# Перехват (Сфера влияния-2) Глава 10

Вячеслав Васильевич Васильев

Из состояния эйфории его вывели начавшие внезапно появляться то тут, то там, сначала полупрозрачные, но постепенно становящиеся всё более материальными, силуэты людей. Точнее, пар людей, кружащихся в вальсе, подобно ему с Еленой.

- Что это? - от неожиданности Егор сбился с ритма и чуть не наступил партнёрше на ногу.

- Наверное, это я виновата... - весело рассмеялась девушка. - Я подумала, как хорошо бы было, если бы тут был большой бал. Много народу... И сбросила это в открытый канал. Говорят, Замок иногда исполняет желания посетителей. И вот...

- Оригинально исполняет, - заметил Егор. - Просили людей, а получили голограммы...

- Ну, как может... - вступилась за Замок его партнёрша по танцу. - Не перебрасывать же ему сюда настоящих людей, допустим, с Императорского приёма.

- Да, представляю эту картину... - улыбнулся молодой человек. - Хотел бы я посмотреть на их физиономии!

- Тс-с-с! - сделала испуганное лицо Елена. - А вдруг услышит и исполнит?

- Ну, это уж будет совсем сказка!

- А это нет? - Елена на минуту оторвала руку от плеча партнёра и обвела ею зал.

- Это - тоже, - согласился Егор. - Но это сказка безобидная. А если вдруг сотни людей будут перемещены на несколько десятков километров без использования транспортных средств, СИБ встанет на уши и разберёт замок по камешку. Не жалко?

- Жалко, - согласилась девушка. - Вот я и говорю: лучше не надо...

- Мы на полном серьёзе обсуждаем возможность невозможных вещей... - заметил Егор.

- У меня такое ощущение, что здесь ничего невозможного нет. Что с вами? Куда вы смотрите?!

- Показалось... - молодой человек перестал высматривать в танцующем вихре что-то, известное ему одному, и снова обернулся к партнёрше. - Вроде знакомое лицо мелькнуло...

- Судя по нарядам танцоров, увиденное здесь лицо может оказаться знакомым только из учебника истории. И то маловероятно. Мода тут, судя по всему, ещё доисторическая, - снова рассмеялась Елена.

- Да? - Егор с сомнением оглядел ближайших танцующих... - Я в моде не силён... Но всё может быть.

В это время прозвучали последние аккорды вальса, и в громадном зале воцарилась тишина. Остановившиеся призраки растворились так же медленно, как и появились, а в центре зала снова проявился ставший невидимым на время танцев столик.

Единственные настоящие танцоры тоже остановились и отвесили друг другу поклоны. Хоть зрителей и нет, но церемоний никто не отменял. Особенно в сказках.

- Прошу вас, сударыня, - Егор протянул руку даме. - Позвольте провести вас к столику.

- С удовольствием, сударь, - чуть склонила голову его спутница и, не выдержав, прыснула:

- Жаль, веера нет, я бы сейчас томно так обмахивалась...

- Ну что ж теперь делать, придётся без веера... - с деланным сожалением вздохнул молодой человек, и тоже рассмеялся.

Усадив девушку в кресло, он заодно решил выполнить функцию метрдотеля: откупорив бутылку с вином, наполнил бокал. И только после этого направился на своё место.

Наполнив свой бокал, Егор поднял его, и сказал:

- Здесь, наверху, это первый тост, но за вечер - уже третий. По традиции его полагается выпить за дам. За вас, прекрасная Елена!

Сказать что здешнее вино оказалось очень неплохим - значит, ничего не сказать.

- Хм... Интересно, а 'на вынос' отсюда бутылочку можно прихватить? - задумчиво пробормотал молодой человек, смакуя содержимое своего бокала.

- Или две, - отозвалась со своего края стола Елена.

'Блин, не учёл, какая здесь акустика!' - чертыхнулся про себя молодой человек, а вслух заметил:

- Представляю, какой это будет подарок для уже собравшихся у входа журналистов, когда мы выйдем к ним с бутылками в руках. Уж точно прославимся на века!

