   ... Эта, слишком простая: Два прихлопа три притопа и сильно много повторов слова fuck.
   ... Это вообще неизвестно что и как оно сюда попало?
   ... Вот, кстати, неплохая песенка... - Тун-турун-тун-тун, - мысленно проиграли несколько аккордов на гитаре. - Хотя, нет - она спета уже три года назад".
  
   - Девочки, мне почему-то страшно! - обсуждение в узком кругу "Берёзок" не прекращалась не на минуту. - Я даже не знаю, что такое "рок"? А здесь нужно не просто исполнить композицию - а выбрать несколько, а затем спеть на них пародию. Может быть, не будем участвовать? Ну - его?
   - Я где-то слышала! - глаза "в ужасе" подняли к самому потолку. - Все рокеры обязательно должны быть здоровущими, потными, волосатыми мужиками с голосами осипшими от спирта. И ещё, они постоянно всё ломают, крушат и дерутся на сцене.
   - Оля, кто тебе сказал такую ересь? Нормальные у них голоса.
   - То есть то, что они потные, волосатые и постоянно пьют и дебоширят, тебя не смущает?
  
   - Девчонки, я вот сижу и думаю, а женский рок вообще существует? - одна из присутствующих нервно накручивала кольца волос на палец. - Что-то я ни разу не слышала про него? Может быть, не женское дело - петь, этот противный, дурацкий, не кому не нужный рок?
   - И я про него не слышала.
   - А мне не охота пародировать пьяных, волосатых певцов! - длинные пальцы девушки терзали сумку, губы подрагивали. - Мне что? Заняться нечем? Пусть они сами себя пародирует.
   - ??? - недоумённая пауза затянулась на несколько минут. Присутствующие начали переглядываться между собой.
  
   Тем временем в голове ди-джея всё спуталось и пошло хороводом...
   "У этой композиции, совсем простая партия и примитивный текст - явно написана для неполноценных подростков, обдолбаных таблетками.
   ... Эта чё то там ту-ру-туту, слишком медленная, заснут, пока доиграем.
   ... А от этого тынц-тынц, транс-бумс-бамс, наоборот кровь пойдёт из ушей и милиция полезет на сцену!
   ... Да-а! Но что-то надо выбрать? Что-то выбрать? Что? Песен много - идей мало - нужно всего две? Слишком большой список - слишком! Глаза разбегаются. И хочется и колется и времени нет!".
  
   - Ой, что-то я так волнуюсь - так волнуюсь! - тоска-печаль никак не хотела покидать девчачьи сердца. - Может быть, пока не поздно, сходим в библиотеку? Почитаем про этих рокеров-покеров? Узнаем о них всё? Или к Вальке Махровой зайдём - у неё друг в ДК Попова, чевой-то там бренчит на гитаре. Всё под очкастого Леннона из "Битлза" косит. Узнаем, а потом уже будем решать?
   - Ага, счас! Бросили и понеслись неизвестно куда. А вдруг у Максима появятся вопросы? Видишь, сидит сам не свой, глазами хлопает, не знает что делать. Может быть, ему нужна наша помощь, а ты предлагаешь бежать в библиотеку.
   - Тогда давайте разделимся. Двое останутся, будут помогать. Остальные пойдут. Потом, если что, поменяемся.
  
   - Красатули! - Макс отлично расслышал последнюю фразу. - Отставить волнение! Всё будет хорошо. Обещаю справиться самостоятельно. Всем спасибо. Завтра, репетиция в семь.
   Советчицы с чувством выполненного долга поднялись с мест и двинулись на выход из комнаты.
   - Марина, - он остановил последнюю, задержавшуюся на выходе. - Назови, пожалуйста, два любых числа от одного до ста?
   - Пятьдесят и шестьдесят три. А тебе зачем?
   - Просто так.
  
   3.
   - Такс, певочки-припевочки, шерочки-машерочки, - ди-джей вернулся к просмотру списка. - Кто у нас в списке под номером пятьдесят и шестьдесят три? Отзовись? Кому повезло?
   - Этого просто не может быть! - он не поверил своим глазам, увидев название композиций.
   - Хотя, а почему нет?
   - Песни хорошие, в будущем станут всемирно известными и популярными. Исполняются в жанре "Хард-рок". Как раз то, что надо.
  
   - Допустим, композиции выбрали, - мысли в голове Максима продолжали вытягиваться в строки, складываться в столбики, ряды, матрицы, формировать определённую картину размышлений.
   - Музыка есть, слова тоже. Более того, у нас имеются фонограммы. Интересный случай - исполнителя нет, а фонограмма с его голосом уже присутствуют. Итак, кого назначим вокалистом?
   - Валеру?
   - Нет, слишком тонкий голос. Да и спеть так не сможет.
   - Я?
   - Тоже нет.
   - Кто тогда?
   - Нужно искать.
   - Где искать?
   - Где-то.
   - Может быть, по-быстрому замутить кастинг?
   - Идея хорошая. Но пока дам объявление, соберу желающих, пока прослушаю - уйдет уйма времени. А исполнитель нужен здесь и сейчас.
   - И что делать?
   - Думать!
   - Думаю.
   - Может пригласить кого-нибудь известного?
   - Хорошая идея. Но он вряд ли согласиться петь пародии на "Современные рок песни", да ещё на простом мероприятии.
   - Это точно. Тогда надо пригласить неизвестного, желающего проявить себя.
   - А неизвестного надо опять искать, выбирать, прослушивать.
   - А где искать?
   - Где-то.
   - Замкнутый круг. И подсказку получить не от кого.
   - Двери! - Мыслителя от тяжелых раздумий отвлёк громкий возглас технички в коридоре. - Двери, для кого существуют. Ироды, расщеперили настежь!
  
   - Точно, дверь!!! - где на затворках сознания вспыхнула подсказка. - Вот кто мне поможет, подскажет и даже найдёт того - кого надо.
  
   В тоже мгновение рядом с входным проёмом сформировался ещё один.
   - Помощница, смотри сюда! - Максим повернул экран монитора в сторону двери. - Это Фредди Меркьюри - вокалист всемирно известной группы "Queen". Кстати, вот его фото. Видишь.
   - Который голый по пояс, с усами, - ди-джей ткнул рукой, в нужного человека. - Мне нужно найти похожего на него. Срочно.
   - И-и-и, - помощница тут же ответила скрипом, недвусмысленно приглашая войти.
   - Подожди, это не всё, - Макс подошёл и закрыл торопыгу.
   - Фредди - гениальный певец. Он может петь в вокальном диапазоне четырех октав. Четырех! От других исполнителей его отличает необычно быстрое и неровное вибрато. Так вот, мне нужен человек с такими же музыкальными данными. Чтобы голосом и навыками пения он походил на Меркьюри, а может был и лучше.
   - И-и-и, - снова ответила дверь, настойчиво открываясь и мягко отталкивая руку хозяина.
   - Постой! Это ещё не всё, - непоседу снова плотно прикрыли и даже навалились на неё плечом, чтобы она не спешила отворяться.
   - Мне надо, чтобы этот человек не только умел хорошо петь, но и проживал в этом времени, в Москве. Лучше если он будет вообще где-нибудь поблизости.
   - Ты поняла?
   - Дун-дун-дун, - дверь не просто поняла, она заскрипела, и по ней застучали в ответ с обратной стороны.
   - Ты хорошо меня расслышала?
   - Дун-дан-дун, - продолжали настойчиво долбить.
   - Ладно, посмотрим, кому там не терпится стать "ужасно" знаменитым?!
  
   4.
   - Тук-тук-тук, - в соседнюю дверь также постучали.
   Максим после минутного раздумья, с сожалением посмотрел на свою помощницу, которая быстро испарилась вместе с несостоявшимся Фредди Меркьюри. Открыл основную дверь. На пороге стоял Валерий Смирнов.
   - Максим, я по дороге встретил наших девчонок. Они говорят, ты принял решение участвовать в программе. Это правда?
   - Правда. Сейчас думаю, кто будет петь.
   - А ты случайно не забыл, что по положению конкурса одна из песен должна быть про армию?
   - Про какую армию?
   - Про нашу - про Советскую.
   - ???
   - И ещё, Хлеборобов после совещания мягко попросил меня напомнить тебе, что если ты приглашен на комсомольский актив, где решаются важные вопросы в жизни молодежи, то там необходимо работать, а не дремать. И если бы ты не спал, а слушал, что говорят и принимал участие в обсуждении, то не делал бы сейчас удивленное лицо, как будто слышишь про это в первый раз.
   - То есть, в программе выступления должна обязательно быть песня про армию?
   - Да. Я пытался намекнуть тебе, не спешить с ответом. У нас же нет армейских песен в репертуаре? Да ещё в жанре "Рок"?
   - Нет - будут! - беспечно произнёс Максим. После чего весело добавил, процитировав стихи...
  
   Что нам стоит, дом построить?
   Нарисуем, будем жить.
  
   - Честно говоря, - Смирнов придал лицу возвышенное выражение. - Я считал и считаю, что рока не должно быть на Советской эстраде. Более того, поведение комсомольца на сцене, как будущего коммуниста - не должно быть омрачено копированием музыкантов дикого Запада. Поэтому, со всей ответственностью заявляю, что не буду участвовать в этом мероприятии...
  
   Входную дверь рванули за ручку так, что она едва не слетела с петель. В "Музыкальную мастерскую" без стука вошёл военный в звании прапорщика.
   - Так! Рас-туды вас так, - гость произнёс резко, осмотрев присутствующих. - Иванов, кто?
   ??? Мёртвая тишина повисла в комнате.
   - Ещё раз спрашиваю... Иванов, кто?
   - Я, - с максимальной вежливостью ответил Максим.
   - А ты? - колючие глаза уставились на Валерку.
   - Ввалерий Смирнов, - не ожидая напора асфальтоукладчика, промямлил художник.
   - Так! Рас-туды тебя так! В армии служил, оболтус?
   - Ннет, - Валерка никак не мог прийти в себя от неожиданности.
   - Почему? Беженец? Дезертир? Враг народа?
   - Не взяли. Плоскостопие у меня.
   - А ты? - прапорщик перевёл испепеляющий взгляд на ди-джея.
   - Да... Нет... - ударился головой - не могу вспомнить.
   - Не служил, не помню, память потерял... - передразнил прапор. - Я! Рас-тудыт твою налево, таких как вы, в сорок втором под Сталинградом, без суда и следствия... своей рукой ставил к стенке. И стрелял до тех пор, пока не закончится обойма. А теперь, вырастили диссидентов - пыль с них сдуваем - поём с ними эту "Империалистическую заразу" - тьфу, рас-тудыт её выплюнуть и растереть.
   (Макс внимательно осмотрел "бравого" вояку-расстрельщика, после чего прикинул возраст: получалось, что в 42-ом ему было от силы года полтора-два, так что своей рукой к стенке он мог ставить разве что ночной горшок.).
  
   - Значит, так! Рас-туды вас так, - смилостивился "личный помощник" комиссара госбезопасности Берии. - Теперь по делу: Товарищ Хлеборобов попросил меня лично помочь вам в подготовке ответственного мероприятия: Найти певца популярных песен об армии. Что я и сделал. Ясно?
   - Конечно, ясно, - закивали головами гражданские.
   - Так, рас-туды меня так, - "генерал" выглянул в коридор. - Боец Петренко, рысью, ко мне.
  
   В комнату протиснулся лопоухий, похожий на вытянутую селёдку, солдат. Недавно обстриженная голова военнослужащего оказалась буграстой, неровной, точно над ней не очень потрудились в свое время: отесали топором и - ладно, мол, гуляй!
  
   - Значит, так, рас-туды вас так! Передаю бойца Петренко для репетиций. Сейчас, три часа сорок минут. Заберу через два часа. И чтобы через два часа он пел у вас так, рас-туды его так, как надо. Ясно?
   - Не слышу?
   - Ну-у, не знаем... - неуверенно бубнили "продажные" антисоветчики. - Постараемся... Попробуем как-нибудь...
   - Не знаем, постараемся, попробуем, - вновь передразнил прапорщик. - Ещё раз, повторяю для всех вражин случайно переживших сорок второй год, так рас-туды вас так! Особенно для тех, до кого не дотянулась моя рука! Чтобы через два часа, этот "ушастый Паганини" не просто пел, а пел и плясал как Магомаев. Ясно?
   - ???
   - Значит ясно, - прапорщик повернулся через левое плечо. Повернулся четко, видимо, ранее он был отличным строевиком, и вышел из студии.
  
   5.
   Две возбуждённые молодые особы уже половину часа стояли возле стеклянной будки телефона-автомата.
   - Лера, ты не права! - Она наша подруга. Мы не можем поступить так плохо. Это не по-товарищески.
   - Нинуся, почему не можем? Ещё как можем! Алла - взрослый человек. В том году окончила техникум - работает помощником счетовода в заготовительной конторе. Завтра, первый день как выходит из отпуска на работу. А тут раз - ты - и твой ненужный звонок.
   - Лерочка, это не правильно. Мы должны сказать ей. Мы её подруги!
   - Нина, ты не понимаешь? Она много раз говорила, что у неё очень ответственная работа. Тем более конец месяца - пора отчетов, планёрок, совещаний. Ей надо работать, считать чего она там считает, проявлять себя - а нас едет итак много. И вообще: Меньше народу знает - больше достанется другим!
   - Лера! Надо ей позвонить. Это не честно.
   - Нинуся, послушай меня. Хотя бы раз. Посмотри на время. Уже поздно - седьмой час. Алла много раз просила не звонить вечером. У неё строгая мама, маленький брат, скандальные соседи. Тем более, завтра она хотела пойти на работу пораньше и уж явно не готова к поздним разговорам.
   - Нет, я всё равно позвоню.
   - Хорошо. Звони - раз тебе надо. Но знай! Я тебя предупреждала и была против. Если что-то произойдёт - это будет на твоей совести.
  
   - Алло. Неля Сергеевна. Здравствуйте. Это Лера и Нина подруги Аллы из танцевального коллектива "Берёзки". Скажите, пожалуйста, а Алла ещё не спит?
   - Ага... Ага. Понятно. Нет, ничего не случилось. Нет, ну что вы. Как можно? Всё нормально. Не волнуйтесь: Все живы, все здоровы, всё хорошо...
   - Почему звоним? Да, так - ничего. Просто гуляем. Хотели узнать, как дела.
   - Ага... Ага. Не, ненадолго: Буквально на минуточку... - даже меньше.
   - Да, знаем, отпуск закончился, завтра на работу... Строгое начальство.
   - Конечно... Согласна... Обязательно... Неля Сергеевна, вы как всегда правы - через минуту идём домой.
   - Спасибочки.
  
   - Да, аллё, кто это? - на обратном конце провода раздался мелодичный, хорошо узнаваемый голос лучшей подруги.
   - Алла, приветик... - спокойным тоном ответили неведомой собеседнице.
   - Чё делаешь? Чем занимаешься?
   - Ага... Угу... Юбку гладишь. И кофту белую. Лаком покрасила ногти... Понятненько.
   - Слушай Алл, тут такое дело... Как бы тебе это сказать... Ты, завтра до скольки работаешь? Ага... Ясненько.
   - Да, не, ничего... Всё нормально. Гуляем с Лерой.
   - Не... Ничего не случилось. Всё нормально. Просто, Максим с Валерой чего-то опять придумали. В общем, на завтра репетиция отменяется.
   - Почему?
   - Как бы тебе это объяснить? Попроще.
   - Понимаешь, Аллочка... Тут, такое дельце... - девушка прикусила губу и посмотрела на свою рядом стоявшую подругу. Та активно махала ей руками, чтобы ничего больше не говорила, заканчивала разговор и положила трубку.
   - В общем...
   - Значит...
   - Короче...
  
   Переговорщица взяла паузу. Глубоко вздохнула. Переложила трубку из одной руки в другу. Плотно прижала к уху.
  
   - Алла, только не расстраивайся. Мы сразу хотели тебе позвонить. Но потом подумали: У тебя с утра первый рабочий день после отпуска... Мы с Лерой твои лучшие подруги, а Максим с Валерой договорились с какими-то военными, и нас завтра повезут в воинскую часть. Будут снимать музыкальный фильм на нашу новую песню. Все девочки из "Берёзок" играют в главных ролях.
   - Да... Точненько. Да именно так, - стали доброжелательно соглашаться со всеми доводами. - Едут все, абсолютно...
   - Конечно обрадовались: Настя, как только узнала про поездку - сразу побежала в парикмахерскую делать новую прическу. Катька вприпрыжку за ней. Лера оденет самую короткую юбку и туфли на длинном каблуке. А я думаю взять любимое серое платье.
   - Нет... Нет... Нет, это не то, что ты думаешь, - стали решительно оправдываться. - Кто же знал, что так получится? Да мы бы тебе сразу позвонили. Сами только что узнали. Нет, не специально. Нет, не хотели. Нет, не виноваты - это все они!
   - Нет, мы, не такие!
   - Аллочка, подожди, не возмущайся. Тебе завтра с утра на работу?! Просто не хотели расстраивать...
  
   Решительная соседка не утерпела и выхватила трубку из рук подруги...
   - Аллка, ты не представляешь, теперь мы!.. будем выступать не просто на сцене, а станем известными актрисами! Про нас снимут кино! Целый день сьёмок. С утра и до вечера! В костюмах, в форме и даже в купальниках. Возле настоящей боевой техники, рядом с военными - красивыми и мужественными парнями. Макарова, как жаль, что у тебя закончился отпуск и тебя не будет вместе с нами! Но, ты сама виновата!
   ??? - в ответ в трубке звучали какие-то неразборчивые звуки похожие на бульканье воды при сливе в раковине.
  
   - Мама, - медленно процедила девушка сквозь губы, когда положила трубку. В комнате повисла недобрая, неоднозначная тишина, словно перед чем-то плохим, что должно было неотвратимо произойти.
   - Я не знаю, что ты со мной сделаешь, но я не пойду завтра на работу. Ни-за-что!
   - Какой ужас! - Неля Сергеевна несколько театрально сжала пальцами виски. По её спине табуном побежали мурашки. - Доча, что произошло? Что случилось?
   - Ни-че-го!
  
   6.
   Поздним вечером Максим возвращался с работы. Шёл по коридору общежития. По дороге встречал редких соседок, с которыми вежливо здоровался.
   - Вечер добрый.
   - Ой, и вам добрый, - смущенно ответили на приветствие незнакомца. И ту же повернувшись к соседке, тихохонько толкнули её в бок.
   - Валь, а это кто?
   - Где? - удивлённо переспросили в ответ, не замечая ничего кроме люстры на потолке.
   - Вон! Парень, только что прошёл, поздоровался с нами.
   - А, этот, - подруга вздохнула раздосадовано. - Какой же это парень? Скажешь тоже - парень. Так себе. Живет на нашем этаже в бывшей сушилке. Ни рыба - ни мясо. Ни выпить - ни закусить. Один плюс - в штанах ходит.
   - Не знаю... Я бы так не сказала. По-моему, очень даже ничего. Вежливый такой - прошёл, поздоровался. И улыбка приятная, и голос. Валь, а чем он занимается? Где работает?
   - Марина, не действуй мне на печенку! Ни чем не занимается. Тусуется до позднего вечера в каком-то ДК МК ПК. То ли дворник, то ли плотник, то ли ещё какой-то скотник "физического труда". Так, что забудь - он тебе не пара: К тому же с головой у него не в порядке - пришибленный он.
   - Как это?
   - Так! Когда служил в армии, ему по ней крепко настучали. Причём так сильно, что теперь ничего не помнит.
   - Бедненький. За что же его так?
   - За что - за что? За дело! Письма кому надо не писал!
  
   Макс зашёл в комнату. Не включая свет разулся. Повалился на кровать. Притворно зевнул, потянулся, повернулся с одного бока на другой, закинул руку за голову, другую подпихнул под себя. Долго лежал с открытыми глазами, задумчиво смотрел в тёмное окно.
   Тяжело вздохнул, взбил подушку, завернулся в одеяло, свернулся "калачиком", выпрямился "в струнку" - спать не хотелось.
   Что-то постоянно отвлекало: Мешали посторонние звуки, идущие с улицы. Потом урчание телевизора за стеной. А больше всего громкое "цыганское" радио раздававшееся на весь коридор: Какая-то Лена просила какую-то Галю, узнать у Марины или Иры, ушла ли Наташа к Кате за туфлями Веры, которые для неё купила Маша на день рождения Вики.
  
   Девушки, смотревшие фильм за стеной, добавили звук. Громче заиграла музыка, и диктор проникновенно произнёс...
  
   Погоня! Какой детективный сюжет обходится без нее.
   Один бежит, другой -- догоняет... таков непреложный закон жанра.
   Детектив без погони, это -- как жизнь без любви.
   (Фильм "Берегись автомобиля". https://www.youtube.com/watch?v=8u2ayLRFjSE )
  
   - Блин, везёт же соседям! - Макс завистливо вздохнул. - Смотрят телевизор. Судя по репликам - интересный фильм. А я тут один! Сирота-сиротинушка! Лежу в пустой комнате. Всеми позабыт - позаброшен - скучаю - никому нет дела до меня.
   - Я может быть, тоже желаю посмотреть что-нибудь увлекательное!
   - А что? Сейчас встану с кровати и пойду, напрошусь в гости, посмотрю кино.
   Лежебока мечтательно потянулся.
   - Короче, хочу посмотреть интересный фильм, - сообщил он кому-то, уставившись стеклянными глазами в стену. - И не по телевизору, а в большом, многолюдном зрительном зале, с огромным экраном.
   - И не просто детектив, а ещё и фантастический, с элементами мелодрамы, боевика и ужасов.
   - И-и-у, - ответили ему через несколько секунд, открывая вход в один из западных кинотеатров.
   .....
   Это была захватывающая остросюжетная лента с кричащим названием "Нашествие тьмы".
   Продюсер не пожалел средств на антураж. Здесь было всё: Майзеры, шмайзеры, параболические антенны, инопланетный суперкомпьютер, летающие тарелки пришельцев, пышная суперзвезда с бюстом пятого размера.
   Завязка фильма строилась вокруг тайника, куда "плохая", выжившая из ума старушка помещала имя молодой жертвы, которую впоследствии похищали инопланетяне, а затем, поместив её в паутину, скармливали своим зародышам.
   Пышная суперзвезда, возглавляла секретную разведывательную организацию, и искала пропавших людей, но не могла найти - потому что хитрые инопланетяне вселились в тела первых лиц государства и всячески мешали расследованию.
   Главный персонаж - "спящий" переросток-ботаник, работает полотёром в школе умственно отсталых детей. К середине фильма он пробуждается, умнеет, хорошеет, меняет прическу и естественно становится непревзойдённым сыщиком-аналитиком. Только после его подсказок и наблюдений наконец-то становится понятен чудовищный план космических завоевателей, а именно поработить Землю.
   В конце фильма главный герой настолько становится активным, что минуя все ловушки, соблазняет суперзвезду, побеждает инопланетных захватчиков, замыкает обрывком проволоки суперкомпьютер, вызывает землетрясение и заваливает скалами подземный город с яйцами пришельцев...
   Итог: Все живы, все счастливы, радуются, прощальные пятиминутные поцелуи в конце фильма - планета спасена, пришельцы погибли. Ура - ура! Звучит бодрая патриотическая музыка, стремительно бегут титры, довольные зрители расходятся из зала - зе энд.
   ......
  
   - Мда?! - странные мысли обуревали кинокритика после просмотра. Он вернулся к себе в комнату и снова лежал на кровати, уставившись в потолок.
   - Скажем прямо - не шедевр, да ещё напичканный логическими не состыковками. И вообще получается, что если бы, они не нашли тайник, то пришельцы продолжили бы похищать ни в чём не повинных девушек?
   - Так и было бы. Сперва сожрали бы всех людей - потом наплодилось бы огромное количество инопланетян и всё - конец матушке Земле.
   - С другой стороны... - активные размышления волнами чередовались в черепной коробке. - Забудь старуха место куда прятать записки - а вдруг, память то плохая - эмбрионы умерли бы от голода. Выходит все дело в тайнике!
  
   - Кстати, - путешественник во времени строго посмотрел на стену, где находилась исполнительница желаний.
   - Я вот, что думаю...
   Человек в комнате взял небольшую паузу. Прищурил глаза, а затем внезапно произнес.
   - Слушай дверка, дверуша, дверушечка. Назрел вопрос... Серьёзный!!! Ответственный! Подумай, прежде чем ответить!
   - Скажи... Инопланетяне на Земле, есть? Были? Будут?
   ??? - тишина со стороны советчицы. Она онемела - явно не ожидала такого подвоха.
   - А тайники, оставленные пришельцами, показать сможешь?
   - ??? - никаких изменений. Дверь "зубами" вцепилась в косяк и решительно не желала выдавать инопланетные тайны.
   - Значит, будем молчать? - строгий хозяин начал закипать. Он строго свёл брови. - Или делать вид, что не понимаем вопросов?
   - Но ведь какие-то тайники в этом времени существует? Не может быть, чтобы не было? Хотя бы... шпионские, бандитские, воровские? Хоть какие? Давай, показывай - всё равно заснуть не могу!
  
   7.
   В кабинет капитана госбезопасности Карпина вошли два молодых человека в форме курсантов военного училища. Подойдя к столу, они одновременно поднесли руку к козырьку и отчеканили...
   - Товарищ капитан! Курсант Савельев прибыл в ваше распоряжение для прохождения практики.
   - Курсант Скрябин прибыл для прохождения практики.
  
   - Надо же! Отличники боевой и политической подготовки, - Карпин отметил ребят, прочитав поданные документы и прижав их на столе крепко сжатым кулаком.
   - Значит, будете проходить практику в нашем управлении. Орлы! Очень хорошо. Диверсантов ловить сразу не обещаю, но... Есть, есть у нас интересные дела в которых необходимо проявить ум, смекалку, выдержку, хладнокровие. Да и научитесь кое - чему.
  
   Капитан поднял трубку телефона...
   - Старшину Николаева.
   - Андрей Степанович?
   - Зайди ко мне.
  
   Через несколько минут в кабинете появился ничем не приметный старшина, с узкими покатыми плечами, с продолговатым бледным лицом.
   - Андрей Степанович, знакомься, - выйдя из-за стола, обратился к нему Карпин. - Курсанты Виктор Савельев и Алексей Скрябин. Будут у тебя под началом. Понятно?
   - Так точно.
   - Смотри старшина: Боевые ребята, отличники учебы, чекисты по призванию, будущие Шерлоки Холмсы и Пинкертоны. Улавливаешь, к чему я веду разговор?
   - Понимаю, - ни один мускул не дрогнул на лице старшины. - Постараться максимально использовать их знания, опыт и навыки полученные в училище.
   - Верно, рассуждаешь. Берёшь этих орлов и сразу привлекаешь к самому сложному и ответственно-важному делу.
   - Сделаем, товарищ капитан. Разрешите идти?
   - Идите.
  
   Спустя пять минут курсанты стояли в "мрачном" подвале перед огромным, покрытым вековой пылью, закрытым на большой амбарный замок шкафом. Вид у ободранного, облупившегося хранителя вещей был недоуменный и обиженный, словно он молчаливо говорил: да, я знаю, что стар и прожил свой век. Но почему меня бросили, почему спустили в подвал? Совесть у вас есть?
  
   - Привлечешь их к самому сложному и ответственному делу! - курсант Савельев ехидно передразнил капитана.
   - Постараюсь максимально использовать их знания и навыки, - тут же крепко досталось старшине.
   - Нет, Леха! Согласись - издеваются! - Савельев никак не мок успокоиться. Обида бурлила, наполняла его.
   - Попросили бы просто очистить этот "гроб на колёсах" от мусора. Нет проблем - взяли, собрали, выбросили. Но ведь велено открыть, аккуратно достать, составить подробную опись всех найденных предметов, да ещё в двух экземплярах. А уж только потом отнести на помойку и выбросить.
   - Может не так всё плохо? - задумчиво возразил Скрябин. - Вдруг там ничего нет. Открывай, посмотрим.
  
   Савельев вставил ключ в скважину. С трудом провернул его. Замок чавкнул. Шкаф недовольно уперся плечами в стену.
   Металлическая затворка отворилась со скрежетом и дребезжанием, эхом отдавшимся в темноте.
  
   - Мать честная! - челюсти курсантов отвисли "до самого пола", "рассматривая" доверху забитый "сейф".
   - Леха, деньги! Наверно несколько десятков тысяч? Рубли. Доллары. Марки. Разные: Да тут вагон валюты! Это же целый банк! Эльдорадо! Клондайк! Мы тут замучаемся переписывать - пересчитывать - перекладывать. Это, что... шутка такая? Им что? Занять нас нечем?
   - Витя, смотри, золото в коробках. Монеты? Украшения? Глянь - слитки золотые.
   - Оружия-то сколько? Вау, классный "Наган"! Себе заберу. Нет, лучше "ТТ". Хотя... Вот, что мне надо! Дамский пистолетик - супер убойная вещь! Я такой видел в фильмах про шпионов. Пах-бах и ноги кверху.
   - Прикинь... Настоящий "Шмайсер"! - Савельев потянул за торчащее из вороха дуло с большой мушкой и вытащил на божий свет автомат, передернул затвор. Пружина лязгнула тревожно и звонко.
   - Та-та-та-та... - спародировали убойного немца. - Алес, дастишь, Гитлер капут... Яя! Натюрлих.
   - Витюша - зацени: Иностранные паспорта, плёнки, бланки. Коды какие-то? Шифр что ли?
   - Опочки, товарищи дорогие, держите меня семеро: Фотоаппарат! Магнитофон. Транзисторный приёмник! Да он новенький!
   - Скажешь тоже - приёмник, - квадратные глаза соседа смотрели в другой угол. - Посмотри вниз - рация.
   - А это, что? Чемодан. Внутри старые папки с немецким орлом. Дела какие-то. Журналы, тетради с записями. Фотографии. Всё в пыли и печатях.
   - И чё - весь ворох? Взять, переписать и уволочь на свалку?
   - Не домой же?
   .....
   Какое-то время спустя в нескольких километрах от столицы, в дремучем лесу.
   Стояла тихая тёмная ночь. Луна спряталась за рваные облака. Тени от деревьев успокоились и жадно потянули руки по траве к машине.
   Два человека молча сидели в автомобиле. Уши их настроились на лесные звуки и шорохи. Глаза бегали из стороны в сторону, едва различая контуры деревьев.
   Мужчины долгое время прислушивались.
   - Вроде тихо, выходим, - водитель рукой в перчатке дотронулся до плеча своего спутника.
   Оба открыли дверцы и, продолжая прислушиваться, ступили на траву. Молча, оглядываясь по сторонам, подошли к тайнику. Пассажир тихо начал копаться в земле, убирая дёрн, открывая тайник. Внезапно он замер. Наклонился. Затем стал шарить рукой. Ощупывать пустоту.
   - Всё в порядке? - вспыхнула спичка - её пламя осветило перекосившееся от ужаса лицо, словно отлитое из бронзы, гладкая кожа блестела на мощных скулах, точно полированный металл.
   - Нет, - едва слышно прозвучало в ответ.
   - Чего нет? - переспросил напарник. Его лысину прикрывали тёмные длинные и жидкие пряди волос, напоминавшие мутные водоросли, распластанные на белом камне.
   - Ничего, НЕТ!
  
   8.
   Единственный представитель мужской части на территории женского общежития, в очередной раз потянул дверцу холодильного шкафа на себя. Внимательно осмотрел содержимое.
   Внутри находилось блюдо с великолепно зажаренной гусятиной, висели аппетитно выглядевшие колбасы, лежал небольшой сочный окорок ветчины, было масло и хлеб. Несколько кусочков сыра. Красивый набор печенья, две плитки шоколада и большая коробка конфет "Ассорти". Из шкафчика приятно тянуло холодом.
   - Нет, это не то, - недовольно пробубнил хозяин. - Не то.
   - Я хотел чего-нибудь сладенького к чаю. А тут не понятно, что. Хотя пахнет вкусно.
  
   Кто-то (Вероятно почувствовав запах еды) еле слышно поскрёб во входную дверь.
   Требовательный хозяин подошел к входу, открыл. На пороге стояли Кристина - староста пятого этажа.
   - Вечер добрый, - девушка приветливо улыбнулась.
   - И вам, добрый. Как раз собирался поужинать. Заходи! Составь компанию. Сейчас достану что-нибудь вкусненькое, угощу.
   - Спасибо. Я не голодная, - Кристина, поверх плеча, осмотрела абсолютно пустую комнату и сиротливо стоящий у стены стол, застеленный пожелтевшими газетками.
   - Максим! У меня к тебе просьба: У нашей скромницы Ксюши, из пятьдесят третьей комнаты, завтра день рождения. Мы с девочками купили в подарок телевизор. Решили проверить его, а он чего-то не фурычит. То ли антенна не работает, а может ещё чего.
   - Короче... Ты мужчина?! - она выразительно посмотрела на парня своими большими серыми глазами и подала небольшую картонную коробку. - Сможешь разобраться? Открыть, проверить, посмотреть?
   - Конечно, давай, попробую.
   - Вот и чудненько. А я побежала, опаздываю на дежурство.
   "Врёт, поди, как всегда!" - завистливо посмотрели вслед девушки. "Небось, полетела к своему Гошану."
   Старшая по этажу с чувством выполненного долга сразу же рванула с места.
   - И это... - она остановилась на половине пути. - Поздравляем завтра в семь вечера. Смотри не опаздывай! Приходи вовремя!
  
  
   - Итак, дорогие наши теле-видео-зрители, что мы имеем? - Максим закинул ноги на спинку кровати, начал, как и положено "настоящему индейцу" перед первым включением сложной аппаратуры, читать "по диагонали" инструкцию по её применению...
   - Телевизионный приёмник чёрно-белого изображения "Юность Р-603" - 1 штука.
   - ...малогабаритный, переносной, соответствует техническим условиям...
   - ...Внимание! В телевизоре применен взрывозащитный кинескоп типа...
   - ...Суммарная масса драгоценных металлов: Золота 0,1028164 г. Серебра 1,66941007 г...
   - ...прием черно-белых передач в зоне неуверенного приема не гарантируется...
   - ...не оставляйте телевизор на попечение незнакомых... больных... малолетних детей. Опасно!
   - ...при первом включении постарайтесь проверить продолжительность работы...
   - ...не доверяйте ремонт и настройку приемника случайным лицам... Помните об ответственности!
   - ...и тэ дэ и тэ пэ... приятного просмотра и хорошего настроения!
  
   - Всё понятно. Коротко, ясно и доходчиво на восемь страниц: Надо включать, смотреть, крутить, вертеть, пробовать.
   Ответственный потребитель встал с кровати, подошёл к аппарату. Воткнул вилку в розетку на 220v, начал выдвигать и последовательно, медленными вращательными движениями (Как указано в инструкции) крутить антенну, щёлкать переключателем телевизионных каналов строго почасовой стрелке.
   - Ну-ка-ся, дорогие мои друзья, чего у нас происходит на "1" канале?
   - Ни-че-го.
   - На втором: Сильный снег, пурга, метель, буран сквозь завывания, в которых видна "замороженная" вокалистка, вцепившаяся в рояль и жалостливо поющая романсы о несчастной любви.
   - На третьем: Хорошая картинка, неплохой звук и двое серьезных мужчин обсуждают революцию на Кубе.
   - На четвертом: Серьёзные обозреватели с "Третьего" канала уплотнились, наложились друг на друга, сдвинулись в угол и еле слышно сквозь громкий шорох и скрежет, продолжают чего-то бубнить про кубинских революционеров.
   - На пятом: Отличное изображение, хороший звук. Показывают "старинный" фильм про крепостных актёров.
   - На шестом, седьмом, восьмом, девятом, десятом - загадочное голубое свечение. И тишина!..
   - Одиннадцатый скорее всего принимает послание со звёзд. Растянутые, волнообразные звуки далёких галактик изредка прерываются мерцанием экрана и пугающим треском.
   - На двенадцатом: Хорошее изображение и звук. Идёт репортаж с каких-то международных соревнований по плаванью. Наши пловцы выступают плохо. Прошло уже два заплыва. Нет ни одного советского спортсмена даже в тройке призёров. Смотреть такое не интересно.
  
   - Мда! - произнёс техник-наладчик широкого профиля, завершив просмотр имеющихся вариантов. - Выбор каналов "просто шикарный". Прям, даже не знаю с чего начинать: Со скучно, с очень скучно или ва-о-ще неохота смотреть. Проблема стара как мир...
  
   Вроде телевизор есть - и программы целых четыре - а посмотреть нечего!
  
   - И как я должен проверить продолжительность работы? Надо же сидеть и чего-то глядеть.
   - Что если? - путешественник во времени на минуту задумался, а затем щёлкнул тумблером, переключил с положения "12" на "1".
   - Попробовать получить сигнал из будущего на не занятое место? Сможет ли его принять аппарат?
   - Вы как думаете? - он обратился неведомо к кому.
   - Молчите? Не знаете?
   - И я не знаю.
   - Попробуем?
   - Непременно!
  
   В ответ на запросы Максима, где-то высоко в воздухе, в районе верхушки Останкинской башни, открылось межвременное окно и через него от другой мощной антенны, из другого времени, начал поступать устойчивый телесигнал. На экране маленького телеприёмника вместо мирно шипящего снега появилась яркое, чёткое, качественное изображение с хорошим звуком.
   - Совсем другое дело, - обрадовались исполнению задуманного желания. - Картинки в телевизоре стали меняться. Как будто кто-то пультом переключал каналы.
   - А теперь, дорогие телезрители! Мы будем с вами смотреть...
   - Кстати, а что мы хотим? - Максим, с чувством выполненного долга, завалился на кровать.
   - Хорошую спортивную передачу. Где наши побеждают.
   - Нет! Лучше спортивный фильм!
   - И не просто фильм, а захватывающую ленту, где советские ребятушки не просто побеждают, а рвут всех одной левой: Оле... Оле... Оле... наши вперёд!
   Макс перевёл взгляд на экран. Широко зевнул.
   - Давай, подруга дней суровых, включай что-нибудь увлекательное из спортивных фильмов.
   - Так, надо выбрать вид спорта.
   - Футбол, волейбол, баскетбол, водное поло, - начали перебирать.
   - Может быть, какой-нибудь... гандбол?
   - Не... Пускай будет шайбу-шайбу, хоккей. Что-нибудь из серии СССР - Канада!
  
   .....
   Москва - многомиллионный город.
   Через пять секунд первый зритель, от скуки вращая ручку, с удивлением обнаружил новый канал.
   Через семь минут число заинтересованных зрителей перевалило за двадцать тысяч.
   Через десять минут информация выплеснулась во дворы, понеслась по улицам, зашелестела по проводам...
  
   .....
   Несмотря на поздний час, парк был переполнен людьми. С аттракционов доносился счастливый визг девушек, низкий баритон ребят, скрип качелей. Из игровых павильонов ползла приятная электронная музыка, с озера слышался скрип уключин лодок, негромкие счастливые голоса влюбленных. А над всем этим - шум старых деревьев, зной и темнеющее вечернее небо, покой, умиротворённость.
   Василий Аркадьевич, как всегда шёл домой через парк. Он отстоял небольшую очередь к павильону, где торговали чешским пивом. Не торопясь купил две кружки. Пиво было тёплое, кисловатое, явно нечешское, но тем не менее приятное на вкус. Горькая жидкость слегка покалывала язык. Он выпил кружку залпом, "без закуси" и опустил её на подставку. Соседи посмотрели на него одобрительно - так и надо, это по-нашему.
   Допить вторую кружку он не успел, когда в воздухе со всех сторон, подобно сигналу "Пожар", начало распространяться перекликающееся эхо...
   ...По телевизору показывают фильм про хоккей.
   ...Про что?
   ...Хоккей по телевизору.
   ...Как, так? Его нет в программе? Как такое возможно?
   ...Хоккей! Все говорят! Без программы! Показывают наших!
   ...И не просто хоккей, а "СССР - Канада!".
   ...Наши, с канадцами? С чего вдруг?
   ...Да точно! С канадцами! Наши! Играют!!!
   ...Дык, надо смотреть!
   ...Хоккей... Идёт...СССР - Канада! - понеслось по парку.
   ... Как, уже идёт? Какой счёт? Давно началось? А кто играет за наших? А у Канады, кто?
   - Мужики, чего стоим? - не утерпел Василий Аркадьевич. Он бросил всё: Недопитое пиво, ободранную воблу, мелочь, лежащую горкой на столе, и быстро пошёл в сторону дома, подгоняя неизвестных людей. - Идёмте скорее. Хоккей! Кто знает, по какой программе?
  
   .....
   - Итак, говорит и показывает Монреаль! - диктор воодушевленно продолжал комментировать начало хоккейного матча в кинофильме "Легенда N17". - Начинается официальная церемония открытия хоккейной супер серии СССР - Канада. Сразу чувствуется особый статус этой игры. Ведь впервые здесь встречаются сборная Советского Союза, и команда звёзд Национальной хоккейной лиги...
  
   - Хр-р... пс-пс, - в ответ ему тихохонько посапывал главный заказчик телерадиовещания этого вечера по кнопке "Номер 1".
  
   - О-о-о, - нескончаемо звучало от многочисленных болельщиков, прильнувших к голубым экранам.
   Улицы столицы, также как в фильме, практически полностью опустели. Все смотрели хоккей, болели, переживали и здесь, и там...
   - ...Умеют же, когда захотят, снимать фильмы! Не оторваться! Аж-но мурашки по спине, - доносилась, с одной стороны.
   - ...Фильм, огонь! Смотрится на одном дыхании. Игра актёров просто шикарная, причём все неизвестные. Откуда они взялись? - отражалось с другой.
   - ...Алё, Коля, ты не поверишь! Я этот дурацкий хоккей сроду не смотрел. Но оказывается - это нечто! Сидим, глядим, переживаем всей семьёй. Двухлетняя дочь, жена... тёща, соседка зашла за солью, все ревут в один голос! Канадцы, сссу...ки, сломали ногу Харламову! Га-а-ды! Куда смотрит судья? Как теперь парень будет играть? У них там впереди целая серия встреч? А Валерка почти половина команды!
  
