# Школьные принадлежности -проект-

Сергей Васильевич Васильев

В школе интересней, чем думают в министерстве образования!

С. Васильев


Если в книге только стихи, то хочется рассказов, а когда одни рассказы, то не хватает стихов, а когда есть и то и другое, то хочется ещё чего-то...

В результате получился сборник рассказов, стихов, шуток, частушек, игр и прочего. В предлагаемую вниманию читателя подборку включены почти все рассказы и некоторые стихи, публиковавшиеся в печати.


Из сборника 'Школьные принадлежности':


Школьные принадлежности

Первая линейка в форме квадрата

Про учебный год

Взвешивание

У доски

Из хроники кабинета биологии

Контрольная (биология)

Паук

Определение плотности тела

Алхимик и наследственность

Монтаж отменяется

УУ

Сказка о школе

Языки

Даты и пираты

Домашнее задание

В поисках несправедливости

Ура, каникулы! Весна!

Физкультура и воспитание

Генеральная уборка

Творческие мучения

Подведение итогов

Тёмной ночью 21-го века

Разные взгляды

Марш отличника - Плач двоечника

Истории из истории


Школьные принадлежности


Главная школьная принадлежность -

Это, конечно, в учёбе прилежность!

Считают родители, учителя...

И, может быть, даже считают не зря.

Но нужно учитывать мнение прочих -

Учащихся, то есть сыночков и дочек.

Взрослые, жизнь-то разнообразна!

И разнообразностью этой прекрасна!

Учебники тоже нужны и тетради...

Тут сил мы напрасно на споры не тратим,

Ручки, резинки... и даже дневник,

Хотя к 'забыванию' он уж привык.

Мы тяжести эти таскаем в портфелях,

С одной лишь единственной, радужной, целью,

Чтоб там поместились и важные вещи,

Пусть папы назвали бы это всё резче.

Но как же девчонкам без украшений?

Мальчишкам же нужно вооруженье!

Одной ведь линейкой не победишь,

А только, пожалуй, что всех насмешишь.

Нам столько для школы нужно всего!!!

Что даже придумать за раз нелегко...

Портфель превратим мы в учебном процессе

В пиратский сундук и шкатулку принцессы!

Всё это влияет на настроенье,

Что очень существенно для постижения

Премудростей, хитростей, всяческих знаний,

Которых побольше, чем в расписании!

Жизнь ведь богаче учебных предметов -

Пора бы и взрослым, вспомнить про это!


Первая линейка в форме квадрата


Ещё весной Александр мирно ходил в детский садик и подобных проблем перед ним не возникало. А тут вот, здравствуйте! Он и не ожидал от мамы такого подвоха... Любовь к цветам перевесила любовь к сыну.

Если букет держать правильно, то ничего не видно, а если так чтобы всё видеть, тогда начинают возмущаться сосед с одной стороны или соседка с другой.

Александр был на линейке в первый раз и поэтому ещё не знал, как себя вести. Он вздохнул и повернул букет хвостиком вверх.

- А так можно? - тихонечко спросил сосед.

- Ни в коем случае, - важно заявила ушастая соседка.

- Пока мама не видит, - можно, - нашёл компромиссное решение Александр.

Теперь у него появилась возможность крутить головой и рассматривать всех вокруг. Ученики были выстроены квадратиком. По трём сторонам, так что самые большие одинадцатиклассники оказались напротив первачков. А четвёртую сторону заняли разные важные дяди и тёти.

- Какая же это линейка, если получился квадрат? - удивился Александр.

- Подумаешь, умник! - фыркнула соседка и затараторила. - Даже если нас в круг выстроят, всё равно будет называться 'линейка'! Потому что 1 сентября! Так каждый год бывает! Мне старшая сестра говорила, а она уже во втором классе!

Хорошо, что слово взял представительный дядя, которому тоже было жарко, но он мужественно терпел, как и первоклассники. Вокруг зашептались: 'Директор! Директор! Тише! Директор!'... И соседка замолчала. 'Директор!' - звучало солидно и требовало к себе уважения.

Это старшеклассники знали, что директора зовут Иван Иванович, а первачки думал, что дядю зовут Директор.

Директор Иван Иванович торжественно осмотрел ряды нарядных школьников от первого класса до одиннадцатого. Только Александру показалось, что посередине директору захотелось грустно вздохнуть, но он сдержался. Прямо перед Иваном Ивановичем, вот уже третий год подряд, в очередном седьмом классе стояли Фуфырчиков и Демидролов. Каждый год классы переходили на новое место, а эти двое упорно торчали напротив...

Потом говорили другие дяди и тёти, все всех поздравляли и желали успехов, обещали много удивительного ... Только сейчас Александру больше хотелось мороженного. Свежеиспечённый под солнышком первоклассник усилием воли прогнал признаки проявления слабости и малодушия: он теперь школьник, и перед ним открыты перспективы и горизонты - через одиннадцать лет он окажется на противоположной стороне... главное терпение и усердие.

А потом громко заиграла музыка и Елена Ивановна повела первый класс по 'кругу почёта', который тоже оказался квадратом. Но Александр уже не возражал... У него появилось подозрение, что во взрослой жизни не всё называют так, как есть на самом деле.

Вечером, после торжественного обеда, мама заглянула на школьный сайт.

- Ой, смотрите! - позвала она всех. - Здесь уже фото с линейки разместили.

На общей фотографии первоклассников лучше всех было видно Александра, а у всех остальных из-за букетов торчали только чубчики и бантики.

- Оригинал! Весь в папочку! - вздохнула мама.

- Просто первоклассникам нужно выдавать букеты по росту, а не самый большой в магазине, - вступился за сына папа, он тоже не любил ходить с букетами. - Вот завтра будет легче, завтра только портфель нести.


Про учебный год


Николай, с неподходящей для троечника фамилией Передовиков, с удивлением рассматривал карманный календарик. Календарь, на зависть всем одноклассникам, был с портретом директора! А что? Чем Иван Иванович хуже Филиппа Киркорова?

Только сейчас Передовикова волновала совсем другая его сторона. Наконец он сформулировал вопрос и толкнул в бок друга Мишу Сёмушкина, отвлекая его от усвоения нового материала.

- Миш, смотри, какая вопиющая несправедливость!

- Ну, чего ещё?

- Ты только посмотри, что творится!

- Что и где творится? - обречённо спросил Миша.

Сёмушкин был отличником. А с Николаем они начали дружить ещё за много лет до того, как суровый учебный процесс разделил всех на 'успевающих' и опаздывающих, то есть 'отстающих'.

- Смотри! - Николай для наглядности водил пальцем по календарю. - В первом полугодии четыре месяца: сентябрь, октябрь, ноябрь, декабрь. Правильно?

- Ну, да...

- А во втором пять: январь, февраль, март, апрель, май! Вот тебе и ПОЛУгодие! Если бы я так девять на два разделил, что бы мне Ольга Николаевна поставила?

- Разницу.

- Какую?

- Ну, пять минус четыре...

- Вот! Даже двойки бы не поставила, - Передовиков был горд своим открытием и сразу выдвинул предложение. - Нужно месяц май передать летним каникулам - для восстановления справедливости!

- Лично я не возражаю, - Сёмушкин поддержал инициативу друга, потому что каникул много не бывает при любой успеваемости.

- И ещё нужно выровнять все четверти! По самой короткой! Не может же одна 'одна четвёртая' быть больше другой 'одной четвёртой'! Это противоречит элементарной математике! - Николай настолько был возмущён несправедливостью, что начал употреблять научные термины, обычно он себе этого не позволял. - И каникулы нужно привести в соответствие! Выровнять по самым большим!

- Не выйдет. Нестыковочка получается.

- Это почему?

- Потому что если брать самые длинные - весенне-летние - май, июнь, июль, август, то понадобится 16 месяцев. А в году их всего 12.

- Жаль... - расстроился Передовиков и для верности пересчитал месяцы в календаре.

Как ни печально, их было 12. После почёсывания затылка число месяцев не изменилось.

- А Славка, вообще, предлагает поменять четверти и каникулы местами, - постарался утешить друга Михаил.

- Не-е, не пойдёт.

- Почему?

- Летом загорать полагается и витамины поглощать. Представь: мы все в плавках и купальных костюмах хрумкаем яблоками на литературе, - Николаю даже как то неудобно стало за себя и одноклассников. - Что скажет Галина Петровна? Уж не будем говорить о том, что она подумает...

- Ну, да... и здесь нестыковочка.

- А учителей нужно беречь! Их мало.

- Согласен - численный перевес явно на нашей стороне, - Сёмушкин начал проникаться сложностью ситуации, даже свёл брови в задумчивости. - Проблема требует изучения и осмысления...

Михаил любил трудные задачи, особенно неразрешимые.

Только тут прозвенел звонок, и друзья побежали в буфет. Потому что, если правила деления учебного года ещё предстояло выяснить, то 'буфетный' закон давно всем известен: 'Чем позже придёшь - тем дольше стоять в очереди!'


Взвешивание!


Как-то утром папа Михаил Дмитриевич решил заняться воспитанием сына Дмитрия Михайловича, который ещё оказался и учащимся четвёртого класса.

- Давай, - говорит Михаил Дмитриевич, - взвесим все 'ЗА' и 'ПРОТИВ'!

- Давай взвесим, - согласился Дмитрий Михайлович.

