Верди Алеф: другие произведения.

Дети звезд

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фанфиков на Фикомании
Продавай произведения на
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Это мое первое законченное произведение длиннее рассказа. Сергей Яновский даже не подозревал, кем он окажется на самом деле...


Глава 1.

  
   "Я не помню, как я родился", - как будто это что-то особенное, гласил эпиграф к аккаунту в соцсети.
   Я начал замечать странное еще в 1999 году, когда учился в Бауманке на третьем курсе. Именно тогда мне впервые попалась на глаза странная картина: активный и талантливый молодой человек, вроде бы живущий счастливой жизнью, но абсолютно несчастный внутри, окруженный подпевалами, которые тянут его на дно, и при этом немного не в фокусе - слабо соображающий, что вокруг происходит, но верящий, что именно подпевалы ведут его в светлое будущее.
   Тогда мне стало не просто любопытно, я полез знакомиться с "подпевалами". И практически сразу же они начали меня подталкивать в сторону все того же дна; являя собой почти монолитную по факту стену, на публике показывали свою разрозненность (это достигалось разными способами, но основной из них - подпевалы делали вид, что спорят друг с другом, при этом на глубинном уровне они явно придерживались одного и того же мнения).
   Мне удалось вырваться от них. Замеченному мной парню - нет.
   Через десять лет я встретил его снова. Подпевалы все так же рассказывали ему сказки, но это были уже другие подпевалы. В частности, они убедили его в существовании магии, и в то, что магическим обрядом можно наколдовать себе жену (он женился на той, которую ему предоставили подпевалы, и считал это любовью), они устроили его на работу, которая выжимала из него все соки. Еще через полгода жена сбежала от него со всеми его сбережениями, подпевалы отдалились, и в этот момент он позвал меня провести с ним выходные в его родном городе.
   Мрачная двушка в Нижнем Новгороде, в которой мы остановились, была якобы его родной квартирой. Парень был сам на себя не похож: нервный, пассивный, плачущийся о том, что хорошее пиво слишком дорого (я купил ему пива нужного сорта, мне это было не сложно). Он рассказывал - срываясь на крик - как его жена ушла от него и как он хочет всем мстить, при этом с трудом выходил из дома, смотрел телевизор и сидел в интернете целыми днями. Мы пошли жарить шашлыки с ним - в середину зимы - и он немного оттаял. Подпевал рядом с ним уже не было, и от него самого осталась одна оболочка. Едва ли он мог хотя бы спеть песню, не то, что написать, как это водилось за ним десять лет назад.
   Еще через полгода он не помнил ни что учился в Бауманке, ни нашу с ним поездку в Нижний Новгород.
   Еще через полгода он пропал, и мне не удалось его отыскать.
   Я видел нескольких похожих на него парней, окруженных подпевалами, но не сближался с ними. А теперь вот этот аккаунт в соцсети чем-то царапает.
   Что особенного для этого парня в том, что он не помнит своего рождения? Практически никто не помнит.
   Я закрыл страницу и задумался. Влезать в эту историю или не влезать? Я уже не молод, скоро сороковник, а с подпевалами не смог справиться и в молодые годы, только уйти от них, так что вытащить от них этого молодого человека - а они отметились в комментах к его записям - едва ли получится. Но надо же что-то делать.
   Да, я забыл представиться, прошу прощения. Я - Сергей Яновский, технический писатель в АО "СберТех", никакого отношения ни к органам внутренних дел, ни к внутренней разведке, ни к каким бы то ни было силовым структурам не имею. Неспортивный, не семейный (разведен), стареющий интеллигент да и только. Но тяга к приключениям еще не выветрилась из крови, так что решено: буду налаживать связи с очередным странным типом!
   Я выключил компьютер и встал, собираясь налить себе чаю на кухне, как вдруг в дверь позвонили. Кто бы это мог быть?
   Я вышел в прихожую и заглянул в глазок. На лестничной площадке стоял типичный подпевала: толстый низенький лысоватый мужичонка в косухе с самодовольной усатой физиономией. Что ему у меня понадобилось вдруг?
   - Кто там?
   - Мосгоргаз, откройте.
   - Я никого не вызывал из Мосгоргаза.
   - Откройте.
   Голос звучал гипнотически. Я сам не заметил, как провернул ручку и распахнул дверь. Опомнившись, попытался закрыть ее обратно, но мужичонка поднял руку с баллончиком и пшикнул мне в лицо. Перед глазами все закружилось, а потом меня накрыла темнота.
  
   Приходил в себя я медленно и кусками. Сначала неразборчивые звуки, потом ощущения от лежащего тела, потом осознал, что по закрытым глазам бьет яркий свет. Я с трудом разлепил веки и попытался сфокусировать зрение. Вокруг было что-то вроде больничной палаты: несколько коек, лежащие на них люди, и я в халате и привязан за руки и за ноги веревками к такой же койке, как и стоящие вокруг. Во рту словно хлоркой прополоскало, сухо и мерзкий привкус. Голова чуть кружится, хорошо еще, не тошнит.
   - Как же мы вас пропустили-то, - склонилась надо мной пухлая санитарка в голубом халате. - А ну-ка дайте укол вам сделаю.
   - К-какой укол, - прохрипел я.
   - А витаминчики, - ухмыльнулась она, - подставляйте попу.
   Мысли ошарашенно путались в голове. Где я? Как я сюда попал? Кто все эти люди?
   С противоположной койки раздалось кряхтение, и показался старик, неловкими движениями севший прямо. Старик выглядел жутко: худой как скелет, обвисшая морщинистая кожа болтается вдоль лица и трясущихся рук, выглядывающих из рукавов халата. Старик что-то прошамкал и попытался встать, но его качнуло обратно на кровать.
   - Давайте, давайте, подставляйте попу, - строго, но как-то мурлыкающе понукала меня санитарка.
   - Где я?
   - А то не знаете сами. Ну же, шевелитесь.
   В конце концов ей надоело меня уговаривать, и она вколола "витаминчик" прямо мне в бедро. Больно жутко, но еще страшнее неизвестность окружающего мира. Почему я связан? Кто облачил меня в халат?
   Старик на противоположной койке еще раз попытался встать, но свалился на кровать и забился в судорогах. К нему тут же подлетели две санитарки, одна в синем халате, другая в белом, и начали привязывать примерно так же, как и меня.
   Тут я обратил внимание на собственную руку. Она тоже оказалась покрыта морщинами.
   Да что происходит-то, в конце концов?!
   По телу от места укола расползалось деревянное ощущение, как будто нервы превращаются в ледяные веточки. Меня начало клонить в сон, и я снова закрыл глаза.
  
   Следующее пробуждение оказалось еще хуже предыдущего. Меня трясло. В голове как будто раскрылся мерзкий пузырь воздуха и так и застрял под черепом. Привязанные руки и ноги никуда не делись. Прямо надо мной склонился еще один старик и, улыбаясь, изучал что-то на моем животе. Было жутко.
   - Где я? - прохрипел через силу.
   - Ты превращаешься, - каркнул старик, нависший надо мной.
   Я посмотрел на свои руки. Морщин на них стало еще больше. Нестерпимо хотелось в туалет.
   - Развяжите меня!
   Неожиданно рядом оказалась санитарка в голубом.
   - Будешь себя хорошо вести?
   - А что значит "хорошо"? - осторожно пробормотал я.
   - Не драться, не ругаться, не спрашивать пациентов о личном, - отрапортовала санитарка.
   - Конечно, - с натугой произнес я.
   - Полежи еще чуть-чуть.
   И тут я не выдержал.
   - Но я хочу в туалет! Что, если я нассу вам прямо в кровать?
   Как на меня это не похоже. Быстро же довела меня до ручки окружающая действительность.
   - Так бы сразу и сказал, - принялась развязывать меня санитарка. - Осторожней, не дергай руками. Какие крепкие узлы тебе Галина тут навязала.
   Наконец-то мне удалось встать. И тут же меня шатнуло обратно на кровать, совсем как давешнего старика. Кстати, тот, что рассматривал мой живот, теперь сидел на соседней кровати справа. Слева от моей кровати была стенка.
   Санитарка подхватила меня под руку и помогла подняться.
   - Пойдем, осторожненько.
   Я удивился, какой она была сильной. Маленькая пухлая женщина тянула меня как ни в чем не бывало. Через выход из палаты в мрачный, окрашенный синим коридор, потом направо к туалету на три толчка.
   С помощью санитарки я сделал свои дела, поражаясь слабости, охватившей мои неожиданно морщинистые руки.
   - Кто меня сюда привез? - старательно выговорил я.
   - Все вопросы к врачу, - ответила она. Я почувствовал зарождающееся раздражение в груди. Какие врачи! Меня заперли неизвестно где неизвестно кто, довели до состояния, в котором я не узнаю сам себя, и у них тут еще, оказывается, какие-то врачи есть! Надо бежать, надо срочно бежать отсюда. Но как? Если я даже не знаю, где это все находится? И из одежды у меня только халат.
   Санитарка отвела меня обратно на кровать. Я плюхнулся на нее и принялся оглядываться. Все расплывалось перед глазами. В палате стояло десять кроватей, восемь по стенам, включая стену с окнами, и две посередине. На кроватях лежали худые, морщинистые старики, изредка покряхтывая на разные лады. В проходе между кроватями застыл в скрюченной позе еще один старик, он смотрел в пол белесыми глазами и подрагивал всем телом.
   Меня мутило и клонило обратно в сон. Решив поддаться этому желанию, завернулся в тощее одеяло и уронил голову на подушку. Лежать на боку было неожиданно удобно, и я заснул.
  
   Проснулся, похоже, среди ночи: темнота, тускло горит лампочка над входом в палату. Надо мной склонилась санитарка, она-то меня и разбудила.
   - Пойдем к врачу, Яновский, - прошептала она.
   Я с трудом поднялся. Надо же, посмотрим, какие у них тут врачи. Санитарка уже привычным мне жестом подхватила меня под руку и повлекла на выход. По тому же депрессивному коридору в другую сторону, мимо дверей в палаты, мимо столов, на которых стояли перевернутые стулья, мимо еще каких-то обшитых железом дверей к еще одной двери у тупика, которым заканчивался коридор.
   - Заходи.
   Внутри маленькой комнатушки практически все пространство занимали стол, несколько шкафов и стулья. За столом в кресле сидел пухлый невысокий мужчина с лысиной, тот самый, которому я так неосторожно открыл дверь недавно.
   - Садись, Яновский, - строго сказал он. Я послушался. Меня обуял какой-то иррациональный страх перед этим человеком. - Поскольку ты все равно все забудешь, я тебе сейчас объясню, что происходит, чтобы ты не рыпался и сотрудничал.
   - Сотрудничал? - каркнул я не своим голосом.
   -Да, именно так, - кивнул он. - Дело очень простое. Есть на этой планете некоторое количество людей, отличающихся от всех прочих. На твою беду, ты относишься к этим неудачливым людям.
   У меня закружилась голова. Неужели у меня были собственные подпевалы, а я этого не замечал?
   - Все, что тебе нужно знать, Яновский - что эти люди имеют способность менять свое тело. Процесс похожий на линьку. Сейчас ты выглядишь как морщинистый старик, а через несколько дней очнешься подростком с другой внешностью. Некоторые ухитряются менять даже пол, за тобой такого пока не было замечено. Ты у нас уже в третий раз наблюдаешься. К тому моменту, как ты станешь подростком, ты забудешь все о своей нынешней жизни. Мы подкорректируем твои воспоминания о действительности - ты все равно этого не запомнишь - и отдадим тебя в приемную семью, где жизнь твоя начнется заново. Весь процесс уже отработан до мельчайших деталей. Некоторые из вас доходят до того, что превращаются в маленьких детей. С ними проще. Ты всегда возвращался в подростка.
   - Сколько мне лет в таком случае? - прохрипел я.
   - Не знаю точно, мы достали... Прости, наткнулись на тебя относительно недавно, до этого тебя курировала другая команда. С нами ты провел 56 лет, но известно, что тебе более 190, как и всем нашим пациентам. Новых не появлялось уже очень давно.
   Полученные сведения меня ошеломили. В голове не укладывались такие вещи. Если перебрать воспоминания моего детства, ничто не указывало, что прошло оно в более раннее время, чем заявлено в моем паспорте.
   - Почему я помню свое детство в 80-х в таком случае?
   - Психика подстраивается, - пожал плечами толстяк. Явно врет. И тут я вдруг услышал какой-то шепот:
   "Какая разница, все равно из подростка превратится в грудничка и тогда уже точно отправится в приемную семью, и детство помнить будет. Но знать ему об этом не обязательно".
   Шепот раздавался как будто голосом толстяка. Я дернулся, прислушиваясь.
   - Вот, уже прислушиваешься к голосам, - вслух сказал толстяк. - Процесс пошел. Нам нужно от тебя сотрудничество, чтобы не поломать тебе тело.
   - Но зачем вы за нами наблюдаете? - не удержался я.
   "Как же, брось таких без внимания, набежит сразу толпа шпионов и к себе в страну увезет, такое-то сокровище" - вроде как подумал толстяк. А вслух сказал:
   - Для поддержания порядка. Уже давно разработаны лекарства, чтобы облегчить таким, как ты, переход между возрастами. Твое дело - слушаться санитарок и принимать все лечение как должное. И тогда у нас с тобой не будет никаких проблем.
   "Еще бы, ты не такой буйный, как некоторые".
   Я смутился. Никогда не думал, что восприму "комплимент" о собственной небуйности как тыкание в недостаток. Но как-то верится с трудом в то, что "лекарства" именно что облегчают состояние.
   - Почему же мне тогда так хреново?
   - Это еще цветочки по сравнению с тем, что было бы без медикаментов, - улыбнулся кровожадно толстяк, и мне как-то сразу поверилось, что мои мучения доставляют ему удовольствие.
   "Кто же я такой на самом деле?" - подумал я. - "И почему информация от толстяка не вызывает во мне удивления?"
   - Ты, наверное, сейчас недоумеваешь, почему так спокойно воспринял правду, - будто видя меня насквозь, с серьезным видом продолжил толстяк. - Я тебе объясню. С тобой это происходит уже не в первый и не в третий раз, и какая-то память на клеточном уровне у тебя сохранилась. Ты просто знаешь, что я говорю правду, потому что такое с тобой уже случалось. Тебе повезло: ты становился подростком каждый раз. Некоторые из "старичков" просто обрастают морщинистой кожей, а потом сбрасывают ее и оказываются копиями себя в молодости. А память теряют почти что полностью.
   "Да просто сбоит у них этот механизм и в детей превращаются не так сразу, как этот пацан", - услышал мысли толстяка я. Меня зазнобило от ужаса. Это получается, всю свою жизнь я был под присмотром организации этих - не знаю, кто они такие - и они контролировали меня целиком и полностью, с младенчества и до сегодняшнего дня.
   - Почему это происходит?
   "Изнашиваетесь вы от своих превращений, вот почему", - подумал толстяк, а вслух сказал:
   - Этого вам не стоит знать. Марья Петровна, отведите пациента к его кровати.
   Санитарка вынырнула откуда-то сзади, взяла меня под локоть и потянула к выходу.
   - Подождите... подождите! А как же вы находите подходящие семьи, которые соглашаются взять младенцев на руки?
   На лице толстяка отразилось удивление.
   - Вот значит как, - пробормотал он себе в усы. - Ну ничего, повысим дозу на этот раз. Марья Петровна, запишите, Яновскому капельницу раз в день.
   И тут только до меня дошло, что я выдал информацию, которая не говорилась вслух. Грубо говоря, подставился. Я почувствовал, что бледнею. Еще и капельниц мне тут не хватало... Надо бежать, но как? Как бежать, когда даже собственное тело тебя предает и готовится мутировать в младенца? Я дернул рукой, в которую вцепилась санитарка, и неожиданно почувствовал, что меня отпустили. Возникло ощущение, что тело как будто истончается, становится прозрачным - именно ощущение, но чуть позже я бросил взгляд вниз и увидел, что действительно становлюсь прозрачным, и даже моя нога стоит теперь посреди стула, как будто я утратил материальность и вишу в воздухе.
   - Марья Петровна! - предупреждающе воскликнул толстяк и нажал что-то под столом. Меня придавило тяжестью, нога выскочила из стула, от чего я потерял равновесие и со стоном рухнул вниз. - Капельницу срочно!
   Я почувствовал, как чьи-то руки вцепились мне в плечи, и потерял сознание.
  