- Да, журналисты...- помрачнела Елена... - А может, есть какой-нибудь чёрный ход, чтобы можно было пройти мимо них? Это я не про то, чтобы выйти с бутылками, а про то, чтобы с ними не общаться в такой день...

- 'Не общаться'- то просто... Быстренько прошмыгнём в машину... А вот пройти незамеченными вряд ли удастся, - пожал плечами Егор и, улыбнувшись, добавил: - Так что придётся расправиться с содержимым бутылок на месте.

- Ага... Если мы выйдем с заплетающимися ногами и языками, это будет гораздо лучше, чем просто с бутылками в руках! - рассмеялась девушка и продолжила: - Странно. Свечи в подсвечниках на столе как будто и не сгорают вовсе. Такое впечатление, что мы можем остаться здесь если не на всю жизнь, то, по крайней мере, на пару месяцев...

- Да, я тоже заметил, - кивнул молодой человек. Время свидания в воздушном Замке считалось законченным, когда догорали свечи на столике. И сейчас Замок как будто приглашал гостей задержаться подольше. - Но, увы, наше время ограничено не только свечами. Я военный, и мне нужно быть в своей части точно в срок. Так что у нас осталось примерно пятнадцать минут.

- Всего лишь! - разочарованно воскликнула Елена. И, немного помолчав, добавила: - Но я всё равно никогда не забуду этот вечер! Хотя... - продолжила девушка уже тише, - Может, и зря я всё это затеяла... - и вопросительно взглянула на своего спутника.

Егор помолчал немного, собираясь с мыслями для ответа.

- Если честно... - девушка затаила дыхание, - не могу я пока сказать, зря, или не зря... Будущее покажет.... Но даже если и так - лучше жалеть о содеянном, чем сокрушаться о неиспользованной возможности, - нельзя сказать, чтобы эти слова ободрили его собеседницу. - Вообще, чувствую себя ужасно глупо... - признался молодой человек. - Как-то у нас всё 'наоборот' получилось... И я сейчас говорю то, что обычно говорят девушки... - В общем, я думаю, и мне, и вам нужно время... Чтобы разобраться в своих чувствах. Я скоро убываю с Земли... Обещаю, что по возвращению мы обязательно встретимся снова... Понимаю, что вы не это хотели услышать... Однако пока большего обещать не могу.

Елена, вздохнув, подняла взгляд.

- Понимаю... Я буду ждать...


Почему-то из всей встречи Егору больше всего запомнился именно этот момент. Не появление лестницы, не распахнутые двери воздушного Замка, не восхитительный танец, и уж тем более не прорыв сквозь толпу репортёров и просто любопытных после 'спуска с небес'.

А именно эти слова. И этот взгляд...

И почему-то ощущение вины, когда барон, к которому пришлось обратиться, чтобы 'оторваться от хвостов' по пути на базу, поздравил его с удачно проведенным вечером и передал привет от Насти.

Кстати, самого барона молодой офицер вспомнил 'незлым тихим словом' утром, когда оказалось, что подниматься на орбиту предстоит обычным орбитальным лифтом. Слава Богу, что военным, а не гражданским. Если даже здесь приходилось отбиваться от желающих пообщаться с 'живой легендой', то в гражданском секторе эту легенду могли просто разорвать на сувениры.

В общем, рутинный подъём на орбиту превратился в ад. Белецкий даже начал подозревать, что эту демонстрацию ему устроили специально: чтобы он не сильно рвался из космоса обратно на Землю.

Пантелей, как выяснилось уже на борту военного транспорта, который должен был доставить друзей к новому месту службы, тоже был недоволен. Но по прямо противоположным причинам. Его-то как раз транспортировали в специальном закрытом контейнере аж до самого транспортника.

На ворчание рыся после 'распаковки' по поводу 'видовой дискриминации' Егор с чистым сердцем ответил, что с удовольствием поменялся с ним местами.

Взглянув на друга, Пантелей хмыкнул:

- Что, всё так плохо?

- Не то слово... - сокрушённо вздохнул молодой человек. Честно говоря, о своей дальнейшей жизни думаю с ужасом.