   - Хр-р... пс-пс, - миролюбиво звучало где-то далеко-далеко, в комнате на четвёртом этаже женского общежития.
  
   - Дорогие друзья, телеканал "Русь ХИТ" продолжает свою работу. Сегодня в нашей вечерней аналитической программе будет показан культовый фильм Алексея Балабанова "Брат-два". По окончании киноленты мы как всегда обсудим с приглашенными гостями реалии фильма по отношению к недавним событиям в Америке...
   Звук, идущий из динамика телевизора, стал понемногу уменьшаться.
   Спящий очнулся и сонно произнёс, угрожая неизвестно кому...
   - Не вздумай выключать про "Брат-тву". Я всё слышу... И не сплю!!!
  
   9.
   Утро для жены первого секретаря Ставропольского крайкома КПСС Горбачевой Раисы Максимовны началось с резкой трели телефонного звонка.
   - Слушаю? - ответили спросонья едва слышно. - Кто это? Кто говорит?
   - Катюша, узнала тебя. Случилось чего-нибудь? Звонишь спозаранку?
   - Ничего не случилось. Понятно.
   - Не приедешь к нам сегодня на дачу? А почему?
   - Говоришь внук приболел.
   - А муж?
   - Плохо себя чувствует?
   - Жаль, тогда будем ждать в следующий раз.
  
   - Да? - тут же новый телефонный звонок.
   - И вам доброе, Вера Петровна.
   - Не будите. А что произошло?
   - Мужа вызвали в Москву? Срочно?
   - Тогда приезжай одна.
   - Без него не можешь?
   - Хорошо, спасибо что предупредили.
  
   - Ничего не понимаю, - после пятого подряд звонка с отказом приехать на дачу, Раиса Максимовна задумчиво посмотрела в окно. Небо было чистое и ясное. Ни одного облачка на горизонте. Прикусив губу, медленно положила трубку в сторону от телефона.
  
   - Дзинь-ди-линь, - новая трель звонка. В этот раз звонили в дверь.
   На пороге стояла горничная.
   - Раиса Максимовна, я хотела бы получить расчет за месяц, - решительно произнесла женщина.
   - Тома, что произошло? - хозяйка внимательно оглядела работницу от стоптанных туфель до реденького платка на голове. - Отчего такая спешка? Тем более месяц только начался.
   - Ничего. Просто отдайте деньги за работу.
   - Нет, Тамара. Давай, так: Пока не скажешь, что происходит. Никаких денег не получишь. Говори.
   - Утром позвонила сестра из Москвы. Сказала, вчера по телевизору весь вечер обсуждали, о том, что ваш муж продался американцам, за их проклятые доллары, чтобы развалить СССР.
  
   - Что за глупость?! - глаза хозяйки дома полезли на лоб от чудовищной новости. - Как такое возможно? Ерунда какая-то.
   - Ага, ерунда! Вчера на всю Москву, рассказывали о том, что какие-то "партократы" подготовили цельный план!
   - Тамара, что ты несешь? - Раиса Максимовна плотно сжала губы. - Какой план, какие партократы, какой развал?
   - Такой! По телевизору чётко сказали: Сперва, в декабре 79 начнется война в Афганистане. На убой отправят всю нашу армию, и там погибнет пятнадцать тысяч молоденьких солдатиков. Потом, в 85 они назначат вашего мужа главным, и он по приказу из Вашингтона в апреле 86 взорвёт атомную станцию в Чернобыле. Погибнет больше двухсот тысяч человек. И последнее! В декабре 91 полностью развалит СССР на республики. Которые начнут друг с дружкой воевать - потому что кушать будет нечего - СССР то распалось! А за это, ему мериканцы дадут Нобелевскую и ещё кучу всяких премий.
  
   - Тома, остановись, успокойся! Ты несешь какую-то глупость! Миша - он не такой! Он не кому не продавался.
  
   - Глупость - не глупость. Продавался - не продавался, - женщина деловито поправила платок. Глубоко вздохнула.
   - В общем, я думаю, так - вашего мужа, завербованного американского агента, не сегодня - завтра посадят. Это же надо столько натворить! Имущество ваше конфискуют, и деньги к концу месяца вы не вернёте. Поэтому, Раиса Максимовна, Христом богом прошу, отдайте сейчас. Имейте совесть - разве я плохо работала?
   - А то, что вы - враги народа?! - она злопамятно посмотрела на хозяйку. - Я не кому не скажу!
  
   10.
   Узколобый, с длинной выгнутой дугой, с белым кругом на переднем вагоне переполненный трамвай совершал лёгкую пробежку по утренней Москве. Два сцепленных между собой вагончика ныряли в старенькие, заросшие зеленью московские переулки, пересекали площади, стучали колесами по мостам и мостовым, перезванивались с встречными себе подобными.
   - Слышали? Видели? Смотрели вчера? - активное обсуждение прошедшего телеэфира шло внутри трамвая.
   - Я даже представить не могла, что такое, возможно, да ещё по телевизору! - возмущалась твердая как кремень женщина в строгом костюме. - Ужас, товарищи - ужас! У меня нет слов!
   - А где про это говорить - как не по телевизору? - противоречил ей маленький человечек, сгорбившийся и странно угловатый. Голова его глубоко ушла в плечи, красноватый нос блестел. - Всё сделали правильно! Всё верно. Так и надо! Лучше поздно, чем никогда!
   - Ну, знаете ли! - женщина не хотела уступать. - Это уже перегибы. Можно было как-то помягче, поделикатнее что ли. Заранее подготовить народ. А они как всегда - нате, вам - вывалили! И что теперь?
   - Да расстрелять всех, к едрене фене! - шумел какой-то бородатый дед, сидевший не месте инвалидов. - Ух! Повылазила контра! Не добили мы её в сорок пятом! Но ничего... ничего. Дайте время! Мы им покажем где раки выводят икру!
   - Правильно! - ветерана поддержал мужчина в шляпе и почему-то зло посмотрел на Макса. - Партия всё знает! Партия всё сможет! Органы быстро найдут и разберутся со всеми, кто суёт палки в колеса!
  
   - Граждани-и-н! Алё, слышите меня? - кондуктор обратилась к Максиму, требовательно глядя на него большими карими глазами. - Признавайтесь! Вы, организовали безобразие? Почему молчите?
   - А чего сразу я? - "честный" путешественник во времени начал оправдываться. - Я не причём, я вообще вчера весь вечер спал как убитый. И даже не знаю, про что идёт речь.
   - Я спрашиваю, почему людей к выходу не пропускаете? Организовали столпотворение. Не выходите, так отойдите в сторону.
   - Я выхожу.
   - Вот и выходите. А то стоит как столб, уши развесил!
  
   - Блин, что же такое вчера показывали по телевизору, что народ с утра такой заведенный? - Рассуждал Макс, поднимаясь по входной лестнице ДК, "ломая голову". - Чего же я пропустил?
  
   - Товарищ Иванов? - к нему подошёл человек в форме работника милиции.
   - Я.
   - Максим Ильич?
   - Да.
   - Вещи ваши? - он указал на спортивную сумку, висевшую на плече Макса.
   - Мои.
   - Лейтенант Синицын, - милиционер поднёс руку к фуражке.
   - Собственно в чём дело?
   - Пройдёмте со мной, - он указал на стоящий недалеко УАЗик с синей полосой и решеткой на задней двери. - У нас к вам есть ряд вопросов.
  
   11.
   Широка страна моя родная,
   Много в ней лесов, полей и рек!
   Я другой такой страны не знаю,
   Где так вольно дышит человек...
  
   Квартет девушек-заключенных весело и задорно исполнял популярную советскую песню "Широка страна моя родная" со сцены в актовом зале, наполненном молодыми арестантками.
  
   - Здравствуйте, дорогой товарищ артист! - начальница женской колонии холёная, как боярыни из старых сказок, в длинной черной бархатной юбке, в белой кружевной кофте, помпезно встретила Макса и лейтенанта милиции на входе в зал, где шло ответственное мероприятие.
   - Мы рады, что вы согласились выступить на нашем празднике, - прокричала она почти в ухо "дорогому гостю".
   У женщины было еле тронутое морщинами лицо, и совершенно белые волосы. Туго затянутые в пучок на затылке, они сидели на голове, как серебряный шлем.
   - Я? Согласился? Выступать? - Максим ничего не понимая, обернулся в сторону милиционера.
   - Просто кошмар, с вами артистами, - седовласая боярыня продолжала настойчиво трясти руку гостю. - Все боятся. Отказываются выступать в колонии. А вы, молодец, согласились!
   - Видите ли, в чём дело, - оторопело начал отнекиваться "Работник творческого цеха". - Как бы вам помягче сказать, точнее объяснить... Я, как бы, сегодня, не совсем готов.... Вот завтра, или нет, лучше послезавтра... А может быть даже через неделю...
  
   - Лейтенант, подскажи мне, в каком жанре работает приглашенный гость? - начальница, не обращая внимания на отговорки, продолжала утюжить жидкие окопы "сомневающейся" интеллигенции.
   - Юморист? Гитарист? Исполнитель песенник? А может быть он иллюзионист?! Здорово было бы, если он умел показывать фокусы. Страсть как люблю смотреть номера фокусников.
   - Э-э-э, - замялся милиционер. - Не знаю, Степанида Сергеевна.
   - В смысле? Не знаешь? Ты кого притащил, олух?
   - Степанида Сергеевна! Знаете, что?! Вы приказали - я выполнил! Зашёл в приемную ДК. Директора - нет. Спросил - кто у вас самый талантливый в области культуры и развлечения. Секретарь переспросила: вообще или в наличии. Я ей отвечаю - в наличии. Она... есть Максим Иванов - он очень талантливый.
   - Я его нашёл - привёз - вот, он, - указали на творческого "гения".
   - Синицын, ты нормальный или как? - женщина кипела, "пуская пузыри". - У тебя, вообще, мозги есть? Может быть, он не артист? Может быть, он талантливо клеит обои или фигурно забивает гвозди... в потолок? А ты приволок его на отчётный концерт? Что теперь с ним делать? Что?
   - Не знаю... - виновато развили руками. - Мне сказали привести - я привёз, а дальше не мое дело. Хотите, отвезу обратно? Отвезти?
  
   На лице "железной леди" не дрогнул ни один мускул, но глаза мгновенно поменяли цвет и стали стальными. В ответ на оправдания милиционера послышалась длинная, на несколько минут тирада с многочисленными неизвестными "высокохудожественными" словами. Знакомых среди них было только три: "ты", "твоя" и "мать".
  
   - Гражданин Иванов, - выговорившись, женщина перевела взгляд на Максима.
   - Выручайте! - её полные пальцы сжались, образовав большие увесистые кулаки. - Ваш ДК взял шефство над женской колонией с осени прошлого года. Полгода прошло, отправили кучу запросов, служебных, пригласительных - одни отписки в ответ.
   - А нам, во как! - она кровожадно чиркнула ладонью себе по шее. - Нужны интересные творческие номера!
   - Сможете изобразить какое-нибудь творчество? - Хотя бы спеть песню? Или прочитать басню? А может, фокусы покажите? Вы же работник ДК? Должны же уметь?
  
   Макс осмотрел зал забитый молодыми арестантками: Грустные глаза, серые, хмурые лица, серые платки и такие же платья. Перевёл взгляд на ужасные, разбитые сапоги, торчащие из-под кресел. На несколько секунд задумался и внезапно спросил...
   - Фокусы, говорите?
   - Хотелось бы, - простонали в ответ.
   - Ладно, будут... фокусы.
  
   Затрещал, ржаво заскрипел занавес, точно по кочкам проехала несмазанная телега.
   - Девушки, внимание! - ведущая начала объявлять очередной номер.
   - Сегодня, на нашей сцене, впервые покажет своё мастерство... современный кудесник, фокусник, чародей в третьем поколении, престидижитатор, доктор белой, серой и черной магии...известный по всей Москве под именем Максимэль дэр Музыкальный!
   - ...Встречаем!
   - У-у-у, - под недовольное ворчание на сцену поднялся простой парень, в обычной одежде (Совсем не похожий на чародея, фокусника, а уж тем более на доктора какой-то там магии) со спортивной сумкой на плече.
  
   Максимэль дэр подошёл к столу президиума, застеленному скатертью. (Приставка "дэр" использовалась для того, чтобы имя звучало красивее и значимее).
   - Милые дамы! - помпезно начал гость.
   - В качестве реквизита, для исполнения своих номеров, я всегда использую самые простые предметы.
   - Например, эту скатерть, - он резко сдернул материю со стола. Тряхнул её, выбивая пыль, растянул двумя руками, покрутил из стороны в стороны.
   - Как видите, самая обычная и простая скатерть красного цвета.
   - И эту сумку, - он снял с плеча сумку и небрежно поставил на столешницу.
  
   - Да! И еще, чуть было не забыл, - гипнотизёр напряженно посмотрел в зал. - Прошу вас! Ни в ком случае не повторять мои трюки и фокусы. Это может быть смертельно опасно: Для вас! Ваших друзей, знакомых, близких и дальних родственников!
   - Итак... - зал замер от ожидания.
   - Внимание... - все глаза устремились на сцену.
   - "Сим-салабим", - фокусник накрыл сумку скатертью, сделал несколько таинственных пасов руками.
   - "Ахалай-махалай-курштюк"! - открыл замок-молнию, перевернул сумку и вывалил на стол горку содержимого: Какие-то провода, наушники, несколько аудиокассет, небольшой кассетный магнитофон и ещё непонятно что. (Присутствующим трудно было разобрать).
   Махинатор довольно скрестил руки, поклонился, выпрашивая аплодисменты.
  
   Зал недоумевал, - за что?
   В тишине были слышны едва различимые реплики...
   - ...И в чём предъява? Поводил руками - покривлялся - вывалил барахло?!
   - ...Фуфел какой-то, а не факир!
   - ...Вечно тащат в колонию кого не попадя! Где их только берут? Безруких...
   - ...Ноги бы ему поломать, да охрана не позволит.
  
   Чародей не подал виду. (Хотя хорошо расслышал все "благодарности"). Величественно поднял сумку над головой. Прошёлся по сцене, не торопясь, вальяжной и задумчивой походкой, как подобает знаменитому артисту, демонстрируя пустое содержимое внутренностей.
   - Как видите, уважаемая публика, сумка полностью пустая.
   - Внутри, ничего нет!
   - Ничего, нет!
   - Нет!
   - А теперь, внимание! - он поставил сумку на стол. Накрыл скатертью. Надул щёки. Стал активно, как вентилятор, махать "лопастями", что-то бубнить под нос.
   - "Алле-апп" - закричал фокусник, срывая скатерть с сумки.
   После чего открыл молнию, засунул руку.
   - Ву-а-ля! - произнес он и начал вытягивать из сумки длинный кусок переливающейся материи.
   Тянуть его, тянуть, тянуть, не останавливаясь, вытаскивать изо всех сил. Как будто где-то чего-то разматывал.
   Минута, две, три... - тянет. Глаза вверх. Серьёзное лицо. Губы сжаты. Резкие рывки.
   Десять, пятнадцать, двадцать пять метров... - тянет-потянет - фокусник устал сгибать руку, застелив практически весь пол сцены блестящей тканью, наконец-то крикнул "Сим-салабим"!
   После чего, пошарил рукой, вынул из сумки ножницы. Устало перерезал не заканчивающийся кусок материи и закрыл молнию.
   - Ву-а-ля! - волшебник поклонился. Тяжело выпрямился. Вытер с лица проступающий пот, ожидая аплодисментов.
  
   Зал по-прежнему был недоволен...
   - ...Фи - двойное дно!
   - ...Делов-то, подкладку пришить да длинную ткань спрятать.
   - ...Так и я могу.
   - ...Лучше бы Кису Корманницу позвали!
   - ...Вот, она - красава!
  
   "Ах, так, да?" - недовольно пробубнило самолюбие "иллюзиониста".
   "Всё, тяпки-мотяпки заплечные! В топку все ваши фокусы... покусы... мокусы. Сейчас буду делать то, что умею лучше всего на свете".
   Макс повернулся, резко набросил скатерть на одиноко стоящую у стены трибуну. Без всяких взмахов и заклинаний решительно залез внутрь на несколько минут.
   Вылез. Достал из-под материи две колонки. Разнёс по краям сцены. Снова нырнул под тумбу. Вытащил необходимую аппаратуру. Быстро размотал шнур удлинителя. Из коробочки достал микрофон. Наушники. Стал нажимать какие-то кнопки. Крутить ручки. Втыкать штекера.
   - Раз, два, три, - громко, на весь зал, зазвучало в микрофон. - Проверка, работаем.
   - Милые дамы, - загромыхали колонки, наполняя зал звуком. - Максимэль дэр Музыкальный продолжает свою концертно-развлекательную программу. Песня, которую я исполню, называется "Алёшка".
   Стараясь подражать оригиналу, жалостливо и тоскливо, чуть с придыханием (Как на паперти) запел... (Примерно так https://www.youtube.com/watch?v=-ohc812LSy0)
  
   Любишь ты Алёшку больше, чем меня
   О Лёшке ты вздыхаешь зря
   О Лёшке все твои мечты
   Только о Сереге позабыла ты...
  
   "Сергей Жуков" протяжно выдохнул последние звуки своей "атомной" серенады. Согнал скупую мужскую слезу с левого глаза. Чуть наклонился вперед, подражая Алексею Потехину. Камерно затих, ожидая громоподобных оваций, переходящих в крики "Браво", "Бис", "Ещё".
   ??? - в зале висела "мёртвая", всё поглощающая тишина.
   С улицы приглушенно доносился лай собак. В зале тишина такая, что слышно, как "мухи ползут по оконным решёткам".
  
   - Не понял? - искра недовольства пробежала в голове Максима". - Не понравилось? "Алёшка"? Не понравился?
   - Ничего себе?! - "Руки вверх"! не впечатляют молоденьких девчонок? Расскажи кому - не поверят - сам не верю. И тем не менее - факт!
   - Да-а-а???
   - Ладно, попробуем что-нибудь из другой оперы. Заведем чуть веселей.
   Без объявлений, пояснений, названий из колонок зазвучала новая композиция... (https://www.youtube.com/watch?v=0Uf0CxL7ljI )
  
   В этот вечер снова ждёт тебя другой
   Это он украл любовь у нас с тобой
   Не ходи к нему на встречу, не ходи
   У него гранитный камушек в груди...
   (гр. "Нэнси". "Гранитный камушек").
  
   И вновь тишина.
   Ти-ши-на!
   Гробовая ТИШИНА!
   Казалась, даже стулья замерзли, иней разводами побежал по стенам и пополз по потолку, уже не говоря о слушателях.
   - "Блин, да чего не так-то?"
   - "Люди, чем же вас удивить?"
   - "Чем?"
   - "Может быть, замутить какой-нибудь трэш в виде хеви-металл хард-рок рэпа?"
  
   Одна из заключённых, с круглым, как репка, лицом, и редкой чёлочкой на лбу, внезапно робко подняла руку. Шмыгнула носом. Виновато улыбнулась.
   Начальница косо посмотрела на неё. Сморщилась.
   - Можно спросить?
   - Конечно.
   - Уважаемый, Максимэль дэр! Не могли бы вы исполнить ещё раз "Алёшку"?
   - Могу.
   - Правда?
   - Конечно.
  
   Новая рука тянется вверх. Глаза зрительницы покраснели и наполнились влагой.
   - Слушаю?
   - А спойте, пожалуйста, после "Алёшки", "Гранитный камушек". Хорошо?
   - Ладно.
  
   Третья рука - чётко в порядке очереди после получения ответа на два предыдущих вопроса.
   - А можно, после "Алёшки" и "Гранитного камушка" снова услышать "Алёшку", а потом опять два раза "Камушек". А затем ещё два раза "Алёшку".
   Макс вопросительно посмотрел на начальницу колонии. Та согласно кивнула головой.
   - Как, скажите.
  
   После семи "Алёшек" и пяти "Камушек" певец попытался переубедить присутствующих в зале...
   - Дорогие девушки, у меня есть и другие, очень красивые и мелодичные песни.
   - Какие, ещё другие? - недовольные выкрики из зала.
   - ...Не надо других! Сам их слушай! Давай, нормальные песни.
   - ..."Алёшку", пой или "Гранитный камушек".
   - ..."А-лё-шку"!
   - ...Нет, "Камушек"!
   - ...Нет, "Алёшку".
  
   - Кончай базар! - строгая "воспитательница" женской колонии вступила в разборки.
   - Итак, сидим на три минуты больше чем положено!
   - Максим! Исполните на выбор любую песню, и мы выходим на построение.
   - Хорошо, - ди-джей начал быстро нажимать какие-то клавиши.
   - Прощальная композиция называется "Такое короткое лето". Звучит впервые, для всех находящихся в зале... (https://www.youtube.com/watch?v=CfxMj_Eh1s0)...
  
   Еще немного - и слова закружит ветер,
   И синим небом завладеют облака
   И все, что было между нами в этот вечер,
   Слегка нелепым станет вдруг издалека...
  
   - Знаете что, молодой человек? - вкрадчиво раздалось возле самого уха Максима, когда прозвучали последние аккорды.
   Начальница зоны тихо подкралась и стояла в нескольких сантиметрах от ди-джея. В глазах "фанатки Жени Белоусова", как у кошки, светились желтые огоньки.
   - Спойте последнюю песенку, ещё раз. А лучше... два!
   - Так, построение же и всё такое? - удивился певец.
   - А ничего, подождёт.
  
   12.
   - Уважаемые конкурсанты! - строгая женщина посмотрела в зал поверх очков, заполненный "неформальной" молодежью, исполнителями "роковых" песен.
   - Напоминаю условия конкурса "Нет пропаганде дикого Запада!": Мероприятие состоит из двух частей: Сегодня, первая часть - интеллектуальная, по итогам которой семь коллективов из восьми допускаются ко второй части - музыкальному концерту.
   - Сейчас, жюри, составленное из представителей городского комитета культуры, комитета комсомола и Московского военного округа зададут вопросы. Каждый по своей теме. За каждый правильный ответ творческий коллектив получает плюс один бал. За неправильный - минус один.
   - Группа, набравшая больше всех балов, становится лидером и имеет лучшие шансы на общую победу в конкурсе. Коллектив, получивший меньше всех, выбывает и не участвует во второй части конкурса.
   - Отвечаете следующим образом: Поднимаете руку. Говорите название группы, а потом даете ответ на вопрос.
   - Всем понятно?
   - Да. Понятно. Конечно. Ясно, - раздались реплики из зала.
  
   Четыре девушки из группы "Березки" расположились с краю шестого ряда. Они рассеяно осматривали окружающих. Бросали пытливые взгляды в сторону жюри, конкурентов. Глубоко вздыхали и закатывали глаза.
   - Ой, девочки! Что-то мне страшно! Так страшно! Как будто второй раз поступаю в институт. Только тогда я всё знала, а теперь абсолютно ничего!
   - Небойся! У нас есть Настя. Она умная, начитанная! Работает в библиотеке и всё про всех знает. Настя, скажи им?
   - Девочки, я постараюсь, - неуверенным голосом произнесла библиотекарь.
   - Так, тихо. Уже спрашивают первый вопрос. Настя, слушай. Лиза, готовься поднимать руку. Будем отвечать.
  
   - Вопрос: В какой стране произошло рождение рока как музыкального направления?
  
   - Я, я, я, - девушка подпрыгивая с кресла, трясла рукой даже не дослушав ответа.
   - Вижу первого знатока, - секретарь жюри поправила очки. - Отлично. Готов ответ. Говорите.
   - Группа "Березки" - это мы, - поспешно выдала рыжая дивчина. - Все знают, всем известно - первыми исполнители рока были "Beatles". Они, из страны - Англия.
   - К сожалению, это неверный ответ. У "Берёзок" минус один бал. Пожалуйста, будьте внимательнее. Не торопитесь.
  
   - Вижу ещё одну руку, слушаем вас.
   - Группа "Ёлки-метёлки копчёные", - подобно старинному граммофону забубнил рябой длинноволосый парень в вытертых до белизны джинсах и замшевом жилете. - Рождение рока произошло в США.
   - Правильно. "Ёлки-метёлки копчёные" вырываются вперёд и получают плюс один бал. Молодцы ребята!
  
   - Вопрос: Была ли? А если была то, как называлась первая женская группа, исполняющая песни в стиле рок?
  
   - И снова вижу первой поднятую руку из шестого ряда. Замечательно. Говорите.
   - Группа "Берёзки", - вновь пулемётом прострочила девушка с длинной рыжей косой.
   - Я поняла, что вы из группы "Берёзки" ещё с прошлого раза. Какой ваш ответ?
   - Группа "Берёзки", это и есть ответ.
   - К сожалению, снова неверно. А у самонадеянных девушек минус ещё один бал. Итого: минус два.
   .....
   Спустя половину часа.
   Тот же зал. То же место. Подведение итогов блиц опроса.
   Унылые девчата с краю шестого ряда сидят с поникшими головами. Тяжко, вздыхают.
   - Это ты во всём виновата, Забудаева. Куда ты лезешь вперед батьки в пекло? Ни одного верного ответа. Вообще! Привыкла долбить на своих барабанах, лучше бы головой думала. Нафига мы тебя взяли?
   - А чё сразу я? Кто мне подсказывал? Все подсказывали. Так, что - все виноваты.
   - Настя? Почему воды набрала в рот? Кто из нас читаман и работает в библиотеке?
   - Кто? - возмущенные сиреневые глаза заполонили половину зала.
   - Ты!
   - Ой, девочки! Я вот, что думаю. Если бы мы сидели и молчали. Представляете? Просто сидели и молчали. Вон, как наши соседи - сидят и молчат. У нас было бы, как у них - ноль баллов.
   - И что?
   - А у нас - минус семь. И всем теперь ясно кто последний и не будет выступать на концерте.
   - Кто?
   - Мы! У нас меньше всех баллов: У них ноль, у нас минус семь.
   - Ой, я поняла! Сейчас нас выпрут.
   - Ещё как выпрут!
   - За что?
   - За то! Сами виноваты. Молчать надо было.
  
   - Но это не справедливо! - рыжая, конопатая барабанщица поднялась с кресла и "сметая всё на своём пути" двинулась в сторону подводившего итоги жюри.
   - Товарищ генерал?! - она решительно обратилась к председателю жюри, человеку, одетому в военную форму с незнакомыми ей погонами.
   - Км, км... Я не генерал. Я полковник.
   - Товарищ генерал-полковник! Что же это происходит? Зачем вы нас девочек обижаете? А ещё мужчина! Военный! Красавец! А?
   - Позвольте, мы вас не обижаем. Всё четко, всё по правилам. Мы берём лучших.
  
   - Верно, говорит Лиза! - три рассерженных тигрицы подкрались и окружили полковника.
   - ... Мы девочки!
   - ...Да.
   - ...Служить в армию, нас, не берете! Плавать, в этот, как его... в морской флот, тоже! Так ещё и петь рок, запрещаете!
   - ...Это не справедливо!
   - ...н-Да! - озорно повели глазами.
   - ...Мы столько готовились. Целый клип сняли!
   - ...Сняли!
   - ...И что теперь?
   - ...Что?
  
   - Тихо, все! - военный проявил громкий командный голос. Взял паузу на несколько секунд, покривил губы.
   - Константин Сергеевич, мы не можем их включить, - представитель комитета культуры высказала свое мнение. - Время концерта, ограничено - два часа. Они просто не входят в программу.
   - Км, км... Ладно, разрешаю один клип, - председатель жюри принял волевое решение. - Но только, после всех выступлений. Во время подведения итогов.
   - И всё, - он поставил жирную точку. - Больше никакой самодеятельности!
  
   13.
   Южные моря приближались и посылали путешественникам ласковые вздохи. Волны искрились, переливались, тихонько плескали о борта судна. Звуки воды напоминали о поцелуях, и наводили на приятные размышления.
   Мягкий ветерок чуть усилился, поменял направление. В скулу парохода ударила крутая волна, обняла, подержала в тугих объятиях и отпустив, убежала к неведомым берегам.
   На верхней палубе красавца круизного лайнера "Royal Princess", на самом носу, с коктейлем в руках и обычной спортивной сумкой за спиной стоял, оперившись о перила, молодой человек. Беглец, "с трудом" вырвавшийся из "Советского Гулага", разморившись от теплого приветливого солнышка, мирно бубнил себе под нос, романс на слова Есенина, навеянный невероятной фантастической картиной, что окружала его... (Примерно так https://www.youtube.com/watch?v=_f5IRh3TS4o)
  
   Над окошком месяц. Под окошком ветер.
   Облетевший тополь серебрист и светел.
  
   Палитра ярких красок, разлитых вокруг завораживала и создавала один образ за другим. Она воскрешала прошлое, манила в будущее. То представлялась в виде отдельного воспоминания, утратившего яркие краски действительности, то рисовала один из тех прекрасных морских пейзажей, которые служили объектами вдохновения для Айвазовского, Лоррена, Тёрнера. Парень вздохнул полной грудью и пропел чуть громче (Как говорят в народе - душой)...
  
   Дальний плач тальянки, голос одинокий --
   И такой родимый, и такой далекий...
  
   - Км... км... - еле слышно раздалось над ухом.
   - Миль пардон, просчю проченья, - на распев, с сильным "французским" акцентом, к нему обратился импозантный мужчина в возрасте: Он был высок, сухощав, волосы, брови и ресницы у него точно покрашены перекисью водорода. Двигался он как-то боком, будто кого-то отталкивал левым плечом.
   - Месье есть быть русский товарищ? - в нос загнусавил незнакомец. Говорил он как-то странно, старомодно, что ли, глотая буквы, прямо как в старых добрых черно-белых фильмах.
   - Ви есть коммунист? Пролетарий? Из Москова?
   ??? - романтическая особа недовольно покосились на седовласого, кисло улыбнулась. (Даже здесь не дают побыть наедине с самим собой и природой. Вот, что им всем надо?) После чего произнесла с ответным, только уже русским акцентом... - Уи! Кэмарад.
   - Экскюзэ муа, я Симон Дюваль. Как бы правильно сказать по-вашему по-русски? До нашествия захватчиков, работаль в вашей большой огромный страна. Потом уехаль и поэтому говорить с трудом.
   Парень вновь бросил удивлённый взгляд на седого собеседника. Прикинул его возраст. Сравнил с возрастом своего прадедушки...
   - До какого нашествия? Наполеона что ли?
   - О, да! Я отвыкать! Русский юмор - водка, медведь, балалайка, ха-ха-ха. Смешно! Я так давно не бывать там. У вас. До война. Много позабыть. А тут идти и услышаль русский слова песня и видеть настоящий большевик, коммунист из СССР - здесь, на этом, капиталистический корабель! Это просто невозможно! Это тур есть безумно дорого! Много, много деньги! Большие деньги! А эта есть палуба только для миллионер.
   - Месье, могу я узнать как его завать? И чем он заниматься в страна Советов, что может позволять плыть на этом безумно дорогой лайнер?
  
   - Месье зовут, товарищ Иванов, - четко, как на экзамене ответили приставале.
   - А чем он заниматься, чтобы позволять себе плыть на корабель? - парень почесал рукой затылок. - "Чтобы такое сказать, чтобы отстал. И не просто отстал, а чтобы больше не подходил. Такой душевный момент запорол, гад!".
  
   - "О, придумал!..".
  
   - Месье Иванов! - мечтательно посмотрели вдаль, прищурив глаза. - Сейчас на отдыхе. У него во-о-яж. Понятно? А чем занимается - это тайна! Сюда попал случайно, после выступления в женской колонии.
   - Тайна? Выступление? В колонии? - теперь уже ни чего не понимал француз? - Месье беженец? Политзаключенный? Узник совести? Эмигрант?
   - Месье - есть, быть известным магом, чародеем, фокусником, - начали на пальцах объяснять старцу простоту сущности мироздания. - Он был кудесником не долго - на время. А потом, как выпустили из колонии, решил отдохнуть на этом корабель.
   - ??? - на время кудесником? Отдохнуть от фокусов?
   - Не верите?
   - Я конечно верить. Ви же из СэСэСэ эР. Там все друг другу верить - страна Советов. Но я, из Франция и поэтому, чуточку сомневаться: О-ля-ля, Месье Иванов, так не походить на фокусник.
   - Ладно, Фома Неверующий. Смотрите. Докажу. Видите сумку.
  
   Странный пассажир снял с плеча сумку. Открыл её, показывая, что она пустая. Закрыл замок.
   - Теперь могу достать оттуда всё, что захотите. Давайте, говорите, чего хотите? Я достану. Это и есть мой фокус.
   - Я не знать, чтобы хотеть, - мужчина замялся. Опустил глаза в пол.
   - Тогда назовите любой предмет, который придёт на ум, и я вытащу его из сумки.
   - Трэ бьен, пускать, быть, деньги - франки. Например, сто тысяч. Хотя, нет. Пусть будет большой пачка на двести тысяч. Такой толстый, разный, потёртый купюр. (Дюваль вспомнил, что у него дома в тайнике хранится как раз такая пачка банкнот, припрятанная на чёрный день).
   - Двести, так двести.
   "Фокусник" совершил несколько пасов руками. Произнёс какую-то тарабарщину. Открыл сумку и достал широченную, толщиной сантиметров пятнадцать, пачку потрепанных банкнот, переплетенную тонкой резинкой.
   - Пощупайте. Настоящие?
   - Да, - произнесли удивленно, выпучив глаза. (Мон дьё! - Они очень похожие на мои. Даже резинка такая же!).
   - А теперь, - бросьте их обратно.
  
   Парень снова закрыл и открыл сумку.
   - Ву-а-ля. Видите, ничего, нет. Пусто.
   - Действительно, нет, - Дюваль пошарил рукой.
   - Вот, такие фокусы-покусы показываю. На этом живу, питаюсь и позволяю себе путешествовать.
   - А миллион можете вытащить? - руки ассистента дрожали от нетерпения. Хотелось подержать в руках, пощупать. - А два?
   - Могу, только зачем?
   - Действительно, зачем деньги товарищам из страны Советов? - француз отошёл от Макса и стал задумчиво прохаживаться недалеко по палубе, искоса бросая взгляды на странного пассажира.
  
   Через две минуты Дюваль вновь подошёл.
   - Месье Иванов, - произнёс он тоном заговорщика. - Я сразу понять, вы есть деловой человек. Поэтому должны покупать у меня то, чего нет ни у кого в стране Советов.
   - Хорошенькое дело! - Максим снова пошутил. - Купи то, чего нет? А потом думай, кому это продать? А оно ему надо?
   - Послушать меня... Я сейчас говорить важный вещи: Я Симон Дюваль. Я работать и иметь много знакомых в кино бизнесе. Я бизнесмен и часто бывать в Голливуд. Хорошо знать самого Дайан Грей. Он один из директоров "Уолт Дисней"! Это серьезный и уважаемый человек! Он быть сейчас здесь на корабле. Отдыхать своей семьёй. Он иметь одна копия лента привольного содержания, которая пока не пошла в прокат. Она очень популярна взрослый людей. Они готовы смотреть и платить. Много платить. Вы меня понимать?
   - У кого популярна? Кому платить? Кого понимать?
   - У взрослых! У него в каюта есть одна копия. Я готов уговорить продать вам за двести тысяч франков. Поверьте, это есть очень очень мало, недорого. А вы потом поедите в Союз, будите показать другим. С вашим умением делать фокусы вы быстро заработать на этом сумасшедший, большой, огромный деньги. Тысячи, десятки тысяч, миллионы рублей, франков, долларов! Соглашайтесь.
  
   "Нифига себе? Это, что? Предложение заняться распространением порнографии?", - Макс скривил лицо, а вслух произнёс. - Идите-ка ты, дядя, знаешь куда?!
  
   - Куда? - месье Дюваль не понял смены настроения делового партнера и оглянулся в сторону безбрежного океана.
   - Хотя, нет, постойте, - Максим остановил ход своих мыслей. - У меня другое предложение. Более денежное.
   - У вас? - из-под насупленных лохматых бровей недоверчиво стрельнули масляно-поблескивающие глаза. - У большевика? У коммуниста, товарища, люмпена из Россия? Более денежное, чем у меня? Какое? Куда надо идти?
   - Дайан Грей авторитетный специалист в компании "Дисней", так?
   - Так.
   - Он ваш друг, верно?
   - Да.
   - У него есть видеомагнитофон в каюте?
   - Конечно!
   - Я дам вам видеокассету с готовым детским мультфильмом. Нормальным... детским... мультфильмом на английском языке. Там нет титров. Одно действие. Фильм называется "Холодное сердце принцессы". Он снят в неизвестной студии людьми, которых никто не знает. Первая работа на пробу. Покажите его Дайану Грею. Пусть посмотрит и скажет своё авторитетное мнение. Если понравится, я готов встретиться с ним, и оговорить условия сотрудничества. У меня, кстати, несколько таких фильмов. Если не понравится, значит не судьба мне стать великим и "ужасным" мультипликатором.
  
   - Месье Иванов, пардон? А в чём есть мой интерес?
  
   Путешественник во времени прикусил губу, сделал вид, что считает в уме деньги. (Большие деньги с огромным количеством цифр и нулей!). Потом загадочно посмотрел на часы.
   - Значит так: Через час мне надо быть на дне рождения. Обязали дарить телевизор. Потом чаепитие и всё такое. А вот часа через четыре я буду ждать вас на этом месте. Если Грей посмотрит и скажет - "Нет" - вы получите десять тысяч франков.
   - Если скажет - "Да", - фокусник снова достал увесистую пачку из двухсот тысяч франков, веером помахал перед носом дельца. - Это ваш будущий гонорар.
   - Согласны на мои условия?
   - Уи, - седовласый бизнесмен нервно сглотнул слюну и потянул руку за кассетой.
  
   .....
   Вечер аппетитно сжевал четыре часа.
   Огромная кромка небесного светила близилось к закату. Она медленно погружалось в начинающее подергиваться синей дымкой бескрайнее море. Зажигала фантастический веер золотых и пурпуровых облаков. Яркими красками переливалась на воде.
   Два человека вновь пересеклись на верхней палубе круизного лайнера.
   - Как прошла "встреча столетия", месье Дюваль? - спросил один из них. - Я не вижу счастья на вашем лице? Вы не рады заработать большие деньги?
   - А чему радоваться, месье Иванов? Я не уговорить Дайан Грей. Он напыщенный индюк решительно отказать мне смотреть ваш фильм. Он говорить смотреть творчество русских, есть то же самый как есть соленый сахар или пить горячий лёд.
   - Значит, не пожелал пить горячий лёд, - Макс повернулся в сторону Дюваля, после чего задумавшись, произнёс. - Напомните, сколько я вам должен?
  
   - Месье Иванов! - произнесли с притворной сердечностью. - Давайте не будем торопить событий. Я быть серьёзный бизнесмен. Я вас понимать - вы есть очень талантлив молодой человек. У вас есть деньги. У меня к вам есть интересный предложений: В Париж я владеть собственный киностудий "Дюваль Франц". Она снимать приватный фильм который нравиться взрослым. Это приносить хороший доход. Как вы смотреть на то, чтобы вложить немножко чуть-чуть - скажем тысяч... двести - триста, в очередной популярный работ? Поверьте, это есть отчень-отчень выгодный предложений.
   - Я же сказал, что не связываюсь с порнографией. Неужели не понятно?
   - Да, но... вы могли бы заработать. Стать известным. Мы поставить ваше имя в титры! Вас узнать высший свет. Вы заводить полезный знакомство. Хотите?
  
   - "Стать известным? Имя в афишу? Поехать за границу? Где-то я это уже слышал?" - недовольно скребло в голове путешественника во времени.
  
   - Ви только представлять... Крупным, большим, ярким шрифт. Бегущий строка по весь экран. Всего двести тысяч франков и вас все узнать, любить, почитать! Приглашать на деловой и романтик встречи.
   - Нет!
   - Но почему?
   - Потому, что ёжики в лесу заблудились и желудЯми подавились!
   - О-ля-ля, опять есть веселый шутка из страна победивший капитализм.
   - Короче, Месье Дюваль - время деньги! В вашем случае не большие. Давайте рассчитаемся. Заберите свои жалкие десять тысяч из двухсот... И адью, шер ами! - (Прощай, дорогой друг! - Фр.) Оревуар! Гудбай! Прощай! Расходимся.
   - Месье Иванов! Ещё один минут внимания. Я видеть по глазам, вы мне давно что-то желать предложить. Ведь, так?
   - Так.
   - Я внимательно слушать ваши условий, - произнесли, не представляя масштабов грозящей опасности и что за этим последует.
  
   Повисла недолгая, зловещая тишина. За бортом перестали носиться и кричать чайки. Море недовольно шипело, урчало, грызло нос корабля.
   Максим, расстегнул замок на сумке и вынул папку доверху набитую документами.
   - Здесь четко расписанная идея моего предложения.
   - О-ла-ла, цельный папка? - удивлению собеседника не было предела. - Так, много? И когда только успеть? А! Я поняль, вы это встреча с кассетой специально подстроить, чтобы меня узнавать? Познакомить? А потом говорить? Верно?
   - Да.
   - И вы хотеть сделать выгодный предложений? Мне? И какой?
   - Вы добираете опытных людей к себе в киностудию. Лишних увольняете. Вот здесь, я указал их имена. А потом все вместе начинаете трудиться на меня по моим запросам. Выполняете работу четко, в сроки, по пунктам указанным в списке.
  
   Француз поперхнулся от неслыханной наглости. Ему! - предложить такое. Седая шевелюра "гасконца" волной вздыбилась надо лбом. Он напыжился и, придав лицу холодное выражение произнёс.
   - Я Симон Дюваль! Я, есть отчень занят деловой и известный в киномир человек: Фестиваль, презентация, премьера, показы, встречи по всему мир. У меня нет минут ни секенд свободный время! И вдруг бросить всё и работать на простой пролетарий бедняк неизвестный товарищ из СэСэСэ эР по его список? Немыслимо! Это и есть ваше предложений? Вы шутить? Вы ничего не перепутать? Кто ви? Никому неизвестный фокусник из страна Советов. И кто есть я? Симон Дюваль! Собственник известный на весь Париж приват киностудий "Дюваль Франц"!
   Взлетевшего к небесам осторожно вернули на грешную землю.
   - Мне вас рекомендовали как опытного специалиста, который может выполнить все задачи, которые я задумал. Причем не просто выполнить, а организовать и сделать их лучше всех.
   - И кто меня рекомендоваль? Кто есть этот добрый - плахой, гадкий челёвек? Который меня так подводить? Когда я быть есть такой безумно занятой? О-о, я сильно возмущен и недоволен! Он это всё знать и так меня подставлять?
  
