Ллойд Виктория: другие произведения.

Спасатели

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Реклама:
Новинки на КНИГОМАН!


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Извержение вулкана Стирхау становится полной неожиданностью и для прогнозных служб и для магов. Этого не должно было случиться, но произошло вопреки всему, что было известно о подобных явлениях. Ответ был найден. Катастрофу породил другой мир. Все набирающей мощь волной передал ее по вееру, выплеснув набранную по пути силу на Землю. Не ликвидировать последствия - предотвращать, такая задача была поставлена перед вновь созданным Управлением по глобальным катастрофам. Вот только не все на Земле были согласны с таким решением.
    Довольно сырой черновик. Правка и продолжение после завершения Игр

  

Пролог

  

Мир: Земля. За год до начала событий

  Игнат смотрел на предстоящую зону работы через иллюминатор аварийного щита. Экранам, на которые передавали изображения немногие из сохранившихся камер, не то, что не доверял, привык видеть все своими глазами. И хотя материал иллюминатора пусть и совсем незначительно, но искажал картину, масштаб разрушений демонстрировал значительно лучше.
  Его мысли по поводу того, что он наблюдал, выглядели весьма неоднозначными. Взрыв периферийного антиграва был явлением абсолютно невероятным, система защиты дублировалась неоднократно, чтобы ни одна случайность не могла стать роковой.
  Увы, зрение его не обманывало.
  - Что на телеметрии?
  - Ничего! - Ворт досады не скрывал. - Сигналы не проходят. Может - живы, может - нет.
  Техников, обслуживающий внешний блок, было трое. Данные на них Игнат получил на аварийный интерфейс, пока с командой добирался до технического уровня. Двоим около пятидесяти, в службе более тридцати лет, максимальный допуск. Третий - стажер, задание для него было первым.
  - Крен девять десятых градуса.
  Шелест стоял за спиной Игната, догадываясь, что своим нахождением так близко не добавляет тому спокойствия.
  Пусть он и являлся командиром технико-аварийной команды, но влиять на принятие решения лидером группы спасателей права не имел. Ни морального, ни того, что закреплено в инструкциях. Именно Игнату предстояло рисковать. Собой и теми, кто ему подчинялся. Да и спецов такого уровня, как Стерхов, в команде больше не было. Себя Тан считал только хорошим организатором.
  И если бы не то самое "но", без которого обычно ни одно проблемное дело не обходится, Шелест предпочел бы промолчать.
  Но.... Компенсировать мощность антиграва не составляло труда, однако возникающая при этом погрешность по горизонтали превышала ту, что допустима для распложенного на платформе производства. Уже сейчас стоял вопрос об остановке одного из основных конвейеров.
  Вторая опасность - расположенный ярусом выше воздуховод. Временно циркуляцию запустили по малому кругу, но для длительного поддержания жизнеобеспечения он не давал нужного потока.
  - Значит, так.... - Игнат развернулся резко, если кто и успел отреагировать, так только Ворт, да и то потому, что обладал уникальной способностью видеть будущее на минуту-две вперед. - Иду я с сусликом, Вортом и... - он окинул тяжелым взглядом четырех, затянутых в костюмы полной АДС* защиты, - Марком. Остальные в готовности.
  Мужчина, которого назвал лидер, подмигнул явно разочарованной таким решением троице и вышел вперед.
  Шелест только покачал головой, то ли недовольный тем, что Игнат разделил группу, то ли просто недовольный тем, что все это случилось. Но свое мнение придержал при себе, лишь распорядился:
  - Всем покинуть шлюзовой модуль. - Сам первым направился к выходу. Передвижной штаб расположился за пределами зоны угрозы.
  Сусликом в службе называли интеллектуальный робототехнический аварийно-спасательный комплекс. В "спящем" режиме он напоминал степного зверька (в полтора человеческих роста), застывшего столбиком и высматривающего опасность. Контролировался техномагами, способными слиться сознанием с системой управления этой игрушки.
  После десятилетий бурного развития искусственного интеллекта, неожиданно прерванного не только вставшей перед человечеством необходимостью выживать, но и осознанием, что уперлись в некий предел совершенствования подобных систем, вновь всплыла не раз звучавшая в прошлом идея.
  Техника не в состоянии полностью заменить разум человека с его многообразием чувств и предчувствий. Обработка данных, анализ по заданным алгоритмам, высокоточные расчеты - да, но осознание взаимосвязей на тонком, интуитивном уровне, создание целостной картины, учитывающей все многообразие возможностей и вероятностей, выводы, которые строились не на машинной логике, а на том, что немногим позже получило название "истины озарения" - нет.
  Вот тогда и появились на Земле маги. Не те, что развлекали когда-то публику фокусами и ловкостью рук, а профессионалы, способные работать на энергетических уровнях мироздания, которые технике оказались неподвластны.
  Среди первых техномагов был отец Игната - Валанд Стерхов.
  Прежде чем дать команду открыть проход в аварийном щите, лидер сам проверил показания датчиков на защитных костюмах спасателей. Антигравы были опасны именно приставкой "анти". Их излучение долго не могли обнаружить, хотя все теоретические выкладки говорили о его существовании. Странные смерти среди обслуживающих приборы были хоть и молчаливыми, но свидетелями того, что создатели этих установок чего-то не учли.
  Помогла то ли случайность, то ли упертость одного из исследователей. Тот первым решил провести эксперимент на живой материи, тогда и стало понятно, что пагубное действие антигравов очень избирательно - тонкие каналы, связывающие все живое с миром. Без специальных костюмов, которые нейтрализовали излучение, те становились похожими на паутину, теряя способность поддерживать жизнь в теле.
  - Считай это последним шансом, - прежде чем обратиться к Марку, Игнат перевел передатчик на личный канал.
  Риск, конечно, был одним из принципов работы службы, к которой они относились, но риск оправданный, при котором ты четко осознаешь все последствия того, что собираешься делать. Или... не делать. Иногда это было одинаково опасно. Марк же об этом частенько забывал, разрываясь между клятвой мага-целителя и этой самой целесообразностью.
  - Как скажешь, кэп.
  Марку недавно перевалило за тридцать, но он продолжал оставаться похожим на щенка переростка. Вроде уже и зубы есть, и знает, когда стоит рычать, а когда вцепиться, не предупреждая о возможном броске, а хвост все метелит по поводу и без.
  - Еще раз услышу....
  Спасатели не имели воинских званий, но лидеры групп негласно приравнивались к капитанам малых судов, в своей среде именуемых кэпами. Командиров команд называли капами. На одном из старых языков это означало - большой и важный.
  За прозрачным щитком шлема мелькнула усмешка Ворта, которая тут же сменилась полной бесстрастностью. Так выглядело предтрансовое состояние провидца.
  Реплику Игната он услышал раньше, чем это произошло.
  - Активация суслика, проход открыть.
  Туша комплекса дрогнула, раскрылись фасеточные глаза-камеры, пока еще вхолостую - суслик стоял на стационарных опорах, дернулись трехгранные гусеницы. Их было восемь, все независимые друг от друга, что добавляло ему не только маневренности, но и надежности. К тому же, при необходимости вся конструкция распадалась на два автономно действующих робота.
  - Запускаю баков*.
  Эти напоминали паучков с крыльями, как у стрекозы. Можно было нелестно пройтись по воображению создателя сего кошмара, но его имени уже никто из спасателей не помнил, а вот функциональную безотказность и легкость в управлении продолжали ценить. Каждой жизнью, которую им удалось спасти.
  Игнат двинул суслика вперед только после того, как два десятков баков влетели-вбежали внутрь аварийной зоны. Данные с их камер и анализаторов шли не по обычным каналам - спасателям слишком часто приходилось работать в условиях, когда рассчитывать на них не приходилось, а воспринимались техномагами на уровне собственного сознания. Для младшего Стерхова это был "экран", на котором он все это и "видел".
  Робот встал на гусеницы, втянув упоры, подчиняясь команде, шевельнул верхней частью, словно поведя плечами, наклонился вперед. Створы к этому моменту разошлись достаточно, чтобы он мог пройти, но вот высота прохода для этого монстра была недостаточной.
  Когда стена за их спиной вновь стала монолитной, Игнат жестом остановил Ворта и Марка, как он и предполагал, обычная связь внутри не работала. Опять пресловутая приставка "анти".
  Видимость была минимальной. Из четырех вакуумных насосов аварийно сработали три, но и они вскорости вышли из строя.
  Вновь цепочка случайностей.
  Впрочем, гореть в зоне особо было нечему. Сам антиграв находился на возвышении из композитного материала с огнеупорностью класса сто четыре, такими облицовывались запущенные на дальние солнечные орбиты уловители. Они не только обеспечивали Землю дополнительной энергией, но и прикрывали планету в периоды повышенной активности светила.
  Но задымленность была. Клубящаяся, с вспыхивающими то тут, то там искорками - подсветкой баков.
  - Ворт, обход по периметру слева, Марк - страхует. - Игнату оставалось только радоваться, что аварийная зона была относительно небольшой. "Разговаривать" напрямую с блоками связи защитных костюмов и при этом контролировать суслика было нелегкой задачей.
  - Понял. Обход по периметру.
  - Понял, - Марк явно был недоволен приказом, но о предупреждении помнил. - Страхую.
  Антиграв взрывом сорвало с основания, да и его само покорежило. Часть внутренней обшивки платформы разошлась по шву, из нее торчали не только куски технологических кабелей и шлангов, но и теплоизоляционное покрытие. Один из баков забрался внутрь трещины: детали корпуса, несколько секций повреждены, нарушена герметичность....
  Теперь понятно, почему рос крен. Платформа находилась на высоте двадцати километров.
  Но сейчас Игната больше беспокоило другое. Если верить последней телеметрии, то двое техников, одним из которых был стажер, находились в момент взрыва у контрольных приборов, выводили антиграв на минимальную мощность. Сбоил модуль синхронизации.
  Третий ждал как раз рядом с ним.
  Картинка, как это все выглядело совсем недавно, возникшая в сознании лидера, заставила его помрачнеть. Хорошо еще, увидеть его реакцию никто не мог. Репутация у Игната была точно соответствующая представлению большинства людей о техномагах. Холодные, черствые, бездушные.
  Он разубеждать не собирался. Так было проще. Мало кому приходило в голову задать вопрос о том, что чувствует он, когда спасти никого не удается. Не объяснишь же....
   Не объяснишь. Одного точно спасать не придется, ладно, если удастся хотя бы тело вытащить из-под обломков. Или то, что от него осталось.
  - Кэп, сектора с шестого по десятый - чисто. Конструкция держит, обвалится вряд ли. Одиннадцатый недоступен, там даже баки стушевались.
  Лидер знал, о чем говорил Ворт. Знал он и о том, что таким был не только одиннадцатый, но и двенадцатый, и первые два сектора. Там постоянно что-то двигалось, словно дыша, потрескивало. Основной удар пришелся как раз на эту зону, и межъярусная переборка провалилась именно там.
  - Возвращайтесь. Я иду с пятого. Догоняйте. - Игнат уже прикинул маршрут. Его сложности - тоже.
  - Принято, - Ворт чуть помедлил с ответом, отчего лидер не то, что занервничал - напрягся. С провидцем трудно было предугадать, чего ожидать. - Возвращаемся.
  Суслик двигался медленно, постоянно осматриваясь, анализируя устойчивость конструкции, сдвигая или убирая со своего пути обломки. Повторял движения Игната, с которым был единым целым. Точнее, именно лидер являлся сейчас роботом, ощущая его манипуляторы своими руками, его основной двигатель - своим сердцем.
  Он уже прошел половину пути, когда сзади раздалось голосом Ворта. С теми самыми интонациями, на которые каждый, к кому они относились, реагировал молниеносно.
  - Взрыв ноль. Суслик вправо десять. Кэп, назад два.
  Количество несуразностей этой аварии росло. Расстояние между роботом и человеком выдерживалось именно для того, чтобы техномагу не приходилось одновременно менять свою позицию и выводить из-под удара суслика. Если бы не Ворт, который в отличие от многих провидцев, "видел" события покадрово, решать, что делать первым, стало бы значительно сложнее.
  По команде все восемь гусениц развернулись на девяносто градусов, отводя монстра на десять метров вправо. Сам Игнат еще начинал движение, когда в нагромождении того, что осталось от центральной части антиграва что-то рвануло, сдвигая всю конструкцию. Рухнувший сверху кусок перекрытия, разрывая дымную пелену, упал точно на то место, где буквально только что стоял суслик, а металлический прут, повизгивая, прокатился по покрытию пола к ногам лидера.
  - Где вы? - Игнат сглотнул вставший в горле комок. Это был не страх.... Это был страх, который уже давно был послушен, как хорошо выдрессированная поисковая собака.
  - В седьмом. - Ответил Марк. Провидцев страховали всегда, за свои видения они платили мгновениями дезориентации. Во время них чаще всего и погибали.
  Когда-то именно младший Стерхов настоял на том, чтобы их всегда ставили в пары.
  - Принял, в седьмом. Иду дальше.
  Из двух десятков баков, в его распоряжении осталась чуть больше половины. Остальных он рассадил по особо опасным участкам. Хорошо, конечно, когда в группе есть такие, как Ворт, но спасатели уже давно научились обходиться и без них.
  Суслик, приземисто опустившись и постоянно двигая манипуляторами, пошуршал гусеницами дальше.
  