- Чего ж так? Будущая жена у тебя вроде симпатичная... И решительная... Будешь за ней, как за каменной стеной, - хихикнул рысь, - Тёща, конечно, не из лучших. Ну а кто обещал, что всё будет хорошо?

- Да иди ты! - обиделся Егор. - 'Жена'... Нет, девушка, она, конечно, хорошая, но...

- Что 'но'?

- Да если бы я знал, что! - в сердцах воскликнул молодой пилот. - Не так что-то как-то...

- кое где у нас порой... - закончил фразу друга Пантелей. - А мне кажется, что это у нас просто кто-то балованый...

- Да причём тут!... Да и не это главное. Со своими чувствами-то я как-то разберусь - есть они, или нет... А вот что делать со свалившейся на голову популярностью? По улице же нельзя будет спокойно пройти!.. Хоть оставайся в космосе на всю жизнь...

- Поживём - увидим, - философски ответил рысь. - Думаю, на Землю мы и так вернёмся не очень скоро. Может, за это время страсти улягутся...

- Улягутся, как же... - буркнул Егор. - Ладно, проехали... Надо заниматься обустройством.

Обустройство было несложным, и от аналогичного процесса, допустим, в той же камере, то есть комнате Белецкого в подземельях СИБ, не отличалось практически ничем. 'Вырастить' привычную мебель, 'развешать' привычные видеокартины. И - да! Главное отличие! Первым делом Егор достал из чемодана и поставил на подзарядку Вейтангур. Раньше он этого делать не хотел, дабы не привлекать к мечу излишнего внимания.

С другой стороны, думать, что здесь не ведётся никакого наблюдения, было бы глупо. Но дальше тянуть с зарядкой не хватало уже никакого терпения. Хотелось поговорить с Вейтангуром, попытаться вытянуть у него объяснения по поводу произошедшего на 'Спруте'.

С 'жилищем' на транспортнике Белецкому, между прочим, сильно повезло. Как он подозревал, не без вмешательства СИБ, но всё же...

Дело в том, что военные транспортные корабли, в отличие от гражданских лихтеровозов - 'Змееежей', несли груз внутри себя, а не снаружи. То есть внешняя подвеска тоже была, но пользовались ей нечасто. Грубо говоря, военный транспорт представлял из себя полый цилиндр размером с крейсер. Внутри цилиндра 'планировка' была свободной. Если убрать все переборки и подвесы, в трюм мог свободно поместиться эсминец. Но обычно эсминцы перемещались по космосу своим ходом, а трюм занимали более мелкие, хотя частенько и достаточно габаритные, грузы. Крепились они к внутренней поверхности стенок 'цилиндра' с помощью универсальной такелажной системы.

Военный транспортник был универсальным кораблём. Он мог быть и грузовым судном, и пассажирским, а при условии навески дополнительной брони и вооружения (хотя он и в 'обычных' условиях по огневой мощи приравнивался к фрегату) превращался в большой десантный корабль.

Борт, на который попали Егор с Пантелеем, оказался в 'грузопассажирской' модификации. Размещаемый в трюме вместе с грузом модульный жилой блок обычно рассчитывался строго на то количество пассажиров, которое нужно было перевезти. Нет, конечно, свободные места допускались. Но не много. Зачем тащить на громадное расстояние пустую 'жилплощадь', если вместо неё можно принять дополнительный груз?

Случайно (а может, как Егор подозревал, и не очень), все каюты в жилом блоке к моменту подачи требования на нового пассажира оказались заняты. Поэтому пришлось добавить дополнительный жилой модуль минимальной вместимости. То есть - двухкаютный. И тут случилась ещё одна 'случайность'. Подходы к основному модулю уже были заняты грузом. Разгружать если не половину, то, как минимум, треть корабля для того, чтобы пристыковать к жилому блоку дополнительный модуль, естественно, не стали. И закрепили его отдельно, соединив с основным блоком трёхсотметровым гибким переходным рукавом.

