Ватагин А.: другие произведения.

Второй шанс

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
Оценка: 6.83*86  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Добавлена глава 16.

  Глава 1
  
  Российский Галактический Сектор
  Планета Камь
  
  Генерал Шубейко сел на табурет рядом с кроватью и тяжко вздохнул. Ему больно было видеть своего лучшего оперативника и старого друга в таком состоянии.
  Майор Степан Леонидович Карпатов никогда не отличался высоким ростом или могучим телосложением, но, тем не менее, считался самым хитрым, бескомпромиссным и опасным диверсантом-разведчиком со времени основания Космических Вооружённых Сил. Операции, проведённые им, могли скрасить скучные факты любого учебника по военной истории, если бы не были засекречены. Сам Карпатов всегда был бодр и подтянут. Он предпочитал костюмы неприметных тёмных тонов - разумеется, когда не носил форму - имел тёмно-русые, тронутые сединой, волосы и носил аккуратные офицерские усы, за которыми ухаживал даже в самых неподобающих ситуациях (например, на марш-броске через болота к месту дислокации противника).
  Общение с гражданскими лицами у Степана не клеилось - в основном потому что с ними совершенно не о чем поговорить - поэтому в их обществе он был немногословен. Лишней эмоциональностью он тоже не отличался, и невозмутимость редко покидала его. В кругу товарищей его уважали, но побаивались. Его, за глаза, прозвали Степан-Хана, но редко кто осмеливался так к нему обращаться. В общем, после краткого знакомства с сей оригинальной личностью, можно было уверенно утверждать, что она являет собой эталонный пример профессионализма в самом незамутнённом его проявлении.
  Генерал вгляделся в мёртвенно-бледное лицо Карпатова. Трудно было поверить, что в этом искалеченном теле ещё теплится жизнь. Точнее, было бы трудно, если бы Шубейко не знал диверсанта так хорошо. Он подозвал стоявшего у входа в палату врача.
  - Разбудите его, - приказал он.
  - Со всем уважением, - запротестовал врач, - но я сомневаюсь, что...
  - На данный момент, сомнения не входят в круг ваших обязанностей, - оборвал его генерал, - просто делайте.
  Врач что-то недовольно проворчал, но спорить не решился. Он достал из тумбочки шприц и выпустил его содержимое в катетер, присоединённый к вене умирающего.
  - Через пару минут он очнётся, - бросил врач и поспешил удалиться. Генерал рассеянно кивнул и, приосанившись на табурете, принялся ждать.
  Вскоре Степан действительно открыл глаза. Он бегло осмотрел палату и, наконец, его взгляд остановился на непосредственном начальстве.
  - Здравствуй, командир, - с трудом ворочая языком, поздоровался он.
  Генерал непроизвольно отвёл взгляд. Одной из неприятных привычек Степана было его стремление смотреть собеседнику в глаза. Казалось, его взгляд пронизывает насквозь. Среди коллег существовало мнение, что Карпатов всегда отслеживает расширение зрачка собеседника, и, таким образом, знает, когда тот лжёт.
  - Ты знаешь, что произошло? - Без предисловий начал Шубейко.
  - Только то, что на нас вышел большой отряд нувлоков, о котором нам ничего не было известно.
  - Это оказался резерв их базы, укомплектованный солдатами из спецподразделений. Вероятно, они догадывались о нападении, а наши умники об этом не додумались.
  - Значит, просто ошибка штабистов?
  Генерал кивнул.
  - Так глупо.
  Генерал кивнул снова.
  - А мои ребята все?
  - Все, - мрачно подтвердил Шубейко. - Ты не думай, я со всем там разберусь! Скоро полетят эти башки яйцеголовые!
  - Что со мной? - Неожиданно сменил тему диверсант.
  - Врать я тебе не буду, Степан, дела твои не очень. Пулевые и ножевые ранения несовместимые с жизнью. Ты, конечно, сволочь живучая, но не до такой же степени! Мы когда тебя увидели посреди кучи нувлочьих трупов, думали всё... Ан нет, видать время твоё не пришло.
  - И когда придёт?
  - Скоро. Ты сейчас держишься только на оборудовании и наркотиках.
  - Ты что-то темнишь, командир. - Заметил Карпатов. - Не стал бы ты меня будить для пустого разговора.
  - А ты как всегда зришь в корень! Это-то мне в тебе и нравиться!
  - Только это?
  - А что ты ещё хочешь? Уж извини, но остальные черты твоего характера не вызывают расположения. Особенно после того, как я на разделанных тобой нувлоков полюбовался.
  - Прочная на них 'шкура' была, патроны быстро вышли, пришлось ножом дорабатывать, - пояснил Карпатов.
  - Ладно, - генерал хлопнул ладонями по коленям, - есть сейчас тема посущественнее. Существует такая сверхсекретная программа, 'Второй Шанс' называется. И ты, как ветеран Вооружённых Космических Сил Российского Галактического Сектора, а так же как счастливый обладатель двух орденов за отвагу, как раз по этой программе проходишь.
  - Когда это я успел второй орден получить? - Изумился Степан.
  - Вчера. Между прочим, посмертно.
  - Вы меня уже в покойники записали?
  - А какая разница - днём раньше, днём позже... Официально, ты погиб вместе со своим взводом.
  - А неофициально?
  - Неофициально, благодаря программе ты можешь выжить. Только это будешь уже не ты а...
  - Киборг-убийца с моим мозгом? Как в том старинном фильме? Нет, лучше уж пусть меня вместе с моим посмертным орденом в титановом гробу в космос выкинут и главным калибром развеют.
  - Да подожди ты с главным калибром! Титана на вас не напасёшься! Суть программы в том, чтобы дать людям, подорвавшим здоровье, служа отечеству, второй шанс. Шанс заново прожить жизнь так, как захочется, не оглядываясь на собственные ошибки, достижения и так далее.
  - Что-то я не понимаю, командир, каким образом это осуществимо? - Скептически поинтересовался Степан.
  - Ты про клонирование слышал?
  - Клонирование запрещено доброй дюжиной разнокалиберных международных конвенций.
  - Потому-то программа и сверхсекретная.
  - Значит, вы собираетесь меня клонировать?
  - С твоего согласия разумеется.
  - И как это мне поможет?
  - Мы выращиваем из твоих клеток новое тело и переносим в него всю информацию с твоего старого мозга. Твоя личность и память полностью сохранятся.
  - Как так? - Второй раз за день изумился Степан, что случалось с ним не часто.
  - А мне то почём знать, как? Я же не учёный! Просто поверь, что так и есть.
  Степан попытался разобраться в ситуации, но сделать это было не так то просто - действие обезболивающих наркотиков начало ослабевать.
  - Понятно. Но если я буду жив, почему я уже считаюсь мёртвым?
  - Да потому, что согласно той же программе твоя новая жизнь будет именно новой жизнью. Жизнью с чистого листа.
  К этому моменту диверсанту уже было тяжело концентрировать внимание на генерале. В глазах плыло, а на тело начали накатывать волны боли. Шубейко по его скривившемуся лицу понял в чём дело и отреагировал незамедлительно:
   - Доктор! - Крикнул он и склонился над Карпатовым. - Заговорились мы с тобой, Стёпа, мне нужно только твоё согласие! Слышишь?! Ты согласен?!
  Если бы не боль, Степан задал бы ещё несколько интересующих его вопросов. Он всегда любил обладать информацией в полной мере, к чему бы это не относилось. Но тут уж было не до болтовни.
  - С-согласен! - Прохрипел он, подтверждая ответ судорожным киванием.
  
  Степан пришёл в себя и первым делом огляделся. Он находился в белой палате, но это была уже не та белая палата, в которой он разговаривал с генералом. В этой белой палате было куда больше техники непонятного предназначения. У одного из пультов стояла пожилая женщина и внимательно всматривалась в бегущие по экрану полоски.
  - Эй, вы там... - окликнул её Степан, но тут же осёкся. Он не узнал собственный голос. Это было не сложно, так как голос вообще не был мужским.
  Тем не менее, женщина всё же отвлеклась от монитора и изучающее посмотрела на майора.
  - О, вы наконец-то проснулись! Рада первой приветствовать вас в новой жизни! - Дружелюбно улыбнулась она, но тут же нахмурилась, заметив, что пациент не обратил на неё ни малейшего внимания.
  - Это мой голос? - Спросил он, когда женщина решилась подойти поближе.
  - Какой голос? - Не поняла она.
  - Тот, каким я сейчас говорю!
  - Конечно, чей же ещё это может быть голос?
  - Вы что, клонировали меня в бабу? - Переполошился Степан.
  - С чего вы взяли?!
  - Зеркало! Дайте мне зеркало!
  - Э-э... да сейчас, - женщина, порывшись в карманах зелёного врачебного халата, достала пудреницу и передала её майору.
  Откинув крышку, Степан уставился на своё отражение в маленьком круглом зеркальце. Это без сомнения было его лицо. Лицо, которое последний раз он видел только на голографиях тридцатилетней давности. Из зеркала на него пялился лохматый щуплый парнишка, каким Степан помнил себя лет в тринадцать.
  - Что ещё за шутки?! - Проревел майор, но с детским голосом получилось не так грозно, как он рассчитывал. Он по-солдатски выругался.
  Женщина укоризненно покачала головой.
  - Если бы я не знала, кто вы на самом деле такой, то вымыла бы вам рот с мылом. Прошу вас, Степан Леонидович, постарайтесь хоть немного соответствовать образу.
  - Какому, так вас разэдак, образу?! Вы мне тело недоклонировали!
  - С вашим телом всё в полном порядке, оно достигло оптимального уровня развития для имплантации в него вашей личности.
  - Как это оптимального? Я же ребёнок!
  - Точнее говоря, подросток.
  - Один хрен. Меня интересует, почему так?
  - Разве вас не предупреждали об этом, когда рассказывали о программе 'Второй Шанс'?
  Степан попытался припомнить разговор с генералом от начала и до конца. Не смотря на то, что ему казалось, будто всё произошло во сне, вспомнить удалось многое.
  - Не успели, - выдавил он, стиснув кулаки.
  - О, - удивилась женщина, - тогда позвольте я вам объясню. Тому, что вы здесь в таком виде есть две основные причины. Первая - чисто техническая, поэтому изложу попроще. Чем взрослее становится оболочка, тем больше дегенерирует нервная система. Мы полагаем, из-за отсутствия мозговой активности. Мы вычислили максимально возможную степень развития оболочки, без ущерба для нервной системы, и используем её. Вторая причина - исключительно практическая. Новую жизнь куда проще начинать ребёнком.
  - Ну уж вряд ли, - хмыкнул Степан.
  - Это действительно так! Новые возможности для развития! Большая продолжительность жизни!
  - Да, да, очень круто, - без энтузиазма проворчал майор. - А скажите, как долго меня не было?
  - А когда вы... ну того?
  - Четырнадцатого июля две тысячи семьсот девятнадцатого года, - без промедления ответил Степан. Дату собственной смерти забывать не следует.
  - Ну тогда, - задумчиво пробормотала женщина, - семь месяцев и пять дней. Ваша оболочка доросла до оптимального состояния достаточно быстро. Обычно требуется восемь с половиной месяцев.
  Доросла, - передразнил про себя Карпатов, - хорошо, хоть, не дозрела.
  - Удивительно, - вслух восхитился он, - чувствую себя рекордсменом!
  - Неуместная ирония, молодой человек! - Строго произнесла женщина.
  - Да уж, - вздохнул Степан и вернул ей пудреницу, - теперь от такого отношения не отвертишься.
  
  Генерал Шубейко выехал в секретный госпиталь, как только услышал, что бывший подчинённый очнулся после удачной трансплантации личности. Так как Карпатов был именно его человеком, вышестоящее начальство назначило генерала его куратором. Генерал был не против, он привык заботиться о своих людях.
  Когда он вошёл в палату, Степан уже успел доесть свой первый обед.
  - Чудесно выглядишь, Стёпа, - генерал расплылся в умильной улыбке. Сам Степан-Хана в этом образе производил очень необычное впечатление.
  Ледяной взор как всегда пронзил Шубейко, отчего его улыбка стала несколько неуверенной.
  - Командир, хоть ты мне и командир, но если ты меня ещё и по щеке потреплешь, я тебе руку сломаю, - спокойно произнёс лохматый мальчишка.
  - Да, Степан, - уже без лишней снисходительности вздохнул Шубейко, - тебя ни с кем не перепутаешь.
  - Я - ребёнок, командир, - обвиняюще заметил Карпатов, тыкнув себя пальцем в грудь.
  - Это трудно оспорить.
  - У меня могут быть с этим некоторые проблемы.
  - Они не смертельны, переживёшь, - отмахнулся генерал.
  - Переходный возраст - страшная вещь.
  - Не такая страшная как смерть!
  - Легко тебе говорить! - Неожиданно, в первую очередь для себя самого, вспыхнул Степан.
  - Успокойся, это гормоны шалят. - Невозмутимо сказал Шубейко.
  - Вот и я про то же!
  - Ты научишься себя контролировать! - Отрезал генерал и хлопнул ладонью по ближайшему непонятному прибору, давая понять, что тема исчерпана. - Сейчас важнее решить, что с тобой делать!
  - И что же со мной делать? - Заинтересовался Степан.
  - То же, что и с остальными, проходящими по программе. Выделим тебе опекунов, определим в приличную школу, а после её завершения всё по твоему выбору.
  По мере перечисления, на лице Степана сменилось сразу несколько эмоций. После замешательства и недовольства, мальчишка скорчил весьма угрожающую рожу и прищурил глаза.
  - Опекуны?! Школа?! - Процедил он сквозь зубы.
  - Ну да, - пожал плечами генерал, всеми силами стараясь сохранить спокойствие. Он прекрасно знал, на что способен Степан-Хана в ярости, и сомневался, что новое тело помешает ему сделать с пожилым человеком что-то очень нехорошее. - Это непременные условия нормальной жизни подростков. До того как твоё тело достигнет совершеннолетия, тебе придётся играть по нашим правилам.
  - Я всю жизнь играю по вашим правилам, но ЭТО слишком! Неужели все через это проходят?
  - Нет. Если бы у тебя уже была семья, ты вселился бы к ним в качестве какого-нибудь троюродного племянника.
  - У меня жена и дети.
  - У тебя бывшая жена и дети, которых ты только во время отпусков видишь. В любом случае, всё тогда произошло так быстро, что они считают тебя мёртвым. Да сам подумай, как бы ты с ними ужился? Ты бы уже на следующий день шлёпнул этого, как там его?
  - Борьку Бабочкина, - презрительно бросил Степан. - За что моим детям такая размазня в отчимы?!
  - Ну так...
  - Это был риторический вопрос.
  - Риторический или нет, а семья у тебя будет другая, это без вариантов.
  - Что, уже есть кто на примете?
  - А ты как думаешь? Чай не на часик отдохнуть прилёг, больше полугода провалялся!
  - А если сбегу?
  - Найдём и возвратим.
  - Очень уж ты в этом уверен, - хмыкнул Степан, - не забывай, с кем имеешь дело!
  - Тут забудешь! У нас, знаешь, тоже не дураки работают! В любом случае, лучше тебе пересидеть детство по-тихому.
  - По-тихому, я только на территории врага умею, а тут сплошной дурдом! Школа-то мне зачем, я же её уже закончил?!
  - Значит, без проблем и второй раз закончишь! Пойми, ты теперь другой человек, совершенно другой!
  - М-да, - Степан откинулся на подушку, - невесёлая какая-то награда бедным трудягам за верную службу родине. Больше напоминает очередной социальный эксперимент. Как с теми колонистами, которых поселили на непроверенную планетку, где они сбрендили, вступили в интимную связь с ящероподобными аборигенами и нарожали мутантов, которые задумали экспансию на соседнюю планету.
  - Ну ты вспомнил! Это было давно и не в нашем Секторе! Да и эксперименты с 'Вторым Шансом' уже давно проведены, программа не первое десятилетие действует, и накладок пока не было. Хотя, вот именно с тобой проблемы быть могут, поэтому я тебя лично курирую. Случись чего - с меня спрос.
  - А чего с тебя? - Удивился Степан.
  - Да потому, что ты ещё не дорос, чтобы за свои поступки отвечать! - Генерал поднял руку, отметая неминуемые возражения. - Ты так и не понял, - грустно улыбнулся он, - что ты официально считаешься ребёнком, со всеми вытекающими отсюда правами и обязанностями. Справедливости ради замечу, что прав у тебя побольше, чем обязанностей будет. Только живи в семье, да учись. И если ты сбежишь, если ты уйдёшь от моих парней, то куда ты потом денешься? Станешь беспризорником? Ведь никем другим бездомный ребёнок стать не сможет. Я, конечно, знаю, что ты вполне можешь спать на земле и питаться чем попало, так же как знаю, что ты не станешь делать этого без особой необходимости. Есть для бездомных и другой вариант - преступный путь. Но могу предположить, что для тебя это совершенно неприемлемо. Или ты знаешь какой другой образ жизни для ребёнка, без ущерба его будущему?
  Степан не знал, а потому был недоволен. Очень недоволен, но далеко не рассержен. В его жизни случались ситуации и похуже. Что для него, бывалого диверсанта и разведчика, провести несколько лет в роли обычного ребёнка? Один раз он это уже проходил и ничего. Зато потом можно будет делать всё что угодно, в пределах разумного, разумеется. Степан мог бы снова поступить в армию. Или нет. Зачем перечёркивать столь блестящую карьеру, начиная опять с рядового? Ведь не проблема найти что-нибудь поинтереснее! В общем, над этим стоило подумать. Потом, в свободное время, которого в ближайшем будущем будет предостаточно.
  - Уговорил ты меня, командир, - покорно согласился он, - так куда меня теперь командируют?
  Шубейко облегчённо выдохнул и рукавом выданного халата промокнул вспотевший лоб.
  
  - Ты сейчас не шутишь, ты просто издеваешься, - не повышая голоса, констатировал Степан. Несмотря на внешнее спокойствие, его одолевала настоящая буря разнообразных чувств, начиная с восторга и заканчивая раздражением. Он давно позабыл, что значит быть молодым, и в первое время вёл себя довольно эксцентрично, однако быстро научился справляться с эмоциями и теперь радовал глаз генерала своей обычной невозмутимостью. - Разве не ты говорил, что у ребёнка должна быть нормальная семья и всё такое?
  - Пойми, такие родители, как эти люди для тебя лучший вариант. Вероятность контактов между вами сведена к минимуму, что немаловажно, если вместо бедного сиротки они получают сорокалетнего клонированного головореза. Да и чего тебе не нравится? Тебе не придётся терпеть их общество круглосуточно, а только на каникулах и, возможно, по праздникам.
  - Мне не нравится то, что ты разбазариваешь гордость нации зажравшимся бизнесменам!
  - Тоже мне, гордость тут выискалась! Это не просто блажь...
  - Ага, - кивнул Степан, - это модная тенденция полезная для бизнеса. Не думай, что такие как я не видят дальше автоматного дула. Я прекрасно знаю, что толстосумы набирают себе детей из приютов, создавая видимость счастливой семьи, а потом сбагривают их в какие-нибудь частные школы с круглосуточным проживанием, чтобы под ногами не путались. Мне повезёт, если школа будет с военным уклоном, хоть что-то привычное.
  - И что же, интересно, тебе привычно в военных школах?
  - Дисциплина. Там будут те, кто отдаёт приказы и те, кто их выполняет. Уж поверь мне, выполняющим я буду недолго.
  - С тебя станется. Короче, они сейчас придут, поэтому постарайся вести себя, как приличный мальчик, - предупредил Шубейко.
  - А если им нужен сорванец?
  - Что?
  - Вдруг у них уже есть приличный мальчик и им нужен кто-то позадорнее, ну для контраста.
  - Ты рассуждаешь о них, как о каких-нибудь собаководах, - осуждающе заметил генерал.
  Степан успел только пожать плечами, как в тот момент в кабинет управляющего по надзору за детьми, без стука ввалилась колоритная парочка. Высокая блондинка вышла вперёд под руку с чересчур прилизанным молодым человеком в очках.
  - Здравствуйте мистер Крюков, - сказал очкарик с ярко выраженным английским акцентом и протянул руку Шубейко, занимающему кресло хозяина кабинета.
  - Добрый день, - поздоровался тот, - вы очень пунктуальны мистер Мастерс.
  - Жизнь приучила, - улыбнулся молодой человек.
  Степан, тихонько сидевший в уголке, насмешливо хмыкнул, чем привлёк внимание своих будущих родителей и заработал красноречивый взгляд Шубейко.
  - О, какой чудный мальчик! - Всплеснула руками женщина. У неё был украинский акцент.
  Странная пара, - пронеслось в голове у Степана за мгновение до того, как женщина заключила его в объятиях.
  - Тебе у нас очень понравиться! - Заверила она, отступая.
  - Не сомневаюсь, - ответил Степан, успевший мельком заглянуть в её глубокое декольте.
  - Где бумаги, которые нам необходимо подписать? - Деловито осведомился англичанин.
  - Вот, пожалуйста, - генерал пододвинул целую стопку.
  Через двадцать минут с формальностями было покончено, и Мастерс сообщил, что пора ехать.
  - Деловые люди, что с них взять. - Прошептал Шубейко, обняв Степана на прощание. - Как связаться, ты знаешь. И помни, мы будем за тобой приглядывать.
  - Никакой с вами личной жизни.
  - Рано тебе ещё личную жизнь устраивать.
  Степан уже вышел было из кабинета, но замер у двери.
  - Командир, ты бы это... - начал он нерешительно, - ствол бы мне выделил что ли. Я без оружия себя голым чувствую!
  - Привыкнешь. - Отмахнулся Шубейко.
  - Ну, хоть нож!
  - Молодой человек, оружие детям не игрушка! - Начал выходить из себя генерал.
  - Хоть какой-нибудь кастетик!
  - Нет!
  - Ну, тогда бывай, командир, - понуро попрощался бывший диверсант.
  Степан нехотя поплёлся за своими новыми родителями, которые терпеливо поджидали его у лифта.
  В отсутствии деликатности их не упрекнёшь, - подумал он.
  На улице их ждал шикарный серебристый гравимобиль с шофёром. Степан смерил тачку равнодушным взглядом - попеняв про себя на её малофункциональность и слишком броский внешний вид - чем несколько озадачил Мастерсов. По их мнению, ребёнок из приюта должен был прыгать от восторга вокруг этой машины. Прыжков и прочих проявлений непосредственной детской радости почему-то не было.
  - Солидная тачка, - нехотя произнёс Степан, заметив ожидающе косящихся на него Мастерсов.
  - Это Бэнтли, из Британского Галактического Сектора! - Со значением произнёс мистер Мастерс.
  - Она... сразу бросается в глаза, - осторожно кивнул Карпатов.
  
  Мастерсы оказались как раз такими, какими Степан их себе представлял, а именно - пекущимися о своей репутации толстосумами. В тот же вечер как он впервые оказался в их огромной трёхэтажной квартире, в его честь была устроена небольшая вечеринка. Целью вечеринки было показать почтенным гостям, какие они - Мастерсы - великодушные и добросердечные, раз усыновили такого нескладного оборванчика (к слову, Карпатов только на первый взгляд выглядел нескладным и угловатым, как и большинство подростков в этом возрасте, однако, присмотревшись, можно было отметить плавность и выверенность всех его движений).
  Степан ещё ни разу не видел столько фальшивых улыбок и презрительных взглядов одновременно. Гости постоянно донимали его разговорами на тему 'Как тебе повезло!' хлопали по плечам и ерошили волосы. Карпатову не раз приходилось форсировать болота, наполненные змеями и прочей гадостью, поэтому он без проблем перетерпел сей интерес к его персоне, однако, в последствии, о тех же змеях вспоминал с куда большей приязнью, чем до знакомства с гостями родителей.
  Короче, местный бомонд был в восторге от Мастерсов. Те, в свою очередь, остались довольны таким покладистым сыном, что не помешало им избавиться от него на следующий же день. Степану вручили билет на шатл до Монблана, кредитную карточку с ежемесячными и достаточно щедрыми поступлениями и доставили его в космопорт.
  - Будь хорошим мальчиком и подружись со своим старшим братом! - Напутствовала Зина Мастерс, покрыв его щёки влажными поцелуями.
  - Да, сын, учись хорошо и когда-нибудь получишь неплохое место в моей компании, - важно сказал Томас Мастерс, положив руку Степану на плечо.
  - Поживём - увидим, - безразлично сказал мальчишка, подхватил сумку и зашагал к большой арке входа.
  - Какой-то он странный, - глядя ему вслед, произнёс Томас.
  - У малыша было трудное детство, - печально вздохнула Зина, - он ведь из детдома.
  - Алекс тоже оттуда, но ведёт себя куда живее.
  - У каждого свои особенности. Их же не на фабрике штампуют.
  
  - Монблан! Какого чёрта ты летишь на Монблан? - Спросил Шубейко, с которым Карпатов связался перед вылетом.
  - Так маменька с папенькой велели, - прогундосил Степан.
  - Кончай паясничать - тебе не идёт - и отвечай по существу!
  - Пожалуйста. Монблан - самая многонациональная планета нашего Сектора и Мастерсы считают, что мне нужно больше общаться с разными интересными людьми, а так же смолоду учиться самостоятельности. Хотя лично мне кажется, что они просто жлобы, потому что записали меня в какое-то дурацкое школьное общежитие, при обычной местной школе. Там же, кстати, их первый усыновлённый ребёнок проживает, мой, стало быть, новоявленный братец.
  - Мда, Монблан - настоящий муравейник, контроль там так просто не организуешь, - задумчиво протянул генерал.
  - А если я дам честное офицерское, что буду хорошим мальчиком, ты не натравишь на меня толпу подозрительных дяденек? - Жалостливо спросил Степан.
  - Слово офицера? - Оживился Шубейко, не обратив внимания на кривляния.
  - Слово офицера. - Подтвердил Карпатов.
  - Лети на свой Монблан, - махнул рукой генерал и отключился.
  Степан вышел из связной будки с лёгкой улыбкой на лице. Он знал, что покоя ради, Шубейко всё же кого-нибудь да пришлёт, но их будет не много, и не самой хорошей квалификации. Нувлоки бесчинствуют на обживающихся приграничных планетах, поэтому приличные кадры сейчас на вес золота.
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава 2
  
  Российский Галактический Сектор
  Планета Монблан
  
  Лин лениво ковырял ложкой в миске с кукурузными хлопьями, когда на кухне появился Алексей. Он побрезговал дурацкими хлопьями, сделал на скорую руку пару бутербродов, налил стакан сока и, усевшись за стол, вгрызся в свой завтрак.
  - Куда-то торопишься? - С набитым ртом поинтересовался Лин, заметив, как интенсивно Лёшка работает челюстями.
  - Угу, - подтвердил тот, не жуя проглотил последний кусок и запил его соком. - Вчера приёмники сообщение прислали, дескать, второго детдомовца усыновили и мне сбагрили. Встреть, говорят, да присмотри!
  - Значит у тебя в семье пополнение! - Улыбнулся Лин. - Поздравляю!
  - Было бы с чем! - Проворчал Лёшка. - От семьи одно только название. А теперь на одного едока больше будет. Кстати, где Катюха, вроде сегодня её очередь кулинарить?
  - Да, - махнул рукой Лин, - на трассе она вчера была, вот её и прижали опять.
  - И как? Сильно прижали?
  - Прилично. Ты бы видел ту вмятину на шлеме!
  - А сама как?
  - Отлёживается, раны зализывает.
  - А с головой то у неё что?
  - Ничего хорошего, как дурой была...
  Лин не успел закончить, так как пришлось отбиваться от сухих хлопьев, которыми начал закидывать его Лёшка.
  - Да прекрати ты уже! - Захлёбываясь смехом, взмолился он. - А как ещё назвать девчонку, которая на трассу одна против троих вышла?!
  - Против троих?! - Побледнел Лёшка и поставил коробку с хлопьями. - Да она что, совсем сдурела?
  - Ну! - Кивнул Лин. - А я про что?!
  Лёшка нахмурился и закусил губу.
  - Значит так, я сейчас занят, за братцем поеду, а с Катькой потом разберусь, так что из дома её не выпускай.
  - Знаешь, думаю, в таком состоянии ей гулять вряд ли захочется.
  - Да фиг знает, что ей там в голову взбредёт, я на всякий случай предупреждаю. И это ещё... ту комнату на втором хорошо бы от барахла освободить, и раскладушку поставить, надо же куда-то родственника вселять. Ты как, проконтролируешь?
  - А куда я денусь? - Вздохнул Лин.
  - Вот и славненько! Ну, я побежал!
  Алексей вылетел в прихожую, распахнул шкаф для одежды, надел куртку, взял со специально установленной подставки свой гравиборд, разложил его и вышел из дома.
  Гравибордом именовалась штука, отдалённо напоминающая самокат. У него был стержень с рулём и платформа на которую помещались обе ноги. Под днищем располагался небольшой гравитационный двигатель, похожий на обычный пластмассовый шарик. Более серьёзные конструкции этих двигателей устанавливались на гравимобилях.
  Запустив двигатель, Алексей понёсся в сторону космопорта. Его гравиборд был неплохо оттюнингован, поэтому мог развивать скорость сравнимую со средней скоростью гравимобиля и поднимался на полметра над землёй.
  Он с лёгкостью обошёл пробки, привычные для торговых кварталов, и прибыл на место почти вовремя.
  Алексей огляделся и не найдя растерянного замурыженного мальчишки - почему-то он представлял брата именно таким - устроился рядом с выходом и принялся ждать.
  - Ты что ли Алекс Мастерс? - Раздался откуда-то сбоку требовательный голос.
  Алексей вздрогнул от неожиданности и огляделся. Чуть в стороне стоял мальчишка, и Лёшка готов был поклясться, что секунду назад его там не было. Или же он просто не обратил на него внимания, так как пацан очень уж органично сливался с окружающей средой. На нём был неприметный тёмно-серый спортивный костюм, да и сам он ничем особенным не выделялся. Разве что взгляд у него был странный.
  - Ну, допустим, - не слишком вежливо ответил Лёшка, - а сам то ты кто?
  - Стивен Мастерс, - представился пацан. По его тону, Лёшка понял, что это имя ему не особенно нравиться.
  - А если по-русски?
  - Степан, - уже более охотно назвался брат.
  - Ну а меня Лешкой зови! - Дружелюбно улыбнулся Лёшка и протянул руку.
  Степану было непривычно подобное отношение, со стороны кого бы то ни было. Ему очень редко приходилось сталкиваться с подобным дружелюбием. А уж с таким искренним дружелюбием так и вовсе никогда. Или настолько давно, что он просто забыл. К детям чаще проявляют симпатию и это, поначалу, несколько раздражало Степана, но позже он не то чтобы привык, скорее смирился.
  Степан улыбнулся насколько мог искренне и ответил на рукопожатие.
  - Значит, эти куркули и тебе заморскую кличку выдумали, - грустно сказал Лёшка, чем заработал немного уважения Степана.
  - Кто платит, тот и заказывает музыку, - изрёк тот.
  - Ясное дело, но не скажу, что мне сейчас живётся хуже, чем в детдоме, - признался Лёшка.
  - Аналогично, - поддакнул Степан, который собственного мнения по этому вопросу иметь не мог. - Раз уж мы познакомились, пора, наверное, переходить к следующей части программы. Так что дальше?
  - Домой поедем, - пожал плечами Лёшка, - забирайся.
  - Ты хочешь, чтобы я залез на эту жуть? Да мне места не хватит!
  - Хватит. Ты главное за меня покрепче держись, - успокоил брат и забрался на гравиборд, - ну же, смелей.
  Степан перекинул через плечо свою сумку, нехотя встал позади Алексея и обхватил его за талию.
  На этот раз Лёшка выбрал кружной маршрут, ведь с пассажиром через пробки не полихачишь. Объезд через центр столицы Монблана был длиннее, но и живописнее.
  Сама столица называлась просто - Столица, как это принято на многих провинциальных планетах. Однако Монблан считался достаточно развитой провинциальной планетой и пользовался наибольшей популярностью у эмигрантов со всей галактики. Помимо официальных городских кварталов, здесь существовали кварталы, занятые целыми диаспорами, а те народности, что победнее, обустраивались в гетто. Как раз мимо таких гетто Алексей старался не ездить даже днём. Там обитали самые отмороженные банды гравибордеров.
  Пассажир вёл себя на удивление тихо. Он не жаловался, не задавал вопросов, не болтал о пустяках. На самом деле, объяснялось это просто - Степан пока не умел общаться с детьми как с равными, поэтому решил, что пусть лучше его считают угрюмым детдомовцем, нежели умником или задавакой, которых везде не любят.
  Гравиборд проехал мимо небоскрёбов центрального квартала, немного срезал через парк и оказался в жилом районе, застроенном двух и трёхэтажными коттеджами. Все они были белыми и крытыми красной черепицей. В одном из них и расположилось школьное общежитие номер четыре.
  - Добро пожаловать домой! - Произнёс Лёшка, остановившись у самого порога.
  Степан слез с гравиборда и принялся внимательно рассматривать своё новое жилище. Сам дом имел три этажа и выглядел неухоженным. По стенам в некоторых местах расходились трещины, а на газоне валялись осколки черепицы. Карпатов подошёл к стене и поковырял пальцем одну из трещин.
  Мда, обстрела не выдержит, - с сожалением подумал он.
  - Ну, как тебе? - Поинтересовался Лёшка, складывая гравиборд.
  - Халупа, - честно ответил Степан, - но хоть стёкла целы.
  - Мы ещё с прошлого года ремонта ждём, а школьный совет всё тянет, - вздохнул Лёшка.
  - Здесь есть другой выход? - Неожиданно спросил Степан.
  - Нет, - опешил Алексей, - а зачем?
  - На всякий случай, - туманно ответил бывший диверсант. Ему плохо спалось в местах, где не было пути для экстренного отступления.
  - Ну, пойдём что ли, - предложил Лёшка и зашёл первым, таща подмышкой нечто похожее на металлический рюкзак - сложенный гравиборд.
  Миновав копающегося в шкафу братца, Степан прошёл по коридору. Слева находилась дверь на кухню. Следующая дверь оказалась заперта, и из-за неё шёл звук идущей воды. Должно быть ванная. Дверь справа была двустворчатой и выводила в гостиную, занимавшую большую часть первого этажа. Там стояло несколько потрёпанных кресел и диванов, один большой, но старый головизор и длинный обеденный стол. На полу перед головизором сидел мальчик лет восьми в больших очках и самозабвенно резался в какую-то видеоигру, не замечая ничего вокруг.
  Степан почувствовал чьё-то приближение сзади и резко обернулся, по привычке заведя правую руку за спину, куда раньше по обыкновению цеплял к поясу кобуру. Мальчишка с азиатскими чертами лица вздрогнул.
  - Э-э, привет... - неуверенно поздоровался он.
  - Привет.
  Они оценивающе оглядели друг друга.
  - Зачем ты ко мне подкрадывался? - Прямо спросил Степан.
  - Я не подкрадывался, - помотав головой, ответил мальчишка.
  - Неужели?
  - Да точно!
  - Занимаешься боевыми искусствами?
  Узкие глаза азиата округлились от удивления.
  - Как ты догадался?
  - Я не догадывался, - пожал плечами Карпатов, - просто понял. Чем именно занимаешься?
  - Каратэ.
  - Странно. Я думал голливудским кунг-фу. Это сейчас модно.
  - Ха! - Презрительно усмехнулся мальчишка. - Этим кунг-фу только ворон пугать! Одни красивые, но бесполезные в действительности движения! Ты смотрел их соревнования по ящику? Это же, как танцы!
  - Верно, - чуть улыбнувшись, согласился Степан, хотя находил в данном виде рукопашного боя чуть больше смысла. Правда, не функционального, а эстетического.
  - А ты чем занимаешься?
  - Ничем, - не раздумывая, соврал Степан, являющийся мастером сразу в нескольких видах рукопашного боя.
  - Да ладно тебе заливать! Я ведь тоже понял, что ты не так прост, вон как быстро меня заметил! Да и поза у тебя была, будто ты достать что-то хотел!
  - Спортивное ушу, дуаньбин, - тут же нашёлся Карпатов.
  - Ясно, - понимающе кивнул мальчишка. Объяснение его вполне устроило, так как дуаньбин - это поединки на коротком оружии. - А что у тебя там?
  - Ничего, просто привычка, - Степан крутанулся на месте, доказывая правдивость своих слов.
  - Это не привычка, а настоящий рефлекс, - уважительно заметил азиат.
  - Привет, Лин! - Подошёл к ним Алексей. - Уже познакомились?
  - Пока ещё не успели, - улыбнулся Лин.
  - Тогда знакомьтесь, Лин - Степан, Степан - Лин. Так, а остальные где?
  - Так ведь выходной же, все разбежались кто куда.
  - И Катька?!
  - Не-е, в ванной сидит.
  - Вот и ладненько. Ну что, Стёпа, пойдём твою комнату покажу.
  
  
  Дальние рубежи Российского Галактического Сектора
  Научно-исследовательская станция 'Хамелеон-9'
  
  - Бурый, это Стилет. Причальная зона 3-Би - чисто.
  - Точно чисто? У меня тут до сих пор огонёк стыковки мигает.
  - Никаких посторонних объектов не наблюдаю.
  - А шлюзы?
  - Шлюзы задраены, я проверял. К тому же их невозможно открыть снаружи.
  - Проверь блокираторы.
  - Бурый ты чего, в параноики записался? Эти блокираторы хрен свернёшь!
  - Со специальной техникой свернуть можно всё что угодно. Знаешь, сколько всякого сейчас наизобретали?
  - Кто наизобретал то, Бурый?
  - Будто у нас врагов мало!
  - Ну да, конечно, и все они спят и видят, как бы нашу станцию ломануть!
  - Вполне возможно, объект то государственной важности! Так что не пыхти, а иди и проверь!
  - Вот когда я буду у пульта сидеть, ты у меня систему переработки отходов проверять полезешь! - Мстительно заявил Стилет.
  - Вот уж фиг! Это будет превышением полномочий!
  - А ты сейчас ничего не превышаешь?
  - Я - нет. У меня же огонёк мигает! Следовательно, я в своём праве, - ответил Бурый и отключился.
  Стилет вздохнул и, повесив автомат на плечо, неторопливо поплёлся к рубке управления стыковкой. Войдя туда, он включил свет и уселся на пропыленное кресло оператора - причал 3-Би давно не использовался. Стилет, применив универсальный ключ сотрудника службы безопасности станции, запустил терминал и дал команду вывести изображения с камер наружного наблюдения. Вместо картинки на дисплеях появилось сообщение 'Нет сигнала!'.
  - Бурый!
  - Внимательно...
  - Она тут пишет, что сигнала нет.
  - Что совсем? Там же шестнадцать камер!
  - Может, перегорели? Сколько лет то прошло!
  - Это тебе что лампочки, блин?! В общем так, залезай в скафандр и дуй на смотровую площадку.
  - Но Бурый...
  - Что Бурый! Это ЧП, понимаешь? В наше с тобой дежурство! Ты что, инструкции забыл? Или, может, под трибунал собрался?
  - Да понял я, не ори! - Огрызнулся Стилет и вырубил связь.
  - Посмотрел бы я, как ты свою ряху сюда втискивать будешь, - ворчал он, облачаясь в скафандр, - а я тебе это устрою! При первой же возможности!
  Когда Стилет собирался надеть шлем, он услышал резкий неприятный скрежет метала о метал, идущий откуда-то сверху. Задрав голову, он всмотрелся в сплетение кабелей и труб под потолком, но ничего сквозь мрак не разглядел. Он начал медленно пятиться к ящику, на который сложил обмундирование и автомат. Когда его рука была в сантиметре от оружия, из темноты над его головой выпала тень и приземлилась прямо перед ним. Человек, одетый в лёгкий штурмовой костюм чёрного цвета, выпрямился и взмахнул рукой, сжимающей короткий кривой клинок. Тело Стилета рухнуло на пол, и звук удара тяжёлого скафандра о металлическое покрытие эхом разнёсся по коридору. Из перерезанного горла натекла приличная лужа крови.
  Вслед за первым, с потолка спрыгнули ещё двое в аналогичных костюмах.
  - Ну и что за цирк? Зачем нужно было привлекать его внимание? Он же чуть до оружия не добрался! - Осуждающе произнёс один.
  - Мне показалось, так будет честнее. Лично я не хотел бы умереть, не заглянув в лицо своему противнику. - Отозвался другой, вытирая клинок.
  - На тебе маска, идиот!
  - Да, но глаза мои открыты. Глаз вполне достаточно. Он успел в них заглянуть и увидеть там свой конец. Таким образом, я дал понять, что уважаю его как воина.
  - Не думаю, что он в полной мере оценил твой жест. - Вмешался в разговор третий. - Если ты будешь играть в гляделки с каждым встречным, мы далеко не уйдём!
  - Вот именно!
  - Вы ничего не знаете о чести воина и благородной смерти!
  - Это что, религия какая-то?
  - Скорее учение, - поправил убийца и бесшумно двинулся по коридору.
  - Маньяк, - сказал один.
  - Фанатик, - добавил второй.
  
  
  Российский Галактический Сектор
  Планета Монблан
  
  Степан-Хана никогда не причислял себя к одиночкам. Практически все задания штаба он исполнял вместе со своей командой - тренированными специалистами, понимающими друг друга с полуслова. Да и одиночество само по себе он не любил. Оставаясь долгое время наедине с самим собой, ему в голову начинали приходить мысли насчёт своего предназначения или смысла выполняемых им приказов. Теперь такой проблемы не существовало, ведь приказы кончились, но чувства покоя Степан не испытывал.
  Школьная общага - штука пострашнее переходного возраста - думал он, ворочаясь на скрипучей раскладушке.
  Этот день был наполнен нескончаемой суетой. Пока Степан с Лином приводили в порядок выделенную ему комнату, Алексей затеял настоящий скандал с визгливой особой по имени Катька. Суть его претензий сводилось к тому, что не следует ей, тем более в одиночку, участвовать в сомнительных соревнованиях и ронять своими выходками престиж четвёртого общежития. Катька же в ультразвуковом режиме заявляла, что ей никто не указ, и она будет делать то, что сочтёт нужным.
  - Если их ругань станет неразборчивой, побежим разнимать, - наматывая мокрую тряпку на швабру, предупредил Лин.
  - Алексей дерётся с девчонками? - Удивился Степан, мывший единственное в комнате окно.
  - Только с Катькой. Да она на всех кидается, если её разозлить! А мы что? Приходится отбиваться, пока глаза не выцарапала!
  - Она... очень своенравная личность, - подобрав наиболее нейтральное определение, заметил Карпатов.
  - Ага! Своенравие у неё отовсюду так и прёт! - Отчего-то развеселился Лин.
  Тем временем скандал разрешился без лишнего кровопролития. Что-то с диким топотом пронеслось по лестнице на третий этаж и хлопнуло дверью.
  - Ну, как у вас тут? - Заглянув в комнату, поинтересовался Лёшка, выглядевший, словно выжатый лимон.
  - Да вот, почти закончили. - Отрапортовал Лин. - Только мебели тут маловато.
  - Нормально, - отмахнулся Степан. - Есть где спать и работать, остальное приложится.
  - Конструктивный подход, - одобрил Лёшка, - жаль Катька не по этой части!
  - Что, ни до чего не договорились? - Спросил Лин.
  - А то ты её не знаешь! Я уже начинаю подумывать, а не написать ли заявление администрации, чтобы её куда подальше переселили.
  - Общество должно заботиться даже о самых слабых его элементах, - явно процитировал кого-то Лин.
  - Опять твоя восточная демагогия? Хорошо, она тебя не слышит, а то за 'слабый элемент' язык бы выдрала.
  - Не выдрала бы, моё каратэ сильнее!
  - А ты проверял?
  - Возможности пока не было.
  - Молись, чтобы и дальше не было. Катька - мастер запрещённых приёмов.
  - Каких, например? - Тут же заинтересовался Степан. Он никогда не упускал возможности пополнить свой арсенал.
  - Ты когда-нибудь видел, как выкручивают брови?
  - Э-э... нет.
  - А Катька так может!
  
  Общежитие вмещало до восьми человек и, с появлением Степана, собрался полный комплект. С соседями ему удалось познакомиться только за ужином. Самым старшим был пятнадцатилетний Алексей. Он то и считался здесь за главного. Лину и Сидни было по тринадцать, но из-за слишком разного круга интересов они нечасто общались. Если с Лином всё понятно, то Сидни являлся тем, кого принято называть ботаником. Одевался он неопрятно и имел торчащие во все стороны рыжие кудри. Младшим же был Вовчик, которого Степан застал ранее за видеоигрой. На этом мужская половина общежития заканчивалась, и шли девчонки: десятилетняя Марта, тринадцатилетняя Тося, и, собственно, Катька, которой недавно стукнуло четырнадцать. Она, кстати, проигнорировав свою очередь стоять у кухонного автомата, на ужин не явилась, видимо выражая, таким образом, протест. Против чего она протестует, Степан так и не разобрался.
  Во время ужина, бывший разведчик старался узнать как можно больше о своих соседях и их образе жизни, не сболтнув при этом ничего лишнего о себе. Теперь же он валялся на своей раскладушке и, уставившись в потолок, анализировал добытые факты. Прежде всего, ему была непонятна система заселения общежития, в котором дети не разделялись ни по полу, ни по возрасту. При этом было удивительно наблюдать, что они худо-бедно да уживались вместе! Степан не мог представить достаточно объективные причины, по которым школьная администрация позволяла детям существовать фактически без присмотра. Может они разделяли мнение Мастерсов, относительно приучения к самостоятельности с малолетства? Или же это банальная экономия средств? Второе предположение больше нравилось Карпатову, успевшему возненавидеть любые социальные эксперименты всей душой. Ему было удобнее считать себя ребёнком, на условия жизни которого администрации наплевать, нежели подопытной крысой, действия которой будут анализировать студенты какого-нибудь местного психологического института.
  
  - Как он тебе? - Спросил Алексей, оставшийся вместе с Лином убирать со стола.
  - Брат твой? Да вроде нормальный парень.
  - А он... не показался тебе немного странным?
  - Ну, я даже не знаю... Какой-то он серьёзный и молчаливый. А вообще, он мне понравился - в боевых искусствах разбирается и знает про даосизм и конфуцианство!
  - Разве не странный круг интересов?
  - Ничуть. Или ты и меня странным считаешь?
  - Ладно, замнём про это. Меня другое беспокоит.
  - Что именно?
  - То, как он про свою жизнь в детдоме рассказывал.
  - А что не так то?
  - Он ведь всё в общих чертах описал! Ни одной смешной ситуации или какого-нибудь интересного случая! Даже про воспитателей не упомянул! Говорил, будто доклад читал!
  - Может ему просто тяжело об этом вспоминать. Вдруг ему там туго пришлось, например, прессовал кто.
  - Знаешь, я его всего ничего знаю, но такое ощущение, что прессовать такого себе дороже. А если бы ему вспоминать об этом не хотелось, он бы вообще избегал говорить на эту тему.
  - Ну, возможно. Только к чему ты вообще этот разговор завёл?
  - Не знаю, - пожал плечами Лёшка, - странно просто. Зачем кому-то косить под детдомовца?
  - А ты уверен, что он косит?
  - Ну, у меня есть такое ощущение.
  - А допустим, и косит, то что?
  - Значит, пытается что-то от нас скрыть.
  - Только то, что, по его мнению, нам не нужно знать. У каждого есть что-то такое. Да и не думаю, что это может быть чем-то серьёзным, его же твои родители взяли. Если они считают, что всё в порядке, то и тебе не стоит волноваться.
  - Да я и не волнуюсь. Просто выражаю сомнения.
  - Сомнения неподкреплённые фактами - есть ничто! - С умным видом продекламировал Лин.
  