   Как уже повелось, очнулся я на кровати с привязанной к ней рукой, в которую воткнулась игла капельницы. От иглы по телу расходилось все то же ощущение, как будто нервы превращаются в холодные стебельки, пронизывающие все тело. В голове было мутно. Одно я знал совершенно точно: толстяк мне врал, и надо бежать отсюда, пока не поздно. Вот бы сейчас снова превратиться в полуматериальное существо и уплыть отсюда через стену! Я попытался вспомнить нужное состояние, но ничего не получалось. Деревенеющие нервы будто сопротивлялись пластичности.
   Постойте, так это все со мной не в первый и не во второй раз происходит? И все вокруг старики проходят через это тоже? Может, стоит познакомиться с кем-то и сбежать с ним вместе?
   Я огляделся. За окном стояло хмурое зимнее утро. Старики посапывали в своих постелях. Мой сосед справа лежал с открытыми глазами и изучающе на меня смотрел.
   - Кто ты? - спросил я его шепотом.
   - Тихо. - приложил он палец к губам. Зашевелился, пристраивая одеяло на плечах. - Уберут капельницу - поговорим.
   Я посмотрел, много ли жидкости осталось в капельнице - примерно треть. Закрыл глаза, и тут же провалился в темноту, в которой искорками от правой руки по телу расходились ледяные иголочки...
  
   - Обед! - разбудил меня возглас в следующий раз. - Обед!
   Я неловко пошевелился и отметил, что рука больше ни к чему не привязана и ничто в нее не втыкается. Открыл глаза - действительно, капельницы не было. Старики устанавливали в ряд посреди палаты столы и подтаскивали к столам скамейки. Из коридора доносилось звякание посуды и бряцание чего-то, похожего на тележку.
   В комнату зашла санитарка, везущая перед собой действительно тележку, уставленную железными мисками, от которых расходился запах еды.
   - Яновский, вставай обедать, - немедленно сказала она мне. Я единственный из всех лежал на койке. Недоумевая, я приподнялся. Все так же мутило, но шевелиться можно было потихоньку. Поискал глазами соседа справа, нашел. Он мне подмигнул даже. Я встал и подошел к столу. Один из стариков подвинулся, чтобы дать мне место на скамейке. Я сел и тупо посмотрел на тележку с едой. Тарелки уже начали раздавать. Мне досталось, как и всем, нечто похожее на котлету с тушеной капустой и под миской с ней - миска с супом, кажется, перловым. Я почувствовал голод и принялся есть. Над комнатой зазвенели звуки столкновения жестяных ложек с жестяными же мисками...
   После обеда меня ждал еще один укол с деревянными нервами, как я назвал про себя это "лекарство". Закралось подозрение, что это кололи специально, чтобы избежать побегов.
   И еще одно ждало меня после обеда - так называемый "тихий час", в который всех разогнали по койкам и сказали лежать. Самое время по тихому переговорить с соседом.
   Лег на правый бок, чтобы видеть соседа лучше, и спросил его:
   - Ты дематериализоваться можешь?
   - Ах вот почему тебе ставят капельницу, - шепотом вздохнул сосед. - Меня Максим зовут, будем знакомы.
   - Сергей, - протянул руку я. Ее осторожно пожали.
   - Слушай, Сергей, - тихо начал сосед. - У всех у нас здесь есть какие-нибудь необычные способности, у некоторых они появились только здесь. Если кого-то замечают за этими способностями - начинают блокировать их. В этой палате лежат те, кого только что доставили и те, у кого блокируют способности. Судя по тому, что тебе колют уколы и ставят капельницы - у тебя заметили не одну, а две способности. В целом, ты влип. Понимаю, ты хочешь сбежать, но пока в тебе это дерьмо из капельниц - способности не проявят себя.
   - Черт, - выругался я. - как же сбежать отсюда?
   - Ты уверен, что хочешь сбежать? Тебе не хочется помолодеть и отправиться жить новой жизнью?
   - Я уверен, что толстяк все врет, - ответил я. В горле запершило. - Я слышал его мысли.
   - И, похоже, выдал себя.
   - Да.
   - Не завидую. Хотя отсюда, говорят, еще никто не сбегал.
   - Ты им веришь? Что все мы превратимся в подростков и нас раздадут по приемным семьям?
   - В младенцев мы превратимся и все забудем, - мрачно прошамкал старик. - Тебе сколько лет в этой ипостаси?
   - Тридцать шесть.
   - Молодой совсем. Жизнь тяжелая была? Мне вот за пятьдесят уже.
   - А жизнь на это влияет?
   - Тихий час! - донеслось недовольное от входа. - Тихий час!
   - Давай позже поговорим, - одними губами прошептал старик и отвернулся. Я тоже развернулся лицом к стенке и провалился в тяжелый муторный сон.
   Снилось мне, что я убегаю от каких-то парней с ружьями, и один из них стреляет мне прямо в живот, от чего я медленно умираю...
   Проснулся я от очередного укола. Старики опять ставили столы посреди палаты.
   - Ужин! - раздалось от входа, и в палату заехала тележка с мисками. Как собакам каким, честное слово. - Ужин!
   Я поднялся и обратил внимание, что сосед мой все так же лежал спиной ко мне и, кажется, не дышал. Я тронул его плечо, от чего его тело само собой мягко развернулось в мою сторону. На лице его выделялся открытый рот и полуприкрытые веками глаза.
   - Санитарка! - позвал я сдавленным голосом. Меня не услышали. Я развернулся и подошел к стоящей у тележки женщине. Это была Марья Петровна.
   - Марья Петровна, мой сосед... он...
   - Молчи, Яновский, - уверенным тоном сказала санитарка. - Сейчас разберемся.
   Женщина неторопливо подошла к соседу моему, провела рукой по его лицу. - Превращается, как есть превращается, - удовлетворение так и читалось в ее голосе. - Сейчас вынесем.
   И вот, пока раздавали тарелки с ужином, моего соседа две бравые санитарки, одна в белом халате, другая в синем, оттащили куда-то в коридор и налево. Я даже не знаю, что там, налево по коридору... Но при этом соседа вели под ручки и он передвигал ногами.
   Через полчаса после ужина - я лежал с открытыми глазами и пытался понять, как же мне запустить собственную способность проходить сквозь предметы - соседа привели обратно. Он с тихим вздохом опустился на кровать.
   - Еще не сегодня, - прошептал он.
   - Слушай, - так же шепотом ответил ему я, - может, сбежим вместе?
   - А дальше-то что? Когда в младенцев превратимся?
   - Ты знаешь, что мы в младенцев превращаемся?
   - Это всем рассказывают.
   - Мне рассказали, что в подростков.
   - Эк тебя выделили, - грустно усмехнулся старик. - Явно пытались проверить, умеешь ли ты читать мысли или распознавать ложь или еще какую-то твою способность провоцировали, о которой давно уже знали и хотели только убедиться, что она у тебя есть прямо сейчас. Мы же чем ближе к переходу - тем больше способностей имеем до определенного момента, а потом все способности как отрезает... Тогда нас переводят из этой палаты в другие, потому что уже не сбежим. Эта палата - надзорная, за ней наблюдают сильнее, чем за прочими.
   Он закашлялся, на губах его появилась кровь.
   - Боятся, что мы сбежим? Но какой в этом смысл, если правда в младенцев? - спросил я.
   - А ты уверен, что не хочешь сбежать, несмотря на это?
   - Хочу, конечно.
   - Вот они это тоже понимают. И перестраховываются.
   Старик пошамкал губами и замолчал. Я смотрел на него и пытался понять, как же он относится к текущей ситуации. С одной стороны, он помогает мне информацией, с другой - похоже, он не верит в возможность побега. А мне нужно бежать, совершенно точно нужно, не знаю, почему я так чувствую, но чувство это не может врать.
   - Давай спать, - наконец прошептал старик.
   - Не рано еще? - удивился я.
   - Здесь только и делать, что лежать и спать, да ждать превращения, - ответил он и перевернулся на другой бок, так что вместо его лица я увидел поросший куцыми седыми волосами затылок.
   Я попробовал растворить в пространстве свою руку. На удивление, получилось, полупрозрачная рука прошла сквозь одеяло. Я торопливо вернул руке материальность и положил ее поверх покрывала. Осталось только ждать отбоя. Ночь уже наступила.
  
   По ощущениям, через несколько часов наступил отбой. Перед ним мне вкололи еще одну порцию деревянных нервов. Я попробовал дематериализовать место укола и почувствовал, как что-то влажное стекло по бедру. Отлично, похоже, мне удалось избавиться от одной порции дряни.
   А раз настала ночь - настала и пора действовать. Я мысленно зажал себе рот обеими руками и постарался дематериализовать все тело. Одеяло медленно прошло сквозь мое туловище и упало на кровать. Я осторожно просунул руку в стену и почувствовал сопротивление камней. Еще немножко... еще немножко... И вот я уже целиком нахожусь в стене, только глаза наружу - чтобы видеть, куда дальше. Ощущения жутковатые, если честно.
   Я двинулся вдоль стены к окнам. С каждым шагом сопротивление нарастало. Через десяток шагов я почувствовал, что совершенно выдохнулся, но в то же время достиг стены с окнами. Я вывалился наружу и чуть не заорал с перепугу: мне почему-то казалось, что мы находимся на первом этаже, в то время как на самом деле это был третий. Хорошо, удалось избежать материализации, так что я, трепыхаясь, как привидение, медленно опустился на засыпанный снегом тротуар внизу.
   Неожиданно раздалось гудение сирены. Я всполошился, судорожно оглядываясь вокруг. На первом этаже во всех окнах загорелся свет. Я материализовал свое тело, рухнул в снег и что было сил пополз по направлению к кирпичным стенам, ограждающим здание. Из подъезда выбежал солдат с автоматом Калашникова и бросился в мою сторону. Неужели ничего не получится? Я чуть не заплакал от досады и ощущения собственного бессилия. Одновременно с этим я почувствовал, как пламя негодования раздувает что-то внутри меня. Я дернулся и полетел! Полетел над тротуаром, над разукрашенными стенами, над соседним зданием, полетел...
   И проснулся все в той же кровати. Перед глазами застыл затылок вчерашнего собеседника.
  

Глава 2.