Хоть рукав, в отличие от трюма, и был заполнен воздухом, но по инструкции перемещаться по нему можно было только в скафандре. Что сводило сообщение между модулями практически к нулю. Ибо выдавать пассажиру скаф для того, чтобы тот сходил в гости к другому пассажиру, ни один капитан корабля не станет. Для этого нужны были более веские причины. Таким образом, напарники оказались отрезаны от остального 'общества'. Чему были несказанно рады.


***


- Таким образом, первый этап операции оказался не просто успешным, а чрезвычайно успешным! - начальник научного отдела, заканчивая доклад, просто излучал удовлетворённость проделанной работой.

В кабинете повисла тишина. Глава СИБ с непроницаемым лицом вертел в пальцах одну из своих любимых древних безделушек, переводя внимательный взгляд с закончившего говорить научника на не проронившего ещё ни слова за время совещания майора фон Стиглица, и обратно. Игра в гляделки продолжалась с минуту, в течение которой барон сохранял невозмутимое выражение лица, а вот научник как-то сдулся.Он ожидал совсем другой реакции на своё выступление и теперь пытался понять, что же не понравилось шефу.

Когда начальник СИБ решил, что присутствуюшие уже достаточно подготовлены к дальнейшей беседе, он отложил свою безделушку, оказавшуюся статуэткой какого-то смешного толстяка, сильно похожего на самого хозяина кабинета, и мягко заметил.

- Я бы на вашем месте не был столь оптимистичен...

- Но ведь такой результат!.. - начал было научник...

- И как вы собираетесь переходить ко второй фазе операции? - тихо поинтересовался шеф.

- Как и планировалось... - пожал плечами начальник научного отдела, - поскольку объекты разлучены на длительное время, подведём к девушке другого человека, который пригласит её в Замок... И посмотрим, что получится. Не думаю, что это будет так уж трудно. Чтобы убедить её пригласить Белецкого, вообще не понадобилось никаких спецсредств. Девушка молодая, наивная, романтическая... Пара разговоров с нашими людьми... Почти без применения НЛП. И вот результат. Квазиспонтанное якобы самостоятельное решение... Теперь, поскольку совершённый поступок идёт вразрез с её психотипом и воспитанием, подопытная испытывает некоторый... эээ... моральный дискомфорт. Мы можем его усилить... Весьма незначительными воздействиями... И она откажется от подопытного. В это время мы подведём к ней другой объект, который и пригласит её снова в Замок. Ведь это только пригласить можно один раз, а быть приглашённой или приглашённым - сколько угодно. Поскольку молодой человек вследствие таких действий девушки освободится от обязательств по отношению к ней... Он, кстати, со своими чувствами тоже ещё не определился, и его можно будет подтолкнуть в любую сторону... Потом его тоже можно будет направить в Замок с другим объектом... Тем более что с кем - уже определено, и первоначальная работа в этом направлении проделана... Так что - всё просто, - довольный научник откинулся на спинку стула.

По губам барона скользнула мимолётная улыбка, не замеченная научником, но не ускользнувшая от внимательного взгляда главы СИБ.

- Да... Замечательный план... - иронично улыбнулся глава Имперской Безопасности. - Вот только как вы предлагаете объяснять нескольким миллиардам человек, которые считают, что Замок - устройство для проверки совместимости пар, тот факт, что разбежались люди, имеющие наивысшую совместимость за все времена? Мы столько времени создавали эту легенду...

У барона при этих словах начальства вытянулось лицо.

- Не такую уж и легенду... - буркнул научник.

- Согласен. Совместимость есть, но она там не столько проверяется, сколько создаётся. И вообще - это 'побочный продукт' работы установки. Однако это всё лирика. Так какие вы всё-таки предлагаете объяснения?

- Ну, если один из объектов погибнет... - задумчиво пожевал губами начальник научного отдела... 'Случайно', конечно. У военных, например, вообще вероятность ранней смерти повышенная... Да и гражданские от неё не застрахованы... То со вторым объектом можно будет провести следующий этап эксперимента, - научник вопросительно взглянул на шефа... - И объяснять никому ничего будет не надо.