  Она, стараясь не шуметь, прокралась по коридору. Ориентируясь на свет уличного фонаря, идущий через окно, Катька добралась до интересующей её двери. Подёргав ручку и, убедившись, что дверь заперта, она достала из кармана маленькую проволочную петельку и тонкий гвоздик. Открывать такие простые замки она умела с закрытыми глазами. Всё-таки хорошо, что школа на всём экономит - с магнитными замками куда больше хлопот.
  Раздался тихий щелчок, и она проникла в комнату. Раскладушка находилась у дальней стены, но стоило ей пройти несколько шагов, как включился свет.
  - Здравствуйте, - раздался за спиной вкрадчивый голос.
  А я то по своей новообретённой детской наивности полагал, что день, наконец, закончился, - вздохнул про себя Степан.
  Катька развернулась на пятках. Заспанный новичок стоял, прислонившись к стене рядом с выключателем, и сверлил её взглядом.
  - Здоровей видали! - Нагло отозвалась она. - Ты что меня здесь специально ждал?
  - Больно надо. Но ты там так топала что... извини, я слишком устал, чтобы придумывать издевательские метафоры. Короче, слышно тебя было прекрасно.
  - Тут просто полы старые, - начала было оправдываться Катька, но вспомнила, зачем пришла. - Я вообще-то познакомиться хотела!
  - А до утра это подождать не могло, - зевнул Степан.
  - Я по утрам сплю, я сова, - сказала Катька чистую правду.
  Степан недоверчиво поглядел на девчонку. Она была слишком высокой для своего возраста, примерно наголову выше его самого. В тот момент на ней были широкие чёрные джинсы и просторная полосатая кофта. На её лбу красовался пластырь, и была разбита нижняя губа.
  Наверное, это тот случай, когда недостаток привлекательности компенсируется напором и наглостью, - мысленно предположил Степан, недавно прочитавший статью о трудных подростках. В той статье было слишком много психологических терминов, поэтому Карпатов не совсем уяснил, каким образом можно с ними полноценно общаться и возможно ли это в принципе.
  - Я Степан. - Представился он. - А ты, как я понял, Екатерина?
  - Просто Катька, - отмахнулась она и приблизилась.
  Степан оторвался от косяка и выпрямился. Теперь разница в росте была более очевидной, что его несколько огорчило. Он никогда не комплексовал из-за своего роста, но именно в этот момент ему очень хотелось казаться повнушительнее.
  - Да вроде бы ничего особенного, - протянула Катька.
  - Ты о чём?
  - О тебе.
  - А что во мне должно быть особенного? - Насторожился Степан.
  - Вот и мне непонятно, что Тоська в тебе нашла, что все уши прожужжала. Такой таинственный, такой таинственный! Тьфу...!
  Карпатов покосился на плевок на недавно отдраенном полу и укоризненно посмотрел на Катьку. Та только нагло ухмыльнулась.
  - Будь я старше, я бы тебя выпорол, - заявил Степан.
  - Ага, попробовал один такой! И вообще, насилие это не метод! Да и не помогло бы!
  - Глядя на твою физиономию, ничуть не сомневаюсь.
  - Вот и не сомневайся! - Рявкнула девчонка. - Уж будь уверен, те, кто это сделал сейчас поживописнее выглядят.
  - К чему, собственно, такая воинственность. Это ведь просто визит вежливости, насколько я понял. Или нет?
  - Да... точно - стушевалась Катька, - я тогда пойду.
  - Только не забудь свою штуку.
  - Какую штуку? - Удивилась она.
  - Ту коробочку, которую ты за спиной бросила на пол, а потом пяткой зафутболила мне под раскладушку.
  - К-как ты заметил?
  - Придумай самую издевательскую метафору насчёт своих способностей, и она будет тебе ответом. Извини, но у меня, в самом деле, сейчас воображение не работает, я правда ужасно устал.
  Катька подобрала свою коробочку и направилась к двери.
  - Кстати, а что там? - Полюбопытствовал Степан.
  - Подарок, - улыбнулась Катька, - но раз он тебе не нужен...
  - Не нужен, - отрезал Карпатов.
  Катька, возмущённо фыркнув, гордо удалилась. От идеи порадовать новичка 'Будильником' она не отказалась, и восприняла его поведение как вызов. Она очень любила вызовы. Степан же, в свою очередь, решил, что отныне регулярная проверка помещения лишней не будет. Он очень не любил сюрпризы.
  
  
  
  
  
  
  Глава 3
  
  Изучающий и требовательный взгляд педагога встретился с холодным пронзительным взглядом солдата. Они сидели друг напротив друга уже три минуты к ряду. Худая женщина со строгим лицом и лохматый мальчишка. То, что они делали, не было игрой в гляделки, скорее поединком. Насколько ни была уверена директриса Изотова Валерия Марковна в своём превосходстве над 'этими вечно ноющими сопляками', взгляда профессионального убийцы, который по определению не может выражать ничего хорошего, долго сдержать она не могла.
  Шумно выдохнув, будто задерживала дыхание, директриса откинулась на спинку кресла и забарабанила пальцами по столу. Обычно, после её сокрушительной победы, ученик хмуро отводил глаза, а она продолжала сверлить его своим фирменным укоризненным взглядом. Теперь же, мальчишка просто сидел и выжидающе смотрел на неё. Вновь скрещивать взгляды Изотова не спешила, ей и после первого раза мурашек на спине хватило. Она уставилась в свой монитор и набрала несколько команд на сенсорной панели.
  - Значит, Стивен Мастерс? - Прочистив горло, спросила она.
  - Верно.
  - Вы уже освоились в предоставленном вам общежитии?
  - Осваиваюсь.
  - Надеюсь, вам понравились соседи. Мы недавно открыли новое общежитие, но по просьбе ваших родителей, определили вас к брату. Ваши родители очень влиятельные люди! - Она со значением поглядела на Карпатова и тут же снова углубилась в изучение выведенных данных.
  - В определённых кругах - несомненно.
  - Вы родились четырнадцатого июля две тысячи семьсот седьмого года?
  - Да. - Коротко ответил Степан. В качестве своего нового дня рождения он выбрал дату собственной гибели. Это показалась ему чертовски символичным.
  - До усыновления вы обучались в...
  - Послушайте, - перебил Карпатов, - неужели все пункты из вашего списка требуют моего устного подтверждения?
  - Ну, можно это опустить, - вынуждена была согласиться директриса, которая просто тянула время, чтобы разобраться в посетителе.
  Изотова всегда считала себя отличным педагогом и привыкла сходу определять своих учеников к тому или иному типу. Сидящий в данный момент перед ней мальчишка в стандартную классификацию не вписывался. Такие уникумы встречались нечасто и требовали особого подхода (в том плане, чтобы не доставляли лишних проблем и не ухудшали общие показатели).
  - Тогда вот, - она протянула свежеотпечатанный лист, - вы будете заниматься с группой 3-41-ОМ-КА. Здесь ваше расписание, список учебных программ и адрес ателье, где вы можете купить нашу форму.
  - Купить форму? - Удивился Степан. В его понимании, форма была тем, что выдаётся в обязательном порядке и бесплатно.
  - Ну да. Советую с этим не тянуть, у них с трёх перерыв. Вот, в общем, и всё. Завтра можете приступать к занятиям. Да, и вот это... - Изотова достала из ящика стола ещё один лист. - Здесь говориться, что вы ознакомлены с правилами нашего учебного заведения и полностью с ними согласны. Распишитесь.
  - Извините, но ни с чем подобным я ознакомлен не был, - покосившись на протянутые лист и ручку, сообщил Степан.
  - Очень плохо, молодой человек, что вы так безответственно относитесь к нашим порядкам. Вам нужно обязательно с ними ознакомиться, а пока - распишитесь!
  - Не сейчас, - отказался Карпатов, в некоторых вопросах остающийся непреклонным. Он ненавидел все эти бюрократические штучки и всегда с подозрением относился к документам, которые суют ему на подпись, ведь при случае их можно использовать против него. - Если у вас всё, я пойду. А насчёт этого я загляну, как только изучу эти ваши правила.
  И Степан-Хана удалился. Преподаватели были для него обычными гражданскими. Среди них он не признавал начальников и не имел подчинённых, поэтому общался с ними одинаково нейтрально, то есть, не выказывал никакого почтения, не видя в них превосходства, но и не переходил на откровенную грубость.
  Оставшись в одиночестве, Изотова поразмышляла и решила отнести его к хулиганью. А конкретнее, к тому его виду, кто считает себя умнее других и не признаёт авторитетов.
   Вторая Общеобразовательная Школа имени Людина М.В. представляла собой внушительный комплекс строений, оформленный в стиле раннего космического барокко, отличающегося обилием барельефов и множеством других декоративных украшений на космические темы. Кроме просторной спортивной площадки, к школе относился большой сад с мощёными дорожками, скамейками и беседками. По идее, всё это должно было производить впечатление некоей аристократичности. Возможно, раньше так и было - до того, как школа заработала. Теперь сами здания потускнели, кое-где появилось граффити, а так же менее замысловатые и более неприличные рисунки и надписи. Ну а сад... это был обычный сад в котором регулярно собирается молодёжь со всеми вытекающими - пустыми банками из под разнообразных напитков, горами окурков и всё теми же вездесущими неприличными надписями, выцарапанными на деревянных поверхностях.
  В общем, именно это и ожидал увидеть Карпатов, учившийся в подобных условиях и раньше. Пока он бродил по пустым школьным коридорам - было время занятий - в поисках библиотеки, ему даже вспомнилось собственное детство. Правда очень смутно и не надолго. Оно было слишком обычным, самое интересное началось после того, как он решил пойти в войска.
  
  Орбита планеты Камь
  Космическая станция 'Комарово'
  
  Станции класса 'валенок' считались чем-то вроде космических городов. Это были исполинские сооружения валенковидной формы. Сначала планировалось назвать их Г-станциями, но это могло породить множество шуток относительно их качества. Когда кто-то предложил валенок, остальные не поняли:
  - Что ещё за валенок? Почему валенок?
  - В древности обувь такая была, типа тёплого сапога из свалянной овечьей шерсти.
  - Так может нам сразу её сапогом обозвать и дело с концом?
  - По-моему, жить в сапоге ничуть не приятней чем на Г-станции. А валенок... ведь не многие в наше время знают значение этого слова. А на слух, очень даже приятное словцо.
  - А те, кто знают?
  - Посмеются. Всё-таки это наше прошлое, можно сказать культурное наследие.
  На том и порешили.
  На данный момент эксплуатировались уже три 'валенка'. Первый находился у границ с европейскими секторами и использовался Дипломатическим Корпусом. На нём, в основном, проводились различныё международные саммиты, от экономических до медицинских. Второй назывался 'Звёздная ярмарка' и там можно было купить или продать всё что угодно. Этот 'валенок' никогда не оставался в одном месте и постоянно курсировал по просторам Российского Галактического Сектора.
  'Валенок' о котором сейчас идёт речь, был занят военными. Станция 'Комарово' являлась основной военной базой этой части Сектора.
  Когда генерала Шубейко настиг экстренный вызов, он как раз обедал. Покосившись на коммуникатор, перемигивающийся тревожными красными огоньками и отчаянно попискивающий, он со вздохом опустил занесённую ложку в тарелку и взял лежащий рядом приборчик.
  - Да, слушаю, - недовольно произнёс он.
  - У нас ЧП, товарищ генерал! - Раздался взволнованный голос его секретаря и ближайшего помощника, старшего лейтенанта Шахова.
  - Какого рода?
  - Нападение на Объект!
  - Сейчас буду.
  Шубейко вылез из-за стола, бросил прощальный взгляд на нетронутую тарелку с любимым луковым супом и стремительно вышел из офицерской столовой. Подумать только, нападение на Объект! Генерал понятия не имел, о каком именно Объекте идёт речь, но это и не важно - Сверхсекретных Объектов было не так уж много, и нападение на один из них могло означать только очень крупные неприятности.
  Генерал миновал искусственный скверик и вышел к лифту.
  - Вы хотите покинуть уровень отдыха? - Спросил приятный женский голос, когда он оказался в небольшом круглом помещении.
  - Да.
  - На какой уровень вы хотели бы попасть?
  - На штабной.
  - Подтвердите ваше право допуска на штабной уровень. - Из стены выдвинулась матово-чёрная панель, к которой генерал приложил ладонь.
  - Право допуска подтверждено. Ждите.
  Не прошло и минуты, как двери лифта раскрылись, и генерал быстрым шагом направился к офису своего ведомства.
  - Что за Объект? - Сразу спросил он, поджидающего в приёмной, секретаря.
  - Объект ПР-НКС-119, товарищ генерал! - Вытянувшись в струнку, ответил Шахов.
  Шубейко поморщился.
  - Ты мне по-русски скажи, без этого дурацкого кода!
  - Станция 'Хамелеон-9', Прохор Иваныч!
  - Хамелеон, - задумчиво пробормотал генерал, - не напомнишь, что у нас там?
  Старлей раскрыл планшет, зажатый до этого подмышкой.
  - Генетические исследования, эксперименты с созданием биологического оружия и клонированием.
  - Что там произошло?
  - Неизвестные проникли на станцию через законсервированный шлюз и сразу же убрали явившегося для проверки сотрудника внутренней безопасности. Их целью был главный архив. Каким-то образом им удалось незамеченными пробраться через три охранных периметра. Они скачали из архива нужную им информацию, и ушли тем же путём. Во время отстыковки их катер был замечен и по нему открыли огонь, только вот уж очень мощные щиты на нём стояли, злоумышленники успели скрыться.
  - А почему со станции не послали в погоню истребители? Там же, как минимум штук десять должно быть!
  - Погоню послали, но к тому времени, как истребители вылетели, катер отошёл слишком далеко для визуального нахождения, а радары и оптические приборы были забиты помехами. Со станции удалось определить расположение источника помех, и истребители направились к заданным координатам. Но на месте ничего не обнаружили, видимо катер был подобран дожидавшимся его судном, которое впоследствии ушло в подпространство.
  - Вот значит, как, - Шубейко обессилено опустился на диванчик для посетителей. - Очень серьёзные ребята это были, неплохо подготовились. Но самое страшное не то, что им удалось это сделать, а то, как им удалось узнать, где находится станция. - Рассуждал вслух он. - Значит либо задействовали какие-то новые технологии для её обнаружения, что маловероятно, так как они не могли в таком случае знать, что искать конкретно, либо им слили информацию. Причём с самого верха, что не есть хорошо. Высокопоставленный иуда хуже батальона нувлоков на Красной Площади. Кстати, уже выяснили, что им удалось спереть?
  - Да, информацию по проекту КСД-М...
  - Коля!
  - Проект 'Багряная Нова'.
  - 'Багряная Нова'? - Изумился Шубейко. - Но этот проект был признан неперспективным и заморожен, если я ничего не путаю!
  - Никак нет, товарищ генерал. Это действительно 'мёртвый' проект, но кому-то он всё же понадобился, если для получения информации они привлекли такие средства и не постеснялись убить двух сотрудников станции!
  - Двух? Ты упоминал только об одном!
  - Вторым был уборщик. Он прибирался в архиве, когда они пришли.
  - Понятно, - задумчиво произнёс генерал, - что ещё интересного ты можешь мне сказать?
  - У каждого из нападавших имелся портативный генератор помех, и камеры не смогли их заснять, но по датчикам давления на полу архива, нам точно известно, что их было трое. - Шахов ещё раз заглянул в планшет. - Ещё, оба сотрудника были убиты с помощью одного и того же очень острого лезвия.
  - Так их зарезали?
  - Да. Быстро и профессионально. Вот снимки.
  Секретарь протянул генералу два тонких пластиковых листа с объёмными изображениями.
  - Действительно, удары нанесены вполне профессионально, - констатировал Шубейко, внимательно осмотрев голографии, - но в самом способе нет ничего профессионального, слишком много крови, слишком много риска, слишком много... позерства что ли! Да и первое тело они не спрятали, что вероятно говорит о некотором самомнении. Думаю, действовали новички.
  - Но им удалось незамеченными добраться до цели, взять что нужно, и скрыться!
  - Значит, это были подготовленные новички. Если бы профи хотел остаться незамеченным, его бы никто не заметил, и не было бы трупов. Обычно в таких операциях стараются избегать применения силы и не оставлять таких вот красноречивых следов.
  - А вдруг это не след, а предупреждение? - Предположил Шахов.
  - Тогда оно должно что-то значить, - пожал плечами генерал, - я лично в этом никакого смысла не вижу. Пока, во всяком случае.
  
  Российский Галактический Сектор
  Планета Монблан
  
  Степан возвращался домой, таща большой бумажный пакет набитый школьной формой. Стрельнув взглядом на витрину парфюмерного магазина, он успел заметить в отражении на стекле человека, который - как ему казалось - следует за ним с самого утра. Он не успел рассмотреть его достаточно подробно, просто знал, что некто светловолосый в джинсовой куртке постоянно крутится рядом.
  Чёрт, да этот сопляк почти и не таится, - раздражённо подумал бывший разведчик, - кого только командир на меня подвесил? Хотя у него, наверное, не было времени задействовать в этом районе кого-нибудь поприличнее, уж больно резко от меня Мастерсы отделались.
  Полквартала Карпатов прошагал размышляя, не познакомиться ли с соглядатаем поближе и решил для начала устроить ему небольшую проверку. Всё-таки этот парень обязан был не только докладывать о его действиях, но и прикрыть спину, если произойдёт непредвиденная ситуация. В наличии подобного пункта он не сомневался - генерал прекрасно знал, как любят крутиться возле Степана разнообразные непредвиденные ситуации, и просто не мог не озаботиться этим.
  
  Младший оперативный агент Кирилл Суслов очень серьёзно относился к заданиям. Даже к таким непонятным, как это, выданное ему майором Ждановым. Приглядывать за каким-то мальчишкой и действовать по обстоятельствам, если что случиться. Интерес Разведывательно-Диверсионного Управления к пацану был весьма странен, но прошёл слушок, что задание идёт из центра, от самого Шубейко, и Кирилл списал все странности на родственные связи или что-то около того. До выяснения более подробных обстоятельств, разумеется. При этом ему совершенно не было обидно, что шишки в погонах задействуют его в личных интересах. Он ведь был новичком и не представлял особой ценности, как опытный сотрудник, поэтому был готов к подобным 'миссиям'.
  Всё лучше, чем генералу этому дачу строить, - думал он. - Следить за пацаном совсем не сложно - большую часть дня он, по идее, должен проводить в школе. Да и что такого может случиться?
  Он пребывал в таком разгильдяйском настроении ровно до тех пор, пока мальчишка, до этого мирно топавший по оживлённой улице, резко не свернул в какую-то подворотню.
  Ему что, приспичило? - Предположил Суслов.
  В таком случае, соваться следом было бы не тактично, поэтому он пристроился у ближайшего киоска и принялся ждать, делая вид, что выбирает мороженное.
  Или срезать решил, - заключил про себя агент, после пяти минут ожидания. Опыта в слежке у него не было совсем, поэтому ему даже на ум не пришло, что мальчишка мог запросто его заметить и попробовать оторваться. Он это понял только тогда, когда, пройдя узкую грязную улочку, вышел на небольшую, но многолюдную площадь с фонтаном, а мальчишка, жуя купленный в лотке бутерброд, таращился прямо на него. Суслов на мгновение оцепенел. Пацан, проглотив очередной кусок, ухмыльнулся, демонстративно приподнял руку с часами и, неодобрительно покачав головой, растворился в толпе.
  - Ах так! - Скрипнул зубами Суслов, поняв, что ему брошен вызов, и решительно двинулся вперёд.
  Продвигаться было нелегко, уследить за передвижениями ребёнка ещё сложнее. Он, как назло, был одет в неприметный серый костюмчик. Единственным, что подсказывало направление, являлся жёлтый бумажный пакет из салона одежды, периодически промелькивающий меж бредущими по своим делам людьми.
  С площади мальчик вышел на широкую улицу, где следовать за ним стало проще, но и скорости он прибавил. На бег он не переходил и, тем не менее, двигался довольно стремительно, с ловкостью огибая любые препятствия. Вот он снова нырнул в мрачный переулок, который переходом на следующую широкую улицу не закончился. Наоборот, он вился меж домов и вывел в небольшой дворик, в который вливались ещё три таких же переулка.
  Кирилл остановился посреди двора, решая, в каком направлении скрылся щенок. Словно подсказка свыше, справа раздался приглушённый звук упавшей жестяной банки. Вход в тот переулок был наполовину загорожен решёткой, наполовину заставлен пустыми ящиками.
  И зачем я в эту погоню ввязался! Надо было сделать вид, что просто проходил мимо! - С сожалением подумал младший агент. - Но этот паршивец ясно дал понять, что раскусил меня! Возможно, ему известно о моём задании больше чем мне. Ладно, спрошу, когда отловлю.
  Перебравшись через ящики, Суслов угодил прямо в глубокую лужу неестественного происхождения.
  - Нет, сначала уши надеру, а потом уже спрашивать буду! - Прорычал он, стоя по щиколотку в вонючей грязно-маслянистой жидкости.
  Этот переулок не был длинным и заканчивался тупиком, где стояла пара мусорных контейнеров, рядом с которыми валялось всевозможное барахло, типа покорёженной двери гравимобиля или старого шезлонга. Мальчишки видно не было.
  Неужели, он в этой куче мусора схоронился? - С отвращением подумал Кирилл. - И что теперь делать?!
  
  Степан изрядно повеселился пока наблюдал за роющимся в хламе агентом, удерживаясь при этом на пожарной лестнице, на высоте третьего этажа.
  Одной рукой агент зажимал платком нос, а второй - ворочал мусор подобранной лыжной палкой. Передвигался он при этом как цапля, стараясь ни во что не вляпаться. Хотя, по мнению Степана, мог бы и не стараться - и так мимо той лужи не проскочил.
  Сам агент был довольно высок, но молод. Чересчур молод.
  Либо командир меня не уважает, либо у него сейчас проблемы посерьёзнее, чем укороченный отставник, - рассуждал Карпатов.
  Когда ему надоело любоваться агентом - да и непривычное к физическим нагрузкам детское тело немного занемело на этой лестнице - Степан спустился и бесшумно спрыгнул на землю. Даже бумажный пакет, который он повесил через плечо, не издал ни единого звука.
  - Кхм! - Обратил на себя внимание Карпатов, подойдя к краю свалки.
  Кирилл стремительно обернулся. В его руке был маленький, словно игрушечный, пистолетик.
  - Они тебя даже не вооружили толком, - грустно вздохнул бывший разведчик, - разве 'Ёжиком' много навоюешь?
  - Нормальное оружие, стреляет точно, гарантированно нейтрализует! - Тут же возмутился агент, убирая пистолет. - Много ты знаешь?!
  Степан невесело усмехнулся. Об иглострелах он знал достаточно, и очень их не любил. Даже не так. Он просто не считал их оружием, потому как в его понимании оружие это то, чем можно отстрелить башку, разнести в щепки, взорвать, пырнуть, расчленить или классически наделать дырок. А иглострелы обычно полезны на космических кораблях и то только потому, что их мощности недостаточно, чтобы пробить среднестатистическую переборку, и не опасаться рикошета.
  - Между прочим, мы живём не в плоском пространстве и у нас есть такая полезная штука, как верх. - Съязвил в ответ Карпатов, взглядом указав на пожарную лестницу.
  - Ну да, как же, - усмехнулся агент. - Она же метрах в двух над землёй начинается! Как бы ты туда залез?
  - Допрыгнул, - серьёзно ответил Степан. - Я, между прочим, очень спортивный и, в некотором смысле, даже одарённый ребёнок. А ты - салага. Тебя кто учил так наблюдение вести? И вообще, кто тебя заслал?
  От подобных заявлений, Кирилл немного обалдел, но он не был бы агентом - пусть даже и младшим - если бы не умел вовремя брать себя в руки.
  - С чего ты взял, что меня кто-то заслал?
  Степан красноречиво посмотрел на агента.
  - Ты за мной следил, потом ты за мной гнался, хоть ты и нацепил гражданку, но военную выправку она не скрывает, а скорее подчёркивает, к тому же ещё и иглострел твой. Ну и кто ты после этого?
  - Я... из милиции!
  - Ну да, а я из общества защиты вымирающих видов бактерий. Менты используют шокеры! А ты, скорее всего, из спецслужб. Из РДУ, например.
  Суслов похолодел. Всё-таки пацан что-то знает!
  - И начальник твой... полковник Шульгин, - продолжил Степан.
  - Майор Жданов, - автоматически поправил агент.
  Степан поморщился.
  - Ну дела! - Воскликнул он. - А если бы я был вражеским шпионом!? Да ты информацию, как воду в параше, сливаешь!
  - Да я... - смутился Кирилл, - да ты вообще кто? Такой умный нашёлся?!
  - По сравнению с тобой - гений!
  Степан глубоко вздохнул и моментально успокоился. Для разведчика очень важно уметь моментально успокаиваться.
  - Как тебе, наверное, известно, я - Стивен Мастерс. Не спрашивай меня, почему ты должен за мной наблюдать, просто наблюдай. И если я тебя ещё раз замечу, пожалуюсь твоему Жданову, я ваши явки-пароли знаю. Не спрашивай откуда. И не суйся, если что-то произойдёт - сам справлюсь. Не спрашивай, как я... короче, вообще ни о чём меня не спрашивай, всё равно не отвечу.
  Степан развернулся и зашагал обратно по переулку, а Кирилл недоумённо глядел ему в след. Ответов он не получил, зато количество вопросов значительно возросло. Не говоря уже о том, что сейчас его отчитал какой-то сопляк! Причём этот сопляк был полностью уверен в своём праве отчитывать агента РДУ! А это было уже не просто странно, а скорее загадочно! Значит, это всё же не родственник генеральской шишки а... кто-то ещё. И кто же это, Суслову было очень любопытно. Теперь эта миссия стала для него куда привлекательнее. Кроме обычной слежки, нужно было разобраться в том, что происходит вокруг. Кирилл перечитал огромное количество приключенческих и детективных книг, где вокруг главного героя начинали разворачиваться странные и непонятные события, а он, благодаря своей сообразительности, ловкости и прочим качествам, коими обычно наделяют главных героев, распутывал сюжетный клубок и в итоге оставался в выигрыше.
  Агента посылают на рутинное, казалось бы, задание, но объект оказывается не так-то прост! У обычного подростка обнаруживаются нетипичные способности! Он знает то, что не должен! Кто же этот ребёнок? Какие тайны он скрывает? Это и предстоит выяснить гениальному агенту... впрочем, не забывая об основных задачах миссии! - Возвышенно размышлял Кирилл, выбираясь из кучи мусора.
  
  Хмурый Степан медленно брёл в общагу. Ему очень хотелось верить, что парень приставленный к нему не так прост, как кажется, но... он в это не верил. Этот агент был скорее кабинетным червём, чем оперативником. Данное обстоятельство очень обеспокоило Карпатова. Куда же тогда делись все серьёзные оперативники, раз ему этот новичок достался? Вполне естественно, что он не доверил бы этому парню собственную спину.
  Измельчала кузница кадров, - думал он, - в моё время в РДУ только проверенных, опытных офицеров брали. Да я сам четыре года в штурмовом подразделении прослужил, пока меня не заметили и не завербовали!
  Бывший разведчик-диверсант поежился, представив, как бы действовал встреченный им агент на территории противника, где из своих, только несколько ребят из отряда.
  Но больше всего, ему хотелось в штаб. Ведь в штабе всегда твориться всё самое интересное. Профессиональным чутьём Карпатов чувствовал, что что-то назревает. Что-то серьёзное, а он, как назло, в положении худшем, чем пенсия! К ветеранам хоть прислушиваются, а тут - новая жизнь, так её разэдак!
  
  
  
  
  
  Глава 4
  
  Чем дольше Карпатов пребывал в теле ребёнка, тем больше положительных сторон своего положения ему открывалось. Будучи взрослым серьёзным дядей, он совершенно разучился так вот по-детски радоваться жизни. Раньше скверное настроение редко покидало его, и он оживлялся, в основном, только во время очередного задания. Теперь же, ему открылись новые (а точнее давно забытые старые) прелести бытия.
  Вот светит солнце, ветер играет листвой экзотических деревьев, завезённых с приграничных планет и украшающих теперь улицы, прохожие - кто деловито, а кто праздно - шагают мимо, а на тротуарах красуются нелепые рисунки малышни, выведенные разноцветными мелками. Степан и не заметил, как все тревожные мысли покинули его вихрастую голову. Он просто двигался бодрым пружинящим шагом, напевая про себя популярный мотивчик. Короче, вёл себя бывший разведчик, как обычный подросток, и опомнился только на пороге общаги, уже доставая свою ключ-карту.
  Неужели деградирую! - Тревожно подумал он. Вдруг, в его организме происходят какие-то процессы, в результате которых разум подстраивается под телесную оболочку? С одной стороны, это хорошо - правдоподобней будет образ, а с другой - какой, к чёрту, образ, когда есть риск потерять себя?! Меняться внутренне Степан категорически не хотел, ему и внешних изменений вполне хватило. Или всё же просто гормоны шалят? Хорошо, если бы так. После недолгих размышлений, Карпатов решил, что ему стоит начать писать что-то типа дневника. Не обязательно заносить туда что-либо важное, главное запечатлеть образ мышления, и время от времени сравнивать записи. Если станут несвязными, чересчур восторженным, ну или, к примеру, безграмотными - всё, тревожный симптом! Значит следует...
  Что же следует делать в этом случае, Степан додумать не успел. Кто-то требовательно похлопал его по плечу. Он, доведённым до автоматизма движением, перехватил чужую руку, вывернул её, сбил неизвестного противника с ног, и, заломив руку ему за спину, прижал лицом к газону.
  - Стёп, ты чего? - Ошарашено прохрипел неизвестный, голосом Сидни.
  - Сидни? - Удивлённо уточнил Карпатов.
  И тут было чему удивиться. Понятно, отчего Степан не сразу узнал соседа - под его правым глазом расплылся здоровенный фингал, а левая щека была покрыта затвердевшей дезинфицирующей мазью синего цвета.
  - Да я это, я! - Раздражённо подтвердил Сидни. - Может, слезешь с меня, наконец!
  - Ой, да извини! - Степан тотчас отпустил соседа и помог ему подняться.
  - Чего это ты чуть что на людей кидаешься? - Потирая запястье, побывавшее в железной хватке бывшего диверсанта, спросил Сидни.
  - А чего ты ко мне со спины подкрадываешься?
  - А чего ты перед дверью столбом стоишь?
  - Задумался.
  - О чём? Как ключ-карту в замок вставлять? - Ядовито поинтересовался Сидни.
  - О жизни, - серьёзно ответил Степан, не обратив на иронию внимания. - Не подкрадывайся ко мне со спины, когда я думаю о жизни. И вообще... если я, такой задумчивый, стою к тебе спиной и не замечаю твоего приближения, ты топай погромче.
  Во всяком случае, коллеги так и делали. Не то, чтобы к Карпатову можно было так просто подкрасться, однако, задумавшись, он несколько отрешённо воспринимал действительность. Впрочем, это присуще многим людям.
  - Может ещё звонок велосипедный на верёвочке таскать?
  - Это уж, как тебе удобно. Кстати, с чего это ты тут такой красивый?
  - Не твоё дело! - Буркнул Сидни, отворил дверь своей ключ-картой и прошмыгнул мимо Степана внутрь. Тот лишь покачал головой и прошёл следом.
  Карпатов отнёс вещи в комнату и спустился на кухню, где достал из холодильника готовый обед и принялся изучать инструкцию. Такие обеды выделялись общежитиям администрацией, но ребята использовали их только в крайних случаях, предпочитая - при отсутствии контроля за питанием - есть что-то повкуснее. И этим 'повкуснее' были не столько сладости, сколько обычная человеческая пища, не имеющая ничего общего с набором витаминов, представленным в виде замороженных овощей и мяса, коим являлся школьный обед. Степану по большей части было всё равно, что есть, но и ограничивать себя без необходимости он не собирался. Школьный обед он выбрал ровно по двум причинам: первая - ему хотелось попробовать то, чем кормят нынешнее подрастающее поколение; вторая - с кухонными автоматами он дела ещё не имел и даже не представлял, что будет делать, когда придёт его очередь готовить. Впрочем, он полагал, что 'старшие' товарищи не оставят его в беде.
  Загрузив коробку с обедом в микроволновку и установив требуемые параметры разогрева, Степан уселся за стол и принялся ждать. Через две минуты печь выдала сигнал готовности, после чего он приступил к обеду. По факту дегустации был вынесен вердикт: нынешнее подрастающее поколение - по мнению чиновников, составлявших рацион - должно питаться хуже, чем солдаты-контрактники в учебке. Теперь смысл собственноручно приготавливаемых блюд раскрылся перед ним во всей своей красе.
  Лин застал Степана в тот момент, когда тот сваливал недоеденный обед в утилизатор мусора.
  - Что, распробовал, чем нас травят? - Ехидно поинтересовался он.
  - Лучше, чем ты можешь себе представить, - хмуро откликнулся Карпатов.
  - Мог бы и подождать, я сейчас всё равно собирался на всех готовить.
  - Твоя очередь?
  - Ага.
  - Не против, если я поприсутствую? - Попросил Степан. - Может, помогу чем.
  - Ещё как не против! Только зачем тебе? Ты то новенький, твоя очередь не скоро!
  - Ну я это... не совсем себе представляю, что нужно со всем этим делать, - Степан обвёл рукой кухонный аппарат, расположившийся вдоль стены.
  - То есть как? - Удивился Лин.
  - А вот так, - спокойно ответил Карпатов.
  - Лёшка говорил, что у них в детдоме были дежурства по кухне, потому он из нас лучший кулинар!
  - У всех по-разному, - уклончиво ответил лжедетдомовец.
  - Ясно, - протянул Лин. - Ладно, вместе быстрее управимся! Ты будешь резать овощи, а я мясо.
  - И что должно получиться в итоге?
  - Рагу. - С гордостью ответил Лин. - Ещё я умею готовить щи и несколько национальных блюд, но они остальным почему-то не нравятся.
  Лин залез в холодильник, и начал вытаскивать оттуда продукты, передавая их Карпатову. Прежде чем приступить к готовке он тщательно вымыл руки и заставил Степана последовать его примеру, несмотря на все его заверения, что руки у него и так уже отмыты со всех сторон.
  - Вот, а эта штука для того, чтобы шинковать крупными ломтями. Теперь выпотроши перец и запихни в неё, - объяснял Лин, активируя встроенную мясорубку. - Вообще, тут всё довольно безопасно, но следи за пальцами. - Он кивнул в сторону картинки, нарисованной цветными карандашами на листе альбомного формата и приклеенной к стене скотчем. Под корявым изображением руки с кровавыми обрубками вместо двух пальцев был расположен лозунг: 'Повар, внимательно следи за пальцами!!!'
  - Марта рисовала, - пояснил Лин в ответ на невысказанный вопрос Степана.
  - Милая девочка.
  - Ага. Жутко обижается, что мы её к готовке не допускаем - маленькая ещё. Как и Вовчик. - Лин загрузил в специальный отдел мясо, закрыл крышку и нажал несколько кнопок. - Честно говоря, готовить намного легче, чем мыть после этого аппарат. Слушай, а ведь ты сегодня в школу ходил!
  - Было дело, - подтвердил Степан.
  - И куда тебя определили?
  - В группу 3-41-ОМ-КА.
  - В Омку? - Сразу погрустнел Лин. - Ну вот, опять мимо. Я то в параллельной группе учусь, а из Омки у нас Сидни с Тоськой.
  - Кстати, - вдруг вспомнил Степан, - а чего это Сидни сегодня так живописно выглядит.
  - Что, опять? - Вздохнул Лин. - А я ведь ему предлагал со мной на каратэ походить! А он говорит: насилие - не метод! А лицом в грязь падать, да пинки получать - метод, значит?
  - Его что, в группе обижают?
  - Не то чтобы в группе... есть у нас банда отморозков, деньги у малышни отнимают, тюфяков и ботаников чморят. Ничего за гранью, честно говоря. Такие уроды везде найдутся.
  - Это точно. - Кивнул Карпатов. В школе сталкиваться с подобным контингентом ему не доводилось, но вот в армии... Ему вспомнилась памятная стычка с так называемыми дедушками, когда он перешёл из учебки в полноценную войсковую часть. Вообще, в контрактной армии проявления дедовщины встречались не часто, но, как заметил Лин, уроды везде найдутся. Та стычка закончилась для Степана тремя нарядами вне очереди, а для его оппонентов травмами разной степени тяжести с последующим исключением из рядов Вооружённых Сил.
  - Да и Сидни то наш парень упёртый. Я однажды увидел, как его шпыняют да и вступился. Хулиганьё то разогнал кое-как - их тогда всего двое было - но и сам неслабо получил. Только вот Сидни на меня потом с неделю дулся, типа не суйся куда не просят, или тебе нравится за других люлей получать? Вообще-то он тогда повежливее выразился - он у нас вообще вежливый - но смысл был именно такой. Думаю, он просто старается не обращать на них внимания.
  - Сложно не обращать внимания, когда тебе кулаком по роже стучат, - заметил Степан.
  - Он справляется, - грустно улыбнулся Лин. - Весь перец порезал? Хорошо, тогда режь теперь морковь.
  После того, как овощ был нарублен, он свалил всё в миску, тщательно перемешал и залил каким-то соусом. Затем, содержимое миски было свалено в одну из полукруглых ниш на поверхности кухонного аппарата. С щелчком захлопнулась прозрачная крышка, и Лин ввёл на индикаторной панели параметры готовки.
  - Здесь рагу тушится, - объяснил он. - Смотри, выставляем мощность тридцать на пятнадцать минут.
  - А мясо?
  - Скатаем в тефтельки и приготовим отдельно.
  Когда всё было засунуто во чрево кухонного автомата, осталось только ждать.
  - Как видишь, ничего сложного, - сказал Лин, вытирая пот со лба.
  - Слишком много пара, - заметил Степан, у которого запотела шея. - Это нормально?
  - Не совсем, - признался юный кулинар, - у нас вытяжка плоховато работает.
  
  - Ну что там, Шило? - Спросила Катька, заглядывая через плечо мастеру.
  - Ничего хорошего. - Хмуро ответил лысеющий низкий мужичок. - Эх, Катюха, основательно его помяли. Рулевая штанга покорёжена, нагнитатель смят...
  - Это я и без тебя вижу, починить сможешь?
  - Смогу. Только руль придётся менять. У меня, кстати, новая модель есть, с эргономичной рукоятью! А по хорошему счёту, тебе бы лучше новый гравиборд приобрести. Ещё несколько гонок в твоём стиле он, может, и выдержит, но не больше.
  - Что значит 'в моём стиле'? - Недовольно спросила Катька.
  - Это значит, что ты себе соперников выбирать не умеешь! Сплошные вредители тебе попадаются! - Шило недобро прищурился. - Или ты первая бодаться начинаешь?
  - Нет! Просто их трое было!
  - Ох! - Вздохнул мастер. - Девочка, у тебя с головой хуже, чем я предполагал. Ну кто же против команды выходит в одиночку, причём без соответствующих навыков и упрочнённого корпуса?! Удивительно, что от твоего гравиборда вообще что-то осталось!
  - Я манёвренностью брала! - Воскликнула Катька.
  - Манёвренностью она брала, - проворчал Шило. - Ну-ка скажи мне, какие гравиборды у той троицы были?
  - Два 'Пегаса' и двадцать третья 'Комета'. - Призналась гонщица.
  - А у тебя 'Сатурн'! - Рявкнул Шило. - Ты что, вообще неспособна адекватно оценивать ситуацию? У твоего гравиборда нет никакого превосходства в манёвренности! Да, с тюнингом он намного быстрее тех, что ты мне назвала...
  - Вот я и...
  - Но только если двигаться по прямой! Судя по повреждениям, ты не реализовала это преимущество, а дала втянуть себя в бой!
  - Слушай Шило, ты мне что, тренер?! Или может папочка?! - Вскипела Катька. - Ты механик, Шило! Вот и занимайся своим делом!
  - Я то займусь, а вот ты с таким подходом долго на гонках не продержишься - либо покалечишься, либо убьешься! Завязывай ты с этим делом Екатерина, не для тебя оно!
  - Ещё чего, я классно гоняю!
  - С этим спора нет, вот, только, просто классно гонять мало! Ты даже не умеешь себе противников выбирать, а про стратегию я вообще молчу!
  - Слушай, давай ты просто починишь мой гравиборд, ладно? А с остальным я сама справлюсь.
  - Приходи послезавтра, быстрее никак. - Видя, что его слова не достигли цели, хмуро буркнул Шило.
  - Спасибо, Шило! - Улыбнулась Катька. - Тогда до послезавтра!
  Механик грустным взглядом проводил выпорхнувшую из мастерской девчонку и вновь оглядел покореженный гравиборд.
  - Убьётся, как пить дать убьётся! - Печально резюмировал он.
  
  Обычно после школы Катька допоздна тусовалась с приятелями или проводила время на импровизированных гоночных трассах (подобному образу жизни способствовало то, что она училась в вечернюю смену), но теперь, из-за отсутствия гравиборда и непрезентабельного внешнего вида ей не хотелось ни того ни другого. Уже начинало темнеть, и она решительно направилась к общежитию, надеясь хоть на новичке отыграться.
  Нахальный мелкий засранец, как Катька окрестила Степана после знакомства, должен был получить сполна за те минуты смущения, которые она испытала. Ведь даже регулярно отчитывающая её Изотова, издевательски объясняющая Катьке какая она никчёмная дура, не смогла добиться подобного эффекта! А этот вроде и не говорил ничего такого, а заставил чувствовать её по-дурацки. И это очень бесило!
  Завалившись в общагу, Катька нос к носу столкнулась с Алексеем.
  - Что-то ты сегодня рано. - Удивился он.
  - Ну и что? - Недобро зыркнула на него Катька.
  - Да так, ничего. Странно просто. Что, среди этих твоих гонщиков показаться стыдно?
  - И ничего не стыдно! Что мне там без гравиборда делать? А вот ты - слабак! У тебя такой гравиборд, а ты его в стойле держишь!
  - Ну вот ещё, буду я с придурками, типа тебя, гонять. - Холодно сказал Алексей.
  - А твои любимые 'Ласточки' тоже придурки? - Ехидно поинтересовалась Катька.
  'Ласточками' назывался квартет девушек-гонщиц из недавно открытой элитной школы. Заезды с их участием снимались на камеру и выкладывались в местную Сеть. На Монблане среди молодёжи 'Ласточки' по популярности были сравнимы с известными зарубежными поп-певцами.
  - Они спортсменки! - Заступился за любимую команду Лёшка. - Ты их с остальными то не ровняй!
  - С чего это! Они такие же, как и все. Думаешь, если их поймают, то не привлекут за хулиганство?
   Так как гонки на гравибордах являлись развлечением нелегальным и даже весьма опасным, милиция периодически устраивала на гонщиков облавы.
  - Разумеется, не привлекут. Они же из ТОЙ школы.
  - Мажоры, - презрительно фыркнула Катька, - детишки политиканов и прочих знаменитостей.
  Алексей тоже не слишком хорошо относился к учащимся элитной школы, но 'Ласточки' для него, как и для большинства парней его возраста, были чем-то святым и - к сожалению - недосягаемым.
  - Да ну тебя, ты им просто завидуешь! У них есть то, чего у тебя никогда не будет!
  - И что же это? - Угрожающе сощурившись, спросила Катька.
  - В числе прочего, женственность! - Выдал Лёшка и, увернувшись от оплеухи, похихикивая взбежал на лестницу.
  Наблюдавший эту сценку Степан лишь снисходительно повздыхал, в который раз напомнив себе, что его окружают всё-таки дети. Даже отличающийся рассудительностью 'братец' Лёшка, отнюдь не взрослый, несмотря на все свои старания показать остальным обратное. А ведь у Карпатова была абсолютно противоположная проблема - выглядеть более естественно, как ребёнок.
  - А тебе чего? - Грозно сдвинув брови, Катька уставилась на выглядывающего из гостиной Степана.
  - Ничего, - быстро ответил тот и скрылся, захлопнув за собой дверь.
  - То-то же! - Послышалось из коридора, из чего Степан сделал вывод, что поступил вполне по-детски, и вернулся к телевизору.
  Вот уже полчаса он наблюдал за бегающим по экрану мужиком, отстреливающим инопланетян из какой-то здоровой трубы. Кровища лилась рекой, а ошмётки монстров летели прямо в сторону игрока.
  Карпатов покосился на Вовчика, с сосредоточенным видом терзающего джойстик.
  - Нет... Нет! - Выкрикнул Вовчик, когда через минуту по экрану прошла надпись 'ИГРА ЗАКОНЧЕНА'. - Ладно, теперь твоя очередь.
  - Значит, ты просто бегаешь и стреляешь во всё, что шевелится? - Уточнил Степан, когда Вовчик встал и передал ему джойстик.
  - Ага, а ты что, никогда не играл? - Удивился мальчуган.
  - Играл, конечно, - честно ответил Карпатов. - Только не в эту игру.
  - А в какую?
  - Название не помню, но там нужно было взаимодействовать с командой, разрабатывать тактику операции, подбираться к врагу...
  - Круто, вот бы поиграть!
  На самом деле, Степан описывал программу моделирования боя, с помощью которой проводились занятия в учебке. Разумеется, там был специальный шлем и костюм, в результате чего эффект погружения в 'игру' был полным.
  - Это не интересная игра, там надо долго таиться за углами и сидеть в засадах.
  - Ску-у-чно, - протянул Вовчик. - А во что ещё ты играл?
  - Мало во что, - пожал плечами Степан. - У нас в детдоме с играми было не очень.
  Степан выбрал в меню 'Новую Игру' и нажал на старт.
  
  Дальние рубежи Российского Галактического Сектора
  Научно-исследовательская станция 'Хамелеон-9'
  
  Командный крейсер 'Отважный' вышел из подпространства всего в паре километров от станции.
  - Разрешите выйти на связь, товарищ генерал? - Обратился к Шубейко капитан крейсера.
  - Разрешаю, - кивнул тот.
  - Станция 'Хамелеон-9', говорит капитан третьего ранга Игорь Светлов. На нашем борту находится группа следователей во главе с генералом Шубейко. Разрешите произвести стыковку.
  - Пожалуйста, предоставьте пароль, - донёсся из динамиков хриплых голос.
  - Николай, введите пароль, - официально обратился к помощнику Шубейко.
  - Одну минуту, - Шахов подсоединил свой планшет к консоли связиста. - Пароль выслан. - Доложил он, повозившись с клавишами.
  - Пароль принят, - сообщил голос, - стыковку разрешаю.
  Уже через пятнадцать минут Шубейко, Шахов и двое штатных экспертов-криминалистов пересекли стыковочный рукав и, пройдя через шлюз, оказались в главной причальной зоне космической станции.
  Встречающих было много, но в первых рядах стояли грузный человек в военной форме со звёздочками полковника и мрачный пожилой тип в мятом халате учёного.
  - Здравствуйте, Прохор Иванович! - Выкатился вперёд военный. - Я...
  - Лыков Василий Петрович, комендант станции, я полагаю? - Смерив холодным взглядом полковника, спросил Шубейко.
  Тот, немного растерявшись, просто кивнул.
  - А это, наверное, - Генерал кивнул на учёного, - академик Поляков, глава Научного Отдела.
  - Полянский, если позволите, - поправил академик.
  Шубейко вопросительно взглянул на помощника.
  - В паспорте написано - Поляков, - шёпотом сообщил тот. - Полянский, видимо, псевдоним.
  - Не вводите в заблуждение компетентные органы, господин академик, - укоризненно покачал головой генерал, - в наших документах вы значитесь Поляковым, а ваши псевдонимы нас не интересуют.
  - Но позвольте, - возмутился академик, - моя родная фамилия подходит больше для пролетария, нежели для учёного, я бы попросил...
  - Даже не просите, - отрезал Шубейко. - Вы на военном объекте, Эдуард Макарович, а не на каком-нибудь симпозиуме.
  После этих слов академик окончательно сник.
  - Разрешите в честь, так сказать, прибытия пригласить вас отобедать, - заискивающе улыбаясь, позволил себе вмешаться Лыков.
  - Не разрешаю. Настраивайтесь на деловой лад товарищ Лыков, нам надо будет с вами о многом побеседовать. А сейчас определите для моих людей какое-нибудь помещение подальше от лабораторий и с хорошей вентиляцией, - начал отдавать распоряжения генерал, проходя через расступившуюся толпу к лифту. - Нам нужны записи видеокамер и отчёты от других средств обнаружения.
  - Конечно, конечно, - пролепетал едва поспевающий за ним полковник.
  - Кроме того, нам придётся допросить всех операторов, техников и пилотов. Начнем, пожалуй, с офицера, который дежурил непосредственно на главном пульте Службы безопасности.
  - Капитан Буров, - сказал комендант, - вызовем его немедленно.
  - Только после того, как мы разместимся. Сейчас с 'Отважного' доставят наше оборудование. - Генерал первым вошёл в лифт и подождал, пока в него войдёт команда следователей и представители станции.
  - Какое оборудование? - Поинтересовался Поляков.
  - Детектор лжи, различные анализаторы, сканеры и прочее. - Ответил ему Шахов.
  - Да, - важно кивнул Шубейко. - Поэтому желательно, чтобы наше помещение было ещё и просторным.
  Полностью обосноваться на станции следователям удалось только через полчаса. Шубейко окинул взглядом комнату с голыми стенами и столами, на которые криминалисты устанавливали своё оборудование, и закурил. В зубах одного из экспертов уже дымила сигарета, а Шахов нервно теребил в руках пачку своих любимых 'Апполонов'. Вентиляция, как и было заказано, присутствовала и жадно втягивала дым через решётки под потолком.
  - Как вы думаете, это займёт много времени? - Спросил Шахов.
  - Ты куда-то торопишься? - Покосился на него генерал.
  - Послезавтра у тёщи день рождения, - робко признался помощник.
  - Опоздать боишься?
  - Да, в общем, - Шахов неожиданно смутился, - совсем наоборот.
  - Не нервничай, - усмехнулся Шубейко, - по моим прикидкам, дня четыре мы тут точно провозимся. А тёще своей видеопоздравление с 'Отважного' отправь, глядишь не обидится, служба у нас такая.
  - Это точно, - с облегчением согласился Шахов.
  - Теперь серьёзно, Коля. Нам необходимо выяснить, как эти черти пробрались аж через три периметра! На тебе камеры и показания охранной системы, а я пообщаюсь с персоналом.
  - Может лучше я, а то как-то не к лицу вам допросы вести. - Предложил помощник.
  - Ты о моём лице не беспокойся, у меня тут самые тяжелые звёздочки на плечах, а это, знаешь ли, на психику давит похлеще, чем включенный детектор лжи. Сразу все осознают, в каком серьёзном положении оказались!
  
