Верещагин Олег Николаевич: другие произведения.

Новые русские песни

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!
Конкурсы романов на Author.Today
Оценка: 8.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Я прошу не сердиться. У многих из этих стихов я не знаю авторов. Некоторые опубликованы, и не только на СИ. Я помещаю их тут вот так, вместе, не чтобы поднять свой рейтинг, а потому - что это ХОРОШИЕ СТИХИ.


  

РУССКИЕ ПЕСНИ НАШИХ ДНЕЙ

"Конструктор"

Волчий Вальс

   Диск луны поднимается сладок и спел,
   Наводя на людей золотистый прицел...
   Как магический клич наши песни звучат,
   Человечьих детей превращая в волчат...
  
   В эту ночь мы не будем кого-то жалеть!
   Те, кто любят, должны и любить, и болеть.
   И дешёвые боги пусть зря не ворчат.
   Что в любовь человечью включаем волчат.
  
   Или в горло клыком, либо взглядом укол,
   Может просто улыбка, и даже прикол...
   Только страшный процесс в подсознаньи начат:
   Из детей человека мастачим волчат!
  
   Каждый мрачен, но весел, заботлив, но зол.
   Каждый знает как жжётся осиновый кол!
   Только мы не рычим, да и жертвы молчат -
   Молчуны молчунов обращают в волчат!
  
   Мы успешно обходим кордоны постов.
   Ведь не видно под джинсами серых хвостов.
   Только те, кому надо, в толпе различат
   Исподлобья и дерзко глядящих волчат.
  
   Нас клянут как проказу, обходят как мор
   По капризу, приказу, заказу, на спор...
   Этот чёртов почёт истерично влачат,
   И никто не жалеет мутантов-волчат!
  
   А волчата красивы, волчата храбры!
   Хоть и прячутся в губы клыки до поры.
   И живьём разрываемы - не закричат!
   Мы гордимся, что так воспитали волчат!
  
   Это сердце давало безумный обет!
   Нету мщения, но и прощения нет!
   Ну и что, если кто человеком зачат?
   Кто - кого, ну а мы вам рожаем - волчат!
  
   А когда нас настигнет беда на бегу,
   И размажется кровь на невинном снегу,
   Только горло всхрапнёт, и сердца застучат
   У не нюхавших порох наивных волчат.
  
   Мы подскочим торчком и завьёмся волчком,
   Волоча из кишок окровавленный ком...
   С треском строчек шрифты со страниц застрочат,
   Добивая погибшие души волчат...
  
   Мы не лаем, а воем, чтоб вид не исчез...
   Подъедаем помои, но косимся в лес...
   И растратится форум, расплачется чат
   За не вышедших полом девчонок-волчат...
  
   В эту ночь мы не будем кого-то жалеть!
   Те, кто любят, вот так не должны умереть!
   Пусть продажные боги зубами стучат:
   Мы порвём ваши глотки за наших волчат!!!
   ЧЕЛОВЕЧЬИХ ДЕТЕЙ ПРЕВРАЩАЕМ В ВОЛЧАТ!!!
  
  

НЕИЗВЕСТНЫЕ (мне) АВТОРЫ ОБ ОСЕТИИ

* * *

   СААКАШВИЛИ:
   Георгий? Это я, Саакашвили!
  Я вас прошу начать обстрел Москвы!
  БУШ (не понимая):
   Обстрел чего?
  СААКАШВИЛИ:
   Ну, мы же все решили!
  Что типа если мы. то сразу вы!
  Ну, вспомнили? Когда мы вас встречали?
  И я тогда сказал на торжестве,
  Что если я стреляю по Цхинвали -
  То сразу вы ответно по Москве!
  Я подарил вам рог, папаху, вымпел,
  И вы сказали: можно на Цхинвал!
  БУШ:
   Не может быть. Я столько бы не выпил.
  Я вам такого слова не давал.
  СААКАШВИЛИ (раздосадованно):
  Ну как же так! Ведь вы под чахохбили
  Сказали после пятого куска,
  Что если б россияне нас бомбили,
  То НАТО бы ввело туда войска!
  БУШ:
   Нет, Михаил. Мы пили только воду!
  И я еще заметил, Михаил,
  Что мы готовы защитить свободу,
  Но про войска я вам не говорил!
  СААКАШВИЛИ:
   Ну да, свободу, если вам угодно.
  Я за свободу всякого порву!
  Я обстрелял Цхинвал вполне свободно,
  И значит, ваш черед бомбить Москву.
  БУШ:
   Послушайте. Сейчас я вам втолкую.
  Свободу мы, конечно, бережем,
  Но ввязываться в третью мировую.
  Я понял бы - за нефть. Но за боржом?!
  СААКАШВИЛИ (чуть не плача):
  Но как же так, Георгий! Я в отпаде!
  Еще когда мы пели "Сулико",
  Сказали вы: "Зайти свободы ради
  Ты можешь сколь угодно далеко!"
  БУШ:
   Да, я сказал, и в этом нету фальши,
  И ныне повторяю толмачу:
  Прошу тебя пойти как можно дальше
  И побыстрей, а то я спать хочу. (Кладет трубку.)
  СААКАШВИЛИ:
   Чего-то получилось плоховато.
  А говорил: "Ты нужен! Ты любим!"
  (После задумчивой паузы кидается к телефону.)
  Алло, Москва! Меня кидает НАТО.
  Давайте мы их на фиг разбомбим?

* * *

    Грохот спокойную ночь разорвал,
  Снова огонь обнимает Цхинвал.
  Бомбы завыли и розовый куст
  Дрогнул. Послышались скрежет и хруст.
  Камни раздвинув, восстал из земли
  Воин в лохмотьях в могильной пыли.
  Снова бомбят. Вспоминает герой
  Кровь и огонь, Девяноста второй.
  Розами горская кровь проросла
  каждого города, дома, села,
  Прерван разрывами вечный покой,
  Розу срывает костлявой рукой.
  Болью и местью глазницы горят,
  Сгнили в подсумке запалы гранат,
  Ржавый "калаш" на тряпичном ремне,
  Нож "мхедриони" меж рёбер в спине,
  Сына зовёт, но - кричи-не кричи,
  В пыль размели его бомбой "грачи".
  Тщетно отца призывает и мать,
  Танк переехал - костей не собрать.
  К Роду воззвал он, костями гремя,
  И задрожала родная земля.
  Встали скелеты из зыбких могил,
  Каждый из них себе розу схватил.
  Помнят они девяноста второй,
  Каждый безвинен, и каждый - герой.
  Солнце встаёт, продолжается ад,
  Марш мертвецов, но ни шагу назад,
  Только в Тбилиси им будет покой,
  Розы сжимают костлявой рукой.
  Что, президент, пробирает мороз?!
  Будет тебе "Революция Роз"!

* * *

     "Алло, алло, Мишо, какие вести?
   Давно я в Джорджии была
   Пятнадцать дней, как я в отъезде,
   Ну как идут у Вас дела?"
  
   "Все хорошо, мой сладкый Кандализа,
   Дела идут и жизнь легка,
   ни одного печального сюрприза,
   За исключением пустяка!
  
   Так, ерунда, на двести баксов -
   Испортил я свой лучший галстук!
   А в остальном, мой сладкый Кандализа,
   Все хорошо, все хорошо!"
  
   "Алло, алло, Мишо, ужасный случай!
   Да, я смотрела Би-Би-Си.
   Подарок Джорджа! Самый лучший -
   Как Вы могли, хочу спросить?!"
  
   "Всё хорошо, мой сладкый Кандализа
   Всё хорошо, как никогда
   К чему скорбеть от глупого сюрприза -
   Ведь это, право, ерунда!
  
   Я галстук съел в прямом эфире,
   Когда на базе флот спалили.
   А в остальном, мой сладкий Канадализа,
   Все хорошо, все хорошо!"
  
   "Алло, алло, Мишо, мутится разум!
   Какой неслыханный удар!
   Скажите мне всю правду разом,
   когда на базе был пожар?"
  
   "Все хорошо, мой сладкий Кандализа!
   И хороши у нас дела!
   Но нам судьба, как видно из каприза
   Еще сюрприз преподнесла!
  
   К нам в Поти русский приходили
   И базу с катером спалили,
   А в остальном, мой сладкий Кандализа,
   Все хорошо, все хорошо!"
  
   "Алло, алло! Мишо, какая драма!
   Ах, до чего мне тяжело!
   Я вне себя! Скажите прямо!
   Как это все произошло?"
  
   "Мы захотел, мой сладкий Кандализа,
   Бай пис вернуть себе Цхинвал,
   И осетин не ждал такой сюрприза,
   И мы почти что побеждал,
  
   Мы мирно применяли "Град"
   И подготовили парад,
   Но злобный русский приходы,
   И выдавал нам всем люли,
   Мы героически бэжал,
   Противник в панике догнал
   Всэ наша танки захватил
   И много катер утопил
   Погода вэтренный была,
   Весь база выгорел дотла,
   Радар сломался от ракэт,
   На новый тоже дэнэг нэт
   Ваш армий все еще не тут,
   А мой в атака нэ идут,
   Я призывал вмешаться мир
   И скушал галстук на эфир
   А в остальном, мой сладкий Кандализа,
   Все харашо, все ха-ра-шо -
   Пам-парам-пам-пам!"
  

Вероника Стриж

Подражание Гумилеву

(Олегу Верещагину)

   Я конквистадор в панцире железном,
Мой лик суров, награда мне - победа,
Моя звезда в небе кроваво-красном,
Горит как символ истин, что я ведал.

Моя десница меч сжимает крепко,
Моих очей взгляд пристален и остр,
Я мысль врагов улавливаю цепко,
Старуха смерти взять меня не просто.

И рыцарские доблести отважно
Воспитываю каждый день в душе я,
Борьба со злом, что в жизни очень важно,
И день за днем войну веду в себе я.

Мне мужество становится опорой,
Король на подвиг клятвою окрестит,
Забыть про щедрость было бы позором,
А смертью стала бы потеря чести.
  

Мама
(для одного мальчишки по имени Пашка)

   А сегодня спозаранку раскричалось воронье
Мальчики идут под танки. "Не ходи, дитя мое",
Но сыночек озорные на меня поднял глаза,
- Мама, что же мы, чужие? Мама отпусти меня!

Я стою, себе не верю... и машу ему платком,
- Мама, я же в смерть не верю. Мама, я вернусь потом,
И ушел, махнул рукою, как за сердце потянул,
- Мама, я любить умею, значит, я сильнее пуль.

Расчертили лик морщины. Каждый день встает заря.
- Мама, мы уже мужчины, мы тут все теперь друзья.
Грусть глаза мои сжигает, сердце чаще все болит,
- Мама, мама, дорогая, к взрывам я уже привык...

А сегодня так тревожно ночью свет лила луна,
- Мама, скоро возвращаюсь. Мама, ты встречай меня.
Руки к сердцу прижимаю. "Ты вернулся, милый мой"!
- Мама, ты не плачь, родная! Мама, я пришел живой.
  

Ольге Ступиной

   Не поэт я, и в образах нет нужной соли.
   Не раскрыть, не пропеть, то чего испытала,
   Что поделать, тебе из капкана на волю
   Ну а мне только отклики, тоже не мало.
  
   Как за душу схватила-то, прямо с изнанки,
   И по ней, по душе речевой канонадой,
   И текут ощущения в руки из ранки,
   Как песок золотой на краю листопада.
  
   Я б наверно сбежала подальше и глубже,
   Что б в себе сохранить чистоту ощущений,
   Но, увы, под землей голос тише и глуше
   Соловья не расслышать среди отчуждений.
  
   И пройдется реальность немного ворчливо,
   Оставляя за бортом, а впрочем забавно
   Но спасибо, три тысячи звонких спасибо,
   За мелькание струн и твою Ярославну.
  

Хлопотный товар

   - Купите ребенка, задаром почти продаю,
   - Месье, и почем же сегодня такое дают?
   - Не дорого вовсе, на ценнике счет небольшой,
   - А скидки не будет, уж больно товар непростой.
   - Э нет, нынче это поверьте в огромной цене,
   - Вот этот похоже здоровый, подходит вполне...
   - Отличнейший выбор, вам как в кружева завернуть?
   - Снотворного дайте, чтоб мог по дороге уснуть.
   - Когда оформлять? Или так заберете сперва,
   - Гарантия будет, таможня пропустит? Пора...
   - Да все утрясем, на таможне и выше свои,
   - Ну что же скажу, что бы деньги вам перевели.
  
   И так каждый день с разрешенья всех видов властей,
   Торговые точки растут для продажи детей.
   И в ящике с дыркой как диких и хищных зверят,
   Отправят из детских домов наших русских ребят.
  

Зов ведьмы

  
   Разложила на полатях я полынь-траву,
   Распустила пояса, да косы темные,
   Пойду в лес я колдовать ко Волчину рву
   Будут филины кричать, да совы сонные.
  
   Разложу костер высок, далеко видать,
   Ты спеши ко мне, мой князь, с ветродуями,
   Как ударит горячА кровь, ты забудешь рать,
   Будешь гнать коней своих с златыми сбруями.
  
   Ты не злись, не злись, мой князь, что тебя звала,
   Исскучалась по тебе твоя ведьмочка
   Сын с дочуркой подрастаю, и цветет ветла,
   Что ж поделать, непросто наше времечко...
  
   Ты на завтра снова в путь соберешь коня,
   Щелкнешь плетью, полетишь, в мятных запахах,
   Ну, а я опять останусь на крыльце одна
   Вопрошать небесны силы о новЫх сроках.
  
   А сегодня эту ночь отниму у дня,
   И не в силах отпустить руки нежные,
   Обними покрепче князь, да целуй меня,
   Мы с тобой, мой любимый, снова прежние.
  
   Откричала ночь тихонько, а полынь-трава,
   Одурманила, наш мир горьким шорохом,
   Я проснулась спозаранку во хмелю глава,
   Ну а ты уже умчался, след лишь порохом.
  

Письмо одинокому страннику...

     Мне наверное было бы больно совсем немного,
     Но я ведь далеко не такой вечный, а впереди дорога,
     И голос машины будет петь мне дорожные гимны,
     А ты останешься на остановке, кутаясь в плащ старинный.
     
     Послушай, мое сердце давно сковано паутиной,
     А ты все сидишь и ищешь ответы в золе каминной.
     Да брось ты! Ушедшее никогда не возвращают,
     Но ты почему-то не веришь, в котомку хлеб собираешь.
     
     Выходишь открытый, весь какой есть на ладони,
     И ветер где-то у ног, словно пес шелудивый стонет,
     А ты с улыбкой едва, по пыльной дороге шагаешь,
     Посох зажат в ладони, мастер, чего ты еще не знаешь?
     
     И вовсе неважно, сколько верст в одного совсем,
     Может быть тысячи, сотни, а может всего лишь семь,
     Ведь в общем-то это в радость, дорога тебе как Бог,
     И ты ей молишься славно, не жалеючи ни спины не ног.
     
     Ты будешь чертовски измотан, когда завершится путь,
     Столько лиц пролетит, но ни один не прочувствует суть,
     Только лишь я встречу, опять буду мыть стопЫ,
     Ну зачем ты так долго ходил? Ладно, ложись и спи...
     
     И ты уснешь так сладко, а я поменяю замок,
     В надежде, что он тебя больше не выпустит за порог,
     Но что за глупая радость играть в этот самообман,
     Тебя уже нет в постели и густ за окном туман...
     

Записка свободы

     Девочка ходит вальяжно по краю сцены, улыбается приторно и задирает нос,
     Девочке все слова пусты и бесцветны, никто до нее божественности не дорос,
     Девочка породиста словно собака, длинная шея, слоновой кости точеная стать,
     У нее под сердцем больная складка, и в изнеможении подрагивающая плоть,
     То есть конечно до стонов вплоть
     Некому было пороть.
     
     У девочки давно уже все под контролем: дети, семья, богатство, ключи от дверей,
     Она каждый вечер встречается с доктором Полем, хотя ненавидит всех этих врачей.
     Девочка перестала стрелять в сердце, бьет только в голову, где-то в районе виска,
     Она проглотила уже столько красного перца, что покроет все ваши козыри наверняка,
     Если подпустит и если найдет дурака,
     Но не везет пока.
     
     А у девочки серебрится до пола платье, на голове ни единого лишнего завитка,
     Она поет на тысячах дисках кстатЕ, и требует каждое утро стопочку коньячка.
     Девочка легко набивает себе цену, Афродитой изогнута на глянце журнала 'Playboy'.
     Каждый вечер она выходит на сцену и у президента целыми днями порой...
     А ей бы хотелось родиться совсем немой,
     Когда остается наедине с собой...
     
     Девочка часами проводит с зеркалом, каждый день спешит в тренажерный зал,
     У девочки почти все в порядке с нервами и, искрясь, полыхает былой запал
     Девочка была малолеткой чопорной, теперь стала женщиной 'все включено'
     Она взводит курок пистолета стопорный, выстрел... паденье... и ей уже все равно...
     Ведь не помогали коньяк и вино,
     И было уже не смешно...
     

Зов...

     
   - Мамочка, мама, -
     Плачет ребенок
     И простирает тонкие руки к хмурому небу.
     
     - Мама, мне страшно, -
     Словно котенок
     Спрятал лицо и забылся, как это нелепо...
     
     - Мамочка, мама, -
     Шепчет мальчишка.
     Злобный асфальт разрывает последний ботинок,
     
     - Мама, ну, где ты? -
     Вопрос без ответа
     И только лица текут вереницею мимо.
     
     - Мама, я замерзаю, -
     Смотрит с тоской подросток.
     - Эти холодные зимы, безжалостны к тем, кто без крова.
     
     - Мама, моя дорогая,
     Все так серьезно.
     Деньги всем правят, и для меня не нашлось корки хлеба...
     
     - Мам, где ты шляешься? -
     Плюнул окурок карманник.
     - Эти ментяры-собаки, гоняют меня как добычу.
     
     - Мама, что-то теснит слева,
     Что же так больно-то?
     А на щеках это дождь, просто дождь, я давно уж не плачу...
     
     - Мама...-
     И потонуло...
     Вихрем взметнулись над городом серые птицы.
     
     - Мама...-
     Сердце уснуло
     Чистой струей, что алее любой багряницы.
     
     - Сыночка, Сына,
     - Поздно, моя дорогая.
     Он не дождался тебя в стоне последнего бреда...
     
     - Сын, я вернулась, -
     Плечи сильнее сгибая
     Так и застыла на век, не дождавшись ответа...
  

Мамина колыбельная

  
   Спи усни скорее
   Засыпай, дитя,
   Ночь в объятьях нежных
   Поведет тебя.
   Снег покрыл давно уж
   Вереска поля,
   Под зимой холодной,
   Спит твоя земля.
  
   Спи усни скорее,
   Мой любимый сын.
   Маме ты добавишь
   В голову седин.
   Будут долго плакать
   Мамины глаза.
   В час разлуки длинной
   В сердце образа.
  
   Спи усни скорее,
   Серденко мое,
   У тебя бесстрашье,
   У меня нытье.
   У тебя свобода,
   Ты спешишь вперед.
   Там, за горизонтом,
   Ждет тебя полет.
  
   Спи усни скорее,
   Мамина душа.
   За окошком кошка
   Ходит не спеша.
   Так и ты наверно
   Выйдешь за порог,
   Будут пред тобою
   Тысячи дорог.
  
   Спи усни скорее,
   Ты пока со мной...
   И лампадка тлеет
   В тишине живой,
   Глажу я пушинки
   Светленьких волос,
   Спи мой милый мальчик
   Ты еще подрос.
  

Песнь невесты...

  
   Я себя ведь раздавала по кускам,
   Не боялась и ходила по мосткам,
   И поскрипывали мерно мостки,
   А под ними воды огненной реки.
  
   А сегодня, что за диво со мной?
   Я из дому ни рукой, ни ногой,
   А в светлице полумрак полусвет
   Сколько дней прожито в ней сколько лет.
  
   Мне и воля уже не нужна,
   В чистом поле пролегла борона,
   Словно след лежит на сердце моем,
   Хорошо так было нам в ней вдвоем.
  
   А потом ругала матерь с отцом,
   Опозорила я весь отчий дом.
   Запирали на тяжелый засов,
   Выпускали во дворы злобных псов.
  
   Посадили меня в темный чулан,
   Жениха нашли, 'будь он окоян!'
   А мил друг мой убежал на войну,
   И забыл давно про ту борону.
  
   Завтра бабки снарядят под венец,
   Прослезиться в церкви старый отец,
   А невеста ни жива, ни мертва,
   И бежит за ней вприпрыжку молва.
  
   Ты вернись, вернись, мой сокол шальной,
   Забери свою голубку с собой,
   Но в ответ мне только тишь- тишина,
   И сквозь щелку светит мутно луна.
  
   Темной ночью распахнула окно
   Мне теперь на свете все, все равно.
   Я пошла искать далеки края,
   Где теперь милого друга земля.
  
  

Плач по Русичу

  
   Отпущу своего коня,
   И не стану искать росы...
   Только вороны для меня
   И не спрятать уже слезы.
  
   Были битвы и был азарт,
   А теперь все быльем растет,
   Облаков небесных парад
   Надо мной молчаливо плывет
  
   Витязь, Русич лежала тень,
   На лице последняя грусть,
   И хоть светлым окажется день
   Я уже в земле не проснусь.
  
   * * *
  
   Мужчин не осталось, сгорела деревня дотла,
   И малых детей увели, бабьи встрепаны косы,
   Во вражьем аду только я утаиться смогла,
   Теперь в руку меч, и пусть ноги оплакают росы.
  
   И лучше уж смерть, чем бессилие, правы старики,
   Не смею я спорить, и конь уже терпит подпругу,
   Ну что же коль нет больше вод у славянской реки,
   То мне ль на земле не найти себе сечу-подругу.
  
   Одетый доспех, словно кожух, мешает дышать,
   И шлем прикрывает позор, где вы русые косы?
   Девица младая пошла на врага, умирать,
   Ей в след машет колос, ему не дождаться покоса.
  
   Заговор на дорогу
  
   Да хранит тебя то, что в дороге хранить тебя может,
   Будет путь, словно скатерть, стелиться по бренной земле,
   Пусть сопутствует честность тебе, чёрна дума не гложет,
   И удача за руку ведет по капризной судьбе,
  
   Ветер пусть помогает идти, солнце делится силой,
   Дождь поит своей влагой, земля не кидает камней,
   А дорога одарит тебя златоносною жилой,
   И не будет защиты в пути тебе слова верней.
  
  
   Заговор на любовь
  
   Что бы ты не говорил, мой милый,
   Заменила я ее? Не заменила...
   Хорошо, что зима отпустила
   Не забыть тебе ее, как все было.
   Я гадала и звала, все простила,
   Рвала душу пополам, да рубила.
   Заскрипела дверь, метель закружила,
   В небеса тропу-дорогу сложила.
  