  
   Дни мои потянулись бесконечно и бесцельно, как звенья в одной неразрывной цепочке. Завтрак, обед, ужин, деревянные нервы три раза за день, поход в туалет - целое событие. Старик с соседней койки больше со мной не разговаривал... да ни с кем не разговаривал, только шамкал губами и тряс седой головой. Неимоверно хотелось спать, все время. Иногда мне снилось, как я сбегаю, но еще ни одной удачной попытки не выдалось.
   Наконец, дело дошло до того, что моего соседа перевели в другую палату. Его глаза к этому моменту совсем потеряли выражение осмысленности. Повсюду его водили за ручку. Как и прочих стариков из других палат, на самом деле. Как и меня порой.
   В сердце креп протест против всей этой ситуации, но высказывать его вслух я опасался. К тому же очень тяжело было отделить сны от реальности. Во снах я плавал под землей, летал над зданиями, старался прорваться сквозь заслон из солдат с автоматами - безуспешно.
   В конечном итоге я пришел к выводу, что надо устроить если не внешний, то хотя бы внутренний побег. Если я превращусь в младенца и все забуду, все мои страдания будут бессмысленными. Надо найти способ вспомнить.
   И я начал искать способ сохранить свои воспоминания. Что я только не делал: и метки пытался изобразить на воспоминаниях, и представлял себе, как они запечатлеваются в моей голове под давлением огромного пресса, и всевозможные мнемотехники использовал - но проверить действенность моих усилий пока было невозможно.
   В один прекрасный момент я вдруг обнаружил, что рука моя избавилась от части морщин, оставаясь при этом рукой взрослого человека. Не знаю, что бы это могло значить, но в очередной визит в туалет всмотрелся в собственное лицо и обнаружил, что и на нем морщин стало ощутимо меньше. К тому времени я оброс клочковатой пегой бороденкой, но даже так изменение было заметно. Радоваться этому или огорчаться, я не понял, но в другую палату меня все не переводили, значит, потери способностей можно пока не опасаться - если мой собеседник мне не наврал про последовательность событий здесь.
   Еще через несколько дней руки мои полностью освободились от морщин, равно как и лицо, а в шевелюру начали возвращаться черные волосы. Я отчетливо видел, как санитарка недоверчиво крутит головой, оглядывая меня при очередном уколе или капельнице. Сам я подумал, что, может быть, удастся таки сбежать отсюда помолодевшим, и начал готовиться к побегу более тщательно. Осмотрел из окна всю прилегающую территорию - на удивление она была точно такой же, как в моих снах. Начал избавляться от дряни не только в уколах, но и в капельницах, что было сложнее, но, тем не менее, получилось. Попытался заговорить "о вечном" с очередным своим соседом справа - не удалось, молчаливый попался старикашка.
   Однажды меня снова вызвал к себе врач, тоже под вечер.
   - Вижу, Сергей Николаевич, вы отказываетесь сотрудничать и даже каким-то образом обратили превращение вспять, - хмуро сказал он мне, не поздоровавшись.
   - А если я не хочу превращаться, - набравшись храбрости, заявил я.
   - Процесс уже начался и его не остановить, как бы вы ни пытались, - вслух сказал толстяк, а в мыслях у него было: "Упустим же гада, надо убедить его, что я не вру!". - Так что придется вам потерпеть еще процедурки.
   - Что за процедурки? - вырвалось у меня. Тем временем кто-то сзади положил руки мне на плечи. Я обернулся - санитарка, та самая, Марья Петровна. Вечно она около меня крутится, как личный демон прямо.
   - Не беспокойтесь, больной, процедурки правильные - магнитный сон называются, - проворковала она мне на ухо.
   - Правильно, слушайтесь Марью Петровну во всем, и будет вам счастье. Идите.
   И меня поволокли на процедуру, которой оказалось скучное лежание на магнитных валиках, только голова от этого мутнела и мутнела. Как нейтрализовать электросон, придумать мне не удалось. Получается, надо бежать прямо сейчас, пока этим электросном мне не сбили все способности!
   И вот снова наступила ночь, и я снова попытался дематериализоваться... и остановился. С этого начинались все мои попытки побега, явно же, что они этого от меня ждут. Прежде всего, пока я дойду до окна - я дико устану. Дальше, пока я парю над третьим этажом - меня видно.
   Я встал с кровати, которая предательски скрипнула, и подошел к окну.
   - Что это вы, Сергей, ночью бродите, спать ночью надо, - раздался за спиной у меня голос Марьи Петровны.
   Я развернулся и оглядел санитарку. Все такая же низенькая, полная, в сером в темноте халате.
   - Марья Петровна, вы же понимаете, что здесь находиться невыносимо? - вырвалось у меня.
   - Ничего, голубчик, вас вылечат и все будет в порядке. Идемте в кровать, - взяла меня за руку она.
   Я почувствовал, что от ее прикосновения язык у меня начинает прилипать к небу, как будто я вот-вот засну. Ситуация становилась просто непереносимой: теперь они воздействуют на меня, даже просто дотрагиваясь! И при этом считают, что будто бы от чего-то меня лечат!
   Я позволил довести себя до кровати и бессильно в нее опустился. Не-вы-но-си-мо. Как сбежать-то отсюда?
   А, кстати сказать, почему я не пробовал выйти не через окно, а вверх или вниз по стене? Вот и попробую, прямо сейчас. Сдается мне, сны мои о побегах были не просто снами...
   Я уже привычно дематериализовался и поплыл вдоль стены, у которой стояла моя кровать, вниз. Переходить пол/потолок с глазами в камне было неприятно: ничего не видно и ощущение сопротивления материи прямо в роговице. Однако я справился, и вскоре мог уже выглянуть на втором этаже. Там оказалась палата со старушками. Я поплыл еще раз вниз, и еще раз вниз, и еще раз, пока не достиг фундамента здания. Тогда я поплыл вбок, моя голова неожиданно вынырнула над полом подвала, я поспешил спрятаться внизу.
   Через полчаса я покинул здание и окружающий его двор, окончательно выдохнувшись. Мне даже удалось материализоваться на улице, правда, в больничной пижаме, а холод стоял просто собачий. Я пошел вниз по улице, разглядывая дома. Незнакомая мне местность. И главное, пока я находился в этой странной "больнице", я напрочь забыл, где же я живу. У меня даже появились сомнения, что я живу именно в этом городе - может быть, и в другом каком-то, здания уж больно непривычные. И вообще я как-то начал забывать собственную историю. Все от их "лечения", точно-точно.
   Справа по улице показался магазин одежды. Я было дернулся в ту сторону, однако тут же прервал движение: денег у меня с собой не было, даже карточки - и той не было. Вообще ничего не было, только пижама. О возвращении, между тем, речи не шло. Неожиданно передо мной вырос мужчина в строгом черном пальто с коротким седым ежиком на голове.
   - Дижен! - воскликнул мужчина. - Ты ли это! В каком виде!
   Я отшатнулся. Это еще что за перец такой странный?
   - Дижен, пойдем со мной, я отведу тебя... - мужчина осекся и заозирался.
   - Но меня зовут Сергей, - промямлил я.
   - Тебя зовут Дижен, - пробормотал мужчина, не глядя на меня, схватил за рукав пижамы и потянул куда-то в подворотню. Я слабо сопротивлялся, но в конечном итоге последовал за ним в арку, ведущую во внутренний дворик.
   В дворике оказалось пусто и безлюдно. Только светились зашторенные окна, из одного доносилась негромкая музыка. Мужчина остановился в самом центре и посмотрел на меня.
   - Дижен, я так давно тебя искал, и вот наконец нашел, но у нас совершенно нет времени на объяснения, что происходит. Просто поверь мне, ты в страшной опасности, и я хочу вытащить тебя из нее.
   Он отцепился от рукава моей пижамы и достал из кармана пальто синий, отливающий металлическим, кружок с красным пятном по центру.
   - Вот, держи, это аварийный сигнал, когда окажешься на свободе, нажмешь на кнопку, и я за тобой явлюсь, - он вложил оказавшийся холодным кружок мне в ладонь и с силой надавил на него. Кружок будто бы растворился у меня в руке. - Сейчас я больше ничего не могу тебе сказать, просто не имею права. За тобой уже идут. Запомни, как только окажешься на свободе - доставай маяк и жми на кнопку, я приду. До скорого, Дижен.
   Мужчина отцепился от меня и сделал шаг назад. Его силуэт поплыл, растворяясь в сумерках, и через пару мгновений только следы на снегу выдавали, что я пришел в этот дворик не в одиночестве. От арки послышался шум.
   - Вот он! - закричал парень в шинели с автоматом, оборачиваясь назад. - Вот он! Держи его!
   Из арки выступили еще две фигуры с автоматами. Дальше все закончилось стандартно для моих побегов: меня отвели обратно в "больницу". По пути мне удалось запомнить несколько ориентиров: офис Билайна на той стороне улицы, стоматология, памятный магазин одежды. Вообще в голове удивительным образом прояснилось: то ли от морозного воздуха, а то ли от присутствия в моем теле загадочного синего кругляша (именно с того момента, как он растворился у меня под кожей, я начал чувствовать себя будто бы легче).
   Меня отвели на третий этаж "больницы" и уложили обратно на мою вечную койку. Рядом тут же оказалась Марья Петровна со шприцем в руке. Но я не стал задавать ей никаких вопросов. Ситуация пусть и не прояснилась до конца, но теперь у меня предположительно есть союзник "на воле". Осталось дождаться, когда меня отпустят "своим ходом", если, конечно, это вообще произойдет...
   Мне удалось вытребовать себе право читать. Чтение оказалось сложнейшим процессом, на который "деревянные нервы" влиял крайне негативно: буквы расплывались перед глазами, и сосредоточиться удавалось с огромным трудом. Однако за следующие две недели мне удалось одолеть "Фольклор в Ветхом завете" Фрэзера - случайно мне досталась именно эта книга, хотя она мне показалась несколько чересчур сложной для чтения в таких условиях. Но "дареному коню в зубы не смотрят", а этот "конь" был именно что подарком пришедшего ко мне "отца" (не помню этого мужчину, почему его вдруг стали называть моим отцом - непонятно, однако он мне принес именно эту книгу, когда я стал жаловаться на скуку, и уже за это я ему благодарен).
   С течением времени шевелюра моя избавилась от седины полностью, пропали и все морщины. Я стал выглядеть лет на 20 от силы, но многое забыл, как, например, где я работал и где учился. Мне сказали, что учился я в МГТУ им. Баумана и закончил его в прошлом году, а сейчас февраль 2018 года. Я решил поверить, хотя никакого МГТУ им. Баумана и не помнил. Вообще мое самое четкое воспоминание теперь - разговор с мужчиной, называвшим меня Диженом, и растворяющийся в ладони синий кругляш. Я теперь склонен даже поверить, что меня действительно зовут "Дижен", потому что имя "Павел", на которое меня приучают отзываться, кажется очень уж странным применительно ко мне. "Сергей" звучало бы лучше, разве нет? Но я не помню уже ничего. "Дижен" звучало бы еще лучше, к слову... Буду называть себя так, раз уж все равно не помню настоящего имени, главное, никому не проболтаться.
   И вот наступил этот день - благословенный день выписки. Меня забирал мой отец - точнее, мужчина, которого мне представили как моего отца. Оказывается, все это время я находился в психиатрической лечебнице, и мне прописали кучу препаратов пить "на дому", обязав отслеживать это моего "отца". На вопрос, а где же мать, к слову, никто мне так и не ответил. Как мне говорят, мне сейчас 23 года. По-моему, я несколько старше, но не могу быть точно уверен в этом, потому что... не помню своего рождения? Почему это так странно, не помнить своего рождения, никто же не помнит? Но странно все равно...
   - Пашка, наконец-то ты выписываешься, - улыбнулась мне с утра Марья Петровна. Милейшая женщина, не была бы такой строгой санитаркой.
   - С выпиской! - поздравил меня Игорь Станиславович, мой сосед-дедушка.
   И, наконец, пришел отец и забрал меня из этого сумасшедшего дома, в котором я растерял почти всю свою память.
  
   На улице мела метель. Ориентиры, запомненные во время побега, остались на своих местах: офис Билайна на противоположной стороне улицы, магазин одежды на этой, стоматология. Отец протащил меня к автобусной остановке.
   - Поедем на 609, он как раз до дома довезет, - сообщил он, передергивая плечами от холода. На остановке пришлось ждать минут десять, и для меня это ожидание оказалось практически невыносимым: хотелось куда-то идти, может быть, даже бежать, а не стоять на месте, замерзая и покрываясь снегом. Я попробовал достать синий кругляш из ладони, но, похоже, он или пропал, или я еще не "на свободе", чтобы им воспользоваться. Наконец, автобус подошел, мы загрузились в него и ехали, наверное, с полчаса. Неожиданно до дома из больнички, оказывается, можно доехать без пересадок.
   Отец привел меня в незнакомую квартиру на пятом этаже девятиэтажки.
   - Вот мы и дома! - провозгласил он, затворяя за нами дверь. Я огляделся. Унылая прихожая, обшарпанная, с торчащей из стены под потолком кусками проводкой, с зеркальным шкафом для верхней одежды, со стоящей в конце коридора тумбочкой и висящим над ней зеркалом. Чуждая какая-то обстановка.
   - Раздевайся, что застыл.
   Я послушался. Творилось что-то на самом деле странное: почему я ничего не могу вспомнить? Стоит ли сообщать об этом отцу? Стоит ли пить все те таблетки, которые мне прописали?
   Ответ на последний вопрос нашелся практически сразу. Отец накормил меня обедом и заставил выпить таблетки. Пока я под его надзором, без таблеток жить не получится.
   Стоит ли сообщать ему, что несмотря на таблетки, я так ничего и не помню? Наверное, нет. Наверное, он все-таки играет за команду "больнички", а что со мной произошло там.... ничего хорошего, в этом я точно уверен. Воспоминания как будто бы начинаются с того самого побега, когда я встретил мужчину в черном пальто. До этого... У меня совершенно точно есть какие-то технические навыки, поэтому истории про Бауманку можно и поверить, но проблема в том, что я не помню саму Бауманку. Однако я помню русский язык и немного - английский, я помню разные технические термины, я помню, что такое компьютер и как с ним обращаться, так что.. Работу, наверное, удастся найти.
   - Отец, а где я работаю? - вырвался у меня вопрос раньше, чем я успел понять, что он меня выдает с головой.
   - Да, они говорили, что ты все забыл, - покряхтел отец. - А послезавтра, между тем, тебе на работу. Ты устроился туда незадолго до того, как попал в больницу. Амфора групп. Ты - ведущий тестировщик ПО. Помнишь еще, как тестировать?
   На удивление, при словах "тестировщик ПО" на меня снизошел вихрь воспоминаний. Я действительно знал, как работать по этой профессии! Хотя ни лиц, ни имен никаких вспомнить не удалось.
   - Да, помню, - рассеянно отозвался я и прошел от кухни по коридору прихожей дальше. Судя по всему, коридор привел меня в мою комнату. Она по стилю отличалась от остальной квартиры. Если во всей остальной квартире обои были с уклоном в желтизну, то здесь - блеклого фиолетового оттенка. Глубокого синего цвета шторы. Компьютер, стоящий на коричневом столе. Разложенный диван. Два книжных шкафа. Платяной шкаф. Это определенно была моя комната. Я перетащил в нее из коридора пакет со своими вещами из больницы и бегло просмотрел книги в шкафах. Фантастика мешалась с технической литературой. Еще почему-то было много литературы по психологии, абсолютно мне незнакомой, в отличие от остальной.
   Я включил компьютер и с удивлением понял, что помню и пароль, и свой адрес электронной почты. В почте обнаружился оффер от компании "Амфора групп" - месячной давности, и на него ответ, что я готов приступить к работе через месяц. Я скосил глаза на дату в правом нижнем углу экрана - получалось, что на работу мне выходить послезавтра. Очень удобно! И очень подозрительно, опять же. Почему-то у меня ощущение, что я до больницы где-то работал, и работал уже очень давно. А, оказывается, у меня в почте лежит относительно свежий оффер... на имя Павла Иннокентьевича Вересаева. Получается, моего отца зовут Иннокентий? Вот это новости.
   День пролетел быстро. Я разбирался в информации на компьютере, а также с вещами, найденными в "моей" комнате. Обнаружился диплом Бауманки на то же имя. Обнаружилась трудовая книжка на то же имя, я с изумлением изучил "свой" послужной список (оказывается, впервые пошел на работу в возрасте 14 лет). Обнаружился паспорт, а вот прав на машину не было. Возможно, я не умею водить? Почему же тогда ощущение такое, будто бы умею? И смутные воспоминания о "своей" машине: темно-синей Ауди, кажется. Впрочем, чего стоят воспоминания, не подкрепленные фактами...
   Ночью мне захотелось попробовать точно так же "слинять" из дома, как я устраивал себе побег из психушки. Я дематериализовал тело - на удивление, это у меня получилось - и провалился сквозь стену в соседнюю квартиру. Обнаружил там кучу техники и парней в форме, удалось не попасться им на глаза: сразу же, как увидел их, нырнул обратно в стену. Дотянуть до первого этажа с пятого "по стеночке" мне не удалось, так что выйти на улицу не получилось. Тогда я вернулся в кровать и провалился в беспокойный сон...
  