Поскольку, если уж человеку чего-нибудь захотелось, то нужно дать ему возможность реализовать это желание. Не давать реализовывать желание - негуманно... а папе ещё и трудно, и опасно.

В этот раз камнем преткновения стал портфель сына, потому что папа об него споткнулся... или преткнулся... как правильно?

Папа изобразил такие весы как в аптеке, только очень большие, а потом начал раскладывать на одну чашку одно, а на другую - другое. Михаил Дмитриевич раскладывал, а Дмитрий Михайлович внимательно наблюдал, чтобы не было обвеса или другой несправедливости.

Только это колбасу просто взвешивать, а здесь мнения могут различаться, причём существенно.

- Вот учиться нужно? - поинтересовался папа.

- Нужно! - бодро ответил учащийся четвёртого класса, поскольку иногда своё мнение лучше держать при себе.

- А зачем тебе пистолет? - спросил папа, извлекая из портфеля бластер последней модели.

- Вот, нужен он в школе? Нет! - папа опять поднял две ладони и раскладывал аргументы в свою пользу.

- Помогает он в учёбе? Нет! - левая папина ладонь опускалась всё ниже.

- Может быть, с ним портфель становится легче? Нет! - ладонь опустилась до предельной отметки. - Ни одного аргумента 'за'!

Сыну пришлось промолчать, потупив взор. Как объяснить взрослому и образованному человеку, что бластер крайне необходим для выполнения домашнего задания: если Вовке не дать пострелять, то он не даст списать...

Дмитрий Михайлович обошёл папу с другой стороны, и левая ладонь Михаила Дмитриевича стала для него правой, а все 'НЕТ' превратились в 'Да'.

Тут мама позвала всех завтракать. Мама всегда говорила, что всё нужно делать 'вовремя!'. Вот и сейчас завтрак случился 'вовремя', поскольку папе пришлось завершить и взвешивание, и наставления.

Из этой поучительной истории четвероклассник Дима сделал исторические выводы:

во-первых, всё относительно;

во-вторых, утренние наставления короче;

в-третьих, важные решения взрослым доверять нельзя;

в-четвёртых, нечего разбрасывать портфели на дороге - это главное!


У доски


Усердно шевеля губами,

Изображая счёт 'в уме'...

И даже двигая ушами,

Чтоб было легче голове...


Я у доски решал задачу.

Ну не решал, а делал вид,

А вдруг всё кончится иначе -

Звонок с урока прозвенит...


Или случится озаренье,

Или подскажет кто-то вдруг...

Тут важно, как нигде терпенье!

Ну ... и ещё хороший слух.


Из хроники кабинета биологии


Скелет Феликс Матвеевич считался уже заслуженным работником образования, но по-прежнему брал на себя повышенные обязательства. По ночам он вытирал пыль с экспонатов. Только в силу преклонного возраста последнее время стал задрёмывать, не окончив работы. Поэтому мужественная Маргарита Вениаминовна каждое утро приходила раньше всех и провожала его на место.


Глафира, несмотря на сорокалетний стаж чучела, своих вороньих привычек не забывала и таскала в гнездо всё блестящее. При очередном переполнении закромов дно гнезда проваливалось, и некоторые счастливчики могли обнаружить исчезнувшие ранее точилки, значки, брелки, пуговицы и даже сотовые телефоны. А завхоз Надежда Васильевна однажды нашла связку ключей массой 1,5 килограмма, потерянную в прошлом году.


Больше всего неудобств учащимся доставлял экран успеваемости, которым заведовало старательное и трудолюбивое приведение Кеша. Среднеклассники были убеждёнными реалистами и понимали, что сама Маргарита Вениаминовна так часто и столько много оценок выставлять не в силах, ей же ещё нужно было к урокам готовиться. Поэтому в своей плохой успеваемости винили Кешу, но он был осторожным приведением и днём никому не показывался.


Портрет амёбы Варвары Митрофановны кисти неизвестного школьного живописца прошлого века обладал магическим свойством - при подробном его рассматривании учащиеся засыпали, и разбудить их мог только звонок с урока, а в экстремальных случаях - локоть соседа. Когда с портрета стирали пыль, Варвара Митрофановна становилась ещё краше... можно сказать, неотразимой.


В джунглях на подоконнике водились дикие звери, поэтому девочки боялись одни поливать растения после уроков. Они просили остаться мальчиков, которые мужественно соглашались, презрев опасности. Скорее всего, только благодаря этому пока никого не съели.


Зимой единственным живым, но сонным, экспонатом был паук Федя. При повышении температуры к нему добавлялись мухи, но их численность всё время менялась. Общественность подозревала Федю... только, он отмалчивался. У паука был тяжёлый характер, и он вообще никогда не улыбался.


Маринованная лягушка Василиса, напротив, всегда всем приветливо улыбалась, с интересом рассматривая окружающий её банку мир. Наверное, потому что это случалось нечасто. Большую часть времени Василиса проводила в заточении - в темном шкафу лаборантской, вместе с находившимися в аналогичном состоянии другими представителями пресмыкающихся. Больше всего её интересовали новые веяния в моде, но девчонки почему-то боялись подходить близко.


Контрольная (биология)


Взирало чучело вороны

На класс, пыхтящий над контрольной.


Листок с ответом незаметно

По классу тихо пробирался.

С презрением смотря на это,

Скелет ехидно ухмылялся.


И всё ехиднее, чем дальше,

Отличник что ли был он раньше?!


Ползла амёба по плакату,

Который год упорно вверх,

И воздух, весь густой, как вата,

Окутывал нас плотно всех.


А строгий взгляд поверх очков

Серьёзней был стальных оков.


И всё тянулось так неспешно,

Словно резиновое, время,

Но нужно досписать, конечно...

И Дарвин над доскою дремлет.


Ну... может, и не Дарвин вовсе,

Спрошу потом у друга Кости.


Ура! Уже звонок спасительный,

Из класса выпускает всех,

И мы бежим-летим стремительно,

И снова шутки, снова смех.


Эх, если б не контрольные работы,

То жизнь была б светла и беззаботна!


Паук


В углу сидел паук угрюмо,

Тяжёлую он думал думу,

Что жизнь устроена нелепо,

Поскольку раз в году лишь лето.

Всю зиму был паук не в духе,

Он ждал, когда проснутся мухи.

Сезон охотничий открыв,

И про опасности забыв,

Начнут летать и тут и там,

На радость разным паукам!

Хоть, правда, муха не бизон...

Но ведь и в мухе есть резон!


Определение плотности тела


Самое трудное в лабораторной работе это выполнить все инструкции по технике безопасности, потому что они мешают творческому процессу! Если их соблюдать, то никогда ничего не разобьётся, не взорвётся и даже не задымится!

Пётр Фёдорович строго смотрел поверх очков на семиклассников и выглядел монументом, поставленным, а честь дисциплины.

- Это настоящая исследовательская работа, поэтому нужно строго следовать описанию в учебнике, моим указаниям и замечаниям Спиридона Матвеевича!

Спиридон Матвеевич был лаборантом- пенсионером, упорно верившим в то, что инструкции могут спасти физкабинет от разрушения.

- Измерять будем плотность металлических цилиндриков, т.е. неодушевлённых предметов. - И Пётр Фёдорович выразительно посмотрел на Демидролова.

В прошлом году Юра захотел определить плотность лягушки из зооуголка начальной школы. Поэтому лабораторной работы не получилось: половину урока ловили лягушку, а остальное время собирали разновесы. И кто додумался делать такие маленькие гирьки!? Вот килограммовые потерять практически невозможно, о них бы все спотыкались.

Потом класс переписывал лабораторную после уроков, но Фуфырчиков и Демидролов были заняты более важными делами к величайшему удовольствию Спиридона Матвеевича.

А, вообще, жизненный опыт позволял третьегодникам Демидролову и Фуфырчикову не скучать, ни на каких лабораторных работах, да и всяких других уроках и мероприятиях...

На этот раз они были сосредоточенны и исполнительны, чем ещё больше усилили подозрения лаборанта-пенсионера. Для уравновешивания весов Александр Фуфырчиков даже пожертвовал запиской от самой красивой девочки в классе с волнующими сердце словами: 'Сам дурак!' и отрывая от неё кусочки нежно клал на левую чашку. Стрелка замерла в строго вертикальном положении. Теперь можно было открыть коробку с разновесами и смиренно посмотреть на Спиридона Матвеевича. Тот начинал нервничать.

- Вы уже третий год делаете эту работу, постарайтесь, пожалуйста, обойтись без жертв!

- Постараемся, - изобразил крайнюю степень послушания Фуфырчиков, но лаборант-пенсионер и не подумал переключить внимание на кого-нибудь ещё.

Пришлось Демидролову аккуратно поставить цилиндрик на левую чашку и терпеливо выставлять гирьки на правой. Потом они с Саней несколько раз пересчитывали, что у них получилось в сумме, но, ни разу результаты не сошлись...

- Что, плоховато у нас, уважаемые, с математикой? - ехидно заметил Спиридон Матвеевич.

- Да. И мы заметили много недочётов в работе Ольги Николаевны, - согласился Фуфырчиков. - Просто нам неудобно делать ей замечания.

Приближался торжественный момент измерения объёма при помощи измерительного цилиндра, который носил гордое имя 'мензурка'!

