Телегин Виктор Зенович: другие произведения.

Солнцебык. Легенда Рунета. Глава одиннадцать, глава двенадцать

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:

  11
  
   Очнулся Сашенька в темноте.
   "Кирюха".
   И тут же вспомнил: он не в уютной квартирке у Полицейского моста с Кирюхой, да дядей Базилееем, а в Лицее. Вспомнил Пущина, Дельвига, Кюхлю, приторную рожу Кукольника. Всхлипнул тихонько. Домой охота. А тут еще шорох.
   -Кто там?
   -Спишь, Пушкин?
   Некто темный склонился над кроватью. Вильгельм Кюхельбекер, укутанный в простынку.
   -Нет. Чего надо?
   -Бабу ебсть пойдешь?
   По - заговорщицки спросил Кюхля, с похотливцей в голосе. Вспомнил Сашенька лежащую на полу голую Палашку, ноги дебелые раздвинутые, розовое марево срама.
   -Пойду! А какая здесь баба?
   -Ну, уж точно не Трясущаяся Башка. Та не баба, а ведьма. Баба - это Сонечка Мардушкова, дочка дворника. Сладенький пирожок. Сиськи, жопа.
   Кюхля почесал промежность.
   -Ну, так идешь?
   Сашенька - живо с постели. В простынку завернулся.
   -Пошли.
   Кюхля на цыпочках проследовал мимо кроватей с храпящими холмами.
   -Спят, - вонюче засмеялся в ухо Сашеньке, - А мы ебаться идем.
   Вышли из опочивальни, прокрались по коридору мимо директорской, мимо столовой и вшивой людской. Скрипнула дверь - и мальчишки на улице. Бррр! Прохладно. Даром, что июль. Жуки носятся над газовым фонарем. Перестукивает где-то вдалеке лошаденка запоздалого ваньки.
   -Сюда.
   Кюхля потянул Сашеньку к флигельку.
   -Там дворник живет... И Сонечка.
   При слове "Сонечка" на толстых губах Кюхельбекера мелькнула слюна.
   -Тише, обезьяна.
   Под ногой Сашеньки скрипнул камешек.
   -Я не обезьяна.
   Вот и флигилек. Сашеньке вдруг стало страшно.
   -Кюхля.
   -Чего тебе?
   -А дворник?
   -Что дворник?
   -Дворник где?
   -Дворника намедни выпороли, и сослали в деревню на три дни. За то, что к лошадям приставал.
   -А.
   Кюхля подкрался к двери дворницкой. Толкнул. Дверь заскрипела.
   -Не заперто, - радостно зашептал Кюхля.
   Заглянул.
   -Ого!
   -Чего там? - нетерпеливо Сашенька.
   Искаженная похотью рожа Кюхли возникла перед ним, губы шевелились, как червяки- выползни.
   -Там она, Сонечка. На кровати лежит. Срака голая.
   -Срака голая?
   -Ну, да.
   Кюхля дернулся было в дверь, но Сашенька его задержал.
   -Постой. Можно... я.
   Вильгельм посмотрел на Сашеньку. Цыкнул зубом.
   -Лады, хуй с тобой. Иди. Засади ей.
   Сашенька на цыпочках - к двери. Не соврал Кюхля. В лунном свете белела жопа спящей Сонечки с черной дыркою промеж двух округлостей. Черная дыра. Простынка спала с плеч мальчика. Он плюнул на ладошку и обслюнявил поднявшийся хуй. Вот так. Подкрался к Сонечке. За печкой в дворницкой играл на скрипке сверчок. Пахло здесь щами и водкой.
   -Аааа! Разъеби твою душу мать. Пиздаебаныйхуебань!
   Сашенька пулей из флигеля. Кюхля понесся вслед за ним.
   Вопли дворника звенели в ушах.
   Через несколько минут и Кюхельбекер и Пушкин лежали в своих постелях. Да вот беда: простынка Кюхли была на месте, а вот Сашенькину держал в своих грязных руках голый и страшный дворник.
  