   Следующее мое осмысленное воспоминание связано с приходом на работу в "Амфора групп". Меня провели по длинному опен-спейсу в банковском офисе, знакомя с персоналом, и в одном из закутков этого опен-спейса оставили наедине с компьютером и шестью соседями. Один из этих соседей был моим будущим коллегой, все остальные работали в самом банке. Коллегу звали Максим Сушков. Был это молодой мужчина, худощавый, в джинсах, синей рубашке и черном жилете.
   - Привет, Паша! - поздоровался он со мной первым делом. - Мы сейчас пишем тест-кейсы. Присоединяйся. Сейчас перешлю тебе документацию на продукт. Доступ к АЛМ у тебя уже должен быть.
   АЛМ - это была специальная программа, в которой писались тест-кейсы, это мне удалось выдернуть из своих воспоминаний.
   Надо сказать, рабочие будни потянулись очень скучно. У меня все время было впечатление, что я выполняю работу намного проще той, которую мне могли бы доверить. Написание тест-кейсов оказалось вполне себе рутиной: изучаешь документацию, на каждое утверждение в ней находишь способ проверить это утверждение, записываешь этот способ как тест-кейс. Ничего сложного и сверхъестественного. Возможно, опытные тестировщики делают гораздо больше, но моя работа заключалась именно в таком вот "написании". Удалось познакомиться со всеми коллегами, все это были молодые люди, только что закончившие институт или даже учащиеся на последнем курсе. На обеденном перерыве мы собирались вместе и шли в столовую, обсуждая по ходу дела работу, телевизионные программы и недавно закончившуюся сессию. Для того, чтобы попасть в столовую, приходилось выходить на улицу, повернуть налево, пройти вдоль нескольких домов и в четвертом по счету как раз и находилось искомое заведение.
   Место, где можно достать синий кругляш из ладони, подвернулось мне только через полторы недели. Им оказался закуток перед столовой, где я задержался однажды после обеда, пропустив своих спутников вперед. Что-то дернуло меня попробовать именно в этот момент достать кругляш - то ли тихая безлюдность этого закутка, то ли просто внезапно вспомнил о нем - и на удивление металлический кружок материализовался у меня в руке. Я с трепетом нажал на красную отметину посередине кружка.
   Несколько мгновений ничего не происходило.
   А затем в арке показался тот самый мужчина в том самом строгом черном пальто, что дал мне этот кругляш.
   - Дижен! Ты смог меня вызвать так быстро! Пойдем скорее, мне много надо тебе рассказать!
   - Как вас зовут? - поинтересовался немного грубо я.
   - Аларик. Мы с тобой друзья детства, но ты этого не помнишь.
   Мужчина потянул меня в арку, говоря на ходу.
   - Понимаешь ли, Дижен, когда тебе было 12 лет, тебя похитили. И мне только сейчас удалось найти тебя, когда прошло уже полстолетия.
   - Сколько-сколько прошло?
   - Пятьдесят лет почти.
   - Я такой старый? У меня есть паспорт, по которому мне 23 всего лишь.
   - Ты вовсе не старый, что ты. По нашим меркам - молодой вполне мужчина. Но твои похитители...
   В этот момент мужчина замолчал и потянул меня в очередную арку, ведущую во внутренний дворик.
   - Смотри, я покажу тебе кое-что.
   Аларик протянул руку вверх, из нее вырвался узкий красный луч, на другом его конце в небе показалась черная точка, быстро увеличивающаяся, так что через несколько мгновений над двориком завис самый настоящий НЛО в форме перевернутой тарелки. В днище НЛО открылся светящийся багровым шлюз, и меня вместе с Алариком приподняло над землей и потянуло прямо в этот проем.
   - Что это? - с удивлением воскликнул я.
   - Это мой космический корабль, - проговорил Аларик.
   Мы оказались внутри НЛО. Шлюз под нашими ногами закрылся, и нас мягко опустило вниз, на пол. Помещение вокруг было пустым и огромным, с металлически серыми стенами, без иллюминаторов, рассеянный свет лился как будто бы из самих стен и потолка: мы почти не отбрасывали тени.
   - Сейчас мой корабль невидим для пиратов, - заявил Аларик, направляясь к одной из стен, в которой тут же нарисовался контур двери. Я следовал за ним, вертя головой по сторонам. К сожалению, ничего более любопытного, чем нарисовавшаяся на стене сама собой дверь, увидеть не удавалось.
   - Эту невидимость я могу поддерживать приблизительно полчаса, потом придется вернуть тебя обратно: я пока не готов к открытому боестолкновению. Твои "коллеги", - кавычки в его речи выделялись явно, - ничего не заметят.
   Дверь, нарисованная на стене, отползла вбок, когда мы к ней подошли. За дверью оказалась небольшая комната с диваном, аквариумом на полстены слева и пустующим журнальным столиком.
   - Присаживайся, - предложил Аларик.
   В комнате было тепло, и я собрался снять куртку, но Аларик меня остановил.
   - Неизвестно, в какой момент нам понадобится возвращаться, лучше не тратить время на переодевание.
   Аларик подошел к журнальному столику и постучал пальцем по его поверхности. Над столиком развернулось голографическое изображение - вид Земли из космоса.
   - Мы сейчас находимся на геостационарной орбите над точкой, где я тебя забрал.
   - Шустро! - отметил я. - Перегрузки не ощущались абсолютно.
   - Да, это технология искусственной гравитации. Раньше тебя это не удивляло, - печально сказал Аларик. - Дело в том, что ты, как и я, на Земле - инопланетянин.
   - Как это? - поразился я.
   - Очень просто. Галактические пираты похищают наших детей и отдают их в рабство на планету Земля в обмен на ценные ресурсы, которых здесь хватает, а потом продают эти ресурсы нам же... Циничная схема, получается, что мы же сами оплачиваем похищение наших детей. Когда нам с тобой было по 12 лет, ты отправился на экскурсию в соседнюю звездную систему и не вернулся. Тебя похитили на обратной дороге.
   - Но я ничего этого не помню!
   - Это один из секретов нашей империи. При определенных обстоятельствах мы можем забывать травмирующий опыт и при этом молодеем. То, что пиратам об этом известно, говорит о том, что с ними сотрудничает кто-то высокопоставленный из нашего правительства.
   - Они могли выяснить это естественным путем!
   - Нет, они бы не начали сами похищения, если бы не знали об этом секрете. Есть определенные препараты, вызывающие забвение и омоложение тела. Эти препараты классифицируются в нашей империи как наркотические, хотя и не вызывают привыкания в том смысле, в котором его вызывают наркотики. Пираты откуда-то изначально знали, что нужно применять эти препараты. И что хуже всего, они применяли их на несовершеннолетних.
   - Как я могу проверить твои слова?
   Аларик стукнул еще раз по поверхности журнального столика, и над ним развернулась совсем другая голограмма: мужчина в вычурной одежде (какие-то похожие на средневековые камзол и бриджи) говорил на незнакомом мне языке. Однако через несколько минут прослушивания мне показалось, будто бы я различаю отдельные слова. Этот феномен меня заинтересовал, и я начал сосредоточенно прислушиваться к речи явного инопланетянина. Неожиданно, я разобрал целое предложение:
   -... Таким образом, земледельческая партия выступила с инициативой использовать вновь открытую планету....
   Это меня так удивило, что я потерял концентрацию, и речь незнакомца опять потеряла всякий смысл.
   - Ты понимаешь, о чем говорит Барлис? - спросил Аларик тут же.
   - Только что разобрал целое предложение, но теперь опять его речь - сплошная абракадабра.
   - Хорошо, значит, мостик действует.
   - Мостик?
   - Тот синий кружок, который я дал тебе. Это мостик для твоего сознания к воспоминаниям о прошлом и одновременно маячок для моего корабля. Ты получил его в не самое лучшее время, на тебя воздействовали наркотиками с тем, чтобы забрать воспоминания, однако он все еще действует, и это радует.
   - Что же со всем этим делать теперь? - слова будто сами вырвались из моего измученного странными событиями тела.
   - Я хочу попытаться восстановить твою память. В некоторых случаях это возможно, и то, что мостик у тебя работает, говорит в пользу того, что у нас с тобой именно этот случай. Но пока ты под наблюдением земных спецслужб, я не могу тебя выдирать к себе слишком уж часто. Давай-ка...
   Тут Аларик насторожился и поднес к уху правое запястье.
   - Демоны! Нам срочно надо возвращаться! Тебя ищут!
   - Как ты это определил?
   - Сейчас не важно! Пошли!
   Аларик уже привычно потянул меня за рукав к дверному проему. Голограмма Барлиса так и продолжала что-то говорить над журнальным столиком, инопланетянин просто про нее забыл. Он вытащил меня в - по-видимому - шлюзовую камеру (то самое пустое просторное помещение с неизвестным источником освещения), и через минуту мы уже стояли в том самом дворике, из которого Аларик меня забрал на свой космический корабль.
   - Попробуй вызвать меня через пару дней, - напутствовал меня мужчина и исчез вместе со своим НЛО. В этот же момент в дворик заглянул Максим.
   - Паша, вот ты где! А мы тебя обыскались!
   - Решил прогуляться после обеда, - откликнулся я. Неужели Максим - один из сотрудников спецслужб, которые, если верить Аларику, за мной наблюдают? Иначе почему он вдруг так заинтересовался моей пропажей, не все ли ему равно?
   - Пойдем, сегодня новая сборка ожидается, совсем скоро можно будет ее тестировать, - сказал Максим и потянул меня в арку за рукав совсем в той же манере, в которой инопланетянин только что тягал меня по своему кораблю. Неужели я у всех вызываю желание меня куда-то тянуть? И, может, Максим не имеет никакого отношения к спецслужбам, и вся эта ситуация к ним тоже отношения не имеет, а просто из-за новой сборки меня все ищут?
   - А мы пришли с обеда и смотрим, бойца-то потеряли, - заливался соловьем Максим. - бросились тебя искать, никто не помнит, был ты с нами после обеда или нет, на обеде-то тебя помнят, а по дороге обратно - уже нет.
   Или имеет он отношение к спецслужбам? Вон как аккуратно всегда одевается, может, это военные привычки на него так действуют?
   - Посмотрели там, посмотрели сям, нет нигде Пашки. Я в итоге решил вернуться в столовку, вдруг ты заблудился нечаянно, ну и тебя нашел.
   Или не имеет он отношения к спецслужбам? Какой тяжелый все-таки оказался разговор с Алариком, теперь всех вокруг буду подозревать не пойми в чем.
   Тем временем мы добрались до двери в банк.
   - Сейчас придем, и будем готовиться к новой сборке! - радостно воскликнул Максим, проводя пропуском у турникета. Я последовал его примеру. Надо сказать, хоть мы и были тестировщиками Амфора групп, но сидели в здании банка, которому наша контора оказывала услуги тестирования. И без пропуска на территорию банка попасть было никак нельзя. Впрочем, может быть, это сейчас так во всех более-менее важных конторах: служащие могут попасть внутрь исключительно по пропускам... Моя память на эту тему выдавала что-то невнятное, что я никак не мог расшифровать. Вроде как пропуска не обязательны и в то же время обязательны, как так-то, не понимаю.
   Впрочем, вопрос пропусков волновал меня совсем недолго, только то время, которое мы поднимались на наш этаж. В опен-спейсе было привычно шумно: люди общались друг с другом во время работы. Мы с Максимом сняли одежду в гардеробной и подошли к нашему закутку, в нем как раз столпились коллеги.
   - О, Паша, ты нашелся, - воскликнула симпатичная девушка по имени Ирен. Эта девушка училась на последнем курсе МАИ и одновременно работала тестировщиком в Амфоре.
   - Да я и не терялся, - ответил я немного холодно. - Просто пошел прогуляться после обеда.
   - А у нас как раз сейчас пришла новая сборка, ее ставят на наш стенд и через полчаса уже можно будет приступать к тестированию, - поделилась наболевшим Ирен.
   Я сел за свой компьютер и снял блокировку.
   - Да, Макс мне уже рассказывал про эту сборку.
   Максим сел рядом со мной и тоже снял блокировку с компьютера. Он открыл сайт нашего тестового стенда и показал мне:
   - Видишь, уже ставят. Может быть, будет готово и раньше, чем через полчаса.
   На сайте действительно крутилась заставка "идет установка программного обеспечения".
   Я открыл АЛМ и сказал:
   - Мне надо доделать несколько тест-кейсов. Давайте, ребята, за работу приниматься.
   Коллеги медленно разошлись по своим местам. На удивление, рядом со мной из них сидел только Максим, остальные наши коллеги обретались через несколько рядов.
   Потянулся обычный рабочий день.
  

Глава 3.

