Sleepy Xoma: другие произведения.

Путь тьмы, часть 2, главы 9-10

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 8.50*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Новые главы. Общий файл обновлен.


Глава 9.

Девятый день второго месяца весны 36-го года со дня окончания Последней войны.

   Комната была черна и непроницаема, словно склеп. Ни дуновения ветерка, ни слабого лучика солнца, ни шума дождя снаружи, ничего.
   Шахрион не помнил, как оказался в ней. Он, как всегда, заснул у себя в постели, а в следующий момент уже очутился в этом весьма недружелюбном месте. Император вытянул вперед руку и прошептал заклинание. Ничего не произошло, тьма упорно не желала отступать под напором света.
   Черный Властелин вздохнул, догадываясь, чьими стараниями очутился в столь странном месте, и громко произнес:
   - Выходи, я знаю, что ты следишь за мной.
   - Какой ты у нас умный, - тотчас же раздался издевательский голос. - Мозгам в черепе не тесно?
   - Пока не жаловались, - пожал плечами Шахрион.
   - Еще не вечер, - пообещало нечто.
   - Может быть, расскажешь, зачем я тебе? - Император упорно игнорировал донельзя раздражающие его слова непонятного собеседника. Или собеседницы.
   - Ты мне? - голос звучал неподдельно удивленно. - Да ты мне даром не нужен, маленький червячок. Все как раз наоборот. Тебе нужна сила.
   - Для чего? - Шахрион еще раз огляделся, надеясь найти какой-нибудь выход из странного места, или хотя бы своего собеседника, чтобы дать тому по голове.
   - Чтобы победить. - Елием в голосе его таинственного собеседника можно было залить не один храм. - Неужели ты не жаждешь могущества? Не хочешь по мановению руки обращать в прах целые армии? Это можно устроить.
   - И что для этого потребуется? Заложить душу демонам? - скептически хмыкнул император.
   - О нет, всего лишь принять меня и заключить в свои объятия. Разве это так сложно?
   Шахрион не стал отвечать, ограничившись многозначительным молчанием. Назойливый голос в голове вызывал множество вопросов, найти ответы на которые только предстояло, и проблема заключалась в том, что они могли крайне не понравиться императору. Вот только была ли возможность игнорировать незваного собеседника? Или все-таки собеседницу? Или, быть может, стоило плюнуть на все и принять предложение? Этого делать не хотелось, хотя в глубине души Шахрион и подозревал, что отказаться он не сумеет и рано или поздно совершит то, что непонятная сущность от него требует.
- Ты меня не слушаешь. - Обиделась собеседница. Собеседник? - А я ведь могу и наказать тебя за это.
   - Валяй, - пожал плечами император. - Мы во сне, что может со мной случиться?
   Непроглядная тьма издала сухой неприятный смешок.
   - Маленький человечек, - голоса обрушились на него со всех сторон. - Маленький человечек не знает, что можно сотворить во снах, поэтому ему не стоит говорить глупости.
   Эта многоголосая какофония пронизывала до костей, и Шахрион внезапно осознал, что дрожит от страха, как осиновый лист. Едва он это понял, как все закончилось. Все та же темнота, пустота и надоедливый голос.
   - Неужели ты не хочешь получить власть? Абсолютную, непререкаемую, я могу ее даровать, смотри...
   Мгла рассеялась, и Шахрион увидел раскинувшийся далеко внизу огромный город, окруженный со всех сторон могучими вековыми соснами, сьи острые верхушки протыкали само небо.
   - Смотри, смотри, смотри... - донеслось до его ушей.
   Император не понимал, куда нужно смотреть, но его тело самостоятеьлно повернулось направо, и Шахрион увидел бой. Тысячи людей в черных одеждах штурмовали позиции, на которых укрепились светловолосые воины с большими луками и длинными копьями. Строя не было ни с той, ни с другой стороны. Все перемешалось, распалось на одиночные схватки, в которых непонятно, кто побеждал. Чуть дальше, на поле, сошлись две конные дружины, а в небе сталкивались всадники на могучих грифонах.
   Все поле боя кипело и плавилось от сотен заклинаний, сотворенных магами противоборствующих сторон. Вот из леса вышло огромное дерево, раскидавшее на своем пути два десятка солдат, на которое тотчас же набросились огромные белесые черепа с бритвенно острыми зубами. А вот жгут, собранный из сотен водяных струек, разрезал на две ровные части рыцаря смерти, и тотчас же остановился, уперевшись в пылевой щит. В другом месте пронзительно полыхнуло черным, и добрых пять десятков вражеских солдат снопами повалились на землю, то сработала Плеть тлена, выжигающая души несчастных.