   Странный русский оставил вопрос без ответа. Напрягшись, вытащил из сумки длинную как кишка, просвечивающуюся сетку-авоську, из которой жалостливо просвечивали утрамбованные в кучу-малу лепестки купюр с изображением Бенджамина Франклина.
   - Здесь четыре миллиона долларов, ваш аванс за первый месяц работы.
   - Мон дьё! Аванс? Четыре миль? В этом помятый узел? - удивлению "европейского гастарбайтера" не было предела. Он тряхнул головой, словно отгоняя дурные мысли.
   - Оу, я уже забывать! Что только в ваша страна можно взять и носить деньги с работа по улица в простой прозрачный сетка! Нет охрана. Нет бандит. Ничего нет! Идёшь к себе домой в гостиница и все девушки с тобой здороваться, хихикать и любить тебя только за то, что ты француз!
  
   - Теперь, главное! - железный человек продолжал намертво затягивать гайки, срывая резьбу.
   - Завтра днём эта посудина прибывает в Стамбул. Там есть международный аэропорт. Если вас устраивает мое предложение - значит, послезавтра в шесть часов вечера, я жду вас в Париже в вашем рабочем кабинете. У меня всё.
   - Подождите, месье Иванов! А если я прочитать ваш предложений, подумать, посчитать выгода и говорить, нет? Или не успевать к назначенный время срок?
   - Я думаю, за те суммы, которые вы увидите в документах, вы не просто успеете долететь до Парижа, а будите ждать меня с цветами, цыганами и медведЯми на столе.
   - МедведЯми? На столе? Я? - ????
   - А, поняль. Это опять есть русский юмор. Смешно.
  
   14.
   Запланированный на лето небольшой перечень лако-покрасочных работ в Доме Культуры, после удачного закрытия заводской спартакиады, был расширен, "углублен", дополнительно профинансирован и из небольшого ремонта перерос в объёмную капитальную стройку районного масштаба.
  
   - Халя, ты похлянь, кино - "ЦИРК на льду и немцы на велосипедах"! - худенькую, туго обтянутую глухим платьицем, девчушку с фотоаппаратом через плечо, в босоножках на высоком каблучке, остановили на входе "секретного" объекта. Веки у "шпионки" были накрашены густо, и оттого ресницы казались преогромными.
   - Женщина, куда нос суёте? Видите, знак! Здеся, окрашено.
   - Где?
   - Вон, банками загорожено, а для непонятливых палочка лежит - значит низя.
   - Ой, простите. А как пройти к директору?
   - К директору, дорогуша, ищите другую дорогу.
   - А где она?
   - Я шта справочное бюро? - незваную гостью обдали обжигающим взглядом. - Попробуйте зайти с другой стороны.
   - А с какой?
   - А с другой!
   .....
   - Гражданочка, посторонним, прохода нет! - корреспондентка попыталась протиснутся внутрь помещения по настеленным доскам, через проём в стене, с торчащими со всех сторон проводами.
   - КабЕль, дорогуша! Аж-но двести двадцать! Вон, висит, не изолирован! А вы на каблуках! Бах-трах, пикнуть не успеете - горка пепла!
   - А как пройти?
   - Без допуска - никак.
   - А что делать?
   - Бригадира ищите. Или старшего по ОБЧТ.
   - А где искать?
   - Сейчас узнаем.
   Парень бьет себя по карманам, выслушивая спички, находит, чиркает, прикуривая, выпускает длинную струю дыма. Весело сверлит глазами. Неспешно произносит...
   - Михалыч, бригадир, когда будет? К нему посетительница. На вид вроде ничего. Как раз в его вкусе! С фотоаппаратом!
   - Да кто ж ведает, где его собаки носят? - ответили удивительно спокойным, уверенным тоном, как нечто само собой разумеющееся. - Как ушёл с утра - так и пропал - но думаю, к концу смены, прибудет.
   .....
   - Девушка, без каски нельзя! - очередная попытка проникновения через открытое окно и преодоление горы строительного мусора на первом этаже.
   - Тута кирпичи сыпятся и железяки падают на голову. Либо наденьте каску, либо покиньте объект.
   - Простите, я хотела уточнить?..
   - Каску одевайте, быстро!
  
  
   По "родной территории" кипящего бурным ремонтом ДК с деловым видом прохаживался директор. Отвлечь руководителя от серьёзной работы было практически невозможно.
   Изредка, какому-либо счастливцу, всё же удавалось пробиться сквозь выставленные кордоны, препоны, завалы и заграждения.
   - Товарищ Щебетов, не могли бы вы ответить на ряд вопросов для газеты "Комсомольская правда"?
   Боже ты мой, как хотелось Егору Кузьмичу остановиться, хотя бы на миг. В очередной, сто двадцать какой-то там раз поговорить по душам с этой милой, очаровательной девушкой из газеты, с фотоаппаратом на плече. Ответить на её многочисленные, интересующие читателей вопросы... (Интересно, зачем она надела эту дурацкую каску, вымазала сажей лицо и перепачкалась краской?)
  
   - Хм, хм, - "общительный" руководитель громко прочистил горло для начала разговора с прессой...
  
   !!! Но, нет! О боже! Откуда не возьмись, с очень важным видом, услышав сигнал, к нему подбежал заведующий хозяйством, который "случайно" был недалеко, и произнёс...
   - Егор Кузьмич! У нас Чэ Пэ: Это же надо мать-перемать-понимать! Все трубы по пояс в воде! Задвижки к чертям пробило! Кругом всё брызжет, топит и заливает! Срочно пройдёмте в подвал!
   - Извините, дорогой товарищ корреспондент, - директор искренне развёл руками. - Рад бы поговорить, да некогда - дела.
   - Приходите позже, а лучше после окончания ремонта, - он поспешно завершил разговор и быстро направился на проверку очередного важного! объекта.
  
   Как правило, для понятливых людей, одного намека на занятость руководства было достаточно, но не для этой, тощей, похожей на прибалтийскую шпроту, настырной, въедливой как нашатырь корреспондентки.
   - Товарищ Щебетов, - она снова, подобно приведению, появилась из-за какого-то угла, по пути следования руководства, спустя половину часа. Девушка была уже без каски. А количество краски и грязи на её одежде увеличилось раза в три.
   - Ответьте хотя бы на два вопроса. Первый: Как вы считаете, "Берёзки" это больше любительский или профессиональный коллектив?
   - Хм, хм, - ответственное лицо подало условный знак завхозу.
   .... - тишина в ответ.
   - Кхм, хм, - он покашлял чуть громче.
   - Это же надо, мать-перемать-понимать, брак! Кому-то за это надо оборвать руки по майку и ноги повыдергивать по самое небалуй! - разносилось откуда-то издалёка. Спасительная палочка выручалочка отстала, зацепилась за рабочих, и громко возмущалось по поводу замеченных недоделок.
  
   Несчастный руководитель закрутил глазами по сторонам, ища спасительный выход из создавшегося положения.
   Случайно заметил поднимающегося по лестнице Максима.
   - Простите, пожалуйста, но я занят. У меня очень важная встреча. Давайте как-нибудь в следующий раз. Извините!
   - Товарищ Иванов, подождите! - закричал он поверх головы девушки.
   - Секретарь передала ваше заявление, - он ухватил Макса за локоть и потащил вниз по лестнице.
   - Вы, что? Проситесь в отпуск?
   - Да.
   - Но я не могу вас отпустить, - директор остановился, покосился глазами. Корреспондентка шла позади. - Сейчас лето. Горячая пора! Видите, что происходит? Так сказать какая напряженная обстановка сложилась внутри нашего Дома Культуры?
   - А что происходит? - Максим не понимал внезапного возбуждения всегда тихого и уравновешенного руководителя.
   - Как что? - воскликнул Щебетов.
   Приставала с фотоаппаратом прошла мимо, стала спускаться вниз по лестнице.
   - Наконец-то выделили рабочих, утвердили сметы, дали строительные материалы, - соловьём запело начальство.
   - Идёт капитальный ремонт! Я не успеваю всё контролировать! Мне не хватает опытных кадров. Замы отдыхают, поразъехались по курортам! Завхоз пропал, занимается непонятно чем! А вы проситесь в отпуск? Как же так?
   - У меня появилась важное дело, мне нужно сейчас! - работник стоял на своём.
   - Позвольте? Вы устроились недавно. Работаете первый год. Я не могу вас отпустить. Не положено по закону.
   - Тогда я напишу заявление об увольнении! - Максима возмутила строгость начальства. - И всё равно, уйду.
  
   - Нет, поглядите на него?! - директор бросил взгляд в конец лестницы. Увидел, что девушка остановилась и прислушивается к разговору.
   - Мы его приняли на работу! Выбили современную аппаратуру! Только из-за него проводим ремонт: Рабочих понагнали. Грязь развезли. Да чего там грязь - половину ДК развалили! А он, видите ли, собирается писать заявление?!
   - И зачем же тебе так внезапно потребовался отпуск? - строгое начальство вновь посмотрело вниз. Корреспондентка наконец-то ушла.
   - Есть идея заняться развитием киностудии.
   - Так, стоп! - Щебетов вернул себя в своё обычное состояние "вечного" рассудительного управленца. Заинтересованно свёл брови. - Ты что разбираешься в видеотехнике? Можешь снимать фильмы.
   - Разбираюсь? - ди-джей не понял сути вопроса. - А чего в ней разбираться. Техника, она и в Африке - техника.
   - Почему раньше молчал? Почему не сказал про это?
   - А вы раньше и не спрашивали.
  
   - Так это же хорошо! Это же замечательно!- руководитель дружественно приобнял работника.
   - Дорогой ты мой человек! - он глубоко вздохнул полной грудью. - Теперь я понял, чего не хватает нашему ДК! - Молодёжной киностудии! (Ух, ты! Вот это новость! - мысли в голове директора, как на уроке физкультуры, начали с разбега прыгать через "коня", "козла" и виснуть на "брусьях". Ни у кого нет! А у нас... будет! Своя киностудия! Так! Нужно срочно ехать на завод! Пока начальство сговорчивое, выбивать финансирование! Срочно!).
  
   - Игнатенко, - Щебетов громко позвал завхоза. - Иди сюда. Быстрее.
   - Слушаю, Егор Кузьмич.
   - Доставай блокнот, карандаш, записывай: С завтрашнего дня ты загоняешь третью бригаду в аудиторию, которая находится рядом со зрительным залом. Обдираете там всё. И начинаете капитальный ремонт.
   - Зачем, Егор Кузьмич? Она же и так нормальная. Чего там ремонтировать? Тем более, капитально?
   - Затем, что там будет новая, молодежная, современная киностудия! - глаза руководства сияли азартом.
   - О, как? Хорошо хоть, мать-перемать-понимать, не бассейн - новый, молодежный, современный! А всего лишь киностудия.
   - Не перебивай, умник.
   - Значит, далее: Максим - готовит проект оформления студии с необходимой сметой, передаёт тебе. После чего уходит в вынужденный производственный отпуск до окончания ремонта.
   - Вас устроит такое развитие событий, товарищ Иванов? - на путешественника во времени посмотрели вопросительно.
   - Устроит.
   - Замечательно. Тогда срочно ждём от вас необходимую документацию и приступаем к работе.
  
   15.
   - Проклятье! Проклятье... Проклятье, - София Лотрэн нервно теребила сигарету в руках.
   Её соседка, сидевшая напротив неё за столиком, в небольшом уютном кафе, удивленно взметнула брови.
   - Софи, о чём ты? - она произнесла вполголоса, чтобы не услышали. Оглянулась по сторонам, не видит ли кто возбужденного состояния лучшей подруги.
  
   - Жоржетта! - глаза бывшей любовницы основателя компании "Дюваль Франц" заблестели. Она покраснела ещё больше и всем корпусом подалась вперед, как бы принимая бой. - Эти проклятые русские вновь захватили Францию, а вместе с ней Париж, киностудию и моего любимого Симона!
   - Софи, успокойся. На нас смотрят.
   - Плевать!
   - И всё-таки говори чуть тише. Что произошло?
  
   София тяжело, выразительно вздохнула и заговорила, даже не потрудившись вынуть изо рта сигарету. Сигарета подрагивала, сгоревший кончик грозил осыпаться в любой момент...
   - Симон! Этот старый маразматик нашёл спонсора - богатого русского дельца - не-то фокусника, не-то иллюзиониста, не-то ещё какого мошенника. Тот взял и выкупил киностудию.
   - Вау, ничего себе! А разве такое бывает?
   - Как видишь, бывает!
   - И что теперь будет?
   - В понедельник Симон сообщил об этом актёрам. Во вторник выплатил расчет и выгнал всех "на улицу". А вчера, спустя неделю, "великодушно" сообщил мне о том, что я остаюсь "в его сердце" только потому, что немного знаю русский язык и нужна в качестве переводчика для актёра, который прилетит сегодня вечером из Москвы.
  
   - Представляешь!!! Я - переводчик! Для дикаря! - девушка нервно прикусила фильтр, красный от губной помады.
  
   - Что за "дикарь"? - искусно подведенные брови подруги удивленно изогнулись. Слово "дикарь" она поняла по-своему. (Крупный, мышцастый, похожий на Аполлона, брутальный, квадратный самец).
   - Может, я его знаю? Где снимался? У кого?
   - Нигде, - скорчили недовольное лицо. - Точнее, в одном-двух фильмах в ихнем эССС эРе и всё!
   - Софи, успокойся. Может быть не так всё плохо? Вдруг Симон перебесится. Всё наладится и вас будет по-прежнему?
   - Жоржетта, как наладится? Как? Я проревела всю ночь. Ты погляди, у меня мешки под глазами размером с подушку. Он обещал - я стану актрисой! Буду много сниматься. Стану известной. Я любила его! Отдавалась ему - вся без остатка. Ждала, что он исполнит обещания. А он... скотина! Продался русским за их вонючие доллары! И обо мне совсем не вспоминает.
   - Постой, у них же вроде рубли?
   - Какая разница! Рубли - доллары. Главное - продался! И теперь, я только переводчик.
   - А, я - актриса! Актриса! Актриса! - бубнили, сдавливая фильтр.
  
   Посередине стола темнела чугунная пепельница - голая русалка с рассыпанными косами. Девушка положила на них дымящуюся сигарету. Шмыгнула носом.
   - Жоржетта, ты бы видела, кого они взяли на главную женскую роль - уродливую потаскушку из провинциального театра, с крашеными бледно-желтыми волосами, с вульгарным, нервно кривящимся ртом, и телом похожим на вытянутую треску.
   - Пришла, такая, первый раз - вся намалёванная, расфуфыренная, задницей виляет, на вешалку похожа, - рассказчица чувственно приложила руки к груди четвертого размера.
   - Забилось в угол. Прикинулась мебелью. Наверное, думала - не увидят... А тут, подбегает к ней, этот чокнутый, и орёт по-русски - чего сидим? Кого ждем? Бегом в гримёрную и на съёмку!
   - Господи, Софи? - воскликнула подруга. - Неужели такое возможно? Какой ужас! Как же она прошла кастинг? Насколько я знаю... - постель занята тобой?! Да и не нравятся Симону, такие? Неужели не смогли подобрать получше?
   - У нас, теперь, новые правила: На кого русский укажет, того и берут. Без конкурсов, кастингов и прочих "пастельных" отборов. Назначение на роли, как я поняла, у него простой - Глаза в небо, пальцем в первого попавшего: Ты главный герой. Всё! Вот, контракт. Бегом на площадку!
   - Оригинально!
   - Не то слово.
   - Ещё, я случайно узнала... Сколько получит за съемки приезжий из Москвы. Тот, которого я должна "ублажать", разговаривая с ним по-русски.
   - Сколько?
   - Жоржетта, вообрази! Нулей столько - что Голливуду не снилось!!! Я эти нули - "полминуты" считала! И главное, я не могу понять, за что такие деньги? За что?
  
   16.
   "Ах, Париж! Как долго я не была здесь! А ты всё такой же легкий, романтичный, влюблённый".
   День выдался солнечным, во всём чувствовалось какое-то искрящееся веселье.
   Кристина Луазаль - "начинающий" помощник редактора рекламного агентства "Манифик" шла по улице своей безупречной походкой, уверенно и картинно.
  
   - Перед встречей с руководством "Дюваль Франц" нужно сделать одну очень важную покупку! - я напомнила себе.
   - Обязательно, приобрести последний номер журнала "Кайе дю синема". (*Культовый французский журнал о кино).
   - Почему именно его, а не какой-либо другой?
   - Во-первых, он красивого цвета с приятным жёлтым оттенком. Во-вторых, я же иду на деловую встречу в кинокомпанию, а не на какой-нибудь, там... завод или мясокомбинат. Пусть все видят, что я не просто рекламный агент, а свой человек среди звёзд кино и их окружения. И последнее, если войти в комнату, держа под мышкой "Кайе дю синема", и начать вести важные переговоры, то все сразу начинают относиться к тебе чрезвычайно серьезно. Видят в тебе настоящего профи с широким кругозором, а не какую-нибудь легкомысленную дурочку способную только на то, чтобы бестолково смеяться и таращиться в картинки "Maри Клэр", "Гламур", или "Космополитен". (*Примечание. Популярные женские журналы Франции).
  
   Торможу у газетного киоска, покупаю самый последний номер, сую под мышку и любуюсь своим отражением в витрине бутика от Пьера Бальман.
   - А что? Неплохо смотрюсь: миленькая золотистая соломенная шляпка от "Коко Шанель" почти копия той, что носила Брижит Бардо в последней киноленте, (Девочки, кто не помнит - срочно пересмотрите - она там такая милашка!) стильная кожаная сумочка на позолоченной цепочке, похожая на ту, что держит Катрин Денёв от "Луи Виттон" на обложке "Вог", обтягивающий топ подчеркивающий восхитительную форму моей груди, приталенный кардиганчик из ангоры и юбочка черного цвета от "Сислей", точная копия той, что любит носить Эммануэль Беар. (Ах, я такая теперь вся парижанка!).
   Больше того, под юбкой и топом отпадный комплект белья - с вышитыми розочками, очень милый, пусть его никто и не видит. Всё равно, это - самая красивая вещь из моего сегодняшнего туалета. У меня даже мелькает мысль, было бы здорово, если бы резко подул ветер, как в фильме с "Мэрилин Монро" и все заметили, в каком я классном белье.
  
   - Да! Я готова к своим первым деловым переговорам на новом месте работы. В таком белье!!! В такой прелестный день! - отказать не смогут! Если всё пройдёт удачно, если продам хотя бы одну позицию из прайса, порадую себя - приобрету шарфик от "Джордж".
   - А если возьмут две или три позиции, тогда... - голова закружилась от приятного ожидания. На свежем, разрумянившемся лице вспыхнула застенчивая улыбка, чуть-чуть приоткрывающая белые зубки. - Возьму, те милые сапожки от "Рошас".
   - Ну... Ни пуха мне, ни пера!
   Тяжело сглатываю, приближаюсь к двери, стучу, вхожу в кабинет.
   - К чёрту.
   .....
  
   - Мадемуазель! Вы, что? В вашем рекламном бюро? Вообще решили разорить мою несчастную, бедную киностудию? - возмущался седовласый собственник. - У вас есть совесть? Откуда такие цены: С неба? С потолка? С вашей чудесной головки? Мы не "Парамаунт", не "Двадцатый Век Фокс" и даже не "Гомон"! Мы - небольшая студия. Давайте, соберитесь, подумайте, посчитайте и предложите что-нибудь серьёзное и подешевле.
   - Подешевле..., - обескуражено пытаюсь найти выход из создавшегося положения. Вот, скряга! Жмот! Как с такими работать? Ладно...
  
   Смотрю в самый низ прайса. Руки дрожат. Губы напряжены. (Плакали мои сапожки. Да и шарфика, не видать!). Эх, а день так хорошо начинался!
  
   - Могу предложить размещение небольшой информационной рамки в туалетных комнатах, - стараюсь говорить бодро, хотя в душе "стоят слезы на глазах".
   - Стоит всего-ничего... двести франков в неделю.
   - Сколько? - хозяин кабинета поперхнулся и округлил глаза. - За то, что в туалете, перед "унитазом", будет висеть драная картинка с текстом о фильме - двести франков! Вы в своём уме?
   - Месье, это туалет в кинотеатре, который расположен в самом людном месте города, - улыбаюсь своей самой доброжелательной улыбкой. - Рядом с Нотр-Дам-де-Пари!
   - О, Франция - куда ты катишься? - противный старикашка причитает, глядя на меня. - Они меня разденут, разуют и выбросят жить на улицу, под скамейку, рядом с голубями, возле Нотр-Дам-де-Пари!
   - Месье Дюваль, - бормочу одними губами, - Если разместить рекламу в пяти кинотеатрах одновременно, стоимость акции составит всего семьдесят семь франков за рамку. Это специальное предложение и только на осень.
   - Другое дело. Это уже более-менее. Но всё равно - очень дорого!
  
   - Месье Иванов! - Дюваль заговорил по-русски и перевёл взгляд на собеседника, который сидел и что-то чиркал на листе бумаге. - Может, как раньше: реклама в небольшой число афиша? Буклет? Листовка?
  
   Второй из присутствующих в кабинете не торопясь закончил рисовать. Поднял голову. Уставился на меня глазами холодными как лёд.
   - Мадмуазель Луазаль, - он произнёс по-английски с каким-то непонятным акцентом. - Скажите, правда, что вы внучка русского эмигранта и последние четыре года работали в Америке в отделе продвижения кинокомпании "Уорнер Бразерз"?
   - Э-э-э, откуда вам известно? - я не произвольно перешла на русский. "Вот, крысеныш! Где-то же узнал? Кто-то же ему сказал?".
   - А я всё вспоминаю - очень знакомое лицо! - Симон хлопнул себя по лбу. Озорно прищурил глаза. - Это же Ребекка Вайт! Собственной персоной. Я часто видел её на презентациях последних работ "Уорнер Бразерз"! Святые угодники! Кто знал, что эта милая брюнетка, сидящая у меня в кабинете - есть бывшая шикарная блондинка - сама Ребекка Вайт!
   - О-ла-ла... Месье Иванов, она у них самая умная и способная! - хозяин студии красноречиво развёл руками. - У неё даже есть прозвище - "Акула".
   - Позвольте, мисс Вайт! - Дюваль внезапно замер в немом вопросе. Морщины на его лбу собрались в паутину. - Как вы оказались в Париже? Да ещё под другим именем? Поменяли прическу? Работу? Вы, что... прячетесь? Вас ищет любовник? Полиция? Кредиторы? А как же кино? Голливуд? Студия "Бразерз"?
   - Это мое личное дело - где я, чем занимаюсь, и как меня зовут! - во мне всё бурлило и клокотало.
   - Будете, размещать рекламу или нет?
  
   - Я прочитал отзывы с вашего последнего места работы, - неизвестный говорил спокойно, по-деловому кратко и внушительно. Он достал из стопки несколько документов. - Здесь сказано, вы внезапно перессорились со всеми коллегами. Последней каплей была склока с женой вашего руководителя. Вас "с треском" выгнали с киностудии, и вы вернулись в Париж. Потом долго искали работу и вот, наконец, вас взяли помощником редактора в рекламное агентство "Манифик". Всё верно?
   - Не ваше дело! - я решительно встала из-за стола. Схватила сумку и быстро пошла в сторону двери. "Да кто они такие, чтобы меня обсуждать?".
  
   Дверь не открывалась. Казалась, она вросла в стену.
  
   - Выпустите, - я подергала ручку. - Немедленно откройте дверь!
   - Мадмуазель Луазаль, присядьте. Мы не хотели вас обижать.
   - ...Ребекка, мы даже не думали тебя обижать, - Дюваль эхом повторял фразы.
   - У нас есть для вас деловое предложение.
   - ...Слышишь, очень хорошее деловое предложение! Очень!
   - Скажем, на сто тысяч франков в месяц.
   - ...Представляешь, Ребекка! На сто тысяч! Франков! В месяц!
   - Всего, на сто? - фыркаю я и продолжаю дергать ручку.
   - Хорошо, пусть будет на сто двадцать, - странный русский быстро поднял цену своего предложения.
   - ...Мисс Вайт, уже на сто! двадцать!!! Оставь ручку в покое!
  
   И тут я, не ожидая от себя самой, набираю полную грудь воздуха, откидываю волосы, поворачиваюсь к ним, и презирая ихние деньги, говорю... - А если, на сто пятьдесят?! (Мне, всё равно! Но... интересно, что скажут?).
  
   - Согласен, - спокойно произнёс странный наниматель, как будто речь шла о каких-то жалких медяках, а не о сотнях тысяч франков.
   - Это, - он выдвинул вперёд несколько листов, сдавленных скрепкой. - Ваш последний план мероприятий, из-за которого вас собственно и уволили.
   - Здесь, - другой рукой подвинули стопку документов раза в три больше первой. - Наше предложение по развитию "Дюваль Франц".
   - А вместе, - он резко сдвинул всё в одну кучу. - Ваша работа в нашей компании.
  
   17.
   На время масштабного ремонта помещений Дома Культуры репетиция группы "Березки" была перенесена в актовый зал завода "Энергетик". Именно там после долгого перерыва и летних отпусков участники наконец-то собралась в полном составе.
   - Красатули, всем вечер добрый, - поздоровалась руководитель группы. - Всех, вижу. А где Валера, Максим?
   - Я здесь, - высокий кудрявый парень поднял руку с последнего ряда. - Макс подойдёт позже.
   - Напоминаю, пока не закончится ремонт ДК, репетиции будем проводить в этом зале.
   - Ну... Ю-ю-лия Бори-и-совна, - зазвучали недовольные голоса.
   - ...Тут неудобно - места мало.
   - ...И света нормального нет.
   - ...Ноги поломаем!
   - ...И пахнет капустой.
   - ...А у меня барабаны не поместятся.
  
   - Ничего потерпите, - одной фразой строгая "воспитательница" успокоила протестующих. - Встанете поплотнее. И всё будет нормально. А барабаны, я думаю, пока не нужны.
  
   Внезапно позади сцены открылась дверь. Оттуда появилась молодая женщина. За ней вышел Максим, волоком передвигающий огромную коробку, забитую пакетами.
   Парочка подошла к краю сцены.
   - Друзья, - путешественник во времени осмотрел всех присутствующих в зале. - Это Кристина Луазаль, представитель кинокомпании "Дюваль Франц".
   - Кристина, это группа "Берёзки".
   - Девчонки, в прошлом месяце я отправил несколько песен во Францию в кинокомпанию "Дюваль Франц". Собственнику компании они понравились. И он решил включить их в свои новые фильмы.
  
   - Ого... - зашумели девчачьи голоса.
   - ...Ни-фи-га-се-бе, новости. Наши песни во французском фильме!
   - ...Круто!
   - ...Чего круто? Полная жуть!
   - ...Блин, никто не поверит - Мы! - В кино!
   - ...А когда покажут?
  
   - Так, тихо все! - Макс попытался успокоить возбудившуюся толпу. - Кристина на несколько минут забежала к нам, чтобы лично поблагодарить вас от имени кинокомпании.
   - Бонжур, дорогий друзия! - на ломанном русском застрекотала француженка. - Очень хорошо, что вы проделать большой путь в своем творчестве и успешно мочь добраться к нам до Париж. (Она думает, что они все во Франции. В каком-то зале для репетиций).
   - У вас есть очень красивый песни, они нам нравиться. Мы "Дюваль Франц" включать их в свои фильмы и благодарить вас этими благодарственные письма. А также мы желать вручать вам каждый небольшой сувенир подарок на память о Франция и Париж. Надеюсь, в дальнейшем мы продолжать с вами дружить. А вы нас радовать своим песня. Ещё раз спасибо.
  
   - Девчата, несколько минут, ничего не трогаем, никуда не ходим, сидим, ждём, - Максим строго посмотрел на присутствующих в зале. - Я провожу мадмуазель Луазаль до автомобиля. Она очень деловой человек - у неё много дел. А потом вернусь и всё всем расскажу!
   .....
   Спустя самые долгие пять минут ожидания в жизни творческого коллектива... (Кому-то показалось вечностью... - Ну, чего же там, в пакетах, с иностранными надписями?).
  
   - Итак, первое: "Дюваль Франц" дарит каждому из вас импортный видеомагнитофон и пять обучающих кассет с новыми танцевальными движениями.
   - Второе, набор профессиональной французской косметики. Чтобы все научились пользоваться - шутка!
   - И третье, мадмуазель Луазаль по переданным ей вашим размерам и рекомендациям консультанта (вездесущей двери!) приобрела некоторые вещи, которые было бы вам приятно получить в качестве подарка... Короче, девчули, пакеты подписаны. Подходим, разбираем. Все, ко мне!
  
   Через несколько минут...
   - ...Ухх, да-да-да-да, какие туфельки!!! - звучало с одной стороны.
   - ...Макс, как она догадалась, что я хочу именно такую кофточку? - отвечали с другой.
   - ...Это не платье? Это!!! - чудо, чудо, чудо! - сиреной разносилось по всему залу.
   - ...А-а-а, футболка с рисунком скелета гитариста, на всю спину! О-о-у, на фоне серого кладбища и мрачных могил! У-у-у, и надписью - "Рок жив!".
   - ...Забудаева, кончай перечислять - мерь, давай!
   .....
  
   - Здравствуйте, товарищ Иванов! - высокий, пожилой мужчина, прошёл мимо рядов, вышел на свет, подошёл к Максиму, драматично вскинул лысую голову. И на распев, словно читая стихи, начал произносить...
  
   Мне передали, вы меня искали.
   Я здесь! Я вот, он! Я пришёл!
  
   - Кто пришел? Куда пришел? К кому пришел? - Макс, ничего не понимая, посмотрел по сторонам.
  
   Я, Вассерман Вениамин!
   Служитель муз, народного театра.
  
   - И что?
  
   Милейший! Как же так? Позвольте?
   Мне велено прибыть! Помочь! Услугу оказать!
  
   - Так вы актер? Вас послал ко мне режиссер Крутиков?
   - Так, точно-с, имею честь служить в его театре.
   - Товарищ Вассерман Вениамин. У меня для вас есть работа.
   - Я слушаю, я весь внимание. Я жду, терпением томим...
  
   - Люди, которые здесь присутствуют - группа "Березки". Они будущие актеры музыкального клипа.
   - Это, - ди-джей достал из сумки толстую папку. - Сценарий.
   - Сегодня у нас вторник. В субботу нам надо снять клип. То есть, до субботы, вы должны их всех! научить играть свои роли. Задача понятна?
  
   - Позвольте, сударь! Видите ль... сначала, я должен сообщить!
  
   Вассерман перешел на обычный тон. - Я не режиссер. Я всего лишь простой актёр на пенсии. Актёр и режиссёр в театре - это разные роли и разные должности!
   - А злые языки говорят, - Макс начал приводить убедительные доводы, выворачивать предплечья "вшивой" интеллигенции. - Что вы учились на режиссёра. И в молодости занимались режиссурой. И главное... Если бы не могли поставить клип, мне бы вас не рекомендовали.
   - Ах, боже мой! Простите. Но всё-таки я вынужден вам отказать.
   - Так, меня утомил этот беспредметный высоко-стихотворный разговор, - злой собственник строго свёл брови. В глазах появился лёд. В последние дни он как-то быстро вжился в роль "Большого босса".
  
   - Вы в курсе, что Крутиков ждёт от меня песню для нового спектакля, в котором, кстати, есть ваша роль.
   - Ну, что вы, нет. Откуда?
   - Так, вот, знайте! Прямо сейчас иду, звоню и говорю, что песни, для его спектакля не будет, из-за вас! Вы мне испортили настроение - муза ушла - всё! - песни не будет!
   - Вы так не поступите, - возвышенный тон поэта был вмиг позабыт.
   - Да, ну? Проверим? - Максим повернулся и направился в сторону нахождения телефонного аппарата.
   - Постойте, - Вассерман остановил нанимателя, рассеяно улыбаясь. - Не надо звонить. Я согласен на ваше предложение... верните музу.
  
   18.
   Слепящая вспышка на миг затмила сияние фиолетового Солнца, и спустя мгновение в пространстве стали появляться огромные, бронированные транспортные корабли захватчиков. Неуклюжие, шипастые, темные, изрезанные квадратами различных выступов антенн, щитов, орудий и силовых установок, они напоминали объевшихся гусениц. Утробно урча, звездолёты вползали в систему светила. Время от времени случайные блики сигнальных огней озаряли основание кораблей, пока они двигались неторопливо, осторожно, словно на ощупь, подкрадываясь к орбите серебристого шара.
   Наконец пришельцы зависли над планетой и из брюха разбухших "червей" стали отделяться небольшие десантные боты. Смельчаки роем устремились в сторону планеты.
  
   Седовласый командир скептически осмотрел взвод "безусых" новобранцев. У всех разное выражение: неприязнь, ожидание боя, растерянность. Кто-то закрыл глаза и бормотал молитву посиневшими от страха губами. Другой, смотрел в иллюминатор, разглядывал планету. Последний у стены, в старинных очках, вообще пытался разобрать или собрать какой-то допотопный прибор.
   - Бойцы! - вояка гневно дёрнул щекой.
   - Это, не игрушки! А настоящий бой. Помните, чему вас учили - и может, останетесь живы!
   - Хана, инопланетникам! - одна из бойцов усмехнулась, оскалилась, чиркнула пальцем по горлу. Её зелёные глаза, горели каким-то дьявольским безумством.
   Молчаливый сосед бросил на неё пренебрежительный взгляд. Нервно сжал цевьё автоматической винтовки. Грязно выругался.
   Рубиновые лучи ударили с обеих сторон в бот десантников и рассыпались ослепительными искрами по защите.
   Нос корабля дёрнулся, было вверх, словно принюхиваясь. Задрожал. По дисплеям побежали цепочки зеленых огоньков. Под потолком нервно, словно гоняя кровь по жилам, запульсировала красная надпись: "Опасно!". "Возможна разгерметизация!"
   Сидевший у стены очкастый "ботаник" ойкнул, от очередного толчка, прищемил палец отвёрткой, засунул в рот.
   - Идиот! - старший группы, сплюнул, в тысячный раз, проклял руководство за "сопливое" пополнение.
  
   Поверхность планеты покрылась яркими вспышками защитных огней. Тёмно-синие струи плазмы с рёвом неслись в сторону смельчаков. Системы защиты кораблей начали изрыгать разноцветное пламя, отплевываться ракетами, резать пространство нитями лазеров.
   Ближние к земле боты десантников запылали, подобно сожжённым мотылькам, стали разваливаться на части, сыпаться на землю, оставлять за собой клубящийся дымный след.
   Оставшимся кораблям пришлось увеличить скорость, маневрировать, уходить от обстрела. Пассажиров "до костей" вдавило в кресла, а затем начало болтать "вытрясая душу".
   Вдали были хорошо заметны многочисленные попадания в соседние боты. Огненные всплески разрывов. Дымящие факелы пикирующих корпусов.
   "Голодные" струи плазмы добрались до транспортника. Прожгли борт. Ринулись внутрь переборок и кают.
   Черная громада вздрогнула, переломилась пополам и начала заваливаться набок.
   На корпусе судна засверкали яркие вспышки. С невероятной быстротой они разрослись в слепящее пламя. Гигантский металлический остов охватило от носа до кормы.
   Огонь стал жадно пожирать, крошить, превращать в пепел всё на своём пути. Добрался до генераторов силового поля... Мгновение и огромный кроваво чёрный цветок закрыл восходящее солнце.
   .....
  
   - Скажу честно, - почесав голову, произнёс Дюваль после просмотра трейлера будущего фильма. - Кадры звёздного неба, высадка десанта на планету показаны ярко! Спецэффектов накрутили - голова кружится. Песня про космос, подобрана неплохо.
   - Но... - он покряхтел, привлекая дополнительное внимание. - Зритель, просмотрев ролик ничего не поймет: Про что фильм? Кто главные герои? Когда премьера? Надпись с названием фильма и фраза "Скоро на экранах" - ни о чём не скажут. И ещё... - может быть, поторопились размещать сразу во всех кинотеатрах? Может, надо было начинать, с небольшого количества показов, скажем в одном из районов Парижа? Тем более, про нас никто не знает. А уже потом, по наличию интереса, увеличивать количество рекламы?
  
   - Нет, мы все сделали правильно! - твердо произнесла молодая женщина, сидевшая, в просмотровом зале, через два места от собственника компании. - Наш трейлер специально уделяет большее внимание визуальным эффектам, зрелищности. А не краткому содержанию картины.
   - Ой, не знаю, не знаю, - тяжко вздохнули. - Может у вас в Америке так и принято.
   - Или, вон, - кивнули в сторону Максима, - у них в Стране Советов - там, всё может быть.
   - А у нас во Франции, зрителю этого мало. Поверьте, не пойдет народ на это. Не заинтересуется. И как итог - пустые залы!
  
   19.
   В небольшом зале завершился показ музыкального клипа группы "Березки". Загорелся свет. Минутная тишина...
   - А-фи-геть, это чё-ё, мы? - участницы начали восторженно обсуждать увиденное.
   - ...Ой, мамочки! Я! - теперь актриса! Я знала, знала. Я предчувствовала. Я верила в себя! Теперь приду на работу - пройдусь по коридору - мужики как увидят - штабелями попадают. Ха!
   - ...Да, жутики полные. Хотя, получилось здоровски.
   - ...И музыка у нас классная и костюмы! И мы такие - красатули!
   - ...Ой, а мне кажется, было ужасно! Я вся зарёванная и синяя-пресиняя, будто утопленница. И ещё нос получился картошкой. И по-моему... толстая!
  
   .....
  
   - Что скажите? - Максим обратился к Вассерману, сидящему в стороне от основной группы зрителей.
   - Думаю, получилось неплохо, - нерешительно произнёс новоявленный режиссер.
   - Неплохо? - гость из будущего хитро прищурил глаза. - Я показал "знающим людям". Говорят, очень даже хорошо. Тем более для дебюта. Есть, конечно, недочёты. Но! В следующих роликах мы устраним шероховатости и сделаем всё более качественно. Причем, я уже знаю, что делать и как!
   - В следующих? - Вассерман удивленно вскинул брови.
   - Конечно. Песен много. Надо трудиться, создавать клипы. Так что, Вениамин Евгеньевич...
  
   Светит прожектор,
   Фанфары гремят,
   Публика ждёт,
   Будь смелей, акробат...
  
   - Вот, новый сценарий. Читайте. Знакомьтесь. Послезавтра начинаем репетиции.
   - Позвольте, сударь! Не могу. Я актёр! У меня работа в театре. Я занят!
   - Вениамин Евгеньевич! Вы, теперь режиссёр. Рулевой огромной фабрики по изготовлению кино-музыкальной продукции. А ваша небольшая роль в спектакле? Знаете, что? - Хотите? Занимайтесь ею в свободное от работы время.
   - Играть в театре? В свободное от работы время? Вы это серьёзно?
   - Я договорился с Крутиковым. Теперь работаете со мной.
   - Далее, завтра подойдет человек. Познакомитесь. Он будет отвечать за костюмы и декорации.
   - У нас будут декорации?
   - Будут.
   - И последнее, - Максим передал широкий квадратный пакет с веревочными ручками. - Здесь, видеомагнитофон и кассета, на которой подробно разобраны наши с вами недочеты. Смотрите, изучайте, исправляйте.
   - А это, - странный работодатель вынул из-за пазухи конверт. - Оплата за первый клип.
   - Деньги? Так, много? - Вассерман удивленно посмотрел на собеседника. Он не ожидал такого.
   - А как вы хотели? - ему ответили широкой доверчивой улыбкой. Попытались всё перевести в шутку. - Шоу-бизнес, он, батенька, такой: Сегодня продешевил - завтра вас перекупят конкуренты - а я останусь у разбитого корыта.
  
   - Девчули, внимание! - Максим поднялся с места.
   - Сегодня утром мне передали приглашение для "Берёзок" на подведение итогов конкурса "Нет пропаганде дикого Запада!". Оно пройдёт в ресторане гостиницы "...ская". Начало через два часа. Желающие отужинать в ресторане есть?
   - Я! - конопатая барабанщица быстрее всех вскинула руку.
   - Ой, я тоже! - поддержала её сиренеглазая Анастасия. - Я прям, как знала, одела любимое платье.
   - Я пойду, если пойдёт Максим, - произнесла Юлия Борисовна.
   - И я. И я. И я, - несколько человек поддержали её.
   - Восемь человек, - Макс подвел итог переклички.
  
  
   20.
   В праздничном зале ресторана столы были накрыты белоснежными скатертями, в вазочках торчали цветы и бумажные салфетки, а на стене, под большой картиной "Охотники на привале", было прибито извещение о том, что приносить и распивать спиртные напитки строго воспрещается.
   Зал был наполнен гостями под "завязку". Свободных мест не было.
   - Макси-и-м... - протянула Настя, подсев за столик рядом с ди-джеем. В её глазах плясали пьяные фиолетовые чёртики. - Мне, скучно.
   - Нам, скучно, - Елизавета Забудаева пригнездилась с другой стороны. Сложила руки перед собой. Уронила на них подбородок.
   - Музыкальная программа в ресторане начнётся через час.
   - Через час, - глубоко вздохнув, повторила барабанщица.
   - А я, хочу, петь.
   - Мы, хотим петь и играть на барабанах! Сейчас!
   - Максим, - простонала девушка. Сирень её глаз заполнили большую часть зала. - Придумай, что-нибудь, а? Ты же можешь?
  
   - Придумать, что? - путешественник во времени дожевал котлету "По-киевски". Положил вилку на стол.
  