  
   За следующую неделю Аларик вытаскивал меня к себе трижды. Все три раза я слушал Барлиса, и с каждым разом понимал этого инопланетного диктора все лучше и лучше. В конце третьего раза сложилось впечатление, что он разговаривает на моем родном языке: я не понимал только некоторые сложные слова, которые, если верить Аларику, просто не попадались так часто двенадцатилетнему мальчугану, чтобы он их запомнил.
   Я удивлялся, как легко мне удалось поверить в собственное инопланетное происхождение. Сомнений практически не оставалось: я же понимал этого Барлиса, кем бы он на самом деле ни был, и он точно говорил не на одном из известных мне земных языков!
   Дома отец наблюдал за тем, чтобы я принимал "лекарства" - и я принимал их. Странные люди из соседней квартиры продолжали смотреть за чем-то на экранах компьютеров. На работе продолжалось тестирование той самой сборки. Казалось, жизнь вошла в свою колею.
   Естественно, долго такое продолжаться не могло.
   На четвертое посещение Аларик начал спрашивать меня, как я вспоминаю свое прошлое на планете Земля.
   - Понимаешь, Аларик, меня сейчас зовут по паспорту Павлом, а я почти уверен, что мое имя - Сергей. Но дальше этого воспоминания не заходят.
   - Мне надо дать тебе еще один мост, - заявил Аларик и достал из кармана своего неизменного пальто оранжевый кругляш. - Держи.
   Я схватил незнакомую мне таблетку левой рукой, и она тут же провалилась в ладонь, как когда-то синяя. И тут меня пронзила дикая головная боль. На несколько секунд я отключился, а когда очнулся, неожиданно вспомнил...
   Меня зовут Сергей Яновский, мне 38 лет, и я действительно помню, как учился в МГТУ им. Баумана!
   - Аларик, есть ли у тебя здесь зеркало? - прохрипел я с дивана, на котором обнаружил себя после того, как очнулся.
   - Да, конечно, держи. - Аларик достал из-под журнального столика длинную палочку, сделал странное движение, как будто растягивал ее за края - и передо мной зависла зеркальная поверхность приблизительно размерами 50:50 сантиметров. В зеркале отражался я и одновременно не я. Лицо гораздо моложе, чем я привык видеть, но черты похожи на мои, и в то же время что-то в них отличается. Нос немного не той формы - с горбинкой, брови изогнуты немного не так, как я привык... Но в целом лицо похоже на мое в юности.
   - Я как-то странно изменился, - откашлявшись, сказал я.
   - Черты лица стали больше похожи на твои из детства. Но в остальном тебя нельзя показывать твоим нынешним коллегам - они заметят изменения. Дижен, пришла пора тебе перебраться на мой корабль. Тебе больше не стоит возвращаться к этим людям.
   - А почему нельзя было сразу перейти на твой корабль?
   - Я не хотел спугнуть этих людей. Мне нужно вернуть не только тебя, но и других украденных. Наверняка ты их видел...
   - Да, в той больнице, рядом с которой мы впервые встретились..
   - Не впервые! - поднял руки Аларик. - Дижен, ты меня до сих пор не вспомнил, но мы на самом деле друзья детства!
   - Хорошо, впервые встретились на Земле - рядом с больницей, где наверняка почти все пациенты - такие же, как я.
   - Это меняет дело... Я думал, что случайно встретился с тобой в момент, когда тебе меняли память, а оказывается, у них дело поставлено на поток... Дижен, мы сейчас на спускаемом модуле, мой корабль висит на орбите Луны, я предлагаю... Ты же не хочешь забрать какие-то свои вещи из квартиры?
   - Это не моя квартира, я теперь совершенно точно в этом уверен. И я не знаю, что случилось с моей квартирой, стоит ли рисковать и возвращаться в нее?
   - Не стоит. Ну-ка, подвинься.
   Аларик присел рядом со мной на диван и постучал по журнальному столику. Над ним уже привычно для меня появилась голограмма окружающего Землю космического пространства. Аларик проделал несколько движений внутри голограммы, и я вдруг почувствовал, что мы куда-то движемся.
   - А почему сейчас движение ощущается, а в момент, когда ты забираешь меня с Земли - нет?
   - Просто для удобства. Можно было сделать так, чтобы движение не ощущалось совсем никак, но это такой знаменательный момент... Ты наконец-то побываешь на моем корабле...
   - Я всегда думал, что это НЛО и есть твой корабль.
   - Это не НЛО, - улыбнулся Аларик. - Всего лишь спускаемый модуль, как я уже и сказал. Послушай пока еще Барлиса, а мне надо кое-что сделать.
   Аларик вызвал голограмму Барлиса над журнальным столиком и направился к противоположной от входа стене. Там неожиданно нарисовалась еще одна дверь, отодвинувшаяся влево одновременно с тем, как инопланетянин подошел к ней, и за его спиной она опять захлопнулась и стена разгладилась, как будто никакой двери за ней не было. Я остался один... в компании голограммы.
   Примерно через десять минут - я замерял время по часам на руке - Аларик вернулся с ворохом одежды.
   - Давай тебя переоденем, - предложил он. - Все-таки на моем корабле есть и другие разумные, они не поймут, если увидят землянина в одежде землян.
   - Но ты же во вполне земном пальто разгуливаешь! - возмутился я.
   - Это только кажется земным пальто, на самом деле это одежда мимикрирует согласно нуждам того, кто в нее одет. На корабле я ношу это, - он повел рукой вокруг пальто, и оно внезапно сменилось на камзол, похожий на камзол Барлиса. Черные брюки почти не изменились, из камзола выглядывала рубашка с кружевным воротником и манжетами. Примерно в такую же рубашку, брюки и камзол предлагалось переодеться и мне.
   Именно это я и проделал.
   Тем временем Аларик заменил голограмму Барлиса на голограмму окружающего пространства. Мы приближались к огромному шару, висящему над обратной стороной Луны.
   - Вот и мой корабль, - изящным движением руки показал на шар Аларик.
   Шар быстро разросся в размерах и заполонил все изображение, оказавшись составленным из шестиугольников, похожих на соты. К одному такому шестиугольнику, судя по всему, мы и направлялись.
   - Это пассажирские шлюзы, - пояснил Аларик, очертив один из шестиугольников. - Сейчас пристыкуемся.
   И действительно, через минуту раздался металлический скрежет со стороны шлюзовой камеры.
   - Это просто звуковое оформление, - успокоил меня Аларик.
   После этого у меня мелькнуло ощущение сменившейся гравитации, но сразу же исчезло. Я аж подавился слюной от неожиданности. Аларик постучал меня по спине в совершенно земной манере.
   - Пора идти, - сказал он.
   И мы пошли. В шлюзовую камеру, в которой оказался открыт шлюз, из которого выглядывала синяя голова какой-то девушки.
   - Алмлды да лва л лвалды, - сказала девушка, и я ничего не понял.
   - Тесса, говорим по-земному, у нас гость, - отозвался Аларик.
   - Какой еще гость? Ты что, сдурел? - возмутилась синекожая практически сразу на чистом русском, совершенно без акцента. Я поразился подобным лингвистическим способностям.
   - Тесса, познакомься, это Дижен, мой друг детства. Дижен, познакомься, это Тесса, мой старший помощник на корабле "Месть Аларика".
   - Твой корабль называется "Месть Аларика"? - засмеялся я. - Похоже, тщеславие все так же присуще тебе, мой старый друг! - сказал я на том же языке, на котором говорил Барлис, и удивился сам себе. Почему я сказал именно это?
   - О, ты начинаешь вспоминать себя, - на языке Барлиса отозвался Аларик. - Проходи, проходи, - он протянул руку к шлюзу.
   - Чудесно, этот гость еще и наш язык знает, - проворчала Тесса опять же на языке Барлиса.
   - А на каком языке ты говорила перед этим? - спросил я.
   - Это мой национальный язык, называется дворак. А мы сейчас на галактическом пиджине говорим, чтоб ты знал.
   - Какое неприглядное название...
   - Да какое уж есть, - буркнула Тесса и посторонилась, пропуская нас с Алариком внутрь корабля.
   Внутри все было отделано в разных оттенках синего и золотого. На стенах коридора висели пейзажи, довольно непривычные, но вполне возможные для Земли: каменная пустыня, водопад, гигантские кактусы, лиственный лес с ручьем... Пейзажи переливались светом, и, казалось, шевелились. А, может, и не казалось? Листья деревьев определенно шуршали на ветру. По каменной пустыне с шорохом носился песок. Это было похоже на окна в другой мир, а не на картины, как мне показалось сначала. Я переходил от одного пейзажа к другому, совершенно завороженный зрелищем.
   - А он немного дикий, - прокомментировала Тесса за моей спиной.
   - Дижен всегда любил природу, - возразил Аларик.
   Я обернулся к ним:
   - Господа хорошие, вы бы подсказали, куда идти, если хотите, чтобы я пейзажами не увлекался.
   - Тесса, проводи нашего гостя в каюту, пожалуйста. Мне нужно кое-что сделать в рубке.
   - Есть, капитан, - шуточно отдала честь Тесса. - пойдем со мной, салага.
   - Я не салага, - возмутился я.
   - А ты в курсе, что "Месть Аларика" - военный корабль? - поинтересовалась девушка.
   - Теперь-то уж точно в курсе, - ответил я несколько ошалело. Меня спасает из земных застенков капитан военного корабля! Это настолько поразительно, что стоит отметить этот день в дневнике красным! Шучу, конечно, но сам факт...
   - Вот и хорошо, - ответила девушка и постучала по стене рядом с водопадом. В стене тут же нарисовалась дверь, и мы перешли в другой коридор, оформленный более строго: пейзажей на стенах тут не висело. - До этого мы шли парадным коридором, я проведу тебя к твоей каюте техническим. - Она постучала по еще одной стене, открылась небольшая дверца, похожая на дверь маленького шкафчика, из образовавшегося проема она достала небольшую палочку и развернула ее в планшет. - Вот, держи, это тебе, будешь осваиваться на корабле постепенно, здесь есть планы коридоров и уровней, доступных тебе как гостю.
   Я с благодарностью принял инопланетный планшет.
   Дальше девушка вела меня по "техническим" коридорам минут десять, попутно рассказывая рассказывая, что именно мне будет доступно как гостю, а что - нет.
   - Не удивляйся, доступа к орудийным палубам, в рубку и двигательный отсек у тебя не будет. Корабль уже запомнил твои биометрические данные, поэтому двери тебе туда просто не откроются. Зато к твоим услугам рекреационная зона, столовая, жилой отсек для вип-гостей. На технический уровень ты можешь попадать только в сопровождении члена команды с достаточным допуском.
   Объяснения Тессы были вполне понятны, но мне хотелось бы поговорить с Алариком о моих дальнейших действиях, что я ей и сказал.
   - Капитан - довольно занятый разумный, - ответила девушка. - Но не сомневаюсь, как только у него выдастся минутка, он тут же прибежит к тебе общаться. Если честно, вся эта экспедиция, насколько я знаю, была затеяна исключительно по причине того, что украли тебя. Он очень верный друг, несмотря на прошедшие десятилетия с момента твоей кражи.
   - Ты так много об этом знаешь, - удивился я.
   - Я же его старпом, естественно, я знаю, - пожала плечами девушка. Совершенно земной жест, опять же. Поразительно, как эта синекожая похожа на землянку, если не обращать внимания на ее цвет. - Мы пришли.
   Постучав по очередной стене, Тесса открыла проход в очередной "гостевой" коридор с пейзажами. Коридор этот был намного шире того, в который мы попали из "спускаемого модуля НЛО". Между пейзажами у стен стояли кадки с неизвестными мне растениями, между кадками располагались диванчики. Тесса подошла к одному из пейзажей с болотистой местностью на нем и постучала по нему. Пейзаж превратился в дверь.
   - Прошу, - проговорила девушка. - Это твоя каюта на ближайшее время.
   Я зашел. Каюта оказалась просторной и полупустой. Нет, в ней была кровать, прикрытая, как ни удивительно, балдахином, был журнальный столик и диван - но не было видно ни одного шкафа.
   - Ты, наверное, удивляешься, где тут шкафы, - проницательно заметила Тесса. - Их двери замаскированы под стены, как и все двери тут у нас. Достаточно постучать по такой двери с намерением ее открыть, и она откроется.