   Шахрион понял, свидетелем чего он стал, и теперь во все глаза высматривал лишь одного человека, но никак не мог его найти - слишком велико оказалось расстояние. Его услышали - действие внеапно приблизилось, и император обнаружил себя стоящим за плечом высокого мужчины в черной мантии с алым вороном, вышитым на спине. Человек был бледен, худощав, его скулы ввалились, в его глазах застыл лихорадочный блеск, и все же, Шахрион мог узнать мужчину из тысяч других - Безумец ни капли не отличался от собственного изображения на портрете.
   Древний император высоко над головой поднял жезл, и небеса разрезал страшный судорожный вопль. Кажалось, сама суть мироздания корчилась от боли, разрываемая страшными словами, и билась в агонии. Солнце скрылось за тучами, подул ледяной, пробирающий до костей ветер, вопль вдруг прекратился, словно его и не бывало, и над полем боя распростерла свои крылья мертвая, неестественная тишина. Она продолжалась ровно три удара сердца, после чего с неба полился огненный дождь. Неестественно черное, антрацитовое пламя исторгалось на замерший в ужасе лес, играючи пробив выставленную магическую защиту. Заполыхали пожары, и повалил омерзительный жирный дым, а дождь все шел и шел, накрывая весь древний, огромный лес.
   Безумец задрал голову и захохотал, продолжая высоко держать свое кошмарное оружие. Затем он резко, словно от окрика, повернулся, и их глаза встретились. Великий маг осклабился и...подмигнул Шахриону, а в следующий миг все заволокло мглой.
   Император очутился на древнем кладбище. По земле тянулся туман, облизывающий своими белесыми языками покосившиеся памятники и надгробные камни. Луна была укутана густыми облаками, но кое-какой свет все же пробивался через толстую небесную перину. Император недоуменно переглянулся. Где он?
   - Вперед... - Прошептал ему ветер и Шахрион зашагал.
   Долго идти не пришлось - дорога привела его к разрытой могиле, на дне которой копошился молодой парень, вытаскивающий труп наружу.
   Парень этот был странно одет, странно подстрижен, но и его лицо императору доводилось видеть когда-то давным давно. Шахрион Первый, его тезка, создатель Империи. Что он тут делает? Или, точнее говоря, что ему решило показать странное надоедливое существо?
   Парень, между тем, вытащил покойника, выбрался из ямы сам, и, поднявшись, распростер над трупом руки, а затем выкрикнул какое-то незнакомое слово. На глазах у остолбеневшего от увиденного Шахриона покойник поднялся и начал обрастать черными латами. Его руки, ноги, торс, спина, все покрывалось прочной чешуйчатой броней. Наконец под ней скрылась голова, закрытая большим глухим шлемом с прорезью для глаз, в которой недобро сверкали алые буркала мертвого существа. Рыцарь смерти, а в том, что его предок поднял именно это существо, сомнений не было, склонился в поклоне, ожидая приказа. Молодой человек что-то сказал, и тварь с неестественной скоростью метнулась в сторону, разнося могучим ударом надгробную плиту. Никогда Шахрион не видел ничего подобного, скорость и сила этого рыцаря смерти поражали воображение. Никогда и нигде, ни в одном трактате, ни в одной книге мемуаров, легенд или сказок он не слышал про столь совершенную нежить.
   По-видимому, приводить в мир подобных монстров могли лишь единицы, настоящие титаны, чей дар ограничивался лишь их собственным воображением. Шахриону Первому не понадобились ни жертвы, ни магические ритуалы, ни даже время! Он просто приказал, и покойник встал, получив в комплекте со второй жизнью великолепную броню.
   Любой чародей мог только мечтать о подобных возможностях...
   И снова мгла укутала его. Видениям пришел конец, и император вновь оказался в непроницаемо-черной комнате.
   - Понравилось? - вкрадчиво осведомилась у него Тень. - Ты можешь стать таким же, только попроси.
   - А если я не хочу становиться таким же?
   Ответом ему был издевательский смех.
   - Хочешь, очень хочешь. Так сильно, что даже не можешь скрыть этого от меня.
   - И для чего же мне может это понадобиться?
   Существо мерзко захихикало.
   - Кто знает, может, реализовать детские комплексы? Ну, как ты поступил с коневодами.
   - Причем тут комплексы? - скрипнул зубами Шахрион.
   - Точно, ведь все было продуманно до мельчайших деталей. Долгими холодными одинокими подростковыми ночами.
   - Тебя что-то не устраивает? Марейнийцы получили по заслугам. Или за измену нужно наказывать?
   - Все их города по твоему приказу сравняют с землей, а саму землю, на которой они стоят, засюплют солью. Всех выживших отправят в другие провинции. Ты даже историю их забрать вознамерился. Чем можно заслужить такое, о несравненный Черный Властелин? Обычной изменой?