  ***
  Как Игнат и предполагал, из троих им удалось вытащить только двух. За стажера он особо не волновался, парень находился дальше всех остальных от эпицентра взрыва, да и родился в рубашке. Его накрыло переносной защитной панелью, которую он как раз и передвигал в рабочую зону. Задело, конечно, прилично, но костюм не только уберег от излучения, пока Игнат с сусликом, вручную, не перекрыли доступ энергии из накопителей, но и смягчил удар.
  А вот к технику фортуна была менее милосердна. Изувеченную взрывом ногу ему в центре восстановительной медицины сотворят новую, а вот поражение мозга, которое диагностировали прибывшие медикологи, было слишком значительным, чтобы тот смог когда-нибудь вернуться к работе.
  "Может, оно и к лучшему", - невесело подумал Стерхов. - "Будет выращивать цветочки, возиться с внуками...."
  В том, что лжет самому себе, он не заблуждался.
  Но как бы это ни было с ним, судьба тех, кого удалось спасти его группе, всегда интересовала Игната. Почему? Когда ему однажды задали этот вопрос, он в ответ пробурчал что-то невнятное. Интересовало и все.
  Может, потому, что своей семьи у него уже не было, а эти имели хоть какое-то, но отношение к нему. Может, просто потому, что привык доводить любое дело до конца, и спасение для него не заканчивалось тем моментом, когда он передавал раненых медикологам. Может....
  Этих "может" было слишком много, чтобы отдавать приоритет только одному из них.
  - Устал? - Шелест не прошел в раздевалку, остановился на пороге, наблюдая за тем, как Игнат фиксирует магнитную застежку куртки.
  - Не люблю, когда ты задаешь этот вопрос. - Лидер даже не обернулся. - Обычно это означает, что время для отдыха еще не наступило. Надеюсь, никаких срочных вызовов?
  - Тебя ожидает начальство.
  Игнат усмехнулся.
  - Отец вспомнил о своем отбившемся от рук сыне? Так уж поздно, как-никак, а я пятый десяток разменял. Или решил поинтересоваться, как у меня дела?
  Шелесту повезло в этой жизни. Сам так считал. Он мог без всякого преувеличения назвать Валанда, отца Игната, своим другом. Как и самого Игната. Не повезло ему только в одном: отец и сын предпочитали общаться друг с другом как можно реже.
  Когда и что произошло между ними, Шелест знал, понимал каждого из участников тех событий, каждому находил если и не оправдание, то без труда объяснял суть их поступков. Вот только изменить ничего не мог.
  - Сомневаюсь. - Иногда Тан считал, что быть простым спасателем намного легче, чем командиром ТАКа. Все одно, что наседка при цыплятах. - Там что-то серьезнее.
  Сарказм исчез с лица спасателя.
  - По сводкам ничего. Или....
  Шелест покачал головой.
  - Нет. Серьезнее, но не настолько. Гравикар* ждет тебя на стоянке. - И прежде, чем Игнат успел возразить, добавил: - Твой я сам отправлю в кинт*.
  Дорога до стоянки много времени у Игната не заняла, помещение аварийной команды находилось в том же секторе, что и стояночный модуль платформы, только ярусом ниже. Чтобы добраться до высланного отцом, младшим командиром управления аварийных команд, гравикара, спасателю всего то и пришлось, подняться на лифте, да пройти пару сотен метров по коридору.
  Автоматика запустила двигатели, как только он устроился в салоне. В машинах этого класса использовали только искусственный интеллект. Для безопасности полетов его полностью хватало.
  Управление расположилось на окраине большого лесного массива, на берегу неглубокой, но бурной в это время года реки. Сезон дождей.
  Старший Стерхов, довольно высокий, широкоплечий мужчина с приятными чертами лица, но жестким холодным взглядом карих глаз, встретил сына у входа в центральную башню. Сам комплекс прятался под землей.
  Земле вот уже вторую сотню лет приходилось восстанавливать загубленную предками экологию. И хотя теперь уже было ясно, что с задачей люди справились, на поверхность подняли лишь зоны отдыха, да медикологические центры. Все основное производство так и осталось выведенным на платформах на высоту двадцати-двадцати пяти километров. Туннели нулевой гравитации без труда решали вопросы доставки.
  - Все информационные каналы только о тебе и говорят, - без особой радости произнес Валанд, протягивая сыну руку.
  - Мне кажется, или ты этим недоволен? - Несмотря на явную не дружественность этой встречи, Игнат ладонь принял. Пожал крепко, словно и не было последних двадцати лет непонимания.
  - Уровень аварии был на грани твоего допуска, ты рисковал.
  Игнат пожал плечами. За эти самые почти двадцать лет, он слышал эту фразу слишком часто. Уже привык.
  Не говорить же ему, что сейчас его допуск среди спасателей был одним из самых высоких. Если чего не хватало, так специализации вот по таким авариям, как та, про которую говорил отец. Но и здесь его подготовка позволяла не только руководить группой, но и самому идти в зону.
  Спорить с отцом было бессмысленно. Каждый оставался при своем.
  - Ты вызвал, чтобы сказать мне об этом?
  Вместо ответа Валанд, молча, указал на похожую на зеркало дверь, сам направился к ней первым. Объяснить сыну, что каждый раз, когда тот был на вызове, время для него останавливалось, он не мог. Тот бы его просто не понял.
  - Нет, - произнес старший Стерхов, когда молчание начало напоминать противостояние, - но твое мнение хотел бы услышать. Тебя в ней ничего не смутило?
  Игната смутило многое. В конце даже возникла кощунственная в своей невозможности мысль о саботаже. Слишком невероятным выглядело стечение обстоятельств. Слишком идеально подходящими друг к другу случайности.
  Но говорить об этом отцу он не собирался. Если ему это не показалось, тот и сам во всем разберется. Им между собой и так проблем хватало.
  Не собирался рассказывать Игнат и о том, как в какой-то момент осознал, что суслик, покладистый еще миг назад, вдруг начал вырываться из-под контроля. Как, игнорируя приказ, манипуляторы робота потянулись к плохо закрепленной конструкции, под которой находились в это мгновение Ворт и Марк. Как красная пелена застлала взор, когда он, не веря самому себе, сумел вернуть управление. Как удивленно смотрел на него провидец, а потом прошептал, словно опасаясь, что личный канал может прослушиваться: "Ты не должен был справиться".
  Он предпочитал разобраться со всем произошедшим сам.
  - Я напишу обо всем в рапорте. Завтра он будет у тебя.
  Створки разошлись, пропуская мужчин на круглую площадку лифта.
  Валанд, проигнорировав высказанное недружелюбным тоном заявление сына, нажал нужный символ. Вспыхнувший нежно-голубым абрис системы идентификации просканировал ауры.
  Движение вниз было неощутимым, просто раскрылись створки с другой стороны кабины, выпуская их в широкий коридор.
  Кабинет отца всегда казался Игнату уютным. Все впечатление портила прозрачная перегородка, которая отделала помещение от большого операторского зала. Сейчас она была закрыта живописным панно, но спасатель за изображением величественных гор, окрашенных в предрассветные цвета, ощущал напряжение, которое царило за ним.
  - Ты голоден?
  Игнат непроизвольно отшатнулся. Не от вопроса, от отца, который прошел мимо.
  - Давай без предисловий.
  Это было смешно: сказанные сгоряча слова, через которые ни один из них не мог до сих пор переступить.
  - Давай без предисловий, - согласился Валанд, устраиваясь в своем рабочем кресле. Он, как и его сын, предпочитал обходить острые углы. Это помогало сохранить хотя бы видимость отношений. - Что ты слышал об извержении Стирхау?
  Игнат слышал много. Да и вряд ли, кто на Земле не знал о катастрофических последствиях того извержения.
  После череды природных катаклизмов двадцать первого века, ситуация более менее стабилизировалась. И хотя людям, пережившим этот период, пришлось заново знакомиться с собственной планетой, они сделали не только это.
  Сформировавшаяся четкая картина мироздания, полученная ценой миллионов жизней, теперь позволяла предсказывать стихийные бедствия с точностью почти в сто процентов.
  Если и ошибались, то с вероятным временем или уровнем угрозы. Но чтобы вообще ничего не просчитать.... На своей памяти Игнат такого не помнил, его отец - тоже.
  - Все, что передавали. Ну и читал доклад аналитиков, которые пытались разобраться в собственных расчетах.
  - Как ни странно, они в них все-таки, разобрались. - Слова Валанда воспринимались предзнаменованием. - Извержение вулкана началось не у нас, потому и прогноз оказался чистым.
  Сказанное отцом прозвучало непривычно, но Игнат счел за лучшее промолчать. Уж в чем, в чем, а в розыгрышах младший командир управления никогда замечен не был.
  - Эта катастрофа была веерной, нам досталось сильнее всех потому, что мы были в конце цепочки.
  - Веерной? - Спасателю еще не доводилось слышать подобного термина применительно к вулканам.
  - Заинтересовало? - Усмехнулся Валанд, но тут же нахмурился. - То, о чем я тебе сейчас расскажу, - на Земле знают от силы три десятка человек.
  - Так может не надо, - не удержался от того, чтобы съязвить Игнат. Понимал, что мальчишество. Обещал себе, что во время очередной встречи с отцом попытается остаться хотя бы в рамках служебных отношений, но в который уже раз нарушил собственное обещание.
  Улыбка старшего Стерхова была... утомленной. Последние две недели спать приходилось урывками, про еду он, вообще бы не вспоминал, если бы не навязчивая опека одного из заместителей. Тот был старше почти на тридцать лет, для оперативной работы не годился из-за полученного ранения, до сих пор дававшего о себе знать, а вот для заботы о своем командире - вполне.
  - И хотел бы, но наше с тобой начальство считает, что кроме тебя и меня с этой проблемой никто не справится. - Помедлив, продолжил, не сводя с сына тяжелого взгляда. - Я был вынужден с ними согласиться. Если не справишься ты, вряд ли это удастся кому-нибудь другому.
  Это признание далось Валанду с трудом. Фактически, это было извинением. За недоверие, за страх, за попытки уберечь.
  Но произнося эти слова, он не рассчитывал, что сын поймет.
  - Может хватить ходить вокруг да около!
  - Как скажешь, - Валанд приподнял бровь, словно говоря: я держался, сколько мог. - Аналитики уже давно предполагали существование веера миров, а маги-пространственники искали туда пути. И тем и другим помог Стирхау. Теперь уже нет сомнений, что кроме Земли существует множество миров, схожих с нашим, находящихся в разных пространственных слоях и развивающихся самостоятельно. Путешествовать из одного в другой, как оказалось, тоже возможно.
  - Не сомневаюсь, что это открытие для Земли имеет грандиозное значение, но причем тут я? Я - техномаг, но никак не пространственник.
  - Ты - спасатель.
  - Еще понятнее!
  Игнат отошел к стеллажу с древними книгами - гордостью отца, такими уже давно не пользовались. Пробежался взглядом по корешкам, каждая стояла на своем месте. Он помнил их с детства. Долго задавался вопросом, а читает ли их кто-нибудь, пока сам не взял в руки одну из них. Она не пахла отцом - она была им пропитана.
  - Все миры связаны друг с другом, крупная катастрофа в одном из них, вызывает волну, которая, как по цепочке вызывает катаклизмы в других. Тому, который становится последним, достается сильнее всего. Как хлыст, звук раздается на кончике.
  Стирхау находился в зоне пониженной опасности. Процесс формирования нового лица Земли еще не завершился окончательно, но этот район считался спокойным. За ним, конечно, наблюдали, но беды никто не ждал.
  Итогом стали две рухнувшие с высоты полутора километров жилые платформы - выживших не было, и одна производственная. Столб пепла добрался и до нее.
  Игнату не довелось принимать участия в спасательной операции. Лава уничтожила коммуникации системы жизнеобеспечения расположенного неподалеку подземного города, и он со своей группой обеспечивал безопасность работы техников. Но тех, кто разбирал рухнувшие на склон горы платформы, он видел. Бессилие в их глазах, горечь от того, что помочь ничем не могли.
  - В тот раз последними оказались мы? - Он обернулся, вглядываясь в лицо отца. Возможно, впервые за последние двадцать лет пытаясь понять, что творится у того в душе.
  У него не получилось, они слишком долго не подпускали друг друга к себе.
  - Аналитики считают, что есть возможность прогнозировать такие события. Мне предложено возглавить Управление по глобальным катастрофам.
  - Ты пригласил, чтобы сказать мне об этом? - Игнат мог лгать кому угодно, но себя обманывать было глупо. Он готов был забыть все недоразумения, которыми было богато их прошлое, переступить через все непонимание, через обиды, лишь бы отец произнес то, что он жаждал услышать.
  И он это услышал, продолжая не верить в то, что это произошло.
  - Я забираю тебя к себе. Группу будешь формировать сам.
  