   - Что-нибудь надо придумать... - рыжая вплотную придвинула стул к его ноге.
   - Андрей, иди сюда, - Настя помахала рукой, подзывая старшего официанта. - Скажи ему, что сказал мне.
   - На эстраде, под столом есть две колонки и какая-то аппаратура. Не знаю - рабочая она или нет. Если удаться подключить, то можно поставить приятную лёгкую музыку. Только на время и не громко. Пока не придут музыканты
   - Максим, ты понял? Понял? - Забудаева стала тыкать острым локтем в бок ди-джея.
   - Да понял я, понял.
   .....
  
   У директора ресторана Хонкина Ильи Дмитриевича, выдалась минута затишья. Случалось, такое редко. Иногда среди суматошного дня внезапно, безо всякой причины переставали звонить телефоны, никто не стучал в дверь, не заглядывал и не входил в кабинет. Всё замирало, затихало вокруг. Становилось слышно, как жужжат в кабинете мухи, от ветра чуть шелестят шторы и даже как тикают огромные, в деревянном сучковатом футляре часы. В такие минуты Хонкину ничего не хотелось делать, руки бессильно опускались, тело становилось вялым, глаза слипались. От навалившейся истомы хотелось закрыть дверь на замок, прилечь на диван, накрыть лицо газеткой, приятно пахнущей свежей типографской краской и немного вздремнуть.
   Илья Дмитриевич широко зевнул. Опустился на диван. Закрыл глаза.
  
   Из состояния лёгкого забытья его вывил комариный писк, возникший где-то в стороне правого уха. Звук быстро "напился крови" и резко усилился до невнятного бормотания. Спустя мгновение, вырвав из плоти пространства огромный кусок, в кабинете зазвучало громкое девчачье завывание...
  
   Уходи, дверь закрой
   У меня теперь другой...
  
   Сильная дрожь он возникшей композиции пошла по стенам, потолку, полу. Создавалось впечатление, что под рестораном проснулись и зашевелились гигантские чудовища. Они кровожадно завыли, заныли, собираясь выползти из-под земли.
   - Что? Что? Что? Что, происходит? - директора подбросило над диваном.
  
   Мне не нужен больше твой
   номер в книжке записной...
  
   В комнате все тряслось и стонало. Сотни остро наточенных лезвий и кусков пенопласта одновременно царапали и скребли по стеклу. Дрожали люстры, тряслись гардины, сыпалась штукатурка с полотка. Кто-то огромный неистово долбил в стены и пронзительно завывал...
  
   Натерпелась, наждалась
   Я любовью обожглась
  
   С трудом открыв замок двери, директор выскочил в коридор.
   - Селиверстов?! - он заглянул в соседний кабинет к заведующему хозяйством. - Что за безобразие? Немедленно прекратить, запретить, выключить! Почему бездействуете?
   - Как? - развели руками.
   - Беги, вырубай электрощиток. Живо!
  
   Завхоз открыл щиток. Стал соображать какой тумблер крутить.
   - Верти все подряд! - Хонкин оттолкнул завхоза. Сам полез к выключателю. - Над нами гостиница, иностранные гости, туристы! Это же скандал на всю Москву!
   Щёлк. Щёлк. Щёлк, - стучали автоматы обесточивая здание.
   ...Щёлк, - гулко звякнул последний тумблер. Словно надсмехаясь над работниками ресторана, свет потух везде, а противный вой не желал успокаиваться...
  
   Я иду одна в дали,
   Гаснут города огни...
  
   - Они, что подключились к другой сети? - удивлённо воскликнул директор. - Как такое возможно и что теперь делать?
   Секундное раздумье и Хонкин резво побежал в сторону, откуда неслось громыхающее цунами.
  
   Зал дрожал и пульсировал под давлением звуковых волн. Окна звенели от истошного музыкального электроизвержения. Пол ходил ходуном. Стены гулко вибрировали. Вокруг небольшой эстрады, было настоящее столпотворение. Люди вставали из-за столов, подходили ближе. Начинали танцевать.
   - Немедленно выключите музыку! - кричал Хонкин неизвестным, плотным кольцом окружившим стол за которым работал радист-рецидивист-"фулюган". Слышите, немедленно выключите музыку! Перестаньте петь!
   - Э, да-а-рагой! - к нему обратился один из присутствующих, преградив дорогу. Вместе с товарищем они начали оттаскивать недовольного руководителя в сторону.
   - Па-а-чему кричишь? Чего хочешь?
   - Я директор ресторана и приказываю немедленно прекратить безобразие!
   - Какой-такой безабразие? Э-э-э, па-а-слушай! Зачем такой злой? Вах, па-смотры какие кра-а-савицы. Дэвушки? Как, па-а-ют, танцуют, красиво!
  
   К парочке "детей гор" подошли друзья. Хонкину в руки и карманы стали толкать денежные купюры крупного номинала.
  
   - Вот, на, ва-а-зьми, схады, выпей вина, па-а-сиди, отдахни...
   - Нет, приказываю прекратить! - директор не успокаивался. - Над нами живут иностранцы! Туристы! Вы, что хотите международного скандала? Я не допущу!
   - Ещё! Ещё! Ещё! - в ответ на его причитания шумела толпа, заставляя певицу заново начать исполнение песни.
   !!! Жаждущие были услышаны! Певунья набрала в грудь воздуха, к ней присоединилась рыжая подруга, и... волна звука вновь полетала по залу, сотрясая помещение... (Примерно так https://www.youtube.com/watch?v=d4e39-QGDR4 )
  
   Были ночи, были дни --
   Оставались мы одни...
  
   - Ах, так?! - гневно прошипел директор. - Всё!!! Иду, вызываю милицию!
   .....
  
   Несколько человек, как на экскурсии, ходили кругами вокруг окон ресторана. Жаждущие отдыха и развлечений "голодными" глазами разглядывали предупреждающие вывески: "Закрыто!", "Свободных мест нет!", "Спец. Обслуживание!".
  
   Полный человек выскочил из здания, расталкивая зевак, подбежал к подъехавшему на двух "УАЗиках" усиленному наряду милиции.
   - Здравствуйте товарищи. Я, Хонкин Илья Дмитриевич, директор ресторана. Это я вас вызвал.
   - Капитан Самсонов, - старший милиционер представился в ответ. - Что случилось?
   - Товарищи милиционеры, у нас нарушение порядка группой неустановленных лиц. Не удаётся успокоить посетителей. Хулиганят, безобразничают, не поддаются на уговоры. Пройдемте, пожалуйста, со мной. Всё расскажу, всё покажу.
   - Нарушителей много?
   - Много.
   - Трофимов, - капитан обратился к лейтенанту, стоявшему возле дальней машины. - Берём всех. Зайдём внутрь, посмотрим, что там творится.
   .....
  
   Более десяти минут группа милиционеров вместе с директором ходила, блудила по обшарпанному еле освещенному подвальному помещению. Давно не крашеные коридоры, проходы, тупики, развилки, осыпавшиеся ступени, лестницы, спуски, подъёмы, снова тупик. Гладкие кирпичные стены выщерблены осколками, разводы плесени, потоки на потолке, оголённые провода.
   - Хонкин? Ногу твою за ногу! Ты куда завёл? Где вход в твой чертов ресторан?
   - Не знаю?
   - Как не знаешь?
   - Иду за вами от входа. А куда иду, не понимаю. Это не мой ресторан. Я вообще не был ни разу в этом помещении.
   - Ты что? Ведёшь нас, не зная куда?
   - Это вы меня ведёте.
   - Товарищ капитан! - раздался голос лейтенанта, ушедшего вперёд. - Подымайтесь, здесь выход на улицу.
  
   Милиционеры "вылезли" на волю, из подвала, покосившегося от времени складского помещения. В нескольких метрах проезжая часть тихой, ещё не проснувшейся улицы. Дома, приземистые, одноэтажные, со щелями в закрытых ставнях, чем-то напоминающие копилки. У ближайшего строения небольшой дворик, огороженный тёмно-зелёным кустарником. Рядом со стеной дровяной сарайчик. Проволочная клетка, сквозь сетчатые двери которой, поглядывали на прохожих кролики, принюхивались, жевали траву.
   На завалинке избы присела отдохнуть пожилая женщина.
  
   - Слышь, мать? - капитан подошёл к старушке. Строго посмотрел в глаза кроликам. - Это какая улица?
   - Пушкина, - протарахтели в ответ.
   - Чёт я не помню в Москве таких мест по улице Пушкина.
   - Так, ты мил человек и не в Москве.
   - А где?
   - В Караганде.
  
   21.
   Стучат колеса на стыках железнодорожных рельс. Трудяга локомотив пыхтит, гудит, задорно тянет нитку состава куда-то в необозримую даль.
   Мимо пассажирских вагонов строчками проносятся небольшие посёлки, деревеньки, мосты. Желтые сжатые поля. Рябые протоки и синие озера поблескивают среди пойменных лугов, опоясанных цепочками полузатопленных перелесков и кустарников. Мелькают одна за другой берёзовые рощицы, яблоневые сады, пригорки, голубые сопки и... ветер. Ветер теплый, горячий, с душистым, хвойным запахом романтики и вкусом далёких путешествий. Он крутит, вертит, беснуется где-то вдали.
   - Как красиво и хорошо! - Максим сидел на пороге дверного проёма соединяющего его комнату в общежитии с входом в тамбур пассажирского вагона.
   От разлитых красок у Макса захватывало дух, щемило сердце, кружилась голова.
   - Задумаюсь, засмотрюсь на красоту, прислушаюсь и не могу понять - толи мелодия звучит - то ли теребят душу прекрасные стихи...
  
   Тот, кто видел хоть однажды
   Этот край и эту гладь,
   Тот почти березке каждой
   Ножку рад поцеловать...
  
   Вереница состава повернула в сторону, изогнулась дугой. Хулиганистый ветер плеснул в лицо романтика кожурой от семечек (Любезно выброшенных в окно кем-то из добрых соседей).
  
   "Вагоновожатый железнодорожник" недовольно поднялся, стряхнул мусор, что-то пробурчал, закрыл, открыл дверь.
   За стеной комнаты снова ожили волнующие картинки.
   Путешественник присел, свесил ноги из открытой двери тамбура последнего вагона. Вгляделся в мелькающие пейзажи, попытался вернуть ностальгическое настроение...
   ...Вот, выскочила из оврага небольшая серебристая речка, набрала силу, разлилась, повернула русло и пропала куда-то за горизонт. Темно-чёрный выгоревший лес превратился в болотце с берёзками и утками на воде. У березок ножки в ярко-белых шелковых чулках. Стоят по колено в воде, любуются своей красотой. Зелено-мягкий луг раздвинул еловую чащу. По лугу лениво ползёт тень облака. На траве стадо пестрых коров, пастух на коне. Мелькнул красно-жёлтый домик железнодорожника. Пустынный переезд. Тихий полустанок с журавлем у колодца. Церквушка с блестящим крестом. И снова от края до края, политые спелой желтизной поля, пёстрые луга, леса и ветер бродяга...
  
   Красу природы созерцая,
   Порою хочется летать!
   Чувств восхищенья не скрывая
   Весь мир хотелось бы обнять!
  
   - Как же здорово?! - "безбилетный пассажир" вздохнул полной грудью сладкий медовый воздух и закатил глаза... Взял с пола стоящую бутылку "Ситро". Поднёс к губам.
   Спуск с горы. Поезд начал притормаживать. Затрясло вагоны. Задергало, замотало из стороны в сторону пассажира. Напиток плеснуло на одежду.
   - Блин... блинский! - чертыхнулся Максим. - Ты чего дрыгаешься?
   - Послушай, помощница, - высказали двери, стряхивая капли. - А можно, оказаться где-нибудь метрах в трех позади поезда? А лучше над поездом? Чтобы я мог спокойно пить, не проливая напиток и наслаждаться спокойным движением?
  
   Исполнительница желаний, неожиданно резво, как подстёгнутый конь, взмыла вверх, продолжая бешено нестись за последним вагоном.
  
   "Беспредельщик во времени" от неожиданности выронил бутылку. Стекляшка полетела вниз, упала, покатилась по рельсам, зазвенела где-то далеко позади уходящего состава.
   - Мать честная! - удивлению Макса не было границ. - Так, это, ты...? Что? Умеешь? Летать? Как, самолёт?
   - И-ить, - скрипнула проказница под действием сквозняка.
   - И до сих пор молчала?
   - Я постоянно вскакиваю с места. Открываю - закрываю дверь. Соображаю, перед тем как открыть, как тебе лучше объяснить, куда мне надо попасть. Затем говорю длинные речи. А оказывается - ничего не надо?
   - Ну-ка, разверни меня и подними над землёй, метров на сто!
   - У-у-ух, - грудную клетку сдавило, так, словно кого-то только что подбросили вверх из катапульты. Земля резко ушла вниз. Облака стремительно помчались навстречу. Поезд покатил далее, как ни в чём не бывало, куда-то далеко-далеко, превращаясь в тёмно-зелёную гусеницу.
   - Давай, вверх, ещё на сто метров, но только медленнее.
   - Теперь, двигай в сторону солнца, на пятьдесят метров.
   - В противоположную сторону, в два раза быстрее, метров пятьсот.
   - Класс! Класс! Класс! - радостно шумел "двереводитель". - Сейчас полетаем!
   - Так, стоп! - гениальная идея родилась в голове ди-джея. - Что если не говорить куда двигаться? А показывать?!
   - Поймёшь мои знаки?
  
   ??? - дверь мелко дрожала как в лихорадке.
  
   - Чем показывать?
   Макс подошел к кровати. Достал из бездонной сумки "волшебника" большой игровой джойстик в виде штурвала самолёта.
   - Вот, чем мы будем показывать!
   - Знаешь, что это? - он хитро скосил глаза в сторону помощницы.
   - Сейчас покажу.
  
   "Лётчик военного истребителя" удобно разместился перед открытой дверью. Поставил игровой контроллер между ног.
   - Итак... подруга дней суровых, внимательно следим за действиями моих рук и чётко выполняем перемещение.
   - Что, погнали?!
   - От винта! Штурвал - наклон вперёд - двигаемся вперёд, пока не верну ручку в исходное положение. Пробуем...
  
   22.
   В переполненном людьми кабинете председателя парткома Завода было настолько тихо, словно внутри стоял гроб с покойником. Присутствующие сидели молча, разглядывали плакаты, партийные лозунги, картинки, грамоты и портреты, которые густо покрывали стены помещения.
  
   Минутная стрелка на настенных часах громко тикнула, перескочила на цифру "Сорок пять".
  
   - Товарищ Хромченко, я дождусь ответа на поставленный вопрос или нет? - нарушая затянувшуюся паузу, председатель грозно выпустил из носа широкую струю дыма. Морщины сердитым фонтанчиком поднялись от переносицы, побежали по бугристому крутому лбу.
   - Почему на праздничном мероприятии Завода, не будет приглашенных артистов из Москвы? Почему мы узнаём о том, что нам все отказали, за три дня до начала событий?
   - Бе... Бе не... Бе не ме... - что-то попытались пробурчать в ответ. Провинившемуся было около сорока, хотя выглядел он на все пятьдесят. Лицо серое, опухшее, плохо выбритое, с запавшей верхней губой. Пиджак висел на его сутулой, костлявой фигуре, подобно халату. Пахло от него табаком и какой-то сладкой помадой, которой он мазал свои жидкие волосы.
   - Отвечайте чётко, раздельно и без бе-не-ме-канья.
   - Ме бе... не ме ... не ват, - продолжали оправдываться каким-то зашифрованным слогом.
  
   Губы руководства недовольно вытянулись вперёд. Не докурив сигарету, он бросил её в пепельницу и тут же сунул в зубы другую. Щёлкнул зажигалкой. Затянулся, выпустил сизое облако.
   - Нет, я понимаю! Мы! Самый большой город за Уралом! Наше предприятие, первое в городе! Продукцией пользуется вся страна и даже идёт на экспорт! А тебе не удалось пригласить на праздник не только "Самоцветы" или "Синюю птицу", но даже каких-нибудь "завалявшихся" "Добрых молодцов"? Как же так, товарищ Хромченко? Артисты, где?
  
   Виновный во всех грехах, несколько раз глубоко вздохнул, прочищая легкие, как ныряльщик перед долгим погружением и начал медленно оправдываться. Слова давались трудно, постоянно застревали где-то в области груди...
   - Товарищи, я обращался в "Росконцерт", был несколько раз в "Москонцерте", в столичной филармонии и даже в городском комитете культуры. Я "оббил" все пороги. Москву изъездил вдоль и поперёк. Был у министра в приёмной! Ответ один: Лето - все выступления артистов расписаны - ничем не можем помочь.
   - Так ты бы начал тормошить их заранее! - секретарь собрания показательно вскинул руку, посмотрел на часы, которые он носил на тыльной стороне запястья. - Сроки проведения мероприятия стали известны три месяца назад! Три! В войну, за это время, с одного конца страны в другое производства переносили! Заводы строили! Танки начинали выпускать! А ты за три месяца не смог пригласить каких-то артистов?! Позор! Саботаж! Вредительство!
   - Александр Иванович, они, тама, с января все расписаны, - "враг народа" хмурится, елозил на стуле, точно сел на что-то неровное, твердое, а может даже и острое.
   - У тебя совесть, есть? - начальство произнесло с нажимом на последнее слово.
   - Погляди на Бориса Степановича, - резко ткнули пальцем в пожилого человека с бритой головой и угрюмо свисавшими вниз "белорусскими" усами.
   - Ветеран, фронтовик. Служил в разведке. Дошёл до Берлина! Думаешь, ему легко было договориться по поводу аренды стадиона? Он, ради нашего события, перенёс матч по футболу на другую дату. Или, вон, Игнатова - её заслуга - практически весь город будет на празднике. Одних только пригласительных раздали более двадцати тысяч! А Кузнецов? Вот это, я понимаю, работник! Для выступлений артистов соорудили огромную площадку, прямо посередине игрового поля возвели конструкции. Натянули огромный, разноцветный шатёр. Электрифицировали, свет провели. Всяких лампочек, мигалок, светилок понавесили.
  
   - А у тебя, какой результат? - окурок резко ввинтили в пепельницу и тут же вновь закурили. - Московских гостей ноль целях, хрен десятых! Артистов, нет. Выступать некому. И что теперь делать? Что?
   - Так... Эдак... Так, - тяжело сопели, вместо ответа. Лицо виновного становилось всё красней и красней. Носок ботинка предательски подрагивал под столом.
   - Наказать тебя надо! Сильно наказать! В военное время, за такое бы отдали под суд. Или из партии выперли, "со свистом"!
   - Коллеги? Да за что под суд? А из партии то, за что? - Хромченко оправдывался медленно, как контуженый, щурился, словно глядя на солнце.
   - Ясно с ним всё! Товарищи, у кого будут какие идеи? Как будем выходить из создавшегося положения? Давайте, предлагайте. Надо спасать мероприятие. На кону честь Завода!
  
   В зале наступило долгое, неприятное молчание. Затем, кто-то удивленно и недоверчиво хмыкнул, кто-то в ответ протянул "н-н-да-а" и начал барабанить пальцами по столу, кто-то торопливо зачиркал спичками, закурил.
   Провинившийся жалостливо посмотрел на присутствующих, пошевелил нижней губой, задышал тяжело, как паровоз после длинной пробежки. Приготовился к самому худшему.
  
   С места поднялся невысокий человек со сбившимся набок галстуком.
   - Я, тут, подумал, - толстое добродушное лицо его сморщилось, стараясь восстановить сбитый ход мыслей, он произнёс на распев. - Хромченко надо объявить предупреждение. Нехорошо поступил, подвёл всех. Коммунисты, так, не поступают! А вместо концерта приезжих артистов провести футбольный матч между командой нашего завода и ветеранами клуба "Динамо".
   - Правильно, поддерживаем, - раздались возгласы одобрения. - Футбол, это здорово! Согласны.
  
   - Я против! - широкогрудый парень с короткой шеей и крепкими покатыми плечами резко вскочил с места. - Мероприятие общегородское. Организовано для жителей всего города, а не только для любителей футбола. Поэтому, у меня предложение - провести на стадионе семейную спортивную эстафету: "Папа, мама, я - здоровая семья!". А товарищу Хромченко, объявить строгий выговор и отстранить от руководства праздника.
   - А как же футбол? - окружающие недовольно загудели.
   Вдохновитель семейных традиций задумался на несколько секунд. С силой заскреб свои жесткие курчавые волосы...
   - После спортивного мероприятия, сыграем футбольный матч. Думаю, все будут довольны.
  
   - Товарищи, дорогие мои! - седая женщина в очках, укоризненно покачала головой.
   - Прошу вас, успокойтесь! - она поправила душку больших очков. - Какая эстафета? Какой футбол? Мы зачем построили огромную сцену посередине поля? Накрыли её шатром? Для чего собрали практически со всего города светомузыкальную аппаратуру? Для кого истратили столько сил и средств? Отпечатали и раздали зрителям пригласительные на концерт! Люди придут отдыхать семьями, слушать музыку, популярные песни... А не соревноваться и смотреть на ваш дурацкий футбол.
  
   В кабинете стало тихо. Сигаретный дым уплотнился, "вопросом" застучал в потолок.
  
   - И что вы предлагаете, Тамара Семёновна? - голос председателя прохрипел в тишине.
   - Хромченко... - очки строго блеснули. - Объявить выговор, с занесением в личное дело. А по поводу программы? Не знаю. Нет у меня предложений.
   - Может быть, позвать местные самодеятельные коллективы? - послышалось из дальнего угла. - Обзвоним Дома народного творчества, музыкальные школы, студии? Найдём кого-нибудь? Сделаем свой праздник?
   - Вряд ли удаться, - скептически ответила седовласая. Рот у нее сложился в мрачную складку, а глаза сузились...
   - Даже если успеем, в чём я сильно сомневаюсь, в афишах написано: "Специальный гость праздника - Популярная группа из Москвы!". А не местная самодеятельность.
  
   - Коллеги, дорогие мои? - организатор мероприятия упал духом. - Надо же что-то делать? Это же скандал на весь город, на всю область, это же можно сказать политический провал...
  
   Ситуацию "мирового апокалипсиса" прервал телефонный звонок.
   - Валентина! - сморщившись, прохрипели в ответ секретарю. - Сколько раз просил, не отвлекать, когда идёт совещание! Что у тебя?
   - Александр Иванович, к вам посетитель - технический директор группы "Берёзки". Говорит, его артисты с радостью примут участие в программе. Просит впустить.
   - Я не знаю никаких "Берёзок". Кто это? Что это? Скажите, пусть зайдёт позже, где-нибудь на следующей неделе. Или через месяц. Сейчас не до него. У нас программа летит коту под хвост. Артистов нет, от слова совсем, а он со своими "Берёзками"! Валюша, скажи, спасибо. До свидания. Всё! Кладу трубку.
  
   Повторный звонок...
   - Алло, Александр Иванович, он утверждает - группа известная, песни звучат на радио и даже показывали в "Утренней почте". И он, как раз тот человек, которого вы ждёте.
  
   Низ трубки прикрыли широкой ладонью, нахмурили брови, посмотрели в народ...
   - Кто-нибудь знает, что это за группа - "Берёзки"? - Их ещё показывали по телевизору и передавали по радио?
  
   Присутствующие удивленно жали плечами, непонимающе смотрели друг на друга.
  
   - Конечно, все знают! - громко воскликнул "утопленник" Хромченко, хватаясь за спасительную соломинку (Размером с бревно). Он сразу же расцвёл, выпрямился, подался вперёд.
   - Друзья! - завопил он. - Они очень популярны! После того как я купил бобину с их песнями, я начал их искать. Писать письма. Пытаться встретиться. Договориться. Они просто неуловимы, постоянно заняты, у них куча встреч, выступлений, концертов. Я думал, они где-нибудь в Казахстане, на БАМе, гастролируют по стране. А они, вот они: У нас в городе, на Заводе, в приёмной - это немыслимо!
   - Сейчас я докажу вам, - Хромченко оторвался от места и попытался что-то пропеть из "мегапопулярного" репертуара неизвестной группы. - Хотя бы, вот, это. Слушайте! Или, нет - лучше вот, эта вещь, которая нравиться моей дочери...
   - Пам-пам.. парам.. пам-пам... - Там, сперва такая энергичная, заводящая музыка, - дали пояснения на распевку.
  
   Ракеты... чего-то там-там... куда-то летят
   Звёзды... туру-ту-тум... всё ближе и могут упасть
   А ты далеко. И в глазах твоих слёзы...
  
   Присутствующие переглядывались, мысленно вертели пальцем у виска. (И даже возможно уже вызывали скорую).
  
   - Александр Иванович! - Хромченко от нетерпения уже не просто пел, а пританцовывал и даже барабанил по столу. - Их надо брать! Брать! Брать!
   - Говоришь, много выступают? - председатель парткома задумчиво потёр подбородок. - Часто выступают на радио, по телевизору?
   - Очень - очень часто.
   - Хорошо. Валя, попроси товарища, пусть войдёт. Посмотрим на эту неуловимую знаменитость.
  
   23.
   На главной спортивной арене города проходила репетиция приезжих московских артистов.
   Громко. Похоже на рокот океана. По всей округе, на несколько кварталов от стадиона, разносилась незнакомая, неслыханная ранее композиция... никому неизвестной Myriam Fares (Примерно такая https://www.youtube.com/watch?v=rr-VIHXYmqU&list=RDrr-VIHXYmqU&index=1).
   Взрослая женщина с короткой стрижкой и сбитой спортивной фигурой, подобно дирижёру, энергично размахивала руками, руководила танцевальной разминкой "всемирно известной группы"...
   - ...Девочки, четче движения. Двигаемся ровнее, слаженнее.
   - ...Чуть быстрее. Второй ряд, не отстаём. Следим за линией. Держим спинку. Слушаем музыку.
   - ...Настя, не спим. Успеваем.
   - ...Вера, не ленись. Плавнее шаг. Чувствительнее.
   - ...Девчули, в этом месте, ведём рукой до конца. Затем восьмёрочка, полный круг, красиво тянем талию. Потом два шага, поворот, присели. Привстали и снова два шага, поворот.
   - ...Хорошо, хорошо. Молодцы!
  
   - Стоп, - руководительница группы остановила репетицию.
   - Максим, - она постучала пальцем по радиомикрофону. Обратилась к звукооператору. - Останови музыку.
   - Девочки, что случилось? Где задор? Огонь в глазах, где? Вы что сегодня, как будто всю ночь уголь разгружали?
   - Настя, - женщина захлопала в ладоши, привлекая внимание девушки. - Я не узнаю тебя? Ты с нами? Или дома осталась? Тук-тук, Настёна, проснись. Давай, возвращайся на грешную землю.
   - Юлия Борисовна... - внезапно заканючила сиренеглазая. - Я утром ноготь сломала. И ещё мне неловко, я смущаюсь.
   - Чего?
   - Как посмотрю на эти огромные трибуны... На здоровенную, "в половину поля" сцену. Как представлю сколько завтра будет зрителей. - У меня сразу руки начинают трястись и ноги подкашиваются, а ещё глаз дергается и ноет живот.
   - Настя, что за глупости?! Возьми себя в руки. Сегодня всё надо отрепетировать. Представь, что мы в Москве, и занимаемся на другой площадке. Тем более, здесь, никого нет.
   - Ага, нет?! - девушка махнула рукой вдаль. - А это, тогда, кто?
   - Где? - руководительница прищурилась. Посмотрела в сторону заходящего солнца.
  
   Вокруг спортивного сооружения: На балконах, в открытых окнах, на крышах домов, на ветках деревьев и даже на столбах висели, стояли, сидели многочисленные безбилетные "зайцы". Широко открыв глаза, развесив уши, они внимательно следили за репетицией заезжих гастролёров.
  
   - Ближе ста метров никого не вижу. Так, что не говори глупостей и не обращай внимания. Соберись.
   - Максим, - пальцем постучали в микрофон. - Включи ещё раз последнюю фонограмму.
   - Внимание! Приготовились! Слушаем музыку. И-и-и, начали!
   .....
  
   - Слушай, Никитос? - произнёс один из зрителей, смотрящий в бинокль с крыши девятиэтажного дома. Глаза его возбужденно блестели, меж черных широких бровей залегла упрямая складка, а в голове носились неспокойные дерзкие мысли.
   - Парни в тех. училище тёрли, что "Берёзки" типа "рокеры" и лабают под "Битлз". Несколько песен у них вообще слизано один в один. Даже поют по-английски. А тут какие-то танцы под восточную фонограмму?
   - Я слышал другое! - парировал рядом стоящий. - Рассказывают, они косят под "Бони эМ" и даже солист у них негр похожий на Бобби Фаррелла.
   - Вы, чё? Совсем тундра? Лес густой? - деловито процедил сквозь зубы парнишка с реденькой козлиной бородкой.
   - Кто вам сказал такую глупость? Какие "Битлы"? Какая "Бони эМ"? Попса у них: Русская - народная - голимая - девчачья ПОП-СА. Знаете, что это?
   - ??? - ребята переглянулись между собой.
   - Песни, а-ля Магомаев, Кобзон, Пьеха и всякие там хухры - мухры - "Песняры", - дали пояснение незнакомому определению.
  
   - А-а-а, понятно. Хотя, постой... Как, так? Вот же - звучит нормальный, драйвововый музон. Даже танцевать можно.
  
   - Насчет нормального - я бы сильно поспорил! - бородёнка знатока задралась почти до самого неба. - "Лед Зеппелин"! "Назарет"! Вот! Кто играет настоящие, чумовые вещи. Такие - что башню сносит напрочь! А эти москвички - так себе: Слабенько... Простенько... Без вкуса. И вообще, это не их композиция - Слямзили её.
   - У кого? - недоумение на лицах.
   - Блин, пацаны! Чему вас учат в вашем тракторном училище? Чё, такие первобытные мамонты? Ну, надо хотя бы изредка выходить "в люди", интересоваться новостями на музыкальной "толкучке". Общаться со знающими людьми.
   - ??? Никитос! Ты, эта... не умничай. Поясни толком.
   - Короче, это старый замес малоизвестной турчанки. Приезжала в Союз ещё в лохматые годы. Училась. Чего-то там пыталась петь. Потом всё бросила, вышла замуж за какого-то индуса и уехала жить куда-то в сторону Африки.
   - А ты откуда про неё знаешь?
   - У меня предки под такое шуршали по молодости. До сих пор где-то пластинка валяется, пыль собирает.
   .....
  
   Репетиция продолжалась второй час.
   Музыка становилась ритмичнее, громче.
   Количество "зрителей" праздно шатающихся вокруг стадиона, увеличивалось в геометрической прогрессии.
   Хореограф вытянула руки вперед. Пританцовывая, нарисовала что-то неведомое. Едва заметным движением зачеркнула свое творение и снова начала рисовать...
   - Красатули, красиво выходим на сцену по двое, с каждой стороны. Покачиваем бёдрами. Каждая, по очереди поворачивает гриф гитары в сторону зрителей. Плечико вперёд. Хорошо. Держим спинку. Покачиваем талией. Молодцы.
   - Стоп! - громко произнесли в радиомикрофон, останавливая репетицию.
   - Настя, что на этот раз? Почему застыла как статуя?!
   - Юлия Борисовна, я не могу репетировать, - произнесла девушка, чувственно закатывая глаза.
   - Почему?
   - У меня разошлась юбка. Прямо по шву. Висит на одной нитке. Чуть подвину гитару - ползёт дальше.
   - Настя, завершающая композиция! Медленная. Последняя. Постарайся.
   - Как? - девушка чуть приподняла музыкальный инструмент. Юбка сползла по стройным ногам на пол. - Выступать в трусиках?
  
   Мужская часть нелегальных зрителей, наблюдающих издали в бинокли, подзорные трубы, дедушкины очки с сильным увеличением, воодушевлённо загудела, подалась вперёд. (Ничего себе! Вот, это - сюжет! Ух, завтра будет программа - огонь!).
  
   - Юлия Борисовна, а пускай она всю репетицию прикрывается гитарой.
   - Забудаева, помолчи! - фиолетовые глаза подруги налились гневом. - Дурацкая шутка. Лучше бы помогла?
   - Чем? Барабан выдать?
   - Елизавета! - руководительница строго свела брови. - Надо что-то придумать.
   - Что?
   - Хотя... постойте, - барабанщица подскочила к подруге. Выхватила из рук кусок "ткани", разорвала пополам, сложила уголком. Завязала узлом на талии несчастной.
   - Вот! Новая замечательная мини-юбка. Красивая, современная и самая моднявая в этом городе. Нравится?
   - Нет, - Настёна недовольно надула пухлые губки. - Короткая. На фартук похожа. И попа открыта.
   - А так? - узел сдвинули на бок, соблазнительно оголяя ногу.
   - Вроде ничего.
  
   - Девочки, внимание! - Юлия Борисовна замахала руками, как регулировщик на перекрестке. - Выходим по двое, с каждой стороны. Спинку держим. Улыбаемся... Максим, включи ещё раз последнюю композицию.
   .....
  
   - Ишь, кобылицы нафуфыринные! - с одного из балконов доносился недовольный голос возмущенной женщины. Свою речь она обильно пересыпала "радиоактивными", колючими выражениями. Нос у скандалистки был такой тонкий, будто она специально прищемляла его на ночь защепкой для белья.
   - Понаехали, тут, вертихвостки столичные! Каблуки высоченные понапялили, пуза худющие заголили и ходят как цапли, попами перед мужиками вихляют. Тьфу!..
  
   - Верно говорит Маринка, - горячо подбадривали подругу. - Попробовали бы эти стрекозы постоять восемь часов в цеху у станка. Или кирпичи потаскать целый день. Или стены оштукатурить. А потом вечером - домой - автобуса нет. И с работы пешком два километра по тёмному лесу! Посмотрела бы я на них, как бы они после этого ноги задирали.
   - Девочки, - в разговор вступила ещё одна собеседница. Она вытянула руку с микрофоном, записывая музыку на магнитофон. - Прислушайтесь. Мелодия-то у них, не наша. Не русская.
   - В смысле?
   - Группа называются "Берёзки", - начали давать пояснение. - Берёзки - русское старинное слово. Так?
   - Да.
   - Значит должны петь русские народные песни. Правильно?
   - Наверно.
   - Выходит, мотив должен быть похож на всякие: "Ой мороз мороз", "Во поле береза", ну и прочие "Калинки - Малинки". А у них, музыка современная, тягучая, я бы даже сказала - восточная.
   Первая собеседница широко раскрыла глаза, обрабатывая полученную информацию. Через две минуты семнадцать секунд появился ответ...
   - Я вам про это уже полчаса талдычу! У этих московских лохудр всё с ног на голову. Понапридумывают всякой чертовщины, понарядятся как обезьяны с бегемотами и ездят по стране, попы мужикам показывают. Больше же им заняться нечем! Они же там, в столицах, совсем не работают! А чего им делать? Ходи по сцене, дрыгай, вихляй ногами - да задницей тряси! А наши местные жеребцы - ироды, вона, повылазили. Все столбы, как мухи, облепили, смотрят, слюни пускают, глазами хлопают. Тьфу... Срамотень!
   Скорее по привычке, чем повинуясь желанию, скандалистка возмущенно распахнула полы халата...
   - Вот, на что надо смотреть! - правая нога обнажилась до бедра. Ноги у женщины были небольшие, полноватой формы, колени гладкие, с ямочками, ступни маленькие и пухлые.
  
   24.
   Громкая музыка гулким эхом доносилась со стадиона поздним вечером следующего дня.
   В сторону звёздного неба взлетела небольшая ракета.
   - Ура! - закричал девятилетний мальчишка, прятавшийся за гаражами.
   - Уря-я, - подхватил его малолетний напарник. Бледный, даже чуть синеватый, с оттопыренными ушами и шлеп-шлеп губами.
  
   - Петька! - на стрелка смотрели блестящими от зависти глазами. - Дай пульнуть разок. Дай, а?
   - Ага, сча-с! Прям, бегу и подаю. Я нашёл! Мне и стрелять. Тем более осталось всего три заряда.
   - Тебе жалко? Дай? Ты же мне брат?! Хотя бы разок? Пожа-а-луйста.
   - Не дам. Тебе лет, сколько?
   - Шесть, седьмой пошёл.
   - Вот! Рано тебе ещё держать в руках "боевое" оружие. Уронишь на ногу или выстрелишь кому-нибудь в глаз. Что я потом буду делать с хромым и одноглазым? В пиратов играть?
   - Петька! Ну, да-а-й... - в глазах лопоухого карапуза появились слёзы величиной с крупную горошину. Он зашвыркал носом.
   - Отвяжись. Нельзя тебе. Не положено. Мал ещё.
   - Ах, так. Тогда я побёг к мамке. Расскажу, что ты за гаражами нашел настоящий пистолет и стреляешь без спросу.
   - Э-э-э, Димка, погоди. Ладно. На! Но только один раз. Согласен?
   - Да, - всхлипывали в ответ, локтем растирая слёзы.
  
   Оружие нехотя передали "боевому" однополчанину.
  
   - Смотри. Берёшь, так. Всё заряжено. Ствол поднимаешь вверх. Нажимаешь сюда - на курок - понял.
   - Ага.
   - Давай, держи крепче. Стреляй.
  
   Небольшой хлопок и в небо потекла капля зелёного цвета. Зависла над землёй, медленно начала затухать, спускаясь на парашюте.
   Кто-то или что-то долго, с нетерпением ждало этого момента...
   Как только свет от ракеты потух...
   Высоко в небе открылось неведомое окно, соединив два удалённых друг от друга, на немыслимые расстояния, интервалы времени.
   Оттуда выпрыгнул яркий огонёк, разгорелся в шарик, размером с блюдце и, мотаясь из стороны в сторону, кометой понёсся в сторону стадиона.
   В высоте что-то громко затрещало, лопнуло и...
   Пространство над городом раскрасилось невероятно большим искристым узором. Ещё один. И ещё.
   Сполохи огня замерцали, закружились, заплескалась разноцветными переливами, сразу в нескольких местах подожгли черный небосвод.
  
   - Ой, мама! - испуганно завопил мальчуган. - Петька? Это чего? За патрон такой? Небо загорелось? Ядерный что ли? Чего делать теперь? Как тушить будем?
   - Не реви, - ракетницу вырвали из рук, забросили далеко в кусты. - Сваливаем отседова. Пока никто не увидел. Быстро!
  
   Убегать было поздно.
   Шипящие струи потоком растекались во все стороны неба.
   Разгоралось всё больше и больше. Хлопки участились и из огненного марева на волю начали вырываться бутоны гигантских цветов, вспыхивать, расцветать, хищно поглощать темноту мироздания.
   Казалась даже звёзды запрыгали, затряслись от взрывов, и сошли с ума.
   Огромные ядовитые "растения" размножились, чудовищно оскалились, замерцали молниями, зацвели и огненной лавой, выпрыгивая друг из друга, понеслись прямо в лица мальчишек.
   - О-о-о-о-хть!!! - "пригнувшись", в экстазе завопил стадион. (Наверно подумал, что небесный пожар и конец "Света" заложен в программу мероприятий).
   - Слушай, Димка! - сверкая пятками, кричал, оборачиваясь, старший брат. - Если, что!!! Нас не было тут. У бабушки были. Понял? На даче. Весь день. За баней сидели. Усёк?
  
   25.
   Прошло уже четверть часа, если не больше, как Роберт Гордье не выпускал папиросы изо рта, прикуривал одну от другой, мерил и мерил шагами свой рабочий кабинет, расположенный в офисе кинокомпании "Гомон". Пятнадцать шагов туда, пятнадцать обратно и снова пятнадцать. Сколько уже пройдено: тысяча, две, десять?
   Он метался по кабинету с приспущенным галстуком, в розовой рубашке и серых клетчатых брюках на коричневом ремешке, который обтягивал его обширный живот. Во время ходьбы изо рта у него вырывались неясные междометия и бульканья.
  
   - Почему опаздываете? - недовольно протянул хозяин кабинета, когда гость наконец-то появился в дверях. Он красноречиво вскинул руку, посмотрел на часы. - Договорились на три. Сейчас, три сорок семь!
   - Месье Гордье, наше дело потребовало расследования дополнительных фактов, - спокойно ответил человек среднего роста с вьющимися темными волосами, нежными голубыми глазами, небольшими усами и длинным узким носом. Безупречный костюм цвета морской волны сидел на его фигуре идеально. - Поэтому я позволил себе немного опоздать.
   - Сорок семь минут это немного?
   - В моём случае - да.
   - ??? Мы заплатили ему две тысячи франков! - хозяин кабинета закипел как масло на сковороде. - А он, позволяет себе немного опоздать!
   - Месье, в этом запутанном деле с самого начала творится какая-то чертовщина. Бред. Чушь. Я бы даже сказал шарлатанство. С каждым шагом дело запутывается всё больше и больше. Я даже не знаю с чего начать.
   - Тогда, начните сначала. Что-то же вы разведали? Накопали? "Разнюхали"?
   - Конечно.
   - Да говорите же, дьявол вас разорви!
   - Я не знаю, как описать словами то, о чём мне удалось узнать. Более того, чтобы проверить полученную информацию, пришлось прибегнуть к не стандартным, я бы даже сказал не законным действиям. По ходу расследования пришлось неоднократно давать взятки. Переодеваться. Прятаться. Менять облик. И даже убегать от полиции. А это, понимаете ли, оплачивается по другому тарифу...
  
   Заказчик недовольно скривил лицо.
   - Хорошо. Ваш намёк понятен. Я доплачу вам тысячу, а вы расскажите весь бред, который удалось собрать о сьёмках нового фильма на студии Дюваля.
   Гордье сунул руку во внутренний карман пиджака, вынул длинный пухлый конверт, положил на стол. Резко метнул в сторону гостя.
   Детектив поймал скользящий "бандероль". Открыл. Потеребил купюры. Губы у него дернулись в кривой, довольной ухмылке.
   - Месье, люди, с которыми мне удалось пообщаться, несут какую-то ересь. В мире кино - они не кто и звать их ни как. Многие, в своей карьере, вообще дальше провинциального театра не продвинулись. Захолустье. Вторые роли. Серые будни. Беспросветное будущее. Седьмая вода на киселе. И тут! Внезапно! Звонок со студии. Из столицы. Приглашают в гости, оплачивают проезд. Сразу же, "без разговоров" предлагают роль в фильме. С отличной оплатой. Почти на голливудских условиях. Сказка, мечта, фантастика. Скажи кому - не поверят! И это всё - правда!
  