- Вариант... - благосклонно кивнул глава СИБ. - Вот только как вы определите, кто из них должен покинуть этот мир? Вы же знаете, что после инициации скорость изменений в организме идёт неравномерно. И если один объект через два года продвинулся вперёд на пять процентов дальше второго, это вовсе не означает, что второй через пятьдесят лет не будет в два раза эффективней первого.

Начальник научного отдела задумался.

- Можно никого не убивать. Реально... Объявляем один из объектов погибшим и зачисляем его в наш отдел, на Источник. Операторы и там нужны. Тем более такого уровня... Второму объекту сообщаем о смерти первого... И действуем по предыдущему плану.

- И кому же, по вашему мнению, предстоит 'виртуально умереть'?

- Трудно сказать вот так сразу... - наморщил лоб научник. - Парня, как я уже говорил, легче отправить в мир иной... И реально, и виртуально. Но, судя по его текущей психоматрице, в настоящий момент направлять его на Источник нельзя. Надо провести определённую работу по коррекции. А вот девушку 'убить' труднее. Зато с ней проще работать...

- Хорошо... - задумчиво протянул главный безопасник. - Проработайте последний предложенный вами план. Но пока - только проработайте. Время у нас есть, и оно пока терпит... 'Объект', как вы его называете, по фамилии Белецкий, если вы не забыли, занят и в других важных экспериментах. Интересно будет посмотреть, так сказать, на взаимовлияние... И всё такое прочее... Так что пусть пока послужит на 'Адмирале Ковалёве'. Место тихое, ничего с ним не случится... А там посмотрим. Отношение девушки к нему стабилизировать. Пусть пока остаётся как есть. За ней - плотный контроль, и начинайте потихоньку её обрабатывать, как будущего оператора. Теперь вы, барон... Из временного куратора Белецкого вы переводитесь в постоянные. Но сначала отправитесь в небольшой отпуск, - и для вас полезно, и для дела. Ваш подопечный в данный момент к плотной опеке отнесётся, гм... негативно. Так что пусть помыкается пока в гордом одиночестве. Почти... А там, глядишь, с радостью встретит старого друга. Вопросы есть? - этот вопрос был задан обоим подчинённым. - Вопросов нет. Хорошо. Но если вдруг появятся - код доступа к моему прямому каналу связи у вас есть. На этом пока закончим. Все свободны.


***


Буквально на следующий день после вселения в новые каюты и почти одновременного с этим старта корабля оказалось, что Белецкий рано радовался своему уединению.

То, что Егор с Пантелеем могли не опасаться того, что к ним в гости напросится кто-нибудь из попутчиков, вовсе не означало, что они весь полёт сиднем просидят в своих каютах. Судно, на котором они находились, отнюдь не являлось круизным лайнером. Транспорт был военным, пассажиров перевозил тоже военных, а какие военные без боевой и политической подготовки? Так что для всех без исключения были составлены графики занятий, а поскольку, даже если занятие не было групповым, то всё равно спортзал и помещение, в котором были установлены имитаторы истребителей, были пристыкованы к основному жилому модулю, молодому пилоту приходилось 'выходить в люди' практически ежедневно. В отличие от 'секретного рыся', ареал обитания которого ограничивался своей каютой и каютой Белецкого.

В первые дни полёта молодому человеку пришлось нелегко. Он, мягко говоря, не страдал от недостатка внимания окружающих, и в относительно спокойной обстановке мог побыть только по возвращению в свою каюту. 'Относительно', потому что там его встречал находящийся в плохом настроении рысь. Который, наоборот, страдал от отсутствия общества.

Однако постепенно интерес к человеку, первым в мире попавшему внутрь воздушного Замка, начал спадать. Тем более, что сам счастливчик вёл себя замкнуто и не особо шёл на контакт. Пребывание в штрафниках сильно изменило Белецкого. Раньше он если и не являлся душой общества, то по крайней мере был открытым и общительным. Сейчас же молодой офицер держался особняком и ни с кем из попутчиков на сближение не шёл.

Хотя, конечно, с некоторыми из них познакомился ближе, чем с остальными. Прежде всего это были пилоты, с которыми приходилось вместе заниматься на имитаторах 'Беркутов'. Ребята, в принципе, были неплохие, большинство уже с опытом полётов, и Егору было чему у них поучиться, например, при отработке групповых действий.