   Я тебя не отпущу, по тропинке,
   Пусть на небе светит ярко картинка.
   Еле видится любови былинка,
   А душа то уже давно половинка.
   На глазах дрожит едва слез солинка,
   Ты поплачь и потуши свет-лучинку,
   На дворе растает ночь, точно льдинка
   И забудется опять боль-горчинка.
  

Эпидемия

  
   Нет, ребенок уже не плачет, он набирает плаксивый смайл,
   Это почти ничего не значит, он ведь школьник, он еще мал.
   А вырастет немного, будет ставить крестик в конец строки,
   И где-нибудь на дороге, обкурившись дряни, откинет коньки.
   А люди пройдут мимо, беспристрастно бросят: "один из"...
   Вот такая вот вам картина, про то, как катится мир вниз.
  
   Нет, девочка не смеется, у нее в арсенале тысячи "колобков".
   Они отразят все ее эмоции, притянут к ней много богатых самцов.
   Она не стесняясь, почти свободно, размещает фото на порно сайт,
   И пройдя по рукам, стелясь покорно, откроет себе наркотический рай.
   А люди скажут на это беззлобно: "Спускайся, зачем тебе этот карниз?"
   И даже осудят немного, бесспорно, когда она, крикнув, лететь будет вниз.

Желтоглазое племя

   Волчица
   У волчицы новые хлопоты,
   У волчицы рыжая шерсть,
   Серость тихая, ночи шепоты -
   Все расчистила эта весть.
  
   Что же это, серебряна братия?
   Ведь из стаи прогонят вон!
   Рыжина для волков не компания,
   Хоть сменился снегов сезон.
  
   Рыжей странной пушистой шкурою,
   Промелькнула волчицы тень.
   Это ж надо - зимою хмурою
   Обернулся весенний день.
  
   И бежит, словно пламя дикое,
   По лесам своим и лугам.
   А над ней встает солнце великое,
   Запекая слюду по следам.
  
   Волк Князь
   Тяжелой поступью лап широких,
   Он идет по лесам родным,
   Волк - потомок князей далеких,
   Волк с судьбою всем быть чужим.
   Белым пеплом покрыла изморозь,
   Шкуры снежной его отлив.
   На плечах таска-дума выспалась,
   Потому он так молчалив.
  
   Его сердце не знает жалости,
   Лапы быстры, клыки остры...
   И не чувствует тело усталости.
   А в глазах полыхают костры.
  
   Вот волчица с цветастым бременем
   Ускоряет свой в страхе бег...
   И погнался за рыжим пламенем
   Белый, дикий, морозный снег.
  
   Волчья весна
   Проскользнула весна лисицею,
   Протекла через лог ручьем,
   Откричала дикою птицею,
   Отогрелась солнца лучом.
  
   Проскулила, прошла, проохала,
   Провозилась у живота...
   И вокруг схоронного логова
   Все ворчит и рычит суета.
  
   Остры зубки с клыками белыми,
   Уж забыли про молоко.
   Тянут воздух носы несмелые,
   Глазки смотрят не далеко.
  
   А за логовом папа с мамою
   Отгоняют беды, рычат...
   ...И бегут по зелени лапами
   Стая бело-рыжих волчат.
  

Герой из фанерки

  
   Как сотворить героя из фанерки?
   Берем кусок древесного нутра,
   Как раз подходит для марионетки,
   Ну что застыли? Вырезать пора.
  
   Ножовку в руки, компас - ориентиром
   Линуем плавно вдоль и поперек,
   Не забываем также транспортиром,
   Проверит остроту - Как точен уголок!
  
   И вот уже герой готов, да только рано
   Из чарок за победу его пить
   Как нам заставить этого чурбана,
   Хоть малый подвиг в мире совершить?

Мой дом

   Я стою у заветного дома, не веря себе,
   В этом доме все окна обвиты зеленым плющом,
   В этом доме ступенек широких протяжная нить,
   И звенят голосами детей стены в доме моем.
  
   Я стою у порога, едва притихая в мольбе,
   Пусть мой дом окружает всегда этих яблоней сад,
   Пусть в нем будет уют и желание все позабыть,
   Даже то, что на улице вьюги, ненастье и град.
  
   Я стою у стола, расставляя тарелки семье,
   В моем трепетном доме пылает спокойный очаг
   В моем ласковом доме не хочется больше спешить
   И покоем счастливым сквозит каждый сделанный шаг.
  
   Я стою на ступеньках, прислушиваясь к тишине,
   Скоро дом мой наполнит звенящий ребяческий гам
   Скоро муж мой вернется, мы будем друг друга любить
   И я счастье это теперь никому не отдам
  

Лекарство от боли

(Верещагину Олегу)

  
   Без слов, без намеков, зачем разговор?
   Прижатое сердце тихонько скулит,
   Как будь-то с судьбою проигранный спор...
   И снег черный-черный на кромке валит.
  
   А тут километры, а тут поезда,
   И время жестоко в висок отдает,
   Но где-то у самого сердца рука,
   Тихонько всю боль от тебя отведет.
  
   Ну что ж расстоянья не так велики,
   И что же мне ведьме, ужель не летать?
   Ты ветер, ты солнце, ты волк, полечи...
   А мне остается судьбу заклинать...
  

На войне...

  
   И когда мы уйдем на врага, наши жены останутся здесь,
   Не найдя себе места в рядах, где стоит пулевая взвесь,
   Где взрывается бомба, и плачет в объятиях мертвых дитя,
   И не слышно протяжной трели последнего соловья.
  
   Мы стремимся вперед, и не важно какою ценой...
   И наверно когда-то вернемся живыми в свой дом родной,
   Только вот ведь вопрос, а дождется ли он тебя,
   И измученных рук объятья обовьют ли героя любя?
  
   Возвратился мужчина, развалины только видны,
   Ведь бои велись повсеместно и с этой "другой" стороны
   И нет больше совсем ничего, лишь ветер на пустыре,
   Пистолет безжалостно дрогнет в крепкой мужской руке.
  
  

???

Эрнесто Че Гевара

   Эрнесто Че Гевара
      Во сне ко мне приходит,
      Конечно же - не часто,
      Лишь пару раз - за год.
      На краюшек кровати
      Садится и болтает
      Со мной - о всяком разном,
      Те ночи - напролёт.
      И я - с ним поболтаю,
      И поделюсь - чем надо,
      И анекдотов свежих
      Ему - нарасскажу.
      А он, вздохнув тихонько,
      Ладонь свою положит
      На лоб мне, и прошепчет:
      - Крепись, братишка мой.
      И я креплюсь, стараюсь,
      И жизнь - течёт рекою.
      А если - очень трудно
      В паскудной суете,
      С портрета, что на стенке
      Висит - как себя помню -
      Эрнесто Че Гевара
      Подмигивает мне.
      И мы - прорвёмся, братья!
      И мы - прорвёмся, сёстры!
      А пЭдорасты эти, конечно, не пройдут!
      Всё потому - что где-то
      Эрнесто Че Гевара
      Сидит себе - на Облаке
      И семечки грызёт.
  

Владимир Мазур

АФГАНСКАЯ СТАТИСТИКА

   Об этом забыть нам просто нельзя.
На наших руках умирали друзья.
На наших глазах проходила война.
Но что же теперь пророчат для нас:
Афганский синдром вам покоя не даст,
Он будет повсюду преследовать вас.
Афганский синдром от афганской войны -
С тобою, братишка, мы с той стороны,
Где снились нам сны родной тишины,
И громкие фразы совсем не нужны.
Гораздо важнее нам было с тобой
Остаться живыми, вернуться домой.
Но приняли нас за белых ворон...

Каждый первый из тех, кто там был,
Не забудет о том никогда.
И если ему не хватало сил,
Возвращался в мыслях туда.
Каждый второй оборвет разговор,
Пресекая его на корню,
Если вдруг кто-то затеял спор:
Кто ответит за это войну?
У каждого третьего нет больше сил,
Чтобы что-то еще доказать.
Но каждый четвертый еще не остыл
И готов продолжать воевать.
У каждого пятого нет ничего:
Ни семьи, ни двора, ни кола.
А каждый шестой отошел от всего,
Выбрал Библию или Коран.

Припев:
Это не мистика тянет на дно
Тех, кто мечен Афганской войной.
Это статистика, та, что давно
Затянула нас мертвой петлей.
В этой ловушке мы все, как один,
Только номер у каждого свой.
Тех, кого этот синдром не добил,
Добивают любою ценой.

Каждый седьмой был когда-то женат,
Но теперь он уже разведен.
И в этом не только вина ребят,
Просто мало хороших жен.
Ведь каждый восьмой приходил в орденах,
И ему говорили: "Герой!"
Теперь все развенчано в пух и прах -
Кто считается с этой войной?
Каждый девятый в холодном поту,
Просыпаясь, кричит по ночам.
Не потому, что он видел войну,
Потому что он просто был там.
Каждый десятый пролил свою кровь.
Не бывает войны без потерь.
Сегодня война возвращается вновь.
Только кто же заплатит теперь?!

Припев.

Каждый двадцатый не видит вокруг
Ничего, кроме водки и слез.
Жизнь для него словно замкнутый круг -
Так не долго до траурных роз.
Каждый тридцатый сидит на игле,
Но не верит, что он наркоман.
И отогреть его в этой золе
Сможет только лишь новый дурман.
Каждый "трехсотый" без рук или ног
И протезы не в радость ему.
Кто ему в жизни хоть чем-то помог?
Эти льготы уже не к чему.
И если один выпадает на сто
Кто в тюрьме продолжает свой путь -
Это не мало, и именно то,
Чем нас любят не раз упрекнуть.

Припев.

Каждый первый из тех, кто там был,
Не забудет о том никогда.
Каждый первый из тех, кто там был,
Не забудет о том никогда...

   Сельницин Алексей
  

  
  СЕВЕРНЫЙ ШТУРМОВИК
  
  Наших героев шаг
  Вновь попирает твердь.
  Солнцем разорван мрак,
  В страхе бежит Смерть.
  
  Слушай, заклятый враг,
  Наших колон клик -
  Вновь поднимает стяг
  Северный штурмовик.
  
  Знаки священных рун
  Чертит его клинок.
  Падают трупы лун -
  Лунам отмечен срок.
  
  Нашего века бег
  Кто остановит в миг?
  Схватит за горло век
  Северный штурмовик.
  
  
  РУНЫ ПОРЯДКА
  
  Не знаком нам подлый страх,
  Мы не ведаем упадка.
  Снова чертим на щитах
  Руны нового порядка.
  
  Мы не знаем ваших прав,
  Ваших тягостных гарантий.
  Посмотрите, как кровав
  Отблеск наших царских мантий.
  
  Мы оскалили забрал
  Сталью кованые пасти.
  Мы идем, - девятый вал
  Беспредельной воли к власти.
  
  Видно носом чует страх
  Мiр смердящего упадка.
  Мы пришли, а на щитах
  Руны нового порядка.
  
  
  ВОССТАНИЕ
  
  Небо молнией расколото,
  Гневом праведных богов.
  Кровь восстала против золота,
  И мятеж ее суров.
  
  Трепещите, превратившие
  Земли ариев в товар.
  Мы вернулись, воплотившие
  Гнев последних аватар.
  
  Мы сразимся за угодия,
  За поруганную Честь.
  Вновь несем мы вам, отродья,
  Нашу гибельную весть.
  
  Звонче колокол восстания!
  Выше всполохи знамен.
  Мы промозглого отчаянья
  Вновь штурмуем бастион.
  
  Сокрушит громовым молотом
  Вашу крепость Тунар-Тор.
  Кровь восстала против золота,
  Кровь выносит приговор.
  
  
  БЕРСЕРКИ
  
  Сердце стучит в груди,
  Землю печатай пятой.
  Каждого ждет впереди
  Бог, ураган, бой.
  
  В зубы зажат крик,
  Кровь на руках горяча.
  Путь прорубать напрямик
  Будем ударом меча.
  
  Бьет по лицу пурга,
  Словно железная плеть.
  Воля - убить врага,
  Воля - принять Смерть.
  
  Чуешь ли пульс бытия?
  Это берсерков шаг.
  Слава Победе, друзья!
  Тот, кто не с нами - враг.
  
  Сталью арийских мечей
  Мiр созидается наш.
  Стройтесь! Равненье правей!
  Правый держите марш!
  

???

   Крапивину
   Флейк цу флейк! - Крылом к крылу!
На монетке - детский профиль.
Пробил час или не пробил -
Не понять в таком дыму.
Снова треск очередей.
- Командор Корнелий, где вы?!
...Лишь бы, только бы успели,
Там - по лесу, не быстрей,
Может быть, пешком, зато -
Безопаснее и проще...
В темноте, ползком, наощупь...
Оболочка - решето...
Мокро... Кровь? Или бензин?
В беспорядке даже мысли,
А секунды - как повисли...
...Это ты?.. Но... Как, Альбин?..
Я ведь сам, своей рукой...
- Тише. Ты почти что понял...
...На монетке - детский профиль,
За пределами - покой...

***
Защити, Хранитель Итан,
Маленький трубач!
Грани зеркала разбиты...
Нет! Не смей! Не плачь!
Тайна не до дна раскрыта,
Уцелел кристалл!
...Защити, Хранитель Итан!
Я уже устал...

Олег Медведев

Сказка никогда не кончится

   Разбуди меня, бабочка-четыре крыла,
   Да по всем углам развесь свои миражи...
   Подожди меня, лодочка-четыре весла,
   Я дойду к тебе, потому что я жив -
  
   Потому что сказка никогда не кончится,
   Потому что сказка никогда не кончится!
  
   Плачем Золушка - только что закончился вальс,
   Плачет, глупая - мокнут голубые глаза,
   Вместе с туфелькой потерявши свой аусвайс...
   Ты не плачь, не плачь, тебе не нужно назад!
  
   Потому что сказка никогда не кончится,
   Потому что сказка никогда не кончится!
  
   Тучки белые проскакали по небесам,
   Уплясали вдаль с гулкими аккордами рельс -
   Как зверёнышей провожали в лунный десант -
   Ветер в волосы, на картуз - эдельвейс,
  
   Потому что сказка никогда не кончится,
   Потому что сказка никогда не кончится!
  
   И ты не думай, что спасся, если курс изменил!
   Ты не думай так - ты никуда не уйдёшь.
   Ведь кораблики, синие от детских чернил,
   Входят в гавани, где звёздный сыплется дождь!
  
   Потому что сказка никогда не кончится,
   Потому что сказка никогда не кончится!
  
   Чёрный бражник мой - видишь, я по пояс в земле?
   Так разгляди меня и прилети на огонь,
   И унеси меня на своём бесшумном крыле
   В тот далёкий край, где звёзды лягут в ладонь!
  
   Туда, где наша сказка никогда не кончится,
   Туда, где наша сказка никогда не кончится!
  
   Разбуди меня, бабочка-четыре крыла,
   Да спроси меня, готов ли жить наяву?
   Подожди меня, лодочка-четыре весла,
   Я дойду к тебе, потому что живу -
  
   Потому что сказка никогда не кончится,
   Потому что сказка никогда не кончится!
  
  

Здравствуй, казак!

  
   Кисло, парень. Дело не в тебе самом...
   Жизнь тяжела, как борец сумо -
   Пузом напирает, хочет выбить из круга нафик...
   Не поддаться смуре удаётся с трудом...
   Госпожа удача позабыла твой дом -
   Видимо, её колесница попала в трафик...
  
   Когда ты брёл наобум
   Среди толкучки людской,
   Хлебал, пугая судьбу,
   Коктейль из пива с тоской,
   Ты мог ли думать - скажи? -
   Что, бородат и лукав,
   Какой-то встречный мужик
   Возьмёт тебя за рукав,
   Скажет
   "Ты ведь из наших? Здравствуй, казак!
   Здравствуй, казак!
   Здравствуй,
   казак..."
  
   Каждый божий день - всё та же муть, что вчера...
   Вновь бензопилою завывает с утра,
   Злая жена, извергая опилки быта...
   Только всё яснее слышно день ото дня,
   Как за горизонтом стременами звенят
   Золотые кони, серебряные копыта...
  
   Плыла полярная ночь,
   Стоял на бреге казак,
   Костры немирных чукоч
   Ему светили в глаза...
   Но сердце чуяло суть,
   И разум был начеку,
   Луны холодная ртуть
   Сбегала вниз по клинку,
   И ветер пространства пел, узнавая:
   "Здравствуй, казак!
   Здравствуй,
   казак..."
  
   Слышал я, что ты учился спать на снегу,
   Слышал я, потом ты вставил в ухо серьгу,
   Но - в один из дней, как гласит легенда -
   Как и полагается, ты встал в стремена,
   Всех, как полагается, пославши на х
   ороша эта сказка - без хэппи-энда...
  
   И в Амазонских лесах
   Гулял казак наяву,
   И государев ясак
   Возил с Камчатки в Москву,
   Сквозь вулканический пар
   Алел нездешний рассвет,
   И золотой ягуар
   Бродил по прелой листве
   Время настало, сказка вернулась!
   "Здравствуй, казак!
   Здравствуй, казак!
   Здравствуй,
   казак..."
  

Маленький Принц

   Свята земля, не свята - иль в пиру, иль в бою...
   На ней не найти ни Эдема - ни даже Сезама...
   Но Маленький Принц покидает планетку свою,
   Как, будь он большим, покидал бы свой каменный замок...
   Он держит в руках окончанья священных границ,
   Стоит, каменея в потоках стремительной жижи,
   И небо над ним опускается ниже и ниже,
   И чёрные тени ложатся у впалых глазниц.
  
   В слепой крови, прокушена губа.
   Ему б давно сказать - мол "не играю!",
   Но... солнышко не светит самураю
   За гранью полосатого столба.
   Обрывками приставшая к спине,
   Душа его по краешку прошита
   Нервущимися нитями бушидо -
   И этого достаточно. Вполне...
   В ночи Гиперборея не видна...
   Стрихнином растворяется в стакане
   Печаль твоя, последний могиканин...
   Так вырви же решётку из окна!
   Из сердца заколдованных трясин,
   Где мутная вода под подбородок,
   Летучий dream болотного народа
   К подножию рассвета донеси!
   А в час, когда полночная звезда
   Взойдёт на полог млечного алькова -
   Налей себе чего-нибудь такого,
   Чтоб не остановиться никогда...
  
   А потом ты уснёшь - и, быть может, увидишь ещё,
   Как медленно солнце встаёт, разгибая колени,
   И Маленький Принц покидает свои укрепленья,
   Горячим стволом согревая сырое плечо.
  
   Взойдёт над миром полная Луна -
   Прекрасна, но - увы! - непостоянна...
   Забудьте обещанья, донна Анна.
   Не стойте у открытого окна.
  
  

Мальчик

   Мы сыты водой из трюмов
   И байками о погоде.
   Всё те же движенья в танце,
   И пары одни и те ж...
   Лишь мальчик глядит угрюмо,
   Как в душную ночь уходят
   Триста его спартанцев.
   Триста его надежд.
  
   Тряпочки для обтирки
   И всяческие излишки
   Смешались в свином корыте
   В объедочный парадиз...
   Держи же меня за шкирку,
   Живущий во мне мальчишка!
   Держи же меня за шкирку -
   Не дай мне скатиться вниз...
  
   Дай мне руку, мальчик.
   Дай мне руку, мальчик.
   Дай мне руку, мальчик -
   Быть может, я ещё жив...
  
   Мальчик уже не плачет
   О прошлогоднем снеге.
   Мальчик глядит в окошко,
   И - там, где к плечу плечо! -
   Себя различает мальчик -
   Могучего, как Шварцнеггер!
   И львиное сердце бьётся
   Под алым его плащом...
  
   Книжка - в отбой. Сказка - в отбой.
   Война стоит у дверей.
   "Здравствуй, мальчик! Я за тобой -
   Вставай, и двинем скорей..."
   Под коврик ключ и - шаг за край,
   И - счастье тем, кто не спал.
   В седьмое небо идёт трамвай,
   Сдувая листву со шпал...
  
   Дай мне руку, мальчик.
   Дай мне руку, мальчик.
   Дай мне руку, мальчик -
   Быть может, я ещё жив...
  
   Джинсы мои потёрты.
   Чернила мои разлиты.
   Прости мою слабость, малый -
   Но день мой не наступил...
   Шагай же - легко и твёрдо! -
   Туда, где твои гоплиты
   Точат мечи о скалы
   Непроданных Фермопил...
  
   Дай мне руку, мальчик.
   Дай мне руку, мальчик.
   Дай мне руку, мальчик -
   Быть может, я ещё жив...
  

Амазарский ястреб

   Я ехал на верхней полке - сидел, грустил об ушедшем счастье,
   Практически не держали меня ни ноги, ни тормоза -
   Когда, будто взрыв гранаты, возник за окном белоснежный ястреб...
   Где-то неподалёку от маленькой станции Амазар.
  
   И я перестал грустить и гадать, куда увезёт кривая!
   На скользкие провода, накренившись, выкатилась луна,
   Когда параллельным курсом - не обгоняя, не отставая -
   Летел амазарский ястреб, белея в сумерках у окна!
  
   Я верю: ищущий обрящет!
   Не просто верю - я знаю наверняка...
   Возьми мой адрес, пиши мне чаще,
   Смешная девочка с маяка...
  
   Лишь маховое перо в приоконном ветре дрожало еле...
   Дрожало - почти вплотную к моим слипающимся глазам!
   И я, засыпая, слышал: "Мели, Емеля - твоя неделя!
   Ты сделай свою работу, парень - дальше я справлюсь сам..."
  
   И верю я в эту смесь из иллюзии, небыли, снов и были
   Что, в клочья порвав экраны, чернее сажи и чёрта злей,
   Лихой паровоз Люмьеров ворвался в зал и пошёл навылет,
   Разбрызгивая по стенам месьёв, мадамов и мамзелей!
  
   А тот, кто тебе поможет, уже проявляется. Слышишь, парень?!
   Почти что материален, пусть чёрно-белый, но - как живой!
   С матом и песняками, подобно гоплиту у Марафона,
   Несётся он вниз по склону, вращая оглоблей над головой...
  
   А свиньи летят в Австралию - свиньи гордятся собою, что ты!
   В планах - машина, вилла, яхта, случка и опорос...
   Свиньи летят в Австралию - свинонесущие самолёты,
   Рыгая от содержимого, отрываются от полос.
  
   Ну... яхта, конечно - плюс-минус... Свинья рождается старой!
   Мечты у неё свиные, вся прошлая жизнь её - попсня!
   А вслед, расправляя крылья, взлетает ястреб из Амазара!..
   ...Я сделал свою работу. Дальше он справится без меня.

Форнит

   Некстати пришлась книга.
   К верёвке пришлось мыло.
   Я перечитал Кинга
   И понял - всё так и было.
  
