Ветер Дана: другие произведения.

Загадка для тёмной

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Новинки на КНИГОМАН!





:Peклaмa
Оценка: 8.92*45  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Всё-таки решила выложить начало нового проекта:)

    - И со скольки рабочих мест тебя уже увольняли? - подперев рукой щёку, хитро глядела на меня подруга.

    - С пятнадцати, - кисло протянула, вспоминая, почему тут сижу. Очередное прошение об увольнении, положенное на стол начальству, чтобы опередить это самое начальство и уйти самой, и вот я уже снова пополнила категорию безработных.

    - И почему тебя, получившую красный диплом по классической некромантии и тёмной боевой магии, так не любят работодатели? - риторически спросила Аля, зная, что к прекрасному образованию, между прочим, полученному бесплатно за счёт способностей и стремления учиться, прилагается поганый характер, неумение общаться с людьми и чёрное чувство юмора.

    Собственно, эта история будет наполнена загадками, которые будут разгадывать главные герои, однако каждый читатель способен поучаствовать в этом, ведь все загадки реальны и имеют ответы:)

    КАК ВСЕГДА ОГРОМНАЯ БЛАГОДАРНОСТЬ МАРИИ, КОТОРАЯ КОРРЕКТИРУЕТ ТЕКСТ, ПРОВЕРЯЯ ЕГО НА ОШИБКИ:))


  Загадка для тёмной
  
  Пролог
  
  Маленькая кухонька, свойственная каждому старому дому, который все собираются, собираются, но никак не снесут, тем не менее как-то умудрялась вмещать в себя просторный холодильник, стол, четыре стула, множество ящичков, три картины и самое главное - Алю и меня. Аля, будучи моей подругой со школы, знала меня, как облупленную. Ей было глубоко чужда идея гуманизма, потому сейчас она предпочитала её пыткам, вытягивая из меня последние новости.
  Позвольте представиться, Снежана Паукова. Двадцать шесть лет, русые чуть ниже плеч волосы, серые прозрачные глаза с чёрным ободком. Небольшой рост. По внешности и не скажешь, что я имею два высших образования по не самым популярным тёмномагическим дисциплинам, хороший круг знакомых, множество интересов. Тем не менее в жизни устроиться никак не получается. И если Аля уже успела купить себе квартиру, завести в домашнем хозяйстве мужа и одного маленького спиногрыза, который в данный момент поедал сладости со скоростью пули, то я так и оставалась в подвешенном состоянии.
  С родителями не жила принципиально, предпочитая снимать однокомнатную квартирку на окраине, чем сидеть у них на шее. Постоянно училась, а вот с работой что-то не заладилось.
  - И со скольки рабочих мест тебя уже увольняли? - подперев рукой щёку, хитро глядела на меня подруга.
  - С пятнадцати, - кисло протянула, вспоминая, почему тут сижу. Очередное прошение об увольнении, положенное на стол начальству, чтобы опередить это самое начальство и уйти самой, и вот я уже снова пополнила категорию безработных.
  - И почему тебя, получившую красный диплом по классической некромантии и тёмной боевой магии, так не любят работодатели? - риторически спросила Аля, зная, что к прекрасному образованию, между прочим, полученному бесплатно за счёт способностей и стремления учиться, прилагается поганый характер, неумение общаться с людьми и чёрное чувство юмора.
  - Родителям сказала? - продолжила она допрос, протягивая мне печеньку. Потерю очередной работы мы праздновали сладким. И после такого кто-то ещё утверждает, что развитие диабета не связано с грустными моментами в жизни женщины?
  - Нет, - хмуро буркнула, утыкаясь в чай, - они снова расстроятся, поэтому пусть узнают тогда, когда я найду новую работу.
  - И то правда, - вздохнула Аля, заметила, что её собственный ребёнок - цветочек жизни (хотя это, скорее, кактус), тянет лапки за ещё одной конфетой, многозначительно показала ему на выход из кухни. Тот вздохнул и кинул на меня печальный взгляд, не найдя поддержки, он поплёлся в ванную, чтобы помыть руки.
  - Что дальше делать будешь? - наконец, задала вопрос подруга, проследив за тем, как её спиногрыз скрылся в ванной.
  - То же, что и всегда... - я не договорила. С противным звуком зазвонил мой телефон, только такая мелодия могла заставить меня его поднять, чтобы ответить на звонок, что я и сделала, после чего услышала голос мамы:
  - Снежик... Твой дедушка, - её голос периодически прерывался, а я начинала всё больше и больше волноваться, - твой дедушка умер...
  Мир пошатнулся, картина реальности, словно сместилась на несколько сантиметров, она больше никогда не будет прежней! Всё расплывалось, голова внезапно стала лёгкой-лёгкой, а конечности, наоборот, тяжёлыми. Руки мелко-мелко задрожали, по щеке соскользнула первая слезинка, оставив за собой обжигающий след. Не знаю, как я смогла попрощаться с мамой, не знаю, как я не упала со стула в тот момент. Но не упала. Удержалась. Попрощалась с мамой. И только один всхлип прорвался сквозь баррикаду, которой я себя спешно окружала, пытаясь отойти от чувств и эмоций! Сколько раз из-за их проявления магия вырывалась из-под контроля?! Сколько раз мне приносили штрафы в пять цифр за принесённые разрушения?! Сколько раз мама брала мне в школу и институт справку о моей абсолютной нормальности?!
  - Что с тобой? - с тревогой спросила Аля, - ты побледнела!
  - Дедушка умер... - только и смогла прошептать, пока перед глазами скакали чёрные точки, но и этого хватило. Пускай подруга ни разу его не встречала, пускай знает его только по моим рассказам, но она знает меня...
  А ещё то, что если уж я и привязываюсь к кому-то, то это на всю жизнь! Именно поэтому в списке моих самых близких людей всего четыре имени: папино, мамино, Алинино и дедушкино. Теперь их всего три.
  
  Глава 1
  
  За рулём я держалась неуверенно. На права сдала давно, многое уже позабылось, а ведь мне нужно было проехать довольно большое расстояние между двумя городами: моим родным Эриохе - столицей нашей страны, и Клионом - местом, где жил мой дедушка.
  Как бы ни притворялась мама, как бы не расстраивался папа, но для них по большому счёту дедушка был чужим. Кроме того, он ещё и мешал маме, своей дочери, выйти замуж за папу, считая его не самой подходящей кандидатурой для наследницы древнего хоть и небогатого рода. Родители тогда и переехали в Эриохе, где вскоре родилась я. После переезда мои родители с дедом не общались. После моего третьего дня рождения дед потребовал привезти к нему внучку.
  Мама решила не препятствовать нашему с ним общению, но сама контакта с ним не возобновила. С того момента я проводила у него каждое лето. Именно он первым заметил мои способности к общению с миром мёртвых, именно он помогал мне переживать мои провалы и победы. В каком-то смысле он был мне даже ближе, чем родители!
  И вот теперь его нет... Собственно, нет его уже неделю, за которую мне отошло всё его небольшое наследство в виде дома и банковского счёта. Именно за этим наследством я и ехала, по крайней мере так думали все вокруг. И только Аля знала, что я не верю в смерть дедушки, что хочу сама увидеть его могилу, что зла на родителей за то, что у деда не было нормальных похорон, что зла на них за то, что я не смогла попрощаться с его телом, что никогда им этого не прощу!
  Доверенность на машину подруги мы с ней оформили довольно быстро. И теперь я с раздражением поглядывала в зеркальце, на котором болтались какие-то детские висюльки. Нет, надо передохнуть! Так и никуда не доеду!
  Ударила по тормозам и свернула на обочину, где, включив аварийку, вышла. Хотела было захлопнуть грязную дверцу, но не смогла... И прямо так вползла на мокрую от росы траву, оперевшись о грязный бок машины.
  Запрокинула голову, не давая слёзам течь. Вроде, помогало.
  В бессильной злости ударила пару раз кулаком по траве, которой покрылась земля, ещё недавно бывшая одетой в белоснежные сугробы. Только-только начинали раскрываться листочки на деревьях, выглядывало приветливое солнышко. Вдалеке от города даже небо казалось чище и светлее!
  Но ни это, ни даже умиротворяющие звуки природы, изредка заглушаемые проезжающими мимо машинами, не могло поднять настроение... Дедушка... Дедуля... Дед. Ну, как же так?! Почему именно сейчас?!
  Ты ведь даже ничего не сказал на счёт сердца, когда я спрашивала в последний раз. А ведь я ему звонила. Звонила за два дня до того момента на кухне Али. Как же так?! Ты же обещал увидеть, как меня с моим поганым характером выдадут замуж! Ты же обещал научить своих не родившихся пока правнуков, моих детей, от темы которых я всегда отшучивалась, играть в шахматы? Почему же ты меня бросил?! Почему оставил?
  Свои мысли я остановила усилием воли. Моя эгоистичная натура никогда не умела отпускать близких за грань. Иногда мелькала даже идея поднять деда в виде мертвеца. Это не так сложно, если забыть, что мертвецы не имеют прижизненной памяти и хотят только сожрать всех вокруг, потому после подчинения они становятся фактически рабами. Не говоря уже о том, что поднятие мертвецов незаконно. Ага, учитывая мои прошлые штрафы, мне не отделаться предупреждением после такого... Минимум будет суд. А уж тогда... Тогда меня вообще на работу нельзя будет устроить.
  Предрассудки - дело такое...
  Рассуждая о вероятности найти хорошее место после посещения магической тюрьмы, я параллельно поднялась, отряхнулась, заметив, что белые штаны и такую же футболку можно будет выкидывать. Да, белая одежда для некроманта - это странно.
  Аля говорит, что я так маскируюсь, а мне просто легче носить светлые цвета.
  Ведь в прошлый раз, когда силы вырвались из-под контроля, я направила поднятого мертвеца растерзать кошку и даже не заметила бы этого, не увидь утром кровавых пятен с клочками шерсти на жёлтой рубашке. Кошку было жаль, жаль было и моих скопленных совсем недавно денег, которыми я оплачивала очередной штраф. Вот с того момента я всегда носила светлые вещи, чтобы заметить, если вдруг опять сорвусь.
  Снова сев за руль, я некоторое время не решалась нажать на газ, крепко сжимая пальцы и вспоминая, что спокойствие - единственный выход в любой ситуации. Правда, это не помогло на всех тех работах, откуда меня прогоняли по различным причинам, сводящимся к моему не лучшему характеру, вот и сейчас успокоение на меня не снизошло, а потому в полнейшей неподвижности я просидела ещё минут пять.
  Благодаря этому только и заметила в зеркало заднего вида какого-то субтильного паренька, который неунывающе крутил педали у ржавого напрочь велосипеда. Так он ещё и мелодию какую-то насвистывал! Невольно скосила глаза на указатель на обочине о том, что до ближайшего населенного пункта тридцать пять километров. Паренёк тем временем бодро обогнал меня, поехав дальше.
  Впрочем, спустя несколько секунд, я оставила его далеко позади, перестав рефлексировать. Ещё в начале поездки я продумала её структуру, постановив, что с моим неумением контролировать себя в раздражающих ситуациях необходимо делать систематические перерывы в этих раздражающих ситуациях. В общем, каждые сорок-пятьдесят километров я останавливалась, напивалась безвкусным кофе за неимением на заправках горячего шоколада, а после продолжала мучения.
  И вот, сидя и потягивая совсем не бодрящий напиток, я вижу того самого паренька на велосипеде, всё так же активно крутящего педали. Причём, его явно кто-то подвёз, не мог он так быстро поспеть сюда со своей обычной скоростью!
  Но всё же...
  Активность данного индивида меня заинтересовала. Особенно, когда паренёк, махнув мне рукой, будто старой знакомой, покатил дальше. Невольно опустила глаза. Да нет, медальон на месте. Зачем тогда этот парень мне махал? Обычно, видя, что я некромант, все желающие познакомиться резко передумывали. Самые смелые и без предрассудков же уходили после знакомства с моим характером. Либо уходила я, как, например, с последней работы.
  Ведь под той жалобой на меня подписался весь коллектив! И это, несмотря на мрачную работу и недружелюбность многих из моих бывших коллег. И всё-таки бодрый паренёк отвлёк меня от мыслей, есть и плюсы. Жаль, что их наличие не утешает, их при желании и в загробном мире отыскать можно, главное фонарик под рукой иметь.
  В общем, я снова села за руль. А спустя ещё сорок километров, сидя за столиком в кафе другой заправки, я опять наблюдала бодрого и нисколько не уставшего паренька, которого точно подвёз какой-то жалостливый. Только в этот раз активный велосипедист мне даже улыбнулся, кивнув.
  Когда на третьей заправке, я снова увидела данного бодренького паренька, появилось ощущение дежавю. Вот только сто пятьдесят километров кого угодно утомят, а потому в третий раз паренёк решил остановиться и отдохнуть. Вот только направился он почему-то к моему столику.
  Довольно высокий вихрастый и светловолосый паренёк с внимательными серыми глазами выглядел как-то странно: одежда была, кажется, и запылена, и зашита, но ровные швы, хорошее качество ткани. Всё, кроме ржавого велосипеда, выдавало в парнишке, моём, между прочим, ровеснике, уверенного в себе человека, притворяющегося не тем, кем он является.
  - Привет, я тебя всю дорогу вижу! - начал он довольно дружелюбно, пока я решала: встать и молча уйти или проигнорировать его появление.
  Непривычность к подобного рода общению подвела меня и в этот раз. Я совершенно не знала, что делать в таких ситуациях, а бушующие и без того эмоции не давали мыслить рационально. В итоге ничего не сделала, продолжая следить за пареньком. Тот же был дружелюбным, позитивным, бодрым, совсем меня не страшащимся. Хотя медальон, показывающий мою принадлежность не к самой престижной профессии, точно был им замечен.
  - Я так понимаю, мы едем в одну сторону, может быть, подвезёшь меня? А то ещё девяносто километров ехать! А я заплачу, - и он с понятными намерениями достал из кармана замызганный мешочек, откуда начал отсчитывать с усердием купюры весьма большого достоинства.
  Одну такую мне платили в неделю за работу! Да, у меня была зарплата еженедельная, а не ежемесячная, как обычно. Текучка на моей должности большая, вот и контракты подписывают на короткий срок. Но я даже его не проработала полностью. Жалоба коллектива.
  - Спрячь, малахольный, - не выдержала такого надругательства над всеми правилами элементарной безопасности, - ты у какого трупа эти деньги взял?
  Меня настолько заинтересовало, откуда у паренька на велосипеде такие крупные суммы, что я даже на миг забыла о нелюбви к новым знакомствам.
  - Ни у какого трупа я их не брал. Брат дал. На дорогу. Я же из деревни в город еду... - он как-то очень быстро свернул на тему своего прошлого.
  - А твоя деревня случайно не является просторным домом с белыми, мягкими стенами? - пробормотала даже как-то потерянно.
  Мне впервые врали с такой уверенностью в собственной лжи. Не знаю, в какой деревне водятся такие обеспеченные братья, но явно не в тех, которые мне знакомы. В тех обеспечены пожизненно разве что комары. И вот теперь на меня смотрели честные глаза, на дне которых явно таилось что-то странное и непонятное.
  Но тут любопытство пропало, появилось довольно много версий, объясняющих непонимание парнем ситуации. В общем, я вполне себе уверенно направилась к машине, оплата была по факту получения кофе, а потому вышла я без задержек. А потом паренёк опомнился:
  - Подожди! Так ты возьмёшь меня с собой? Я заплачу!
  Нет, я всё понимаю. Но это уже наглость. Я тоже не цветочек, но вполне ясно показала нежелание с ним общаться, до некоторых, видимо, туго доходит. Раздражённо повернулась к пареньку. Но тот, восприняв всё это за согласие, уже упаковывал свой велосипед в багажник разблокированной машины. Тот туда вмещался с трудом, пока паренёк не сложил его, как раскладушку, пополам.
  - Ну, что? Поехали? - он бодро повернулся ко мне.
  Тут я прищурилась:
  - Ты знаешь маршрут до Клиона?
  Тот с энтузиазмом кивнул:
  - Я туда и направляюсь! К брату!
  - К тому, что обеспечил тебе безбедное путешествие? Впрочем, не важно. Выгружай велосипед, езжай вперёд, будешь показывать, - сказала, как отрезала.
  - Так с переднего сидения лучше получится, - казалось, этого странного паренька ничем не проймёшь.
  - А в виде покойника ещё и куда тише будет, - поддержала его порывы.
  - Тёмным магам нельзя колдовать рядом с людьми, за это ты будешь нести уголовную ответственность.
  - Как-то ты слишком хорошо осведомлён о юридическом аспекте дела для деревенского парня.
  - Дык вот как уже целый день таки и еду, - попытался оправдать свои знания новый знакомый, коверкая свою речь 'типа деревенским сленгом', - к тому же моё знание юриспруденции поможет тебе с твоими штрафами, - весело добавил он.
  - Какими штрафами? - хмуро отозвалась.
  - За парковку в неположенном месте, - он указал настоящий рядом знак, - могу даже рассказать, как оплатить.
  В общем, времени разбираться с наглым знакомым не было, потому я, вздохнув, села за руль и аккуратно поехала, с тоской мечтая о том, чтобы паренёк со своими финансами оказался где-нибудь далеко... Под землёй, желательно.
  - А тебя, как зовут? - он снова был жизнерадостным и наглым. Видимо, это его обычное состояние.
  - А тебя?
  - А почему я должен отвечать первым?
  - А зачем тебе вообще это было спрашивать?
  - А ты предлагаешь, ехать молча?
  - Да, - ответила, не став отвечать вопросом, что тут же заметил парень:
  - Ты проиграла. Второй тур?
  - Высадить тебя, что ли? - оглядела обочину, проносящуюся линией за окном.
  Ответом мне было молчание, я даже удивилась, отчего и повернулась к пассажиру. Но, нет, тот не смолчал:
  - Даже и не знаю, какой аргумент остановит тебя перед этим действием.
  - Никакой, - буркнула, но всё же не стала его высаживать. Нет, я вспомнила, что жильё дедушки пустует уже довольно долго, а потому там требуется капитальная уборка. А мне для поднятия себе помощников в виде скелетов нужен целый пакет документов. Почему бы не воспользоваться живым трудом? А попытается сбежать - не получит дорогой его сердцу велосипед. Главное, чтобы иск не подал. Но даже, если подаст, мой доктор мне только увеличит дозу успокоительного, магию-то я применять не буду.
  Спустя полчаса нам двоим стало скучно, я-то держалась, будучи уверенной, что могу неосторожной фразой спугнуть будущего активного гражданина и моего помощника. Тот же всё-таки не выдержал:
  - Давай хотя бы в слова поиграем?
  - Нет, - с наслаждением протянула, вспоминая, каким образом ко мне подсел этот попутчик, - я с незнакомыми людьми в слова не играю!
  - Но я же предлагал представиться? - удивился паренёк.
  - Я незнакомым людям не представляюсь, - и только спустя секунду поняла, что сама загнала себя в ловушку.
  - Меня зовут Т... Торн, - представился он, явно исказив своё настоящее имя, - Теперь я тебе знаком, твоя очередь представляться.
  - Снежана, - буркнула, следя за дорогой.
  - Всё, теперь можно и в слова поиграть. Но лучше, давай, в химические элементы.
  - Это как? - озадачилась, невольно заинтересовавшись.
  - Я называю химический элемент, а ты говоришь другой, который имеет больший порядковый номер. Водород.
  - Мейтнерий, - с усмешкой проговорила.
  Некоторое время Торн ещё пытался вспомнить подходящий правилам химический элемент, но сдался, буркнув:
  - Так нечестно. Большего порядкового номера я просто не знаю. Может, такие элементы и есть, но их явно не знает простой обыватель.
  - Правила-то твои, - хмыкнула.
  Мы снова замолчали. И мне невольно снова на ум пришли мысли о дедушке. А ведь я еду к нему домой. Хотя этот дом теперь можно считать моим... Дед завещал его маме, сочтя, что с передачей наследства неблагополучному тёмному магу, сидящему на успокоительных, могут возникнуть проблемы. А мама уже потом всё переписала на меня, связавшись с семейным юристом. Тут проблем не возникло. Вот только довольно предсказуемый поступок мамы не отменяет того, что я не присутствовала на похоронах дедушки. Такое не забывается.
  Сначала осторожно, даже как-то робко, а потом, всё наращивая темп, по машине застучали капельки дождя. Погода, ещё недавно радовавшая нас приветливой зеленью, разразилась громом и ливнем, сносящим даже самый позитивный настрой под корень. Тишина между мной и Торном никак не прерывалась вот уже довольно долгое время. Тот с интересом что-то набирал на мобильнике, хмурился, но ему положительно не было дела ни до чего вокруг.
  Но вот спустя ещё какое-то время начали показываться первые домики Клиона. Весьма нескромные, надо признать, домики. Это был городок, но городок, где запрещались постройки выше двух этажей из-за охраны этого места какой-то культурно-исторической организацией. В общем, сейчас это фактически было место для отдыха богатых граждан нашей страны.
  И я бы не сказала, что мой дед относился к их числу. Он вообще был в деле финансов очень средним человеком. На роскошь не хватало, но он и не бедствовал. А в этом городке он имел в наследство от своих родителей роскошный особняк и маленькую квартирку. Сам он обычно жил в квартирке, а в особняк переезжал, когда я прибывала на ежелетний отдых.
  Но сейчас, не зная, как там с оплатой за квартирку, я решила ехать в особняк, где знала всё с самого раннего детства. И именно там нам предстояло убираться. Я снова покосилась на соседа.
  Особняк деда был на самом отшибе. Строился он давно, специально удалённо от города, но сейчас он уже хоть и был в черте Клиона, однако, всё равно стоял на отшибе. Такое положение дел заставляло переживать маму. Она знала, как нехорошо местные относились к мрачным особнякам на окраине, в число которых входил и наш, а потому опасалась за меня. Вот только теперь дед ей уже не напишет, не успокоит, как раньше, не подмигнёт мне при встрече.
  Проехав сквозь городок по центральной трассе, мы увидели следующий вид: шесть особняков, построенных в одинаковое время в одинаковом полуготическом архитектурном стиле. И один из них был знаком до боли.
  Резные ворота, на которых нет-нет, но проглядывала ржавчина. Они выглядели величественно. Точнее, они были таковыми когда-то. Сейчас они, скорее, напоминали о заброшенности места. Их всегда открывал дед. У него получалось сделать это без единого скрипа. Вот только сейчас дедушки не было, потому я остановилась, готовясь выйти и самой их открыть.
  - Стоять, - неожиданно подал голос мой попутчик, - я заказываю такси до Клиона, а не до дома с привидениями, - возмутился он с детской непосредственностью.
  - А я заказывала десятку слуг и парочку водителей. Ты их где-нибудь видишь? - съязвила.
  - Ты же некромант, ты же можешь поднять себе из могил слуг! - уже искренне удивился Торн.
  - Да? А потом меня бюрократы за каждый скелет похоронят заживо... под грудой бумажек. Кстати, я бы на твоём месте поостереглась говорить о противозаконных вещах рядом с персоной, не вызывающей доверия у правительства. Я всё время опасаюсь, что до дома не дойду.
  - Следят, что ли? - принял на веру Торн.
  - Шутка, - рявкнула.
  - А то я не понял, - он тоже был не слишком доволен, - ладно, раз я тебе зачем-то нужен у тебя дома, хотя я предполагаю по твоей фразе о слугах, что нужен я тебе в качестве бесплатной рабочей силы, то я весь твой. Вот только учитывай, что из меня рабочая сила так себе...
  - Ничего-ничего, - ласково улыбнулась пареньку, похлопав его по плечу, - главное ведь - желание.
  - Давай ключи, - он протянул руку, я даже сначала растерялась.
  - От чего?
  - От ворот, конечно. Или ты хочешь сама пройтись?
  - Держи, - тут же отдала Торну ключи. Даже не поняла, почему мне с ним так комфортно. Обычно я язвлю куда больше, а оскорбляю окружающих даже непроизвольно. Видимо, что-то вроде защитной реакции. А тут, гляди-ка, вот уже целых 90 километров терпим друг друга.
  Хлопнула дверца машины, а Торн почти в полной ночной темноте, прерываемой светом фар и отсветами ближайших фонарей, подошёл к замку. Который очень и очень легко открыл. И вот это было даже подозрительнее, чем его поразительная наглость при посадке в машину!
  Замок на самом деле был не простой, иначе, дом бы уже давно разграбили, наплевав на запертые двери и систему безопасности. Вот только этот замок взломать или просто ломиком сбить было невозможно. Почему так - надо искать объяснения в учебниках магов, специализированных на постановке защиты. Но, что самое смешное - даже имея ключ, его не откроешь так просто.
  Надо последовательно нажать в правильном порядке и с правильной силой нажима на тринадцать различных мест. Причём, ни что не показывает, правильно ли вы делаете, или вы уже где-то ошиблись. И после этого только можно открыть замок.
  И, да, не буду отпираться. Отдала ключи спутнику я специально, уже давно подозревая подвох. Что ж, мои ожидания оправдались. Торн действительно был тут уже. И не раз. И даже не два.
  А после этого я проследила целую гамму эмоций на лице Торна. Сначала до него дошло, как он прокололся, потом он глянул на меня с вопросом: заметила ли. И вот только после этого он притворился, что ничего такого не случилось. Действительно, а его действия - просто случайность.
  Он так же спокойно сел в машину, отдав мне ключ. А я мягко и плавно заехала в знакомый двор, скрытый забором. Двор был в запустении. Различные растения и сорняки наполнили когда-то аккуратные дорожки, а теперь зловещими тенями ложились по краям от нас, освещённые фарами. Вообще впечатление дом производил зловещее.
  Наполовину заросший каким-то вьюнком, с кое-где разрушенными стенами, острыми шпилями, вытянутыми и заострёнными в готическом стиле окнами. Да еще и ночной сумрак, так быстро опустившийся на город из-за туч, появившихся благодаря недавнему дождю.
  И вот в этом доме мне предстояло жить. Причём, некоторое время наедине с подозрительным незнакомцем. И с очень плохой сотовой связью. И без всемирной компьютерной сети.
  Подобная лёгкость вскрытия замка говорила не только о том, что Торн здесь не раз был, но ещё и о доверии к нему деда. Я и без того не слишком опасалась паренька, будучи уверенной в его здравомыслии и своих силах, а теперь он в принципе становился безобидным. Дед в свой дом-крепость не пускал никого, не заслуживающего доверия.
  Тем не менее разговор больше не ладился, и место для парковки я выбирала в тишине. Потом, плюнув на всё, встала там, где мне показалось наименее опасным, с точки зрения наличия рядом деревьев и прочего, способного свалиться в такую погоду на машину подруги.
  И, действительно, на улице бушевал ветер, и хотя дождь уже кончился, капли продолжали прилетать в лицо с порывами ветра, срываясь со всех поверхностей. Колючая погода не добавляла настроения, потому мы поторопились войти в дом. У Торна тоже оказались с собой вещи в виде небольшого рюкзака. Я достала похожий, его тут же забрал паренёк, который мог спокойно сесть в чужую машину, но зато беспокоился о том, чтобы я раньше времени не заработала грыжу, нося тяжести. Удивительное создание.
  Мы почти подбежали к входу, преодолевая сопротивление воздуха. Я стала искать ключ, нашла, с неожиданной лёгкостью открыла тяжёлую двойную дверь со странным бронзовым молоточком в виде головы медведя.
  - Вот чёрт! - сказали мы почти в унисон, пригибаясь и тем самым спасаясь от летящего на нас предмета.
  - Что это?! - спросила нервно, не видя в темноте, что продолжало раскачиваться на полупрозрачной леске.
  Неожиданность всего этого привела меня не в самое лучшее расположение духа. Нет, вот такое было вполне в духе деда, неспроста с ним поссорилась мама. Он всегда был странноватым, но такие сюрпризы даже после его смерти не радовали.
  - Смотри, это от телефона! - Торн уже активно разглядывал предмет, болтающийся из стороны в сторону на леске. Как бы я ни ворчала, но мне уже стало любопытно, а потому я присоединилась к пареньку в его изысканиях.
  Это был не телефон. О-о, нет, это была лишь его часть. Если представить себе домашний телефон, убрать у него все провода, убрать трубку, оставить только кнопки с панелью. Вот это сейчас и висело перед нами, причём, кнопки были выдраны. Все, кроме одной. Кроме нуля.
  Торн сдёрнул чёрную коробочку с единственной кнопкой с лески. А после удивлённо ко мне повернулся:
  - Она лёгкая.
  - Полая?
  - Скорее всего, - на его лице появилось выражение сосредоточенности. За несколько секунд, пока я вспоминала, как включить в этом доме электричество, паренёк разобрался с загадкой. Он вскрыл крышечку сзади и достал из действительно почти пустой коробки с кнопочной панелью какую-то круглую бумажку, где было написано три ряда символов.
  - Давай, в шарады дедушки поиграем после того, как вымоемся после дороги? - предложила чуть устало, но насмешливо.
  - Тебе, разве, не интересно?! - Торн смотрел на меня с каким-то исследовательским любопытством.
  - О, поверь, дедушкины загадки всегда интересны, тем более он мне устраивал подобные квесты с самого первого моего у него лета. Даже криптологию со мной начал изучать. Но, давай, всё же поиграем после пи-пи и бай-бай!
  - А ты хоть помнишь, как электричество включить? Или мы так и будем тут стоять? - язвить Торн умел не хуже меня.
  - В этот дом вампиры входят только после приглашения, - ухмыльнулась, издеваясь над бледностью парнишки.
  - Ха-ха. С такими шуточками тебе играть должно хотеться, а не бай-бай и пи-пи!
  Мне было просто лень с ним спорить, а потому я молча втянула его в дом, закрыла тяжёлую дверь, заставив Торна повесить половину телефона обратно на леску. А потом мы оба, ничего не видя, фактически на ощупь, повернули в сторону подвала. Вот сейчас будет действительно увлекательный квест - найди электричество и воду. Похоже, разгадывать загадки деда будет даже менее интересно, чем отбиваться от полчища мышей в подвале, где можно подключить электричество.
  Ступеньки были какие-то скользкие, приходилось нащупывать путь руками, из-за этого каждые десять секунд раздавались сдавленные проклятия. Половина была моя, вторая по праву принадлежала Торну. Тем не менее, когда я чуть не поскользнулась, паренёк меня придержал.
  Но вот мы достигли небольшого подвального помещения, и по нам ударил запах затхлости и сырости. Если тут и были мыши, то уже давно сбежали, куда подальше, уступив место крысам. Но мы, еле различая силуэты друг друга в почти полной темноте, открыли незапертую дверь.
  И тут я вспомнила:
  - У тебя же с собой телефон есть! Мой глубоко в рюкзаке, а вот ты посветить точно можешь!
  - Как это я раньше не догадался? - с сарказмом ответил Торн, - аккумулятор сел, - буркнул под конец.
  - А нечего болтать было, - огрызнулась, понимая, что наши перепалки уже становятся привычными.
  Кстати, о привычках.
  Я прошла вперёд, пересекая порог, повернулась на сорок градусов по часовой стрелке, нащупала острый шкафчик, а на нём лежал старый фонарик. Потрясла его, с надеждой нажала на кнопку.
  - Работает! - даже обрадовалась.
  И тут же мстительно навела свет на Торна. Тот спокойно это выдержал, порекомендовав не тратить заряд на удовлетворение низкого желания мести. Я прислушалась к нему, и вот мы уже вместе стоим перед панелью с кнопками и рычажками, которые должны нам даровать электричество.
  - О, да тут всё подписано, - даже несколько удивился Торн, потянув руку к рычажку с приклеенной под ним скотчем надписью: "Электричество".
  - Не трогай! - сбила его руку на полпути, - дед говорил всегда быть на стороже, - тоскливо протянула, - потому ни одна надпись в этом доме не соответствует действительности, ни одни из часов не идут правильно и все окна выходят на участок вокруг поместья, но никак не на внутренние помещения, хотя иногда это может показаться не так.
  - То есть единственное, что мы знаем об этих рычажках, что они не соответствуют надписям.
  - Ты быстро соображаешь, - я даже как-то уважительно глянула на спутника. Обычно причуды деда люди принимали не так просто. А уж с часами вообще проблема. Для каждых дед записывал, когда время на них совпадает с реальным. Ведь даже сломанные часы два раза в день показывают верное время. Вот у деда во всём доме часов и было так много, что какие-нибудь в нужный момент времени точно показывали правильное время. Он объяснял такие причуды тренировкой для разума. Эх, мои беззаботные воспоминания... На самом деле те деньки, что я проводила с ним, приклеивая неправильные надписи, были самыми лучшими.
  А потому я точно помнила, как понять, где правильные рычажки, вот и сейчас довольно быстро с этим разобралась, включив, наконец, электричество. Над нами закачалась горящая мерным светом лампочка, осветив все углы и доказав отсутствие крыс.
  - Снежан, а вот, кажется, рычажок для воды и остального, - Торн показал на действительно правильный рычаг.
  - Как ты узнал? - удивилась.
  - Зная, что, чем не является, а так же, какие рычаги можно исключить, я сократил число всех возможных рычагов до четырёх. Этот был выбран по принципу самого дальнего расположения от рычажка подписанного: "Вода".
  - Угадал, короче, - хмыкнула я, глядя, как он поднимает рычаг.
  - Это станет моим любимым занятием в эти дни - игра в угадайку. В этом доме мы ещё намучаемся.
  - Как же ты прав, - протянула я, размышляя уже над другими проблемами. Чтобы переночевать, нам, помимо электричества и воды, нужны ещё комнаты. Желательно чистые, с разобранными кроватями. Хорошо, что я знаю парочку таких, которые убирались всегда, и сейчас являются наименее пыльной и грязной частью дома.
  Я повела Торна по лестницам на самый верхний четвёртый этаж, который находился под крышей, казавшейся снаружи комплексом вытянутых вверх углов и резких изгибов. Изнутри же это были обычные комнаты, разве что посуше из-за расстояния от земли. Нижние комнаты иногда радовали нас с дедом плесенью, всё-таки для такого дома всегда требовались слуги, которых тут никогда не было.
  - Куда мы? - наконец, спустя девятнадцать пролётов задал вопрос Торн, - тут же только четыре этажа, почему мы так долго и путано идём?
  - О, это ещё одна проблема этого дома. Тут есть четыре крыла, до каждого из этажей которых нужно добираться по своему маршруту. Мы именно поэтому сейчас переходом из крыла в крыло, пересекая лестницы в разных местах, а то выйдем совсем не туда, куда хотим.
  - Зачем это вообще так сделано?! - как-то совсем упал духом паренёк, прекратив считать повороты и запоминать пролёты. Он всё же сообразил, что без меня выхода не найдёт.
  - На меня ещё даже проекта не написали, когда этот дом строился. Даже моих родителей на тот момент на этом свете не существовало. Но в первые три лета меня тоже волновал вопрос запутанности маршрутов. Не беспокойся, девять месяцев - и ты привыкнешь.
  - Тут уже не беспокоиться, тут в ужасе бежать надо, - буркнул паренёк.
  И мы вместе продолжили любоваться крепкими лестницами, со скрипящими деревянными добротными ступенями. Перила, резные, иногда обычные, они притягивали взгляд, не давая заметить ничего более. Появлялось привычное ощущение сказки. Более всего поражали мрачные рамки, в которых были картины, изображавшие всегда один и тот же объект, этот самый дом в разных погодных условиях. Из-за них создавалось ощущение схожести коридоров.
  Кроме того, как всегда, напрягали освещающие нам путь лампочки, не лампы. Нет, это были не красивые, изящные хрустальные люстры. Это были обычные лампочки, заменившие факелы, от которых на стенах ещё оставались подставки. Внутренности дома уже давно переделали, это снаружи он казался старым. Тем не менее многие элементы изнутри принадлежали совсем другим эпохам. Даже столовое серебро, давно никем не чищенное, напоминало те роскошные времена, когда этот дом блистал, а не стоял в пыли.
  Я печально вздохнула. В такие моменты появлялась тоска по прежним временам, которые я не застала.
  - Мрачноватое место, - нарушил моё медитативное состояние Торн. Я метнула на него недовольный взгляд, но, встретившись с совершенно невинными, наглыми, голубыми глазищами, промолчала.
  - А долго нам ещё идти? - нет, он точно решил меня вывести из себя.
  - Устал? - спросила даже как-то ласково, - могу тебе тут постелить. Раз уж напросился, терпи, - закончила уже раздражённо. Я ещё даже не заставила его помогать мне по хозяйству, а он уже на второе волонтёрство направшивается. К тому же тревожит вопрос, куда его девать. Не будет же он жить со мной?
  Вот, наконец, и те комнаты, всегда готовые к приёму постояльцев. Обезличенные, светлые, нейтральные. В общем, не самый лучший вариант, но какой есть. А дальше были поиски чистого постельного белья для Торна. Я-то своё с собой взяла, знала, что тут не будет, а вот Торну пришлось искать.
  После мы, поочерёдно ругаясь, пытались мыться каждый в своей ванной. Вода была почти ледяной. Ванн в этом доме было огромное количество, вот только вода всегда была не лучшего качества, а уж её температура всегда поддерживалась вручную. Сегодня тратить полтора часа на разогрев воды нам было некогда, поэтому мылись, держась только благодаря пониманию, что где-то рядом мучается ещё одно существо того же вида.
  А вот потом, как бы я не оттягивала этот момент, настало время разбираться с дедушкиными сюрпризами. Кстати, да, можно было бы ещё потянуть время под предлогом ужина, но мы обошлись бутербродами, которыми запасся в дорогу Торн. Он же принёс телефонную панель. Оказалось, что он всё же смог найти путь туда и обратно, желая разгадать загадку.
  Ну, да, ему подобное было в новинку, однако я знала себя, знала, как увлекаюсь дедушкиными играми в угадайку. В общем, сейчас начну, утром, может быть, закончу.
  Но вот мы снова вынули на свет из телефонной панели круг, на котором по ободу были в три ряда написаны буквы. Самый верхний ряд, ближний к краю - буквы в алфавитном порядке. Все тридцать три буквы. Средний ряд - опять в алфавитном порядке. И самый ближний к центру круга ряд - хаотично расположенные буквы, из которых складывались неизвестные никому слова.
  Догадаться, что это было не сложно. Мои мысли озвучил Торн:
  - Серьёзно? Шифр Цезаря? Это же один из самых простых шифров, разгадать который не составляет проблем!
  - Дед всегда начинал с лёгкого, - философски произнесла, глядя на круг. Самая крайняя окружность прокручивалась. В итоге перед нами лежал круг, поверх которого располагалась окружность с первым рядом букв. И её можно было свободно крутить. Впрочем, сначала о шифре.
  Обыкновенный шифр, когда каждую букву в надписи заменяют буквой, расположенной на определённом расстоянии - сдвиге, зная который разгадать смысл записей очень легко. То есть букву "А" со сдвигом вправо по алфавиту на 3 позиции мы заменяем буквой "Г", а "Б" на "Д". И так далее. Сдвигать буквы можно также и в другую сторону, влево, заменяя "А" буквой "Я", а "Б" буквой "А".
  Смысл в том, что такой шифр предельно прост для любого, кто хоть сколько-нибудь располагает временем. Поскольку верхняя окружность прокручивалась вдоль второго ряда букв только по часовой стрелке, сдвигали буквы вправо, как в моём первом примере, с "А" на "Г". Вопрос тут только в том, какой тут сдвиг?
  Третий ряд мы до этого момента ещё не трогали, зная, что это и есть зашифрованная запись. Надо было сначала найти сдвиг.
  Вот только пробелы между словами в зашифрованной фразе нам очень помогут с этой действительно детской загадкой. И мы начали анализировать шифр следующего содержания: "Ж чуо ижйхн, ычу хежте серуо сйижйиный, нм-фуи упцние, ьюд сурйпшре инфурб".
  - Откинем все буквы, с которых не могут начинаться слова, - бормотал Торн.
  - Вспомним, что количество предлогов из четырёх букв с дефисным написанием ограничено, - добавила я, указывая на часть записи из третьего ряда.
  - Предположим, что этот количество союзов из одной буквы тоже ограничено...
  - Итого, - примерно прикинула в уме, выходило, - нам надо проверить примерно в два раза меньше сдвигов, хотя по этому предлогу с дефисным написанием можно выделить самый вероятный. Всё-таки таких предлогов лично я помню всего два...
  - "Из-за" и "Из-под", - подхватил Торн.
  - Оба начинаются с "И", а в шифре эта буква заменена на "Н". Все буквы заменяем изначальными со сдвигом на четыре или пять букв в зависимости от того, считаем ли мы "Й" за самостоятельную букву.
  - Считаем, она есть и в первом, и во втором ряду, - тут же поправил меня Торн, - это было совсем легко.
  - Но меня удивляет, что ты вообще знаком с криптологией, - я с подозрением глянула на человека, с которым не так давно вместе дешифровала дедушкино послание. Да это всё равно, что совместный поход в кино! Или что-то вроде того! Так быстро сближаться с людьми у меня никогда не выходило. По сути наши с Торном отношения базировались на его наглости и моём желании его использовать в качестве уборщика. Но я не могла не признать, что так быстро расшифровать даже такой лёгкий шифр без него бы не смогла. Пошла бы напролом, пробуя все 33 сдвига, даже не думая о том, что нет смысла проверять сдвиги, в результате которых та же буква "Ы", зашифрованная любой другой буквой, находится в начале слова. Поэтому все сдвиги, когда получалась такая ситуация мы откидывали. В общем, было неожиданно интересно занять мозги головоломкой на пару с кем-то, кто понимает смысл загадки. Обычно интересы моих сверстников ограничивались либо магией, если это был маг, либо чем-то иным, если я имела дело с обычным человеком.
  Даже Аля больше интересовалась своим спиногрызом, чем возможностью поломать мозги над чем-то интересным. Впрочем, не стоило симпатизировать этому непонятному пареньку. Он знает, что тот случай с замком, как минимум, заинтриговал меня, но пока он не делал попыток объясниться.
  - Спокойной ночи, - как-то нервно и быстро сказал Торн, а после вылетел из моей комнаты. После вернулся, захватил круг и телефонную панель, снова отправился к выходу. Но внезапно затормозил и обернулся:
  - А почему мы не обратили внимания на саму панель?
  - Ты думаешь, ноль что-то обозначает? - я тоже заинтересовалась.
  - В любом случае, узнав количество сдвигов, я сегодня окончательно расшифрую послание, которое, судя по первым фразам, написано в виде загадки, а после, если ноль действительно что-то значит, мы это узнаем.
  - Но до этого будет уборка дома, - нахмурилась, не собираясь отступаться от мысли о бесплатной рабочей силе.
  - А, может...
  - Нет.
  - Ну...
  - Нет.
  - Что, даже если я завтра съеду, убираться заставишь?! - как-то совсем кисло спросил Торн.
  - Отсюда ты можешь уйти только пешком, велосипед отдам только после капитальной уборки.
  Пару секунд сохранялось молчание, тишина нарушалась только тиканьем старых часов. Это, я точно помнила, спешили на пятнадцать минут. Правильное время я по ним так и не научилась различать. Кстати, на стенах моей временной комнаты, помимо часов, висела картина. Она была всё о том же: особняк во время грозы. Мрачная тема картины резко контрастировала со светлой гаммой, в которой была выполнена комната.
  Но тут от осмотра меня отвлёк Торн:
  - Велосипед в машине. Машина открывается с помощью ключей. Получу ключи - и свобода?
  - Даже не думай об этом. Ключи ты всё равно не найдёшь, для этого придётся обыскивать весь дом, а уж после такого обыска, когда, чтобы пробраться в комнаты, придётся разгребать завалы и убирать пыль, уборка нам больше не понадобится.
  - Всё продумала? - его лицо стало совсем кислым.
  - Конечно. Кстати, ключи от замка на воротах тоже в доме. Двойные поиски - более эффективная уборка.
  - Тут хоть телефоны есть? А то мой сдох, а зарядка в сумке, которая в корзине велосипеда.
  Тут я не выдержала и расхохоталась:
  - Теперь ты даже знакомым позвонить не сможешь! - сквозь всхлипы объяснила причину веселья, - а твои документы рядом с зарядкой? Или они у тебя с собой?
  - С зарядкой, - казалось, так уничтожать взглядом уже невозможно, но Торн раздвигал границы реального.
  - Ну, всё это натуральное рабство! - я всё продолжала смеяться, даже не заметила, как дверь захлопнулась за пареньком. В любом случае он сам виноват. А теперь перед сном надо сделать ещё кое-что важное...
  Проверить кладбища на предмет их расположения, увериться, что ничего не поменялось. А также подумать, как избежать обязанностей по отношению к местным властям. По закону каждый маг, получивший бесплатное образование, обязан незамедлительно откликаться при любом предложении работы в любом уголке страны. Цену за свои услуги маг знал, но вот избежать обязанностей не получится. А тут о моём характере ещё ничего не знают, даже плохая репутация не спасёт.
  Но, ладно, сначала в любом случае кладбища. Ведь захоронения фактически - сила любого тёмного мага. Мы подпитываемся их энергией, используем их в качестве ресурсов для ритуалов. Мы даже зарабатываем на них. А уж материал для различных инструментов из старых надгробий получается отличный. У меня у самой есть три каменных кинжала для ритуалов с кровавым компонентом.
  Но самое главное - без эманаций смерти в диапазоне чувствительности тёмного мага того очень легко убить. А уж истребить магов мечтают многие. Это, конечно, незаконно, даже в конституции незаконность данных действий ясно прописана, вот только это не мешает существованию различных группировок, банд и прочих. Даже маги способны истреблять других магов, что уж говорить о людях?
  Кстати, диапазон чувствительности, уже мной упомянутый, индивидуальная характеристика каждого мага. Это то качество, с помощью которого маг способен ощущать расстояние между ним и источником сил. У каждого свой диапазон. Есть даже люди, которые специально развивают такую чувствительность, и ей же зарабатывают на хлеб. У меня диапазон чувствительности развит средне. Нет, достаточно, конечно, но и нет в нём каких-либо уникальных особенностей. Обычный диапазон для мага моего возраста. Эту характеристику можно развивать, но обычно подобная практика приводит к уменьшению магического резерва. Обратная зависимость. Ведь диапазон - это словно вывернутый наружу, во внешний мир, во вне, мешок, резерв, покрывающий определённое расстояние.
  Но хватит теории, пора, наконец, "услышать" давно знакомые места, отзывающиеся на моё присутствие потусторонним холодком.
  Сесть, сосредоточиться, расслабиться. Поймать тот ритм, что наполняет саму сущность магии. Для меня он звучит барабанами, напоминая некоторые разделы шаманства, от которого произошли многие ритуалы тёмных магов.
  И вот я уже не существую! Я охватила собой несколько километров! Это так мало, но сейчас кажется, что так много... И везде эти люди, неприятные своей жизнью самой сути моей магии. Но вот... Вот уже в то полотно, которым я накрыла Клион, буквально стучатся потусторонние звуки. Давно знакомый, сладковатый привкус смерти, отзывающийся мурашками по тыльным сторонам ладоней.
  Вот эти два кладбища. Старое, пропитанное ароматами чуждого и близкого. А это захоронение более молодое, оно ещё не покрылось тем слоем разложения и слияния со смертью, который уже накрыл первое кладбище. Оно ещё свежо, оно сейчас мне почти не приятно. Его разрывает война между живым и мёртвым, где каждый клочок даётся тёмной стороне с трудом.
  Всё, вроде бы, в порядке. Однако ощущается некоторая неправильность. Оба захоронения всегда магически принадлежали мне и ещё одному некроманту, который тут проживает уже не один десяток лет, который подучивал меня на каникулах, и который всю жизнь относился к соседству со мной положительно. Теперь же возникало чувство, будто какой-то ещё тёмный маг заявлял права на нашу территорию. Официально он был в своём праве, но как только мы с дедом Ровински заметим, что посторонний некромант претендует на нашу собственность...
  В общем, к местам, откуда некроманты черпают силу, они относятся как к личному, как к собственности, пускай законы и говорят обратное. Но без соперничества доли новый некромант не получит.
  Даже меня дед Ровински сначала три недели проверял, прежде чем поделился источниками магии. Да, страшно вспомнить, как он ко мне относился. Как бы ни смешно это было, но он видел во мне не то, что соперника, врага. Добрый с виду старичок решил делиться отнюдь не из-за альтруизма. С ним очень хорошо общался мой дедушка, к тому же в Клионе я редко бываю, а потому дед Ровински теперь уже не против нашего сотрудничества. Ведь он понимает, что в любой ситуации эти кладбища для него важнее, они его. Не мои.
  Чужак хорошо прятался. Я так и не смогла почувствовать его магический резерв, прощупывая город в своём диапазоне. Он будто накрылся одеялом, спрятавшись. И его совсем не было видно. Дед Ровински тоже, скорее всего, потерпел поражение в поисках, иначе, почему чужак ещё в Клионе?
  Ладно, новый некромант - проблема завтрашнего дня. А сегодня надо ещё успеть расшифровать дедушкину записку в телефонной панели. Не думал же Торн, что я не успела переписать себе шифр, прежде чем отдала ему оригинал. Нет, загадки интереснее разгадывать в одиночку.
  И, позабыв о сне, я с увлечением начала переводить оставшуюся часть шифра. Похоже, это затянется надолго...
  