   - Как это - постучать с намерением? - удивился я.
   - Все просто: в момент, когда стучишь, представь себе открывшуюся дверь. Этого достаточно для корабля, чтобы считать твою команду.
   - Корабль-телепат?
   - Нет, конечно, - рассмеялась девушка, - если тут кто телепат, так это я, но не бойся, без приглашения я в твои мысли не полезу. Корабль просто умеет считывать намерения, не более того.
   - Но ты сейчас считала мое удивление тем, что здесь нет шкафов!
   - Это не мысли, это поверхностная эмоция, которую я не могу не считать. Не бойся, твои мысли под надежной защитой межгалактического кодекса этики телепатов.
   И тут мне пришла в голову одна интересная мысль.
   -Тесса, а как-то можно проверить, являюсь ли телепатом я сам?
   - Можно и не проверять, я и так знаю, что являешься. Это было известно еще до того, как тебя украли.
   - А почему я тогда не считываю мысли постоянно?
   - Потому что ты телепат-недоучка. У таких телепатов считывание чужих мыслей происходит спонтанно. Обычно каждого телепата обучают управлению своими способностями в достаточно раннем возрасте, но ты до него не успел дорасти в рамках нашей цивилизации, тебя забрали от нас гораздо раньше. А в таких случаях телепат может только некоторые чужие мысли случайно считывать, и не более того. Я надеюсь, тебя еще не поздно обучить, для телепата не пользоваться своими способностями - неприятно.
   -Спасибо за пояснения, - пробормотал я, присаживаясь на диван. Похоже, в этом новом для меня обществе потрясения ждут меня на каждом шагу.
   - Извини, мне придется оставить тебя одного ненадолго. Изучай схемы расположения коридоров на корабле пока что. Скоро за тобой придет кто-нибудь и отведет тебя в столовую. Да, душ здесь тоже есть, вот за этой стеной, - она показала на стену за кроватью. - Не скучай.
   Тесса вышла, и я остался один. Плюхнул планшет рядом с собой на диван, заложил руки за голову и откинулся на спинку. Все страньше и страньше, как говорила Алиса в стране Чудес. Я похоже сейчас превращаюсь в такую Алису, бегущую за кроликом-Алариком. Кролик! Примерив этот образ к моему теоретически другу детства, я рассмеялся. Совершенно не похож, но что-то общее все равно прослеживается.
   Я взял планшет и углубился в его изучение. Интерфейс оказался интуитивно понятным, но все надписи были на незнакомом пока что языке. Хотя... через пять минут изучения надписей я вдруг начал понимать их, точно так же, как и речь Барлиса в свое время. Вот технический отсек, куда мне, если верить Тессе, нельзя заходить, а вот орудийная палуба.. Как странно, она тянется по всей поверхности шара. А двигатель находится внутри шара - как такое возможно?
   В этот момент в дверь постучали, и зашел молодой зеленокожий парень в одежде, напоминающей форменную.
   - Господин Дижен, мне поручили отвести вас в столовую. Меня зовут Юнтис, - сказал парень на галактическом пиджене.
   - Хорошо, веди, раз поручили, - сказал я, откладывая планшет и привставая. А потом снова плюхнулся на диван. - Юнтис, а подскажи мне, как свернуть планшет до состояния палки, и как развернуть его?
   - Господин Дижен, это просто. Берете и с намерением свернуть планшет давите на его верхнюю часть - возьмите планшет, попробуйте.
   Я взял устройство и попробовал представить, что хочу увидеть его в форме палки. Надавил на верхнюю часть - и действительно, планшет свернулся. По аналогии я попытался представить, что хочу получить полноценный планшет, и потянул палку горизонтальной поверхностью вверх. Получилось! Планшет вырос даже больше, чем когда его раскрывала Тесса.
   - Понятно, Юнтис, спасибо за объяснения, - я свернул планшет обратно и положил в карман камзола. - Пойдем, куда ты там должен меня отвести.
   - В столовую, - вежливо уточнил парень и вышел из каюты с приглашающим жестом в мою сторону.
   Парень несколько минут вел меня по украшенным пейзажами коридорам, время от времени меняя направление. Во время "прогулки" он молчал, в отличие от Тессы, а я никак не мог придумать подходящий для него вопрос.
   - Юнтис, - наконец разродился я. - А кто еще будет в этой столовой?
   - Господин Аларик, госпожа Тесса, господин Юргис, - ответил Юнтис.
   - А кто такой этот господин Юргис?
   - Это наш навигатор. Он одной со мной расы, вы не подумайте, наша раса славится своими навигаторами, вот только я предпочел судьбу обычного солдата.
   - Спасибо за откровенность, Юнтис, - сказал я.
   Наконец, мы пришли к столовой. Это оказалось просторное помещение, наполненное столиками, но сейчас пустующее. За одним из дальних столиков сидела компания из Аларика, Тессы и незнакомого мне зеленокожего мужчины, по-видимому, Юргиса. Перед ними стояли разнообразные блюда. При виде меня Аларик повеселел и привстал на своем месте.
   - Юргис, позволь представить тебе моего друга детства, Дижена, - заявил он. - Дижен, познакомься, это Юргис, наш навигатор.
   - Приятно познакомиться, Дижен, - глубоким басом произнес зеленокожий.
   - Взаимно, Юргис, - отозвался я и присел на свободный стул. Юнтис отдал честь и удалился.
   - Дижен, чтобы выбрать еду, постучи по столику - появится меню. Отметь понравившиеся блюда, и...
   - Аларик, можно я оставлю выбор еды на твое усмотрение, я еще не ознакомился с инопланетной пищей и могу выбрать что-то совсем странное.
   - Конечно, конечно! - Аларик постучал по столу, над которым появилась голограмма-список, и потыкал в некоторые из строчек. Судя по внешнему виду, он заказал что-то вроде супа, что-то вроде жаркого и какой-то напиток.
   - Дижен, у нас появилась одна проблема, которую можешь помочь нам решить только ты, - сказал Аларик, закрыв меню. Слева от меня раздалось биканье, я обернулся и увидел летящий поднос с моими блюдами. - Не удивляйся, Дижен, кухня у нас полностью автоматическая. - Аларик помог мне сгрузить еду на стол.
   - Так вот, Дижен, вопрос, который у нас к тебе возник, - подал голос Юргис. - Ты говоришь, что существует целая больница, в которой находятся подобные тебе, украденные дети.
   - Но я не ребенок! - возразил с возмущением я.
   - Дижен, тебя украли ребенком. Их - тоже. Для нашей цивилизации они так и остались детьми. Ты - тоже. У тебя сохранились некоторые воспоминания, но это воспоминания ребенка. В остальном ты похож на дикарей с планеты Земля. Тебя придется всему учить, чтобы ты смог адаптироваться в обществе. Их - тоже. Пойми нас, это трагедия, воруют всегда детей, - высказался Аларик.
   - И воруют детей нашей расы, поскольку мы похожи на землян? - уточнил я.
   - Именно! - подтвердила Тесса.
   - Ты вовремя начал говорить "мы", - пробасил Юргис. - Жизнь на Земле не сладка?
   - Жизнь на Земле скучна и пугающа, - меланхолично заявил я, запуская ложку в суп. - Аларик вытащил меня из заведения, именующегося психушкой. Для всех остальных землян я - сумасшедший. И в то же время они зачем-то наблюдают за мной, не выпускают из вида. Мои соседи по дому почему-то военные. Я не знаю человека, который называет себя моим отцом. У меня паспорт на имя какого-то Павла, в то время как я уверен, что меня зовут Сергей, и в то же время Аларик уверен, что меня зовут Дижен. Я ничего не понимаю во всем этом. - Мне даже захотелось стукнуть кулаком по столу во время этого разговора, но я поостерегся, чтобы не вызвать ненароком меню. - Так какие сведения вас интересуют, Юргис?
   - Очень просто. Мы хотим координаты того заведения, в котором тебя держали. Ты можешь нам их дать?
   - Я незнаком с вашей системой координат, но я могу показать на карте Москвы, где находится это заведение.
   -Очень хорошо, Дижен, - мягко сказала Тесса, погладив меня по руке. - Успокойся, причин так волноваться уже нет. Ты в безопасности на нашем корабле, мы тебя никому не отдадим.
   - А могли бы отдать? - возмутился я.
   - Я же отдавал тебя обратно первые четыре наши встречи. Я думал, что мы сможем проследить за действиями пиратов в отношении тебя, но, похоже, они в тебе не заинтересованы от слова "совсем". Нам удалось выяснить только, что тобой заинтересованы спецслужбы государства, в котором мы тебя нашли - России. Но эти спецслужбы не могут ничем нам навредить. Мы смело можем забирать наших людей из-под их надзора, они даже не заметят. Поэтому нам нужна твоя помощь в составлении плана похищения тех людей, которые оказались в психушке. Дижен, ты ешь, ешь.
   Я попробовал суп и остался очень доволен. Вкуснотища неописуемая! И ни на что знакомое мне не похоже, хотя, может быть, когда я был ребенком на одной из их планет, может быть, я уже ел такое... Не помню.
   Некоторое время мы молчали, занятые едой. Потом Юргис довольно крякнул, отодвинул тарелку и посмотрел на меня.
   - Итак, ты можешь показать координаты той больницы.
   - Да, - прочавкал я.
   - Ты не знаешь, есть ли еще такие же больницы в вашем городе?
   - Должны быть, но я не могу быть уверен, что находящиеся в них люди - это ваши соотечественники. В конце концов, я помню пребывание только в одном таком заведении и по крайней мере часть людей там была именно что такими же, как я, с такими же проблемами относительно принудительного старения и затем впадения в юность.
   - Они запустили механизм регенерации, - прошептала Тесса.
   - Да, наверное, если это так называется, - ответил я. - Мы там в этой клинике думали, что нас омолодят до состояния младенцев, но в итоге у меня оказался паспорт двадцатитрехлетнего парня.
   - До состояния младенца не получилось бы. Твоя исходная матрица - матрица двенадцатилетнего пацана, но с пацана такого возраста спрос невелик, поэтому, видимо, омоложение не зашло так далеко, - прокомментировал Аларик. - Вообще за это омоложение ответственны наниты, которые имплантируют каждому жителю Галактического союза в младенчестве, поэтому бытует мнение, будто бы с их помощью можно превратиться в младенца, но это суеверие, не более того. Удивительно, что на Земле оно распространено.
   - Как вы собираетесь забирать пациентов больницы? - спросил я.
   - Очень просто, - ответил Аларик, - мы усыпим персонал и пациентов и отберем "своих" из пациентов, пока все будут спать. Если бы пираты наблюдали за этой больницей, ничего бы не получилось, они бы просто поставили подавитель сонных волн, но поскольку доказано, что пираты за больницей не наблюдают... Мы можем просто вытащить всех, усыпив.
   - Я могу поучаствовать в операции?
   - Лучше не стоит. Кроме пиратов, за тобой наблюдали земные спецслужбы, не знаю, почему. Лучше не попадаться им лишний раз на глаза.
   - Но вы же всех усыпите!
   - Лучше не рисковать, - твердо заявил Аларик.
   - Ладно, ладно, - печально согласился я и приступил к "жаркому". Тоже оказалось очень вкусное блюдо, и незнакомое к тому же. На мясо не слишком похожи эти кусочки непонятно чего, на овощи - тоже. Но, главное, вкусно!
   - Вы не подумайте, что мы Вам не доверяем, - неожиданно обратился ко мне на "Вы" Юргис. - Мы доверяем, но все-таки, меры предосторожности лишними не бывают.
   - Понятно, спасибо, - прочавкал с набитым ртом я. Знаю, невежливо, но такое зло разобрало в ответ на эти лицемерные заявления.
   - Юргис, не перегибай палку, - заметил мое состояние Аларик, - мы не на приеме у королевы.
   -А у вас есть королева? - тут же с любопытством спросил я.
   -Да, у нас есть королева. В чем-то наше общество похоже на современную тебе Англию. Королева - пост почетный, но мало что решающий. На деле управляют Галактическим союзом советники королевы. Но в начале всех существенных для Галактического союза дел необходимо получить аудиенцию у королевы и испросить на свои дела разрешения. Это касается только существенных дел, иначе королева просто погрязла бы в выдаче всевозможных разрешений, но, например, перед тем, как отправляться сюда, мы получили на это благословение королевы. Это объясняется тем, что можно ненароком повредить политике Галактического союза, затеяв нечто без ведома властей. По крайней мере, так считается, что традиция обусловлена именно этим.