  Глава 5
  
  Российский Галактический Сектор
  Планета Монблан
  
  Карпатову не спалось. Стоило закрыть глаза, как перед ними вставали разнообразные монстры, один другого страшнее, которые, впрочем, целыми оставались недолго и разлетались на множество кровавых ошмётков.
  И кто только детям такие игры выдаёт? - Уткнувшись лицом в подушку, подумал он. - Надо будет инфокристал с этой жутью поцарапать.
  Уже шёл первый час ночи, когда за дверью послышались скрипы и шорох. Звуки продолжались минут пять, после чего Степан едва разобрал произнесённое шёпотом слово 'зараза' и звук удаляющихся шагов. Видимо, после неудачи с немного усовершенствованным бывшим диверсантом замком, Катька решила, что таиться не имеет смысла и грозно протопала к себе на этаж.
  Ещё через полчаса, Степан решительно встал, подошёл к окну, распахнул ставни и, поставив локти на подоконник, вдохнул свежего ночного воздуха.
  Дурацкая игрушка тут не причём, приятель, - признался он себе, - просто ты волнуешься.
  О да, Карпатов действительно волновался, примерно так же как перед своим первым боем. Он понимал, что именно завтрашний день, когда он переступит порог школы в качестве полноценного ученика, станет для него переломным. В сущности, чем он занимался до этого? Лишь плыл по волнам обстоятельств. Его убили, его клонировали, потом усыновили и отправили учиться. И мнение самого Степана в большинстве случаев не играло никакой роли. Но завтра... именно завтра станет началом новой жизни. Степан не находил этой мысли достаточно логичного объяснения, но всем своим существом проникся важностью момента.
  Да, так же было и в ночь перед первым боем. Именно тогда Карпатов ощутил всю ответственность за принятое им решение завербоваться в войска. Он тогда думал: зачем я вообще на это пошёл? И отвечал себе: просто всё остальное слишком скучно. Сейчас он ответил бы иначе: просто я не смог найти себя в чём-то другом, более мирном.
  Степан посмотрел на две бледно-зеленные луны, что тускло светили над ночным Монбланом, и улыбнулся. Всё-таки этот 'Второй Шанс' не такая уж недоработанная программа, как показалось вначале, ведь возможно теперь ему удастся найти для себя иное призвание.
  - Как любят повторять в дешёвых американских сериалах: сынок, для тебя открыты все дороги! - Усмехнулся Степан, поражаясь накатившей на него сентиментальности, и вернулся на раскладушку.
  Утром Карпатов проснулся вовремя, причём без посторонней помощи. Навык просыпаться самостоятельно был очень полезен, Степан натренировал его в первые же годы службы.
  Бывший диверсант навёл утренний марафет и принялся отрабатывать комплекс основных упражнений. Он опасался заниматься слишком интенсивно, справедливо полагая, что неподготовленное детское тело может не выдержать нагрузок. Вообще, в ближайшей перспективе он собрался раскошелиться на парочку тренажёров, только не тех которые качают мышцы с помощью электрических импульсов и всякого такого, а нормальных тренажёров. Карпатов знал, что с этим делом главное не переусердствовать и больше всего не хотел стать похожим на качка - это привлекает к себе внимание и не является показателем настоящей силы (под настоящей силой он, как участник многих схваток, понимал совокупность опыта, ловкости, быстроты, отточенности движений и всего остального в этом духе).
  Затем он разложил на раскладушке свежеприобретённую школьную форму и неодобрительно её оглядел. Форма категорически не понравилась Степану, стоило только её примерить. На его взгляд, она была чересчур заметной и ощутимо сковывала движения. Матерясь сквозь зубы, Карпатов напялил на себя черные брюки и белую рубашку, поверх которой накинул тёмно-красный лёгкий пиджак без ворота. Ко всему этому безобразию прилагался ещё и галстук в зелёную полосочку, но Лёшка заверил, что его можно не одевать, преподы к этому не придираются. Следуя школьной моде, относительно которой ещё вчера просветил тот же Лёшка, Степан не стал заправлять рубашку в брюки и застёгивать верхнюю пуговицу.
  Подхватив рюкзак и выйдя из комнаты, Карпатов критически оглядел себя в большом зеркале, установленном в коридоре. Небрежно одетый лохматый мальчишка, отражающийся в нём, улыбнулся и озорно подмигнул бывшему диверсанту.
  - Самое то! - Оценил себя Степан, спускаясь к завтраку.
  
  Наталья Сергеевна тоже волновалась. Честно говоря, подобное состояние не было для неё чем-то необычным, но так, как сегодня, она волновалась только в самый первый день работы в школе. А началось всё после вчерашнего разговора с Изотовой.
  - Вы неплохо справляетесь, - похвалила её директриса, отведя взгляд от экрана монитора.
  - Спасибо...
  - Но некоторые ваши инициативы вызывают сомнение.
  - Это какие? - Вскинулась молодая учительница.
  Валерия Марковна смерила её ледяным взглядом, отчего та нехотя поёжилась. Наталье Повериной было всего двадцать три, и она преподавала в Общеобразовательной Школе имени Людина М.В. вот уже второй год. По мнению Изотовой, новая учительница истории не слишком-то отличалась от учащихся старших классов и была не в меру деятельна - постоянно дополняла свои учебные планы всяческими излишествами.
  - Ну вот, к примеру, эта ваша система очков. Зачем вам это нужно? Есть же баллы!
  - Баллы баллами, а очки очками! Понимаете, очки нужны не для оценки знаний, они привносят в занятия элементы игры...
  - Наталья Сергеевна, - строго произнесла директриса, - это школа! Мы здесь учим детей, а не играем с ними!
  - Но ведь подобный подход очень способствует усвоению материала!
  - Я не собираюсь сейчас оспаривать ваши методы, главное чтобы вы придерживались программы. Кстати, а зачем нужны эти внеклассные занятия? Тем более два раза в неделю. Что вы на них преподаёте?
  - Ничего, - смутилась Поверина, - мы просто общаемся.
  - Просто общаетесь? - Удивилась директриса. - И о чём же?
  - О разном.
  - Но зачем вам это надо? У вас ведь и так довольно плотный график!
  - Я просто стараюсь лучше узнать ребят, найти с ними общий язык! Ведь очень важно, чтобы между учителем и учениками были доверительные отношения!
  - Чтож, это ваше право, - вздохнула Изотова. - Не думайте, что я с вами согласна или мне нечего сказать по данному вопросу, просто сейчас у меня нет на это времени. Я пригласила вас по другому поводу.
  Директриса встала, подошла к шкафчику с множеством выдвижных полок, открыла одну из них и достала маленькую прозрачную коробочку, в которой посверкивал инфокристал.
  - Наш новый ученик Стивен Мастерс, - она положила коробочку перед Повериной. - Я зачислила его в вашу группу.
  - Здорово! Он англичанин?
  - Насколько я поняла, стопроцентный русский, недавно усыновлённый англичанами. - Объяснила Изотова, усаживаясь на своё место. - Знаете, я коротко с ним побеседовала, и он оставил весьма неоднозначное впечатление.
  - В каком смысле? - Насторожилась учительница.
  - Наталья Сергеевна, я ведь никогда не зачисляла к вам детей, плохо поддающихся воспитанию и обучению, ввиду вашей неопытности. Тем не менее, вам уже довелось работать с ними, и я думаю, вы готовы взять на себя такую ответственность.
  - Да, конечно... - неуверенно кивнула Поверина. - А что с этим мальчиком?
  - В этом вам и предстоит разобраться. Я знаю, что до недавнего времени он воспитывался в детском доме на планете Камь, после чего был усыновлён и отправлен сюда. Характеристика к делу прилагается, но она какая-то... несодержательная. По первому впечатлению, мальчик показался мне довольно вежливым и серьёзным, но все же боюсь он может доставить некоторые проблемы. В общем, приглядитесь к нему. У вас достаточно крепкая группа, постарайтесь, чтобы Мастерс не стал причиной снижения показателей.
  Показатели?! И это всё, что тебя волнует?! - Гневно воскликнула про себя Наталья.
  - Конечно, - она попыталась изобразить улыбку и взяла со стола коробочку с инфокристалом.
  На следующий день, перед занятиями, её мысли витали вокруг нескольких неприятных моментов, успевших приключиться с начала её преподавания. Ключевым действующим лицом большинства из них была известная школьная хулиганка Екатерина Лаврова. Вот с кем ей так и не удалось установить хоть какой-то контакт! А вдруг новенький такой же, или даже хуже? Да ещё и в её группе! Вдруг он настроит остальных ребят против неё?! К тому же, если верить данным из личного дела, Мастерса поселили в одно общежитие с Лавровой! Вдруг эти двое ещё и сговорятся?!
  Наталья встряхнула гривой распущенных каштановых волос, пытаясь освободить голову от нелепых мыслей. Что толку гадать, если она даже не знает, с кем придётся иметь дело?
  
  Всего к школе имени Людина было приписано одиннадцать общежитий и каждое утро детей, проживающих в них, подвозил до школы большой белый экскурсионный автобус. Собственного транспорта у школы не имелось, поэтому она ежегодно заключала контракты с различными туристическими фирмами. Однажды, решив сэкономить, администрация школы договорилась с городскими властями, которые предоставили грузовой гравимобиль с надписью 'ЛЮДИ' на закрытом кузове. Правда, катались в нём учащиеся не долго - всего пару месяцев. После нескольких решительных протестов и угроз написать родителям, администрация пошла на попятный и душный, постоянно трясущийся грузовик вновь сменился автобусом с кондиционером и удобными сидениями. Не все, конечно, им пользовались. Лёшка, к примеру, не стал дожидаться восьми пятнадцати, когда к их общаге обычно подкатывал белый гигант, похожий на шатл без крыльев, а умчался на своём гравиборде. Остальные выстроились в ряд перед домом.
  - Если увидит, что никого нет, даже не остановится, - объяснил Степану Лин.
  - Что, и не посигналит?
  - А оно ему надо? У него график!
  Автобус появился точно по расписанию. Плавно вырулив из-за угла, он подъехал прямо к четвёртому общежитию и с шипением опустился на специальные подпорки, выдвинувшиеся из днища. Бесшумно отъёхала в сторону широкая дверь. Забираясь внутрь, Степан невольно задумался. У него появилось ощущение, будто он садится на десантный катер, собирающийся везти его на задание.
  В каком-то смысле так и есть, - усмехнулся про себя бывший диверсант-разведчик, - только на этом задании вряд ли придётся стрелять и ползать по канавам.
  - Парень, чего ты там встал? - Ворчливо окликнул его водитель. - Занимай место!
  Когда Степан уселся рядом с Лином, автобус вздрогнул, поднялся метра на полтора над землёй и поплыл дальше. Дорога до школы заняла около получаса. За это время, Лин успел пересказать Карпатову несколько школьных сплетен и выдал краткие характеристики преподавателей.
  - Что, действительно француз? - Недоверчиво хмыкнул Степан, когда Лин рассказывал про учителя информатики.
  - Ну, может и не совсем... - вынужден был признать Лин, - но на половину точно.
  Карпатов вгляделся в своё расписание и напротив информатики, идущей у него сегодня первым предметом, стояла фамилия М.П. Люммонт.
  - Люммонт. Звучит вполне по-французски. А как расшифровывается М.П.?
  - Михаил Пьерович.
  - Петрович? - Переспросил Степан, думая, что ослышался.
  - Пье-ро-вич, - по слогам повторил Лин, - от Пьера, значит. Ты, главное, его Петровичем не назови - жутко обижается! И постарайся с ним поменьше спорить, он умников недолюбливает. И не спрашивай на его занятиях 'можно выйти?', это его вообще бесит!
  - Не слишком приятный дядя вырисовывается, - заметил Карпатов.
  - Он тебе понравится, - пообещал Лин, ухмылка которого не предвещала ничего хорошего. - С ним не соскучишься!
  - Не сомневаюсь, - буркнул Степан, рассматривая в окно, как автобус заезжает в школьные ворота.
  Подойдя к входу в главный корпус, Лин похлопал Карпатова по плечу, пожелал ему удачи и присоединился к стоящей в сторонке компании из четырёх мальчишек.
  Степан побрёл к нужной ему аудитории, стараясь не отстать от идущих впереди Сидни и Тоськи. Тоська то и дело украдкой оглядывалась, лукаво при этом улыбаясь, что нервировало бывшего диверсанта. От быстрых взглядов светло-серых Тоськиных глаз ему становилось несколько не по себе, и он очень надеялся, что в них отражено лишь обычное любопытство. С этой рыжей девчонкой с косичками он ещё не успел толком познакомиться, и их общение пока сводилось к обмену ничего не значащими фразами типа 'как дела? - да вроде нормально'.
  Стоило Степану войти в аудиторию, как на него накатили давние и не слишком приятные воспоминания. Информатику он недолюбливал всегда. Впрочем, как и остальные точные науки. Нет, написание простеньких программок - занятие довольно увлекательное, но когда с помощью этих же программок приходится решать различные математические уравнения и задачи... Карпатов никогда не понимал, зачем математику, отдельную дисциплину с множеством разновидностей, присовокупили к изучению информационных технологий? Ещё из старых школьных времён он помнил, что нет ничего хуже, чем строить всяческие параболы с помощью собственноручно склёпанных программ.
  Наверное, все кабинеты информатики во вселенной выглядят одинаково, - думал он, усаживаясь за одну из последних парт. Да, развешанные по стенам портреты типов явно интеллигентной, но отнюдь не приятной, наружности, большой жужжащий металлический ящик (главный системный блок) в углу, встроенные прямо в парты клавиатуры и мониторы - всё как тогда.
  Одноклассники рассаживались по местам, переговариваясь вполголоса. Степан же постарался вести себя как можно незаметнее. В этом деле он был настоящим асом. Никто не мог так сливаться с окружающим пространством как он.
  Карпатов наблюдал за своими новыми 'коллегами', когда за соседнюю парту плюхнулся странный субъект. Он был довольно высоким для своего возраста - почти наголову выше Степана - и при этом слишком уж тощим. Вот кому стоило бы подкачаться - заметил Степан. Лицо субъекта - вполне миролюбивое, без резких агрессивных черт - выражало смертную скуку. Меж тем в глаза сразу бросались светлые волосы, торчащие клинышками, серьга в правом ухе (на счёт левого Степан уверен не был, к нему было обращено только правое), и заклеенные пластырями костяшки пальцев.
  Субъект громко зевнул, потянулся и лениво огляделся. Пару раз его взгляд лишь мельком останавливался на Карпатове, прикидывающимся частью классного интерьера, но тут мальчишка затряс головой, фыркнул и во все глаза уставился на Степана.
  - Как ты здесь...? Я тебя не заметил! - Сказал одноклассник, заинтересованно подавшись в его сторону. - Ты кто?
  - Новенький, - коротко ответил Степан, с любопытством глядя на собеседника так же беззастенчиво, как и тот разглядывал его самого.
  В левом ухе у него оказалось целых два простеньких серебряных колечка.
  - Да ну! - Удивлённо вскинул брови мальчишка. - Наша группа ведь и так укомплектована!
  - Вопрос не ко мне, - пожал плечами Карпатов.
  Субъект ещё несколько секунд смотрел на него в упор, а потом широко улыбнулся.
  - Ну и ладно, - сказал он, протягивая руку. - Я Вадик.
  - Стивен Мастерс, - представился в свою очередь Карпатов, ответив на рукопожатие.
  - Чудное у тебя имечко, - хмыкнул Вадик, - хотя... это ведь Монблан! Всё никак к местному интернационализму не привыкну!
  - Да я, в общем, русский. - Признался Степан. - Меня иностранцы усыновили и назвали, как им удобно. - Поспешил объяснить он, заметив недоумение, отразившееся на лице нового знакомого. - Степан я.
  - Вот это да! - Воскликнул Вадик. - Я об этом слышал, но чтобы вот так... Одно слово - Монблан!
  - Вообще-то, я не с Монблана, просто меня сюда учиться определили. А чего это ты всё Монблан, да Монблан?
  - Да странная планетка, - отмахнулся одноклассник, - я-то сам с Демидовска, с родителями сюда месяца два назад прилетели. Живу тут и никак не могу привыкнуть, какое-то здесь всё... - он покрутив в воздухе растопыренными пальцами - не такое. Очень много заимствований, что ли... Черт! Даже не знаю, как объяснить толком!
  - Да я и так понял. Слишком уж много культур в этом месте смешалось. Это заметно даже несмотря на то, что наша здесь как бы доминирующая. Остальные подстраиваются под неё, но всё же привносят некоторые свои элементы в жизненный уклад.
  - Во, точно! А ты ничего, сечёшь!
  Прозвенел звонок, и точно в этот момент в аудиторию зашёл довольно молодой - лет тридцати - человек в строгом костюме. Этот самый костюм был не слишком удачного покроя, потому подчёркивал полноту учителя. Нет, толстяком он не был, но некоторая пухлость присутствовала. При его появлении, все ученики поднялись и встали рядом со своими партами.
  - Бли-ин, хоть бы раз он опоздал, - прошептал Вадик достаточно громко, чтобы его услышал Степан.
  - Доброе утро, Михаил Пьерович! - Нестройно произнесли дети.
  - И вам всем доброе утро, - отозвался учитель, проходя к своему столу. - Садитесь.
  Говорил он с лёгким французским акцентом, слегка картавя, однако тренированное ухо Карпатова вмиг определило искусственное происхождение данного выговора.
  - Похоже, он старается казаться более французским, чем есть на самом деле, - шепнул Степан усевшемуся рядом Вадику.
  - Ага, это вообще для него больная тема, - ухмыльнулся мальчишка, - он подчёркивает свою французость при любом удобном случае. Видел бы ты, как он пытался за Наташкой ухлёстывать, Дон-Жуан недоделанный...
  - Причём тут Дон-Жуан? Тот вроде испанцем был. - Поправил, привыкший к точности, Карпатов.
  - Ну, тогда Ловелас!
  - Правильно звучит как Лавлэйс, этот - англичанин.
  - А...
  - А Казанова - итальянец.
  - Э-э... тогда он старается походить на классический образ француза-обольстителя. - Выкрутился Вадик. - Скажу по секрету: получается у него фигово!
  - Неудивительно, с такой-то физиономией, - хмыкнул Степан.
  Лицо учителя, конечно, недотягивало до 'рожи', но с искажавшим его выражением брезгливости, оно вполне вписывалось в категорию 'морда'.
  - Кстати, а кто такая Наташка?
  - Наталья Сергеевна, наша классная. Мы к ней на следующий урок пойдём...
  - Итак, - наконец начал Люммонт, как только включил и настроил основной компьютер, - что я вам задавал на дом?
  Вадик издал страдальческий стон.
  Следующие полтора часа не принесли Степану никаких новых впечатлений. После проверки домашнего задания и двадцати минут лирического отступления Люммонта относительно балбесов, которые это задание не выполнили, либо недовыполнили, группа получила несколько задач и строгий наказ решить их к концу занятия. Карпатов кое-как решил, даже подсказал несколько моментов нервно ёрзающему на своём месте Вадику - ему от Люммонта досталось отдельной строкой.
  - Ну не идёт у меня всё это! - Пожаловался он Степану, когда недофранцуз переключился на другого беднягу. - Хоть ты тресни!
  - У меня тоже не очень, только это ещё не самое сложное.
  Вадик лишь покачал головой и удручённо уткнулся в свой монитор.
  
  Поверина сидела в учительской и, пытаясь успокоится перед следующим занятием, мелкими глотками попивала чай. Она была настолько погружена в охватившие её мысли, что не заметила, как в помещение, улыбаясь, вплыл учитель информатики.
  - Доброе утро, Наталья Сергеевна! - Добавив голосу нежных ноток, поприветствовал её Люммонт.
  - Здравствуйте, - холодно отозвалась учительница. С появлением этого человека, волнение начало сменятся раздражением.
  - Мы так редко видимся в последнее время - всё меж занятиями, - сокрушённо произнёс он, присаживаясь рядом. - Как вы смотрите на то, чтобы сегодня я проводил вас до дома?
  - Поверьте, Михаил Пьерович, ваше предложение весьма соблазнительно, - сказала Наталья таким тоном, что поверить в это не смог бы даже конченный идиот, - но я буду очень занята.
  - Вы всё ещё дуетесь на меня за то, что случилось на Новый Год. - С неподдельной грустью констатировал Люммонт.
  - В том числе, - кивнула Поверина. К слову сказать, о том происшествии она уже практически не вспоминала, просто это было неплохим предлогом держать этого человека на расстоянии.
  - О, как же мне, наконец, заслужить ваше прощение! - Страстно воскликнул Люммонт. Видимо, в его представлении это было очень по-французски.
  - Михаил Пьерович, - укоризненно покачав головой, сказала Наталья. Она не одобряла подобные кривляния, но и обижать человека, даже такого настырного как этот, ей не хотелось. - Хотя бы в школе воздержитесь от подобных сцен.
  - Я лишь пытаюсь показать свои чувства...
  - Ограничьте эти показы в пределах школы.
  - Вы сейчас говорите прямо как наша любезная Валерия Марковна. - Улыбнувшись, заметил Люммонт.
  - В некоторых случаях её несколько консервативные взгляды себя оправдывают. Ладно, пойду я, а то звонок скоро.
  - Подождите, Наталья Сергеевна. Я ведь искал вас не для того, чтобы просто поговорить. - Люммонт открыл свой кожаный портфель и, порывшись в нём, вытащил инфокристал.
  - Вот, журнал вашей группы, - он протянул коробочку Повериной.
  - У вас сейчас было занятие с моими? - Удивлённо спросила Наталья.
  - Да, как и каждую неделю, с начала четверти.
  - И... - она так взволнованно на него взглянула, что тот от неожиданности вздрогнул, - как он вам?
  - Кто? - Не понял вопроса Люммонт.
  - Ну, новенький!
  - Какой новенький? Я не помню никаких новеньких!
  Он что, в первый же день прогуливает?! - Пронеслось в голове у Натальи. Она раскрыла коробочку и вставила инфокристал в гнездо терминала для учителей, находившегося тут же. Выведя на экран страничку информатики, она пробежалась взглядом по колонке сегодняшнего числа.
  - Да вот же он - С. Мастерс! Его присутствие подтверждено с карточки учащегося!
  - Да? - Люммонт уставился туда, куда своим изящным пальчиком указывала Наталья. - Значит, действительно был, а я его даже не заметил. - Как истинный учитель информатики, данным компьютера он доверял больше, чем собственным глазам. - Смотрите, он и задания все сделал, большинство даже правильно. Кстати, - он нахмурился, - раз уж мы всё равно смотрим эту страничку, полюбуйтесь на ваших подопечных. Ситуация с выполнением домашних заданий - просто кошмар! Мне по полчаса от занятия приходится тратить на разбор ошибок!
  - Ну, это ведь входит в ваши обязанности, - пожала плечами Наталья, - указывать детям на допущенные ошибки и помогать в них разобраться.
  - Да, но...
  - Ладно, мне действительно пора, - Поверина убрала инфокристал обратно в коробочку, - да и вам тоже.
  И она быстро покинула учительскую. Люммонт вышел следом и, найдя взглядом удаляющуюся фигуру учительницы, улыбнулся, наблюдая за её воздушной походкой до тех пор, пока она не свернула за угол.
  
  
  Глава 6
  
  На перемене Вадик хотел было уволочь Степана в какое-нибудь спокойное место, чтобы пообщаться, не повышая голоса - обычно коридоры заполнены стайками галдящей малышни - но тут их перехватила компания из четырёх девчонок, возглавляемая Тоськой.
  - Ну, а вам, чего надо? - Сурово сдвинув брови, произнёс Вадик.
  - Отвали, Ермаков, не видишь, у нас к человеку дело? - Насупившись и уперев руки в бока, ответила высокая девчонка с коротко стриженными тёмными волосами.
  - Какое у них к тебе дело? - Полуобернувшись к Степану, спросил Вадик.
  Карпатов молча развёл руками.
  - Мы знакомится пришли, - сказала за всех Тоська.
  - Знакомится? - Улыбнулся мальчишка. - Стёпа, знакомься, это Верка, Алина, Тоська и - он кивком указал на стриженную - Вика. Девчонки, а это, как вы уже знаете, Степан. Все знакомы! Все довольны! Идём, Стёп.
  И, ухватив нового друга за рукав, Вадик потащил его по коридору, не обращая внимания на недовольные крики сзади. Степан хоть и повырывался, для приличия, но не отставал - честно говоря, он даже не представлял, как вести себя в компании девчонок, являясь при этом объектом их внимания. В своём первом детстве он подобной популярностью не пользовался.
  - Ничего не понимаю, - сказал он Вадику, когда они перебрались на пустую лестничную клетку, - в... детдоме на меня никогда так девчонки не смотрели.
  - Да чего тут непонятного? Просто они экзотику любят.
  - И с какой это стороны я экзотичный? - Приподняв бровь, поинтересовался Степан.
  - Слишком ты угрюмый и таинственный. Зашёл в класс, ни с кем сам не поздоровался, на занятии вообще своего присутствия не афишировал. К тому же, ты бывший детдомовец. Но не переживай! - Владик хлопнул Карпатова по плечу. - На Монблане итак этой экзотики выше крыши! Долго тебя мурыжить не будут. Вон, в соседней группе пацан учится, Лином звать. То ли китаец, то ли кореец, то ли ещё кто - фиг поймёшь, а по-русски шпарит как на родном! Ни намёка на акцент!
  - Не удивительно, корни у него хоть и азиатские, а так он урождённый монбланец.
  - Ты что его знаешь? - Поразился Вадик.
  - Так в одной общаге живём. Кстати, вместе с Тоськой и Сидни.
  - Да?! Ну ты даёшь! И как там, в общаге, живётся?
  - Обычно, - пожал плечами Степан.
  - Обычно... - передразнил Вадик, - там же над вами вообще никаких взрослых нет! Делай что хочешь!
  - Ты малость сгущаешь краски, не так всё просто как кажется.
  - Ну да?!
  - Да, - кивнул Карпатов. - Ты с родителями живёшь?
  - Допустим...
  - Бельё сам стираешь? Ужин сам готовишь? За порядком сам следишь?
  - Ну я...
  - Вот и я про то. У нас дежурства и по кухне и по дому есть. С малышнёй, опять же, возится надо, перед школьной администрацией отчитываться. Всё это, типа, цена свободы, - хохотнул Степан.
  - Да-а, - вынужден был согласиться Вадик, - непросто у вас.
  - Как есть, - хмыкнул Карпатов. - Слушай, а расскажи про нашу группу, мне же с ними ещё знакомиться надо.
  Слово 'коллектив' было для него не простым звуком. В боевом прошлом, людям, которые его окружали, нередко приходилось доверять свою жизнь.
  - Про группу значит... - Вадик задумчиво почесал подбородок. - Значит, староста у нас Генка Крылов. Отличник, весь такой правильный, на него и без экзотичности почти все девчонки заглядываются. Как говорится, первый парень на деревне. С ним ещё два его закадычных другана ходят - Митька и Славка. Эта троица у нас самая ответственная. Потом есть Серый с Игорьком - шутники грёбаные! Видал, как я об Серого приложился? - Он потряс залепленной пластырем конечностью. - Зато не будут в следующий раз лямки на ранцах подрезать! Ну и ботаники тоже водятся, куда уж без них - вон Сидни твой, к примеру. А остальные... да что я буду рассказывать, сам потом разберёшься. А насчёт знакомства не переживай, Наташка на следующем тебя сама со всеми познакомит, так что ещё раз отсидеться не удастся, - ехидно добавил Вадик, увидав как скривился от подобной перспективы Карпатов.
  'Дети - это Степан, Степан - это дети! Теперь вы все подружитесь!' - Примерно так он представлял вмешательство взрослых в детские, а скорее подростковые дела. Удивительно, но он уже привык дистанционировать себя по отношению к взрослым. Возможно, слишком сильно вошёл в образ ребёнка, а может и действительно стал таковым. С недавнего времени, Степан предпочитал не размышлять на данную тему, ему было достаточно того, что он мог трезво рассуждать, адекватно оценивал происходящее и - самое главное - не забыл ничего из прошлой жизни. Теперь он не думал о себе ни как о взрослом и ни как о подростке. Он - это он, такой, каким его сделала сама жизнь и врачи-клонирователи... или клонировщики.
  - А сам-то ты с кем тусуешься? - Поинтересовался Степан и, судя по выражению лица мальчишки, попал в больное место.
  - До вчерашнего дня с Серым и Игорьком. Вообще, они весёлые парни, вот только не всем от их шуток весело. Мне тоже вчера не до веселья стало: ладно, подрезали они ранцы малышне, раскидали вещи по лестнице, но зачем их надо было заточками пугать?
  - Заточками?
  - Да, заточили какие-то железки, присобачили к деревянным рукоятям, ну и решили испытать. А я что? Проучил их маленько, чтобы чем попало не махали.
  - И правильно сделал, - одобрительно кивнул Степан. - Дурак с ножом, как обезьяна с гранатой.
  - Эт точно, - грустно улыбнулся Вадик. - Только вот, они на меня теперь волками смотрят. Думаешь, я просто так сегодня за последнюю парту уселся?
  - Ты так говоришь, будто у тебя больше и друзей-то нет.
  - Все мои друзья на другой планете остались, а тут так... одни приятели.
  Карпатов понимающе кивнул.
  - Да, мои друзья тоже... остались. - Он имел ввиду тех храбрых парней, что полегли рядом с ним под натиском нувлоков. Они действительно были друзьями, без этого в их работе никак. - А эти твои шутники даже не приятели были. Чистой воды подельники, знаю я таких! Ты вон высокий, сильный - судя по тому, что двоих отмолотил - заприметили тебя, да и взяли в оборот. Но ты молодец!
  - Да ну? - Хмыкнул Вадик.
  Степан понял, что сказал сейчас что-то слишком взрослое.
  - То есть... у нас в детдоме с такими как эти не церемонились!
   Неожиданно зазвенел звонок. Звонки всегда звенят неожиданно.
  - Вот ведь! - Воскликнул Владик. - Совсем заболтались! Бежим!
  Они рванули вниз по лестнице и вбежали на этаж. В коридорах суетился народ, поэтому пришлось проталкиваться сквозь хаотично движущиеся толпы. Если бы не железная хватка Вадика, вцепившегося Степану в запястье и тащившего его за собой, того снесло бы потоком старшеклассников и пришлось бы добираться до неизвестной аудитории самостоятельно. Немалый рост и навык прохождения подобных препятствий - обычное дело в любой школе - позволили Вадику сравнительно быстро миновать толпу, не сбившись с направления.
  - А ты и правда сильный, - заметил Степан, растирая отпущенную руку, когда они уже подходили к двери аудитории, - хоть с виду и не скажешь.
  - Ой, извини! - Раскаивающимся тоном произнёс Вадик, заметив на месте своего захвата выступающие синеватые пятна. - Честное слово, случайно получилось!
  - Да ладно, - мотнул головой Карпатов, пониже спустив рукав рубашки, - зато, вроде, не опоздали.
  Преподавателя ещё не было, а ребята уже рассаживались, вот только Вадик со Степаном пришли последними, и это не осталось незамеченным.
  - Чего опаздываешь, Ермаков? - Спросил подошедший к ним мальчик. Его каштановые волосы были аккуратно зачёсаны набок, а форма по своему виду радикально отличалась от той, что носил Степан - отглаженная, застёгнутая и заправленная где положено, дополненная галстуком. На пиджаке, на левой стороне груди, прямо под гербом школы с номером группы была подшита стилизованная золотистая буква 'С'. - Кто это с тобой?
  - Стивен Мастерс, - представил Степана Вадик, - наш новенький.
  - Новенький? - Тонкие брови мальчишки удивлённо поползли вверх, а на его лице с правильными чертами отразилось полнейшее недоумение. - Тогда почему я о нём ничего не знаю? - Он несколько секунд разглядывал Степана. - И почему тебя на первом занятии не было?
  - Я был, - коротко ответил тот.
  - Был, - подтвердил Вадик, - мы вместе сидели.
  - Ну ладно, - кивнул староста, - занимайте места, Наталья Сергеевна вот-вот придёт.
  Последовав этому совету, Вадик со Степаном опять уселись рядом в конце аудитории.
  - Это к нам сейчас Крылов пристал, - пояснил Вадик.
  - Я догадался. - Несколько смущённо отозвался Карпатов. Когда они шли вдоль класса, ему казалось, будто на него смотрит вся группа.
  Учительницу долго ждать не пришлось, при её появлении все поднялись. Чуть запыхавшаяся Наталья обвела свою группу беглым взглядом и, не найдя того, кого ожидала увидеть в первую очередь, попросила всех садится.
  - Итак, - начала она, положив сумочку на учительский стол и встав за кафедру, - прежде чем приступить к занятию, я бы хотела поприветствовать нашего нового товарища. - Она ещё раз оглядела детей. Многие косились куда-то назад и, проследив за их взглядами, Наталья наконец-то наткнулась на незнакомое лицо. - Стивен, выйди, пожалуйста, ко мне.
  Мальчишка неохотно поднялся, и посмотрел на своего соседа по парте, в котором Наталья с удивлением узнала Вадима Ермакова. До сего дня, он был последним, кого приписали к её группе. Неужели так быстро спелись? - подумала она. В подтверждение её мыслей, Ермаков ободряюще кивнул Степану и тот решительно потопал к кафедре.
  Степан очень не любил быть центром внимания. Все, перед кем он выступал ранее, были либо его подчинёнными, либо начальниками. Первые невозмутимо слушали задачи, вторые - отчёты. Сейчас, он просто не знал, что говорить, вследствие чего немного нервничал, хоть как всегда и не подавал виду. Однако дело в свои руки взяла учительница:
  - Знакомьтесь, это Стивен Мастерс, - встав рядом и положив руку ему на плечо, представила она. - Стивен прилетел с планеты Камь, надеюсь, ему у нас понравится!
  Ласково улыбнувшись, Наталья посмотрела на мальчика.
  - Я тоже надеюсь, - ровным голосом отозвался он.
  На первый взгляд, Мастерс совершенно не походил на трудного подростка, да и на второй, честно говоря, тоже не очень. Он не дерзил и не вёл себя вызывающе, во всяком случае, пока. И что в нём Изотова углядела? Конечно она педагог со стажем, но ведь и она может ошибаться! Но всё же, к советам коллег - за исключением Люммонта - Наталья старалась прислушиваться. Если надо приглядеться к мальчику повнимательнее, она это сделает.
  - Может, ты расскажешь немного о себе? - Спросила она.
  В этот момент её глаза впервые встретились с глазами Карпатова. Неприятный холодок пробежал по спине.
  - Если позволите, я откажусь. - Вполголоса, чтобы услышала только она, проговорил Степан. - Неловко себя чувствую, когда на меня все смотрят.
  - Но тебе всё равно придётся выступать, это ведь школа, - так же тихо ответила Поверина.
  - Но тогда я буду знать, что говорить.
  - А сейчас не знаешь?
  - Даже не представляю, что могу о себе рассказать.
  - Ну ладно, не хочешь, как хочешь, - согласилась Наталья. В конце концов, что она могла знать о жизни в детдоме?
  - Садись Стивен, - на весь класс произнесла она.
  - А как же рассказать? - Выкрикнул кто-то.
  - Рассказывать или нет - личное дело каждого. Если тебе так интересно, Камиль, можешь спросить сам, только позже, потому как сейчас мы начнём занятие. Итак, глава четырнадцатая - прорыв адмирала Скарабеева в войне против Северо-Американского Альянса две тысячи пятьсот семьдесят третьего года.
  - Чё ты ей там нашептал? - Спросил Вадик, когда Карпатов вернулся на место.
  - Что жутко стесняюсь.
  - Так и сказал? - Не поверил мальчишка. Он познакомился со Степаном всего несколько часов назад, но уже чувствовал, что подобные признания совсем не в его духе.
  - Не так прямо, конечно, но суть она уловила.
  - Да, Наташка умная тётка, - серьёзно сказал Вадик.
  - Должно быть, так и есть, - согласился Степан, смотря, как учительница роется в шкафчике с классными архивами.
  Найдя нужный инфокристал, Наталья установила его в гнездо и на большом мониторе позади кафедры появилась звёздная карта, со схематичным обозначением кораблей.
  - Итак, как вам должно быть известно, победа флота Скарабеева стала переломным моментом в войне с САА. - Начала она. - Вражеский флот зажал наши корабли у границы Новоярского астероидного пояса, после чего командующему Скарабееву было отправлено сообщение с предложением капитуляции. Остап Егорович не отклонил его сразу только потому, что ему необходимо было выиграть время. Он попросил командующего флотом САА адмирала Маклафлана предоставить на раздумье хотя бы час. Просьба была удовлетворена, и выданный ему час он не потратил впустую.
  Далее шёл рассказ о том, как бравый адмирал Скарабеев, воспользовавшись стратегическим преимуществом, вывел корабли из окружения, изрядно пощипав при этом значительно превышающий по численности флот врага. Флот САА понёс отнюдь
  не критические, но вполне ощутимые потери, в том числе был серьёзно повреждён
  и флагманский корабль 'Аризона'. Маклафлан этот бой не пережил.
  Все объяснения учительницы наглядно демонстрировались на мониторе, где двигались красные и синие фигурки кораблей. Когда колонна красных фигурок пронеслась через преграду из мельтешащихся синих фигурок и исчезла с монитора, Поверина перевела дух.
  - После смерти адмирала Маклафлана, САА потерпел ещё несколько поражений, вследствии чего был подписан мирный договор, сильно подорвавший позиции американцев, как военные так и экономические. - Подвела итог Наталья. - У кого есть вопросы?
  К удивлению Степана, поднялось множество рук, но вопросы, сыпавшиеся на учительницу, по большей части были довольно глупыми.
  - Потом она начнёт опрашивать по теме предыдущего занятия, а они сейчас просто время тянут, - усмехнувшись, пояснил Вадик.
  - А что это за очки она выдаёт, за хорошие вопросы?
  - Да так, что-то типа соревнования. Ценных призов, конечно, не выдают, но нам нравится.
  - Моральное удовлетворение и всё такое?
  - Ну, типа того.
  Закончив с вопросами, Наталья Сергеевна загрузила классный журнал. Увидев мигающую красную лампочку возле прорези в парте, Степан сунул туда свою ученическую карточку, после чего свет лампочки сменился на зелёный. То же самое проделали и остальные учащиеся.
  Получив данные о присутствующих, учительница дала пятнадцать минут на повторение материала, после чего начала опрос по предыдущей теме.
  До конца урока ответить успели пятеро, в том числе и Вадик. Его вызвали предпоследним и он, запинаясь, рассказал о внешней политике Российского Сектора в середине двадцать шестого века.
  - К следующему разу подготовьте сегодняшнюю тему, - произнесла Поверина, когда занятие подошло к концу. - В учебнике приводится описание военного совета, где Скарабеев обсуждает свой план со старшими офицерами. Если есть желающие, можете подготовить сценку и разыграть, скажем, в пятницу, после занятий. А теперь, все свободны... Вадим, задержись на минутку.
  - Блин, ну что ещё! - недовольно проворчал Вадик, укладывая вещи в свою сумку, надевающуюся через плечо.
  - Тебя подождать? - Спросил Степан.
  - Не надо, лучше в столовку дуй и место займи, а то потом не протолкнуться будет.
  
  Большая перемена длилась сорок минут. За это время вполне можно было успеть пообедать и прогуляться на свежем воздухе. Дорогу в столовую Карпатов нашёл без проблем, просто двигаясь за остальными.
  - Привет! - Донеслось с боку, когда он уже вошёл в огромный зал заставленный множеством столов. - Ну, как первый день?
  - Нормально, - чуть улыбнувшись, ответил Степан подошедшему Лину.
  - Как тебе наш Пьерыч?
  - Знаешь, ты был прав. Если бы я делал на сегодня домашнюю работу, то точно бы не соскучился.
  - Ничего, наверстаешь! - Сказал Лин. - Мужик умеет держать в напряжении. Ну а как в общем? Познакомился с кем? Завёл полезные связи?
  - Можно и так сказать, - уклончиво ответил Степан.
  - Давай, колись! - Заинтересовался мальчишка, усаживаясь за свободный столик.
  - Познакомился с одним парнем. Вадик Ермаков. Знаешь его?
  - Это такой белобрысый с пирсингованными ушами? - Степан кивнул. - Знаю. Он с этими двумя придурками Власовым и Замятиным ходит.
  - Уже не ходит. Рассорился с ними недавно.
  - Да? Про это я не слышал. - Сказал Лин как раз в тот момент, когда в дверях столовой показался только что упомянутый Вадик.
  Степан, заметив его, приподнялся и помахал рукой, привлекая к себе внимание. Вадик двинулся было в его сторону, но тут дорогу ему преградили так же недавно упомянутые Власов с Замятиным.
   - Смотрю, вся компашка в сборе! - Усмехнулся Лин, и собрался уже пошутить по этому поводу, но осёкся, заметив сосредоточенное лицо Степана.
  Карпатов, как бывший сотрудник довольно серьёзной спецслужбы, являлся специалистом по невербальному общению. Взгляды, выражения лиц, движения рук - всё это многое могло сказать тренированному разведчику. То, что он увидел, его несколько обеспокоило. Все трое старались казаться расслабленными и говорили не повышая тона, но в их позах угадывалось напряжение. Казалось, вот-вот вспыхнет ссора.
  Это, собственно и произошло. Один из парней, коренастый и широкий в кости крепыш - Игорёк это или Серега, Степан не знал - двумя руками сильно толкнул Вадика в грудь, отчего тот отступил на несколько шагов назад, сумев удержаться на ногах.
  Карпатов поднялся и решительно направился к назревающей драке, промешкав несколько секунд, следом двинулся и Лин.
  - Вадик, чего ты так долго? - Громко произнёс Степан, приблизившись к компании. - Мы тут и столик заняли.
  - Что, уже нашёл себе новых дружков? - Презрительно процедил крепыш, оглядев подошедших. - Не связывайтесь с этой гнидой парни - предаст и глазом не моргнёт!
  - Это кто тут предатель?! - Взвился Владик. - Это ты щас меня так назвал?!
  - А тут есть другие предатели? - Подал голос второй - длинный сутулый субъект с большим носом и прямой чёрной чёлкой.
  - Не думаю, что они вообще тут есть, - высказался Степан.
  - Я тебя спрашивал? - Тут же рявкнул носатый. - А ну, валите отсюда! Не ваше дело!
  - Не наше? - Спокойно переспросил Лин.
  Уверенности у носатого несколько поубавилось. Лина они немного знали, и связываться с ним не хотелось - он умел очень ловко и очень больно бить ногой.
  - Нет, не ваше. - Твёрдо сказал крепыш. - У нас с ним свои счёты.
  - Потому что он вас так разукрасил? - Хмыкнул Лин, имея ввиду их помятые физиономии.
  - В первую очередь, он пошёл против нас!
  - Ага, когда вы малолеток ножиками запугивали, - кивнул Степан.
  - Что, правда? - Удивился Лин. Об этом он действительно не слышал.
  - Неправда! - Запротестовал крепыш. - Врёшь, гад!
  - Кто тут врёт? - Возмутился Вадик. - Не ты ли вчера своей заточкой на всю группу хвастал? На тебя тогда ещё Крылов наехал, за то, что ты 'дрянь всякую в школу тащишь'!
  - Да у меня вот где ваш Крылов! - Подняв руку в неприличном жесте, крикнул крепыш. С ближайших столиков на них уже начали оглядываться.
  - Шли бы вы отсюда по-хорошему, - улыбнувшись, вежливо предложил Степан. В отличие от предложения, улыбка его вежливой не выглядела, напротив, смотрелась весьма угрожающе. К сожалению, на детском лице она не произвела и половины того эффекта, что раньше - никто не побледнел и не поспешил ретироваться.
  Это всё из-за отсутствия усов, - решил Карпатов, - с ними смотрелось более зловеще.
  - Да, валите! - Поддержал Лин, шагнув вперёд.
  - Позже поговорим, - тихо буркнул крепыш, и удалился на пару с приятелем.
  - И чего вы влезли? - Недовольно спросил Вадик. - Если что, я бы отбился!
  - Не сомневаюсь, - сказал Степан, - только не думаю, что драка посреди набитой народом столовой пошла бы тебе на пользу.
  - К Изотовой бы вызвали, - согласно кивнул Лин. - А от неё ничего хорошего не жди, влепила бы выговор и запрягла общественно полезной работой до конца четверти.
  - А-а! - Вадик взъерошил себе волосы. - Ну и фиг с ними! Если ещё сунутся - добавлю, что в прошлый раз не влезло!
  Мальчишки уже уселись за свой столик и принялись по очереди тыкать в панель заказов.
  - Ты бы поосторожнее с ними, - предупредил Лин, - в следующий раз могут и из-за угла навалиться, я таких знаю. Ты вроде неплохой парень, чего только с ними связался?
  - Так... - махнул рукой Вадик, но Лин не сводил с него взгляда, дожидаясь ответа. - По глупости. - Неохотно буркнул тот.
  - Жаль тебя не к нам в группу определили, - с досады Лин грохнул кулаком по столешнице. - И тебя, Стёп, тоже!
  - Как будто, чтобы просто дружить, нужно носить одинаковые названия на нашивках. - Хмыкнул Степан, коснувшись эмблемы школы на пиджаке. - Всё ведь намного проще... и одновременно сложнее.
  - Ага, ты ещё про родство душ и единство суждений задвинь, - усмехнулся Лин.
  - Не буду отбивать у тебя хлеб - философствования вроде как по твоей части. Короче, Вадик, если что, можешь на меня рассчитывать.
  - И на меня! - Поддержал Лин. - Я, кстати, Лин.
  Он через стол обменялся с Вадиком рукопожатием.
  - Знаю, слышал про тебя.
  - Надеюсь, только хорошее!
  - Конечно! Например, как ты в бассейне при сдаче зачёта по прыжкам плавки потерял! - Рассмеялся Вадик.
  - Нашёл чего вспомнить, - стремительно краснея, буркнул Лин.
  'Заказ готов. Пункт ? 17' - высветилось на панели.
  - Пойду, принесу, - быстро сказал Лин, и умчался к стене, вдоль которой были установлены ниши, помеченные крупными красными цифрами.
  - Между прочим, Наташка меня задержала, чтобы о тебе расспросить, - сообщил Вадик.
  - Что именно спрашивала?
  - Ну... что ты собой представляешь, как себя ведёшь, не проявляешь ли агрессии...
  - Агрессии? - Удивился Степан. - А чего сразу агрессии?
  - А я почём знаю? Она так спросила.
  - И что ты ответил?
  - Говорю, всё нормально, ты смирный как баран.
  - Баран?!
  - Ну не овечка же, она ведь женского полу! - Пояснил Вадик и расхохотался. Степан тоже не выдержал и прыснул.
  Он уже давно заметил, что помолодев, стал чаще и охотнее веселиться, и радовался даже таким незамысловатым шуткам. И ему это определённо нравилось.
  - Чего ржём? - Спросил вернувшийся Лин, ставя поднос с тремя белыми пластиковыми коробками.
  Вадик пересказал разговор, и теперь, разобрав заказы, они веселились уже втроём.
  
  
  
  Глава 7
  
  Суслов наблюдал за школьными воротами через тонированное стекло маленького бледно-желтого гравимобиля. Только теперь он понял, что вести наблюдение в одиночку очень непросто, и недоумевал, почему Жданов категорически отказался прислать ему напарника.
  - Сам справишься! - Рявкнул майор во время последнего сеанса связи. - За пацаном что ли тебе приглядеть сложно? Я ведь не прошу отслеживать знакомства, прослушивать разговоры и следить за каждым шагом! Просто присматривай за ним!
  - Товарищ майор, разрешите вопрос?
  - Давай.
  - А кто он, этот мальчик?
  - Знаешь, я ведь тоже самое спросил у товарища генерала, когда он мне распоряжения давал.
  - И?
  - Что и?! Сказал, что те кому надо всё знают, а остальные пусть думают что хотят, но выполняют чёртовы приказы! Понял, Суслов?
  - Так точно!
  - Тогда отбой.
  Рассказать начальству о контакте с объектом младший агент не решился, опасаясь выговора или даже снятия с задания. Возможно, париться весь день перед школой в машине с неработающим кондиционером не самое интересное занятие, но торчать в тесной металлической коробке, именуемой на орбитальной станции кабинетом, занимаясь конторской ерундой, ещё скучнее!
  Младший агент вздохнул и посмотрел на часы - было начало четвёртого, следовательно, занятия должны уже закончится. В принципе, Кирилл мог спокойно заниматься весь день чем-то более полезным, чем сидение в душной машине и наблюдение за школьными воротами, но инструкторы хорошенько вдолбили в него одну простую истину: либо ты выполняешь задание хорошо, либо не выполняешь никак. А Кирилл умел учиться на собственных ошибках - к своему подопечному он относился уже без лишней легкомысленности. Даже взял на прокат гравимобиль, чтобы не отсвечивать. Что ни говори, а внешность у него была уж очень приметная. Денег на задание выдали не много, потому пришлось брать довольно старенькую и потрёпанную модель.
  Зато хоть неприметная, здесь таких много, - сказал себе Суслов, утирая пот со лба.
  Меж тем появился ожидаемый пацан в компании двух других пацанов. Они вышли за ворота и зашагали по тротуару. Кирилл дождался, пока они завернут за угол, и только потом завёл мотор.
  