  Глава 2
  
  Вставать с первыми лучами солнца, ощущать, что весь дом ещё погружён в сонное царство - что может быть приятнее? Но ещё приятнее было отыскать с первого раза кладовку со швабрами, вёдрами, пылесосами, тряпками и прочим. А дальше была наиболее хорошая часть плана - я пошла будить Торна.
  И только перед дверью в его комнату я вспомнила, что просто так вламываться к другим людям - неприлично, неправильно. Но, что, если сделать это не просто так? Я замахнулась для стука, долженствующего разбудить моего попутчика.
  - Бу, - прошептал кто-то прямо за спиной.
  - Чёрт! - я аж вздрогнула, разворачиваясь и уже не успевая остановить ведро, летящее прямо в обидчика. Всё произошло слишком быстро! Я даже не осознала, в какой момент уже вставший и умывшийся Торн оказался за моей спиной, а в какой момент на него сверху опустилось лёгкое пластмассовое ведро с водой, которое я использовала для протирания пыли.
  - Упс.
  - Упс?! Это ты называешь упс?!
  - А как ещё это назвать? - в полном шоке спросила у мокрого паренька. Тот, злобно бурча, развернулся в сторону комнаты, отстранил меня от двери и зашёл, проворчав:
  - Приходи с зелёнкой через пятнадцать минут, синяки мне будешь замазывать.
  - Было бы, что замазывать, - не могла не ответить.
  - Такими темпами того, что надо замазать, станет очень много, а количество синяков и травм у меня будет расти по экспоненте!
  - Извиняться не буду, - всё-таки не смогла промолчать, - сам виноват.
  - В чём? В том, что у тебя нервы слабенькие?!
  - Скоро они у тебя такими станут, - огрызнулась.
  - Это уж точно, - неожиданно согласился Торн, захлопывая дверь.
  Н-да, вот и начал проявляться мой замечательный характер. А ведь у него действительно синяк будет, а ведь виновата тут по большей части всё равно я, а ведь... Но всё равно извиняться не буду. И можно тут придумать тысячу оправданий себе, вот только это бесполезно. Знаем, проходили.
  В общем, вздохнула и пошла на задний двор, где была похоронена дедушкина собака Типка. О её смерти никто в этом доме никогда не жалел. Злобная животина никому житья не давала, соседи иногда предлагали её съесть, но мы были гуманны и дождались её естественной смерти. Собственно, единственная польза от собачонки была после её смерти. Похоронив её, я создала свой собственный небольшой, даже миниатюрный источник. А уже по нему я смогу определить, как далеко находится от этого дома чужой некромант. А вот после начнём убираться.
  Холодный ветер, пронизывающий до костей, заставлял ускорить шаг, что я и сделала. Именно поэтому успела заметить сквозь прутья двойной решётки, как на чужом участке, рядом с таким же древним особняком, как у меня, мелькнула чья-то тень. Кто бы это ни был, но он явно осведомлён обо мне лучше, чем я о нём. Подозрительность снова зашевелилась, было решено отложить поход к могилке. Да и желудок внезапно вспомнил о завтраке.
  На пороге рядом с двойными тяжёлыми дверями меня ждал уже сухой Торн. Он же и намекнул мне на завтрак:
  - А бутерброды-то у меня кончились.
  - Готовить умеешь? - спросила, уже ни на что не надеясь. Что-то сегодня всё, за что я ни возьмусь, до конца не доходит. Чувствую, останется мы голодными. Тем не менее Торн на мой вопрос кивнул:
  - А ты?
  - Разве что чай, - хмуро оповестила о своих небольших кулинарных талантах, кои заставляли меня питаться не самой полезной едой, лишь бы не травить себя самой. Но сегодня, видимо, не всё так плохо.
  - Ладно, я тогда разберу кухню, а ты сравни, что расшифровала с моим. Надпись с панелью у меня в комнате. Если мне удастся найти чистую посуду, не тронутую крысами и мышами, то я позову тебя на завтрак.
  - Даже и не думай о крысах и мышах. Они уже от голода там все подохли, - отмахнулась от его здравых опасений, - кстати, еду я вчера успела закинуть в холодильник. Не уверена, что из неё что-то получится приготовить, но в любом случае всегда можно поехать в магазин.
  - А что конкретно ты купила? - справедливо начал Торн полагать худшее.
  - Майонез, сметану, воду, чай, возможно, молоко.
  - Ясно. Всё отменяется. Сейчас едем в магазин, а по дороге сравним результаты по дешифровке.
  - Но чай-то можно из этого приготовить! - возмутилась.
  - Для тебя я сделаю чай, а себе тогда приготовлю после поездки в магазин что-нибудь, что не станет моей путёвкой на тот свет в виде голодной смерти.
  Ну, он был по всем пунктам прав, а потому мы всё же отправились в магазин. Выяснилось, что денег у нас на двоих вполне достаточно, особенно когда этот "типа деревенский" добавил свои весьма солидные сбережения.
  И вот мы в старой машинке, я уж было села за руль, как снаружи донеслось бескомпромиссное:
  - Лучше уж я за руль сяду... С твоей скоростью мы до магазина вряд ли доберёмся, даже если будем телепортироваться.
  - Напомнила бы я тебе о твоей скорости, - буркнула, припомнив двухколёсного друга, находящегося  багажнике.
  - Всяко лучше тридцати километров в час, - философски отозвался Торн.
  - Да ладно, на тот свет даже с тридцаткой долетишь с ветерком!
  И я всё-таки пересела. Замок на воротах в этот раз препятствием не стал, но грозил превратиться в таковое на обратном пути. Впрочем, когда мы начали сверять расшифрованное, сразу пропали все негативные мысли.
  - У тебя всё идентично? - не отрывая глаз от дороги, кивнул на свой листочек в моих руках Торн.
  - Да, кажется, - ещё раз перечитала фразу в духе деда: "За той дверью, что равна малой медведице, из-под оксида, чья молекула диполь".
  - И что это значит? - тут же спросил Торн.
  - Ну, Малая Медведица - созвездие. "Равна" значит нужно число, связанное с этим созвездием, скорее всего число звёзд. Просто так дед математическими терминами не разбрасывался.
  - Да, с созвездием я тоже так подумал, кстати, в нём 25 звёзд.
  - Откуда? - удивлённо повернулась к Торну.
  - Да, старший брат астрономией увлекался.
  - Это тот, который тебе дал ту "небольшую" сумму денег? - не смогла тут не усмехнуться.
  - Ага, - ещё больше смутился Торн, тут точно что-то нечисто, а парень тем временем ловко перевёл тему, - а что с оксидом и молекулой диполем?
  - Вода это, - чуть устало отозвалась, следя за мелькающей за окном дорогой. Автомобилей с большой скоростью я опасалась. И вполне оправданно, всё-таки любимым материалом в институте у нас были трупы из автокатастроф. Да и на работе я чаще всего сталкивалась именно с ними.
  - А ты откуда знаешь?
  - Я - тёмный маг! Во всём, что касается химической составляющей человеческого тела я более или менее разбираюсь.
  - А у твоего деда всегда такие лёгкие загадки? - теперь уже усмехался Торн.
  - Чем дальше, тем должно быть сложнее, - буркнула, судорожно следя за мелькающей дорогой.
  - Это правило, или твои личные выводы? - вот, кто, сидя за рулём, смотрелся ну, очень естественно. Я не ответила, посчитав вопрос издёвкой.
  В магазине всё было слишком знакомо. Напоминало, как дед сажал меня в продуктовую тележку, а потом с ветерком катал, пока охранники не переставали бояться подойти к девочке с маленьким ученическим медальоном тёмного мага. Потом нас обычно вежливо выпроваживали, а мы ещё долго по дороге назад обсуждали возможную скорость езды по магазинам. Знаков в магазинах не ставили, а потому тема исчерпывала себя довольно быстро, но было весело. Кажется, такого больше не будет.
  Однако полные неприязни взгляды охранников невольно заинтересовали Торна, а мне напомнили наши с дедом походы за продуктами. Я вежливо улыбнулась двум мужчинам в форме. Они не ответили и имели на то полное право, но всё равно было тоскливо вспоминать былое.
  - Чего это они на тебя так смотрят? - удивлённо спросил Торн.
  - Боятся. И правильно делают, - буркнула, вспоминая, как водит этот человек. А особенно, как он реагирует на просьбы снизить скорость во избежание моего сердечного приступа.
  - Ну-ну, - ни капли не поверил попутчик, быстро сориентировавшись в незнакомой обстановке. Он же взял корзину, которую принялся методично нагружать, сгребая с полок почти всё подчистую.
  Моё же внимание в это время чем-то привлекла тёмная, неясная фигура за стеклом, на улице. Невозможно было определить пол или внешность фигуры из-за грязи на стекле, однако почему-то возникла полная уверенность, что там тот самый сосед, что уже мелькал при мне утром, который отпугнул меня от могилы вредной псины. Но теперь фигуру заметил и Торн.
  И вот по его нахмуренному виду я моментально поняла, что всё совсем не так просто, как мне кажется.
  - Ты его знаешь? - спросила, внимательно следя за мимикой.
  - Кого? - тут же ушёл в несознанку Торн, продолжая загружать корзину. Вот только он кинул туда же масло... Масло! А у него аллергия на лактозу! Это же он ещё вчера старательно подсовывал мне бутерброды с маслом, ворча на того, кто делал ему эти бутерброды. А я ещё ему тогда эти бутерброды возвращала обратно, потому что не люблю масло. И вот теперь он берёт масло. Невнимательным он мне не показался, а потому просто кладу масло обратно на полку, взглядом показывая, что заметила его реакцию.
  Он тут же чуть поморщился, однако быстро вернул на лицо своё привычное мне выражение позитива и энергии. Вот только цепкий взгляд, наблюдающий за мной, никуда не скрылся. Что-то с ним точно нечисто. Совсем не чисто.
  Дальше выбор продуктов проходил молча, разве что я еще пару раз глянула на витрину, но за ней более не мелькало никаких странных фигур. И та исчезла, и новых не появлялось. Подобное положение вещей сохранялось и, когда мы уже уезжали. Снова за руль сел Торн, а я только несколько раз косилась на него недовольно и пыталась разглядеть в боковое зеркало ту самую фигуру. Ничего, конечно же, не вышло.
  Именно поэтому настроение оказалось бесповоротно испорчено, а подозрения по отношению к Торну умилились до невозможности. Не будь у меня моей магии, я бы его и на порог не пустила. А так безопасность гарантирована, но он всё равно весьма странный типчик.
  Мы вместе разбирали продукты, опять же сохраняя тишину, которая, впрочем, скоро сама прервалась:
  - Ты же говорила, что покупала эти продукты! А тут срок годности давно вышел на половине! - на меня возмущённо глянул Торн.
  - Конечно, они тут лежат с прошлого лета, - я только усмехнулась, - но мне надо было вытащить тебя в магазин, а отсутствие продуктов и моё неумение их выбирать должны были подтолкнуть тебя к правильному выбору.
  - Опасаешься оставлять меня здесь одного?
  - Да я даже фамилии твоей не знаю, - хмыкнула.
  - А насчёт плохих навыков готовки - тоже уловка? - на меня смотрели всё более и более возмущённо.
  Я промолчала, быстро запихивая хлеб в хлебницу. Кухня была просторная, богато обставленная, но вот плита тут до сих пор была газовая. Однако это тёплое помещение я никогда не любила, вот и сейчас, ожидая неприятный разговор, поспешила смыться. Но не успела.
  - То есть уловка? - Торн опасно прищурился.
  - Я такого вообще не говорила, - тут же ответила, - о продуктах я сказала, цитирую: "Еду я вчера успела закинуть в холодильник...", - всё остальное твои домыслы. Про готовку я тоже сказала, но, ограничившись услышанным, ты сам додумал большую часть.
  Да, готовить я умею. Тут я ему почти соврала. Но надо же было заставить его не только выехать отсюда, но и начать его эксплуатировать! Жаль, он оказался слишком догадливым. Хотя с головкой по факту я его почти не обманула. Полуфабрикаты действительно заменяют мне нормальную еду. Но не из-за неумения готовить, а из-за недостатка времени.
  - Ладно, признаю, - поднял ладони прямо перед собой Торн, - ты ничего такого не говорила, почти не врала, однако твои манипуляции выглядят несколько не хорошо. Тебе повезло, что у меня с братом всегда были свои интриги и игры в шпионов, я на манипуляцию спокойно реагирую, но другие бы не были так к тебе лояльны.
  А дальше был вполне себе мирный диалог, во время которого Торн незаметно для себя занялся готовкой, в то время как я ушла из просторной кухни. Чтобы он не говорил, но манипулировать им легче лёгкого. Он же даже не осознал, что я подозревала, что уловку с готовкой он просечёт на раз-два. Ведь если бы он не догадался сам, пришлось бы его просвещать, так как в ином случае он бы получил прекрасный рычаг давления 'А вот я умею, не будешь делать, что говорю, будешь голодать'. Мне такого счастья было не надо, а потому он догадался. И сделал абсолютно правильно для меня.
  Ладно, пора бы пройти следующий этап дедушкиной игры. И сделать это одной. Я не знала Торна хорошо, я не была в нём уверена, однако я знала, что он мне совершенно не нужен там, куда меня хочет привести дед. Пускай кажется, что всё это похоже на детскую игру, но именно таковой оно и является. Ведь дед знал меня ребёнком, а я знаю, что, кроме меня, дедову игру никому не пройти.
  А, значит, конечным пунктом игры будет что-то не предназначенное для глаз кого бы то ни было. Только мне. Только от деда. Именно поэтому на кухне я закрутила ещё один виток уловок, признавшись во всём, восстановив хорошие отношения, кроме того никак не подтвердила ему умение/неумение готовить, снова спрятавшись за двусмысленностью. В общем, он снова ответственен за еду, а у меня есть время наедине с собой и загадкой дедушки.
  Вода в его послании значит ванна. Число 25, зашифрованное количеством звёзд, показывает, какая именно ванна. Число из двух цифр. Два - наверняка этаж, пять - номер комнаты. 25 ванн подряд нигде нет, значит, мои выводы о составном характере числа более или менее верны. К тому же созвездие... Что-то меня в нём смущает.
  В общем, правильно смущало. Обыскав ванну, найденную по искомому номеру, я поняла, что название созвездия 'МАЛАЯ Медведица' тоже значимо. Нужна маленькая ванна.
  В поисках нужного помещения прошло ещё десять минут. Но, когда я вспомнила, какую именно ванну мог иметь в виду дед, дело пошло значителен быстрее. И вот я уже внутри небольшого, даже тесного по сравнению с остальными комнатами особняка, помещения. Ванна на изогнутых ножках. Темная плитка по стенам. Минимальное освещение, дающее простор для теней, но не показывающее всех углов. Казалось, что в самых дальних местах затмились призраки, только и ждущие возможности вырваться оттуда.
  Да ещё и расположение смой ванны... Прямо посередине комнатки. В общем, создавалось впечатление тёмного пространства с ярким пятном в центре - ванной. И вот именно её и имел в виду дед, когда писал мне. Помню, я всегда боялась этой ванны. Даже не боялась, страшилась.
  В своё первое посещение этого места, я исследовала весь замок на предмет комнат, но именно эта напугала меня до чёртиков. Как объяснил дед, такой её создали специально. Для какого-то там троюродного дядюшки, уже давно почившего. Тому был вреден яркий свет, да и сам он больше любил мрачные тона. В общем, тот умер, а странная ванная комнатка осталась.
  Передёрнувшись, я всё-таки встала на колени, начав водить руками по приподнятому над полом днищу ванной. Как и ожидалось, там оказалось аккуратно просверленное отверстие. Оно не продырявило ванну насквозь, но заметное углубление позволяло спрятать внутри...
  - Ага, - я достала свёрнутую в трубочку бумажку. Прямо тут её и развернула. Из неё выпала кнопка 1. На телефонной панели был 0, теперь 1. Выводы напрашиваются сами собой. Дед ведёт меня к девятке.
  Я быстро юркнула за дверь, выключив освещение. Теперь написанное на бумажке можно было рассмотреть получше. На всякий случай цифру я сунула в карман, если вдруг понадобится, будет рядом. На листочке были написаны пары чисел. Да, это уже сложнее. Явно книжный шифр, когда определённое слово или буква кодируется парой чисел: номером страницы и номером строки. Проблема в дешифровке таких вещей в том, что, не зная книги, вы вряд ли догадаетесь, какую из миллиардов возможных имел в виду автор шифра. И мне предстояло догадаться именно о книге. А ведь должны быть подсказки.
  А вот и первая... Весь код выглядел так: "2-23 1-11 2-12 3-416 3-15 1-1219 1-115 3-15". Пятая и последняя пара совпадали. Значит, список книг сокращается до тех, в которых по этим адресам можно найти одинаковые элементы: слова, буквы, слоги. Плюс тематика книги должна быть как-то взаимосвязана с водой, не зря же я под ванной ползала. Нет, дед всегда любил символику в своих загадках. Значит, связь между местом последней подсказки и следующим местом должна быть. Либо я ищу призраки и иллюзии в абсолютно невзаимосвязанных событиях.
  Ладно, об этом позже. Надо бы навестить Торна.
  На кухне всё кипело и бурчало. Старые, тяжёлые сковородки удивительно аппетитно выглядели со своим разнообразным содержимым. Похоже, кто-то, желая отвязаться от уборки, занялся готовкой. Ничего, после еды, может быть, наконец, начнём тотальную уборку. Хотя... Судя по всему, я никогда её не закончу, я тоскливо окинула взглядом замызганную плитку на кухне.
  Торн лишь укоризненно на меня посмотрел, когда я стащила кусочек мяса из горячей сковородки. В данный момент он был больше раздражён моим приходом, чем предыдущим отсутствием.
  Я не стала его разочаровывать, попрощавшись:
  - Мне как магу надо легализоваться в городе, по закону без этого я тут больше двух суток находиться не могу, а потому вернусь через час. Кстати, на верхние этажи не суйся. Без наличия меня или кого-то с близким составом ДНК там устанавливается автоматическая защита, а потом для тебя открыт только этот этаж, двор и ворота, если пожелаешь. А я в администрацию Клеона. Скоро вернусь.
  И, прихватив ещё кусочек мяса под полным недовольства взглядом Торна, я двинулась в администрацию, понимая, что ложь про охранное заклятие не выдержит испытания временем, а потому надо торопиться.
  У меня были причины не желать свободного передвижения по дому для Торна. И они были достаточными, чтобы придумать неубедительную, но непроверяемую подручными средствами ложь.
  И снова тяжёлые двери, которые можно открыть, только навалившись на них всем телом. Старая машинка, ворота... И дорога. Вот только машина уже успела напомнить мне о том, что я обещала сделать Але. Чуть не хлопнула себя по лбу, остановилась на обочине и набрала знакомый номер. Гудки, гудки.
  - Зараза, ты же обещала позвонить раньше! - тут же раздалось на том конце. Я только виновато скривилась и прервала подругу:
  - Со мной всё в порядке, передай это, пожалуйста, родителям. С твоим транспортом тоже всё в порядке. Как там твой спиногрыз?
  - А ну, не уходи от темы! - рявкнула обычно мягкая Аля, - ну, ладно не позвонила. К этому мы все уже привычные, но почему маму с папой ещё не простила?
  - Ты же знаешь, что они не дали мне поехать на похороны, - скрывая злость на этот факт, прошипела в трубку.
  - Но они хотели, как лучше.
  - Благими намерениями выстлана дорога по ту сторону оградки в землю! Это мой дедушка! Мой. Поэтому, пожалуйста, просто передай им, что всё в порядке, - голос чуть не опустился до шёпота.
  - Вернёшься, машину мыть будешь, - устало пригрозила Аля, не одобрявшая моего молчаливого бойкота родителям. Проблема в том, что бойкота и не было. Это прежде всего родители со мной общаться не хотели. Они до сих пор считали, что не ехать в Клион было бы правильнее.
  Что ж, они имели право на свою точку зрения.
  - Ладно, пока, - дождавшись ответного "пока", я тут же опять выехала на дорогу. Спустя бесчисленное количество магазинчиков и домов перед машиной выросло высокое со шпилем золотое здание - местная администрация, а точнее, местная магическая администрация. Тут работают все местные маги.
  Оставив машинку, тут же пошла внутрь. Показала документы занятой девушке, та дала мне направление, и вот я уже перед смутно знакомой дверью. Когда-то, пока старик-некромант не вышел на пенсию, он заседал тут. И именно у него я всё время проходила неприятную процедуру легализации. Теперь предстояло знакомиться с новым главным тёмным магом городка Клион. На табличке значилось: "Харди Рейган - магистр химерологии".
  Смутно знакомое имя. Если бы не имела хорошей памяти, свойственной всем людям моей профессии, подумала бы, что мы знакомы. Вот только, кроме имени, на табличке было ещё много чего интересного. Магистр...
  Да, высокое звание. Я была лишь мастером классической некромантии и адептом темной боевой магии. Если бы у меня не было сразу двух званий, то моя персона не представляла бы особого интереса для властей. Но сильные выбросы, неподконтрольность, странные приступы, два звания для такой молодой особы... В общем, охранникам правопорядка было, чем озаботиться.
  Короткий, даже скупой, но такой привычный мне стук, и я отворила дверь, однако только я оказалась внутри знакомой прихожей, как меня чуть не снесло чьим-то раздражением из соседней комнаты-кабинета:
  - Пошёл вон, кто бы ты ни был! Я же просил меня не беспокоить!
  Голос был сильный, властный, но какой-то глухой и сильно рассерженный. И я чуть было действительно не вышла, но удивлённо сдержала странный порыв, сглотнула, напомнила себе, что самое страшное, что могло произойти со мной в этой жизни, - произошло: в СИЗО меня на экскурсию водили, пугая после одного из выбросов, с психиатром беседовала, а потому бояться нечего.
  Спокойно и даже насмешливо ответила:
  - Это можно считать официальным ответом на попытку легализоваться в Клионе?
  Некоторое время стояла тишина, а потом всё тот же голос резко и раздражённо откликнулся:
  - Считайте, как хотите, меня ваши проблемы как-то не особо не волнуют.
  Ничего себе ответ... Похоже, у кого-то характер и рвение к работе похуже моих будут. Но, ладно, в конце концов всё это надо не только мне.
  - Хорошо, - покорно согласилась и направилась к двери.
  Да, такого от меня собеседник явно не ждал. И совсем-совсем точно заинтересовался необычным смирением до того момента весьма вздорной особы. Вот только гордость свойственна всем, и он так и не вышел, зато у двери его кабинета, меня нагнал какой-то мальчишка, явно посланный тем грубияном.
  - Здравствуйте, - шёпотом затараторил малец, с опаской поглядывая на дверь, от которой мы вдоль по коридору удалялись, - вы на магистра Харди не сердитесь, он всегда такой. Вы же новый некромант?
  Я только кивнула, глядя на мальца лет тринадцати на вид.
  - А магистр Харди - мой наставник, он меня тоже некромантии учит! - гордо похвастался ребёнок.
  - Но он же химеролог, - недоуменно возразила.
  - Это официально. Магистру Харди когда-то дали магистра некромантии, но потом ему запретили судебным предписанием заниматься этой стороной своего дара. Но учить он может. Вот и меня учит. Я тоже скоро буду некромантом!
  - А почему ему запретили заниматься некромантией? - невольно заинтересовалась, тоже переходя на шёпот. Уж я по себе знала, как гибок бывает закон по отношению к магам. А уж к тёмным... Уже давно ищут, как бы мне самой запретить колдовать. Но пока дальше обязательного приёма таблеток не зашло. А вот коллеге, видимо, повезло меньше. Понятно, почему он такой угрюмый.
  Добровольно отказаться от занятий любимым делом... Да ещё и магу... Это, как отказаться от части своей души. Тут не только характер испортится, тут и... Хотя не знаю, что может быть хуже характера этого Рейгана Харди. Вроде и не старый по голосу мужчина, но чувствуется, что пережил много. Но это не отменяет моего справедливого желания написать на него жалобу. И не одну.
  Впрочем, каким бы разговорчивым не был юный маг, он ту же замолчал и подозрительно на меня уставился при прозвучавшем вопросе. Дальше мы шли молча. Он провожал меня туда, где меня легализует не такое мрачное и злое начальство, а я размышляла.
  Если его учитель - некромант, если ему запрещено практиковать эту сторону своего дара... Возможно ли, что я уже нашла того нежданного тёмного мага, который пытался скрытно подпитываться от наших со стариком кладбищ? А что? Всё сходится. И некромант, способный это осуществить есть, и мотив на подобную скрытность есть. Вопрос лишь в том - как убедиться и передать старику полученную информацию? Всё же я в Клионе ненадолго, а потому разбираться с незваным соседом-некромантом будет старик. Я ему, конечно, помогу, но есть подозрение, что на магистра Харди не слишком повлияют угрозы старого некроманта.
  Не представляется он слабым магом. Совсем. А уж химерология... Эта та наука, которой в народе страшились почище некромантии. Фактически химерологи очень походили на марионеточников, кукольников. Они управляли химерами, которых сами же и создавали. Чаще всего из мертвечины.
  Новый кабинет, прощающийся со мной перед дверью малец, короткий стук, приглашение:
  - Входите. Вы по какому вопросу?
  И я внутри. Усталая женщина лет за сорок. Поседевшие виски, спокойные глаза. Как только она подняла на меня их, сразу же нахмурилась, заметив у меня в складках у рта раздражение:
  - Вы от магистра Харди?! Жалобы на него подавайте в кабинет 306, ко мне только по вопросам легализации и с магическими проблемами!
  Да, тут того химеролога знают.
  - Нет, я не с жалобой, - отозвалась, - я Снежана Паукова по вопросу легализации.
  Женщина вздохнула свободнее, а потом достала новую форму, начав её быстро заполнять:
  - Какие направления?
  - Классическая некромантия, боевая тёмная магия.
  Усталые глаза женщины как бы отдельно от всей остальной мимики лица нахмурились, она подняла на меня взгляд, отложила форму на край стола и сказала то, чего я так опасалась:
  - У нас есть для вас работа.
  - Но...
  - Вы и сами знаете, что должны, - пресекла она все мои попытки избавиться от дополнительных забот. Я только нахмурилась.
  - У нас не так давно произошла серия убийств. Единственный штатный некромант уже на пенсии, - о, это она о моём знакомом старике, - а магистр Харди хоть и разбирается в предмете и даже знает, что делать, но не может по причинам, которые вам знать не обязательно, сам провести все необходимые процедуры. В общем, вам придётся поработать в паре с магистром Харди. Извините, - прибавила она совсем не по теме, но смотрела на меня уже даже как-то не устало, а сочувственно. С тяжёлым характером местного страшилища знакомы были, похоже, все. Подобными взглядами, кстати, обычно провожали моих напарников на прошлых работах, зная в тот момент мой паршивый нрав.
  В общем, в данном случае, даже зная себя, я всё равно себе сочувствовала и сопереживала, а потому не могла смириться:
  - Может, я всё-таки одна сделаю, что нужно?
  - Не сможете, - мягко отклонила возражения женщина, - только магистр Харди посвящён в проблематику дела.
  - Но...
  Вторая попытка возразить провалилась, как и первая. Однако в этот раз женщина с уставшими глазами ещё больше смягчилась, даже соизволила пояснить некоторые неясности:
  - Магистр Харди не такой плохой, каким кажется на первый взгляд. Он прекрасный профессионал...
  Я ждала ещё какой-нибудь лестной характеристики, но молчание убило всю надежду. Уж даже если эта женщина не может в утешение приукрасить некоторые черты характера химеролога, значит, всё совсем безнадёжно, тем не менее я попыталась:
  - И? - вопросительно протянула, намека на продолжение комплиментов по отношению к Рейгану Харди.
  - Это всё, - несколько удивлённо отозвалась женщина. Затем она же быстро выписала мне направление, оформив всё в качестве работы, за которую был положен весьма щедрый гонорар. А дальше всё она же написала мне направление к магистру Харди, под ним поставила подпись. Потом печать. Затем ещё раз написала то же самое направление, снова подпись, снова печать.
  - А зачем два? - закономерно спросила.
  - В прошлый раз он нашёл способ отсрочить необходимость с кем-то работать, порвав его направление, потому у тебя будет запасное.
  - А можно тогда три? - решила тоже побеспокоиться о будущем.
  - Конечно, - ничуть не удивилась женщина, - Всё, держи. И... Удачи.
  Я лишь кивнула, так и не узнав имени сочувствующей мне женщины с усталыми выцветшими глазами.
  Путь назад был недолгим, а перед печально знакомым кабинетом я даже замирать не стала для стука, дверь открыла чуть ли не с ноги, не ощутив сопротивления не закрытой до конца преграды. Похоже, малец знал, куда меня направят, а потому оставил дверь приоткрытой. Я тут же прошла через тесную прихожую, в углу которой сидел знакомый уже малец, что-то с усердием конспектируя, в кабинет магистра Харди.
  - Добрый день, - проявила вежливость, рассматривая мужчину. Он действительно оказался нестарым. Лет под тридцать пять, но это может быть обманчиво, так как дело я умею с сильным магом. Тёмные, почти чёрные глаза. Такие же тёмные волосы. Два шрама на правом виске, а ещё ходящие желваки и нахмуренные брови. Похоже, кто-то был мне совсем не рад.
  Во внешности ничего не обычного, но чем-то этот мрачный взгляд притягивал к себе. Ответного приветствия я так и не услышала, а потому выложила перед магистром своё направление, буквально спиной ощущая любопытный взгляд подглядывающего мальца.
  Впрочем, того тут же негромко, но как-то внушающе предупредил сам магистр:
  - Эйри, если ты не сделаешь моего задания через пятнадцать минут, у тебя будет внеочередной практикум в морге. На утопленниках.
  Тут мы с Эйри дружно поморщились. Как бы некроманты ни привыкали к трупам, но утопленники... Брр, эти распухшие конечности, пугающие глаза, склизкая кожа. В общем, ничего приятного. Конечно, мальчишка тут же опять принялся что-то писать, исчезнув из вида.
  Магистр же, неприятно-презрительно на меня глянув, прямо на моих глазах издевательски порвал направление.
  Я также спокойно и, ничего не говоря, выложила перед ним второе направление. Он ещё больше нахмурился, но ограничился пополнением мусорной корзины во второй раз. А вот, когда я достала третье направление, на его лице промелькнуло раздражение:
  - Ладно, давайте сюда свою бумажонку! Подписать всё равно придётся, вы же не отстанете, - в таком духе он и чёркнул что-то прямо под подписью женщины с усталыми глазами.
  Этим чем-то всё же оказалась его подпись, от него можно было ожидать и чего похуже. Также молча я забрала направление, положила в карман... И направилась к двери. Меня раздражённо спросили:
  - А работать вы не хотите?
  - Совсем не горю желанием, - ответила в том же серьёзном тоне, - вот завтра приеду, тогда и поработаем.
  Нет уж. Мужчина встал, совсем неаккуратно прошёл мимо меня, а потом, сделав прихожую визуально ещё более маленькой из-за разворота плеч, он оглянулся на меня:
  - Идёмте, покажу вам, что надо сделать, чтобы больше не мозолить мне глаза, - говорил он даже несколько спокойно, вот только мелькало иногда в его голосе нечто похожее на горечь, когда он посматривал на мой медальон некромантки. У самого у него на груди висела серая бляха химерологов.
  Мы направились прямо в морг, куда так грозился отвести ученика магистр Харди. Морг располагался в пристройке, выглядевшей двухэтажным зданием с красной черепицей и милыми занавесками на окнах. Внутри стояли рядами столы, половина из которых пустовали. На потолке были протянуты толстые лески, на которых болтались какие-то бумажки, видимо, оставляемые дежурными для следующих сменщиков. На них значилось время следующих смен, тут тоже была проблема с расписанием. Белые простыни на трупах всколыхнули что-то знакомое, а столик с инструментами так вообще чуть не заставил прослезиться. Утопленник тут был, видимо, угроза Эйри была вполне реальна.
  Хмуро на меня поглядывая и явно не видя нормальной реакции, над которой можно и поиздеваться, магистр Харди подошёл к двум трупам, откинул простыни. Обычные тела, без сильно заметных внешних повреждений. Не уверена, что их смерть была вызвана насильственно.
  - Эти двое - последние жертвы. Об убийце неизвестно ничего, о том, как он их убивает тоже. Вскрытие предыдущих жертв ничего не дало, вскрывать этих не стали, чтобы некромант, то есть вы, мог призвать их из-за грани. С нужным ритуалом я вам обязан помочь, но на большее не рассчитывайте, - я ему явно не нравилась, тем не менее он употреблял вежливое "вы", как бы разделяя нас ещё большей стеной недопонимания.
  Вот только это "вы" у него звучало даже несколько оскорбительно. Но напрашиваться на неприятности я не стала, решив день потерпеть, получить деньги, а потом напакостить магистру Харди с кладбищами. Всё равно надо будет нам со стариком прогнать неизвестного некроманта, а так хоть какое-то удовольствие получу от осознания вероятности того, что искомым некромантом является Рейган Харди.
  Не обращая никакого внимания на недовольного всем и мной в частности магистра, я пробежалась пальцами в миллиметре от грудной клетки первого трупа, ощупывая магические потоки. Этого призвать можно. Повторив процедуру со вторым, поняла, что его призвать не получится. Слишком уж он давно умер, никаких связей с миром живых, призванный дух не будет иметь никакой памяти о прошлой жизни. Не верю, что магистр Харди этого не знал, а значит, проверяет.
  Я только хмыкнула на подобные проверки. У нас в университете было и похлеще. На первом курсе классической некромантии вообще давали лопату и название кладбища, а на следующий день проверяли, сколько трупов поднял ученик.
  А ритуал... Он, конечно, не самый сложный, но требует, помимо личного кинжала из обсидиана и знания слов, кровь родственников трупа. Кровь трупа тоже подошла бы, но тут её надо было брать непосредственно после смерти, а не так. И, у кого же достать необходимый компонент?
  Ну, для начала определим ближайшего к трупу родственника. Нахмурилась, глянув на спокойного магистра, листающего какие-то бланки на другом конце морга, тот явно ожидал, когда я попрошу о помощи. Прикрыла глаза, сосредоточившись. Достала тот самый обсидиановый ритуальный клинок, чуть надрезала кожу трупа на запястье и тут же попыталась ощутить родную этой кровь в своём магическом диапазоне. О, а вот и родственник.
  Родственник сидел в приёмной, явно расписывался за труп. Если не ошибаюсь, ходил на опознание и сейчас собирался уходить. Ничего не объясняя, кинулась туда, куда указывала кровь. Магистр только глянул мне в след. Почему меня не отпускает ощущение, что он знал, куда и зачем я бегу?
  Тем не менее найти родственника оказалось легко. Престарелая женщина, сдерживая слёзы, расписывалась под какими-то бумагами. Объяснить ей, что я хочу, оказалось ещё легче. Кровь она тоже дала без проблем, будучи во власти эмоций по поводу смерти родственника.
  Там же, попрощавшись с женщиной, я бросилась обратно в морг. Где застала идиллическую картину: та самая Сара Ротнер, имя которой я узнала, глянув при выходе на табличку на двери её кабинета, та самая, которая ещё недавно так мне сочувствовала, сейчас пыталась отчитывать магистра Харди. Как только она увидела на меня, то её усталые глаза тут же переключились на новую жертву:
  - Тебе нельзя было резать труп! Для ритуала этого не нужно, а кровь родственницы хранится у магистра Харди, и я не знаю, почему он тебе ее дал, - метнула она злой взгляд на раздражённого мужчину, - дело в том, что труп находится не под нашей юрисдикцией, а за каждую неустановленную царапину с нас сдерут три шкуры.
  - Я этого не знала, - спокойно оповестила, уверенная в своей невиновности.
  - А то я не догадалась, - буркнула Ротнер, затем она повернулась к магистру Харди, - на премию можете даже не рассчитывать, это не первое подобное происшествие с вами в главной роли!
  - Меня премии лишили на три года вперёд за случай со стажёром, - фыркнул магистр, сложив руки на груди.
  Ротнер только поджала тонкие губы:
  - Значит, премию вы не увидите ещё три года после того, как истечёт этот срок. И, да, - Ротнер снова глянула на меня, - вы, Паукова, теперь должны заполнить несколько бланков, а магистр Харди вам поможет, - мстительно закончила она.
  - Хорошо, тогда Эйри я направлю на практикум сюда, - подозрительно быстро согласился Рейган Харди.
  - За Эйри я присмотрю, - зло отозвалась Ротнер, видимо, зная, к чему приводят такие практикумы.
  - Кхм-кхм, - привлекла к себе внимание, - я всё понимаю, но по закону вы не можете заставлять меня выполнять положенную работу дольше определённого срока. Через час он истекает.
  На меня метнули теперь уже два раздражённых взгляда.
  - Это стимул быстрее закончить с бумагами, - тут же сориентировалась Ротнер.
  И мы с магистром, взгляд которого не обещал ничего хорошего, отправились в канцелярию. Та была просторна, светла, а ещё она насквозь пропахла бумагами и чернилами. Приветливая девушка, увидев со мной магистра Харди, стремительно побледнела, а потом почти прошептала:
  - Ваш стол никто не трогал.
  - У вас есть тут свой стол? - не сдержала я любопытства.
  Рейган Харди на вопрос не ответил, а вот девушка шепнула:
  - Он так часто отчёты и объяснительные пишет, что Ротнер выделила ему отдельное место. А вы тут в первый раз? И уже к нам? Похоже, надо готовить второй стол, - и девушка стремительно упорхнула.
  Магистр Харди, который тут явно ориентировался лучше меня, провёл нас в самый дальний угол, куда не долетал даже свет из единственного огромного окна. Над его полупустым столом висел старый канделябр. Уют, что ещё сказать. Лампу ему, видимо, не дали, а вот свечи в канделябре, воспользовавшись спичечным коробком, даже как-то торжественно зажёг сам магистр. На столе, помимо спичек, лежали две ручки. Рядом со столом стояло два стула. На это обстановка личного угла магистра заканчивалась.
  Мы уселись, не глядя друг на друга и стараясь игнорировать соседа, у нас получалось, пока девушка не принесла нам кучу бланков и отчётов, которые предстояло заполнить. Я чуть не застонала, утешило лишь то, что магистр также скривился, зеркально отображая моё выражение лица. Девушка, почти сломавшаяся под стопкой листов, сгрузила всё это, сочувственно на меня покосилась и ушла.
  Сначала мне хотелось поиздеваться над магистром, но осознав, что рабочий день тут ненормированный, я молча взяла одну из ручек и начала разбираться в том, что надо делать. Спустя полчаса и две исписанные бумажонки я покосилась на соседа, который точно также с мукой во взгляде читал формы и бланки.
  Спустя ещё полчаса я поняла, что куда быстрее будет работать вместе. Спустя ещё полтора часа это понял и магистр. Мы молча и совсем не дружелюбно обменялись заполненными листами и сели друг друга проверять. Каждый раз, когда находили какую-либо ошибку, косились друг на друга, но ничего не говорили.
  Спустя ещё полчаса основная работа была доделана, а у меня появился шанс вернуться домой и застать дом целым, надежда, что Торн так и не догадался, что насчёт верхних этажей я ему соврала, не увядала. В общем, пышующую здоровьем девушку мы нагрузили новой стопкой бумаг, та нам кивнула - можете идти. Мы не стали задерживаться. Разве что перед уходом магистр Харди торжественно потушил свечки, не сильно нам помогавшие в нелёгком испытании бюрократией. Видимо, это была традиция. Как только мы вышли, все сотрудники канцелярии облегчённо выдохнули.
  Совместная работа действительно сближает, но это не наш случай. Мы даже не попрощались, а взгляд магистра снова стал раздражённым, любезностями на этот раз  я ему не отвечала.
  