   - Да, ею.
   Во тьме вновь зашелестели сотни голосов.
   - Отрицает очевидное.
   - Врет сам себе.
   - Глупый человек.
   - Глупый ребенок.
   - Может, хватит уже? Я все продумал заранее. Милосердие к невинным, но жестокость к изменникам, кнут и пряник - вот что позволит укрепить Империю! - он осекся, понимая, что начал оправдываться.
   Снова ехидный смех.
   - Обманывай всех, включая себя человек. Я знаю истину. И знаю, что ты все равно примешь меня.
   - Посмотрим. - Упрямо ответил Шахрион.
   - Твое право, о несравненный император. Жди, смотри, оттягивая неизбежное ты лишь развлекаешь меня. Можешь трепыхаться в трясине, пытаясь зацепиться за несуществующий пучок травы, но в итоге ты все равно примешь дары. А теперь мы попрощаемся, глупый человек.
   С этими словами раздражающая особо исчезла, а тьма стремительно принялась рассеиваться. Шахрион открыл рот, чтобы ответить, и в этот самый миг он проснулся.
  

Глава 10.

Двадцатый день второго месяца весны 36-го года со дня окончания Последней войны.

   Дни превращались в мили, оставляя за спиной новые и новые покоренные местности. Казалось, еще вчера он одолел в бою вероломных марейнийцев, а на самом деле прошел почти месяц и армия, пройдя по южным областям Саргилии, оказалась у границ Стоградья. Уложиться в сроки, отведенные изначально, не удалось, но это уже не слишком угнетало, потому что дела в целом шли прекрасно. С помощью гоблинов получилось без больших потерь взять все немногочисленные марейнийские города, и, выполняя распоряжение императора, уничтожить их, предварительно забрав все ценное. Тем, кто будет заселять освободившиеся земли, понадобится много всего.
   Гоблины вообще оказалсь незаменимой находкой. Они уже начали освободившиеся земли, надежно прикрывая подбрюшье растущей как на дрожжах Империи от неожиданных атак прегиштов, если, конечно, те оторвутся от войны с дварфами, протекающей, если верить словам старого Инуче, не очень удачно.
   Новости из других мест радовали не меньше. Тартионна спешно возводила хлипкие оборонительные ряды на завоеванных кабаньих землях, гоня туда все подкрепления, которые удавалось создать, Иритион без крови вернул Южную Кинорию и столь же легко вступил в пределы северной. Верные союзники не забыли своего славного прошлого, тотчас же пополнив армию генерала своими полками.
   Владыка же...Владыка как всегда действовал по одному ему ведомому плану, но удача проолжала следовать за ним. А как иначе могло еще быть? После всех этих побед, когда Империя буквально на глазах возродилась из небытия, даже самые большие пессимисты поверили в избранность Властелина, в то, что он поведет свой народ к славе и новым свершениям, в то, что с сынами Матери еще не покончено.
   А сколько славных дел ждет впереди? Сколько побед предстоит одержать и битв пережить!
   - О великий, прости, что мешаю твоим размышлениям, но время выступать. - Мерзкий гоблин в самый неподходящий момент прервал раздумья Китариона, заставив кольценосца вздрогнуть от неожиданности.
   - Прошу меня простить, верховный, я задумался.
   Зеленая харя расплылась в отвратительной ухмылке.
   - Ничтожный Инуче вновь смиренно просит простить недостойного за то, что помешал благородному в его непростом занятии, но дела не требуют отлагательств.
   - Все в порядке, я благодарен тебе, - ответил капитан, стараясь не выказвать раздражение - льстивые речи гоблина контрастировали с двусмысленностью фраз и мерзким выражением его рожи, которая, казалось, говорила: "Да знаю я, о чем ты мечтаешь".
   По большому счету, Инуче был такой же занозой в заднице, как и Кшатрион, неудивительно, что эти двое так быстро спелись.
   Китарион послал дежурных будить лагерь, а сам направился за его пределы, к большому холму, с которого открывался прекрасный вид на равнину, простирающуюся на западе. Несносный зеленый коротышка, словно приклеенный, последовал за ним.
   Некоторое время он молчал, позволяя гвардейцу наслаждаться видом, но потом открыл рот.
   - Величайший что-то ищет?
   - Не знаю, - признался Китарион. - Я смотрю туда, и вижу обычные земли. Все те же поля, лес, деревенька вдалеке. Если бы владыка не сказал, я бы никогда не поверил, будто в этих местах притаилась сама смерть.
   - Носящий отметку Матери Тишины ожидал увидеть черную выжженную землю, по которой бродят легионы неупокоенных?