  
  

Глава 1

  Их называли сканиры: те, кто имеет право. Каринэ никогда не задумывалась, действительно ли они имели это самое право, пока те не пришли за ней.
  Впрочем, девушку оправдывало то, что думать об этом ей было некогда. Будучи одной из самых талантливых стихийщец из ныне живущих, самой молодой наставницей в истории лучшего учебного заведения для магов, она могла позволить себе некоторую беспечность.
  Сожалеть об этом теперь было бессмысленно, как и напоминать о том, что все это ей удалось просчитать.
  Поверить в свои выводы она не смогла.
  За ней пришли на рассвете. Двое сильных мужчин в белоснежных одеждах. Были вежливы и корректны. Постучали в дверь, дождались, когда она накинет на ночное одеяние халат, затем позволили переодеться в дорожную одежду.
  Воспоминания вызвали у Каринэ тошноту и новую волну боли. Нет, ее не мучили физически. Неприкосновенность по отношению к телу свято соблюдалась даже к тем, кто попадал под надзор сканиров. Просто пытались, как и рассказывали шепотом в академии, лишить способностей.
  Говорили, что с обычными магами получалось. Вместе с памятью. Те продолжали жить, становясь послушными власти. Еще не новой, но уже не старой.
  Это казалось иронией - политикой она тоже никогда не интересовалась, хотя анализ проводила машинально, даже не задумываясь об этом. Но выводы не имели никакого отношения к тому, что было целью ее жизни, поэтому сделанные, они так и оставались пылиться в дальних уголках памяти.
  Размышлять об этом теперь было поздно. С такими магами, как она, у кого сама душа была пронизана нитями стихий, которые они в себя впускали, изменения происходили с одним из десяти.
  Девушка не могла сказать, повезло ей или нет. Она просто оказалась среди девяти.
  С трудом, но Каринэ заставила себя подняться, сказались годы тренировок - стихии не терпели слабых. Несколько мгновений стояла на дрожащих ногах, преодолевая желание вновь свернуться на лежаке. Как только поняла, что вполне способна передвигаться, медленно, стараясь не нагружать тело больше, чем оно в состоянии выдержать, подошла к окну.
  То, что увидела сквозь стекло, неожиданностью для нее не стало. Несмотря на инфантилизм в отношении всего, что не касалось Академии, ей было известно, где именно располагался главный храм сканиров. Где содержали подследственных, она тоже знала, так что укрытые снегом горные склоны были вполне предсказуемы. Как и отсутствие каких-либо запоров.
  Сбежать отсюда было нереально. Не в ее состоянии, когда цельность души и тела оказались нарушенными.
  Этот пессимизм вызвал у девушки невольную улыбку. Еще недавно Каринэ, или как ее ласково называли подруги - Кари, казалось, что для нее нет ничего невозможного. Жизнь неожиданно быстро доказала, насколько она была не права.
  - Тебя казнят на закате.
  Она не услышала, как открылась дверь, впустив внутрь одетого в белое мужчину. Вздрогнула, когда раздался его голос.
  - Зачем вы говорите мне об этом? - девушка обернулась резче, чем стоило. Ее повело, пришлось опереться на стену рядом с собой.
  Сканир не дрогнул, словно не заметив ее состояния. Впрочем, для него она уже не должны была существовать.
  Она была в этом уверена.
  - Чтобы ты могла подготовиться к смерти.
  Его равнодушие девушку не задело, ей уже доводилось встречаться с такими, лишенными эмоций, жизни. Столкнувшись впервые, она даже заинтересовалась, слишком непохожи они были на нее, на ее друзей.
  Эти люди говорили странные вещи: о мире без магии, о том, что совершенство не в непредсказуемости природы, не в ее скрытой за внешней простотой гармонии, а в четкой логике математических решений.
  Они проповедовали знания и силу, бесстрастность искусственного интеллекта и беспрекословное подчинение. Они манили тем, что было ей внове, но отталкивали неоправданной холодностью.
  Каринэ была дочерью стихий. Возможность чувствовать была ее жизнью, внутренняя свобода - залогом существования.
  - Как я умру?
  Девушка не была настолько спокойна, как пыталась показать. Ее разум противился самому факту того, что закончится этот день и ее сердце перестанет биться, отмеряя ритм ее жизни. Что следующий наступивший день придет в мир, в котором она сама останется лишь памятью тех, кто ее знал! Что те мечты, в которые она вкладывала всю свою душу, так и останутся несбыточными. Что....
  Обиднее всего было то, что ей не довелось познать любви. Она так много слышала и читала об этом чувстве, но еще не испытала сама.
  - Яд. Вам дадут яд. Смерть будет быстрой и безболезненной.
  Сканир уже давно вышел, оставив на столе у стены планшет для записей (какой цинизм - ей даже позволили написать прощальные слова родным) и блюдце с шариком "грез", а она, замерев, так и прислонившись к стене, продолжала смотреть на дверь, где он совсем недавно стоял. Словно именно там она могла найти ответы на вопросы, что бессвязными словами роились в ее голове.
  Не растерянность пряталась за ее неподвижностью, осознание того, что ее расчеты, в которые не верила она сама, вдруг стали действительностью. Сбылись с точностью, ставшей ей приговором.
  Каринэ знала, когда это началось. Четыре года тому назад цунами смыло несколько прибрежных поселений. В одном из них находилась на отдыхе семья нынешнего лидера движения за мир без магов. Стихийщики не смогли не только предчувствовать катастрофу, но и остановить ее.
  Это не было причиной, только поводом, против магии выступали и раньше. Людей, наделенных подобными способностями, было не так уж много, по сравнению с теми, кто был их лишен. Просто после тех событий голоса недовольных зазвучали громче, обвинения высказывались прямо в глаза.
  Монарх пытался сдерживать возмущение, но его слабость, как правителя, уже давно была очевидна. А вот его старший сын, обладал не только ярким талантом создателя машин, но и достаточной харизмой, чтобы его будущие подданные заранее начали преклоняться перед своим кумиром.
  Пусть и не официально, но он поддерживал тех, кто связывал развитие Алои с технологиями. Сам не раз говорил о победе холодного, незамутненного ничем разума над мистикой души, зажигал мечтами о других мирах, которые наши потомки найдут среди сияния звезд.
  Для тех, кто не мог ощутить движение потоков магии внутри себя, эти слова воспринимались реальнее разглагольствований о необходимости отрешенности от бытия, познания скрытых в себе сил.
  Маги не проповедовали аскетизм, но первые десять лет их обучения были наполнены ограничениями и едва ли не круглосуточными занятиями. Люди же жаждали безмятежности обеспеченной всем необходимым жизни, спокойствия и отсутствия проблем.
  - Смерть будет быстрой и безболезненной, - тихо повторила она, словно освобождаясь от наваждения. Наваждения этих самых слов.
  Бросила взгляд в сторону окна. Только-только перевалило за полдень. Странно, но ее это не радовало, она боялась ожидания. Ей оставалось рассчитывать лишь на то, что в горах темнело рано.
  Был еще один выход, чтобы не терзаться, ощущая, как уходят в прошлое последние мгновения ее жизни. Горошина снадобья, которое унесет ее сознание в мир, где будет править ее воображение, мог стать спасением.
  Мог! Но разве это не было той слабостью, которую она так долго искореняла в себе?!
  Ее дар проснулся рано. Не будь ее мама стихийщицей, не обратила бы внимания на то, как в присутствии пятилетней дочери затихает ветер, как усмиряет свою силу дождь, как тянется к ее ладоням огонь, не обжигая, но лаская. О том, что и твердь тоже послушна ребенку стало ясно чуть позже, когда их дом посетили маги, заинтересовавшиеся ее талантом.
  Вот только не радостью стало известие о том, что девочку берут в обучение. Каринэ была слаба здоровьем, что тоже было редкостью в семьях, где хотя бы один из родителей был одаренным.
  В первый год учебы в Академии ее спутником стали слезы, а местом, где она проводила большую часть времени - лекарское крыло.
  Следующие два были не легче, но пришло понимание, что надрывное рыдание отнимает те крохи сил, что у нее были. Плакать она перестала. Целители же продолжали биться с ней, укрепляя здоровье всеми, доступными им, способами.
  К десяти она поняла, что те годы были самыми легкими в ее жизни.
  "Короткой жизни", - печально усмехнулась она. В этом году ей должно было исполниться восемнадцать.
  Лучше бы она не думала об этом! Впрочем, о чем не думай, мысли все равно возвращались к тому, что должно было произойти. С ней!
  То, что она чувствовала, не было страхом, отчаянием. Это не было безразличием, паникой.
  Это было пустотой. Той самой, с которой у нее ассоциировалась смерть.
  Она была магом, верила в перерождение, но... понимала, что та, что вернется в мир, будет уже не она. От этого сердце замирало, а она сама просто переставала быть.
  Несколько шагов, когда категоричное "нет" боролось с желанием забыться, вырваться из плена мглы, что властвовала в ее душе, были неимоверно тяжелыми. Тело противилось, не желало сдаваться раньше, чем придет его срок, но разум уже проиграл.
  Пальцы жадно схватили крошечный шарик, но тут же выронили. Это была слабость, а со слабостью она привыкла бороться.
  