Лаборант весь напрягся, Пётр Фёдорович начал приподниматься со своего места уже открывая рот для обличительной речи... но, друзья мензурку не разбили, поскольку не ставили перед собой такой задачи. Хрупкий измерительный цилиндр разбила отличница Риточка Букашкова, потому что у неё банты были больше чем уши у Чебурашки. Причём, ей за это ничего не было. Пётр Фёдорович только вздохнул и сказал, что самая большая его мечта, это небьющиеся мензурки.

А Юра Демидролов под внимательными и настороженными взглядами Спиридона Матвеевича и Петра Фёдоровича, при моральной поддержке Сани Фуфырчикова, торжественно налил воду и начал погружать цилиндрик на специальном крючочке. По мере погружения глаза у учителя и лаборанта расширялись, а друзья принимали всё более невинный вид.

Тело исчезло на глазах у изумлённой публики, как сказали бы в цирке, и измерить его объём больше не представлялось возможным.

- Э-э-э... - начал было Спиридон Матвеевич.

- Однако, - закончил за него Пётр Фёдорович.

Такая ситуация, чтобы оборудование не билось, не ломалось, а просто исчезало, была у них впервые. А Демидролова и Фуфырчикова переполняла гордость - представители педколлектива потеряли дар речи.

А, ещё девятиклассник Зябликов рассказывал, что в восьмом классе бывают работы по электричеству! Только, если судить по тому, что физкабинет ещё цел, заметных результатов в них никому пока достигнуть не удалось. Пока...

Впрочем, для того что бы произвести впечатление, вовсе не обязательно устраивать конец света. В этот раз оказалось достаточным прочитать кое-что из книжки 'Фокусы для всех!', ну и 'Занимательная химия' не помешает.


Алхимик и наследственность


Алхимик мудрый, много сил потратив,

Но, странного желанья не утратив,

Нашёл всё ж формулу, которая позволит

Взглянуть ему на дальнего потомка!

К примеру, на пра-пра-пра-пра... (немного отдохнуть он соизволил)

Пра-пра-пра-пра-пра-пра... (тут начал эти 'пра' он комкать)

Пра-пра-пра- правнука в сто тридцать первом поколении!

Изрядно утомившись, к тому же несколько раз сбившись,

Закончил он перечисления... (точнее бросил)

И вот мудрец в большом волнении

Волшебный шар натёр составом новым

И в нём узрел лицо... как будто бы знакомое,

Как будто он себя увидел в детстве,

Вот конопушки - часть наследства...

И затуманился слезою предка взор...

А это у доски потел Егор.

Ему как раз не повезло, его, как будто бы назло

Вдруг вызвали домашнее заданье отвечать...

По химии... он пробовал бурчать,

Что, мол, не задавали, что он не успел, что отключали свет...

Но всё напрасно - у педагогов состраданья нет!

Невнятно так Егор стал что-то бормотать,

И делать вид, что знал, но подзабыл как тут сказать...

Поверил только мудрый предок

И принялся подсказывать сквозь время,

Потомок взмок, пытаясь разобрать

Что шепчет кто-то, силясь подсказать...

И ухом звук ловил проворно.

А сквозь века неслось: 'А-ш-ш-ш-ш два о...'

Егор и написал один раз букву 'Ш', два раза букву 'О'

'И ШОО это такое?' - спросил учитель озадачено.

'Ну, это... как его... ш-ш два о - вода... в учебнике так обозначена'

Как видно, в неученьи был пра-пра-пра- Егор весьма упорен

И чтоб не видеть своего позора

Накрыл мудрец хрустальный шар накидкой чёрной.

В подсказках толк, когда вы с материалом чуточку знакомы.

А здесь был случай, мягко скажем, несколько иной...

Точнее?.. Ну, можно так сказать: 'ни в зуб ногой',


Но, не смутившись, скажут кой-какие детки:

В таком конфузе виноваты сами предки,

Понапридумывали всяческих наук,

(побольше даже, чем стихов великий Пушкин)

А по наследству передали лишь веснушки.


Алхимик был рассеян, к сожаленью

Он промахнулся на тринадцать поколений,

И не попал во времена, в которых жил Арсений -

Любитель всяких взрывчатых составов...

Он от советов бы не отказался!

А в прочем, к лучшему - волшебный шар целёхоньким остался.


Монтаж отменяется!


- Нам нужно подготовить номер художественной самодеятельности. - С важным видом омрачила окончание уроков Риточка Букашкова и непреодолимым препятствием встала в дверях. Пришлось всем сесть на свои места. Риточка согласилась выпустить только учителя и он, сразу повеселев, убежал.

- А у нас Фуфырчиков с Демидроловым ни разу ещё не выступали! - коварно заявила самая красивая, по мнению Сани Фуфырчикова, девочка в классе - Ниночка Ромашкова... и сразу перестала ему нравиться.

- Не... мы можем изображать только монстров-великанов, которые пожирают маленьких человечков, - Саня талантливо изобразил процесс.

- Сразу видно, что ты Незнайками объелся. - Ромашкова оказалась не только коварной, но и вредной. Внешность часто обманчива.

- В общем, я занят... мне ещё физкультуру учить нужно, - Фуфырчиков решил окончательно вычеркнуть из своего сердца недавний объект воздыханий.

- А мне к трудовому обучению нужно подготовиться... морально... - максимально грустно изрёк Демидролов и демонстративно погрузился в уныние.

- Значит, мы усилим ваш коллектив Мишей Сёмушкиным и Колей Передовиковым! И поручим вам подготовить к послезавтрашнему концерту номер художественной самодеятельности, - решительно подытожила Букашкова. - Кто 'За'?

Естественно, что все были 'За!' и только четверо против.

- Номер... художественной... само... деятельности... если разобраться - бессмысленное словосочетание... - попытался спасти положение Сёмушкин, начиная рассуждения. Для увиливания от выступления, он был готов создать целую научную теорию.

- Значит, будете делать монтаж! - Риточка была непреклонна.

- Не сталевары мы, не плотники... - заголосил любимую песенку деда Передовиков. - А мы монтажники высотники...

- Завтра раздам всем слова, - не обращая внимания, продолжала Букашкова. - А выступать будете послезавтра.

- А если я умру? - не сдавался Сёмушкин.

- Сделаем укол. Всё. Все могут идти, - староста, отличница и активистка в одном лице отошла от двери, но никто не пошёл, всё побежали и только четверо артистов обречённо побрели, отягощённые мрачными мыслями.


Текст, который притащила Букашкова, был правильный, длинный и нудный, поэтому слов никто, кроме Сёмушкина, не выучил.

- Монтаж отменяется! - заявил Демидролов на закрытой первой и последней генеральной репетиции.

- А что применяется? - спросил Сёмушкин.

- Балет 'Лебединое озеро', - твёрдо сказал Саня Фуфырчиков.

- Целиком?.. - Миша уже понял к чему идёт дело, но сопротивляться было бесполезно - трое остальных творчески обязанные личности имели примерно в шесть раз большую массу...


Слабо трепыхающийся самый маленький 'маленький лебедь', между, можно сказать, солидными гусями, вызывал особое умиление у публики и чувствительного педагогического коллектива.

'Танец маленьких лебедей' в исполнении Демидролова, Фуфырчикова и очередных компаньонов шёл на ура третий сезон подряд, все были в восторге, кроме Букашковой, которая целую ночь собирала в интернете монтаж. И ещё высказала некоторые сомнения Алевтина Степановна - завуч по внеклассной работе.

- Надо бы, уважаемые, разнообразить репертуар, - заявила она за кулисами. - Третий год в седьмом классе и третий раз - один и тот же номер.

- Ну и что? В Большом театре 'Лебединое озеро' уже больше ста тридцати лет показывают... несколько раз в год, и ничего... - вступил в прения, окрылённый успехом Сёмушкин.

- Надёюсь, Саша с Юрой так долго учиться в школе не будут, - Алевтина Степановна удалилась объявлять следующий номер.

Демидролов, Передовиков и Сёмушкин, удовлетворённые результатом, обсуждали план возможных гастролей. А Сане Фуфырчикову было не до этого - он мучился, выбирая другую самую красивую девочку в классе, для тайных воздыханий. Только теперь его терзали сомнения: стоит ли ограничиваться только внешними данными?


УУ


Если учишься ты в школе,

Значит, есть с тобой в комплекте,

Что поможет в тяжкой доле

Освоенья спецпроектов -

Универсальное Устройство!!!

Для метаний ввысь и вдаль,

А также прочего геройства,

Раз устройство то не жаль.

Ещё на нём съезжают с горки,

Ставят штангой для ворот.

И без всяких отговорок,

Так бывает сто раз в год.

Ещё может то устройство

Стулом стать переносным,

Только он имеет свойство

Быть не очень-то большим.

Будет теннисной ракеткой,

Если сильно размахнуться,

И границей для соседки,

И причиной, что б споткнуться...

Может, словно барабан,

Повторять туземцев ритмы!

Если гневом обуян,

То щитом во время битвы.

Ещё может, ну как якорь,

Быть тяжёлым, неудобным,

Если двойка там застряла

С замечанием подробным.

Или стать воздушным шаром,

На каникулы летящим!

Ведь каникулы недаром,

Мы считаем просто счастьем!

Может быть ещё буфетом,

Или оружейным складом.

И вот разное всё это

Уживается в нём рядом.

Если кто не догадался,

В размышленьях сев на мель,

То, считайте, я признался,

Это просто же - портфель.


Сказка о школе


Не в некотором царстве, не в некотором государстве, не за горами, не за морям, а туточки, непосредственно. Что у нас сказок, что ли быть не может?