   Китарион кивнул. Именно так он и представлял себе действие ритуала, проведенного Властелином. Когда Тартионна через Кширитиона сообщила ему, что же именно император сделал, капитан гвардии сперва не поверил, а потом проникся к своему повелителю не просто уважением, а скорее религиозным трепетом, как к пророку Матери, поднявшемуся из ее мрачного царства на поверхность.
   - Смерть обычно не то, чем кажется. Безымянное заклинение не портит тело матери-земли, о великий, - с непонятной грустью произнес шаман. - Оно уродует ее дух. Старый Инуче не думал, что когда-нибудь в жизни ему придется увидеть нечто подобное.
   - Безымянное заклинение?
   - Да, говорят, что его придумал безумный император. Он даже один раз использовал в войне против проклятых эльфов, - шаман сплюнул под ноги, выражая свое отвращение к перворожденным. - Старый Инуче слышах от своего учителя, а тот от своего, что в те времена лишь огромная жертва сумела остановить заразу. И никогда больше ни один слуга Матери не осмеливался совершить этот ритуал.
   - Почему? Его так тяжело выполнить?
   - Нет, о разящий врагов своих на поле боя. Ритуал прост, но неимоверно тяжел. Легок, но для большинства неподъемен. Не спрашивай старого Инуче больше, о достойнейший из достойных, если же тебе интересно, могучий Кштиритион с радостью расскажет все, что он знает.
   "Вот уж делать мне нечего больше, кроме как задавать вопросы этому зазнайке", - подумал кольценосец.
   - Обязательно задам ему вопрос, - вслух проговорил он. - Скажи, верховный, какие опасности подстерегают нас на проклятой земле? Кроме армии кошачьего и собачьего венценосцев.
   - Мертвые, - пожал плечами гоблин. - Много, очень много мертвых. Любой, кто встретил вечность в этих землях и не был сожжен, теперь поднялся из небытия, дабы вредить живым и мстить им. Да, да, мстить.
   - В чем же виноваты живые?
   - В том, что не помешали свершиться ритуалу, о бесподобный.
   - Но нас тоже немало. Двенадцать тысяч моих и еще двадцать тысяч твоих солдат.
   - Гоблины плохие, очень плохие воины. Слабые и трусливые, о великий. - Шаман виновато развел руками.
   Китарион хмыкнул, предпочтя оставить свое мнение при себе. Он видел, как эти трусливые создания расправлялись с закованными в латы рыцарями. Впрочем, даже крыса способна перегрызть горло коту, если ее зажать в углу, а Властелин каким-то образом умудрился поставить шамана и его подчиненных в безвыходное положение.
   Он оглянулся - шум сзади усиливался - это войска строились в колонны, готовясь выступать. Капитан еще раз бросил взгляд вперед, и решительным шагом направился прочь с холма, туда, где его ожидал конь.
   Им предстояло совершить четырехдневный переход по земле, отравленной древним проклятием, чтобы занять один из важнейший городов Стоградья под названием Найрат, стоящий на перекрестке четырех дорог.
   Для чего это было нужно властелину Шахрион не знал, также как и не понимал, отчего нельзя было повернуть на не затронутый чарами юг Исиринатии и захватить его, но приказы императора не подлежали обсуждению. Их следовало выполнять.
  

***

   Ближе к вечеру головная колонна армии добралась до большой деревни. Некроманты-разведчики сообщили, что селение совершенно безлюдно, но Китарион все равно приказал обследовать каждый дом, сарай и даже нужник, чтобы исключить неожиданности. Часть солдат тотчас же отправились выполнять приказ, остальные стали по всем правилам имперской военной науки готовиться к привалу, превращая деревню в настоящую крепость. Наличие большого количества зомби значительно упрощало ведение фортификационных работ, позволяя живым отдохнуть на лишний час больше, а то, что эти самые зомби почти не гнили, позволяло воспринимать их даже как боевых товарищей.
   Сам Китарион решил прогуляться и посмотреть, как же жили подданные венценосца. Настроение портил лишь Кштиритион, маящийся от безделья и привязавшийся к капитану, чтобы хоть немного развеяться.
   Они прошли мимо деловито снующих из избы в избу солдат, которые не только проверяли помещения, но и собирали заодно все полезное, что могло бы пригодиться армии. Китарион подумал, что вряд ли до обозных маркитантов доберется хотя бы одна монета, и эта мысль почему-то развеселила его. Несмотря ни на что жизнь продолжается, а люди стремятся набить карманы, не обращая внимания на самые строгие запреты.
   Они подошли к большому бревенчатому дому с соломенной крышей.
   - Похоже, тут жил кто-то обеспеченный, - заметил Кштиритион. - Предлагаю зайти внутрь.