   12
  
   Выстроились лицеисты перед директором Малиновским. Страшно всем. А больше всего - Сашеньке. Потому что в руках у Малиновского - простынка Сашенькина. А рядом с директором - дворник. Мрачнее тучи. В носу пальцем ковыряет. Вынет соплю, да и в рот.
   В шеренге рядом с Сашенькой - Кюхля. Тот спокоен. Лыбится.
   Пущин, Дельвиг, Бакунин, Кукольник, Броглио, Вольховский, Горчаков, Гревениц, Данзас, Есаков, Илличевский, Комовский, Корнилов, Корсаков, Корф, Ломоносов Сергей, Мясоедов, Ржевский, Саврасов, Стевен, Тырков, Юдин, Яковлев. Все в сборе.
   -Господа лицеисты.
   Голос у Малиновского грубый, похож на лай простуженного пса.
   -В нашем беспримерном учебном заведении произошло вопиющее преступление. Вот этот человек, - директор кивнул на дворника, жующего козявку, - пострадал от рук. Вернее, не от рук...
   Директор побагровел, мучительно подыскивая слова.
   Сашенька со страхом покосился на Кюхлю. Кюхля едва сдерживал смех.
   -Не от рук, - кашлянул Малиновский. - В общем, кто-то из вас совершил... Вернее, не кто-то, а владелец сей простыни...
   -Василий Федорыч, - подал голос дворник. - Можно я скажу? По-свойски?
   Директор взглянул на дворника.
   -Валяй, Сидор.
   Дворник Сидор взял из рук Малиновского простынь, потряс ей в воздухе, как флагом.
   -Слушайте, гниды.
   Директор поморщился.
   -Один из вас ночью забрался ко мне в каморку и выеб меня в сраку.
   Лицеисты захохотали.
   -Господа, - строго одернул директор. - Ведите себя подобающе.
   -Вы, суки, думаете, просто дворник, можно драть в очко, а я здесь пораньше этого петуха, - дворник кивнул на директора.
   -Сидор, - просительно промолвил Малиновский.
   -Заткнись.
   Дворник распалялся. Глаза его метали молнии. Он воистину был страшен.
   -Вы думаете, маленький человек, права не имеет, тварь, поди, дрожащая? А я здесь двадцать лет мету. Царица, сама царица с дочками мимо проходит. "Метешь, Сидор?". "Мету, ваше анпираторское величество". И поцалует меня в макушку императрица. А потом приходит в дворницкую. Тело белое, царское, простыми лапами не щупаное.
   Дворник закашлялся, с ненавистью глядя на воспитанников.
   -Вот этими лапами, - Сидор воздел руки к небу. - Этими лапами щупал императрицыны сиськи и пизду.
   -Сидор, - поморщился директор.
   -Пасть заткни, - огрызнулся дворник. - Я ебал императрицу и дочек ейных. Да и сам царь моего уда отведал.
   Сашенька почувствовал, что Кюхля дрожит.
   -И вот нашелся из вас какой-то, из молодых, раб исканий, - дворник грязно выругался, сплюнул в траву сопли, - кто решил, что может выебсти дворника.
   Сидор, держа в руках простынку, прошелся вдоль шеренги.
   -Ты?
   Заорал вдруг, остановившись около Кукольника.
   -Никак нет-с, господин дворник, - пролепетал Кукольник, став белее той самой простынки.
   Дворник продолжил свой обход.
   -Ты?
   Дельвиг успел промолвить: "Нет" и рухнул без сознания.
   Дворник зашагал дальше. У Сашеньки сердце билось, билось, да и замерло. Боженька, пронеси, боженька, спаси.
   Не пронес, не спас.
   Вот он, дворник. Навис над Сашенькой, как гора. Сверлит Сашеньку черными глазами из-под бровей, похожих на кусты. Пахнет от него мочевиной и водкой.
   -Ты? - хрипло, жестко.
   Сашенька сглотнул.
   -Ты, гнида?
   -Это, это... он.
   -Врет, - заверещал Кюхля.
   Да поздно. Лапа дворника - цап Кюхлю за шиворот форменной курточки, да и выволокла в центр площадки.
   -Кюхельбекер, не ожидал от вас, - скорбно покачнулся директор Малиновский.
   -Это не я, Василий Федорович, - заливался слезами Кюхля. - Это обезьяна. Это Пушкин.
   -Негоже на товарища клеветать, - сурово молвил директор. - Это лишь усугубляет вашу вину.
   Малиновский покачал свое грузное тело, перекатываясь с пятки на носок.
   -Ума не приложу, что с вами делать. По уставу телесные наказания в Лицее запрещены.
   -Василий Федорович?
   -Да, Сидор?
   -Отдайте его мне. Временно, знамо.
   Рука дворника прошлась по жопе Кюхли, пощупала яйца. Кюхля открыл было пасть для крика, да издал лишь тонкий стон.
   Директор нахмурил лоб.
   -Что ж, пожалуй. Бери, Сидор. Но вечером он должен быть в своей постели. В сво-ей постели, Сидор.
   -Так точно, ваше благородие.
   Дворник вдруг поднял Кюхлю, вскинул на плечо и направился в сторону дворницкой. У Сашеньки задрожали колени, когда он представил, что это могло приключиться с ним.
   -Ну, что же, - директор вытер платком лоб. - Расходитесь. И не шалите больше.
  