  Лин, как и обещал во время обеда, повёл Степана на небольшую экскурсию. Вадик с удовольствием к ним присоединился. Как оказалось, Лин знал множество интересных для любого мальчишки мест, о которых Вадик, уже успевший прожить в Столице какое-то время, даже не догадывался. Первым делом они оказались в зале игровых автоматов, где от разнообразия виртуальных развлечений закружилась голова. Народу, правда, было не очень много, и в основном такие же школьники.
  - Пустовато тут, - сказал Степан.
  - Это пока, а вот по вечерам здесь не протолкнёшься. - Пояснил Лин.
  Степан опробовал несколько автоматов, показавшихся ему наиболее забавными: симулятор рыбалки, 'Рыцарский Турнир' и армрестлинг с роботом. Особого удовольствия не получил, но время провёл довольно приятно. В виртуальный тир, где соревновались Вадик с Лином, он предпочёл не соваться.
  После зала, Лин с таинственным видом потащил друзей дальше по улице.
  - Есть тут заведеньице одно, там... короче, ты просто обязан этим полюбоваться! - Произнёс он, обращаясь к Степану.
  Заведеньице оказалось небольшим рестораном быстрого питания под названием 'Бурёнка'. На вывеске красовалась корова, с меланхоличным выражением морды жующая траву.
  - Мы ведь туда не пойдём, да? - С надеждой в голосе спросил Вадик.
  - Надеюсь, что нет, здесь сплошные вегетарианские блюда, - добавил Степан, бегло осмотрев плакат с меню.
  - Ни в коем случае! Просто понаблюдаем через окно вон за тем парнем! - Лин указал на человека убирающего с одного из столиков поднос с пустой посудой. Юноша носил клетчатую зелёную рубашку, белый фартук с чёрными пятнами и такую же пятнистую бейсболку, к которой были приделаны коровьи уши и рога.
  - Это что, Лёшка? - Не поверил своим глазам Карпатов.
  - Красавец, правда? - Хохотнул Лин. - Он тут каждый день после школы вкалывает.
  - Что ещё за Лёшка? - Поинтересовался Вадик.
  - Брательник его. - Объяснил Лин, слегка пихнув локтём Степана.
  - Сводный. - Тут же уточнил тот. - Не знаешь, зачем ему это?
  - Без понятия. Я однажды спросил, а он сказал, что деньги копит, а на что именно - не моё дело. Потом оттаскал меня за ухо, и пригрозил, что если Катька об этом узнает, то в следующий раз он мне его вообще оторвёт! Так что не трепите языком, вам то ничего, а мне свои уши жалко!
  - Раз такое дело, я - могила! - Заверил Вадик.
  - Этой тайны не узнает никто... кроме тех, кому я её разболтаю! - Весело отозвался Степан и, ловко увернувшись от очередного тычка локтем, отскочил на пару шагов. - Может, пойдём уже, а то Лёшка нас заметит и всем вместе ухи пообрывает.
  Предложение было поддержано, и Лин повёл друзей в парк. С точки зрения чиновника городской администрации, парк был просто ужасен: неухоженные дорожки, непроходимые в некоторых местах заросли местного монбланского плюща, устаревшее освещение, загаженные скамейки и беседки. Конечно, не плохо бы привести парк в более цивильный вид, но, к сожалению, в городском бюджете на этот год, так же как на прошлый и позапрошлый, средств на это не предусмотрено. Будет ли в следующем году? Кто знает, кто знает... - ответил бы гипотетический чиновник, на этот вопрос. Вообще, гипотетический чиновник с радостью избавился бы от этой головной боли, продав землю для строительства гипермаркетов или стоянок для гравимобилей. Без сомнения, так бы он и поступил, если бы не закон о сохранении озеленённых территорий, предназначенных для отдыха.
  Для гипотетических же мальчишек, парк являлся чуть ли не самой важной частью района. Именно здесь многие из них проводили основное количество времени, не занятого школой. Думать, что они занимались здесь чем-то непотребным, значит серьёзно недооценивать гипотетических мальчишек. Эта изрядно запущенная 'озеленённая территория, предназначенная для отдыха' придавала их воображению невиданный размах, и здесь ему (воображению) было, где разгуляться. Приличный кусок почти дикой природы с пересекающим его озером, старым амфитеатром, рощей берёз, мутировавших в инопланетной почве, с толстыми узловатыми ветвями и листьями размером с ладонь, и лугом с вытоптанной множеством ног травой, по краям которого стоят металлические ворота без сеток. Ну и конечно с ухабистыми дорожками, по которым так весело гонять на велосипедах и гравибордах.
  Ещё об этом месте ходило множество так называемых городских легенд. Например о том, что знаменитый контрабандист конца прошлого века Йоган Швейц, зарыл здесь часть своего товара, узнав, что по его следу пустили до зубов вооружённый военный корабль. И о том, как в озеро когда-то упало НЛО. И даже о том, что давным-давно в этом парке орудовал самый настоящий маньяк и где-то наверняка есть его хижина с 'трофеями' - отрезанными ушами жертв.
  Эти и множество других историй успел рассказать Лин, пока они продирались через кусты к его любимому месту - старому мосту из каменных блоков, проходящему через отходящий от озера ручей. Рядом росли кусты с зелёными ягодами. Лин сорвал пару штук и отправил их в рот.
  - Угощайтесь, на вкус, как малина, - предложил он.
  Вадик попробовал одну, после чего набрал себе целую горсть, в то время как Степан ограничился лишь дегустацией.
  - Хорошо тут, правда? - Спросил Лин.
  - Красиво, - кивнул Карпатов. - Можно смело делать голографии и размещать их на открытках.
  - Это место Лерка нашла, - как-то непривычно грустно улыбнувшись, сообщил Лин.
  - Какая такая Лерка? - Тут же полюбопытствовал Вадик.
  - Девочка из моей группы. Мы с ней дружили...
  - Просто дружили?
  - Вадик, раз говорит - дружили, значит дружили. Не опошляй невинные дружеские отношения такими двусмысленными вопросами.
  - Я всего лишь хотел уточнить. Мы ведь уже в том возрасте, когда невинные дружеские отношения между мальчиком и девочкой иногда перерастают в не менее невинные отношения гхм... другого рода.
  - Попрошу без намёков! - Буркнул неожиданно покрасневший Лин. Таким смущённым Степан его ещё не видел, а потому поспешил сменить тему:
  - А почему 'дружили'?
  - Улетела она с родителями после Нового Года. Мы с ней, конечно, регулярно переписываемся, но всё-таки... Знаешь, как трудно поддерживать э-э... дружеские отношения на таком расстоянии?!
  - Я знаю, - непривычно серьёзным тоном произнёс Вадик и подсел к Лину, устроившемуся на одной из ступенек моста. Степан ничего не сказал, просто молча опустился рядом.
  
  Раздражение, охватившее Суслова после двух часов сидения возле входа в парк всё возрастало.
  - Надо было всё-таки пойти за ними! - Досадовал он, барабаня пальцами по приборной панели.
  Единственным, что остановило его от того, чтобы последовать за троицей в парк, был пристальный взгляд Мастерса, брошенный, когда агент парковался на другой стороне улицы. Возможно, Кириллу это только показалось, но вроде бы наглый пацан неодобрительно покачал головой.
  И вот прошло уже два часа. Даже в зале игровых автоматов они так не задерживались, а ведь там-то куда интереснее, чем в старом парке!
  Хотя, что я знаю об интересах местной молодёжи? - Спросил он себя.
  Вообще, младший агент любил детей. Если не брать в расчёт то, что они постоянно являются источниками различных неприятностей. И даже кое-какой опыт общения с ними он имел. До поступления на службу ему частенько приходилась присматривать за младшей сестрой, Полиной Сусловой, которая по праву считалась весьма шаловливой личностью, и проблем доставляла массу.
  - Эх, как она там сейчас, - вздохнул Кирилл, - вроде только недавно козявками швырялась, а уже школу заканчивает...
  Ещё у него был племянник - на редкость любопытный малец. Суслов не часто с ним виделся, но когда это случалось, тот засыпал его бесконечным потоком вопросов. А старший брат Коля смотрел на это, злорадно ухмыляясь и как бы говоря: Вот теперь ты помучайся!
  Может, поэтому меня и назначили? - Неожиданно пронеслось у него в голове. - Потому, что у меня хоть какой-то опыт имеется! Вроде бы это должно быть в личном деле...
  Суслов сидел погружённый в свои мысли, когда услышал глухой удар по крыше гравимобиля. Он встрепенулся, но вертеться не стал, просто посмотрел в зеркало заднего вида. От машины не спеша отходили трое ожидаемых им мальчишек, а тот, что шёл чуть приотстав, обернулся и опять помотал головой.
  - Второй раз засветился! - Прошипел Суслов. Ему с трудом удалось сдержаться и не вцепиться зубами в рулевое колесо - ведь это выглядело бы очень непрофессионально.
  
  К общаге они подошли уже вдвоём - с Вадиком разошлись на улице названной в честь Савелия Васюнина, общепризнанного шахматиста всех времён и народов. Хоть он умер все две сотни лет назад, никому ещё не удалось побить его рекордов. С тех самых пор, стало популярным называть его именем всё подряд. Например, Карпатов знал, что на Ками есть площадь Васюнина, а на Москве - основной планете Сектора - в прошлом веке разбили Васюнинский парк, в центре которого расположилась специальная шахматная школа имени, конечно же, Васюнина. Степан никогда не понимал, что люди находят в этой игре, но прекрасно сознавал, почему именно Васюнина, а не того же Скарабеева (хотя и у него памятников хватает) популяризировали с таким размахом. Васюнин стал неофициальным символом превосходства русской нации над остальными. Типа вот какой у нас был, а ваши к нему даже близко не стояли и не стоят!
  Дома были только Сидни и малышня. Сидни вообще был жутким домоседом и просиживал своё свободное время за компьютером, отлучаясь из дома только по важным делам. По этой причине, за Мартой и Вовчиком приглядывал именно он. С ним же они и возвращались из школы. Сидни был не против - малыши не требовали постоянного внимания. Правда однажды Марта, пока никого рядом нет, решила поэкспериментировать с кухонным автоматом, в результате чего сам автомат и стена рядом с ним покрылись чёрной липкой массой, бывшей когда-то тестом быстрого приготовления. Марта, которая 'просто хотела испечь пирожок' отделалась не особенно строгим выговором, а вот Сидни отдраивал кухню до самого вечера. С тех пор он относился к своим обязанностям серьёзнее и регулярно проверял, как там его 'питомцы'. Работал он, конечно, не за бесплатно, а точнее не за просто так: за исполнение обязанностей няньки, его освободили от каких либо работ по дому кроме готовки (всем нравилась его тушёная картошка).
  Степан вошёл в комнату и, бросив рюкзак в углу, плюхнулся на раскладушку, заложив руки за голову. Вот кончился его первый школьный день, который ему скорее понравился, чем нет. Новых впечатлений, вопреки ожиданиям, он не принёс, зато разбудил старые, казалось бы, давно забытые. Степан практически никогда не вспоминал детства, и полагал, что уже и не вспомнит, но сейчас... Он смотрел в потолок и перед глазами проплывали лица школьных друзей и одногруппников. Имена некоторых он помнил, но большинство - нет. Потом он вспомнил добродушное лицо пожилой женщины с приветливой улыбкой. Лидия Николаевна, классная руководительница.
  Никогда Карпатов не интересовался судьбами людей, что окружали его тогда, да и в старые школьные альбомы практически не заглядывал.
  Интересно, как они сейчас? - Подумал Степан. - Впрочем, вряд ли хоть у кого-нибудь из них жизнь такая же необычная, как у меня. Хотя... не факт. Неплохо было бы узнать.
  И узнать это было вполне возможно, нужен лишь компьютер с выходом в Сеть. Сначала Степан прикинул, что можно попросить у Сидни, но тут же от этого отказался. Если придется пользоваться 'особыми' каналами, ему не хотелось бы делать это на чужом устройстве.
  Значит, следует приобрести собственный, в любом случае пригодится. - Рассудил он.
  Лин заглянул примерно через полчаса. Школьную форму он успел сменить на шорты до колен и цветастую футболку.
  - А ты чего валяешься? Даже не переоделся! - Удивился он.
  - Да так... задумался, - сказал Степан, принимая сидячее положение.
  - Ну так что? Надумал?
  - Насчёт чего?
  - Издеваешься?
  - А-а, ты про свою секцию! - Догадался Степан. После прощания с Вадиком, Лин завёл разговор о вступлении в секцию каратэ. - Не думаю, что мне это необходимо. Да и не освоился я тут как следует.
  - Ладно, если надумаешь, скажешь. Там со вчера ещё моё рагу осталось, можешь на обед разогреть, а я побежал, у нас сегодня сплошные спарринги. - Протараторил мальчишка и исчез за дверью.
  Алексей вернулся в начале восьмого. Степан слышал, как он хлопает дверью и убирает свой гравиборд. Он дал ему время, чтобы немного отдохнуть, после чего решительно направился к нему в комнату. В связи с увиденным днём, у него появились вопросы, которые он ещё тогда решил задать при первой же возможности.
  Карпатов коротко постучал в дверь и зашёл, не дожидаясь приглашения.
  - Привет, - поздоровался он.
  - Привет, Стёп, - ответил Лешка, не отрывая взгляда от рабочего места, где делал уроки.
  - Можно вопрос?
  - Валяй.
  - Тебе как, рога не жмут? Нигде не натирают?
  Алексей резко развернулся на стуле и тяжёлым взглядом уставился на Степана.
  - Что, Лин проболтался? И ты пришел, чтобы поиздеваться? Знаешь, от вас обоих я такого не ожидал!
  - Во-первых, Лин не причём, я тебя через окно видел. А во-вторых, я не издеваюсь, просто хочу понять: зачем тебе это нужно?
  - Зачем, спрашиваешь? - Лешка задумчиво оглядел Степана уже без тяжести во взгляде. - Стёпа, ты когда-нибудь задумывался о своём будущем?
  Карпатов промолчал, ожидая продолжения.
  - Впрочем, тебе ещё рановато, а вот мне... Я ведь в следующем году школу заканчиваю. И что ждёт меня, да и тебя, скорее всего тоже, после получения аттестата?
  Степан знал, что ответов от него не требуется и что лучше не перебивать собеседника своими предположениями, если хочешь выслушать его точку зрения до конца.
  - А ждёт нас, дорогой братец, только то, что решит папочка Мастерс! - Не заставил себя ждать Лёшка. - Я уже знаю, что он собирается определить меня в какой-то экономический институт, по окончании которого зачислит на работу в свою фирму. Думаю, и с тобой будет то же самое. Именно поэтому я это тебе и рассказываю, чтобы позже ты не сильно удивлялся. Наши жизни уже расписаны папочкой Мастерсом! Он готовит из нас кадры для своего грёбаного бизнеса!
  - По-моему какая-то теория заговора у тебя получается, - не смог скрыть скептицизма Степан. - Ведь никто не отменял свободу воли.
  - Для этого он и хочет сделать нас зависимыми от своих денег! Пока мы движемся по проторенной им дорожке, он будет щедрой рукой отсыпать нам и на жизнь и на учёбу. А вот когда решим свернуть, он обрежет нам все ниточки, и, вполне возможно, придумает чего-нибудь похуже!
  - Видно ты не слишком высокого мнения о Мастерсе.
  - Я просто не заблуждаюсь на его счёт, Стёпа. И я знаю его дольше, чем ты. Он - настоящий бизнесмен. В его мире нет места для нерационального использования ресурсов, в том числе и человеческих. Мы ведь ему даже не родные и никогда родными не станем! Меня взяли три года назад, и за всё это время я виделся с Мастерсами всего около двадцати раз, да и то недолго, слава Богу! Вот сам ты, что о них думаешь?
  - Снобы. - Коротко ответил Степан.
  - Зришь в корень! - Усмехнулся Лёшка, выдав фразу, которую любил повторять в отношении Карпатова генерал Шубейко.
  Меняется внешность, род занятий и круг общения, а то, что я по-прежнему зрю в корень, остаётся неизменным. - Усмехнулся следом Степан, только про себя.
  - Снобы они и есть. Поэтому, вот что я тебе скажу: я не собираюсь всю жизнь ходить под папочкой Мастерсом, не собираюсь на него горбатиться! После окончания школы я собираюсь поступать так, как захочу, и неплохо бы иметь для этого собственные сбережения, чтобы ни от кого не зависеть. Я экономлю и работаю для того, чтобы никто не смог помешать мне сделать собственный выбор, понимаешь?!
  Степан промолчал.
  - Однажды я рассказал всё это одной девчонке, которая принимает в 'Бурёнке' заказы, а она меня осмеяла. Сказала, что я с жиру бешусь, потому как мне уже обеспечено неплохое будущее, а я хочу отказаться от него из бунтарских, мальчишеских побуждений! Наверное, ты думаешь так же...
  - Нет. - Заговорил, наконец, Степан. - В мои планы тоже не входит становиться клерком в брокерской компании с перспективой карьерного роста.
  Карпатов, впервые с начала разговора, посмотрел Алексею в глаза.
  - Ты ведь не думаешь, что я настучу на тебя Мастерсу?
  - Нет, я... ну, у меня были некоторые опасения.
  - Зачем тогда всё это рассказал?
  - Хотел убедиться, что ты не такой... - Лёшка неопределённо покрутил кистью руки.
  - Ну... тогда, наверное, спасибо за доверие. Мне редко кто душу изливает.
  Лёшка улыбнулся.
  - Да нет проблем!
  Степан кивнул и направился к двери. Уже взявшись за ручку, он обернулся.
  - Последний вопрос: что у тебя?
  - В смысле?
  - Какая у тебя мечта, если не секрет? К какой цели ты так упорно стремишься?
  - Меня манит далёкий космос и сияние звёзд, я хочу пересечь всю вселенную, усевшись комете на хвост! - Продекламировал незнакомый Карпатову стишок Алексей. - Всегда мечтал стать космическим исследователем. Ну там, экспедиции в дальний космос, поиск планет, пригодных для колонизации, проверка метеоритов с целью выявления полезных ископаемых и всё такое. Что ты скалишься? Считаешь меня безнадёжным романтиком?
  - Скорее безбашенным смельчаком, - хмыкнул Степан. - Исследование космоса - дело рисковое, но цель действительно достойная.
  - Ну а у тебя что? - Поинтересовался, в свою очередь, Лёшка.
  - Понятия не имею, - честно ответил Карпатов, пожимая плечами, - но уж точно не должность клерка.
  
  Возвращаясь в общагу, Катька старалась держаться немноголюдных улочек, чтобы не светить перед прохожими разбитой физиономией. Хоть её и считали до невозможности трудным подростком, в первую очередь она всё же была девушкой, и свой внешний вид был ей небезразличен. Перед гонками или другими публичными мероприятиями она даже пользовалась косметикой - наносила тени и губную помаду холодно-синего цвета.
  - О, глядите, парни, это же Катька! - Раздался насмешливый голос из ближайшего тёмного переулка. - Какими судьбами в наших краях?
  На свет вышли четверо, Катька сразу их узнала, частенько видела на гонках.
  - Мы то думали тебя в прошлый раз в блин скатали, а ты уже по чужой территории шастаешь! - Премерзко лыбясь, сказал долговязый бритый парень по прозвищу Барабаш.
  Катька заглянула в подворотню, из которой вылезла четвёрка, и сморщила носик - оттуда ощутимо несло мочой и помоями.
  - Славное вы себе местечко выбрали, парни, но я на него не претендую.
  - Думаешь, самая умная? - Прокартавил другой, чьего имени Катька не знала. - Мало тебя тогда 'Хаммеры' отделали! Я бы добавил!
  - Можешь попробовать добавить сейчас, только припомни, что этим твоим 'Хаммерам' тоже коё-чего досталось! - Процедила Катька, напрягшись и разминая кулаки.
  - Без нервов, Катюха! - Сказал Барабаш. - Не собираемся мы тебя метелить!
  - Это ещё вопрос, кто кого отметелит!
  - Уж не ты ли? - Ощерившись, хмыкнул картавый.
  - Дик, пасть закрой, а? - Рявкнул Барабаш.
  - А я чё...?
  - Ничё! Заткнись, говорю! А ты Катька теперь настоящее позорище, потому как своим последним выездом весь свой и так небольшой авторитет растеряла! Это надо же было из гонки настоящее побоище устроить!
  - Будто я первая начала? - Уже по настоящему разозлилась девчонка.
  - Вот и Лав так рассудил и дисквалифицировал 'Хаммеров' на целый месяц! О тебе даже не обмолвился! Ты с ним, случаем, не крутишь?
  - Я с тобой сейчас покручу! - Зловеще пообещала Катька, красноречиво скосив глаза вниз и шаркая ножкой, обутой в тяжёлый башмак на платформе.
  - Но-но, Катюха! Я не имел ввиду никаких... пошлостей! - Воскликнул Барабаш, осторожно отодвигаясь.
  - Да мне плевать, что ты там имел, а что нет! Лучше скажи, что вам сейчас от меня нужно? Чего столпились?
  - Так, это... - подал голос широкоплечий низкий парень с веснушчатым лицом, - мы же не гопота какая, просто поболтать хотели!
  - А вот на мой вкус, манеры у вас очень даже гопотские! - Заявила Катька. - Припёрлись, окружили беззащитную девушку...
  - Беззащитную! - Хмыкнул веснушчатый.
  - Начали понты про какую-то территорию гнать! - Продолжила Катька, не обратив на него внимания. - Видно неспроста-а-а... а с самыми гадкими намерениями!
  - С какими ещё намерениями! - Возмутился Барабаш. - Ты нас за кого принимаешь? И вообще... кому ты, дура, нужна!
  Барабаш сплюнул и удалился в тот вонючий переулок, откуда вышел. Остальные потянулись за ним. Видимо общение с поверженной гонщицей оказалось не таким забавным, как они рассчитывали.
  - Кому нужна, тех больше нет, - чуть слышно прошептала Катька, провожая взглядом команду гонщиков низшего класса, которые даже не заслужили права взять название.
  
  Глава 8
  
  Дальние рубежи Российского Галактического Сектора
  Научно-исследовательская станция 'Хамелеон-9'
  
  Вот уже несколько дней подряд Шахов почти не вылезал из заставленного техникой помещения, предоставленного ему для работы. Эксперты мотались по станции, делали замеры, снимали показания с приборов, с помощью специальных устройств облазили каждый сантиметр помещений, в которые наведались налётчики, и осмотрели тела погибших членов экипажа станции. К Шахову же стекалась вся информация, что они собрали. Старший лейтенант считался одним из лучших аналитиков, за что генерал его и ценил.
  Шахов сделал последнюю затяжку, после чего потушил окурок о металлическое блюдце - импровизированную пепельницу - и откинулся на спинку стула. Закрыл глаза и помассировал веки. Последнее время он только и делал, что пялился на отчёты технического персонала и врачей, проводивших вскрытие, на таблицы, графики и голографии, на записи с камер слежения и допросов, проводимых генералом. Надо отметить, что Шубейко допрашивал мастерски: мог реально пригрозить, мог запугать одним только намёком, а мог вести себя вполне доброжелательно, вызывая к себе расположение. Главными его инструментами были голос, мимика и жесты - для каждого из допрашиваемых он выбирал тот или иной способ ведения беседы. Когда генерал прищуривал глаза и говорил тихим, ледяным голосом, используя в речи по большей части 'казённые' фразы, даже Шахова, иной раз, озноб пробирал!
  - Ну, есть что-нибудь новенькое сегодня? - Генерал как всегда появился неожиданно.
  - Я тут связывался со штабом, переслал им все материалы по катеру, только что пришёл ответ.
  - Ну и? - Поторопил Шубейко.
  - Их катер - явно работа на заказ. Очертаниями корпуса напоминает немецкие модели, а вот оборудование для маскировки, скорее всего, японское. Генераторы помех - их конёк. Дешевле, чем средства полной маскировки, но для подобной миссии подошли прекрасно. Примерно такие же, только более компактные и совершенные, были вмонтированы в их костюмы вместе с прибором, который не дал сигнализации включиться, когда они проходили через периметры. Система безопасности вроде как посчитала их за своих. Что это за устройство, я не знаю, никогда ни о чём подобном не слышал. Над этим будут в штабе думать. Да... ещё кое-что про катер. Система, при помощи которой он состыковался со станцией, очень похожа на ту, что используется на спасательных катерах шведского производства. Ну там, расположение захватов такое же, тип резаков... по правде говоря, некоторые отличия от шведского стандарта есть, но они минимальны.
  - Это всё?
  - На данный момент, да.
  Генерал несколько секунд стоял молча, почёсывая щетинистую щёку.
  - И какой отсюда вывод? - Спросил он самого себя. - А вывод такой: кто-то угрохал чёртову кучу денег, чтобы сконструировать корабль, способный обойти конкретно нашу защиту и ломануть конкретно нашу станцию. Тоже самое и со снаряжением ударной команды. Подсчитай, сколько всё это может стоить.
  - Уже. - Шахов вывел на дисплей результат своих расчётов. - Сумма, конечно, примерная, но...
  - Этож какие деньжищи! - Охнул генерал. - Надо иметь далеко идущие планы, чтобы потратиться на такую-то сумму! Учитывая специфику проекта 'Багряная Нова', если этим неизвестным удастся его реализовать, нас ждёт как минимум шантаж в мировом масштабе! Надеюсь, его объектом станем не мы.
  - Для того чтобы его реализовать понадобятся куда большие деньги, и помощь лучших учёных. Впрочем, я даже не уверен, что и тогда им что-либо удастся. Проект был запущен двадцать лет назад и у его истоков стоял ведущий биоинженер того времени профессор Циммерман. Без него вряд ли кому удастся довести 'Багряную Нову' до рабочего состояния.
  - Значит надо срочно взять этого Циммермана под охрану!
  - Уже не надо. Он скончался ещё в прошлом году от сердечного приступа.
  - И, тем не менее, никто не стал бы тратить столько денег, для получения информации по бесполезному проекту, следовательно, у них есть замена Циммерману. Учитывая размах и дерзость операции, думаю, что вероятнее всего ответственны за неё чьи-то спецслужбы, а не террористы и тому подобная шваль.
  - Террористические группировки тоже нельзя сбрасывать со счетов, - позволил себе не согласиться лейтенант, - ведь бывает, что финансируют их очень состоятельные люди!
  - Твоя правда, но пока нам недостаёт фактов, чтобы делать какие-либо выводы. Чёрт, мы слишком мало знаем! - Генерал устало вздохнул. - Пошли в штаб запрос, пусть поищут места, где могли бы построить такой катер и, соответственно, проверят их. Хорошо проверят, Коля!
  Шахов понимающе кивнул.
  - Будет сделано, Прохор Иванович.
  
  Российский Галактический Сектор
  Планета Монблан
  
  За неполную неделю занятий Карпатов не то чтобы успел втянуться в школьную жизнь, но уже малость пообвыкся. Он, как и привык за долгие годы службы, составил для себя строгий распорядок дня. Не письменный, конечно, а в голове, просто в силу привычки. Первая половина дня проходила в стенах школы и соответствовала расписанию. Вторую просчитать не представлялось возможным, и Степан обозначил её так же, как некогда обозначал периоды боевых действий - 'калейдоскопом событий'. Действительно, проводя время вместе с Лином и Вадиком, строить определённые планы было нереально - всё зависело от их настроения и многих других факторов. В основном, ребята гуляли, ведь в Столице, оказывается, столько интересных мест! На правах коренного жителя планеты, Лин показывал друзьям всё новые 'достопримечательности'.
  Однажды, забредя в соседний промышленный район, троица чуть не наткнулась на Катьку. Девчонка выходила из здания похожего одновременно и на просторный гараж и на захламленную мастерскую, ведя за руль гравиборд чёрного цвета с синей аэрографией и плавными обводами. Вмиг сориентировавшись, Лин нырнул за угол, утащив за собой Степана с Вадиком.
  - Ты чего? - Засопел Вадик, которого Лин уволок, схватив за воротник форменного пиджака.
  - Катьке её гравимонстра починили. - Пояснил тот, но наткнулся на два непонимающих взгляда. - Это мастерская мужика одного, по прозвищу Шило. Чиниться тут - удовольствие не из дешёвых, а Катька к нему второй раз в долг обращается! Да вы сами посмотрите!
  Высунув голову, Степан с удивлением понаблюдал за следующей сценой: коренастый мужичок с лысеющей головой в грязном комбинезоне, активно жестикулируя, что-то вещал перед Катькой. Она же с виноватым видом слушала его, без сомнения гневную, отповедь, периодически кивая головой. Так же Карпатов заметил, как сильно стиснуты её руки на руле гравиборда.
  - Вот сейчас получит нагоняй, а потом пойдёт на всех подряд зло срывать. В прошлый раз, когда она вернулась, мне тоже чуть не досталось, тогда я вовремя смылся! Так что мы сегодня подольше погуляем, обождём, пока остынет.
  В этот момент Катька взобралась на своего 'гравимонстра', мотор оглушительно взревел и она пронеслась мимо них, оставив за собой облако пыли.
  - А разве она не должна сейчас учиться? - Спросил Степан.
  - Чего это её гравибод воет как подбитый челнок? - Одновременно с ним поинтересовался Вадик.
  - Отвечаю по порядку. - Важно произнёс Лин, оказавшийся единственным в их компании экспертом в отношении Катьки. - Она учиться, когда учёба не мешает другим её занятиям, а вой этот просто декоративный. У неё под днищем стоят динамики, которые выдают эти звуки, когда она газует. Сейчас это - очень модная фишка. Одни звучат как старинный гоночный автомобиль, другие как та штука... ну типа велосипеда с мотором...
  - Мотоцикл, - подсказал Карпатов.
  - Во-во, а третьи, вообще как турбина истребителя!
  - Много ты об этих делах знаешь, - уважительно кивнул Вадик.
  - Да чего тут знать то, - отмахнулся Лин, - у нас гонки на гравибордах - повальное увлечение! Странно, что ты тут уже полгода живёшь, а ещё не подсел.
  - Это же гравиборды? Какой интерес от таких гонок? - Презрительно хмыкнул Вадик.
  - Не скажи. Может это и просто гравиборды, но подпольные гонки - настоящий драйв! Они проводятся ночью по субботам либо на самодельных трассах, либо на городских улицах. И самое главное, что участвовать в них может любой, был бы только гравиборд! Можно выступать как одиночка против одиночки, а можно и команда на команду. А самые интересные гонки выкладываются в нашу Сеть.
   - Знаю я это, - без особого интереса к предмету беседы откликнулся Карпатов, - взрослые дяди придумывают для молодёжи такое вот 'повальное увлечение', а потом срубают с них деньги.
  - Никто ни с кого ничего не срубает! - Заспорил Лин. - Гоняют там бесплатно, да и ролики тоже для свободного просмотра!
  - Это тебе только кажется, что никто не срубает. А как же этот Шило? Ремонтирует и тюнингует гравиборды. К тому же, готов поспорить, что не он один тут такой мастер. Потом в этих роликах, что выходят в Сеть, наверняка содержится какая-нибудь скрытая реклама.
  - С чего ты взял?
  - Её просто не может не быть. Да и вообще... Посуди сам, ведь это увлечение - занятие довольно опасное, и если бы оно не приносило кое-кому прибыль, то эту лавочку давно бы прикрыли.
  - Раз всё так, то почему же менты к гонщикам цепляются?
  - Если бы менты за них серьёзно взялись, то гоняли бы эти гонщики только половые тряпки по полам колоний для несовершеннолетних. Скажи, скольких гонщиков уже засадили?
  - Ни одного пока. Всегда ограничивались штрафами и общественными работами.
  - Что и требовалось доказать! - Гордо ухмыльнувшись, объявил Степан. - Для ментов это тоже способ заработать.
  - Возможно, кто-то на этом действительно наживается, - признал Лин, - но до конца ты меня не убедил. Ведь люди занимаются этим добровольно, получают удовольствие, иногда даже славу!
  - Какую славу? - Не понял Вадик.
  - Самую обыкновенную. Чем больше ты побеждаешь, тем чаще ролики с твоим участием появляются в Сети. Самых известных на улице узнают, у них даже фанаты есть!
  - Как у 'Ласточек'? - Припомнил Степан.
  - Ну, типа того. - Согласился Лин. - Хотя мне кажется, что их слава сильно раздута. 'Ласточки' берут своё не умением, а внешними данными. Но вот Мороз или парни из 'Квартета' - настоящие асы! Хотел бы я посмотреть на них вживую!
  - Сходи да посмотри, - пожал плечами Вадик, - что тебе мешает?
  - У-у, темнота! Если бы всё было так просто! У этих гонщиков своя тусовка и зрителей на неё приводят только сами участники гонок! Не хотят, понимаешь ли, присутствия 'лишних' людей, вот и шифруются!
  - И где проблема? - Спросил Карпатов. - Рядом с нами настоящая гонщица живёт, попросил бы у неё, чтобы с собой взяла.
  - Сдурел, да? - Лин посмотрел на Степана, как на больного. - Это же Катька! Она же сразу пошлёт! Хотя нет, не сразу... сначала обсмеёт, потом оскорбит нехорошими словами, а затем только пошлёт, задав направление пинком под зад!
  - По-моему, ты к ней слишком предвзято относишься, - заметил Степан.
  - Это потому, что я знаком с ней чуть дольше тебя, - ядовито отозвался Лин.
  - Ты ведь даже не пытался попросить, да?
  - Честно говоря, даже вариант такой не рассматривал. Это не имеет смысла, Катька никогда никого с собой на гонку не брала.
  - Но это не значит, что не возьмёт. Просто надо её как следует попросить. - Убеждённо сказал Карпатов.
  - Ну вот и попроси, раз такой умный! - Усмехнувшись, предложил Лин.
  - Ну и попрошу. - Спокойно согласился Степан.
  - Что, серьёзно?
  - Почему бы нет? Уверен, она согласится тебя взять.
  - Вот уж фиг! - Замотал головой Лин. - Если ты будешь за меня просить, она решит, что сам я струсил, пошлёт тебя и обсмеёт меня. Я ж её знаю, именно так она и поступит!
  - Так что ты предлагаешь?
  - За нас обоих проси. Хоть сам посмотришь, что такое гонки на гравибордах! Если, конечно, она согласится.
  - Эй! - Подал голос Вадик. - Я, между прочим, тоже не против взглянуть!
  - Вот и Вадик не против! Так что, если соберёшься, проси за троих.
  Особого интереса к гонкам бывший разведчик не испытывал (что может быть интересного в кучке молодых людей, носящихся наперегонки на гравибордах?), но и против ничего не имел, поэтому и не возражал, когда его так оперативно подписали на это дело, да ещё и назначили крайним. Впрочем, он ведь сам предложил.
  - Попрошу, непременно. - Подтвердил он.
  - Только не сегодня, - предупредил Лин. - Катька и так постоянно злая, а сегодня, по известной тебе причине, вообще бука.
  
  Всё же Барабаш оказался прав, Катька действительно растеряла немалую часть авторитета. Видео с её последней гонкой выложили в сеть под заголовком 'Укрощение строптивой'. Название как нельзя более соответствовало содержимому ролика. Скрипя от ярости зубами, девчонка дочитала таки комментарии до конца, вырубила портком и зашвырнула его в угол. Плоская коробочка с экраном на всю переднюю панель была сделана из металлопластика, потому никаких повреждений не получила. Причём, это был не первый - и, скорее всего, не последний - перелёт в угол. Катька опустила голову на подушки и бешено застучала по кровати руками и ногами.
  В Сети было ещё два ролика с её участием, в одном из которых она в составе сборной команды одиночек соревновалась против 'Ласточек'. 'Ласточки' тогда разгромили их в пух и прах за счёт слаженной командной работы, но даже это прибавило Катьке авторитета. Теперь же был полный провал!
  Зачем я вообще согласилась?! - С горечью думала Катька. - Повелась на 'слабо', как дура! Правильно Шило говорит, дура и есть!
  Шило был одним из немногих, кого Катька искренне уважала. Он никогда не отказывался починить в долг и иногда давал очень дельные советы. Правда, иной раз лез с нравоучениями, чего Катька терпеть не могла... но терпела - ссорится с Шилом ей не хотелось.
  На следующий день, забирая свой гравиборд из мастерской, она наткнулась на очередную порцию нравоучений. Шило умел метко бить словом. Получалось это у него гораздо лучше, чем у той же Изотовой. Катька стойко стерпела и теперь, а когда механик выдохся, пришпорила своего летучего коня. Ветер, бьющий в лицо, и рёв динамиков ненадолго заглушили пакостные мысли, но стоило притормозить у порога общаги, как они нахлынули с новой силой.
  По поводу долга Катька не слишком волновалась - деньги на её счёт должны были поступить только в конце месяца, но Шило согласился подождать, хоть и уверял, что делает это в последний раз. Ничего страшного, он постоянно так говорит. Страшнее другое - теперь придётся возвращать утраченное уважение, и время упускать нельзя. Нельзя отсидеться в сторонке, поджидая момента, когда недавнее поражение позабудется! Сделай это, и к тебе вновь станут относиться как к зелёному новичку, а то и хуже!
  Нет, нужно, чтобы все знали, что я ещё в строю! - Зарычала про себя Катька, складывая гравиборд. - Подумаешь, проиграла! Подумаешь, физиономию мне расписали! Переживу!
  Катька твёрдо решила показаться в эту субботу, однако не ожидала от этого ничего хорошего. Она не сомневалась, что найдутся одиночки, которые налетят на неё словно коршуны. Осмелевшие, они решат ещё больше унизить наглую девчонку, и за её счёт хоть немного поднять свой собственный авторитет. Катька не собиралась отказываться от вызовов. Пара побед ей уж точно не помешает.
  Для того чтобы не ударить в субботу в грязь лицом, нужно было хоть немного обкатать починенный гравиборд и привыкнуть к новому эргономичному рулю.
  Тренировалась Катька весь остаток недели после занятий в парке. Тренировки в парке в наступающих сумерках получались довольно экстремальными, но Катьке как раз это и было нужно - на трассе легко не бывает.
  В пятницу гонщица вернулась пораньше, ещё за светло. В прихожей её как обычно встретил этот недоумок Лёшка. Пока она запихивала свой гравиборд в шкаф, он стоял позади, прислонившись к косяку, и бубнил что-то о нерациональной трате времени.
  - Слушай, - рявкнула Катька, гневно сверкнув на него глазами, - моё время, как хочу, так и трачу!
  - Время не твоё, а учебное! - Спокойно ответил Лёшка. - Ты с последних уроков сбегаешь? Сбегаешь. Иногда вообще не появляешься! Меня Изотова сегодня из-за этого вызвала!
  - А ты тут причём?
  - Так я же старший по общаге! Будто ты Изотову не знаешь, ей бы только покритиковать! А ты ей отличный повод для этого дала!
  - И что? Мне теперь перед тобой извиниться что ли?
  - От тебя дождёшься... - Отмахнулся Лёшка. - Короче, Изотова просила передать, чтобы в понедельник утром ты была у неё в кабинете, или она вынуждена будет принять меры.
  - Какие ещё меры?
  - Почём я знаю? Могу лишь предположить, что очень и очень решительные. Ты же ей как бельмо на глазу, как кость в горле и как шило в заднице. И всё это сразу!
  - Да пошёл ты! - Огрызнулась Катька, направившись на кухню.
  - Кать, - Лёшка догнал её и придержал за локоть, - я ведь тебя серьёзно предупреждаю. Не игнорируй это 'приглашение'! Сама же знаешь, если она захочет, проблем может доставить массу!
  - И, наверное, не только мне одной. - Усмехнулась Катька, несильно двинув Алексея удерживаемым локтем. Тот намёк понял и моментально отцепился. - Что, она и тебе пригрозила чем-то, что ты так волнуешься?
  Лёшка мог бы сказать, что волнуется не столько за себя, сколько за непутёвую гонщицу, и это было бы правдой. Однако, проблема в том, что в такую правду Катька бы в жизни не поверила.
  - Возможно, - со вздохом согласился он. - Но мне, по крайней мере, не грозят общественные работы под надзором милиции!
  Катька недоверчиво посмотрела на него.
  - Что?!
  - У Изотовай вполне хватит причин, чтобы это организовать. - Объяснил Лёшка. - Ты ведь сама ей эти причины регулярно поставляешь!
  - Сдать ученицу ментам? По-моему, даже для нашей швабры это слишком!
  - Ты просто плохо нашу швабру знаешь, такое уже случалось. Она считает, что работа на пользу города хорошо влияет на дисциплину.
  Катька с ужасом представила, как её замечают знакомые по гонкам, когда она оттирает от какого-нибудь памятника птичий помёт.
  - Ладно, может, и загляну к ней. - Неохотно согласилась она.
  - Не 'может', а загляни! - Твёрдо сказал Алексей и удалился.
  Его, как и многих ребят в этом возрасте, терзали противоречивые чувства. С одной стороны, Катька была отталкивающей личностью со стервозным характером, а с другой... было в ней что-то, что заставляло проявлять к её персоне заботу и внимание. Не явно, разумеется, а очень осторожно, прикрываясь издёвками и шуточками. Алексею всегда казалось, что Катькино чересчур вызывающее поведение было каким-то... наигранным. Он не мог объяснить свои ощущения словами, просто чувствовал, что видит в Катьке только то, что она считает нужным показать миру. Чувствовал, что есть в ней что-то ещё. В детдоме он повидал много всякого, в том числе и детей, переживших какие-то потери или потрясения. Было у таких детей некоторое сходство с Катькой. Он слишком мало знал про её прошлое и семейную жизнь, чтобы рассуждать о её истинной личности, но спрашивать об этом не собирался, потому как не надеялся получить прямой ответ, вместо прямого посыла.
  Подкрепившись разогретой стряпнёй Тоськи, Катька потопала к себе в комнату. Перед завтрашними гонками она намеревалась полноценно отдохнуть.
  Вскоре, после того как она с блаженством развалилась на постели, в дверь кто-то коротко, но требовательно постучал.
  - Я не принимаю! - Выкрикнула она.
  Стук повторился.
  - Кто там такой непонятливый?
  Стук повторился снова.
  - По башке себе постучи, дятел! - Разозлилась Катька и запустила в дверь, стянутый с ноги, тапок.
  В ответ на это замок тихонько щёлкнул, дверь приоткрылась, и в комнату просочился новичок. От такой наглости Катька тут же вскочила на ноги и уставилась на него, сощуренными от гнева глазами.
  - Привет, - заговорил первым Степан.
  - Ты что себе позволяешь, заморыш! - Сквозь зубы процедила Катька, угрожающе надвигаясь на непрошенного гостя.
  - Эй-эй, - успокаивающе произнёс Карпатов, отступив назад. - Вообще-то я к тебе по делу.
  - По какому ещё делу! Дамское бельишко стырить собрался?
  - Какое ещё бельишко? - Опешил Степан.
  - Нижнее! - Выкрикнула Катька, резко бросившись на него.
  Степан ловко уклонился от растопыренных пальцев, метивших точно в его лохматую шевелюру, и отскочил от девчонки так далеко, как позволяли габариты помещения.
  - Слушай, это всё, конечно, забавно, но может ты, наконец, настроишься на деловой лад?
  - Забавно? Ты ко мне вломился!
  - Когда ты ко мне вломилась - без стука, прошу заметить - я же на тебя не бросался и не обвинял в попытке кражи моих трусов!
  - Да кому они нужны то! - Хмыкнула Катька, заметно успокоившись. Происходящее в самом деле начало её забавлять. Всю неделю она собиралась как следует поддеть новичка, но они редко пересекались. Пару раз она даже пыталась проникнуть посреди ночи в его комнату, но, к своему удивлению, справиться с простеньким замком ей не удалось. - Ну и что у тебя за дело?
  - Это не совсем дело, а скорее просьба, - признался Степан.
  - Даже так! - Притворно изумилась Катька, оглядываясь в поисках чего-нибудь тяжёлого.
  - Именно, - сухо подтвердил Степан, не обращая внимания на выразительные взгляды, бросаемые Катькой то на полуоткрытый шлем, то на увесистый каталог обуви. - Мы хотели бы, чтобы ты провела нас завтра на гонки.
  ТАКОЕ услышать Катька не ожидала и в немом изумлении уставилась на гостя.
  - Кто 'мы'? - Спросила она, наконец, после продолжительного молчания.
  - Я, Лин и Вадик. Вадика ты наверно не знаешь, это мой одногруппник.
  - Лин, ушастый засранец! Это он тебя заслал? С чего он взял, что я буду что-то для вас делать?
  - Лин то как раз уверял меня, что ты откажешься.
  - Так чего ты припёрся?
  - Подумал, что тебе ведь не трудно, - невозмутимо ответил Карпатов, - а нам было бы интересно посмотреть на гонки изнутри.
  - Может и не трудно, только вы, парни, мне и на фиг не нужны. Если это всё, то проваливай и забудь дорогу в мои апартаменты!
  - Да ладно тебе, - отмахнулся Степан, - если хочешь, мы там за тебя поболеть можем.
  - Издеваешься, да? - Резко изменившись в лице, прошипела Катька.
  - В смысле? - Не понял Степан.
  - А то ты не знаешь? Меня в прошлый раз помяли, и вот я заявляюсь после этого в компании троих парней, как будто мне нужна защита!
  Степан честно попытался вникнуть в суть проблемы.
  - Ты серьёзно считаешь, будто нас примут за защитников?
  Этот вопрос остудил Катьку. Лин, конечно, занимался рукопашным боем и при случае смог бы за себя постоять, но вот вид имел крайне замухрышистый, впрочем, как и Степан. Третьего она не знала, но очень сомневалась, что тот смотрится внушительнее своих приятелей. На защитников они и правда не тянули, как по возрасту, так и по сложению. Чего ещё ждать от тринадцатилеток? Вот Лёшка бы под описание подошёл, но он же не при делах. А эти... выглядят, как обычные фанаты.
  Катька внимательно посмотрела на Степана - на этот раз оценивающе. Наличие фанатов тоже способствовало росту уважения в глазах остальных гонщиков. За теми же 'Ласточками' постоянно бегала целая команда. Во время гонок они трясли цветастыми плакатами и скандировали задорные кричалки. За Катьку никто и никогда специально не болел - ей было трудно понравиться людям.
  - Знаешь, - медленно произнесла она, - а что-то в этом есть.
  - Так ты согласна?
  - Не так быстро, сначала обговорим условия.
  - Какие условия? - Насторожился Степан.
  - Если я вас и возьму, то только в качестве фанатов, следовательно, вы должны будете исполнять всякие фанатские обязанности.
  - А можно поподробнее?
  - Можно и поподробнее, - улыбнувшись, кивнула Катька.
  Улыбка эта сразу не понравилась Степану, она была из ряда тех улыбок, что видишь перед тем, как потерять сознание от охватившей тело боли. Откровенно людоедская улыбочка.
  