   - Так просто? Без всего? Сразу дают роль и хорошую оплату? - у Гордье от удивления опустилась челюсть. Он недоверчиво нахмурился.
  
   - Да, месье. Кинокомпания "Дюваль Франц" без конкурса, без кастинга, без отбора - приглашает неизвестных актёров, подписывает контракт, и они уже со следующего дня приступают к работе. Причем, повторюсь, с очень хорошей оплатой.
   - Фарс! Ерунда! Мистика! - у нанимателя заскрипели зубы. - Узнали, откуда у "порнушника" взялись деньги на дурацкие идеи?
   - Ходят слухи, Симон Дюваль познакомился с русским колдуном, или гипнотизёром, который регулярно проводит спиритические сеансы и общается не то с "космосом", не то с "потусторонним миром", не то ещё с кем. Короче, проходимец слушает голоса предков, пудрит мозги старикану. Убедил его разогнать старый состав студии. Бросить порно-бизнес. Продать, всё что имел из имущества... И вложить накопления в съёмки серьезного фантастического фильма, сценарий к которому сам же написал. Возможно опять под диктовку голосов "свыше".
  
   В течении минуты киноделец ошарашено молчал, а потом вскипев, затараторил...
   - Чертовщина! Дьявольщина! Это не возможно! Фокусник, гипнотизёр, махинатор, да ещё русский, общается с давно умершими душами. Получает информацию с "Того света", пишет сценарии и консультирует выжившего из ума директора порно-студии о том, кого подбирать на роли в кино? Расскажи кому - не поверят - засмеют!
   - Хотя-я... - гостя снова подозрительно оглядели с ног до головы. - Послушайте, а вы точно частный детектив?
  
   - Месье! - сыщик возмутился. Недоверием была задета его профессиональная гордость. - Вы желаете заплатить ещё одну тысячу франков? Я вас предупредил!
   - Ладно, верю, - нехотя скривились. - Что ещё удалось "накопать"?
   - Продолжу отчёт: Съёмки идут в небольшом, практически пустом павильоне, буквально утыканного кинокамерами. Аппаратуры, по словам актеров, очень много: На стенах, на потолке, на полу и даже на качающихся конструкциях присутствуют многочисленные кинокамеры: Маленькие, большие, вообще огромные. Причём, все они управляются, не операторами, а автоматически из соседней комнаты. Павильон, как огромная паутина, буквально опутан проводами.
   - Получается, если я правильно понял, - Гордье засопел. - У Дюваля вместо декораций - всё заполнено камерами, на которые он ведёт съёмку.
   - Верно, - ухмыльнулся голубоглазый, обнажив белые как у певца зубы.
   - Как же он создаёт картинку? Без декораций, задников, пейзажей? Когда кругом одни камеры?
   - Не знаю. Только по рассказам актёров, когда они просматривают итоговые эпизоды, русский факир каким-то непостижимым образом не только накладывает на снятые ранее материалы фантастические пейзажи и иноземные панорамы, но ещё без всякого грима превращает их лица в ужасные инопланетные морды. А одежда, в которой они снимались, чудесным образом, превращается в пышные костюмы или неповторимые тела животных.
   - Бред! Кошмар! Ложь! - затопали ногами под столом и ладонями заколотили по столешнице. - Вот в это, я точно не поверю, ни-ко-гда! Это невозможно!!! Слышите?! Я вам, не верю!
   - Как? Почему? - детектив покраснел. Сделал два шага назад. Попытался слиться с мебелью.
   - Месье, вы лжец. Пустобрёх. Сказочник. В вашем рассказе нет ни одного слова правды! Немедленно верните деньги или я позову охрану.
  
   26.
   Гигантское помещение погребального хранилища было разделено на четыре больших отсека, в каждый из которых мог вместиться звездолёт размером с крейсер. Каждый зал был под завязку заполнен саркофагами со спящими людьми. Рядом с капсулами анабиоза стояли приземистые шкафы, мигающие по очереди темно-синими и зелёно-оранжевым огнями. По приборным панелям, расположенным вдоль стен, ползли тучи цифр. Машины пережевывали и отправляли в неведомые дали кубы полученной информации.
   Электрический импульс, возник внезапно. Замкнул цепь, прошёлся по источнику питания, голубой искрой пробежался по узлам распределителей, блокираторов, релейным схем.
   На пульте управления одного из саркофагов зловеще вспыхнул маленький красный огонек. Тревожно замигал. Индикаторы пробуждения поползли в зелёную зону. Сверхчувствительный датчик отметил активацию деятельности мозговой коры у спящего. Учащение пульса. Повышение температуры.
  
   В центре зала появилась, словно сотканное из бликов далёких звёзд, видение. Голограмма молодой женщины. Мельчайшие детали - волосы, ресницы, ногти - поражали своей достоверностью. Она стояла как живая. Длинные русые волосы струились по плечам, переливаясь в разноцветных лучах световой феерии.
   Прелестница мило улыбнулась невидимым зрителям, повела изящной рукой. Зазвучал чудный, с переливами голос...
   "Уважаемые гости, я рада приветствовать вас на борту межзвёздного корабля "Грэндспирес" переоборудованного в камеру хранения особо опасных заключенных, погруженных с помощью "Lits-лучей" и "три-top" технологии в состояние анабиоза. После проведенной реконструкции, стоимостью в шесть миллиардов имперских "цехенов", старый списанный транспортник, получил вторую жизнь и сегодня является самым современным складом живого био-материала в "Южной части Галактики."
  
   Голубые молнии огибали, искрили вокруг одной из капсул. Внутри её что-то щёлкало, трещало, тикало.
   Панель блокировки заиграла всеми цветами радуги.
   Зашипела.
   Крышка "гроба" начала открываться.
   Засвистел воздух, с силой вырываясь из образовавшихся щелей, оттуда же повалили клубы белого пара.
   Из глубины появилось "помятое" лицо заключенного. Он потёр глаза. Близоруко осмотрел "окружающий мир" Достал и водрузил на нос старинные допотопные очки.
   - И где это мы? - произнёс неизвестный, рассматривая голограмму.
  
   Бестелесный дух продолжал увлечённо читать лекцию, не обращая внимания на проснувшегося слушателя...
   "Для уменьшения налогов и удобства складирования транспортное судно размещено на орбите безлюдной планеты "Sw 771 Fr" в квадрате "MJ 42" созвездия "Стального орла". Режимный объект, находится под охраной компании "S kargo", рассчитан на двести тысяч капсула-мест, полностью автоматизирован и обслуживается роботами."
  
   - Замечательно! - с иронической усмешкой похвалили "компьютерный" голос за полученную информацию.
   - Значит, из старших, в доме... никого?
   - А-я-яй. Какое безобразие. Как же так? нДа!
  
   "Ботаник" нырнул внутрь камеры. Упёрся ногами. Начал сопеть, обдирая пальцы, вытаскивать из пазов плату. Вытащил. Осмотрел. Крутанул и вставил разъёмом в гнездо пульта, рядом с мигающими индикаторами. Огоньки недовольно заурчали. Раздался щелчок. Из стенки выскользнул большой блок, забитый кристаллическими микросхемами.
   Очкастый безбилетник довольно хлопнул ладонями, потёр их, как будто готовясь к обеду. (Мысленно повязал на шею слюнявчик. Положил салфетку на колени. Причмокнул.) И с аппетитом начал выковыривать запчасти. Крутить. Осматривать. Подобно конструктору "Лего", втыкать в пазы, собирать неизвестный прибор.
  
   Под потолком вспыхнул большой красный глаз, его прерывистый свет казался гневным. На месте прекрасной незнакомки появилось недовольное лицо мужчины. Оно плавало, мерцало в темноте. Пыталось собраться в единую картину. Наконец изображение сформировалось в что-то похожее на человеческий череп. Пустыми глазницами осмотрело наглого "каторжанина", который собрал и подключил неизвестную "приблуду" к пульту управления системой. И что-то активно в ней программировал.
   "Проникновение в программу тюремного накопителя ЗАПРЕЩЕНО и карается уголовной ответственностью! - недовольно заурчала фонограмма. С каждой новой фразой громовые раскаты её голоса набирали силу. Становились громче.
   - Из нашего исправительного учреждения ещё никому не удавалось сбежать. Это невозможно! Даже не пытайтесь! У него семь степеней защиты! Периодическое обновление кодов! Многозначные цифровые пароли. И просто ультро-современное программное обеспечение.
  
   - Мы и не собирались сбегать, - космический хулиган вынырнул из паутины проводов и вороха изоляторов силовых линий. С нарочитой тщательностью защелкал рядами переключателей. Плавно подвинул несколько тумблеров. Начал быстро перебирать клавиши на своём приборе. Двигать рычаги управления.
   В смежном помещении на полу и стенах вспыхнуло множество разноцветных огней. Палуба слегка задрожала. Мягко зарычали генераторы энергоустановок, окружая космолёт защитным силовым полем.
  
   - Просто одолжим вашу тюрьму... - сообщили скелету бодрым и обнадёживающим тоном. - На время. Покататься. Пока, это... - хозяева не вернулись!
  
   Безжизненное пространство планеты растянулось во все стороны. Испепеляющие лучи нестерпимо яркого Солнца выжигали бесконечную равнину, на которой местами зияли огромные кратеры, окруженные зубцами скал. Ни звука не проносилось над унылой поверхностью, лишенной воздуха и жизни. Нигде не было видно признаков присутствия человека.
   Тюремная глыба, висящая над безжизненной планетой, задрожала. Начала оживать. В дюзах заплескалось желтовато-голубое пламя огня. Подобно огромному трансформеру пришла в движение оболочка корабля: Внутрь башни нырнули пушки ближнего боя. Экранами затянуло шлюзовые камеры, иллюминаторы. Сложились и спрятались крылья солнечных антенн, батарей, энергонакопителей "G" плазмы. На дальних мачтах выдвинулись и грозно расщепились дополнительные сопла.
   Судно, мигая фиолетовыми огнями, развернулось в неизвестном направлении, мгновенно набрало бешеную скорость и вскоре стало еле различимой точкой на бескрайнем звездном небе. Потом и она вдруг ярко вспыхнула и, прочертив белую полосу, исчезла из виду.
   .....
  
   Входя в просторный кабинет одного из собственников компании "Гомон", Гордье поразился буквально исходившим от него волнам суровости и непреклонности. Строгие глаза, в которых невозможно было что-либо прочесть, настойчиво буравили вошедшего гостя. Хозяин кабинета недовольным кивком головы указал подчинённому на кресло и выпалил на одном дыхании:
   - Я только, что посмотрел очередной трейлер к фильму "Дюваль Франц": Закрученная линия сюжета! Качественная работа оператора, немыслимые спецэффекты? В ряде моментов - даже Голливуд отдыхает! Скажите, Гордье: Что, это? Откуда? Как? Каким образом они это сняли? Не слышу ответа?
   - Я думаю, что я, они... - начали нерешительно бубнить под нос.
   - Не надо думать! - грубо перебили помощника. - Думаю, здесь - я!
   - А песня? Музыка? Качество звука? - Руководство подошло к столу, и нажало кнопку "PLAY" на магнитофоне. Зазвучала мелодия, под которую угоняли космический корабль. (Композиция была очень похожа на "старую добрую" "Tu Es Foutu" в исполнении "IN-GRID" и звучала примерно так... https://www.youtube.com/watch?v=oXMV2RBQwiY ).
  
   - Это, что? Новый шлягер? Дожили! Теперь популярные песни Франции появляются в трейлерах никому неизвестной студии. Да чего там песни - говорят в провинции ходят в кино только для того - чтобы посмотреть на его новые киноролики! Причем без разницы: Какой фильм, о чём, кто играет - главное, чтобы вначале показали трейлер Дюваля. - А потом хоть трава не расти!
  
   - Видите ли, месье... - что-то попытался пробубнить Гордье в своё оправдание.
   - Не надо видеть! - его снова грубо перебили. - Видеть, здесь, буду - я!
   - Значит, так! Берете, этого слащавого пижона сыщика, которого я вам рекомендовал.
   - Так я же его, вроде, выгнал... И охрана немного помяла.
   - Ничего не знаю! Верните его. Добавьте гонорар. И "копаете" до тех пор, пока у меня не будет четкого объяснения - каким образом и за счет чего Дюваль так быстро учится снимать фильмы? Откуда такой рывок? Где берёт песни? Кто пишет музыку? Сценарий? Кто консультирует и подбирает актёров? Отвечает за костюмы? Декорации? Откуда у него деньги на качественные съёмки? Одним словом, я хочу знать, ВСЁ!
  
   27.
   В аэропорту Шереметьево приземлился очередной самолет. Это был ИЛ шестьдесят второй, из Парижа. Он долго стоял возле взлётной полосы, затем сонно выруливал куда требовалось, наконец остановился, затих.
   Трап медленно двигался к самолету, как черепаха. Стюардессы, казалось, еле переставляют ноги. Таможенники и те никуда не спешили. Но особенно долго пришлось ждать чемоданов. Отечественная неразбериха то тут, то там кидалась в глаза. Багажа всё не было и не было. Чешуйчатая лента эскалатора "заснула". Похоже на века.
   "Почему раньше я не замечал эту медлительность? - корил себя Николай Чернов, вернувшийся из туристической поездки. - "Тут, такое! Такое! А они заморозились. Спят как мухи! Неужели нельзя побыстрей!".
   Таможенники, не слыша внутренних переживаний соотечественника, внезапно решили устроить выборочную проверку багажа. Дело пошло ещё медленнее.
   - Ваш чемодан? - симпатичная девушка строго посмотрела на Чернова. Требовательно сжала пухленькие губки. Строгая морщинка пробежала по лбу. Начала просматривать вещи, задавать вопросы...
   - Откройте, пожалуйста.
   - Это ваше?
   - А это?
   - Запрещенное что-нибудь везёте?
   - Спасибо. Всё в порядке. Можете идти.
  
   "Скорее, скорей!" - турист практически бежал по залу в сторону телефонных автоматов, увешанный сумками с подарками.
   Вот и первый свободный аппарат. Набираем, звоним - короткие гудки.
   "Двушку, отдай, скотина!" - автомат попался совсем чокнутый - на смачный удар в "брюхо", возвратил не одну монету, а высыпал горку из пяти.
   "Что-то новое? Когда не возвращают свои кровные - это понятно, а тут... аттракцион невиданной щедрости. Только зачем мне столько мелочи? Ладно! Не будем обирать государство - сегодня я добрый. Пусть лежат. Найдём другой автомат и...".
   "Есть", - длинный гудок.
   - Оу! Мильон пардон! Жё мапэль? Ну ну сом коню? - Чернов, пародирую проклятых капиталистов, произнёс непонятный набор первых пришедших на ум слов.
   - Чё надо? - отчётливо проскрипели в ответ.
   - Антоха? Печёнкин? Не узнал? Будешь жить долго - если пить бросишь! Это - я. Вернулся из городу Парижу. Ужо в Москве. Короче, Печенюха! Хватай свою Валюху, и бегом ко мне. Бегом. Такое расскажу. Такое! В жизни не поверите!
   - Всё! Разговаривать некогда. Срочно приезжайте - жду!
   .....
  
   Чокнулись. Крякнули. Закусили. Повторили.
   Креплёное вино помаленьку через соломинку проникало и ударяло в головы, делая мысли легкими и летучими, как пух одуванчика. (Пили по-современному, как принято там - за кордоном.).
   - Скажите, Николя! (С ударением на я), - синие и без того большие глаза жены Антона казались ещё больше и были словно затуманены.
   - А вы видели Алена Делона? Какой он в жизни? Говорят, высокий, красивый, страстный - как на экране? Пишут, любит сидеть по вечерам в одиночестве возле Эйфелевой башни, кормить голубей, смотреть на вечерний Париж? Вздыхать. Ой, а правда, что башня наклонилась и скоро упадёт?
   - Валя, не трынди! - Антон длинный, горбоносый и лысый, подтянул ремнём брюки, деликатно покашливая, попытался успокоить супругу...
   - Не отвлекай Николая дурацкими вопросами. Дай ему прийти в себя. Его десять дней не было на Родине. Отвык, небось, от нашей действительности. От дома. От друзей. А ты ему сразу в лоб - про башню. Пусть лучше расскажет - говорят там по улицам ходят одни красотки? В неглиже? Коля, ну, че? Признавайся. Есть, такое? И как они? Ты ведь живёшь в двушке - один? Ни жены, ни ребенка, ни котёнка. Мог бы кого присмотреть? А может даже привести?
  
   - Дорогие, мои! Париж, это - ПАРИЖ! Там, есть - ВСЕ! - путешественник философски посмотрел в потолок. Щелкнул красивым блестящим портсигаром, закурил и протянул блестяшку Антону.
   - Дыми, - сказал он, отдуваясь.
   - Не курю.
   - Бросил, что ли?
   - Три года назад. А то ты не знаешь?
   - А, точняк.
   - Может, все-таки закуришь? Американские? Кэмел? - хозяину явно хотелось соблазнить человека, который не курил уже три года.
  
   Чтобы отвязаться, гость закурил. Сигареты оказались крепкими. Закружилась голова.
  
   В открытое окно потянуло теплым сквозняком, легкий "Белобрысый" чуб Чернова заколыхался, как метёлка ковыля, придавая его лицу нечто возвышенное, гамлетовское.
   - Послушайте, я вот о чём хотел рассказать: В последний день, мы ходили в кино. И знаете, что! Французы. У себя дома. В своём Париже! Снимают продолжение нашего "Шурика". Нет, додумались же? А? Представляете? Продолжение!
   - "Шурика"? - в женской голове мысли застопорились. Просто разбежались и упёрлись в забор. (Какие "Шурики" могут сниматься в Париже?! Это же - Париж!).
   - Какого "Шурика"? - мужская часть населения также отказывалась понимать происходящее. Слова: Франция, заграница, туристическая поездка, голые, голодные до любви молодые женщины, толпами гуляющие по вечернему городу, не сочетались со словом "Шурик".
   - Который Сашка, Александр, Шурик, Санёк, студент! - хозяин выдохнул облако синего дыма и помешал трубочкой огненную смесь в стакане. - Помните, его? Такой, очкастый, смешной актёр? Недотёпа? В "Иване Васильевиче", играет изобретателя? От него жена сбегает - с любовником - с режиссёром Якиным - в Гагры?
   - В каком "Василиче"? - Валентина опять ничего не поняла. (В восторженном повествовании путешественника должны были быть жгучие рассказы про модные бутики, покупки, фонтаны-мантаны-бутаны, мосты, "Бистро", магазины... А не какой-то скучный очкарик и студент от которого ушла жена).
   - Фильм Гайдая, смотрели... Где Яковлев с Куравлёвым путешествуют во времени, в гости к царю Ивану Грозному. - Там, песня ещё звучит, популярная...
  
   Звенит январская вьюга и ветры хлещут упруго.
   И звёзды мчатся по кругу и шумят города...
  
   - А... этого Шурика, - интерес в женском голосе упал почти до нуля. Стоило летать во Францию? В сам Париж? На десять дней? Чтобы, там, просто так, сходить в кино и посмотреть обычный фильм с советскими актёрами. (Нет, девочки! - Нормальный, адекватный человек поступил бы по-другому. Уж наверняка бы, ему нашлось чем заняться!).
  
   - Серьёзно??? - восторженность мужской части населения наоборот прыгнула в потолок и зашкалила до квадрата десятой степени. - Ай да, французы! Ай, молодца! Тудыт-твою-растудыт их в самую печень! И что? Коля? Про что фильм? Интересный? Вицин, Моргунов, Никулин - играют? А Кустинская? А Крамаров? А Варлей, всё также "скачет" по горам и до сих пор не вышла замуж? Рассказывай - не тяни кота за одно место.
   - Я же говорю: Лягушатники, перекупили нашего Шурика. С помощью машины времени забросили его в будущее. Там он, по их заданию, заснул в каком-то ящике. Попал в космическую тюрьму. Просыпается - собирает всякие штучки - становится матёрым кибернетиком и похищает межзвёздные корабли. Представляете?! Шурик - угонщик звездолётов? А начиналось всё с обычной советской стройки! Кто бы мог подумать - такой взлёт!
   - Колян! Вот, это, новость! Всем новостям - новость! Если конечно, правда?
   - Старик! Сам не поверил. Повели на фильм, про какую-то ихнюю бестолковую трагичную любовь. Французского никто не знает. Идти не хотят. Однако, по расписанию положено - за билеты уплочено - пошли. Сели. Началась заставка, титры всякие появились, буквы ихние кривые побежали по экрану. Гляжу и не верю глазам: Он - Сашка Демьяненко. И главное, играет так хорошо - не оторваться. Роль - прямо, вообще его, вжился по самые уши! А ещё мне понравились звездолёты, такие реальные железяки - не отличишь от настоящих. Умеют же за кордоном снимать фильмы! Уж если выстрелил в упор - половина зала головы нагнули. Вторая половина на пол упала. А как Санёк гоняет по звёздному небу! - ни одно ГАИ не догонит! Ас - едрит твою кочерыжку! Ас!
   - Николай, скажите? - Валентина ехидно влезла в серьёзный разговор мужчин. - А что-нибудь ещё, интересное, во Франции, в ПАРИЖЕ, во время вашей поездки, кроме просмотра фильма, было?
   - Ещё? Интересное? - турист задумался, вспоминая прошедшие события.
   - Да вроде ничего.
  
   28.
   Вкусный запах варёного мяса волнами расходился по всей квартире. Очень полный мужчина, в полосатой пижаме, в женском фартуке на выпирающем животе, зелёной бутылкой из-под "Лимонада", раскатывал тесто. Рядом пухлая женщина в оранжевом халате, с вилкой в руках, мурлыкала игривый мотив из какой-то старой оперетты, лепила пельмени.
   Телевизор вынесли на кухню. Ждали любимую передачу "Музыкальный киоск". Электрический чайник, полный ароматного чая цвета старого янтаря, кипел и пар змеясь поднимался над ним.
   - Андрюшенька, - томно проворковала хозяйка. Привычным движением руки взбила кудряшки. - Если сегодня в программе будет звучать музыка Свиридова, Рахманинова или Чайковского, давай сделаем перерыв. И послушаем её в спокойной, "камерной" обстановке.
   - Давай, - согласился муж. - Так и быть - начнут пилякать - выйду, покурю.
    
   - Дорогие телезрители, - радушно улыбнулась в камеру ведущая программы "Музыкальный киоск" Элеонора Беляева. - Продолжаем знакомить вас с творчеством народных театров столицы. Сегодня поговорим о работе театра-студии "Новое время".
   В последнее время режиссеры народных театров в своём творчестве всё чаще используют яркие, искромётные, насыщенные юмором и музыкой оригинальные жанры. Для усиления интереса зрителей привлекаются известные композиторы, артисты и даже музыканты вокально-инструментальных ансамблей.
   Что из этого получается - судить вам. Давайте посмотрим один из фрагментов спектакля "Рождественская сказка" в исполнении актёров театра-студии "Новое время" и творческой группы "Берёзки"...
   (Телезрители внимательно смотрят в свои голубые экраны, не отрываясь на перекур, удивляются, восхищаются, а может негодуют - читатели просто переходят по ссылке... https://www.youtube.com/watch?v=4pMMB-29_lw)
   .....
  
   Режиссёр театра "Новое время" Крутиков "одним глазком" заглянул в кабинет директора.
   - Ростислав Альбертович, голубчик?! - руководство театра была сама любезность. - Что же вы в дверях? Проходите. Присаживайтесь. У нас как раз гости по вашу душу.
   Крутиков вошёл. Внимательно осмотрел крупного, похожего на массивный платяной шкаф человека, развалившегося в кресле недалеко от стола директора.
   - Насчёт билетов? - режиссер подозрительно прищурился, ожидая ответа. - Милостивые господа! Билетами не занимаюсь. Нет, нет, и нет! И советов по их поиску не даю. Я - служитель музы! Я творю! Ваяю! Билеты - не ко мне.
    
   - Ростислав Альбертович, - директор решил успокаивать вспыльчивого "гения", на спектакли которого действительно билеты достать было невозможно. - Я позвал вас по другому вопросу. Разрешите представить Тобермана Петра Сергеевича. Он из "Москонцерта". Зашёл в гости. К вам! И совсем не за билетами.
   - Здравствуйте, - сидящий в кресле поднялся. Протянул широкую как у медведя ладонь.
   - Тогда, другое дело. Здравствуйте. Слушаю вас.
   - Товарищ Крутиков, - городской чиновник забубнил низким баритоном. - Недавно в телепередаче "Музыкальный киоск" рассказали о вашем новом спектакле. Показали несколько отрывков. Знаете, очень понравились игра актёров и мы хотели бы...
   - Сударь, прошу простить меня, - гостю не дали договорить. Крутиков понял, зачем в кабинете директора появился незнакомец, и его лицо залила бурая краска. - Я устал повторять - в передаче, показали не моих актёров. Я не знаю кто они. Откуда. И чем занимаются. Следовательно, не могу организовать с ними встречу или дать контакты. Понимаете?
   - Как, не ваши? - отговорок режиссёра не понимали.
   - В эпизодах играли привлеченные актёры. Даже так - простые люди "с улицы", которых специально подобрали для рекламы моего нового спектакля в телепередачу "Музыкальный киоск". Что это за люди, как с ними связаться - я не имею понятия.
   - А спектакль? Спектакль то - ваш?
   - Спектакль мой. Я - режиссер, автор сценария. Только он ещё не готов. Мы только недавно приступили к репетициям. К созданию декораций. Пошиву костюмов. Так, что дай бог - месяца через три, к началу декабря, выдадим премьеру. Не раньше.
   - Хорошо, допустим, - чиновник расстроенно сник. - А музыка? Танцы? Песни? Те, что звучали в телепередаче? Они будут в вашем спектакле?
   - Конечно!
   Пальцы гостя радостно забарабанили по подлокотнику кресла.
   - Тогда, я бы хотел заранее... Сейчас... За три месяца до премьеры... Обсудить заказ билетов.
  
   Крутиков громко фыркнул и повернулся к стене.
  
   Директор театра глубоко вздохнул. Выдержал, как положено по Станиславскому, "глубокую" паузу. После чего произнёс...
   - Пётр Сергеевич! - несмотря на то, что вы из "Москонцерта". И даже если бы вы были из Кремля. Увы! Билетов нет. Их развезли по детским домам ещё на той неделе. Все до единого.
   - Товарищ директор?! - Тоберман не ожидал отказа. - Неужели ничего нельзя сделать?
   - Простите, Пётр Сергеевич, - руководство театра сделал руками жест, каким докладчики скромно отвергают незаслуженные аплодисменты. - "Ни-че-го".
  
   - Вообще-то...  можно, - скандалист - театрал влез в разговор. - И нужно!
  
   Руководитель возмущенно посмотрел на подчинённого: Хмуро свёл брови. Сжал губы. Мстительно прищурил глаза...
   - Ростислав Альбертович, мы с вами общались по этому поводу. И неоднократно! Я повторю ответ - НЕТ. Какую букву в слове вы не расслышали?
   - Простите коллеги, о чём спор? - гость непонимающе переводил глаза с одного собеседника на другого.
   - В том, милостивый сударь из "Москонцерта", - режиссер, пародирую позу Маяковского, закинул длинный шарф за спину. Глубоко засунул руки в карманы. - Готовы дать ещё один! Или даже два спектакля - а значит предоставить семь сотен свободных билетов на "Рождественскую сказку"!
   - Так, так, так, - Тоберман был сама любезность. - Очень интересно. Расскажите более подробно.
    
   Директор недовольно приподнялся из-за стола...
   - Товарищ Крутиков, просит большой зал для его спектакля двадцать пятого и тридцатого декабря! - А мы не можем. В эти дни состоятся Новогодние концерты сводного хора ветеранов. В котором, кстати, поёт свекровь жены второго секретаря парткома. Понимаете?!
   - Понимаю... - задумавшись, произнёс чиновник. - А если перенести выступления ветеранов на другие числа или в другое место.
   - Я про то же, - Крутиков поддержал гостя. - Зачем им зал на половину тысячи мест? У них зрителей - полтора калеки. Пускай поют в другом месте. А мы в эти дни дадим спектакли.
   - Ростислав Альбертович, - руководство театра строго посмотрело на режиссера. - Повторю последний раз: Вопросы изменения графика мероприятий не обсуждаются.
   - Коллеги, - чиновник вскочил с кресла. - Прошу, вас. Успокойтесь. А если я решу спорный вопрос? Найду свободный зал?
   - Свободный зал? - Крутиков был ярым материалистом и не верил в Деда Мороза уже с пяти лет. - В декабре?
   - Да, - ответили четко, показав, что это не шутка. - Я найду зал. Вы перенесёте туда репетиции, декорации и выступления актёров.
   - И?! - гость торжественно поднял палец вверх. - У меня возникает вопрос: Если я это сделаю, и вы на это согласитесь! То сколько спектаклей сможете сыграть?
   - Сколько, сколько... - театральный поэт пожевал губами. Хитро прищурил глаза. Ярко представил лица своих недоброжелателей и критиков. - А сколько надо?
   .....
  
   - Где же он? Где? - Крутиков метался по коридорам Дома Культуры. Совершал очередной круг, заглядывал во все "закоулки", "переулки", стучал во все двери. Был два раза на чердаке, три в подвале. Несколько раз выходил на улицу, смотрел у крыльца. А вдруг?
   Работники ДК не видели товарища Иванова больше трёх недель. Одни говорили - в отпуске. Другие - уехал на Родину обитания Ивановых (В Иваново). Третьи вообще непонимающе пожимали плечами. Четвёртые посылали в разные стороны и направления. Убеждали, только, что был - где-то тут ходит - посмотрите там.
  
   - Вот ты где! - режиссер наконец-то увидел разыскиваемого человека. Путешественник во времени одиноко сидел на подоконнике, в коридоре, напротив двери в свою студию, с вывеской "Ремонт". Увлечённо читал газету "Труд". Абсолютно никого "не ждал и не искал". Просто "так" сидел и читал.
   - Максим, голубчик. Как хорошо, что я нашёл тебя! У меня к тебе серьёзный разговор.
   - Слушаю, Ростислав Альбертович, - ди-джей оторвался от просмотра фотографии "Доярки осваивают новую технику на целине". Сделал вид, что встреча с режиссёром произошла совершенно случайно.
   - Хочу поговорить с тобой по поводу моего нового спектакля - "Рождественские сказки".
   - Опочки! - Макс удивлённо поднял брови. Посмотрел по сторонам. Не спутали ли его с кем-нибудь другим. - Чего это вдруг? Что-то случилось?
   - Случилось! Я когда давал согласие на рекламу нового спектакля, не ожидал, что эпизоды, показанные в "Музыкальном киоске" сильно понравятся зрителям. Ходят слухи, студию завалили письмами, все хотят знать, что за спектакль? Кто режиссер? Где идёт? Желают прийти, посмотреть.
  
   - Да вы, что? - непризнанный гений с сочувствием покачал головой. - Не может быть! Вот уж не ожидал?! Думал никто не заметит.
  
   Театральный художник, не обращая внимания на иронию, продолжил своё торжественное повествование...
   - Сударь! Я посидел, подумал, пообщался с актёрами, руководством... И мне в голову пришла замечательная идея! Как вы смотрите на то, что я назначу вас соавтором моего нового шедевра.
   - Меня?
   - Конечно! Максим, только представь, в афишах: Ярко. Жирным текстом. Большими буквами: Работа над сценарием - М.И. Иванов! А? Звучит? Правда? Ты же не откажешься от славы и успеха? От признания зрителей?
   Макс набрал воздуха в рот. Задержал его. Выдохнул.
   - Если в афишах, - пробурчал он. - Ладно, пусть будет.
  
   "Обычный прохожий" вновь уткнулся в чёрно-белую картинку. Начал что-то подробно высматривать.
  
   - Максим. Ещё одно: Теперь, когда ты соавтор - ты не против включить в сценарий эпизоды, показанные в "Музыкальном киоске".
   Читатель оторвал взгляд от доярок, от новой техники, которую они осматривали в коровнике. Подумал. Попытался разобраться в ходе хитросплетений служителя музы.
   - Хорошо. Я не против. Пользуйтесь.
  
   Доброй души человек спрыгнул с подоконника и направился в сторону выхода.
   - Максим, подожди, - уходящего собеседника остановили за руку. - Ещё одно.
   - Что?
   - Сегодня в театр приходил чиновник из "Москонцерта". Предложил провести в декабре не один спектакль, как мы планировали - а восемь! По два выступления в неделю. Я подумал и согласился: Восемь концертов - не один. Это - восемь! Это больше, лучше, почетнее. Опять же выигрыш в деньгах. Для всех. И для тебя тоже! Ты же теперь не просто консультант - а соавтор сценария.
   - И? - ди-джей затаил дыхание, ожидая развязки. Газета в его руках предательски захрустела.
   - А раз такое дело. Я, как главный режиссёр! Тебе - как соавтору, вынужден сказать... Товарищ Иванов! Сценарий, по которому ставим спектакль - сырой! Его надо срочно доработать. Насытить яркими музыкальными композициями. Такими, как в "Музыкальном киоске". И быстро запустить в работу. А ещё хотелось бы пригласить актёров, которых показали в телепередаче. Короче, вам батенька, надо срочно заняться работой. А не сидеть без дела - почитывая газетки!
  
   Максим ошарашенно посмотрел на наглеца. (Он конечно ожидал чего-то такого - но не на столько - и не в такой форме.).
   - Ростислав Альбертович, - а вы случайно не обнаглели? Может, вам ещё шнурки погладить? Или валенки зашнуровать? А что? Я быстро - только за "Гуталином" сбегаю!
  
   - Кхх, кхх, - Крутиков закашлялся, понимая, что перегнул палку. Коротко и быстро глотнул воздух, как воду.
   - Максим! Дорогой мой человек. Зачем ссорится из-за пустяков. Пойми - у актёров жизнь сложная. У режиссёра вообще кошмар! В декабре нас ждёт восемь спектаклей. Восемь!!! Люди волнуются. Переживают. Зрители желают зрелища - стоят "на ушах" - готовы снести кассу - билеты им подавай. Критики объединились с недоброжелателями, затаились, клацают зубами как волки, только и ждут, когда мы с тобой поскользнёмся. Весь мир ополчился против нас.
  
   Убитый горем театрал тяжело вздохнул. Вскинул на собеседника влажные глаза, слегка рисуясь, протянул вперед руки, прошептав с надрывом...
   - А у нас? Сценария нет. Актёров нормальных нет. С таким трудом удалось выцарапать сцену на восемь спектаклей. Уговорить дирекцию. Решить организационные вопросы - И всё напрасно! Может поможешь? По-товарищески? Мы же с тобой, кхх, кхх... друзья?
  
   29.
   - Идите к товарищу Персидскому.
   - У него я уже была.
   - А вы сходите ещё раз. Он подлец всё знает.
   - Но у него я была уже три раза.
   - Тем более, ему теперь не отвертеться.
   (Фильм "12 Стульев". Эпизод. Вдова Грицацуева в поисках сыночка в редакции газеты "Станок.".
  
   Молодой мужчина, внимательно осмотрел присутствующих в курилке, выискивая жертву. Высмотрел самую яркую посетительницу. Решительно направился к ней.
   - Бонжур. София Лотрэн? - обратился он к бывшей "подруге" основателя кинокомпании "Дюваль".
   - Мы разве знакомы? - девушка с удивлением осмотрела незнакомца, облаченного в кожаные брюки, пёструю рубчатую майку, которая "до неприличия" выделяла его выпуклые бицепсы и рельефные мышцы.
   - Пока нет. Но мне очень хочется исправить это недоразумение. Я, Пьер Тома. Издание "Бульвар инфо SPEED". А вы самая очаровательная и привлекательная в этой студии? Верно?
   - Да, я такая, - красотка глубоко затянулась сигаретой, сложила пухлые губы трубочкой, словно для поцелуя, и медленно выпустила дым изо рта.
  
   - Ах, мадмуазель! Говорят, только с вами можно пообщаться по поводу съемок. Только, ВЫ, и никто другой можете поведать пикантные истории для нашего издания. Неужели это правда?
   - И кто сказал? - улыбка стремительно покинула лицо девушки.
   - Да все говорят! - корреспондент бульварной прессы была самая любезность.
   - Конкретно?
   - Такая, полноватая, очень деловая и серьёзная мадам. В крупных очках. В сером длинном клетчатом кардигане. С большим количеством папок в руках. Она так сильно торопилась по коридору. Сослалась на занятость и посоветовала обратиться к вам - единственному человеку в студии, который знает всё. И... про всех.
   - Кто, я?
   - О-ла-ла, мадмуазель! - парень улыбнулся, игриво подмигнул правым глазом. Красноречиво потеребил пальцами воображаемые банкноты. - Хотя бы одну историю! Я хорошо заплачу.
  
   "Катрина - сучка облезлая! - девушка мгновенно отгадала "добрую" советчицу из отдела логистики. - "Вот кто, постоянно подсылает ко мне этих "жопатёров"! Ах, же ты макака синибрюхая! Ладно, толстень коротконогая - припомню!".
  
   София мстительно надула щёки, подыскивая нужное выражение...
  
   - Извините меня, месье. Я редко бываю в студии. Постоянно на выезде. Серьёзные задания компании, ответственные поручения и всё такое. А по интересующим вас "пикантным" историям лучше пообщайтесь с месье Лёсанс. Он сидит на два этажа выше. Сверху всё видит, всё знает и всё вам расскажет.
  
   - Мадмуазель! Я был у него!
   - А вы ещё раз подойдите. Второй раз отказать не посмеет. Он у нас - ходячая энциклопедия. Такого порасскажет! Хватит на несколько номеров.
   - Но я был у него три раза! И каждый раз он направляет меня к разным работникам. Которые не желают со мной общаться. Что у вас за компания такая? Никто никому ничего не рассказывает? Что за секретность? Ведь раньше же была нормальная приват-студия. Работали отзывчивые люди? Общались со мной. Фотографировались. Давали интервью. А сейчас?
   - Знаете, что?! - глаза блондинки налились гневом и начали метать молнии размером с "бильярдный шар". - Спуститесь на три этажа ниже. Разыщите модам Портье. Она запишет вас на определенное время. И посоветует, что делать дальше.
   - Я нашёл её. Она велела прийти через неделю. У неё внезапно закончились опросники. Такие синие бланки с двумя зелёными полосками и красными квадратиками. А без них, она не записывает.
   - Тогда-а..., - девушка задумчиво закатила глаза в потолок, определяясь, куда бы ещё направить гостя. Подальше. Позапутаннее. И побыстрей.
   - У месье Шаронса и мадмуазель Бортьё я тоже, был, - парень произнёс на опережение. - И у месье Биля. И даже у мадам Дертюв.
   - А у Патрика Лебуа?
   - Час назад. Он очень скандальный и драчливый тип. Я думал он меня убьёт. Я едва успел убежать.
   - А, у... ?
   - Тоже...
   - Простите, месье. Тогда, я не знаю, чем вам помочь. У меня на сегодня много ответственных дел. Причем срочных и важных. Я спешу - а вы мне мешаете!
   .....
   - София, постойте? - крикнули в след спешно уходившей девушке. - Я удвою... утрою гонорар!
   "Матерь божья!" - рассержено цокая каблуками, длинные ноги, неслись по коридору. - "Ты видишь? Это не работа, а каторга! Покурить не дают спокойно! И всё из-за этого русского и его дурацких нововведений. Господи, что я здесь делаю? Что? И главное почему? Зачем? Ведь, я же актриса! Актриса! Актриса!".
  
   30.
   Попытка. Номер один.
   Телефон вздрогнул и завопил так, будто ему "между глаз" воткнули паяльник.
   - Товарищ диспетчер! - взволнованно сообщал сердобольный гражданин на другой стороне провода. - Поймите! Нельзя выпускать самолет. Через три часа семнадцать минут после вылета в него попадёт молния, что приведёт к обесточиванию и выходу из строя курсовой системы, обоих авиагоризонтов и автопилота. Самолёт свалиться в штопор, столкнётся с землёй и взорвётся.
   - Мужчина, не говорите ерунды. Наши, советские самолеты летают в грозу, в снег, в дождь, в любую погоду - и ничего с ними не происходит. У нас надёжные, хорошие, качественные машины. Опытные лётчики. Не беспокойтесь! Всё будет хорошо.
   - Да, послушайте! - приставучий анонимный аноним никак не хотел успокаиваться. - С севера идёт сильный штормовой фронт. Пилотам его не обойти. Случится страшная катастрофа! Пассажиры и члены экипажа - сто сорок семь человек! Мужчины - женщины - малолетние дети - все до единого, погибнут. Это будет большая, огромная трагедия для нашей страны!
   - Товарищ, не отвлекайте от работы по пустякам. И не хулиганьте. Иначе - сообщу в милицию.
   - Женщина, милая, пожалуйста - задержите вылет... Хотя бы на час. Запросите сводку. Оцените ситуацию.
   - Пи-пи-пи, - бросили трубку.
    
   Попытка. Номер два.
   Лента транспортера медленно продвигала пухлую сумку, "по уши" набитую неизвестными предметами. На боковине хорошо заметна надпись... "БОМБА. Очень ОПАСНО!". Внизу приписка. "В самолете ещё одна".
   Поклажа доехала до погрузчика. Остановилась.
   - Вась, глянь, - рабочий обратился к другу, указал на странный предмет, - ты ещё не видел такого прикола. Как тебе? Что-то новенькое?
   - Как меня достали эти прикалисты! - напарник оскалился, раздраженно схватил сумку с ленты. - То кирпичи засунут - то мочи нальют. А в прошлый раз, вообще! - улей с пчёлами засунули - неделю ходил с опухшей мордой!
   - Сейчас, я устрою им! Дошутятся - скотиняки! На всю жизнь запомнят! В горло не полезет выдумывать, такое! За всё ответят - гады ползучие!
   Обиженный быстро расстегнул замки-молнии. Резко вытряхнул на пол содержимое. (Включая будильник, который громко и подозрительно тикал). Остервенело, потоптался на пустом каркасе сумки. Пнул ногой часы. После чего бросил в погрузчик истерзанные остатки.
    