  
  - Я могу предложить вам другой вариант, - равнодушно, как и наставлял их сканир, оказавшийся не столь уж и лояльным к собственному учению, произнес Игнат.
  Не так бы он хотел встретиться с новым членом своей команды. Но Ворт настоял на небольшом представлении, объясняя это тем, что девушке нужно дать время самой разобраться в происходящем.
  В этом был залог их будущей работы.
  Потребуй кто другой, Стерхов выслушал бы, но сделал так, как считал нужным. С Вортом все было иначе. Когда-то стало иначе.
  Услышав раздавшийся голос, Каринэ оглянулась, постаравшись скрыть всколыхнувшийся в душе страх. Она так привыкла полагаться на свои способности, что теперь, не имея возможности их применить, чувствовала себя беззащитной.
  Мужчин было двое. Оба в одинаковой белой одежде, похожей на балахон. Девушка никогда не любила такую, слишком уж стесняла движения.
  Их различали только лица. У того, кто приходил утром, оно было холодным, неживым. У второго, заговорившего с ней, несмотря на кажущуюся бесстрастность, тонкой вуалью проступало сочувствие и искреннее желание помочь.
  Вот только что он мог для нее сделать?!
  - Стать подопытной, чтобы вы, - она с брезгливостью выделила последнее слово, - могли разобраться, почему с другими магами получается, а со мной нет?
  - Мне это и так известно. - Игнат на мгновение обернулся к Ворту и, получив кивок в качестве разрешения (тот контролировал будущее, работая на максимуме своих возможностей), продолжил говорить. - Магия является столь же фундаментальным взаимодействием, как электромагнитное или гравитационное. Но, в отличие от этих двух, прибором, который способен улавливать и управлять им, является мозг. Вот только настраивается этот прибор у большинства разумных лишь на определенный, узкий диапазон. Разрушишь настройку, и нет больше мага.
  - И в чем же трудность со стихийщиками? - Его интерпретация того, чем она занималась с самого раннего детства, заинтересовала девушку настолько, что затмила собой мысли о приближающемся закате. В Академии их учили использовать то, что им дано, но никогда не делали попыток объяснить сути этого явления.
  Впрочем, мало кто из юных магов задавался этим вопросом. Свободного времени едва хватало на то, чтобы хотя бы раз в даван* повидаться с семьей и друзьями. Да и став наставницей ей тоже не приходилось задумываться об истоках своего дара. Она не только преподавала, но и продолжала совершенствоваться сама.
  - Вы - универсалы, способные улавливать весь поток. Те, кто послабее, больше похожи на обычных магов. Такие, как вы, - он подчеркнул голосом, что имеет в виду именно ее, - однозначно погибаете, если разрушить эти связи.
  - Тогда о каком варианте идет речь?
  Она продолжала сохранять если и не спокойствие, то хотя бы некую отстраненность. Пыталась заставить себя поверить, что все происходящее сейчас не имеет никакого отношения к ней.
  Для чего? Она хотела понять, можно ли ему доверять, еще до того, как он сделает ей свое предложение. А в том, что оно вот-вот последует, Каринэ уже не сомневалась.
  Потому и наблюдала сейчас за мужчиной, стараясь одновременно не заострять ни на чем свое внимание, но и не упускать ни единой детали.
  Высокий рост - он выделялся бы среди большинства жителей Алои. Широкие плечи, но фигура не воспринимается тяжелой. Впрочем, как и у первого. Гибок. Несмотря на минимум движений, их мягкая грациозность отличала его от тех сканиров, с которыми ей довелось встречаться. У тех они были слишком четкими и продуманными. У этого же напоминали танец. Жаль, уловить мелодию ей не удалось.
  Но не это было главным. Она видела - его губы не привыкли улыбаться, но они умели это делать, не хватало только толчка. Да и взгляд, твердый и напряженный, не таил в себе боли. Для других. Но не для себя.
  - Я предлагаю вам пойти со мной?
  - Пойти с вами?! - Она машинально отступила назад, к окну, отстраняясь от него и его слов.
  В горле у нее пересохло. Наверное, это произошло уже давно, со вчерашнего вечера ей не довелось сделать ни одного глотка воды. Но ощутила пепел, оставшийся после опалившего ее огня волнения, Каринэ только сейчас.
  - Я предлагаю вам жизнь и возможность делать то, что вы умеете.
  Ни один из мужчин не шевельнулся, но у того, кто говорил с ней, на лбу пролегла морщинка, словно ее невольный жест вызвал у него горечь.
  Стихии свидетели, сама мысль о том, что она чем-то оскорбила его, была ей в этот миг противна. Каринэ была слишком юна, чтобы до тонкостей разбираться в хитросплетениях игр разумных, и даже если ей это удавалось, то не тогда, когда это касалось ее саму.
  Но она умела предчувствовать, улавливая малейшие нити отношения к себе.
  В будущем это могло помочь ей избежать многих ошибок.... Если это будущее у нее будет.
  - Кто вы? - Ее подбородок дернулся, выдавая смятение, но она тут же сумела вернуть себе подобие самообладания. - Вы ведь не сканир?
  - Нет, - Игнат опустил ресницы, спрятав за ними мелькнувшую улыбку.
  Ему нравилась эта девушка.
  Нравилось то, как она, переступая через обреченность, ищет в нем и Ворте то, что поможет ей утвердиться в кажущемся безумием предположении, которое ей все еще не удается облечь в слова. Как оценивает их обоих, как реагирует на добродушную усмешку провидца - ему уже известно, что она произнесет дальше.
  Как отвечает недоумением на его легкую озабоченность: Игнат лучше многих других знает, насколько отстраненным бывает Ворт в трансе.
  Ему нравилось то, что они успели оказаться здесь до того, как для нее наступил последний закат.
   - Вы ведь оба не сканиры? - сделанное открытие ошеломило Каринэ.
  У нее не было фактов, чтобы утвердиться в этом выводе. Все, что она могла: наблюдать и сравнивать. Скорее интуитивно, чем осознанно. Но теперь, когда она произнесла это, то, что смущало ее, не позволяло отчаяться и принять свою участь, вдруг обрело четкость и ясность.
  В этом экранированном от стихий убежище, она ясно ощущала, как вокруг этих двоих клубятся вихри магии.
  - Мы не сканиры, но если ты, - она отметила, как заслуживший ее доверия мужчина отказался от безлико-нейтрального "Вы", - помедлишь с ответом, тебе придется вновь с ними встретиться.
  Он ни на чем не настаивал, не убеждал. Он просто констатировал факт.
  Но она видела, что даже если она ответит: "Нет", он не отступится.
  - Мне страшно, - тихо прошептала Каринэ, ежась от понимания, что столь простое решение дается ей с таким трудом.
  Она хотела жить. Она до дрожи в коленках хотела жить! Хотела вдыхать наполненный ледяной чистотой воздух гор, подставлять себя жаркому мареву солнечного полдня, чувствовать мягкость набегающих на ноги волн....
  Но ей еще никогда в своей жизни не приходилось решать что-либо самой.
  Эта мысль, ставшая для Каринэ откровением, перечеркнула оставшиеся сомнения. Ей было уже почти восемнадцать - пришла пора взрослеть.
  - Что я должна сделать?
  Улыбка мужчины была грустной.
  - Умереть, - он взглядом указал на горошину снадобья, что продолжала сиротливо лежать на блюдце.
  
  
  ***
  - Как она? - Игнат, встряхнув еще влажными после душа волосами, обернулся к Ворту.
  - Жить будет, - усмехнулся тот, но, наткнувшись на жесткий взгляд лидера, продолжил уже серьезнее. - Медикологи говорят, все в порядке. Ей ввели универсальные боты, те, что уже тестировали на контактировавших с внешниками. Пока идет адаптация, будет спать. Потом пройдет реабилитацию у психологов и если те сочтут, что столь резкие изменения в жизни не оказали губительного влияния на ее еще не окрепшую психику, отдадут нам.
  - А короче было нельзя? - фыркнул Стерхов, натягивая футболку и уже зная, что услышит в ответ.
  Именно это и произошло.
  - Я тебе сказал коротко, тебе не понравилось. Объяснил обстоятельно - тоже не понравилось. Тебе не говорили, Игнат, что тебе в последнее время трудно угодить?
  Все это сопровождалось таким наивно-возмущенным выражением, что Стерхов не удержался и улыбнулся. Теперь он уже мог себе это позволить.
  Спасательную операцию, конечно, готовили, но только как один из крайних вариантов. То, что действовать придется настолько неожиданно, никто не предполагал. Если чего-то и ожидали, то не так скоро.
  Об этой девушке ребята из внешней разведки рассказывали, когда контуры будущего Управления по глобальным катастрофам еще только вырисовывались. Ее мир был одним из ближайших соседей Земли и оказался на тот момент едва ли не наиболее изученным. К тому же, он хоть и развивался по технологическому пути несколько в ином направлении, были и легко узнаваемые черты. Так что наши парни - сёчеры, как прозвали поисковиков, освоились в нем быстро и весьма основательно.
  Каринэ нашли, когда была поставлена первая задача - начать поиск мага-стихийщика, который был бы способен, если и не остановить извержение вулкана, так хотя бы отсрочить его до момента завершения эвакуации. По их словам, это хрупкое создание, совсем ребенок, вполне могло усмирить парочку вулканов и небольшое цунами одновременно.
  Выходить на контакт со стихийщицей не торопились. Контора существовала только в виде списка должностей и претендентов на них; из группы, которая должна была стать основой - лидер и два спасателя. Ворта и Марка Игнат забрал с собой.
  Ну и Шелест, конечно. Без него оба Стерхова успешное решение организационных вопросов не представляли.
  А несколько дней назад, один из местных, которому приплачивали, чтобы он присматривал за девушкой, вдруг передал код высшей опасности для своей подопечной.
  Работать пришлось практически на свой страх и риск. Была поднята экстренная команда из внешников, сообщили Валанду, как куратору, тот посчитал, что Игнат тоже должен знать.
  Как итог, лидер, прихватив провидца, в составе спасательной группы отправился на Алою, посчитав, что это достаточно серьезный повод, чтобы именно с него начать свои прогулки по мирам.
  Старший Стерхов хоть и был недоволен таким поворотом событий, был вынужден смириться. Сын согласился перейти в его Управление только с одним условием: степень риска той или иной операции оценивает лишь он сам.
  - Говорили, - Игнат по-дружески шлепнул Ворта по плечу, отчего тот весьма заметно дрогнул - ладонь у лидера была небольшой, но сильной. - Ты, на всякий случай, присмотри за ней, а я - к отцу. Получать за все, что мы натворили.
  Провидец избитую тему для шутливого сочувствия не поддержал, спросил серьезно:
  - Кому-то из медикологов не доверяешь?
  Способность видеть будущее сыграла с Вортом злую шутку. Для него действительность очень часто становилась набором действий, за которыми терялся смысл. Он знал эту особенность своего восприятия, потому и предпочитал задавать прямые вопросы.
  Не всем. Их набиралось не больше десятка, тех, кому общее прошлое позволяло безоговорочно верить. Распознавать ложь Ворт тоже не умел, если не успевал заметить ее последствий.
  - Хочу, чтобы рядом с ней был хоть кто-нибудь знакомый, - улыбнулся Стерхов, не стараясь даже скрывать грусть. - Она - совсем ребенок. Одна, в чужом мире, среди чужих людей. Ей будет страшно, даже если она этого и не покажет.
  - Ты не думал, что тебе уже давно пора иметь своих детей? - Ворт произнес это раньше, чем понял, что было не время и не место задавать подобные вопросы.
  А, может, и время, и место. Но видеть, как бледнеет в смятении лучший друг, оказалось больно.
  - Как освобожусь, я сменю тебя. И свяжись с Марком, ему тоже стоит поработать сиделкой.
  Ворт кивнул, а потом долго смотрел на закрывшуюся за Игнатом дверь.