  Глава 9
  
  'Вам письмо!' - пропищал портком, когда Лаврентий принимал утренний душ. Так как громкость сигнала была предусмотрительно увеличена, услышать его не помешал даже шум льющейся воды. Лаврентий выбрался из кабинки, накинул на мокрое тело халат и прошёл в спальню.
  'Дорогой Лаврентий Коцапович! После выхода ролика 'Укрощение Строптивой', количество посещений возросло в несколько раз. Наши аналитики предположили, что интерес аудитории подогревает насилие. Не могли бы Вы устроить ещё несколько подобных заездов, чтобы у нас появились данные для составления статистической таблицы? Вполне возможно, что такие вот гонки на выживание будут более популярны, чем нынешние. А ведь, чем они популярнее, тем они прибыльнее. Не хочу забегать вперёд, но вполне может появиться необходимость реорганизации нашего предприятия в нечто иное, в нечто, способное понравится публике ещё сильнее! Подумайте над этим, Лаврентий.
  С уважением, Ваш Спонсор'
  Лаврентий спокойно поставил портком на прикроватный столик, опустился на кровать, уткнулся лицом в подушку и заорал. Когда гневное мычание стихло, он перевёл дух, уселся на край кровати, положил портком себе на колени и принялся писать ответ.
  'Дорогой Спонсор! Стычка, произошедшая на прошлой неделе, была досадным недоразумением. Ни я и никто из моих помощников не делали ничего, чтобы спровоцировать конфликт, и в будущем мы не собираемся заниматься ничем подобным. Популярность гонок обеспечивается прежде всего зрелищностью и доступностью. Весь организаторский состав придерживается мнения, что насилие на трассе недопустимо, в основном из-за невозможности обеспечить гонщикам максимальную безопасность. Вам не следует путать подростковый экстрим с подпольными боями.
  Со всем уважением, Лаврентий'
  Дописав, Лаврентий пару раз перечитал письмо, и только после этого ввёл команду 'отправить'.
  Послание Спонсора всё же выбило молодого человека из колеи. Одевшись, он минуты три стоял перед зеркалом, пытаясь завязать трясущимися пальцами галстук.
  Наше предприятие! - Волна возмущения вновь окатила его, стоило только вспомнить эти строки. - Да какое он имеет право так говорить!
  Лаврентий, конечно, не сам придумал гонки на гравибордах, но он практически в одиночку превратил типичнейшую детскую забаву в массовое развлечение. Как многих других, родители отправили Лаврентия на Монблан для получения высшего образования. Учёба в Монбланском Гуманитарном Университете, как ни странно, много сил и времени не занимала, поэтому молодой человек, почувствовавший свободу и не знающий на что потратить лишний энтузиазм, и придумал гонять на гравибордах.
  За четыре года своего существования, предприятие значительно расширилось и приобрело широкую известность, но это как раз заслуга появившегося однажды Спонсора. Но на этот факт негодующий юноша предпочёл не обращать внимания. Новая идея Спонсора его очень разозлила. Подумать только, превратить гонку в побоище! И в своём нынешнем виде, никто из её участников не застрахован от травм, а гонка на выживание вполне может закончиться летальным исходом.
  - Чёртова девчонка, - прорычал Лаврентий, - это всё она! Вечно во что-то ввязывается! В следующий раз я её... я её...! - Гнев неожиданно утих, и Лаврентий грустно уставился на своё отражение. - Точно куда-нибудь приглашу.
  Юноша расчесал всё ещё влажные волосы, надел чёрный форменный пиджак Университета, засунул портком в сумку и вышел. По субботам занятия не проводились, а до гонки ещё масса времени, и он собирался потратить его с пользой, например, сходить в университетскую библиотеку.
  
  - В общем, вот. - Степан разложил перед друзьями три безразмерные футболки, спереди и сзади которых маркером было выведено:
  'Чёрная Кэт.
  Нет боли - нет победы!'
  - Очень надеюсь, что это просто такой прикол. - Кисло прокомментировал увиденное Вадик.
  - Я бы на это не рассчитывал, - 'подбодрил' его Лин, в чьей комнате они и собрались. - Она просто издевается. Я это не одену!
  Сами футболки были чёрного цвета, зато надписи аккуратно выведены радужным маркером.
  - Если хочешь идти - оденешь. - Сказал Степан. - Сам ведь просился, а теперь в кусты?
  - Стёп, это же форменное издевательство над нами! - Возмутился Лин.
  - Точно, - поддержал его Вадик. - Причём форменное, от слова 'форма'.
  - Будет проще, если вы отнесётесь к этому, как к вынужденной необходимости. К тому же, у меня тут ещё кое-что есть. - Карпатов продемонстрировал маленький чёрный блокнотик с розовыми страничками.
  - Что здесь? - Заинтересовался Вадик, выхватив книжицу.
  - Кричалки, фразы для скандирования и прочая поддерживающая чушь.
  - Он с открытым переломом завалился на бетон, и теперь уж пропускает, когда Кэт жмёт на клаксон! - Несколько ошарашено продекламировал Вадик первую попавшуюся строчку. - И мы должны это выкрикивать?!
  - Могло быть хуже, - пожал плечами Степан, - я отговорил её делать нам транспарант.
  - А без этого цирка нельзя? - С надеждой спросил Вадик.
  - Не спрашивай у меня, не я ведь условия ставил. И вообще, я тут отдувался за всех, уговаривал, а вы носы воротите. Не хотите идти, так и скажите.
  Лин с Вадиком переглянулись.
  - Я пойду. - Решил Вадик. - А то когда ещё доведётся, а это, - он помахал книжицей в сторону футболок, - можно и перетерпеть.
  - Твоя правда. - Вздохнул Лин. - Я то вообще на результат не рассчитывал, а теперь вот немного переволновался. Спасибо, Стёп.
  - Надеюсь, эти ваши гонки того стоят. - Проворчал Карпатов.
  Бывший разведчик и сам был не в восторге от роли фаната, но ему не привыкать - раньше частенько приходилось прибегать к маскировке для проникновения на охраняемую территорию. В его понимании, расписанные футболки являлись не самым плохим вариантом, во всяком случае, не в пример лучше маскировки под болотную кочку.
  
  - Ну и где вас носит? - Недовольно произнесла Катька, едва заметив три вышедшие из-за угла фигуры. - Я уже полчаса жду!
  - Мы опоздали всего на семь минут, - ответил Степан.
  - На целых семь минут!
  - Ты то на гравиборде укатила, а мы по воздушной платформе добирались. А они всегда задерживаются. - Сказал Лин. - Так что не придирайся.
  - Ладно, ладно, - махнула рукой Катька. - Кстати, парни, классно смотритесь. - Усмехнулась она, и медленно повела свой гравиборд по улице.
  Ребята двинулись следом. Они совершенно не разделяли её мнения относительно своего внешнего вида - футболки, которые они накинули поверх одежды, на их фигурах напоминали пончо.
  По мере приближения к цели, им стали встречаться люди, проносящиеся мимо на гравибордах. Катьке тоже ужасно хотелось поддать газку, но она не забывала о своём эскорте.
  Когда друзья увидели вход, они сразу поняли, что это тот самый вход. А если бы не поняли, это поставило бы под сомнение их умственное развитие, потому как металлические ворота, через которые проходили молодые люди как с гравибордами, так и без, ничем другим быть просто не могли. Перед воротами стояли двое широких в плечах парней, один из которых был чернокожим, и запускали народ. Сами ворота вели в огромное и с виду заброшенное складское помещение.
  - Когда подойдём, держитесь ближе ко мне. - Предупредила Катька. - Валь и Бобби своё дело знают, так отвадить могут, что пол улицы носом пропашете.
  - Ну и порядочки тут у вас. - Хмыкнул Вадик.
  - А ты как хотел? Много вас таких ходит.
  - Прямо как в дорогих клубах. - Притворно восхитился Лин. - Только вместо швейцаров с шокерами обычные уличные мордовороты.
   - Ты это, потише там, - шикнула на него Катька. - Если, конечно хочешь вернуться домой на своих ногах. Между прочим, у Бобби разряд по боксу, а Валь настоящий отморозок.
  Лин скептически оглядел охранников, к которым они не спеша приближались, но ничего не сказал. Степан надеялся, что друг не станет демонстрировать своё остроумие непосредственно перед ними.
  - О, Кэт-детка, не ожидал, что ты сегодня появишься! - Затараторил чернокожий парень, когда компания приблизилась.
  - Это почему жё? Думаешь, пара синяков и царапин меня остановит? - Недовольно, но без особой дерзости отозвалась Катька.
  - Мелкие с тобой? - Сразу спросил второй - коротко стриженный хмурый парень в кожаной куртке.
  - Да, Валь. Это мои фаны.
  - Фаны? - Удивлённо задали один и тот же вопрос оба охранника.
  - Да, фаны. У меня что, не может быть фанов?
  - Может, - кивнул Бобби. - Только откуда они взялись?
  - Ты прям как маленький, - влез Лин, - неужто не знаешь, откуда берутся фаны?
  - А этот парень не промах, - улыбнулся Бобби. - Ну, раз ты фанат, давай, выдай кричалку.
  Лин задумался. Ненадолго. Степан настоял на том, чтобы все выучили хотя бы по несколько строчек из Катькиной книжицы.
  - Слышится полный отчаянья стон - пропала победа, Кэт идёт на разгон! - Бодро выдал Лин.
  - А победная песня у вас есть? - Не отставал темнокожий.
  Лин замешкался, но тут уже высказался Вадик:
  - А то! Только вы её услышите, когда наша Кэт всех сделает!
  - Долго придётся ждать, - издевательски усмехнулся Валь. - Заходите, не задерживайте тут.
  
  Лаврентий уже успел нанести грим и надевал парик, когда ему пришло короткое сообщение от охраны. Она всё-таки пришла и привела с собой каких-то сопляков для поддержки. Лаврентий мысленно чертыхнулся. Он надеялся, что сегодняшняя гонка пройдёт спокойно, но присутствие жаждущей реабилитации гонщицы эту надежду попросту убивало. Катька всегда славилась крутым нравом, а новички, мечтающие о славе, отличались наглостью и гонором. Такое сочетание создавало благоприятные условия для новой драки.
  Ну что ей стоило хотя бы месяц отсидеться? - Мысленно простонал Лаврентий. - Нет, припёрлась, и не одна.
  С какой целью Катька появилась с сопровождением, и что от него ожидать распорядитель не знал, и это его сильно беспокоило. Можно было бы просто выставить эту компанию, но они присутствовали по праву приглашённых, в котором нельзя отказать ни одному участнику. Чтобы составить хоть какое-то мнение, Лаврентий решил лично поприветствовать гонщицу, а заодно и присмотреться к её команде поддержки.
  
  Большую часть огромного помещения занимала трасса. По периметру она была огорожена стальной решёткой, а все повороты разделялись синими пластмассовыми бочками с песком. Так же на трассе присутствовало что-то типа препятствий - небольшие горки, воткнутые посреди дороги, столбики и всё такое в этом роде.
  - Ух ты! Это же трасса-один! - Воскликнул Лин, оглядевшись. - Никогда не думал, что увижу её вживую! Хотя... - он резко погрустнел, - если сегодня гонки проходят тут, то никого из известных мы не встретим.
  - Почему? - Спросил Степан.
  - Это трасса для новичков, балда. - Ответила Катька. - А ваши 'известные' считают ниже своего достоинства здесь гонять. И вообще, хорош стоять у всех на виду, отойдём в сторонку!
  Присутствующие уже обратили на них внимание. Некоторые рассматривали их с интересом, другие будто бы и не замечали. Степан и сам незаметно осматривался. Он уже отметил присутствие других фанатов и с облегчением заметил, что у некоторых костюмы смотрятся ещё глупее - например зелёные трико, с вышитыми на груди большими буквами, которые, при определённой расстановке, собирались в имя гонщика.
  - Знаешь, никогда больше не буду смеяться над Лёшкиным рабочим костюмом, - шепнул ему Лин, шагающий рядом и тоже разглядывающий местный контингент.
  Тут внимание Карпатова привлекла одна фигура. Привлекла не потому, что чем-то особым выделялась из толпы - хотя выделялась она порядочно - а потому, что решительно продвигалась в их сторону, не встречая никаких препятствий, так как народ почтительно перед ней расступался. Вскоре обладателя фигуры заметила и Катька, после чего резко остановилась, а следовавший следом Вадик чуть не спотыкнулся о её гравиборд.
  Приближающийся к ним парень казался воплощением гламура в самом распространённом его значении. Рубашка с блёстками, чёрно-белое пальто и серебряные браслеты, кольца и цепочки, украшенные почему-то, сердечками. Дополняли картину длинные прямые чёрные волосы с белыми прядями в остриженной над глазами чёлке. Лицо же субъекта было вымазано гримом, который предпочитают смертепоклонники - бледное с тёмными тенями и чёрной губной помадой. От вида этого человека Степану стало несколько не по себе, а в голове проскочила мыслишка: вот так, наверное, и выглядит та самая дурная компания, которой так опасалась моя бывшая жена.
  Человек встал напротив Катьки, длинными пальцами убрал с её лица локон и грустно посмотрел на неё.
  - Отлично выглядишь Кэт... для человека, которого недавно избили. Ты могла бы и не приходить, пока не подлечишься, и не придёшь в форму.
  - Очень заботливо с твоей стороны, Лав, но 'избили' слишком сильно сказано. Так, помяли малость. Уверяю тебя, я и сейчас в прекрасной форме.
  - Кэт, Кэт... - Вздохнул Лав. - Ты ведь, понимаешь, что тебя сегодня ждёт? Тебе следовало бы немного отсидеться, а не бросаться в самое пекло.
  - Я всё прекрасно понимаю, Лав, и именно поэтому я здесь. Я не могу позволить себе отсидеться! Все решат, что я сдрейфила!
  - Ты преувеличиваешь.
  - Нет! Я прекрасно знаю, как это происходит, и не хочу, чтобы подобное произошло со мной!
  - В твоём случае это маловероятно.
  - А, по-моему, очень даже вероятно!
  - О чём это они? - Шёпотом спросил Лина Степан.
  - Про популярность спорят. - Авторитетно пояснил тот.
  Степан понимающе покивал. О славе и популярности он знал многое, ибо первое у него когда-то было с избытком, а второго не было вообще. Да, он считался прославленным разведчиком, с целой кучей наград, но в силу своего не слишком общительного характера, особой популярностью среди коллег не пользовался, да и не гнался за этим. Он ведь, в конце концов, не какой-нибудь политик, или хлыщ из ящика.
  - Ладно, а что это за пацаны с тобой? - Видимо убедившись в непререкаемости Катьки по основному вопросу, Лав решил сменить тему.
  - Мы болельщики, - сказал Вадик, горда выпятив грудь с надписью.
  - Да, это заметно, - нейтрально ответил распорядитель. - Кэт, зачем они тебе? Ты же никогда с собой никого не брала.
  - А теперь взяла! - Отрезала Катька. - Имею право.
  - Я и не спорю, только зачем?
  - Для поддержки. Зачем же ещё?
  - Для какого рода поддержки? - Уточнил Лав.
  - Посмотри на них повнимательнее, Лав. Что за поддержку они могут оказать?
  Лав по очереди оглядел новообращённых фанатов. В своих огромных футболках все трое выглядели довольно комично, но на этот счёт он не обольщался - сам же устраивал свой маскарад не столько ради конспирации, сколько для того, чтобы к нему относились не слишком серьёзно. Первый имел азиатские черты лица, а в остальном ничем не выделялся. Второй был выше, но его хрупкое телосложение не помогала скрыть даже футболка. Ну а последний... последний и сам на него смотрел. Причём не просто смотрел, а смотрел прямо в глаза. Лав подумал, что без грима выглядел бы в данный момент также бледно, как и с ним, и испытал некоторое облегчение от того, что сейчас это не заметно. Третий мальчишка казался вполне обычным, но отчего-то распорядителю пришло на ум старинное сравнение про кролика и удава. Он медленно, с достоинством отвёл взгляд и обратился к Катьке:
  - Может, ты нас, наконец, представишь?
  - Парни, это Лав. Он типа у нас самый главный. Те лбы у входа шестерят лично на него. А это, Лав, мои преданные и верные фаны, слева - направо: Лин, Степан и... слышь белобрысый, как там тебя?
  - Вадик, - обиженно буркнул Вадик.
  - Очень приятно. - Кивнул Лав и по очереди пожал им руки, стараясь ни с кем не встречаться глазами. Степан мысленно усмехнулся - он ещё не отучился от старой привычки смотреть на людей так, будто перед ним очередной объект задания. Однажды во время обеда в школе он забылся, а Лин случайно встретился с ним взглядом, после чего застыл с открытым ртом и занесённой вилкой.
  - Ты чё, Стёп? - Спросил он тогда.
  - Да ничё, - моментально опустив взгляд в тарелку, ответил Карпатов.
  - Ты сейчас на меня так глянул, будто удавить за кусок мяса собрался.
  - У нас в детдоме был очень скудный рацион. - Отшутился Степан.
  Сейчас же он тоже не собирался пугать этого гламурного типа, просто хотел в нём разобраться. Насколько он успел понять, распорядитель далеко не такой клоун, каким хочет казаться.
  - Значит, ребята, у нас тут есть определённые правила. - Принялся инструктировать Лав. - Нельзя вести съёмки, нельзя проносить с собой алкогольные напитки, нельзя приставать к администрации гонок с тупыми вопросами. Не забывайте, вы здесь только пока вас берёт с собой ваш гонщик. Если захотите гонять сами, можете спокойно вливаться в стройные ряды нашей зелени, но только после того как достанете гравиборд и проведёте квалификационный заезд на время по трассе-один.
  - Эй, я думал гонщиком может стать каждый! - Воскликнул Лин.
  - Попробовать может каждый, но зачем нам гонщики, которые не в состоянии уложиться в норматив на самой лёгкой трассе? Ладно, с общими правилами ясно?
  Все дружно кивнули.
  - Прекрасно, теперь дело к тебе, Катя. - Лав назвал гонщицу по имени, что означало его серьёзный настрой. - Возможно, тебя будут провоцировать и оскорблять, но не доводи дело до драки. Ещё один мордобой на трассе мне не нужен, впрочем, как и вне трассы. Если поведешься и распустишь руки, я дисквалифицирую тебя на пол года.
  - Но Лав...!
  - Я всё сказал.
  - А если на меня первыми нападут?
  - Не ввязывайся. Гонка будет закончена, а драчуны дисквалифицированы.
  - Не слишком жестоко?
  - Скорее всего, после твоего прошлого боя найдётся немало желающих помахать кулаками. Так как мы этого не поощряем, пришлось кое-что изменить и ужесточить правила. Короче, обо всём я сообщу, когда народ соберётся. Ладно, бывайте. - Лав махнул рукой и отошёл.
  
  Командный крейсер 'Отважный'
  
  За те несколько дней, что команда генерала провела на станции, они выяснили всё, что можно было выяснить. Все найденные улики - включая искорёженные шлюзовые крепления, к которым швартовался катер налётчиков - были упакованы и помещены в грузовой отсек 'Отважного'.
  Командный крейсер был не слишком большим кораблём, и не обладал такой боевой мощью, как обычные боевые крейсера, но на нём была установлена хорошая защита и скоростные двигатели, позволяющие двигаться со скоростью лёгкого курьерского корабля. Конечно, габариты этого класса не позволяли совершать стремительные и точные манёвры, но с такой бронёй это было не обязательно - силовые щиты командного крейсера с лёгкостью держали залпы главного орудия вражеского корабля. Так же на нём имелась куча всякой электроники для защиты от систем наведения, прослушивания эфира и всего в этом роде, что делало внутреннее пространство корабля довольно тесным.
  Шубейко лежал на койке в своей маленькой каюте и предавался бесплодным рассуждениям. В данный момент 'Отважный' летел обратно, на станцию 'Комарово'. Генерал очень надеялся, что к моменту его прибытия, штабным аналитикам удастся выявить хоть что-то ещё из того информационного пакета, что переслал им Шахов. Сам лейтенант неплохо потрудился, и Шубейко полагал, что пора бы уже повысить его в звании.
  Как только вернусь, подпишу приказ, - устало подумал он. - Хотя нет, сначала в душ, а потом всё остальное.
  Что ни говори, а условия на подобных крейсерах были спартанскими и, несмотря на то, что они являлись командными, само командование редко их использовало, предпочитая просторные боевые крейсера и линкоры. Шубейко не считал себя аскетом, но жертвовал удобствами в пользу практичности.
  Раздался сигнал вызова.
  - Да? - Хрипло проговорил генерал в коммуникатор.
  - Разрешите доложить, товарищ генерал? - Бодро рявкнул приборчик голосом Шахова.
  - Разрешаю.
  - Получено сообщение со станции.
  - Не по комму. Зайди ко мне.
  - Сейчас буду, товарищ генерал.
  На то чтобы добраться из рубки управления до каюты у Шахова ушло минуты две.
  - Ну, что там у них? - Спросил Шубейко, впуская помощника.
  - Они выяснили, что в нашем секторе есть две нелегальные мастерские, где могли бы собрать тот катер.
  - Выслать агентов, проверить документы, всех допросить... - Начал отдавать распоряжения генерал.
  - И есть ещё одна мастерская. В штабе считают, что с катер, скорее всего, был создан именно там.
  - Скорее всего - это не точно. - Нахмурился Шубейко.
  - Да, но вероятность выше.
  - И где эта мастерская? Почему-то мне кажется, что ответ мне не понравится.
  - Она находится на астероидной базе, в приграничной с Китайским Сектором территории. - Подтвердил опасения генерала Шахов.
  - Да, это серьёзно. - Покачал головой Шубейко. - Придётся задействовать одну из групп.
  - Которую?
  - Группу Соболева. Или Гончарова. - Генерал задумался. - Вот что, Коля. Передай, чтобы начинали работать по нашим мастерским. А с китайской будем решать, когда вернёмся.
  - Слушаюсь, товарищ генерал, - Шахов отдал честь и удалился.
  - Ну, ёлки-палки, - проворчал Шубейко, снова устраиваясь на койке, - почему, когда Карпатов нужен, он вечно не при делах? То развод у него, то новая жизнь. Никаких кадров не напасёшься!
  
  
  Глава 10
  
  
   Российский Галактический Сектор
  Планета Монблан
  
  Все подозрения Степана насчёт коммерческой составляющей гонок подтверждались. На территории склада, кроме собственно трассы, обнаружились также и разнообразные лотки с гоночными аксессуарами, и точки техобслуживания. Нашлось место даже для импровизированной кафешки, возле которой крутились подозрительного вида личности. Одна из этих личностей - тощий парень лет шестнадцати - как бы невзначай приблизилась к Вадику, придержав его за локоть.
  - Хочешь кайфануть?
  - А ну вали отсюда! - Крикнула Катька, мигом подскочив к тощему и оттолкнув его от своего фана.
  - Ты чего? - Возмутился парень, едва не упавший от тычка гонщицы. - Сдурела? Вот я щас позову...!
  - Тогда я тоже позову! Посмотрим кто круче, вы, или быки Лава!
  - Ты чё! Не надо Лава! - Явно испугался парень и поспешил скрыться в толпе.
  - Вот блин! - Проворчала Катька. - Что только не делают, а эти сволочи постоянно пролезают со своей дрянью!
  - Есть спрос, они и торгуют. А если торгуют, то непременно отстёгивают долю кому-то из охраны или администрации, чтобы можно было пробраться. - Сказал Карпатов.
  - Значит, тут какая-то гнида сидит, которая всю эту мразь крышует! Надо будет Лаву сообщить.
  - Полагаю, он об этом и так знает, видно ведь - не дурак. Только пока 'крышевателя' за руку не поймаешь, сделать ничего нельзя. - Пожал плечами Степан. - Кстати, что они тут продают?
  - Разное. И колёса из аптек понатыренные, и пластыри со стероидами. Месяца два назад даже поймали какого-то придурка с 'бурдой'!
  - С 'бурдой'! - Поразился Лин. - И что с ним сделали?
  - Отметелили, конечно. - Равнодушно пожала плечами Катька. - А потом выбросили вместе с товаром недалеко от ближайшей ментовки.
  - Ну и правильно. - Одобрительно кивнул Лин.
  - А что за 'бурда'? - Спросил Вадик.
  - Синтетический наркотик. - Ответил Карпатов. - Сильнейший из существующих. Его вроде как японцы придумали. В общем, за изготовление и распространение этой штуки у нас сурово наказывают, вплоть до высшей меры.
  Степану вспомнился эпизод из военного прошлого, когда его отряд послали на планету Варран, в джунглях которой обосновалась криминальная группировка, занимающийся созданием этой самой 'бурды', все члены которой были заочно приговорены к смертной казни. Пленных в том деле не брали.
  - А что так сурово? - Удивился Вадик.
  - С ними ещё не так надо! - Зловещё рыкнула Катька.
  - Понимаешь, - продолжил объяснять Степан, - дело в том, что 'бурду' считают идеальным наркотиком. Стопроцентное привыкание, он не воздействует на клетки мозга, зато постепенно наносит вред всему организму. Принимать 'бурду' - это как самостоятельно пичкать себя ядом. При этом ты осознаешь все последствия, но остановиться не можешь. Больше года такие наркоманы не живут.
  - А лечение?
  - Не существует. Не придумали ещё. Японцы вроде как пытаются что-то сделать, но никаких гарантий не дают.
  - А наши?
  - А что наши? Наши борются с первопричиной, гоняют наркомафию. А наркоманы... Ты меня, конечно, извини, но если человек решил побаловаться 'бурдой', он либо дурак, либо самоубийца.
  - А если он просто не знает, как я? - Произнёс, явно поражённый категоричностью Степана, Вадик.
  - Теперь и ты знаешь. - Вступил в разговор Лин. - Информация ведь ни от кого в секрете не держится. Даже ролики по ящику крутят. Ты что не видел ни разу? Или в Сети не натыкался?
  - Да я как-то этим не интересовался, - пробормотал Вадик.
  - Боец, будь бдителен! - Состроив суровое лицо, и картинно приставив козырьком ко лбу руку, произнёс Лин, подражая изображённому на старинных агитплакатах космопехотинцу. - На такой планете, как Монблан, множество соблазнов для провинциалов с маленьких фермерских планеток, Вадик. На всякий случай предупрежу: не купайся в городских водоёмах, потому как они чистые только благодаря химикатам, и не смотри долго головизор, а то он зазомбирует твой мозг.
  - Ну тебя, - надулся Вадик.
  - В любом случае, о всяких опасных штуках лучше знать, чем не знать, - похлопав приятеля по плечу, сказал Степан.
  - Да я понимаю, - буркнул Вадик. - Но моя планета вовсе не маленькая, и кроме фермерских хозяйств у нас ещё и промышленность имеется!
  - Варение самогона в межпланетных масштабах? - Усмехнулся Лин, отчего Вадик надулся ещё больше.
  - Зря ржешь, - осадил его Карпатов. - Демидовка ихняя - самая лучшая.
  - Пробовал?
  - А то! Нам каждые выходные разведённую в киселе наливали.
  - Гонишь!
  - За что не веришь, начальник!
  - Заткнитесь, придурки! - Прошипела Катька. - Сейчас начнётся!
  - Что? - В один голос спросили мальчишки.
  - Открытие гонки. - Пояснила Катька и ткнула пальцем в сторону сцены, по которой уже начали сновать разноцветные лучи прожекторов.
  Все дружно уставились в указанном направлении. На сцену вальяжной походкой взошёл Лав и встал к микрофону.
  - Приветствую вас на четырнадцатой гонке сезона! - Крикнул он. Благодаря акустике помещения, казалось, будто его голос звучит отовсюду. - Прежде чем объявить о начале, я хотел бы рассказать о некоторых изменениях в правилах. Первое и главное: командные заезды, где количество участников с одной стороны превышает количество участников с другой больше чем на одного человека, проводиться не будут. Замеченные в таких заездах, подлежат месячной дисквалификации. Дальше: намеренное нанесение побоев или увечий на трассе или вне её будет караться жёстче, вплоть до исключения из лиги без права возврата, в зависимости от обстоятельств. Впрочем, это касается не только участников. - После этого заявления, по толпе прокатился недовольный ропот. Фаны как разных команд, так и одиночных гонщиков обычно недолюбливали друг друга и были не прочь помахать кулаками. - У нас не бойцовский клуб и даже не гонки на выживание. Если хотите выяснять отношения, делайте это за пределами трасс. Кстати, замеченные в подстрекательстве к драке будут наказаны аналогично.
  - Хех! - Хмыкнул Степан, слушая речь распорядителя.
  - Что? - Полюбопытствовал Лин.
  - Выглядит, как фиг знает кто, но говорит так складно, что прям Вещает.
  - Ага, контрастный такой типчик.
  - И в завершении хочу предупредить, что отмазки типа 'он первый начал' непроканают! - Продолжил меж тем Лав.- Мы выпустим в зал киберкамеры, так что обиженным не уйдёт никто.
   Услышав словечки только что использованные распорядителем, Карпатов ещё раз хмыкнул, а Лин радостно заржал, отчего Катька ткнула его локтем в бок.
  - Надеюсь все всё поняли? Подробнее о правилах и мерах вы можете узнать на нашей страничке в Сети. Ну а теперь, - Лав, сжав кулаки, поднял руки вверх и заорал: - Да начнётся гонка!
  После этих слов вдоль сцены начали бить фонтаны искр - старый пиротехнический фокус, который очень любили использовать первые рок-музыканты. Когда стена из искр, окружившая сцену, пропала, распорядителя уже не было.
  - Мог бы использовать галопроэктор, - проворчал Лин, потирая отшибленный бок. - Исчез бы в языках пламени.
  - Или в стае летучих мышей, - добавил Вадик, - это ему больше подойдёт.
  - Лав не любит иллюзии, ему реалистичность подавай, - сказала Катька.
  - С чего ты взяла?
  - Будь по-другому, он открыл бы киберспортивный клуб. - Усмехнулась девчонка.
  Толпа вокруг постепенно редела, расползаясь на множество кучек.
  - Что теперь? - Поинтересовался Степан.
  - Теперь новички пойдут к тем столам у стены и будут регистрироваться на общие заезды. Остальные будут договариваться о совместных гонках, которые идут после общих.
  - А мы?
  - Мы будем посмотреть, кто к нам подходить и желать нашей кровушки.
  - То есть, будем ждать, пока тебе не бросят вызов?
  - Типа того.
  - А если никто не захочет?
  - Значит, будем считать, что меня боятся, - зловеще шевеля перед лицом Степана пальцами и подвывая, как это делают привидения в мультиках, ответила Катька. - Но я не думаю, что такое случиться. Глянь, первый коршун уже на подлёте.
  Степан проследил за её взглядом и увидел решительно идущего в их сторону парня, единственной запоминающейся приметой которого была причёска - стоящие клинышками вверх ядовито-зелёные волосы.
  - Что за кактус?
  - Это, как ты уже и сам заметил, Кактус. Гонщик агрессивный, пожалуй, даже чересчур - в поворот может не вписаться, а может и заградительные бочки протаранить в пылу погони. С этим без проблем справлюсь
  - Кэт! - Рявкнул Кактус приблизившись. - Кончилось твоё время! Пора уступать дорогу новым талантам!
  - Надеюсь, ты не себя имеешь ввиду. - Бросив на гонщика полный сомнений взгляд, произнесла Катька.
  - Да ты...! - Выпучил глаза Кактус, но девчонка сунула ему под нос стандартный офисный бланк, на верхней строчке которого было написано её имя, а рядом подрисована кошачья мордочка.
  - Вписываться будешь, или как?
  Кактус записал своё прозвище и вернул листок обратно.
  - Пойдём, тогда! - Уже без былого запала сказал он.
  - Куда ещё? - Удивилась Катька.
  - Так... отдадим лист на регистрацию.
  - Рано ещё, остальных обождём.
  - Каких остальных?
  - А ты думаешь, один тут такой умный нашёлся? Наверняка здесь ещё полно тех, кто не прочь со мной погоняться.
  Катька как в воду глядела - вместе с Кактусом набралось восемь гонщиков, желающих пообщипать ей пёрышки. Причём почти всех она обозначила как не представляющих особой угрозы, но были двое, при появлении которых она не произнесла ни слова. Рыжая девчонка, стриженная под мальчика, и юноша с пирсингом на губе. Леська и Брик, как они написали в бланке.
  Всей компанией гонщики подошли к регистрационному столу, отдали список участников и получили талончики с номером шесть, после чего разошлись кто куда.
  - Ну вот, теперь осталось дождаться своей очереди. - Заметно нервничая, сказала Катька.
  - Ты в порядке? - Спросил Степан.
  - В полном.
  - По-моему, у тебя мандраж.
  - Нет у меня никакого мандража! - Возмутилась девчонка.
  - Это нормально, естественная реакция организма. Ты взволнована, всё же столько противников...
  - Эти противники мне и в подмётки не годятся! Ничего я не взволнована!
  - Хорошо... - осторожно согласился Карпатов. - Сделай несколько пару вдохов и выдохов ... ещё лучше станет.
  - Не, дыхание это всё глупости. - Отмахнулся Лин. - Вот когда я был на соревнованиях по каратэ, меня перед первым боем так скрутило, что даже с места сдвинуться не мог. Просто стоял, как вкопанный, и трясся. Так вот меня тогда дед из такого состояния вывел, сделал массаж и всё как рукой сняло!
  - Что за массаж? - Заинтересовалась Катька. - Где?
  - Тут. - Лин хлопнул себя по груди в районе солнечного сплетения.
  - Нет, я себя массажировать не дам!
  - Будто я предлагал, - усмехнулся Лин, - я его даже делать не умею.
  - А чего тогда рассказывал? - Грозно сощурившись, спросила Катька.
  - Да так... вспомнилось просто, - пробормотал Лин и едва успел увернуться от подзатыльника. - Да ладно тебе, я же поддержать просто хотел!
  - Вот именно! - Присоединился к нему Вадик. - Мы же - команда поддержки как-никак.
  А вот Вадик от карающей Катькиной длани уклониться не успел.
  
  Когда началась регистрация, Лав, сидя у себя в офисе, с особым любопытством наблюдал за Кэт и её фанами с помощью одной из камер. Девчонка времени даром не теряла и активно набирала народ для гонки.
  - Так, а это что ещё за товарищи? - Пробормотал он, заметив четверых молодых людей, целенаправленно продвигающихся к Катьке. Вид у парней был крайне недоброжелательный. Во всяком случае, подлые ухмылки на их рожах распорядителю крайне не понравились.
  - Где? - Склонившись над экраном, спросил Павел, старый приятель Лаврентия, отвечающий на гонках за порядок.
  Лав навёл камеру на заинтересовавших его людей и приблизил их лица.
  - Барабаш со своей кодлой. - Ни на миг не задумавшись, ответил Павел.
  - Команда?
  - Пока нет, просто тусуются вместе, но к тому движется. Наверняка, если выйдут из новичков, сгруппируются.
  - Проблемы с ними были?
  - Так, по мелочи...
  - Не нравятся они мне. - Произнёс Лав, наблюдая за их передвижением.
  - Как говорил мой тренер по хоккею: я не красна девица и не пивная кружка, чтобы вам нравиться. - Пошутил Павел.
  - Пусть перехватят и приведут ко мне. - Не обратив на него внимания, приказал Лаврентий.
  - На кой?
  - Нам потенциальные смутьяны не нужны, хочу убедиться, что они уяснили моё сегодняшнее заявление.
  - Ну, раз так... - Павел поднёс к губам наручный коммуникатор и быстро передал подчинённым инструкции.
  Лав видел, как трое амбалов, одетых в чёрные спецовки, обступили компанию Барабаша с разных сторон и вежливо попросили двигаться за ними. По-видимому, впечатлившись габаритами охраны, окружённые спорить не решились и без лишнего шума проследовали в указанном направлении.
  Лаврентий поднялся, разгладил пышную одежду и, приняв самый высокомерный вид, на который только был способен, вышел из офиса, находящегося, к слову, внутри старого туристического автобуса.
  - Вы хотели нас видеть? - Промямлил уже подошедший Барабаш.
  - Да не особо. Однако вы сами дали мне повод для разговора.
  - Мы ничего не сделали! - Запальчиво выкрикнул один из 'гостей'.
  - Зато собирались. Имеется у меня такое подозрение.
  - Подозрение?! На подозрениях далеко не уедешь!
  - Дик, пасть закрой! - Рявкнул на приятеля Барабаш.
  - Нет, нет... - улыбнулся Лав, - он всё правильно говорит. Но есть тут маленькая загвоздочка.
  - Это какая? - С вызовом поинтересовался Дик.
  - Здесь тебе не Америка, мистер янки. Мы в демократию не играем. У нас тут самый настоящий тоталитаризм во главе со мной. Когда я говорю, что вы что-то замышляли, значит, вы действительно что-то замышляли. Как правило, ошибаюсь я редко, хоть это и звучит несколько самонадеянно. Так вот ребятки, я вам сейчас кое-что скажу, и не говорите потом что не слышали. Мы за вами наблюдаем. Поэтому, если что натворите, то не просто вылетите отсюда, а вылетите, предварительно пообщавшись с теми славными ребятами, что вас сюда проводили. Ситуация ясна?
  - Это произв...! - Хотел было возмутиться Дик, но огрёб подзатыльник от Барабаша.
  - Я же сказал, пасть завали! Мы всё понимаем, Лав. Неприятностей от нас не будет.
  - Очень на это надеюсь, - с сомнением произнёс распорядитель. - Свободны.
  - Не нравятся они мне. - Повторил Лав, когда компания Барабаша удалилась. - Пригляди за ними.
  - У тебя что, Коцапыч, прогрессирующая паранойя прорезалась? - Спросил стоящий за его спиной Павел.
  - Просто нехорошее предчувствие.
  - С каких это пор?
  - С утра. - Сдерживая злость, процедил Лаврентий. Он прекрасно представлял себе методы работы Спонсора и был уверен, что простым письмом с предложениями тот не ограничится.
  
  Общие заезды, коих было всего два, показались Карпатову неимоверно унылыми, что не удивительно, ибо в них участвовали одни новички. Гонщики поопытнее сами выбирали с кем и на каких условиях ехать. Заезд с участием Катьки насчитывал два больших круга, и главной целью подписавшихся на него было не столько занять первое место, сколько обогнать отчаянную гонщицу. Это принесло бы им определённое уважение, ведь те, кто смог обойти постоянного гонщика, новичками уже не считались.
  За время, оставшееся перед стартом, Катька успела взять себя в руки и вернулась к привычному состоянию.
  - Значит так, кричалки по обстоятельствам, а когда финиширую не халтурить! Пойте так, чтобы вас слышно было! - Давала она последние инструкции, когда объявили подготовку к шестому заезду.
  - Ладно, я пошла! - Сказала Катька, надевая шлем.
  Вмятина, оставшаяся на нём ещё с предыдущей гонки, придавала ей весьма боевой вид.
  'Как шрамы на ветеранах' - подумал Степан. Почему-то большим уважением у молодых бойцов пользовались вояки, отмеченные в битвах огнестрельными, ножевыми, осколочными и прочими ранениями, и Карпатов всегда удивлялся, почему именно так. Ведь чтобы позволить кому-то изувечить себе лицо, много умения не надо. Некоторые даже друг перед другом ранениями хвастаются! Шрамы, конечно, были и у Степана - как же без этого, при такой работе - но специально он их кому попало не демонстрировал. Впрочем, на новом теле не нашлось ни единой отметки, что было очередным плюсом в его положении.
  Да, в последнее время Карпатов старательно выискивал и подсчитывал плюсы, что свойственно многим людям, оказавшимся в непростых ситуациях. Конечно, самым неоспоримым положительным моментом было то, что он до сих пор жив, но бывший разведчик давно уже смирился с мыслью, что умрёт не от старости, так что просто существование его не устраивало. Необходимо было наполнить его смыслом, что довольно затруднительно сделать, являясь ребёнком. Это как раз основной минус, и чтобы его перевесить, нужно было набрать ещё очень много плюсов.
  Пока Степан в очередной раз занимался самокопанием, гонщики выстроились на старте и ждали отмашки.
  - Чего задумался? - Лин потряс друга за плечо. - Смотри, сейчас начнётся!
  Им, как фанатам фаворита, было предоставлено место в первом ряду, возле финишной черты.
  Степан перевёл взгляд на трассу как раз вовремя - высокая блондинка в серебристом бикини вышла на трассу. При её появлении со всех сторон послышались восторженные вопли и выкрики, один из которых принадлежал Лину:
  - Только гляньте, это же Конфетка!
  Конфетка своё прозвище оправдывала полностью - даже обычно сдержанный Степан при виде её полуобнаженной фигуры нервно сглотнул. Впрочем, сам он списал это на вечную подростковую озабоченность.
  - Не думал, что у Катьки такая популярность, что открывать её гонку сама Конфетка выйдет!
  - Может это просто самая интересная гонка вечера? - Пожал плечами Вадик.
  Девушка не торопясь взошла на металлический постамент с краю, сделала несколько соблазнительных стоек, после чего подняла маленький пузатый пистолет и выстрелила снопом цветных искр. Гонка началась и гравииборды, рыча на разные лады, резво помчались вперёд.
  
  Глава 11
  
  Тройка лидеров определилась сразу. Первой, под аккомпанемент дикого рева в котором угадывался вой двигателей стартующего шатла, вырвалась рыжая девчонка на навороченном красном гравиборде. Правда, оторваться она не сумела - на первом же повороте, чтобы не вылететь с трассы, ей пришлось резко затормозить, чем и воспользовалась Катька, на хвосте которой неразрывно висел Брик. Он и сам тщательно подыскивал подходящий для обгона момент, но Катька не спешила давать ему шанс, умело лавируя из стороны в сторону и усложняя сопернику задачу. Следом за Бриком увязалась Леська, но набирать максимальную скорость теперь не спешила. Остальных новичков отделяло от тройки лидеров приличное расстояние, сократить которое пока не смог никто. Забавнее всех среди них смотрелся Кактус, который тоже испытывал затруднения на поворотах, но, в отличие от рыжей, даже не думал сбавлять скорость. Степан уже начал ждать момента, когда он, наконец, во что-нибудь вмажется. Пока Кактусу везло, ведь иначе, кроме как везением, его дальнейшее продвижение по трассе назвать нельзя, с такой-то манерой вождения.
  После первого круга положение лидеров не изменилось. Подгадав момент, когда Катька пронесётся мимо трибуны, ребята во весь голос проорали: 'Сзади виден силуэт, пропусти скорее Кэт, чтоб не собирать по трассе свой разбитый драндулет!' Гонки гонками, а от фанатских обязанностей их никто не освобождал.
  Катька же уверенно шла впереди, хотя её ужасно нервировало то, что никак не удавалось оторваться от пусть и умелого, но всё же новичка. Брик упорно двигался следом и уже начал подстраиваться под Катькину манеру движения, потому как блокировать его попытки вырваться вперёд становилось всё сложнее. На самом крутом повороте трассы, где пол плавно переходил в стену, ему, всё же, удалось вырваться из блока, и теперь он мчался уже рядом с Катькой, совершенно не желающей пропускать кого-то вперёд. Она уже поняла, насколько серьёзный ей попался противник, но и уступать ему не собиралась. Теперь лишь умение скоростного прохождения поворотов могло определить победителя, ведь до финиша оставалось меньше половины круга.
  Зрители напряжённо следили за развитием событий, а Степан с друзьями выкрикивали одну кричалку за другой. Конечно, проигрыш Катьки их бы устроил больше, так как в случае победы пришлось бы исполнять дурацкую песню, но сейчас они об этом не задумывались. Их охватил азарт гонки, и они болели за СВОЕГО гонщика. Однако Брик всё же смог опередить Катьку на полкорпуса. К счастью мощности их гравибордов оказались примерно равны, ведь будь у соперника нечто вроде красного монстра Леськи, Катьку уже ничто не спасло бы от поражения. Сейчас же она боролась изо всех сил, стараясь выжать из своего гравиборда всё возможное и невозможное.
  Кто знает, чем бы закончилось противостояние двух гонщиков, если бы буквально перед последним поворотом из динамиков не донёсся голос распорядителя:
  - Внимание! Гонка окончена! Сюда едут менты, немедленно всем покинуть помещение!
  Несколько мгновений присутствующие находились в замешательстве, но стоило им в полной мере осознать услышанное, как тут же началась паника и люди кинулись к выходу. Огромные ворота уже начали со скрипом открываться, так что давки на выходе не возникло. На улице, правда, началось ещё большее мельтешение, вызванное доносящимся из далека, но вполне отчетливым воем милицейских сирен.
  
  Лав с удовольствием наблюдал за лучшей гонкой вечера - не зря он послал на старт Конфетку! Кэт самозабвенно соперничала с весьма перспективным новичком. Независимо от результатов гонки, её запись определённо соберёт немало зрителей в Сети. Нет, Лав, конечно, болел за Катьку, хоть и понимал, что её очередное поражение было бы более выгодно. Ведь постоянная участница уступившая неизвестному новичку заинтересовала бы больше, чем постоянная участница, в очередной раз сделавшая кучку неопытных гонщиков. Пока Лаврентий следил за противостоянием, в кабинет ворвался заметно побледневший Павел.
  - Лав, там менты! - Воскликнул он, на что увлечённый гонкой распорядитель никак не отреагировал.
  Тогда он решительно приблизился и развернул офисное кресло, вместе с сидящим на нём Лавом, передом к себе.
  - Эй...! Я же смотрю!
  - Менты сюда едут! - Повторил Павел. - Четыре легковушки и два фургона!
  - Далеко? - Спросил вмиг посерьёзневший Лав.
  - На въезде засёк. Через несколько минут будут!
  Склад, где проходили гонки, располагался на отшибе, в глубине старой промзоны со свёрнутыми производствами, поэтому, что за въезд имеет ввиду Павел, спрашивать было не нужно. Здесь шла одна такая главная улица, проходящая через всю промзону, в начале которой Лав догадался установить скрытые камеры.
  - Так...! - Лав тяжело вздохнул, резко выпрямился в кресле и уставился на помощника. - Скажи ребятам, чтобы открыли главные ворота, а сами сматывались через задние. С собой ничего не брать!
  Павел умчался выполнять приказ, а Лаврентий повернулся к пульту и, включив микрофон, сделал заявление. Он, конечно, мог бы объяснить всё так, чтобы не будоражить народ, но сейчас мельтешение было ему на руку - взбудораженные подростки наделают много шума, отвлекая тем самым внимание милиции. Если кого-то поймают, то ничего страшного, подержат пару часов, созвонятся с родителями, да и выпустят, а вот организаторам гонок могут и обвинения предъявить, и очень повезёт, если они отделаются лишь штрафом. У гонщиков тоже могут возникнуть проблемы, но они на гравибордах, сумеют ускользнуть.
  - Разбегаются! - Сообщил только что вернувшийся Павел. Впрочем, Лаврентий и сам видел, что все разбегаются. Он переключался с одной камеры на другую, но никак не мог отыскать Кэт. Момент, когда она пропала с трассы, он пропустил.
  - Лав? - Обеспокоенно спросил Павел.
  - За руль, быстро! - Приказал распорядитель. - Выезжаем через задние ворота. На главную дорогу не заезжай, огни не включай. Двигай по девятой Вывозной за город.
  Всю промзону пересекали Вывозные улицы, ведущие за пределы города. Они были достаточно широки, чтобы на ней могли разъехаться два грузовых гравимобиля, потому пространства для обычного автобуса хватало с избытком.
  