Почти для всех летящих на транспортнике конечная точка его маршрута - уже знакомый молодому человеку по путешествию на 'Змеееже' Сварог, был пересадочным пунктом. И коллеги Белецкого сочувствовали молодому лейтенанту по поводу его дальнейшего места прохождения службы. Авианосец 'Адмирал Ковалёв' во флоте иначе, как 'старым корытом' не называли. По причине почтенного возраста участия в боевых рейдах он давно уже не принимал, и большую часть времени болтался на внешней орбите Сварога. Формально авианосец входил в систему обороны планеты, однако его истребители по сравнению с объединённой огневой мощью трёх орбитальных крепостей, составлявших основу этой системы, выглядели, мягко говоря, несерьёзно. Многие во Флоте считали, что дряхлого ветерана не списывают в утиль исключительно для того, чтобы иметь место, куда можно отправлять провинившихся или нерадивых офицеров. Так что назначение на этот корабль побывавшего в штрафниках лейтенанта вполне вписывалось в эту версию.

Второй группой людей, с которыми Егор общался больше, чем с остальными, были бойцы штурмовых подразделений. Как выяснилось, после школы штрафроты, только они могли составлять молодому офицеру достойную конкуренцию в рукопашном бою, а в плане фехтования Белецкий оказался и вовсе вне конкуренции. Раньше его бы это порадовало, но сейчас он только переживал, что без достойных соперников потеряет форму.

В полную силу здесь можно было бы потренироваться разве что с Вейтангуром, но тот пока не подавал признаков жизни - заряжался. Егор надеялся, что меч зарядится быстрее, чем в прошлый раз. Всё же тогда пришлось начинать с состояния полной разрядки, а сейчас что-то в накопителе да осталось после схватки на борту 'Спрута'. С другой стороны, военный транспорт был быстрее 'Змееежа', и мог успеть прибыть к месту назначения до того, как меч зарядится. А будет на новом месте службы время для тренировок в фехтовании, молодой человек не знал. По идее, должно бы было быть, но в последнее время Белецкий стал пессимистом, и во всём предполагал худшие варианты.

График Егора на корабле несколько отличался от графика остальных пилотов. Во-первых, тренировки на имитаторах проходили в стандартном режиме только при отработке действий в группе и при боях 'один на один'. Всё остальное время Белецкий тренировался по программе, начатой ещё на Земле. Совместно с Пантелеем, в каюте которого была установлена 'приставка' к тренажёру.

Кроме того, напарники периодически выходили на внешнюю обшивку. Естественно, в строгом секрете от остальных.

Дело в том, что любой имперский корабль (как и корабль Союза) в ходе полёта занимался ещё и постановкой объёмов из миниразведзондов и зондов-ретрансляторов, которые должны были собирать и передавать информацию о перемещениях вражеских флотов.

Вот эти-то зонды и выполняли теперь роль тележек в подземных тоннелях. Пантелей должен был, насколько мог, отслеживать их полёт, а Егор - передавать управляющие сигналы. Прогресс действительно наблюдался, как и обещал тот тип с подземной базы. Но нельзя сказать, что увеличение 'дальности действия' парочки было таким уж впечатляющим. Пока для гарантированного поражения цели надо было приблизиться к ней по космическим меркам чуть ли не на расстояние вытянутой руки. Оставалось только надеяться, что те, кто затеял этот эксперимент, знали, что делают.

Дополнительной головной болью в ходе полёта стало для Егора общение с Еленой. Как бы с одной стороны произошедшее обязывало, с другой - общих тем для разговора ввиду краткости знакомства не было, да и с чувствами своими молодой человек до сих пор не разобрался. Поэтому связался он с ней только один раз - после старта транспортника, и сообщил, что отбыл с Земли. После чего ограничился периодической отправкой на адрес девушки 'жив-здорова'. Елена, судя по всему, тоже не слишком рвалась общаться. Её сообщения тоже были лаконичны, и ограничивались информацией, что с отправителем всё нормально.