Жили - были сестрица Василиса, братец Илюша, братец Алёша, ну и другие родственники. Василисе, как самой младшей полагалось дома сидеть да братьев поджидать. Вот вернулись они однажды усталые, но гордые, а Василиса их и спрашивает:

- Ой, откуда это вы, братики, такие растрёпанные явились? Неужто, с поля брани?

- Утомились, конечно, но швабру недругам не отдали! - ответил Алёша.

А Илюша со лба пот вытер и добавил:

- Со школы мы пришли.

Только не унимается Василиса, дальше расспрашивает:

- Ой, а что такое школа? Расскажете? Маленькие, ведь почему любопытные и ко всем пристают, потому что они меньше знают... - а сама то на одного брата посмотрит, то на другого глянет.

Сделал Алёша серьёзное лицо и молвил строго:

- Не тараторь и головой не крути, а то конопушки осыпятся.

- Не буду, - испугалась Василиса и стала для верности конопушки ладошками придерживать.

- Ну, слушай, тогда сказку про школу, да не ус мотай...

- Ой, а у меня нету усов-то.

- Не умничай, а то нарисуем, - взялся за воспитание и другой братец, Илюша. - Слушай, мудрости от старших набирайся, сказка - ложь, да в ней намёк - тебе мелочи урок!

- Ой, а что такое урок?

- Урок - это когда почти целый час нужно сидеть и не шевелиться!

- Неужто возможно такое?!

- У нас ещё ни разу не получилось, - вздохнули братья, - а вот учителя говорят, что можно.

- Ой, а кто такие учителя?

- Учителя, это те, кто науки разные знает. Каждый свою. А с нас требуют, чтобы мы их все знали.

- Это как?

- Ну, вот один считать умеет, другой петь, третий прыгать, а мы должны и считать, и петь, и прыгать, и ещё много чего. Обязанность наша такая - доля значит!

- Да ну?!

- Вот тебе и 'да ну'! А ещё в школе на входе стражихи-технички сидят, до сроку никого не пускают, после срока всех выгоняют, а иноземцев с других школ, так на дух не переносят!

- Иношкольцев что ли?

- Иношкольцев, иношкольцев. Да и своим несладко приходится, особо, кто без второй обуви заявится.

Почесали братья затылки, толи техничек вспомнили, толи раздумывали, что ещё о школе важного поведать.

- И ещё другая стража по коридорам бродит - дежурные называются.

- Ой, а кто это - дежурные?

- Дежурные, это такие же ученики, только, когда время приходит, они целую неделю сами по школе не бегают и другим не дают. А потом ничего, потом опять нормальными становятся.

- И вам дежурными довелось быть?

- Пока нет. Но мы знатными дежурными будем. Потому что, если нас сейчас никто догнать не может, значит потом никто не убежит. - Заважничали братья, и носы в потолок задрали. - А ещё у нас линейки проводят!

- Какие такие линейки? Деревянные?

- Темнота! Не те линейки, которыми мы вместо мечей сражаемся, а те на которых всех по линии выстраивают. Это значит, пол-урока не будет! Соберут всех, кто спрятаться не успеет, в одной зале - шум, да гам. Выйдет тут директор, глянет правым глазом - улица, левым глянет - переулочек. А как умолкнут все, так речь молвит: кого казнить, кого миловать!

- Страшный директор-то этот?

- Строгий. По должности ему положено. А ещё бывает, прилетит...

- Змей - Горыныч?!

- Не, комиссия какая-нибудь - это проверяющие разные, и давай пожар устраивать! Учебный, правда, а не настоящий - понарошку значит. Хоть и понарошку, а куда школе деваться, чай не избушка на курьих ножках... одно спасение - эвакуация!

- Ой, а что это эва-ку-а-ция?

- Это значит, урока не будет, а то и двух.

- Да ну?!

- А между уроками всегда перемены бывают, там мы свои силы в битвах и теряем, а ещё и часть доспехов. Потому на нас батюшка с матушкой и сердятся. Зато закаляемся! А ещё дни здоровья бывают!

- Это когда никто не болеет?

- Нет, в такие радостные дни мероприятия всякие спортивные вместо уроков назначают.

- Ой, а когда же вы учитесь?

- Учёба - это не главное.

- А что главное?

- Сиё нам пока не ведомо. Ну что, пойдёшь теперь в школу?

- Уж и не знаю...

- Да ты не кручинься, - подбодрил Алёша, - тут особо сомневаться не приходится, сама не пойдёшь - родители поведут.


На том сказка и не закончилась, потому что школа и раньше была, и сейчас есть, и потом будет, и ученики тоже.


Языки

(бурчалка)


Ну, к чему понапридумали

В мире столько языков?

Явно что-то не додумали...

Тут в одном вон сколько слов!


Их хватило бы с лихвою

Обо всём поговорить,

И предметов нам с тобою,

Меньше было бы учить!


Я же 'краем уха' слышал

Про засилье иностранных

Слов и может даже чисел,

Да и терминов престранных...


Ну а здесь уж не слова,

Здесь уже большой словарь,

А проблема не нова -

Ею мучились и в старь.


И латынь тогда зубрили,

Кучу 'мёртвых' языков,

Хоть на них не говорили

Уже несколько веков.


Хорошо ещё не нужно

Нам учить язык звериный.

Вот мычали б классом дружно

Под учительский рык львиный.


Впрочем, это я бурчу

Потому что не готов,

А так, тоже я хочу

Знать побольше языков.


Даты и пираты


Таблица на странице была большой, даже огромной, целых двенадцать строчек, и совершенно не запоминающейся. Хмуря брови и старательно морщась, Вениамин Сидоров пытался направить мысли внутрь учебника истории. Мысли совершенно не хотели туда направляться и разбегались в разные стороны, скакали по партам, потолку... а некоторые уже выскочили в коридор.

- Даты, даты, даты, даты... Все запомнишь их?

- Куда там... Вот бы, если про пиратов! Или, если бы про клады... - грустно откликнулся Семён Маликов. Ему тоже не нравился этот набор цифр и букв, которые нужно было выучить ещё в прошлой четверти.

- Точно! Нужно найти старую карту, на которой отмечено место, где зарыт клад! - выпучил глаза от внезапного озарения Веник, так для краткости звали Вениамина соратники по борьбе с успеваемостью.

- И где мы её возьмём?

- В каком-нибудь старинном сундуке.

- А, как мы по этой карте место найдём? - Семёна ещё одолевали сомнения.

- А мы у Зинаиды Михайловны спросим! Она же учительница географии, значит должна по картам разбираться! Наврём, что это по истории дополнительное задание, она нам и найдёт, где клад закопан!

- Закопан... а, копать, кто будет?

- У меня дедушка копать любит! У него в этом деле опыт, потому что есть дача с огородом! - всё больше воодушевлялся открывающимися перспективами Сидоров.

- Класс! Найдём клад и построим пиратский фрегат... - загорелся идеей Маликов.

- Не построим, а купим! Так быстрее. И наймём в порту команду отъявленных головорезов! А я буду капитан Вен!

- А я?

- Ты будешь второй капитан Сэм!


На капитанском мостике пиратского фрегата, несущегося по вонам с развевающимся чёрным флагом, стояли два капитана - Вен и Сэм. На горизонте показалась неуклюжая, старая калоша. Жалкое судёнышко. Оно еле ползло, потому что трюмы были до отказа забиты учебниками истории, а капитанствовал на нём Пётр Дмитриевич.

- Ага, попался! - кровожадно прорычал капитан Вен, увидев в подзорную трубу будущую жертву, а по совместительству учителя истории.

- На абордаж! - скомандовал отъявленным головорезам Сэм.

- Главное, отобрать у него машину времени! - важно кивнул Вен.

- У него есть машина времени?

- Клянусь попугаем кока! Он все истории рассказывает так, как будто сам всё видел!

- Точно! - кое-что в поведении учителя прояснилось и для Маликова. - А нам она зачем?

- Мы с её помощью всё исправим! В истории избыточное количество царей, а из-за них всяких битв. Если в детстве будущего царя или короля какого-нибудь убедить заняться делом....

- Каким?

- Полезным! Например, в судомодельном кружке... тогда их станет меньше...

- Кружков?

- Нет, монархов разных... ну, и войн тоже. Значит, меньше будет дат в истории! И меньше нужно будет учить! Нам человечество будет благодарно! Может быть, даже поставят памятник, - Сидоров мечтательно задрал нос.

- Хе - хе! По рукам, старина Вен! - совсем по-пиратски прохрипел второй капитан Сэм. - Дело за малым - найти сундук.

- Раз плюнуть! Клянусь дохлыми крысами в трюме. Фитюлькина должна знать, она же отличница. А, если ей показать дохлую крысу, то она всё расскажет.


Домашнее задание


По общему признанию,

Домашнее задание,

Бывает сложным слишком,

А часто - вовсе лишним!

Но вот у папы мнение,

Что дело здесь в терпении,

У мамы,- что в желании,

Усердии, старании.

А если есть сомнения,

Решите уравнение,

Чертёж вот начертите,

Гербарий соберите,

А также точку зрения

Представьте в сочинении!

Ведь это непосильный труд,

Когда друзья уже зовут...

Но папа прервал прения,

Он был не в настроении,

Пришлось пополнить знания

И выполнить задания,

Хотя морально было сложно....

Но... в виде исключенья можно.