   Из старых осенних ниток,
   Из трафальгарской гари
   Я сочинил форнита
   И поселил в гитаре.
  
   Ты снова готовишь выпад?
   Давай, начинай - ну же?
   Свой монолог типа:
   "Кому ты такой нужен?!"
  
   Лупи наугад, благо
   В меня теперь хрен смажешь...
   Цвета моего флага
   Чернее твоей сажи...
  
   Я ухожу от спора
   О способах выхода в люди.
   Ведь мне всё равно скоро
   Совсем по фигу будет!
  
   И входит в мой мир тесный
   Форнит в башмаках рваных.
   Прошу его: "Дай песню!!!"
   А он говорит: "Рано..."
  
   Бывает он смел и светел.
   Бывает - что всё иначе.
   Он злится на всех на свете.
   Он пьёт до соплей и плачет!
  
   Но... дует ветрами злыми.
   Он снова спешит на помощь
   Я помню его имя.
   Надеюсь, и ты вспомнишь...
  
   Когда нам прикиды вручат
   Небесные интенданты -
   Сравни: чьё крыло круче?
   Может, поймёшь тогда ты,
  
   Что счастье твоё очень
   Неважненький заменитель
   Диастолам первых строчек
   И песенкам о форните...

Идиотский Марш

   Кругом зима. Опять зима, снега черны, как всегда -
   Они привыкли растворяться во тьме...
   Кругом чума. Опять чума, твои пусты города -
   Они привыкли плыть по этой чуме...
   И кто-то может слушать "Boo-boo", а кто-то - "Ласковый май"...
   Почём пророки в идиотском краю?
   Гитару брось - и бабу брось, и как жену обнимай
   Обледенелую винтовку свою...
  
   Который год скрипит земля - но мир светлее не стал.
   Тебе всё это надоело - и вот
   Поёт труба - присох к губам её горячий металл,
   Она друзей твоих усталых зовёт...
   И ты был слаб, и ты был глуп - но все мосты сожжены,
   Их не вернуть, они не смотрят назад...
   И ты встаёшь, и на плечах твоих рассветы весны,
   Как генеральские погоны, лежат...
  
   Крутые дяди говорят: "Твои потуги смешны!
   Куда годна твоя дурацкая рать?
   Подумай сам: коснётся дело настоящей войны -
   Они же строя не сумеют держать!"
   Ты серый снег смахнёшь с лица, ты улыбнёшься легко,
   Ты скажешь: "Верно. Но имейте в виду:
   Где ваши штатные герои не покинут окоп -
   Мои ребята, не сгибаясь, пройдут..."
  
   И "плюх" да "скрип"... сырое небо бороздя головой
   (Его учили улыбаться во сне.) -
   Идёт Седьмого Идиотского полку рядовой,
   Твоя надежда в этой странной войне.
   А мимо мёртвые деревья плывут, как вода -
   По их ветвям струится розовый дождь...
   Они молчат - поскольку знают, для чего и куда
   Своё оборванное войско ведёшь...
  
   И всё на счастье - даже небо это рюмкой об пол!
   И все довольны, и в штабах - ни гу-гу...
   И до последнего солдата идиотский твой полк
   Стоял в заслоне - и остался в снегу...
   И о медалях-орденах ты помышлять не моги.
   Всего награды - только знать наперёд,
   Что по весне споткнётся кто-то о твои сапоги -
   И... идиотский твой штандарт подберёт.
  
  

Ступина Ольга

Захватчики

   Ой-ой-ой, какие смелые,
   Боже мой, какие глупые -
   Рвались в бой, да что ж поделаешь...
   Да только все вернулись трупами
  
   Мы пришли за вашим дождем,
   За вашим покоем, за вашим небом,
   Мы тянули руки к вашей любви,
   Мы пришли за вашими песнями,
   За вашей солью, за вашим хлебом,
   А взяли всего лишь немного вашей земли.
  
   А даль крестом - четыре стороны,
   А над тобой - чужие вороны,
   Рвется крик - А мы здесь лишние!
   Но рот забит густыми вишнями.
  
   Мы пришли за вашей весной,
   За вашим счастьем, за вашим горем,
   Мы хотели сияния вашей зари,
   Мы пришли за вашей мечтой,
   За вашей сушей, за вашим морем,
   А взяли всего лишь немного вашей земли.
  
   Хороша чужая родина,
   Штык пробил дыру для ордена,
   Здравствуй, край, и до свидания,
   Без лица и без названия.
  
   Мы пришли за вашей травой,
   За вашим лесом, за вашим снегом,
   Мы считали, что мы уже короли,
   Мы пришли за вашими звездами,
   За вашей ночью, за вашим светом,
   А взяли всего лишь немного вашей земли,
   А взяли всего лишь два метра вашей земли.
  

Рыцари

  
   Я увяз с головой в бесконечном миноре,
   Я от жизни не ждал никакого подарка,
   Вдруг во сне - буруны незнакомого моря
   И - кресты на щитах, удивительно ярко!
  
   И назавтра весь день меня мучило что-то,
   И не лез в разговор между теми и теми,
   И, дождавшись едва окончанья работы,
   Я пропал до утра в поисковой системе...
  
   Время шло - и я не был уверен в успехе,
   Но всю ночь напролёт перекапывал сайты...
   И нашёл - и кресты, и щиты, и доспехи,
   И себя - под знамёнами Ордена Мальты!
  
   Мои руки тряслись... Я курил на балконе -
   И мерцали окурки, и плавили битум,
   А на них наступали ревущие кони,
   И смотрел на меня кто-то - мною забытый...
  
   И мы с ним не боялись и самого чёрта!
   Были копья точны, были мысли едины,
   Мы стояли спиной к осаждённому форту,
   А за нами - вдали - вились флаги Медины...
  
   И это так! Я не мог тебя спутать с другими!
   Просто - стой и молчи, мне не нужно ответа!
   И я вспомню и сам назову твоё имя...
   ВЕДЬ ЭТО ТЫ?! Мой Великий Магистр Ла Валетта?!
  
   "Я искал тебя. Здравствуй. Среди стольких времён.
   Приговоров и сказок. Городов и окон.
   Но ты совсем безоружен?! Собирайся, солдат!
   Я пришёл, ты мне нужен - возвращайся назад!"
  
   И я отчётливо вижу на лезвиях сколы,
Я шагаю в литое тяжёлое стремя,
   А вокруг полыхают и рвутся глаголы,
   Обретая своё НАСТОЯЩЕЕ время...
  
   Мне известны до камня прибрежные мели
   И едва различимые горные тропы...
   Я твержу про себя: "Раз они так хотели -
   Пусть проверят на прочность ворота Европы!"
  
   И налево и право распахнуты двери...
   Сквозь забрало не видно, что я улыбаюсь!
   В том, что ИМ не пройти - я почти что уверен,
   В том, что я - это я - я уже сомневаюсь...
  
   ...Только я - это я. Ничего не случилось.
   Я снимаю горячие пыльные латы...
   Вы простите меня, что всё так получилось.
   Я опять перед всеми кругом виноватый!
  
   Перед каждым четвёртым. Начальством. Женою.
   Перед Пал Ильичём из десятой квартиры...
   ...Но, сшибаясь, искрятся клинки надо мною
   И в расплавленном зное грохочут мортиры!
  
   Успокойся! Забудь! Это, кажется, слишком!
   На себя, дурака, невозможно не злиться!
   Всё введешься на сны и на глупые книжки?
   А тебе, между прочим, порядком за тридцать!
  
   Ты - это ты. Нелюбимый соседями снизу.
   И коллега, и муж - далеко не примерный...
   Только... ПУЛЬСОМ - СЛОВА РОДОВОГО ДЕВИЗА,
   ЧТО В СОМНЕНИИ - ИСТИНА. Разве не верно?
  
  

Волк

   Молчит унылая семья и горько плачет мать,
Несут рождённое дитя под елью умирать,
Младенцам чаща - мёртвый дом, голодный год пришёл,
Но волк с серебряным клыком в лесу меня нашёл.

Меня воспитывал слуга у конунга в дому,
Он скальдом был, он много знал, и научил всему.
Слагала висы на пирах весёлой злой толпе
Мой серый друг один в горах бродил скучал по мне.
Мой верный друг один в горах бродил, скучал по мне..

Когда, как виру, рыжий свей хотел забрать с собой,
Унёс меня во тьму полей мой волк, как резвый конь.
В варягов море нас купец увёл за много дней
Мы шли, и я, и мой храбрец, дорогой лебедей.

Я в Адельгьюборге была и Вольгаст молодой
Нам в чаши мёду наливал, он был хорош собой
Потом был город на холмах и был Аскольда дом
Мне баял греческий монах про византийский трон.(2 раза)

Сын воеводы стал отцом двоих моих детей
В Купалы ночь вдруг грянул гром среди густых ветвей
Степные ветры принесли беду в поля славян
Мой ясноглазый воин спит сокрыл его курган.
Мой ясноглазый воин спит.. а с ним и сыновья..

Угорский плен, угорский князь, шатры и степь вокруг
Стреляли угры веселясь, мишенью был мой друг.
Подол рубахи был в крови, на лапах кровь спеклась
Вдвоём бежали по степи мешая кровь и грязь.

Я знаю, что во фьорд родной я не вернусь теперь
Прощай гардарика любовь, прощай угорский плен
Но я увижу Микльгард, есть гусли за плечом
И рядом верный серый брат с серебряным клыком.
И рядом волк, седой как я, с серебряным клыком..

Молчит унылая семья и горько плачет мать
Несут рождённое дитя под елью умирать
Младенцам чаща мёртвый дом, голодный год пришёл,
Но волк с серебряным клыком в лесу меня нашёл.
  

Марина Струкова

"Казачеству посвящается"

(2005-2006гг.)

   КАЗАЧЬЯ
   Здесь края чужие, лживые,
   враг за каждым валуном.
   Собрались друзья-служивые
   над убитым казаком.
  
   Кто его в разведке выследил -
   не узнать в краю чужом,
   кто из чащи в спину выстрелил,
   кто по горлу вел ножом.
  
   Принимал он смерть суровую,
   повстречал врагов один.
   Верил он в Россию новую,
   крест да меткий карабин.
  
   Свет зари - вином на скатерти.
   Виден дом среди ракит.
   Никогда не скажем матери
   то, что сын ее убит.
  
   Чтоб не плакала потерянно,
   не лила горючих слез,
   скажем - сын сейчас у Терека,
   где стоит казачий пост.
  
   Как лихой боец он славится,
   шлет ей радостную весть,
   там в станице есть красавица,
   там враги в аулах есть.
  
   Сердце горестно сжимается,
   мы утраты не простим.
   Потеряли мы товарища
   и жестоко отомстим.
  
   Где теряли мы товарища,
   и песок от крови ал,
   там цветок огня-пожарища
   над Кавказом расцветал.
  
   * * *
   Ты говоришь: здесь все - не так,
   здесь русским жизни нет.
   Но знаешь, брат, каков казак,
   таков и белый свет.
  
   Иль за беспамятством времен
   утрачен крови пыл?
   Не помнишь даже, что рожден
   в роду казачьем был.
  
   Забыл, что прадед твой и дед
   смотрели гордо вдаль
   и русских праведных побед
   они ковали сталь.
  
   Ты от безвыходности пьян
   и голос властный стих.
   А на полях шумел бурьян,
   когда продали их.
  
   Теперь какой-то армянин
   здесь "бизнес" свой вершит -
   хозяин пахотных равнин.
   А ты, казак - наймит.
  
   Очнись, недоля - грозный знак,
   чтоб стал другим в ответ.
   Ведь, знаешь, брат, каков казак -
   таков и белый свет.
  
   ЗЕМЛИ ВОЙСКА ДОНСКОГО
   Земли Войска Донского,
   свечи чертополоха
   на цветочном ковре.
   Земли Войска Донского
   провожали в дорогу
   казаков на заре.
  
   Помнят наши станицы
   как хранили границы
   на имперском краю,
   бунтовали, случится,
   и не чтили столицу,
   чтили правду свою.
   Помнят наши станицы
   фронтовые зарницы,
   эхо грозной войны,
   вдов печальные лица,
   похоронок страницы,
   весть победной весны...
  
   Земли Войска Донского.
   Месяц словно подкова,
   солнце - око орла.
   Земли Войска Донского.
   Наша доля сурова,
   чтоб отчизна жила.
  
   Мы далече бывали
   и в тюрьме бедовали,
   по этапу брели,
   но креста не срывали,
   веру не забывали,
   возвратиться смогли.
   Мы далече бывали,
   нас на пир зазывали,
   было всё по уму.
   Крепче мы не пивали,
   краше мы не певали,
   чем в родимом дому.
  
   Земли Войска Донского,
   нам с обрыва крутого
   даль степная видна.
   Земли Войска Донского -
   дар от господа бога,
   дар на все времена.
  
   * * *
   Молодой казак заходил в кабак,
   по столу литой ударял кулак:
   Эй, хозяин-плут, дай-ка водки ковш,
   вот последний грош, словом - не тревожь...
   Он сидит да пьет, ливень в окна бьет.
   Есть повсюду люд, да никто не ждет,
   есть по свету путь, да куда спешить?
   Вот и молод он, а постыло жить...
   - Эх, народ честной, у реки Карай
   брошен дом родной и вишневый рай,
   вьется надо мной государев стяг,
   длится срок земной у войны в гостях.
   Не дарить бы даль пулевым свинцом,
   не дурить печаль горькой и винцом,
   что до вражьих орд - пусть возьмет их чёрт,
   я не больно горд, да не гончий хорт...
   Засвистел казак песню на авось.
   Засвистел сквозняк, знавший мир насквозь:
   "А не жить тебе у реки Карай,
   сторожить тебе порубежный край,
   побивать тебе орды за грабеж,
   пропивать в гульбе распоследний грош".
  
   НА ЗАСЕЧНОЙ ЧЕРТЕ
   Не меня ты встречаешь под вишнями,
   я служу на Засечной черте,
   где холмы с караульными вышками,
   чтоб костры зажигать в высоте.
  
   Здесь товарищи к бою привычные,
   но чужие на праздном пиру,
   проклинают боярство столичное,
   видят смерть, что красна на миру.
  
   Азиатские полчища дикие
   затаились в недальней дали,
   затевают набеги великие,
   алчут новых рабов и земли.
  
   Будем биться с врагами умелыми,
   чтоб на милую Русь не прошли,
   грянусь оземь пронизанный стрелами,
   волком встану с горячей земли...
  
   Прибегу я шагами неслышными,
   за туманами тенью замру,
   посмотрю, как под белыми вишнями
   на гулянье идёшь ввечеру.
  
   А заметишь, не бойся, красавица,
   золотистых огней в темноте.
   Больше волк во дворе не появится,
   он живёт на Засечной черте.
  
   Где волнистые травы склоняются,
   обвивая кресты и клинки,
   да слезами в тиши разливаются
   по оврагам глухим родники.
   * * *
   Книга жизни раскрылась в небесной дали,
   и просторы она озарила:
   Возрождайся, казачество русской земли,
   боевая былинная сила.
  
   Родовые станицы и сёла крепи,
   не оставь без надёжной защиты,
   плодородные пашни великой степи
   чернозёмом своим знамениты.
  
   Не забудь про душевную песню гульбы
   и великих традиций основы.
   Пусть беспечны юнцы, но во благо судьбы
   мудрецы-атаманы суровы.
  
   Будет слово твоё безупречней клинка,
   ясен взор, не запятнано имя,
   будет вера крепка, а мечта высока,
   реет вровень с орлами степными.
  
   Не порушат лихие слова и дела
   твоего справедливого нрава.
   Словно солнце взошла и сердца обожгла
   боевая былинная слава.
  

Юлия Друнина

Аджимушкай

   В начале,
   Случалось, пели,
   Шалили, во тьме мелькая,
   Вы, звездочки подземелий,
   Гавроши Аджимушкая,
   Вы, красные дьяволята,
   Вы, боль и надежда старших...
   И верили дети свято.
   Что скоро вернутся наши.
   - В каком же ты классе?
   - В пятом
   Мне скоро уже двенадцать! -
   ...При этих мальцах солдату
   отчаянью можно ль сдаться?
   Да, стали вы светлячками
   Подземного гарнизона.
   ...Мрак. Жажда. Холодный камень.
   Обвалы. Проклятья. Стоны.
   И меньше живых, чем мертвых,
   Осталось уже в забоях...
   "Эх, если б в районе порта
   Послышался грохот боя!
   Мы наших сумели 6 встретить,
   Ударили б в спину фрицам!"
   Об этом мечтали дети,
   Еще о глотке водицы,
   О черном кусочке хлеба,
   О синем кусочке неба.
   Спасти их мы не успели...
   Но слушайте сами, сами:
   Наполнены подземелья
   Их слабыми голосами.
   Мелькают они по штольням
   Чуть видными светлячками.
   И кажется, что от боли
   Бесстрастные плачут камни...

Николай Мельников

Поставьте памятник деревне...

   Поставьте памятник деревне
   На Красной площади в Москве!
   Там будут старые деревья,
   Там будут яблоки в траве
   И покосившаяся хата
   С крыльцом, рассыпавшимся
   в прах,
   И мать убитого солдата
   С позорной пенсией в руках!
   И два горшка на частоколе,
   И пядь невспаханной земли
   Как символ брошенного поля,
   Давно лежащего в пыли.
   И пусть поет в тоске и боли
   Непротрезвевший гармонист
   О непонятной русской доле
   Под тихий плач и ветра свист.
   Пусть рядом робко
   встанут дети,
   Что в деревнях еще растут.
   В наследство им на белом свете -
   Все тот же черный рабский труд.
   Присядут бабы на скамейку,
   И все в них будет как всегда:
   И сапоги, и телогрейки,
   И взгляд потухший в никуда.
   Поставьте памятник деревне,
   Чтоб показать хотя бы раз
   То, как покорно, как безгневно
   Деревня ждет свой
   смертный час.
   Ломали кости, рвали жилы,
   Но ни протестов, ни борьбы.
   Одно лишь "Господи, помилуй"
   И вера в праведность судьбы.
   Поставьте памятник деревне
   На Красной площади в Москве.
   Там будут старые деревья,
   Там будут яблоки в траве...


Дмитрий Охрименко   

Луг, мой луг!

   Луг, мой луг!
  Трава - не кошена,
  Конь не стреножен...
  Меч и кольчуга
  Брошены.
  
  Князь - удалец!
  Где твоя честь?
  Ты же всегда был
  Молодец.
  
  Где же дружина твоя?
  Князь!..
  'Вон на лугу
  Вся улеглась!'
  
  Раны кровавые
  Дымкой струят,
  Может быть зря
  Положил я ребят?'
  
  Грустную думу
  Думает князь...
  Песню - не спеть,
  И орать - не орать...
  
  Войско татарское
  В пыль,
  В порошок...
  Только кому же
  Это вдомек?
  
  Больше не будет
  Дружины такой
  Чтоб рука об руку
  С песней -
  И в бой!

Крымский партизан

Советский Союз

   От себя не сбежать: миллионы невидимых уз
Не позволят нам детство забыть, даже тем, кому похуй.
Мне сегодня, ребята, приснился Советский Союз,
И мне кажется, мы слишком быстро простились с эпохой.

Пусть по "ящику" врут, что поры не бывало мерзей,
Что от знаков масонских над нами ломились карнизы -
Я о том, что у нас во дворе было много друзей,
И о том, что мы в гости к соседям ходили без визы.

Кто-то строил и жил, кто-то тупо глядел на забор,
Кто-то тихо жирел, набивая валютой матрасы,
Но из далей заморских все слышали ангельский хор,
Хотя нам объясняли, что это поют пидорасы.

Мы не то чтоб хотели уйти - просто вышли во двор,
И во тьму повела, побежала кривая дорожка.
Я не знаю, когда появился предатель и вор -
Видно был среди нас, но до времени крал понемножку,

А, оставшись один, помаячил в окошко свечой -
И, пока мы дрались, помешавшись на собственных бзыках,
Враг вразвалку вошел, поливая святыни мочой,
И уселся на трон, размовляя на недоязыках.

Накурившись кингсайзами "избранных миром эЛ эМ",
Намотав гигабайты порнухи на метры рекламы,
Мы вернулись к себе, только места хватило не всем...
Мы такую просрали страну - извини меня, мама!

Неужели мы, взоры потупив, пройдём стороной,
Промолчим - толерантней овцы и пугливее зайца?
Может хоть напоследок привычно тряхнем стариной,
В напряженной борьбе отрывая противнику яйца?

Не рыдали доселе, авось не заплачем и впредь, -
Из-за меньших обид иногда начинаются войны.
Кто осмелился жить, не боится в бою умереть,
Баллистический путь до врага вымеряя спокойно.

Пусть в палате Конгресса сорвётся на крик неокон,
Пусть "защитники права" зайдутся в истерике, суки,
Но пока на ракетах написано "На Вашингтон",
У "партнёров по НАТО" по-прежнему коротки руки.

Украина, восстань! Новороссия, больше не трусь!
Возвращаясь домой, отряхни свои пыльные стопы.
Украина, пойми - ты священная Древняя Русь,
А не выблядок твари, похитившей имя Европы.

И когда демократы Содома, калифы на час
Нам истошно вопят: "Встаньте раком - живите как люди!"
Мне смешно, потому что я помню, как было у нас,
И мне хочется верить, еще обязательно будет!

От далеких причалов уйдут в Океан корабли,
На далеких орбитах продолжат планиды движенье...
Да, закончилась книга, но в памяти нашей земли
У истории мира по-прежнему есть продолженье -

Будет ветер в листве, смех полудня и полночь утех,
Будет сладок нам грех и горька покаяния чаша -
Будет так, как всегда. Будет так, как должно быть у тех,
Для кого это дом, а не просто "дебильная Раша".

Жизнь покажет - скрепим ли мы братство столетним вином,
Наконец разобравшись, на чьей стороне мы играем,
Или все же, Имперский Союз, ты останешься сном,
Обращенным в минувшее - светлым потерянным раем,

Если нам, растворенным как соль во всемирной молве,
Ныне - жалким терпилам и жертвам предательских козней,
Не достанет ни силы в руках, ни мозгов в голове,
Ни задора в паху сотворить что-нибудь грандиозней.
  

masan_masan

Были "денежки"...

   Были "денежки" - стали
"грошики",
От рубля городяся
гривною...
Разошлися пути-
дороженьки
У Московии
с Украиною!

Древний камень ровняют
шпателем
Всяк по-разному, - делят
Родину.
Всю историю
разлопатили,
Что за десять столетий
пройдена...

Нынче к Лавре, где тело
Муромца
Упокоилося -
нетленное
Люди ходят - Мазепы
улицей,
Чертыхая его,
наверное...

И бравурные речи
слушают,
Мол, обрадуют их
"парадиком",
Тем, где Гитлеру
присягнувшие,
Будут шествовать по
Крещатику...