   Легионеры еще не успели обшарить помещение, и капитан с интересом разглядывал быт исиринатийцев. Надо сказать, жилось им не очень - земляной пол был застелен затхлой соломой, единственное окошко, затянутое бычьим пузырем, почти не пускало внутрь солнечные лучи, и некроманту пришлось зажечь магический огонек, чтобы развеять мрак. Под низким потолком свисали пучки лука, чеснока и прочих приправ, тут же попадались нитки засушенных грибов неизвестного Китариону происхождения. Грубая стена делила дом на две комнаты, но двери не было, вместо нее зияла черная дыра.
   Небольшая печь топилась по-черному, отчего все жилище насквозь пропиталось дымом, смешавшимся с вонью дерьма из овечьего загона возле дальней стены. Но даже два этих аромата не могли перебить хорошо известный капитану смрад - запах застарелой крови и гниющей плоти.
   - Тут есть что-то мертвое, - произнес он будничным тоном. - Нужно проверить, насколько.
   - Соседство с одним из сильнейших некромантов Империи не вселяет в тебя уверенность? - В полутьме блеснула белозубая ухмылка Кштиритиона.
   - Скорее, еще больше пугает. - Пошутил кольценосец в ответ.
   Некромант вновь усмехнулся.
   - Это из второй комнаты, давай поглядим, что же там смердит сильнее наших солдат после недели марша.
   Он заставил шарик светить ярче, и смело шагнул вперед, Китарион последовал за ним.
   На первый взгляд все было спокойно - в углу комнаты, прислонившись к стене, лежали в обнимку два тела - женщины и ребенка.
   Китарион подошел ближе и отшатнулся от омерзения. Трупы были изуродованы до неузнаваемости, у женщины не хватало ноги до колена и кисти левой руки, но она продолжала стискивать свое дитя, до последнего защищая его от лютой смерти.
   Неожиданно веки женщины дернулись, открывая мертвые, остекленевшие глаза, а ее рот исторг страшный рев.
   - Обрети покой! - коротко приказал Кштиритион, и мертвая женщина замолкла, зато эстафету подхватил маленький - лет шести на вид - ребенок. Точнее, его тело. С поразительным для живого мертвеца проворством это существо отлепилось от материнских рук и бросилось на Китариона.
   С чавкающим звуком острое лезвие наискось вошло в закоченевшую шею, перерубая мышцы, сухожилия и кости, и отделяя голову от тела, даря несчастному вечный покой.
   - Это было ужасно, - прошептал Китарион, убирая оружие.
   - Не ожидал, что извечный кольценосец окажется столь сентиментальным, - заметил колдун, присев перед мертвецами и взяв отрубленную голову в руки. - Марейнийцев ты убивал без зазрения совести.
   - Не женщин и детей! - сглотнул кольценосец.
   - Ну а сегодня, стало быть, добавил в свою коллекцию новый экспонат.
   - Заткнись! - неожиданно зло проговорил Китарион. - Это не смешно. Ни капли.
   - Не вижу смысла так убиваться из-за мертвых врагов. - Сухо промолвил некромант.
   - Где ты видишь врагов? - навис над ним кольценосец. - Женщина и ребенок - это враги? Они не изменяли нам, Стоградье было завоевано Исиринатией. Не золото, но кровь и сталь увели их от Властелинов.
   - Это война, а на войне всегда гибнут невинные. - В голосе некроманта послышалось раздражение. Он отложил голову ребенка на пол и отер свои черные кожаные перчатки о солому. - Так пускай уж лучше Мать забирает исиринатийских невинных вместо наших. Или я не прав?
   - Прав, - мрачно согласился Китарион. - Вот только на душе от этого не легче.
   - Когда Владыка обрекал на гибель тысячи рабов, ты не возражал. Радовался, и когда мы жгли города коневодов. Или думаешь, что пламя разбиралось в таких тонкостях, как пол и возраст?
   - Мы не истребляли каждого!
   - Это да. Те, кому повезло выжить, осядут в новых провинциях. Возможно даже, что как свободные люди, - некромант поморщился. - Этот разговор мне надоедает, пойдем, прогуляемся к церкви Отца, я хочу посмотреть на ее убранство.
   Удар попал в цель, и до самого храма они хранили молчание, наконец, когда в конце пыльной деревенской улицы показалась каменная громада, Китарион проговорил.
   - Заклинание, которое примени Владыка, называлось Безымянным. Почему?
   - Инуче рассказал?
   - Да, зеленый недомерок успел отравить мое утро.
   - Он говорил что-нибудь еще?
   - Он всегда что-нибудь говорит. Про заклинание же ничего конкретного я не услышал. Что-то там про осквернение души матери-земли и прочая шаманская ерунда.