В поисках несправедливости


- Вот, смотри... - толкнул в бок соседа Мишку Николай Передовиков и показал на извлечённый из кармана компас.

- Ну, компас. Ну, и что? - Сёмушкин не любил, когда ему мешали учиться, но исправить оценку легче, чем завести нового друга... пришлось переключать внимание.

- Вот, сколько сторон света?

- Четыре, это всем известно.

- А полюсов?

- Два - Северный и Южный.

- А где ещё два - Восточный и Западный?

- Нет таких полюсов, - Миша хотел почесать макушку, но спохватился, Зинаида Михайловна могла подумать, что он тянет руку и хочет

отвечать, а отвечать совсем не хотелось.

- Вот в чём и загадка. Представь, что мы стоим на Северном полюсе... Куда будет показывать стрелка компаса?

- На юг.

- Да. Куда не повернёшься, всюду будет направление на юг. А если встанем на Южном полюсе, то все направления будут показывать на север... - лицо у Николая стало тревожным и озабоченным. - А куда деваются Восток и Запад?

- Никуда они не деваются, - Сёмушкин был отличником и уже сообразил, в чём тут дело. - Компас ориентируется по магнитным полюсам, а их всего два: у Северного географического полюса - Южный магнитный, а у Южного - Северный.

- И кто так всё перепутал?

- Кто-то из предков, конкретно пока не установлено.

- Ладно, пусть у магнита два полюса, но географических должно быть четыре!

- Два. Вместо того чтобы выдумывать всякие несоответствия, лучше бы слушал, что учитель рассказывает, - Михаил нахмурился для важности и стал вникать в новый материал.

- Вот из-за таких черствых людей открытие Западного и Восточного полюсов опять откладывается на неопределённое время... - вздохнул Коля и принялся листать атлас Сёмушкина, свой он не носил, поскольку тот был неудобен для транспортировки и всё время мешался.

Через пару минут Передовиков опять толкнул соседа в бок.

- А почему у тебя атлас такой неинтересный?

- Такой же, как и у тебя.

- Это понятно... вместе покупали... но авторы могли бы вставить сюда и интересную карту, с зарытыми под землёй сокровищами или хотя бы ценностями...

Миша молча отлистал страницы и ткнул пальцем в разукрашенные цветными пятнами материки.

- Это что? - Передовиков недоумённо уставился на разворот.

- Карта полезных ископаемых. И сокровища, и ценности, и под землёй. Золото - тоннами, алмазы - вёдрами.

- А глубоко?

- Да, нет... где сто метров, где километр.

- А на поверхности есть где-нибудь?

- Есть... в ювелирном магазине.

- Вот и здесь вопиющая несправедливость! Железо и нефть человечеству нужнее, а золото и драгоценные камни ценятся дороже! - вздохнул Николай и, услышав свою фамилию в исполнении Зинаиды Михайловны, грустно добавил: - И вызывают всё время не тех, кто учил, а тех, у кого были более важные дела.


Ура, каникулы! Весна!


Везёт сидящим у окна,

Им видно всё прекрасно,

И что на улице весна,

И то, что небо ясно!


Пусть буквы чёрными шеренгами,

Проходят мимо ряд за рядом...

Страницами шуршат учебники,

А мысль уносится за взглядом...


И можно вдоволь помечтать,

Ладонью щёку подперев,

Что утром в школу не вставать,

Рифмуя строчки нараспев.


Знакомое 'последний день'

Витает в воздухе с утра,

Конечно же, 'учиться - лень',

Всем на каникулы пора!


И пусть оценки четвертные

Немного портят настроенье,

Простят суровые родные,

Пришли каникулы весенние!


Физкультура и воспитание


Физрук Олег Николаевич - строгий судья, это все знали. А ещё он был сегодня не в настроении, потому что Сёмушкин попал в него мячиком. Не очень сильно, но обидно. Вообще-то Мишка отдавал пас Кольке, но... футбол - это ему не квадратные уравнения, тут думать нужно, а не лупить по мячику как придётся.

Даже и пяти минут не прошло, как Олег Николаевич удалил с поля Саню Фуфырчикова, за то, что он толкнул Юру Демидролова. Ну, не просто толкнул, а так, что тот сбил ещё четыре человека. А Юра возмездие откладывать не стал, поскольку время матча ограничено. Футбольное сражение домой доделывать не возьмёшь, как сочинение по литературе. Футбол дело серьёзное! И Демидролов тоже толкнул Саню, да так, что тот сбил целых пять человек. Поэтому Олег Николаевич и его удалил с поля.

Теперь два друга сидели на скамейке и рассуждали:

- Вообще-то, судя по названию, физическая культура должна быть связана с культурой... - задумчиво начал Саня.

- А физическое воспитание с воспитанием! - поддержал его Юра.

- Да, - продолжил Фуфырчиков. - Вот две команды мячик по полю гоняют и толкаются. Где культура и воспитание?! Нет, чтобы подойти спокойненько так и спросить вежливо: Не нужен ли вам мячик? А то мы с удовольствием его вам отдадим и даже поможем донести до ворот. Как вам этот мячик? Может быть, другой принести поновей?

- Ага! - подхватил Демидролов. - А соперники должны физически культурно и воспитанно ответить: Что вы, что вы, мячик замечательный, только давайте отнесём его к нашим воротам. Если хотите, мы вам и гол поможем забить!

И у друзей разыгралась фантазия.

- Все такие в белых рубашках, с галстуками!

- В трусах и шиповках!

- А судья во фраке...

- В трусах и шиповках!

- Но, белая рубашка обязательно! Все должны вежливо раскланиваться и уступать друг другу дорогу.

- Тогда победителем будет считаться тот, кто меньше мячей забьёт.

- Точно!

Друзья хлопнули друг друга по рукам.

- То есть, проигравший... - поспешил закончить Фуфырчиков, потому что еле увернулся от 'точного' паса Сёмушкина, которому опять достался мячик, а потом продолжил: - Никакого воспитания! Пуляют в мирных зрителей мячиком, а ещё отличник!

- Не... культуру нужно повышать. Давай запишемся в студию бальных танцев, - Юрка даже приосанился и попытался причесаться пятернёй.

- А что... хорошая идея - там все воспитанные и девчонки симпатичные. Некоторые даже отличницы.

- Не... воспитание и девчонки - это не главное.

- А что главное? - озадачился Саня.

- Главное... - Демидролов важно поднял палец в небо. - Главное, что это единственное место, откуда нас ещё не выгоняли!


Генеральная уборка


У нас в классе генералов

Пока нет ни одного...

Но начальников немало...

Подчинённых никого!

Отдавать распоряженья

Легче чем чего-то мыть,

Обсуждать все предложенья,

Проще, чем тот гвоздь забить.

Ну начать-то мы начали

Наводить везде порядок.

Из шкафов мы всё достали...

И уселись сами рядом.

Здесь вопрос не в том - Что делать!

Здесь вопрос серьёзней - Кто?

Кто, что, где обязан сделать...

Кто ответственен за что?

А в нешуточных дебатах

Убедить друг друга сложно,

Просто числиться в солдатах.

Скажем даже - Невозможно!

Но потом пришёл учитель,

В нужной должности и чине -

Классный наш руководитель.

И исчезли все причины

Для разладов, ссор и споров...

Все вдруг сразу заспешили,

И уборку очень скоро

Мы, представьте, завершили...


Но осталось непонятным,

И никто не скажет толком...

Почему же 'генеральной'

Называется уборка?


Творческие мучения


У четвероклассника Димки было замечательное настроение! Он, даже, собрался написать доброе стихотворение про учителей.

- Ну-с, приступим! - важно сказал сам себе Дмитрий Михайлович, открывая чистую страницу, и задумался.

К слову 'учитель' и 'учительница' начинающий классик никак не мог подобрать рифмы. Всё время крутились - 'мучитель' и 'мучительница'. Целых два урока творческие муки одолевали Дмитрия Михайловича, а потом отстали. Потому что пришёл старший брат - известный на всю школу рок-музыкант, девятиклассник и по совместительству поэт Семён Зябликов.

- Стихи сочиняешь? - брат увидел чистый лист, изгрызанную ручку и всё сразу понял. - Про любовь?

- Не... я уже взрослый. Про учителей.

- Не советую... даже я себе этого не позволяю, - Семён принял вид памятника.

- Почему?

- Если получатся смешные, то они, могут, обидится, а если возвышенные, то все подумают, что автор подлизывается, - Зябликов старший перестал быть памятником самому себе. - Ключи от дома дай, а то я свои опять забыл.

Димка протянул брату ключи, а про себя подумал, что сочинять стихи даже труднее, чем причину невыполнения домашнего задания. Пусть учителя сами о себе стихи сочиняют. И, вообще, поэты кроме всяких рифм ничего не помнят и всё везде забывают... даже ключи от дома.

И Дмитрий Михайлович решил, что при следующем посещении вдохновения попробует себя в прозе.


Подведение итогов


Сколько ручек исписали,

Сколько за ухом чесали,

Сколько 'на ус' намотали...

Даже и не сосчитать!

Столько мы всего учили,

Столько мы всего зубрили,

Столько мы всего забыли,

Лучше и не вспоминать!

Снова лето наступает,

Снова все заботы тают,

Снова что-то там витает,

В общем, нужно отдыхать!


Тёмной ночью 21-го века


Вечно беззаботными и счастливыми дети могут быть только на рекламном плакате у ворот оздоровительного лагеря, а на самом деле отдых - дело нелёгкое.