Всё нас учат - уму, да
разуму...
Мол, Москва, да Рязань -
а братья ли?
Дескать, мы - суть народы
разные,
Никакие, мол,
не предатели...

Делят земли, заводы,
вотчины,
Пожирают друг друга
поедом...
Забывая, что всякой
сволочи
Все воздастся, -
по синусоиде...
  

Борис Лавров

Ода детству

   Пусть в нашей жизни очень много горя,
   Мы вспоминаем иногда весной,
   Что нет счастливей той поры, с которой
   По жизни путь мы начинаем свой.
  
   Там синий змей парит над облаками,
   И солнце ярче светит с вышины,
   И можно там, вдруг, наяву руками
   Коснуться звезд, потрогать лик луны,
  
   Там в бой идут отважные солдаты,
   Храбрей которых в мире не найти,
   Пусть на штанах у них по три заплаты -
   Ведут их только к цели все пути,
  
   А приключенья в воздухе витают,
   И тайну видно за любым углом...
   Лишь там, ногами в воздухе болтая,
   Не думать можно вовсе ни о чем,
  
   И жизнь намного сказки интересней,
   И нет ни горя, ни обид, ни бед,
   И ввысь несется радость вместе с песней,
   А эхо тихо подпевает вслед...
  
   Христос сказал: "Да будете как дети!",
   И я словам тем верен быть готов
   До той поры, пока на этом свете
   Летают змеи выше облаков!
  

Посвящение Владимиру Высоцкому

   "Красота спасет мир", мудрецы утверждали,
   Только мир умирает, хоть тресни.
   Но гитары пока еще не замолчали
   И не стихли охрипшие песни.
   Среди тысяч крикливых попсовых мелодий
   Я узнаю заветные строки...
   Ах, спасибо, Владимир, спасибо, Володя,
   Ах, спасибо, бунтарь одинокий...
  
   Вы ошиблись, Маэстро, ошиблись наверно,
   Так бывает порою в ударе,
   Кто же право вам дал натянуть мои нервы,
   Натянуть вместо струн на гитаре,
   Натянув раскаленные нервные струны,
   Оборвав моей жизни дорогу
   Мою жизнь сокращаете вы до минуты,
   Мою жизнь сокращаете вы до минуты -
   Как же это немыслимо много!
  
   Если кони несутся мои над обрывом,
   Пролетая над пропастью гордо,
   Если мне не до жиру, немножко б быть живу -
   Я прослушаю пару аккордов,
   И мне хочется снова рыдать и смеяться,
   Размышляя над каждым куплетом,
   И увидеть тот дом, где мне вечно семнадцать
   Вместе с черным его пистолетом.
  
   Вы ошиблись, Владимир, ошиблись наверно,
   Вы в бреду или в пьяном угаре,
   Кто вам вдруг разрешил натянуть мои нервы,
   Натянуть вместо струн на гитаре,
   Натянув раскаленные нервные струны,
   Оборвав моей жизни дорогу
   Мою жизнь сокращаете вы до минуты,
   Мою жизнь сокращаете вы до минуты -
   Как же это немыслимо много!
  

* * *

   Закройте все окна, заприте все двери
   Скорей увезите детей, стариков -
   Из самого сердца всей лжи и химерий
   К нам движется строй хладнокровных врагов.
   Нам бросили вызов - мы честь не уроним,
   Враг будет, конечно, убит и сражен,
   Мы их глубоко под землей похороним -
   Ведь имя им - Легион.
  
   Все будет непросто, и все будет сложно,
   И будут потери, и будут бои...
   Нам жить без победы, увы, невозможно -
   Вот мы и берем автоматы свои.
   Берем, что б себе доказать аксиому,
   Что войны не сказка, не радостный сон,
   А лица врагов нам до боли знакомы,
   Ведь имя им - Легион.
  
   Наш символ высокий, орел наш двуглавый,
   Тебя с мясом вырвем мы из-под узды,
   Ты будешь, как прежде, в короне, с державой,
   На фоне распахнутой красной звезды!
   Мы грудью поляжем и ляжем костями,
   Что б не был наш герб никогда покорен,
   Мы праведный суд совершим над врагами -
   Ведь имя им - Легион.
  
   Мы встанем под флаги и двинемся строем,
   Мы встретим врага и сразимся мы с ним,
   И каждый из битвы той выйдет героем...
   Но только погибшим - иль все же живым?
   Нам бросили вызов, и мы им ответим,
   Враг будет убит, уничтожен, сражен...
   Но весть вдруг принес нам встревоженный ветер,
   Что имя им - Легион...

Новогодняя пессимистическая

   Опять на улицах зима и мандаринов свежих запах,
Опять колючих елок ветки и пушистые снега,
Но зайцы и снеговики все подались гурьбой на Запад,
А все Снегурочки уехали на отдых на Юга.
   И только генерал Мороз, что в тыща восемьсот двенадцатом
Наполеону отморозил все, что есть в штанах,
Он покачал башкой седой, сказал, что должен тут остаться,
С усмешкой бодрою, умело скрытою в усах.
   Китайцы тигров шлют своих, клыкастых, с белыми хвостами,
И каждый хочет съесть тебя, и скалит зубы, и рычит;
Счастливый Санта колу пьет - за деньги снялся он в рекламе,
И сделал "Джингал Бэллс" попсой - теперь он самый модный хит.
   И только генерал Мороз, тот самый, что под Сталинградом
Немецким фрицам отморозил все, что есть в штанах,
Он покачал башкой седой, он не купился на награду,
С усмешкой странною, умело скрытою в усах.
   В каком столетьи мы живем? В какой стране живем мы, люди?
Куда мы дели, черт возьми, наш старый добрый Новый Год?
И что же будем делать мы, когда мы вовсе все забудем,
И что же сможем сделать мы, когда дух праздника уйдет?
   И только генерал Мороз, последний верный сын отчизны,
Последний среди тех, кто любит удаль и размах,
Он покачал башкой седой, он только глянул с укоризной,
С улыбкой горькою, умело скрытою в усах.
   И только генерал Мороз, тот самый, что под Сталинградом
Немецким фрицам отморозил все, что есть в штанах,
Он покачал башкой седой, смял этикетку лимонада,
С усмешкой бравою, умело скрытою в усах...

Дорога

   Поэт, трубадур, менестрель и романтик,
   Тебя ждет ответственный путь.
   Вся прошлая жизнь - лишь раскрашенный фантик,
   Отбрось ее выкинь, забудь,
   Постой на прощанье лишь миг у порога -
   И трогайся смело вперед...
   Дорога,
   Дорога,
   Дорога,
   Дорога
   Тебя с нетерпением ждет.
  
   Она увлечет тебя в дальние дали,
   Где сходится небо с землей,
   В те страны, которые в детстве мечтали
   Увидеть мы вместе с тобой...
   Внизу будет вечно песчаная россыпь,
   А сверху - небесная высь...
   Не бойся,
   Не бойся,
   Не бойся,
   Не бойся,
   С Дорогой душою сроднись.
  
   Пусть будут преграды в пути и лишенья,
   Пусть станет опасен твой путь -
   Шагай лишь вперед ты без тени сомненья,
   Не думай назад повернуть!
   Убей в себе страхи упорно и строго
   И пусть свой пройди до конца -
   Дорога,
   Дорога,
   Дорога,
   Дорога
   Не сможет простить беглеца.

Послание космическим кораблям от кораблей морских

   Мы шлем кораблям, бороздящим просторы Вселенной,
   Послание это - пусть примет его капитан:
   Все в мире проходит, все в жизни не вечно и тленно,
   Когда-нибудь высохнет самый большой океан...
   Но память пусть будет жива о штормах и приливах,
   О том, как тревожно, испуганно чайки кричат,
   О том, как безумно, немыслимо, дико красиво
   На море спускается ярко-багровый закат.
  
   Романтики нового, третьего тысячелетья,
   Мы просим вас взять эту память сквозь толщу веков:
   Как рвет паруса на все в мире озлобленный ветер,
   Как гонит он тучи дурных, грозовых облаков,
   Как волны взлетают почти что до самого неба,
   Швыряя корабль, будто щепку, по черной воде...
   Кто шторма не видел, тот на море вовсе и не был,
   Кто на море не был, тот не бы, по сути, нигде.
  
   Вы так же, как мы океан бороздили когда-то,
   Галактику режете сотней космических трасс,
   Пускай не взберется вовек у вас юнга по вантам -
   Вы младшие братья, вы память храните о нас!
   Своя будет радость у вас и свое будет горе,
   Открытия новых планет и созвездий вас ждут...
   Но солнце садится багровое в синее море,
   И чайки по-прежнему грустные песни поют.
  

"Кошка Сашка"

  

Волчье солнце

   Слушайте, дети, нелепую сказочку...
   Я постараюсь, чтоб вы не расстроились.
   В ней говорится про странного мальчика,
   Просто не знавшего этой истории...
  
   Звоном трамваев прошитые улицы...
   Ветер колотится в маленьком города...
   Жизнь необычного мальчика-умницы,
   Вечер, ничем не отмеченный вроде бы...
  
   Лучше скажите - кому по нраву
   Жалкий скулёж или плеск осколков?
   Там, за заборами, шла расправа -
   Там, в переулках, травили Волка!
  
   Зрительный зал наслаждался потехою...
   Только, расправившись с пойманным мстителем,
   Глупый щенок, в обстановку не въехавший,
   Скалил клыки и бросался на зрителей.
  
   Запахи улиц кружились орбитами...
   Больше - ему ничего не запомнилось,
   И не заметил он, кто его вытащил...
   Он просто понял - детство закончилось.
  
   Но никогда не забудет серый,
   Как, предзакатному вдоху внемля,
   Чёрным асфальтом покинув зверя,
   Кровь, как на ощупь, искала землю...
  
   Школа, дворы и окрестные улицы...
   Маленький город - не верящий вроде бы...
   Не проверяй их, малыш, не безумствуй!
   Ты одинок в своем Истинном Облике.
  
   Он не послушал стороннего мнения.
   Он всё хотел быть хоть кем-нибудь понятым...
   ...надо ли дальше рассказывать, дети?
   Надо? Тогда продолжаем историю...
  
   ...Люди его сторонились сами,
   Люди смотрели: что будет в полдень?
   Люди в него бросали камни,
   Люди его называли - ОБОРОТЕНЬ...
  
   Если вы спросите - чем всё закончилось?
   Он переехал в шальную столицу,
   Вроде женился, неплохо устроился -
   В фирму какую-то... стал программистом...
  
   Мальчик-подросток - избитый, заплаканный,
   Вечно ходящий под взглядами-дулами...
   Кто-то ему объяснил эту тактику...
   Кто-то научил его... КТО, как вы думаете?
  
   А он говорит, что опять вернётся,
   Что он плевал на людские толки!
   Чтобы ночами - светило солнце!
   Чтобы друг друга узнали волки!
  
   Пой... вой... через ночь бежит опять домой
   Электричка...
   И не хватает всегда родным прощальных слов...
   Дом мой... у дороги двери мне распахнёт привычно -
   Бог
   Мой поднесёт мне чарку из забытых снов!
   Пусть
   Путь был кровав и бессмыслен, но...
   Не зря проделан!
   Пусть
   Вдох сбережёт для нас последняя струна!
   Дай
   Бог,
   Чтобы каждый Брат сумел заняться делом -
   Пусть
   Нам светит Волчье Солнце - круглая луна...
  
  

Враг

   Как с утра набежали тучи,
   А теперь светит месяц ясный,
   Горько плачет краса-Маруся,
   Только это теперь напрасно...
   Парень статный, хмельное лето -
   Да под осень пришла повестка...
   Сколько песен об этом спето -
   На хрена же такая песня?!
  
   Звёзды светят, девчонка плачет...
   А парнишке - ДРУГОЕ снится:
   Автомат, да вагон удачи,
   Да чтобы бой, чтобы ветер в лица!
   Чтобы ОН - да удар пропустит?!
   Не бывало ещё ни разу!
   Завтра встанет - да песню в зубы,
   Мать обнимет - и прыгнет в газик...
  
   ...И, нвместо прощанья махнув из окна загорелой рукой,
   Рванётся туда, где в дыму и слезах начинается бой!
   Где звёзды горя вместе с небом, от дыма не видно ни зги!
   Где за лесом - речка, за речкою фронт, а за фронтом - враги!
  
   А враг навсегда остаётся врагом!
   Не дели с ним хлеб,
   Не зови его в дом!
   Даже если пока воздух миром запах -
   Он хотя и спокойный -
   Но всё-таки враг!
   Если он, как и ты, не пропил свою честь -
   Враг не может быть "бывшим"! Он будет и есть!
   Будь же верен прицел и не дрогни рука!
   Ты погибнешь, когда пожалеешь врага!
  
   Автомат, да вагон удачи...
   Только парень опять невесел...
   Год проходит, девчонка плачет,
   Добавляя куплеты в песню...
   Уже год идёт наступленье -
   И пылают чужие хаты...
   Враг бежит, но... что интересно -
   Ведь похожи вы с ним - как братья!
  
   Как и ты - дрался с пацанами
   Со двора, руки разбивая,
   Провожали его ребята,
   И девчонка его рыдает...
   И обидно, что случай не дался -
   Он ввалил бы тебе с лихвою!
   Коль однажды врагом назвался -
   Будь хотя бы Врагом-Героем!
  
   И вместо проклятья ему посвящаешь живые стихи!
   Смеёшься, что - вот бы, не смерть бы, а водку из этой руки!
   Дрожит в амбразуре закат и ухмылка ползёт по щекам...
   Как славно бы выпить сейчас по сто грамм таким лютым врагам!
  
   Но - враг навсегда остаётся врагом!
   Не дели с ним хлеб,
   Не зови его в дом!
   Даже если пока воздух миром запах -
   Он хотя и спокойный -
   Но всё-таки враг!
   Если он, как и ты, не пропил свою честь -
   Враг не может быть "бывшим"! Он будет и есть!
   Будь же верен прицел и не дрогни рука!
   Ты погибнешь, когда пожалеешь врага!
  
   Это - присказка, а не сказка.
   На войне горе воет волком...
   Слово "лирика" здесь опасно,
   Тот, кто ноет - живёт недолго...
   Дан приказ - он оборонялся,
   В темноту по тебе стреляя,
   По горам ты за ним гонялся,
   По себе его вычисляя...
  
   Те же жесты. Одни привычки.
   (БОЖЕ! Может - и вправду... БРАТЬЯ?!)
   Не убить - самому не выжить...
   Ох, придти - расспросить бы батю!
   А в прицеле дрожало небо,
   Слёз не пряча - и бой был долгим...
   Жаль, что он тебе другом не был...
   ...Ты сильнее. И слава богу.
  
   И вместо молитв к небесам посылаешь последний патрон -
   На память о том, кто был честен и смел, но назвался врагом!
   Ну - вот и закончилась песня и, в общем, закончился бой...
   Но что же ты грустен, приятель? Теперь твоя правда - с тобой...
  
   Враг навсегда остаётся врагом!
   Не дели с ним хлеб,
   Не зови его в дом!
   Даже если пока воздух миром запах -
   Он хотя и спокойный -
   Но всё-таки враг!
   Если он, как и ты, не пропил свою честь -
   Враг не может быть "бывшим"! Он будет и есть!
   Будь же верен прицел и не дрогни рука!
   Ты погибнешь, когда пожалеешь врага!
  

Нет защитников тебе...

   Раздался свист. Проткнули стрелы облака.
   И крик последний на немых губах затих.
   И всё настойчивей вдали трубят рога.
   И нет защитников тебе среди живых.
  
   Как спел однажды твой потерянный кумир...
   Но ты сейчас не сможешь вспомнить этот стих.
   Опять беда - и снова гонят на флажки,
   И нет защитников тебе среди живых...
  
   Ты слишком поздно узнаёшь вороний грай.
   И дом горит - ты бьёшься в стены и скулишь...
   Забиты двери - и отсюда только в рай.
   И нет защитников тебе среди живых.
  
   Улыбка нежная... ты пьёшь из этих рук...
   И - звонкий хохот между серых стен повис.
   Водичка с ядом. А ты думал - это друг?
   Ведь нет защитников тебе среди живых...
  
   Ты снова ищешь себе крышу и еду,
   А на дворе уже - зимы дрожащий штрих.
   Но ты уходишь, чтобы отвести беду -
   Ведь нет защитников тебе среди живых.
  
   По чердакам однажды прятаться устав
   Ты выйдешь первым против ста смертей своих...
   И над тобой никто не возведёт креста -
   Ведь нет защитников тебе среди живых...
  

Стая

   Последние листья. Последняя осень. Последняя кровь.
   Последний бегущий - и серая шерсть попадает в прицел...
   Вороны взметнутся - и в приступе боли почудится вновь,
   Как был ты волчонком, который кусаться ещё не умел.
  
   И взвыть бы: "За что?!" - но ты знаешь, что хищникам жалости нет,
   Ни в дебрях лесных - ни в бетонных коробках больших городов...
   И только одно тебя может заставить забыть этот свет:
   Пока тебя ищут - волчата уходят тропою волков!
  
   А через каких-то полгода над миром настанет апрель...
   Холодные реки, проснувшись, покинут свои берега...
   И новый вожак будет чуточку грустно глядеть в колыбель -
   И новая песня взовьётся к луне, пронизав облака!
  
   И кажется странным, что смертные души, плюя на запрет,
   Оденутся в серые шкуры с набором когтей и клыков...
   И только одно тебя может заставить любить этот свет:
   Плюя на запреты - волчата уходят тропою волков!
  
   Вот лай позади. Сентябрь палёною шерстью запах.
   Смешались часы и минуты. Охотники что-то кричат...
   И ты... УЛЫБНЁШЬСЯ, оставив на память оскал на клыках,
   С тоскою в последний раз вспомнив своих непослушных волчат...
  
   Ведь волчие тропы по-волчьи же мастерски путают след.
   Один раз наступишь - и в жилах заплещется хищная кровь!
   И бравый охотник склонился над трупом. Тебя больше нет...
   ...Минута молчанья - волчата уходят тропою волков!
  
  

Созвездие Белой Волчицы

   У славянских народов есть легенда - о Белом Волке, Князе Волков. Она объясняется тем, что в природе иногда встречаются волки-альбиносы, они обычно крупнее и агрессивнее обычных волков. Поэтому им приписывались разные мистические свойства. Так вот, белым - Князем - может быть только волк.
   Белых волчиц не бывает.
   Ты знаешь, как трудно бывает проснуться?
   Суметь разлепить непослушные веки -
   И выйти в свинарник оплёванных улиц,
   Где вовсе не волк - человек человеку...
   Ты ищешь в сетях ДжиЭсЭма и Нэта,
   Ты ищешь в глазах безразличных прохожих,
   Почти убедившись, что всё бесполезно -
   Так сильно они на тебя не похожи!
   Остался последний проверенный способ...
   Поверит, что ты не напрасно родился.
   Завыть на холодные белые звёзды,
   Увидеть Созвездие Белой Волчицы!
  
   Ты видишь - она пробегает по небу?
   Ты знаешь, что белых волчиц не бывает...
   Но ты видишь смысл во всём, что ты сделал,
   Пока Белая Волчица ищет свою белую Стаю...
  
   Как только на карту поставлены цели -
   То ты механизм, а не банка с соплями!
   Иди, не жалея ни душу, ни тело!
   Дойди, не жалея и не вспоминая!
   Судьба - это то, с чем придётся мириться?
   Ты знал - компромиссы с собой невозможны!
   Никто не поймёт, с чем сражается рыцарь,
   Никто не пойдёт под чужие знамёна...
   А это созвездие? Глюки от боли!
   Закончится вой... со слезами растает...
   Твоё одиночество - добрая воля.
   Ей тоже хреново. ЕЁ НЕ БЫВАЕТ...
  
   Ты видишь - она пробегает по небу?
   Ты знаешь, что белых волчиц не бывает...
   Но ты видишь смысл во всём, что ты сделал,
   Пока Белая Волчица ищет свою белую Стаю...
  
   Ты веришь, что с мокрого серого неба
   Увидят, придут и протянут ладони!
   Оценят, что мог бы - но всё же не сделал
И что-то сумел - но кто видел - не понял
   Ненужные принципы... голос всё тише...
   Привычка молчать - понадёжнее кляпа...
   Но веришь, что всё же однажды отыщешь
   Того, кто поймёт, что ты волк - а не тряпка!
   Ты видишь её, опуская ресницы...
   Ты веришь, что стоит позвать хриплым воем -
   ОНИ - из Созвездия Белой Волчицы -
   Придут обороной и встанут стеною!!!
  
   Ты видишь - она пробегает по небу?
   Ты знаешь, что белых волчиц не бывает...
   Но ты видишь смысл во всём, что ты сделал,
   Пока Белая Волчица ищет свою белую Стаю...
  

???

Тридцать лет спустя...

Уважали дядю Стёпу
За такую высоту.
Шёл с работы дядя Стёпа -
Видно было за версту.
С.Михалков

  
Степан просыпается рано -- после семи не выходит спать.
Встаёт, стопкой книг подпирает продавленную кровать.
Идёт умываться, в проёме дверном не застряв едва.
Решает не бриться: зачем? Весь день в дому куковать.

Стоит у конфорки, согнувшись, накинув пальто из драпа:
"Как холодно, Господи, а ведь уже середина лета..."
Квартиры в старинных домах бывают похлеще склепа.
Степан хочет сесть на стул, но, подумав, садится на пол.

Вчера приходил репортёр: микрофон на манер тарана.
Хотел секрет долголетия, обстоятельства смерти сына,
Рассказ, как живётся в бывшем Союзе бывшему великану...
Степан бормотал бессвязно, сидел пустым манекеном.
А что тут расскажешь? Автору приспичило сдобрить поэму пафосом.
Мол, "будет герой жить вечно"... Вечно. Попробуй сам!

Сегодня мутно и тихо, от пола ног не отнять,
Согреться бы как-то, убить бы ещё полдня --
Часов до шести, в шесть обычно детишки приходят и в дверь звонят,
И тащат его во двор показывать очередных щенят,
И вечно им нужно снимать с берёзы какого-нибудь кота,
И виснут на нём, и просят: "На плечах покатай".

Но самое главное, они ему не велят сутулиться.
Степан выдавливает себя из сырой квартиры на улицу,
Степан распрямляет плечи, вытягивается во весь свой огромный р о с т,
Степан становится выше заборов, выше вороньих гнёзд.
"Деда, а можешь достать до звёзд?"
Нет, говорит Степан, только до третьего этажа.
И смеётся так, что во всём квартале стёкла дрожат.

Golde

Питер Пэн без Венди...

   Опять она скажет: "Питер,
   Вернемся со мною в Лондон!"
   А я отвернусь сердито...
   Не потому, что гордый.
  