   - Не совсем ерунда. - Сказал некромант. - Земля здесь на многие годы будет отравлена, а умерших придется сжигать.
   - Они будут вставать?
   - Не обязательно, но рисковать в такой ситуации не стоит.
   - Хочешь сказать, владыка не знал, на что шел?
   Некромант остановился, и Китарион замер рядом с ним.
   - Нет, - произнес повелитель мертвых. - Владыка прекрасно знал, что делает и совершил именно то, что хотел, и я с ним согласен. Врагов надо давить всеми силами, которые есть в распоряжении, а не жевать сопли. Не одобряешь это?
   - Слишком жестоко.
   - Скорее, слишком опасно. Настолько, что даже учитель не одобрил. Сперва.
   "Конечно же, спятивший от желания отомстить скелет был против массового подъема мертвых", - подумал Китарион. - "А я завтра научусь летать по небу"!
   - Но потом он все-таки согласился? - проговорил он вместо этого.
   - Да, - кивнул Кштиритион. - И даже творчески доработал заклятие, как я слышал. Знаешь ли, когда его применил создатель - безумный император, область поражения была намного меньше.
   Китарион молча осмыслял сказанное. Конечно, проблем с врагами будет гораздо меньше, но цена... Конечно, он знал, что многим невинным придется расстаться с жизнью в ходе войны, также он слышал об огромном количестве рабов, оставшихся навеки в горах, но столкнуться самому с результатами действий его повелителя было неприятно.
   Кольценосец вздохнул и приказал себе собраться. В конце концов, желчный некромант прав - на войне всегда достается слабым, а раз так, нужно спрятать свое человеколюбие поглубже и заниматься делом. Как будто невинные марейнийские женщины и дети не гибли от рук его солдат. И все равно у Китариона было мерзко на душе.
   Они подошли к храму, возле которого стояло несколько охранников, исполняющих еще один приказ властелина - не пускать солдатню в захваченные церкви.
   - Мы в храм, откройте двери, - распорядился Китарион, пропуская своего спутника вперед. До этого он никогда не заходил в церкви главного бога Исиринатии, потеснившего с пьедестала Брата.
   Внутри было светло и просторно и, можно даже сказать, красиво, если бы не многочисленные пятна крови на полу и стенах. Кто бы ни прятался тут, спастись ему не удалось.
   - Они пытались найти защиту, а обрели лишь проклятье, - бесстрастно произнес некромант, направившись к алтарю. - А потом ушли прочь, нести его в окрестности. Владыка восхищает меня все больше и больше, его безжалостность достойна славных предков. Он не жалеет ни себя ни других, даже если они подданные Черного Трона.
   - Бывшие подданные, которые уже не один десяток лет платят дань котам, - поправил его Китарион, замерев на месте, и вертя головой по сторонам, разглядывая настенные фрески. - И твой учитель все равно пугает меня больше. Чтобы ты не говорил, я уверен, что это именно он надоумил владыку применить столь отвратительное заклинание.
   - Когда учитель вернулся, Властелин вынашивал свой план мести уже не первый год, - надменно, тоном человека, допущенного до страшной тайны, ответил Кштиритион.
   - Он не мог его вынашивать - некромантов не осталось.
   - И все-таки, все-таки. Я верю учителю, когда тот рассказывал мне про то, что идея применить Безымянное заклинание забралась в голову Властелина задолго до его пробуждения. Учитель лишь облек ее в плоть при помощи своих знаний. - Некромант поднял с алтаря золотой диск с выгравированным на ним ликом Отца и обратился к нему. - Ты плохо защищал своих прихожан. Впрочем, Мать была не лучше. Вам ведь нет дела до нас, жалких букашек. Не так ли? - Он кинул диск Китариону и тот поймал его на лету. - Прихвати, лишнее золото нам не помешает. А что касается Владыки, то знай: верховный чародей Гартиан стал лишь инструментом, как и мы все. Наш повелитель - мастер шемтиса, он играет одинаково хорошо как костяными, так и живыми фигурами.
   - Владыка стремиться возродить Империю!
   - Скорее уж насытить свою ненависть, - хохотнул Кштиритион. - Но мне это нравится. Твоя главная проблема, Китарион, в том, что ты выстроил в своей голове фантомный образ повелителя, который теперь начал вступать в схватку с суровой реальностью, неизменно проигрывая в ней. Я же изначально видел его таким, какой он есть. Ну, по крайней мере, ту его часть, которую он пожелал показать некромантам.
   - Ты видишь только то, что хочешь, - огрызнулся кольценосец.
   - Как и ты. Я про это и говорю: Властелин прекрасно умеет управлять живыми. С мертвыми у него получается, правда, похуже, но кто из нас не без недостатков?