  По мнению Степана, поднимать такой переполох в замкнутом помещении было не слишком удачной идеей. Хорошо хоть склад был большим, и места хаотично бегающей толпе хватило, чтобы не передавить друг друга. Да и ворота уже открывались, так что основная масса хлынула на выход. Туда же потянулись и Лин с Вадиком, но Карпатов попридержал их за безразмерные футболки, рассудив, что толкаться с кучей подростков, подстёгиваемых воем сирен не самый удачный выход, и оттащил в сторону, где было поменьше народу.
  - Что встали? Хотите, чтобы загребли? - Подкатила к ним Катька.
  - Слишком там суматоха большая. - Объяснил Степан. - Опасаюсь осложнений.
  - Да куда уж сложнее? - Фыркнул Лин. - Лучше скажи, что делать будем?
  - Да, поделись планами, умник! - Язвительно произнесла гонщица.
  - Может, подождём, пока основная масса схлынет? - Предложил Вадик.
  - Ага, и попадём прямо в загребущие ручищи ментов. Да ты просто гений, длинный!
  - А что они нам сделают? - Наивно захлопал глазами Вадик.
  - Сразу видно незамутнённого жителя периферии! - Воскликнул Лин. - Что сделают? Схватят, доставят в отделение, продержат там незнамо сколько. Не сомневайся, найдут к чему подкопаться. А там и родакам сообщат, и про школу не забудут. Может даже на учёт поставят! Тебе оно надо?
  Вадик только энергично замотал головой - понятно, что не надо. Впрочем, как и Степану, который не хотел привлекать к себе внимания, как местных властей, так и приёмных родителей.
  - Предлагаю бежать 'огородами', - сказал он, указывая пальцем в сторону кафешки, где подозрительного вида личности как раз скрылись за дверью, находящейся за прилавком. - У этих то наверняка надёжные пути отхода есть.
  Предложение его не вызвало особых протестов за исключением Катьки, которая заявила, что не собирается шастать по 'крысячьим тропам', тем более, что не уверена, сможет ли там пройти гравиборд. Её модель не собиралась, да и была довольно тяжёлой, чтобы с ней можно было бежать без потери темпа, поэтому она решила прорываться через главный вход. Авось, не догонят! Не слушая ничьих возражений, гонщица дала по газам и устремилась к воротам. Мальчишкам же ничего не оставалось, кроме как поддержать предложение Степана.
  Они перемахнули через прилавок, и подошли к двери. Степан осторожно крутанул ручку и медленно потянул на себя. Комнатенка, в которую они попали, оказалась абсолютно безлюдна и куда подевались подозрительные личности, было не понятно. Впрочем, не для Степана. Задняя стена комнаты являлась стеной самого склада и бывший разведчик довольно быстро определил место, где, находился выход.
  - Нам сюда. - Сказал он, указав на место в стене, совершенно не отличающееся от остального.
  - С чего ты взял?
  - Раньше тут стоял этот холодильник для воды. Видите следы на полу? Его двигали, чтобы освободить выход.
  - И как он открывается?
  - Не думаю, что как-то сложно. - Хмыкнул Карпатов.
  Во всяком случае, новейших систем защиты от вторжения он здесь встретить не ожидал. Нет, вскрывать простейшие кодовые замки и магнитные запоры он умел, а для более тяжелых случаев у него в отряде обязательно находился человек, специализирующийся на взломе. Впрочем, он не сомневался, что тут и его скромных способностей хватит. Отойдя на пару шагов назад, он повернулся спиной к предполагаемому месту нахождения двери, закрыл глаза, глубоко вздохнул, будто собираясь с силами, и с разворота пнул металлическую поверхность ногой. Нет, нога не сломалась, как и стена, но на псевдометалле осталась внушительная вмятина, а на стене стал заметен контур двери, потерявшей ровность.
  - Псевдометалл? - Пробормотал Лин, озадаченно рассматривая искорёженную дверь. - Это же всё равно, что ширмой закрываться! Они что, боевиков насмотрелись?
  Действительно, в голофильмах частенько мусолилась тема скрытия тайников при помощи псевдометалла.
  - Так ведь большего и не надо, - пожал плечами Степан. - Тут ведь главное, чтобы незаметно было. А для надёжности холодильник прислонили. Хорошо они тут устроились, посмотрю...
  - Даже путь для побега предусмотрели. - Кивнул Вадик.
  - Им без этого никуда. - Добавил в свою очередь Лин.
  Мальчишки взялись за отходящие края листа псевдометтала и без особых усилий вырвали его из проёма, вырезанного в стене склада довольно мощным ремонтным лазером, о чём свидетельствовали потемневшие и оплавленные края разреза. Первым на улицу выглянул Степан. Проход выводил в самую настоящую подворотню, отгороженную от основного действия сеткой и бетонным забором соседнего склада, о чём Карпатов ни капли не пожалел. Ему вполне хватало криков разбегающихся людей, воя сирен, и голоса из милицейского громкоговорителя, призывающего к порядку.
  - За мной. - Скомандовал он, направляясь в противоположную от всего этого сторону. Он доподлинно знал, что в милиции долго уговаривать не любят - вскоре пойдут совершенно иные призывы, типа встать на колени и положить руки за голову.
  'Интересно, а водомёт пригнали? - Подумал Карпатов. - Хотя, к чему бы - тут же не очередной митинг каких-нибудь либералов недобитых, или, прости господи, демократов'
  Друзья побежали вдоль забора то и дело оглядываясь назад. Промышленный район не понравился Степану уже тогда, тогда они только шли на гонку. Заброшенные складские помещения, редко патрулируемые улицы - просто рай для наркоманов и молодёжных банд. Когда они двигались по хорошо освещённой главной улице, риск напороться на нежелательных личностей был минимален, но теперь им придётся выбираться из промзоны улочками и переулками, и непонятно, что безопаснее, повстречаться с ментами или с их обитателями. Нет, за серьёзных противников бывший разведчик подобную шваль не считал, и, в случае необходимости, даже в нынешнем состоянии смог бы постоять за себя и за спутников. Проблема только в том, что применение грубой силы могло вызвать некоторые нежелательные вопросы, а Степан очень не хотел врать своим новым друзьям. Во всяком случае, членам своего отряда он не врал ни когда. Даже если ситуация была хуже некуда, он так прямо и сообщал: мы, господа, в глубокой заднице!
  Ребята отбежали уже достаточно далеко, чтобы звуки, доносящиеся с места облавы стали едва различимы. Степан перешёл на шаг и Лин с Вадиком последовали его примеру. После пробежки Лин выглядел заметно раскрасневшимся, но дышал ровно, в то время как Вадику понадобилось некоторое время, чтобы отдышаться.
  - Ну, вы и спортсмены, - уважительно пробормотал он, с лёгкой завистью косясь на товарищей.
  - Записывайся в мою секцию, сам как сержант Муромский станешь. - Предложил Лин.
  - Нет уж, спасибо, - отмахнулся Вадик, припомнив популярного пару лет назад персонажа боевиков - здоровенного небритого мужика, покрытого шрамами и татуировками. - Лучше, как Фирцев.
  Фирцев был главным персонажем телесериала про борцов с космическим пиратством.
  - Не-е, - протянул Лин, - на него ты в жизни не потянешь. Тут уж скорее Стёпка больше подходит, глянь, он даже не вспотел!
  - Больно надо, - фыркнул Степан. Ему довелось посмотреть несколько серий и он пришёл к выводу, что реальный человек так искромётно шутить, причём всегда в подходящий момент, просто не сможет.
  - Ладно, а теперь, что делать будем? - Наконец перешёл к делу Лин.
  - Домой двигать, - пожал плечами Степан.
  - Знаешь, как отсюда выбраться, чтобы на ментов не нарваться?
  - А чего тут знать? Тут все улицы если не параллельные, то перпендикулярные. Главное, слишком далеко не углубляться, а то рискуем нарваться на проблемы почище ментов.
  - Тут что, бандиты есть, - округлил глаза Вадик.
  - Ну, бандиты - это громко сказано. Настоящие криминальные группировки такими местами брезгуют, а вот шпана всякая крутится. - Пояснил Лин, подтверждая опасения Карпатова.
  - Тогда как отсюда выбираться будем? - Спросил Вадик. Голос его слегка подрагивал, но в целом, он неплохо держал себя в руках.
  - Быстро и решительно. - Ответил Степан и ускорил шаг.
  Промзону ребята пересекли без приключений - видимо милиция навела своим появлением порядочный шухер и местный контингент решил затаиться.
  - Эй, гляньте, что это там? - Воскликнул Вадик, указывая на предмет, валяющийся за углом.
  При ближайшем рассмотрении, предмет оказался слегка покорёженным серебристым гравибордом с зелёными полосами.
  - Где-то я это уже видел, - задумчиво пробормотал Лин.
  - Гравиборд Брика. - Подсказал Карпатов. Благодаря своей тренированной памяти, машину Катькиного соперника он опознал без труда.
  - Точно! - Согласился Лин. - Как он сюда попал?
  - Без понятия.
  - Что будем с ним делать? - Поинтересовался Вадик.
  - А давай с собой возьмем? - Предложил Лин.
  - Он же чужой!
  - По-моему, его тут бросили. Во всяком случае, хозяина поблизости не видно.
  - Всё равно... Вдруг он был вынужден его бросить!
  - Тем более! Что толку, если он будет здесь валяться? Мы его возьмем, а потом вернём!
  - Знаете, - вклинился в спор Степан, - это имеет смысл, только если гравиборд на ходу. А то я её на себе не потащу.
  - Сейчас проверим. - Лин взялся за руль, поднял гравиборд и попытался завести.
  Глухо урча, агрегат мелко затрясся, но всё же поднялся на несколько сантиметров в воздух.
  - Работает! - Радостно воскликнул Вадик.
  
  Войдя в квартиру, Лаврентий первым делом направился в ванную комнату. Включил воду над ванной, а сам встал у умывальника, скинул с себя парик, снял побрякушки, после чего начал тщательно отмывать лицо от грима. Когда вода была набрана, он разделся и с наслаждением устроился в ванной. Весь этот процесс он называл 'смыть Лава'. Обычно в тёплой минерализированной воде удавалось неплохо расслабиться после тяжелого дня, но сейчас ему в голову одна за другой лезли мрачные мысли.
  Нет, это был не первый раз, когда милиция устраивала на гонщиков облавы, но всегда они появлялись только в общественных местах, где проходили заезды профессионалов - в парках, на стройках или в старом водоканале. О том, что менты выйдут на 'главную базу', специально оборудованную для гонок, Лаврентий даже подумать не мог. Да и зачем им это понадобилось? Ведь в этот раз они ничего не нарушали, просто катались на гравибордах на своей вполне безопасной площадке, что не запрещено. Может менты в кои-то веке решили прогнуться перед городским начальством и изобразить бурную деятельность в борьбе с мелкими нарушениями? Или может им просто надоело сидеть сложа руки и смотреть на безобразия чинимые гонщиками? Или всё дело в подозрительных личностях, ошивающихся рядом с большим скоплением молодёжи? Наверное, не надо было того урода с 'бурдой' ментам подкидывать. Оставили бы где-нибудь в дебрях промзоны, 'бурда' то - дело серьёзное! Хотя вряд ли тот придурок признался, что толкал её где-то, знает же, что за распространение обычно бывает. Там у него немного было, мог бы отбрехаться, что всё для личного использования.
  Провалявшись в ванне где-то с полчаса и придумав ещё несколько теорий различной степени правдоподобности, Лаврентий окунулся в воду с головой секунд на пятнадцать, после чего решительно выбрался из ванны и завернулся в любимый халат.
  Пройдя в комнату, он первым делом включил портком и уставился на то, что он ожидал и одновременно опасался там увидеть - новое сообщение от Спонсора. По спине юноши пробежал холодок, и он трясущимся пальцем нажал на воспроизведение.
  'Дорогой Лаврентий Коцапович! Не только Вы умеете устраивать шоу, нам тоже есть чем похвастаться. Надеюсь, сегодняшнее шоу произвело на Вас определённое впечатление. Поверьте, в этом не было необходимости, но Вы не оставили нам выбора. Впредь извольте относиться к нашим идеям более серьёзно. Искренне жду от Вас сотрудничества и конструктивных предложений в самое ближайшее время.
  С уважением, Ваш Спонсор'
  Дочитав последние строки, Лаврентий взвыл и со всей дури запустил портком в ближайшую стену. Как и положено качественному гаджету, он не сломался, что ещё больше взбесило Лаврентия. Не помня себя от ярости, он схватил настольную лампу, упал на колени рядом с порткомом и принялся наносить по нему удары, сопровождаемые криками нецензурного содержания.
  'Как он мог?! Как он посмел?!'
  Опомнился Лаврентий только тогда, когда и портком и лампа превратились в пластмассово-металлический мусор. Он отбросил то, что только недавно считалось лампой, и осмотрел свои окровавленные ладони, покрытые мелкими порезами.
  Он чётко осознавал, что сейчас необходимо взять себя в руки и начать думать, но тело требовало иного. Лаврентия трясло - на смену гневу пришёл страх. Он всегда в глубине души боялся Спонсора, но только после случившегося осознал всё в полной мере.
  С трудом поднявшись, юноша на подгибающихся ногах прошёл на кухню. Кажется, в баре каким-то непостижимым образом затесалась та жуткая Демидовка. Как рассудил Лаврентий, всякие заграничные вина да коньяки для данной ситуации малопригодны.
  
  - Где вы были? - Строго спросил Лёшка, пронзительным взглядом оглядывая Степана и Лина, мнущихся на пороге.
  На взгляд Карпатова, вопрос был лишён смысла - их фанатские футболки и чужой гравиборд говорили сами за себя.
  - Гуляли... - попытался улыбнуться Лин, но быстро скис.
  Судя по выражению лица Лёшки, тому было не до шуток.
  - И по какой помойке вы гуляли? - Язвительно спросил он, намекая на их весьма чумазый вид.
  Действительно, подворотни заброшенного района чистотой не отличались.
  - Я серьёзно с ней поговорю! - Пообещал Лешка, так и не дождавшись ответа. - Не хватало ещё детей в свои дела впутывать!
  - Детей! А сам-то... - попытался было возмутиться Лин, но был грубо прерван тычком степанова локтя в бок.
  - Лёш, мы сами напросились. Никто нас силком никуда не тащил.
  - Сами? - Удивился Алексей. - И что вам там понадобилось?
  - Так ведь гонка! Интересно же... - попытался объяснить Лин.
  - А по Сети смотреть не так интересно?
  - Так, то по сети, а здесь вживую.
  - Ладно, - Лёшка хлопнул в ладоши, будто бы подводя черту. - С этим ясно. Лучше объясните, почему так выглядите.
  - В самый разгар гонки приехала милиция, и мы удирали в обход. - Объяснил Степан.
  - Милиция! Вас чуть не замели? - Округлил глаза Лёшка.
  - Да нет же, - успокоил его Степан, - мы вовремя свалили, нас никто не заметил.
  - Так. - Кивнул Алексей. - А Катька где?
  - Разве она ещё не вернулась? - Удивился Лин. - Она собиралась на гравиборде прорываться.
  Алексей тяжело посмотрел на приятелей.
  - Доигралась... - процедил сквозь зубы он. - Только этого ей не хватало.
  - Не паникуй, возможно, она просто опаздывает?
  - Ты Стёпа, должно быть, не успел узнать Катьку во всей её 'красе'. Если существует хоть малейшая возможность вляпаться в неприятности, будь уверен, она её не упустит.
  - По-моему, ты преувеличиваешь, - с сомнением произнёс Степан.
  - Посмотрим, - пожал плечами Лёшка. - Ладно, поздно уже. Приведите себя в порядок и укладывайтесь.
  Друзья облегчённо переглянулись и направились к ванной.
  - Кстати, - окликнул их Лёшка, - а это чьё?
  Он указал на подобранный гравиборд.
  - Одного гонщика. - Сказал Лин. - Нашли валяющимся без присмотра. Но мы вернём!
  - Не сомневаюсь. Надеюсь, не вы его покорёжили?
  - Нет, так и было, - замотали головой друзья.
  Лёшка лишь кивнул и оттащил гравиборд в свободный угол, ибо в текущем состоянии собрать его не представлялось возможным.
  
  Глава 12
  
  Ситуация с пропавшей соседкой прояснилась довольно скоро, а именно - после звонка из милиции. Говоривший, представившийся капитаном Цаплиным, сообщил Алексею, что Катька пребывает в пункте временного задержания, и неплохо было бы её оттуда забрать утром под расписку. Лёшка выразил удивление, по поводу того, что с этим вопросом обратились именно к нему, на что ему ответили, что до классной руководительницы дозвониться не смогли, а директриса перевела стрелки на старшего в общежитии. Видимо в выходной она тоже не слишком желала разбираться с проблемами учеников. Лёшка не сомневался, что в понедельник их с Катькой ждёт с серьёзный разговор с Изотовой, если считать разговором виноватое молчание одной стороны и гневные выкрики другой. А он ведь предупреждал! Причем не один раз! Катьке очень повезёт, если директриса не станет собирать педагогический совет и ограничится лишь разносом и наказанием типа мойки стен или сбора окурков в скверике.
  - Может с тобой съездить? - Предложил Степан, после того, как Лёшка выложил новость.
  - Сиди уж, ты так уже съездил. - Проворчал брат. - Хорошо хоть вас двоих не повязали. И запомните, больше никаких гонок!
  - Да, давай, покомандуй! - Огрызнулся Лин. - Между прочим, там было круто! Скажи Стёп?
  - Да, довольно неплохо, и организация на высшем уровне. Честно говоря, я ожидал чего-то более дилетантского.
  - А то, что на вас там облава была, это как? - Язвительно поинтересовался Лёшка.
  - Не повезло, - пожал плечами Карпатов.
  - Не повезло! - Передразнил его брат. - Вы полночи шатались по подворотням и кто знает, что с вами могло случиться! Тебя что в детдоме не учили элементарной осторожности?
  - Да нас только этому и учили! - Хмыкнул бывший разведчик, посчитавший, что слишком уж невозмутимое поведение к данной ситуации не слишком подходит. - Мы же нормально добрались!
  - Ещё бы вы не добрались! Смотри у меня Стёпа, в следующий раз...
  - Лёша, - выдохнул Степан. - Я очень ценю твою опеку и признателен тебе за заботу, но каждый имеет право на личную жизнь. Я не балуюсь наркотой и уж точно не трусь с плохими компаниями. Так что не надо доводить всё до крайностей.
  - Если ты не будешь давать мне поводов. Пойми, я ведь за тебя отвечаю!
  - Ты за всех нас отвечаешь, - напомнил Лин.
  - Тем более! Вы не представляете, что значит нести ответственность за кого-то кроме себя! Поймите парни, мне и одной Катьки за глаза хватает.
  О, Карпатов отлично представлял, о чем говорил сводный брат. Последняя его группа, люди, за которых он отвечал, были убиты один за другим буквально у него на глазах. Среди них были как ветераны, с которыми он провёл не одну операцию, так и весьма перспективные новички.
  - Ладно, извини. Я постараюсь не нарываться на неприятности и не давать тебе поводов.
  Алексей внимательно посмотрел на мальчишку, с которым познакомился всего неделю назад.
  - Не ожидал я услышать от тебя нечто подобное. - Признался он.
  - В самом деле?
  - Ну, честно говоря, я считал тебя более упрямым.
  - Можешь не сомневаться, тебе ещё доведется познать всю мощь моего упрямства! - Улыбнувшись, ответил Степан и, пожелав всем спокойной ночи, поплёлся к себе. Детский организм давал о себе знать, требуя отдыха после недавних приключений.
  
  Несмотря на все свои закидоны, на учёте в детском отделении милиции Катька не состояла. Во всяком случае, пока. После того, что произошло после гонки, она очень сомневалась, что её личное дело так и останется чистым от милицейских отметок и рекомендаций, обращённых к педагогам и родителям. Ну, к педагогам ещё ничего, они уже привыкли и считали, что постановка строптивой ученицы на учёт лишь дело времени. Как Катьке не было противно это признавать, чертовы взрослые опять оказались правы! С родителями же, другая история. Привлекать к себе их внимание девчонка не хотела, ведь постоянные жалобы учителей - это одно, а официальное обращение из милиции - совсем, совсем другое. Конечно, за ними не пошлют, не будут же её тут держать, пока кто-нибудь из родаков доберётся до Монблана через полсистемы. А вот уведомят обязательно. При учёте современных технологий и отсутствии помех в каких-то там не слишком понятных Катьке космических полях, милицейское сообщение достигнет цели дня через четыре по монбланскому исчислению. А дальше хоть под бетон закатывайся. Впрочем, Катька привыкла решать проблемы по мере их поступления. Для начала следовало пережить ночь в камере, потом, несомненно, её ждёт весьма обстоятельный разговор с Изотовой, а под конец масла в огонь подольёт и Лёшка. В этом она ни капли не сомневалась.
  А ведь как всё хорошо начиналось! Выехав со склада, она без проблем проскочила милицейское оцепление, ловко извернувшись меж двух, поставленных бортами вперёд, гравимобилей. Повсюду бегали и горланили что-то остальные участники и зрители подпольных гонок, поэтому на неё почти никто не обратил внимания. Проблема в том, что это 'почти' оказалось ключевым моментом во всей истории с оцеплением и побегом, во всяком случае, для Катьки точно. Специально для таких вот не в меру активных гонщиков, к делу были подключены специальные моточасти милиции. Простые зрители мало интересовали хранителей правопорядка, им нужно было, кроме визжащих подростков, прихватить хотя бы несколько настоящих участников соревнований, одной из которых и оказалась, на свою беду, Катька. Заметивший её всадник, как привыкли называть ментов на гравициклах, сразу же начал преследование. О том, чтобы уйти от его мощной машины не могло быть и речи, потому гонщица приняла единственно верное решение - скрыться в подворотнях. Пусть её гравиборд и не приспособлен для скоростного прохождения резких поворотов в замкнутом пространстве, зато всадник туда вообще протиснуться не сможет. К сожалению, добраться до первого же спасительного поворота Катька не успела - всадник, догадавшийся о намерениях гонщицы, открыл огонь. Конечно, он не стрелял по девчонке из боевого, или даже оглушающего, оружия, просто на милицейском транспорте всегда устанавливались специальные волновые пушки, воздействующие на гравидвигатели преследуемого. Против них, разумеется существовала защита, но откуда ей взяться на гравиборде? После того как мощность тяги гравидвигателя резко сошла на нет, а сам гравиборд начал замедляться и, наконец, остановился, Катька поняла, что проиграла. Опять. Не было смысла спасаться бегством, потому как её всё равно вычислили бы по оставленной машине. Да и сомневалась она, что ей позволили бы скрыться. Подъехавший всадник выглядел довольно подтянутым и спортивным и в том, что он догонит бегущую девчонку, сомневаться не приходилось.
  Теперь, после получасового допроса, на котором Катька всё рассказала про себя, но пожелала отмолчаться на вопросы относительно гонок и их организаторов, её привели в изолятор. Никаких личностей с бандитскими мордами, как это обычно показывают в сериалах, где главного героя запихивают за решётку, там не обнаружилось. Даже ни одной решётки не нашлось. Решётки - сущий анахронизм, используемый лишь киношниками. Катька оказалась в квадратной комнате, освещаемой голубоватым светом, с молочно-белыми стенами из специального стеклопластика способного становится прозрачным.
  Народу кроме неё было ещё четверо: двое незнакомых гонщиков, фанатка какого-то Хуареза, чьё имя и эмблемка красовались на топе, прикрывающем её уже вполне оформившуюся, впечатляющую грудь, и... кто-то до боли знакомый. Паренёк со здоровой сизой шишкой на лбу, заплывшим глазом, и опухшей нижней губой, сидел прямо на полу, привалившись спиной к стенке и ни на кого не обращая внимания. Только подойдя поближе, Катька узнала заинтересовавшего её гонщика.
  - Брик, ты?! - Воскликнула она.
  Гонщик поднял на неё мутный взгляд и попытался всмотреться в склонившееся над ним лицо.
  - Кэт? - Неуверенно спросил, наконец, он.
  - Да! - Кивнула Катька, присаживаясь рядом. - Что с тобой случилось? Выглядишь ты не очень.
  - Мне обезболивающего вкатили. - С трудом ворочая языком, пробормотал Брик. - Задержали неудачно, гравимобилем боднули. Хоть не сломал ничего, только шип потерял.
  Действительно, небольшого металлического шипа, вставленного в нижнюю губу, уже не было, а вместо него красовался пластырь, под которым различалась ненавидимая ребятами синюшная дезинфицирующая мазь.
  - Да, не повезло... - Протянула Катька. - А по моему 'гравику' нейтрализатором долбанули и конфисковали. Когда теперь отдадут...
  - Отдадут, никуда не денутся. Мой вообще смяли, да там и бросили.
  - Не повезло, - опять повторила Катька.
  Некоторое время они сидели молча.
  - Здорово сегодня погоняли. - Признался вдруг Брик.
  - Да, гонка была что надо, - согласилась Катька. - Даже не ожидала, что встречу такое сопротивление среди новичков.
  - Сопротивление? Я почти победил! - Усмехнулся бывший соперник.
  - Мечтай, зелень! - Беззлобно проворчала Катька, дружески ткнув его кулачком в плечо.
  - Я - Фёдор. - Вдруг посерьёзнев, представился гонщик, протянув ладонь в ссадинах для рукопожатия.
  - Екатерина. - Катька аккуратно пожала его пострадавшую конечность. - Можно просто Катька.
  
  Произошедшее не слишком взволновало Степана - ему приходилось бывать в куда более захватывающих заварушках. Лин же подобным опытом не обладал, а потому, будучи слишком возбужден, чтобы спокойно заснуть, постучался в комнату друга с намерением поделиться впечатлениями. Уставший Карпатов собрался было послать соседа куда подальше, но вовремя сообразил, что и ему после такого 'приключения' не следует демонстрировать спокойствие и равнодушие. Приняв бодрый вид, он впустил приятеля в комнату.
  Во время разговора они успели промыть косточки Лаву, обсудить прелести Конфетки, не обошли стороной сами гонки и, наконец, перешли к облаве.
  - Ты же сам говорил, будто их крышуют, потому менты и не лезут! А стоило нам собраться на гонки, как они тут как тут! - Воскликнул Лин, возмущённо размахивая руками.
  - Значит, крыша дала течь.
  - Будто дел у них мало! Лучше бы в гетто порядок навели, а то туда даже днём не сунешься!
  - А что ты там забыл?
  - Так... - Лин немного замялся, сбитый с толку резкой сменой темы, - там у нашей семьи свои дела. - Уклончиво отметил он.
  - Да? - Заинтересовался Степан. - Какие, если не секрет?
  - Ну... - Врать новому другу Лин не хотел, но и разговаривать о семье особого желания не было. - В гетто много всяких диаспор, в том числе и корейская есть. Когда я был маленький, мы там жили, а потом переехали. Отцу работу в НИИ Бороватова предложили, да и мне скоро надо было в школу идти, вот и сняли мы небольшую квартирку. А в гетто иногда к родственникам забегать приходится, от этого не денешься... - вздохнул мальчишка.
  - А если у тебя тут семья, так чего ты в общаге тусуешься, а не с ними живёшь? - Спросил Степан.
  - Так места мало, а у меня там две сестры и братишка. Вот и стараюсь не стеснять. Наоборот, удобнее, хотя бы живу в отдельной комнате и не просыпаюсь по утрам с чьими-то пятками или локтями под боком. Спасибо деду, он меня и сюда устроил и в секцию.
  - А дома ты почему не бываешь? Вот выходные сейчас...?
  - Тут спокойнее. Нет, я, конечно, наведываюсь, время от времени, но обычно дома и без меня не соскучишься. А ты... - начал было Лин, но запнулся. - Извини, за неудобный вопрос, а ты с самого начала в детдоме жил, или у тебя была семья?
  - Была. - Немного подумав, ответил Степан. Нехорошо было бы на откровенность друга отвечать ложью, потому он решил открыть часть правды, тем более что это не противоречило легенде. - Обычные люди, немного занудные. Я их плохо помню, но... знаешь, после знакомства с Мастерсами, я, кажется, по ним скучаю.
  - А что с ними произошло?
  - Несчастный случай.
  После этого наступила неловкая тишина. Лин ерзал на стуле, не зная, куда уткнуться взглядом, а Степан с грустью вспоминал свою настоящую семью. Его родители не были плохими, уделяли ему внимание и даже занимались воспитанием, в отличие от некоторых, кто перекладывает эту нелёгкую работу на головизор и Сеть. Вспомнились и собственные дети. Карпатов считал себя никудышным отцом, потому как не мог проводить с ними достаточно времени. И, тем не менее, они всегда были рады, когда приезжал папочка, заставляя тем самым своего отчима тихонько скрипеть зубами. Дальше 'дяди Бори' у него отношения с детьми не складывались, несмотря на все его старания - папочка у них был только один.
  'И вот теперь папочки нет. - Мрачно подумал Степан. - Интересно, удастся ли Бабочкину занять это место?'
  - Извини, Стёп, я не хотел тебя расстраивать. - Наконец виновато произнёс Лин, почувствовав, что пауза слишком затянулась.
  - Что...? А, всё в порядке. Просто немного задумался. - Натянуто улыбнувшись, произнёс Степан и, пытаясь загладить неловкость, решил перевести разговор на другую интересующую его тему: - Знаешь, я всё-таки за Катьку переживаю. Мало ли, что произошло.
  - Да не парься, может, встретила кого из знакомых и теперь с ними зависает, - не слишком уверенно предположил Лин.
  - А она часто так пропадает?
  - Бывает. Только обычно она всё же звонит.
  - Надеюсь с ней ничего серьёзного.
  - Если менты поймали, как думаешь, это серьёзно?
  - Ну... если поймали, то должны отпустить. Может, пропесочат малость... но надолго не задержат.
  - Это да, но... потом ведь ещё толпа желающих пропесочить Катьку набежит.
  - По-моему, ей это пофиг. - Хмыкнул Степан. - Хотя, если всё сразу так навалится, этак и не выдержать можно.
  - Катька выдержит. - Уверенно сказал Лин. - И не такое выдерживала. Хотя, если её родителям сообщат...
  - То что?
  - Понятия не имею. Слухи всякие противоречивые ходят. Кто-то говорит, что они из спецслужб и жуть какие строгие, а кто-то считает, что они контрабандисты или торговцы с чёрного рынка, но тоже строгие. В общем, не знаю - нам про чужих предков в школе не рассказывают, да и сама Катька отмалчивается.
  - А если спросить?
  - Попробуй. - Ехидно усмехнулся мальчишка. - Только сначала поинтересуйся у Лёшки, как он однажды попробовал.
  - И что произошло?
  - Это было незабываемо. Они скандалили на весь дом, мы с Тоськой пытались успокоить малышей, а Сидни заперся на это время в ванной. Так что, если соберешься спрашивать, делай это где-нибудь в другом месте.
  
  Домой возвращались молча. Несмотря на проведённую в камере ночь и не слишком радужные перспективы на ближайшее будущее, хоть сколько-то расстроенной Катька не выглядела. Наоборот, она просто лучилась жизнерадостностью, хоть и была, по всей видимости, порядочно утомлена и измотана - нар в камере предусмотрено не было, а на узких скамьях не больно-то отдохнёшь. И тем страннее выглядело её хорошее настроение. Казалось, будто она выиграла чемпионат, а не была арестована за нарушение порядка. На все расспросы Катька не реагировала, точнее реагировала, но не так как всегда. Если обычно она просто посылала спрашивающего куда подальше, то сейчас переводила разговор на другие, совсем не касающиеся его, темы. Да что там! Если раньше она готова была вспылить из-за строгих укоризненных взглядов Лёшки, то теперь же просто не обращала на них внимания.
  Именно последнее обстоятельство и заставило его прекратить расспросы, так как было очевидно, что правдивых ответов он не дождётся, а просто трепаться с Катькой - чертовски изматывающее занятие. У девчонки была привычка затевать спор на ровном месте. Видимо без этого она просто не представляла нормальную - с её точки зрения - беседу. Чего-чего, а спорить на темы далёкие от своего понимания, такие как оснащение гравиборда или крутость пирсинга, Алексей не желал. Он надеялся, что после того как Катька окажется дома, отдохнёт и придёт в себя, можно будет завести с ней серьёзный разговор, но надежды эти не оправдались, ибо стоило гонщице переступить порог дома, ситуация резко осложнилась.
  Первым, что увидела Катька, пройдя в коридор, был покореженный гравиборд сиротливо стоящий в углу.
  - Откуда это? - Не оборачиваясь, к запирающему дверь Лёшке, спросила она.
  - Ты про эту рухлядь? - Уточнил он. - Лин со Степаном по пути домой наткнулись да и притащили зачем-то. Хотя, на мой взгляд, это уже восстановлению не подлежит.
  - Смотрю, ты у нас механиком заделался? - Протянула гонщица, внимательно осматривая повреждения. - Рулевую штангу придётся заменить, двигательная платформа немного прогнулась, но в целом не пострадала. Если с двигателем всё в порядке, ремонт обойдётся не так уж дорого. - Заключила она. - Хотя ещё марафету навести не помешает, а то тут и краска ободралась.
  - Ты прямо спец. Сказывается большой опыт разбивания собственного гравиборда?
  Катька не стала ничего отвечать на это язвительное, но, по сути, верное предположение, лишь недовольно зыркнула на Лёшку и прокричала во весь голос:
  - Стёпка, Лин, а ну быстро спустились сюда!
  
  Из сладких объятий сна Карпатова вырвал Катькин вопль. Он открыл глаза, причмокнул пересохшими губами и откинул одеяло. Сразу вспомнились ранние побудки в училище, когда сержанты и старшины поднимали курсантов ещё более дикими воплями.
  'Навевает ностальгию, - сонно подумал Степан. - Хорошо, что я не в училище!'
  Теперь недавняя идея пройти заново курс молодого бойца не вызывала у него былого энтузиазма.
  'Всё же в жизни гражданского есть немало плюсов, основной из которых - намного больший шанс дожить до старости'
  Бегать по этажам по первому крику наглой соседки бывший разведчик не собирался, потому, перед тем как спуститься он потратил десять минут в ванной на привидение себя в более-менее человеческий вид. В основном это касалось, разумеется, волос. Поутру непослушные вихры торчали в разные стороны, делая мальчишку похожим на безумного учёного, какими их принято изображать в фильмах. Лишь после применения воды и расчёски, причёска приобрела некую упорядоченность.
  Когда Степан спустился, сонный и в одних лишь тапочках и трусах Лин заканчивал пересказывать Катьке их вчерашние похождения.
  - И с чего вы решили тащить это до дома? - Недоверчиво спросила она.
  - Ну, тащить его как раз не пришлось. - Объяснил Степан. - Он сам себя тащил.
  - То есть он работает?
  - Типа того. Медленно, конечно, но разгонять мы его не решились, у него явно что-то не то с управлением.
  - Вы молодцы! - Неожиданно воскликнула Катька, дружески хлопнула Лина по плечу, встрепала Степану шевелюру, отчего та вновь приняла классический утренний вид, и буквально взмыла по лестнице.
  Ей очень хотелось есть и спать, но перед этим необходимо было сообщить Брику радостную новость. Хорошо, что они догадались обменяться номерами!
  
  Полученные из милицейской базы данных сведения сильно разозлили Лаврентия. Как оказалось, ночью были схвачены тридцать два фана, один из парней, отвечающих за электронику и целых девять гонщиков! Всё бы ничего, но среди захваченных гонщиков затесалась и Кэт! Как она могла позволить себя схватить? Впрочем, у Лава был ответ на этот вопрос. Похоже, гонщице вновь просто не повезло. Уже в который раз за последнее время. Сначала драка, потом арест этот... Если так и дальше пойдёт, она станет самой настоящей скандальной знаменитостью местного разлива. А если и это подстроено? Если Спонсор приложил руку и к этому? Если он спровоцировал облаву, что ему стоит отдать приказ об аресте конкретной девчонки?! Только зачем? Создать ей образ 'королевы улиц', этакого антиобщественного элемента?
  'Нет... Нет! Это уже смахивает на паранойю! Если так продолжится, ты и за муху в супе станешь Спонсора винить!' - Потряс головой Лаврентий.
  Несомненно, без его помощи Лав в жизни не смог бы поднять подобный проект до таких высот, но ведь всему есть предел! Теперь он жалел, что согласился на его соблазнительные посулы, которые, к слову, действительно были претворены в жизнь. И несколько трасс разной сложности, и трансляция через Сеть, и неплохая прибыль - всё, что обещал Спонсор.
  Но не слишком ли высока оказалась цена? Лав не подписывал никаких контрактов и договоров, но это и не было нужно. Он прекрасно осознавал, что, лишившись поддержки Спонсора, его предприятие долго не протянет. Тем не менее, если Спонсор продолжит настаивать на изменениях, сама задумка исказится до неузнаваемости и от его детища опять же мало что останется.
  В принципе, Лаву всего хватало в жизни, и он спокойно мог бы отойти от дел, получая свои проценты, но что-то не давало ему этого сделать. Наверное, всё та же ответственность за других, которую он взвалил на свои отнюдь не могучие плечи. Вскоре ему предстояло принять решение, от которого зависело слишком многое. И, что гораздо хуже, ему не нравился ни один из вариантов развития событий.
  Единственное, что могло оставить гонки на гравибордах в прежнем формате, это наличие независимых средств, а где их искать Лав не имел ни малейшего понятия. К тому же, следует принять в расчёт и то, что Спонсор вряд ли откажется добровольно выйти из игры. А в том, что он способен на серьёзные пакости, Лаврентий уже успел убедиться.
  
  
  Глава 13
  
  Во время большой перемены, как раз когда большая часть учащихся собирается в столовой, по школе с силой цунами пронеслась волна слухов, главным действующим лицом которых оказалась, как нетрудно догадаться, постоянно бунтующая и практически неуправляемая хулиганка, печально известная на всю школу.
  Степан сидел в компании Лина и Вадика, и, не отвлекаясь от баночки йогурта, с интересом прислушивался к разговорам за соседними столиками. Из подслушанного выходила забавная картина, мол Катька ввязалась в милицейскую спецоперацию, участвовала в самой настоящей погоне со стрельбой, оттянув силы правопорядка на себя и тем самым позволив сбежать опасным преступникам, прятавшимся в одном из самых опасных районов города. И только после многих километров утомительной погони, команде всадников удалось нагнать, остановить и арестовать дерзкую гонщицу.
  Понятно, что в большую часть подобных слухов могли поверить разве что совсем малыши, да и то лишь те, что свободное время проводят в основном за головизором, где подобные бредовые сюжеты не редкость. Однако всплыли и реальные факты, а именно - Катьку действительно арестовал всадник, и она провела ночь в управлении милиции.
  - А о нас ни слова. - Заметил Лин, так же прислушивающийся к окружающему гомону.
  - Захотелось тоже стать героем дня? - Поддел друга Вадик.
  - Во-первых, мне такую славу и даром ни нать, а во-вторых, Катюха теперь героиня как минимум на месяц.
  - На месяц вряд ли, - выразил сомнение Степан, для чего ему пришлось отвлечься от своего йогурта. - С недельку, конечно, побазарят, но постепенно ажиотаж спадёт, не такое уж большое событие. Но вот лично я на её месте оказаться бы не захотел.
  - А если бы Катьку обсуждали не из-за залёта на ментовку, а допустим... - Лин задумчиво покусал губу, - допустим из-за того, что она спасла из горящего дома беременную женщину?
  - Кто? Катька? - Хмыкнул Вадик.
  - Я сказал 'допустим'.
  - Всё равно не захотел бы,- мотнул головой Степан.
  - Экий ты застенчивый.
  Застенчивым Карпатов себя никогда не считал. Тем более, что излишняя застенчивость, при его то роде деятельности, могла стать непростительной слабостью. Нет, бывший разведчик умел великолепно притворяться, выдавая себя за другого человека. Был способен симулировать опьянение, а так же симптомы различных заболеваний. Ну и, при необходимости, вполне мог толкнуть речь. Конечно, до полноценного оратора ему было далеко, но чтобы поднять боевой дух отряда обычно хватало и парочки увесистых матюков. Иногда из этих самых матюков приходилось складывать целые предложения, которые способны были вполне конкретно, относительно боевой задачи, описать, куда кому идти и что делать.
  В общем, застенчивостью тут и не пахло, просто Степан не особо любил внимание к своей персоне, что, конечно же тоже являлось одним из последствий его работы в разведке.
  - Просто не люблю, когда на меня обращают внимания.
  - Но что плохого, когда к тебе относятся как к герою?
  - Ничего, наверное.
  - Тогда, что же ты тут разводишь?
  - А сам-то ты как? Хотел бы стать признанным героем и всенародным любимцем?
  - Ты это, не переводи стрелки, ты сам этот разговор завёл, вот и отвечай. - Усмехнулся Лин.
  Степан даже ненадолго задумался, не зная, как объяснить друзьям свою позицию, согласно которой лучший друг правильного разведчика - незаметность и скрытность. К тому же, в определённых кругах Степан был довольно известен - на родине его ставили в пример молодому поколению бойцов, в то время, как в других государствах таинственный Степан-Хана нагонял ужас даже на видавших виды профессионалов. Карпатов не мог этого знать, но некоторые зарубежные агентства безопасности даже не поверили в сам факт его смерти, и посчитали роспуск подобных слухов началом очередной провокации русских спецслужб.
  - Да по-любому, застенчивый. - Ухмыльнувшись, ответил за Степана Вадик.
  Не желая и дальше заострять внимание на данном вопросе, развивать тему Карпатов не стал.
  К тому же, Лин уже отвлёкся на свеженький слух, пронёсшийся мимо ихнего столика. Он гласил, что с Катькой была её собственная банда из нескольких амбалов, которых схватить не удалось.
  - И здесь наврали, - тут же нахохлился мальчишка, - из нас троих только один ты на амбала тянешь, - похлопал он по плечу Вадика, - да и то - на уполовиненного.
  
  Всё могло быть хуже. Намного хуже. Таким образом Катька вот уже второй час успокаивала себя, орудуя мыльным скребком. Наказание ей подобрали хоть и не самое жестокое, но весьма и весьма трудоёмкое - отчищать вечно грязные стены школьных коридоров. Так как девчонка занималась во вторую смену, работать ей приходилось до начала занятий.
  Вот уже третий день подряд она практически на глазах у всей школы, одетая в фартук, резиновые перчатки и шапочку, самозабвенно предавалась трудотерапии. Самозабвенно - это для того, чтобы не обращать внимания на проходящих мимо скалящихся школьников. В первый день всё начиналось более-менее безобидно, с фраз 'на что уставился?', 'чё встал, иди куда шёл!' и 'может мне лучше твою морду от прыщей почистить!'. Надолго катькиного терпения не хватило и вскоре она начала претворять свои угрозы в жизнь. Кто-то доложил директрисе, снова были крики, было ужесточено наказание.
  Но ведь могло быть куда хуже!
  Катька утёрла пот со лба и улыбнулась, вспомнив, как звонила Брику, чтобы сообщить, что его хоть и потрёпанный, но вполне ещё живой, гравиборд чудесным образом оказался у неё. Не прошло и часа, как Федька звонил в дверь их общаги. Стоило посмотреть на рожи Лина со Стёпкой, когда они увидели, что она сдружилась со своим бывшим соперником, который, меж тем, не забыл отблагодарить и их.
  Далее последовал ещё один разговор по видеосвязи. На экране появился смутно знакомый парень с худым лицом. Катька не сразу сообразила, что видит Лава без грима и парика. Организатор казался чем-то очень обеспокоенным и советовал Катьке залечь на время на дно. Гонщица знала, что в ближайшие выходные гонки пройдут в штатном режиме, но игнорировать совет Лава не собиралась - не стал бы он просто так поднимать шум на пустом месте. Да и отсутствие грима её немало поразило. К тому же и сама она была не готова к новым заездам. К серьёзным заездам. Последний заставил её задуматься о своём будущем в качестве гонщика, что привело к переосмыслению приоритетов. Катьке пришла в голову одна неплохая, с её точки зрения, мысль, которую следовало обсудить с Бриком, поэтому она послала ему сообщение о встрече после школы.
  
  Обыватели полагают, что у военных, особенно у тех, кто служит в спецвойсках, очень насыщенная жизнь. Что они каждый день что-нибудь взрывают и кого-нибудь убивают. Что они постоянно мигрируют с одного поля боя на другое и так далее. Это в корне не верно. На самом деле, между операциями может быть не меньше пары месяцев относительно свободного времени. У того же Карпатова редко когда случалось больше пяти-шести боевых заданий в год. Впрочем, это совершенно не значит, что он ничем не занимался. Если вычесть время подготовок к операциям, Степан вполне успевал действовать в качестве инструктора или консультанта, а так же принимать участие в заседаниях многочисленных военных комиссий.
  В общем, скучать он не привык, вот и на Монблане деятельная натура постоянно мешала ему предаваться безделью. Первые же полученные от Мастерсов деньги он потратил на несколько простейших тренажёров и старался не упускать случая привести своё хилое тело в подобающую форму. Лин, заметив старания друга, предложил ему записаться в спортзал, на что Степан лишь скептически повздыхал, отговорившись невнятным 'что я там буду делать?'. Действительно, ничего принципиально нового ни один тренер предложить бы не смог, а оптимальные для себя нагрузки Степан и сам прекрасно знал.
  Время в кругу новых друзей он так же приучился проводить с пользой. Ну... если и не с пользой, то хотя бы с удовольствием. Казалось бы какие общие интересы могут быть у обычных мальчишек и не совсем обычного взрослого? А вот поди ж ты! С ребятами Карпатов не скучал. Вероятно потому, что они были такими же неугомонными, как и он сам.
  Слоняться по улицам без дела друзьям не нравилось, потому они всегда старались разнообразить досуг, благо Лин, как самый подкованный относительно местных достопримечательностей, всегда мог предложить неплохие развлечения. Сегодня он предложил сгонять в Музей военной истории.
  - Чего я в музеях не видел? - пренебрежительно хмыкнул Вадик.
  - Ну, тут у нас неплохая экспозиция на тему Третьей Космической Войны. Стёпка, вон, говорил, что завтра вас по Скарабееву гонять будут. А у них и видеоматериалы есть! Даже запись с военного совета, которую вам задавали.
  - Ну, она и в учебнике приведена. - Уже не слишком уверено сопротивлялся Вадик.
  - У оригинала с учебником мало общего, - улыбнулся Степан. - Нам в детдоме как-то документалку показывали - очень... экспрессивно.
  После просмотра голозаписи в масштабе один к одному, Вадик вполне согласился с утверждением Карпатова насчёт экспрессивности, из-за чего добрая треть записи оказалась зацензурена раздражающим пиканьем.
  Сама запись велась в командной рубке, где Скарабеев собрал старших офицеров и вывел на голоэкраны командующих флота находящихся на других кораблях. К слову, сам знаменитый флотоводец был не особо похож на военного. Перед подчинёнными он выступал без кителя, в одной рубашке с закатанными рукавами, энергично размахивал волосатыми ручищами и вообще постоянно двигался. Над пряжкой с изображённым на ней якорем (многовековая традиция оставшаяся ещё со времён земного Военно Морского Флота) нависало внушительное пузо. Лицом Скарабеев так же ничуть не походил на свои киношные аналоги. Он имел тяжёлый подбородок, заросший щетиной и классическую профессорскую залысину.
  - В кино его по другому показывают. - Заметил Вадик, выходя из музея.
  - В кино он постоянно весь такой спокойно-ироничный, сидит на своём креслице и излагает всяческие умные планы. - Добавил Лин.
  - А не носится туда-сюда, орёт на всех подряд, а врагов называет исключительно тупыми козлищами. - В свою очередь вставил Степан.
  Ещё в бытность свою курсантом он засматривался архивными голоматериалами по Скарабееву. Причём в первоначальном, не редактированном, варианте, ибо курсанты не смогли бы услышать там ничего такого, чего не слышали от своих инструкторов. Конечно, Карпатов знал, что гражданским немного дико смотреть на подобные проявления темперамента, но в боевой обстановке не до соблюдения какого-то там военного этикета типа 'разрешите обратиться, товарищ капитан'. Пока капитан будет разрешать, ему дюжину ракет под двигатель засунут. Именно поэтому военным было ещё более дико смотреть фильмы, где во время сражения герои общаются друг с другом как на светском рауте.
  - Мощный мужик был. - Уважительно произнёс Вадик, после чего неожиданно расхохотался.
  - Ты чего? - Недоумённо спросил Лин.
  - Да Наташка нам сказала, что если будет желание, можно обыграть сценку совета. - Отсмеявшись, объяснил Вадик. - Вот я и представил, что мы все собрались вокруг нашего старосты, изображающего Скарабеева, и слушаем его с умным видом, на планшетики записываем, а он скачет как в голограмме и ругается.
  Лину со Степаном такая сцена тоже показалась забавной, хотя оценить в полной мере юмор ситуации они не могли так как недостаточно хорошо знали Генку Крылова. Впрочем, повеселиться, развивая тему, им это не помешало.
  