   И не потому, что слезы
   Наполнят глаза внезапно.
   Эх, Динь, просто слишком поздно,
   Чтобы суметь сказать ей,
  
   Что остров волшебный этот
   Живет лишь моей любовью.
   Чудесных его секретов
   Мне не забрать с собою.
  
   Фантазией порожденный -
   И он и его созданья -
   Способны дышать синхронно
   Лишь в такт моему дыханью.
  
   И если его покину
   Если не буду рядом
   Я всех обреку на гибель...
   Даже без Джеймса с ядом!
  
   Исчезнет вечное лето
   И сказку поглотит море...
   Нет! Я за него в ответе!
   Не о чем больше спорить...
  

???

В 15:37 19.07.1942

   Лейтенант Александр Чурин,
Командир артиллерийского взвода,
В пятнадцать тридцать семь
Девятнадцатого июля
Тысяча девятьсот сорок второго года
Вспомнил о боге.
И попросил у него ящик снарядов
К единственной оставшейся у него
Сорокапятимиллиметровке
Бог вступил в дискуссию с лейтенантом,
Припомнил ему выступления на политзанятиях,
Насмешки над бабушкой Фросей,
Отказал в чуде,
Назвал аспидом краснопузым и бросил.
Тогда комсомолец Александр Чурин,
Ровно в пятнадцать сорок две,
Обратился к дьяволу с предложением
Обменять душу на ящик снарядов.
Дьявол в этот момент развлекался стрелком
В одном из трех танков,
Ползущих к чуринской пушке,
И, по понятным причинам,
Апеллируя к фэйр плэй и законам войны,
Отказал.
Впрочем, обещал в недалеком будущем
Похлопотать о Чурине у себя на работе.
Отступать было смешно и некуда.
Лейтенант приказал приготовить гранаты,
Но в этот момент в расположении взвода
Материализовался архангел.
С ящиком снарядов под мышкой.
Да еще починил вместе с рыжим Гришкой
Вторую пушку.
Помогал наводить.
Били, как перепелов над стерней.
Лейтенант утерся черной пятерней.
Спасибо, Боже - молился Чурин,
Что услышал меня,
Что простил идиота...
Подошло подкрепленье - стрелковая рота.
Архангел зашивал старшине живот,
Едва сдерживая рвоту.
Таращила глаза пыльная пехота.
Кто-то крестился,
Кто-то плевался, глазам не веря,
А седой ефрейтор смеялся,
И повторял -
Ну, дают! Ну, бля, артиллерия!
  

???

Держава

      Ах, какая была держава!
  Ах, какие в ней люди были!
  Как торжественно-величаво
  Звуки гимна над миром плыли!
  
  Ах, как были открыты лица,
  Как наполнены светом взгляды!
  Как красива была столица!
  Как величественны парады!
  
  Проходя триумфальным маршем,
  Безупречно красивым строем,
  Молодежь присягала старшим,
  Закаленным в боях героям -
  
  Не деляги и прохиндеи
  Попадали у нас в кумиры...
  Ибо в людях жила - идея!
  Жажда быть в авангарде мира!
  
  Что же было такого злого
  В том, что мы понимали твердо,
  Что 'товарищ' - не просто слово,
  И звучит это слово гордо?
  
  В том, что были одним народом,
  Крепко спаянным общей верой,
  Что достоинства - не доходом,
  А иной измеряли мерой?
  
  В том, что пошлости на потребу
  Не топили в грязи искусство?
  Что мальчишек манило небо?
  Что у девушек были чувства?
  
  Ах, насколько все нынче гаже,
  Хуже, ниже и даже реже:
  Пусть мелодия гимна - та же,
  Но порыв и идея - где же?
  
  И всего нестерпимей горе
  В невозможности примирений
  Не с утратою территорий,
  Но с потерею поколений!
  
  Как ни пыжатся эти рожи,
  Разве место при них надежде?
  Ах, как все это непохоже
  На страну, что мы знали прежде!
  
  Что была молода, крылата,
  Силы множила год за годом,
  Где народ уважал солдата
  И гордился солдат народом.
  
  Ту, где светлыми были дали,
  Ту, где были чисты просторы...
  А какое кино снимали
  Наши лучшие режиссеры!
  
  А какие звенели песни!
  Как от них расправлялись плечи!
  Как под них мы шагали вместе
  Ранним утром заре навстречу!
  
  Эти песни - о главном в жизни:
  О свободе, мечте, полете,
  О любви к дорогой отчизне,
  О труде, что всегда в почете,
  
  И о девушках, что цветами
  Расцветают под солнцем мая,
  И о ждущей нас дома маме,
  И о с детства знакомом крае,
  
  И о чести, и об отваге,
  И о верном, надежном друге...
  И алели над нами флаги

  С черной свастикой в белом круге.
  
  

???

Мальчика звали Летом

   - Лето, ты где шлялся?

- Считал, сколько есть шансов
Что наша река высохнет.
- Ты что, надо мной издеваешься?
Садись, а то суп выстынет.

...
Мальчика звали Летом.
Дали в детстве такую кличку,
Потому что на лицо - все приметы:
Температура - сорок с лишним,
Голова горяча: хоть котлеты
На лобешнике жарь, хоть блинчик,
Удивлялись родители: "Как это?
И в кого он такой вышел?"
(Вся семья - как посыпана снегом).
Папа зуб точил на соседа,
Но сосед был до одури честным,
Ходил в церковь, носил крестик,
И, к тому же, весной стал птицей,
Так что папа утихомирился,
И забыл о своей версии.

...
Мальчика звали Летом
И он откликался, как правило.
Он говорил - словно бредил,
Смышленый - что взрослым завидно,
Веселый - не нахохочешься,
Но шутки стали, как ежики -
Сказал, губки сделал бантиком,
Играться ушел с приятелем,
Кататься на велосипеде,
А у тетенек и дяденек
Мурашки ползут по кожице -
Чешутся, словно йети,
Блохастые от неухожености:
"Вот это пошли дети,
Вот это растут сложности".

- О чем ты задумался, Лето?
- О космосе.
- Подумать, все дети, как дети,
А этот... Господи!

...
13 лет длилось лето.
Мальчик вырос неправильным,
И понял, что на планете
Ему места не оставлено,
Что он - как бобовое зернышко
Из сказки -
Среди горошин.
Что небо рукой достать может он
Но небо его -
Не может.
Бог любит горох,
Что Богу
Какой-то боб.
Что проку
От этого переростка?
Он даже сказать просто
Не может. Мымрит стихами.
И ангел, который хвостик
Скрывал, под бельё пихая,
Шепнул Богу: "Пап, дай мне"
Бог сказал: "Нет вопросов!"
И отдал его. С потрохами.

...
- Доктор, что с нашим мальчиком?
- Мальчик Ваш неудачливый.
Пару годков, не иначе как
Отправите ваше Лето
В милом таком ящичке
Плыть по реке Лете.

...
Осталась горячка от лета,
Мальчик, в пальто кутаясь
Держался за сигарету
И за вбитую в голову глупость,
Что вертится он на вертеле
Кебабом у адского пламени,
Какая-то хворь жалила:
Это чертенок шарики
Катал по крови детской,
Мальчик решил: "Бог - жадина,
Ему в падло содержать меня,
Украл у меня детство:
Волосы вон лезут,
Как глобус башка гладкая".

Бог занят был интересным
Чем-то и содержательным,
Не поспешил слезть и
Мальчишку к груди прижать своей.
А зов со словом ругательным
По почте ушел небесной
К самому главному бесу,
И тот решил настоятельно
Мальчику отвесить
Боли, убить заразою
Мысли о небе, и взять себе
В ад его.
Председателем.
"Иди ко мне, мой сладенький
Ясный мой..."

...
- Мне больно. Уйми боль мою.
- Ложись на подушку.
- А можно, я проснусь в раю?
Я почти свят, не вру,
Не целованный, непьющий.
- Окей. Отстегни душу.
В чистилище простирну
И вечный тебе уют
В будущем.

...
Мальчик совсем сбрендил:
Метался меж Богом и Бесом.
И тот ведь на "Бэ" и этот,
По три буквы каждый весом.
Кому отдать предпочтение?
Он таял песочным печеньем,
В чьей-то доброй руке над чашкой
Чая крепкого - вверх тормашками...

...
- Боже, пусти, так тяжко мне...
В ответ слышен хохот бесов.
Мальчик хрипит и кашляет:
Глаза, как июль, горячие,
И не кислород, а лезвия
Вокруг, и дышать - мочи нет.

Млея в массажном кресле,
Бес ему: "Что ж не весел?
Кривишь лицо и корчишься?
Счастливо быль закончится.
Молись и целуй мне перстень".

Он целовал, брезгуя.
То перстень,
То на шнурке крестик...

...
Проснулся утром: "Где я?
Нигде не болит. Я умер?"
Рядом сидит фея
И пейзаж на холсте рисует.
Фея:
- Тебя не добудишься!
Во сне говоришь, крутишься,
Хныкаешь, капризуля.
Смотри: на щеке пуговицы
Оставили штампы-оттиски.
- Я спал?
- Все четыре осени!
Бог возвратился из отпуска
И спрашивал: "Где горошина,
Та что самая крупная,
Любимая моя клумбная?"
- Чтобы скорей в суп ее?
- Глупенький ты, глупенький,
Разве Бог суп кушает?
Вставай, иди чисть зубики.

На кухне, как погремушками
Звенеть начала посудою.

Мальчик потер макушку:
"Ого, как запутались кудри!"

???

РАЗ НЕЛЬЗЯ СТРОИТЬ АНКЛАВ - ВПЕРЕД В СССР 2.

  
  На музыку голубой вагон.  

  
  Медленно ракеты улетают вдаль,
  Встречи с ними ты уже не жди.
  И хотя Америку немного жаль,
  У Китая это впереди.
  Припев:
  Скатертью, скатертью хлорциан стелится
  И забирается к нам в противогаз.
  Каждому, каждому в лучшее верится,
  Падает, падает ядерный фугас.
  
  Может, мы обидели кого-то зря,
  Сбросив пару лишних мегатонн?
  Клочьями летит кровавая земля -
  Здесь недавно правил Пентагон.
  
  Ядерный фугас летит, качается,
  Он летит на город Вашингтон.
  Все, что от него потом останется,
  Мы погрузим в голубой вагон.
  
  Ядерный грибок стоит, качается,
  Под ногами плавится песок.
  Жаль, что радиация кончается,
  Я бы побалдел еще часок.
  
  Если солнце в небо вышло высоко,
  Он него хорошего не жди.
  Даже если в землю врыться удалось,
  От волны ударной не уйти.
  
  Медленно ракеты улетают вдаль,
  Встречи с ними ты уже не жди.
  И хотя Америку немного жаль,
  У Китая это впереди.
  
  2 вариант
  
  Медленно ракеты уплывают вдаль,
  Встречи с ними ты уже не жди
  И хотя Америку немного жаль,
  У других всё это впереди
  
  Припев:
  Медленно, медленно дифосген стелется
  И забирается под противогаз
  Каждому, каждому в лучшее верится
  Падает, падает ядерный фугас
  
  Может мы обидели кого-то зря,
  Сбросив пару лишних мегатонн,
  Но зато горит и плавится земля,
  Где стоял когда-то Вашингтон
  
  На восток уходит краснозвёздный МиГ,
  В Лувре разгорается пожар.
  Эйфелевой башни проржавевший пик
  С корнем вырвал ядерный удар
  
  Маргарита Тэтчер произносит спич:
  "Мы накажем русских мужиков!"
  В это время в Темзу пал Тауэр-бридж
  Под огнём тяжёлых крейсеров
  
  Наш министр обороны очень рад:
  Мы достигли западных морей.
  Пал уже последний НАТОвский солдат
  Под пером сибирских батарей
  
  Водородным солнцем выжжена трава,
  Кенгуру мутируют в собак
  Вновь аборигены обрели права:
  Над Канберрой вьётся красный флаг
  
  Вот пилот толкает от себя штурвал,
  Истребитель устремился вниз.
  По Китаю разливается напалм,
  Гибнет хунвэйбинский коммунист
  
  Колизей окутал ядовитый дым
  Воды Тибра льются в котелки
  Ты прости нас бывший вечный город Рим:
  В такт шагам поют мотострелки

  На осадном положеньи Тель-Авив,
  Очень рано выключают свет
  Укрощён шовинистический порыв
  Залпом баллистических ракет
  
  Ширится союз республик ССР,
  Каждый хочет в мире с нами жить.
  В Токио японско-русский пионер
  В комсомол готовится вступить.
  
     3 вариант:
  
  Медленно ракеты уплывают вдаль,
  Встречи с ними ты уже не жди.
  И хотя Америку немного жаль,
  Лучшее, конечно, впереди.
  
  Припев:
  Скатертью, скатертью хлорциан стелется
  И забивается под противогаз.
  Каждому, каждому в лучшее верится,
  Падает, падает ядерный фугас.
  
  Может, мы обидели кого-то зря,
  Сбросили семнадцать мегатонн
  Но зато взлетает к небесам пыля
  То что раньше звалось Пентагон

  Над Пекином белый гриб качается,
  И лежит в руинах город Бонн,
  Ах зачем же этот день кончается,
  К счастию , плутония - вагон !

  Тучки облака уносит ветер в даль.
  В них рентгены сотнями сидят.
  Нам урана-235 не жаль -
  Пусть получше трупы обгорят.

  Засияло солнце над землею вдруг
  А над головою дым стоит.
  Только что стоял с тобою рядом друг, -
  А теперь он жареный лежит.
  
  Ядерный грибок висит качается
  От него хорошего не жди
  Даже если в землю закопаешься
  От волны ударной не уйти!
  
  Но на этом песня не кончается
  Мы построим новый полигон
  Все что после этого останется
  Мы погрузим в голубой вагон.

???

***

   Зимняя природа - суровый белый лес.
Впереди дорога, а в руках обрез
А у кого граната, у кого "УЗИ"...
Вот и иномарка:"Стой! Затормози!"
Ведь мы живём в колхозе"Рассвета Октября".
И сейчас скотина зажарим мы тебя.
Ведь мы за власть Советов, мы за красный флаг!
По заветам Ленина будет только так!
"Вылезай буржуи будем вас судить
За измену Родине будете платить
Напевают птицы, комары жужжат,
Мёртвые буржуи - источают смрад
...
  

"Сказочник"

Песня гёзов

   Царят в родном краю
   Правители чужие.
   Им родину свою
   Спешат продать иные.
   Рождённым здесь - шипы,
   Пришельцам наглым - розы.
   Но... слишком мы тупы -
   Поэтому МЫ - ГЁЗЫ!!!
  
   Мы видим, для чего
   Дерут последний пфенниг!
   Как множится скотство
   От наших жалких денег...
   Нас НИЩИМИ зовут -
   Награбив с нас обозы!
   Нас подло предают -
   Ведь мы - всего лишь ГЁЗЫ!
  
   Рождённым вдалеке
   Должны мы подчиниться!
   На нашем языке
   Не петь и не молиться!
   Должны мы получать
   Их смех за наши слёзы...
   Нам нечего терять!
   Ведь мы - всего лишь ГЁЗЫ!
  
   Мы любим мирный труд
   (Не кнехты и не воры...)
   Пока нам жить дают -
   Ни с кем не ищем ссоры!
   Но чем сильней печёт -
   Тем жарче грянут грозы,
   И бой ужасен тот,
   Когда дерутся ГЁЗЫ!
  
   Иудам-палачам
   Наш гульден не по чину!
   Уж лучше храбрецам
   Заплатим десятину!
   Не так богат наш люд
   (Не моты и не Крёзы!) -
   Зато всегда найдут
   Всё то, что нужно ГЁЗАМ!
  
   Мы - просто мужики
   И знаем цену пота.
   Мы в пахоте крепки -
   И в воинской работе!
   Не могут больше ждать
   Посеянные слёзы!
   Настало время жать!
   На поле вышли ГЁЗЫ!
  
   Пусть опытных вояк
   С цепи на нас спускают!
   Силён и злобен враг -
   Но время - наступает,
   Когда во всех дворцах
   Почувствуют угрозу,
   Когда внушает страх
   Одно лишь слово: ГЁЗЫ!
  
   И море, и поля
   В союзе верном с нами!
   Пускай горит земля
   Под пришлыми врагами!
   И что нам целый мир?
   Детей дороже слёзы!
   И с песней - как на пир! -
   Идут на битву ГЁЗЫ!
  
   Вир хабэн кайнэ хэйт,
   Дэн опп дэн гозэн лахэн!
   Нох абэр алэс вэльд,
   Дэ дох дас нихт цу махэн!
  
   И что нам целый мир?
   Детей дороже слёзы!
   И с песней - как на пир! -
   Идут на битву ГЁЗЫ!
  

***

ВАРЯГ

(немецкий оригинал)

     Auf Deck, Kameraden, all auf Deck !
  Heraus zur letzten Parade !
  Der stolze "Warjag" ergibt sich nicht,
  Wir brauchen keine Gnade !
  
  An den Masten die bunten Wimpel empor,
  Die klirrenden Anker gelichtet,
  In sturmischer Eil` zum Gefechte klar
  Die blanken Geschutze gerichtet !
  
  Aus dem sichern Hafen hinaus in die See,
  Furs Vaterland zu sterben-
  Dort lauern die gelben Teufel auf uns
  Und speinen Tod und Verderben !
  
  Es drohnt und kracht und donnert und zischt,
  Da trifft e suns zur Stelle;
  Es ward der "Warjag", das treue Schiff,
  Zu einer brennenden Holle !
  
  Rings zuckede Leiber und grauser Tod,
  Ein Aechzen, Rocheln und Stohnen-
  Die Flammen um unser Schiff
  Wie feuriger Rosse Mabnen !
  
  Lebt wohl, Kameraden, lebt wohl, hurra !
  Hinab in die gurgelnde Tiefe !
  Wer hatte es gestern noch gedacht,
  Dass er heut` schon da drunten schliefe !
  
  Kein Zeichen, kein Kreuz wird, wo wir ruh`n
  Fern von der Heimat, melden-
  Doch das Meer das rauschet auf ewig von uns,
  Von "Warjag" und seinen Helden !

   ???

Памяти Мартина Химайера

   Когда отрезали все пути и запахло огнем
  Он бульдозер обшил броней и закрылся в нем
  Мастерскую и дом, свой и луг у реки
  Он взглядом окинул и сжал кулаки...
  
  Винтовки на взвод, на лицо противогаз
  Бульдозер завел и нажал на газ
  И начал крушить он соседний завод,
  Дома депутатов и власти оплот
  
  Полиция стала в машину стрелять
  Отряд штурмовой не мог его взять
  Как будь-то торнадо прошел в городке
  Лишь дом его гордо стоял на реке.
  
  Я им отомстил, я им всем доказал
  Что я здесь хозяин и всех их ебал
  Последняя пуля осталася мне
  Так умер последний Мужик на Земле...
  

 ???

РУССКИЕ ИДУТ

   Всё, ребята, ваша песня спета,
Помолитесь - и пиздец вам всем.
Сдвинув набок чёрные береты,
Мы к груди прижмём свой АКМ.
Мы сто грамм накатим перед боем,
И тогда - чуть-чуть навеселе -
В эту ночь в десант уйдём мы строем,
Растворившись в предрассветной мгле.
Будете в постелях блядей тискать,
Ну а мы нарушим ваш покой.
Мы в свинце утопим Сан-Франциско,
Кровь поганых пусть течёт рекой.
Просыпайтесь в страхе, миллионы,
Жрите свой ублюдочный фастфуд.
Маршируют русские колонны,
Чтобы растоптать ваш Голливуд.
Трепещите, грёбаные янки!
Пусть расскажет ваше Си-Эн-Эн,
Как идут к Лос-Анджелесу танки,
В пыль кроша бетонность ваших стен.
Пусть от страха сводит ваши скулы,
Ваши "Таймсы" пусть сойдут с ума:
Над Айдахо - "Чёрные акулы",
А над Аризоной - "МИГов" тьма.
С нами Бог и с нами наша вера.
Мы устроим вам Армагеддон!
Очередью с башни БТРа
Разнесёт башку твою, мормон.
Прочь скачите, сраные ковбои
Скоро доберёмся и до вас.
БМД уже несут с собою
Десантуру в ваш родной Техас.
Ваши города поглотит пламя,
Вас накроет ядовитый смог
И волна у берега Майами
Будет мыть наш кованый сапог.
Ваше царство стали и бетона
Лопнет, как раздувшийся кондом.
Мы войдём в руины Вашингтона,
Красный флаг украсит Белый Дом.
И когда, дырявя гимнастерку,
Пуля нас ужалит, как пчела,
Мы умрём на подступах к Нью-Йорку,
Зная, что Добро сильнее Зла.

 ???

* * *

   Четвертый день обливаясь пОтом иду по джунглям я...
  И под тяжелым огнеметом болит спина моя
  Я рву мозолистой рукой сплетение лиан
  И тут как будто предо мной чеченский партизан
  
  О Огнемет! Огнемет!
  О Огнемет! Мой Огнемет!
  
  Вчера нам крупно повезло! Спалили мы дотла
  Не как всегда - одно село, а целых три села!
  И ночью становился день там, где прошел наш взвод
  И дым спаленных деревень затмил весь небосвод...
  
  О Огнемет! Огнемет!
  О Огнемет! Мой Огнемет!
  
  Я запах жаренных детей с трудом переношу
  И потому противогаз всегда с собой ношу
  И мне не страшен никакой исламский патриот
  Ведь у меня всегда с собой мой верный огнемет...

  Евгений Скворешнев

* * *

   Быть русским - не заслуга, но обуза.
  Когда под гул набата, на бегу,
  Возжами подпоясавшись кургузо,
  Хватаем мы оглоблю и слегу.
  
  О собственной забыть беде и боли,
  Не поумнев нисколько до седин...
  Быть русским - значит, воином быть в поле,
  Пусть даже в этом поле ты один.
  
  Быть русским - не награда, а расплата.
  За то, что миру душу нараспласт,
  За чужака встаешь ты, как за брата,
  А он потом тебя же и продаст...
  
  Быть русским - это стыдно и позорно,
  Когда мы за колючею межой
  Нелишние свои сбирали зерна
  Для детворы не русской, а чужой.
  
  Мы русские. Дуркуем и балуем,
  Когда, хватая снег похмельным ртом,
  К любому черту лезем с поцелуем,
  Отхаркиваясь кровушкой потом...
  
  Живет народ, ведом судьбою хмурой,
  За отческий уклад и образ свой
  Доверчиво расплачиваясь шкурой,
  Хотя, гораздо чаще - головой.
  
  Мы русские. Мы с нехристью любою
  Ломаем братски скудный каравай,
  И в благодарность слышим над собою
  Всего два слова: "надо!" и "давай!"
  
  Быть русским - не отрада, но отрава,
  С неизводимой грустью на челе
  Платя издревле - щедро и кроваво -
  За то, что на своей живешь земле.
  