- Не... зубная паста - это прошлый век. Так наши бабушки с дедушками развлекались. Сейчас другое время!

- И что ты предлагаешь?

- Ну, не знаю... можно послать всем девчонкам одновременно страшные ММС-ки или приведение соорудить...

- А приведение это не прошлый век? В простыни ещё прадедушки с прабабушками наряжались.

- Можно летающее приведение организовать.

- С вентилятором?

- С гелиевыми шарами! Что, один я всё должен придумывать, а вы только критиковать будете! - возмутился Миша Сёмушкин, необоснованно надеясь, что сидящим напротив соседям по комнате станет стыдно.

Передовиков, Фуфырчиков и Демидролов одновременно кивнули головами, подтверждая Мишкину догадку.

- Ладно, - смирился Сёмушкин. - А подсветить можно светодиодами из фонарика. Такой слабо мерцающий призрак плывёт вдоль окон и вещает голосом директора лагеря: "Ведите себя прилично, молодые люди!"

- Главное - два окна вожатых пропустить, мы же ещё не знаем ничего о их психической устойчивости.

- Ну, да первый день ведь.

- День они пережили, а вот ночь! - Передовиков глубокомысленно замолчал.


Неожиданно громко заверещали все четыре телефона.

Милый оскал гоблина, презирающего зубную пасту, сопровождался кровавой надписью: "К тебе стучится УЖАС!!!" И, тут же, раздался размеренный стук в дверь: "Бум! Бум! Бум!" Примерно так стучит берцовая кость скелета о крышку гроба. Щёлкнул, отодвигаясь без посторонней помощи, шпингалет. Дверь, не скрипнувшая за весь день ни разу, очень противно завизжала и стала медленно открываться. В расширяющейся полосе блёклого дежурного освещения появился сизый туман и стал медленно заползать в комнату. Четверо заговорщиков невольно поджали ноги.

Опять взвыли телефоны, заставив вздрогнуть.

Теперь портрет плохо причёсанной ведьмочки сопровождался поясняющей надписью: "ВАМ КАЮК!!!". Дверь резко захлопнулась, и раздался скрежет поворачивающегося в замочной скважине ключа. По законам жанра такой поворот должен был сопровождаться зловещим хохотом но, вместо этого, кто-то противно прочегардил гвоздём по оконному стеклу, обречённые повернулись к окну.

Между незадёрнутыми шторами парил слабо мерцающий призрак, который неспешно подплыл к москитной сетке и осведомился: "Почему не спим?"


Резко открылась дверь, призрак испуганно юркнул куда-то вниз, щёлкнул выключатель и в дверном проёме материализовался, по колено в сизом тумане, вожатый Виктор.

- Значит, не вы, - разочарованно произнёс он, окинув взглядом, миро сидящих подозреваемых и, не обнаружив орудий преступления, распорядился. - Всем спать!


- Вот наглядный пример стандартности мышления, - вздохнул Демидролов, глядя на закрывшуюся за вожатым дверь. - Теперь, пока он до девчонок дотопает, они всё следы заметут.

- И, что из всего этого следует? - спросил у, рассеивающегося, сизого туман Николай Передовиков.

- Наше поколение ужасами не напугаешь! - ответил за обессиливший элемент представления Саня Фуфырчиков и сделал важный жизненный вывод. - Зубная паста, и проще, и надёжней!

- Ладно, пусть будет зубная паста, - смирился Сёмушкин. - Главное - не проспать тот момент, когда все уснут.


Разные взгляды


Жизнь штука странная... Вот футбол два друга смотрят и один радуется: 'Наши забили!', а другой огорчается: 'Наши пропустили...'. Могут ещё, и подраться из-за временных разногласий.

Так и начало учебного года для одних - событие радостное, а для других... печальней некуда. Можно сказать, даже трагическое!

Вот, к примеру, отличник Миша Сёмушкин и троечник Коля Передовиков играли в одной команде, только не в футбольной и вообще не в спортивной, а в музыкальной. Дедушка Коли, который в молодости был рок-музыкантом, называл их 'бандой', но бабушка возражала и надеялась, что так далеко дело не зайдёт. В общем, Миша и Коля играли в школьном ансамбле, который гордо назывался - рок-группа 'Аксиома'.

Такое странное название выбрал солист группы Саня Фуфырчиков, оно напоминало ему о необходимости выучить то, из-за чего его оставили на третий год. Ещё Саня здорово играл на гитаре. Зато Миша знал ноты и преподавателя в музыкальной школе, по классу фортепьяно. А, Колька громче всех стучал в барабаны и считал, что настроение важнее и ноты совсем необязательны. Ещё в группу входил бас-гитарист, девятиклассник, а по совместительству поэт Семён Зябликов. Вот такая пёстрая получилась компания. Пели только гитаристы, поскольку микрофон был один и далеко от синтезатора, а ударникам вообще микрофоны не дают, что бы они в запале не начали колотить по ним палочками.

И играли бы они в своё удовольствие, только организатор внеклассной работы Алевтина Степановна считала, что от школьного ансамбля кроме грохота должна быть ещё и польза. Тоном, не допускающим возражений, она попросила сочинить к 1 сентября 'Марш отличника'.

Случилась такая неприятность 25 августа, когда всех собрали наводить порядок после ремонта. И суровая необходимость убирать то, что взрослые набросали, померкла перед творческим поручением. Вдохновение, оно обычно по поручению работать не хочет.

- И что теперь будем делать? - спросил Фуфырчиков у коллег по несчастью.

- Мне от имени отличника трудно песню сочинить, тем более марш... успеваемость у меня хромает, - начал отнекиваться Зябликов и посмотрел на Сёмушкина.

- Так у нас для репетиций времени мало, скажем, что не успели... - попытался увильнуть Миша.

Только никто его не поддержал, а наоборот все стали серьёзные и назидательные.

- Нет, Михаил, это ответственное задание!

- Кто же если не мы, то есть, не ты!

- Честь группы! Так что давай, сочиняй. Мы в тебя верим!

И обличённый доверием Сёмушкин пошёл домой сочинять 'Марш отличника'.


Когда на следующее утро Миша принёс свежеиспечённый шедевр, все остальные долго, молча, вчитывались.

- А ты покороче сочинить не мог? - спросил Фуфырчиков. - Я столько и до конца года не выучу.

- Так это длинно, потому что припев повторяется, а так, всего четыре четверостишия, - начал было оправдываться автор, но за него вступилась представитель администрации.

- Всё отлично! Репетируем прямо сейчас!

Алевтина Степановна стала бодро маршировать на месте, делая чёткую отмашку руками и, подавая положительный пример, громко и бодро петь:

'Вперёд, вперёд, вперёд, вперёд!

Опять пришёл учебный год!'

Но Фуфырчиков и Зябликов так бодро и громко не могли, эта песня у них энтузиазма не вызывала. У Алевтины Семёновны без микрофона получалось громче, чем у них в микрофон.

В конце концов, она скомандовала себе: 'Стой! Раз, два!'

- Энтузиазма не чувствуется у вас, молодые люди! Слова утверждаю, к завтрашнему дню всем выучить! Утром командирую к вам Владимира Васильевича, он ещё у меня преподавал начальную военную подготовку, мы под его руководством на смотрах строя и песни всегда первые места занимали! Сбор в восемь ноль-ноль! Что бы все были бодрые и воодушевлённые! А то у вас не 'Марш отличника!' получается, а 'Плач двоечника'.

И ответственная за внеклассную работу Алевтина Степановна пошла, знакомить директора с новой инициативой, а рок-музыканты разбрелись по сцене учить слова.

- Тут требуется творческий подход! - побренькав на гитаре, заявил Зябликов.

- Это как же? - Николай выдал барабанную дробь и с чувством врезал по тарелкам.

- Так ведь не могут быть в школе одни отличники...

- Не могут, - кивнул Фуфырчиков, поскольку сам был тому неисправимым подтверждением.

- Значит, текст нужно разложить на два голоса, - закончил Семён.

- Точно! - вдохновился Передовиков, - Мишка будет петь за отличника, а Саня - за двоечника!

Микрофон перетащили к синтезатору и начали:

- Вперёд, вперёд, вперёд, вперёд! - звонким бодрым голосом начал Сёмушкин.

- Опять пришёл учебный год... - жалобно забасил Фуфырчиков.

- И снова школа нас зовёт!

- Идти за знаньями в поход...

Очень даже чувствовалось, что Сане ни за какими знаниями, ни в какой поход идти совсем не хочется, хотя Миша призывал его громко и вдохновенно.

- Нас ждут, и книги, и тетради, - не унимался отличник.

- И класс, и парта, и доска! - хныкал ожидающий очередного повторного обучения.

- Всё важное, как на параде,

- И новое ещё пока!

- Здорово получается! - Семён, как дирижёр, взмахнул раками, и ребята начали повторять первое четверостишие, потому что оно же было припевом.

А в это время Алевтина Степановна пыталась доказать директору важность новых веяний в школьной самодеятельности.

- Это будет сюрприз! - горячилась она.

- Сюрпризов не будет, а будут представители от администрации города, - твёрдо стоял на предсказуемости в проведении линейки Иван Иванович.


В зал, на шум, уже стали собираться поклонники и поклонницы рокеров.

- В нас мудрости стремятся влиться, - старался Миша.

- И всё наполнить содержаньем! - страдал Саня.

- Что б мы могли всего добиться,

- Любое выполнить заданье!