  Младший оперативный агент Кирилл Суслов на своей шкуре познал все тяготы и лишения своей службы. Старшие коллеги называли это рутиной - когда день ото дня приглядываешь за человеком, который, в свою очередь, день ото дня ходит на работу, посещает одно и то же кафе в обеденный перерыв, а перед тем как вернуться домой, заглядывает в бар с коллегами. День ото дня.
  Уже практически прошла рабочая неделя, а странный пацан ещё никак себя не проявил. Утром идёт в школу, а после уроков мотается практически по всему городу с друзьями. Наблюдать за ним во время этих прогулок, находясь в гравимобиле практически невозможно, поэтому Суслову приходилось носиться на своих двоих. Ни разу за всю неделю мальчишка не подал виду, что заметил агента, но Кирилл по этому поводу уже не обольщался - вполне может быть, что этому хитрому пацану просто пока всё равно.
  Пользуясь методиками, по случаю вычитанными из книги по психоанализу, Суслов попытался составить психологический портрет объекта и то, что у него в результате получилось, очень ему не понравилось. Конечно, нескольких дней наблюдения издали и одного единственного непродолжительного контакта совершенно недостаточно для полноценного анализа, но и этого вполне хватило, чтобы понять одну простую вещь: объект непредсказуем и не следует к нему относиться наплевательски. Конечно то, что к нему приставили не опытного агента, а зелёного салагу (на свой счёт у Суслова иллюзий не было) тоже о многом говорило, только вот зачем вообще нужно было приставлять агента, пусть и неопытного, к какому-то мальчишке?
  Понаблюдав как неразлучная троица над чем-то веселясь, отходит от музея, он решил, что откладывать дальше нельзя. Он всерьёз начнёт несанкционированное расследование, чтобы разгадать тайну личности своего объекта. Такой подход к заданиям в отделе решительно не приветствовался. С другой стороны, агентам обычно дают детальнейшее описание внешности, характера, привычек и биографии объектов. Так что Кирилл посчитал вполне справедливым заполнить все эти пробелы самостоятельно.
  Вследствие своей неопытности он совершенно не думал о том, что существуют вещи, которые ему не только не обязательно, но и крайне нежелательно знать. Но в его мыслях постоянно проскальзывали такие слова как 'тайна', 'расследование' и, конечно же, 'истина'. Они были для него словно красная тряпка для быка, поэтому о многочисленных правилах он не то, что не задумывался, он о них даже не вспоминал.
  На начальном этапе расследования он планировал собрать всю доступную информацию об объекте и единственным местом, где это можно было сделать, являлась школа. Убедившись, что троица как всегда после уроков валяет дурака, праздно шатаясь по улицам, увеселительным заведениям и паркам, он устремился туда, где проводил первую половину дня, наблюдая за школьными воротами через стекло гравимобиля.
  Так как занятия дневных классов закончились, а вечерних были в самом разгаре, школьные коридоры поражали своей пустотой и тишиной. Сопровождаемый лишь гулким эхом своих шагов, Суслов добрался до кабинета директора и, деликатно постучавшись, прошёл внутрь.
  - Чем могу помочь? - Холодно поинтересовалась строгая на вид дама, буравя его недовольным взглядом.
  Кирилл невольно передёрнул плечами - сразу же вспомнились не такие уж далёкие школьные годы.
  - Вы Валерия Марковна Изотова? - Вежливо поинтересовался он.
  - Так написано на двери кабинета. - Отозвалась директриса. - Если вы не в состоянии даже это прочесть, то полагаю, вы всё же ошиблись дверью, первые классы занимаются в другом крыле.
  Суслов мысленно обозвал себя лопухом.
  - Старший лейтенант Кириненко, - не отреагировав на язвительный комментарий, представился он. - Отдел по делам несовершеннолетних.
  В подтверждение своих слов, он посветил перед явно встревожившейся директрисой соответствующей корочкой. Как и любого другого агента, его снабдили полезным набором разнообразных документов. Так что он на почти законных основаниях мог выдавать себя за пожарного инспектора, санинспектора, электрика из местного ЖЭКа, страхового агента и ещё много за кого.
  - Вы по поводу Лавровой? - Мрачно спросила Изотова. - Она сейчас на занятии, но если хотите, я могу её позвать.
  - Нет-нет, - Замотал головой Кирилл. - Я по другому делу. У вас учится некий Стивен Мастерс?
  - Мастерс? - Спросила заметно напрягшаяся директриса.
  - Да, Мастерс.
  - У нас есть Стивен Мастерс. Он что-нибудь натворил?
  - Нет, - спокойно ответил младший агент. - Просто хотелось бы взглянуть на его дело. Он ведь вроде из детдома? - Дождавшись подтверждающего кивка Изотовой, Суслов продолжил: - Именно по этой причине, нам необходимо составить о нём впечатление. В том смысле, что стоит ли от него ждать неприятностей в дальнейшем или нет.
  - Раньше такого не было. - Заметила директриса.
  - Новая инициатива. Как говорится, преступление легче предупредить, чем расследовать.
  - Похвально, похвально. Значит вам только его дело нужно?
  - Если можно, было бы неплохо переговорить с кем-то из его преподавателей. Это не займёт много времени.
  - Подождите. - Изотова на некоторое время отвернулась к экрану своего компьютера. - Вам повезло, в данный момент как раз 'окно' у его классной руководительницы. Поверина Наталья Сергеевна. Она сейчас либо в учительской, либо в своей аудитории. Инфокристал с делом Мастерса, кстати, тоже должен быть у неё.
  Выслушав объяснения как дойти до учительской и кабинета истории, Суслов поблагодарил Валерию Марковну и поспешно покинул кабинет. Общение с директрисой нелегко ему далось, поэтому во время разговора он отчаянно робел. Конечно, он смог себя пересилить и отвечал на её вопросы практически без запинки, но терпеть её общество больше, чем необходимо, не собирался. Изотова напомнила ему завуча Веру Борисовну, которая в школьные годы его очень пугала. Впрочем, как и большинство его сверстников.
  Проплутав несколько минут по школьным коридорам, он добрался до аудитории, в которой преподавала Поверина, но дверь оказалась заперта. Чтобы найти учительскую потребовалось чуть больше времени, но старания его оказались ненапрасными. Коротко постучавшись и тут же открыв дверь, он сразу же наткнулся взглядом на миловидную молодую девушку, довольно точно описанную Изотовой. Она сидела у преподавательского терминала и видимо проверяла какие-то работы, стараясь не обращать внимания на болтовню хлыща, пристроившегося рядом на стуле. Хлыщ отличался редкостным отсутствием вкуса в одежде и режущим слух французским проносом.
  Никто из них не обратил на вошедшего внимания. Девушка явно абстрагировалась от всего, что было за пределами голоэкрана, а хлыщ, видимо, слишком увлёкся своим рассказом, чтобы замечать что-либо помимо собственного голоса.
  Прочистив горло, Суслов громко спросил:
  - Наталья Сергеевна?
  - А? - Девушка оторвалась от монитора и огляделась. - Это я. - Кивнула она, только сейчас заметив постороннего.
  - А вы, позвольте спросить, кто? - Рассерженный тем, что кто-то посмел прервать его рассказ, вскинулся хлыщ, поднявшись со стула, и скрестив на груди руки.
  Скрещенные руки - это сигнал негативного отношения к чему либо, - тут же вспомнилась Суслову цитата из очередной недавно прочитанной книги.
  - Милиция, старший лейтенант Кириненко, Отдел по делам несовершеннолетних, - уже привычно назвался он. - Мне необходимо переговорить с гражданкой Повериной. - Видя, что возмущённый больше прежнего хлыщ собирается ответить, Кирилл поспешно добавил: - С глазу на глаз.
  - Нет, какое вы имеете право тут...! - С негодованием начал он, но был перебит уже Повериной:
  - Михаил Пьерович, что же вы? Ведь видите же, человек из органов по делу пришёл. Извините, а как вас...?
  - Виктор Львович.
  - Виктор Львович, может, пройдём в мою аудиторию? - Предложила Наташа.
  - Да нет уж! - Непонятно с чего взвился хлыщ. - Оставайтесь тут, я сам уйду!
  Что он и сделал, напоследок громко хлопнув за собой дверью. Поверина этому обстоятельству не слишком огорчилась, скорее даже наоборот.
  - А он всегда такой? - Поинтересовался Суслов, кивком указав на дверь, за которой скрылся недофранцуз.
  - Михаил Пьерович немного эксцентричен. - Уклончиво ответила учительница. - Итак, о чём вы хотели со мной поговорить?
  - Об одном из ваших учеников, его зовут Стивен Мастерс.
  - С ним что-то случилось? Он в порядке? - Взволнованно воскликнула Наташа.
  - Да-да, всё с ним в порядке, мне просто необходимо кое-что о нём узнать. - Поспешил успокоить её Суслов и повторил своё объяснение, данное ранее директрисе. Впрочем, Повериной оно понравилось гораздо меньше.
  - Разве можно подозревать ребёнка, основываясь только на его воспитании?! - Возмутилась она.
  - Во-первых, мы его ни в чём не подозреваем. Пока. И во-вторых, статистика это такая вещь, которую не следует игнорировать, а судя по статистике, значительная часть выпускников детских домов замечена в правонарушениях различной тяжести. Поверьте, мы не считаем этих детей... нарывом на теле общества, но и игнорировать такую неприятную закономерность не можем.
  - Да, я понимаю, - грустно кивнула успевшая успокоиться Наташа. - Вот дело Стивена.
  Она положила перед ним инфокристал. Чтобы просмотреть данные, Суслов использовал один из учительских терминалов, предварительно попросив Поверину включить его своей персональной карточкой. Много времени просмотр информации не занял, потому как её там было не так уж много. Кроме стандартных данных типа роста, веса и группы крови, на инфокристале присутствовали только данные о детском доме и Мастерсах. Никаких фактов из биографии объекта тут не оказалось. Младший агент ожидал большего.
  - Скажите, а какое лично ваше мнение об этом ученике? - Спросил он.
  - Ну... я не успела узнать Стивена настолько хорошо, чтобы давать ему какую-либо характеристику, но по первому впечатлению он показался мне спокойным, собранным и очень серьёзным.
  - Это всё?
  - Ещё, возможно, немного стеснительным. Когда я попросила его рассказать что-нибудь о себе перед классом, он не захотел.
  Да, негусто, - мрачно подумал Суслов.
  - Вам больше нечего добавить? - На всякий случай спросил он.
  - Извините, я пока слишком мало с ним общалась. - С неподдельным сожалением развела руками учительница.
  - Ладно, ничего страшного. - Кирилл положил на стол бумажку с номером своего коммуникатора. - Если что-нибудь произойдёт, или если Стивен сделает что-то... что покажется вам заслуживающим внимания, свяжитесь со мной.
  - Конечно, - кивнула Поверина, убирая листок.
  - Тогда мне пора. - Сказал Суслов, поднимаясь. - Всего доброго!
  - Скажите... - нерешительно произнесла Поверина, поднявшись следом, - вам ведь приходится иметь дело с трудными подростками. Это очень тяжело?
  Суслов застыл перед дверью, тщательно обдумывая ответ.
  - Прежде всего, они дети, - сказал он, наконец, - зачастую с недетскими проблемами. Вся трудность в том, чтобы для начала понять эти проблемы, найти их причину. Осознать их самому и помочь осознать им.
  - Вы, наверное, очень любите детей, если выбрали себе такую профессию. - Предположила Наташа.
  - Моя основная профессия - защищать закон. - Отозвался младший оперативный агент, открывая дверь. - Ну а вообще, я не представляю для себя иной работы.
  После посещения школы Суслова одолело чувство вины из-за того, что пришлось обмануть такую замечательную девушку как Наталья Сергеевна. К тому же, как это обычно бывает в детективных романах, дополнительная информация только увеличила число вопросов. Это одновременно и злило и раззадоривало молодого агента.
  
  Когда Катька, наконец, освободилась, Брик ждал её у школьных ворот.
  - Звала? - Полувопросительно произнёс он, когда гонщица подошла.
  - Если бы не звала, то вряд ли бы ты тут стоял. - Проворчала она. Как обычно после занятий, настроение у неё было не ахти какое.
  - Так что у тебя?
  - Не здесь.
  - Пройдёмся или до дома тебя проводить? - Спросил Брик.
  - Ещё под ручку погулять предложи, - хмыкнула девчонка.
  - Почему бы и нет! - Ухмыльнулся Федька, галантно выставив локоть.
  - Пойдём уже. - Шутливо хлопнув гонщика по плечу, сказала Катька и не спеша потопала от ворот. Брик послушно последовал за ней.
  Некоторое время они шли молча, и только повернув на другую улицу, Катька начала разговор.
  - Я тут думала, думала, и, наконец, придумала! - провозгласила она, не сбавляя шага.
  - Что именно?
  - Нелегка и опасна жизнь одинокого гонщика. В том смысле, что пробиться в высшую лигу одиночкам практически нереально.
  - А как же Мороз? - Тут же вставил Брик.
  - А что Мороз? - Проворчала Катька, недовольная тем, что прервали её зарождающийся монолог. - Когда ты его последний раз видел против другого одиночки? Он либо один против нескольких, либо временно с кем-то объединяется, а так - ему просто нет достойного соперника. Быть одиночкой бесперспективно, по крайней мере с моим уровнем. Все одиночки рано или поздно сбиваются в команды. Те же 'Ласточки' к примеру. Вот я и подумала, - она немного замялась перед тем как озвучить своё предложение, - может нам тоже стоит объединиться в команду?
  Услышав такое из уст своенравной гонщицы, Брик замер на месте. Нет, он сразу догадался, к чему она клонит, и всё же это предложение застало его врасплох. Пока он лихорадочно размышлял над её словами, Катька остановилась напротив и выжидающе уставилась на него.
  - Лично я не против. - Произнес, наконец, Федька. - Ты во многом права, к тому же есть ещё ряд причин, по которым нам... то-есть, я хотел сказать, гонщикам стоит держаться вместе. Только вот нас двоих всё равно мало, в команде же должно быть три человека минимум!
  Катька пыталась казаться спокойной и не показывать радости от того, что Брик всё же согласился.
  - Найти третьего члена команды - не проблема. Время у нас есть. В любом случае ты пока безлошадный, а мне не стоит в ближайшее время светится на трассах.
  - Может, стоит поговорить с Леськой? - Предложил Брик.
  - Нет! - Чуть ли не выкрикнула Катька. Ей эта пижонка на навороченном гравиборде категорически не нравилась.
  - Или, может, с Кактусом? - Развернув ухмылку от уха до уха, сказал Федька.
  - Издеваешься?
  - Ну, может у него есть некоторые проблемы с техничностью, но в целом...
  - В целом у него с башкой проблемы. - Отрезала Катька. - Насчёт третьего не парься, есть у меня один... знакомый, катается неплохо, да и гравиборд у него нормальный. Хотя пару модификаций сделать стоило бы. Короче, я с ним поговорю, может и согласится.
  - А если нет?
  - Будем думать. - Вздохнула гонщица и пошла дальше. Топтаться на одном месте ей явно надоело.
  - А какое у нас будет название?
  - Рано пока об этом, сначала надо третьего найти.
  - А всё же? Уверен, ты уже придумала парочку вариантов.
  - Ну... - Катька неуверенно посмотрела на идущего рядом Брика. - Может, 'Бешеные кошки'? Как тебе?
  - Ужасно. - Честно ответил гонщик. - Если бы мне предложили стать бешеным котом, я бы ещё подумал, но вот кошкой...! Название должно быть более... универсальным, что ли.
  - Тогда все те, что я придумала не подходят. - Огорчённо вздохнула девчонка.
  - А какие у тебя ещё есть?
  - 'Дикие кошки', 'Чёрные кошки' и 'Грозовые кошки' . - Угрюмо призналась она. - И котом я тоже становиться не собираюсь!
  Брик в ответ лишь рассмеялся, да так заразительно, что вскоре к нему присоединилась и Катька. Всю дорогу до её общаги они обдумывали различные варианты названий.
  
  Глава 14
  
  Орбита планеты Камь
  Космическая станция 'Комарово'
  
  Генерал Шубейко мерил шагами свой кабинет, ожидая появления Шахова, отправившегося в аналитический отдел за результатами анализа данных, полученных от групп, проверявших две нелегальные космомастерские в Российском Секторе.
  - Здравия желаю, товарищ генерал! - Бодро поприветствовал его запыхавшийся новоиспеченный капитан, без стука ввалившись в кабинет.
  - Ну что, есть результаты? - Тут же спросил генерал, приглашающе махнув Шахову на место для посетителей и усаживаясь за стол.
  - Отсутствие результата - тоже результат, Прохор Иванович.
  - Коля, - угрожающе засопел Шубейко, - не томи!
  - В общем, ничего конкретного там не обнаружили. - Неловко поёрзав на своём месте, признался Шахов. - Оперативники проверили бухгалтерию, подпольные и обычные счета, чуть ли не до винтика разобрали ремонтные ангары, перерыли склады и не нашли никаких следов проходящей там стройки или же оплаты такого проекта. Надо пояснить, что для того, чтобы собрать подобный уникальный аппарат необходимо месяца два, да и то, если все материалы, оборудование и прочая электронная начинка, заказаны заранее. Следы такой крупной сделки так запросто не скроешь, причём как с финансовой, так и с технической стороны.
  - Значит, всё же, китайцы. - Мрачно выдохнул Шубейко.
  С Китайским сектором не было вражды ещё с тех самых пор, как два государства соседствовали на Старой Земле. За исключением приграничных конфликтов, когда пограничные перехватчики нападали на китайские пиратские суда, решившие поживиться на чужой территории. Космическое пиратство являлось тягчайшим преступлением, как в Российском, так и в Китайском секторе, но китайцы разбирательств со своими гражданами, преступившими закон, не терпели и постоянно требовали экстрадировать их на родину. Именно поэтому, зверевшие от особо дерзких нападений погранцы предпочитали не брать самых опасных пиратов живьём, а разбираться с ними на месте. Китайской стороне подобное самоуправство очень не нравилось, они роптали, но реально сделать ничего не могли - чужая территория, чужие порядки.
  А тут, значит, необходимо было напасть на китайский объект, наполненный китайскими же гражданами, которые ремонтировали как раз тех китайских пиратов, которым доставалось от озверевших русских погранцов. Несмотря на то, что нелегальная мастерская, а по сути - пиратский притон, находилась на спорных территориях между секторами, конкретно среди китайцев она считалась китайской территорией. Операция по её захвату приравнивалась к полноценной военной - с кораблями для штурма, для прикрытия и для удержания периметра, чтобы не дать ни одному вшивому пирату добраться до своей территории и растрезвонить весть о нападении русских на китайский объект. Само собой, ликвидировать необходимо было всех.
  Шубейко очень не любил лишние жертвы, поэтому держал ударную группу с приказом 'ждать команды' на позиции с обратной стороны газового гиганта, рядом с которым находилась старая станция, переоборудованная в мастерскую. Так как остальные варианты не подтвердились, команда должна была быть отдана.
  - Ну что же, теперь придётся ребяткам Квадрата постараться. - Сказал Шубейко, нехотя поднимаясь. Из личных кабинетов такие приказы не отдавались, поэтому нужно было перейти в так называемую красную комнату - узел связи, использующийся исключительно командным составом.
  - Зато выжжем этот клоповник раз и навсегда! - Стукнув кулаком по подлокотнику, произнёс капитан Шахов.
  - Или же разворошим осиный улей. - Не разделил энтузиазма подчинённого генерал. Впрочем, одёргивать он его тоже не стал, зная, что у Шахова к китайским пиратам личные счёты.
  
  Орбита газового гиганта НС-21
  Штурмовой абордажный катер типа 'Коготь'
  
  По линии внутрифлотовой связи раздался голос командующего ударной группировкой 'Вихрь', капитана 2-го ранга Галицкого, сообщивший о получении команды и десятиминутной готовности к началу атаки.
  Майор Георгий Малевич, прозванный из-за фамилии Квадратом, обратился к своим бойцам, рассредоточенным по четырём абордажным катерам с краткой речью. Повторил план операции, осведомился, не забыл ли кто свои роли и, дождавшись подтверждений готовности групп, отключился.
  Малевич считался заслуженным мастером абордажа. Его команда могла захватить всё, от курьерского корвета до боевого линкора, вопрос был лишь в средствах. Маленькая, давным-давно отработавшая свой ресурс, станция проблемой не являлась. Проблемой было другое - группа специалистов из управления генерала Шубейко, сынициировавшего эту операцию. Конечно, в военном деле они были далеко не новичками, но, как и у любой работы, у захвата объектов, находящихся в космическом пространстве, был ряд специфических моментов. Так что рядовые специалисты в своих областях, несмотря на подробный инструктаж, могли напороть косяков просто по привычке.
  К сожалению, двое наиболее опытных диверсанта-разведчика, Соболев и Гончаров, со своими группами по уши завязли в русско-нувлочьем конфликте. Других таких специалистов в сжатые сроки было не сыскать. Если бы Шубейко смог хотя бы кого-то из них вывести из горячих точек, вся эта байда с захватом и последующим уничтожением мастерской многократно упростилась бы. Возможно, не потребовалось бы и столь масштабное военное вмешательство.
  Самое обидное конечно это то, что на подобных объектах совершенно невозможна шпионская деятельность - все друг у друга на виду и практически все они китайцы и пираты. Непонятно откуда появившийся чужак уже одним своим присутствием вызвал бы подозрение, а уж о тайной работе и речи быть не могло.
  'Вот если бы был жив Хана, то половину ударной группы с нами во главе можно было бы с чистой совестью отправить домой. - С горечью подумал Квадрат, вспомнив почившего несколько месяцев назад коллегу. - Эх хана Хане!'
  Тем временем корабли группировки согласно плану распределялись по местам. Информацию о противнике ударная группа получала от малых разведчиков - не превышающих размерами обычный истребитель корабликов, совершенно незаметных для допотопного вражеского оборудования. Они были высланы в самом начале присутствия здесь, и теперь было точно известно, что к станции пришвартованы три грузовых судна, кое-как переделанных пиратами для ведения боя. Вокруг мастерской барражировали два списанных патрульных катера китайского производства и с дюжину самопалов - лёгких пиратских истребителей, собранных из орбитальных челноков.
  Наибольшую опасность в данной ситуации представляли скорее не боевые единицы противника, а утечка информации. Именно поэтому первыми на позиции вышли глухари - корветы, обеспечивающие связь на дальней дистанции, а так же, благодаря установкам, заглушающим любые сигналы, и инфозащиту. Конечно, будь на месте космомастерской какая-нибудь база Альянса, такие меры предосторожности вряд ли могли помочь - у американцев тоже с техникой полный порядок. Но базы не было, а была старая станция, построенная когда-то для того, чтобы служить плацдармом для исследований газового гиганта НС-21.Так что шансов уцелеть у пиратов не было в любом случае, а шансы сообщить о нападении были минимизированы, насколько это возможно в данном случае.
  - Штурмовая группа пошла! - Скомандовал Галицкий, сосредоточенно глядя на тактическую панель, показывающую с помощью схематичных голографических моделек расстановку сил. - Связь с командным 'Когтем'!
  - Есть связь с командным 'Когтем'!
  - Георгий Егорович, как принимаешь?
  - Нормально принимаю. - Отозвался Квадрат.
  - Твои идут следующими. Готовы?
  - Обижаешь!
  - Извини, просто... поосторожнее там.
  - Есть причины для беспокойства? - Встревожился Малевич.
  - На первый взгляд как бы и нет, просто... на хрена они к этой станции присосались? Все три сразу! Да и патрули совместные выслали, а ведь я не припомню, чтобы разные кланы меж собой когда-нибудь взаимодействовали.
  - А они точно там разные?
  - Судя по эмблемам - да.
  - Выводы?
  - Может, нас ждали?
  - Ерунда! - усмехнулся Квадрат. - Если бы они ожидали именно нашего прибытия, то уже давно бы разлетелись и сами за собой станцию подорвали. Может, ждали других?
  - Мы пока никого не фиксируем. В любом случае, будьте готовы немедленно всё бросить и эвакуироваться.
  - Так точно!
  - Ладно, ваша очередь через минуту сорок, удачи.
  
  Российский Галактический Сектор
  Планета Монблан
  
  Пыльные дороги с чахлой газонной растительностью и редкими деревцами. Цветастые рекламные экраны, вдоль этих самых дорог и не менее цветастые вывески магазинов, банков и развлекательных заведений. Дома, построенные в основном в староземном стиле из разнообразных гранитных или мраморных блоков, не превышающие при этом высоты в десять этажей. Музеи, театры, дорогие рестораны и дешёвые закусочные, скверы с фонтанами и парки. Школы, больницы, библиотеки. Ну и конечно же, жилые дома - квартиры, коттеджи, особняки. Всё это - Столица Монблана. Точнее только её часть, причём не самая важная. Сердце Столицы - это центральный район, так называемая административная зона, возвышающаяся над остальными районами настолько, что её можно увидеть из любой точки города просто подняв голову вверх.
  Высокие, искрящиеся в солнечных лучах дома-башни, выстроенные на огромных платформах, расположенных одна над другой и образующих центральные уровни общим количеством в шесть. Именно в административной зоне находятся самые важные посольства и консульства в Российском Секторе, именно там сосредоточены офисы и представительства самых влиятельных компаний со всей освоенной людьми части космоса. Ну и конечно, нельзя забывать и про административные объекты, важнейшим из которых считалось Министерство Иностранных Дел.
  Только раз в своей новой жизни Степану удалось побывать в центре - когда он только прилетел на планету, и Лёшка прокатил его на своём гравиборде через центральный район. Будучи же военным, ему довелось посетить Монблан пару раз, сопровождая генерала Шубейко. Но сейчас, гуляя по улицам города и смотря на будто бы вырастающую из горизонта административную зону, Карпатов испытывал давно позабытое им чувство - трепет. Настолько монументально выглядел центр. В последний раз он чувствовал подобное, когда присутствовал на первом выходе в космос нового флагманского корабля Военно Космических Сил 'Озерова'. Впрочем, и сейчас долго трепетать он себе не позволил.
  Посмотрев ещё какое-то время на серебристые башни, он хмыкнул и пошёл дальше бесцельно слоняться по улочкам Столицы. Посетившие его чувства он списал на детскую впечатлительность и больше об этом не думал, так как на него вновь нахлынули весьма мрачные мысли.
   Всё началось вчера. Они с Лином как обычно вернулись после прогулки как раз к ужину, после которого Степан убежал к себе делать уроки. Закончив с домашними заданиями, он немного позанимался на тренажёрах, после чего спустился в гостиную, посмотреть освободившийся головизор. Вообще, Степан вполне мог обойтись и без ящика, но чтобы не казаться полнейшим ботаником типа Сидни, который вылезал из своей комнаты в основном лишь для того, чтобы поесть, он и выказывал свою приверженность этому обывательскому развлечению. Смотрел он либо новости, либо комедии и мелодрамы. Так как ничего интересного в тот вечер не нашлось, он включил канал новостей и обомлел. Перед ним выступал подполковник Ярцев, официальный 'голос' родной конторы.
  В сюжете рассказывали об инциденте, произошедшем на российско-китайской границе. Как оказалось, там была проведена спецоперация по уничтожению пиратской базы, которая вот уже несколько лет являлась 'костью в горле российской пограничной службы'. Тут же показывали обломки оставшиеся, по-видимому, не только от базы, но так же и от нескольких явно пиратских судов. Кораблей совершивших нападение не показали ни одного. Оно и понятно - вряд-ли это были обычные пограничные перехватчики. Увеличив изображение и повнимательнее изучив повреждения плавающих в космосе фрагментов, Степан кивнул своим мыслям - по кораблям долбили из весьма серьёзных стволов, да и станция была явно взорвана изнутри.
  С чего это РДУ рисковать отношениями с китайцами? Зачем им вообще понадобилась эта космомастерская? - Гадал Степан. Об этой 'базе пиратов' он был наслышан. Конечно, она действительно мешала многим, компетентные органы даже подыскивали законное основание, чтобы её прикрыть, но не могли ничего добиться, так как их юрисдикция не распространялась на нейтральные территории.
  А тут, значит, прилетели военные и всё, к чертям собачьим, разнесли. Причём Степан не сомневался, что перед этим они успели хорошенько похозяйничать на станции. Что могло заставить Шубейко пойти на столь радикальные меры, чтобы получить некую информацию? Карпатов знал ответ на этот вопрос, и он ему очень не нравился: только угроза национальной безопасности! Он ещё со встречи со своим соглядатаем начал подозревать, что закрутилось что-то нехорошее, возможно почище нувлочьей угрозы, и теперь все эти подозрения превратились в уверенность.
  Спал Степан плохо - ему снились непонятные абстрактные сны, которые после пробуждения он практически не запомнил. Следующим днём он был мрачен и подавлен. Друзья пытались его разговорить, но отвечал он односложно и неопределённо так, что от него в конце концов отстали. На уроке истории Карпатов обратил внимание, что классная проявляет к нему повышенный интерес. Выражалось это в брошенных вскользь взглядах, которые он прекрасно умел подмечать, а так же по навалившемуся на него граду вопросов. Помня о конспирации, Степан не стал чеканить ответы, которые ему были хорошо известны, а старался говорить неторопливо, в задумчивости морща лоб, а так же периодически мямля и запинаясь.
  К его удивлению, и здесь у него нашёлся противник. Видимо уязвлённый чрезмерным вниманием учительницы к какому-то новичку, староста группы Гена Крылов постоянно тянул руку и, когда Поверина спрашивала его, отвечал бодро и уверенно, с превосходством косясь на Степана. Тот его взгляды игнорировал напрочь, выглядел мрачным и утомлённым. Впрочем, ни учительницу, ни старосту его кислый вид не смутил.
  После окончания урока, Наталья Сергеевна собиралась задержать новичка, чтобы немного с ним поговорить, узнать его получше и поинтересоваться, не случилось ли чего, однако, немного подумав, решила этого не делать.
  - Стивен, если тебе захочется поговорить... о чём-нибудь, я всегда тебя выслушаю. - Шепнула она ему, поймав перед выходом из класса.
  - Да, конечно, спасибо. - Кивнув, пробормотал Карпатов и удалился.
  После занятий его нагнали Лин с Вадиком, предложив сходить поиграть в автоматы.
  - Извините, парни, не сегодня. - Решительно отказался Степан. - Мне надо... немного проветриться.
  Вадик хотел было догнать друга и спросить 'какого рожна с ним сегодня творится?', но Лин удержал его за рукав.
  - Пусть проветрится.
  И вот теперь Карпатов, одолеваемый мрачными мыслями и предчувствиями, в одиночестве кружил по улочкам Столицы. Его злило не столько то, что он ни черта не знает, сколько осознание собственного бессилия. Он привык всегда находиться в гуще событий. Он приносил пользу своей стране, и осознание этого грело ему душу. После перерождения это чувство притупилось достаточно, чтобы Степан не считал себя бесполезным и ни на что негодным ничтожеством, но догадки о намечающемся кризисе возродили его в полной мере. Степан-Хана был нужен своей стране, но он был мёртв.
  Карпатов бродил по городу до позднего вечера, а когда вернулся, его ожидал холодный ужин, а так же серьёзные Лин и Лёшка.
  - Ешь. - Сказал Алексей, поставив перед сводным братом тарелку макарон с мясной подливкой.
  Степан молча умял ужин.
  - А теперь рассказывай!
  - Что? - Удивился Степан.
  - Смотрю, прогулка тебе не очень-то и помогла. - Хмыкнул Лин. - Давай, колись, чего ты сегодня весь день такой... пришибленный?
  Лин даже не догадался, в какой шок повергли Степана его слова. Пришибленный?! Раньше ему удавалось держать свои эмоции в узде. Карпатов проанализировал весь сегодняшний день в школе и мысленно усмехнулся. Раньше никто не назвал бы его пришибленным, потому как 'пришибленность' была его обычным состоянием, к которому сегодня он невольно вернулся.
  - Ну, так что там у тебя? - Не унимались Лин с Лёшкой.
  Неожиданно вспомнилось предложение Повериной поговорить, и Степан решил: почему бы нет? Не с ней, конечно, она другая - взрослая - а свои то совсем рядом.
  - Понимаете... - нерешительно начал он. Увидев, что Стёпка настроился на разговор, друзья поудобнее устроились за столом. - Что-то в последнее время я начал осознавать свою никчёмность. - Кажется, это признание повергло в шок уже Алексея с Лином. Чего-чего, а такого они не ожидали. - Я чувствую себя бесполезным и ненужным.
  - Почему это? - Воскликнул Лин.
  - Ну так... - Передёрнул плечами Степан.
  - Давай-давай, говори, раз уж начал.
  - Раньше... в детдоме, я постоянно был при деле. Что-то всегда делал, кому-то помогал, в общем, приносил пользу. - Попытался перевести свои переживания в детские реалии Карпатов. - А сейчас? Сейчас я не делаю ничего такого... значимого. Не приношу той пользы, какую мог бы...
  Некоторое время друзья молча сидели, обдумывая его путаные объяснения.
  - А что тебе мешает? - Спросил, наконец, Лин.
  'Рост, вес, отсутствие мышечной массы, отметка 'помер' в личном деле' - Проворчал про себя Степан.
  - Много всего, - уже вслух ответил он.
  - Мне кажется, я знаю, в чём дело! - Неожиданно объявил Лёшка, до этого лишь задумчиво поглядывающий на Степана.
  - Неужели? - Усмехнулся тот.
  - И что же? - Нетерпеливо спросил Лин.
  - Ты, - Алексей обличающе указал пальцем на Карпатова, - там у себя привык, что тебя считают важным! Уж не знаю, какие у тебя были отношения с твоими друзьями или воспитателями, но ты был чем-то важен для них, так?
  Степан осторожно кивнул, ему хотелось дослушать рассуждения Лёшки до конца.
  - Ты ведь прожил с ними бок о бок довольно продолжительное время и привык считать себя неотъемлемой и важной частью коллектива. А теперь они там продолжают жить дальше, ну а ты думаешь, что они ни с чем без тебя не в состоянии справиться. Вот в этом-то и заключается твоя проблема. Поверь, те кого ты покинул всё так же продолжают жить как и жили. Возможно, твоё отсутствие и вызвало у них некоторые неудобства, но они приспособятся и всё придёт в норму. Ты тоже должен перестать жить своим прошлым, какое бы оно у тебя ни было. Да и в любом случае, выбора у тебя особого нет, его не вернуть. Смирись и научись жить по-новому.
  Пока Лёшка вещал, Степан не сводил с него глаз. От пятнадцатилетнего пацана услышать нечто подобное он никак не ожидал. И тем не менее, речь сводного брата била точно в цель.
  - Поверь, я знаю, о чём говорю. - Добавил Лёшка, заметив, что Степан всё так же сидит, задумчиво косясь на него. - Я ведь тоже из детдома, если ты не забыл. У нас там были одни ребята, малолетки, в основном, которых я защищал от других ребят, что постарше. Когда меня усыновили, я места себе не находил, всё думал: как они там? Потом мы с одним моим другом, что остался, начали переписываться, и он сообщил, что эти самые ребята теперь самостоятельно могут за себя постоять. Так что, - он развёл руками, - как-то вот так...
  Степан продолжал молчать.
  - Может тебе тоже с кем-нибудь из своих связаться? - Предложил Лин.
  - Полагаю, это было бы огромной глупостью. - Пробормотал себе под нос Степан и уже в полный голос произнёс: - Спасибо, Лёш, я об этом подумаю.
  Встав из-за стола, Степан пожелал друзьям спокойной ночи и удалился.
  - Эк его проняло! - Одобрительно заметил Лин.
  - Будем надеяться, что он не только подумает, но и сделает выводы. - Вздохнул Алексей.
  - По-моему, он их уже сделал. Разве не заметил, как он оживился?
  Слова Лёшки действительно заставили Карпатова взглянуть на своё положение с другой стороны. В частности, его поразил тот факт, что его, много на своём веку повидавшего ветерана, учит жить обычный мальчишка. Нет, Степан в полной мере осознал правоту лёшкиных рассуждений, и, между тем, корил себя за то, что позволил себе разнюниться настолько, что это стало заметно со стороны. Полночи он тщательно обдумывал все свои мысли, переживания и действия, после чего пришёл к выводу, что опять стал жертвой своего детского положения. Похоже, он заново научился контролировать эмоции не настолько хорошо, как ему казалось. За всем этим самокопанием тема собственной бесполезности потеряла былую актуальность.
  - Действительно, надо пользоваться случаем и просто жить, не оглядываясь на прошлое. - Как какую-то мантру, повторил он своё давнишнее решение. - Ну а Шубейко... этот и сам в состоянии со всем разобраться. А если что, он знает, как меня найти.
  
  Орбита планеты Камь
  Космическая станция 'Комарово'
  
  Шубейко пребывал в крайне скверном настроении. Он сидел, откинувшись на спинку кресла и в нерешительности поглядывая на нижний ящик стола, где у него был занычен походный термос с водкой. С одной стороны, после всего, что сегодня произошло, следовало бы принять, чтобы успокоить нервишки, а с другой - ещё ничего не закончилось, и дышать перегаром на пришедших с докладами подчинённых не хотелось.
  Шубейко вздохнул и решительно отвернулся от заветного ящика. Это же надо было такому произойти! Именно во время завершающей стадии операции поблизости от мастерской появился китайский крейсер! Пришлось в спешке минировать станцию и выводить оттуда людей, после чего разыгрывать перед нежданной аудиторией спектакль под названием 'Российские войска задают жару пиратской кодле'.
  В район проведения операции пришлось срочно стягивать корабли ведущих информбюро и задействовать Ярцева с приказом показать происшествие в правильном свете. Подполковник с задачей как всегда справился блестяще, только вот китайская сторона вряд-ли была удовлетворена подобными объяснениями. Всё-таки, при нападении погибло множество китайских граждан, причём многие из них к пиратству имели весьма опосредованное отношение. Если бы инцидент произошёл на российской территории, то его удалось бы замять, но в данном случае, уклониться от ответственности не представлялось возможным. Впрочем, вопрос 'а что, собственно ваш крейсер там делал?' заставил китайцев ненадолго заткнуться, и Шубейко был уверен, что вскоре вой поднимется вновь.
  С другой стороны, это уже были не его проблемы. Именно для разрешения таких разногласий и существуют дипломаты. А генерал же, в свою очередь, получил то, что искал.
  Отряд под командованием Квадрата в самом деле обнаружил следы недавней серьёзной сборки. Так как китайский крейсер помешал им спокойно всё обследовать, спецы быстренько похватали все показавшиеся им важными документы, скопировали данные со всех компьютеров, какие только нашли, а также не забыли прихватить с собой старшего мастера, начальника станции и какого-то пиратского капитана, оказавшегося в тот момент как раз в ангаре. Теперь же вся добытая информация была переправлена в аналитически й отдел, а с пленными беседовали дознаватели.
  -- Прохор Иванович, разрешите? - Просунув голову в дверь, робко спросил капитан Шахов. Он, как и все приближённые к руководителям люди, старался не попадаться начальству на глаза, когда то не в духе, справедливо опасаясь попасть под горячую руку.
  - Заходи. - Сказал Шубейко, кивком разрешив капитану сесть. - С чем пришёл?
  - Я только что из допросной, слышал исповедь капитана Чуна. Подумал, что вам будет это любопытно. Вот запись допроса. - Капитан выложил на стол инфоркистал. - Самое интересное начинается с сорок восьмой минуты.
  Загрузив данные на личный терминал, Шубейко вывел изображение на огромную голопанель, занимающую чуть ли не треть стены. На записи появились двое: низкий плотный китаец с бритой головой и высокий худой человек лет пятидесяти с покрытым морщинами лицом.
  - За него Василевский собственноручно взялся? - Удивился Шубейко, увидев старшего дознавателя.
  - Говорят, что члены китайских ОПГ - крепкие орехи, вот он и захотел лично это проверить.
  - Понятно, - пробормотал генерал, перематывая на сорок восьмую минуту.
  За сорок восемь минут, обстановка в допросной разительно изменилась. Ранее спокойный пиратский капитан, отвечающий на первые вопросы полковника Василевского лишь презрительной ухмылкой, теперь понуро сидел, уткнув взгляд в пол и обхватив обеими руками голову. Шубейко почему-то подумал, что в тот момент китайцу очень не хватает волос, за которые можно было бы ухватиться.
  - Так значит, голубчик, вы утверждаете, что ещё до нашего нападения у вас там произошло что-то ужасное? - На чистейшем китайском спрашивал дознаватель, слова которого автоматически переводились на русский универсальным переводчиком, встроенным в компьютерный терминал генерала.
  - Да! - Воскликнул Чун.
  Пират поведал полковнику о том, что за день до нападения русских, на мастерскую было совершено другое нападение, куда меньшее по масштабам. По его словам выходило, что кто-то проник на станцию, убил около половины ремонтников и распотрошил компьютер, использующийся для моделирования сборки и ремонта. Так как мастерская считалась среди пиратов нейтральной территорией, а её работники практически неприкасаемыми, тройка пиратских капитанов, пришедших в то время для ремонта, решила самостоятельно разобраться в случившемся. Тела рабочих были преданы космосу и сожжены корабельными орудиями, станцию прочесали до последнего закутка, а пиратские боевые единицы заняли позиции вокруг мастерской, перекрыв убийцам возможность к бегству.
  Конечно же, никаких результатов эти меры не принесли. Убийц не нашли, да ещё и атаку 'снаружи' проворонили.
  - А что же, ребята Малевича никаких следов боя на станции не заметили? - поинтересовался Шубейко, отсмотрев интересующий его отрывок. - Всё же эти 'неизвестные' там кучу народу положили, человек тридцать как минимум.
  - Наверное, пираты успели прибраться. - Пожал плечами Шахов. - Можно попросить полковника Василевского, чтобы уточнил.
  - Да, попроси. - Согласился генерал. - И вот ещё что... тот комп, который разворотили. Нам с него что-нибудь досталось?
  - Нашим удалось извлечь из него инфодиск. Он был сильно повреждён, поэтому на месте считать данные не смогли, пришлось брать с собой.
  - Тогда немедленно его к спецам! - Приказал Шубейко. - Пусть делают, что хотят, но мы должны знать, что 'неизвестные' хотели скрыть! И проследи, чтобы об этом не забыли спросить остальных наших гостей!
  - Есть, товарищ генерал! - Гаркнул Шахов, вскочив на ноги. Когда начальство настроено столь решительно, имеет смысл и самому выказать служебное рвение. - Разрешите выполнять?
  - Разрешаю. - Произнёс генерал, взмахом руки отпуская помощника.
  Просидев пару минут в одиночестве и попытавшись осмыслить свежие факты, генерал вздохнул, пробормотал 'без полулитра не разберёшься' и, отбросив сомнения, потянулся к нижнему ящику.
  
  Глава 15
  
  Российский Галактический Сектор
  Планета Монблан
  
  Катьке пришлось поломать голову над тем, кого пригласить в команду третьим. У неё было множество знакомых гонщиков, только вот самые адекватные из них уже давно сбились в стаи, а переманивать их в свою, считалось дурным тоном. Нет, конечно, гонщики вполне могли сменить команду, только вот на это должны быть уважительные причины, типа внезапно возникшей личной неприязни между членами команды.
  Из одиночек же Катька просто не могла никого припомнить. Возможно и был кто-то из подающих надежды новичков, наподобие Брика, но она об этом не знала. Именно поэтому, она стала перебирать в голове знакомых, способных стать гонщиками. Разумеется, первым о ком она подумала, оказался Лёшка. Она рассмотрела этот вариант с разных сторон, и он показался ей самым подходящим. Оставалась лишь одна проблема - сам Лёшка. Катька неоднократно намекала ему, что он смог бы вполне прилично показать себя на трассе, только вот Алексей подобную возможность даже не рассматривал. 'Глупости это всё!' - отвечал он.
  Теперь перед Катькой стояла серьёзная задача - доказать ему, что гонки на гравибордах это вовсе никакие не глупости! Что лучшие гонщики обретают не только славу, но и немалые денежные средства. Конечно, гонщикам за сами заезды не платят, только вот, став известным в Сети чемпионом, можно неплохо заработать на рекламе или даже подцепить спонсора.
  Однако же, всё это было красиво только на словах. Прежде чем добиться всеобщего признания, следовало, для начала, хотя бы прорваться в высшую лигу. Впрочем, все отрицательные моменты Катька решила огласить только после получения согласия. Она понимала, что этого необходимо очень постараться - призвать всё свой красноречие и выбрать правильный момент. Правильным моментом гонщица сочла субботний день, потому как почти всегда по субботам Лёшка пребывал в хорошем настроении. Данная суббота, к катькиному облегчению, исключением не оказалась. Осталось только подловить его одного, чтобы побазарить без лишних ушей.
  За общим завтраком Алексей улыбался, часто шутил и даже не особо ворчал, следя за тем, чтобы мелкие доели свои порции. Правда он несколько раз озабоченно поглядывал на Степана, который как всегда сидел тихо и незаметно.
  Лёшка действительно посматривал на брата, пытаясь понять, не прошло ли его недавнее уныние, но тот вёл себя как всегда, ничем не выказывая своего состояния. Так же его несколько нервировали бросаемые на него Катькой как будто бы заинтересованные взгляды. Он старался их игнорировать, но был точно уверен, что несносная девчонка опять что-то задумала.
  После того, как все поели и начали разбредаться, к нему с довольной улыбкой подскочил Лин.
  - Мы тут со Стёпкой в аквапарк собрались. - Сообщил он.
  - Так вы об этом за столом шептались? - Догадался Алексей.
  - Ага, Стёпка пошёл Вадику звонить. Хочешь с нами?
  - Нет, я - пас, - улыбнувшись, покачал головой Лёшка.
  Для него суббота была единственным днём, когда он мог просто побездельничать, причём заниматься этим он предпочитал в одиночестве. Конечно, если бы его, допустим, пригласили куда-нибудь ребята из его группы, он бы с удовольствием сходил, ну а аквапарк, на его взгляд, был развлечением для малолеток.
  - Как знаешь. - Пожал плечами Лин и умчался.
  Он не считал аквапарк развлечением для малолеток, потому как знал одну простую вещь - иногда туда любят наведываться девчонки из старших классов. На это обстоятельство, какое-то время назад, обратила его внимание Тоська, которая и сама оказалась большой любительницей подобных развлечений. Лин был несколько расстроен тем, что Степан впал в уныние и во чтобы-то ни стало решил его расшевелить. Для такого дела аквапарк подходил идеально, к тому же, там они ещё не были. К его удивлению, Стёпка не стал артачиться и согласился сразу, только заметил, что у него нет плавок.
  - Там же и купим. - Отмахнулся Лин.
  Катька терпеливо ждала, пока народ рассосётся. Первыми, как всегда, убежали по каким-то неведомым 'девчачьим делам' - неведомым, впрочем, и самой гонщице - Тоська с Мартой. Ближе к полудню в свой аквапарк свалили и Лин со Степаном. Сидни, как признанный зубрила и заядлый домосед, заперся у себя в комнате. Ну а Вовчик... Вовчик засел у головизора, где показывали субботний блок мультфильмов, так что ему было не до чего.
  Отбросив сомнения и решительно кивнув своему отражению в зеркале, Катька вышла из комнаты. У Лешкиной двери она немного потопталась, после чего постучала в неё ногой.
  - Чего тебе? - Недовольно донеслось из комнаты - Катькин стук ни с чем перепутать нельзя.
  - Дело есть!
  - Какое?
  - Важное!
  Некоторое время стояла тишина, после чего гонщица услышала щелчок отпираемого замка.
  - Проходи. - Без особого энтузиазма буркнул Лёшка, приоткрыв дверь. Второй раз Катьке повторять было не нужно. - Ну так чего тебе?
  Катьке редко приходилось бывать в этой комнате, поэтому она не без интереса разглядывала берлогу пятнадцатилетнего парня. Алексей уже хотел было возмутиться из-за того, что девчонка не торопится отвечать, а вместо этого рассматривает его комнату с таким любопытством, будто попала в музей, когда она резко повернулась и необычайно серьёзным тоном произнесла:
  - Я тут думала, думала, и, наконец, придумала!
  