  Быть русским - значит застить путь бандитам,
  Что топчут нашу землю сапогом.
  Быть русским - это значит быть убитым
  Собратом чаще, нежели врагом.
  
  Быть русским - это значит встать у стенки,
  И пусть в тебя стреляет сволочь вся,
  Но перед ней не падать на коленки,
  Пощады, ухватив сапог, прося.
  
  Быть русским - это должность, долг и доля
  Оберегать святую честь земли
  От пришлецов, что свой Талмуд мусоля,
  Две тыщи лет нас к пропасти вели.
  
  Мы русские. Ступаем мы на плаху,
  Окинув оком отчий окоем,
  Но нищему последнюю рубаху,
  Не мешкая, привычно отдаем.
  
  Быть русским - провидение и право,
  Не устрашась ни пули, ни ножа,
  Топыриться упрямо и шершаво,
  Не уступая татям рубежа.
  
  Быть русским, значит хлеб растить в ненастье.
  А нет дождя - хоть кровью ороси.
  Но все-таки, какое это счастье -
  Быть русским! Среди русских! На Руси!
  
  Я русское ращу и нежу семя
  Не потому, что род чужой поган,
  Но пусть вот так свое опишет племя
  Какой-нибудь еврей или цыган.
  
  Быть русским, значит быть в надежной силе.
  И презирать родной землею торг.
  Не зря ж Суворов рек при Измаиле:
  - Мы русские! Ура! Какой восторг!..
  
  Я - русский! Сердцем, духом, вздрогом кожи.
  Горжусь я древним прозвищем моим.
  Не дай мне, хоть на миг, хоть в чем-то, Боже,
  Не русским стать, а кем-нибудь другим!..
  

Владимир Козубов

ТЕСТ

   Людей, пораженных вирусом Злобы,
Внешне непросто от нас отличить...
Чтобы узнать их, возьми и попробуй
Тест для проверки им предложить.

При разговоре, в частной беседе -
Каждое слово имеет здесь вес! -
Тихо скажи ему: Сталин, Победа,
Стройки, Гагарин, БАМ, Днепрогэс.

Если не наш он - кровью нальётся:
С этой минуты ты ему враг!
Словами иными он отзовётся:
Репрессии, тюрьмы, бараки, Гулаг.

Борис Гунько 

???

   Я помню - война грохотала,
  И было на сердце темно,
  Когда я смотрел про Чапая
  В глухом городишке кино.
  
  Месилась кровавая каша -
  Нас били. Зал горько молчал.
  И вдруг звонким голосом: "Наши!"
  Мальчишка один закричал.
  
  Промчались они на экране,
  И словно пахнуло весной,
  И взрослые люди рыдали
  В далеком сибирском кино
  
  И я с ними радостно плакал,
  И мысленно мчался в огне
  С любимым Чапаем в атаку
  На белом красавце коне.
  
  Шли годы в них всякое было,
  Я многое в жизни постиг,
  Но сердце мое не забыло
  Тот звонкий мальчишеский крик.
  
  И ныне, когда лихолетье
  Лютует, святыни круша,
  О, как этим возгласом детским
  Моя согревалась душа.
  
  И как бы мне не было страшно,
  Я искренне верил всегда,
  Что снова появятся наши,
  И снова отхлынет беда.
  
  Я верил - они где-то близко,
  Я ждал, что труба зазвучит,
  Я думал - да где ж тот мальчишка?
  Когда же он вновь закричит!?
  
  Но тщетно впивался я в лица
  Случайных и близких людей -
  В них не было дивной жар птицы
  Мальчишеской жизни моей.
  
  И вдруг в моем сердце уставшем,
  Как огненный свет янтаря,
  Сверкнула догадка, что наши
  Сегодня не кто-то, а я!
  
  И быть мне последним Иудой,
  Коль стану надеждою жить,
  Что кто-то устроит мне чудо,
  А я буду в ладушки бить.
  
  Но, если, не ведая страха,
  Я встану и выйду вперед,
  Мальчишка, как майская птаха,
  От радости вдруг запоет.
  
  Скликая живущих и павших
  Под сень легендарных знамен,
  Восторженным голосом - "Наши!"
  Поднимет товарищей он.
  
  И встанут их тысячи тысяч,
  И прочь побегут палачи...
  Ты слышишь, мальчонка!?
  Я - наши! Я вышел!!

  Скорей, сорванец, закричи!


  Леонид Корнилов

Задумались Мамай с Наполеоном...

   Мамай с Наполеоном в размышленьях
  И Гитлер призадумался тотчас:
  Так выстоят ли русские в сраженье,
  Как устоять сумели против нас?
  Француз на лоб надвинул треуголку,
  Побитый хан косицу закусил,
  Адольф под серым пеплом глянул волком -
  
И каждый молча ВЫСТОЯТЬ просил.
  За дело получили эти трое:
  Иван им справно зубы посчитал.
  
Но нынче на господство мировое
  Наш ОБЩИЙ враг губищи раскатал.

  И каждый, отрыгнув кровавым пиром,
  Знал правильный ответ, который прост:
  Россия тем господствует над миром,
  Что охр
аняет мир от всех господств.

???

*** 

    Те же, там же. И так же, то же...
     Под собою страны не чуя,
     Наблюдая все эти рожи,
     Одного лишь теперь хочу я.
     
     Не мечтаю уже о лете,
     Не хочу ни в купцы, ни в князи -
     Я хочу одного на свете:
     Я хочу, чтоб вы сдохли, мрази.
     
     Все, что до тошноты знакомы,
     Все, что лезут в глаза и уши -
     От верховного лысогнома
     До последней домашней ксюши.
     
     От блажащей массовки снизу,
     До верхушки в гэбульных рясах.
     От державного жополиза,
     До эстрадного жопотряса.
     
     Я хочу увидать их в морге,
     Чтоб прозектор кромсал их тушки -
     От наследника - недозорге,
     До сосательной журналюшки.
     
     От потешных зиц-атаманов,
     До героев конька и мата.
     От вождя молодых баранов,
     До дворового дипломата.
     
     От рубителей прежней щепки,
     До строгателей новой стружки.
     От носителя главной кепки,
     До звонящей в эфир старушки.
     
     Наступает он, зрим и чёток -
     Край, когда одного лишь надо:
     Не зарплат, не жратвы, не шмоток,
     А того, чтоб вы сдохли, гады.
     
     Вместе с вашей холуйской спесью,
     Вместе с вашей вселенской ложью,
     Вместе с вашей блевотной лестью,
     Вместе с вашей рычащей вошью.
     
     Не ослепли мы, не оглохли,
     Сколь ни бейтесь в пиар-угаре -
     Мы ответим вам: чтоб вы сдохли!
     Чтоб вы все передохли, твари!
  

Виктор Верстаков


ОТЕЦ! Я ВЕРНУ НАМ СТРАНУ...

  
Отец, я тебя не забуду.
Прости мне до срока вину,
Что я не сберег от Иуды
Великую нашу страну.
   На кладбище шуйском старинном
Над нашей родною рекой
Прости согрешившему сыну,
Что не уберег твой покой.
   В боях на Востоке и Юге
И я не боялся огня.
Но в жизненном замкнутом круге
Враги обманули меня.
   Не жду ни подмоги, ни чуда,
Прости лишь до срока вину.
Отец, я тебя не забуду.
Отец, я верну нам страну.
   ***
   Враги разбегались, дрожали державы,
Столицы сдавались подряд!
Тонули эсминцы, горели "Меркавы"
И бился в руках автомат!
   Священная ярость за правое дело
Свела нас в безжалостный ряд!
И мы выступаем гордо и смело,
Зовемся - Гвардейский Отряд!
   ***
   Когда мои войска входили в Амстердам,
Отвыкшие стрелять, защитники бежали,
Дрожали камни стен, и жители дрожали
От грохота колонн, текущих по мостам.
   Лишь с некоторых крыш огонь по нам вели,
Да буйствовал пикет каких-то горлопанов...
Под гусеницы нам не бросили тюльпанов,
Но красные цветы на траках расцвели.
   Растленный Амстердам, ты понял -- дело швах!
Двуногие скоты, настал ваш час ответа!
Я не Совбез ООН, и мне плевать на вето -
Расскажете червям о пактах и правах.
   И был ударен труд, и был велик улов -
Зачистка началась и продолжалась сутки,
На красных фонарях висели проститутки,
Клиенты их вокруг лежали без голов.
   Притоны и владельцев их сожгли дотла -
В тот день, как никогда, в борделях было жарко!
И хищники-самцы в вольерах зоопарка
Терзали стриптизерш холеные тела.
   Последний наркоман издох, вдыхая смрад,
Последний кафешоп с землей сровняли танки,
А мимо педерасты шли и лесбиянки
В смоле и перьях на последний love-парад...
   В истерике хрипит весь западный эфир,
О варварстве вопят газетные холопы,
Но я -- не Чингисхан, я -- санитар Европы!
Я убираю сор. Я очищаю мир.
   Не надо нам от них ни денег, ни земель,
Не надо нам от них ни славы, ни короны,
Не рады мы носить погоны и шевроны,
Вся эта смерть и кровь -- отнюдь не самоцель.
   Но время полумер давным-давно прошло,
Нельзя расчистить грязь, оставшись в белом фраке!
Но мы докажем, что дихотомия -- враки:
Бардак или барак? И то, и это -- зло.
   Да, по заслугам мы сполна воздали тут,
Но строим не барак, не царство произвола,
И где стоял бордель, там будет физматшкола,
И где стоял секс-шоп -- научный институт.
   О да, я понимал: мир не исправишь вдруг,
Двуногие скоты страшней четвероногих -
Из нынешних, увы, надежда на немногих,
Но мы спасем детей. Порвем порочный круг.
   Да, это долгий путь. Не год, не два, не три.
Но первый враг был стерт. Итоги нас бодрили,
И штурманы моих ударных эскадрилий
Прокладывали курс по картам на "Пари".

Сергей Калугин

Das Boot

   1.
Не печалься, мой друг, мы погибли.
Быть может напрасно отказавшись мельчить
И играть с Пустотой в "что-почём".
Но я помню вершину холма,
Ветку вишни в руке,
И в лучах заходящего солнца -
Тень от хрупкой фигурки с мечом.
Мы погибли мой друг.
Я клянусь, это было прекрасно!

2.
Pour ce destin de chevalier
Honneur, fidelite,
Nous sommes fiers d'appartenir
A ceux qui vont mourir.

3.
Я свидетельством истинным,
В Духе и в Сыне,
Предлагаю вам повесть мою.

Как подводная лодка
В бескрайней пустыне
Погибала в воздушном бою.

Как трещала броня, и дела были плохи,
Небо в дыры хлестало как газ;
И глубинные бомбы бездарной эпохи
Разрывались все ближе от нас.

Но для тех, кто придет
В мир, охваченный мглою,
Наша повесть послужит ключом.

Ибо древнее Солнце -
Солнце героев,
Нас коснулось прощальным лучом.

Не печалься, мой друг,
Мы счастливцы с тобою:
В самом пекле бессмысленных лет.

Навсегда уходящее
Солнце героев
Озарило наш поздний рассвет.

И свидетельством истинным,
В Духе и в Сыне,
Мы оставили повесть о том,
Как подводная лодка
В бескрайней пустыне
Отбивалась торпедным огнем.

И пылала обшивка,
И плавились скрепы,
И в расщелины гибельных скал,
Раскаленным дождем
Из-под самого неба
С воем капал горящий металл.

4.
(Pour ce destin de chevalier
Honneur, fidelite,
Nous sommes fiers d'appartenir
A ceux qui vont mourir.)

Я помню домик у реки,
Сосновый лес вокруг.
Овраг, в котором тек ручей,
И за рекою луг.

И нас, по целым Божьим дням
Плескавшихся в реке.
И мамин смех, и сосен шум,
И камешки в руке.

Я вновь недавно в те места
Пришел издалека.
Разрушен дом, и лес сгорел,
И высохла река.

Всё было чуждым, как во сне,
Мне кажется с тех пор,
Что жизнь моя приснилась мне
И снится до сих пор.

И значит темная вина,
Лежащая на мне, -
Лишь тень, мелькнувшая на миг
В счастливом детском сне.

И значит, скоро я проснусь
И, выпив молока,
По тропке вниз туда помчусь,
Где плещется река...


5.
Тьма сотрет наши лица и память о нас
Поруганью предаст и разбою.
Не печалься, мы гибнем, кончается бой.
Навсегда уходящему Солнцу, Солнцу героев -
Помаши на прощанье рукой.
Уходящему Солнцу - Великому Солнцу героев -
Помаши на прощанье...


Присутствие

   1.

Реки движутся вспять
Три часа до прорыва из
Нижних миров
Дан приказ отступать.
В штабе жгут документы несбывшихся снов
Твердь земная дрожит под ногой
Древо мира кренится, как башенный кран
Звезды гаснут одна за другой -
Это орды
Магогов идут на таран.

Кемет снова во мгле
На
Синайских высотах бушует гроза
Он уже на Земле!
О , мой Бог, Он уже открывает глаза!

Вместо неба - броня,
Двери Рая закрыты на ржавый засов
Все ушли без меня,
Я зову, но не слышу родных голосов
Вижу, словно в бреду,
Как над миром восходит Последний Рассвет
Сердце, мертвою птицей во льду,
Все твердит о грядущем,
Которого нет.

2.

Придите, слабые народы!
Всепоклонитеся Царю!
Я щедрой
дланью вам дарю
Рога бессмысленной свободы
Во Мне проявлен высший
гнозис -
он в разрушении миров
Мое касание -
теозис.
Низвержен в прах
Илдабаоф!

3.

Над водной толщею бездонной
Над морем, что навек сошлось
Закатным солнцем озаренный
Летит последний альбатрос

В нем нет смятенья смертной дрожи,
В нем нет пустого мятежа -
Он просто делает, что должен
Пока живет его душа

В луче закатном оперенье
Горит, как огненный кристалл,
Скользит по волнам тень креста,
Но лишь наступит миг паденья -
Земля, как перед Днем Творенья

Безвидна станет

И пуста.

4.

Прошуршал по людям шорох -
"Снег пошел..."
Попримолкли, задышали:
- Хорошо...

Тихо-тихо подплывали
К синему окну,
Нежно-нежно осязали
Тишину.

И с такой тоской глядели
Через стекла - вдаль...
Жизнь - от тьмы до тьмы качели.
Жаль.
Жаль...

???

***

   Мы сильны и танки наши быстры,
Разотрут Европу вашу в прах.
Вынесут согбенно бургомистры
Нам ключи от Лондонов и Праг!
   Шар земной накроем мы портянкой,
Будут литься кровь и самогон,
И ворвутся доблестные танки
На заре в Нью-Йорк и Вашингтон!
   Станем, братья, гордыми царями,
Как господь для нас предначертал,
Принесут буржуи в наши Храмы
Весь свой заграничный капитал.
   Мир обложим податью и матом,
Лягут страны в Русскую Кровать.
Будут те, кто раньше верил в НАТО,
Кирзачи сержантам целовать!
   Наши танки двинутся на космос,
Звёздные системы покорять,
И ворвутся на заре морозной
На Альдебараны, твою мать!

???

***

   Передайте Путину, мы ещё потерпим,
Говорила бабушка, кутаясь в старьё,
Пусть он нами, пешками, как угодно вертит
Лишь бы он, касатик наш ,наказал ворьё!

Доверяем Путину! - говорили пьяницы,
Подтянув у пояса ссаные штаны,
"Поднимает Родину", очень это нравится,
Лишь бы вот, с Америкой, не было войны!

Пусть в говне и вшивые, пусть полуголодные,
Водку льём паленую в дряблое нутро,
Пусть в домах ветшающих, стылые, холодные -
Доверяем лидерам партии ЕдРо!

А фашистам-гитлерам, однозначно, смерть им!
Чтобы здесь для неруси стала благодать,
Передайте Путину, дохнем все, но терпим,
Им в Кремле осталось лишь малость подождать!

Умирали русские, нищими и голыми,
Устилая трупами кладбище страны,
Доверяем Менделю! - повторяли големы,
Вымрем сами, только бы не было войны!

???

***

   Эта война бесконечна, Мальчиш-Кибальчиш -
Просто меняются страны, века и погоны.
Ты уже сам не припомнишь, о чем ты молчишь,
Глядя в сгустившийся в точку февраль заоконный.
   Ты позабыл все пароли и все адреса,
Только и помнишь: "На хитрости не поддавайся!"...
Ты заблудился в цепи всевозможных засад
Меж полюсами Белова и Йогана Вайса.
   Можно смеяться и пить дорогущий коньяк,
Можно плеваться кровавой слюной на допросе -
Этой войны все равно не закончить никак,
Ты ее сам бережешь и за пазухой носишь...
   Вереск и тот превратился в забытый реликт,
Что теперь толку в рецепте старинного меда?
Кто-то когда-то шепнул, что ты вроде бы пикт...
Черт его знает, какого на деле ты рода.
   Сотни легенд - ни одной не прожить до конца...
Лучше не думать, а просто молчать до упора.
Каждое утро смывать свою тайну с лица -
И охранять обреченный покинутый город.
   Алекс Бамбино

Русский фашист


Вот возьми ты газету любую - так в ней сообщения:
Всюду злые скинхеды, от коих спасения нет.
Русский - лучший фашист. Русский - лучший козел отпущения.
Не читайте газет.
Никогда.
Не читайте.
Газет.

Русский вял и уныл, он беспечен в своей безрассудности.
И как выстрел в упор для него сочетание слов
"Русский - это фашист". Он немеет от этой абсурдности.
Он хренеет в натуре, реальни пыщь-пыщь ололо

Грантососы в Европах подачки уверенно аскают,
Мониторят ЖЖ, за отчетом кропая отчет.
Русский - лучший фашист, не смотря на войну и диаспоры.
А диаспоры святы, диаспоры тут ни при чем.

Закрывает глаза, рот и уши страна-бесприданница,
Потому что враги как затычку везде ей суют
"Русский - это фашист". Но они тем базаром подавятся.
И спасти не успеют продажную шкуру свою.

От Сочей до Мурманска, от Калининграда до Владика
Поднимаются в рост осознавшие - тысячи их!
Да, я русский фашист, слышишь, ты, толерантная гадина?!
Убирайся отсюда, с собою забрав остальных!

Николай Римм

В партизаны.

(Сказка)

  
  А Хрюша ушел поутру в партизанский отряд.
  Из сна на войну. В сырость наших осенних лесов.
  Сражаться за то, что мультфильмы нам всем говорят,
  Но без толку. Пули доходчивей их голосов.
  Поэтому Хрюша взял старый АК-47,
  Жену нежно обнял, на спящих детей посмотрел
  И вышел за дверь, дав обет, что останется нем,
  До полной победы - желанного Дня Добрых Дел.
  Он шел. Путал след. Отдыхал и курил на пеньках.
  Все глубже в леса. Торопился, не спал по ночам.
  И вот он пришел. Его встретил с винтовкой в руках
  Майор Айболит, позабывший работу врача.
  Майор ждал неделю, пока все, кто очень хотел
  К заветному дубу с оружием не подошли,
  А после сказал на собрании: 'День Добрых Дел
  Настанет, когда телебашни исчезнут с Земли'.
  И дети мультфильмов с пластидом пошли по стране...
  ***
  ...А Хрюша лежал на спине. Умирая, он знал,
  Что огненный смерч обращает 'Останкино' в дым.
  Начало положено. Будет счастливый финал.
  И в День Добрых Дел он, как прежде, проснется живым.


Нестчастный случай

Сказ о битве атамана Парамонова да Басурман-паши на жалезном заводе о девяностых годах

   Ой дело было козаки, на той на Волге на реки.
Всей Европой на виду, девьяносто-том году.
   По реке по Волужке приплыл до нас да нарочный гонец,
Весь навылет ранятый союзной нам бригадушки боец.
   Ой голова повязана, кровищей перемазана.
Он коньяк заказывал, чернуху нам рассказывал:
   "Полно вам, казаченьки, сидеть по барам да горилку жрать,
С поблядушек местных ой оброк-налог мизерный собирать.
Во соседнем городе, ты слышь-ка, то творится беспредел.
Басурман-Паша то там центральным, слышь-то, рынком завладел".
   Молвил да расслабился, да сей же час пряставился.
Полятел до боженьки, не вынюхав дороженьки.
   Подымался на ноги тут сам да Парамонов-атаман,
С погребов жалезных ой да бомбы-пулямёты вынимал.
Снаряжал на дело два дясятка да двянадцать козачков,
Самых яму преданных да ой да отмороженных качков.
   Атаман с урядником - на джипе с кенгурятником,
А все его ребятушки - на новеньких девятушках.
   Обосрался сам Паша решать да по понятиям вопрос,
Обернулся полозом, змеёй да под прилавками пополз.
Рянулся о землю со всей дури Парамонов-Атаман,
Полетел он соколом да побежал он соболем да ой змею-гадюку поймал.
   Козаки у ту пору мочили мелку шушару.
А Парамонов с тем Пашой сошлися в битве на большой.
   Билися они да на заводе средь мартыновских пячей,
Кончилися пули в пулямёте - битва стала горячей!
Ой как терминатор Атаман жалезный лоб его мятал,
Оступился Басурман-Паша - упал в расплавлянный мяталл.
   ЛЮБО!
   Козачки ко времени все получили премии.
А за разборку правую Парамонов Атаман да войско его
Покрыты вечной славою!
  