  Глава 3
  
  Подъезжая к особняку, я чувствовала всё большую уверенность в том, что Торн нарушил запрет. К сожалению, как я пойму позднее, он мне поверил, на верхние этажи не поднимался. Но лучше бы он увлёкся исследованием дома...
  Оставив машину, я буквально рванула к тяжёлым дверям. Но тут же остановилась, когда моего слуха достиг знакомый голос. Расстояние было слишком большим, разобраться, о чём речь, было нереально. Но вот определить, что голос принадлежит Торну, я вполне могла. Как могла и понять, что его собеседником является мой сосед, хотя бы по тому, что они беседовали на соседнем участке, скрытом от меня изгородью и кронами пока ещё почти голых деревьев.
  Я не могла не подобраться поближе. Стараясь не шуршать травой и какими-то палками, коих немеряно валялось на участке, утроилась прямо под забором, теперь получалось разобрать отдельные фразы.
  - Нет... Ищем... Этот старый ублюдок... Спрятал... Она... Нет... Не совсем... Не доверяет... - это точно были слова Торна. Понять, о чём он, я в целом могла. Его собеседника же было почти не слышно.
  Ладно, надо бы спать идти, завтра будем убираться перед тем, как мы разойдёмся, точнее, перед тем, как я поеду на работу. Кстати, надо придумать занятие Торну. Судя по всему, он не собирается съезжать. Отпускать или выгонять я его не хочу, если он и замышляет что-то против меня, то я пока могу это контролировать, а кто поручится, что так и останется, потеряй я его из виду.
  В особняке на кухне стоял готовый ужин. Что ж, надо отметить, что кулинарные таланты Торна вызывают уважение, а вот в конспирации он совсем не специалист. Со спокойной душой я уснула, твёрдо зная, что завтра буду делать.
  Собственно, это "завтра" настало слишком быстро, но будильник меня не спрашивал о моих желаниях, а я этого не делала по отношению к Торну, когда настойчиво разбудила его. Также молча я вручила ему тряпки, ведро, на этот раз пустое, швабру. Сама взяла аналогичный комплект.
  - Давай попозже? - попытался отбрыкаться от обязанностей Торн. Безуспешно, впрочем.
  - Попозже будешь жене говорить, когда срок беременности к концу подойдёт, - крылатая фразочка куратора нашего курса в университете пригодилась и сейчас, - а в данный момент мы убираем наш этаж, все ванные, кухню, прихожую и лестницы. На всё это у нас три часа.
  - А что потом? - простонал Торн.
  - А потом я в администрацию Клиона, а ты собирать мусор на участке.
  Да, я всё-таки придумала ему то занятие, в процессе которого он не попадёт в дом, а я смогу тот с чистой совестью запереть, отговорившись дополнительным стимулом к хорошему выполнению работы, типа 'не открою, пока всё не уберёшь'.
  Возражения я не слушала, собственно, я больше вообще Торна старалась не слушать, чтобы успеть всё сделать до работы. Начала я почему-то с лестниц. Перила оказались настолько грязными, что пыль и разводы оставались даже после двадцать первой попытки их вымыть. Полностью мокрая, я уже просто на автомате доделывала работу, одновременно разглядывая картины на стенах.
  Когда-то давно я пыталась найти одинаковые пейзажи, но везде замок изображался в разных погодных условиях, двойников я так и не обнаружила. Зато классифицировать по сезонной принадлежности мне их удалось. Так и проходила уборка.
  Нормы, понятное дело, мы выполнить не успели, в ваннах было всё также грязно, но мне пора было в администрацию, а Торну на уборку участка. Прощание прошло скомкано.
  - А, может, я дома посижу? Ужин приготовлю?
  - А женить мы тебя на ком будем? - притворно нахмурилась, - жених должен иметь прежде всего полевую подготовку, а уже потом исправлять умением готовить провалы в образовании невесты.
  - Ха-ха, совсем не смешно, - также кисло отозвался он.
  - Мне тоже, - пожала плечами, - но именно под девизом обязательного для невесты набора навыков меня заставляли убирать весь этот дом три раза за лето. Дед же обычно занимался участком, садом, оградой и силовой частью уборки, а потому злись на свою половую принадлежность, а не на вполне справедливое распределение обязанностей.
  - Всё также совсем не смешно.
  - Ну, бывай, - закруглила ту часть речи, где я пыталась подбодрить бесплатную рабочую силу, та её всё равно не оценила.
  В администрации всё было как-то более суетливо, чем вчера. Я даже несколько удивлённо провожала глазами беспокойных сотрудников, пока не отловила Эйри:
  - Что происходит?
  - Да сегодня проверка от вышестоящего начальства, все и суетятся, - пояснил Эйри, затем он же и довёл меня до знакомого кабинета магистра Харди, - тот попросил вас привести, как вы появитесь, - пояснил свои действия подросток.
  В этот раз стучать я не стала, уже зная, что за условные рефлексы пробуждает в магистре вежливость. Здороваться я тоже не решилась. Вошла и в меру спокойно оповестила:
  - Кровь у нас есть, мы можем провести ритуал, пока не стало поздно.
  На меня подняли усталый взгляд, в котором даже не было привычного раздражения, как мне казалось, преследовавшего наше общение с химерологом. Сам мужчина, заполнив собой добрую четверть кабинета, а то и больше, будто бы не вписывающийся в эту административную обстановку, заполнял, как и все в этом здании, какие-то бумаги в преддверии скорого прибытия начальства.
  - Сегодня морг в вашем распоряжении. Можете проводить все ритуалы, которые посчитаете нужным, мне лишь запишите на диктофон ваш разговор с духом жертвы.
  Мне прямо во время монолога пришлось ловить ключи, отпирающие морг. А потом мне весьма выразительно показали на дверь. Нет, работать в одиночестве мы не договаривались, к тому же я не знаю, о чём спрашивать дух мертвеца, а повторное призвание после проведения искомого ритуала уже невозможно. А потому я совершенно спокойно внешне, но пылая негодованием внутренне, повернулась к выходу в прихожую, упомянув мимоходом:
  - Ротнер я запись тоже передам.
  Меня ожидаемо нагнали в коридоре. Я только мысленно усмехнулась: ну, конечно, он не мог мне позволить самой разобраться с порученным ему делом. Использовать меня - запросто. А вот отдать своё дело...
  В общем, ключи у меня из рук магистр почти вырвал, после чего смерил презрительным взглядом, догадавшись, каким образом я заставила его следовать за собой. Рейган Харди снова испытывал раздражение, всё было, как обычно.
  - Вы... - постарался не выругаться мужчина, но всё же не смог, лишь смягчив окончание фразы, - зараза!
  Я только промолчала, зная, что его выводит из себя это ещё больше. У нас вообще получалось какое-то странное общение. Он меня недолюбливал из-за направления моей магии, из-за того, что меня ему навязали, из-за нашей первой встречи. Я его, если честно, немного побаивалась... Да, что там немного? Его следовало действительно опасаться! Эти тёмные, хищные глаза буквально уничтожали на месте, а я понимала, что так нагло им ещё никто не манипулировал. Вот только такие люди, вызывающие у меня опасение, мне всегда не нравились. А плохие черты характера во мне всегда перевешивали здравомыслие.
  На этот раз добраться до пристройки-морга без проблем не получилось. Прямо за дверью, открывающейся во внутренний дворик администрации, послышался какой-то скребущий звук, моментально меня настороживший. Последовавшие за этим завывания также не вызвали у меня положительного отклика. Неуверенно оглянулась на магистра Харди. Тот, сосредоточенно смотря себе под ноги и сунув ладони в широкие карманы куртки, свойственной всем магам, таскающим на себе инструменты для работы, хмурился, обдумывая какую-то мысль. На внешнюю реальность он не реагировал, будучи погружённым в себя.
  Дверь я толкнула автоматически, приготовив на всякий случай пульсар из темной энергии, пока ещё не видимый стороннему наблюдателю, но способный сорваться с пальцев за доли секунды.
  Интуиция меня не подвела... Вот только против этой зверюги не поможет ни одно тёмномагическое заклинание! Ведь это по сути родственная ей магия!
  Коротко вскрикнув, я попятилась, с ужасом глядя на химеру, голова которой была собачья, хвост змеиный, а тело волчье... И этот гибрид, капая вязкой, гнойной слюной на плитку, медленно приближался, издавая горловые звуки.
  Понимая, что в таких ситуациях мне совсем не поможет моя магия, я, снова придушено вскрикнув, спряталась за широкую спину магистра Харди, решив, что если его сожрут первого, у меня появится шанс сбежать.
  Каково же было моё удивление, когда Рейган Харди, коротко вздохнув, устало приказал:
  - Солнышко, к ноге!
  И химера, которую почему-то звали Солнышком, начала ластиться к ноге своего создателя. Мои глаза приняли форму идеального круга, а потом резко сощурились. Значит, меня хотели в одиночку отправить в морг, чтобы это Солнышко меня по дороге растерзало?!
  - Она боится тебя больше, чем ты её, - глядя на свою химеру, хмуро оповестил окружающих магистр Харди.
  - Это вы кому? - осведомилась, всё ещё опасаясь Солнышка с немаленькими такими клыками.
  - Ей, конечно. Знаешь, как её пугают такие нервные особы, - вот теперь на меня смотрели с усмешкой, насмехаясь не только над вполне закономерным страхом, но и над тем, что я с ним никак не могла справиться.
  - Что ж она такая пугливая? - ехидно заметила, наконец, решив выйти из-за спины магистра Харди. Тот хмыкнул на это заявление, а потом снова глянул на свою зверюгу:
  - Солнышко, в кабинет. Следи за Эйри. Если пойдёт шпионить за приехавшим начальством - можешь припугнуть его.
  - И она вас понимает? - теперь уже хмыкала я.
  - У нее человеческий мозг, - на меня снова пренебрежительно взглянули, - конечно, не удалось дать ей весь потенциал человеческого мозга, но на простейшие действия благодаря поддерживающей её магии она способна, потому она понимает не только меня, ещё и вас.
  Нервно глянула на зверюгу, обошла и направилась к моргу. Ко мне вскоре присоединился магистр Харди. Наш покойничек теперь лежал в одиночестве. Как вчера я узнала из бумаг, под которыми расписывалась, второго мертвеца забрали, а этот у нас под личную ответственность Ротер на сутки. Потому с ритуалами надо заканчивать быстрее, пока труп не забрали следователи, не имеющие никакого магического потенциала, а потому заочно презирающие магические методы расследования. С завтрашнего дня мы в деле не участвуем. Официально.
  - Предлагаю чертить круги призыва вместе, чтобы сократить время, которое надо на всё это потратить, - предложила, раскладывая набор из мелков. Сейчас нам нужны были те, в производстве которых использовалась некромантия. Обычные тоже используются, но не в таких ритуалах.
  Как ни странно, но магистр Харди согласился быстро, а после позаимствовал мои мелки и запасной кинжал, так как свой у него отобрали ещё на стадии судебного процесса по его делу, а после так и не вернули, оформив судебный запрет на некромантию.
  И вот уже через десять минут мы не выдержали тишины, начав переругиваться. Точнее, началось всё с безобидного:
  - Кто так руну "ламиум" чертит?! - не слишком вежливо указал на мою ошибку магистр Харди, исправив чертёж.
  - А кто так контуры соединяет?! - также нетактично тыкнула мелом в разрыв контура.
  А потом понеслось...
  - Кто у вас преподавал руны?! Вы уже вторую путаете!
  - А почему у вас диаметр окружности похож больше на радиус, будучи хордой?!
  - А зачем вы замкнули третий контур со вторым?! Вы, что, не читали недавнюю работу Лейни, доказавшего, что без этого призыв работает лучше.
  - Раз мы переделываем схему, давайте тогда уберём эти сухие сочетания рун их учебника и сделаем нормальный охранный внешний контур!
  - Давайте! - рявкнул магистр.
  И мы принялись всё перечерчивать. Окончательный чертёж мало напоминал классический, но, безусловно, лучше подходил для нашего дела.
  - Опубликуем? - спросила, глядя на результат совместной работы профессионалов. Такое не грех и опубликовать, всё равно мне для получения звания магистра нужны публикации.
   - Сама публикуй, - снова отстранился и словно бы заледенел магистр Харди. И только тут я вспомнила, что ему нельзя публиковать работы по некромантии. Совсем нельзя. Даже теоретические выкладки без практического подкрепления под запретом. И только слепой может сказать, что его это ни капли не трогает.
  Сначала, вспомнив наше с ним знакомство, я хотела поиздеваться: перечислить, например, издания, в которых можно опубликовать работу, но потом поняла, что это низко даже с моим поганым характером. Остановилась на нейтральном варианте и 'не заметила' испорченного настроения магистра Харди.
  - Надо бы труп перетащить, - сказала самым обычным тоном, напоминая про ритуал. Магистр Харди метнул на меня непонятный взгляд, осторожно, но как-то очень легко поднял внушительной комплекции мужчину и перенёс его в центр одного из контуров. В другой тут же встала я, не показывая удивления по поводу силы магистра. Так просто поднять мужчину...
  Нет, его прошлое точно как-то связано с патрулём. Только там с помощью специального курса зелий и упражнений улучшают физическую подготовку магов. И только там можно так провиниться, что суд найдёт причину для запрета одного из направлений магии.
  Дальше всё было очень даже легко. Кровь призываемого, кровь призывающего, подпитка силой рун, замыкание энергетической составляющей контуров. Давно известный алгоритм, поправки в который для соответствия усовершенствованной схеме вносились даже как-то автоматически.
  И вот, как всегда, в сопровождении сладковатого привкуса и холодка, прошедшего вдоль позвоночника, перед нами появилась призрачная субстанция. Она металась в контуре, она пыталась вырваться, но тщетно, контур держал лучше любой клетки. Наконец, дух заметил своё тело, осознание приходило к нему медленно. Членораздельную речь от него мы услышали только через пятнадцать минут.
  - Как вас зовут? - не блистал оригинальностью дух. Дело в том, что все потусторонние сущности имён своих не помнят или изначально не имеют, чтобы не получилось прорвать грань между мирами, ведь только те, кто осознаёт себя, могут ступать в мир живых. Поэтому любой призванный будет стремиться узнать хоть одно имя. Поэтому первый урок по классической некромантии всегда начинается со слов: "Если вы пустите призванного в мир живых, назвав ему своё или любое другое имя, ваша карьера, а то и жизнь оборвётся очень быстро. И все некроманты, не сомневайтесь, этому поспособствуют.".
  - Как выглядел убивший вас? - имён они не помнят, а вот внешность очень даже. И картины из жизни. И иногда, если призванные вспоминают надпись или любой другой способ передачи информации, где содержится реальное имя, случаются прорывы, потому профессия некроманта весьма востребована в настоящее время.
  - Твоё имя?! - рванулся дух из контура, я даже не шелохнулась, зная, что защита его не пропустит.
  - Как выглядел убивший вас? - повторила вопрос, понимая, что это затянется надолго. Именно поэтому стопроцентный результат ритуалов не гарантировало ничто.
  Но тут позади меня раздался холодный, властный голос:
  - Отвечай на вопрос, если не хочешь остаться в этой схеме навечно!
  И почему-то дух сразу как-то поблек, но всё ещё сопротивлялся, впрочем, это не продлилось долго, и он сдался, начав сотрудничать. Магистр Харди продолжал расспрашивать жертву, а я находилась в предшоковом состоянии...
  Никогда не слышала о возможности общения с призванным кого-то, кроме призывающего! Вот почему подобные ритуалы не так уже и востребованы, ведь тот, кому что-то нужно от потусторонней сущности, вынужден доверять призывающему, будучи не в силах общаться с духом и проверять информацию от мага. И вот сейчас у меня на глазах рушилось то негласное правило, которое не дало ритуалистике стать частью чьего-то бизнеса! Магистр Харди не просто говорил с духом, он ему приказывал! А тот повиновался!
  Если он действительно нашёл какой-то способ таким образом контактировать с иным миром, ему могут дать звание архимага некромантии лишь за одно описание этого способа без практики или теории. Без всяких проблем с законом. Такого я еще никогда не встречала. Похоже, в Клионе, который я всегда считала недостаточно развитым городом, жили по-настоящему удивительные люди.
  Впрочем, магистр Харди не дал мне долго заблуждаться на свой счёт, снова продемонстрировав то, за что я на него злилась.
  - И долго так стоять будешь? - на меня даже не взглянули, - записывай давай! У меня память не идеальная, чтобы потом без проблем воспроизвести все его ответы, - кивок на призрачную субстанцию, - если же и ты не обладаешь таким даром, то доставай блокнот и строчи, раз уж диктофон умудрилась не взять!
  Скривившись, я всё же признала его правоту, а потому начала записывать... Скорописью. Я эти каракули понимаю, а вот посторонним будет не так-то просто. И, нет, это совсем не обида, а очередное разочарование в том, кем я начала восхищаться. Абсолютно не злорадство. Совсем.
  Тем временем дух признался, что не помнит, кто его убил. Помнит, что его долго тащили по неровной поверхности, а он был, как в тумане. Помнит, что где-то шумела вода. Помнит, что пахло дохлой рыбой, помнит, что раздражало солнце. И всё. И эти смутные ощущения могли нам помочь разве что с определением местности.
  Конец ритуала был традиционным. Мы поблагодарили духа, он потребовал имён, мы проигнорировали, он забился в контуре, я перестала подавать энергию на руны призыва. Дух исчез.
  Я с сомнением взглянула на чертёж и разводы крови на полу.
  - Ротер одобрила поломарательство?
  - Ротер, если ты не помнишь, выдала нам бумажку на получение швабер и вёдер, - не глядя на меня, потому что магистр перетаскивал тело обратно на стол, произнёс Харди.
  - И мы будем убираться? - скептически спросила, сложив руки на груди.
  - И, зачем мне тогда нужен Эйри? - на меня насмешливо посмотрели.
  - Несчастный паренёк, - присвистнула, осознав, кто выполняет всю грязную работу вместо своего наставника. Хотя за возможность индивидуального обучения у магистра многие пошли бы и не на такое. Были у нас в университете такие, кто добровольно приносил магическую клятву ученичества, становясь фактически рабом, зато получая знания, которых нигде не найти. Я на такое не решилась, да меня и не взяли бы в ученицы... С моим-то прошлым, прошедшим в тесном общении со стражами порядка. Нет, маги редко хорошо относились к полиции, а уж к тем, кто находился под её строгим надзором...
  - Хоть кто-то оценил мои усилия, а то все говорят, что я слишком мягок к окружающим, - съязвил магистр, накрыв тело простынёй.
  - Безбожно врут, - хмыкнула.
  Заглянув по дороге к Ротер в кабинет магистра, мы застали идиллическую картину: Эйри подкармливал Солнышко шоколадом, та то ли мурчала, то ли рычала, а в это время паренёк ей объяснял:
  - Ты только Харди на меня не жалуйся. Я тебе еще шоколада принесу, если не привлечёшь его внимание к произошедшему.
  Магистр Харди, прислонившись к косяку и сложив руки на груди, всё сильнее хмурился.
  - И что же должно привлечь моё внимание? - вкрадчиво осведомился он.
  Эйри вздрогнул, Солнышко попятилась, заскулив, наткнулась на стену, около которой и села, явно опасаясь хозяина. Паренёк тем временем обернулся, заметил меня, сглотнул, снова глянув на наставника.
  - Я жду, - напомнил о себе Харди.
  - Чего? - рискнула спросить я.
  На меня кинули недовольный взгляд, но не ответили. А потом магистр, оттолкнувшись от косяка, оповестил:
  - Я сейчас к Ротер. И если я вернусь, а последствия чего-то, о чём я пока не знаю, не будут устранены, тебя ждёт дежурство в зверинце. И, да, после того, как избавишься от последствий убери следы ритуала в морге. После этого сразу ко мне.
  Эйри как-то сразу побледнел. Я ему искренне посочувствовала, осознав, что может быть личным  зверинцем химеролога. На Солнышко было жалко смотреть. Она была такая расстроенная, что я даже бояться её перестала. Вот только магистр на неё не смотрел, явно знал, что та испытывает, но не замечал.
  А потом мы отправились к Ротер. Та находилась у себя, мы вошли без стука. По другому с химерологом и быть не могло. Её усталые глаза моментально сощурились при взгляде на нашу парочку. Она вздохнула, а потом спросила:
  - Как прошло.
  - Нормально, - нейтрально отозвался магистр, - нам нужно разрешение на продолжение расследования.
  Я возмущённо обернулась к магистру, но тот не обратил на это внимание. Я же абсолютно не горела желанием что-то продолжать. Своё дело я сделала, со всем остальным не ко мне! Примерно это я выложила магистру. Тот молча выслушал, а потом непреклонно ответил:
  - Ты не можешь бросить расследование, Паукова, те бумажки, что ты вчера заполняла, повесили на тебя не только ответственность за целостность трупа, но и ответственность за все магические действия по ходу расследования. К тому же Ротер тебя не отпустит. Так? - обернулся магистр к женщине с усталыми глазами.
  Та только кивнула, виновато на меня поглядывая.
  - Снежана, вы меня извините, - наконец, пробормотала она, - но у нас некромантов нет, - магистр напрягся, нахмурившись, - практикующих некромантов нет, - исправилась Ротер, - а именно они нужны здесь. Эти убийства... Они ведь последний шанс нашего магического отдела вернуть нормальное финансирование, если мы раскроем дело вперёд следователей - нас не распустят по другим организациям. В конце концов, вы же тоже маг. И знаете, как к нам относятся. Помогите нам, а уж мы хорошо заплатим.
  - Но вы же даже не маг! Почему вы так печётесь об этой организации? - удивилась не на шутку я.
  - Я - нет, а вот мой отец был магом. И именно он столько лет держал на плаву эту организацию - единственную юридически оформленную магическую организацию в Клионе. И теперь все его труды могут пойти... лесом.
  Под выжидающим взглядом Ротер и хмурым магистра я скривилась и честно призналась:
  - Это всё очень трогательно, но у меня и своих проблем хватает.
  - А у тебя, Паукова, выбора нет, - прервал собирающуюся что-то сказать Ротер магистр Харди, - ты бумаги подписала? Добровольно? Значит, смирись, возьми деньги и упивайся жалостью к себе и своим проблемам в нерабочее внемя. А от вас, - он посмотрел в глаза Ротер, - нам нужна вмего лишь одна бумажонка.
  - Будет к вечеру, - ответила женщина, избегая на меня смотреть, и недвусмысленно показала на выход.
  Магистр вышел стремительно, я же задержалась:
  - Знаете, Ротер, я не самый лучший работник. Я сижу на успокоительных, наблюдаюсь у психологов, стою на учёте у органов правопорядка и страдаю мстительностью.
  Женщина с сомнением на меня посмотрела, всё больше и больше сомневаясь в своём решении. Но тут в комнату заглянул магистр и, закатив глаза, дёрнул меня за руку, вытащив в коридор, после чего захлопнул дверь у Ротер и тут же обратился ко мне:
  - Я тоже не лучший работник и ещё худший начальник, потому у тебя есть все шансы остаться здесь и строчить отчёты.
  - А на что нам тогда ваш Эйри? - приподняла бровь я, опираясь на стену и глядя снизу вверх на магистра Харди. Тот только хмыкнул:
  - Вот видишь, ты уже проникаешься атмосферой этого места и главным принципом работы со мной. Ещё немного и будешь напиваться на корпоративах наравне со всеми, - излишне оптимистично заявил он.
  - Как будто вас туда кто-то приглашает, - фыркнула, вспомнив местную "любовь" к химерологу.
  - Значит, будем вести трезвый образ жизни, - прошипел магистр Харди. Вот только я уже знала, что за агрессией тот скрывает темы, ему небезразличные. А не так уж и асоциален этот общественный элемент.
  Но сейчас важно было другое... Я абсолютно не желала работать здесь, я совсем не хотела тратить время, оставлять Торна без присмотра, а дедушкину загадку без разгадки. Дед точно что-то спрятал, что-то, что очень нужно прорве народа. Не просто так в моей жизни появился Торн с соседом. Не просто так вокруг крутятся различной степени подозрительности народ. И вот вообще не просто так происходят эти серийные убийства, о которых ничего не известно.
  Вот только я трезво оценивала свои силы и прекрасно понимала, что тайны деда у меня раскрыть, может быть, и получится. А вот защититься от тех, кто желает в этом поучаствовать, скорее всего, нет. Значит ли это, что мне нужна помощь?
  Я задумчиво посмотрела на магистра Харди, который явно заметил мои размышления и метания, а теперь следил за ними со смесью раздражения и чего-то непонятного.
  - Я согласна на сотрудничество, но мне нужна помощь, - тут же решительно заявила, не разрывая зрительного контакта. Сначала мужчина нахмурился, потом поморщился, а дальше задумчиво сообщил:
  - А ведь я сразу понял, что с тобой что-то не так. Если у тебя проблемы с законом, на мою помощь можешь не рассчитывать. Ещё один судебный иск против меня - и химерологию практиковать мне запретят. А после этого остаётся учиться разве что на целителя.
  - Пока проблем с законом здесь у меня нет, - осторожно сказала, чувствуя то, что я могла чувствовать только по отношению к магу, не к человеку. То доверие, когда понимаешь, что маг никогда не донесёт, никогда не усомнится, что причина проблем с охранниками правопорядка не в тебе, а в них. В общем, маги имели свою субкультуру, правила которой не нарушал никто. Общий враг в лице закона объединял всех магов. Абсолютно всех. Даже светлых и тёмных.
  - Со всем остальным в разумных пределах помочь смогу. Связи у меня есть, деньги тоже. Но ты должна сделать всё, чтобы Ротер не столкнулась с тем, что дело всей её и её отца жизни закроют.
  И вот теперь как-то даже было стыдно отказываться от сотрудничества... Как бы ни позиционировал себя магистр, но в данный момент он заботился о Ротер. О той Ротер, что не вызывала у него ещё недавно ничего, кроме презрительной усмешки. Впрочем, так он относился ко всем.
  - Договорились, - кивнула. Магистр Харди отошёл, я тоже не задержалась у стены. И мы вместе направились в его зверинец. Почему туда? Оба понимали, что нужное место раньше следователей сможет найти разве что существо, прекрасно ориентирующееся в городе. Таковым не являлся никто из нас, а потому магистр справедливо предложил использовать помощь некого Нюхача.
  Вот по какой причине мы направились к дому магистра. Тот находился в двух шагах от администрации, где размещалась организация Ротер. Домик был двухэтажным, каким-то заброшенным, внутрь мы так и не вошли. Нет, мы проследовали во дворик перед домиком. Там стояло добротное деревянное здание без окон. Дверь запиралась на большой, амбарный замок. Поверх него виднелись чары, неизвестного мне предназначения. Но вот внутренности деревянного вытянутого здания мне понравились ещё меньше. Вдоль стен, освещённых тусклыми лампами, стояли в ряд клетки с толстыми, прочными и несколько покорёженными прутьями. Поверх первого ряда шёл второй. Тонкая дорожка между клетками не давала ощущения безопасности.
  Впрочем, магистр Харди чувствовал себя тут более чем уверенно. Он с лёгким удивлением осмотрел тихих обитателей зверинца, взял железный прут у стены и с наслаждением провёл по прутьям ближайшей клетки.
  Как же зашипели обитатели зверинца! Как они заревели! Начали кидаться на стенки тесных клеток! Вопить! Рвать когтями себя и соседей!
  - Зачем вы их разозлили? - спросила. Но на меня только пренебрежительно глянули, видимо, минута доверительных разговоров прошла, а мы снова вернулись к истокам. Исключительно из вредности не стала больше ничего спрашивать, принявшись разглядывать обитателей зверинца. Были здесь и маленькие пауки, к которым пришивали передние конечности богомолов. Были и гигантские обезьяны с кошачьими хвостами. Были и кролики с клыками кого-то из хищников и волчьими ушами. А вот за клетками располагались стеллажи, ранее мной не замеченные.
  И вот на длинных стеллажах в банках стояли различные органы животных, а на столе за стеллажами лежал трупик какой-то лисицы. Вот откуда шёл этот отвратительный запах, зливший не только меня, но и здешних обитателей.
  Похоже на лабораторию какого-то сумасшедшего учёного. Вот только химерология именно так и выглядит. Раньше адептов этой области магии заслуженно опасались. Пока им не запретили делать марионеток из мертвецов человеческого вида. Но и сейчас редкая область магии заслуживала почтительного страха от непричастных к ней.
  Жутковатое местечко, но выглядит куда уютнее жилого дома.
  - Нюхач, - позвал негромко магистр Харди, - мурлыкни, а? Опять забыл, в какой ты клетке.
  Откуда-то сбоку раздалось злое рычание, перекрывшее показавшиеся незначительными голоса остальных химер. Мурлыкал Нюхач примечательно. А уж, когда я увидела его, выпускаемого магистром из клетки... Огромная животина, породу которой я не могла бы определить при всём своём желании. Оскаленные клыки в три ряда, толстые усы по бокам морды, затуманенные отсутствием интеллекта глаза без зрачка.
  - Ты сейчас должен нас отвести в то место, что подходит под описание...
  Во время монолога магистра у меня появились подозрения, почему его слушался дух. Было что-то в этих повелительных интонациях, что заставило присмиреть даже эту химеру. Она уселась на объёмный зад, жалобно глянула на хозяина и пронзительно заскулила. Тот поморщился, но нянчиться с ней, как с Солнышком, не стал. Нюхач обиделся ещё больше.
  - Идём, - обратился ко мне Рейган Харди. А, может быть, говорил он с химерой. В любом случае мы обе послушно отправились за магистром. Из деревянного домика я вышла, с наслаждением вдохнув свежего воздуха. Всё-таки лаборатория химеролога не могла не угнетать.
  Пока я смотрела в небо, с наслаждением вдыхая пары машинных газов, кто-то пушистый ткнулся холодным носом мне в ладонь. Чуть не отдёрнула руку, сразу догадавшись, что это химера.
  Вот только Нюхач не съесть меня хотел. Отчаянно ревнуя хозяина к Солнышку, химера почему-то начала ласкаться ко мне. Вспомнив, как я себя чувствовала, когда приезжали папины дети от первого брака, а тот отдавал им всё своё внимание, забывая о проблемной дочери, невольно погладила пушистую морду Нюхача. Тот моментально взбрыкнул, но рычать не стал.
  Невольно оглянулась на изумлённого магистра. Тот выдал своё удивление лишь поднятием брови, хмуро проводил взглядом сразу же ставшего ко мне добрее Нюхача, фыркнул и отвернулся.
  И мы снова пошли. В этот раз предводительствовал Нюхач, именно он и довёл нас до высокой каменной стены, поверху которой шла проволока. Стоя перед ней, мы уже были основательно вымотаны, так как никакого транспорта химера не предполагала, и семь километров мы преодолели пешком. С внушительной скоростью.
  - Это здесь? - спросила у Нюхача. Тот снова начал ластиться и нежничать, вот только настроения злить магистра уже не было. Да тот и сам был не рад прогулке, потому, будь я способна злорадствовать, уже бы улыбалась. Вот только тоже устала. И значительно сильнее, ведь почти бежала.
  Одновременно с Рейганом Харди мы окинули глазами внушительную стену. Та внушала. Я смотрела с сомнением и отчаянием, он с решительностью, которая мне абсолютно, вот совсем, не нравилась.
  - Мы же не будем перелезать через стену? - подозрительно поинтересовалась, двигаясь подальше от активного Нюхача. Тот был энергичен и в прогулках и в проявлениях симпатии, потому вся левая рука уже была в зловонной слюне.
  - По-другому к нужному месту не попасть, раз Нюхач привёл сюда, значит, это единственная возможность для нас, - пробормотал, оглядывая стену, магистр.
  - Я отказываюсь в этом участвовать. Проблем с законом мне и так хватает, - решительно глядела в глаза внезапно развернувшегося химеролога. Тот медленно приблизился:
  - Вот только не говори, что никогда ранее не лазила через заборы.
  - Разве эта стена напоминает забор? - резонно осведомилась.
  - Если бы напоминала, я бы уже давно был магистром иллюзий, - огрызнулся Харди, - а раз мы тёмные, значит, и справляться будем своими методами.
  - Что-то я не вижу рядом кладбища, чтобы заставить скелеты уложиться перед нами насыпью, дав по ним перебраться на другую сторону, - съязвила, тоже начав искать способы преодолеть идеально ровную стену.
  - Если у тебя только такой вариант придумывается, то ничего удивительного, что у тебя проблемы с законом, ведь нынешние некроманты так обмельчали, - ехидно ответил магистр.
  - А, может быть, химеролог озвучит обмельчавшим некромантам свой вариант? - отозвалась больше из любви к спорам, нежели из желания задеть. Вот только моя фраза стала именно издёвкой над потерей возможности практиковать некромантию магистра. Тот окинул меня холодным взглядом, повернулся к стене, прикоснулся к ней и начал на распев читать... бытовое заклинание! Бытовое заклинание чистки! Такие доступны всем разновидностям магов, даже целители могут их применять. И я тоже знала парочку из курса по бытовой магии в университете. Вот только магии в это конкретное заклинание вложено было раз в сто больше, чем надо для очистки дома.
  Часть стены и очистилась... До основания. Да, заклинание посчитало ее мусором, как и многие другие материалы. Что и стало причиной для его малой распространённости. Однако бытовики им вполне успешно пользовались, вот только для уборки конкретного помещения надо было полдня потратить на расчёты и правку формулы, чтобы не произошло того, что случилось со стеной.
  А так, да, так-то заклинанием пользовались.
  Но я всё ещё продолжала с потрясением смотреть на образовавшийся проход, на оплавившиеся края, на выжженную траву.
  - Твою ж..., - глянула на Нюхача, решив при нём не ругаться, - эволюцию! Это сколько ж сил туда было вложено?!
  Мне не ответили, вот совсем. Магистр Харди осмотрел проём, заглянул внутрь и тоже выругался:
  - Твою ж..., - он посмотрел на меня, - эволюцию!
  Я тоже заглянула внутрь и поняла эмоции мужчины. Бетонная стена окружала огромную замкнутую территорию, куда доносились звуки речки, разбивающейся о камни стены, проходящей рядом с речкой. И вот вам классическая загадка запертой комнаты... Да ещё и территория эта, пустынная.
  - Зачем строить стену, окружающую пустоту? - задала вопрос вслух.
  - Это сейчас тут ничего нет, а когда-то здесь собирались построить дом, - магистр нахмурился, будто знал, кто собирался, и кто не построил этот самый дом, - в общем, дома не сделали, а стену вокруг оставили, замкнув, чтобы никто не сунулся. Тут уже лет восемь никакой активности нет.
  - Но, как тогда здесь убили нашу жертву, - а здесь её точно убили, как некромант ощущаю, - ведь сюда не пробраться. По крайней мере не пробраться без видимых последствий, - оглядела разрушенную стену.
  - Меня это тоже интересует, - согласился магистр Харди, - загадка запертой комнаты. Никто не мог войти, никто не мог выйти, а убийство есть. Загадка...
  Возвращение в администрацию прошло как-то незаметно. От самого пролома в стене каждый погрузился в свои мысли. На лице магистра прочертила дорожку усталость, у него явно было не слишком хорошее настроение. Потому, как только мы оказались в его кабинете, он оставил меня с Эйри, а сам отправился к Ротер.
  И вот только тут я подумала об ответственности за снос части стены... Оглянулась на старательно занимающегося Эйри, обиженную невниманием хозяина Солнышко и ревниво смотрящего на неё Нюхача.
  - Эйри, а, что нам с магистром будет за пролом стены? - решила разведать обстановку, чтобы знать, на кого свалить вину. Разбирательства с законом мне сейчас ни к чему.
  - Какой стены? - изумился мальчик, потрясённо смотря на меня.
  - Да той, что на улице Трупов, между домами 11 и 15.
  - Тот участок по адресу улица Трупов, 13? - спокойно поинтересовался мальчик.
  - Ага, - согласилась, зевая.
  - Ничего вам не будет. Это же территория магистра.
  Так и захлопнула рот, прервав зевок! Это участок Харди?! Первой мыслью было - вот теперь к расследованию нас точно привлекут. Второй - в качестве подозреваемых! Третьей - а с чего бы он там дом не стал строить? Почему не пользуется столько лет землёй? Зачем стену замкнул?
  