   Попытка. Намба фри.
   Пёстрые лучи восходящего на востоке солнца окрашивали хлопья облаков в буро-малиново-серые цвета. Огромные, пушистые, словно набитые ватой, небесные сугробы лениво тянули руки к самолету и, достигнув его, моментально проносились мимо. Над соплом, у иллюминатора, текла невидимая струя тепла - воздух в ней точно плавился.
   Впереди железной птицы, в кабине пилотов, напряженные лица лётчиков едва освещаются множеством шкал на приборных панелях. В наушниках, наполовину прикрывающих уши, слышен постоянный шум, треск, переговоры самолетов между собой и с наземным диспетчером.
   На борту всё спокойно. По проходам неспешно передвигаются тележки. Улыбаются миловидные стюардессы, предлагают на выбор напитки.
   "За окнами" холодный, пустой, совершенно безжизненный мир. Мир, в котором безумно несётся огромная конструкция из металла, хищно ревут двигатели, отбрасывая назад струи выхлопных газов серебристого цвета.
  
   Мрачного вида мужчина, в звёздно полосатом свитере, с большим баулом в руках, появился из уборной в хвостовой части лайнера. Его лицо по самые глаза замотано тканью. На голове спортивная шапка с надписью "USA". Шумно выдохнув, он поставил поклажу на пол. Нагнулся. Чуть ли не с головой залез внутрь. И к удивлению пассажиров, вытащил наружу ручной пулемет М249 с вставленной в него длинной пулемётной лентой.
   "Джон Рэмбо" деловито накинул ремень на плечо, выругался, передёрнул затвор и не целясь "от пуза", начал "поливать горячим свинцом" проход самолета. Загрохотало так, что у половины салона заложило уши. Дымящие гильзы горохом запрыгали, заскакали по полу.
   Пассажиры заметались, закричали, в ужасе вжимаясь в кресла, пригнули головы. Одинокая тележка покатилась по коридору.
  
   - Иди сюда! - пришелец вытащил за шиворот из-за занавески упирающуюся стюардессу.
  
   - По-американски, понимаешь? - захватчик прохрипел по-английски с ужасным акцентом, особо выделяя слово "По-американски".
   Он "кровожадно" посмотрел на жертву, отмечая испарину на её бледном лбу, рассыпанные в беспорядке волосы, побелевшие костяшки пальцев рук.
   - Ес, - пискнула девчушка.
   - Немедленно переведи - самолет захвачен специальным агентом центрального разведывательного управления США полковником Полом Андерсоном. Всё серьёзно! Пусть даже не вздумают шутить со мной. Малейшее неповиновение и вместо холостых начну стрелять боевыми. Переговоры веду только с тобой. Понятно? Никаких переговорщиков, никаких посредников и прочих психологов-мозгодёров. Иначе стрельба на поражение!
   - Ясно?!
   - Да, да, да - конечно, - худенькое, обтянутое юбкой тело девушки трепыхалась в поднятой руке угонщика подобно пойманному щенку. Руки дрожали. Губы посинели.
   - Далее... Уводи пассажиров из хвостового салона. Пилотам передай - меняем направление. Курс строго на "Юг". Место посадки - Турция - город Стамбул. Исполнять! Бегом! Немедленно! Вернёшься - скажу, что делать далее.
   ....
  
   Исполнив поручение, трясясь от страха, переговорщица вернулась обратно.
   - Уважаемый, Пол. Мы сменили направление полёта. Летим на Юг. К сожалению, не можем выполнить второе требование. Долететь до Стамбула у нас не хватит горючего.
   - Факинг асс! Битч! - угонщик размахнулся и от души приложился ногой по креслу. Скорчил ужасную, кровожадную, прожигающую до костей гримасу. - Проклятые коммунисты! Всё у них - не как у людей! Вечно что-то крутят, мутят, выгадывают. Страна под завязку забита нефтью, газом, алмазами, а у них самолеты летают по стране пустые.
   - Ты не врешь? - брови захватчика образовали единую страшную полосу.
   - Нет, ноу - как можно?
   - Окей! - парень, немного подумав, отказался от своей первой затеи. - Гимн Великой Америки... знаешь?
   - Э-э-э, какой америки?
   - Шит! Фикинг! Фикинг шит! - похититель, возмущенный до глубины души безграмотностью обслуживающего персонала, задрал глаза к небу. (Такое не знать! Чему, их, там, учат в лётных школах?!).
   - Грейт Юнайтед стейтс оф таки мать её об косяк... Америку! Андестенд? Понимать?! - он нервно задёргал затвором страшной "бандуры".
   - Постойте, постойте... - девушка умоляюще протянула руки. - Не стреляйте. Я немного знаю слова этой песни. Чуть-чуть. Начало первого куплета.
   - Напой.
    
   ...Оу сэй кэн ю си бай зэ доунз эли лайт
   Уот соу праудли уи хэйлд эт зэ туайлайц ласт глимин...
    
   - Вэлл! - похвалили певицу. - Слушай, следующее поручение...
   - Конечно, слушаю, - внезапно переговорщица не сдержалась, зашмыгала носом, в глазах появились слёзы.
   - Так! Отставить! Не реветь! - самый страшный из всех самых страшных угонщиков самолётов, вертолётов и прочих летательных средств присел от неожиданности, навалился на спинку кресла. Оторопело захлопал глазами.
   - Я не реву... - всхлипывая, начали растирать тушь на ресницах.
   - Вот, и не реви! Успокойся! Кому говорят?!
   - Мфф, мфф, мфф - я спокойна. - Мфф, мфф.
  
   Парень сжал губы, поднял ствол пулемёта, страшно выпучил глаза... - Тщательно продуманный план, летел ко всем чертям.
   - Отставить мокроту! Сейчас! Идёшь к лётчикам. Улыбаешься. Напеваешь гимн. Требуешь посадить самолет в ближайшем южном городе: Сочи, Адлер, Симферополь - мне без разницы. Как только приземлимся - возвращаешься - и снова поёшь: Громко, отчетливо, с выражением. Давай, пошла - БЫСТРО!
   .....
  
   Через десять минут после приземления.
   - И где он? - седовласый человек в строгом штатском костюме посмотрел на стюардессу.
   - Был, здесь. С таким огромным, здоровенным, чёрным пулемётом. Страшно ругался по-английски. Весь пол засыпал гильзами. Там, стояла большая сумка. Тут, он. На голове шапка с надписью "U S A". Взгляд безумный, страшный. Лицо в тряпку замотано.
   - А сейчас куда подевался? - колючие глаза безопасника подозрительно буравили лицо девушки.
   - Не знаю. Пропал, как только приземлились. Я вернулась - как договаривались - спела его дурацкую песню, а его след простыл...
  
   31.
   - Господи всемогущий, помоги, спаси и сохрани! - пленник пустыни, цедил сквозь зубы, выковыривая ноги из глубокого песка. От страшного напряжения, нестерпимой жары и обезвоживания, измученный человек с трудом продвигался вперёд, обходя нависшие верхушки барханов.
   - Что это? Где я? Куда идти? Как жарко и безумно хочется пить!
   Солнце нещадно палило. Безликая линия горизонта от края до края дрожала, трепетала, извивалась в струях раскаленного воздуха. Сквозь колышущиеся горячие потоки, как сквозь кривое стекло, мир казался изуродованным, размытым, нереальным. Иногда вдали, посредине жёлтого песчаного моря, внезапно возникало небольшое озеро миража с небесно-голубой влагой. По мере движения к нему оно чуть увеличивалось, растекалось. Затем внезапно убегало и снова превращалось в мрачный багряный песок.
  
   .....
   Неприятности у Патрика Кросоо специального агента криминальной полиции "Сюрте Женераль" начались три недели назад. Получив от шефа задание, взять в разработку приезжего актёра из Москвы, (По возможности завербовать) он вернулся к себе в кабинет и обнаружил в кармане странную записку какого-то шутника. Её текст на "чистом" русском языке предупреждал... 
  
   Замечу какие-либо компрометирующие действия по отношению к Александру Демьяненко или к актёрам студии "Дюваль Франц" - ОБИЖУСЬ и НАКАЖУ вместе с руководством.
   Подпись. Суровый Аноним.
  
    - Хм? - недоверчиво хмыкнул Патрик, брезгливо скомкал и бросил листок на стол. Полез в сейф за документами.
   Железный ящик был действенно пуст. Содержимое ячеек: секретные дела, папки с доносами, письма свидетелей, расписки, деньги - всё, включая оружие, пропало.
   - нДа? -  Кросоо  нажал кнопку экстренного вызова службы безопасности. - Это уже не шутки "Анонима"! Это серьёзное происшествие в "Конторе", за которое полетят головы самого высокого уровня!
  
   .....
   - Так, не бывает! Это, невероятно! - стонали пересохшие губы. - Какой-то кошмарный сон, наваждение, чертовщина...
   Раз - переступил порог - и ты заброшен в пустыню. Направлялся в одно место - открыл дверь - появился в другом. Вышел - решил посмотреть - как такое возможно? Ручка выскользнула из рук - дверь резко хлопнула и растворилась прямо в воздухе.
   С каждым часом жара становилась сильнее, невыносимее. Огненное дыхание пустыни обжигало до костей, вытягивало последние жизненные силы, усиливалось. Поверхность стала покрываться мелкой рябью, морщинится, выстраиваться рядами застывших песчаных волн.
   - Я скоро очнусь. Проснусь. Появлюсь в другом месте, - бубнил смертник, вяло бредущий по выжженной земле. - И всё будет по-прежнему, как всегда: Франция, Париж, офис управления безопасности, мой кабинет на третьем этаже.
  
   Горячий, обжигающий ветер кружил, песком забивал густые черные волосы. Песок был на смуглом лице, на бровях, в ушах, на потрескавшихся от жары губах, языке, кварцем скрипел на зубах. А перед лицом стояла картинка недельной давности...
   - Кросоо! Вы, идиот, бездарь и безнадежный имбецил, - орал полковник Лурье, обводя подчинённого налитыми кровью, выпученными глазами. Негодуя, он сжимал свою широкую, скуластую физиономию огромными волосатыми руками и с яростью, и презрением смотрел на секретного агента...
   - Прошло четырнадцать дней! А у вас только пара расплывчатых фотографий неразборчивого содержания непонятно кого, при встрече неизвестно с кем.
   - Месье, - пытались отбиться от бешеного напора начальства. - Клиент не так прост. Он постоянно на съёмочной площадке. Перед камерами. На глазах почти двух десятков человек. Вечером практически не покидает номера. По Парижу его постоянно сопровождает секретарь.
   - Кросоо?! - цепкий взгляд шефа, словно задумываясь куда всадить пулю, скользил по лицу Патрика. - Вы специалист по вербовке или публичная женщина на панели? К чему дурацкие отговорки. Где ваша хвалёная цепкость, изворотливость, расчёт? Куда делся мастер своего дела - славный "бульдог" который хватал болванов за горло и выгрызал у них кости? Неужели, за столь длительный срок, ничего не удалось разузнать, накопать или подстроить? В конце концов, не мне вас учить - не можешь найти компромат -  создай его. Поймите! Нам нужен свой агент в СССР. Срочно! А времени на это остаётся всё меньше и меньше!
   - Месье, делаю всё возможное. Пробую разные подходы, ищу слабости, недостатки, продумываю варианты вербовки. Не спеша затягиваю петельку на шее. Думаю, недели через три - четыре этот очкастый "большевик" будет в наших руках с полными потрохами.
   - Какие три недели? Ты что? Первый раз вербуешь русских? Или забыл, методы, которыми это делается? А может ты струсил? Испугался какой-то подброшенной бумажки?
   - Отвечай? - полковник со всего размаха ударил кулаком по столу. Канцелярские принадлежности, будто ждали, чтобы хозяин кабинета вышел из себя, дружно выпрыгнули из подставки и покатились по полу.
   - Никак нет, месье. Хотя, "Аноним" после попытки подкупить актёра крупной суммой, подкинул очередную записку. В ней всего одна фраза...
  
   Последнее "китайское" предупреждение. Если не успокоитесь - Пустыня большая - песка много - хватит на всех.
  
   - Проклятье! - ручки и карандаши жалобно заскрипели под каблуками руководства. - К черту твои записки! У тебя неделя на результат! Всё! - Свободен.
  
   .....
   Расплывчатая линия горизонта была залита кровью. Солнце, спалив дотла всё в округе, умирало, испускало последние длинные лучи, прощалось с землей. Край огнедышащего шара ещё бесновался над горизонтом. Казалось, там плавится песок и течет раскалённая масса огня, сжигая всё на своем пути.
   Быстро сгущались сумерки. Закат угасал над красновато-бурой песчаной равниной. Небо темнело, мгла разрасталась, усиливался ветер. Песок из пурпурного сделался фиолетовым, затем вдруг налился светло-лиловым сиянием.
   - Пить... Пить... Воды...  Воды... Помогите, - обессиленный путник продолжал брести из последних сил, пока не споткнулся о неизвестный предмет. Он протёр глаза и с удивлением обнаружил обезумевшего босса, тело которого дёргалось странными рывками, гребло руками, пыталось нырнуть в землю, набрать песка в рот.
  
   Спустя двое суток. Запись в журнале психиатрической клиники при монастыре святой Марии Магдалины мироносицы седьмого округа Парижа...
   Сегодня 19 сентября 1977 года в подвальном помещении лечебницы, с острым психическим расстройством, были обнаружены двое измученных мужчин, в крайней степени истощения. При первичном обследование на телах неизвестных хорошо заметны следы пыток. Создалось ощущение, что несчастных пытались закопать в землю живьём.
   Кто они? Как зовут? Откуда и каким образом очутились в закрытом подвале? - Выяснить не удалось.
   На время получения полного врачебного заключения о состоянии больных, пациенты направлены в палату N6 к Наполеону, Арсену Люпену и Фантомасу...
  
   32.
   Игровой зал элитного казино радовал глаз - зеленые оазисы столов, звяканье хрустальных бокалов на подносах, позолота канделябров, картины с аллегорическими сюжетами в позолоченных рамах, виртуозно снующие между столами лакеи, шум разговоров, прерываемый внезапными восклицаниями и добродушным смехом, голубоватый табачный дым, поднимающийся сквозь темно-бордовые абажуры, которые нависали над центром каждого из столов.
   - Месье Иванов, - Дюваль тихо шептал своему напарнику, осторожно присматриваясь к игрокам в зале. - Вы раньше убеждать меня, что у вас есть быть достаточно деньги на создание фильма?
   - Я и сейчас этого не опровергаю.
   - Тогда в чем есть дело? Зачем нам искать спонсор? Когда деньги у вас есть? И их достаточно много?
   - Дело в том, мой дорогой компаньон, - глаза путешественника во времени нашли человека, которого он высматривал. - Что рано или поздно к вам придут служащие из органов фискального контроля и поинтересуются... Месье Дюваль, откуда у вас средства на съемки фильма? И что вы им ответите?
   - Я им ответить... Сказать... Э-э-э...  - Дюваль замялся и с удивлением посмотрел на своего продюсера.
   - Что им должен говорить? Откуда у меня есть могли появиться деньги? Не знаю? Как-то совсем не подумать?
   - Вот, я про то же. Нам надо срочно найти инвестора и убедить его официально профинансировать наш фильм на довольно большую сумму. Скажем - миллионов на сто. Или на двести. Лучше бы конечно на пятьсот!
   - Сколько? - челюсть Дюваля  "громко стукнула об пол". - Зачем так много?
   - Затем, что сьёмка современных фильмов - занятие дорогое. А мы компания молодая, неизвестная, амбиций много - денег вливать надо - вагонами.
   - Деньги? Вливать? Вагонами? - не понял Дюваль. - Это что? Есть новый русский шутка?
  
   Француз нахмурил лоб, мысленно начал подсчитывать сумму наличности, входящей в один грузовой, до верху наполненный вагон. Выходило много.
   - Итого, будет во франках... - пытались пересчитать гигантские пачки денег. - Если даже взять, только крупными купюрами, будет...
  
   - Симон, не отвлекайтесь. Лучше проговорим ещё раз ваши действия: Вам надо познакомиться с графиней Француазой де Бенье - женщиной, входящей в десятку самых обеспеченных людей Франции. Увлечь её игрой. В ходе неформального общения постараться заинтересовать нашим проектом.
   - Возьмите, - Дювалю передали в руки небольшой пластиковый пакет, доверху наполненный фишками.
   - Ставьте небольшие суммы, на разные числа. Не привлекайте внимания. Выигрывайте - проигрываете, ведите светскую беседу. Знайте, Француаза - игроманка - у неё серьёзная игровая зависимость. Поэтому, во время игры постарайтесь уговорить её на инвестиции в наш фильм.
    
   - Хорошо месье Иванов. Я всё понять. Но! У меня быть вопрос: Если, во время игры, мне надо будет обязательно угадать номер? То как поступать?
   - Громко скажите число, на которое собираетесь ставить. Я услышу и обеспечу выигрыш.
   - Так просто? - удивленно переспросили загадочного чудодея из страны Советов. Восхищенно посмотрели на него как на божественное существо с Марса.
   - Да. Только сильно не увлекайтесь. Внимание нам ни к чему.
   .....
  
   - Ах, мужчины - у вас на уме, только деньги! - игриво произнесла миловидная женщина лет сорока, худощавая, с горбоносым профилем, темными глазами, с коротко стриженными иссиня-черными волосами. Она держала длинный мундштук с сигаретой, как держат карандаш художники, между большим и указательным пальцами. Внешне графиня казалась спокойной, лишь чуть чаще, чем нужно, стряхивала пепел. Однако в её расслабленной позе таилось что-то хищное - казалось, в любой момент она может собраться, сжаться и прыгнуть на жертву, как кошка или, скорее, пантера, которая внезапно выскакивает из зарослей на добычу.
   - Прошли времена, когда кавалеры были рыцарями, а желание прекрасной дамы вдохновляло на подвиги. Вот, вы, месье Дюваль - рыцарь? Или только способны на то, чтобы просить, эти никчёмные франки у одинокой, несчастной, всеми забытой "бедной" француженки?
  
   - Мадам де Бенье! - кавалер почтительно кашлянул. Он мгновенно стал воплощением изысканной вежливости и даже шаркнул ножкой, хоть стоял отнюдь не на паркете.
   - Хотите верьте, хотите нет! Я, Симон Дюваль - настоящий кабальеро. Для меня расположение прекрасной дамы, такой как вы! - превыше всего. Тем более если дама привлекательна и симпатизирует моему творчеству. Да, я! Ради этого, готов на всё!
   - Да-а?! - глаза герцогини широко раскрылись. Она поняла, что вновь поймала "на слабо" очередного прощелыгу-трепача-прилипалу.
   - Тогда, мой благородный рыцарь! Докажите! Совершите ради меня какой-нибудь безумный, решительный поступок! Например, поставьте на кон сразу двести или даже пятьсот тысяч франков? И-и-и... проиграйте их!
   - Мадам, за один только ваш взгляд, я с радостью поставлю и проиграю все свои сбережения. Деньги - это пустяк - вода, песок! Это ничто - по сравнению с вами, моими чувствами и... вашими желаниями!
  
   - Ого-о! - да, вы правда рыцарь из старинного романа! - женщина глубоко затянулась и выпустила почти безукоризненное колечко дыма. - Тогда, давайте, скорее, пойдёмте, осуществлять мои желания!
    
   - Нет, я поступлю по-другому! - солодковые глаза "жертвенного барана" затянул серый туман. Он подошёл к игровому столу и высыпал все фишки из пакета. Сразу. Решительно перешёл к действиям.
   - К черту проигрыш! Проиграть накопление - это не поступок для настоящего кавалера - так ведут себя только бездарности и неудачники. Я пойду дальше, сделаю больше: Ради вас! - я буду играть и выигрывать до тех пор, пока не разорю это чертово казино!
   - Кмм.. кмм.. - поперхнулся молодой человек, стоящий за его спиной. Он явно не ожидал такой прыти от старого ловеласа. Но влюбчивого Дона Кихота было уже не остановить: Глаза его сверкали. Щеки порозовели. Подбородок решительно задрался к небу - самец почувствовал зов джунглей и вышел на поиски своей возлюбленной половины.
   - Так-так-так! - брови искусительницы весело приподнялись, на щеках обозначились две ямочки, а из-под губ блеснули белые зубки. - И как вы это сделаете?
   -  Графиня! Вы только скажите, обозначьте... назовите любую цифру, номер, число. Без разницы! Я поставлю на него всё что имею. Обязательно выиграю. И брошу выигрыш к вашим ногам!
   - Ва-у, месье Дюваль! Какая у вас интересная и главное темпераментная система игры?! Вы прямо, такой... жгучий мистер Джеггерс и Арчи Карас в одном флаконе!
   - Я, конечно, раньше, так, не когда не играла... - лицедейка "правдоподобно" прижала руки к груди. - Но, готова попробовать. Более того, если мы выиграем - я... так и быть, выделю на фильм какие-нибудь десять, нет... двадцать миллионов франков. Настоящий мачо должен быть вознагражден!
   - Француаза, (Симон не заметил, как перешел на "ты") если я угадаю, для тебя, два раза, подряд?! Могу я рассчитывать на большие чувства? Скажем... миллионов на сто?!
   Последние слова пылкий Дон Жуан произнёс, понизив голос, склонив голову и опустив глаза. Наверное, он полагал, что именно так об этом следует говорить.
  
   "Наглец, наглец и маньяк!", - оценивающе осмотрели, с головы до ног, престарелого ловеласа. - "Угадай хотя бы раз! А там, поглядим, на твои способности".
  
   Какое-то время спустя. В спальне одной высокородной особы.
   - О-у.. мой любвеобильный Тарзан, - женщина, счастливо улыбаясь, тыльной стороной руки нежно погладила обнаженную мужскую грудь. - Выиграть для меня... четыре раза подряд! О-у... седовласый тигрр!
  
   33.
   София Лотрэн возмущенная последними событиями, недовольно "неслась" по коридору в приемную основателя кинокомпании.
   - Нет! Нет! И ещё раз, нет! Сейчас я ему всё выскажу: Только поглядите на это чудовище?! Нашел себе домработницу с воспитательницей в одном лице. Почему я должна ходить за русским актёром как нянька? Присматривать? Следить за всем? Обо всём докладывать?
   - Софи-а? - девушка спародировала голос Симона. - Как там наш АлександЕр? Всё ли у него нормально? Всем ли доволен? Нет ли каких просьб? Пожеланий? Может чего не хватает? Если, что - сразу говори мне!
   Обиженная особа закатила глаза.
   - Пошёл он к чёрту, этот АлександЕр! И "папашка" его - Дюваль - хрыч старый! И этот русский чревовещатель - месье Иванов, будь он трижды не ладен! И их ничтожная жалкая кинокомпания с дешевыми затрапезными бездарно-второсортными фильмами.
   Девушка недовольно поджала губы.
   - Он думает, я здесь из-за денег. Так пусть засунет их в одно место. И ходит с ними с вечера до утра. Для меня главное - Сьёмки! Кино! Карьера! Признание зрителей! Ведь я: Актриса. Актриса. Актриса...
  
   - А теперь, ВСЁ! - не стучась, скандалистка резко толкнула дверь кабинета. Тут же, буквально лоб в лоб, столкнулась с бывшим возлюбленным.
  
   - Симон! - решительно произнесла девушка и метнула в него самый страшный из своих испепеляющих взглядов. Тот, который без обиняков говорил: "Лучше бы тебе умереть сразу, гад!".
   - София, - Дюваль перебил её неожиданным вопросом. - Ты же, у нас, актриса? Так?
   - Да, - мадмуазель Луазаль ожидала чего угодно, только не этого вопроса.
   - А если... актриса?! То почему, ТЫ? До сих пор? Не на съёмочной площадке? А? - громко крикнули прямо в ухо последнюю букву.
  
   Холодные, будто отлитые из стали, глаза Дюваля придирчиво заблестели...
   - Почему, я! Симон Дюваль! Основатель компании "Дюваль Франц"! Узнаю последним, о том, что у нас в студии есть талантливая молодая актриса, которая вместо съёмок занимается непонятно чем?
   - П..п..п..почему? - голос непризнанной "кинобогини" отчего-то предательски задрожал. Сердце уползло в пятки и сжалось от переживаний в комок. К горлу подкатил ком. Во рту появилась горечь. Весь боевой настрой куда-то напрочь испарился.
   - Я.. я.. я.. говорила, - красотка продолжала лопотать, находясь на грани обморока. Ноги женщины задрожали. Она попятилась и прислонилась спиной к стене.
   - Софи?! - Ты нормальная? Когда ты говорила - два года назад? Мы сбились с ног - ищем актрису, которая сыграет главную роль, в эпизоде с музыкой, словами, головокружительными трюками. Всё обыскали, всех попробовали - нет её, нет! А месье Иванов, такой... - а вон, она! И показывает мне твое фото. Представляешь? И откуда только узнал?
   - Я? Мне? - девушка по-прежнему не могла прийти в себя. - Сыграть главную роль? Со словами? Трюками? Правда? Симон?
   - Я что-то сказал не разборчиво? Или ты не актриса? Или не хочешь? А может быть ты не доверяешь выбору месье Иванова?
   - ??? ы-ы-ктриса... ы-ктриса, - голова несчастной "в припадке" тряслась отдельно от тела.
   Растерянную птаху умиротворённо взяли за локоток и легонько потянули в сторону коридора.
   - Соберись девочка.... Не время расслабляться. Ты же знаешь наши драконовские правила: Сыграть надо быстро, великолепно и ещё вчера...
  
   ***
   Ночной город притаился, затих - словно приготовился к чему-то неприятному. Дома стояли, как мрачные глыбы, упирающиеся вершинами в звездное небо. Где-то высоко над невидимыми крышами небоскрёбов отплясывали кроваво-красные и ядовито-зеленые зарницы рекламы. Подозрительные звуки шагов, шорох шин, рокот моторов - всё держало полицейский патруль в постоянном напряжении.
   На приборе служителя закона тревожно вспыхнул красный огонёк.
   - Томми, у нас вызов, - встрепенулся один из полицейских. - Незаконное проникновение в Экскурс-мобиль компании "Пончи-Бончи".
   - Куда? - переспросили, не поверив. Из-под надвинутой на лоб черной фуражки с огромной кокардой выглядывали усталое морщинистое лицо и тёмные очки.
   - Кому сдались эти ржавые допотопные развалюхи? Кто сейчас на них ездит? Если только бомжи? Сбрось сигнал охране "Пончи". Пусть сами разбираются - их дело.
   - Мать честная! - напарник не оставлял прибор в покое. Замигали ещё две кнопки. Патрульный нажал клавишу, увеличил изображение, появившееся на экране.
   - Томми, сканер показывает фото чувака, за которого объявлена награда в две тысячи кредитов.
   - Да чтоб они там все сдохли! - выругались, услышав сумму. - Это снова наше дело. Давай - нажимай - подтверждай. Сейчас мы этого гавнюка быстро оприходуем. Сдадим в обезьянник. Получим вознаграждение. Деньги лишними не бывают.
   - Постой, Томми. В сносках, приписка - очень опасен, дьявольски изворотлив и даже может быть вооружен инопланетным оружием. О! Да у него тут список правонарушений потянет лет на двадцать. Его ищут на трёх планетах. Тут столько всего перечислено!
   - Проклятье! - старший патруля замер на половине пути. Резко нагнулся, присел за выпирающий мусорный бак.
   - Давай, вызывай, это чертово подкрепление. С пушками, пулемётами и прочей стреляющей взрывающейся дребеденью. А мы заляжем. Подождём. Если, что - мы на подхвате.
   - ...Внимание! Внимание! - затараторил напарник, плюхнувшись за соседний бак.
   - Всем, кто слышит! Говорит офицер патрульной службы Дюк Баллати. Обнаружен особо опасный преступник с кодом опасности "Красный". Стоянка экскурс-мобилей на перекрестке Лапама-пас и Монтеро-пас. Требуется подкрепление. Повторяю, особо опасный преступник - вооружен - код опасности "Красный" - прошу подкрепление.
  
   ....
   Безжизненный, металлический голос заурчал, как только захлопнулась дверь старенького экскурсионного такси...
   - Дорогой гость, приветствую вас в экспедиционной капсуле компании "Пончи-Бончи". Чтобы начать движение просим выбрать пункт из предложенного списка:
   Пункт А. - Первая штольня слюдасланца.
   Пункт Б. - Заброшенное поселение старателей-слюдовиков.
   Пункт С. - Музей ретро вещей городка Поль Сан Тропез.
   Пункт Д. - Историческая панорама первого участка прокладки.
  
   - Слушай. Поехали, а? - гость перебил невидимого рассказчика. - По ходу движения разберёмся куда нам надо.
   В сторону пассажира на 180 градусов повернулась обезличенная голова манекена, сидевшего на водительском кресле. Снова произнесла монотонным безжизненным голосом.
   - Дорогой гость, приветствую вас в экспедиционной капсуле компании "Пончи-Бончи". Чтобы начать движение просим выбрать пункт из предложенного списка:
   Пункт А. Первая штольня слюдасланца...
  
   - Хорошо, - недовольно заурчал турист. - Пускай будет - "Пункт С". Этот, как его... Музей ретро вещей городка Поль Сан Тропез. Давай, уже, поехали.
   - Спасибо за ответ. Ваш выбор, Пункт С. - Музей ретро вещей городка Поль Сан Тропез.
  
   - Для удобства получения информации об экскурсии пожалуйста выберите водителя - экскурсовода.
   Бяка-ретро железяка даже не думала заводить транспортное средство. Монотонным, бездушным голосом она продолжала опрос...
   Пункт А. - Решительный Бонарбей, ритарх с низовья Дригины.
   Пункт Б. - Обворожительная Стасси-Мутасси, мулутка с кочевья Лизон.
   Пункт С. - Дешешипательный Дадди, паласин из местечка Ритака.
  
   - Слушай, жестянка. Заканчивай с вопросами. Я выбираю мулатку Стасси-Мутасси и всё! Погнали. Шевели колесами. Гоу гоу - некогда мне! По дороге поговорим.
   - Спасибо за ответ. Ваш выбор, Вариант Б. - Обворожительная Стасси-Мутасси  - мулутка с кочевья Лизон, - биоробот сидевший спереди трансформировался в непонятное существо с рыжими ушами. Похожее на белку.
   - Уважаемый гость компании "Пончи-Бончи", - появившаяся экспедиторша продолжила спрашивать, только теперь уже женским голосом. - Для начала путешествия прошу выбрать, приятное для вас, музыкальное сопровождение.
   Пункт А. - Медленная убаюкивающая тампана народностей Радум.
   Пункт Б. - Быстрая зажигательная тампана народностей Эстей.
   Пункт С. - Урчаще пиликающая тампана...
  
   - Так, всё! Белка ушастая! Достала! Я тут, до старости, отвечать на вопросы, не намерен!
   Парень вынул из кармана прибор напоминающий отвертку-индикатор. Ткнул ею в панель над своей головой. Из карманов достал небольшую коробочку с большим количеством разъёмов. В вывалившуюся плату с мигающими кристаллами воткнул один из концов. Начал что-то быстро нажимать и программировать в приборе управления такси.
  
   Двое "бесстрашных" полицейских медленно подкрадывались к небольшому блюдцеобразному автомобильчику, изрисованному разноцветными картинками.
   Внезапно кузов черепашки "пузотёрки" страшно заскрипел, завыл, задёргался как раненый вурдалак. Толчками начал видоизменяться: Вытягиваться в агрессивно-обтекаемую торпеду. Над кузовом образовался аэродинамический обвес. Окна затянуло силовыми экранами. Впереди и позади страшилища вынырнули и уплотнились хищные морды обвесов. Под днищем мобиля - трансформера вспыхнули фиолетовые огни. Они медленно растворили колёса. Создали силовое поле. "Уродина" хищно заурчала и приподнялась над тротуаром. Создалось впечатление, что "адская машина" приготовилась к прыжку.
   Лицо старшего инспектора окаменело...
   - Боже праведный! - произнёс он. - Это что за срань господня? Дюк, видел когда-нибудь подобное?
   - Никогда... - покачали головой в ответ и невольно затаили дыхание. - Похоже на что-то инопланетное. Страшно опасное и запрещенное.
  
   Преобразования шли внутри автомобиля: Вытягивались стёкла, менялась обшивка салона, уплотнялись кресла, выделялись упругие подлокотники. На панели водителя проступало множество разноцветных клавиш. Появились непонятные мониторы, индикаторы, ручки.
   Пришелец, передвигая пальцем по экрану, просматривал варианты водителей транспортного средства. Наконец он задумался над иконкой "Безумная Лилу" - лучшая в гонках "Без правил". Зашёл в карточку "героини". Вскрыл коды. Снял все ограничения. До максимума "прокачал" навыки, способности, умения. Добавил туда всё что можно и нельзя. Нажал вкладку "Ок".
  
   Соответствуя обстановке в кабине стала набирать звук ритмическая композиция. ("Livin on a Prayer" в исполнении Sershen&Zaritskaya https://www.youtube.com/watch?v=K3YEbE7OXm4).
  
   Манекен завершил преобразования: На месте водителя сидела сексапильная валькирия, обтянутая "второй" чёрной кожей. Длинные тёмные волосы стритрейсерши были зачёсаны назад и собраны на затылке в широкий конский хвост. Безумные дьяволята отплясывали "джигу" в глазах девушки. Пальцы левой руки быстро бегали по многочисленным тумблерам, клавишам, кнопкам, готовя "космолёт" к вылету. Правая рука автоматом проверила рычаг переключения передач: Установила вертикально, потянула на себя, вернула, увела влево, подала вперед, снова вернула назад.
  
   Перемигиваясь огнями к нарушителю "подкрались" несколько полицейских машин.
   - Внимание! - мегафон рявкнул на всю улицу.
   - Полиция курортного города Черон. Приказываем немедленно покинуть экскурс-мобиль. В случае неповиновения через тридцать секунд откроем огонь на поражение.
   - Повторяю, через тридцать секунд...
   - Что, шеф? Поставим, городишко, на уши?! - гонщица бросила на пассажира быстрый взгляд, откинула вбок метёлку волос и, криво улыбнувшись, резко вдавила педаль в пол.
   Ударная волна от выхлопов неизвестного горючего оставила за собой вспышку фиолетового пламени, рев турбин и звук лопнувших зеркал рядом припаркованных ретро мобилей.
   Заливая пространство красно-синими огнями, вереница полицейских машин бросилась в погоню.
  
   ***
   Неизвестная, в больших затемнённых очках, черном плаще и платке, почти полностью скрывающем лицо, крадучись и оглядываясь, вошла в кафе. Прошла по коридору. Присела за стол к подруге. Облегченно выдохнула.
   - Занято! - недовольно воскликнула посетительница.
   - Жоржетта, это я, - произнесли едва слышно, максимально изменённым голосом.
   - Кто, я? Мадам? Вы ошиблись - я вас не знаю.
   - Я, София, - таинственная незнакомка приподняла очки.
   - Да это же Безумная Лилу! - киноманка чуть было не закричала на всё кафе.
   - Тсс, Жоржетта, - поднесли палец к губам. - Тише. Не кричи. Я с трудом, оторвалась от папарацци. Достали, нет сил, ходят и ходят, высматривают, вынюхивают. А ещё вопросы задают - дурацкие, причём одни и те же: Как вы учились в школе? Кто ваша первая любовь? Как вы пришли к успеху? Какие ваши дальнейшие планы?
  
   - Слушай, Лилу! То есть, София! - подруга быстро затарахтела как пулемет - очередями.
   - Я так рада тебя видеть! Ты, такая классная, бесподобная, яркая, талантливая... Я просто восхищаюсь тобой! Можно, я буду называть тебя - Лилу. Тебе так идёт это имя! Оно мне так нравится. Ну, пожалуйста?!
   - Хорошо. Только тише и спокойнее. Не привлекай внимания. За нами могут следить.
   Жоржетта, сузив глаза, поднесла меню к лицу. Потом резко из него выглянула. Подозрительно обернулась, заговорщицки осмотрела зал. И тут же забыв про предупреждение, вновь затараторила...
   - Послушай, Софи. Всем, кому рассказываю - никто не верит - безумная гонщица Лилу - это моя лучшая подруга! Это какой-то сон! Фантастика! Сказка!
  
   Девушка возбужденно притопывала ногами под столом. - Представляешь! Я специально ходила на тебя смотреть - двенадцать раз. Сегодня вечером пойду ещё два раза. Кстати, теперь, ты, мая любимая актриса! Трейлер с твоим участием показывают перед каждым фильмом! Он такой замечательный! А музыка, песня - вообще, нечто необычное - космическое! Надеюсь, поешь не ты?
   - Жоржетта, - процедили сквозь зубы. - Я же просила - возьми себя в руки - не скачи и не прыгай - говори чуть тише. На нас уже смотрят. Мне нельзя светится.
   - Хорошо, хорошо, - невинно покивали головой. А через несколько секунд снова запинаясь, продолжили...
   - Так здорово, что у меня есть подруга - самая настоящая беспредельщица, которая ночами гоняет по Парижу. Кстати, а где ты так классно научилась угонять тачки? Лилу, а тебе за это ничего не будет? Столько правил и законов нарушила? Да чего там законы, ты в последней гонке половину города разнесла вдребезги, а вторую покалечила. Слушай, а с копами как договорились? Всё-таки разбили целых семь полицейских машин. Если не считать помятых и искорёженных.
   - Жоржетта успокойся. Это, всё, кино - понимаешь? Ки-но. Всё подстроено. Не по-настоящему. Большая часть эпизода - декорации, много элементов нарисовано, подставлено, выдумано. Все побитые, погибшие, покалеченные - живы, здоровы, хорошо себя чувствуют. С городом, зданиями, памятниками архитектуры, улицами, переходами, мостами, полицейскими машинами, двумя вертолётами ВВС - всё в порядке.
   - Понимаю, понимаю - Всё это, кино и подстава, - произнесли сомневающимся тоном. - Но, Лилу! Ты такая классная, стильная, обалденная! У тебя так хорошо получилось сыграть. Я тебе так завидую! Дай я тебя обниму.
  
   - София Лотрэн? - женщина с блокнотом в руках и фотоаппаратом за спиной незаметно материализовался возле столика.
   - Камилла Шардэ, газета "Сюр эвитасьон", - представилась она. - София не могли бы вы ответить на несколько вопросов? Рассказать какие-нибудь занимательные моменты из личной жизни? А потом сфотографироваться?
   - Нет, нет и ещё раз - нет, - "знаменитость" как ужаленная подскочила с места. - Я очень занята. Спешу. Мне надо срочно бежать. У меня, работа, дела, съёмки.
   - Жоржетта...  созвонимся, - бросили фразу в сторону подруги уже на ходу.
   - Куда же вы? Мадмуазель Лотрэн? - попытались остановить уходящую "электричку". - А как же наша газета? Читатели? Занимательные факты из жизни? Фото?
   - Странно? - корреспондентка недовольно скривила лицо. - Обычно начинающие актрисы так себя не ведут.
   - Камилла? - работника прессы потянули за рукав. - Меня зовут Жоржетта Лякомб.
   - И что?
   - Как, что? - девушка гордо приподняла грудь третьего размера. - Я! Лучшая подруга "Безумной Лилу", - заявили, растянув губы в улыбке.
   - Мы вместе со школы. Между прочим, там она была препротивной девчонкой - одни зубы, шея и моникюр. А первый парень, с котором она встречалась, сейчас сидит в тюрьме за вооружённое ограбление. Я думаю, это он научил её гонять по ночному городу и воровать тачки!
  
   34.
   Москва нежилась в последних лучах тёплого "Бабьего лета". По дорожкам, тропинкам, аллеям парка вместе с багряными листьями растекались толпы беззаботно гуляющих людей, наполняя пространство громкими голосами. У аттракционов очереди: Люди толкаются, с трудом пробираются к кассам, получают из крохотного окошечка разноцветные листочки билетов, держат их в руке над головой, спиной вылезают из толпы. На фоне ближних аттракционов - "Чертова колеса" и "Комнаты смеха" хорошо заметна группа молодых людей, собравшихся возле летней беседки. Рядом тумба с афишей.
  
   Сегодня! В 20.00.
   Дом Культуры завода  ".....маш"
   В связи с началом нового учебного года.
   Молодёжная видео - танцевальная программа.
   "Звёзды нас ждут".
   Вход, только по пригласительным билетам.
    
   На столе организаторов стояла небольшая табличка.
   Викторина - розыгрыш
   пригласительных билетов к танцевальной программе.
    
   - Ну-с, молодой человек? - ведущий викторины, хитро свёл густые, как у заснеженной ели, брови.
   - Говорите - не томите. Кто разбудил Герцена от спячки? После чего он развернул революционную агитацию? Так сказать, стал двигателем зарождающейся Мировой Революции? Скажите правильный ответ - получите пригласительный и пойдёте танцевать.
   - Билет, дадите, один?
   - Один вопрос - один билет. Ответите на два вопроса - получите два билета.
   - Тогда это был... Двигателем Мировой Революции был, Карл Маркс?.. - неуверенно произнёс участник викторины и заморгал веками, так часто, словно просигналил что-то по азбуке Морзе.
   - Кто? Кто? - старичок - лесовичок - божий одуванчик сделал вид, что не расслышал имени. Выражение лица у него при этом было снисходительное и даже немного добродушное. (Эх молодежь - не знать такое?!).
   - Э-э-э... Скорее всего... это... был...- "знаток" не знал ответа, и просто старался выиграть время, ожидая, что в голову придет хоть какая-нибудь спасительная мыслишка.
   - А можно выбрать другой вопрос? Посложнее? Позаковыристее? А то этот, слишком лёгкий?
   - Нельзя.
   - Тогда, я думаю... Это был друг Карла Маркса и его соратник - Фридрих Энгельс.
   - К сожалению, дорогой товарищ, по фамилии Зелебякин, ваш ответ не верный: Это не Карл Маркс и не Фридрих Энгельс. И я вынужден...
  