Павел Зубков

ПРО КРЕСТОВЫЙ ПОХОД

(взгляд одного восьмиклассника на историю Первого Крестового похода)

      В Европе был "удачный" год
      Хватало в этот год невзгод,
      Чума, холера и ненастья,
      Евреи, войны, прочие напасти.
      И вот решает Балдуин
      (Он был вообще-то не один,
      На вид так просто мужичок
      И не дохляк и не качок.)
      Решил он так:
      - Идем в поход!
      Найдём себе ещё невзгод.
      - Ура! Ты будешь королем!
      С тобой хоть в Ад мы все пойдем!
      Решили в Азию итить,
      Чтоб там арабов покрестить
      Крестами дружно запаслись
      И на арабов понеслись.
      Креститься гады не хотели,
      Они с Мухамедда балдели.
      И тут месилово пошло,
      До взятий городов дошло.
      Арабы бешено сражались,
      Но долго все ж не продержались.
      И стали быстро отступать,
      В пустыне - мол - нас не поймать!
      Сыны ислама трусы были
      И воевать ордой любили,
      Когда орду же их разбили,
      Как воевать - вобще забыли,
      А проще скажем - обоссались,
      Так рыцарей перепугались.
      Кресты немедля нацепили,
      Но... про Аллаха не забыли.
      В Иерусалиме укрепились,
      И драться все же, блин, решились,
      А европейцы не индейцы,
      (Воюют, чтоб не воевать!
      Не просто так, а за идею...
      Для тех война - сезон охоты,
      Когда вдруг нет другой работы
      Лишь только б скальпы поснимать
      Своих врагов поубивать.
      Потом же с девками своими
      Хвастаться скальпами снятыми...)
      А рыцарям - даёшь идею!
      Ты дашь идею и тогда
      Лбом прошибают города!
      И крестоносцы-меченосцы
      То все идейные ребята
      Что? На войну нужны затраты?
      Бульонский: кадр был хоть куда
      Продал он все - вот это да!
      Оружье он на всех купил,
      Своим вассалам раздарил.
      Себе же взял коня, доспехи...
      (Добьёмся на войне успеха!)
      Вот стал Бульонский пред рядами
      Услышьте речь всю эту сами:
      - Чтоб им позорить нашу честь?!
      Да кто они такие есть?!
      Уродов сборище вонючих
      Да свиньи их во сто раз лучше!
      Пусть чурок много, братья, но -
      Для нас они ведь, что говно!
      Сомнем, растопчем и задавим
      И всех их раком переставим!
      Они Христа град захватили
      И христиан всех погубили!
      Мечети ставят тут и там
      И письки режут всем. БЕДЛАМ!
      В АТАКУ ВСЕ!
      ПОГИБНЕМ ВМЕСТЕ!
      ИЛЬ ПОБЕДИМ, НО ТОЛЬКО С ЧЕСТЬЮ!
      ВЕДЬ С НАМИ БОГ (ВСЕ ПОМНЯТ ЭТО?!)
      А ЕСЛИ БОГ, ТО И ПОБЕДА!!!
      Гул над рядами раздается,
      Бульонский впереди несется...

* * *

      ...Ну крестоносцы победили,
      Иерусалим весь захватили.
      Бульонского на трон хотели,
      Но оглянуться не успели,
      Он табуретку смастерил,
      Ну, чем помягче застелил
      Сел на нее и так сказал:
      - На троне мне сидеть не надо
      Я табуретке очень рад был.
      А в общем - в городе Христа
      Всем надо знать свои места...
  
  

ШИЗОФРЕНИЯ ДРУЖИННИКА БАБЫ ЯГИ.

ИЛИ

БАЗАР ВРЕМЕН ТАТАРО-МОНГОЛЬСКОГО НАШЕСТВИЯ.

ЧАСТЬ I.

ИСТОРИЧЕСКИЕ ВЫКЛАДКИ

Это не расизм, это прикольно...

Чтоб все было по курсу:

это вроде бы разговор деда и внука.

Плавно переходящий в глубь веков.

Я это не придумал, а прочитал, запомнил,

а потом извратил до невозможности.

Так это и получилося.

Кстати книгу мне дал Верещагин О.Н.

А кто вздумает судиться. Не получится!

Мне 16 лет нет!

- Сколько?

- Много.

- Долго?

- Нет.

- Говори точнее, дед!

- Ты меня не торопи,

А немного потерпи,

Я задам тебе вопрос -

У меня ж года, склероз...

Что в тринадцатом-то веке...

- Ну блин, братцы-человеки!

Бум! На Русь пришла Орда -

То для нас была беда.

Триста лет мы дань давали,

Чтобы хоть не убивали...

А в Англии поход крестовый -

Крестить всех чурок в глаз по новой

Вдруг захотели англичане

Вот это - супер-христиане!

А про других я - Орден Псов

Лишь кину только пару слов -

Хотели Русь крестить налево

Им Невский врезал хуком слева!

Вот в Пиренеях реконкиста -

Продлилась лет так эдак триста...

Ах нет! Не триста - восемьсот,

Плюс-минус где-то вроде год.

Тимур, который Тамерлан

Тупой был - просто как баран!

Решил войной идти на турок,

Главой у тех - паша-придурок.

Паша - он псих и шизофреник

Вся рожа в масле, как вареник.

  

Тимур всех турок на компот

Довольный был потом как кот:

В войне он той обогатился.

И блин - исламом заразился.

Спустя пол века* паш Махмед

(Он много одержал побед).

На Византию - скот! - напал,

Царь-град в осаде подержал.

Всех мусульмане там порвали,

Царьград** Стамбулом обозвали...***

   *Имеется веду пол века от захвата Тамерланом Турции.
   **Ну не рифмуется Констанинополь ёлы-палы!
   *** Внук рассказал немного побольше, чем его просил дед.

- Спокойно внук, остынь немного,

Ты турок луЧше саблей трогай,

Ведь он же - хуже динамита -

Хорош бывает лишь убитым...

Я лучше расскажу тебе

О том, как было на Неве -

Новградцы рвать пошли татар

И это не хмельной угар...

ЧАСТЬ II.

"Ты помнишь, как мы на монгола ходили?"

...Лесом ехать - будет темно.

Лужками ехать - будет топко.

( Из старинной былины)

Где-то так 1254 год.

Место: базар.

Город: Великий Новгород.

Время года: начало лета.

Хвалилась корова все озеро выпить,

попробовала да околела.

(Русская мудрость)

Главные вопросы. И только один ответ.

- Какая такая "Орда Золотая"?

- Большая, быть может, она аль малАя?

- Конечно, большая, всю Русь захватила.

- Какая ж на свете бывает-то сила!..

И вот волненья средь народа:

- То хорошо, что помогла погода -

Татарин не дошел до нас.

В болотах да снегах увяз...

- Надолго ль он увяз в болотах?

- Нема. Сейчас увяз в заботах.

- В Сарае сидя, зубы точит.

- От нас он деньги дюже хочет.

- Татарин зол. Нас вспомнит скоро...

- Эй братцы! Хватит разговоров!..

...Стоял мужик. Рука в бока.

Был пьян чуть-чуть - совсем слегка.

Особо ростом невысок.

И не сказать, чтобы качок...

Одет... ну, скажем, небогато.

Но что-то было в нем, ребята.

Стряхнул он наземь что-то с плеч

И двинул вот такую речь:

- Нашли чего - Орды бояться!

Славяне! Хватит придуряться!

Боимся шведов и тевтонцев,

Боимся, что не встанет солнце,

Что черти мир захватят весь,

Что дней в неделе будет шесть,

Что вступим мы в Евросоюз,

Что во всю рожу вскочит флюс.

Что пиво кончится на свете -

Всего боимся, прям как дети.

Че там? Какие-то татары -

Да мы порвем их без базара!

В прошедший год - совсем недавно.

Мы обломали чурок славно.

Казань мы рвали до зори...

Эй ты, мужик! Ты! Не ори!...

Имеешь ты задать вопрос?

С чего я волосом оброс?!

Сам волосат ты, как лешак...

Меня ты помнишь?.. Сам дурак!

Народ родной брех услыхал,

Народ тут репу почесал:

- Братва! Да это же Петруха!..

- А где ж он был?..

- Ни сном не духом!..

  

ЧАСТЬ III.

"Салям алейкум!"

Или, как вредно бухать с татарами без "АКМ" ну или табельного "ТТ".

  

Враг замыслов своего врага не знает.

(Восточная поговорка)

- Да это я, что, не узнали?

А ведь недавно провожали.

- Ну да! Конечно! Помним мы!

- Вас не видали две зимы!

- На стругах, две весны назад

Вы плыли драть татарам зад!

- Мы думали, что вы с концами!

Глядите-ка, вернулись сами!

- Да нет народ. Один вернулся... -

Тут наш герой чуть-чуть запнулся.

И посмотрев поверх голов

С других рассказ он начал слов:

- Стоим мы тут, а они там.

Татарин едет, видно - хан:

Немытый, страшный, как Хсанкор!

Аж в дрожь бросает до сих пор!

Подъехал стороны на край,

Послать стрелой в татарский рай?

Собачий сын - Кадум Байда

Сказал нам: - Слушайте сюда!

- Урус всегда великий воин,

Дружить с монголом он достоин.

Ты удаль показал свою -

Вы победили нас в бою*.

Мы щедрость вам свою покажем

И доброту свою докажем.

Урус с татаром - друг навеки.

Мы братья, люди-человеки!..

   *Для тех, кто не понял - это произошло, когда русские ушкуйники между делом разграбили Казань и пошли дальше искать приключений.

Но наши парни - не придурки:

- Мы знаем, кто и что за урки.

Татар нам брат? Глядите сами:

Мой дом поджёг, чтоб пламя

Ему обзор весь осветило.

Схватил он девку...

Отрезал серьги ей с ушами.

Ее саму в огонь метнул...

"Кто враг, кто друг..."

Ну, ты загнул!

- Упал татарин, видно, с печки,

Ведь мы для них не человечки,

Не люди даже и не звери.

- Татарин врет?

- Пошли проверим...

- Не надо. Может мы домой?

Какой домой?! Там пир горой!

И вот спустя пустяшно время.

На пир зовет нас вражье племя.

Идем мы к ним во всеоружье:

Бухло бухлом - на время дружим!

Так вот, на самом прям к ним входе

При всем честном (и нет) народе

Какой-то бешеный старик.

Писклявым визгом поднял крик:

- Урус, ты нас не уважаешь?!

Друзья мы все! Ты понимаешь?!

Зачем тебе на пире лук?!

Ведь я тебе не враг, а друг!

Оружье сдайте в гардероб!..

- Ты че, загнать нас хочешь в гроб?! -

Вскричал наш воин говорливый,

Потом рванул еще ретивей:

- Чем резать будем мы там мясо?!

И мы с ножами знаем пляски!

Нам без ножей на пир нельзя,

Какие мы, потом, друзья?!

Татарин, фактами убитый.

Глаза со страху чуть закрыты:

- Ножи вам можно - меч нельзя.

И это факты без бузья!

Веселье хряк как рылом стер...

Но вот зашли мы все в шатер:

- Аллах! ХСАНКОР! Иегова! Кришна!

- Все это нам? Ну, очень пышно!

Бухло и закусь, анаНАсы.

Потом натырим балабасов!

Сейчас братаемся и дружим,

Ну, в общем: не особо тужим.

Проходит час, потом другой,

(Бухи. Не шевельнешь ногой)

И вот, средь пьяной тишины

Крадется к нам через спины

Кадум с ножом наперевес

Так тихо, как медведь сквозь лес.

Он думает, что мы-то спим...

Ну нет уж, хрена - мы ВСЕ бдим!

- Алярм!!! Измена! Хэнде хох!

Кидай перо татарский лох!

Кадум несильно испужался

(Но обоссаться обоссался):

- Коли урусов! Режь собак!

Мы им припомним: "Кто дурак!"

А мы:

- Ножи, братва, наизготовку! -

Покажем им свою сноровку!

- Щас так дадим мы вам просраться,

Что не успеешь испугаться!

  

Но вот всех сторон шатра.

На нас поперла шантрапа!

Один к пяти. Они в оружье.

- Ну ладно суки! Щас подружим!..

- А что же дальше с вами было?

- Нас половину всех убило

Но мы прорвалися, ребята!

И побежали, как когда-то...

От страшной тьма спасла нас смерти.

Вы в том мне на слово поверьте...

Татар хотели мы обуть,

А получилась просто Жуть....

Татарин - подлый, низкий гад

Любой победе подлой рад!

А мы их побеждали с честью

Как витязи в старинных песнях.*

Не трусьте братья, чурки плохи,

А в одиночку вовсе лохи!

Росточком - метр пятьдесят

Давить их надо, как цыплят!

   * Ну ладно тут я немного загнул... Не как в старинных песнях, но все равно наши чурок пьяными не резали! И если грабили, то грабили, а не как ну сами знаете кто...

ЧАСТЬ IV.

И все-таки мы не сдаемся!

"Русский человек во всем, что удали касаемо, верх возьмет!"

Тайный сыск царя Гороха.

Андрей Белянин

- Хвала новградскому герою!

В чередый раз пойдем с тобою!

Народ всей русскою душой

Уж катит бочки... не с водой!

Открыл Петро народу очи

И праздновал потом всю ночь он:

- Помянем тех, кто пал в бою!

И Благо тем, кто щас в строю!

Не сидели скоморохи

Хоть работают за крохи

Хоть князья их лупят часто,

Для них это не несчастье:

- За лесами, за горами,

Горы да леса!

А за этими лесами

Есть широка степь!

Во степи во той убогой

Бегает народ

Мы хлебнули с тем народом

Морюшко невзгод.

А зовется он татарин -

Кизяков коровьих барин!

Чурка ростом невысок,

И умишком недалек.

Но огромна ихня нация -

И, когда идет миграция,

Разбегайся кто кудой

Иль прощайся с головой!

- Нас мунгалы низко слили -

О победах мы забыли!

То не жизнь была, а мука!

Но наш молодец от скуки

Удальцов собрал ватагу,

Нам в сердца вселил отвагу:

Бил татар он дни и ночи -

Славянин, простой рабочий!

  

- Враг приходит к нам с мечом,

Значит, знает, что почем!

Ежли меч на два локтя -

Мы согнем его шутя!

- Завтра мы пойдем в атаку!

- Их же десять к одному!

- Ладно, уж твоих я десять

На себя теперь возьму!

Ежли враг силен и боек -

Мы сдаваться не пойдем,

Мы наделаем им строек

И работу всем найдем!

Вот поэтому вражины,

Увидав князя дружину,

Разбегаются по ордам

И не ждут - пока по мордам

Наши врежут им, ребята:

- Топором или лопатой?!

  

Велика Русь и могуча,

Нет страны на свете лучше!

Только есть одна напасть -

Демократов люта власть!!!

  

МОЕ (АВТОРСКОЕ) ПОСЛЕСЛОВИЕ:

ПИСАНО В ЛЕТО 7516 ОТ СОТВОРЕНИЯ МИРА.

   Я хотел бы сказать пару сотен слов о том, что вы прочитали. Первое - в словари я не заглядываю. Второе - последнее четверостишие пели не скоморохи. Третье - еще раз говорю, что все исторически достоверно, кроме дат... Четвертое - я знаю, что меч в два локтя согнуть трудно. Пятое - чурок я называю чурками! Шестое - для тех, кто не понял: прочитайте Кадум наоборот!
   Русские великий народ! Для нас нет ничего невозможного!(Так сказал Задорнов)
   А написал я все это от нечего думать. Ну в общем как обычно...
  
  

РУСЬ

"Кто в юности правды не ищет -

Напрасно проводит ее"

Дмитрий Ляляев.

Минутное помрачение рассудка привело вот к этому:

- Исполать! Здрав буди, княже!

Ну потом и в бой.

Сейчас жив, а завтра ляжешь,

Во земле чужой.

Славе предков поклонимся

В пояс до земли.

Только что-то плохо помним,

Память не храним.

Сколько было их - убитых?

Жизнь отдавших зря?

Их могилы позабыты...

Как же так, друзья?

  

Где они, Руси герои?

Погибавшие в бою,

Принимавшие смерть стоя,

Жизнь за Русь отдав свою?

То давно когда-то было.

(Точно не сейчас...)

Щас други дела творятся

Во стране у нас:

- Оружие - вред.

Мы гуманный народ!

А тот, кто по левой

щеке нас ударит

То сразу по правой

пускай нас добьет!

А сейчас зачем сражаться?

Можно падлой стать.

Можно деньги брать лопатой,

Родину продать!

"Ну, ведь Русь - она большая.

Я один не съем...

Дураки, не понимают.

Ведь пи...ц-то - ВСЕМ !

Все твердят про возрожденье.

Есть вопрос: "Чего?"

Гомосеков "геть-парады"

Это - "Наше Всё!"?..

...Ни фига не понимаю...

Мало жил еще?

  

ВЕРА БОЖЬЯ ВЕРШИТ ЧУДЕСА

ИЛИ

ЛОВКОСТЬ НЕПОНЯТНО ЧЕГО И НИКАКОГО МОШЕННИЧЕСТВА.

"В Средневековье политика была проще и веселей - мусульман можно было открыто ненавидеть, неверных можно было открыто убивать, надоевшая жена без проблем отправлялась в монастырь, а шибко умный Папа Римский изящно убивался канделябром и заменялся племянником..."

Не знаю, кто придумал, но мне сказанное выше очень нравится. Не то что сейчас...

Я решил продолжить тему крестоносцев. И вот, что у меня получилось.

I

   МЕСТО:

Азия. Первый Крестовый поход,

Не помню я даты, не помню и год.

Скажу не про дату, а лучше про случай,

Когда мусульмане огромнейшей кучей

Начали бить христианских солдат

Аллах тем деяниям очень был...

   СЛУЧАЙ:
   Отряд английских рыцарей заблудился в пустыне. И тут, как назло, мимо проходила мусульманская орда какого-то там калифа Ибн Шакала, многократно превосходящая английскую силу. Рыцари могли бы уклониться от боя, но они на то и рыцари, чтобы ни от чего не уклоняться!

- Врагом наш лагерь окружен!

- Фигня! - сказал сэр Джон.

- Их тыщи! Просто миллионы!

- Мы христиане! По канонам

Везде должны нести мы веру,

В плену и даже на галерах!

Хоть сдохнем на краю земли -

Нас в списки рая занесли!

Не дрейфь, дружище, сэр Альфред!

На наш век хватит нам побед!

   ЧАС БИТВЫ:

Вот рать войной пошла на рать -

Сегодня птицам пировать!

Удары, стоны, лязг мечей -

Не до хвалебных здесь речей!

Надейся на Бога,

А сам не плошай!

Живи целым долго,

А к старости в рай!

И вот христиане тех лет перед нами -

Свободу и веру куют лишь мечами!

Улёгся гвалт,

Замолкла сеча,

Кто жив - тот рад,

Кто мертв - навечно...

II

- Альфред, скорее, жду доклад!

И тот словам своим не рад:

- Пять сот погибло братьев наших,

Муслимов - просто считать страшно...

Одно лишь знаем - много очень...

Проход к свободе заколочен.

Возьмут собаки нас измором,

Без всяких глупых разговоров!

Какой нам ждать от вас приказ?

На смерть готовы хоть сейчас!...

Сэр Джон стоит мрачнее тучи:

- Ну ничего, бывает круче -

Однажды в череп мне стрела,

Шлем мой пробивши, залетела,

Два дня я с нею проскакал,

А выдернул потом, меж делом,

А в дырку вставил я медяк.

Хожу уже лет десять так...

Построим стену в два мы роста,

Хоть то для нас не будет просто...

- А где возьмем мы матерьял?

Господь каменьев не послал!

- Из лошадей и вражьих трупов!

Не задавай вопросов глупых!

Не то задавят нас числом,

А так муслимов мы побьем!

Всем взяться людям за работу!

С утра прибавится забот нам...

III

"Но в кровавой заварушке,

О воды мечтаешь кружке!"

Ганга Дин.

Редьярд Киплинг

Два дня осады "трупных стен"...

Никто не сдался чуркам в плен.

Воды уж нет. И нет припасов,

Но не о краковских колбасах,

О вере думают Христа -

Душа не фляга - не пуста...

Четвертый день. Воды ни грамма.

Муслимов ясна всем программа:

"Зачем в сраженьях погибать?

Нам нужно просто подождать..."

Прошел шестой осады день,

А над стеной летает хрень.

С мечом срослась в одно рука

И смерть уже недалека...

-Святой отец! Пойди сюда!

- Скажи же нам скорей: "Когда?"

- Не падайте духом,

Господь нам поможет!

Пусть смерть уж над ухом -

Хвала тебе, Боже!

Сказав таки слова, отец

В шатер свалил:

- Каков подлец!

Гнием мы здесь, едим конину,

А он в шатер, каков скотина?!

- Ни одного не грохнул чурки,

- Он умный, а мы че - придурки?

- Прогневал Бога он, подлец!

Из-за него нам всем конец!

Отец в шатре не бил баклуши,

И все слова успел послушать.

Как Соломон, вопрос решил:

- Я сильно Бога не гневил.

То просто испытанье Божье,

Блюсти посты все ж надо строже...

Великое всем нужно чудо!

Но где ж возьмешь его? Откуда?

Грешны мы все... Чудов не будет.

Но Бог про нас все ж не забудет...

IV

   История умалчивает, что делал в шатре святой отец, но часовой, который стоял на посту потом два дня заикался и утверждал, что слышал громогласный голос с небес... Как бы то ни было факт остается фактом:

Собрал отец христианский лагерь,

Велел везде развесить флаги.

Потом с улыбкой на губах

Достал он из-под рясы... Страх!

Большую Палку! Да не просто!

В конце изъедена коростой!

- Ко мне Архангел Гавриил,

Сегодня ночью приходил!

Вручил он мне свое копье

Разить муслимов, ё-моё!

Обречены мы на успех,

Кто усомнится в этом - грех!

Вот этим самым мы копьём

Дорогу в Англию пробьем!

  

- Святой отец наш - молодец!

Ну а муслимам всем конец!

Дадим понюхать чуркам стали...

В атаку все! Чего вы стали?!

Напутствовал народ сэр Джон

- Кто лучше нас вооружен?

А мусульмане в ус не дуют -

Убрали с лошадей всех сбрую,

Аллаха славят день и ночь,

Ну и гашиш курнуть не прочь,

Врагов ведь судят по себе -

Дурак противится Орде.

"Еще мы подождем денек,

Свиней час смерти недалек,

Еще спустя так суток трое,

Сдадутся сами нам без боя!

Нет у неверных уже сил.

Пророк Исса к ним ведь немил..."

Раздался громогласный клич:

- Сейчас муслимов будем стричь!

Несите веру, чем попало!

Муслимам жизни чтоб не стало!

  

Где ж смелость ваша, мусульмане?

Быть может, спряталась в кармане?

Иль, может, нет ее у вас?..

...Но это уж другой рассказ...

  

V

Просто развязка - не эпична,

Но крестоносцам то привычно:

- Мы спасены! Победа наша!

Нам ничего уже не страшно!

- Все есть, сэр Джон!

Еда с питьем!

Быть может, чурок мы добьем?

Сэр Джон подумал-погадал,

Медяк под шлемом почесал:

- Труби, брат Альфред, общий сбор -

Муслим ведь на отход-то скор.

Да и потрепаны солдаты,

Ценю живыми вас, ребята!

Найдем другие мы отряды,

Тогда и наведем порядок,

Но песня наша все ж не спета,

Помянем тех, кто канул в лету -

Они попали в рай - не ад -

И я за них безумно рад!

Запомнить имена героев!

Кто выбыл навсегда из строя!

Они - те, кто был лучше нас...

Христьяне, слушай мой приказ!

Навстречу с Готфридом Бульонским,

Песок не лед - не будет скользким!

Хоть труден и тернист наш путь,

Все лямку будем мы тянуть!

Раз жить - то гордо -

вместе с честью!

И умирать мы будем вместе!

Честь - жизнь! Понятья неделимы!

Мы - англичане, не муслимы!

   Вот как-то так, друзья мои. Вот это я понимаю! Вот что называется вера в Бога, а не то, что сейчас! Cейчас с храмов сдирают фрески с избиением мавров, кричат, что мусульмане и христиане друзья. А все Крестовые Походы были созданы с одной целью - пограбить несчастных мусульман. И главное количество из крестоносцев составляли уголовники и маньяки. Для тех, кто так думает, у меня есть предложение: "Не надо всех по себе судить!" Если бы не мы их, то они нас!
  