Далее опять следовал припев. Слушатели прониклись ситуации и, разобрав листочки, со словами стали подпевать. Семён командовал, когда кому петь, всем своим видом показывая как именно. Поэтому часть массовки не пела, а икала от хохота.

- Для постижения основ, - кричали 'отличники'.

- Различных правил и законов... - плакали 'двоечники'.

- Всегда быть должен я готов!

- Без всякого нытья и стонов.

- И ещё раз припев! - скомандовал Зябликов.

Всё завершилось оглушительным соло на барабанах даже привставшего от вдохновения Передовикова.

- А ещё можно поменяться строчками! - высказал предложение Николай.

И всё началось заново, причём так перепуталось, что 'отличники' стали изображать 'двоечников', а те - наоборот. И ещё всем было понятно, что ноты здесь действительно не требуются, потому что каждый имеет право петь, как ему хочется! Хотя тяготеющие хоть к какому-нибудь мотиву, иногда сбивались на 'В траве сидел кузнечик'. В общем, получилось весело и громко, даже Иван Иванович и Алевтина Степановна спустились со второго этажа, узнать что случилось.

И ничего не сказали, просто Иван Иванович выразительно посмотрел на Алевтину Степановну, а она сложила руки на груди и репетиция закончилась сама собой.


- Нет! Начало учебного года слишком неоднозначное событие... - глубокомысленно изрёк Сёмушкин. - А вот окончание учебного года - радостное для всех! И времени больше. Мы лучше к последнему звонку что-нибудь сочиним.

- Да, последний звонок лучше первого, - согласился Фуфырчиков и начал наигрывать бессменное 'Когда уйдём со школьного двора...'


Марш отличника - Плач двоечника


Вперёд! Вперёд! Вперёд! Вперёд!

Опять пришёл учебный год!

И снова школа нас зовёт,

Идти за знаньями в поход!

Нас ждут, и книги, и тетради,

И класс, и парта, и доска!

Всё важное, как на параде,

И новое ещё пока!

Вперёд! Вперёд! Вперёд! Вперёд!

Опять пришёл учебный год!

И снова школа нас зовёт,

Идти за знаньями в поход!

В нас мудрости стремятся влиться,

И всё наполнить содержаньем!

Что б мы могли всего добиться,

Любое выполнить заданье!

Вперёд! Вперёд! Вперёд! Вперёд!

Опять пришёл учебный год!

И снова школа нас зовёт,

Идти за знаньями в поход!

Для постижения основ,

Различных правил и законов...

Всегда быть должен я готов!

Без всякого нытья и стонов.

Вперёд! Вперёд! Вперёд! Вперёд!

Опять пришёл учебный год!

И снова школа нас зовёт,

Идти за знаньями в поход!


Истории из истории (Блокнот летописца)

(уцелевшие страницы истории будущего)


Блокнот летописца

(уцелевшие страницы истории будущего)


Обойдёмся без предисловий, потому что они обычно получаются скучные и никто их не читает. Другое дело всякие истории. Их можно и читать, и слушать, и показывать, и пересказывать. А когда пересказываешь, то имеешь полное право добавить некоторые подробности.


Стр. 2

Летописец Нестор по фамилии Ромашков предпочитал всякие исторические события записывать летом. А когда ещё писать летописи, если не летом? В это время Нестора никто не отвлекал от такого важного дела.

Летом были каникулы!

Вообще-то, на каникулах непринято заниматься писаниной. Можно даже игнорировать кнопочки с буквами на клавиатуре. Хотя кнопочки нажимать легче, чем выводить буквы на бумаге. Через кнопочки буквы получаются ровнее. И бумага - это пережиток прошлого. Все безграничные знания свободно помещаются в информационном пространстве безо всяких полок и шкафов, и места ещё вон сколько остаётся. Но исторические моменты принято увековечивать на бумаге.

Нестор, вздохнув, обмакнул гусиное перо в пра-прадедушкину чернильницу-невыливайку.

- Совсем сбрендил! На каникулах правописанием заниматься, - хихикнуло появившееся изображение Пашки.

- Вот из-за тебя кляксу посадил! Ты можешь сначала предупреждать, а потом появляться?

- Класс! Клякса! А ну, покажи. Я кляксы и промокашки только в старых мультфильмах видел.

- Исчезни бесследно и не мешай увековечивать историю, - отмахнулся Нестор.

- Так и я о том же. Тебе сейчас доставят кресло летописца. Подростковая модель под кодовым названием "Пегасик". Моё изобретение! - пашкино изображение задрало нос и стало очень гордым. - От тебя требуется только сидеть и диктовать. Кресло само всё будет записывать. Может, даже твоим почерком.

- Не... моим не надо, - летописец почесал гусиным пером за ухом.

- Ладно, шрифт сам выберешь. Только, чур, про меня без меня ничего не пиши, - не прощаясь, полупрозрачный Пашка сжался в яркую точку, щёлкнул и исчез.

Летописец Нестор ещё раз вздохнул, отложил перо и стал осмысливать этапы исторического развития.


Стр. 3

Нестор вздрогнул от громкого пиликанья. Некоторые несведущие в сложном деле создания летописей могли заподозрить Ромашкова в том, что он задремал. Вот уж ни в коем случае не нужно путать глубокую сосредоточенность с дремотой.

- Да, уж... - летописец начал осознавать сложность исторических процессов, но за калиткой запиликали снова.

Это служба доставки привезла Пашкино изобретение: Кресло летописца "Пегасик". Оно могло трансформироваться в шезлонг на пляже, в нечто мягкое, когда клонило в сон и даже в высокий стул, если требовалось сорвать яблоко с ветки. А ещё оно записывало всё, что диктовал Нестор, красивым почерком Вероники Аркадьевны. Правда, случались творческие разногласия. К примеру, Ромашков диктовал: "Нестор сел в кресло на краю крутого обрыва и пронзил взором пространство. Перед ним понеслись картины прошлого, настоящего и будущего. Вся история сконцентрировалась на кончике гусиного пера и отразилась в крохотной капле чернил..." А кресло записывало: "Еще в младшей группе детского сада..." Соавторство дело хлопотное. Когда удавалось прийти к общему мнению, Пегасик распечатывал исторические свидетельства на страничках из старого-старого блокнота. Летописец зачитывал всё с выражением, удовлетворённо хмыкал, оставляя странички на каких-нибудь видных местах. Великим людям свойственна некоторая рассеянность. Ромашков видел в этом глубокий философский смысл: 'Чтобы что-то найти, нужно сначала это потерять'.

Странички жили своей собственной жизнью, они, то исчезали, то появлялись, в зависимости от настроения, погоды и расписания футбольных матчей.

Летописец Нестор так и не нашёл никакой закономерности в поведении своих шедевров и решил предоставить всё естественному ходу истории.


Стр. 21

Величайший архитектор всех времён и всех вселенных Фёдор Прялкин придумал круглые комнаты ещё в детстве, когда его опять поставили в угол.

- Эврика! - воскликнул Фёдор Петрович, нарушая мирное протекание тихого часа в своей группе.

- Ну и что, Прялкин, ты нашёл в своём углу? - устало спросила воспитательница Нина Андреевна. В её голосе чувствовалось неверие в гениальность великого архитектора.

- Спасение для последующих поколений! - заявил Фёдор Петрович.

Всевселенский совет рассмотрел мудрое предложение Прялкина, и распорядился воплотить его в жизнь.

С тех пор во всех детских садах все комнаты стали делать круглыми. Безо всяких устаревших архитектурных ненужностей в виде углов. А спортивные залы перестроили в шарообразные, по предложению воспитательницы Нины Андреевны. Воспитанникам было удобно кататься, а воспитателям собирать подопечных. Когда дети, наконец, выдыхались, то волей-неволей скатывались в одно место - в низ сферы. Тут их можно было пересчитать и вести на полдник.

Только это было давно. Целых три года назад! За это время Фёдор Петрович исчертил новыми проектами все тетради по всем предметам.

Летописец Нестор был тому живым свидетелем, поскольку сидел через две парты от Прялкина.


Стр. 38

Однажды в первом классе Виктор Михайлович Ступкин забыл азбуку дома.

- Лучше бы ты голову забыл, - непедагогично заметила учительница Вероника Аркадьевна.

На следующий день Виктор Михайлович зашёл в класс, держа перед собой в вытянутых руках азбуку. Головы на плечах у него не было. Расстроенная неполной комплектностью ученика, Вероника Аркадьевна грохнулась в обморок, а одноклассники взвыли от восторга.

- Ступкин, где твоя голова? - строго спросила староста Любочка.

- Дома, - соврал Ступкин.

Это все сразу поняли. Если бы голова вместе со ртом остались дома, то Витька ничего бы Любочке не ответил. Вероника Аркадьевна встала из обморока, облегчённо вздохнула и поинтересовалась:

- А где твои родители?

- В командировке в 312-й Галактике, - ответила появившаяся голова Витьки. - И бабушки с дедушками тоже, только в 401-й.

Потом, на заседании педсовета, выяснилось, что это не оконченная Ступкиным разработка визуальной маскировки материальных объектов. Что-то вроде шапки-невидимки, но для небольших объёмов. Этим нарушением дисциплины очень заинтересовался учитель физики. Но директор высказал сомнение, что изобретателя не выгонят из школы ещё до седьмого класса, когда эту самую физику начинают изучать.