  Тот держался те самые две минуты, что были доступны внутреннему взору провидца. Потом прижался лбом к прохладному пластику стен коридора, опустив плечи и сдерживая рвущийся из груди стон. Даже не догадываясь, что Ворт все никак не находил повода рассказать о том, что в его способностях произошел очередной скачок, добавив для просмотра будущего еще целую минуту. Не зная, что провидцу, единственному в группе, не было известно о гибели его семьи. Тогда, двадцать лет тому назад. В тот день, когда он, стажером-спасателем, вышел на свое первое дежурство.
  Слабость была минутной, свои чувства Игнат уже давно научился сдерживать. Да и время, пусть и не излечило, так хотя бы приглушило боль, лишь изредка, вот как сейчас, напоминая о потере саднящим комом в горле. Прошлого не вернуть, эту истину он познал пусть и не рано, но навсегда.
  Справившись с нахлынувшим одиночеством, Стерхов наглухо застегнул повседневный китель нейтрального серого цвета. Ему предстояло добраться из медикологического центра на берегу внутреннего моря Байкал в Управление, расположившееся в пяти сотнях километров на северо-запад. На орбите, где находилась основная межмировая телепортационная станция, проводилась только начальная обработка и снимались данные с иммунных ботов. Окончательное решение о допуске во внешний мир принималось уже здесь, после прохождения тестов на безопасность путешествующих по мирам для земной среды.
  Для Игната и Ворта это был первый опыт подобного общения с медициной. После рассказов внешников о скрупулезной въедливости медикологов после их первых прогулок через пространственные барьеры, оба считали, что им повезло. Методика проверки была в какой-то мере уже отработанной, но и она внушала невольное уважение вперемешку со священным ужасом.
  Это направление в медикологии было юным, потому и предпочитали перестраховываться на несколько раз, изнуряя внешников тестами и исследованиями, лишь бы не допустить чужую заразу на Землю, которая только-только начала приходить в себя после череды экологических катастроф беспечного к будущему двадцать первого века.
  Его гравикар дожидался на стоянке. Вспомнив добрым словом Шелеста, который среди хаоса становления новой службы не забывал и о таких мелочах, Игнат устроился в удобном кресле. Связываться с диспетчером, а тем более ждать, когда прибудет дежурный транспорт, у лидера не было никакого желания. К тому же Стерхов уже привык к своей машине: с ее управляющим модулем у него, как техномага, уже давно установился полноценный контакт.
  Двадцати минут полета оказалось достаточно, чтобы переключиться и приготовиться к встрече с отцом. Виделись они теперь по несколько раз в день, за год привыкли не заканчивать каждый разговор ощущением недосказанности, но все равно давались они Игнату тяжело.
  О том, что чувствует после их общения Валанд, он предпочитал не думать.
  Лифт опустил его на седьмой уровень. Пока заканчивалось строительство нового комплекса, их приютили в Управлении аварийных команд, отдав целое крыло и информационный центр.
  Валанд ждал сына в своем кабинете. Бродил бесцельно от стены к стене. Неожиданно замирал, словно прислушиваясь к тому, что происходило за плотно закрытой дверью, надеясь предугадать его появление еще до того, как она откроется. Когда же это наконец-то произошло, неожиданно растерялся, только теперь сообразив, что ему достаточно было дать запрос системе безопасности, которая начала вести графикар Игната, как только тот вошел в пространство контроля Управления.
  - Как она? - вместо приветствия спросил Валанд, скрывая за вопросом непозволительное ни по статусу, ни по возрасту смятение.
  Когда сын, не ответив, улыбнулся, приподнял бровь, прося уточнить причину веселья.
  - Тебе пересказать речь Ворта или отделаться одним: нормально?
  Попытка пошутить оказалась неудачной.
  - Отчеты медикологов я уже видел, - нахмурился Валанд. Накатившее раздражение было вполне объяснимым, но от этого еще более неприятным. - Меня интересует твое мнение о ней, как о члене твоей будущей команды.
  - А! - пожал плечами Игнат и, прихватив, проходя мимо, со стола чистый лист бумаги, опустился в кресло. Пальцы привычно сгибали, сворачивали и разгибали лист, создавая очередную фигурку. - Я так и не понял, с чего у них на магов ополчились?
  - Вообще-то, раскладки аналитиков у тебя были. Мог и сам разобраться.
  Игнат оторвался от своего занятия, с легким изумлением посмотрел на отца.
  - Я - спасатель, политика меня никогда не интересовала.
  - Значит, придется начинать интересоваться именно с этого мира. - Эмоции не улеглись, но с сыном всегда было так, так что за двадцать последних лет Валанд привык их просто игнорировать, оставлять за рамками того, что считал важнее. - Ты же видел анализ миров, не задумывался, почему на каждые десять, только один техномагический?
  - Сложность двойственного пути? - Игнат закончил лягушку и, наклонившись, заставил ее прыгнуть в сторону отца.
  Тот скользнул равнодушным взглядом по художеству великовозрастного дитяти и продолжил, сделав вид, будто не понимает того, что сын его просто провоцирует.
  - Большая стабильность единственной линии развития - только один из факторов. Не самый важный. А вот то, что магия, как и наличие в мире долгоживущих рас, стабилизирует мир, внешне проявляясь, как некий тормоз для технического прогресса, - значительно более существенный. Пока император Хореш был силен, он пытался удерживать равновесие между тем и этим, предполагая, что произойдет с его государством, если технологический путь возобладает над другим. Более того, он не раз утверждал, что предпочел бы, умирая, знать, что будущее не только подвластных ему земель, но и всей Алои было магическим.
  - Но ведь это.... - вскинулся Игнат, но старший Стерхов не дал ему закончить.
  - Это застой в нашем понимании. Но чем заканчивает абсолютное большинство технологических миров нам теперь тоже известно. В какой-то момент скорость изменений начинает преобладать над процессами их осмысления и цивилизация исчезает, погребенная под свидетельствами своего мнимого могущества. Выживают лишь те, в которых значительно увеличивается продолжительность жизни, при некоем постоянстве численности населения, или которые допускают магию в свое существование.
  - Ты имеешь в виду Землю?
  - Не только. - Валанд прошел через весь кабинет, поднял бумажную игрушку, перенес ее на стол, водрузив в самом центре. - Я внимательно прошелся по истории Алои. Еще пару тысяч лет тому назад этот мир был чисто технологическим. К тому же, ушедшим далеко в космос.
  Игнат слегка нахмурился. Последний год был насыщен множеством событий. Работа спасателя, в которой многое уже стало привычным на уровне рефлексов, вдруг начала открываться ему совершенно с иной стороны. Эта неизведанность манила и пугала одновременно. В ней не было знакомых решений, отработанных схем действий, отшлифованных приемов. Все было настолько новым, что разум время от времени пасовал перед поставленными задачами, признавая невозможным их выполнение.
  Если бы не его опыт... его опыт говорил, что если не удалось войти через парадную дверь, надо искать заднюю. И он искал. Вместе с Вортом, Марком, командой сильнейших аналитиков, специалистов в других областях, которых привлекали к работе. Находить удавалось не всегда, но каждая, самая крошечная победа, окрыляла.
  Но, как оказалось, многое он упустил. То, о чем говорил отец, было не менее важным, чем то, чем все это время занимался он.
  - И что произошло потом?
  - Потом? - Валанд не оглянулся, продолжая рассматривать результат творчества Игната. - Они встретили тех, кто оказался сильнее их. Можно сказать, им повезло - их посчитали зарвавшимися, но не опасными выскочками и нанесли только превентивный удар. Как результат: уничтожены все стратегически важные для восстановления и дальнейшего развития центры. Вся инфро и информационная структура. Половина жителей мира, остальные - на грани вымирания.
  - И тогда у них появились маги? - грустно усмехнулся лидер, мысленно сравнивая историю Алои с тем, что происходило на Земле около двухсот лет тому назад. Прямых аналогий не было, но внутреннее сходство ощущалось. Земляне тоже рвались вперед. К чему это привело, теперь было хорошо известно.
  - Аналитики считают, что они не появились - пришли из соседних миров. Среди нашей братии, - начальник УГК относил себя и сына больше к магам, чем технарям, - есть перекати-поле. Просто в лихие времена люди хватаются за любую надежду, а если к тому же видят, что они оправдываются, то легче перенимают чужой опыт. Кому-то, типа нас, удается его еще и видоизменить, подстроив под собственные нужды.
  - Что-то мне подсказывает, что это разговор ты завел совсем неспроста.
  Улыбка старшего Стерхова была хоть и насмешливой, но с толикой гордости. Вот только Игнат ее не увидел. Валанд продолжал стоять к нему спиной.
  - Твое чутье тебя не подвело. Но прежде чем я удовлетворю твое любопытство, настою на удовлетворении своего. Как тебе юная стихийщица?
  Откинувшись в кресле, Игнат буровил взглядом стену, удерживая себя от того, чтобы не смотреть на отца. При всей простоте вопроса, он для него оказался сложен.
  Девушка ему понравилась.
  Его тяжелый вздох отдавал горечью. Произнесенная мысленно фраза была не то, что некорректной, она была неправильной, невозможной, неприемлемой для него.
  Как девушка Каринэ ему совершенно не понравилась. И в первую очередь своей беззащитной юностью, ранимостью, родившимся вопреки всему желанию ее защитить, укрыть от бед, от сложностей жизни. Ее чистые серо-голубые глаза не должны были узнать лжи, боли, предательства. Ее хрупкое тело было не для той силы, которой обладала ее душа, не для той мощи, что была способна усмирять грозные стихии.
  Каринэ была ребенком. Талантливым, одаренным, но ребенком. Такой, какой могла стать его дочь....
  Как бы он хотел сказать все это отцу, ища понимания, поддержки, совета.
  Когда-то все это было, возможно, было бы и теперь, если бы не те несколько секунд, которых ему не хватило, чтобы добраться до семьи. Именно эти, так необходимые секунды, ушли на то, чтобы найти в себе силы и нарушить его приказ вернуться.
  - Она - боец, но я боюсь, что ее появление в группе создаст проблемы.
  - Хорошо, - резко оборачиваясь, кивнул Валанд. Странно, но Игнат в это мгновение был уверен, что отец услышал только первую часть его ответа, проигнорировав вторую. - Тогда я тебе представлю еще одного члена твоей команды. Извини, но пришлось решать без тебя.
  Возмутиться, напомнив, что состав группу определяет только он сам, лидер не успел. Створы дверей разошлись, впуская в кабинет....
  Удивило не то, что медведь шел на двух лапах, а его размер. Популяцию этих хищников после экологической катастрофы восстановили, но таких крупных особей среди них не было. Впрочем, особым знатоком в этой области Игнат не был. Если бы однажды не пришлось вытаскивать одного такого из заброшенной шахты, мог бы посчитать, что этот зверь, с удивительно разумным, человеческим взглядом, стоявший сейчас перед ним, вполне обычен. Но зоолог, который работал тогда с ними, авторитетно утверждал, что попавшийся им экземпляр был из наиболее крупных, которые водятся нынче на Земле.
  Но прежде чем он успел хоть как-то отреагировать на появление зверя - промедление не являлось растерянностью, тело было готово не только само уйти от броска, но и вывести из-под удара когтистой лапы отца, Валанд слишком спокойно для этой ситуации произнес:
  - Это Ратхар, оборотень с Триама.
  Игнат успел моргнуть только один раз, но этого хватило, чтобы пропустить момент трансформации. Ладонь для рукопожатия ему протягивал уже человек.
  