  Глава 4
  
  Задать вопросы я не успела, да я вообще ничего сказать не успела. Под девизом прибывающего начальства пришедшая Ротер отправила меня домой. Эйри светила тотальная уборка в кабинете наставника, магистр Харди более не встретился. Понятно, что возвращалась я не в лучшем духе, но чётко знала, что сегодня надо будет разобраться со второй загадкой деда. Как бы я не оправдывала его скрытность, но то, что я могу найти, уже откровенно пугало, если не сказать больше.
  Одиноко сидящий на порожке Торн был совсем не против моего проезда. Он вообще казался каким-то апатичным. Зато участок сиял! Даже кусты по бокам Торн подравнял секатором. А ведь я знаю, что те сопротивлялись. Они составляли часть защиты периметра, а потому к стрижке относились ужасно, к стригущим ещё хуже. Вот и Торн весь расцарапанный выглядел дико уставшим.
  - Явилась, не запылилась, - буркнул он, заходя в дом, который я ему открыла. Швырнув садовые перчатки на стол, он поплёлся наверх, бурча под нос и уже будучи не в состоянии разыгрывать безудержный оптимизм.
  Я же только радовалась возможности побыть наедине. Порадовалась и тут же помчалась доставать дедушкину подсказку. С ней же рванула в святая святых, то место, куда меня дед не пускал до восьми лет, то место, которое сохранилось ещё от прошлых владельцев дома... Величественная, богатая и абсолютно пыльная библиотека.
  Только тут можно найти ту книгу, что выбрал дед для дешифровки. Вот только у тех, кто захочет просто перепроверить все имеющиеся тут книги, и жизни не хватит. Полки с книгами исчезали из видимости за первым же поворотом. Честно говоря, эта библиотека занимала почти весь второй этаж. Её столько раз хотели выкупить у деда, что мы с ним даже завели блокнотик, где подсчитывали, сколько нам уже за неё предлагали.
  Ещё одно воспоминание об этом помещении касается картин с тем самым пейзажем. Я рискнула все их пересчитать в пределах библиотеки, когда мне было лет одиннадцать. На пятьдесят третьей я сбилась, став путаться. Картины особняка вообще были отдельной темой, какой-то эксцентричный предок посчитал нужным развесить их даже в уборных.
  Но сейчас не об этом... Сейчас мне было, скорее, тоскливо от обозрения всех этих книжных богатств. Мне тоже предстояло перерыть огромное количество книг, если не удастся их число сократить за счёт поиска других подсказок от деда в уже имеющихся. Наверняка ведь что-то ещё он спрятал, что-то ещё можно понять по этим клочкам бумаги.
  Снова те же пары цифр: "2-23 1-11 2-12 3-416 3-15 1-1219 1-115 3-15". Спустя десять секунд я начала искать среди них закономерности, как ни странно, обнаружила довольно быстро. Первые цифры изменялись в диапазоне от 1 до 3. То есть, какая бы книга не имелась в виду дедом, но в ней должно быть 3 предложения/слова/абзаца/страницы/части. Последнее выглядело наиболее реалистичным, потому я начала срочно вспоминать книги из трёх частей. Их не так много, но на ум ничего не приходило. Тогда вспомнилась ванна.
  Ну, не просто же так меня заставили найти подсказку именно под ней. Тут же всплыло знакомое название "Двадцать тысяч лье под водой". Вот только там не три части. Затем мысленно попробовала под этот критерий уместить ещё одну 'водную' книжку "За бортом по своей воле", за ней последовали всем известные классические произведения, не обошлось и без ещё нескольких книг Жюля Верна. Ни в одной я не обнаружила трёх частей.
  Нет, дед не стал бы так усложнять, чтобы мне пришлось рыться в библиотеке. Вряд ли он хотел именно этого. А уж ванна... Если она на что-то и намекает, то никак не говорит об этом прямым текстом. И тут в голове молнией мелькнуло название! Сейчас, ещё чуть-чуть - и ухвачу... Вспомню!
  Вот всплывает перед глазами картина, как дед в который раз перечитывает старый томик в жёсткой толстой обложке, я спрашиваю, почему он не возьмёт новую книжку. А дед гладит меня по непослушным русым волосам и, как всегда, мягко говорит:
  - Снежа, такие книги, как эта, нуждаются в постоянном внимании. С каждым последующим чтением я открываю для себя что-то новое. Когда-нибудь тебе пригодится привычка перечитывать самое важное...
  К слову, мягким дед был только со мной. С мамой он всегда говорил строго, фразы буквально цедил, а на папу смотрел с презрительным недоумением. Понятно, что особой симпатии между моими родственниками не наблюдалось. А уж с папиной стороны родня моего дедушку просто опасалась.
  Что ж, привычка теребить дедушкины книги мне действительно пригодилась. "451 градус по Фаренгейту", одна из самых не любимых книг деда. Да, он её не слишком любил, он вообще художественную литературу признавал не всю и с оговорками. Считал, что, чтобы достать что-то важное из таких книг, надо досконально знать их. Поэтому он больше любил научно-популярное, а уж его фразы о том, что жизнь слишком коротка, чтобы пытаться понять всю художественную литературу, что лучше воспринимать полезное и значимое сразу и большими порциями... Как же не хватает таких его иногда странных суждений.
  А ведь он, несмотря на всю категоричность характера, не навязывал мне свою точку зрения. Всегда требовал, чтобы я думала своей головой. Даже книги давал выбирать самой. А уж его воспитательные методы... До сих пор вспоминаю, как дед ограничивал меня в сладком.
  Ведь никогда не запрещал, даже сам давал конфеты, если грамотно аргументирую, почему он должен дать мне их. Аргументы каждый раз должны были быть новыми. Ух, как я тогда на него злилась. А, в тех же университетах это сильно пригодилось. Особенно при защите своих работ.
  Наверное, дед был единственным, кто считал меня особенной, а не опасной и неконтролируемой. Он так и говорил в редкие минуты откровенности, глядя на меня так, что его привычные морщинки между бровями разглаживались:
  - Ты особенная, Снежа, помни об этом. Там, где другие пройдут мимо, ты будешь искать. Там, где все будут однозначны и категоричны, ты будешь сомневаться. Всегда сомневайся. Ведь так легко верить, а вот искать истину - это всегда сложно. Не обижайся на родителей, они боятся и тебя, и за тебя, но если бы ты действительно была опасна, тебя ликвидировали бы ещё в детстве. Магам нелегко среди нас, а тебе особенно. Ты ведь никогда не сдаёшься, а уж прогибаться не умеешь и вовсе. Хотя иногда это и полезное умение.
  О, да, отношение деда ко мне всегда было несколько странным. Он словно пытался меня чему-то научить, боялся не успеть, а ещё он ненавидел, когда мама с папой пытались объяснить мне, что мне можно, а что нельзя делать. Он тогда уходил в соседнюю комнату с мамой (это было ещё до того, как они окончательно порвали все связи), а уже там зло просил её не загрязнять мне мозги чужыми проблемами. Он всегда был единственным, кто меня поддерживал. Даже, когда я пошла получать второе образование, именно он стал моей опорой. Маме же хватило и одного тёмномагического образования, чтобы бледнеть при каждой нашей встрече.
  Но, ладно, наши семейные взаимоотношения не являются идеальными, однако, у кого они такие? Сомневаюсь, что в этом чокнутом мире есть хоть одна показательная семья, а, может, это слова обиженного ребёнка?
  В общем, спустя несколько минут, потраченных на размышления, я уже стояла у полок и пыталась вспомнить, на какой полке, на каком стеллаже искать нужную книгу? Если в этой библиотеке дед и спрятал нужное произведение, так просто мне его не найти, ведь на привычном месте книги не было.
  Значит, переводить надо без книги. Из этого автоматически вытекает, что в цифрах не закодированы номера страниц. Будь так, из издания в издание они могли бы меняться, а послание не могло бы быть расшифровано и вовсе. Следовательно, либо искать дедову книгу, которую дед спрятал, но явно сделал это не с целью запутать меня ещё больше, а с целью не дать другим участникам нашей игры обыскать библиотеку и найти нужное, либо пытаться расшифровать всё с электронной версией.
  Найти книгу и открыть её на планшете заняло не так много времени, чуть больше понадобилось, чтобы догадаться, что имел в виду дед под парами цифр. Если первое число обозначало часть. То второе могло содержать в себе количество предложений или абзацев.
  Но даже так я получала в руки не конкретную букву или слово, а предложение или абзац. Долго не могла понять, в чём тут прикол, пока не подумала, что дед вряд ли бы стал так усложнять задание. Ведь второе число в одном из случае было "1219", это сколько бы пришлось отсчитывать предложений или абзацев? До конца книги бы хватило!
  Невольно начала хмуриться, глядя на огрызок бумаги перед собой. Что же от меня хотел дед? А, может, это и не книжный шифр вовсе, может быть, это что-то иное? Ведь я решила, что это именно такой способ шифровки лишь на основании наличия пар чисел, но уже сейчас выяснилось, что второе число не может являться ни количеством предложений, ни количеством абзацев. Количеством слов от начала абзаца? Или букв? Не знаю... Четырёхзначное число не давало мне покоя. Дед не стал бы усложнять задачу подсчётом более тысячи элементов, он любил сложности, но только изящно и гармонично выполненные. Это же совсем не в его стиле. Абсолютно.
  Тут мой телефон зазвонил. Забывшая о нём я, чуть не выругалась.
  - Твою ж... эволюцию, - компания Нюхача мне явно идёт на пользу.
  - Да! - буквально прошипела в трубку.
  - Какая... экспрессия, - отозвался на том конце знакомый мужской голос.
  - Магистр Харди? Откуда у вас мой номер?
  - Вас честно сказать гадость, или соврать приятное?
  - Пожалуй, от первого не откажусь, - раздражение из меня выплёскивалось отнюдь не радушными интонациями.
  - Пароль надо ставить надёжный, тот из четырёх цифр, что блокирует доступ к вашему телефону, не является ни надёжным, ни даже удовлетворительным. Если хочешь, я могу придумать тебе нормальный пароль.
  - Чтобы его знала я и ты? - не сдеражала насмешки.
  - Зачем ещё и тебе его говорить? - изумлённые интонации были почти натуральными, - пароль должен знать только один человек. Два знают - уже не тайна.
  - Ха-ха-ха, - также "натурально" я рассмеялась, - чего звоним в нерабочее время?
  На том конце на некоторое время распространилась тишина, а затем окно позади меня тренькнуло. Недоуменно обернувшись, ничего не обнаружила. И ещё раз задала тот же вопрос телефону. Окно снова вздрогнуло, распространив по помещению тихий звук. Я разозлилась.
  Подошла к окну, осмотрела. Ничего такого на нём не было. Кроме крошечной царапины. Я тут же обратила внимание на птичку, сидящую на каком-то выступе рядом с окном, если это её клюва дело, то сейчас в мире станет на одну особь этого вида меньше.
  Птица была самой обычной. Серой с белыми разводами и в меру пышным хвостом. Вот только клюв выглядел нездоровым. Да и сама она сидела, почти не шевелясь и не моргая. Ни одно её пёрышко не колебалось.
  - Химера, - догадалась я внезапно.
  - Ну, наконец-то, - раздалось из телефона, который я всё ещё держала в руке. Вот честно, чуть не выронила от неожиданности. А затем требовательно спросила:
  - Каким образом твой будущий трупик птички сумел преодолеть защиту?!
  - Я был одним из тех, кто её ставил...
  - А сделать для себя лазейки - это святое, - договорила за него.
  - Вот видишь, ты всё понимаешь, - магистр Харди говорил уже не так терпеливо, и даже по обыкновению совсем не вежливо.
  - Кроме того, почему-то дед привлёк вас к обновлению старой защиты и созданию новой, - прошипела, думая, сколько ещё сюрпризов меня ожидает.
  - Так я один из двух магистров в городе. К тому же одна из работ на это звание касалась самоподпитывающихся защит обширных территорий, - удивительно спокойно пояснил магистр Харди.
  - То есть вы можете сюда залезть в любое время? - спросила, пытаясь испепелить химеру, отправляя в её сторону тёмные и не слишком энергозатратные молнии. Те вылетали из пальца, но птичка от них неизменно уворачивалась.
  - Нет, конечно. Только по вторникам! - надо мной издевались и даже не скрывали этого, - кстати, не надо пытаться уничтожить химеру. У меня таких стая, а они очень привязаны друг к другу. Поэтому спускайся и выходи к дороге, - в телефоне раздалось гудки. Похоже, последняя фраза была не предложением - приказом, не меньше.
  Ага, я так впечатлилась. Хм, а почему бы и нет? Мне в любом случае нужна помощь с шифром. Втягивать в это Торна я не хочу, а вот воспользоваться умом магистра, который, возможно, сумеет мне помочь... Почему бы и нет? Вот только Торна нужно сплавить подальше, пока я буду отсутствовать.
  Я взяла планшет с книгой и шифр, заперла дверь библиотеки, занавесила её гобеленом, занимающим пространство в четыре таких двери. Слабое прикрытие, но пока работает. Кстати, сюжет гобелена ничем не отличался от сюжета картин, вот только особняк на нём стоял среди болотного пруда. Вокруг на береге развалились русалки, а где-то за холмом устраивали шабаш ведьмы.
  С Торном я столкнулась на кухне. Огромного размера бутерброд с колбасой и сыром, ширину которых можно было бы считать в квадратных сантиметрах, покоился в его руках. Паренёк снова выглядел нормально. Не успела я войти, как Торн тут же оповестил:
  - Я отъеду на пару часиков, хорошо?
  Чуть не показала свою радость по этому поводу, сдержалась:
  - Да без проблем. Я тогда тоже уеду. Вернусь часа через три, подъезжай к этому времени или позже. Закончим уборку на нашем этаже.
  - А, можно, я не приеду сегодня? - простонал он. И, кажется, даже не притворно.
  - Конечно, - радостно кивнула, - не приезжай, завтра к этим этажам прибавятся два нижних. Всё сразу и уберёшь!
  - Изверг..., - хмуро оповестил он, вгрызаясь в бутерброд.
  Я только плечами пожала, а после, вытолкав его на улицу, сама отправилась к выходу через калитку. Пешком, что тут же было подмечено Торном. Тот ничего не сказал и, достав свой велосипед, покатил к главным воротам.
  Задняя калитка обладала, по всей видимости, богатой историей. Железная кованая дверь открывалась только в сторону особняка, но для этого надо было найти ключ от замка. Ключ лежал под камнем. Камень находился рядом с крыльцом, ведущим в особняк. Нужный камень отыскивался через раз, а потому калитка открывалась очень редко.
  Однако в этот раз вся процедура прошла на удивление легко, вот только все равно пришлось потратить на неё минут пятнадцать. Потому встречал у широкой дороги меня хмурый магистр, чья химера-птичка то и дело мощным пинком безжалостного хозяина отбрасывалась подальше. Химера не сдавалась и продолжала пытаться добраться до любимого создателя. Тот, видимо, готов был обниматься только с Солнышком, а потому птичка раз за разом улетала в сторону моего особняка с помощью волшебного пинка.
  - Я уж думал, что не дождусь. В моём возрасте ожидание девушек возможно лишь с постельной перспективой, - проворчал магистр, запуская птичку в очередной полёт, - хватит! - рявкнул он ей.
  - И, как её обозвали? - спросила, пытаясь сменить тему на что-то, кроме моей непунктуальности.
  - Адмирал Горшков, - оповестил магистр.
  Через пару секунд недоумения осторожно поинтересовалась:
  - А почему ей так не повезло?
  - На тот момент я уже не помнил ни одного названия эсминцев, потому в дело пошли фрегаты.
  - Есть фрегат - Адмирал Горшков? - переспросила, не совсем представляя себе боевой корабль с подобным названием.
  - Есть. И теперь и птица с таким именем есть, - магистр Харди, наконец, сумел оттолкнуть химеру достаточно далеко, чтобы та больше не покушалась на его штаны и ноги. Адмирал Горшков гордо взмахнул потрёпанными крыльями и улетел, вероятно, в зверинец.
  - И зачем вы меня позвали? - иногда я продолжала называть его на 'вы', путаясь и не пытаясь это скрывать. Он обращался ко мне только 'ты', и было похоже, что он окончательно определился со своим ко мне отношением.
  - Надо дать показания следователям. Обычным следователям.
  - Тем, которых так не любит Ротер?
  - Угадала, - отозвался магистр Харди. Тут же он указал мне на шикарную машину. Не из тех, на которые пускают слюни любители, а на шикарную в том смысле, что она идеально подходила под требования мага, мужчины и просто занятого человека. Наверное, будь у меня деньги, я бы выбрала такую же. Лишних денег у меня давно не водилось, а потому я только спросила у Рейгана Харди:
  - Твоя?
  - Нет, у соседа спёр, - абсолютно серьёзно ответил тот. Не знала бы его, ни за что не догадалась бы, что так проявляется его непростой характер. Да что там! Отвратительный, если честно!
  С ветерком прокатиться не получилось, скорости я опасалась, а потому сразу попросила не гнать. Как ни странно, магистр даже ко мне прислушался, пока кто-то его не подрезал. Прошипел:
  - Твою ж..., - он наткнулся взглядом на меня и выдавил знакомое, - эволюцию!
  А затем он набрал такую скорость, догоняя того несчастного, которому не посчастливилось переехать дорогу неприветливому магистру, что я уже не смогла сдержаться:
  - Остановись! Остановись, твою... эволюцию! У меня даже завещания нет!
  Самое удивительное, когда маг понял, что я не притворяюсь, он несколько снизил скорость, однако его внимательный взгляд на номера струхнувшего и удиравшего со всех колёс 'героя' заставил меня посочувствовать последнему. Тёмные маги всегда отличались особой мстительностью. И злопамятностью. И изобретательностью. И чёрным чувством юмора.
  - Боишься скорости? - даже как-то совсем не насмешливо спросил магистр, провожая своими тёмными глазами мои движения. Я же пыталась разжать судорожно сжавшиеся вокруг ремня пальцы.
  - Нет, боюсь автокатастроф, - почему-то ответила честно.
  - Тяжёлые воспоминания из детства?
  - У меня было нормальное детство!
  - Понимаю..., - абсолютно непроницаемо отозвался Рейган Харди, - постараюсь больше не нарушать правил дорожного движения.
  - У меня было нормальное детство!
  - Да-да, - кивнул магистр, явно отказываясь верить моим словам, даже смотрел на меня он теперь с какой-то жалостью.
  Дальше мы уже ехали в тишине. Машины, которые мы не так давно обогнали, теперь объезжали нас, плетущихся с положенной скоростью, а водители с интересом наблюдали за магистром Харди. Стекло было тёмное, потому видели они только неясные очертания, но всё равно раздражало... И не только меня.
  Нужное нам здание располагалось напротив администрации. И выглядело столь же роскошно. Встретил нас какой-то неприветливый серый мужчина, незаметный, неприметный, странный. Он же, не говоря ни слова, проводил нас в какую-то комнату, где сидел... Даже не знаю, как назвать этого очень уж похожего на магистра Харди молодого человека. На пару лет Рейган Харди был точно старше, однако семейное сходство виднелось во всём.
  Вот только этот мужчина был куда приветливее Харди.
  - Добрый вечер, - он тут же встал, а после и вовсе отодвинул для меня стул. На Харди он глянул пока только раз.
  - Добрый, - кивнула, настороженно оглядывая лениво откинувшегося на спинку кожаного кресла мужчину.
  - Мне кажется, я вас где-то уже видел, - тем временем принялся пристально меня рассматривать родственник магистра. Он не мог меня видеть. И не видел. Но он слишком хорошо знал, какое впечатление производит на противоположный пол. Вот только он не был магом. Этого мне хватило, чтобы сразу отнести его в категорию тех, кто меня не интересует.
  - Я, кажется, тебя предупреждал, Ильшер, - послышался расслабленный голос магистра Харди, однако, расслабленность никого не обманула. Все почувствовали угрозу.
  Вот и Ильшер перестал страдать ерундой, перейдя к сути дела:
  - Вам необходимо будет проконсультировать наших ребят. Как бы на вас не давила Ротер, но собственного расследования у вас нет. И не будет. Ваша задача лишь предоставлять необходимые сведения и сотрудничать с нами. Мои же ребята от вас не получают ни информации, ни возможности первыми прибыть на места событий.
  Я думала, что я что-то понимаю в происходящем, но со следующей же фразой магистра Харди осознала, что до понимания тут очень далеко.
  - Прикроешь, - как-то совсем просто приказал он, пристально смотря в такие же тёмные глаза, как у него самого.
  - И мои возможности не безграничны.
  - Прикроешь, - так же утвердительно сказал магистр.
  Ильшер нахмурился, но кивнул. Более мы у него не задерживались, даже обещанного допроса не было, что уж говорить о продолжении общения. Как только мы снова оказались на улице, я поинтересовалась:
  - А почему Ильшер будет нам помогать?
  - Он мой племянник, у него нет выбора.
  - Но он человек! А ты больше похож на потомственного мага.
  - Его мать не маг.
  - То есть ты не потомственный?
  - Нет, наоборот. Весь мой род - маги. Это сестра родилась человеком. А её сын вынужден подчиняться всему роду, чтобы не потерять покровительство. Подобная участь не устраивает никого из нас, поэтому он фактически пользуется моей защитой, а я не даю роду оспорить это решение.
  Дальнейшего диалога у нас не вышло. После признания, что он потомственный, у меня исчезло последнее желание наладить с ним контакт. Даже к загадке деда решила его не привлекать. К потомственным все маги относились с подозрением и опасением. Они всегда были как-то в стороне. Враждебность потомственных к обычным магам имела под собой основания - большинство конфликтов с законом происходят по нашей вине, достаётся же потомственным.
  Но вот мы дошли до шикарной чёрной и чистой машины, что было странно в такую-то слякоть. Магистр Харди внезапно резко остановился, развернулся ко мне, идущей на шаг позади:
  - У тебя были проблемы с потомственными? - странный вопрос, если честно. У кого из обычных магов их не было. Тем не менее возмущаюсь, вспомнив недавний разговор:
  - Не надо ни на что намекать! У меня было отличное детство и прекрасный дед!
  - Тоже был?
  - Что?
  - Так вот, почему ты здесь. У тебя умер дед, - неожиданно проницательно догадался магистр. Хотя было бы странно, не сделай он этого после такого количества подсказок.
  - Я не буду с вами это обсуждать, - снова перешла на отстранённое 'вы'.
  - Ты упомянула деда, но не вспомнила о родителях, когда говорила о счастливом детстве, - задумчиво продолжил размышлять Харди, - ты не потомственная, родители магами не являются, с ними были трудности.
  Молча развернулась и пешком направилась по знакомым улицам. Километров семь, и я буду дома. Было как-то гадко от такого ничем не прикрытого потрошения моих проблем. Оказывается, есть в Харди кое-что похуже его хамского поведения и издевательств, - проницательность. И дикая прямолинейность.
  Меня ожидаемо окликнули:
  - Снежана, решила пешком пройтись? - и снова в голосе слышалась насмешка.
  - Нет! На кладбище! Буду практиковать, ведь мне этого никто не запрещал! - применила запрещённый приём. Потому что достал уже!
  За спиной стало тихо. Как-то угрожающе тихо. Я шла всё медленнее, всё нестерпимее было желание повернуться, но я сдерживалась, продолжая шагать. Было уже прохладно, время приближалось к вечернему, ветерок проникал иголочками под одежду, а лужи от ночного дождя отражали хмурое небо, готовое разразиться очередной бурей.
  Позади стояла загадочная тишина, всё же не выдержала и кинула за спину короткий взгляд, которого хватило, чтобы споткнуться. Прямо за мной в нескольких десятках сантиметров стоял с непередаваемой гаммой эмоций на лице магистр Харди. Он поддержал, не дав упасть, а потом кратко охарактеризовал мою самую последнюю фразу:
  - Подло.
  - Да ладно?! - насквозь фальшиво удивилась, - а я вас порадовать хотела! В следующий раз, прежде чем трогать мою семью, подумайте дважды!
  Пока я распиналась, магистр Харди сначала молча на меня смотрел, всё больше и больше приподнимая брови:
  - Странно, а говорила, что было нормальное детство..., - задумчиво заметил магистр Харди.
  Осознав, что сейчас всё покатится по второму кругу, успокоилась, вспомнив, что мне всегда помогал в этом деле счёт: "Тысяча сто тридцать шесть, тысяча сто тридцать семь...". А после задала вопрос:
  - Вы криптологией увлекаетесь?
  На меня изумлённо посмотрели, а потом задумчиво... Также задумчиво, как когда он спрашивал про семью. "Тысяча сто тридцать восемь, тысяча сто тридцать девять, тысяча сто сорок..."
  - Предположим, - наконец, ответил он.
  - Чем может быть второе число в книжном шифре, если в нём встречаются четырёхзначные числа, а первая цифра указывает на одну из трёх частей в книге.
  - Количество предложений? Абзацев? Слов? Букв? - задумчиво перечислил пришедшее на ум магистр Харди, - а образца у тебя нет? - с надеждой глянул он на меня.
  - Предположим, - с сомнением ответила.
  - И даже нужная книга есть?
  - Предположим.
  - Но ты мне их давать не хочешь? - сегодня магистр был необычайно догадлив.
  - Предположим.
  - Идём, - позвал он.
  - Куда?
  - Туда, где я смогу отобрать книгу и шифр, которые у тебя наверняка с собой, а тебя запереть на то время, пока буду решать задачку, - абсолютно серьёзно ответил магистр Харди.
  - Идёт, - оповестила о своём согласии с той же серьёзностью. Это несколько обескуражило магистра, тем не менее он быстро справился с последствиями вывертов моей логики.
  - Ко мне или к тебе? - с интересом осведомилась и мужчины.
  - С такими целями мне этот вопрос ещё не задавали, - констатировал тот, а после уверенно ответил, - к тебе, конечно. У меня тварюшки некормленные, до шифра мы с тобой так и не дойдём..., если не накормим их.
  - Собой?
  - Что?
  - Накормим собой?
  - Можно и так, кровожадная ты моя, - охотно согласился Харди.
  И мы отправились в особняк. У нас было, как минимум два часа до приезда Торна. И мы собирались потратить их с пользой. Спустя час те же участники, место действия - библиотека.
  - Ты уверена, что твой дед был нормальным? - со стоном потянулся магистр.
  - С ним разговаривал мой психотерапевт, прежде чем доверить меня ему. Он точно был нормальным.
  - Меня это безусловно утешает, - покивал магистр.
  На этот момент мы уже выяснили практическим способом, что второе число состоит из количества абзацев, а после и слов. Выяснили мы это экспериментальным методом, испоганили кучу бумаги, но первое слово на этот момент было расшифрованно, оно означало "Уже". Второе слово было на стадии разроботки.
  Если честно, не совсем понятно, почему дед оставил послание всего из двух слов. Впрочем, вся степень подлянки выяснилась довольно скоро.
  - "Уже нашла", - поднял на меня глаза магистр, прочитав получившееся, - вынужден разочаровать, психолог не имел подходящей квалификации. Столько трудов ради двух слов...
  - Вот не надо намёков на ненормальное душевное состояние моего деда, - возмутилась, чувствуя, что сама близка к подобному утверждению. Магистр Харди лишь пожал плечами. После часа бесполезных трудов ради "Уже нашла" никто не хотел продолжать играть по правилам деда. Но у меня выбора не было. Химерологу просто было интересно до поры до времени.
  Нет, несмотря на тупик, в который дед меня загнал явно намеренно, я понимала, что "Уже нашла" обозначает. Я ведь знала, какая книга мне нужна. И, судя по всему, можно было бы решить, что именно с её помощью, а не с помощью электронной подделки, я перевела эту надпись. Вот только дед же не думал, что я превратно истолкую отсутствие необходимого произведения в библиотеке, взяв электронную книгу. Он это предусмотрел, не став подгонять шифр под формат своей книги, но думал, что я всё же найду её раньше.
  Я же поленилась, а теперь мне предстояли поиски. Причём, я даже предполагаю, где она может быть. Как уже было сказано, из недвижимого имущества дед оставил маме, а та после переписала на меня, особняк и небольшую квартирку, куда переезжал дед, когда я уезжала к родителям.
  Если я права, дед предугадал излишнее внимание к его загадкам всяких личностей, а потому не стал сужать круг поисков особняком. Что ж, значит, завтра едем на квартирку.
  Вот только там всё будет напоминать о дедушке... Абсолютно всё. От массивной двери с таким количеством замков, что её пришлось делать на заказ, до окон с решётками. Параноидальная помешанность деда на безопасности... Его жилище. Его убежище. В общем, это совсем не будет похоже на особняк, где почти всё напоминает о различных хозяевах, и почти ничего не говорит о руке деда.
  Да здесь он по большей части и не жил. Только, когда я приезжала. Или если нужна была библиотека. Потому и слуг тут не было. А в одиночку убирать такой дом - сущий ад. Пару раз в году мы делали это с дедом вместе, но без меня он здесь не жил.
  Осознав, что уже довольно давно не реагирую на внешний мир, вынырнула из мыслей. И тут же обнаружила, что магистр, бросив на столе бумаги с расшифровкой, отправился гулять между стеллажами библиотеки. Не хотелось бы его внимания к некоторым магическим талмудам, коими, несмотря на немагическую природу моей семьи, обладали мои предки. Совсем не хотелось бы.
  Вот почему я моментально его окликнула:
  - Магистр Харди, а вам домой не пора?
  Намёк был кристально ясен. Даже прямолинеен. До обидного прямолинеен.
  - Неа, - ответ был дан в той же насмешливой манере.
  - Совсем-совсем не пора?
  - Совсем-совсем.
  И вот, что тут скажешь? Разве что...
  - А вот мне пора.
  - Так ты уже дома, - удивился магистр Харди, просматривая корешки книг. В данный момент он был у полок с до ужаса сладкими любовными романами неизвестной мне тётушки, умершей ещё до моего рождения. Помню, однажды я решила ознакомиться с подобным чтивом, отпугнул меня даже не недоуменный взгляд деда, а странные пометочки на страницах, загнутые уголочки и следы помады на редких картинках. Более к этой полке я не подходила.
  Вот и магистр Харди с сомнением рассматривал названия, вроде: "Страстные ночи", "Любовь всей жизни". После он также недоуменно оглянулся на меня, удивлённо и с недоверием:
  - Читаешь это?
  - Каждую ночь, - мстительно соврала, глядя на скривившегося химеролога, - вот уже время чтения подошло, а потому прошу вас дать мне насладиться этими прекрасными книгами... в одиночестве.
  Ещё один сомневающийся взгляд на корешки книг, затем на меня. Явно не верит, однако за этим разговором интерес к библиотеке уже потерян, а потому всего спустя несколько минут мы уже плутаем по хитросплетениям лестниц в поисках выхода. И вот он выход. Вот эти массивные роскошные двери, дверной молоточек.
  - До завтра, - вежливо попрощалась.
  - Приятного... чтения, - ехидно ответил магистр, стремительно раскрывая зонтик. За порогом лил ливень, который мы умудрились не заметить.
  - Спасибо, - приторно улыбнулась, - пожалуй, увеличу сегодня время чтения, такая интересная книжка недавно попалась.
  Мне на это мужчина ничего не ответил, а после так вообще, фыркнув, стремительно сошёл с порога, совсем скоро его немаленькую фигуру скрыла пелена дождя. Вздохнула и поплелась искать еду. Похоже, всё-таки придётся готовить. Только на себя, конечно же. На Торна я была почему-то обижена, хотя и понимала, что ничего это иррациональное чувство не сделает, так как в его случае ни о каких позывах совести не может быть и речи.
  Хотя... Смогу поесть у деда на квартире. Съезжу туда прямо сейчас. Всё равно ещё минут тридцать-сорок до приезда Торна есть. А уж в дедушке я уверена, он всегда хранил на всякий случай в маленькой кладовке переодически обновляемые консервы с большим сроком годности. Его желание обезопасить себя даже от голода в данный момент нашло у меня самый живой отклик. Точнее, у желудка.
  Машина подруги явно требовала бензина, но это могло и подождать. В данный момент мне надо было быстро попасть в квартиру деда, до того как Торн вернётся. Пока я выходила из транспорта, пока бежала до подъезда, пока открывала дверь, успела основательно промокнуть. Это не помешало мне достаточно быстро найти ключи в рюкзаке, фонарик и начать открывать дверь, которая вела не в подъезд, а уже в саму квартиру.
  Спустя пять минут и два сломанных ногтя больше семи замков было открыто, оставшиеся закрывались только изнутри, потому их отпирать не пришлось. И вот прихожая... Тесная, маленькая, с минимумом всего. Два крючка, которые мы с дедом прибивали вместе. Он для себя, я для себя, поэтому мой висел на уровне плеч одиннадцатилетней девочки. Маленькая полочка, на которой был тонкий слой пыли, и куда мы всегда клали ключи.
  И коврик под ногами. Коридор вёл в небольшую кухоньку, где было также пусто и без излишеств. А из кухни последовательно можно было попасть сначала в спальню, а затем в ванную. Вся планировка делалась в расчёте на последовательный обход всех комнат с возможностью выскочить незамеченным из любого помещения и добежать до второго выхода, ведущего к пожарной лестнице. Там три этажа вниз, и вот ты уже не улице, пока незадачливые преследователи пытаются найти твои следы в странной квартире.
  Вообще отдельный выход на пожарную лестницу не приветствовался, однако дед сумел настоять и сделал дыру в несущей стене. Как его за такое не сгноили старушки нашего подъезда, не знаю, но факт остаётся фактом. Деда наш подъезд опасался. Меня просто обходили стороной.
  Но сейчас надо было найти "451 градус по Фаренгейту". Дед мог оставить её только в том тайничке, который он когда-то сделал для меня, когда у меня ещё не прошёл тот период детства, характеризуемый повышенной страстью к поискам кладов. Этот тайничок был в маленькой прихожей, не приклеенная часть обоев осторожно вынималась из-под плинтуса, загибалась наверх, а под ней располагалась стена с вырезанным в ней квадратом. Этот квадрат при приложении минимальной силы проталкивался внутрь, уходя в полость за ним. Затем он вынимался, чуть загрязняя руки, а вот после открывалась сама полость.
  Небольшая. И вот в ней лежала, пылясь нужная мне книга. О, да, дед явно знал, что я её найду, а ещё он точно подозревал, что не сразу, ведь мне и сейчас тяжело находиться в его квартире.
  Затем был путь до дедушкиной кладовки, а после едва сдерживаемые ругательства. Похоже, в квартире уже кто-то побывал. Причём, не так давно. Аккуратные стопки консервов стояли, как прежде, но их расположение было нарушено неосторожной рукой. Их точно собрали обратно, вот только дед всегда ставил их в определённой последовательности. В алфавитной, если быть точной. Консерва с названием на "Г" никогда не опережала консерву с названием на "А". Тут же царил хаос.
  Нет, тут явно кто-то побывал. Это неудивительно, на двери нет магической защиты, которая есть на особняке. Только обычные замки. Хитроумные, но с определённой подготовкой их вполне можно было открыть, создав дубликаты. А потом закрыть и сделать вид, что тут никого никогда не было.
  Удивляет другое - наш с дедом тайничок не нашли. Впрочем, судя по неправильно сложенным консервам, у проникшего сюда человека было не так уж и много времени. А я знаю лишь одного... Одного человека, не имеющего в запасе много времени, но располагающего непонятными мне мотивами. Торн.
  И, по-видимому, он уже сейчас едет домой. Средняя скорость велосипеда. И средняя скорость машины.
  Так и не поев, я кинулась вниз, на ходу натягивая на голову капюшон. Всё равно промокла, но в особняк успела раньше Торна. Тот прибыл спустя семь минут, за это время я успела подсушить русые волосы до приемлемого состояния, переодеться и создать видимость долгого присутствия дома.
  С Торном не разговаривала, но даже спорить не буду, он наверняка заметил всё, что я хотела показать. А я вот подметила побольше... Например, что у велосипеда были мокрые, но не грязные колёса. Значит, под дождём он ехал, но не так долго. До этого он путешествовал в сухости вместе с велосипедом. А кто мог его подвозить? Такси? Или сосед?
  Эти наблюдения не давали ничего, кроме подтверждения моей теории о личности посетителя квартиры деда.
  В конце концов просто завалилась спать, думая, что завтра надо будет всё-таки убрать дом. Завтра убирать никто и ничего не стал... Я проснулась слишком поздно, теперь еле успевала на работу. Торн был не в настроении притворяться добреньким. Но ему пришлось, так как оставлять его дома я была не намерена, а потому собиралась снова дать ему какое-нибудь задание посложнее.
  - Как тебе идея покрасить ворота и всё остальное, на что хватит краски? - сделать это надо было уже давно, ведь магическая защита предполагает целостность покрытия, вот почему периодически требовалось закрашивать трещины и сошедшую в некоторых местах краску. Так Торн и делом займётся, и защиту до приемлемого уровня восстановит.
  - Ужасно, - ответил на мой вопрос паренёк. Даже не так, он не ответил, он простонал, осознав, что придётся снова работать.
  - Я знала, что ты обрадуешься. Всё оборудование в кладовке на первом этаже, идём, помогу достать, - обворожительно улыбнулась, пристально следя за гостем.
  Тот покосился на недоеденную яичницу, коей он нас потчевал, на меня, на яичницу, снова на меня.
  - Отстань зануда! - наконец, сделал он выбор в пользу удовлетворения голода.
  - Да ладно, можешь доесть, - миролюбиво заметила и, тщательно скрывая мстительность, добавила, - на улице.
  Вытолкать Торна на во двор труда не составило, рядом было кладбище, совсем рядом то самое захоронение давно умершей зверюги... Магии было много, а Торн был не настолько танком, чтобы не пролазить в дверные проходы, когда сзади его подгоняют уколы тёмных молний. Тех самых, испытанных ещё на химере Адмирале Горшкове.
  В конце концов мы с Торном договорились до того, что он красит всю ограду, а затем едет, куда ему там надо... Его устроило последнее предложение.
  Но я всё равно уезжала, сопровождаемая полным ненависти взглядом Торна. Впрочем, далеко не уехала. Машина довольно быстро остановилась, оповещая хозяйку, что без бензина может предоставить только услугу пешей прогулки. Со стоном повалилась лбом на руль. Похоже, я опоздаю. Харди будет в бешенстве. А, учитывая его странную нелюбовь именно к моей персоне, которую он безуспешно пытается скрывать, я серьёзно попала.
  