Летописец Нестор на заседании педагогического совета не присутствовал. Ему всё рассказал сам Виктор Михайлович Ступкин. Они были не только одноклассники, но ещё и соседи по подъезду.


Стр. 39

Выдающееся, хотя и незавершённое, изобретение Виктора Михайловича Ступкина было высоко оценено современниками. Весь класс дружно перечитал все сказки всех народов. И первоклассники принялись делать волшебные палочки.

- Не будем размениваться на мелочи! Даёшь универсальное устройство! Все силы на создание глобальной волшебной палочки! - провозгласил сразу несколько лозунгов физорг класса Димка.

Никого уговаривать и не пришлось. Волшебная палочка - штука полезная. Только у всех они получались разные. У девчонок из палочек сыпалась всякая чепуха наподобие конфет и бантиков. А у мальчишек разные полезные вещи наподобие отвёрток, рогаток и запчастей к разным устройствам.

- Как ни печально, а универсальную волшебную палочку создать невозможно, - подвёл итог главный теоретик класса Сенька.

- Это ещё почему? - хотела начать возмущаться Любочка.

- Потому, что к совершенству можно стремиться, но достигнуть его нельзя.

- Врёшь! - вмешался Димка.

- Очень надо! - обиделся теоретик. - Это доказали миллиарды лет развития всех цивилизаций всех Вселенных!

- А чего раньше молчал? Мы целую неделю зря головы ломали...

- И к контрольной не подготовились!

- Просто у меня была надежда, что эта теория ошибочна, - вздохнул Сенька. - Увы.

Летописец Нестор, являвшийся свидетелем и участником этих событий, обсудил на досуге с Семёном Сергеевичем сформировавшуюся в мироздании проблему. Мыслители пришли к выводу, что ещё не всё потеряно.


Стр. 45

Когда-то, в давние-давние времена, если верить дедушкам и бабушкам, был Интернет. Там любой мог что-нибудь написать или прочитать, что пишут другие. Потом появилась возможность разговаривать и видеть друг друга. Информация хранилась не в пространстве, как сейчас, а в больших железных ящиках. Ящики гудели и требовали охлаждения. Тёмные и трудные были времена. То ли дело сейчас! Запросто можно отправить свою объёмную модель в натуральную величину куда захочешь, и общаться на равных.

Однако Иван Завалин вполне обоснованно считал, что общение посредством видеомодели является неполным, поскольку нельзя драться. У него, вообще, все разговоры начиналось одинаково:

- Щас-с как дам!

Изображение Ивана пробовало размахивать конечностями, но без успеха. Оно было хоть и объёмное, но всего лишь изображение.

- Я вам ещё покажу! Я вам устрою! - никак не мог оставить мечту о комплексном общении на больших расстояниях второгодник Завалин.

О передаче физического воздействия по информационным каналам мечтали многие и уже много-много тысяч лет. Об этом даже в разных фантастических книжках написано. Но Завалин их не читал. Ему просто хотелось подраться. Когда на Земле ничего не получилось, он улетел на Альдебаран.

- Я вам задам! - грозил Иван всем сразу и показывал кулак.

Только там ребята оказались неслабые, и у них было по шесть рук. Поэтому драчун скоро вернулся домой с синяком под глазом.

Летописец Нестор сам это видел, поскольку Завалин жил в соседнем дворе. А проблема материального дублирования оригинала при удалённом общении по каналам связи опять осталась нерешённой.


Стр. 77

Александру Македонскому хотелось стать знаменитым. Ну если не таким, как великий тезка, то хотя бы прославиться. К примеру, выиграть олимпиаду по математике.

- Чему учит нас великий полководец? - спросил сам себя Александр и сам себе ответил. - Большие победы можно одержать малыми силами, если применить военную хитрость!

Македонский закрылся в подвале и до самой олимпиады его никто не видел. Зато в нужное время, в нужное место он пришёл важный, как слон великого полководца. Сел за первую парту и решил всё быстрее старосты Любочки и правильнее теоретика Семёна. Первое место плюс лавровый венок с грамотой были обеспечены!

- Очень интересно... - задумчиво протянул учитель математики Зиновий Альбертович.

- Ошибку нашли у Македонского? - спросила Любочка с надеждой в голосе.

- Да, нет. Всё верно, - огорчил её Зиновий Альбертович. - Только это моё решение, а вы такие способы ещё не изучали.

Если хорошенько покопаться в истории, то и великий полководец иногда проигрывал. Оказалось, что Сашка придумал машинку, которая умела списывать решения у тех, кто составлял задачки для олимпиады.

За это изобретение главный разведчик пожал Сашке руку, но грамоту всё равно отобрали. Македонский почесал затылок и взялся за изучение математики. Теперь лучше него этот предмет знает только Зиновий Альбертович.

Летописец Нестор готов всё подтвердить, поскольку неоднократно списывал у Александра Македонского домашние задания.


Стр. 86

Михаил Леонидович был чрезвычайно любопытным. Даже многолетнее пребывание в детском саду ничего не исправило. Однажды он заинтересовался странной проблемой: почему волки воют на Луну.

- Дедушка, - спросил Мишка как-то раз, - а волки выли на Луну и до того, как там построили зоопарк для инопланетных зверей?

- Судя по исторической литературе, с незапамятных времён. А тебе зачем?

- Жалко волков. Чем же это Луна может их так огорчать?

- Понятия не имею. Спутник как спутник. Видимая сторона, вообще, была хорошо изучена ещё до того, как в космос летать начали.

- Что значит "видимая"? Луна чуть-чуть невидимка?

- Значит, книжку, что я тебе подарил, ты не читал, - покачал головой дедушка. - Просто Луна повёрнута к Земле всё время одной стороной, поэтому обратную её сторону не видно.

- Так вот в чём дело! - озарила Михаила великая догадка, граничащая с открытием. - Бедные-бедные волки. Тут любой завоет, если с незапамятных времён смотреть на одну и ту же сторону Луны.

Ещё Михаил Леонидович был заботливый. Он предложил повернуть Луну к волкам и всему человечеству той стороной, которую хищники и обычные граждане ещё не видели. Даже провёл расчёты. Но они оказались неутешительными, сил нашего 3-го 'Б' для этого оказалось недостаточно. И пока всем придётся смотреть на надоевшую сторону естественного спутника.

Летописец Нестор, как и Михаил, был глубоко убеждён, что на ночное небо будет гораздо интересней смотреть, если Луна перестанет лениться и начнёт вращаться, как и положено, всяким небесным телам. Возможно, это благоприятно сказалось бы и на характере хищников.


Стр. 95

Давным-давно, ещё до всяких цивилизаций, старшие начали делать замечания младшим. Только они иногда отвлекались на охоту и другие дела. Поэтому придумали письменность и стали записывать свои нравоучения потомкам. А чтобы замечания конкретному чаду не путались с замечаниями другому, завели всем ученикам дневники. Сначала бумажные, потом электронные, потом виртуальные и так далее. Ученикам с планеты Земля было очень неудобно перед учениками других инопланетных цивилизаций, потому что изобретение землян переняли учителя и родители во всех звёздных системах.

- Долой пережитки прошлого! Родителей нужно беречь! Им незачем знать всё, достаточно только хорошее! - выкрикивал лозунги физорг Димка.

- За отмену всех дневников во всех Вселенных! - дружно кричал 3-й "Б," и все как один вступили в общество за отмену дневников вообще, везде и навсегда.

Просто Димкин папа изобрёл новый вид дневника - дневник- индикатор, в который даже необязательно было что-то записывать, он сам краснел, когда было стыдно за Димку. И это стало последней каплей! К движению за отмену дневников примкнули все, кто о нём узнал. Братья по разуму с 13-й планеты 11-й звёздной системы Сириуса даже прислали делегацию.

Димкин папа всех выслушал и сказал:

- Почему это я вас не понимаю? Прекрасно понимаю. Все ученики, в своё время, входили в разные общества по отмене всяких дневников. Все. Пока сами не становились родителями.

Летописец Нестор тоже вошёл в общество за отмену дневников и выходить из него не собирался. Он надеялся, что когда сам станет папой, то у своего сына дневник требовать не будет.


Странички были обнаружены во время генеральной уборки в 21-м кабинете 145-й школы. Просим читателей извинить Нестора-летописца за подачу не всей информации и не по порядку. Летописи, как из прошлого, так и из будущего, редко доходят до нас в полной сохранности. Иначе историкам и допридумывать было бы нечего.

Будем надеяться, что раскопки, произведённые во время следующей генеральной уборке, дадут новый материал исследователям, учёным, ну и читателям тоже.


P.S. Дочитавшим или долиставшим:


В этой подборке порядка 70% текста и 50% шуток из собранного материала. Всякие 'бантики', 'изюминки' и т.п. пока придерживаются с надеждой на создание озорной книжки для школьников.

Нужны: художник-иллюстратор, редактор, издатель и ДОБРЫЙ ЧЕЛОВЕК.

При появлении желающих помочь в трудном деле продвижения книги обязуюсь представить свои идеи по компоновке и оформлению с полным набором текстов для работы редактора и художника.

Трудно объективно оценивать свои работы, но книжка обещает получиться интересной и весёлой. Надеюсь, так и получится.


С. Васильев

Материал 'школьной' и 'околошкольной' тематики можно посмотреть на моей стренице - https://www.chitalnya.ru/users/CBK280115/ в разделах 'Школа?', 'Стихи для детей', 'Монпансье', 'Обычный необычный кот'.