  

Глава 2

  Чуткий сон оборотня прервал неожиданный звук. Ратхар мог этому только радоваться. Ночи возвращали его в прошлое, заставляя вновь и вновь переживать то, что ушло безвозвратно.
  Оборотень не мог противиться воле покровителей, посчитавших, что он заслужил это наказание. Или не желал, принимая каждый свой кошмар, как единственное, что у него осталось от той жизни.
  Потому и улыбался во сне, когда прикрывал собой юную виденицу*, не обращая внимания на боль от множества ран, пока схлопнувшийся зев портала не скрывал ее в неприступных древних святилищах. Потому и продолжал вдыхать пропитанный сладкими нотками сгоревшей плоти дым, который несло ветром прочь от разграбленного людьми селения. Потому и полз, не в силах перекинуться, понимая, что спасения нет, и не будет. Если он сам не спасет себя.
  Он принимал все, что посылало ему время темных владык, но когда открывал глаза, ощущая приближение нового дня, испытывал облегчение, имея возможность забыться. Хотя бы ненадолго, пока свет дня разгоняет мрак, заставляя скрываться от своего сияния тени ушедших.
  Звук повторился, чуть громче, чем в первый раз. Он был чуждым тому миру, который когда-то был ему родным, но уже успел стать знакомым.
  - Свет. Открыть.
  Здесь все было чуждым, но ему ничего не оставалось, как привыкать. Возвращаться медведю было некуда.
  - Лидер протрубил общий сбор. - С порога заявил вошедший, с детским восхищением разглядывая обнаженный торс поднявшегося с узкой кровати Ратхара.
  Посмотреть было на что: такую форму могла слепить только жизненная необходимость. Да и шрамы... когда оборотню предоставили выбор, он предпочел их оставить. Это была память, от которой он не мог отказаться.
  Тактичность взяла верх над любопытством быстрее, чем медведь проявил неудовольствие столь пристальным вниманием, но не избавила того от суеты, которой сопровождалось появление Марка в комнате.
  Вроде и вошел он один, но небольшое пространство временного жилья, которое подобрали Ратхару, полностью наполнилось им. Руки Марка постоянно двигались, к чему-то прикасаясь, перекладывая, передвигая. Он перемещался так быстро, что даже оборотню, с его великолепной реакцией, трудно было уследить за его передвижениями. И при этом все время говорил, даже не рассчитывая на ответ.
  - Похоже, намечается что-то серьезное. Аналитики носятся, как ужаленные. Командор мимо прошел, даже не заметил. Поднимают всех, даже вояк. Сам видел код оповещения.
  - Почему Командор? - Ратхар воспользовался короткой паузой.
  Его не то чтобы интересовало прозвище Валанда, но необходимость осваиваться требовала внимательности к подобным мелочам. Второе имя просто так не давали, Ратхар знал это как никто другой.
  К тому же, это была возможность сдержать рык. Одежда этого мира не пришлась ему по вкусу, но после объяснений Игната, почему он не может носить привычные штаны, тунику и мягкие кожаные сапоги, оборотень был вынужден согласиться с ее необходимостью.
  - А.... Статуя такая была, - отмахнулся от него Марк и, неожиданно быстро оказавшись рядом, доведенным до автоматизма движением активировал магнитную застежку на кителе. Затруднения Ратхара не остались им незамеченными. - Игнат попросил меня за тобой первое время присмотреть, - выдал вдруг Марк, замерев напротив оборотня. Физически он практически не уступал Ратхару. Такой же высокий, широкоплечий. Да и возраста они были приблизительно одного. Медведь готовился встретить свой тридцатый день рожденья, а Марку уже два года было как тридцать. Но из них двоих старшим смотрелся именно Ратхар. Правда, не для этого мира. - Ты спрашивай, если что будет непонятно. - И отступил, тушуясь.
  Но Ратхар только пожал плечами: сам понимал, что новичок. Да и открытость человека импонировала. Вот только ответить тем же он не мог. Пока или вообще, оборотень не загадывал, зная, что судьба - хитрая, только к чему придешь, она тут же норовит все изменить, заставляя познакомиться еще и с другой ее стороной. А в его случае она поступила еще более непредсказуемо: одни люди разрушили все, что ему было дорого, другие... помогали начать жить заново.
  Вот только размышлять об этом медведю было некогда. Марк откровенно не торопил, но по нетерпению, которое он проявлял, легко можно было предположить, что им лучше не задерживаться.
  Приложив на выходе ладонь к электронному замку - не думал Ратхар, что так скоро это действие станет машинальным, он вслед за человеком вышел в коридор.
  Когда решалось, где поселить новых членов команды, - кроме медведя в нее влилась еще и девушка, своей юностью и внешней ранимостью напомнившая Ратхару его подопечную, младшую дочь вождя племени, Игнат предложил жилой уровень Управления.
  Все остальные уже давно перебрались туда, выбираясь на поверхность лишь потому, что ежедневные прогулки и тренировки на свежем воздухе были жестким требованием медикологов. Теперь появилась и вторая причина: новичкам нужно было осваиваться на Земле. И это тоже стало задачей команды.
  Несмотря на глубокую ночь, гомон и снующие туда-сюда люди, которые невольно замедляли шаг при виде двух спасателей, сопровождали Ратхара и Марка всю дорогу до седьмого уровня.
  В кабинет Валанда, где и был объявлен сбор, они пришли последними. Судя по недовольному взгляду Ворта, предназначавшемуся почему-то одному Марку, старший Стерхов предпочел не удовлетворять их любопытства, пока не соберутся все.
  Заметив вошедших, Валанд, проигнорировав приветствия и не утруждая себя вводными словами, кивнул стоявшему у большого экрана мужчине, даже не дожидаясь, когда те сядут на свободные места у стены. Все остальные были уже заняты.
  Если бы не цепкая память, Ратхар вряд ли бы вспомнил его. Видел один раз, да и то мельком, в один из первых своих дней в Управлении. Игнат показал на него, когда они проходили мимо.
  Тот стоял в центре большого зала, похожий больше на изваяние, чем на живое существо. Высокий, худощавый, с резкими, слишком четко очерченными чертами лица. Равнодушный до холодности в своей отстраненности от происходившего вокруг.
  А вот те, кто суетливо крутился около него, размахивая руками и что-то доказывая, выглядели совершенно иначе. Сравнение, которое пришло в тот момент в голову оборотню, было нелицеприятным для этих шестерых, но иного он подобрать не смог. Смотрелись они неразумными медвежатами, что совали лапы в дупло диких пчел.
  О том, что он прав, Ратхар узнал спустя несколько мгновений. Мужчина, которого Игнат назвал Киром - имя ему не шло, так что оборотень тут же для себя определил его, как "седого", отметив бесцветность спускавшихся ниже лопаток волос, - вздрогнул, словно скидывая с плеч тяжесть, окинул тяжелым взглядом тут же замерших собеседников и что-то сказал.
  Прозрачная перегородка не давала услышать произнесенных слов, но не мешала увидеть, как напряглись все остальные. Ни один из них не проронил ни звука в ответ.
  - Старший аналитик, провидец, каких поискать. По возможности, не попадайся лишний раз ему на глаза. Жизнь у тебя была, - Игнат на секунду замялся, словно подбирая соответствующий эпитет, но видно посчитал, что не справился со своей задачей и грустно закончил: - веселая. А ему и своих трагедий хватило.
  Это воспоминание мелькнуло перед глазами оборотня, чтобы тут же раствориться в воцарившейся тишине. Взгляды всех были прикованы к вспыхнувшему за спиной Кира панно, собранному из множества квадратов.
  - Через тридцать шесть часов в одном из технологических миров на орбитальной базе произойдет сбой в противометеоритной защите.
  В отличие от остальных, Ратхар смотрел не туда, где мелькали картинки.
  Медведю было известно не только, что это такое, он, пусть и не совсем понимая, но был уже знаком и с принципом работы большого экрана, на который информация выдавалась повинуясь мысленным командам через передающий чип. Четыре месяца, которые прошли с момента его появления на Земле до представления лидеру стали самыми насыщенными в его жизни.
  Но этого времени было слишком мало, чтобы все, что он узнал, стало для него обыденным и естественным. Так что Ратхар не пытался сейчас даже разбираться в том, что для него не было наполнено смыслом. Он наблюдал за провидцем.
  Звук его голоса, жесты, взгляд, направленный словно бы в никуда. Ворт тоже видел будущее, но даже в трансе не терял ощущения жизни. Этот же даже сейчас, вне своих видений, казался мертвым. Не телом - душой.
  Это было страшно, а для оборотня в особенности. Медведь верил во власть темных духов.
  - Система ликвидирует сбой через сотые доли секунды, еще около десяти секунд уйдет на то, чтобы перезапустить защиту в четырех зонах. В первой и третьей: жилой и ремонтной, инцидент пройдет без последствий. Во второй, где находится операторский зал, микрометеорит повредит внутреннюю и внешнюю обшивку. Система защиты от разгерметизации сработает в рабочем режиме, но осколок диаметром всего лишь в несколько миллиметров пробьет пульт управления аварийными щитами, обеспечивающими герметичность внутренних модулей в этом секторе. Один из операторов будет ранен.
  Справа от Ратхара как-то разочарованно вздохнул Марк. Он явно хотел высказаться по поводу услышанного, только ждал паузы, чтобы вклиниться, но стоящий рядом с ним Ворт мимолетно коснулся его ладони, словно предупреждая: этого делать не стоит.
  Оборотень напрягся в ожидании. В способностях Ворта он уже имел возможность убедиться.
   - В четвертой зоне, где расположена система регенерации воздуха и часть аварийных запасов кислорода, за секунду до включения противометеоритной защиты будет пробит главный воздуховод системы жизнеобеспечения. Первый взрыв и серия последующих, которые предотвратить не удастся, уничтожат третью часть базы. - На прозвучавшее от стола, не сдержанное единственной в комнате девушкой: "Ой!", внимания он не обратил. - В этот момент орбитальная станция будет находиться над промышленным районом планеты. Обломки базы окажутся слишком большими, часть из их упадет на завод, где производят нанопаров*, полусинтетические микроорганизмы, созданные для полной переработки неорганических полимеров. Взрыв, выброс нанопаров в воздух. О последствиях вы можете догадаться сами.
  В отличие от остальных, медведь сделать этого не мог, но ему было достаточно посмотреть на лица присутствующих в кабинете. Закаменевшие лица мужчин, в глазах которых он видел отголоски катастрофы.
  Подумав обо всех присутствующих, Ратхар несколько ошибся. Командор и лидер не выглядели расслабленными, но явно воспринимали сказанное несколько иначе.
  - Сколько контрольных точек? - Задавая свой вопрос Игнат был не то чтобы спокоен, но собран. Свое решение он уже принял.
  - Три. - Теперь седой обращался уже не ко всем, он разговаривал только с лидером. Но медведь успел заметить быстрый взгляд, который Кир бросил на Валанда. И в нем была просьба его простить. - До момента сбоя существует возможность его предотвратить. Ее причину мы просчитать не смогли, но появление техномага дает минимальный шанс на его ликвидацию. Вторая точка - операторский зал. Падая, раненый заблокирует автоматическое переключение на дублирующую систему. Если она сработает, аварийные щиты разорвут цепочку взрывов, сделав ее значительно короче. Разрушение будет не столь масштабным, обломки упадут в нескольких километрах от завода. Как следствие - много человеческих жертв, но без катастрофических последствий.
  Пауза после этих слов была слишком длинной, заставив Игната спрашивать вновь.
  - А третья?
  - А третья.... - медленно, словно что-то обдумывая, повторил за ним седой. Ратхар и сам не заметил, как весь подобрался, готовый то ли к броску, то ли к трансформации, настолько это мгновение было похожим на противостояние смертельных врагов. - Практически одновременно со второй, тысячные доли секунды после первого взрыва. Если не произойдет второго, то разрушения не произойдет.
  - И в чем подвох? - Игнат склонил голову набок, словно внимательнее рассматривая провидца. Слегка вьющиеся волосы, упали ему на лицо, сделав его выражение заговорщицким.
  - Подвох в том, - вместо провидца заговорил Валанд, - что тот, кто будет находиться в этом модуле, вряд ли выживет. Так что рассматриваем мы только две контрольные точки: первую и вторую.
  - Это ты так решил?
  Напряжение сгущалось, становясь вязким и ядовитым. Оно сбивало с толку, выпускало из тисков самообладания звериные инстинкты. Еще бы разобраться, кто из этих троих был жертвой, а кто охотником. Все трое выглядели одинаково опасными.
  - Команда не готова работать на этом уровне риска. - Голос командора не отличался эмоциональностью, но сейчас это была именно угроза. Ратхар явственно ощущал ее в едва заметных его тонкому слуху перекатах. Еще не гроза, но явные признаки ее приближения.
  - Что у нас еще из плохого? - Вместо того чтобы продолжить общение с отцом, Игнат обернулся к парочке мужчин в темно-синей форме с эмблемой, напоминающей тонкий серп молодой луны.
  Маги-пространственники. У одного четыре тонких полоски на лацкане, у второго, чуть помоложе - пять. Высший уровень.
  - Ну, у тебя и чутье, - фыркнул молодой, но заметив недовольный взгляд Валанда, сменил интонации. - Открытие стабильного телепорта на движущийся в пространстве объект зависит от сопряженности пространственных координат и его скорости. В нашем случае, максимальная надежность за семь часов до времени ноль. Восемьдесят процентов. Затем она резко падает и поднимается до семидесяти двух за сорок минут до критического времени. Двадцать минут сохраняется коридор, следующее окно прогнозировать тяжело. В зависимости от сценария развития событий мы подготовили возможные варианты, но надежен из них только один.
  - Тут даже провидцем быть не надо, - хмуро заметил Игнат, оглянувшись на медведя. Взгляд оборотня, буровивший спину, был острым, но в нем была та поддержка, которой лидеру сейчас так не хватало. Ратхар был новичком, но по какой-то ведомой только ему причине, безоговорочно верил человеку, которого назвал своим командиром. - Третья точка. Первый взрыв, после которого система безопасности потянет станцию на более высокую орбиту, замедлив скорость движения по горизонтальной составляющей.
  - Все будет не столь грустно, - как-то слишком задорно улыбнулся молодой, - если я пойду с вами. Гарантирую возвращение домой из любой точки пространства-времени.
  - Если я сумею гарантировать тебе безопасность, - буркнул Игнат, но если это и была слабость, то она оказалась мимолетной. - Подведем итоги.
  - Если вы возьметесь за эту операцию, - подведение итогов взял на себя Кир, - то единственной возможностью её успешного завершения является полное или частичное предотвращение. Среди осложняющих факторов - отсутствие времени на подготовку. Технологии, которые используются в этом мире, близки к нашим, отставание составляет около ста лет. На вопрос, способны ли техномаги взять под контроль систему противометеоритной защиты мы ответили условно положительно. Возможность ограничить зону разрушений оцениваем как высокую. Третью точку - как максимально эффективную, но не рекомендуемую из-за вероятных потерь в группе.
  - Я настаиваю на том, что группа не готова к этой операции....
  Игнат посмотрел на Валанда со спокойствием, которому позавидовал даже хладнокровный медведь. Разговор о шансах, возможностях и вероятностях был для него все еще труден для понимания. Он слышал слова, но воспринимал их отстраненно, реагируя больше на эмоциональный фон, который говорил ему значительно больше. И о проблемах во взаимоотношениях между отцом и сыном, и о решимости лидера настаивать на своем и... о том, о чем Игнат еще даже не догадывался.
  - Поэтому с группой иду я, вторым техномагом, - продолжил командор, проигнорировав непроизвольный жест Кира, которым он попытался его остановить. - Командиром группы назначаю Игната Стерхова.
  - На Карсит идут.... - тот отреагировал на слова отца так, словно ничего иного и не ожидал, тут же перехватив инициативу.
  Вот теперь подобрались все остальные. Кроме самих спасателей в кабинете были пространственники, аналитики, несколько технарей, которых Ратхар знал, потому что проходил у них обучение и военные. Вояки, как называл их Марк. И присутствие всех этих людей в кабинете означало только одно - кто-то из них отправится в чужой мир.
  - Из спасателей: Марк, Ворт, Каринэ и.... - взгляд на медведя был быстрым, но пристальным. Ратхар и не ожидал, что его имя произнесут, плохо себе представлял, чем может оказаться полезен на станции, о которой имел весьма смутное представление. Но ошибся, Игнат посчитал, что его помощь группе понадобиться, - Ратхар. Из пространственников - Тимур. - Тот, молодой, с пятью полосками на лацкане чуть насмешливо улыбнулся, словно говоря: "Ну и куда вы от меня денетесь....". И даже не смутился, получив в ответ тяжелый взгляд лидера. - Из отряда физической защиты - пятерка Зверина. Только без громких заявлений о нашем появлении. Тихо пришли и столь же тихо ушли.
  Зверин, невысокий крепыш, чем-то похожий на каплю ртути, которую Ратхар видел в лаборатории, обиженно пожал плечами. Мол, клевещут, истинно клевещут.
  Но медведя удивило не то, как остальные расслабились, увидев этот жест, будто все напряжение ситуации было сосредоточенно именно в этом человеке и вот теперь ушло, а как облегченно вздохнул Кир, на которого в этот момент никто не смотрел.
  Да только задумываться над этим времени уже не было. Игнат приказал всем, кого не назвал, покинуть кабинет, кивнув лишь надменно приподнявшему бровь аналитику-провидцу.
  Подготовка к операции началась.
  