  Глава 5
  
  До администрации я дошла быстро, но не так быстро, как нужно было. Уже на улице, сложив руки на груди и хмуро рассматривая, меня ждал магистр Харди. И всё бы было ничего, но половина сотрудников, которых я даже никогда и не видела, вывалилась посмотреть на представление. То, что представления не будет, они поняли мгновенно. С первых же слов химеролога:
  - Ну, здравствуй, непунктуальная моя! Давай, Паукова, поторапливайся. Нам сегодня нужно к Ротер за разрешением, а потом опять на место преступления. Надо подумать над этой загадкой закрытой комнаты. Ильшер будет с нами, - он ещё что-то говорил, но это шло как-то фоном.
  Меня больше увлекло обсуждение расстроенных отсутствием шоу наблюдателей.
  - Странно, обычно он опоздавших унижает, после у Ротер требует их отстранения/увольнения.
  - Да спит он с ней, я вам говорю!
  - Это Харди-то?!
  - Да он, скорее удавится, чем будет спать с кем-то с работы!
  - Он, скорее удавится, если вообще будет спать с кем-то!
  - И что в ней такого?
  Всё это совершенно без стеснения обсуждалось прямо за спиной магистра. Хватило одного его взгляда, чтобы все слегка побледнели, а после скоренько зашли в здание, прикрыв дверки. Мне же внезапно вспомнилось, КАК Харди обычно общается с окружающими. Да, наши разговоры и впрямь напоминают нечто необычное для стороннего наблюдателя.
  - Ты так и будешь стоять? - Рейган Харди был совсем не рад излишнему вниманию, но ещё больше его злила необходимость отвлекаться на всё это. Теперь он смотрел на меня с привычной смесью раздражения и недоумения.
  - Нет, - огрызнулась, - всё жду, когда мы пойдём к Ротер.
  - К Ротер после, сначала на место преступления.
  - Вы хотели сказать, к вам домой? - ухмыльнулась его слегка изменившемуся выражению лица, впрочем, всё быстро вернулось на круги своя.
  - На место преступления, догадливая моя, - надавил интонациями магистр. Не стала спорить, решив, что злить по пустякам того, кому ты отчасти подчиняешься, плохая идея. Жаль, что такая мысль не приходила мне в голову раньше, когда происходило очередное недопонимание с обществом, заканчивающееся очередным увольнением. А после обычно начинался судорожный поиск работы, когда на каждое новое место меня брали со скептицизмом, видя пометки о предыдущих местах работы.
  Никому не внушала доверия некромантка, имеющая проблемы с врачами, полицией, а также сменившая кучу мест работы. В общем, всё это обычно заканчивалось затяжным конфликтом с окружающим миром, где я страдала больше последнего.
  Но о чём это я?
  Как ни странно, на место преступления мы направились пешком. Пешком же преодолели всю дорогу, видимо, не одна я не брала машину на работу. Хотя, почему этого не делал Харди, - понятно. Живёт он рядом. А вот мои мотивы в моей забывчивости.
  - Как там "Уже нашла"? - напомнил о вчерашнем вечере химеролог. Будь я на его месте, меня бы уже давно замучило бы любопытство о продолжении всей этой истории. Решила сказать чистую правду:
  - Никак. Я вчера легла спать, не став ломать голову секретами деда.
  - Жаль, - только и сказал магистр, видимо, он был куда любопытнее меня. Это не слишком расстраивало.
  - Хотите ещё поучаствовать в подобном? - спросила, надеясь хоть часть проблем перекинуть с больной головы на здоровую. Мне совсем не улыбалось заниматься всем в одиночестве, а в магистре Харди я почему-то была уверена в отличии от того же Торна. Ну не мог человек с таким характером быть ведомым или находиться на вторых ролях. Не думаю, что магистр вообще был способен на нормальные социальные контакты.
  - Только за почасовую оплату, - усмехнулся Харди.
  Мы неспешно шли вдоль по улице, на разговоры больше не тянуло. Как-то хорошо было молчать. Просто двигаться в абсолютной тишине, когда ничто не мешает течению мыслей и построению ассоциативных цепочек. Даже удивительно, как комфортно было находиться рядом с таким неприятным для меня человеком. Но он молчал, его отвратительный характер не проявлялся, а я, чем больше об этом размышляла, тем больше понимала, что притягиваются не противоположности, а очень похожие люди.
  И пусть у меня нрав по сравнению с характером магистра очень даже терпимый, зато впервые в жизни появилась возможность понять, что чувствуют люди, беседуя со мной. Ощущения мне не понравились, однако, в данный момент меня всё устраивало. Оказывается, мы вполне мирные, когда молчим.
  Внезапно что-то изменилось. На первый взгляд всё было прежним: ветерок всё также шевелил редкие травинки, машины всё также проносились мимо, даже солнце всё также светило в глаза. Вот только и магистр Харди насторожился, причём, сделал это раньше меня. Гораздо раньше.
  - Чувствуешь? - спросила почти шёпотом.
  Он только кивнул, настороженно оглядываясь.
  А затем время словно замедлилось! Только мысли метались испуганными пташками, пока я с ужасом следила за металлическим блеском, который на самом деле невозможно разглядеть, ведь пуля всегда движется с запредельной скоростью! Тут их было даже несколько!
  Щит из тьмы сформировался автоматически... Столько лет учёбы не прошли зря. Вот только он расплавил, не пропустив сквозь себя всего лишь две пули. Те стекли шипящими лужицами на асфальт. А вот оставшиеся пули должны были не просто впиться в меня, они ещё и откинуть меня должны были.
  Но не смогли! Щит из тьмы! Уже не мой! Он расплавил их, затем укутал меня, а после я наблюдала за профессиональными действиями: вот магистр Харди выхватил пистолет, даже не знаю, откуда, вот он уже с одной руки стреляет, другой ладонью кидает пульсар тьмы, а следом за ним чёрную насыщенную магией иглу. Ту самую, с помощью которой представитель давно вымершего рода Чёрных отправил на тот свет половину криминальных авторитетов того времени. Это заклинание жрёт весь резерв за раз, а ещё его просто невозможно было воспроизвести магистру Харди.
  Ведь каждому магу с судебным запретом ставится блок на магию определённой направленности. Крохи магии остаются, но основная доля, которая так нужна для всех и каждого из применённых им заклинаний, находится под блоком.
  Почему-то подумалось, что стрелок залёг так, что солнце не бьёт ему в глаза. А вот магистра природа не щадила. Но он колдовал! Он создавал мощнейшие заклинания! Те, которые требовали прорву магии! Он ещё и видоизменял их в процессе!
  Но это же невозможно! Это просто невозможно! Это очевидно невероятно! Это... это...
  Но вот раздался звук упавшего тела. Того самого тела, обладатель которого ещё совсем не давно пытался меня застрелить. Каким-то из своих действий магистр Харди его убил. О, Дарвин, что же мы наделали?!
  Магистр Харди кинул на меня один бытрый и мрачный взгляд, после чего стремительно подошёл к трупу. А, нет, не совсем к трупу. К тому, кто уже совсем скоро им станет.
  - Почему? - вопрос был задан таким вымораживающим тоном, что не осталось и капли сомнений в неблагоприятном исходе дела для незадавшегося убийцы. Но в данный момент меня тревожило другое.
  Отсутствие ответов на повторяющийся вопрос химеролога проходило фоном, не задевая ничего внутри. А вот кокон их тьмы, который ранее прикрывал меня надёжнее любого щита, теперь стал превращаться в смертельную ловушку. Он не пропускал ничего, будучи полностью непроницаемым! Я уже хрипела, желая просто вдохнуть. Просто почувствовать этот чуть солоноватый, несвежий, полный машинных газов, воздух! Только глоток! Всего один!
  Но кокон, реагируя на холодное бешенство хозяина, не стремился развеяться, он, наоборот, только увеличился в размерах!
  - Чёрт! Снежа! Почему не сказала?! - короткие, рубленные фразы магистра бросились, как сквозь вату. Он одним движением развеял кокон, впутив воздух.
  Вдох, скорее, даже просто хрип...
  Харди придержал, не дав упасть, осторожно посадил прямо на дорогу, кинув ещё один странный взгляд, в котором, кажется, проскочил какой-то дикий, животный страх! Тот инстинктивный страх, что наравне с такими же грубыми эмоциями контролируется гипоталамусом, вот только рядом с центром страха в гипоталамусе есть центр агрессии...
  Уже в следующую секунду теперь действительно труп убийцы снесло, впечатав в стену мощным порывом ветра, а затем его тело просто рассыпалось пеплом! Даже не сгорело! Рассыпалось!
  Это заклинания, на которые не то, что всего моего резерва не хватит, они вообще запрещены законом! За из применение наказание одно - смертная казнь! Без суда и следствия! Что же мы наделали?!
  - Идём, - едва сдерживающий холодную ярость магистр Харди резко поднял уже отдышавшуюся меня, бережно и как-то осторожно взял на руки, а после смотря прямо перед собой, сжимая челюсти до скрипа зубов, он шагнул в воронку портала.
  Если закрыть глаза, может даже показаться, что такое положение в пространстве мне знакомо. Вот только меня никто раньше совершенно точно не носил на руках, поэтому это невозможно. Но сейчас есть, о чём подумать, кроме этого. Про себя я, наверное, выла от понимания, что ничего не понимаю!
  Уже совсем ничего! Эти руки, которые, казалось, сейчас сожмутся, сделав больно, это дыхание, которое было нарочито спокойным у нас двоих... Я абсолютно не знала, откуда у Харди такие возможности! Он действительно магистр! Магистр не только химерологии, но и некромантии!
  Вот только маг с блоком по определению не может творить заклинания выше первого уровня. Сейчас я стала свидетельницей заклинаний двадцатого уровня и выше, а в данный момент мы вообще перемещаемся в стабильном портале! И я уже абсолютно ничего не понимаю!
  Химерология - тоже могущественная область. Вот только вся техника химеролога сводится к возможности оживлять создания и скреплять части различных тел. Это очень упрощённо, но по сути верно. А вот некромантия - поле для более обширной деятельности, и магистр Харди просто не мог делать того, то делал. Это очевидно невероятное!
  - Как?! - хотела кричать, но почему-то говорила почти шёпотом, пока мы преодолевали синеву разрыва в пространстве.
  - Не сейчас! - рявкнул магистр, затем вздохнул и дополнил, - сейчас я еле сдерживаюсь. Поэтому просто помолчи, пытливая моя.
  Повиноваться я не собиралась. Ещё больше не собиралась молчать. Но почему-то послушно примолкла, мысли ушли в сторону причины моего убийства. Зачем? Кому это могло понадобиться?
  Впрочем, что тут думать? Вполне очевидно, что если этот 'доброжелатель' был не конкретно на меня зол, что продемонстрировал безболезненный способ убийства, то ему просто требовалось меня устранить. А такое нужно только тем, кто не хочет, чтобы я продолжала жить, следовательно, заниматься чем-то, что им не нравится... Следовательно, дело либо в убийствах, либо, что вероятнее, в дедушкиных тайнах. По всей видимости, кто-то, вроде соседа и Торна, предпочитает найти то, что спрятал дед, забрать себе. А кто-то, наоборот, не хочет, чтобы это было найдено.
  С другой стороны - я расследую убийства с Харди. И пока у нас получается значительно лучше обычных следователей. Причём, мы существенно продвинулись и нашли то, что явно хотели скрыть. Например, мы расспросили дух жертвы. Ведь этого от нас явно не ждал загадочный убийца. Вот чего-чего, а такого поворота дела, он не хотел.
  Ведь знал же кто-то, что в городе всего два некроманта. Один не может (хотя Харди всё может, как я уже имела честь наблюдать), второй стар, давно не практикует. В общем, мой приезд если и планировался, то явно не с перспективой моей помощи расследованию. Но всё равно, если дело в этом, логичнее было бы стрелять в магистра Харди. Не в меня.
  И только тут пришло понимание, что меня чуть не убили! Вот, ещё секунда бы, ещё секунда моей растерянности... И я бы просто перестала дышать, перестала бы думать, перестала бы себя осознавать! Меня больше не было бы! Вообще! Нигде!
  Смерть - это одна из сторон моей профессии. Я с ней сталкиваюсь каждый день, но ещё никогда я не думала о своей смерти как о настолько близком и реальном событии. Нет, страх перед смертью был... Он есть у всех... Слёзы в подушку во времена детства, когда начало приходить понимание конечности жизни... Всё это было. Было даже больше, всё-таки смерть для меня весьма близка сама по себе.
  Но никогда... Никогда я не стояла к ней настолько близко! Никогда не чувствовала на себе её холодного дыхания, не ощущала её тонкого аромата, похожего на смесь изысканных духов, которые отпугивают, а не притягивают. Никогда...
  Меня просто затрясло. Ноги, казалось, стали мягче ваты, появилась благодарность к Харди, и понимание: я бы не смогла идти, не смогла бы стоять сейчас. Похоже, начинался откат.
  Вот только внешние обстоятельства не позволяли погрузиться в себя. Вышли мы в какой-то комнате с камином, где в весьма глубоких и роскошных креслах сидели две женщины: одна постарше со строгим взглядом, другая молоденькая и какая-то тоненькая-тоненькая. Рядом с ними был удивительно похожий на Харди мужчина на вид лет пятидесяти с военной выправкой и так знакомо нахмуренными бровями.
  Тут же находился Ильшер. А рядом с ним его возраста ещё один мужчина, удивлённо приподнявший бровь при виде нас.
  Тоненькая женщина вскочила, как только мы ступили на ковёр, хмурый мужчина принялся внимательно рассматривать меня, всё ещё находящуюся на руках у Харди, а Ильшер больше был потрясён фактом открытия портала, чем тем, что я у кого-то на руках.
  - Что...?! - хотела было спросить женщина со строгим взглядом.
  Но Харди её насмешливо перебил:
  - Знакомьтесь, это Снежана, это те, чьи имена можешь даже не запоминать, пытливая моя. Всё, проконтролируй, чтобы ничего не случилось, - бросил он кивнувшему Ильшеру, - скоро вернусь, - это уже мне.
  А затем он аккуратно переложил меня в кресло, разжал судорожно вцепившиеся в его воротник пальчики, внимательно посмотрел на меня, а затем исчез в очередной вспышке портала. Я же осталась совсем одна. Наедине с представителями его... рода?
  - Привет..., Снежана, - вспомнила моё имя тоненькая женщина, приветливо улыбаясь. Она в данный момент вызывала у меня ещё меньше доверия, чем тот молодой мужчина, что сидел рядом с Ильшером, всё ещё удивляясь произошедшему.
  - Здравствуйте, - настороженно поздоровалась, - я где? - спросила, оглядывая большую комнату.
  - А Рей тебе не сказал? Впрочем, о чём это я? Конечно, он ничего не сказал. Ты в родовом поместье, сегодня у нас собрание, поэтому здесь все члены рода, - объяснила всё та же женщина.
  - Вы его сестра? - спросила, смутно понимая, что Ильшер смотрит на неё слишком тепло, по-родственному. Это точно его мама, сестра Харди.
  - Да, а как ты догадалась? - со спокойным любопытством посмотрела на меня она.
  Я не стала отвечать, оглядывая всех и каждого.
  - Привет, Ильшер, - мимолётно поздоровалась, а затем перевела взгляд на пожилую пару: того самого хмурого мужчину и женщину со строгим взглядом, - вы родители Харди?
  - Нет, - сухо ответила строгая женщина.
  - Не горячись, Мини, - кинул на неё полный нежности взгляд похожий на Рейгана Харди мужчина, - меня зовут Сергей, а Рей является моим внуком, - обратился он ко мне мягко.
  Я перевела взгляд на последнего человека в этой комнате, точнее, мага. Тот самый мужчина с вопросительно приподнятой бровью. Он усмехнулся, но представился:
  - Анатолий. Я являюсь троюродным внуком этих милых людей, - кивок на 'Мини' и Сергея, - а также очень-очень дальним родственником для Фиалы и Харди, - взгляд на тоненькую женщину, мать Ильшера, - и я не совсем понимаю, каким образом Рейган сумел применить магию, на которую ему ставили блок.
  - Я тоже, - согласилась, удобнее устраиваясь в кресле.
  - Что?
  - Говорю, я тоже не понимаю, что он будет врать на суде, - ответила, уже не смотря на Анатолия.
  На некоторое время в комнате воцарилось молчание, но не тишина. Уютно потрескивали дрова в камине, приятно поскрипывало кресло от движений, и только дышали все как-то совсем не расслабленно. Фиала, мать Ильшера, была несколько обескуражена знакомством, однако ко мне она была настроена доброжелательно. Мини разве что зубами не скрипела от "счастья" лицезреть гостью. Сергей хмурился, но ко мне был расположен нейтрально. Анатолий был, скорее, шокирован моим появлением, чем раздосадован, а Ильшер, наконец, слегка отошёл от первоначального удивления:
  - Снежана, а что, собственно, случилось?
  - Меня попытались убить, как видите, неудачно, - ответила, мрачно глядя на камин. Слова вырывались легко, вот только было всё ещё тяжело даже думать о том, чего удалось избежать по счастливой случайности.
  В комнате снова установилось потрясённое молчание. Даже Мини теперь глядела на меня не с неприязнью... С недоумением.
  - А вы к нам надолго? - спросила Фиала, поправляя причёску. Только сейчас стало заметно, что все вокруг были нарядными, видимо, встреча семейства была торжественной.
  - Зависит от того, как долго ваш брат будет отсутствовать, - ответила предельно честно, - или от того, как далеко мы от Клиона? Есть ли вариант с пешей прогулкой?
  - Разве что на самолёте, - дал ещё один вариант Анатолий, - отсюда до Клиона больше тысячи километров.
  Информация меня несколько выбила из колеи. А затем как-то само собой пришло на ум, что если мне придётся находиться в этой тёплой компании ещё дольше, то Торну придётся ночевать под кустом. Одним из тех, что он так неосторожно постриг. Подобные перспективы примирили меня с настоящим положением вещей.
  - А какой отношение вы имеете к Рею? - опять вступила в разговор Мини, глядя на меня своим фирменным строгим взглядом. Даже суровым, а не строгим.
  - Мини! - одёрнул было её Сергей.
  Вот только старушка, выглядящая совсем не старой, так просто не сдавалась:
  - А что? Я же должна знать, кого мой внук привёл в дом, - отрезала она любые возражения, затем снова повернулась ко мне, - так какие у вас с моим внуком отношения? Ну!
  Чуть не огрызнулась, но вспомнила, что магия ещё не восстановилась в полном объёме, всё же щит из тьмы, поставленный без вербальных формул и жестов, съел добрые две трети резерва. После решила не хамить пока здесь. Но только хотела ответить, как в комнате опять открылся портал, откуда вышел почти спокойный магистр, снова подхватил меня на руки, не дав воспротивиться, а после ответил своей бабушке:
  - Когда наши с ней отношения коснутся тебя, тогда узнаешь, а пока... Всем до свидания, на собрание рода можете не ждать. Фиала, пригляди за сыном, чтобы не лез в расследование. Дед, контролируй бабушку, мне не нужны посредники в надуманной ей личной жизни.
  И мы исчезли в новой вспышке портала, пока позади стояла шокированная тишина. Как только мы оказались в уже знакомом кабинете администрации, том самом, куда я так недавно стучалась, ещё не зная чем мне всё это грозит, я потребовала:
  - Отпустите меня!
  Меня действительно отпустили. Чуть пошатнулась, но оперевшись о стену, осталась стоять. Эйри в кабинете не было, а вот Солнышко бросала на меня не самые дружелюбные взгляды, к хозяину, видя его настроение, она ластиться не решалась. Видимо, боялась повторить участь Адмирала Горшкова.
  Магистр Харди наблюдал за мной с насмешкой, с такой неуместной в данной ситуации, что я абсолютно не смогла сдержать колкости:
  - Вы уже придумали оправдания для суда?! Как вы вообще можете применять столь могущественные заклинания с блоком на магии?!
  - Слушай, Паукова, - внезапно рявкнул магистр, - я только успокоился! Даже родня не сумела меня взбесить! Но вот ты открыла рот, а я уже готов закончить дело того страдальца!
  Замолчала, глядя в некотором ступоре и с опасением на магистра Харди, тёмные глаза которого почернели ещё больше, хотя казалось, что дальше уже некуда. Тот же был в крайней степени раздражения, даже жилка на виске у него билась как-то устрашающе!
  - Как вообще можно было так подставиться?! - продолжал бушевать магистр Харди, - ты же училась на боевого некроманта! Но, ладно, подставилась, вопрос в другом, ты почему не сказала, что существует опасность для твоей жизни?! Это же с дедом твоим связано?! - слово "дед" он чуть ли не выплюнул, - ты понимаешь, недогадливая моя, своим скудным умишкой, что чуть не умерла! Не будь со мной моя магия, и в пору было бы сесть за составление некролога! Понимаешь ты это, Паукова, или нет?!
  Магистр Харди надвигался на меня как-то слишком резко, стремительно и плавно. Ощущалась какая-то угроза от всей его мощной фигуры, которая заполняла кабинет, делая его визуально совсем не большим.
  Он действительно пугал. И ярость его чуть ли не душила. Вот только у меня на крик с детства одна реакция:
  - Хватит на меня орать! - тоже перешла на повышенные тона.
  Впрочем, больше мне сказать ничего не дали. Он наступал, чуть ли не шипя, что меня при рождении явно обделили в умственном плане, я отступала.
  - Ты, Паукова, меня уже достала своей безголовостью! - продолжал магистр Харди выплёскивать свои эмоции по поводу моей несостоявшейся кончины. Отступать было уже некуда, я упёрлась в стену спиной, и теперь со здравой долей опасения глядела на магистра. Химеролог же, тяжело дыша, смотрел мне прямо в глаза.
  - Ты же чуть не умерла! Не будь у меня магии... - повторялся он. Пытаясь сдержать оскорбления и рвущуюся с языка язвительность, прикусила губу. Потемневшие глаза Харди моментально опустились, разглядывая мои губы.
  - Что вы? Что вы делаете? - успела пискнуть, когда мужчина начал медленно, но как-то абсолютно неотвратимо склоняться к моим губам. Да-да, тем самым, которые совсем не давно готовились наговорить гадостей. Теперь все гадости почему-то испарились с языка, а я растерялась.
  Вопросы остались без ответа. Но первое, несколько осторожное прикосновение чужих губ не дало мне осмыслить этого. Вот теперь магистр смотрел мне прямо в глаза, уперевшись руками в стену, около моей головы. Смотрел на мою реакцию. И, не увидев ничего, кроме растерянности и покрасневших щёк, углубил поцелуй, захватывая, терзая мои губы.
  Забылась магия, забылось физическое сопротивление. На мгновение я оцепенела, а затем со всей силы укусила магистра за губу. Тот что-то неразборчиво прошипел, даже не оторвавшись от меня!
  А дальше он уже не сдерживался! Вся ярость, все эти эмоции выплеснулись в каком-то даже жестоком поцелуе. Харди что-то простонал, когда я укусила его во второй раз, снова не отрываясь от меня, а затем одном рукой, схватив за затылок, не дал отстраниться. Хотя я сначала и не хотела этого... Просто растерялась, не поняла, что происходит.
  Даже, когда держали меня уже двумя руками, я была несколько дезориентирована, но вот шок закончился, я что-то протестующе промычала и упёрлась ладонями в магистра, пытаясь если не отодвинуть его, то хотя бы отстраниться. Меня просто не слышали! И злость, и ярость, и боль... Всё смешалось! Но больше всего было паники. Правда, какой-то безвольной!
  Харди, абсолютно игнорируя мою панику и несогласие, лишь ещё больше углубил поцелуй. Опомнился он только, когда его руки начали гулять по моему телу. И то опомнился не сам, это я вспомнила про ноги, и уже хотела было с помощью колена провести запрещённый приём, однако, Харди отстранился сам. Поглядел в мои глаза своими почти чёрными, выругался на незнакомом мне языке и исчез в очередной вспышке портала.
  Что вообще происходит?! Запустив руки в волосы, присела прямо там, у стены, на пол. Уставилась бешеными глазами вниз, тем не менее ничего не видя. Просто внезапно подступили слёзы, уж не знаю, почему... Но вот одна слезинка устремилась вниз по щеке. Вот... Нет, другой я проделать тот же путь не дала. Зло вытерла глаза. Напомнила себе, кто я. Решительно встала...
  Нет, со вставанием возникли проблемы. Ноги отказывались держать, потому ни встать, ни сделать это решительно не получилось.
  - Так, успокойся, Снежана, - пробормотала самой себе, - что в сущности произошло? Да ничего! Адреналин закончился, пришёл откат, а как мы помним из краткого курса анатомии, а в частности, краткого курса нервной системы, центры страха, удовольствия, агрессии находятся в гипоталамусе, то есть совсем рядом. Просто физиологическая реакция, которую можно объяснить. Ну, в конце же концов, не мог же Харди действительно хотеть меня изнасиловать?!
  Вспомнила, какой он бывает сволочью...
  - Нет, не мог, - ответила твёрдо и решительно. На душе стало как-то легче.
  Значит так, надо сесть. Села, перестав растекаться по стенке. Успокоиться. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Эмоции под контроль. Вот это я умею делать. Жаль, что для этого нужно пить успокоительное, но что же поделать. Достала из кармана таблетки, которые ношу всегда с собой. Выпила. Так, следующее... Следующим шагом надо было бы объясниться с магистром Харди, закончить запланированное на день, а затем вернуться в особняк. Вот только даже после таблеток того состояния, когда всё фиолетово, я так и не добилась.
  Поэтому решила объясниться письменно, запланированное доделать завтра, а в особняк не возвращаться. Лучше переночую на квартирке у деда. Надёжнее оно. Торн. Да, Торн это проблема. Нет, всё же придётся возвращаться в особняк.
  В общем, я поднялась в вертикальное положение, подошла к столу и черкнула записку для Харди. И я направилась к двери. Вот только забыла о Солнышке, которая самым беспардонным образом отказалась меня выпускать. Она рычала, она толкала меня под колени по направлению к креслу хозяина кабинета, но пускать отказывалась. Понимая, что скоро вернётся Харди, решила действовать более нагло.
  - Слышь, псина, если сейчас же не отойдёшь, то я... Я на тебя Адмирала Горшкова натравлю!
  Наверное, именно так выглядит смех у химер. А у меня даже разозлиться не получилось, всё эти таблетки... Убойную дозу приняла же. Но тут сверкнула вспышка портала, откуда вышел Харди. Он явно принял быстрый душ, волосы до сих пор топорщились мокрым ёжиком. На меня он смотрел мрачно, а его первыми словами стало:
  - Извини.
  Затем он кинул быстрый взгляд на Солнышко, та посмотрела на стол, туда же вскоре направился Харди. Взял мою записку подрагивающими от негативных эмоций руками, прочитал с выражением:
  - "Вас ни в чём не виню, это всё эндокринная система виновата. Поговорим завтра, когда я начну нормально реагировать на внешние раздражители. Поработаем тоже завтра." Это что?! - он швырнул записку на стол.
  - Мой вам ответ на 'извините', - хмуро ответила, не в силах паниковать из-за таблеток. Буквально магических таблеток.
  - Ответ, значит? - магистр Харди, который, как оказалось, умеет извиняться, прикрыл глаза и взял себя в руки. Похоже, очередной взрыв откладывается.
  - Ответ, - ещё раз повторил он, уже задумчиво, а не раздражённо оглядывая меня. Я решила перестать молчать:
  - Я понимаю, что произошедшее является ошибкой, а вы просто слишком эмоционально восприняли угрозу моей жизни.
  - Ошибка, значит, - вот, вроде, и спокойно, но как-то угрожающе проговорил химеролог. Чуть поёжилась, но кивнула, подтверждая свои слова.
  - Эмоционально, значит, - тем же задумчивым тоном вкрадчиво проговорил мужчина. На меня он смотрел, не отрываясь, а его глаза снова начали наливаться тьмой. Стало как-то прохладно.
  - Да, - решила расставить все точки над 'и', - я не понимаю ваших реакций, однако, благодарна за спасение, собственно, моей жизни. Спасибо. А теперь я, пожалуй, пойду, - быстренько закруглилась, осознав, что потемневшие глаза магистра всё также неотрывно за мной следят.
  - Паукова, - вкрадчиво-вкрадчиво обратился ко мне Харди, - мы пока не будем возвращаться к произошедшему здесь, мы пока оставим всё, как есть, мы пока забудем об этом. Однако, ты, наивная моя, вообще соображаешь, что говоришь?!
  Посмотрела на него, не скрывая своего раздражения. Его намёки на отсутствие у меня интеллекта начинают подбешивать!
  - Тебя чуть не убили! А ты домой собралась?!
  - На особняке защита, - холодно оповестила.
  - Ну-ну, - с сарказмом ответил Харди, - вот только я не про особняк. Машины у тебя, как я понимаю, сегодня нет, и ты действительно собираешься пешком пойти домой?! У меня возникают сомнения в твоём здравомыслии, Паукова.
  - А что вы предлагаете? - поинтересовалась, сдерживая холодное бешенство.
  - О, наконец-то, умные мысли! - магистр показательно мне похлопал.
  Молча развернулась и отправилась вон из кабинета. Оскорбления я выслушивать не буду. Тем более от человека, который и сам не умеет держать себя в руках. До двери я не дошла, меня по рукам и ногам сковало магией, не давая пошевелиться. Это заклинание я знала: путы Айхорна.
  - Стоять, - раздалось сзади властное, - ты меня вообще чем слушала? Я тебе прямо сказал, что без меня тебе ходить опасно!
  Но я не только знала это заклинание, а ещё умела его разрушать. Главное пустить побольше магии в связки магических нитей. Так, в этот узелок. И сюда... А здесь побольше поток... Путы Айхорна спали довольно быстро, дав мне свободу действий. Тут же я стремительно обернулась к удивлённому мужчине и с яростью произнесла:
  - Скорее, мне с вами ходить опасно, - намекнула на недавние его действия по отношению ко мне. Глаза магистра стали ещё темнее, хотя казалось бы, куда уж больше. Губы сжались, а желваки ходили ходуном.
  - Вы знаете, я способна думать, - продолжила говорить, но уже как-то устало, а не яростно, - я знаю, что мне грозит опасность. А ещё я знаю, что можно вызвать такси. А в каждом такси есть амулеты, защищающие от столкновений с чужеродными объектами, пули входят в число таких объектов. Я доеду до дома в целости и сохранности. А вот вам руки распускать больше не советую. И ко мне больше не подходите. Завтра отработаем день, а потом я уволюсь. У меня в этом большой опыт, а здесь меня, кроме желания помочь Ротер, почти ничего не держит. И, поверьте, я это сделаю, - прошипела, глядя прямо в полные бешенства глаза магистра.
  - Всё сказала, Паукова? - на меня смотрели так, что даже выпитые таблетки не помогали бороться против эмоций, - а теперь послушай меня, категоричная моя... В отличие от тебя я знаю, проверил, так сказать, опытным путём, что амулеты в такси задерживают две первые пули. А убийца, как ты помнишь, стрелял очередью. Тебя не спасёт ни один из амулетов. Ты можешь сколько угодно злиться, но сегодня ты ночуешь у меня. С тем сожителем, которого ты так неосмотрительно мне продемонстрировала вчера, когда он выехал на своём велосипеде из ворот, которые, напомню, прекрасно просматриваются с высоты птичьего полёта, я разберусь. Адмирал Горшков вчера очень хорошо показал, как ты печёшься о том, чтобы этот сожитель не оставался дома в твоё отсутствие. Сегодня же он покинет твой дом. Объяснишься с ним завтра, завтра же продолжим расследование. А теперь собирайся, мы едем ко мне домой.
  Я хранила потрясённое молчание. С этим мужчиной я знакома меньше недели, а он уже начал читать мне такие лекции! Уже начал что-то за меня решать! С чего бы это? С чего вдруг он решил, что смеет хоть как-то вмешиваться в мою жизнь?
  Всё это только в более нецензурном варианте я попыталась донести до магистра Харди. Тот сначала только хмурился, а под конец моей прочувствованной речи рассмеялся:
  - Паукова, если ты сама не можешь трезво оценивать опасности для своей жизни, то этим займусь я. И это не обсуждается, - наконец, насмешливо ответил Харди, которого явно забавляли мои попытки от него избавиться.
  - Спать я буду у себя, к Торну даже не приближайся и больше не смей мне что-то приказывать, - сказала то же самое, сократив речь процентов на восемьдесят. Вот теперь магистру стало совсем не смешно. Глядя в мои упрямые глаза, он точно должен был понять, что я не шучу. А заставлять делать что-либо тёмного мага...? Надеюсь, он не настолько сошёл с ума.
  - Паукова, я пытался говорить с тобой по-хорошему, но ты умудряешься выводить меня из себя за считанные секунды! Хочешь по-плохому?! - на меня разъяренно смотрели снова абсолютно чёрные глаза, магистр Харди в это время, сложив руки на груди, словно врос в пол, не приближаясь. Видимо, помнил, чем его преследование закончилось в прошлый раз.
  - Так вот, по-плохому я тоже умею. У каждого есть болевые точки, для тебя ими является закон и магия. Как ты думаешь, что будет, если я оповещу стражей правопорядка о совсем не законных действиях, вроде, того же щита тьмы?
  - Ты не посмеешь, - пробормотала, помертвевшими губами, а затем вспомнила, что закон тут нарушала не только я, - тогда я тоже сделаю стражей правопорядка более осведомлёнными, рассказав им о твоей магии, которой быть не должно.
  - А как ты докажешь её наличие? У меня же блок, - усмехнулся магистр, а я поняла, что, кажется, меня вполне можно шантажировать, а затем:
  - А как ты докажешь, что я применяла магию?
  - Хватит даже подозрения...
  Что правда, то правда. Вопрос в том, почему вдруг Харди заинтересовало моё здоровье настолько, что он решился охранять его ценой не только наших нормальных доселе отношений, но и против моей воли?
  Этот же вопрос я задала вслух, на что получила ответ в духе магистра:
  - С детства такой добрый и сочувствующий, - искренне признался он, - как только вижу страдающих, так сразу бросаюсь им помогать.
  - Добро должно быть навязчивым, иначе, его не видно? - тоже сложила руки на груди.
  - Девиз моей жизни, - тут же согласился Харди.
  - Может быть, достигнем компромисса? - я уже окончательно поняла, что либо пытаюсь с ним договариваться, либо он заставит делать, что говорит. В какой-то мере я даже опасалась такого внимания с его стороны.
  - Ты едешь ко мне, а с Торном, ладно, разберёшься сама, - предложил магистр Харди с таким видом, что было несложно сообразить: больше уступок не будет. И я согласилась.