   - А что же делают советники?
   - Управляют, что же еще. Они - законная власть.
   - Понятно. Как министры при президенте, так?
   - Что-то в этом роде, хотя власть президента мне кажется более широкой, чем власть королевы. Королева, во многом, символ власти, а не ее источник.
   - На этом я вас покину, - встала из-за стола Тесса. - у меня еще много дел. Дижен, покажи уже на карте Москвы адрес этой больницы. - Она активировала планшет и подала его мне. На планшете была вполне себе стандартная карта Москвы. Я не знал, как ей пользоваться, попробовал движениями указывать теми же, что и в земных планшетах - на удивление, получилось. В итоге мне удалось с точностью до дома выдать адрес больницы.
   - Спасибо, Дижен, - поблагодарила меня Тесса. - Всем приятного аппетита.
   - Вы тоже желаете друг другу приятного аппетита? - удивился я, когда Тесса ушла.
   - Почему нет, - пожал плечами Аларик. - Мы тоже живые существа, похожие на людей Земли. Естественно, что некоторые наши обычаи тоже похожи. Но конкретно этот Тесса переняла у землян и применила во многом для того, чтобы сделать приятное тебе.
   - Ясно, - отозвался я и попробовал компот. Компот оказался самый обычный, ягодный. Вкусный тоже до безумия. Вообще вся еда на борту оказалась подозрительно вкусной, о чем я и сообщил.
   - О, Дижен, тебе нравится наша еда, это замечательно, - воскликнул Аларик. - Многие земляне отзываются о ней весьма негативно. Это лишний раз подтверждает, что ты - не землянин. Хотя у нас и так уже достаточно подтверждений, но еще одно не помешает. Мало ли как могла измениться твоя биохимия во время пребывания на Земле, ты мог заразиться их вкусовыми привычками... почему-то этого не произошло, это предмет для исследования наших врачей. Кстати, сейчас тебя необходимо отвести к врачу, пусть посмотрит, как ты восстанавливаешься. Пойдем. Юргис, жду от тебя маршрута на сегодняшнюю операцию к 20:00 по Москве.
   - По Москве? Вы пользуетесь земными временными мерками?
   - Конечно пользуемся, когда собираемся проводить операцию на Земле. Надо ведь учитывать временные привычки аборигенов для успеха. Пойдем, Дижен, я проведу тебя к врачу.
   Я поднялся и последовал за Алариком.
   - Вообще, конечно, врач - это перестраховка с моей стороны, - проговорил Аларик, открывая дверь столовой, - но перестраховка разумная. Мало ли каких болячек ты мог подцепить на своей Земле.
   - Она такая же моя, как и ваша, - оскорбился я.
   - Не обижайся, дружище, ты прожил на Земле пятьдесят земных лет, это уже в значительной степени твоя планета. Осталось выяснить, насколько. Как на тебя повлияло это проживание вместе с аборигенами.
   - Из этих пятидесяти лет, о которых ты говоришь, я помню от силы тридцать, - возразил я.
   - Это тоже вопрос к врачу, на самом-то деле, - ответил Аларик. - Видишь, поводов показать тебя нашему эскулапу очень много.
   - Я и не сомневаюсь в этом.
   Мы проходили через очередные коридоры с пейзажами на стенах, внезапно Аларик свернул в технический коридор, провел меня по нему с сотню метров и опять перешел в "празднично украшенный" коридор. За пейзажем с водопадом скрывался санитарный блок.
   - Регги, встречай пациента, - провозгласил Аларик, заходя.
   Я с любопытством огляделся. Регги, судя по всему, был молодой парень той же расы, что и мы с Алариком, то есть, выглядящей, как земной белый человек, по крайней мере, именно он ответил на приветствие. В санитарной части стояло несколько десятков капсул, как их описывают в фантастике.
   - Здравствуй, Аларик. Что за пациент? Кто это?
   - Это Дижен, мой старый друг, он прожил на Земле около пятидесяти лет, из которых помнит только тридцать. Надо узнать, каково его состояние здоровья. И поправить, если что-то не так.
   - Отлично. Дижен, пройдите, пожалуйста, вот к этой капсуле, - проговорил Регги, показывая на желтоватую капсулу, стоящую в углу. - Сейчас запустим полную диагностику организма. Не стоит пугаться, все автоматически. Раздевайтесь, ложитесь в капсулу и ждите результата.
   - Как раздеваться?
   - Обыкновенно, снимайте с себя всю одежду. Догола.
   - Но...
   - Не стесняйтесь, что я там не видел! Давайте, давайте, быстрее начнем - быстрее закончим.
   Меня поразило сходство поведения Регги с поведением земных врачей. Я разделся догола и замер перед капсулой, не зная, как ее открыть. Аларик во время всего этого куда-то подевался, я мог спросить только Регги, что и проделал.
   - Как открыть капсулу?
   - О, ну это же просто, видите вот эту кнопку сбоку? Нажимаете - и вот, пожалуйста!
   Капсула с легким шипением отвела в бок верхнюю крышку.
   - Забирайтесь внутрь.
   Я с большой опаской уставился внутрь капсулы. Там все было выложено белым, удобные подлокотники, подголовник, все это было оббито чем-то похожим на кожу. Я забрался внутрь капсулы и улегся. Сверху опустилась крышка, запустив во мне приступ клаустрофобии. Я чуть не начал вырываться из капсулы, но вовремя стиснул зубы и сдержал порыв.
   - Сейчас вас зальет лечебный гель, - откуда-то извне раздался приглушенный голос Регги. - Не нервничайте, это стандартная процедура, вы сможете дышать даже будучи полностью покрытым этим гелем.
   Я почувствал спиной что-то мокрое и склизкое. На удивление противными оказались эти футуристические капсулы. Жидкость быстро прибывала, в конечном итоге залив мне все лицо, не говоря уже о прочих частях тела. Дышать действительно удавалось несмотря на гель, но еще один приступ клаустрофобии пришлось подавить. Это реально страшно - оказаться в такой капсуле и чувствовать, как тебя заливает гелем!
   Постепенно я успокаивался, не знаю уж почему, но через минуту все страхи стали забываться, и меня начало клонить в сон.
   - Сейчас Вы засыпаете, не сопротивляйтесь этому ощущению, это нормальное ощущение, все исследования проводятся с бессознательным пациентом, - раздался еще более приглушенный голос Регги снаружи.
   И я заснул.
   А потом проснулся, лежа все в той же капсуле с открытой крышкой, без геля, абсолютно сухой.
   - Ну что ж, исследование закончилось успешно, - пробормотал Регги, изучая какие-то показатели на мониторе сбоку капсулы. - Можете одеваться, я вас более не задерживаю.
   -А как же узнать результаты?
   - Вы хотите узнать результаты? Это удивительно. Я не смогу перевести их на понятный вам язык, пожалуй. Из того, что Вам следует знать - теперь Вы абсолютно здоровы телесно, я убрал намечающуюся близорукость, но с точки зрения памяти Вам восстанавливаться и восстанавливаться, и капсула тут не сильно поможет, скорее, помогут мосты, которые дал Вам капитан. Все остальные параметры интересны мне, как врачу, и не интересны Вам, как пациенту.
   Странные у них тут врачи, на самом-то деле. Разве может быть что-то, касающееся меня, как пациента, что меня не будет интересовать? Где их врачебная компетентность?
   Я одевался, недовольно бурча об этом.
   Регги оторвался от монитора и внимательно на меня посмотрел.
   - Вы недовольны тем, что я скрываю от Вас технические детали? Можете посмотреть на монитор, если Вам так любопытно, но говорю же, телесно Вы более чем здоровы.
   Я одел камзол и подошел к монитору. На нем плясали неизвестные мне графики и формулы. Понять что-то действительно было абсолютно нереально.
   - Вот видите, ваш V-образный график слегка смещен влево, это говорит о том, что память не восстановилась до конца по причине нехватки V-гормона, но этот гормон у вас в норме, поэтому Вам просто не хватило времени для восстановления памяти. И все остальные графики не более понятны будут Вам, чем этот.
   Меня охватил стыд. Я действительно ничего не понимал в этих графиках, как и говорил Регги, но зачем-то обвинял его в недостаточной компетентности.
   - Извините, Регги, я не хотел Вас обидеть.
   - Ничего-ничего, это обычно для дикарей с развивающихся планет - испытывать любопытство к деталям, которые не способны понять. Недостаток специализации на вашей планете создает иллюзию, будто Вы можете разобраться в глубинах чужой профессии. Развитые миры давно уже не страдают такой недоверчивостью. Вы привыкните.
   - Не такой уж я и дикарь! - обиженно буркнул я и отправился было к выходной двери, но тут вспомнил, что не найду самостоятельно дорогу ни к своей каюте, ни еще куда бы то ни было. - А мне проводник не положен? Как дикарю на этом корабле?
   - А куда Вас нужно проводить?
   - К себе в каюту.
   Регги хмыкнул, достал из кармана палочку планшета, развернул его, ткнул пару раз и проговорил: "Юнтис, зайди ко мне, пожалуйста, надо проводить Дижена до его каюты".
   - Сейчас все будет, и проводник, и каюта. Не мешайте мне, пожалуйста, изучать графики, - улыбнулся Регги. - Можете пока присесть вот на тот диванчик, - он указал на диванчик рядом с выходом.
   Только теперь я обратил внимание, что вижу окружающий мир четче, чем обычно. Диванчик, которого я не замечал, заходя в санитарный блок и ложась в капсулу, четко очерчивался на фоне стены, хотя был такой же белый, как и она.
   - Регги, спасибо Вам за коррекцию зрения, - произнес я.
   - Вот, видите, Вы уже приходите в себя и начинаете благодарить, - улыбнулся Регги. - На самом деле, у Вас еще была незначительно повреждена печень и левая почка, это я тоже исправил, но Вы не почувствуете изменений, поэтому я Вам об этом не сказал сразу. Теперь, когда Вы почувствовали изменения в зрении, Вы с большим доверием отнесетесь к информации об улучшениях в других органах. Такая дозированная выдача информации - тоже часть моей компетентности как врача, между прочим.
   - Регги, я чувствую, что задел Вас своим недоверием. Простите.
   - Да ничего, пустяки. Не мешайте мне и дальше изучать Ваши графики.
   А этот Регги улыбчивый малый, все улыбается и улыбается, - подумал я.
   Я присел на диван и осмотрелся. Все капсулы стояли с приоткрытыми крышками, как я только сейчас обратил внимание. Крышки не были откинуты, но и не прилегали плотно к основанию капсул. Вероятно, это означало, что капсулы никем не заняты. Может быть, так было принято их держать в перерыве между работой.
   - Регги, а когда появятся другие пациенты с Земли, они тоже будут проходить осмотр в капсулах?
   - Да, конечно.
   - И Вы тоже будете им "дозированно выдавать информацию"?
   - Если их будет много, то, возможно, я не буду даже говорить им о мелких исправлениях в телесной сфере, которых они не почувствуют. Я врач, это моя забота - их телесное здоровье, им не обязательно знать все в деталях.
   - Понятно.
   Дверь отворилась, и зашел Юнтис.
   - Господин Дижен, прошу за мной! - проговорил он. - Господин Регги, здравствуйте!
   - Здравствуй, молодчик! - ответил Регги. - Выметайтесь уже из моего царства капсул!
   И эта фраза тоже была сопровождена улыбкой. Дружелюбный какой!
   Я прошел вслед за Юнтисом в коридор и там спросил его:
   - А этот Регги всегда такой странный?
   - Странный? Что Вы имеете в виду? По-моему, он вполне обычный врач, такой же, как и многие многие другие.
   - Значит, на Земле врачи чем-то сильно отличаются от галактических. Он мне напомнил скорее инженера, чем врача.
   - Но врач - это в том числе и инженер! Он же должен разбираться в показаниях капсул! И должен уметь их программировать!
   - Понятно, не учел. Спасибо, Юнтис, за информацию.
   Мы довольно быстро добрались до моей каюты. Я опять не запомнил дорогу, какое-то дикое смешение "публичных" и "технических" коридоров. В моей каюте Юнтис оставил меня в одиночестве.
   Я утомился за весь этот суматошный день и решил немного поспать.
  