  
   ***
  
   А Кюхля и правда вернулся вечером. Волком взглянул на Сашеньку. Упал ничком на постель и остался недвижим.
   Мальчишки до поры до времени с ним не заговаривали.
   Первым, конечно, не вытерпел Кукольник. Павлиньим шагом приблизился к кровати Кюхли, дотронулся до него. Кюхля дернул плечом, взбрыкнул ногой.
   -Вильгельм, а Вильгельм, - сладким голосом пропел Кукольник. - Как анальна кара?
   Спальня взорвалась смехом. Все хохотали. А громче всех - Сашенька.
   Кюхельбекер сел на постели, с ненавистью глядя на Кукольника.
   -Отъебись, Нестор! Отъебитесь от меня. А ты!
   Он повернул к Сашеньке башку, в которую были встроены метающие молнии глаза.
   -А ты. Я вызываю тебя на дуэль, обезьяна.
   Это вызвало новый припадок смеха. Кюхля снова улегся на постель лицом вниз и больше не отзывался на воззвания однокорытников.
  
   ***
   А ночью Сашенька проснулся.
   Кто-то лизал его яйца.
   Испуганно сел на постели, увидел бледное личико, темные длинные волосы, грудь, высовывающуюся из ночной рубашки.
   "Привидение" - мелькнуло в голове. Хотел закричать, да во рту пересохло.
   -Не бойся, - шепнуло привидение. - Я Сонечка.
   "Сонечка Мардушкова, дочка дворника. Сладенький пирожок. Сиськи, жопа",-вспомнил Сашенька мантры Кюхельбекера.
   -Ой, - засмеялась Сонечка. - Смотрю, ты понял, кто я.
   Сашенька взглянул вниз. Его хуй вылез из черных зарослей волосни и торчал, как восклицательный знак.
   Сонечка потянула какой-то шнурок на ночной рубашке и оказалась голой. Бледненькая. Пизда мохнатая, сиськи вислые. Баба.
   Сашенька подался вперед, припал губами к сиське. О, молочко.
   Сонечка куснула его за ухо. Сашенька вскрикнул, но не отпустил сиську. Пальцы его нащупали пизду, проникли в мокрое лоно.
   Мардушкова негромко застонала. Рука ее беспрестанно дрочила Сашенькин хуй.
   -Пушкин, ебешь и не зовешь?
   Сашенька обернулся, увидел в свете заглядывающей в окно луны голого Пущина, и остальных мальчишек, тоже голых, с вздыбленными хуями.
   -Не по-товарищески, - уверенно сказал Дельвиг, одной рукой поправляя очки, а другой теребя короткий толстый уд.
   Сонечка счастливо засмеялась, отстранилась от Сашеньки, улеглась на постель, раздвинув в стороны ноги. Мать сыра земля.
   Сашенька встал на коленки и вставил уд в пещеру пизды. Вместе с ним этот же фокус проделали еще пять мальчишек. Другие пять вставили хуи в сраку Сонечки. Еще пятеро - в рот. Кто-то сунул хуй подмышки девке. Кто-то - между сисек. Сонечки Мардушковой хватило на всех.
   Мальчики задвигали тощими прыщавыми задами. Сонечка застонала, едва заметная под навалившимся на нее счастьем.
   Как и тогда, в бане, с Палашкой, Сашенька превратился в уд. Уд, который ебет Сонечку. Картины разной степени сладости рисовались в голове: голая маменька, императрица, которую анально карает дворник, сношающиеся лошади, Палашка, подмывающая в ручье пизду.
   -А!
   Закричал Сашенька. Вместе с ним закричали двадцать девять мальчиков, воспитанников Лицея. Закричала и Сонечка.
   Молофья хлынула на дочку дворника, заливая ее, утопляя. Девка поплыла по океану молофьи, затем стала тонуть, чувствуя, как проникает в рот, нос, легкие вязкая масса.
  
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"