   - Ле-ни-н, - со стороны зрителей прилетела едва различимая подсказка.
  
   - Подождите, подождите, - парень едва расслышал реплику "из зала". - Я вспомнил. Это был Ленин.
   - Правильно, - согласился экзаменатор. - Об этом событии, в статье "Памяти Герцена", впервые написал Владимир Ильич Ленин. Но?! Кого имел ввиду вождь мирового пролетариата в своём творчестве? Кто своими действиями, по его мнению, в 1825 году разбудил Герцена? Кто же это был? Товарищ Зелебякин, ваш последний ответ?
   - Э-э-э, - предприняли последнюю попытку. Откашлялись. Скривили губы. Пошевелили кожей на лбу. - Я думаю, это был... был...
   - Вася? Подскажи, - один из друзей толкнул приятеля под руку. - Кто?
   - Откуда я знаю? - недовольно прошипели в ответ. - Я что? Пушкин?
   - Герцена разбудил... - Зелебякин краем уха услышал окончание фразы - слово "Пушкин".
   - Пушкин! - ответчик победоносно махнул рукой. - Александр Сергеевич! Это он, разбудил Герцена. Сначала подумал о крестьянах. Затем о революции. В итоге взял и написал стихотворение. Герцен прочёл. Оно ему понравилось, и он проснулся.
   - Нет, молодой человек. Вы снова ответили неверно. Я вынужден пригласить очередного желающего выиграть пригласительные билеты. А вам, посоветую учить историю и больше читать. Особенно труды Владимира Ильича Ленина.
  
   - Матвеева Анна Валерьевна, - представилась высокая, стройная девушка, в синем платьице.
   - Очень хорошо, Анна Валерьевна. Прошу, тяните билет. Читайте вопрос.
   - Что такое "Диалектический материализм"? - пропиликали словно на скрипке.
   - Какой замечательный, интересный и главное своевременный вопрос, - седовласый "игровик-затейник" неторопливо снял очки, подышал на стекла и, протирая их платком, посмотрел на жертву бесцветными близорукими глазами. - Итак, голубушка, порадуйте нас ответом. Что же есть такое "Диалектический материализм"?
   - Это... это... этот... как его? - девушка покраснела, не зная, что сказать. - Дилектический материлизм...
   .....
  
   - Скажи мне, Колян? - раздосадованный парень пытал нового приятеля-собутыльника, сидевшего рядом за алюминиевым столиком в небольшом кофе "Василёк". 
   - Почему, я - Серёга Зелебякин?! Токарь пятого разряда? Ударник коммунистического труда? Из-за кого-то кренделя, которого разбудил Герцен, не могу сходить на танцы? А? Я что? Не так работаю? Или недостоин? А может у меня ноги кривые или рожей не вышел?
   - Какого Герцена? - переспросили, осматривая осоловевшими глазами прокуренный зал. Особо отметили пышную буфетчицу, которая с ловкостью фокусницы достала из ящика очередную бутылку вина, левой рукой накрепко прижила её к аппетитной груди, а правой, держа согнутую отвёртку, ловко поддела полиэтиленовую пробку.  "Чпок" - аппетитно прозвучало в зале.
   Колян вздохнул: так явственно вспомнил, как он ухаживал за похожей наивной девочкой с юридического факультета. Такая же крышечка - пышечка. С такой же привлекательной грудью.
   - Герцена! Александра Ивановича! - громко рявкнули в ухо, вернув страждущего из мира воспоминаний и грёз. - Тудыть его за ногу! Знаешь такого?
   - Не. Не знаю, - новоявленный друган оторопело вздрогнул. - А это кто?
   - Дед Пихто!
    
   К буфетной стойки подошёл мужчина в тёмном поношенном костюме, в небрежно завязанном галстуке, больших роговых очках, висящих на кончике носа. За спиной он смущённо прятал сетку-авоську с хорошо заметными толстыми книгами. Случайный прохожий терпеливо дождался, пока пройдут очередники, и рядом с буфетчицей никого не останется, стесняясь, тихо произнёс...
   - Людочка, понимаю, "Капитал" вас не интересует. Зачем такой красивой девушке читать "Капитал"? Он большой, да и тяжелый. Всё-таки четыреста восемьдесят страниц. Но-о? Может быть, вас, привлечёт Мигель де Сервантес. Со своим бессмертным Доном Кихотом. Редкая книга. Из подписного издания. Хорошая мелованная бумага. Шикарный переплёт. Знаете, сколько за неё сейчас дают коллекционеры? Целых три, а может даже четыре бутылки...
   - Зачем мне ваш Сервант-с? Да и Дон Кихот не нужен. Мне читать некогда - у меня дел по горло. А если будет интересно - я вашего Серванта по телику посмотрю.
   - Людочка, а если в долг? Хотя бы росиночку, капелюшечку, стакашек? Ей-богу, отдам. Продам книги и сразу к вам. Верну деньги... с процентами. Не верите?
   - Нет, товарищ. У нас так нельзя! Вам налью, потом другому, а вдруг проверка, обнаружат недостачу? По статье уволят. У нас с этим строго. А где взять деньги, чтобы погасить недостачу? Так, что извините. Идите отсюда и не мешайте. У меня, вон, гости пришли.
    
   - Эй, ты, профессор? - интеллигента позвали к одному из столиков. - Очкастый?! Тот, который с книгами?
   - Я? - неуверенно попятились к двери.
   - Да, тудыть тебя за ногу! Чапай сюда. Знаешь, кто разбудил Герцена?
   - Александра Ивановича?
   - Ага, его.
   - Так, это... декабристы разбудили. Правда, это было давно. Про это ещё Ленин писал в своей статье.
   - А что такое "Диалектический материализм", в курсе?
   - Философское направление, базирующееся на материализме и материалистическом понимании диалектики Гегеля.
   - Слушай, умник - царя Гороха. Выпить, хочешь?
  
   Мужчина показательно сглотнул. Представил, как обжигающая жидкость приятно растекается внутри, порождая теплоту. Лицо его посветлело. Глаза подобрели. Улыбка набежала на лицо...
   - Товарищи, дорогие! Предложите - не откажусь и буду премного благодарен. Кстати, если интересуют серьёзная и интересная литература? Могу предложить в обмен на спиртное. Например, есть бесмертное творение Карла Маркса - "Капитал". Семьдесят второго года издания. Почти свежий! Даже страницы не погнутые.
  
   - Подожди, со своими книжонками... - полы пиджака распахнули, и явили на свет божий бутылку "Кагора". Поставили на стол. Живительная влага заиграла цветом янтаря на солнце. - Хочешь, подарю?
  
   Работник умственного труда глубоко вздохнул. Закинул тяжёлую сетку за спину. Полез в карман, достал мятый, засаленный платок. Приложил ко лбу. - А что за это надо сделать?
   - Ответишь на вопросы викторины - принесёшь два пригласительных - отдам... - бесплатно.
   Загипнотизированный кролик, широко открыл глаза, стиснул зубы и, сжал кулаки...- Где надо отвечать на вопросы?
   - Там, - ткнули мозолистой рукой в сторону беседки.
   - Так, это... Далеко не отходите... Я мигом!
  
   35.
   Вечерний воздух в только что отремонтированном помещении ДК был наэлектризован до предела. Зал буквально содрогался от немыслимых телодвижений танцующих, перенятых не то у дикарей с "Дикого" капиталистического Запада, не то у просвещённого аборигенами Востока.
   Огромные шатуны неведомого механизма с рёвом ходили туда-сюда, разъединяя и вновь соединяя людское море. Все были вместе - едины - и каждый сам по себе.
  
   Минули-сгинули слова наивные
   И унеслись в небеса,
   Просто ли сложно ли, ситцем берёзовым
   Ветер играет в лесах...
   Свежим морским бризом разносился по залу будущий мегахит "Лебедь белая" (Примерно так: https://www.youtube.com/watch?v=Gpr4uaSHdhc).
  
   - Это чё за подстава? - Алексей Захаров (Он же среди корешей Лехан) скривился словно от зубной боли. Начинающий коммерсант - распространитель западной музыки среди знакомых, друзей и просто сочувствующих, недовольно посмотрел на Олега Рагозина. - "Видео-дискотека", где?
  
   Олега распирала радость. Лицо его пятнилось румянцем, глаза блестели, словно в кладовке нанюхался нашатыря. Он тщетно пытался согнать с лица улыбку, но она появлялась снова и снова.
   - Лехан! Чувак! Зацени новину: Мигалки, светилки, вертелки под потолком. Всё новое! А по стенам - ПО ВСЕМУ ЗАЛУ - развешаны цветные телеки! По ним с видака клипы шуруют! Так, что исполнителей не только суперски слышно, но ещё и видно. Кстати, знаешь чья идея повесить ТВ-ящики и под них тусить?
   - И...чья?
   - Моя! - гордо выпялили грудь. - Я тут глянул один западный клипак. Они там как раз под телек дрыгались. Я, такой - опочки - стапе - ништяк! Просёк тему. Подваливаю к Валере. Помнишь - такой худой, кудрявый - художник у нас. Он, с комсомолом за одно, шарит. Валера, мне - лады. Мы с ним сразу к директору. А там, то - сё, тоси - боси и ву-а-ля... Видал, чего замутили - "Видео-скачки".
  
   - И... это? Вы, называете ВИДЕО - дискотекой? - Захаров ошарашенно оглядывался по сторонам. - Повесили телеки - как в колхозном клубе и топчитесь возле них. И всё? В этом всё видео?
  
   - А че не так-то? Нормальный движняк. Музон - девчонки "Березки" - ништяковски поют - танцуют. Их клипы показывают по телевизору! А если не нравится возле телеков - хиляй на середину - на танцпол - под фонари.
   - Олежек, ты совсем дурак или только вышел чаю попить?
   - В смысле?
   - В коромысле! Это же русский-народный... мед-ляк! Кто из нормальных пиплов будет танцевать под это? Даже под видео с телевизора? Вы бы ещё граммофон с пластинками завели и на колонки вывели. Типа: "Во саду ли - в огороде" - я плясала на заборе. А чё - прикольно? И название бы замутили - ГРАММОФОНО-поскакушки.
   - Зря ты так? - киномеханик не понимал намёков "просвещенного" коллеги. - Классная туса. Людей колбасит по полной! - парень махнул головой в сторону бушующего моря, где, не останавливаясь "рубилась" почти тысяча человек.
   - Как, такое, может нравится? - Лехан скептически улыбнулся. - Да они, через две - три песни затопают, замычат, засвистят и разойдутся по домам. Нормальную музыку включать надо - модную - "Западную!" - понимаешь? А не эту белиберду... русско-народную!
   .....
  
   Сильная, смелая, как лебедь белая,
   Я становлюсь на крыло.
   Сложно ли, просто ли, зимами-вёснами
   Всё, что болело - прошло... - Белугой ревело из зала.
  
   Завхоз Дома Культуры сделал по комнате круг, потом ещё один, остановился возле окна и стал щёлкать шпингалетом словно затвором винтовки.
   - Докладывайте? - по-военному строго, обратился он к разнорабочим Вадиму Калашникову и Илье Григоренко.
   - Прошли по залу, - нехотя забубнил Калашников. Низенький крепыш со вздернутым носом, веснушками и веселыми глазами. - Посмотрели на телевизоры: По-прежнему висят. Все до одного на своих местах. Показывают хорошо. Качественно. Картинка яркая, живая, цветная, радует глаз.
   - Тимофей Аркадьевич, а почему мы, как последние дураки - ходим по залу кругами? - в разговор вступил Григоренко. Высокий, тощий как колодезный журавель, с вытянутым худым лицом.
  
   - Потому, что заканчивается на "У"! - подозрительно прищурив глаза, ответили помощникам. - Много будете знать - до свадьбы не доживёте! Ладно... Заметили, что необычное? Может быть какие подозрительные моменты? Что-то не так? Либо ещё чего?
  
   - Товарищ заведующий хозяйством? Какие ещё подозрительные моменты? Люди танцуют - отдыхают - веселятся. А мы! Как ненормальные шарахаемся по залу - караулим телеки. Что с ними случится? Висят - да висят.
   - Эх, ребятки! Дорогие мои! Мало ли чего? Я, когда был молодым и работал сторожем на лодочной станции... У нас, трёхметровую бабу с веслом, весом в полторы тонны, уволокли прямо с монумента. Так она, по-моему, стоила, рублей триста. А здесь каждый агрегат - по семьсот пятьдесят рубликов! Мне чтобы купить такой - работать надо - полгода. А их тут цельных двадцать две штуки. И весят немного - всего шестьдесят пять килограмм! И размером небольшие. Как говорится - бери в охапку - да неси куда хошь!
   - Вы считаете - могут утащить? - Калашников весело покусывал губу, подтрунивая над руководством.
   - Легко! - завхоз убедительно кивнул головой в сторону танцевального зала... - Народу пришло много. Неизвестных - половина Москвы! Всяких: Пьяных, драных, разных! За всеми не углядишь! Вдруг кто-то незаметно подкрадётся, снимет и унесёт? Тогда, что?
  
   - Товарищ завхоз? Каким образом можно снять и унести телевизор? - возмутился длинный Григоренко. - Они закреплены на высоте два с половиной метра. Я лично каждый намертво пришпандорил винтами к железному уголку. Их выдрать можно только вместе со стеной. Либо спилить автогеном.
   - Ещё можно попробовать динамитом, - уже откровенно смеялся Калашников.
   - Про каменную бабу тоже говорили - закопана, зацементирована, проволокой накрепко примотана к стене. А получилась, как? - Пришли с утрица, открываем станцию - ни бабы - ни постамента - ни проволоки. Короче, давайте, голуби сизокрылые, минут десять на перекур и снова в обход. Глядите в оба. Ни дай бог - чего! Век не рассчитаемся.
   - Тимофей Аркадьевич? Как же так? Какой обход? Мы уже пять раз ходили. Сколько можно?
   - Столько - сколько нужно! У вас работа: Ходить - смотреть - охранять... Обо всём докладывать, мне!
  
   36.
   - Симон, мой двоюродный брат, здравствуй! - седовласый мужчина, с хитрыми глазами и редкой челкой, зачесанной на лоб, крепко прижался к Дювалю. - Сколько же мы с тобой не виделись? Лет двадцать? Больше?
   - Давно не виделись, Жорж. Давно.
   - А я, - постоянно думал о тебе, вспоминал, - прищурюсь посмотрели на "родного человека". - Следил за твоими успехами, за твоим творчеством. Ты же теперь известная личность. Своя киностудия, куча актёров, обслуживающий персонал. Много денег! Не жизнь - мечта!
   - Правда? - не поверили в наигранность "близкого человека".
   - Конечно! Все фильмы, выпущенные твоей приват-студией, старался найти, посмотреть. А любимую ленту "Пышки-худышки в Париже" до сих пор пересматриваю. Станет невтерпёж - достану кассету с полочки - посмотрю - и такое удовольствие - аж слёзы на глазах. Особенно момент где парами на природе. А потом меняются друг с другом - красота! Это, талант Симон - такое повторить невозможно!
  
   - Надеюсь смотришь без жены? - Дуваль включился в игру: "Долгожданная встреча любимых родственников".
  
   - Симон, ты всё такой же шутник. Ох, не зря мама говорила - Бери пример со старшего сына сестры - вырастит - будет настоящим человеком.
   - Серьёзно? Так и говорила?
   - Постоянно! Слушай, а у меня к тебе серьёзное, деловое предложение... Последние три года я занимаюсь организацией "Парижского фестиваля короткометражных фильмов". Помогаю организаторам: Веду переговоры с кинокомпаниями. Раскручиваю молодые дарования. Ищу спонсоров. Заключаю большие, миллионные сделки!
   - Честно - не знал об этом. Теперь знаю - и что?
   - Как смотришь на то... - произнесли таким тоном словно собирались сделать самое выгодное предложение в жизни. - Что приглашу "Дюваль Франц" поучаствовать в конкурсной программе. В разделе "Лучший короткометражный документальный фильм"? Тема, заявленная в этом году, просто шикарная - "Прошлое - Настоящее - Будущее. Стремление к звёздам".
  
   - Подожди, Жорж! - рот Дюваля на несколько секунд широко открылся от удивления. - Мы работаем в направлении игрового кино, а не документального? Как же мы примем участие? У нас совсем другой формат?
  
   - Ерунда! - легкомысленно махнули рукой. - Я внимательно посмотрел ролики. Там есть всё необходимое для документалистики - туманности, далёкие звёзды, мёртвые планеты, межзвёздные корабли. У меня родилась прекрасная идея: Если взять из каждого трейлера вставки про космос, соединить их сюжетной линией в небольшой фильм. Наложить текст - получится шикарная короткометражная лента, как раз соответствующая заявленной теме. Более того, есть идея, вынести "наш с тобою" фильм на общую заставку конкурса. Согласен?
   - Нет, - заартачился Дюваль. - Ты предлагаешь глупость. Да и делать это некому. Все заняты основной работой. Нет времени. Извини, брат. Помочь не могу.
   - У меня есть время, - глаза "Друга детства" шипами впились в Дюваля. - Текст и чтеца найду. Осталась договорится с тобой и шашка в дамках - у нас будет лучший фильм на фестивале!
   - Жорж, давай не будем торопить события, - на крутом лбу основателя компании "Дюваль Франц" возникло несколько задумчивых морщин. - Мне надо подумать. Поговорить с продюсером. Тут не так всё просто.
  
   - Хорошо. Разговаривай со своим продюсером. Только не долго. Теперь, второе... Помнишь? В четвёртом ролике, когда очкастый гений собирает робота - он смотрит по телевизору небольшой отрывок из мультфильма про бешенную белку. Та, что забивая орех, раскалывает землю. Там ещё от удара расходятся материки. (Скорее всего речь идёт об эпизоде очень похожим на этот... https://www.youtube.com/watch?v=lVaQB1RKxiQ)
   - Помню. Такая небольшая вставка минуты на полторы.
   - Я пересмотрел его несколько раз. Подумал, посооброжал, покрутил в голове варианты и меня осенило - Это же готовый короткометражный мультфильм! Симон, брат! Это же очевидно. Короче, предлагаю включить отрывок в конкурс "Лучший анимационный фильм". Гарантирую - будет бомба! А учитывая, что в номинации больше никого нет - это сразу победа!
  
   На собеседника посмотрели, как на умалишенного. Мысленно повертели пальцем у виска... (Старость не в радость - бес не в ребро).
   - Жорж, тебя не было двадцать лет. А может больше. Ты появляешься и от тебя сразу куча сомнительных предложений. Признайся? Что-то случилось? А, понял - наверное, мало желающих заявилась на конкурс? Фестиваль под угрозой срыва? Зрителей не будет. Кинопремьер - тоже. Спонсоров и организаторов ожидают убытки? Я угадал?
  
   - Есть такая вероятность, - нехотя согласились с братом. - На ряд позиций подано по одной - две заявки. Скорее всего в этом году неудачное название фестиваля. Тяжелая тема. Желающих мало. Мероприятие может не состояться.
   - И мой двоюродный брат решил, чисто "по-семейному", "по-братски", не утруждая себя дополнительной заботой, включить в конкурс короткометражки, нарезанные из трейлеров моего фильма?
   - Вообще-то, да.
   - И ты спокойно об этом говоришь?
   - Симон! А что здесь такого? Ты же мой любимый двоюродный брат! Мы с тобой родственники - родная кровь. Знаем друг друга с детства. Кто может помочь - если не ты? Зато если победим - я в этом уверен на тысячу процентов! - получим неплохие деньги, и твои ролики покажут по Центральному телевидению. А если проиграем - то я, по крайней мере, не потеряю работу.
   - Ох! Не знаю, не знаю? Как-то всё запутанно - непонятно - кривобоко. Ладно, спрошу ради интереса - Какие ещё позиции надо закрыть?
   - Всего одну - "Лучший музыкальный клип на английском языке".
  
   - ??? Жорж? - удивлению Дюваля не было предела. - Это уже ни в какие ворота! Музыкальные клипы я не снимаю... и даже не знаю, как это делается.
  
   - Чудак человек! - водоворот идей захлестнул "культового" режиссера всех времен и народов" - Здесь, вообще всё просто: Берём готовую песню из третьего ролика. Убираем всё лишнее. Заставляем певицу перепеть её с французского языка на английский. Совмещаем фонограмму с началом действия из второго и концовкой четвертого отрывка. В конце добавляем побольше стрельбы и взрывов из последнего трейлера - и ХИТ готов!
   .....
  
   - Мне понравилось предложение вашего родственника, - произнес Максим, после того как Дюваль в общих словах пересказал беседу с двоюродным братом. Более того, я предлагаю от имени компании "Дюваль Франц" поощрить его небольшой премией. Скажем - двадцать тысяч франков. Или даже - пятьдесят!
   - Месье Иванов? - глаза Дюваля вылезли из орбит от удивления. - Ви это есть серьёзно? Ему дать награда деньги? За что? Что такого он сделал?
   - Он подсказал нам решение в популяризации творчества нашей компании. Он прав! Нам нужно больше принимать участие во всяких конкурсах, премиях, фестивалях. Про нас должны знать, говорить, интересоваться!
   - И вы ради этой идей позволять ему кромсать наши трейлер?
   - Нет, конечно.
   - Тогда откуда брать материал?
   - Оттуда! - произнесли странную фразу и показали пальцем в потолок. - Из старых запасов. (Чего-чего, а их у нас немерено!).
   - Что есть такой "Старый запас"? - Дюваль попытался разобрать незнакомое словосочетание, произнесённое по-русски. - Я не понимать.
  
   В ответ генеральный продюсер достал из сумки и положил на стол видеокассету.
   - Короткометражную ленту под названием "Египетские фараоны. Боги со Звёзд." предлагаю внести в номинацию "Лучший короткометражный документальный фильм". Видеозаписи с раскопок я официально приобрёл у группы советских археологов, изучающих артефакты Древнего Египта. До конца недели обработаю материалы. Наложу музыку. Добавлю спецэффекты со звёздами, кораблями пришельцев и их полётами в космос. На выходе будет просто конфетка!
  
   Из сумки достали ещё видеокассету.
   - Далее. В начале сьёмок я создал фантастический анимационный эпизод, где беглецы облетают, а затем высаживаются на дружественную планету. Их встречают аборигены. Все радуются, смеются, обнимаются... Мир - дружба - жвачка. Получилось классно, здорово, ярко, насыщенно. Но! После просмотра "специалисты" отговорили меня включать эпизод в картину. Поэтому, берём его, называем "Инопланетяне. Долгожданный контакт." и выдвигаем в раздел "Лучший анимационный фильм".
  
   Очередная кассета появилась на столе.
   - И последнее! В номинацию "Лучший музыкальный клип на английском языке" мы подадим музыкальную композицию "The Final Countdown" исполненную русской группой "Березки". Кто как не они?! На сегодняшний день поют лучшие песни "Про космос".
  
   37.
   - Товарищ капитан, как же так? - остренькие глазки рыжей девчушки, сквозь большие очки, с нескрываемым любопытством оглядывали каждый предмет в комнате: мебель, шторы, ковер, с уважением остановились на тяжелом сейфе. - Я с детства мечтала работать у вас! В милиции! Помогать Родине! Ловить преступников, раскрывать шпионские заговоры, выводить на чистую воду расхитителей государственной собственности?! Поймите, я комсорг класса. Круглая отличница! Спортсменка. Вы обязаны принять меня на работу! Вот, моя характеристика с места учебы. А это, благодарность из музыкальной школы. Тут, результаты из секции по стрельбе. Здесь, по художественной гимнастике. А это, записка от родительского комитета.
   - Гражданка Корачева, успокойтесь, - следователь глядел на посетительницу мрачно, думал тяжело и напряженно, заметно сутулился. Недовольно тёр квадратный подбородок. - Вы приходите ко мне второй раз. Второй раз спрашиваю - Вам сколько лет?
   - Шестнадцать, - произнесли прерывисто, "по-взрослому", точно пересиливали подступавшие рыдания.
   - ...Скоро будет, - добавили со вздохом.
  
   - Замечательно! - капитан по-милицейски "страшно" выкатил глаза и с придыханием произнёс. - Как исполнится восемнадцать. А лучше двадцать - тогда приходите. Поговорим.
   - Мне надо сегодня, - тонкие губы девушки недовольно сложились в жиденький бантик. - Сейчас! Я не могу ждать!
   - Сегодня не получится. Согласно правилам, набор на службу в государственные органы происходит с восемнадцати лет. Это закон. Его нарушать - нельзя!
   - Тогда возьмите в народную дружину, - не сдавалась юная комсомолка - активистка - патриотка. - Буду вместе с дружинниками выслеживать хулиганов, воров, бандитов. Вы должны меня принять - я худенькая, незаметная и в тоже время глазастая и сильная!
   - Девушка, и в дружинники, не могу.
   - Почему?
   - Потому, что берём туда также после восемнадцати лет. А вам пятнадцать.
   - И что делать?
   - Идите домой, - в глазах взрослого советчика горели добрые огоньки. - Ходите в школу. Учитесь уму - разуму и ждите, когда повзрослеете.
   - Да сколько можно ждать?! - стёкла очков недовольно заблестели. Щеки девушки покрылись красными пятнами. - Уже жизнь почти прошла! А я всё та же и там же? Так и умру ничего не добившись.
  
   - Ещё имеются вопросы? - произнесли ледяным тоном, пытаясь закончить разговор. И выпроводить малолетнюю выскочку.
  
   Лариса хитро прищурила глаза... - Да!
   - У вас размещены на стенде "Их разыскивает милиция" фото людей, которых ищите? - "кровавая мстительница" приступила к основной части своего коварного плана.
   (Вот и пришло моё время Алёшенька! Рядовой Иванов из ВЧ 23-45. С полуострова Таймыр. Я обид не прощаю! Ни-ког-да! Отольются тебе горькими слезами мои письма: Будешь снова проживать на дальнем Севере. Там, где мороз и вечная вьюга. Только не в казарме возле ледокола "Ленин", а в тюремном лагере. За колючей проволокой. И будет у тебя небо в клеточку. А в камере одни лысые, толстые и противные мужики...).
  
   - Есть такое, висят фотографии преступников, - согласился слуга закона. - И что?
   - Товарищ милиционер, я как честная комсомолка, ответственная гражданка Советского Союза обязана заявить... вчера утром, в десять тридцать пять, видела мужчину, лицо которого очень похоже на человека, чья фотография висит на стене. Тот что слева в верхнем ряду. Который особо опасен! Лицо у него такое страшное. Неприятное. Вытянутое. Так, вот - он прохаживался по коридору нашего общежития. Ходил - ходил, что-то высматривал, вынюхивал, выспрашивал, а потом зашёл в крайнюю комнату, которая бывшая сушилка. Там живет новенький. Его зовут Иванов Максим. Похоже, он заодно с этим ужасным преступником. Точно вам говорю - иначе зачем бы он заходил к нему в гости? Какие у него могли быть дела в женском общежитии? Да ещё на четвёртом этаже? В самой дальней от лестницы комнате? Только нехорошие - нарушающие закон.
   - Ты уверена? Это был Савелий Мокров? По прозвищу "Мокрый". Розыск, которого идёт уже более пяти лет? И он неожиданно появился в вашем общежитии? И приходил в гости к новому жильцу? Ошибиться не могла?
   - Уверена. Это был - он! Шрам у него под глазом, нос растопыренный и лоб абсолютно лысый. Всё как на фотографии. Точь в точь. Тютелька в тютельку. Товарищ капитан, нужно срочно брать побольше людей, оружие, поисковую собаку и немедленно ехать, хватать рецидивиста Иванова и его подельников.
  
   - Хорошо, Лариса, - страдальчески поморщившись, милиционер прицыкнул языком и поднялся с места с таким видом, как поднимается человек, которому давно надо было сделать это, но он не решался. - Спасибо за сигнал. Можешь идти. С жильцом поговорю, завтра. Попрошу участкового чтобы пригласил ко мне в отделение. Задам ему вопросы. Всё узнаю. Если, что-то не так - примем меры. Разберёмся!
  
   - Как? И всё? Вы, что? Даже не посадите его в тюрьму? Это же преступление! А вдруг бандит Иванов сбежит?! Скроется? И вы его никогда не найдёте? Товарищ капитан? Как же так?
   - Пока сажать гражданина Иванова не за что, - нахальную посетительницу начали потихоньку выпроваживать из кабинета.
   - Но! Он же? Они же... преступники?! Враги! Может быть даже их там целая банда?! - "помощница" уголовного розыска недовольно пятилась спиной к двери. - У вас же висят на стене фотографии? Написано: Внимание! Особо опасные? Разыскиваются? Будьте бдительны? Сообщите при первой возможности?
   - Всё, гражданка Корычева. Придёте к нам, как и договорились, годика через четыре. Если не пропадёт интерес работать в органах. До свидания.
  
   38.
   Репетиция группы "Берёзки" шла полным ходом. Творческие силы коллектива с усердием "шлифовали" танец к очередному клипу под новое творение гостя из будущего. (Звучание которого сильно напоминало композицию "Adelante" группы "Sash" https://www.youtube.com/watch?v=e3Cy4XTuL20).
   Танцоры сдвигались направо, налево, вокруг друг друга, делали сложные зигзаги по всему залу. В их безудержном движении изящное и хищное сливалось воедино.
   Юлия Борисовна чувствуя, что почти загоняла исполнителей до состояния припадка, решила взять небольшую паузу, отдышаться. Пока народ приходил в чувство, женщина подошла к звукорежиссёру...
   - Максим, хотела узнать: Во что будем одевать наших красатуль? Танец яркий, живой, зажигательный - думаю, костюмы должны быть такими же.
   - Костюмы? - Макс явно не готов был отвечать на вопрос. Поэтому просто решил "перевести стрелки". - Сами что предлагаете?
    
   - Может: черные свободные брючки с блестящим ремешком вверху и расклешённые к низу. Сверху обтягивающие красные кофточки с воротником под горло. На голову синий беретик. Мне кажется, такой вариант будет очень интересным.
   - Не знаю, - задумчиво протянул путешественник во времени. - Как-то исполнять скользяще-шаркающие шаги, с резкими поворотами, наклонами, приседаниями, прыжками и всё это в широких расклешённых брюках. И беретиках. По-моему, смотреться будет не очень.
   - А если оденем всех в платья - трапеции. Широкие, свободные, до колен. Сейчас такие очень модно. Например, желтого или оранжевого цвета. На ноги яркие гольфы. Лаковые туфельки. На голове небольшая дамская шляпка. Девочки на сцене будут смотреться куколками. Как тебе такой вариант?
   - Юлия Борисовна! - парень не знал, как объяснить свои сомнения. - Танец задумывался для "неформальной" молодежи с городских улиц, а не для гламурных девиц из западных журналов. Надо, чтобы люди смотрели на девушек и видели в них своих... так сказать от "станка", от "сохи". Тем более танец очень ритмичный. Понимаете? А значит и костюмы должны быть соответствующие. Что-то простое. Повседневное. Но в то же время особенное.
   - Тогда может быть... - очередная мысль не успела сформироваться, в голове художественного руководителя. К собеседникам подошёл неизвестный человек в зеленых штанах и рабочей куртке стройотрядовца.
  
   - Здравствуйте. Вы, Максим Иванов?
   Ди-джей внимательно осмотрел незнакомца.  
   - Допустим.
   - Владимир Березин - второй секретарь комитета комсомола Московского института ....
   У нашего ВУЗа сегодня знаменательное событие: Награждаем отличившихся "бойцов" студенческих отрядов. Вручаем грамоты, дипломы, дарим ценные подарки. А тут говорят рядом, идёт репетиции творческой группы "Берёзки". Занимаются в соседнем зале. Думаем, было бы здорово, пригласить вас исполнить несколько номеров для чествования победителей. Как? Сможете? Аплодисментами обеспечим.
  
   - Максим, мы не можем выступать! - сразу запротестовала худрук. Она знала особенность парня сразу же соглашаться и принимать участия во всех мыслимых и немыслимых мероприятиях.
   - Сегодня, обычная репетиция! - Юлия Борисовна нервически сцепила пальцы в замок. - Отрабатываем танцевальные движения. Девчонки кто в чём. Гитар нет. Барабанов нет. Валеры нет. Настя с Ниной отпросились. Лена подвернула ногу. Петь не готовы.
   - Извини дорогой друг, - путешественник во времени развел руками, показывая сожаление. - Барабанщиков с гитаристками нет - петь некому - помочь не сможем. Не судьба!
   - Если нельзя спеть, - не сдавался въедливый стройотрядовец. - Исполните танец. Вон, как отжигаете на сцене - классно же получается. Давайте, поддержите ребят! Они всё лето со строек не вылезали. Надо же их как-то отблагодарить.
   - Товарищ руководящий комсомолец? - Юлии Борисовне почему-то решительно не нравился приставучий "секретарь". - Вы понимаете, что номер сырой? К нему нет костюмов. Танцевать не в чем!
   - Мы выдадим вам костюмы.
  
   - Дадите костюмы? - заинтересовался Максим. - О как? А какие?
  
   - Да хотя бы стройотрядовские куртки. Согласитесь станцевать - быстро подберем спецовку любого размера. Народу на мероприятии - полный зал. Присутствуют все размеры. Что скажите? Сможете выступить?
   - Нет! - женщина решительно отказывалась от авантюры. - Рисунок этого танца категорически не сочетается с рабочей формой. Тем более зеленого цвета. И это не то что мы планировали. Тут нужна одежда другого фасона и цвета.
   - Юлия Борисовна, - Максим неожиданно согласился с комсомольцем. - А мне нравится его предложение. Давайте попробуем. Вдруг это то, что мы ищем? Так сказать, "Березовое" ноу-хау. Тем более фамилия у заказчика почти как название нашей группы. Товарищ Березин, через сколько времени надо презентовать танец?
   - Думаю - минут через двадцать.
   - Замечательно! Несите форму. Будем облачаться. Кстати, Юлия Борисовна, нам надо срочно придумать название номеру. Что-нибудь этакое хлёстко-ядовито-молодёжное.
   ....
  
   - Дорогие друзья! - баритоном заурчал голос ведущего. - Завершит торжественное мероприятие творческая группа "Берёзки". Специально для вас будет исполнен веселый зажигательный "Танец стройотрядовца". Поприветствуем наших гостей!
  
   Березин резкими рывками тряс руку ди-джею, после того как "Танец стройотрядовца" был исполнен на "БИС" несколько раз. И мокрые от поты участницы группы в прямом смысле обессилено уползли со сцены.
   - Друзья! Это было нечто! Классный номер! Обалденная музыка! Просто чумовая энергетика. Максим! Как здорово, что ты согласился! Всем понравилось! Надо будет обязательно разучить движения. И танцевать на каждом мероприятии. Слушай? Можно у тебя попросить автограф?
   - Вообще-то я не даю автографы. Но ради исключения. Давай. Где подписать.
   - Вот, здесь, - Максу подали блокнот с комсомольской символикой на обложке.
  
   "Да здравствует самый лучший строительный отряд в мире", - ди-джей чиркнул первое, что пришло на ум. После чего заковыристо расписался.
    
   - Иванов Максим Ильич? - мужчина в милицейской форме, вынырнул из-за спины комсомольского вожака, протянул небольшой листочек бумаги.
   - Я.
   - Мне тоже, пожалуйста, подпишите.
   - Конечно, подпишу. А это... что?
   - Это? Повестка. Товарищ Иванов, мы ждём вас завтра в районном отделении милиции.
   - Подписали?
   - Да.
   - Тогда попрошу не опаздывать.
  
   39.
   Молодая девушка вошла в квартиру с какой-то деланной, заранее продуманной легкостью, радостная и возбужденная.
   - А вы, правда, тот самый известный режиссер Иосиф Хейфиц? Снявший такой замечательный фильм про любовь "Единственная"? -  звонким журчащим голоском щебетала она, широко открывая ясные, лучистые глаза.
   - Да! Именно он. Более того я ещё и автор сценария. И даже тот самый человек, который подбирает и утверждает актеров на роли. Другими словами - в КИНО! - я самый главный!
   - Здорово! - гостья восторженно осматривала обстановку в квартире: На окнах богатые шелковые занавеси, стены тоже обтянуты шелком, отделаны резным деревом, мебель полированная, украшена бронзой и позолотой, хрустальные горки, и всюду - по всей комнате - расставлена нарядная посуда: вазы, блюда, чашки и всякие разнообразные фигурки.
  
   - Я ещё никогда не была одна в гостях у незнакомого мужчины, - виновато произнесла девчушка. - Представляю, что будет, если узнает мама?! - Мне попадёт - точно.
  
   - Милая Оленька! Ваша матушка права на сто процентов! Нельзя ходить в гости к незнакомым мужчинкам. Ни в коем случае. Тем более если вам не исполнилось шестнадцати лет. Но! Я-то мужчина уже знакомый. Взрослый. Опытный. Более того я не просто знакомый - я известный на всю страну режиссер, сценарист и даже кинооператор. Причем моё лицо настолько популярно, что иногда боюсь показаться на улице. Все меня знают, узнают, здороваются. А поклонницы - те вообще не дают проходу: Дежурят с цветами под окнами, караулят на выходе из дома, ожидают с работы. А ещё засыпают любовными письмами, записками, цветами... Все хотят сниматься в кино. Как будто нет других занятий. И почему-то все просят меня?!
   - Иосиф Ефимович! Я не такая. Хотя... признаться... тоже немножко мечтаю сниматься в кино. Тем более, вы говорите, что заметили у меня талант и всё должно получится.
   - Оля, душенька! Конечно! Несомненно! И обязательно! Поэтому и пригласил тебя в гости. Как только увидел - сразу понял - ты лучшее всех сыграешь роль главной героини в моей новой киноленте "Любовные хитросплетения".
   - Знаешь скольким известным актрисам я отказал? - перед глазами розового кролика повесили огромную морковь. - Сколько сейчас рыдают? Рвут на себе волосы? Не могут себе простить того, что они бездарны?
   - Нет.
   - А мы с тобой сейчас посидим, поговорим, проведём кинопробу - это чистая формальность. А потом поедем на киностудию. И будем знакомить тебя с ролью...
    
   Когда небольшой столик на колёсиках был сервирован, "всемирно известный деятель искусств" заметил, что по такому чрезвычайному случаю не мешало бы распить бутылочку шампанского, но, к сожалению, последняя была выпита вчера на творческой встрече с актёрами Владимиром Высоцким и Валерием Золотухиным, а потому он предложил своей гостье не менее благородный напиток - французский коктейль "Бонжур-Трэбьен-Бонжур".
  
   - Ой, знаете, Иосиф Ефимович, - девушка показательно закрылась рукой от небольшой рюмки, как на известном плакате "Нет" пьянству.
   - Что вы - что вы! - её лицо залила багряная краска. - Я не могу! Мне нельзя! Я никогда не пила спиртное. Мне ещё рано! Я даже не пробовала. Да и мама не разрешает.
   - Бедное дитя! - заботливый "родитель" поучительно покачал головой. - Знаешь ли ты, что это такое? Нет? Это не спиртное! Не в коем случае! Это чудо напиток, эликсир-бальзам от всех бед и болезней, роса богов, мечта кинозвезд и аристократов. Только мы! Настоящие профессионалы кино, люди одухотворенные талантом!, можем позволить себе такое райское, внеземное угощение.
   - Глотни, попробуй. Тебе должно понравиться.
  
   Новоявленной актрисе хотелось хотя бы час побыть в роли аристократки и кинозвезды.
   - Хорошо. Если только немножко. Чуть-чуть. Прямо капельку.
   Напиток был немножко терпким: сладкая, густоватая влага, казалось, растекается по всему телу благостным теплом. Тем более пили не просто так, а за её божественный талант, неземную красоту, грациозность, несравненность, самобытность, одарённость и неповторимость...
  
   Ах, эти рюмки, узенькие, высокие, сверкающие гранями звонкого хрусталя, да они сами зовут и манят.
   И глупая бабочка расправив крылышки, полетела на огонёк - пила небольшими глотками и уже не понимала, что она пьяна.
   Мир внезапно погрузился в сладостный туман сирени, сквозь который бриллиантовыми переливами сверкали и струились хрустальный лучи, да звучали весомые, "полные глубокого смысла" слова известного режиссера. Впрочем, в смысл его слов она не вникала, достаточно было голоса и тона, уверенного и твердого, чтобы дать волю хмельному воображению.
   - Милая, ты прекрасна, юна и невинна... - мягкий баритон доносился откуда-то из прекрасного далёка.
   Девушка, расслабившись от алкоголя, беззаботно сидела на диване чуть раздвинув колени и блаженно постанывала, ощущая приятное поглаживание мужской ладонью между ног.
   - О-о-о, да у нас тут уже всё готово, - обольститель почувствовал влагу под бельём гостьи.
   - Солнышко, не спеши. Подожди немного. Я быстро до ванны. Освежусь. И мы займёмся настоящими, взрослыми кинопробами...
    
   40.
   Свидетель неизвестно чего в очередной раз пробежался глазами по разложенным на столе фотографиям.
   - Нет. Никого из этих людей я не знаю.
   - А этого? - следователь добавил ещё одно фото.
   - И этого человека тоже.
   - Гражданин Иванов. Давайте не будем торопиться с ответом. Посмотрите внимательно. Может, всё-таки узнаёте? Где-нибудь пересекались? Встречались? Видели мельком?
   - Нет. Я никогда его не встречал.
   - Очень жаль, - хозяин кабинета непонятно улыбнулся. Посмотрел на посетителя значительным взглядом, свел брови на переносице, но ничего не сказал.
   - А кто это? - поинтересовался Макс.
   - Савелий Мокров. По кличке "Мокрый". Вор, рецидивист, махинатор. Жулик высшего класса. Хитер, изворотлив, напорист. Два побега из колонии. В розыске находится более пяти лет. Ищем по всей стране! Практически "на всех столбах" весят его фото. Но!!! Никаких зацепок. И тут появляется информация, что он в Москве. Более того, недавно был в вашем общежитии. Ходил по этажу, заглядывал в комнаты. Кого-то активно искал. И говорят - даже зачем-то заглядывал к вам.
   - Что скажите? Было такое?
   - Нет, не помню. Людей приходит в гости в общежитие много. Кого-то ищут, о чём-то спрашивают. В конце концов, просто ошибаются дверью. Этого гражданина я не видел. Лицо у него такое приметное - вытянутое. Если бы попался на глаза - запомнил.
   - Жаль, очень жаль, - капитан расстроенно поднялся из-за стола. Прошёлся по кабинету. Подошёл к окну. Задумчиво, с милицейским прищуром посмотрел вдаль. - Мы уже понадеялись, появилась ниточка, которую можно потянуть. Однако снова, похоже, ничего нет.
   - Кстати, - следователь вернулся на свое рабочее место. - А где вы были и чем занимались два дня назад с десяти до одиннадцати утра? Если можно, расскажите подробно.
    