   Китарион снова начал злиться.
   - Я не позволю тебе порочить имя повелителя своими грязными домыслами!
   - Побойся матери, - рассмеялся некромант. - Я уже раз пять сказал тебе, что восхищаюсь им. Плевать, что как маг я сильнее на голову, таких мозгов у меня не будет никогда, у тебя, кстати тоже. Вот главное оружие и достоинство нашего господина: мозги, помноженные на ненависть, лютую ненависть, которая заставляет его идти до конца, невзирая ни на что!
   С этими словами он вышел прочь из храма, оставив кольценосца обдумывать свои слова в гордом одиночестве.
  

***

Двадцать четвертый день второго месяца весны 36-го года со дня окончания Последней войны.

   Четыре дня весьма спокойного путешествия по императорскому тракту и удивительно безлюдным землям Стоградья привели армию к окрестностям Найрата, и вот тут-то и стало понятно, куда подевались все жители области - они собрались вокруг могучих стен.
   Уже на подходе разведчики-некроманты передали сообщение об огромном количестве мертвецов, а спустя час их сведения подтвердили и конные разъезды.
   Китарион решил, что лучше не рисковать, поэтому армия отошла назад и спешно принялась возводить хорошо укрепленный лагерь. Когда частокол был готов, а солдаты с энтузиазмом откапывали перед ним ров, Китарион вместе со своими командирами, а также Кштиритионом и Инуче собрались для выработки какого-нибудь плана.
   С идеями оказалось не то, чтобы очень хорошо. Город был занят живыми по крайней мере частично - это сообщили дозорные, вот только протащить сквозь ворота тридцать с лишним тысяч людей и гоблинов на глазах у орды неупокоенных можно было, разве что, заставив армию взлететь. Более того, такая армада неизбежно должна была рассосаться тонкими ручейками по улицам города, неизбежно вступая в бои с местным мертвецами, и, вероятно, живыми.
   Идей ни у кого не было. Сперва высказался капитан гвардии, за ним предложения внесли несколько его лейтенантов, потом Кштиритион, но все идеи отвергались едва ли не с ходу по причине полной своей несостоятелности. И вот, когда утомленные люди готовы были уже разойтись, чтобы немного передохнуть и поужинать, Китарион заметил, что шаман сидит с глумливой улыбочкой, внимательно слушая выступающих
   - Уважаемый Инуче, - произнес он, - быть может, у тебя найдется какая-нибудь идея?
   - Почему нет, - тотчас же откликнулся гоблин. - У старого Инуче всегда много, очень много разных мыслей. Например, ничтожный шаман может призвать нескольких големов, совсем-совсем немного. Но они, эти мертвые, мертвые создания, будут драться с мертвыми, мертвыми людьми, да, да. И они задержат их, пока небольшой отборный отряд не окажется за воротами.
   - За воротами? - переспросил Китарион. - Ах да, они же проломлены.
   - Истину говоришь, о могучий. Живые не опасны для твоей победоносной армии, да, да. А мертвых можно убить, да, да.
   - И после этого небольшими группами, поддерживая со стен, перевести всю армию, - обрадовано догадался капитан. - Хорошая идея. Сколько именно големов ты можешь сделать?
   - Немного, - сокрушенно вздохнул шаман - Старый Инуче и в подметки не годится своему учителю. Вот тот был великим шаманом, да, да, а Инуче жалок.
   - Так сколько?
   - Всего лишь семь дюжин, - горестно вздохнул тот, а Кштиритион закашлялся, растеряв всю свою спесь и ошеломленно уставился на шамана.
   - А если согнать учеников в круг? - задал он вопрос.
   - Нет, нет, круг нельзя, - замахал руками шаман. - Только слабый Инуче.
   Некромант хмыкнул, но возражать не стал.
   - Ладно, капитан, полагаю, у нас есть нормальный план.
   - Да, - согласился Китарион, - и нам самое время начинать готовиться.
   Спустя какой-то час почти две тысячи всадников - все рыцари смерти вперемешку с посаженными на обозных коней солдатами и почти половиной чародеев - скакали навстречу Найрату, и уже очень скоро капитан сумел увидеть то, о чем с ужасом в голосе докладывали разведчики.
   Все пространство вокруг города, насколько хватало глаз, было черно от мертвых, толпившихся, будто сельди в бочке. В самом городе что-то горело - жирные столбы дыма возносились в небеса.
   - Сколько же их тут... - прошептал Китарион.
   - Пятьдесят-шестьдесят тысяч, - ответил ему Кштиритион. - Плюс-минус десять тысяч, а что?
   - Тяжело нам придется
   - Да, легко не будет.