  Уже через пять секунд мы полностью достигли согласия, а ещё через шесть секунд химеролог принялся вешать на меня щиты.
  - Сиди и не дёргайся, - шипел он, выплетая сложнейшее кружево вокруг моей головы. Иногда он касался лица или волос, закрепляя узлы магических нитей на физическом носителе. В такие моменты по коже от места прикосновения разбегались мурашки, как круги от брошенного в воду камня. Казалось, что магистр полностью погружён в плетение, да и как могло быть иначе? С таким-то щитом?
  Однако, его прикосновения, продиктованные осознанной необходимостью, казались какими-то ласкающими, провоцирующими. Вот только доказать это никак не выходило, магистр стоял с равнодушным лицом, а изредка касающиеся меня пальцы делали это очень легко, без давления.
  Конечно же, спустя какое-то время я начинала сдерживать себя, тянущуюся за удаляющейся рукой. Сжимала губы, смотрела в одну точку и не соображала, что происходит. Но вот прозвучали волшебные слова:
  - С этим всё. Теперь щит вокруг туловища. Оголяйся, - на меня смотрели кристально честные глаза.
  - Я и сама могу поставить себе щит вокруг туловища, - ответила, немного отодвигаясь от магистра.
  - Нет, не можешь, - с такими же честными глазами ответил магистр, - щит Синкха требует последовательных закрепителей в разных точках спины, ты просто не сможешь в нужном темпе их закреплять.
  Чуть не заскрипела зубами, он был прав. Пришлось, отчаянно краснея, снять верхнюю часть одежды. Похоже, магистр и сам был не рад своей настойчивости, так как глаза его вмиг потемнели, а сам он тяжело сглотнул, мотнув головой.
  Тем не менее щит Синкха он создавать начал, даже закрепители ставил правильно. Впрочем, в этом помещении он был не один напряжён ситуацией. Меня напрягало всё: поведение магистра, опасность для жизни, излишняя обо мне забота, висящие на мне уже щиты, незапертая в кабинете дверь... Она не запиралась на ключ изнутри, а потому сюда мог войти, кто угодно. А при таком моём положении мысли незваного гостя точно примут неправильное направление.
  То, чего я так опасалась, случилось...
  Любопытная мордашка Эйри, просунулась в кабинет и обвела взглядом пространство. И, как только он наткнулся глазами на нас: на меня, стоящую неестественно прямо, без кофты, в одном бюстгальтере, и на магистра, что-то шепчущего с закрытыми глазами за моей спиной. Зрачки Эйри расширились, рот приоткрылся, но тут его заметил магистр, который уже закончил с щитом Синкха.
  Меня он стремительно прикныл, швырнув мне мою же кофту, а сам подошёл к ученику.
  - На следующей неделе будешь сдавать зачёт по этикету, раз стучаться не умеешь, - оповестил Эйри магистр Харди.
  Забыв об увиденном, мальчишка самым натуральным образом взвыл, а после исчез, бормоча что-то о книгах по этикету, которых может не быть в городской библиотеке. За ним устремилась и Солнышко, которую не так давно выгнали из кабинета, посадив перед дверью, чтобы та никого не пускала. Видимо, химера, пустив мальчишку, надеялась и сама заслужить благосклонность хозяина. Не вышло, и теперь Солнышко улепётывала наравне с Эйри.
  - Хорошо бегут, может, на следующей неделе ещё и зачёт по общей физической подготовке устроить? - размышлял магистр вслух.
  Парочка тут же остановилась, вовремя вспомнив, что по коридорам администрации бегать можно только в одном случае: если недорога работа, или если тебя преследует начальство.
  - Мы закончили с щитами? - как только магистр закрыл дверь, поинтересовалась, стремительно надевая кофту с шнуровкой на груди. Меня окинули потемневшим взглядом, а затем дали честный ответ:
  - К сожалению, да. Идём, отвезу тебя домой, нетерпеливая моя.
  - К вам?
  - А у тебя другие варианты? - осведомился магистр, собирая по кабинету все бумаги, касающиеся расследования.
  - Да, - но только заикнулась о других вариантах, тут же наткнулась на злой взгляд мужчины.
  - Вот и отлично, - подвёл тот итог, - переночуешь у меня. К слову, мой стаканчик для щётки не является общественным, потому заведёшь свой.
  - У меня с собой щётки нет, - рыкнула, тоже чувствуя, что близок очередной виток споров.
  - Ладно, уговорила. Заедем и возьмём твою щётку из особняка.
  - Ладно, уговорил. Не буду пользоваться твоей щёткой, - протянула с теми же интонациями.
  - Тёмная... зараза!
  - Уголовничек, - приласкала его с таким же энтузиазмом, припомнив, что не так давно он имел дело с тёмной магией, коей ему пользоваться запрещено.
  - Вот, что ты за человек? Сама плохому меня научила. А теперь чуть что, сразу: "Уголовничек", - печально отозвался магистр.
  У меня же от его наглости приоткрылся рот. Это я-то его плохому научила?! Да он... Он сам кого хочешь плохому научит!
  Но вот, наконец, магистр собрал все бумаги по делу, торжественно вручил их мне:
  - Шредер прямо по коридору и налево. Я зайду к Ротер, жди меня рядом с шредером. Ввяжешься в очередные неприятности, неожиданная моя, и я поставлю щит с физическими закрепителями тебе на попу, - угроза была страшна, и я решила в точности следовать указаниям. Но не огрызнуться в ответ не смогла:
  - Попа - не спина. Щит и сама смогу поставить.
  - Зараза... темная.
  - Уголовничек.
  Мы переглянулись.
  - Никакой фантазии, повторяетесь, батенька, - ласково заметила.
  - Сама не лучше, - хмыкнул Харди.
  А дальше было ничем не примечательное путешествие к шредеру. Там же закончилась жизнь бумаг, причём, закончилась довольно быстро. И я стала ждать магистра. Вопреки его прогнозам ничего со мной не случилось, а его появление не заставило себя долго ждать.
  - Удивительно! - прокомментировал то, что со мной всё в порядке, магистр Харди. Решила ничего не отвечать, но не могла не намекнуть на непродуманность плана химеролога:
  - А каким образом мы заберём мои вещи из особняка, если машину никто из нас не взял, а по улицам идти нежелательно?
  - Вот именно, поэтому ты посидишь дома, а я заберу твои вещи, - абсолютно превратно истолковал мои сомнения Харди.
  Попыталась возразить, но наткнулась на говорящий взгляд мужчины и решила, что он всё же прав. Гулять по улицам мне небезопасно. Вот только, если попытки меня убить связаны с дедом, а они связаны, значит, надо, как можно скорее разгадать его загадки. Значит, надо попросить Харди взять найденную вчера в квартирке деда книгу с собой. Вот только, как это сделать.
  От сомнений меня избавил сам Харди:
  - Защиту особняка я обойду без проблем, но это не поможет мне разобраться с месторасположением твоих вещей в этом весьма нескромном домике. Поэтому будешь меня консультировать по телефону.
  - Согласна, - тут же отозвалась, а затем поняла, что надо, наконец, посмотреть правде в глаза и поднять тему, с которой надо было уже что-то решать, - а как быть с убийцей? Ты слегка незаконно его устранил. Я слегка незаконно поставила щит. А затем ты опять же слегка незаконно пользовался заклинаниями, которыми пользоваться нельзя. Потому вопрос, что с этим делать, весьма актуален.
  - С этим ничего не надо делать. Убийцу никто не найдёт, происшествия никто не видел, у моей 'слегка' незаконной деятельности свидетелей немного: ты и род. Род будет молчать, тебе придётся тоже постигать науку языка за зубами. Проблема решена?
  - Нет, - мстительно ответила, продолжать не стала.
  - Что, нет? - недоуменно поинтересовался магистр.
  - Не решена. С нашей стороны все будут молчать, а вот со стороны убийцы? Сколько их там, крышелазателей, которые готовы на всё, чтобы испытать меня на прочность?
  - В любом случае, пока не исчезнет угроза, будешь жить у меня, подозрительная моя. К слову, расследование теперь у тебя будет домашним.
  - То есть из дома мне выходить запрещается? - медленно закипая, спросила.
  - Вот видишь, ты и сама всё понимаешь, сообразительная моя!
  Н-да, и стоит ли сейчас с ним ссориться? Снова? За последние полдня мы наговорили и наделали друг другу такого, как будто уже лет тридцать состоим в браке и до ужаса устали друг от друга. Если мне будет надо, я спокойно сбегу из его дома. В конце концов, не раз такое проворачивала у себя. Всё же, пока летние встречи с дедом не стали регулярными, я частенько сбегала от родителей. Особенно, когда приезжали дети отца от его первого брака.
  Да, своих братьев и сестёр я не то, что не любила... Ненавидела, видя, как хлопочут вокруг них родители. Помню, первый раз сбежала из дома, когда мне было восемь. В тот день меня заперли в комнате за 'плохое' поведение и поднятую из-за отвратительного настроения крысу. Последняя умудрилась напугать мою якобы сестру, та упала, сломала руку, меня закономерно наказали. В общем, тот побег закончился не очень хорошо, так как при попытке выпрыгнуть для него с третьего этажа я сумела тоже сломать себе руку. В травмпункт нас везли вместе.
  Вот и сейчас... Зачем просто так ругаться? Приеду к нему, проведу разведку на местности и решу, что делать...
  Такое здравомыслие мне обычно было не свойственно, но сейчас его можно было списать на действие таблеток. Такое было возможно. И даже очень вероятно.
  Всю дорогу до дома магистр Харди подозрительно на меня поглядывал, но тоже не стал начинать очередной спор.
  Он был даже так галантен, что о наблюдении за мной предупредил, собственно, меня:
  - Солнышко и Нюхач за тобой присмотрят, - ещё один внимательный взгляд, и он, наконец, отправился за моими вещами.
  Две химеры сели у двери и теперь неотрывно за мной следили. Даже не мигали, напоминая, что давно по большей части мёртвые. В этом доме мне выделили одну из комнат, где было более или менее чисто.
  Оказалось, что впечатление заброшенности этот дом производил не только снаружи. Внутри было также необжито. А чистота поддерживалась двумя скелетами, которые, вытирая пыль в коридоре, мне вежливо улыбнулись по приезде. Я сначала удивилась их наличию у химеролога с блоком, но после вспомнила стабильные порталы, сопоставила, решила, что бежать надо было раньше.
  Теперь же мне предстояло консультировать магистра Харди по телефону о том, что ему следует взять. Свой номер он вбил мне сам прямо перед уходом, предварительно отняв телефон. Записал он себя просто и без прикрас: "РХ". Рейган Харди явно не стремился к званию самого оригинального, а его инициалы в контактах даже терялись на фоне остальных имён.
  Пока магистр ехал к моему особняку, я решила позвонить Альке. Подруга могла сколько угодно спускать мне моё игнорирование, но не сомневаюсь, как только я приеду, меня ждут увлекательные дни с её спиногрызом. На всех неугодных она напускает его. Обычно действует, по крайней мере после похода на одно его родительское собрание я теперь опасаюсь негативных эмоций его мамочки.
  - Привет, пропажа, - тепло поздоровалась Алька, которая даже ругалась тем же тёплым голосом и с улыбкой на лице.
  - Привет...
  Молчание.
  - Ты позонила, чтобы помолчать?
  - Вот видишь, ты и сама всё понимаешь, - ответила и только потом поняла, что цитирую магистра. Это его фраза!
  - Не придуривайся, Снежок, твои родители мне уже весь мозг выели, требуя повлиять на тебя, - рыкнули на том конце.
  - Отключи телефон, - пожала плечами.
  - Тогда они лично заявятся, - огрызнулась Алька, - а теперь, давай, колись, что у тебя там происходит, что твоя мама так меня достаёт!
  - Ничего особенного.
  - Твой стандартный ответ. Будь оригинальней.
  - Куда уж больше-то?
  - Ладно, хватит твоих шуточек, - проворчала Алька, но по голосу стало понятно, простила. В очередной раз.
  - Лучше расскажи, - через некоторое время продолжила она, - зачем звонишь?
  - Передай родителям, чтобы были осторожней. И сама смотри по сторонам, - всё же предупредила. Понимание, что могут попытаться застрелить кого-то из родных или дорогих мне людей, убивало. Вот только действительно близким мне человеком являлась только Алька. Родители были просто родными. Я за них переживала, но знала, что за ними присмотрят охранники правопорядка. Они всегда за ними присматривают, с тех самых пор, как я перестала быть безопасной для окружающих. В данный момент эта слежка была мне только на руку.
  - Что-то случилось? - уже обеспокоенный голос. Даже привычная теплота исчезла, только искреннее волнение.
  - Ничего, - лгу, ни на секунду не задумываясь.
  - Паукова, вот только попробуй втянуть меня и мою семью в свою очередную разборку, - шипит Алька, - я тебя сама лично закопаю!
  - Пока, - невежливо её перебила.
  - Береги се...
  Бросаю трубку. Пару минут смотрю на неё, не отрываясь. Точно такие же взгляды исходят от химер. Вот только у Нюхача мордочка подружелюбнее будет.
  - Чего сидим? - хмуро гляжу на них, - отсидеться, отлежаться и отдохнуть успеете ещё... На том свете. А сейчас идёмте на разведку.
  Нюхач радостно виляет хвостом, шевеля ушами, пришитыми ему от непонятного зверя. Солнышко неуверенно косится на него, затем на меня, вздыхает и сдаётся. Но никуда мы не отправляемся, очень невовремя звонит магистр Харди:
  - Я внутри твоего дома. Торна нет.
  Видимо, сожитель уже покрасил ограду и уехал. Его право.
  - Оставь ему записку на воротах. Со следующим содержанием: "Меня нет, потраться на гостиницу, когда вернусь, можешь заезжать".
  Из телефона раздаётся шорох, зачем с тихой руганью магистр клеит скотчем записку на ворота.
  - А мне записки пишутся с иным содержанием, - язвит мужчина, - я поднимаюсь наверх, веди, куда надо.
  - Этаж ты знаешь, поверни три раза налево, два направо. Снова налево, затем прямо по коридору, минуя восемь дверей. Девятая моя.
  - Я на месте, - наконец, отвечает магистр.
  - Возьмите рюкзак, там все вещи в уже запакованном состоянии. И зарядку из розетки тоже прихватите.
  - А я так надеялся собрать тебе собственноручно бельё, - издевался магистр, выполняя порученное.
  - В следующий раз.
  - Ну-ну.
  - Так, теперь берите все вещи и спускайтесь в библиотеку. Да, этаж вы опять же знаете, тут по коридору, минуя два поворота. Затем налево, после снова налево. Теперь по коридору, минуя семь дверей и один поворот. Видите гобелен?
  - Тот, на котором у дизайнера окончательно закончилась фантазия?
  - Да, тот самый. За ним уже знакомая вам дверь. Теперь, минуя стеллаж с романами...
  - Теми, которые ты так страстно любишь, что делаешь на полях пометочки? - издёвка звучала не только в голосе, но даже в интонациях.
  - Ага, кстати, не стесняйтесь, я-то знаю, как вас подобная тема привлекает. Возьмите себе на вечер, - припомнила ему бельё.
  - Не могу же я лишить тебя хоть одного экземпляра из твоей бесценной коллекции, романтичная моя! - отозвался Харди.
  - Ладно, я вам потом что-нибудь сама подберу. А теперь возьмите на столе книгу.
  - Которая 451...?
  - Она самая. Всё можете уезжать.
  - Ну, нет, не могу же я упустить такой шанс покопаться... в твоём... в так сильно любимых тобой романах, - специально сделав оговорку, магистр припомнил уже мне бельё. Похоже, он всё же покопается в моих магических книгах. Ведь явно же их заметил, потому и решил остаться. А я тогда его книги изучу!
  - Нюхач, - решительно обратилась к химере, - веди меня в библиотеку!
  Солнышко вознамерилась было мне воспротивиться, даже зарычала. Тогда я пошла на крайние меры. Щелчок ей по носу с капелькой тёмной магии, которая не причинила ей почти никакого вреда из-за иммунитета всех химер. Только неприятные ощущения. В общем, она осознавала ужасную картину реальности, в шоке плюхнувшись на задницу, а мы отправились на поиски приключений. Вскоре нас нагнала недовольная любимица Харди.
  Нюхач отвёл меня в библиотеку. Она была точно скромнее нашей с дедом. Но здесь не было любовных романов, одни научно-магические труды. Это сильно уравнивало оба хранилища книг по их ценности.
  - Ты видишь?! - уже спустя пять секунд трясла я Нюхача, - это же сам гримуар Смерти!!! Утерянная книга! Всего три экземпляра во всём мире!
  А ещё на нём стояла серьёзная защита. Не попытаться расплести её - было бы кощунством.
  Так, подцепляем правую нить, на ощупь двигаемся к сердцевине заклинания. Чуть-чуть добавляем магии в этот узелок, отсюда, наоборот, её вытягиваем. Прикрыла глаза, находя сосредоточение. Не знаю, сколько я так стояла... Час, может, два. Весь мир потерял значение, а охранное заклинание по-тихоньку подавалось моим усилиям. Вот уже крайние нити расплетены, срединные расшатаны, основные узлы ломятся от магии, в периферических узелках магии почти не осталось. Чуть прикусила губу, пытаясь отыскать ещё одну ключевую нить.
  Держа на руках пять нитей, контролируя ещё шесть и следя за остальными, я не отвлекалась ни на что, боясь потерять концентрацию. Потому и не сразу поняла, что происходит, когда чьи-то сильные руки заключили меня в кольцо объятий, прижимая спиной к чьим-то мышцам. А на ушко знакомый такой голос вкрадчиво прошептал:
  - Хитрая моя, а просто попросить?
  Открыла глаза так резко, что зашипела от света и нормального зрения, когда уже почти не видны потоки магии, а узлы становятся размытыми. Две нити выскользнули из рук, концентрация была безвозвратно утеряна.
  - Отпустите меня! - прошипела, вырываясь.
  Харди насмешливо на меня посмотрел. Щелчок пальцами, и заклинание, охраняющее гримуар Смерти рассыпалось, а затем щёлкнули уже меня... по носу:
  - Развлекайся. Захочешь покушать или извиниться - я внизу.
  - Ещё чего?! - прошипела вслед удаляющемуся химерологу. Тот только хмыкнул, а затем и вовсе расхохотался.
  - Ещё можешь, кроме извинений, разобрать свои вещи или приготовить поесть, - ехидно ответил магистр, исчезнув за дверьми его библиотеки.
  Нюхач смотрел на меня, прищурившись и с обидой. Видимо, ему попало за то, что помог мне с разведкой на местности. Странно, что попало ему, а не мне. Солнышко, кстати, тоже вышла сухой из воды. И глядела она теперь на нас свысока. Не удержалась и пожелала ей свалить за хозяином, чтобы не мешать нам с Нюхачом развлекаться. Высокомерия во взгляде тварюшки поубавилось, а Нюхач стал ко мне более благосклонен.
  Но в данный момент меня больше интересовал гримуар... Это же легенда! В тех университетах, где я училась, всякий некромант считал своим долгом попросить у профессора, преподающего "Классическую некромантию в юриспрунденции", этот гримуар, который по одной из университетский баек, тот имел. Никому книгу так и не дали, а о её наличии у преподавателя информация так и не подтвердилась, хоть и не была опровергнута. Этот гримуар - действительно легенда. Любой некромант отдал бы душу за возможность его коснуться! Нет, я со своей стороны максимум бы почку отдала, до души ещё не допилась, однако, сам факт...
  Трясущимися, как у больных, руками взяла заветную книгу. Открыла оглавление. А затем на весь дом разнёслись мои ругательства! Я вспомнила все бранные слова, которые знала, и которые мне знать не полагалось! Я чуть не зарыдала от обиды!
  Это была книга рецептов! Совсем не гримуар Смерти. Весьма качественная иллюзия на бесполезной книженции явно предназначалась для чересчур любопытных гостей! Правильно, кто же будет хранить такой гримуар в доступном месте?!
  Откуда-то снизу донёся весёлый хохот магистра, который явно знал, насколько мне в данный момент обидно! Утерянная книга была так близка!
  Разъярённой фурией я промчалась по коридорам на кухню, думая, как буду пытать магистр Харди. В этот момент я безумно радовалась тому, что яляюсь некроманткой и имею возможность оживить труп Харди, чтобы снова его до смерти запытать!
  - Ты! - прошипела, глядя на пьющего кофе магистра. Тот расслабленно стоял, почти сидел, опираясь о кухонный стол. На меня смотрел с улыбкой.
  - Да-да, моя прелесть? - ехидно спросил он.
  - Ты! - повторила, медленно приближаясь.
  - Да-да, моя радость?
  - Не твоя! - хмуро буркнула, осознав, что раскаяния ждать не приходится. Думала было как-то мелко ему отомстить, разлив его кофе, например, но после вспомнила, что мелочи - не по моей части. К тому же если есть вариант со словесными издевательствами, почему бы не воспользоваться им?
  Моментально успокоилась, натянула на лицо издевательскую усмешку, втала напротив магистра и вкрадчивым полушёпотом спросила:
  - Так, какой роман ты взял?
  - Что? - непонимающе нахмурился Харди, слегка удивлённый переменами в моём настроении, но всё ещё продолжающий ухмыляться.
  - Какое, говорю, чтиво выбрал на вечер? Зная твою страсть к подобного рода литературе, я не сомневаюсь, что ты даже мне найдёшь, что посоветовать по теме, - поведала ему, напомнив о том, как он закончил наш телефонный разговор и по какой причине остался в особняке.
  Усмешка медленно сползла с лица магистра:
  - Хватит намекать на мою любовь к женским романам!
  - Я не намекаю, я прямым текстом спрашиваю, что выбрал-то? И что советуешь?
  - Такой опытной читательнице что-то посоветовать по теме я вряд ли смогу, - снова влился в разговор магистр, поднося чашку к лицу.
  - Да ты не стесняйся, как будто это не у тебя в библиотеки половина полок отданы под подобное чтиво! - заявила, а затем с наслаждением проследила, как магистр Харди чуть не поперхнулся, после чего осторожно поставил чашечку с кофе на стол.
  - Не выдавай желаемое за действительное, - чуть подался он вперёд, приблизившись к моему лицу, говоря каким-то интимным полушёпотом, да так, что я могла ощущать на своих губах его тёплое дыхание. Почему-то сглотнула, отодвинулась и решила не провоцировать эту неуравновешенную личность.
  Сообразив, что настроения над ним издеваться у меня уже нет, магистр Харди тоже перестал язвить, вполне интеллигентно предложив:
  - Хочешь кофе?
  - Нет, мне нельзя молочные продукты.
  - Что так?
  - Непереносимость лактозы.
  Магистр на миг нахмурился, а затем даже как-то весело проговорил:
  - Ну, тогда я мороженное съем, а то не хотел при тебе доставать, опасался, как бы не объела меня.
  - Ха-ха, - очень 'натурально' изобразила смех, - в том мороженном, что ты покупаешь в магазине, молока нет, а химикаты мой желудок переваривает без излишних претензий. Потому делись.
  - У тебя непереносимость, - хмуро напомнил Харди.
  - Ну и что?
  - У тебя непереносимость, - уже куда настойчивее проговорил Харди и не дал мне пройти к холодильнику, схватив за руку, - я, конечно, немного разбираюсь в медицине. Но в случае чего моих навыков хватит разве что на то, чтобы добить, а потом поднять в виде умертвия.
  Досадливо поморщилась, но вредничать перестала и признала его правоту. Магистр же руку мою отпустил только тогда, когда я дёрнула её к себе. Сам он всё также невозмутимо смотрел на меня сверху вниз, не собираясь предлагать ничего более, после поражения с кофе.
  - Ладно, пойду поищу у тебя в библиотеке что-то посущественнее книги для начинающих поваров и домохозяек.
  Развернулась и направилась к двери, как вдруг... Сама не поняла, как оказалась в крепких объятиях, наверное, меня дёрнули за руку, резко притянув к себе. Чувствуя спиной магистра, замерла, приостановив готовое сорваться с языка проклятие. Почему-то стало жарко, а меня захлестнула волна нервозности. Мою реакцию явно заметили, потому как чужие губы, мазнув по виску на ухо довольно прошептали:
  - Не забудь про ужин.
  - Не забуду! - стремительно вырвалась, ни чем более не показав странной реакции организма, - вам бы тоже почитать пора, - напомнила про захваченные им из особняка романы, - а то буквы забудете, как выглядят, - ехидно закончила.
  - Не беспокойся, моя нервная, не забуду, - хмыкнул мужчина, попивая свой кофе.
  Удалилась, но не оставить за собой последнее слово не смогла:
  - Я бы не была в этом так уверена...
  Ехидство не помогло, ощущение, что в этом раунде меня сделали всухую, не оставляло. Чёртов Харди! Чёртово тело! Ведь знаю же, что симпатии к магистру не испытываю, вот ни капельки... Почему же тогда всё становится так странно рядом с ним? Ладно, это второстепенно. Сначала надо разобраться с дедом.
  Да, направлялась я отнюдь не в библиотеку. К себе в комнату, чтобы попытаться решить очередную загадку деда. Чувствую, их еще много, а я вот уже несколько дней топчусь на месте.
  В рюкзаке, небрежно кинутом на ту кровать, что мне выделили, я довольно быстро нашла потрёпанную книжку деда. Тут же открыла её и пролистала. Страницы были хрупкими от старости, а по их каёмке шли жёлтые разводы от чужих пальцев. Увидела какие-то пометки карандашом на одном из центральных листов, после чего на последней странице нашла ожидаемую телефонную кнопку. Цифра два, выковырянная дедом, символизировала, что до конца, то есть до цифры 9, мне ещё очень долго. Прямо-таки очень-очень долго.
  Простонала, захлопнув книжку в твёрдой обложке. Разгадывать ничего не хотелось, первоначальный азарт оставался, но он, скорее, тлел редкими угольками, чем пылал полноценным пожаром, как в самом начале. Двойку кинула к другим цифрам, спрятав в карман рюкзака. Вряд ли, конечно, но дед вполне мог и с участием кнопок что-то придумать.
  Так, а теперь следующий шифр. Снова нашла ту страницу, на которой видела непонятные пометочки карандашом. Нашла, открыла. И уставилась на буквы. Те продолжали взирать на меня, будучи написанными в довольно странном порядке по три. Три буквы, снова три буквы. И снова три буквы.
  Вот, что было перед моими глазами: "АУГ АЦУ АУЦ ЦЦГ УАА". Можно было бы подумать, что я прямо сейчас вспомню, какую-нибудь подсказку из жизни, осознаю, что в детстве дед уже давал мне аналогичные загадки... Можно было бы, но этого не произошло. Конечно, для начала я стала искать закономерности. Я всегда с этого начинала.
  Итак, понятно, что по три буквы вместе дед поставил не просто так, также просматривается тенденция использования всего четырёх букв: "А, У, Г, Ц". Ни одной другой буквы не было. Как назло, надпись стояла где-то в середине книги, видимо, больше в самом произведении подсказок нет, а эта книга мне более не понадобится. Я её аккуратно положила на дно рюкзака и принялась ломать голову.
  Заметила, что ни одна буква не встречается сразу во всех тройках. Обнаружила, что наиболее частая буква - 'А'. Однако всё это никак не помогло. Листок, который я использовала в качестве черновика, уже был исписан наполовину. Я точно проверила все знакомые мне шифры, которые можно загнать в подобные рамки. Ничего нового не открыла.
  Нет, дед точно издевается! Запустила руки в волосы и перечитала шифр. Теперь я полностью ушла в него, пытаясь найти то, что найти мне было по крайней мере сейчас не суждено. В дверь постучали.
  Чуть с кровати от неожиданности не грохнулась. Не успела крикнуть, что открыто, как магистр Харди уже оказался в комнате. И моментально заметил те листочки, что я так активно пыталась сейчас прикрыть каким-то первым попавшимся под руку романом. Его явно захватил из особняка магистр. В издёвку.
  Роман являлся знатным представителем коллекции неизвестной мне тётушки, и как один из лучших экземпляров обладал всеми качествами подобной литературы, в частности, малыми размерами обложки. Ей так и не удалось скрыть листочек с переписанным шифром и черновик. И Харди не мог не обратить на них внимание.
  Магистр, переключив моё внимание на Солнышко, которая внезапно залаяла, ловко забрал листочки. Быстро просмотрел все мои записи, хмыкнул:
  - Очередная загадка?
  - Ага, - не стала отпираться, - как там с взаимопомощью ближнему?
  - Ты некроманта об этом спрашиваешь? - изумился магистр, - мы помогаем разве что с устройством похорон!
  - Ну, кто некромант, а кто... асоциальный элемент с уголовной ответственностью и судебным запретом, - необидно подколола. Как ни странно, после демонстрации мне в полной мере своих возможностей, мужчина перестал так остро реагировать на тему запрета некромантии. Вот и сейчас только испепелил меня взглядом без нанесения тяжких телесных повреждений.
  - Ладно, болезная моя, помогу тебе. Только на один вопрос ответь, - ещё раз осмотрел листочки магистр Харди.
  Не заподозрив подвоха, кивнула. И тут же магистр рявкнул:
  - Ты анатомию в университете изучала?!
  Невольно кивнула ещё раз.
  - Тогда почему четыре буквы "А, У, Г, Ц" не вызвали у тебя никаких ассоциаций с азотистыми основаниями РНК?!
  Стремительно подорвалась с кровати, вырвала у магистра листочки, перечитала шифр и севшим голосом прошептала:
  - И, правда... Это же элементарно!
  - Я тебе поражаюсь, недогадливая моя, - ехидно заметил магистр, - почему столь элементарные вещи вводят тебя в такой ступор? И почему тебе потребовалась подсказка? Забыла всё, чему учили?
  - Вот давай без намёков на проблемы с памятью, - буркнула, стремительно зачёркивая свои же записи. Всё, абсолютно всё должно было быть скорректировано!
  - Да я и не намекаю, прямым текстом говорю. Ладно, мне это простительно... Возраст, общее старение организма. Вот и, здравствуй, склероз. Но ты-то? - издевался магистр Харди, сложив руки на груди и наблюдая за моими попытками исправить всё.
  Невольно оглядела поджарую фигуру магистра, не заметила никаких признаков надвигающегося старения. Даже небольшая седина на висках была, скорее, оставлена теми же событиями, что подарили ему тонкие полоски шрамов на лице, чем временем. И это, не учитывая, что маги живут значительно дольше обычных людей. Тем не менее не стала разубеждать магистра в его словах:
  - Да-да, - покивала сочувственно, - вам бы уже о внуках думать, о наследниках. Местечко за оградкой, опять же, присмотреть можно, - и вернулась к бумагам.
  - Зараза! - спустя какое-то время прошипел магистр.
  Тщательно скрывая улыбку, отозвалась, как того требовали приличия:
  - Уголовничек!
  А затем мы как-то, не сговариваясь, взялись за шифр. Все, кто углублялись (даже те, кто не углублялись) в анатомию и генетику, знают, что РНК - нуклеиновая кислота, и всего РНК существует три вида: транспортная, матричная, рибосомная. Дед явно имел в виду второй вариант, так как именно там наиболее важны азотистые основания. Так вот, РНК, копирует информацию с ДНК, а затем кодирует аминокислоты вне ядра клетки, участвуя в процессе создания белков. Суть в том, что три основания РНК кодируют одну аминокислоту.
  Всего основания четыре: урацил, аденин, гуанин и цитозин. Аминокислот 20 штук. А с этим можно работать.
  - Твой дед поставил их тройками, нам нужно просто вспомнить, какие именно аминокислоты закодированы в каждом триплете. Лично я в силу возраста, - припомнил мне наш разговор магистр, - не помню наизусть такие тонкости.
  - Предлагаю прогуляться до библиотеки, - согласилась с ним.
  - Идём, недогадливая моя, вот только не надо искать аминокислоты для первой и последней тройки. Напоминаю, что их функции в РНК сводятся к...
  - Да, это я помню, - раздражённо откликнулась, - такое сочетание оснований служит 'старт' и 'стоп' сигналами при синтезе. Умная клеточка, - съехидничала.
  - Значит, по сути нам нужно найти всего три аминокислоты. Не так и сложно, - констатировал магистр.
  Спустя пятнадцать минут в библиотеке мы нашли искомое. Получалось три аминокислоты: "Треонин, изолейцин, пролин".
  - Треонин, изолейцин, пролин, - повторила в пятый раз, - треонин, изолейцин, пролин, - шестой, - треонин...
  Магистр Харди, наконец, оторвался от бумажки, на которой комбинировал аминокислоты. Он уже был совсем не рад, что решил мне помочь, о чём мне постоянно напоминал, рассказывая, что такие умственные нагрузки вредны при его-то возрасте. Явно не забыл о моей язвительности.
  - Либо мы сделали что-то не то, либо первый и последний триплет всё же были нужны нам, и их аминокислоты тоже важны, - потёр переносицу магистр Харди.
  Невольно улыбнулась этой его привычке. Уже в третий раз замечаю этот жест за ним.
  - Что? - подозрительно посмотрел на довольную меня Харди.
  - Думаю, что в крайнем случае, если мы умрём над этими книгами, придавленные знаниями, - обвела глазами кучу различной толщины талмудов, которые мы разбросали по библиотеке, - ты окочуришься первый... в силу возраста, - съязвила, понимая, что совершенно не понимаю своих реакций на магистра. Ну, не нравится он мне! А всё равно замираю, глядя, как он трёт переносицу, а затем одёргивает себя, понимая, что такая привычка с головой выдаёт его усталость.
  - Первый! - внезапно вскочила, перевернув стул, - точно, первые буквы!
  Хотела было объяснить, но магистр Харди уже сообразил, что со мной, схватил бумажку и выписал первые буквы аминокислот, получилось...
  - "ТИП", - с выражением зачитал магистр Харди, - слово получилось, вот только...
  Я же внезапно побледнела! Просто я знала, кто такой ТИП, а также знала, где искать следующую подсказку.
  - О, так ты уже всё поняла, - с сарказмом заметил магистр, - мне, конечно, не скажешь? - больше утвердительно, чем вопросительно заметил мужчина. Я только кивнула, понимая, что мне бы тоже было безумно обидно потерять в очередной раз даже крохи результатов такой работы.
  Магистру же было не обидно, он просто был зол. В одно мгновение мужчина сгрёб все бумаги, скинув их в мусорное ведро. Книги полетели на пол, а затем мне с завидной холодностью и самоконтролем предложили:
  - Ужинать?
  Невольно помотала головой, решив, что ещё несколько часов наедине с ним, и меня не спасёт даже самоконтроль магистра.
  - Правильный выбор, - прошипел мужчина и стремительно покинул библиотеку, добавив, - вот только поесть тебе всё же придётся. Не хочу лицезреть твою преждевременную смерть, моя хрупкая душевная организация такого не переживёт.
  Ужин прошёл в тишине. Сервировали стол знакомые скелеты, но даже они невольно ёжились от холодного тона магистра. Я же под его пристальным взглядом съела свою порцию и позорно сбежала к себе в комнату. Там и уснула после ревизии обширной ванной комнаты за дверь напротив.
  