  ***
  Игнат уже не раз задумывался над тем, зачем отцу понадобилось идти вместе с ними. И тогда, когда только услышал о его намерениях, и позже, пока схематично набрасывался план будущей операции - на что-то большее просто не было времени. Но эти мысли шли фоном, не мешая тому, что он считал более важным.
  А важным было то, что они, действительно, очень рисковали. Если не сказать иначе: они отправлялись в пекло, имея минимальные шансы вернуться.
  Но вот об этом думать не хотелось. Он не привык разрываться между собственными опасениями и пониманием того, что по-другому он не может. Те, кто шли вместе с ним - тоже.
  И все же, размышления об этом его не отпускали. Таилось за этим нечто, чего он не понимал. Ощущать - ощущал, даже, казалось, приближался к некой черте, за которой все должно стать ясным, но был вынужден отступать. Игнат был слишком прямолинеен, здесь же чувствовались закулисные игры, в которых он был не силен.
  - Готовность.
  Лидер встретился взглядом с одним из внешников, которого отец представил, как Степана, и кивнул. Эта парочка - второго звали Николаем, но сократили до Ника, появилась в кабинете отца спустя несколько минут после того, как его покинули все, не участвующие в операции. Оба примерно его ровесники, да и комплекцией похожи. Оба русоволосы, голубоглазы... смешливы. Даже в той обстановке, что царила в вотчине Валанда.
  Игнат несколько раз ловил себя на том, что во время обсуждения ждал, когда кто-нибудь из них произнесет что-нибудь сакраментальное, типа: "А помнишь....".
  Каждый раз, когда нечто подобное происходило, и его взгляд непроизвольно скользил в их сторону, один из этой парочки вдруг улыбался. Именно так, как ему и представлялось.
  Они тоже шли с ними. Карсит был миром их ответственности. Именно их данные позволили аналитикам составить свой прогноз. Именно добытые ими сведения дали возможность отправиться на орбитальную базу не совсем уж вслепую.
  - Есть готовность. - Игнат обернулся к команде, что выстроилась рядком за его спиной. Телепортационная платформа была небольшой, двоим стать локоть к локтю. Да и время разрыва пространства весьма ограниченно, как раз не мешкая всем переступить через грань. - Если у кого есть сомнения - самое время отказаться от участия.
  Подобные слова ему раньше произносить не доводилось. Это было их призвание, их профессия. Они выбирали ее сами, они знали, что может наступить тот день, когда не вернутся обратно.
  Но в этот раз все было иначе. Каринэ, Ратхар, даже Тимур. В какой-то мере каждый из этих троих был лишен права решать.
  - Внимание, - Тимур стоял чуть в стороне, помогая своим коллегам, - фокусировка.
  - Сказать, значит, нечего, - задумчиво протянул Игнат, искоса посмотрев на пространственника. Тот, похоже, его и не слышал. Или, что было более вероятным, проигнорировал, как игнорировал все, что не вписывалось в его представлении о происходящем.
  - Внимание, - Тимур все-таки откликнулся на внимание лидера, но с той самой ухмылкой, которая так не вязалась со статусом, который он заполучил среди магической братии, - синхронизация.
  - Принято, синхронизация, - машинально повторил лидер, мысленно запуская обратный отсчет. Это был его второй поход в чужые миры, но он уже знал, что от этой команды до прокола проходит не более тридцати секунд.
  Линза будущего перехода вспыхнула после того, как он произнес тринадцать. Для себя загадал, что если в произнесенном числе будет тройка... суеверием он никогда не отличался, но сейчас кстати было все, что могло добавить уверенности.
  Воздух над площадкой курился, напоминая жаркое марево пустынь. Сердце, откликаясь на сгущающееся напряжение, билось мощно, но ровно. И если бы Игната в этот момент спросили, ради чего он идет на этот риск, он покривил бы душой, отвечая, что только ради спасения той базы и тех людей, которые по большому счету, для него еще несколько часов назад и не существовали.
  Он не мог без вот этих мгновений. Не куража - понимания того, что твоя жизнь чего-то стоит.
  - Стабилизация. - Тимур хлопнул по плечу дежурного пространственника, словно передавая эстафету, и подошел к лидеру. - Идем в десятку.
  Это понятие Игнат тоже уже знал. Еще одна удача, редкостная удача для столь сложного перехода. Между Землей и Карсатом находилось еще четыре мира.
  Вот только в отличие от того же Тимура, осознать, насколько это осложняло задачу магов, он не мог. Прав он был или не прав, не задумывался, но общение с техникой считал более простым делом.
  Команда на проход и пожелание триумфального возвращения раздались практически одновременно. Контуры линзы подрагивали с четко осознаваемым, но ни с чем не ассоциируемым ритмом, но вытянутый вверх куб площадки зиял четким, чернильно-черным провалом.
  И если первое было вполне ожидаемо, то второе можно было расценивать, как нечто невообразимое. Присутствие в телепортационном зале императора Возрожденной России было совершенно непредсказуемым. По крайней мере, для Игната.
  - Мы ждем вас обратно с победой!
  Лидер впервые видел так близко главу Восточного материка. Жаль, сравнить сложившийся образ с тем мужчиной, что стоял у самого входа в окружении гвардейцев-телохранителей не успел. Трое из пятерки Игоря Зверина и Степан уже исчезли в черном сумраке. Следующими шли он и Ратхар.
  Но это ощущение нереальности осталось, добавляя уверенности, что все будет именно так, как и сказал император.
  Помещение, в котором они вышли, было техническим. У стен - стеллажи с закрепленными на них контейнерами и узкий проход между ними.
  Последними завершали переход Тимур с самим Игорем.
  - Осмотреться, - его спокойный голос не мог услышать никто, кроме членов группы.
  О том, что ментальный уровень передачи информации Карситанцам еще не был известен, знали доподлинно. Внешники постарались. Впрочем, на Земле его тоже не так уж часто и использовали, лишь в специальных подразделениях или когда не было иного выхода. Усилители хоть и выделяли только направленный поток мышления, частично цепляли и остальной, что создавало сложности в восприятии даже у прошедших полный тренировочный цикл. К тому же с увеличением расстояния эффективность резко падала, да и усталость накапливалась быстро.
  Исключения наблюдались чаще всего у техномагов. Принцип их взаимодействия с техникой был в чем-то схожим. Ну и у стихийщиков, но об этом в Управлении узнали только благодаря Каринэ. На Земле это направление в магии только начинало свое развитие.
  В помещении было не темно - сумрачно, подсвечивались номера ячеек на стеллажах, но тесно. Так что когда Тимур говорил, что они идут в десятку, даже преуменьшил точность настроек.
  Но и это Игнат только отметил, чтобы не забыть по возвращении поблагодарить пространственника. То, что это была его работа, не отменяла человеческой признательности.
  Игнат выполнил приказ Зверина вместе со всеми, одновременно с изучением обстановки нащупывая нити излучения, на которых можно было войти в контакт с электронным управлением базы. Судя по слегка рассеянному взгляду отца, тот занимался тем же.
  Обязанности они распределили еще на Земле, правда, только на первом этапе. Спорили до последнего, пока Игнат не вспомнил, кто именно в команде старший и не проявил начальственный деспотизм. Несмотря на это, ощущение, что вышло не по его, у лидера все равно осталось.
  Валанд, как более опытный (как-никак, был первым из техномагов), должен был попытаться обнаружить причину сбоя в противометеоритной защите, а Игнат - ввести условные коды членов команды в систему безопасности. Постоянное местонахождение сотрудников базы не отслеживалось, но как только сработают аварийные команды, сканеры начнут тотальную проверку всего комплекса.
  То, что вся их подготовка летит в тартарары, Игнату стало понятно, как только ладонь Ворта легла ему на плечо. А когда он увидел взгляд отца, в этом отпали последние сомнения. Такой ему пришлось наблюдать лишь однажды, когда тот пытался остановить его, не пуская в зону разрушения. Там навсегда осталась семья младшего Стерхова.
  - Время? - Игнату удалось справиться со своей задачей, но он "выпал" из ситуации. Уровень развития электронных систем отставали не столько по времени, сколько по направлению. На Карсите к их интеллектуальности еще не подошли, а это осложняло работу.
  - Двадцать семь минут по прогнозу аналитиков. - Тут же ответил Марк. В отличие от остальных, его очередь действовать еще не наступила.
  Дав команду на переключение канала, Игнат подключился к отцу, радуясь тому, что его тренированный мозг не пропускал в ментальное общение ничего личного. Сейчас это было бы совершенно некстати.
  - Сбой по времени! - Ворт и хотел бы усмехнуться, да не мог. Вот и нашелся более подходящий момент, чтобы сказать лидеру о вновь приобретенных способностях. - Начало каскада через три минуты двадцать....
  Продолжать не имело смысла. Секунды убегали в прошлое катастрофически быстро.
  - Что могло повлиять? - Смысла нагружать внутреннюю связь больше не было, так что Игнат произнес свой вопрос вслух. Жалея только об одном - отсутствии неподалеку Кира. Вряд ли бы это помогло, но ощущение, что могло стать легче - было. - Мой вход в систему, попытка взять контроль....
  - Каскад идет с других контуров, - тут же качнул головой Валанд. - Ошибка расчетов.
  - Или недостаток данных. - Как ни странно, но произнес это Степан.
  Вот только Игнат его уже не слышал. Вопрос звучал: не кто виноват, а что делать? С первым можно было разобраться и позже, если удастся вернуться.
  - Схему базы!
  Ворт оказался быстрее. Впрочем, и не удивительно. Едва заметно засветился встроенный в широкий браслет голографический проектор, выводя на стеллажи, коробки, свертки, изображение сектора, в котором они находились.
  - Мы - здесь. - Игнат махнул рукой в мигающий красным прямоугольник. - Операторский зал, зона регенерации. Схема передвижения. - Быстрый взгляд на Марка: - Что под нами?
  Ответ прозвучал через доли секунды. Марк не был провидцем, но предугадать интерес своего командира мог.
  - Время ноль - город. Население одиннадцать миллионов человек. Масштаб разрушений - значительный.
  Это были, конечно, не нанопары, но.... Игнат мысль не закончил, она не имела отношения к стоящей перед ним задаче.
  Наиболее безопасный путь к операторскому залу занимал семнадцать минут. Кратчайший - четыре. Они не успевали, если не пользоваться талантами Тимура.
  Зона регенерации была ближе. Короткий коридор, защитный модуль по типу шлюза, с кодами допуска, которые у Игната уже были и....
  - Марк, Ворт, Степан - в операторский зал. - Времени для сомнений не было. Только на решения. Игнату приходилось их принимать и в худших ситуациях. - Тимур, откроешь проход. - Пространственник даже не кивнул, тут же принялся за дело. - Игорь, двое твоих с ними.
  - Понял, - Зверин взглядом указал на парочку, что стояла у самой двери и те, бочком, но очень грациозно, протиснулись к названным спасателям.
  - Я, Каринэ и Ратхар в кислородный блок. С нами Зверин и Ник. - Игнат обернулся к отцу, похоже, ожидая возражений, но тот молчал. Не потому, что сказать было нечего. До лидера по ментальной связи доносились отголоски крепких выражений, которыми старший Стерхов сопровождал свои попытки обуздать начавший себя проявлять каскад сбоев. - Валанд, Тимур остаются здесь. Задачи: оттянуть отключение противометеоритной защиты и вытащить нас.
  - Минута сорок до сбоя, - прохрипел Валанд, - поднимая взгляд на сына, но это движение было чисто рефлекторным. Сам он был внутри системы.
  - Стабилизирую проход в операторский зал. Готовность.... Три, - один из вояк Зверина переместился за спину пространственника, чтобы первым пройти грань. На парализаторе уже сияла зеленая полоса - режим воздействия без отключения сознания, - два, один.
  Вспыхнула серебристая линза прокола, Игнат, машинально посмотрел в ту сторону, успел заметить похожее на шок удивление одного из операторов, но ткань пространства уже вновь сошлась за спиной второго воина. Весь переход занял максимум десяток секунд.
  - Синхронизация, шлюз. - А вот теперь пришел черед лидеру демонстрировать изумление. Тимур то ли не понял его приказа, то ли... более верным было второе. Он решил проявить инициативу и сократить, насколько это было в его силах, дорогу команде.
  Отметив в памяти, что по возвращении он, вместе с отцом, устроит пространственнику небольшую профилактику, чтобы навсегда отбить желание сначала делать, а только потом спрашивать разрешение, Игнат тронул Ратхара за руку. Способность медведя ориентироваться мгновенно была лидеру известна уже не понаслышке - довелось познакомиться с ней во время тренировки.
  Команда на стабилизацию не прозвучала, Тимур просто развел руками, словно раздвигая пласты и, отступил назад, прислоняясь к ближайшему стеллажу.
  Мысль о том, что теперь уже ему, Игнату, придется доказывать, что усилия пространственника не были напрасными, была последней. Шаг вперед он сделал одновременно с введением в систему кода на открывание внутренней створы.
  Все, что не удастся отцу, предстоит сделать им.
  
  
  

Глава 3

  Игнат лежал на земле и грыз травинку, наблюдая за тем, как по нереально голубому небу легкими мазками скользят облака. Зверин, устроившись неподалеку, терзал струны гитары, пытаясь воспроизвести что-то, одному ему известное, но, то немногое, что ему удавалось, очень напоминало скрежет несмазанных шестерней.
  Не самые приятные звуки, но Стерхов готов был терпеть и более изощренное издевательство. Если бы не Игорь....
  Если бы не Игорь....
  