  День определённо удался. Раньше Степан считал, что день удался, если ему с отрядом удавалось пересечь максимальное расстояние до цели без серьёзных проблем. Сегодня же он, возвращаясь домой, чувствовал практически такое же удовлетворение, как и в былые времена. Конечно, на этот раз он плескался в чистой чуть прохладной водичке, а не в вонючей болотной жиже, да и вместо стрельбы показал свою точность, играя в настольный теннис. Тем не менее, Карпатов вполне мог признаться себе, что провёл время весело. Он смутно припоминал, когда в последний раз выбирался куда-нибудь просто отдохнуть - вроде это было во время отпуска, когда он регулярно выводил своих детей то в парк развлечений, то в цирк, то ещё куда-нибудь.
  'Давно это было', - с грустью подумал он. - 'Как там они теперь...?'
  Конечно, это не значит, что он вообще не отдыхал. На станции 'Комарово' было полно мест, где можно расслабиться: и офицерский бар, и бильярдная, и кинозалы. Только там практически не с кем было провести досуг, поэтому Карпатов коротал свободное время что-то читая, смотря головизор или просто тренируясь в спортзале или тире. Он никогда не считал себя компанейским парнем, а потому развлекался вместе с остальными только на чьих-нибудь днях рождения или же государственных праздниках, если, конечно, пьянки можно назвать подобающим развлечением.
  Теперь же ситуация в корне изменилась - ему было куда сходить и, самое важное, с кем сходить. Разумеется, он не забыл о ежедневных прогулках с Вадиком и Лином после школы, но ведь это совсем другое! Полноценный день, когда можно беззаботно развлечься!
  Распрощавшись с Вадиком, ничего не подразумевающие друзья вернулись домой. Неладное они почувствовали сразу же - головизор в гостиной молчал, а из кухни доносились непонятные металлические звуки, периодически заглушаемые Катькиной бранью. Лин, сделав страшные глаза, сразу же метнулся наверх, в свою комнату. Ведь и так было ясно, что Катька с Лёшкой опять поцапались, причём настолько серьёзно, что даже Вовчик, забыв о мультфильмах, поспешил окопаться в своей комнате. После подобных ссор обе стороны конфликта всегда пребывали не в духе, и подходить к ним не рекомендовалось. Степану такие тонкости пока были неведомы, да и не смущали его ничьи крики в принципе. Ему стало любопытно, что же произошло в его отсутствие, и он решил просто об этом спросить. Так как гонщица находилась совсем рядом, Карпатов потопал на кухню.
  Причиной издаваемого грохота оказалась, конечно же, Катька, которая, пытаясь сварганить ужин, возилась с посудой.
  - Он у меня ещё получит! - При этом угрожала она, косясь на потолок и грозно потрясая большой двузубой вилкой. - Вот ведь скотина ленивая! Ему бы только на боку лежать! Он у меня долежится!
  - Привет, - поздоровался Карпатов, тем самым привлекая к себе внимание.
  - А тебе чего надо? - Мигом развернувшись к нему, прорычала Катька.
  - Да так, мимо проходил... - пожал плечами Степан.
  - Вот и проходи дальше! - Рявкнула девчонка.
  - Что случилось? - Прямо спросил Степан.
  - Ничего, вали отсюда!
  - А всё-таки?
  - Да чего ты пристал-то?! - Выкрикнула Катька, отбросила вилку, уселась на пол, привалившись спиной к кухонному автомату и разревелась.
  Степан растерянно посмотрел на отчаянную гонщицу, которая буквально неделю назад вышла одна против нескольких, а теперь сидела всхлипывая, трясясь и закрыв лицо руками. Подобного бывший разведчик уж точно не ожидал. Он постарался припомнить хоть что-то, что читал о трудных подростках, но в голову ничего не приходило.
  'Да и какой ребёнок стал бы в такой ситуации проявлять знания психологии...' - Вздохнул он про себя и, ухватившись за эту мысль, спросил себя: 'А что тогда сделал бы ребёнок?'
  Степан уселся рядом с рыдающей девчонкой и легонько дотронулся до её плеча.
  - Кать, - позвал он.
  - Отвали! - Всхлипнула гонщица.
  - Ну, Кать, - не унимался Степан, - ну ты чего?
  - Отстань, сказала!
  - Не отстану, пока не расскажешь, что случилось. - Твёрдо произнёс Карпатов.
  Отняв руки от лица, Катька мокрыми глазами поглядела на сидящего рядом лохматого мальчишку.
  - Тебе-то какое дело? - Бросила она.
  - Может, помочь смогу. - Предложил Степан.
  - Помочь? - Против воли улыбнулась девчонка. - Чем это, интересно, ты сможешь помочь?
  - Ты расскажи, а там - разберёмся.
  От его участливого тона и спокойного взгляда Катька и сама начала успокаиваться. Ей даже стало стыдно, что она закатила истерику перед мальчишкой, которого записала себе в непримиримые соперники.
  - Ладно, - чуть подрагивающим после слёз голосом, сказала она, поднимаясь с пола. - Давай так: я тебе рассказываю, а ты помогаешь мне готовить ужин.
  - Давай. - Согласился Степан, встав следом.
  Катька собиралась делать своё любимое блюдо - спагетти с жареной свининой и овощами. Глянув на её трясущиеся руки, Карпатов отобрал у неё нож и занялся нарезкой самостоятельно, в то время как гонщица с остервенением ломала тонкие макаронины и кидала их в кастрюлю.
  - Твой брат - дурак! - Начала свой рассказ Катька.
  Далее она рассказала Степану душещипательную историю о том, как придумала создать команду, как убедила Брика присоединиться к ней, и как, после долгих и мучительных раздумий, решилась пригласить в команду Лёшку. На этом месте рассказа, Карпатов уже понял, что произошло дальше, но, тем не менее, дослушал Катьку до конца. Как и ожидалось, Алексей в пух и прах разбил все её доводы в пользу вступления в команду, а главным его аргументом было то, что он слишком занят, чтобы тратить время на детские забавы. Впрочем, не забыл он упомянуть и про опасность для здоровья, и про проблемы с властями и даже про необходимость постоянно ремонтировать гравиборд. Слушая его, гонщица постепенно зверела и, наконец, взорвалась.
  - Значит, на это у тебя времени нет, а на то, чтобы, стоя в дурацкой шапке, прислуживать всяким придуркам - есть! - Выкрикнула она.
  - А ты откуда знаешь? - Неприятно удивился Алексей. - Стёпка разболтал?!
  - Я об этом узнала, когда твой Стёпка ещё даже не приехал! А если ты хочешь держать свою работу в секрете - иди работать шпионом! Только тебя всё равно никто не возьмёт - кому нужен парень, готовый наложить в штаны из-за гонки на обычных гравибордах!
  Дальнейшее Катька подробно не описывала, но и так было ясно, что они перешли на личности и разругались окончательно. В конце Лёшка заявил, что не собирается выслушивать оскорбления от человека, который даже не знает, что такое 'ответственность'. Гонщица с этим утверждением не согласилась, и тогда он напомнил, чья сегодня очередь готовить. Вот именно для того, чтобы доказать, как он не прав, Катька и пыталась приготовить ужин, когда вернулся Карпатов, а не металась по своей комнате, выкрикивая невнятные ругательства, как делала это обычно после подобных ссор.
  Степан мысленно укорил Лёшку за его легкомысленные слова, потому как в таком взвинченном состоянии девчонка вполне могла добавить в своё спагетти дополнительный ингредиент в виде её собственного пальца.
  - Да, дела... - покачал головой бывший разведчик, когда Катька закончила.
  - Ну и чем ты собирался мне помочь? - Язвительно поинтересовалась она.
  - Ну... могу пойти и поговорить с Лёшкой. - Предложил Степан.
  - А смысл? Думаешь, что сможешь уговорить его присоединиться к команде.
  - Нет, он никогда не согласится. - Покачал головой Карпатов.
  - Потому, что трус. - Кивнула девчонка.
  - Потому, что у него есть цель. - Поправил её Степан.
  - Цель...? - Растерянно спросила Катька.
  - Да, определённые планы на будущее.
  - И какие же?
  - Не уверен, что могу тебе рассказать, особенно если учесть, что даже сам Лёшка не упомянул об этом в пылу спора. Скажу лишь, что для воплощения этой цели ему требуются немалые средства. Нельзя же винить его за то, что он не собирается рисковать своим будущим только из-за того, что тебе захотелось покататься в команде.
  - Теперь ты уже его защищаешь? - Мигом забыв о готовке, зашипела Катька.
  - Мне нет необходимости его защищать, - спокойно пожал плечами Степан, - но ты же не сможешь заставить его делать то, что он не хочет.
  - Тогда о чём ты собирался с ним говорить? - Напомнила Катька.
  - О том же, о чём и с тобой. Я мог бы разъяснить ему твою позицию. Это бы, конечно, не изменило его решения, но быть может, вы бы хоть перестали друг на друга дуться. - Объяснил Степан.
  - Какое благородное желание - помирить враждующие стороны! - Воскликнула Катька, торжественно возложив ладони Степану на плечи. - Только вот ты забываешь одну маленькую деталь: помощь мне нужна не в том, чтобы помириться с Лёшкой, а в том, чтобы собрать команду!
  - Слушай, Лёшка...
  - Лёшка, да Лёшка - заколебал уже! - Раздражённо рявкнула девчонка. - Я понимаю, что он теперь твой брат и всё такое, но мы постоянно с ним цапаемся, а потом... можно сказать, миримся. До следующего раза.
  - Вообще-то, я хотел сказать, что Лёшка - не последний человек на планете, способный управлять гравибордом. Разве сложно найти кого-нибудь другого?
  - А разве стала бы я просить Лёшку, если бы смогла найти кого-нибудь другого?
  - Слушай, я просто не понимаю, в чём тут сложности!
  - Да в том, что те, кто хочет - уже в командах, а все остальные - либо как Лёшка, либо неудачники типа тех с которыми я гонялась.
  - А как же Брик? - Тут же напомнил Степан.
  - С ним мне повезло. Если бы мы не познакомились, я даже не стала бы пытаться собирать команду, а так нам нужен ещё хотя бы один человек!
  - Всего один? - Уточнил Степан.
  - Как минимум. - Призналась Катька. - Минимально допустимый размер команды - три человека.
  - Ты могла бы взять любого, просто чтобы соблюсти формальности. - Предложил Степан.
  - Нам не нужен первый попавшийся придурок! С таким балластом мы никогда не вылезем из числа неудачников, ведь для того чтобы нормально гоняться с командами, необходимо, чтобы и твоя команда действовала слаженно!
  - То есть тебе нужен человек, умеющий нормально ездить и способный работать в команде. - Подвёл итог Карпатов. - В таком случае, это действительно проблема.
  - Браво! Наконец-то до него дошло! - Воздев руки над головой, воскликнула гонщица. - Так что, если у тебя нет подходящей кандидатуры, то ничем ты мне не поможешь.
  Катька была права, потому как человека, подходящего под эти требования он не знал. Кроме Лёшки, естественно, но этот вариант он не стал бы рассматривать всерьёз, даже если бы не случилось этого скандала с Катькой. Но Карпатов терпеть не мог бросать незаконченные дела, а ведь он обещал хотя бы попытаться помочь.
  - Если хочешь, я могу попробовать. - Предложил он.
  - Ты! - Вытаращила на него глаза Катька, после чего расхохоталась. - А ты хоть раз на гравиборде ездил? - Спросила она, отсмеявшись.
  - Да. - Коротко ответил Степан, чем вызвал новый взрыв хохота.
  - Я имела в виду, не в качестве пассажира. - Немного успокоившись, объяснила она.
  - Я управлял гравибордом Брика, когда мы возвращались с гонки.
  - Ну и что? - Хмыкнула Катька.
  - Из стороны в сторону практически не вилял, никуда не врезался, - пожал плечами Степан.
  Катька внимательно смотрела на стоящего перед ней мальчишку и думала. Степану показалось, что она вновь зайдётся хохотом, но вместо этого, девчонка положила ему руку на голову, взлохматив и без того растрёпанные волосы.
  - Знаешь, Стёпка, спасибо тебе, - произнесла она без обычной насмешливости в голосе, - за то, что пытаешься помочь. Извини, конечно, но ты со своими умениями на первой же гонке либо с трассы улетишь, либо сломаешь себе что-нибудь. Хотя, одно другого не исключает. Но за поддержку спасибо.
  Карпатов не был расстроен отказом, скорее даже наоборот. Он ведь действительно попытался помочь, да и, судя по всему, Катьке стало легче. Она успокоилась, может трезво рассуждать и что-нибудь наверняка придумает. Да и, нет необходимости теперь следить за тем, чтобы она в процессе готовки не отхватила себе палец. Так что дело, как говориться, сделано - кризис миновал.
  Несмотря на то, что спагетти получились довольно вкусными, ужин прошёл в напряжении. Катька бросала на Лёшку полные превосходства взгляды, как бы намекая: 'Ну и кто теперь безответственный?'. А Лёшка, в свою очередь, подчёркнуто не обращал на неё внимания и, между тем, пару раз сказал Степану, что ужин получился неплохой, показывая этим, что он обо всём думает. Остальные же просто ели, мечтая поскорее опустошить тарелки и убраться из-за стола.
  Конечно, ссоры в доме случались регулярно, но именно ссоры Катьки с Лёшкой каким-то образом действовали угнетающе на всех обитателей общежития. Карпатов полагал, что это из-за того, что они тут самые старшие и их разборки вполне могут восприниматься, как ссора между родителями. Конечно, их никто не считал мамочкой и папочкой, но аналогия напрашивалась сама собой.
  
  Пробуждение оказалось резким, но вполне привычным. Во всяком случае, для предыдущей жизни Карпатова. Услышав непонятный грохот, Степан взвился с кровати, пытаясь нашарить руками свой автомат, но, моментально опомнившись, тяжело вздохнул. Прекрасное солнечное утро было омрачено непрерывающейся долбёжкой в дверь, периодически заглушаемой выкриками типа 'Открывай, давай!' и 'Долго дрыхнуть вредно!'
  Подумав, что такая упрямая особа, как Катька, вряд ли отстанет, пока не добьётся своего, Степан нехотя впустил её в комнату.
  - С добрым утром! - Хлопнув его по плечу, поздоровалась девчонка.
  - Ну да... - буркнул Степан.
  - Слушай, у меня к тебе дело. - Заявила она, плюхнувшись на недавно купленное Степаном кресло, сконструированное так, чтобы тело не уставало, после многочасового сидения за работой.
  Сам же Карпатов уселся на краешек кровати и вопросительно уставился на гонщицу.
  - Я вчера вечером с Федькой созванивалась...
  - Э-э, с кем?
  - Да с Бриком. Так он сдал свой гравиборд в ремонт и там сказали, что у него повреждён синхронизатор!
  - Ну и?
  - А без исправного синхронизатора гравидвигатель неправильно воспринимает команды руля!
  - Ну и?
  - А ты вчера сказал, что ездил на его гравиборде не виляя!
  - И что? Мы с Лином и раньше подозревали, что у него что-то не так с управлением - то вправо поведёт, то влево. Но вроде нормально доехали, так что передай Брику, что все повреждения его гравиборд получил до того, как мы его нашли.
  - Да не в этом дело! - Отмахнулась Катька. - Ты же управлял гравибордом без синхронизатора!
  - Ну и?
  - Ты всегда такой тупой, или только когда не выспишься? - Язвительно поинтересовалась гонщица. - Ездить без синхронизатора, всё равно, что лететь на планере с повреждёнными закрылками.
  - Не преувеличивай, гравиборд еле тащился. Лин с Вадиком его быстрым шагом вполне догоняли.
  - А должны были перегнать, потому, как ты обязательно должен был куда-нибудь влететь!
  - Почему ещё?
  - Потому что сломан синхронизатор! - Вскочив с места, крикнула потерявшая терпение Катька.
  - Но я-то никуда не влетел. - Возразил Степан, которому сейчас больше всего хотелось закончить этот бессмысленный спор и освежиться под душем, потому как он был уверен, что теперь уже не заснёт.
  - Вот именно, что не влетел! - Воскликнула девчонка. - А теперь - собирайся!
  - Зачем ещё? - Зевнул Карпатов.
  - Пойдём по парку погуляем. - Улыбнулась Катька.
  - Я, в общем-то, не против, но давай чуть позже, я даже не позавтракал.
  - Тебе бы всё жрать! Собирайся, кому сказала? Чтобы через десять минут был готов! - Рявкнула она и удалилась, хлопнув за собой дверью.
  Степан несколько секунд сидел, приходя в себя после столь неожиданного поворота, после чего, хмыкнув, поплёлся в ванную. Уж от того, чтобы вволю поплескаться в душе, он отказываться не собирался.
  Когда он спустился в прихожую, то обнаружил там Катьку, с недовольным видом поджидающую его рядом с собранным гравибордом.
  - Двадцать две минуты! - Грозно прорычала она, тыча пальцем в настенные часы.
  - Полвосьмого утра! - Степан тоже наставил на часы свой палец. - И сегодня - воскресенье!
  Катька принялась буравить его злобным взглядом, но сообразив, что ничего этим не добьётся, так как мальчишка, приняв скучающий вид, привалился к стене, она ругнулась и вышла на улицу. Степан выскочил из дома следом.
  - Залезай. - Проворчала Катька, встав на гравиборд. - И если я почувствую, что твои руки выше или ниже, чем положено - будешь бежать следом!
  Карпатов лишь кивнул и встал позади девчонки, обхватив её за талию. На гравибордах можно было ездить вдвоём только таким образом и вторая его поездка в качестве пассажира, понравилась Степану намного больше, потому как на этот раз приходилось прижиматься к девушке. С огромным трудом удалось ему укоротить разбушевавшиеся гормоны и успокоить дыхание, так что к концу поездки его выдавали только покрасневшие кончики ушей. Бывший разведчик мог сколько угодно пытаться удержать своё взрослеющее тело в узде, но в период полового созревания это было заведомо невыполнимой задачей. Единственное, что у него получалось, да и то лишь частично, так это контролировать эмоции.
  Как оказалось, Катька привезла их к входу в парк, где он иногда гулял с друзьями. Там их уже ждал Брик, правда, без своего гравиборда.
  - Да, я тебя помню! - Вместо приветствия воскликнул он, после того как пожелал Катьке доброго утра, - ещё раз спасибо за мой гравик.
  - Да что там, - улыбнулся Степан, пожав протянутую руку.
  - Значит, говоришь, ты на нём до самой общаги доехал?
  - Ну да. Было бы быстрее его просто донести, но его слишком покорёжило, и он не собирался, а тащить его разобранным неудобно.
  Брик оценивающе осмотрел Карпатова и кивнул каким-то своим мыслям.
  - Ладно, пойдём! - Произнёс он.
  - Куда?
  - В самую старую часть парка. - Объяснил Брик.
  - А что там?
  - Увидишь.
  Карпатову жутко надоела вся эта таинственность, но он молча последовал за гонщиками. Если детишкам не терпится устроить ему сюрприз, то почему бы не подыграть? Через пятнадцать минут неспешной ходьбы сквозь лес, компания вышла к узкой полузаросшей тропинке, виляющей между деревьями.
  - Вот! - Вытянув вперёд руки, торжественно произнесла Катька.
  - Что 'вот'? - Не понял Степан.
  - Вот это, - Брик указал пальцем на ту самую тропинку перед ними, - тренировочная трасса для новичков. Она проходит через лес по кругу. Мы бы хотели, чтобы ты по ней разок проехался.
  - Зачем?
  - Чтобы, проверить, так ли ты крут, как утверждаешь! - Влезла Катька.
  - Я никогда такого не утверждал! - возмутился Карпатов.
  - В первый раз на гравиборде, без синхронизатора, через полгорода, - начала скучно перечислять Катька.
  - И что такого? - Пожал плечами Степан.
  Гонщики переглянулись и на пару вздохнули.
  - Слушай, - положив ему руку на плечо и нагнувшись, чтобы их глаза были на одном уровне, произнёс Брик, - давай ты просто прокатишься вдоль этой тропинки так быстро, как только сможешь.
  - Зачем это вам? - Подозрительно поинтересовался Степан.
  - Просто интересно. Ну, так как?
  Карпатов скептически оглядел обоих гонщиков. Неужели они настолько отчаялись, что действительно попробуют завербовать в команду новичка? Тем сломанным гравибордом было действительно непросто управлять, но, до сегодняшнего утра, Степан даже не представлял, что для большинства обычных подростков это может быть настолько трудновыполнимой задачей.
  - Хорошо, - согласился он, наконец, решив, что если не будет гнать слишком быстро и не покажет каких-либо впечатляющих результатов, гонщики просто не заинтересуются им в качестве третьего члена команды.
  - Смотри, не поцарапай - убью! - Пригрозила Катька, подведя к нему свой гравиборд.
  Приняв угрозу к сведению, Карпатов встал на платформу и схватился за руль.
  - Посмотри сюда. - Катька прикрепила к рулю какой-то непонятный приборчик с голопанелькой. - Это анти-читер, он есть у всех гонщиков.
  - И что он делает?
  - Мешает мухлевать. На всех трассах, включая и эту, установлены специальные датчики, выполняющие функции чекпоинтов. Если ты пропускаешь поворот, анти-читер это запоминает. Так что не сбивайся с дороги.
  - Надо же, как у вас всё серьёзно. - Подивился Степан.
  - Точно, Лав - парень предусмотрительный. - Кивнул Брик. - Тут, кстати, и секундомер встроен, так что, как будешь готов, жми на панельку и езжай.
  - Можешь дать мне отмашку? - Попросил Карпатов.
  Брик кивнул и, подождав пока Степан подготовиться, взмахнул рукой:
  - Пошёл!
  Гравиборд стремительно сорвался с места, и через несколько секунд его уже было не разобрать за кустами и ветками.
  В своей жизни Карпатову много чем приходилось управлять - от бронекатера и гравитанка, до десантного шаттла. Правда в случае с шаттлом, он умел пилотировать его либо непосредственно в атмосфере, либо в космосе, потому как, для того чтобы проходить на нём через атмосферу планеты без риска превратиться в оплавленную груду металла, нужно быть подготовленным пилотом. А если не считать космического транспорта, то самым сложным в управлении являлся обычный гравибагги. Нет, на хорошей городской дороге им смог бы управлять даже ребёнок, но вот на заданиях редко выдавалась возможность покататься по хорошим дорогам. Чаще всего багги выдавали для преодоления труднопроходимых мест. Оказалось, что с гравибордами ситуация примерно такая же - главное не как на них ездишь, а где.
  Эта лесная трасса, вероятно, не слишком часто использовалась, потому как иногда тропинка становилась просто трудноразличимой. Ко всему прочему, она виляла меж деревьями так, что максимальную скорость Степан не смог набрать даже, если бы захотел. Несколько раз он сворачивал не туда и анти-читер вовсю сигналил красной надписью 'вернитесь на трассу'.
  Тем не менее, Карпатов быстро приноровился к управлению, и проходить резкие повороты, огибать деревья и взмывать над попадающимися на дороге препятствиями, типа ям или брёвен, не составляло для него труда. Всё-таки, выработанные годами тренировок и боевых действий, реакция и интуиция, не сильно ухудшившиеся из-за переноса в новое тело, здорово помогли ему держаться маршрута.
  После очередного поворота Степан пролетел через кусты, оказавшиеся на пути, и увидел, что подъезжает к тому самому месту, откуда стартовал. Когда он остановился, к нему тут же подбежали Катька с Бриком, правда, их больше интересовал анти-читер, показывающий зелёную надпись 'финиш', сам Степан.
  - Ну вот, а ты говорила - срезал! - Воскликнул Брик.
  - Быть такого не может! - Не поверила Катька, но гонщик протянул ей приборчик с развёрнутой на голопанели статистикой.
  - Сама смотри!
  Катька уставилась на таблицу с номерами чекпоинтов, напротив которых было время их прохождения. Общее время заезда составляло четыре минуты двадцать шесть секунд. После внимательного просмотра статистики, Катька, наконец, перевела взгляд на Степана, который в тот момент спокойно стоял под восхищённым взглядом Брика.
  - Что? - Спросил он, когда ему надоела игра в гляделки.
  - Он ещё спрашивает? - Всплеснула руками Катька.
  - Я побил рекорд? - Безмятежно улыбнувшись, спросил Карпатов, внутренне надеясь, что это не так.
  - У тебя средний результат. - Задумчиво нахмурившись, развеял его опасения Брик.
  Степан с трудом удержался от того, чтобы облегчённо выдохнуть.
  - Средний для обычного гонщика. - Ехидно добавила Катька. - А новички типа тебя, проходящие эту трассу в первый раз, обычно тратят не меньше десяти минут, да и врезаются во всё подряд. Кстати, за то, что не угробил мой гравиборд - отдельное спасибо!
  Карпатов удручённо скрипнул зубами - ведь не собирался выпендриваться, а повёл себя как... как... как самый настоящий мальчишка! Во время заезда он забыл обо всём! Нет, он не старался добраться до финиша как можно скорее, просто получал удовольствие от самой езды, испытывал чувство удовлетворения от безукоризненно пройденных поворотов и препятствий.
  - Слушай, - отвлёк его от раздумий Катькин голос, - а твоё вчерашнее предложение войти в нашу команду ещё в силе?
  'Вот как знал, что она об этом вспомнит!' - Мысленно вздохнул Степан.
  - Да, присоединяйся к нам, - Брик дружески пихнул его локтем в бок, - сразу же видно, что гонки - это твоё!
  'Моё ли?' - Спросил себя Карпатов, ещё не забывший испытанных им ощущений - 'Чтож, допустим, что это так. Но может мне просто не хватает адреналина?' - Он попытался припомнить прошлое - вылазки, сражения, погони - но так и не смог ответить на свой вопрос. То была другая жизнь в другом теле, тогда всё воспринималось иначе. - 'Впрочем, что мне мешает проверить? Вдруг, это на самом деле - моё. К тому же, если у меня появится какое-нибудь увлечение, возможно на меня не накатит что-то типа недавнего приступа хандры'.
  Гонщики не мешали Степану думать. Даже обычно навязчивая Катька старалась быть тихой и незаметной, потому как опасалась повторения вчерашней ссоры, произошедшей из-за её напористости и несдержанности.
  - Ну, я в принципе не против. - Наконец произнёс Степан.
  Услышав это, Катька счастливо взвизгнула и повисла у него на шее, а Брик ограничился тем, что одобрительно похлопал его по плечу.
  - Только вот есть небольшая проблемка, - смущённо продолжил покрасневший Карпатов, вырвавшись из Катькиных объятий, - ведь гонять то мне не на чем. У меня нет собственного гравиборда.
  - Ерунда! - Отмахнулась Катька. - Гравиборд - дело наживное!
  Степан вопросительно глянул на Брика.
  - Придумаем что-нибудь, - легкомысленно пожав плечами, ответил тот.
  'На что же я подписался?' - Скептически подумал бывший разведчик, разглядывая двух веселящихся гонщиков.
  
  Глава 16
  
  Степан валялся у себя в комнате, положив руки под голову и уставившись в потолок. Сегодня выдался очень насыщенный событиями день. И теперь бывший диверсант просто лежал, стараясь осмыслить произошедшее, и выстроить свою линию поведения в соответствии с предполагаемым возрастом, не забыв учесть при этом планы на будущее. Вспомнив о планах, Карпатов забуксовал, так как всерьёз об этом старался не задумываться.
  Помотав головой, он решил действовать последовательно и начал заново прокручивать в памяти сегодняшние события. Без сомнения, самым ярким и запоминающимся было утро. Лес, гравиборд, уговоры вступить в команду и согласие. Далее был запоздавший завтрак в каком-то открытом кафе.
  Катька оказалась настолько счастлива и возбуждена от открывшихся перспектив, что и сама не заметила, как очистила целое блюдо с клубничным мороженым. Бриг держался более спокойно и подошёл к делу с прагматической точки зрения, а именно - начал усиленно размышлять, где найти для Степана собственный гравиборд.
  - Где-где? - Хмыкнула Катька. - Пусть купит, ему родаки то небось не меньше чем Лёшке засылают.
  - Не знаю, сколько там засылают Лёшке, - отозвался Степан, - но мне выдали денег перед отъездом с учётом на месяц. Только я их уже почти потратил.
  - Что, все? - Изумилась девчонка.
  - Ну... - попытался припомнить Карпатов, - где-то штуки полторы осталось.
  - Полторы! Так этого вполне достаточно! - Воскликнула Катька, хлопнув ладонью по столу.
  - Ага, для детского трёхколёсного велосипеда. - Проворчал Брик.
  - Можно же в кредит взять, - не поняла его скептицизма Катька. - Не самый хороший, конечно, но главное, чтобы ездил, а там - прокачаем!
  - Чтобы взять что-то в кредит, нужно иметь в персональном удостоверении отметку о совершеннолетии, - тут же осадил её гонщик.
  - А Лёшка рассказывал, что в кредит брал, а ему, между прочим, совершеннолетия надо ждать не меньше чем нам!
  - Вот уж не знаю, как он это сделал, только со Стёпкой это не пройдет, даже если ему накладные усы прилепить, да дату рождения в базах данных подправить. Что, кстати, само по себе стоит порядочно.
  - А может, - попытался вклиниться в спор Степан и, дождавшись, когда оба гонщика обратят на него внимание, продолжил: - может проще подождать, пока мне деньги на следующий месяц придут?
  - Это примерно две-три недели. - Покачал головой Брик. - Мы, конечно не собираемся выходить так скоро, но надо хоть заявить о себе, да и ты обязательно должен потренироваться, а то на первом же выезде размажут.
  - Во-во! - Подтвердила Катька, и задумалась. - Может, займём?
  - У кого? - задал резонный вопрос Брик.
  Катька задумалась вновь и, на этот раз, надолго.
  - Давайте я у Лёшки спрошу, как ему удалось купить гравиборд в кредит? - Предложил Степан.
  - Так он тебе и скажет! - Прорычала Катька ещё не полностью отошедшая от вчерашней ссоры. - Жук ещё тот!
  Брик лишь пожал плечами, мол, попытка - не пытка.
  - Только ты, главное, не говори ему, зачем тебе срочно понадобилось покупать гравиборд. Вообще лучше про гравиборд ничего не говори, а то начнёт опять... - Предостерегла Катька, согласившись с предложением Степана из-за отсутствия собственных идей.
  Карпатов не придал этому совету никакого значения, так как не собирался скрывать от брата своё решение.
  'Рано или поздно всё равно узнает. А если поздно - ещё хуже получится' - Рассудил он.
  
  - Да вы с ума все посходили! - Орал Лёшка, наматывая круги по собственной комнате и активно размахивая руками. - Это что, коллективное помешательство? - Он остановился перед койкой, на краешке которой скромно пристроился Степан, и перевёл дух. - Нет, ну она - это я понимаю, никаких сюрпризов тут нет и быть не может, но ты! Почему?!
  Карпатов встрепенулся. Первый раз за своё гневное и весьма продолжительное выступление Лёшка обратился к нему с конкретным вопросом, требующим конкретного ответа. К подобным приёмам бывший разведчик привык ещё в своей прошлой жизни. Да что там привык, иногда даже сам их практиковал: сначала спускаешь пар и только после этого, выговорившись, переходишь непосредственно к делу. На новобранцев такие разносы производят довольно яркое впечатление, зато ветераны сносят все упрёки, а иногда даже и непечатные оскорбления, равнодушно. Лучше уж дать начальнику выговориться и успокоиться, чтобы он объективно разделил невиновных и виноватых, чем ввязываться в ссору и попасть под горячую руку. Так же как и всегда после подобных выступлений, Карпатов ответил коротко и бесстрастно, только что по стойке смирно не вытянулся:
  - Мне понравилось.
  - Понравилось ему! - Передразнил Алексей. - Ты только один раз попробовал - и уже понравилось! Только гляньте на него! Одного 'понравилось' мало! А если ты упадёшь и сломаешь что-нибудь? А если...
  - Лёшь. - Перебил брата Степан. - Все твои доводы мне прекрасно известны. Скажу больше - со многими я даже полностью согласен. Только вот мне действительно понравилось. Я не уверен, что это то, что может меня увлечь, но я хочу попробовать.
  Спокойный голос Карпатова немного остудил пыл Лёшки, но сдаваться тот явно не собирался.
  - Ты не понимаешь! Я же за тебя отвечаю, причём отвечаю в квадрате: как старший брат и как старший по общаге. Ты уж меня извини, но в обеих этих ипостасях я не могу позволить тебе разъезжать по ночам на гравиборде в компании всяких шизиков! Хоть это тебе понятно?
  Карпатов отлично его понимал. Во всяком случае, собственного сына он бы ни за что из дома не выпустил, приди тот к нему с подобной просьбой. Только вот Алексей не мог считаться его родителем. Нет, Степан ни в коей мере не ставил под сомнение их довольно условную родственную связь и кричать что-то типа 'ты мне даже не брат!' не собирался, хотя ситуация к этому шла. Будь ему по-настоящему тринадцать лет, он бы точно вспылил, выкрикнул нечто подобное, убежал из комнаты, громко хлопнув дверью, после чего жутко устыдился бы своих слов и чувствовал себя виноватым. Тем не менее, Степан даже раздумывать не стал над тем, чтобы и в этот раз действовать как обычный ребёнок. Вместо этого он тяжело вздохнул и опустил взгляд.
  - Да всё я понимаю. - Чуть слышно проговорил он. Чтобы лучше разбирать слова, Лёшка присел рядом. Карпатов улыбнулся про себя, ведь не так-то просто вести доверительный разговор, когда собеседник, нависнув над тобой, гневно таращится сверху вниз. - Помнишь, ты рассказывал мне про свою мечту? Про то, как ты её добиваешься?
  - Ну да. - Неуверенно ответил Лёшка. - Только причём тут это?
  - А вдруг, у меня то же самое? - Степан посмотрел на него своими большими, честными-пречестными глаза. Во всяком случае, он надеялся, что они выглядели именно честными-пречестными. - Вдруг, это - моё?
  - Всё равно не вижу связи. - Буркнул Лёшка. Видимо, честный-пречестный взгляд получился как надо, потому что он отвернулся и уставился в пустоту перед собой. - У меня есть цель, - проговорил он, - а ты собираешься рисковать своим здоровьем и, следовательно, будущим, ради сиюминутной прихоти.
  - Но откуда я могу знать прихоть это, или что-то серьёзное, если я даже не попробовал? - Спросил Степан.
  - Ты так говоришь, будто тебе нужно моё разрешение, - бросив быстрый взгляд на брата, хмыкнул Лёшка.
  - Просто не хочу, чтобы это было причиной постоянных ссор.
  - Знаешь, - задумчиво произнёс Алексей, - ещё в первый день ты показался мне немного странным. Не просто обычным детдомовцем.
  - Ну и что? - Как можно более равнодушным тоном спросил Степан, внутренне холодея. Конечно, он понимал, что правду Лёшка не смог бы узнать ни при каких обстоятельствах, только вот опасение, что он прокололся, никуда не делось. Пусть даже подозрение, оно всё равно могло перечеркнуть всё, чего Степан успел добиться. Он уже практически обжился здесь, и ему бы очень не хотелось, чтобы его перестали считать своим.
  - Да ничего. - Пожал плечами Лёшка. - Просто вспомнилось. Даже не знаю, что на самом деле произошло у тебя в прошлом, и правдивы ли причины твоего недавнего уныния, да и знать не хочу. Когда я поделился своими подозрениями с Лином, он сказал, что каждый имеет право на тайну, и он прав. И если эти гонки помогут тебе забыть... то, что ты хочешь забыть, или что там у тебя... короче - мешать не стану.
  - Правда? - Только и смог произнести Карпатов, удивлённый тем, в какую сторону свернули мысли Алексея. Интересно, что же он такого успел себе напридумывать?
  - Да, делай что хочешь. - Кивнул брат и тут же спохватился: - в разумных пределах, разумеется. И будь осторожен на этих гонках, надеюсь, они быстро успеют тебе надоесть.
  - Спасибо. - Кивнул Степан. Он действительно был благодарен за искреннюю заботу со стороны человека, с которым познакомился всего пару недель назад. Но, конечно, не забыл он и о деле: - Слушай, так что там у тебя с кредитом?
  - Проще простого! - Улыбнулся Лёшка. - Попросил оформить его на себя одну знакомую, с которой вместе работаю, ей-то уже девятнадцать. Так что кредит на её имя, и я вносил плату как бы от её лица.
  - Да... - протянул Карпатов, поражённый тем, что сам не смог до этого додуматься. С другой стороны, надо не только додуматься, но и подходящего человечка найти, а вот надёжных знакомых среди взрослых у него пока не было, так что от Лёшки он выходил в состоянии глубокой задумчивости.
  Спустя некоторое время, Степан понял, что вариант с кредитом отпадает. Слишком мало он пробыл на этой планете, не обзавёлся полезными связями и знакомствами. Имеется ввиду - среди взрослых. В самом деле, не просить же того недоделанного агентишку, которого послали за ним приглядывать?
  Перебрав ещё несколько вариантов, которые так же не подходили для ребёнка, Степан удручённо вздохнул. Ему совершенно не хотелось делать это, но другого варианта он не видел. Дело в том, что у Степана Карпатова были деньги. Имеется ввиду, в прошлой жизни. Конечно же, все средства, лежащие на его банковском счету, были завещаны его детям - и это вовсе не жалкие гроши, а вполне реальные средства. Конечно, далеко не состояние Мастерсов, но Степан надеялся, что и этого вполне хватит на обустройство взрослой жизни, когда дети, достигнув совершеннолетия, получат доступ к своим счетам.
  Однако, между тем, у Карпатова имелся и тайный счёт, о котором не знал никто. Он не требовал подтверждения личности с помощью сканера сетчатки или отпечатков пальцев, ведь предполагалось его использование на вражеской территории без риска себя раскрыть. Зато он был защищён двумя длинными паролями и десятком контрольных вопросов. Ничего из этого Степан не забыл.
  Проблема заключалась в том, чтобы снять с него деньги незаметно. Поход в банк отпадал, потому как общение с персоналом могло привести к нежелательным последствиям, например к заинтересованности действиями своего подопечного генерала Шубейко. В то, что младший агент - единственный, кто ведёт наблюдение, Степан уже не верил. Тот парень более всего подходил на роль отвлекающего фактора, а чтобы осуществлять слежку, вовсе не обязательно делать это подобным дедовским методом. Правда Карпатов пока не обнаружил в доме ни одной скрытой камеры, но это говорило только о том, что на данный момент он не слишком выбивается из образа.
  А что подумает генерал, если узнает, что его бывший любимый подчинённый снимает деньги с неизвестного счёта? Уж не вооружиться ли он решил? Ведь так горевал из-за отсутствия оружия в их последнюю встречу! Степан до сих пор крыл себя непечатными словами за тот момент слабости и растерянности, хотя и понимал, что тогда, только привыкая к новому телу, был ещё не совсем адекватен.
  Именно по этой причине следовало действовать через банковский автомат - в некоторых ситуациях обмануть машину намного проще, чем человека. Но и для этого требовалось соблюсти некоторые правила безопасности. Голопанель банкомата в автоматическом режиме считывала отпечатки пальцев. Если человек был в перчатках, камера, до этого работавшая в пассивном режиме, начинала очень даже активно записывать и сканировать потенциального хакера-грабителя. Если его лицо было прикрыто, следовал сигнал на пульт охраны правопорядка. Так как банкоматы ставились в основном в людных местах, прибытие милиции можно было ждать в течение минуты.
  Конечно же, Степан знал способы обойти эту защиту, тем более воровать чужие деньги он не собирался - лишь снять свои. Для того чтобы сканер голопанели не смог снять достоверный отпечаток, он покрасил подушечку большого пальца зеркальной губной помадой, искривляющей сканирующее излучение. Большого - потому что его отпечаток он примерно соответствовал размеру отпечатка указательного пальца взрослого человека. Конечно, набирать данные, используя один только большой палец, было не слишком удобно, но Степан знал массу намного более неудобных вещей, так что особых затруднений не вызвало и это.
  Для полноценного сохранения инкогнито, он натянул кепку и, во время процесса съёма наличности, старательно подставлял под объектив камеры банкомата её большой козырёк. Других камер он не опасался, потому как снимал деньги там, где банкомат был скрыт от остальной улицы углом магазина.
  Карпатов взял сразу сто пятьдесят тысяч - на всякий случай - и, припрятав их во внутренний карман ветровки, быстренько удалился. Операция по захвату честно нажитого капитала прошла успешно, и без каких-либо осложнений. Что естественно, ведь готовился Степан к ней почти сразу после того, как оказался на Монблане. Заранее закупил всё необходимое, а подходящий банкомат заметил во время прогулок с Вадиком и Лином. Конечно, тогда он не знал, зачем ему могут понадобиться деньги, но рассудил, что возможность быстрого и незаметного доступа к наличным лишней не будет.
  
  Большую часть дня Катька провела с Бриком. Казалось бы, что может быть естественнее парочки прогуливающейся в парке погожим воскресным деньком? Но с этой парочкой данное утверждение оказалось слабо сопоставимо. Двое гонщиков обсуждали перспективы и сложности создания команды, причём делали это, активно жестикулируя и не гнушаясь крепких словечек, так что многочисленные прохожие старались обойти их стороной.
  Естественно, больше всего внимания уделяли они необходимости найти третий гравиборд. Ну и ещё Катька, мечтательно закатывая глаза, постоянно сбивалась на то, как будет учить новичка правильно ездить. При виде её садистской ухмылки даже такому уравновешенному и, в целом, далеко не трусливому парню как Фёдор становилось не по себе.
  Наконец, когда уже начало вечереть, гонщица встрепенулась и задумчиво уставилась на колышущуюся листву ближайшего дерева.
  - Ты чего? - Удивлённо спросил Брик.
  - Кажется, есть один вариант, - туманно отозвалась она.
  - Какой?
  Катька медленно перевела на него взгляд.
  - Не скажу, пока не проверю, - продолжила нагнетать таинственности она.
  - И когда ты проверишь?
  - Прямо сейчас и займусь! - Заторопилась Катька. - Значит, пока! Завтра созвонимся!
  Помахав, на прощание рукой, она побежала к выходу из парка, оставив Брика недоумённо таращиться ей вслед.
  В том, что она не стала сразу болтать о своих планах, гонщица не раскаивалась, всё же вариант был крайне сомнительный и чрезвычайно ненадёжный. Дело в том, что она уже несколько раз замечала, что организатор гонок Лав неосознанно выказывал ей знаки внимания, что говорило о том, что он ей, как минимум, симпатизирует. О максимуме Катька предпочитала не думать, потому как и сама прекрасно сознавала, что на фоне каких-нибудь 'Ласточек' смотрится гадким утёнком. Да и об отношениях с кем-либо она тоже ещё не задумывалась.
  Сейчас же, ей пришла на ум идея немного поэксплуатировать симпатию Лава, если она, конечно, есть, в своих целях - то есть предложить проспонсировать новую команду. Конечно, в успех этой затеи она и сама не очень верила, но ещё меньше она верила в то, что Лёшка сможет подсказать Стёпке что-нибудь дельное.
  Добравшись до дома, она уединилась в своей комнате и, отыскав номер Лава, позвонила ему, однако напоролась на автоответчик. Но, всё ещё пребывая в порыве энтузиазма, она продолжила попытки, но так ничего и не добилась.
  - Привет, Лав, это Кэт. У меня к тебе небольшое дело появилось, перезвони, пожалуйста, как только будет возможность, - уняв раздражение и выжав из себя остатки вежливости, в конце концов, надиктовала сообщение гонщица.
  Вообще, быть в положении просительницы было для неё довольно унизительно, но ради дела Катька сумела превозмочь гордость. Именно поэтому отсутствие результата злило её ещё больше, и злость эта требовала выхода. Чтобы хоть как-то её выместить, она уже собралась наведаться к Сидни, который по своему обыкновению сидел у себя и что-то читал, но тут неожиданно вовремя вернулся Степан. Мальчишка отсутствовал где-то целый день, так что она заторопилась вниз, поинтересоваться как его успехи.
  
  Домой Карпатов вернулся только вечером - осторожничал, хотел, чтобы даже его неопытный соглядатай не смог точно сказать, в какую он вообще сторону ходил. Лин ещё не вернулся от своих, поэтому Карпатов быстренько, чтобы не попасться на глаза Катьке с котлетой денег в кармане, убежал к себе. Запершись, он спрятал наличность в так же заранее подготовленный тайничок, после чего завалился на свою раскладушку и принялся усиленно думать о своих действиях, поочерёдно разбирая события этого, неожиданно суетного, дня.
  Ну и, разумеется, спокойно подумать ему было не суждено - в дверь, с частотой игломёта, заколотила Катька.
  - Ну, посоветовал тебе чего этот хмырь? - Сразу взяла быка за рога она, влетев в комнату и заняв единственный стул.
  Вернувшись на раскладушку, Карпатов нехотя рассказал о способе Лёшки.
  - Вот жучара хитрый! - Цокнув языком, воскликнула Катька. - И где ты думаешь найти идиота, который на это согласится?
  - Уже нашёл, - нехотя ответил Степан, - только не спрашивай кого. Спонсор пожелал остаться анонимным. - С этими словами он достал из кармана несколько купюр и помахал ими перед носом гонщицы.
  Неожиданно для себя Карпатов заметил, что вид обескураженной Катьки, завороженно на него таращащейся, доставляет ему удовольствие. Подобного чувства он не испытывал с тех пор как ещё давным-давно, в учебке, побеждал в спорах или соревнованиях. Впрочем, поностальгировать всласть ему не дали.
  - Сколько там? - Чуть ли не шепотом спросила оторвавшаяся от завораживающего зрелища Катька.
  - Двадцать, - ответил Карпатов, спрятав деньги обратно, - должно хватить.
  - Хватит, ещё как! - Воскликнула девчонка, резко вскочив и опрокинув при этом стул, после чего начала возбуждённо метаться по комнате. - Даже на приблуды останется! Как купим тебе гравик, я тебя в одно место отведу - там его можно и до ума довести, а можно вообще так переделать, что с базовой моделью ничего общего не останется!
  Степан слушал неиссякаемое Катькино трещанье и улыбался. Девчонка действительно любила то, чем занималась и сейчас, без своей напускной грубости, она была так же естественна, как и на трассе. Этот контраст не укрылся от Карпатова ещё во время гонки, но сейчас он получил возможность понаблюдать за этим преображением на расстоянии вытянутой руки.
  
  Младший оперативный агент Кирилл Суслов был в тупике. Перед ним стояла задача, и он не знал, как к ней подступиться. На Монблане было всего два источника, откуда он мог почерпнуть информацию об объекте: местное отделение Управления и непосредственно окружение объекта. Первый отпадал сразу, так как излишнюю инициативу в рамках четко указанного задания там не поощряли. Ну а насчёт второго - Суслов уже успел переговорить с классной руководительницей Мастерса и директрисой его школы. Каких-либо полезных сведений это не принесло, правда, в случае с молодой учительницей он хотя бы получил удовольствие от общения.
  Теперь Суслов планировал следующий шаг и подбирал кандидата для его осуществления. На этот раз он решил переговорить с теми, кто контактирует с объектом чаще всего. Два пацана, с которыми Мастерс гулял после школы для этой роли не подходили - вряд ли они стали бы откровенничать о своём друге с незнакомцем, а потом бы и ему об этом рассказали. Кирилл и сам не понимал почему, но ему очень не хотелось в очередной раз проколоться в глазах мальчишки. Поэтому действовать следовало осторожно, а цель выбирать тщательно.
  Наконец, оптимальным вариантом он счёл рыжую девчонку, ровесницу Мастерса, которая жила с ним в одном общежитии. После недолгих раздумий, он решил вновь использовать образ задействованный ещё в школе.
  - Милиция, старший лейтенант Кириненко, - сверкнув корочкой, представился он, преградив путь выбранной девчонке, которая как раз возвращалась с прогулки.
  Место он специально выбрал такое, чтобы из расположенного на соседней улице общежития их не было видно - всё же мальчишка умел и любил преподносить неприятные сюрпризы.
  
  Тоська резко затормозила перед преградившим ей дорогу милиционером, удивлённо хлопая глазами.
  - Простите, вы ведь живёте в том доме? - Спросил тем временем милиционер, указав на видневшуюся за соседскими домами крышу четвёртого общежития.
  - Да, - осторожно кивнула Тося. Причин опасаться работников правоохранительных органов она не имела, а потому не видела смысла отпираться.
  - У меня есть несколько вопросов насчёт одного из ваших соседей.
  - Опять Катька что-то натворила? - вырвалось у девчонки.
  - Какая ещё Катька? - Уточнил агент.
  - Ну, Лаврова же! - Объяснила Тося.
  Опять эта Лаврова, - подумал Суслов, вспомнив, что и директриса называла эту фамилию.
  - Нет. Меня интересует Стивен Мастерс.
  - Стёпка? - Удивилась девчонка, но быстро взяла себя в руки и воскликнула: - Он ни в чём не виноват!
  - Наверное, вы меня не так поняли, я его ни в чём и не обвиняю, - примирительно сказал агент, после чего выдал озвученную ещё в школе причину своего интереса.
  - Это неправильно, так относится к людям только из-за их происхождения, - нахмурившись, произнесла Тося.
  После этого утверждения, Суслова посетило ощущение дежа-вю - классная руководительница Мастерса отреагировала примерно так же.
  - Возможно, вы правы, - развёл руками он, - но начальству, как всегда, виднее. Итак, что вы можете рассказать о своём соседе?
  - Ну, он... - протянула девчонка, собираясь с мыслями, - он, вроде как нормальный.
  - Нормальный?
  - Ну да. Мы с ним не так близко знакомы, чтобы я знала о нём что-то конкретное, но ничем особенным он не выделяется.
  - И всё же, нельзя ли поподробнее? - Попытался надавить на жалость Кирилл. - Мне нужно хоть что-нибудь для отчёта.
  - Он немного стесняется выступать перед классом, - начала перечислять Тося, - умеет готовить макароны по-флотски, везде ходит со своими дружками, постоянно забывает вытирать ноги, прежде чем заходить в дом, так что же ещё...
  Поняв, что чего-то действительно интересного он тут не узнает, Суслов решил свернуть беседу.
  - А что, эта Лаврова тоже с вами проживает? - Напоследок спросил он.
  - Ещё бы, - фыркнула Тоська. Попрощавшись, Суслов оставил её в покое. Конечно, он ожидал услышать что-нибудь более полезное, но и совсем бессмысленным этот разговор назвать было нельзя. У него, наконец, появилось то, что он тут же нарёк 'зацепкой'. Уже второй раз всплыла некая Лаврова, и младший агент, сходу отвергнув возможность простой случайности, решил проверить, что же она из себя представляет. Так как это имя было произнесено в определённом контексте, начать он решил с детской комнаты милиции.
Оценка: 6.83*86  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  О.Герр "Защитник" (Любовное фэнтези) | | Н.Самсонова "Запечатанное счастье" (Любовное фэнтези) | | П.Працкевич "Код мира (2) - Между прошлым и новым" (Научная фантастика) | | К.Вэй "По дорогам Империи" (Боевая фантастика) | | Д.Коуст, "Как легко и быстро сбежать от принца" (Любовное фэнтези) | | М.Атаманов "Искажающие реальность" (Боевая фантастика) | | Д.Деев "Я – другой" (ЛитРПГ) | | П.Працкевич "Код мира (1) – От вора до Бога" (Научная фантастика) | | А.Михална "Путь домой" (Постапокалипсис) | | П.Працкевич "Кровь на погонах истории" (Антиутопия) | |

Хиты на ProdaMan.ru Тайны уездного города Крачск. Сезон 1. Нефелим (Антонова Лидия)Счастье по рецепту. Наталья ( Zzika)��Застрявшие во времени��. Анетта ПолитоваБукет счастья. Сезон 1. Коротаева ОльгаНа грани. Настасья КарпинскаяВ объятиях змея. Адика ОлефирИЗГНАННЫЕ. Сезон 1. Ульяна СоболеваАромат страсти. Кароль Елена / Эль СаннаСлепой Страж (книга 3). Нидейла НэльтеОтборные невесты для Властелина. Эрато Нуар
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "То,что делает меня" И.Шевченко "Осторожно,женское фэнтези!" С.Лысак "Характерник" Д.Смекалин "Лишний на Земле лишних" С.Давыдов "Один из Рода" В.Неклюдов "Дорогами миров" С.Бакшеев "Формула убийства" Т.Сотер "Птица в клетке" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"