  Глава 6
  
  Что-то неразличимое, смутное преследовало меня всю ночь. Оно то заманивало меня куда-то, то заставляло метаться в ужасе, пытаясь заново его обнаружить. Яркие краски снов создавали причудливые картины, но общее впечатление все равно оставалось неприятным. Как ни странно, в этой ночной какофонии звуков и цветов, что устроил мне мозг, я сумела выспаться. И даже бы не проснулась, если бы меня что-то не придавило. Сильно так придавило, основательно.
  Это что-то было очень наглое, сильное и бесстыжее, так как чья-то неопознанная конечность сначала меня придавила, а затем и вовсе придвинула к тёплому телу, не давая выбраться. И вот тогда я открыла глаза! Проморгалась, сдержала крик. Ведь только что осознала, что никаких чужих конечностей в моей кровати быть не должно!
  Позади меня, опровергая данную мысль, кто-то спал, уткнувшись мне в волосы и прижимая к себе той самой наглой конечностью. С испугом хотела было повернуться, но этот кто-то очень знакомым голосом попросил:
  - Дай поспать!
  И вот тогда стало ясно, что в отличие от меня магистр Харди своё месторасположение ещё не осознал.
  - Что вы тут делаете?! - каким-то чудом всё-таки выкрутилась из-под конечности и, вскочив с кровати, уставилась на спящего мужчину. Тот был в штанах, что меня несколько успокоило.
  - Не кричи, - очень убедительно почти приказал Харди, не открывая глаз.
  Ко мне очень медленно начало приходить понимание...
  - Голова болит, - полностью подтвердил мои мысли магистр, поморщившись от моего громкого голоса.
  - Похмелье? - усмехнулась, ну, очень мстительно.
  Магистр промолчал, накрыв голову подушкой. Я же... Я просто не могла не припомнить ему всё то, что выводило меня из себя. Поэтому с радостной улыбкой распахнула дверь и с истинно некромантской мстительностью впустила ожидаемо карауливших под ней химер. Солнышко со всей возможной громкостью и скоростью залетела в комнату и прыгнула... прямо на хозяина! Нюхача я придержала за холку, решив не подставлять симпатичную мне химеру.
  Правильно сделала... Как бы ни относился к Солнышку магистр, но её ждал только рассерженный рык, а затем короткий полёт на пол вследствие удара ногой. Химера заскулила, обиженно глянула на мужчину и гордо ушла из комнаты, перед этим клацнув зубами в опасной близости от моей руки, всё ещё находящейся на холке Нюхача. Тот на неё рыкнул не хуже магистра.
  Харди же принял вертикальное положение, недовольно нахмурился, направил на себя палец и применил бодрящее заклинание, которое моментально убрало все симптомы похмелья. А жаль.
  - И, что вы тут делаете? - сложила руки на груди, смотря на магистра, который был на удивление ни капли не смущён происходящим. Более того, он наслаждался видом моих коленок из-под растянутой мужской футболки.
  Ойкнула и в мгновение натянула какие-то шортики. С постели послышался расстроенный вздох.
  - Так, что вы тут делаете?
  - Вообще планировал поспать, - честно ответил Харди, - но, видимо, не получится.
  А после на потрясённую этой наглостью меня, ну, так укоризненно взглянули, забрали подушку, которой тут вчера не было. И магистр просто ушёл! Взял и ушёл! Кинув напоследок:
  - Бессердечная.
  Хотелось ударить его чем-нибудь потяжелее. Так, чтобы: раз, и можно скидываться на поминки! Только ничего тяжёлого рядом вот совсем не было. Зато тут же обнаружился всё ещё сидящий Нюхач. Ему-то я и предложила пойти со мной готовить завтрак. Для нас, конечно, не для магистра. Чудовище охотно согласилось. Похоже, кормили тут их из рук вон плохо.
  Ну, ничего... Так подкормлю парочку химер, глядишь, и восстание против тирании магистра поднимем. А там и до приватизации его имущества недалеко. И с чего бы у меня сегодня такое хорошее настроение? И это-то с в конец обнаглевшим магистром-то! Который мало того, что с моим мнением не считается, так ещё и компанию свою ночами навязывает! А настроение всё равно замечательное...
  Кухня в доме была такая же необжитая, как и все остальные помещения. Большая часть посуды до сих пор была не вытащена из коробок. То есть её привезли в этот дом, и так и не выгрузили. Не стала разрушать эту хрупкую систему, решив приготовить что-нибудь попроще. Попроще я знала только яичницу, но яиц у магистра не оказалось. Куриных, в смысле.
  Ещё попроще была каша, но ничего на неё похожего в многочисленных шкафчиках я тоже не нашла. Тогда решила познакомиться поближе со скелетами, которые выполняли вчера да и вообще всегда функции слуг, уборщиц, поваров. И всё за бесплатно.
  Скелетов я нашла. И довольно быстро. Вот только они, будучи метрах в трёх от меня, ко мне приближаться не захотели. От моих же действий по сближению они шарахались. Не понимая, что происходит, спросила:
  - Вы чего? Я же вам пока ничего не делала? - и сама усомнилась в этом с такой забитостью и жалостью на меня поглядели скелеты, но всё же попыталась ещё раз приблизиться к несчастным. Те снова отшатнулись, но на этот раз их пустые глазницы смотрели не на меня, а на кого-то за моей спиной. Этот кто-то, приобняв меня за плечи, развернул. Тут же вырвалась, что не сильно-то расстроило магистра.
  - Они слишком буквально восприняли некоторые мои слова вчера, когда я бы слегка не в себе, - пояснил Харди, намекая на активное злоупотребление алкоголем. Невольно с жалостью глянула на скелетов. Те ещё больше затряслись, виновато смотря на Харди.
  - И какие же слова? - нахмурилась, видя, что скелеты сейчас рассыплются на составляющие от нервного срыва, который, вообще-то, невозможен при их-то состоянии посмертия.
  - Эм, - впервые я видела, что магистр не знает, что сказать! Это было как-то необычно, вот только ещё более необычным стал голос Ильшера, которого я ранее не замечала. Голос был, надет заметить, бодрый, даже радостный.
  - Да он им пообещал тазобедренные суставы поменять друг с другом, если они ещё раз взглянут в твою сторону, как за ужином! - весело ответил мне на вопрос мужчина, кладя руку на плечо вмиг закаменевшего магистра. Тот же нахмурился, скинул конечность племянника, а меня внезапно настигло озарение:
  - Так вы вместе пили!
  - Ну, кто-то же должен его контролировать, чтоб не разошёлся и не спалил весь Клион по пьяни, - хмыкнул Ильшер.
  Невольно улыбнулась ему, что было сразу же замечено магистром Харди. Тот мгновенно отмер, нахмурился ещё больше, развернулся к родственничку, который тем не менее не потерял боевого настроя.
  - Контролировать, говоришь? - знакомо протянул мужчина, - вот и проконтролируешь, чтобы со Снежаной всё было в порядке, пока меня не будет.
  Ильшер как-то затравленно на меня глянул, но кивнул. Магистр тут же прибавил:
  - И помни, что будет, если протянешь руки к чужому...
  Ильшер сглотнул, проникся и прошептал мне:
  - Не боись, он уедет, а мы...
  Что 'а мы', осталось тайной, так как меня категорически не устраивала ситуация. Глядя прямо в темные глаза магистра, внятно и чётко спросила:
  - Почему это я дома? А как же расследование?
  - Без тебя нарасследуемся, - непреклонно ответил мужчина.
  - А особняк?
  - Без тебя выстоит.
  - А Торн?
  Вот тут глаза магистра начали стремительно и очень знакомо темнеть! Он, уже не сдерживаясь, прошипел:
  - Ты сидишь дома!
  - Но ведь расследование... Ты... Ты обещал! - обвинительно тыкнула ему в грудь пальчиком. Магистр проводил мою конечность взглядом, да так, что я её тут же отдёрнула и усмехнулся.
  - Ты. Сидишь. Дома, - членораздельно повторил он, затем стремительно развернулся к племяннику, - а ты за ней следишь, - затем к скелетам, - а вы... Да прекратите же дрожать, - рявкнул магистр, - вы следите за Ильшером. Будет распускать руки, а вы за ним не уследите, учтите, что, помимо тазобедренных суставов, у вас есть ещё куча костей, которые можно поменять местами.
  Затем магистр также быстро развернулся к Солнышку и Нюхачу, сидящим рядом с Ильшером:
  - А вы следите за скелетами. Один их косой взгляд, и у вас будет вечером пир.
  Знакомая воронка портала, и магистра Харди уже нет.
  - Сурово с нами Рей, - задумчиво, глядя на меня, констатировал Ильшер. И вот с чего бы мне быть такой спокойной сейчас? Однако же даже ни на секунду не усомнилась, что смогу отсюда сбежать, когда захочу. Ни на секунду не подумала, что мои няньки могут быть более внимательны, чем родители или психотерапевт.
  Даже не принимала в расчёт такое развитие событий. Вот только одной ходить по улицам - всё же не слишком здравая мысль, значит, неплохо было бы взять с собой Нюхача на случай побега.
  В голове моментально вырисовался подходящий план. Да, Харди явно меня недооценивает. Самоуверенность - отличительная черта всех тёмных магов. Тут уж не поспоришь. Теперь цель номер один - сбежать. Цель номер два - найти следующую загадку деда, благо, знаю, где искать. Цель номер три - снова включиться в расследование. Цель номер четыре - отомстить магистру. Цель номер пять - забыть и снова отомстить. Остальные цели идентичны пятой. Что ж, к делу.
  Однако прямо сейчас начать осуществление задуманного не вышло. Ильшер решил на совесть выполнить порученное, а потому меня начали расспрашивать:
  - Вы уже завтракали?
  - Да, - хмурый ответ без малейшей попытки прореагировать на навязчивое дружелюбие племянника Харди. Скелеты в это время тихо пятились, Солнышко вылизывала лапы, что выглядело если не отвратительно, то точно неприятно. А Нюхач старался следить сразу за всеми, что несильно упрощало его задачу.
  Ильшер же на третьем вопросе при моих односложных ответах всё же сдался, досадливо поморщившись и неприязненно оповестив:
  - Ладно, я пытался быть вежливым и дружелюбным. Предлагаю соглашение, ты ведёшь себя хорошо, чтобы даже Рейган не мог придраться, а я тебя не трогаю и не достаю. Идёт?
  - Ладно, - согласилась даже охотно. Всё-таки Ильшер мне нравился. А если он ещё и мешаться под ногами не будет, то, может быть, удастся осуществить план без вреда для него.
  Мужчина же после моего ответа поморщился, но ничего не сказал и отправился на кухню. Его явно не привлекала роль няньки, вот только отказать магистру Харди бывает порой очень сложно. Если вообще не невозможно.
  Оглянулась на Нюхача, на Солнышко, скелетов. Последние смотрели на меня даже как-то затравленно. Задумчиво прошлась по ним взглядом. Вот чисто профессионально они были весьма интересны, с точки зрения костей. У одного в черепе дырка от трепанации, которая явно и свела его в могилу, так как края дырки всё ещё оставались неровными. Не умри он из-за трепанации, у дырки в черепе были бы немного оплавленные края.
  Второй скелет был собран из костей, явно долго пролежавших в почве с высоким содержанием марганца. Красноватый, даже коричневатый оттенок навевал что-то зловещее. Не знаю, от чего он умер, так как никаких внешних проявлений не вижу, вот только странно, что так хорошо сохранились кости. Впрочем, это неудивительно при уровне некромантии у Харди.
  Скелеты всё также затравленно смотрели на меня, а я внезапно осознала, что вот уже минуты три пялюсь на них с самыми кровожадными намерениями. Решила чуть ослабить повисшее напряжение, поздоровавшись:
  - Здравствуйте... Мальчики?
  Длинные сосцевидные отростки в черепах, торчащие края нижних челюстей, широкие и длинные берцовые кости, надбровные валики, узкие тазы - всё говорило об их половой принадлежности как о мужской.
  Они невольно кивнули, стараясь не смотреть мне в глаза. Сильно же их запугал магистр. Что ж, без помощи мне из дома не выбраться, а значит, почему бы не приобрести помощников в виде скелетов? Контроль, конечно, у Харди не перехвачу, но некая свобода воли у скелетов всё же присутствует, а договориться с мёртвыми куда легче, чем с живыми. К тому же, судя по степпени срастания швов на их черепах, они мои ровесники, может, немного старше.
  - Какие приказания магистр выдал относительно меня? - стараясь улыбаться, спросила, зная, что получу ответ. Ну, не мог Харди запретить им это мне говорить! Уж чем-чем, а благом неведение такой человек, как магистр, не считает.
  - Те, что вы уже услышали, - скрипучим, магическим голосом начал тот, у которого в черепе была дыра от трепанации, - а также помощь вам с адаптацией в доме.
  - В последний пункт входит экскурсия с описанием защиты дома? - спросила, как можно, беззаботнее.
  - Защиты... - задумчиво переглянулись скелеты. Некоторая степень неуверенности в их действиях точно имелась, оставалось, только развить её...
  - Ну, конечно, защиты. Мне же нужно понимать, что мне ничто не угрожает. А, иначе, какой смысл мне здесь сидеть? - аккуратно подвела скелетов к нужной мысли.
  - Вам же не запретили мне про это говорить, - ещё немного подтолкнула их в правильном направлении.
  - Нет, - как-то совсем не уверено ответил скелет с трепанацией.
  - Ну, тогда давайте начнём с защиты самого дома. А затем поговорим о защите на контурах по периметру.
  Уже через полчаса всё ещё сомневающиеся скелеты поведали, что защита односторонняя. То есть войти не получится, а вот выйти очень даже. Именно поэтому за мной так активно следили, именно поэтому магистр вызвал Ильшера. И именно поэтому мне удастся ускользнуть. Почему Харди допустил такой прокол? Подозреваю, что он просто не думал, что возникнет такая ситуация, и, скорее всего, уже завтра защита будет двойной. А вот сегодня... Сегодня я вполне могу уйти. Осталось только отвязаться от химер и скелетов.
  Сделать это оказалось на удивление просто. Для скелетов хватило двух третьего уровня заклинаний. Они просто развалились по костям, которые собирались, но очень уж медленно. После этого, ну, не смогла удержаться и под ошарашенными взглядами химер и скелетов, чьи черепа активно вращались по направлению к позвонкам, в частности, к атланту, подошла и с интересом взяла череп с дыркой прямо на теменной кости.
  - Действительно трепанация! - с радостью воскликнула, рассматривая характерные царапины по краям, как оказалось, прямоугольного отверстия, - кто ж тебя так, болезный? - с жалостью посмотрела в горящие отчаянием глазницы скелета.
  Тот промолчал, я решила его оставить. Действительно оставила череп, оглянулась на потрясённую Солнышко и осведомилась:
  - Откуда Харди их выкапывал? Где такие хорошо сохранившиеся экземпляры водятся?
  Химера заскулила, пятясь от меня. Осознала, что делает, резко подалась вперёд и зарычала. Вот только всё это, служившее для её отвлечения, сработало на совесть. Нюхач уже подкрался к ней сзади. Две секунды, короткая борьба двух машин смерти, победителем которой ожидаемо вышел Нюхач, первым схвативший Солнышко за холку и так и не уступил лидирующих позиций.
  Вот уже Солнышко лежит, Нюхач поскуливает, понимая, как ему попадёт. Не могу! Вот просто не могу оставить его на растерзание Харди. Нюхач уже воспринимался если не своим, то близко к этому!
  - Идём со мной? - спросила тихо, присаживаясь на корточки рядом с химерой. Тот, вырубив Солнышко, сидел рядом и смотрел мне прямо в глаза. Он казался каким-то маленьким, даже беззащитным перед скорым гневом хозяина.
  Нюхач недоверчиво покосил на меня глазом, фыркнул, сомневаясь. Чихнул, потряс мордой, и... пошёл со мной.
  Мы вместе выбрались через главные двери и вместе же побежали по направлению к моему особняку. Следующую загадку деда следовало искать там. Неудивительно, что мы передвигались бегом. Опасность в виде новых убийц по мою душу никуда не пропала. Меня защищали поставленные вчера магистром щиты, меня защищали те слои щитов, что поддерживала уже я, меня защищал Нюхач. Но всё равно... Я всё равно бежала. И химера бежала рядом. Он двигался мощными прыжками, иногда порыкивая на меня, так как при всех моих физических данных я не могла бежать на одном с ним уровне.
  Уже через сорок минут мы стояли перед знакомыми воротами. Записка, оставленная для Торна, была явно прочитана и точно сорвана им же с ворот. Отметив это, пригибаясь, чтобы меня не было видно с соседнего участка, пробежала через ворота и начала огибать особняк, даже не думая в него входить.
  Тут я двигалась с теми же предосторожностями, что и раньше. Именно поэтому это заняло на порядок больше времени, чем обычно.
  Наверное, уже можно было догадаться, что я направляюсь к могилке той самой собачонки Типки, что бесила меня при жизни и питала в виде некромагического источника после своей смерти. Весьма хитро дедушка её обозначил в своих загадках. Полного имени Типки уже давно почти никто и не помнил. А ведь когда-то её назвали Таисией Ивановной Пименовой. Вскоре, впрочем, это гордое имя сменилось на Типку или попросту на шавку. Как уже было сказано, собачонку у нас никто не любил.
  Весьма логично предположить, что следующая подсказка будет находиться в могилке Типки. А также весьма логично, что её могилку никто, кроме меня, не тронет. Всё-таки некромагический источник - довольно опасная вещь. А уж нарушать целостность его контуров - дело самоубийственное. Не для его создателя, конечно же.
  Нюхач, чуя запах тёмной магии, оживился, даже как-то визуально увеличился в размерах, но громкий лай сдержал, понимая, что так все мои ухищрения на поприще шпионских игр пропадут даром.
  Собственно, раскапывать могилку Типки я не планировала. Даже не планировала её трогать, понимая, что дальнейшее следование за подсказками деда бессмысленно. Раз, кроме меня, этот этап никто пройти не может благодаря моему источнику, то теряет смысл вся эта гонка 'кто первый...'.
  Да, мне любопытно, что прячет дед, однако, рисковать и дальше я бы не стала... Укрепила бы источник, оставила бы неприятные сюрпризы всем самоубийцам, рискнувшим тронуть источник, и забыла бы обо всём этом, вернувшись к обычной жизни. Однако моего интеллекта хватало на понимание, что если я ещё смогу защититься от тех, кому нужно дедово наследство, то мои родители нет. Значит, всё-таки придётся продолжать игру.
  Ставки повышаются.
  Вздохнула, глянула на лопаты, валяющиеся рядом с могилкой. Они тут лежали, сколько себя помню. Кажется, их не убирали ещё с того момента, как использовали в деле копания могилки для Типки. Нет, ручной труд - не для меня. К тому же рядом источник. Несильный, но он-то мне и поможет в разорении захоронения.
  Слова чужеродного, стихийного заклинания сорвались с губ с трудом. Магия противилась элементарнейшему действию, противному её природе. Хорошо хоть магия земли близка некромантам, не то, то воздух. Тем не менее я чуть не потратила весь резерв на простейшее заклинание, поднявшее пласт земли и перенёсшее его подальше.
  Мне открылось непроглядное зрелище: собачьи кости, часть которых рассыпалась трухой, и целлофановый пакет с чем-то внутри. Мои дальнейшие действия были понятны.
  Я спрыгнула в могилу, пройдясь по останкам Типки, выругалась и забрала пакет. Источника более не существовало, следовательно, зарывать могилку нужно было вручную. На такие подвиги ради собачонки я была не готова, а потому, спрятав пакет в карман, кивнула Нюхачу и...
  Больше ничего сделать я не успела. За спиной раздался мужской голос, в котором слышалось хорошо знакомое холодное бешенство напополам с усталостью:
  - И зачем?
  Втянула голову в плечи, переглянулась со скуляющим Нюхачом, не спеша разворачиваться к Харди. Прошептала одними губами: "Бежим". И... И снова не успела ничего сделать.
  - Стоять! - ледяной голос и сомкнувшиеся у меня на предплечье пальцы не дали совершить самого разумного в данной ситуации.
  А дальше меня резко развернули, и я была вынуждена поднять глаза, чтобы посмотреть в лицо взбешённого мужчины. Тот дышал глубоко и размеренно, явно опасаясь сорваться. Его глаза уже знакомо наполнились чернотой.
  Невольно сглотнула, осознавая печальные перспективы. Совсем не вовремя проснулось чувство юмора:
  - Стою, мамочка!
  Этой фразой я заставила Харди, который явно был не в лучшем настроении, совсем взбеситься. На его лице заходили желваки, губы сжались в полоску и побелели, а глаза стали абсолютно чёрными и непроницаемыми. Если ранее со мной планировали разговаривать, то сейчас таких намерений у Харди даже не возникало.
  Меня молча довели до знакомой машины, также молча посадили туда, в той же тишине заперли там же. Рядом со мной оказался мнущийся и кажущийся виноватым Ильшер. Нюхача в салон не пустили, холодно приказав следовать за машиной.
  А дальше, явно помня о моей нелюбви к большой скорости, магистр Харди стал вести машину так, что даже Ильшер вцепился в сидение.
  - Скорость снизь, самоубийца! - не выдержала я, - мне на тот свет пока не хочется!
  Меня проигнорировали, однако машина чуть замедлила свой ход, а Ильшер выдохнул с облегчением. Впрочем было ясно, что это сделано даже не для меня, а, скорее, благодаря потоку машин.
  Пока магистр Харди переживал своё бешенство, Ильшер мне тихонько зашептал:
  - Ты Рея не зли, когда он за рулём. Он недавно какого-то гонщика, который его обогнал, заставил вычищать сарайчик для химер. Зубной щёткой, - придвинулся Ильшер чуть ближе, дабы Харди не услышал.
  Харди не услышал, но всё равно раздался его ледяной голос:
  - Отодвинулся.
  Ильшер моментально оказался у окна. Просто назло магистру сделала поступательное движение в сторону его племянника.
  - Чем меньше между вами расстояние, тем больше скорость, - ласково оповестил Харди, глядя на дорогу и чуть ли не сминая руль. Я моментально отодвигалась, уставившись в окно на несущегося рядом с машиной Нюхача.
  По приезде меня передали с рук на руки снова функционирующим скелетам. Те сделали вид, что ничего не произошло, но глянули на меня с такой укоризной, что мне почти стало стыдно. Перед тем, как меня увели, магистр требовательно протянул руку, глядя мне прямо в глаза своими посветлевшими очами.
  Догадаться, что он требует дедушкиной следующей подсказки, было несложно. Также несложно было догадаться, что я ему ничего не дам. Совсем не трудно было предугадать и последующее развитие событий, когда магистр щёлкнул пальцами и пакет из моего кармана оказался у него в руке. Изящные пальцы сжались с неожиданной силой вокруг целлофана.
  Но тут же находка вернулась ко мне, когда я, глядя прямо в глаза Харди, прошептала некромагическое заклятие собственности. Так пакет и завис в воздухе между нами. Харди приподнял бровь:
  - Если ты не в состоянии фильтровать свои желания и контролировать свои действия, я не дам тебе убиться, играя в игру мертвеца.
  - От тебя в случае моей смерти ничего, кроме выдачи денег на поминки, не требуется! - огрызнулась, гипнотизируя заветный пакетик.
  Нашу перепалку прервали глухие удары, которые, как я предполагаю, раздавались от ворот этого заброшенного дома. Ильшер, ранее ушедший в сторону кухни, теперь выглянул, спросив с набитым бутербродом ртом:
  - Это вы друг друга убиваете?
  Ему никто не ответил. Магистр стремительно отправился на улицу. Я, конечно же, последовала за ним. Скелеты не стали направляться к дверному проёму, вместо этого высунувшись из окон и тем самым получив прекрасный обзор. Иногда они теряли части костей, принимались ругаться, в конце концов возвращали на место фаланги, челюсти, лопатки и продолжали обозревать окрестности.
  Химеры тоже не стали выходить из дома. Что они сделали для утоления своего любопытства, я уже не увидела, выскочив из дома и застав Харди на стадии открытых ворот и демонстрации его нелучшего характера:
  - Чего надо? - под таким взглядом скрытый от меня створкой ворот визитёр должен был превратиться в горстку пепла и перестать топтать эту землю. Как ни странно, гость не растерялся, проворчав в знакомой мне манере с легкой картавостью:
  - Ох, нехорошо дедушку обишать! Так и субов не досчитаешься...
  - Дед Ровински! - с этим криком я моментально оказалась рядом с Харди и знакомым мне стариком-некромантом. Магистр хмуро на меня глянул, преградил дорогу, не давая выйти за линию защиты, и только тогда соизволил ответить Ровински:
  - В вашем случае досчитываться уже нечего, - огрызнулся Харди, смерив взглядом сгорбленного старичка, опирающегося на палочку, коей он и стучал по воротам.
  - Добрый день, - была более вежливой я.
  - Привет, Снешка, - хмыкнул старичок, смешно картавя букву 'ж', - что это за невоспитанная молодёшь-то пошла? - вздохнул он, окинув взглядом внушительную фигуру Харди. Взгляд был угрожающим.
  Абсолютно спокойно под моим ошарашенным взглядом Харди захлопнул створку ворот прямо перед носом старика. Я поражённо поинтересовалась, снова перейдя на отдалённое 'вы':
  - Что вы делаете?
  Тяжело вздохнув, мне, как маленькой, объяснили:
  - Моё огромное и всепоглощающее гостеприимство и радушие распространяются только на желанных гостей... и на тебя, - прибавил он с сомнением.
  - А перед остальными закрывается дверь?
  - Обычно ещё и ускорение придаётся, - в том же тоне ответил мужчина, развернувшись на 180 градусов и отправившись в дом, где скелеты от любопытства уже из окон валились... частями тел: кто пальцем, кто костями запястья, кое-кто даже пяточной костью.
  За воротами же послышались удаляющиеся шаги деда Ровински. С одной стороны уходил кто-то, способный помочь в расследовании. С другой я имела честью любоваться широкой спиной Харди, почти скрывшегося в доме. Выбирать не приходилось:
  - Не буду до вечера никуда сбегать.
  Спина заинтересованно остановилась.
  - Завтра утром тоже! - крикнула магистру.
  Спина подумала и явила миру развернувшегося хозяина. Харди, с издёвочкой мне улыбаясь, разрешил:
  - Можешь вернуться своего старичка. Если удастся. Только тебе нельзя выходить за ворота, - предупредил он мой порыв взмахом руки.
  Глянула на него со всей злостью, которую только могла вытолкнуть из себя, проворчала привычные ругательства и позвала старичка:
  - Дед Ровински, возвращайтесь, Харди одумался. За его счёт поесть, к сожалению, не выйдет, но зато поговорить, изображая из себя посетителей в тюрьме, изолированных от собеседников, получится, - пошутила, мрачно размышляя над перспективами.
  Харди же недвижимой горой встал по другую сторону от входа и показал, как только мог, что за нами будет наблюдать сам. Честно говоря, не понимала, почему он не доверял Ровински. Дед был настолько дряхл и так картавил, что даже проклятие икоты для него должно было быть затруднительно.
  - Снеш, ты это... Того... Не расстраивайся, в общем, - неумело выразил сочувствие некромант. Он знал, какие отношения связывали меня и дедушку, он знал, как нелегко мне без него, а ещё он был тёмным магом. Сочувствие и сопереживание - не являются синонимами тем словам, которыми можно описывать его характер.
  Именно поэтому эту скудную фразу можно считать чуть ли не достойной речью на поминках. Уж я-то понимаю, как нелегко старику Ровински было произносить то, что он произнёс. Сама подругу обычно утешаю подобными несвязными фразами.
  - Спасибо, - поблагодарила довольно-таки искренне.
  Харди, наблюдавший за нашим общением, только хмыкнул, сложив руки на груди и оперевшись спиной о ворота. Он явно не проникся тонкой душевной организацией некромагов.
  - Зачем вы пришли? - всё же задала этот невежливый, но такой прямолинейный вопрос. Как ни странно, некромант оценил его куда больше пространственных рассуждений о погодных условиях.
  - Ты ше почувствовала, что кто-то подпитывается от наших источников? - проницательный взгляд выцветших глаз из-под разросшихся бровей.
  - Ещё в первый день.
  - Почему не пришла?
  - У меня сейчас другие приоритеты, - повинилась.
  Старик Ровински на миг замер, а затем осторожно предположил:
  - Тебя всё-таки привлекли к расследованию?
  - Да.
  Ровински почему-то нахмурился. Уж не знаю, чем его не устроило расследование, но он проворчал:
  - Ох, намучаешься ты ещё, Снешик. Не нравятся мне эти убийства. Не шенское это дело - убийц искать. Сидела бы дома, шениха искала б...
  Харди, доселе спокойно и презрительно рассматривающий Ровински, теперь чуть дёрнулся, но всё же сдержался. Однако мне и самой уже надоел собрат по ремеслу. Что бы ни говорили остальные маги, но и сами некроманты друг от друга не в восторге. Даже сейчас ощущается разница в мировоззрениях. А учитывая нелюдимость и упёртость некромантов, среди которых я являюсь очень даже общительной, вырисовывается неприглядная картина.
  Я, конечно, уважаю старика Ровински. Но при личном общении он мне слегка не нравится и даже в какой-то мере противен, о чём я не забыла сообщить:
  - Предлагаю закончить разговор. А то мы найдём жениха мне, а затем женим вас...
  После этого прощание не заняло много времени. Всё, что надо было, мы с Ровински уже поняли, а всё остальное разрешится и без излишнего общения с наших сторон.
  Как только спина старика скрылась из виду, Харди, оттолкнувшись от опоры, издевательски поинтересовался:
  - В этом бредовом диалоге вообще был смысл? Как-то слишком дёшево ты продала обещание никуда не лезть в последующие часов 12.
  Досадливо поморщилась, осознавая, что магистр прав. Он мог, конечно, просто ехидничать, но это не отменяло и вероятности того, что он констатирует факты, которые я и сама уже увидела. А именно: Ровински пришёл не понятно, зачем, не понятно, с какой целью, даже не понятно, как он узнал, где я сейчас нахожусь. Весьма странная ситуация.
  Да и расследование это... Тоже никак не продвинулись. Хотя...
  - А как там с нашим делом? - спросила у Харди, сосредоточенно что-то правящего в защите.
  - С нашим? С моим всё также, а вот с нашим... Сомневаюсь, что тебе будет безопасно участвовать в расследовании, - задумчиво ответил он, внимательно плетя какой-то узор. На меня он даже не взглянул. Ласково поинтересовалась:
  - А, может быть, я сама решу, что для меня менее опасно?
  - Нет, - с капелькой раздражения в ответ.
  - То есть по сути я должна сидеть тут, должна слушаться тебя, должна забыть о дедушке и расследовании. Причём все эти 'должна' делать неограниченно долго по времени.
  - Вот видишь, ты всё правильно понимаешь, - даже не взглянув, заметил магистр.
  Вдох-выдох. Это бесполезно. Как со скалой разговаривать. Но можно же попробовать другой подход:
  - То есть сбегать надо чаще?
  - С чего ты так решила? - вот теперь удивлённый взгляд мне всё же достался.
  - Ну-у, - протянула с сомнением, - вы, Харди, с чего-то решили, что имеете право распоряжаться моей жизнью. Я так не считаю. Противоречие в наших мнениях порождает желание избежать конфликта. Сделать это можно, убежав. Вот и резюмирую, что сбегать в таких условиях буду чаще.
  - То есть ты хочешь договариваться?
  - Какое проницательное замечание, - с сарказмом прибавила.
  - Так давай, Паукова, договаривайся, - кивнули мне, явно не пропустив мимо ушей мои последние слова.
  Это, конечно, не конструктивный диалог, но уже что-то.
  - Я хочу иметь возможность участвовать в расследовании, к которому меня так активно привлекали, в том числе и вы сами, а также хочу закончить здесь то, за чем приехала, найдя спрятанное дедом.
  - Нет.
  - Что нет?
  На меня недоуменно посмотрели в упор, пояснив:
  - Нет, Паукова, твои условия неприемлемы, сделки не будет. Кстати, называй меня на 'ты'. И желательно по имени.
  - Нет, магистр Харди, ваши условия неприемлемы, сделки не будет, - вернула ему его же фразочку, чувствуя, как внутри поднимается волна бешенства. Диалога у нас точно не выйдет. Он упёртый баран, я не хуже. Нет, надо искать пути к исполнению задуманного, минуя Харди. С ним договориться не выйдет. Как не выйдет и в чём-то его переубедить.
  