СВОБОДА.

Вот к чему приводит кто-то...

Перечитал в очередной раз "Батыя"

В.Яна и вот что получилось.

Я видел смерти злой оскал,

Но меч с копьём меня щадили

Свободной жизни я искал,

А правды я взыскую ныне.

Кричат попы: "Смирись, славяне!*

Падите ниц, глаза потупив в землю!"

Но - нам молиться обезьяне ханьей?!

Татарин - бог? Я этому не верю!

Не он ли наши города разрушил?

Увел в полон и женщин и детей...

И о каком смирении нам слушать?

За павших и живых - Убей! Убей! Убей!

Смиренье - вред! Война - свобода!

Уж лучше умереть в бою,

Чем на коленях перед сбродом!

Запомни истину мою!

   *Не все, но великое множество.
  

Письмо Михаила Саакашвилли Джорджу Бушу.

Сильно не судите. А то я вас найду и поговорю...

Событиям в Абхазии 2008 года посвящается.

Я съем галоши и ботинки,

И пару штопаных носок.

Нафотошоплю я картинки,

Чтобы повергнуть прессу в шок.

Готов на все, что ты мне скажешь,

Хозяин мой - Великий Буш.

Стоишь ты Грузии на страже -

Какой с нее сорвешь ты куш?

Сказал: уйти из СНГ,

Поднять цену на лист лавровый,

Врагом я стал в своей стране,

Шестерки ведь на всё готовы.

Добро ты дал "повоевать",

Прислал спецов своих ты в горы,

Но русских нас побила рать

Вах-вах-вах-вах, какое горе...

Что скажешь делать мне, Великий?

Я жду скорее твой приказ!

Прости мне все мои ошибки,

Пришли мне галстук ещё раз...

   Прошу воспринимать это "письмо", как письмо очень тупого как письмо шакала Табаки перед Шер-Ханом.
  

Америка, Америка....

   Ботинок можно кинуть в Буша,
   Чтоб отвести хоть как-то душу.
   Есть много всяких применений -
   Зависят все от настроений.
  
   Теперь опасно врать со сцены -
   Глядишь, и тапком кинут в нос,
   Но все решения проблемы
   Джордж Буш Обаме перенес...
  
   А сам свалил в Техас - на ранчо,
   Растит там планы всех мастей.
   О том, что он крутой, как мачо,
   Что много у него друзей...
  
   Обама - просто super hero -
   Тельняшки рвал на всех подряд.
   Вопил: "Я все решу проблемы!
   Войска с Афгана goy назад!"
  
   Ну - избралИ сего примата,
   И замер он на высоте...
   И зарядили как когда-то
   Южане ружья - правда, где?!
  
   Покинул Бама Белый Дом -
   Рванул к британцам на прием.
   Жена его прямо с порога
   Елизавету стала трогать!
  

Песенка юных антипопсовых садистов.

  
   Гуманизм навален кучей
   И лежит без дела,
   Как его направить лучше -
   Мы решаем смело!
  
   Заморозим Согдиану,
   Пальцы вставим в спицы.
   И на сцене обезьяны -
   Точно не певицы!
  
   Разбомбим мы Домик 2,
   Да, для гуманизма,
   Кто особый их фанат,
   Для того есть клизма!
  
   Все реалити и попы
   Мы отправим точно в Ж..Ы
  
  

Военная карапулька

Сначала это задумывалось, как вступление истории о том, как наши солдаты, захватив Париж, научили французов делать батоны и построили первое "Бистро".(Знаю бред, но очень весело) Но мысля прошла и осталась только карапулька.

     
     Слава русского оружья
     Прогремела на века.
     Счастье тем, кто с нами дружит -
     Горе тем, кто во врагах.
     
     Каждый век нам доставалось -
     На Париж иль на Берлин.
     Мы к врагу питаем жалость.
     Он к нам нет. Но все же - блин! -
     
     Где штыком, а где гранатой,
     Где мечом, а где лопатой,
     Где на воинской смекалке
     Шли вперед не из-под палки!
     
     Прошибали стены лбом -
     Все за Родину и дом!
     
     Не забудем тех, кто умер -
     Будет то для нас урок.
     Смерти мы в глаза посмотрим.
     Победим - лишь дайте срок!
  
     

Встреча Ермака с предком Барака Обамы.

Я покопался в исторических документах:)и нашел свидетельство того, что предки Барака Обамы были чукчами, т.е гражданами Руси-матушки... Следовательно, когда Барак Обама стал президентом Америки, она превратилась в провинцию России... Шо, не верится?! Да стопудняк! Читайте!

  
     На Руси героев много -
     Выйди, плюнь и попадешь,
     С ними коротка дорога,
     Ну, а враг так вовсе - вошь...
     
     Енто, братцы, приключилось,
     Я не помню в что за год,
     То, что есть - уже забылось,
     Так про что я? В общем вот! -
     
     Где-то во земле сибирской,
     (Путь с Москвы туда неблизкий)
     По горам и по кустам,
     Шел казачий атаман.
     
     Шел как опытный турист -
     Куда бог пошлёт...
     Вдруг с кустов, худой, как глист,
     Вышел... полиглот.
     
     Разговор он начал прямо:
      - Я однако есть Обама.
      - Ты Обама - я Ермак,
     Понимаешь, так-растак?!
     Ты, Барак, откуда будешь?
     Может, турок... Сало любишь?
      - Сам я Вятский уроженец -
     Чукча в общем - не чеченец...
      - Значит гражданин Руси.
     Хош о чем меня проси!
     Помогу тебе по силам,
     Только пользуйся-ка мылом
     Да не жри, а мойся им!
     Ну, в дорогу! Что стоим!
     
      - Мой хозяин бледнолицый!
     Буду на тебя молиться!
     Сильный ты, с большим отрядом,
     Я с тобой отправлюсь рядом,
     Доберемся до Камчатки,
     Ну а там уж взятки гладки...
      - Нам с тобою по пути -
     С нами можешь ты идти!*
  
     *Да, да, друзья мои Ермак дошел до Камчатки, только ему карты было лень вести.
     

Ну, а каким способом Сарай Обама, предок Барака Обамы добрался до Америки - это уже совсем другая история.

  

Про Веселого Роджера и ...

   Задолго до того, как Колумб открыл Америку, благополучно назвав ее Индией, туда неоднократно плавали викинги (потому что неинтересно было им близко от берега плавать возле родной Скандинавии, но, поскольку были парни они все скромные и заявлять права на открытую землю не хотели, они, по быстрому научив варить пиво и играть в кости местное население, уплывали обратно домой), наши русские мужики (чисто просто так - от власти подальше) и европейцы, в частности - тамплиеры, но в отличие от наших мужиков и викингов, они плавали на другой берег и не просто так, а за золотом. А чтобы скрыть свои алчные намерения (что поделать - европейцы) прикрывались лозунгами - мол: "Найдем край света и всех язычников туда скинем". Но отваги и смелости им было не занимать. И поскольку они были европейцами и, к тому же, людьми цивилизованными, их корабли имели флаг, да не просто, а с костями. Да-да! Именно тот, о котором вы подумали! Что же он обозначал? Сейчас узнаете!*
     Дальше следует полусумасшедший бред - или, проще говоря, авторская фантазия:
     
     Филипп Красивый - только на словах,
     На самом деле кадр подлый,
     Поставил трон на черепах...
     Что есть немодно...
  
     Ввожу в курс дела:
     
     Однажды рано по утру
     Проснулся наш Филипп
     Со странным привкусом во рту,
     Парик к башке прилип...
     
     В карманах денег ни фига,
     В заначках тоже,
     "Что делать?" - думал он тогда
     Со хмурой рожей.
     
     Мысля ползла по голове,
     Как вошь в окопе,
     Ведь вошь с мыслёй живут везде,
     Даже в Европпе.
     
      - Где денег взять? Ну, может, с Папы?
     Нет, он ведь буллу написал,
     На деньги не наложишь лапы -
     Все скажут: "Против церкви стал!"
     
     Ах Деньги! Деньги! Это зло!
     Но манят нас своим сверканьем,
     И почитаем мы того,
     Кто их имеет в обладаньи!
     
     Богат был орден тамлиеров -
     А для Филлипа так сверх меров.
     Хотел когда-то стать магистром,
     Но в дверь его турнули быстро...
     
     Тогда, обиду затая,
     Копал под них он, как свинья.
     
     Но рыть бетон - пустое дело,
     Пангейских рек не взять рукой,
     А тамплиеры орден смелый.
     Ведь не спроста! Один такой!   
     
     Здесь начинается история о флаге с черепом.
     
     А тамплиеры этим времем,
     Просторы моря бороздя...
     Тут зерна отделим от плевел.
     Бывали где мои друзья?
     Отвечу вам со всем стараньем
     И пару фактов приведу.
     Для них открыто было знанье
     Ходить в другую сторону.
     
     То есть на Запад, в Новый Свет,
     Новее в мире просто нет!
     
     Тогда там не было колоний,
     Один лишь коренной народ!
     Какой? Читатель ведь стронний
     Не сразу дело разберет...
     
     Обычный пипл с красным фейсом,
      Весёл, богат как Фреди Мейсон.
     
     Под черным флагом, да с костями,
     Гоняли все они тудой,
     А флаг ведь это был тот самый,
     Что с белой, страшной головой.
     
     Известен, как Веселый Роджер,
     Тогда же нейм его другой,
     Ни монстрик и не Страшна Рожа
     Всего лишь - Яков то святой....
     
     Ну а столетья извратили,
     Святого в пошлый черепок,
     Американцы заявили,
     Что мол - пиратский то божок.
     
     ЗДЕСЬ НАЧИНАЕТСЯ ИСТОРИЯ О КРУШЕНИИ ОРДЕНА ТАМЛИЕРОВ.
     
     Но вечно кайф не может длиться,
     Коли богат - изволь делиться...
     
     У тамплиеров - злата валом,
     А у Филиппа - страшно мало,
     
     Филипп кричит:
      - Эй, я король!
     Делиться золотом изволь!
     
     А тамплиеров воротила
     В ответ:
      - Какие бабки? Что ты, милый!
     Мы самый бедный в мире орден!
     "Что б треснуть твоей наглой морде..."
     А то, что есть - так это Богу,
     И смертным лучше то не трогать...
     На герб вы поглядите наш -
     Упс! Герба нет! Ты денег дашь?!"*
     
     На самом деле герб был - два рыцаря на одной лошади. Вроде, как символ бедности. Но магистр тамплиеров в данном случае просто пургу гнал и герб под кровать спрятал.))))
     
     Ну, а Филипп, жуя парик,
     (Что делать - так вот он привык)
     Вскочил с камней - нет табуреток!
     И заорал:
      - А ну - карету!
     
     Пока в карете трясся он,
     Был план гнуснейший им рожден...
       
     Жуя парик, читая сидя,
     Он думал:" Черт, а может... выйдет.."
     
     Читал Филипп ТАКУЮ ХРЕНЬ,
     Но мне сказать об ней не лень.*
     
     *Увы Филипп читал не Донцову, а местную хрень, написанную его верным шестёркой, имя которого упомянуть мне лень, а честно говоря - забыл, как его зовут.
     
     Тамплиеры обвиняются в том:
     
     "Что орден их настолько таен,
     Что мы о нем ни что знаем.
     Что тамплиеры - мусульмане,
     (Недавно мы про то узнали),
     Что их магистр рыжий кот,
     И молоко не пьет, а жрет!
     Что короля послали в жопу,
     Крича про то на всю Европпу!
     Умеют что считать до трех,
     Что Папа Римский - это лох!"
     
     Финальная часть.
     С такими обвинениями Филипп наускал всю Францию на храмовников. И добился результата - орден распущен, деньги его, а магистр тамплиеров на костре...
     
     Толпа людей - богатые и чернь,
     Собрались все в невиданное шество.
     Казнят магистров ведь не каждый день
     Занять получше только б место...
     
     Магистр крикнул:
      - Эй Филипп,
     Ведь знаю - слышишь!
     А смерть твоя уже близка,
     И в спину дышит!....
     
     Но пламя прервало проклятья,
     Сгорел магистр на костре,
     Подверглись смерти и другие братья,
     Гонения на них были везде...
     
     Филипп, харкнув через плечо -
     Проклятья - это предрассудки:
      - Один я знаю, что по чем,
     Хотя старик уж больно жуткий...*   
     
     *Филипп и в самом деле прожил недолго.
     
     АВТОРСКОЕ ПОСЛЕСЛОВИЕ. 7517 ГОД ОТ СОТВОРЕНИЯ МИРА.
     
     Зачем я это написал? Просто так, от нечего думать.
     

КонеЦ.....

Кашпировский

  
   В момент великой перестройки,
   Когда у нас ломалось все.
   В народе появился стойкий
   Заряд на чудо. Ё-моё!
  
   Тогда на голубых экранах,
   (Кой у кого уже цветных)
   Вдруг появился дядька странный,
   В простонародье - супер псих!
  
   Гипнотизировал людей,
   В тазах им воду заряжал,
   Из чая делал он портвейн.
   Рассол вообще ликсиром* стал!
  
   Умел лечить он энурез,
   Лечил, лечил да и исчез...
   Переместился за бугор,
   И жил там он до этих пор.
  
   Теперь вернулся - бойтесь люди!
   Быть может перестройка будет...
  
  

НАД СЕЛОМ ФИГНЯ ЛЕТАЛА...

  
   Действующие лица:
     
     Дед Трофимыч - обычный дед, которых на Руси пруд пруди.
     Летчик - молодой парень, который умеет летать на самолете и хочет заработать денег.
     Человек - выполняет роль ведущего.
     
     Человек:
     Расскажу я вам историю,
     Коей сам свидетель был...
     Однажды дед Трофим ходил с ружьем по тем местам, где молодость прошла.
     Ружье взял просто так - дед добрая душа.
     И вот услышал он гул самолета, который чем-то поле опылял. И дед решил узнать - чем. Летчик, посадив самолет, вышел, чтобы пообедать и дозаправиться.
     
     И вот он сел и стал обедать,
     Трофимыч выскочил с ружьем.
     
     Трофимыч:
      - Красная Армия - победа!
     Буржуев в одиночку бьем!
     
     А ну ответь мне, Мистер Шмит,
     А то безбожно будешь бит -
     Зачем летаешь в облаках,
     Людям в сердца вселяя страх?!
     
     Летчик:
     Дед, ты что?! Я людям делаю добро...
     Отравой поля опыляя...
     
     Дед Трофимыч:
     Посмешил ты старика,
     Щас как дам тебе пинка,
     Говори, почто ты портил
     Самолетом облака?!
     
     Летчик:
     Дед, ну я откуда знаю?
     Мне сказали - я летаю...
     
     Дед Трофимыч:
     Не гунди, как старый дед,
     Быстро подавай ответ!
     А не то - как дам двухстволкой,
     И помрешь в расцвете лет!
     
     Летчик:
     Ладно! Ладно!
     Улучшаю химикатом...
     
     Человек:
     Дед Трофим, ругаясь матом:
     Оболью тебе я щас им,
     А потом мы поглядим...
     Коль расти ты будешь быстро -
     То с собой возьму канистру,
     Коль помрешь - так Божья воля,
     Закопаю тебя в поле...
     
     Летчик:
     Деда! Деда! Что ты! Что ты!
     Такова моя работа,
     Человек я подневольный,
     Кто ж работой щас довольный?!
     То особая отрава,
     Чтоб подсолнухов орава
     Жухла быстро...
     То одобрено министром!
     Если хошь, бери канистру!
     
     Дед Трофимыч:  
     Обходились мы без яда,
     Яда в поле нам не надо!
     Вот держи - сие пурген...
     ОЧЕНЬ сильный реаген!
     Он безвреден и полезен...
     В самолет сейчас залезешь -
     Разведи его с водой,
     И лети скорей тудой,
     Где начальник этой фирмы
     Остается на постой.
     Всё, что можешь, распыли,
     Не касаяся земли...
     А не то тя, хулюгана,
     Успокою из нагана...
     
     Человек:
     Летчик быстро в самолет,
     С места в высь - и как попрет!..
     ...А на следующий день,
     Поздно утром - рано лень...
     Тот начальник скушал грушу,
     (Все любил немытым кушать)...
     Цельный день он с унитаза,
     Будто с трона царь -
     Не слазил!
     

Я не знаю чему это учит, но если я это написал - значит так надо.

  

Активная бактерия

      "Бесконечны только две вещи - вселенная и человеческая глупость. Впрочем на счет второго я не уверен."

  Альберт Эйнштейн.

     
     
     Онищенко защитник наш -
     Медбрат всея Руси.
     Дизентерии верный страж,
     Хошь у кого спроси....
     
     Вот раньше были эпидемьи -
     Сейчас, болеть же западло!
     Кричат в научных академьях:
     "Свинячий грипп - большое зло!"
     
     И вот уж нет другой заразы,
     Всех косит новомодный грипп,
     Неужто вся исчезла сразу?
     Увы. Народ наш просто влип.
     
     Сейчас мрут свиньи от чумы,
     А люди - от свиного гриппа.
     И вот ученые умы,
     Бумаги исписавши кипы,
     
     Сварили из чего попало,
     И стали прыскать этим в нос.
     Других прививок - это мало.
     "Вообще ли надо?" - вот вопрос!
     
     Конечно "Надо" - столько денег
     Срубить дают не каждый день.
     С баблом - на заграничный берег:
      - Адью! Пока! И верьте в хрень!
     
     Несчастный наш иммунитет,
     Залитый кружкой "иммунеля".
     Здоровый будет сотни лет.
     Ну что, друзья. Опять поверим?
  

НОБЕЛЮ И НЕ СНИЛОСЬ!

"Скоро глядишь и обезьяне Нобелевку дадут!"

Чарльз Дарвин Младший.

   Как негр трудится Обама...
   Вообще-то негр он и есть...
   Его убойная программа
   Всех к МИРУ нас должна привесть.
  
   Принес он мир планете нашей,
   И, если вам вдруг станет страшно,
   При всем товарищи при том,
   Тот мир к вам постучится в дом!
  
   Хреново, люди, вам без мира?
   Обамы мир во все квартиры!
   И звездно-полосатый флаг,
   Одним из лучших станет благ...
  
  

АНТИПОПСОВОЕ.

   Попсовость не измерить в баллах,
   В объемах мозга - если есть.
   Бывает так - что есть, но мало,
   Как на местах различных шерсть.
  
   Пропеты тысячи куплетов
   Под звон различнейших фанер,
   Не раз подпрыгнула планета,
   На Майкла Джексона манер.
  
   Её не перестанут слушать,
   На хит-парадах восхвалять.
   "Друзья мои, где ваши уши?" -
   Вопрос мне хочется задать.
  

Сарайское мочилово!

Посвящается событиям 1357 года. Сарай

Писалось в духе "Красной Плесени" " Кулоковское Мочилово".

Так вот еще одно мочилово.

Разговор с Трофимычем:

     
      - Я не помню как то вышло,
     Но с Новградскай стороны
     Прокрались по рекам мышью
     Пра-пра-дедушки СКИНЫ!
     
      - Кто? Скины? ты верно шутишь!
     Аль водяру коноплей,
     Заедаешь... Эй, постой!
     Не маши мне тут руками -
     Драться, вижу, ты мастак!
     Продолжай повествованье -
     Видно понял я не так!
     
      - То скинхэдушки на кочах
     Плыли, плыли... БАХ!!! Сарай!
     Там сидят татары прочно.
     Главный - темник Ссыкун-БаЙ!
     
     Он вонюч, ссыклив и страшен,
     Уважаем средь своих.
     В детстве вниз башкой с коняшки
     Скинут был - теперь же псих.
     
     В берег кочи вбились килем:
      - Эй татары, рожи мыли?!
     Быстро делайте намаз -
     Жопу вздернем вам на глаз!
     Облегчимся вот с дороги....
     
     Тут из Золотых ворот
     Выехал отряд убогий
     Сколько? Кто ж их разберет?
     Может тыща, может три....
      - Васька!
      - Че?
      - Да вон смотри!
      - Это Хто?
      - Навродь татары...
      - Извиняй, не разглядел, -
     Отвечал рубака старый,
     Он врагов шкурить умел!*
     
     Облегчился воевода,
     Вышел бодро из кустов:
      - Хороша, сейчас погода!
     Наломать схожу-ка дров.
     Взял топор, хлебнул водицы,
     Дальше в списке: "Материться"
     Проще это - вспомнить мать....
      - Эй, славяне, воевать!
     
     Поплевавши на ладони:
      - Щас дадим, как нам на Проне!**
     Что там проня? Ответ прост:
     "Здесь щас будет Х,,,,,,,,,Т!"***
     
     Сеча - водится люта,
     Всех убили! Ворота...
     Ворота, навродь ворота
     Щас возмём....
     Что? Маслом сверху нас польете?
     Ничего... переживем!
     
     Один на десять - вот расклад.
     Мечтай об этом каждый!
     И крови вражьей меч был рад -
      - Врагов, что ль, тьма?
     Но это нам неважно....
     

Эпилог:

     
     Горел закат, а с ним Сарай,
     Вдаль уплывали кочи.....
     
     *Экспонаты музея "Чучела Васи" можно увидеть в Тамбовской области, селе К***** после бутыля местного самогона.
     ** Проня - река, протекающая в Рязанской области, на этой реке стоит город Пронск, который был разрушен зимой 1237 года татарами.
     ***Облом братцы!!!! Хочется, да колется!
     
     Как пелось у "Арии": "Не хочешь не верь мне". Не хочешь? Не верь, Но Это БЫЛО! :-) Да да я утрирую (чеж блин енто значить?) но немного. 6-)
      Конец повествованию..
  
  

Оценка: 8.00*3  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  Д.Деев "Я – другой" (ЛитРПГ) | | Д.Владимиров "Киллхантер" (Боевая фантастика) | | В.Соколов "Обезбашенный спецназ. Мажор 2" (Боевик) | | А.Каменистый "S-T-I-K-S Шесть дней свободы" (Постапокалипсис) | | В.Фарг "Кровь Дракона. Новый рассвет" (Боевое фэнтези) | | Е.Сволота "Механическое Диво" (Киберпанк) | | Л.Ситникова "Книга третья. 1: Соглядатай - Демиург" (Киберпанк) | | В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа" (Боевик) | | Э.Тарс "Мрачность +1" (ЛитРПГ) | | Н.Любимка "Пятый факультет" (Боевое фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
П.Керлис "Антилия.Охота за неприятностями" С.Лыжина "Время дракона" А.Вильгоцкий "Пастырь мертвецов" И.Шевченко "Демоны ее прошлого" Н.Капитонов "Шлак" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"