   "Опочки!". - тревожные мысли забегали в голове путешественника во времени. - "Так я тебе и сказал, где я был и чем занимался два дня назад с десяти до одиннадцати утра".
    
   Въедливый милиционер хорошо рассмотрел возникшую растерянность на лице пришельца.
   - Утром? Утром? Утром? - забубнил попавший впросак Максим, пытаясь срочно найти выход из создавшегося положения. - Два дня назад?...
   - Товарищ капитан, а знаете... Я кажется, вспомнил где видел этого Мокрого? Причём видел, недавно.
   - И где? - "ищейка" мгновенно вцепилась в наживку, забыв обо всём на свете. "Хвост поднялся трубой".
   - Иду я к вам, сегодня, в отделение. Поднимаюсь на второй этаж. Вижу - человек похожий, спокойно прогуливается по коридору. Представляете! Лицо у него - один в один, как на фотографии. Ходит, бродит, стенды рассматривает. Ждёт кого-то, наверное.
   - Савелий Мокров? Вор? Рецидивист? Преступник? У нас? Здесь? В отделении? Спокойно гуляет по коридору? Да ещё и ждёт кого-то? - служитель закона отказывался верить в происходящее. Он склонил голову набок и стад рассматривать посетителя ещё более недоверчиво.
   - Точно, говорю! Он! ТАМ... - Максим "правдиво" посмотрел в глаза милиционеру, затем мотнул головой за дверной проём.
   - Не может быть?! - капитан по-прежнему ничего не понимал. Однако также повернул голову в сторону выхода в коридор.
   Дверь, почувствовав тяжёлые, как кирпичи, взгляды, "чуть присела от неожиданности", скрипнула и открылась внутрь.
  
   - Оленька, солнышко, надеюсь ты не скучала, - в помещение вошёл человек в махровом халате, вытирающий голову полотенцем. Освободив лицо от ткани, он с удивлением обнаружил свою помытую тушку в кабинете служителя закона.
    
   - Мокрый? - удивленно воскликнул капитан. - Ты что ли? Вот так встреча!
   - Нет, это не я! Точнее, я - это не он! - затараторил герой любовник и бегом бросился в сторону выхода. Торопясь, задёргал ручкой. Попытался как можно скорее покинуть пенаты "любимой" милиции.
   - Стоять! Стрелять буду! - капитан резво вскочил с места. Как матерый волк хищно ощерился молодыми зубами.
   - На пол! Живо! - он схватил стул и угрожающе направил его в сторону беглеца.
   - Че сидишь? - уже обратились к Максиму. - Давай, заходи слева.
   - Господа! Товарищи! Дорогие мои! Это недоразумение! - Мокрый истерически бился в дверь, пытаясь вернуться обратно.
   -  Я - не он! И шёл не сюда. Я тут случайно! Мне здесь ничего не нужно. Простите! Помогите! Выпустите меня! Я ни в чём не виноват!
  
   41.
   Поздний вечер в столице.
   Четвертый этаж женского общежития окутал седой таинственный мрак. Свет в коридоре ещё не включили. Темнота медленно заползала и скапливалась по углам.
   Тихая тень рыжей девчушки в больших очках и мягких тапочках, оборачиваясь и прислушиваясь на все четыре стороны, неслышно подкралась к бывшей сушилке.
   Будущая чекистка, разведчица и гроза шпионов прижала ухо к двери. Замерла. Внимательно прислушалась.
   От резкого звука из комнаты входная дверь вздрогнула, задрожала. Лариса Корычева в ужасе отпрянула и посмотрела на пол.
   Из-под двери, по доскам хищно "выползал" зловещий мерцающий свет. Девушка зажала рот рукой и бросилась прочь с "проклятого" места.
   .....
  
   За стеной, в таинственной комнате потерявший память жилец "на полном серьёзе" продолжал обряд общения с дверным косяком...
   - Неужели трудно понять? Для заставки фильма про Древний Египет нужно показать не найденную гробницу. Найти её - открыть - снять на камеру. Всё! В чём сложность?
   - А ты водишь меня? Не понятно куда? Склепы, морги, какие-то могильники?!
   ??? - дверь "обиделась", затихла - ни звука в ответ.
   - Слушай, а может ты не понимаешь русских слов? - строго свели брови.
   ??? - опять тишина.
   - Ненайденная, - дали пояснение своей задумке. - Это ещё не кем не обнаруженная, не раскопанная, не ограбленная. В первозданном состоянии. - Как зарыли, её родимую, закрыли, запечатали на тысячу - две - три, а может на четыре тысячи лет. С тех пор и стоит, позабыта, позаброшена, погребена песками в пустыне. Понятно? Так, что... давай! Не тупи. Открывай.
  
   Исполнительница желаний внимательно выслушала заказчика. Сделала "пометки в голове". Тяжело вздохнула и принялась за работу. Раздался негромкий скрип. Появилась небольшая щелка. В комнату потянуло могильным холодом и резким неприятным запахом.
  
   "Черный копатель" зажал нос, заглянул внутрь и быстро закрыл открывшийся промежуток.
   - Не. Опять не то. Там, одни саркофаги. Страшные, жуткие, покосившиеся статуи. Всё в пыли, паутине. Грязь, вонища, половина гробницы засыпано песком - ужас ужасный. Я не буду это снимать!
   - Слушай, подруга дней суровых. Давай, то же самое... Только, "повеселее". Чтобы было просторно. "Уютно". Были видны всякие побрякушки: Из золота, серебра, камней. Да - и ещё: Пыли с мусором поменьше. И трупами не пахнет.
   ??? - исполнительница желаний потупилась, подрожала и осталась стоять замурованной в стену.
   - Не понял? - Макс удивлённо посмотрел на помощницу. - Не можешь найти нужный вариант? Или опять не понимаешь? Алё? Ферштейн? Компрёнэ? Андестенд? Для особо непонятливых спрошу по-китайски - Во бу минбай?
   ??? - тишина в ответ.
  
   - Ладно. Смотри, - путешественник во времени включил ноутбук. Нашёл картинку изображающую сокровищницу фараонов из фильма "Мумия". Повернул экраном в сторону нерадивой двоечницы.
  
   - Надо найти похожее место, как на экране. Чтобы драгоценностей было побольше: Золота, серебра, камней дорогих. В кадре всё должно блестеть, сверкать, переливаться. Чтобы "этого добра" было не просто много - а очень много. Уяснила?
   - И-и-и, - дверь недовольно запыхтела, затряслась, забилась, как будто начала в ручную вскапывать пески времени. Паутинки побежали по стене. Известка посыпалась с потолка. На окнах комнаты дрогнули стёкла.
   - И-и, - передразнили "неумеху". Начали шутливо бормотать... - Господи, с кем я работаю! Ни украсть - ни покараулить. Легче пристрелить - чем мучится с такой помощницей. Толку от тебя - никого! От слова совсем. Только на и-и... и способна. Один я делаю и тащу всю работу. А оно мне надо?
  
   Недовольный работодатель "отвёл душу", глубоко вздохнул. Поднялся на ноги и направился смотреть, куда на этот раз вывела нерадивая исполнительница...
   Яркий свет, просочившийся из дверного проема, отражался на многочисленных сокровищах, превосходивших самую сумасшедшую мечту. Создавалась ощущение, что открывшееся помещение доверху завалено блестящими предметами. Всё в округе сверкало. Искрилось. Переливалось. Блестело. Слепило глаза. Сложенные, наваленные, разбросанные предметы образовывали единый всеобъемлющий серебрено-золотой завал: Роскошные ложа, поблескивающие статуи, декорированные сундуки, алебастровые сосуды, царские кресла, утварь и даже части огромной царской колесницы.
   - Вообще, я хотел другого, - кинооператор вновь был недоволен. - Хотя, если вместо усыпальницы фараона показать его сокровищницу, набитую артефактами - картинка будет такая же зрелищная и должна понравиться зрителям.
   - Так и поступим. - Максим принял окончательное решение. - Сьёмку начнём с угла, где видна огромная нефритовая статуя с головой змеи, туловищем льва и руками человека. Затем снимем золотую колесницу, царское ложе, трон. Далее, покажем, здоровенный переливающийся кубический ящик. (Интересно, что там?) И в конце поверхностно пройдёмся по остальным побрякушкам.
   - Чего стоим? Кого ждем? - расхититель гробниц подбодрил себя перед началом работ. - Время - вечер, дел - край непочатый. Кстати, проём надо расширить - света маловато.
   - Тебе, говорю! - вновь обратили внимание на замурованную бездельницу.
  
   42.
   "...Полицейский врач насчитал в спине трупа два ножевых и три пулевых отверстия. Установить личность убитого не удалось".
   Базиль Буртэ сидел под вентилятором в холле редакции, курил и вяло дописывал очередную новость для раздела "Ночные происшествия". Вентилятор не спасал от полуденной духоты, солнечный свет нахально лез в глаза, надоедал, раздражал и даже злил.
   Корреспондент задумчиво оценил свою писанину. Прикусил нижнюю губу. Подумал, что след от трёх выстрелов для неустановленного трупа в морге - это мелко для спецкора его уровня. Читателя скорее всего не зацепит такое незначительное происшествие. (Всего лишь три пули в спине? - С кем не бывает? - Нашли чем удивить?!) Начальство также может посчитать новость не серьезной и уменьшить гонорар. А то и вовсе не поставит в печать.
   Буртэ решительно вычеркнул мелкую неприглядную цифру "три" и подписал "десять". Потом решил, что "десять" слишком круглое число - вызывающее подозрение. Пришлось зачеркнуть и написать заново - "одиннадцать". Теперь хорошо. Кстати, ножевых тоже надо добавить. А то стреляли много - кололи резали мало - получалось неправдоподобно. К примеру, пусть обнаружено не "два", а "семь". А лучше "восемь" ножевых ран. Почему следов от ножа меньше, спросите вы? Потому, что в каждом резонансном преступлении - должна быть загадка! Или даже больше - страшная тайна.
  
   Правдописец перечитал созданное творение. Помотал головой, стараясь привести в порядок разбегавшиеся по углам головы мысли. Получалось следующее...
   "Полицейский врач насчитал в спине трупа восемь ножевых и одиннадцать пулевых отверстий. Установить личность убитого не удалось".
  
   Обычное, "бытовое" происшествие сразу налилось соком, заиграло яркими красками и стало похоже на небольшую сенсацию, с возникающими в голове читателя вопросами: Что за человек, которого так нашинковали перед смертью? За что его так? Кто хладнокровный убийца? Женщина? Мужчина? А вдруг это разборки мафии или "Кровная" месть, а может это новый маньяк объявился и бродит по Парижу?
   Бурте зевнул - дело сделано - считай двадцать семь франков в кармане. Он хотел пойти в бар. Отметить завершение работы. Выпить чего-нибудь прохладного. Но к нему подсел неизвестный в чёрном плаще, шляпе и тёмных очках, скрывающих половину лица.
   - Мистер Базиль Буртэ? - глухим голосом со странным акцентом произнесли по-английски. - Не хотели бы вы заработать две тысячи франков?
   "Правдивый" работник прессы нервно сглотнул. Большой кадык корреспондента подскочил сначала вверх, потом вниз и остановился, как у человека, которому не хватает воздуха. Он ревниво огляделся по сторонам - никто не видит? Нет - никого. Медленно ущипнул себя за коленку - не сон? Похлопал глазами - видение странного нанимателя не пропало.
  
   - Что надо делать? - произнесли вместо ответа, авансом соглашаясь на любые условия. Даже не услышав их.
  
   - Завтра в семь вечера в отеле "Насьональ" состоится конференция для прессы. Подведут итоги первого дня фестиваля короткометражных фильмов. Вам надо пройти аккредитацию и присутствовать на мероприятии.
   - Здесь, - передали конверт. - Вопросы, которые необходимо задать представителю кинокомпании "Дюваль Франц".
   Базиль вскрыл конверт. Развернул лист. Прочитал несколько строк. Удивлённо поднял глаза. - Это всё? Всё, что надо сделать? И за это... целых, две тысячи франков?
   - Да. Если не против - вот, задаток.
   - Я согласен.
   Незнакомец поднялся. Собрался уходить.
   - Она снова угадала, он согласился - даже не торгуясь, - бросили по ходу странную фразу.
   - Постойте, месье. Могу я немного приукрасить вопросы? Это... так сказать, мой профессиональный стиль. То, что отличает меня от других!
   - Хорошо, только не переусердствуйте.
  
   Пару минут спустя радостный богач кометой, сметая всё на своём пути, нёсся по коридору. Завернув в сторону складских помещений, он специально споткнулся об Джунго, молодого, неимоверно тощего мулата, подрабатывающего по мелочам в редакции и типографии.
   - Эй, малый! Помнишь, я задолжал тебе два франка? - перед носом юнца помахали только что законченной новостью. - Возьми, вот эту чепуху. Разбавь своей чепухой, если хочешь. Словом, доведи до благополучного конца. И сдай машинистке. Можешь поставить свою подпись. И всё! - Я тебе ничего не должен.
  
   ***
   Первая пресс конференция "Парижского фестиваля короткометражных фильмов" была длинная, скучная и не предвещала каких-либо сенсационных событий. Журналисты откровенно скучали, клевали носом, бесцельно смотрели в потолок или перечитывали старые статьи. Фильмов в раздел "Документальное кино" было заявлено мало. Все были местного производства. Сняты "молодыми" неизвестными режиссерами. Да ещё демонстрировались во время обеда. Так, что половина присутствующих позволила себе пропустить их просмотр и сейчас отбывала наказание просто "ради галочки".
   Симон Дюваль, тщательно подготовившись, воодушевлённо, отвечал на редкий вопрос...
   - В моём фильме "Египетские фараоны. Боги со Звёзд."  есть небольшой эпизод: Там показана настоящая стена с древними рисунками и потёртыми иероглифами. Это такой специальный сценарный ход - для усиления эффекта проникновения в историю. Всё остальное: Несметные сокровища, летающие пирамиды, взрывы от лучевого оружия пришельцев, всё это, видеоэффекты и красочные декорации.
   - Спасибо за ответ, - Секретарь окинул взглядом собравшихся в зале. - Мадам! Месье! Ещё вопросы к месье Дювалю? Есть?
   Некоторое время в зале царила полнейшая тишина, затем раздалось нерешительное покашливание. С одного из низких кресел поднялся полноватый мужчина с копной спутанных светлых волос и большим мясистым носом.
   - Позвольте мне.
   - Пожалуйста.
   - Базиль Буртэ, издание "Франс суар". Месье Симон, скажите? Зачем вы показали в фильме древнюю карту, которая указывает путь к затерянному городу фараонов? Вы что? Хотели таким образом победить в Фестивале? То есть, решили, покажите зрителям карту сокровищ - они заинтересуются - начнётся ажиотаж и жюри присудит вам первое место?
    
   - Какую ещё карту? - Дюваля охватил ступор. Глаза у него остекленели, челюсть отвисла. Брови взлетели вверх. Лоб весь сморщился. Он явно не ожидал такого вопроса. Никаких карт, по его сведению, в фильме не было и быть не могло.
    
   - Я долго работал в Каире. Участвовал в нескольких экспедициях. Был на раскопках в Долине царей. Тщательно изучал иероглифическую письменность Древнего Египта. Так вот: Ваш, древний рисунок на стене. Про который вы сказали, что он единственный настоящий эпизод в фильме! Чётко знаками описывает путь к подземному древнеегипетскому городу - хранилищу. По сути, на стене изображена карта пути к огромному погребальному комплексу фараонов. Причем по количеству отметок довольно объемному и разветвлённому. Например, я отчетливо рассмотрел знаки, означающие царские спальни, сокровищницы, склепы, залы бальзамирования, складские и оружейные комнаты и даже - будуар.
   - Месье Буртэ, вы несёте какой-то бред! - Дюваль недовольно затряс головой, словно попытался забодать противного журналюшку-выскочку.
   - Повторяю в последний раз: Ваши выводы - вздор! В моем фильме, это просто красивый эпизод - картинка. Из найденного чёрт знает где, чёрт знает кем, из засыпанного чёрт знает когда, коридора? Понимаете?
   - То есть вы сняли короткометражную ленту? - придирчивый корреспондент намертво вцепился в глотку деятеля киноискусств. - Всему миру презентуете уникальную карту, где возможно скрыты несметные богатства и погребены тонны древних артефактов. И даже об этом не догадываетесь?
   - Знаете, что?! - Симон нервно сцепил пальцы на груди. Он вспомнил и произнёс фразу, которую часто повторяли по телевизору. - На все ваши вопросы - "Без комментариев".
   - Скажите, сейчас, когда вы узнали, что владеете бесценным сокровищем! На многие миллионы! А может быть даже на миллиарды! Увидят ли ваш фильм зрители? Выпустите ли вы его в прокат? Чтобы люди действительно могли начать поиски?
   - Теперь, не знаю - надо подумать, - Дюваля трясла лихорадка. Он начал вертеть головой, ища чьей-то поддержки. - Мне надо поговорить с... Короче, надо поговорить. И тщательно обдумать... Что чёрт возьми делать с этой дурацкой картой?!
    
   Мёртвая тишина зала сменилась таким шумом, точно взорвали или, по крайней мере попытались взорвать Елисейский дворец. Газетно-журнальные волки начали вскакивать с мест. Громыхать сидушками кресел. Толкаясь, продвигаться ближе к сцене. Поспешно извлекать диктофоны. Мигать фотовспышками. Фотографировать Дюваля.
   ... - Месье Симон? Неужели, всё, правда? Вы обнаружили карту, ведущую к древнему городу с несметными богатствами? Нашли её и не кому не сказали? Как же так?
   ... - Месье Дюваль? Какова величина сокровищ? Определите хотя бы примерный размер? Их много? Очень много? Или безумно очень много?
   ... - Симон? Почему сами не воспользовались картой? Не желаете разбогатеть? Чего-то боитесь? Вам угрожают? Это Политики? Криминал? Тайное общество масонов? Ещё кто-нибудь?
  
   - Месье! Мадам! Прошу тишины! - секретарь безнадежно пытался успокоить присутствующих. Он громко стучал деревянным молоточком по столу. - Мы собрались здесь, чтобы обсуждать фильмы. Документальные ленты. Кино, в конце концов! А не древние карты, сокровища и затерянные города египетских фараонов. Давайте успокоимся и будем задавать вопросы по существу...  Или хотя бы по очередности.
   ....
   Утро следующего дня стонало от ужаса и билось в истерике в заголовках центральных газет...
   "Лё Монд"  "Фильм "Дюваль Франц" возвращает Франции золотую лихорадку? Будут ли жертвы?".
   "Либерасьон"  "Спешите видеть! Стоимость карты сокровищ - всего один билет в кино!
   "Пари-зьен Либере"  "Гонка за легендарным золотом фараонов началась! Кто возьмёт джекпот?".
   "Лё Фигаро"  "Симон Дюваль... Я подарю миру город с несметными сокровищами! - И делайте с ним что хотите!".
   "Депеш дю Миди"  "Ни слова правды! - Дювальная афёра или Симонная фальсификация!".
  
   43.
   Любимой развлекательной передачей в семье Борискиных был "Кабачок 13 стульев". В которой чудаковатые паны и пани, за чашечкой кофе в небольшом ресторанчике смешили своими "проблемами" многомиллионную аудиторию огромной страны.
   Все члены семьи включая пятилетнего Алёшеньку, полугодовалого кота Тимофея, и двухлетнего пса Шарика относились к передаче на полном серьёзе - уважительно. Уже за три часа до начала Борискины начинали томится ожиданием. Они ходили друг за другом по комнатам, смотрели на время, анализировали теле-программу, без конца включали и выключали телевизор, проверяли яркость, контраст, звук, цветность экрана. Примерно за половину часа до начала "на огонёк" стучались соседи, у которых не было телевизора. За десять минут приходили те, у кого телевизор был, но показывал без цвета.
   Горячие поклонники "Кабачка" приступали к просмотру передачи основательно подготовленными: с детьми, запасом пирожков, печенья, семечек. Программа, как правило, просматривалась вся от начала до конца и широко комментировалась. В зависимости от происходящего на экране зрители шумно выражали свой восторг, негодовали, спорили, а иногда и раздавали друг другу подзатыльники в доказательство своей правоты.
  
   И вот наконец наступал долгожданный момент. Звучала завораживающая музыка и в загадочной голубизне экрана возникало лицо пана Ведущего, которое произносило: "Добрый вечер, дорогие друзья!"
   - "Добрый вечер!" - хором, весело отвечали собравшиеся. После чего соседка Танечка, как сидящая ближе всех по причине близорукости, поворачивала рукоятку громкости до отказа, и все приступали к созерцанию удивительно разыгранных сценок.
   ....
  
   - Пани Зося, кто этот молодой человек, который робко ходит за вами? - воскликнул ведущий программы "Кабачок 13 стульев", обращаясь к яркой блондинке. Он указал на высокого молодого человека в сером костюме модного покроя, в узких замшевых туфлях, с ярким галстуком. - Он всё время держится на расстоянии, смущенно улыбается и преданно смотрит в ваши глаза.
   - Ах, пан Ведущий! - девушка посмотрела затуманенным, мечтательным взором куда-то в бесконечность. - Не знаю. Я встретила его рано утром. Когда выходила из дома. Он сразу пошёл за мной. Кстати, он совсем не говорит. А только томно вздыхает. Да ещё всё время поёт. Кажется, по-итальянски.
   - А о чём он поёт?
   - Так кто ж его знает! - глаза красотки широко открылись. - Я по-итальянски понимаю всего одно слово - "Чао".
   - Так давайте попросим его спеть! - ведущий улыбнулся, морщинки лучиками разбежались по лицу. - Думаю, вместе, сообща, мы разберёмся в желании нашего гостя.
  
   "Жгучий итальянец" широко улыбнулся, встряхнул кудрями, мысленно сделал перебор на гитаре.
   В "Кабачке" зазвучала веселая, напевная, почти осязаемая присутствием музыка. Парень запел (Очень похоже на "Un Amore Grande" в исполнении Пупо... https://www.youtube.com/watch?v=mvJTukfGcxY).
  
   Ун аморе Гранде,
   Гранде коме иль мондо.
   Ми портави ла беллецца ди ун Маттино,
   Ун сорризо ней мьей окки,
   Ун сорризо ке орамай нон кэ пиу.
  
   Ведущий перевёл первые строки песни:
  
   Мне нужна любовь, чтобы дышать тобой,
   С горьковатым вкусом королевского вина,
   Воспоминания, в которых померкнут другие,
   И дадут возможность быть рядом с тобой.
  
   .....
   - Блин-блинский-затрапинский через корыто к верху дном! - громко, эпатажно выругались за стеной квартиры Борискиных. Сосед в очередной раз не смог записать музыкальную композицию с телевизора на магнитофон. - Скотиняки! Бузотёры! Всё-ё делают сопротив трудового народа! В кои веки - нормальная песня - и снова испоганили. Ведущему, что? Нельзя помолчать "в трубочку", когда поют? Или сказать перевод в другое время? Опять половина песни - базар непонятно о чём. Вот, кто они после этого? Кто?
   - Товарищ Кузьминский! - глава семейства Борискиных встал, выглянул в открытое окно. - Я попросил бы вас - не выражаться. Вы смотрите передачу не один. Здесь кругом женщины и малолетние дети.
   - Это у вас кругом женские дети, - нагло ответили соседу. - А у меня кругом - голые стены. Пустая тара! И половина песни насмарку.
   .....
  
   - Дорогие друзья, конец-делу венец, - философски заметил пан Ведущий. - Заканчивается наша программа. Пора прощаться. Напоследок попросим, нашего нового гостя, пана Итальянца, сказать что-нибудь бодрое, красивое! На итальянском.
   - Пан Ведущий? - пани Зося удивлённо захлопала большими ресничками. - Он же совсем не говорит!
   - Ах, да! Забыл. Тогда попросим его спеть. Петь, у него получается - просто замечательно. Итак, дорогие друзья! Снова, для вас, поёт пан Итальянец. И вновь звучит прекрасная зажигательная песня, про любовь!
  
   Новоявленный любимец публики под громкие аплодисменты завел очередную душещипательную серенаду. (Это была его "старая, всеми любимая, зажёванная до дыр на дискотеках"... "Gelato Al Cioccolato" https://www.youtube.com/watch?v=VSXNl44bSiQ).
  
   Ма дове вуой андаре, ти амо!
   Ти анной, ва бене, балльямо
   Сей белла, ти лаши гуардаре
   Кон те нон кэ ньенте да фаре
  
   Ведущий передачи, как положено по сценарию, снова, во время звучания мелодии, перевёл куплет песни.
   За стенкой вновь громко ругался сосед Борискиных, грозя всем беспощадной "Мировой революцией пролетариата".
   В ответ на его ругань, отец семейства снова высунулся из окна. Все невольно роптали. Шарик заливистым лаем поддерживал хозяина.
   Мелодия, ставшая вмиг популярной, волнами разносилась по стране. Проигрывалась в головах. Зацеплялась в мыслях... Делала знаменитым простого кудрявого парня в костюме по имени пан Итальянец.
  
   Джелато аль чокколато
   дольче э ун по салато
   Ту джелато аль чокколато...
  
   А где-то, сидя перед телевизором, на краешке дивана, почему-то тихо плакала мама Валерки Смирнова.
  
   ***
   - Соедините с Председателем Гостелерадио Лапиным, - в трубке раздался невнятно шамкающий голос Генерального Секретаря.
   - Сергей Георгиевич? День добрый.
   - Есть время переговорить? Пару минут?
   - Вчера смотрели с Галиной последний выпуск "Кабачка "13 стульев". Понравилось - весело, смешно, интересно. Дочь с утра довольная. Напевает песню про это - шоколато-мармелато. Исполнитель - молодец! Хорошо спел! Душевно.
   - Дочь спрашивала - откуда такого взяли?
   - Понятно...
   - О, как?! - Сам поёт и пишет песни? Простой парень из заводского Дома Культуры? Вот тебе и таланты из рабочей среды!
   - Слушай? Если у нас простые работяги сочиняют и поют такие замечательные песни! Может пора разогнать с телевидения всех этих бездельников артистов? Да набрать простых тружеников с фабрик, заводов, из сёл и деревень?
   - Как тебе предложение? А?
   - Шучу, шучу. А то, зная тебя - бросишься исполнять.
   - Хорошо... Похвали организаторов - заслужили. Пусть поют, танцуют, радуют творчеством. Будем ждать их выступлений.
   - Ладно. Всё. Дела. Давай. Хорошего дня.
  
   ***
   Суровый секретарь художественного Совета, зачехлённый на все пуговицы в двухпортный пиджак, говорил долго. Красноречиво. Вдохновенно. Убедительно. Приводил яркие, насыщенные примеры "Из жизни". Ему казалось, людям нравится слушать его, а при таких условиях он мог говорить часами, время от времени откидывая прядь волос со лба и шумно выдыхая воздух...
   - Как можно забыть: Итальянское государство является активным членом империалистического блока НАТО. На территории, этой враждебной страны, размещено несколько десятков военных баз и полигонов. Западная военщина, с их территории, ежеминутно смотрит в нашу сторону, "точит зубы", готовит "ядерную дубину", ведёт подготовку к войне! И после этого, мы - простые люди мира и труда! Спокойно! На всю страну! Устраиваем: Хиханьки, хаханьки, поём и транслируем песни на языке страны мирового махрового империализма... Доколе?!
  
   Режиссер "Кабачка 13 стульев" попытался робко перебить обвинителя, вставить хотя бы несколько слов в своё оправдание... - Позвольте? Так, вы же? Сами? Здесь? Месяц назад? Все вместе? Согласовали наши композиции? Дали добро.
  
   - Товарищ Зелинский, не передергивайте! - председатель остепенил режиссёра провинившейся передачи. Он жёстко сжал челюсти. Метнул уничтожающий взгляд. Его большие волосатые руки легли на стол, сжались в тяжелые кулаки. - Мы дали согласие на музыкальное оформление номеров. А не на песни на итальянском языке! Откуда они взялись? Кто вам разрешил? Как, вы, вообще, посмели проявить самоуправство?
  
   От этого вопроса спина режиссёра как-то удивительно быстро согнулась едва ли не вдвое... - Я посчитал, что песни в отличие от музыки придадут программе более яркое содержание.
  
   - Он, видите ли, посчитал! - оратор снова вскочил и замахал руками. - Нет! Можно понять, если бы в передаче приняли участие выдающиеся певцы итальянского творчества: Робертино Лорети или Лучано Паваротти. Они - простые люди - из народа - любимцы всего мира! А здесь? Выпускают на главную телеплощадку Страны!!! "Человечка", которого никто не знает. Никогда не видели. Не слышали. Без голоса, опыта, образования. Он выходит, и спокойно, насмехаясь над всеми, нарушая все морально-этические нормы - поёт! И не просто поёт, а что-то там шепеляво-писклявит на языке государства из враждебного империалистического блока, яро ненавидящего страну Советов!
  
   Со стороны затравленной жертвы доносились последние судорожные оправдания... - Товарищи! Дорогие! Поймите! Это просто обычные, красивые песни о счастье, молодости, любви... Что в них такого? Чуждого? Империалистического?
  
   - Всё, ясно! - руководитель худсовета медленно поднялся со стула. Его небольшие, чуть навыкате глаза, полуприкрытые воспаленными веками, стали жёсткими, взгляд - колючим.
   - По товарищу Зелинскому есть следующе предложение: Его работу, противоречащую общественной морали, советской идеологии и просто низкого качества, признать...
   Длинная трель телефонного звонка прервала оглашение сурового приговора.
   - Коллеги, минуту, - председатель поднял трубку. - Да... Я... Да... Вы правы... Как раз сидим, обсуждаем... Всё верно... Согласен... Понятно... Хорошо... Сделаем... Поддержим... Конечно... Обязательно... Непременно... До свидания...
   - Так, о чём, я? - мужчина аккуратно положил телефонную трубку на рычажки. Тяжело опустился на стул.
   - Кирилл Петрович, - секретарь напомнил председателю - Мы хотели вынести осуждающее решение по антисоветской деятельности товарища Зелинского.
   - Да? Разве? - начальство больше минуты выходило из состояния анабиоза. Пыталось собраться с мыслями, быстро обдумать создавшееся положение.
   - Тогда. Значит. Поступим. Так... Учитывая многочисленные положительные отзывы телезрителей. А также, мнение руководства и членов художественного Совета. Предлагаю признать последний выпуск "Кабачка 13 стульев" - удачным экспериментом. Особо отметить и похвалить создателей передачи за привлечение яркой, талантливой, самобытной молодежи с песнями на итальянском языке. На этом, сегодняшнее заседание, объявляю закрытым. Кстати, товарищ Зелинский? В следующую среду ждём от вас сценарий "Новогоднего кабачка". Надеюсь, вы услышали просьбы зрителей, о включении в программу полюбившихся песен пана Итальянца?
   - Э, да, конечно, - амнистированный "враг народа" удивлённо поднял брови.
   - Вот и хорошо. На сегодня, все свободны. Заседание Совета считаю закрытым.
  
   44.
   - Марья Ивановна, утро доброе! - к тумбе вахтера подошла седоволосая женщина в тёмном халате с ведром и шваброй в руках. - Как дежурство? Всё ли в порядке? Какие новости?
   - Та какие у нас новости, Ларочка? Никаких. Всё спокойно, как в том вшивом Багдаде. Будь он трижды не ладен.
   - А чего Рая Селевёрстова щемится от вас, будто обидела чем?
   - Не напоминай мне про эту вертихвостку! - на работающую в конце коридора девушку метнули настолько раскаленный от ненависти взгляд, что показалась та сейчас задымится. - Видеть не могу! Забудь про неё. Про что хочешь, говори - только не про неё.
   - Почему? Что случилось?
   - Ничего не случилось. Пригрели на груди змею подколодную. И главное - мы с ней по-дружески, почти как родные: Ля-ля тополя, ту-ту растуту, тоси-боси маркоси. А она, нам, вон, чего выкинула. Полотёрша неблагодарная!
  
   Женщина удивлённо вскинула брови. - Господи, Марь Ивановна? Да что произошло?
  
   - А ты прям, не знаешь?
   - Откуда? Я сегодня первый день из отпуска.
   - Эта изменщица, фулюганка, рецидивистка, предательница - полные руки вахтёра возмущенно прижались к груди. - Прямо под Новый год! Бросает работу, коллектив, всё на свете и летит за границу. И не в какой-нибудь, там - Лаос, Вьетнам или Монголию. И даже не в Ге Дэ эР, а во Францию! В ПАРИЖ!
   - Не может быть?! - не поверили вахтёру.
   - Может! Вчера на стене вывесили списки артистов и сотрудников, которые поедут на гастроли по приглашению французской компании - названия не помню. И представляешь, в списке, под номером двадцать семь, написано ФИО - не Завхоза, и даже не ответственного сторожа-вахтера (Которая кровью и потом заслужила больше всех эту поездку), а простой технички Раисы Селевёрстовой!
  
   - Подождите, Марья Ивановна? Голова кругом - ничего не понимаю: Какая Франция? Какие списки? Творческие коллективы из простого Дома культуры не возят за границу. Они же не артисты Большого театра или Филармонии? Кто их туда выпустит?
  
   - Откуда я знаю? Чего они там "в верхах" намутили! Но! Факт остается фактом: Эти противные "Березки" через два месяца. В декабре. В канун нового года. Едут в Париж. У них там какой-то бесовский сейшен - мейшен - выступление - слёт - концерт. Перед новым фильмом, споют песню. А вместе с ними будет тусить и наша фулиганка, дармоедка, бездельница Райка. Тьфу, глаза бы на неё не смотрели!
   Мысли седовласой слушательницы, от таких новостей, на несколько минут зависли, остановились, присели покурить, подумать, перетереть о былом. Ничего не понимая, женщина замотала головой...
   - Хорошо, допустим - невозможное - случилось: "Березки" едут с гастролями в Париж. А Рая причём? Она - простая уборщица: Моет полы в коридорах, вытирает пыль, убирает мусор, наводит порядок?
  
   - Представьте себе! - обвинительница покраснела, пошла пятнами от волнения, замахала ладонью перед лицом как будто веером.
   - Я! - как раба на галерах, тружусь не покладая рук, без перерыва, отдыха и перекура! Несу ответственность за огромный объект. Выдаю инструмент. Стаю, как статуя, с утра и до вечера - и не какого признания. Зато! Простая уборщица! Не напрягаясь, поучаствовала в ихних дурацких встречах, субботниках. Посетила несколько концертов, будь они трижды не ладны. И теперь её берут с собой в Париж. Это, что? Справедливо?
   - Марь Ивановна, зря вы так. Девочка старалась - участвовала - проявляла себя. А вы её обижаете.
   - Я, зря?! - решительно встали со стула. Жестко навалились на стойку. - Да я принесла пользы в пять раз больше чем она! Вспомни, я всегда первая встречала этих шибанутых воздыхателей "Берёзок". Здоровалась. Улыбалась. Отвечала на их дурацкие вопросы. Гоняла шваброй по всему ДК, чтоб они не лезли куда попало со своими гитарами! И вот она благодарность: За потерянное время, нервы, здоровье - Раечка, значит, пусть едет и отдыхает в Париже, а ты Марья Ивановна - сиди, пыхти, гоняй этих волосатиков дальше?!
  
   45.
   Где-то далеко, далеко... На окраине Солнечной системы. За орбитой Плутона. В самом холодном и темном месте, называемом облаком Оорта. Уже многие миллионы лет бездыханно дрейфуют триллионы неизведанных объектов.
   Внезапно. Что-то изменилось. Случилось. Произошло. Миг... и один из них исчез.
   .....
  
   Актив женского общежития перешел к обсуждению последнего вопроса.
   - Прошу не шуметь, - секретарь собрания, постучала чайной ложечкой по графину, продолжила свою речь.
   - Мы, как сознательные комсомолки, должны поддержать своим трудом водителей такси. На клумбу у проходной таксопарка завезли несколько машин с грунтом. Надо выйти - помочь ребятам - разгрести землю. Предлагаю, завтра - в субботу - с самого утра, взять лопаты и провести субботник. Ставлю на голосование - кто за?
   - А чего это мы должны разгребать землю? - возмутилась крупная дородная, богатырского телосложения активистка. - Это вообще тяжелая мужская работа! Мы - девушки: Можем дорожки подмести, мусор убрать, цветы посадить. А копать - это не к нам!
  
   - Правильно. Верно. Не наше дело! - присутствующие решительно поддержали агитаторшу. - Пусть разбрасывают мужики!
  
   - Внимание, тишина... - очередной стук ложкой по стеклу. - Это нормальная, обычная работа. Ребят у нас нет. Поэтому водителям таксопарка придётся помогать собственными силами.
   - Как, нет? - "Илья Муромец в юбке" поднялась с места, развернула богатырские плечи. С хрустом сжала кулаки. - А комендант, что? - Не мужик? А слесарь? В конце концов, этот новенький, которого в сушилку заселили. Уже набралось три человека - почти бригада. Пускай работают!
   - Девочки! Ну, какие это мужики? Иваныч - старый, хворый, с войны в ногу раненый. У слесаря недавно вырезали аппендицит. А новенький вообще какой-то синий, худенький, "больной". Более того, я с ним уже говорила - он завтра не может - у него очень серьезные и ответственные планы.
   - Какие, к чертям, планы? - из народа вынырнула рыжая девушка в очках. Лариса Корычева мгновенно почувствовала свой шанс отомстить бывшему "жениху". - Как дурные письма писать из армии - он здоровый - жилистый. А как лопатой грести - сразу задохлик, больной. Пускай идёт - работает. Труд, как известно, облагораживает человека. Тем более - его!
   - Девчата, тише! - секретарь из последних сил попыталась успокоить присутствующих.
   - Чего тише? - былинная мужененавистница резко поднялась с места. - Лариска! Айда, к этому лодырю, скажем про субботник! А то вишь, пристроился в своей комнатушке - планы у него!
   .....
  
   В дверь кабинета профессора метеорологии Селезнева тихо постучала горничная.
   - Иван Петрович, к вам только что приходил молодой человек. Просил передать камень - сказал обломок от редкого метеорита. Уходя произнёс, если интересно - на листе адрес падения основной части.
   .....
  
   Районное отделение милиции кипело, бурлило и даже швырчало как на сковороде.
   К открытому окошку дежурного подошел молодой краснолицый лейтенант. В новых больших начищенных сапогах, тщательно отглаженных стрелках и с традиционным кожаным планшетом на плече. Улыбнулся симпатичной коллеге. Поиграл бровями. Протянул в окошечко свежесорванный с клумбы цветок.
   - Любовь Ляксеевна, - произнесли игривым голосом. - Это вам от многочисленных поклонников в моём единственном лице. Любуйтесь на здоровье, вздыхайте божественный аромат - и не в чём себе не отказывайте.
   - Ох, Сашка - всё шутишь? А мне сегодня не до шуток - не дежурство, а день приема душевнобольных и психически нездоровых. Часа не прошло - вся в пене: Сперва девочка с фотографией. Ой! - сбежала обезьянка. Умеет читать, считать, играть в кубики, знает несколько слов. За ней бабушка - пенсионерка пожаловалась на соседа, который, организовал в квартире "Западный" притон. К нему, видите ли по ночам, приходят неизвестные личности и тихо, едва слышно через стену в стетоскоп, поют американские песни. Последней зашла старшая из дома номер девять. Ночью с детской площадки украли грибок. "Посадили" в соседнем дворе. Одним словом, не смена - кошмар!
   - Любушка-голубушка! - офицер галантно щёлкнул каблуками и достал из кармана плитку шоколада. - Предлагаю угостится чем-нибудь сладким. Попить, так сказать, успокаивающего нервы целебного кипятка.
  
   К окошку аккуратно продвинулся седовласый мужчина с длинной козлиной бородой. - Вечер добрый, товарищи милиционеры. Я, профессор метеорологии Иван Петрович Селезнёв.
  
   - Здравствуйте, - дежурная располагающе улыбнулась. - Слушаю вас.
   - "Коллеги", тут, такое, дело. В общем, я случайно узнал, на нашу столицу, на Москву, прямо в центр цветочной клумбы, упал метеорит. Очень большой и довольно тяжелый экземпляр. Весом, тонны три - четыре, а может быть и все пять. Друзья мои, я сходил, посмотрел на него - это сенсация! Я не могу определить его состав - там все элементы - науке неизвестны. Я уже позвонил ученикам, доложил в институт, на кафедру - завтра прибудет группа студентов, рабочих - начнём извлекать инопланетного гостя из земли. Но! Это будет завтра. А сегодня, его надо срочно взять под охрану. Понимаете? Срочно! Хотя бы до утра.
   - Простите, товарищ профессор? Я не поняла? Кого надо взять под охрану?
   - Метеорит! - уверенно затрясли бородой.
   Женщина обернулась к лейтенанту. Многозначительно заморгала накрашенными ресничками, как бы показывая... - Вот, я же говорила - "Клиника на колёсах - прогрессирует!".
   - Итак, товарищ Селезнев", - произнесла дежурная серьёзным тоном. - Вы утверждаете, на город упал огромный пятитонный метеорит? Плюхнулся прямо в цветочную клумбу? И теперь сотрудники районного отделения милиции должны его охранять?
  
   ***
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   5
  
  
   66
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"