   - Мне только непонятно: неужели в столь крупном городе не нашлось десятка магов огня, чтобы сжечь всех этих неупокоенных? У них ведь нет собственных чародеев.
   - Это не так просто, как тебе кажется. Мертвые не так хорошо горят, как хотелось бы некоторым. Чтобы спалить такую ораву, понадобилось бы составить круг из доброй половины магов всей Исиринатии.
   - Ясно.
   Некромант ухмыльнулся и продолжил:
   - К тому же, я так понимаю, что положение горожан уже практически безвыходное. Не исключаю, что все их чародеи мертвы, либо истощены до предела, поэтому мертвые и сумели прорваться через ворота. В любом случае, это не меняет наших планов.
   Тут он был прав, и кольценосец вновь согласился. Властелин повелел занять этот город, и Китарион выполнит его приказ, а раз так, значит, армии придется идти вперед.
   Их заметили - от общей массы нежити начали отделяться фигурки, двинувшиеся навстречу отряду.
   - Они живых чуют, что ли? - с досадой проворчал Китарион. - Инуче, ты готов?
   - Готов, о достойнейших из достойных, - подал голос гоблин, ехавший рядом на пони. - Слабый и ничтожный Инуче поможет тебе и твоим доблестным солдатам своими слабыми и жалкими чарами, о достойный.
   - Хорошо. - Произнес Китарион. - Кштиритион, тормозим.
   Китарион, глядя на приближающихся со всех сторон мертвецов, машинально поправил перевязь с мечом. Интересно, как же будут выглядеть чары в исполнении этого ушастого недомерка?
   А недомерок начал делать нечто странное. Он извлек из своей безразмерной хламиды кучу крошечных тряпичных кукол, после чего принялся отплясывать дикий танец, сопровождая его такими завываниями, что у кольценосца заложило уши. Каждый особенно громкий вопль гоблин сопровождал броском тряпичной куклы в сухую растрескавшуюся землю. Когда в полет отправилась последняя кукла, Китарион подумал, что все уже закончилось и заклинание не сработало, однако гоблин, не переставая размахивать конечностями и верещать, ловко достал свежую партию своих непонятных приспособления, не сбившись при этом ни на секунду.
   Капитану происходящее все больше начинало казаться фарсом, и он украдкой бросил взгляд на некроманта. К его удивлению, Кштиритион относился к разворачиваемому действу с предельной серьезностью: лицо некроманта побелело, по лбу текли капельки пота, а в глазах плескался немой ужас. От этого взгляда и Китариону стало не по себе. Некромант видел что-то, и это что-то пугало его до колик, лишая обычной невозмутимости и язвительности.
   И когда последняя кукла покинула лапы гоблина, капитан, наконец увидел, что же так испугало его товарища.
   Гоблин завопил еще громче, и замер, предварительно хлопнув в ладоши. Тишина, последовавшая за этим, нарушалась лишь испганным ржанием лошадей да топотом ног многочисленных мертвецов, которые подобрались к всадникам на сто шагов. А потом земля вздрогнула, и куклы, упавшие на дорогу и обочину, начали стремительно расти, наливаясь...одна Мать знает чем, но уже спустя несколько вдохов они превратились в монстров, превышающих капитана в высоту на добрых две головы. В ширину же каждое из этих чудовищ с длинными руками, заканчивающимися острейшими когтями, равнялось хорошей телеге.
   - Убивайте по моему слову! - взревел гоблин, и в его голосе не было ни капли обыкновенной лести, лишь могучая, непреклонная воля.
   Порождения шаманства Инуче как один дернулись и, набирая скорость, устремились вперед. Длинные когти резали мертвую плоть, словно коса траву, а массивные тела сминали зомби, оказавшихся на пути.
   - Это что за твари? - ошеломленно спросил Киритион, ожидавший увидеть приземистых земляных существ, вроде тех, что призвали чародеи марейнийцев.
   - Тряпичные големы, - отозвался Кштиритион. - Не так сильны, как земляные, которых бросали против нас рысаки, не способны противостоять огню, зато против мертвяков действуют безотказно. Но я никогда не думал, что в принципе возможно вызвать почти сотню этих существ, да еще столь быстро. Даже учителю такая задача не по плечу.
   Инуче оглянулся на них и скомандовал:
   - Чего ждете? Вы хотели в город, торопитесь!
   Китарион сдернул с себя оцепенение. Да, двуличный гоблин был прав, даже эти чудовища не сумеют перебить всех мертвяков, собравшихся пировать под стенами Найрата.
   - Кштиритион, командуй авангарду - вперед! - Приказал кольценосец. - Прорываемся внутрь!
   Недомерок подарил им отличную возможность, и он будет не он, если упустит ее.

Оценка: 8.50*4  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"