  Глава 7
  
  Когда же я начала считать убийцей Харди? Хороший вопрос...
  Наверное, первые подозрения появились, ещё когда Нюхач привёл нас к пустынной территории, а магистр ничего не сказал о том, что она принадлежит ему. Ещё более подозрительным был тот факт, что магистр помогает Ротер и расследует для неё это дело. Несомненно, если бы он был убийцей, быть в центре расследования ему было бы выгодно.
  Всё больше я склонялась к мысли о причастности Харди после того, как узнала, что он может пользоваться магией без ограничений. Такое возможно в его случае только при одном условии - при проведении ритуала. С несколькими жертвами.
  После того, как меня стали фактически насильно удерживать в этом доме, я уже была почти уверена в верности своих рассуждений. Ведь все знают, что жертвы из некромантов, к коим я принадлежу, куда лучше участвуют в различных ритуалах, нежели обычные люди.
  Но именно сейчас, подслушивая под дверью разговор магистра, я обрела абсолютную уверенность в своих выводах. И пусть остаётся ещё много неясностей, но в общем очень много вещей указывают именно на эту версию, хотя нельзя отрицать и другие.
  Магистр вот уже девять минут весьма спокойно беседовал с кем-то, кого я слышать не могла. О чём же могли беседовать магистр и неизвестный? Сложно поверить, но обо мне. Я слышала примерно следующее:
  - Антон, вы должны понимать, что эти давние события... Я, конечно, за ней... Вы в свою очередь себя берегите... Есть подозрение, что скоро всё закончится... Да, но всё же прислушайтесь... Если вас убьют, будет весьма сложно общаться со Снежаной... Антон, я вас предупредил, за дальнейшее...
  И в конце уже абсолютно рассерженное в исполнении магистра:
  - Да не найдут они в ближайшее время убийцу! Снежане пока безопаснее здесь. Она останется.
  Вот после таких фраз как-то пропадает не то, что малейшее доверие, но и даже сомнения в причастности Харди к убийствам. А если у меня есть версия, почему бы её не проверить?
  Страха не было совсем. Я боялась раньше, когда была неизвестность, теперь же появился азарт. Наверное, это неправильно, но отсутствие инстинкта самосохранения всегда было свойственно тёмным магам. Не сомневаюсь, что вряд ли смогу быть также спокойна рядом с Харди, но вот, пока его рядом нет, я вполне контролирую эмоции. К тому же все обвинения так и останутся только обвинениями, если я не найду доказательств.
  И почему-то мне не хочется, чтобы они нашлись... Даже не знаю, с чего бы это, но эмоционально я всё ещё не считаю Харди убийцей, в то время как мозг говорит обратное. А ведь если доказательства найдутся, будет значительно легче в будущем, когда убийца известен. Но не хочется, чтобы это было так.
  Я шмыгнула к себе в комнату, где достала из шкафа собственноручно написанное досье на каждую из жертв. Информация была позаимствована из официальных документов, кои Харди неосторожно оставил у себя в кабинете не так давно.
  Именно благодаря этим сведениям зародились подозрения в ритуальном характере убийств. Жертвы были осушены магически, а затем убиты небольшим острым предметом, предположительно, ножом или кинжалом. Одна из жертв была после утоплена, опять же вода - прекрасный проводник для магии.
  И хоть жертвы не маги, но они и не должны ими являться, чтобы участвовать в подобных ритуалах. Достаточно иметь жизненные силы, которые под воздействием нескольких факторов трансформируются в магические, к сожалению, уже после смерти носителя. Магов тоже можно было убивать в ритуалах, но только некроманты в качестве жертв были лучше обычных людей. Собственно, понятно, почему мне стоит бояться Харди. Не понятно, почему не боюсь.
  Кстати, можно проверить ритуальный характер ли у убийств? Надо всего лишь провести один ритуал. Без жертв. Но он обязательно должен быть на месте убийств. Этот ритуал запрещён. Как ни странно, запрещён он был не из-за своей кровавости или трудности, а из-за того, что один незадачливый некромаг лет двадцать назад умудрился убить троих человек, проходивших мимо, напутав кое-что с ритуалом.
  В общем, у меня было не так много времени, а предстояло ещё собрать всё для этого запрещённого законом действия. Требовалось не так много: ритуальный кинжал, некромант, шесть свечей, одна гексаграмма. Проблема была со свечами. Мне нужны были те, которые делались специально для ритуалов.
  Они жутко вонючие, зато в них очень много ингредиентов, которые нужны почти всегда. Те же травы зачастую находятся именно в свечах. И их у меня не было.
  Но и их можно было найти у магистра. А помочь мне в этом мог наказанный за проступки Нюхач. Несчастный вот уже третий день сидел в клетке, поскуливая и не получая ни капли воды или еды, кроме как от меня. Я его подкармливала, я ему даже плед отнесла. Это почему-то несильно злило Харди. Тот даже закрыл глаза на это, видя, что я пока не собираюсь сбегать.
  Нюхач же теперь воспринимал меня чуть ли не единственной хозяйкой. Это льстило. Тем более за эти дни я уже разолгалась с тем, как открыть его клетку. А уж в том, что Нюхач найдёт для меня нужные свечи, - я была полностью уверена.
  Клетка стояла на улице, почти на самом солнцепёке. Сверху я накрыла её пледом, но это не спасало химеру от жары.
  - Привет, - шепнула, даже не глядя на Нюхача, положившего страшную голову на не менее страшную лапу и дремавшего. Тот встрепенулся. А затем в один момент понял, что я собираюсь делать. И всё то время, что я вскрывала магический замок поскуливал и подпрыгивал, старательно сдерживаясь и поглядывая на окна магистра через щёлки, не закрытые пледом.
  Дверца распахнулась, и меня чуть не сбили с ног!
  - Тише, - шикнула, - мне не хочется быть похороненной с раздавленной грудной клеткой и из-за химеры.
  Вопросительный взгляд у Нюхача получился вполне различимым.
  - Потому что это вот совсем не героическая смерть. Тут даже на памятнике можно разве что: "Раздавлена проблемами", - написать.
  Некоторое время Нюхач тянул мышцы, мотал головой, пока я не глянула на часы:
  - Мне нужны свечи для ритуалов. Отведёшь?
  Нюхач только обречённо покосился на клетку, но, осознав, что выбора у него почти нет, рыкнул, побежав в дом. Уже там мы на цыпочках прошли мимо кухни, где в последнее время ночевала Солнышко, почему-то тоже впавшая в немилость у хозяина. На цыпочках миновали коридоры, где убирались скелеты. После моей последней выходки они затаили обиду, а уж после того, как от нечего делать, я начала с разрешения Харди тщательно их изучать, найдя признаки старого воспаления на бедренных костях одного из них, они меня в принципе не выносили.
  Помещение, где, по всей видимости, хранились ритуальные принадлежности, было не заперто. Дверь была даже чуть приоткрыта. Как жаль, что тогда меня это не насторожило. Зато моё появление в полутёмной кладовой насторожило кое-кого другого.
  - Так-так-так, и что же ты здесь делаешь? - раздался прямо из темноты усталый голос.
  Нервно дёрнулась, но тут же попала под заклятие стазиса, сковавшее меня по рукам ногам. Заметалась взглядом по комнате, отчаянно думая, что вот он страх... Он уже начал ко мне подкрадываться, грозя ударить со спины.
  Нюхач за мной, пытавшийся доселе подавать какие-то знаки, присел на задние лапы и потихоньку принялся отползать, пока его не остановил властный голос:
  - В клетку вернись.
  А затем снова тёмные глаза Харди наткнулись на меня, уже отошедшую от первого приступа страха и начавшую думать:
  - И что же ты здесь делаешь?
  Я честно пыталась сдержаться, но взгляд невольно остановился на заветных свечах. Впрочем, я тут же перевела его на полку с засушенными мышиными лапками, необходимыми в большинстве своём для приворотов или зелий поиска.
  - Хм, дай-ка догадаюсь, свечи? - кого-то совсем не обманула моя уловка, - и зачем же нам нужны были свечи? Точно не ступенчатые ритуалы, не обряды...
  Да, для этого нужно куда больше ингредиентов, его мысли двигались в правильном направлении, что если честно меня сильно напрягало. А, учитывая мои подозрения в его сопричастности... В общем, я уже начала подумывать, что из моего большого арсенала проклятий различной мощности уложит Харди так, чтобы я вышла из-под заклятия, успела убежать и подтвердить догадку насчёт ритуала, а, соответственно, и насчёт направленности ритуала. После этого я могла бы вернуться, было бы совсем не плохо, если бы Харди всё ещё оставался проклят... Что-то я сильно размечталась...
  - Это либо ритуал поиска по крови, либо один запрещённый ритуальчик, к которому я склоняюсь. И зачем же он тебе нужен? - Харди задумчиво глянул на корешки книг, стоящих рядом с ингредиентами, пробежался пальцами по привычным неровностям ряда книг, - подозреваешь, что убийства были ритуальные? Хочешь понять цель убийцы? Но ты пошла ва-банк, ты уже знаешь, кто убийца. Осталось только подтвердить. Подозреваешь... Меня?!
  Казалось, мужчина искренне удивился, когда додумался до этого. Тем не менее почти сразу он искренне расхохотался, сняв с меня заклятие стазиса щелчком пальцев.
  Посмотрела на него с недоумением, пошевелив кистями и приготовившись колдануть так, чтобы с первого раза и без промахов. В таком состоянии и решила начать беседу, чуть прокашлявшись:
  - И что же смешного в моих подозрениях. Если вы убийца, то смешно будет мне, а если нет, то ваше веселье непонятно. Ведь если вы, Харди, не смогли убедить меня, свою союзницу, в невиновности, то грош цена вашим играм с убийцей, - выговорилась, снова перейдя на 'вы', о чём мне тут же напомнили:
  - На 'ты' и по имени. Считай ты меня убийцей, было бы странно проявлять ко мне уважение, - хмыкнул всё ещё улыбающийся магистр.
  - Не к вам уважение, к старости, - издевательски поправила. Не сдержалась.
  - один-один, - вынужден был признать мужчина, впрочем, он тут же посерьёзнел, - признаю, я не учёл, что ты можешь заподозрить меня, ведь у меня есть прекрасное алиби. На момент первого убийства меня не было в городе, и это могут подтвердить человек десять точно, - призадумался он.
  - И где же вы были? - заинтересовалась.
  - Ты.
  - Что?
  - Снежана, твоё 'выканье' провоцирует...
  - И где же ты был? - сдержалась и даже прислушалась к словам химеролога.
  - А это не твоё дело.
  Чуть зубами не заскрипела от злости, честное слово.
  - Но в принципе идея с ритуалом была неплоха. Хоть я и сомневаюсь в ритуальном характере убийств, - он жестом прервал мои возражения, пояснив, - это у моей кандидатуры был мотив на ритуальные убийства. А кто-то, может быть, просто маньячить по дороге с работы любит. Однако версию с ритуалами стоит проверить.
  - А кто тогда в тюрьму садиться будет? - со вздохом напомнила о наказуемости проведения данного ритуала. Он был запрещён, и это ещё мягко сказано.
  - Что-то тебя это не волновало в случае со мной, - язвительно отозвался мужчина, выбирая нужные свечи.
  На это возразить было нечего. Моё молчание даже заставило магистра обернуться с немым вопросом в глазах. Просто пожала плечами. А ведь версия была так хороша. И всё же что-то внутри безумно радовалось тому, что магистр смог обелиться.
  Достала из кармана свои таблетки и, не глядя, проглотила две. Они уже заканчиваются. Надо будет на новые у своего психолога рецепт взять. А его здесь нет, в Клионе, то бишь. Н-да, потрясающая перспектива - сидеть в другом городе без успокоительных, столь благотворно действующих на мою магию.
  На самом деле я ведь даже не совсем успокоительные пила, это лекарство, скорее, помогало регулировать магическую активность, нежели пихическую. Внезапно баночку с таблетками кто-то вырвал.
  - Эй! - возмутилась, глядя на нахмуренного Харди.
  - Что это? - тот не нашёл этикетки на баночке и теперь с угрозой смотрел на меня.
  Вспомнила, как отдирала этикетку, чтобы дурацкое название не раздражало, ухмыльнулась. Похоже, кто-то воспринял это на свой счёт. Мужчина нахмурился.
  Да, этикетки не было. Зато на обратной стороне были красочно описаны побочные эффекты.
  - Головные боли, тошнота, - начал зачитывать вслух Харди, и в конце прозвучало самое примечательное, - при наличии нескольких магических даров, противоречивых по структуре, возможно бесплодие.
  На меня смотрели уже с некоторой злостью:
  - Повторяю вопрос, что это?
  - Лекарство, - буркнула, раздражаясь всё больше.
  - Сомнительно.
  - Верни, - требовательно протянула руку, сталкиваясь с его снова тёмными глазами. Поединок взглядов я позорно проиграла, так как с такой властностью на меня смотрел только один человек, мой дед. Делал он это редко, и обычно после этого я направлялась исправлять содеянное. Без споров. Без лишних слов. Вот только такие замашки у деда по отношению ко мне возможны.
  А от него нет! Вот ни капельки! С чего вдруг он проявляет характер со мной?! Я долго не хотела замечать его собственнического отношения! Но даже у моего инстинкта самосохранения есть предел!
  - Верни немедленно, - прошипела, глядя прямо в эти чёрные глаза, - ты мне никто, чтобы чего-то от меня требовать, чтобы запирать, чтобы чуть что кидаться стазисом! Не брат, не муж, не отец!
  Вот и выплеснулось всё то, что я так долго подавляла. Что-то мне подсказывает, что так просто это уже не закончится...
  Харди, казалось, даже не отреагировал. Лишь глаза стали на тон темнее, налившись чернилами. Такого Харди я опасалась. По спине пробежали мурашки, внезапно пересохло во рту, но пока и я держала себя в руках.
  Магистр медленно сделал шаг ко мне, аккуратно положив выбранные свечи на полку ниже их прежнего месторасположения. Он приближался, а я сдерживала желание отшатнуться, чувствуя жар его тела даже через одежду. Его глаза завораживали, а чётко очерченные губы почему-то привлекали больше внимания, чем обычно. Даже белёсые полоски шрамов стали незаметны.
  - Снежана, - Харди начал говорить, и его голос оказался неожиданно серьёзным, глубоким, но таким завораживающим, тянущим, - ты можешь отрицать моё к тебе слегка особое отношение, которое, не спорь, даже ты заметила. Ты можешь отрицать положительный эффект моих действий на твоей жизни. Ты можешь отрицать моё право на всё это. Но, - какая же долгая пауза, - тебе пора признать, что тебя, как минимум, тянет ко мне. А, иначе, почему ты так долго терпела всё это? - самодовольная усмешка выбешивала!
  Но больше всего выбешивало то, что он был в какой-то степени прав... И я готова была это признать... Перед всеми, но только не перед ним! Потому прошипела прямо в это самодовольное лицо:
  - Я не была бы так в этом уверена на твоём месте...
  - Но ты не на моём месте, - хмыкнул Харди, разворачиваясь к оставленным свечам и показывая, что лично он уже увидел и услышал всё, что ему было нужно.
  - И всё же...
  - Не всё же, - резко прервал меня мужчина, повернув ко мне голову, - ты, Паукова, реши для себя одну вещь: как долго ты будешь сопротивляться. Сообщи мне. Мы вместе рассчитаем необходимое количество конфетно-букетных действий... Но это долго, можем сразу перейти к развязке, - подумав и окинув меня раздевающим взглядом, задумчиво сообщил магистр, - да-а, развязка, а уж лучше вообще начать с эпилога... Всё, Паукова, решено, ну его к чёрту этот ритуал, идём к тебе, у тебя кровать мягче! - звучащему энтузиазму можно было позавидовать.
  Я же стояла и какое-то время обалдевала от наглости некоторых индивидов! Впрочем, делала я это недолго, припомнив, что сие свойственно всем тёмным магам. Они вообще считаются самыми бесцеремонными.
  - Неа, давай мы будем улучшать демографическую ситуацию в стране по отдельности и после того, как избавимся от убийц, - нервно парировала, размышляя, почему меня так трогают все эти его шуточки и издевательства.
  - Да чего ждать? Дождёмся в итоге того, что другие улучшат эту самую демографию, государство отменит льготы, которые давали самым старающимся. И как ты тогда детей растить будешь? - на меня смотрели с искренним возмущением, и только на дне глаз снова плясали искорки смеха.
  Меня же ситуация больше нервировала, потому я с грацией гиппопотама перевела тему:
  - Может, отменишь наказание Нюхачу?
  Вот, чего я совсем не ожидала после своей фразы, так это, что магистр мало того, что поддержит новую тему, так ещё и скажет:
  - Хорошо, можешь передать ему, что наказание отменяется.
  У скелета, который 'незаметно' переместился в коридор за моей спиной и вот уже полчаса подслушивал наш разговор в прямом смысле слова отпала челюсть. Звук удара об пол раздался по всему дому благодаря воцарившейся тишине, а Харди кровожадно дополнил:
  - Нюхача можешь освободить, на его место претендует кое-кто другой.
  Челюсть была тут же подобрана, а скелет торопливо удалился, поскрипывая косточками.
  Даже немного обидно, что магистр так сразу согласился на отмену наказания для химеры. Мне, конечно, жалко Нюхача, но я не думала, что Харди реально отменит своё распоряжение, а потому сразу после одной просьбы планировала сделать другую, на которую 'мучимый' некоторой виной за прошлый отказ магистр должен был тут же согласиться.
  К сожалению, такие фокусы прокатывали только с родителями. Харди же явно сообразил, зачем я прошу его о заведомо провальных вещах. И мне не оставалось ничего иного, кроме как выложить все карты на стол:
  - Также я хочу, чтобы мне вернули целлофановый пакет, что вы забрали уже довольно давно, и мои лекарства.
  Зря, очень зря я выдала сразу две просьбы. Теперь магистр с чистой совестью выбрал ту, которая ему больше нравилась, и отдал мне пакет, валяющийся, кстати, в этой же кладовке. А затем Харди показательно выкинул баночку с лекарствами в мусорку, стоящую довольно далеко. Я не успела перехватить летящие таблетки, а лезть за ними в бачок при магистре... В общем, делать было нечего.
  Если сейчас начну возмущаться, меня вежливо попросят вернуть пакет, данный в залог моего согласия с действиями, произведёнными над таблетками... Возмущаться я не стала. Но будь у меня способность испепелять взглядом, из магистра вышла бы весьма компактная кучка пепла. Однако, скрипя зубами, пришлось развернуться и пойти отменять наказание Нюхачу. Провожал меня, ну, очень ехидный взгляд.
  Нюхач к отмене наказания отнёсся настороженно. Сперва просто отказался выходить из клетки. И, даже когда я сказала, что всё это с позволения его хозяина, он всё ещё сидел внутри, кося на меня обиженным глазом.
  - Ну, извини, - не выдержала, - да, я виновата, что подставила тебя, но в итоге ты же уже не наказан.
  На меня хмуро рыкнули. Да, вернуть расположение Харди ему будет очень трудно, почти не возможно, а потому говорить о положительном исходе дела ещё рано. Наверное, именно в этот момент я смущённо решилась:
  - А ты не хотел бы остаться со мной после того, как всё это закончится. Я же правильно понимаю, что вы с Солнышком - стабильным химеры, то есть не нуждаетесь в подпитке именно хозяином.
  Вот теперь всё внимание Нюхача было обращено на меня. Как, собственно, и внимание Ильшера, сидящего неподалёку у кухонного окна и делающего вид, что он вот совсем не подслушивает, но так и недонёсшего кружку до рта. Как и внимание любопытных скелетов, решивших, что блестящие чистотой двери надо помыть ещё раз. Как и внимание Солнышко, лениво сторожившей клетку с собратом. Видимо, она теперь после его первого отсюда побега, тоже не доверяла нашему здравомыслию.
  Все смотрели на меня, я же глаза в глаза на Нюхача. Тот замер, перестав даже дышать, хотя это действие было и не обязательно для химер, однако Нюхач и Солнышко почему-то пытались казаться живыми. Хотя бы перед собой.
  - Так ты согласен? - настойчиво повторила, слыша за спиной знакомые шаги.
  Нюхач тоже поднял глаза на Харди, но всё же кивнул. Магистр же, двигаясь чётко на нас, задал вопрос:
  - Я правильно понимаю, что сейчас у меня нагло уводят ценные кадры?
  Шутит, значит, не злится. По крайней мере сильно не злится.
  - Ценные кадры в клетках не сидят.
  - Как видишь, сидят, - кивнул на Нюхача он, - а ты, что же, согласен сменить хозяина? - теперь в голосе не было и доли весёлости, скорее, угроза. И некоторое презрение. Тем не менее Нюхач, даже сжавшись, кивнул, не отводя взгляда.
  - Выбери ты в хозяйки себе кого-нибудь другого, и я бы тебя убил, не выношу предателей, - спокойно и как-то совсем без интонаций произнёс Харди. Сказал он это не мне, даже не сам себе, а Нюхачу. Нюхач только снова кивнул, принимая и понимая чувства создателя.
  - Так, мне его отдадут? - влезла в безмолвный диалог.
  - Переезжай сюда, и он будет с тобой 24 на 7, - ответ был достаточно резким. Однако у меня есть ещё куча времени, чтобы отобрать зверушку. Главное, что мне не отказали, это уже куда больше, чем можно было бы ожидать.
  Спустя тридцать минут я уже сидела в машине, пока Ильшер с Харди что-то ещё устанавливали вокруг. Паранойя магистра была понятна, а вот зачем ему ещё и племянник что-то советует, мне было неясно. Ильшер вообще вёл себя со мной крайне странно. То не замечал, то заигрывал, если рядом был Харди. Создавалось впечатление, что тот делал это специально, зля химеролога.
  - Может, уже поедем? - спросила в пятый раз, глядя на второй слой защиты от физических воздействий, прикрывающий машину, - почему нельзя было это сделать с ней до того, как я стала здесь жить? Не поверю, что тебе в жизни никто не угрожал, - через открытое окошко спросила у Харди.
  - Так мне же нельзя колдовать, - хмыкнул тот, - поэтому это всё, - он обвёл руками весьма недурственную защиту на машине, - сделала ты.
  - Сомневаюсь, что смогла бы, да и отпечаток магии у нас разный, - вспомнила то, чем пугали нас преподаватели в университете, рассказывая, как доблестные стражи правопорядка находят нелегальных магов по отпечатку.
  - Это кто тебе такую глупость сказал? - фыркнул Харди, - отпечаток у магов одной направленности идентичен. Индивидуальны плетения, стиль, но никак не магия. Иначе, мы бы уже давно нашли нашего убийцу. На местах преступлений всегда остаётся незначительный магический след, который можно списать на общий фон, но в свете версии о ритуалах, склонен думать, что этот повышенной активности фон - последствие ритуала, - небольшую лекцию Харди заканчивал, уже садясь в машину и выезжая на дорогу. Спустя несколько секунд тишины, установившейся в предчувствии небольшой поездки, всё же мы хотели сначала заехать к Ротер, а тут до неё рукой подать, Харди поинтересовался:
  - Так, что это всё же были за таблетки?
  - Стабилизатор магии, успокоительное, - ответила, а затем подозрительно добавила, - только не говори, что ты сам не догадался! У любого мага с запретом есть рецептик на подобные же таблеточки, - да, про это я вспомнила только сейчас.
  Харди лишь усмехнулся. Видимо, рецептик-то у него есть, вот только он его не использует. Глядя на дорогу, мужчина достал из кармана что-то мелкое и протянул мне те несколько моих таблеток, что ещё оставались в выкинутой пачке.
  - Но ты же...
  - Только пачку, таблетки заранее вынул. Я, конечно, знаю, что с тобой всё в порядке в физическом плане, но всё же... Будь это хоть тот же нитроглицерин, а вдруг у тебя стенокардия... В общем, держи свою дозу, надеюсь, ты её не будешь принимать.
  - Откуда знаешь? - с сомнением взяла таблетки.
  - Что?
  - Что со мной всё в порядке.
  Магистр только ухмыльнулся в своей манере. У него было хорошее настроение, у него была версия в расследовании, у него была возможность её проверить... А потому привычного мне раздражения я на его лице не находила, что заставляло меня сразу же вспоминать недавние слова Ильшера о том, что я положительно влияю на его родственника, делая его более уравновешенным.
  Спустя ещё несколько секунд, за которые на лице магистра интерес сменился хмуростью, тот резко остановился на обочине, повернулся ко мне, крепко ухватив за подбородок, и очень убедительно сказал:
  - Если при мне будешь принимать эту наркотическую дрянь, моя юная наркоша, то после промывания желудка, которое я тебе устрою, более ты своих таблеток не увидишь.
  Попыталась вывернуться из цепких пальцев, разорвав зрительный контакт. Ну-ну, так у меня и получилось. А глаза Харди снова стали наливаться тьмой, только вот уже не от бешенства... Упёрлась руками в грудь внезапно сглотнувшего мужчины, вывернула подбородок и злобно прошипела прямо в эти чёрные глаза, скрывая страх:
  - Руки мыл? Нет? Вот и не тяни их ко мне!
  Конечно же, этот невозможный мужчина не мог не ответить в своей ехидной полуоскорбительной манере:
  - Это, что руки ещё и 'до' надо мыть? - притворно ужаснулся он, - нет, мне пока и мытья 'после' хватает.
  - Хоть так ты руки моешь, так бы вообще с грязными ходил, - слабо огрызнулась, глядя в окно.
  До администрации, где всегда можно было найти Ротер, оставалось совсем чуть-чуть. И это время мы провели в молчании.
  Ротер отреагировала на моё появление весьма обыденно: поздоровалась, напомнила, что мне тут рады, а затем задала тот самый вопрос, которой я так от неё ждала:
  - И что вы решили сделать сейчас? - привычная для неё усталость, казалось, разлилась в воздухе, сгущая его, клоня в сон, - я правильно понимаю, что нечто незаконное? А, иначе, с чего бы вам приходить сюда? - она сложила пальцы домиком под подбородком.
  Харди необычно серьёзно заметил:
  - Ты права. Прикроешь?
  - Подтереть следы, создать вам алиби, отвести все подозрения... Конечно, я это сделаю. Однако меня удивляет, что ты берёшь с собой и Паукову. На запрещённое-то, при твоём-то трепетном отношении к юным невинным девам, - она говорила ехидно, а вот её слова лично мне показались неподъёмными, выбивающими из колеи!
  - Что значит, не берёшь с собой?! - взорвалась, как только Ротер насмешливо остановилась, не став продолжать фразу.
  Харди лишь досадливо поморщился, глянув на начальницу. Та же притворно сочувственно заметила:
  - А, что, ты не хотел ей ничего говорить? Хотел запереть в кабинете, а потом в своей манере уйти от разговора? Ну, извини, старую, забыла о том, что не стоит всего этого озвучивать при Пауковой, но ведь и ты молодой порой забываешь о важном... Об Эйри, о заполнении отчётов...
  Я чувствовала, как внутри нарастает если не обида, то решительность! А ещё мстительность... Всем корпусом развернувшись к мужчине, постановила:
  - Ну и сволочь же ты! Это же мой план. Моя версия. Мои догадки...
  - Ага, как же... - незамедлительно хмыкнула Ротер, - ты, Снежана, хорошая девочка, но очень уж наивная. Неужели, думаешь, что этот прохиндей не догадался о возможности ритуальных убийств. Ещё несколько дней назад мне заявление настрочил, всё ждала, когда же он пойдёт проверять свою версию.
  Магистр за всё время нашего нахождения в этом кабинете только хмурился, сверля взглядом Ротер:
  - Как-то ты мелочно мстишь.
  - По-другому с тобой не выходит, - развела та руками.
  - Но ты ведь понимаешь, что теперь мой ход... - предвкушающая ухмылка.
  Ротер как-то слегка побледнела, но тем не менее всё ещё держала маску хозяйки ситуации.
  Но тут влезла я:
  - Хочешь, езжай один, - глядя прямо в эти удивлённые глаза, оповестила я, - а я останусь с Эйри.
  - И в чём подвох? - подозрительно осведомился Харди, осматривая мою невинную улыбку и прощающие все его прегрешения глаза. Действительно, зачем мне напрягаться? Результат мне расскажут. А за это время я лучше кое-чем другим займусь.
  - Да ты езжай-езжай, - откликнулась я, уже размышляя над тем, что собиралась провернуть. Так и вышла из кабинета, провожаемая встревоженным взглядом Ротер и подозрительно-задумчивым Харди.
  Ничего-ничего, дорогой мой магистр, я знаю, как окончательно убедиться в твоей виновности/невиновности, а заодно и узнать о тебе побольше. Эйри... Вот, кто в курсе всех подробностей жизни учителя. А уж то, как о нём пеклась Ротер, говорит о многом. В самом лучшем случае я бы предположила между ними родственную связь. А уж с такими изначальными данными можно играть. К тому же у меня с собой пакет из могилы Типки. Почему бы не начать разгадывать очередную загадку деда?
  С такими мыслями я и добралась до знакомого кабинета, где на привычном месте обнаружился паренёк.
  - Привет, - буркнул тот при виде меня, - чего это ты без магистра?!
  Да кто-то ревнует внимание учителя...
  - Успокойся, - шикнула на мелкого, - меня, как и тебя, оставили тут. Харди не взял на расследование никого.
  - Так тебе и надо, - мстительно сверкнул зубами в улыбке Эйри, продолжая заполнять, по-видимому, те самые бумаги, что должен был заполнить Харди, но так этого и не сделал. Те самые, за которые на него злилась Ротер.
  Кстати, о Ротер...
  - А ты случайно не брат/сын/племянник/внук Ротер?
  - Как ты узнала?! - на меня уставились не то, что в недоумении, с ужасом! Кажется, это было тайной. И всё же чудо, что так ткнув пальцем, я попала в небо. Чуть не замурлыкала от удовольствия. Есть и у меня везение.
  - Так ты её родственник.
  - Да, - буркнул парнишка, - только ты должна об этом молчать. Только магистр знает... Теперь и ты... - он вздохнул, откинув чёлку и продолжив заполнять бланки, подражая взрослому почерку.
  - Буду молчать, но ты мне ответишь на один небольшой вопросик, - протянула загадочно, заслужив полное внимание худощавого Эйри, - какое именно алиби имеет Харди? Где он был во время первого убийства?
  После моей фразы мальчишка вытаращился на меня с таким удивлением, будто ожидал, что я спрошу у него что-то совсем другое. Даже рот приоткрыл. Похоже, он в отличие от меня своего учителя никогда не подозревал. А его огрехи в своём обучении списывал на окружающих, в том числе и на меня.
  В общем, говорил Эйри с заметным облегчением, всё же выдавал не тайны, а известную информацию:
  - Так ведь Харди - магистр. А их уникальная привилегия - возможность просить каждый год обжалование судебного приговора. Вот он и ездит каждый год в одно и то же время, требуя снять запрет на некромантию. Правда, меня с собой только однажды брал, - Эйри усмехнулся, - знали бы вы, как от него там все прятались! За столько лет его там знают лучше, чем в нашей канцелярии, у него там, кстати, тоже своё место есть. С похожей обстановочкой...
  Выходит, Харди действительно отсутствовал во время первого убийства, по крайней мере так утверждают те немногие, коим я склонна доверять в данном вопросе. Как ни странно, информацию от Эйри я решила не проверять, удовлетворившись объяснением отлучек Харди. Ну, не могли же они все сговориться за такое короткое время!
  После ответа Эйри замкнулся, и более его было не разговорить. Тогда я нашла два последующих пути для себя: узнать о том, как проходило расследование без меня, предложив помощь Эйри, заполняющему отчёты на эту тему за учителя; или же можно было всё же продолжить разгадывать дедову загадку. Сверившись со временем и прикинув, когда вернётся Харди, я решила, что успею и то, и то. Но, как положено, вмешался случай.
  А точнее, мне нежданно-негаданно позвонил Торн. Делал он это не в первый раз, предыдущие тридцать четыре вызова пришлись на выключенный телефон, теперь же даже такого оправдания у меня не было, пришлось брать трубку.
  - Привет! - поздоровалась, изображая радушие, а мысленно анализируя последствия подобного внимания Торна и соседа к оставленным дедом загадкам.
  - Ну, привет, - хмыкнул из трубки непривычно серьёзный и совсем не весёлый голос Торна, - а теперь слушай меня внимательно: мы знаем, что ты уже нашла то, что нам нужно, покончив с загадками полоумного старика. Твоя задача передать нам диск в течение пяти часов с момента окончания этого разговора. Оставишь диск на соседнем участке слева. Если же ты этого не сделаешь, можешь забыть о ком-то из своих братьев и сестёр по папиной линии. Если ты не сделаешь сказанного даже после этого, лишишься одного из родителей. Надеюсь, не стоит упоминать, как печально будет оказаться полной сиротой, - голос Торна просто сочился ядом.
  А затем, не давая мне и шанса что-либо возразить, запикали гудки. Естественно, я сразу же заново набрала номер, еле попадая по цифрам пальцами. Естественно, мне никто не ответил. И вот тогда мертвенно бледная я выругалась: выругалась так, как совсем нельзя ругаться людям в моём шатком для общества положении. Что бы ни находилось в целлофановом пакете, это не являлось конечной точкой для деда! И там совсем не диск!
  Было понятно, почему Торн решил, что я уже дошла до конца цепочки: всё же избавиться от подозреваемого со всех сторон соседа я могла, например, найдя свидетельство его вины. Подозреваю, что на искомом диске что-то подобное есть.
  Вот только я не знала, что делать! В конце концов, у меня просто тряслись руки! Да, я не сильно буду тосковать по безразличным ко мне братьям и сёстрам, но такого же отношения к родителям у меня нет... Мне совсем не всё равно, что с ними будет!
  Так, ладно, вдох-выдох. Единственное, что у нас сейчас есть - пакет. Пора бы его вскрыть... Главное - не швырнуть проклятый телефон об стену коридора! Главное - не паниковать. У меня есть пять часов. Этого времени мне хватит, чтобы поднять два городских кладбища и могильник в тридцати километрах отсюда.
  Стоило только вспомнить о магии, как та забушевала внутри, просачиваясь через кожу, вытекая через ноздри, глаза, рот... Буря внутри заставила сдавленно застонать и сползти вниз по стенке! Будто нагретый песок, магия высыпалась через всё, через что только могла!
  Запрокинула голову, видя, как перед лицом вспыхивают тёмные вихри высыпавшейся, вылившейся магии...
  Надо успокоиться! Таблетки! Точно! Где таблетки?! Где же...?!
  Пошарила рукой, наткнувшись на кругляшки в кармане. Выпила все, не глядя... Полегчало тут же. Стало как-то безразлично почти всё, что происходило вокруг. Всё равно, что на меня странно поглядывает из-за полуприкрытой двери кабинета Эйри. Всё равно, что угрожали родителям.
  Надо достать пакет. Даже думалось вяло... Неторопливо. Также извлекался пакет. Также открывался.
  Внутри лежала знакомая уже по прошлым находкам цифра три, коей до заведомой девятки было по-прежнему далеко. Помимо цифры, внутри находилась скомканная бумажка. На ней же был написан номер, номер который я знала с детства. Понятно, почему сейчас на очередной подсказке не было никаких шифров. Лучше всяких кодов тайну защищало то, что никто, кроме меня не мог раскопать могилу; никто, кроме меня, мамы и деда, не знает, что может значить это число: "1003".
  Даже если кто-то и увидит это число, в чём я очень сомневаюсь, так как только что сожгла листочек, он вряд ли подумает, что 1003 - номер гаража. Старого, ржавого гаража.
  Я знаю, где искать следующую подсказку, может быть, даже нечто большее, чем просто подсказку... Но я не понимаю, как показать Торну, что у меня нет того, что ему нужно, что я ещё не нашла этого диска. Если у меня не получится это сделать, можно считать мёртвым кого-то из папиных детей. Не думаю, что мне простят такое родители. Не то, чтобы меня волновала жизнь не особо мной любимых родственников, в конце концов даже смерть мне ближе них, но вот мнением родителей о себе я пренебрегать не умела. Никогда не умела, если честно.
  И, осознавая, что успокоительное начало потихоньку отпускать меня из своих тисков, я набрала тот самый номер, который набирала всегда, когда мне становилось настолько плохо, что пережимало горло.
  - Аль, - почти прошептала в трубку.
  На том конце недовольное долгим отсутствием звонков молчание сменилось удивлённым выдохом, а затем сосредоточенным:
  - Что случилось? Что случилось, Снежа?! Я же тебя знаю! Ну-ка, признавайся, куда на этот раз вляпалась!
  Но я уже сбросила... Всё, чего мне не хватало, - понимания того, что у меня ещё есть дорогие мне люди, я получила. Грустно улыбаясь, я уже знала, что сделаю. Похоже на самоубийство, но я не пойду к соседу сама... Одна.
  И пусть это незаконно, но у злого некроманта всегда есть парочка кладбищ и возможность собрать армию за минуты. А у сильного некроманта, тем более. Вот только мне это грозит в лучшем случае запретом. В худшем решёткой. Но никто не смеет угрожать моей семье! А уж тем более делать это так, что угрозы обретают реальную подоплёку.
  Не надо думать, что я шла туда, будучи свято уверенной, что за моими родственниками уже не следят убийцы, что я уничтожу Торна и соседа, и на этом всё закончится... О, нет, я знала чётко, что если убийцы за кем и следят, то только за моими родственниками по отцу, на коих мне чуть больше, чем наплевать. За родителями слежки быть пока не должно. Но даже если она и есть, смысл их убивать после потери приказов от руководства пропадёт.
  А, если серьёзно, то я просто не видела другого выхода, кроме как поднять кладбище и смести с лица Земли Торна и соседа. Ну, не у Харди же помощи просить, в самом деле.
  А почему бы и нет? Почему бы не попросить о помощи самого могущественного из когда-либо мной виденных некромантов? Вот только, как? Нет, не имеет смысла оповещать его о моей ситуации сейчас, в данный момент он сможет разве что снова запереть меня, не дав ничего сделать. А на моих родителей ему наплевать. Нет, гораздо лучше, если он доделает этот ритуал, а лишь после узнает о моих проблемах и будет этаким резервом. Планом на крайний случай, который исполнится в самом худшем варианте событий.
  И как бы его опосредованно оповестить о моих планах в строго нужный момент времени? В голову пришло только одно, что я и поспешила претворить в жизнь.
  Мелькнула перед глазами Эйри пару раз, потрясла целлофановым пакетом рядом с ним. Теперь до Харди всё это дойдёт точно, а уж он-то сделает правильные выводы о моём месторасположении. Как сделал их в прошлый раз с могилой Типки.
  Теперь пора на кладбища. Всё это время рвущаяся наружу сила буквально вытекала из меня, заставляя полыхать рядом сгустки тьмы. Теперь же я пешком, почти полностью окутанная коконом тьмы, направлялась на ближайшее кладбище. Ближайшее и к моему дому, и к дому соседа. С двумя захоронениями и одним могильником я, конечно, погорячилась, но вот с одним кладбищем я точно справлюсь.
  Преградой не стал ни покосившийся и когда-то красивый забор с наиболее старой стороны кладбища, ни степень разложенности трупов. Как-то сами собой вставали мертвецы, чтобы тут же начать выкапывать своих соратников. За такое поднятие нам бы в университете поставили бы незачёт по всем предметам, особенно на факультете классической некромантии.
  Однако качество трупов не имело никакого значения, они были лишь пешками, первыми рядами. Теми, кто должен был отвлечь Торна и всех, кто бы меня ни ждал. Они те, кто позволят мне нетронутой дождаться Харди, а дальше именно они в случае чего прикроют отступление.
  Полуразложившиеся трупы из новой части кладбища тоже начали подтягиваться, когда те, кто ещё совсем не давно еле-еле вырывались из своих гробов и земляной западни, разминались и доставали других.
  Тёмные от грязи кости, не выпавшие у нескольких трупов и торчащие в разные стороны волосы, рассыпавшиеся в труху лохмотья, куча всякой живности, в том числе и червей, на несчастных. В общем, мертвецов категорически не рекомендовалось выпускать в город. А уж тем более в разгар дня.
  Махнула рукой, заставляя свой импровизированный отряд выстроиться, и замерла, решая задачку: итак, у нас есть трупы, у нас есть люди. Последние не должны видеть первых при условии, что у меня нет навыков в магии иллюзий. Найти ответ на задачку не получилось, знакомый и, ну, очень усталый голос спросил:
  - Ты собираешься продемонстрировать умерших родственников жителям?
  - Воссоединение семьи, - отозвалась совсем без энтузиазма.
  А затем мы с Харди работали молча. Уж не знаю, почему он так быстро провёл ритуал, но вот, почему он нашёл меня здесь, тогда как должен был искать в другом месте - это вопрос.
  - На мне маячок?
  - Догадалась, - констатировал Харди абсолютно без эмоций, - предлагаю, отложить истерику на потом.
  - Да, не стесняйся, можешь и сейчас поистерить, тут все свои, - тревога и волнение, распиравшие грудную клетку вместо потраченной на трупы магии, заставляли исходить ядом почище кобры.
  - Стеснение в нашей паре - твоя привилегия, - хмыкнул магистр, исправляя мои огрехи с нитями подчинения, опутывающими наше войско, - ужасная работа, - прокомментировал он.
  - Спонтанное поднятие кладбища, - пояснила, - готовлюсь оправдываться перед судом, потому не исправляй, пожалуйста, ляпы. Чем их больше, тем вероятнее моя версия.
  - Не переживай, суда не будет. Ильшер добился разрешения на перепроверку кладбищ на предмет некромагического  вмешательства в связи с тем, что убийства действительно оказались ритуальными, а след магии принадлежит тёмным магам. В общем, мы вполне законно подняли и отвели эту толпу в центр регистрации, нам за это даже приплатят после того, как наорут.
  Н-да, и его я хотела обмануть... Да Харди даже сейчас всё предусмотрел, создав на вполне годное прикрытие. Может, теперь даже запрета удастся избежать. Кстати, да, а почему Харди не спрашивает, зачем мне столько трупов? Почему не спрашивает о причинах? Или я в его глаза уже настолько прониклась ролью рецидивистки, что для моей противозаконной деятельности даже причин не ищут?
  Но, нет, видимо, в планы Харди не входило удивлять меня своей пассивностью. Как только он подправил мои чары, тут же задал вопрос:
  - И кто же настолько тебя разозлил? А главное, чем?
  Как ни странно, я сказала ему правду. Вот только беззаботное настроение магистра тут же испарилось, когда я озвучила угрозы.
  - Знаешь, ты, может быть, не видишь, ослеплённая любовью к деду, но он был той ещё сволочью, - задумчиво заметил Харди, заставив меня пождать губы. Я уж было хотела прошипеть что-то неблагоприятное в его адрес, но он пояснил свою точку зрения, и у меня опустились руки:
  - Так не поступают с теми, кого любят. Насколько я понимаю, твой дед не особо хорошо общался с твоими родителями, но если ты представляла для него ценность, то с его стороны оставлять тебе столь паршивое наследство - плохая идея. Судя по всему, твой дед при жизни связался не с самыми хорошими людьми, удивительно, что они стали охотиться за этим их диском только после его смерти...
  - Отсюда можно сделать вывод, что либо дед как-то сдерживал порывы к убийству до своей смерти, либо известно о месторасположении деда и диска стало только после его кончины. Причём, он подозревал об их повышенной активности после своей смерти, то есть знал, что за диском будут охотиться и надёжно его спрятал, отрезав все ниточки, кроме одной, оставленной для меня.
  - Да, и тут неясно только одно: как твоему деду удавалось прятаться и прятать диск при жизни? И, почему об этом диске узнали только после его смерти? Знаешь, я думаю, что...
  - Нет, не говори! - выкрикнула, закрыв рот Харди рукой, - не надо говорить, что именно мой дед мог дать понять всему этому сброду, где диск, зная, что скоро умрёт! Не говори этого...
  Да, мне хотелось и дальше продолжать обманывать себя, вспоминая лучистые, выцветшие глаза деда, ту доброту, с которой он на меня смотрел, те игры, что придумывал... И мне совсем не хотелось думать о том, что дед, наверняка, знал о моём приезде после его кончины, а, следовательно, мог подчеркнуть меня опасности сознательно. Нет, я не поверю в это! Просто не смогу... Не сейчас... Никогда...
  
  Если вы читаете, и вам нравится, оставляйте, пожалуйста, комментарии:)
Оценка: 8.92*45  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  П.Эдуард "A.D. Сектор." (ЛитРПГ) | | С.Суббота "Адвокат Зверя. Кн.2" (Магический детектив) | | Т.Мирная "Снегирь и Волк" (Любовное фэнтези) | | М.Всепэкашникович "Аццкий Сотона" (ЛитРПГ) | | В.Рута "Идеальный ген - 2 " (Эротическая фантастика) | | Н.Любимка "Навеки твой" (Любовное фэнтези) | | О.Коробкова "Ярмарка невест или русские не сдаются" (Приключенческое фэнтези) | | А.Каменистый "Пять Жизней Читера" (ЛитРПГ) | | О.Обская "Наследство дьявола, или Купленная любовь" (Попаданцы в другие миры) | | Тори "В клетке со зверем (мир оборотней - 4)" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Арьяр "Академия Тьмы и Теней.Советница Его Темнейшества" С.Бакшеев "На линии огня" Г.Гончарова "Тайяна.Влюбиться в небо" Р.Шторм "Академия магических близнецов" В.Кучеренко "Синергия" Н.Нэльте "Слепая совесть" Т.Сотер "Факультет боевой магии.Сложные отношения"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"