Глава 4.

  
   Следующие несколько дней на корабле протекали так же, как и первый. Меня водили в столовую, я познакомился с некоторыми спасенными "больными", один раз из любопытства посмотрел, как выглядит со стороны погружение в капсулу - ничего особенного, просто голый человек ныряет в капсулу, крышка закрывается с легким шипением, а потом будто бы ничего не происходит, хотя на самом деле капсула вовсю работает. На обедах стали присутствовать другие люди, на завтраках и ужинах - тоже.
   Однажды Юргис сказал мне, что неплохо бы мне вспомнить координаты других "больниц" - но, к сожалению, я не помнил. Вообще память возвращалась ко мне очень медленно. Я вспомнил, что до Сергея Яновского меня звали Игорь Плетинский, но больницу, которая поспособствовала такому изменению имен, так и не вспомнил. До Игоря Плетинского меня действительно звали Дижен, в этом я уже убедился неоднократно, но память о галактическом детстве все не возвращалась и не возвращалась.
   Насколько я знал, дело у других спасенных обстояло не лучше с этой областью.
   Аларик виделся со мной только за трапезами. Честно говоря, я жутко скучал на этом огромном корабле. Когда я пожаловался об этом Аларику, он рассмеялся и сказал, что может приставить меня учиться чему-нибудь к кому-нибудь из команды. Я задумался и сказал, что хотел бы быть навигатором.
   - Нет, мой друг, навигатор - это слишком сложно, слишком много образования пропущено. Выбери что-нибудь попроще.
   - Но я же не знаю, что за специальности тут еще есть!
   - Хорошо, я приставлю к тебе Юнтиса, он поможет определиться.
   Юнтис стал самым моим частым собеседником на этом сумасшедшем корабле. Тесса, Юргис не особенно баловали меня своим присутствием, про Аларика я уже говорил - только на трапезах. Но Юнтис провожал меня везде. Поневоле мы разговорились.
   - Самое простое, что у нас есть из специальностей - это специальность солдата, как у меня. Но эта специальность требует очень хорошей физической подготовки. Конечно, можно нарастить мускулы при помощи капсулы, но реакции, умение двигаться с этими мускулами правильно - все это приходит только после долгих тренировок. Следующая по простоте специальность - сержанта. У нее все те же требования к физическому развитию, однако необходимо еще учиться командовать и принимать решения в бою. Дальнейшие офицерские должности еще более сложные.
   - Юнтис, а можно что-то не связанное с войной, какую-нибудь мирную специальность?
   - Я не знаю, почему к Вам приставили именно меня, но я как раз знаю немного о мирных специальностях. Например, специалист по связи. Это довольно сложная специальность, необходимо знать все обо всех средствах связи, которые присутствуют на корабле, и в то же время разбираться в древних средствах связи, которые используются на Земле, куда мы прибыли с освободительной миссией. Точнее, необходимо знать все о средствах связи на корабле и на планете, с которой корабль собирается взаимодействовать.
   - Мое образование вроде бы позволяет разобраться в средствах связи землян, но я не уверен, что смогу осилить средства связи на корабле. Здесь все так сложно. Например, корабль понимает намерения - это ведь часть средств связи, как я догадываюсь.
   - Да.
   - Таким образом, мне необходимо понимать, как корабль может считывать эти намерения. Я могу догадаться, что дело в излучении мозга, но как считывать это излучение на больших расстояниях? Неужели тут все стены улеплены датчиками излучения мозга?
   - Примерно так оно и есть. Все стены на корабле, вся мебель, все устройства сделаны из материала, улавливающего намерения. Корабль просто считывает эти намерения с датчиков и совершает соответствующие действия. Кстати сказать, подобная схема предотвратила немалое количество бунтов на военных кораблях. В конечном итоге, все, кто хотел бунтовать, перешли в братство галактических пиратов, поскольку служить на кораблях с нашим оснащением и не придерживаться норм галактического права невозможно.
   - Хорошо, а есть еще какие-нибудь специальности?
   - Например, есть специальность повара. У нас автоматизированная кухня, однако ей требуется присмотр. Эта специальность очень простая, но требует знания инженерных тонкостей автоматической кухни, а так же знания рецептов различных блюд и как перевести эту рецептуру в понятный автоматической кухне язык. Пожалуй, эта специальность все же посложнее специальности солдата.
   - Возиться с ингредиентами... Как-то не хочется.
   - Возиться с ингредиентами не придется. Это все забота кухни. Специальность больше техническая, чем поварская. Повар для ресторана, конечно, работает с ингредиентами напрямую, однако повар на космическом корабле - нет.
   -А в чем отличие ресторана от местной столовой? Хотя нет, можешь не отвечать, кажется, я и сам понимаю разницу.
   - Да, рестораны более дорогое удовольствие, - улыбнулся Юнтис. - А в целом, рестораны для аристократии, для всех остальных работают автоматические кухни, очень удобные и вкусно готовящие.
   - У вас есть аристократия?
   - Конечно, есть! Господин Аларик, к примеру, аристократ. Вы аристократ, господин Дижен, насколько мне об этом известно. Госпожа Тесса, господин Юргис, многие офицеры на корабле - аристократы. Но поскольку они находятся на военном корабле, питаются они как обычные люди. Роскошь иметь повара, самолично готовящего блюда, на военном корабле недоступна.
   - А не зазорно ли работать аристократу по простой специальности? - спросил я.
   - Нет, конечно. Аристократия не означает автоматически богатства и процветания, хотя эти вещи очень связаны друг с другом, но не обязательно одно идет в паре с другим. Аристократ может работать и просто поваром автоматической кухни. Как, например, у нас на корабле.
   - Аристократ?
   - Да, - улыбнулся Юнтис. - Господин Валрик - как это по-вашему - кажется, барон, да?
   - Да, есть такой аристократический титул на Земле, самый скромный, насколько я знаю.
   - Вот именно, значит, он барон. Или "айтейо", по-нашему. Но можно перевести как "барон", Валрик не обидится.
   - А от чего вообще зависит, аристократ человек или нет?
   - Обычно от его родителей, - улыбнулся Юнтис. - Все как и на Земле, насколько я знаю. Но можно стать аристократом за особые заслуги. Например, после нашего путешествия господин Аларик, если бы не был уже аристократом, мог бы стать им за заслуги перед Галактическим союзом.
   - Хорошо, а какие специальности еще есть?
   И так мы разобрали с Юнтисом большинство специальностей на корабле. Ни одна из них не пришлась мне по душе так, как специальность навигатора. Но, по словам Аларика, эта специальность мне недоступна из-за ее сложности. А все остальные... мне не понравились, одним словом. Хотя.. Может быть, может быть, мне стоит попробовать стать пилотом. Со слов Юнтиса, эта профессия немного посложнее сержантской и поварской, но не так сложна, далеко не так сложна, как навигаторская.
   Я озвучил свое предположение Юнтису, и тот согласился, что пилот из меня еще может получиться. Хотя бы пилот истребителя. Он сказал, что здесь тоже важна реакция, поэтому надо проверить ее уровень. Проверка заняла около двух часов и проходила на специальном оборудовании, имитирующем полет в космосе. После проверки я чувствовал себя выжатым лимоном: столько приходилось уворачиваться от астероидов, запускать их уничтожение, реагировать на вспышки справа, слева и сверху и снизу. По словам Юнтиса, одновременно с реакцией тестировалась еще и выносливость. К счастью для меня, и то и другое у меня оказалось на высоте.
   После этого мне предложили пройти курс молодого пилота. По словам Аларика, в своем детстве, которого я так и не вспомнил, я уже начинал проходить этот курс и это объясняет мою отличную реакцию на тестировании. Так что теперь можно было начинать как бы не с нулевого уровня, а с начального.
   Моим тренером оказался синекожий молодой человек по имени Арбид.
   - Здравствуйте! - поприветствовал он меня во время первой встречи. - Я буду вести у вас курс начинающего пилота, или молодого пилота, как любят исказить название наши ученики. Первое, что мы изучим - это строение истребителя. Вы должны понимать, где у вашей машины двигатель, тормоз, пушка и другие важные части.
   Так начались мои будни молодого пилота...
   Надо сказать несколько слов про спасенных из больницы. Они потихоньку осваивались на корабле тоже, знакомых Аларика среди них не оказалось. Кто-то из них захотел стать поваром, кто-то - солдатом. Таких привередливых, как я, среди них не нашлось. Они были очень рады, что их избавили от тягот больницы, были недовольны, что курс омоложения придется завершить, несмотря на то, что в больнице они больше не лежат. Они постепенно вспоминали свои "прошлые жизни".
   И тут один из них, Ларген, вспомнил, как его захватили пираты. На встречу с Ларгеном меня позвал Аларик.
   - Я помню, как находился в корабле, похожем на этот, тоже шарообразный, тоже пейзажи в коридорах на стенах, - говорил Ларген. Почему-то его, как и других спасенных, по техническим коридорам не водили, это я узнал, поговорив с ними о том о сем несколько минут. - Я помню, как страшно завыла сирена, и мои родители вместе со мной бросились в каюту. Я помню, что каюта у нас была рядом с пассажирскими шлюзами, и неподалеку от нее находились спасботы. Видимо, они хотели воспользоваться спасательной шлюпкой, но по пути мы встретили пиратов, и они.. Они застрелили моих родителей, схватили меня, вкололи что-то похожее на тот препарат, от которого деревенеют конечности, и отвели меня на пиратский корабль. Я помню этот корабль: сплошные технические коридоры, никаких пейзажей на стенах, убогая каюта на двоих, со мной был парень, я не видел его после. А потом... потом мы прилетели на Землю, и меня передали земным спецслужбам в обмен на что-то, что они называли "дейтий", это какой-то металл, я точно знаю, кажется, использующийся в обшивке вашего корабля...
   - Я знаю, что такое дейтий, - мрачно сказал Аларик. - Очень ценный металл для нашей цивилизации. Если на Земле его существенные залежи, понятно желание пиратов держать координаты этой планеты в тайне.
   - Аларик, а как же вы нашли Землю? - неожиданно заинтересовался я. - Если пираты держат ее координаты в тайне?
   - Нам удалось сесть на хвост пиратам, ограбившим пассажирский лайнер, - еще более мрачно ответил Аларик. - Нам не удалось спасти детей с этого лайнера, они все еще где-то на Земле, но зато нам удалось проследить путь пиратов до этой планеты.
   - Но зачем мы людям Земли, - удивленно произнес Ларген.
   - Как зачем. Вы же дети другой цивилизации. Наблюдения за вами в естественной для вас среде - а спецслужбы делают все, чтобы среда Земли стала для вас естественной - наталкивает их на разнообразные изобретения. Они продвигают свой технический прогресс за ваш счет.
   - Но я не был особенно технически ценным специалистом, - возразил я. - Я всего лишь тестировщик программного обеспечения в одной жизни, технический писатель в другой жизни, инженер-программист в третьей жизни...
   - Обрати внимание, с каждой жизнью твоя ценность для спецслужб падала. Возможно, они что-то извлекли из твоих творений, когда ты был техническим писателем, но наверняка они что-то извлекли из твоих творений, когда ты был программистом.
   - Ничего особенного, мне кажется..
   - Им виднее. Они готовы за это платить.
   - Но я тоже не особенно ценный специалист, - возразил Ларген. - Я вообще занимался тем, что писал песни.
   - Значит, они двигают не только технический прогресс за ваш счет, но еще и культуру, - совсем мрачно отозвался Аларик. - Как правило, дети более сложной цивилизации в более простой оказываются почти гениями. Вас просто эксплуатируют, как только можно и нельзя.
   - А как все это началось? - спросил я.
   - Началось это все лет сто пятьдесят назад, когда Галактические пираты отделились от Галактического союза. Вы думаете, что пираты - это название того, чем они занимаются. Да, это так, но еще это и самоназвание государства. Есть Галактический союз, а есть Галактические пираты. Под их юрисдикцией находится три планеты, из которых одна аграрная, огромный военный флот и масса людей различных рас. Фактически, это независимая государственная структура. Мы, Галактический Союз, боремся с ней так, как будто это часть нашей системы, но фактически это неверно.
   - И что же произошло такого сто пятьдесят лет назад, что галактические пираты смогли объединиться в отдельное государство?
   - У них откуда-то появились огромные запасы дейтия. Это стратегически важный металл, из него делают считывающие намерения пластины. Эти пластины вшивают в стены корабля плотной сетью, и фактически получается, что на один корабль дейтия уходит не так уж и много. Пираты вышли на рынок дейтия и обвалили его своими продажами. За счет полученных средств они создали свой военный флот и смогли отделиться от Галактического Союза. Детей они крали задолго до этого, но дейтий в больших количествах появился у них только тогда. Мы не смогли проследить, откуда они берут дейтий, а теперь выясняется, что они обменивали наших детей на него.
   - И что же вы теперь со всем этим будете делать? - спросил я.
   - Надо доложить королеве, прежде всего, - сказал Аларик. - Извините, мне надо отлучиться. Ларген, пройдите, пожалуйста, со мной, повторите ваш рассказ под запись.
   Ларген оказался не единственным, кто вспомнил свое похищение в итоге. Еще несколько человек вспомнили похожие сцены, и каждый раз продажа живых людей землянам оборачивалась покупкой за эту "валюту" дейтия.
   Тем временем мои тренировки на пилота приносили свои плоды. Я окреп, стал более уверенно смотреть в будущее... И научился пилотировать истребитель. У меня ушло на это более трех недель. Как сказал мне Арбид, это очень приличный результат. Теперь я мог участвовать в какой-нибудь вылазке.
   Надо сказать, что управление истребителем было предельно простым. Необходимо было следовать по курсу, проложенному навигатором (вот когда мне хотелось снова и снова прикоснуться к этой профессии - прокладывать курсы!) - и для этого можно было пользоваться.. намерением! Все управление кораблем сводилось к намерениям, так же как и управление всей остальной техникой. Да, в рубке пилота был штурвал, позволяющий управлять направлением полета, но все равно все упиралось в намерения. Умная машина считывала их и преобразовывала в собственные движения. Неудивительно, что дейтий, из которого делаются считывающие намерения пластины, настолько ценен! Я уверен, что на Земле повторить фокус - стать пилотом истребителя за три недели - мне не удалось бы ни под каким соусом.
   За эти три недели Аларику удалось найти координаты еще двух больниц и вытащить из них тех, кто определенно был украденным ребенком когда-то. К сожалению, в обеих из этих больниц были и реальные больные земляне, поэтому операции заняли очень много времени: приходилось прямо на месте запускать процедуру проверки, что за больной лежит перед похитителями - дитя звезд это или же обычный землянин. Аларик беспокоился, что такие длинные операции привлекут внимание пиратов, и он оказался прав.
   В один из дней меня разбудила сирена. "Всем пилотам истребителей занять свои места", - повторял механический голос. Я удивился, что меня внесли в штатное расписание пилотов истребителей, но послушно потопал на палубу, где находился мой учебный кораблик. Рядом с ним обнаружился Арбид.
   - Дижен Мэй, тебе предстоит высокая честь защищать наш корабль от нападения пиратов, - величаво сказал Арбид. - Твой учебный истребитель ничем не отличается от обычных, такова практика обучения. Тебе предстоит выполнить полетное задание: сбить два истребителя пиратов. После этого ты должен вернуться на базу.
   - Есть, господин Арбид! - шутливо отдал честь я. Наконец-то какое-то приключение разбавит учебные будни! К сожалению, я относился на тот момент к этому происшествию именно так - как к увлекательному приключению.
   Я нырнул в свой истребитель, настроил панель управления на длительный полет. Арбид в это время покинул шлюз. Я выбрал в меню пункт "экстренный сброс", чтобы покрасоваться перед наставником. И вот, открытый космос, обратная сторона Луны, передо мной тактический экран с информацией об истребителях нашего родного корабля, подсвеченной синим, и истребителях пиратов, подсвеченных красным. Я ринулся в бой.
   Что я могу сказать о своем первом бое. Это было суматошно. Это было напряжно. Подавать четкие намерения на пульт управления не так-то и просто в пылу боя. Поначалу я еле справлялся с тем, чтобы направлять кораблик в нужное место. Кроме того, приходилось гоняться за истребителями пиратов, они ловко уклонялись от моих выстрелов, а потом двое из них сели мне на хвост и начали гоняться уже за мной. Как раз этих двоих я и подстрелил в итоге, успешно вывернувшись из ловушки, в которую они меня пытались загнать: они заставили меня спуститься ближе к Луне и чуть не угробили мой истребитель о горы кратеров. Но я вовремя вывернул вверх, расстрелял в этом маневре один из истребителей противника, а потом второй по какой-то неизвестной мне причине сам подставился под мое оружие.
   Двое истребителей были погашены, как это говорится на жаргоне пилотов, и теперь я мог возвращаться на базу. Однако около базы кипел жаркий бой: истребители противника гонялись за истребителями нашего корабля, и наоборот. Я с трудом смог пробиться к собственному шлюзу. Вызвал Арбида, доложился о выполнении миссии и спросил, не могу ли я помочь нашим еще чем-то, может быть, еще какой истребитель противника сбить, вот как раз один из них ко мне подбирается...
   - Сбивай этого одного и возвращайся! - скомандовал Арбид.
   Так я и сделал. Мне повезло, противник оказался несколько неуклюж.
   После этого я вернулся на базу и посадил свой истребитель в его собственный шлюз. Адреналин бил в голову, хотелось прыгать и скакать вокруг истребителя в шаманском танце победы. Кстати, а почему Арбид не в бою?
   - Пираты напали на нас существенно меньшими силами, чем есть у нас. Не знаю, почему они это сделали, вопрос к руководству нашему, может быть, они знают. Нет необходимости выпускать все наши истребители. Тебе удалось поучаствовать в этом бою по той же причине: для тебя это был в основном учебный бой. Силы пиратов не только меньше в количественном выражении, они еще и хуже подготовлены. Риска для тебя не было почти никакого.
   Я расстроился от слов об отсутствии риска, мне казалось, что все по-настоящему, и прижали у Луны меня тоже всерьез. Однако мне удалось спастись! И прикончить аж три истребителя противника.
   - Не загордись, это всего лишь первый бой. И я так понимаю, в идеале ты хочешь стать не пилотом истребителя, а пилотом корабля вроде нашего?
   В этот момент по кораблю прошла дрожь.
   - Залп из основного орудия! - воскликнул Арбид. - Им удалось заманить противника в ловушку!
   - Как они это сделали?
   - Выстроили сеть истребления, конечно же. И загнали противника под дуло нашего основного калибра так, что ни один из наших истребителей не попал под его выстрел.
   - Понятно.
   На меня неожиданно навалилась усталость. Вроде бы и всего ничего поучаствовал в бою, а поди ж ты.
   - Арбид, а можно мне уже пойти в столовую? Я не успел позавтракать сегодня.
   - Конечно, конечно, Дижен!
   И я пошел в столовую, и обнаружил там Тессу с Алариком. Они равнодушно к происходящему за бортом наворачивали кашу с тостами и джемом.
   - Аларик, а ты в курсе, что сейчас происходит бой с пиратами? - ехидно поинтересовался я.
   - Разумеется! Я верю в наши силы! - ответил Аларик.
   - А как так получилось, что пираты нас нашли?
   - Мы были неосторожны в последней операции и засветились на радарах спецслужб. Не успели их вырубить вовремя, а потом было поздно, они уже сообщили в центр о происходящем. Видимо, их главные связались с пиратами и объяснили им обстановку. А пираты бросили на проверку нашего возможного местоположения недостаточное количество сил. Кстати...
   Аларик бросил ложку с кашей и достал планшет. Потыкал пальцами в него, чему-то похмыкал, и отложил планшет в сторону.
   - Как я и думал, основные силы пиратов сейчас находятся в районе Марса и не могут прийти на помощь тем, кого уничтожают наши доблестные истребители. Это информация от нашего навигатора, так что ей можно верить. Но нам придется на время отчалить от этих берегов и переместиться в Галактический Союз, чтобы не дразнить пиратов нашим здесь присутствием. В конечном итоге, они перебросят свой флот от Марса сюда, и нам не поздоровится.
   Я выбрал себе такую же кашу, как у Дижена с Тессой, и принялся наворачивать.
   - Аларик, а как же наши спасенные?
   - Мы отдадим их в клиники Галактического союза, там их поставят на ноги, найдут их родных и вернут им.
   - Я думал, мы теперь приписаны к твоему кораблю как штатные единицы, - разочарованно сказал я.
   - Нет, пока что приписан к нам только ты как пилот истребителя, - возразил Аларик.
   - Но я таки приписан? Меня не будут возвращать родным? - с надеждой поинтересовался я.
   - Конечно, мы покажем тебя твоим родным, но при желании ты можешь оставаться с нами как полностью адаптировавшийся. Ты смог получить новую актуальную профессию, это ценно и никто не собирается отнимать у тебя эту профессию. Единственное только, если бы ты пошел со своими родными, ты мог бы пойти учиться на навигатора, как хотел...
   - Звучит соблазнительно. Однако больше, чем учиться на навигатора, я хочу задать жару этим пиратам. Вы ведь продолжите свою миссию после того, как вернете похищенных родным?
   - Да, безусловно. Мы пока обнаружили только одну планету, с которой они торгуют людьми, но судя по их запасам дейтия, у них должен быть выход еще как минимум на одну такую же планету, может быть, на две. Нам надо обнаружить координаты этих планет.. И кстати, - он бросил взгляд на планшет, - флот на Марсе зашевелился. Нам пора отходить.
   Аларик встал, взял планшет и посмотрел на Тессу.
   - Отзови истребители, пожалуйста. Мы готовимся к прыжку на Ирвид.
   Так закончилась история моего пленения на Земле. Я выучился на боевого пилота истребителя - мне пришлось еще много доучиваться после того достопамятного боя, в котором, я считаю, мне несказанно повезло выжить. И началась другая история - освоения Галактического союза. Но об этом как-нибудь в другой раз.
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик) К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера 5: Башня Видящих"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"