  .... Этот шаг к открывающейся створе шлюза не просто расчертил жизнь на ту, где еще можно было раздумывать и ту, где нужно было просто действовать, опережая не только сами события, но и свое собственное представление о них. Этот шаг выявил в Игнате нечто глубоко внутреннее, что делало его похожим на роботов, которыми он управлял и, оправдывая характеристики, которые ему давали: холодный, бесстрастный, расчетливый.
  - Каринэ - контроль первого взрыва. Действуешь по первоначальному плану.
  Дожидаться реакции девушки лидер не стал. Этот момент оставался неизменным, все продумано до мелочей. Задача стихийщицы - насколько возможно удержать ярость огня, не дать ему скользнуть в воздуховоды системы регенерации, задержать, пока он, не рассчитывая на автоматику, перекроет заглушки вручную.
  Была надежда и на то, что Каринэ удастся не просто обуздать мощь взрыва, но и перенаправить его на внешнюю оболочку. Слабая надежда. Девушка сама не была уверена в своих силах.
  Вот только верить в то, что именно так и произойдет, никто не запрещал. Разгерметизация команде ничем не грозила, костюмы не только обеспечивали автономный запас воздуха для дыхания, но и оснащались компенсаторами перепадов давления, не говоря уже о подошвах, что вполне были способны удержать в бушующем потоке. Единственное, чего не могло их чудо одеяние - дать достаточный шанс на выживание во время взрыва емкостей с запасом кислорода. Так что если Игнат собирался вернуть своих на Землю живыми, он не должен был допустить именно этого.
  - Ратхар....
  Объяснять, что делать медведю не пришлось, оказалось достаточно взгляда, и оборотень пристроился за спиной Каринэ. Что-то екнуло в душе Игната, но... он предпочел не заметить тоски, больно кольнувшей его в сердце.
  Забота Ратхара о девушке ничего не имела с молчаливым приказом лидера. Она выглядела естественной и необременительной, словно так было всегда и... будет, независимо от любых внешних обстоятельств. Игната это задело. Чем, он не понимал, да и не хотел понимать. Не до того было.
  - Ник, Игорь.... - Формально ни один, ни другой не входили в команду, но... сейчас каждая пара рук была на счету, - нужно перекрыть подачу кислорода в систему. Запорная арматура - правый ближний угол. Вентили с третьего по седьмой. Там дежурный оператор....
  Договаривать не пришлось и в этот раз, замолчать заставило выразительное "хм" Игоря. Столь подробной информации внешникам добыть не удалось, так что причины для проявления эмоций у Зверина были.
  Но это оказалось только началом, продолжения же Игнат не ожидал. Как только лидер упомянул про оператора, намекая, что с ним ничего страшнее легкого испуга по вине спасателей не должно произойти, Игорь, не дожидаясь, когда Игнат закончит, подтолкнул Николая к массивному прямоугольному люку, соединявшему два соседних зала. В одном находилась установка регенерации воздуха, в другом - запас кислорода, часть которого использовалась в системе.
  Оставив в памяти заметку, что к тренировкам команд нужно подключить и отряды физ.защиты, Игнат на время забыл о самоуправстве Зверина. Электроника, к которой ему удалось подключиться, тяжело воспринимала команды, отказываясь реагировать на подобный уровень воздействия на себя. И пусть отклик он все-таки получил, радоваться не торопился. Слишком тяжело оказалось одновременно вводить код на открытие прохода для Игоря, пытаться помочь отцу хотя бы замедлить каскад сбоев, которые он ощущал, как темноту, наползающую на многочисленную сеть разноцветных потоков, и продвигаться в полумраке отсека к заглушке, что располагалась близко от входа, но между двумя весьма внушительными цилиндрами фильтров очистки....
  
   - Тебя зачем сюда отправили? - Игорь резко оборвал импровизацию и, неожиданно оказавшись рядом, выхватил травинку из пальцев. - Отдыхать! - Сам же ответил он на свой вопрос, отметив, что Игнат лишь поморщился, не собираясь переводить монолог Зверина в их диалог. - А ты чем занимаешься?
  Сообразив, что все его попытки вывести лидера из меланхолического состояния ни к чему не приведут, Игорь сменил тактику.
  Свист показался Игнату задорным, лай, раздавшийся в ответ, не менее.
  Быстро догадавшись, чем именно это ему грозит, лидер поторопился подняться с земли. Не успел, щенок сенбернара, которого в качестве добычи притащила с базы группа Ворта, оказался проворнее. Ему было месяца четыре, и отличался он очень живым, непоседливым характером.
  Игорь успел отступить, оставив Игната на растерзание новоявленному питомцу отряда. Тот со своей задачей справился. Потоптавшись четырьмя лапами по груди не успевшего подняться младшего Стерхова и прижав его к земле окончательно, добрался до его лица.
  Широкий язык прошелся по щеке, вызвав у Игната похожий на истерический смех, он попытался защититься, щенок, названный Проказником, воспринял это как приглашение к игре и продолжил проявлять свои щенячьи чувства.
  На шум и возню подошли Марк и Ворт. Провидец, стараясь спасти остатки чести своего командира, попробовал подхватить малыша, весившего уже килограммов двадцать, но тот оказался упертым и продолжал лезть к отбивавшемуся от него лидеру.
  Зверин корчился от смеха, слушая, как Игнат обещает ему быструю и страшную месть, хлопал по плечу пристроившегося рядом Марка, показывая на обслюнявленного сенбернаром командира.
  Игнат смеялся тоже. Сейчас уже можно было смеяться.
  
  ....- Чернь тебе в душу!
  Необычное ругательство, сорвавшееся с губ девушки, заставило Игната пусть и не отвлечься - это было смертельно опасно в той ситуации, в которой они находились, но уделить ей часть своего внимания.
  Как они с отцом и предполагали, взять под контроль каскадный сбой им не удалось. Хотя, в последний момент Игнат и понял, в чем его причина. Это был не вирус - идея была высказана первой, и до последнего мгновения все говорило о том, что все именно так.
  Обнаружить присутствие чужеродной программы они не смогли, но все происходящее подводило именно к этому выводу: система словно взбесилась, неадекватно отвечая на стандартные запросы.
  И лишь за миг до того, как метеорит пробил обшивку в операторском зале, лидера "осенило". Не вирус - попытка самоосознания самой себя.
  Внутри цифрового пространства самопроизвольно зарождался разум. Так что все, чему они были свидетелями, было его безумием, невозможностью осмыслить, понять, оценить.
  Жаль, но использовать догадку было поздно, события развивались по сценарию, который просчитал Кир. Пусть он и ошибся со временем....
  
  ....Первым в операторский отсек влетел Степан.
  Его крик на местном: "Блокируй все нахрен! Сбой в защите!" - вызвал не ступор, как мог предположить Ворт. Внешнику поверили сразу и безоговорочно.
  Предчувствие, еще мгновение назад молчавшее, отреагировало на разъяренный рык своеобразно, выдав в сознании нереальную по своей абсурдности картинку: Степан тряс за грудки того самого оператора, ради которого они и появились.
  Если это случится....
  Чтобы это случилось, действовать они должны были не раздумывая.
  Марк уже стоял у второго пульта. Мужчина, сидевший за ним, был старше и опытнее. В его взгляде не трудно было прочитать выводы, которые он делал в это мгновение. Команда "тревога" должна была последовать незамедлительно.
  Парализатор, наведенный Вортом никакого действия не произвел. Марк уже буквально слышал, как срывается слово с губ оператора.
  Хук левой одного из команды Зверина, отбросил мужчину к перегородке. Не нокаутировал, но дал несколько секунд, что нужны были Игнату и его команде....
  
  ....Такого лидер еще никогда не видел. Он знал, что не замедление времени тому причиной, а уникальные способности Каринэ. Но знать и видеть....
  Огненный шар разрастался настолько медленно, что он мог отметить каждый оттенок алого, оранжевого, желтого, голубого, изумрудно-зеленого, что разводами скользили по его оболочке, переплетались, наползали один на другой. Внутри все пенилось и булькало, пытаясь прорваться сквозь тонкую пленку, угрожающе клубилось.
  Металлическая конструкция, что уже давно должна была разорвать его и девушку в клочья, застыла разорванными неровными краями. Цилиндры фильтров очистки накренились, но все еще держались.
  - Чернь тебе в душу! - вновь раздался в голове вопль Каринэ. - Это не стихия, мне не удержать! Уходите!
  Как раз в этот момент вентиль заглушки исходящего воздуховода поддался его напору.
  Сфера росла, Каринэ ругалась и плакала, но видя, что Игнат продолжает работать, стояла, раскинув руки и откинув голову назад. Как и Ратхар, замерший за ее спиной....
  
  ....- Вы кто такие? - Дежурный в зале хранения аварийных запасов кислорода поднялся навстречу входящей в отсек парочке.
  В его голове мелькнуло одновременно две мысли. В одной, их появление было неожиданным, но, при желании, объяснимым. Код доступа введен правильно, иначе система не пропустила бы чужаков.
  В другой... эти лица он видел впервые. Да и лицами это назвать было трудно, прозрачный шлем искажал черты. К тому же защитный костюм - язык не поворачивался назвать это скафандром, пусть и было весьма похоже, не соответствовал ни одному из видимых им.
  Новая модель? Только не здесь. Прогресс до этой части станции добирался редко. Все работает, надежно, так к чему создавать самим себе проблемы.
  Да и предупредили бы. Еще и шумиху развели.
  - Спокойно, брат. - Один оказался рядом слишком быстро. - Чрезвычайная ситуация.
  - Что за черт?! - нервно дернулся дежурный, когда Ник тяжело положил руку ему на плечо. - Какая чрезвычайная....
  Договорить ему внешник не дал, отодвинул от пульта, жестко фиксируя у стены.
  - Хочешь сдохнуть?
  Оператор качнул головой, не сводя взгляда с Игоря, который деловито отсчитывал вентили в ряду. Как ни странно, страха он не испытывал. Не похожи были эти двое на любителей розыгрыша. Да и мелькало на границе сознания смутное воспоминание. Слышал он от кого-то о создании особой группы быстрого реагирования.
  Вот те как раз и были экипированы так, что хоть в хромосферу Солнца. Почему в хромосферу... дежурный об этом никогда не задумывался, запомнилось из детства, так и шел с ним по жизни, вворачивая с толком и без. В этот раз догадывался, что употребил в тему.
  - Вот и умница! - Николай легко стукнул по плечу и, стараясь говорить спокойно, но так, чтобы возразить ему было невозможно, добавил. - В системе сбои. Не закроем заглушки, взлетим, прихватив с собой полстанции. Перспектива ясна?
  Дождавшись кивка, внешник отпустил дежурного и, свиснув Зверину, чтобы тот тоже приглядывал за освобожденным пленником, добровольно изъявившим желание помочь, направился к ближайшему с его стороны вентилю.
  - Какие подают сейчас кислород в регенерацию?
  - Третий, четвертый, шестой и седьмой, - хмуро, но быстро, пробурчал оператор, закручивая шестой и исподлобья поглядывая на цилиндр, прикрепленный к предплечью Ника. То, что это оружие, он сообразил сразу, еще бы знать, что именно означает светящаяся зеленая шкала. Он, вроде, и поверил, но определенные сомнения остались. Вот только проверять на собственной шкуре, угадал он или нет со своими предположениями, не собирался. - Пятый остановлен, я подал заявку ремонтникам. Пропускает он где-то.
  - Мать твою! - Рыкнул Зверин, резко крутанув четвертый. - Только этого нам для полного счастья не хватало!...
  
  
  ....- Игнат! - Голос Игоря прорвался сквозь алую пелену, что плыла перед глазами. - Утечка черед пятый клапан.
  Подумав, что им в очередной раз "повезло", Стерхов довел до упора тяжело поддающуюся заглушку.
  Несколько шагов до запорного устройства второго воздуховода показались ему самыми тяжелыми в его жизни. Пространство вокруг вибрировало и гудело, отзываясь на удерживаемую девушкой мощь.
  Мысль о том, что испытывает сейчас она, Игнат боялся даже допускать в свою голову. Стихийщица была слишком юна и хрупка, чтобы разум соглашался соотносить одно и другое.
  Но как он не гнал от себя эту картину, ему предстояло досмотреть ее до конца.
  Он уже сжал ладонями гладкий металл маховика, когда Каринэ, в очередной раз высказавшись о черни, которая в душу (он сделал себе заметку: если вернутся, узнать у девушки, чем так страшна эта самая чернь), сведя руки, дернулась вперед, словно отбрасывая то, что было перед ней.
  Через мгновение сработали замки ботинок, удерживая его на месте. Стихийщице удалось не только удержать взрыв, сомкнув в сферу, но и направить его во внешнюю переборку.
  Последнее, что увидел Игнат, прежде чем сдвинул вентиль входящего воздуховода, падающую Каринэ и подхватившего ее Ратхара.
  А потом была вакханалия, в которой взгляд отказывался замечать детали, воспринимая лишь размытое пятно. Обрывки огня, похожие на цветные мазки среди несущихся мимо него обломков искореженного металла, звонко бьющие по шлему темные горошины, потеки маслянистой жидкости....
  Удара по спине тело не выдержало. Руки еще успели зафиксировать вентиль в крайнем положении, а сознание уже ускользало, оставляя за собой ощущение поражения.
  Если бы не слова Зверина.... Они почти смогли....
  
  
  ....- А что, сразу объяснить было нельзя? - обиженно пробурчал мужик, которого припечатал Зверинский парень.
  Он, осторожно прикасаясь к выбитой, но уже вправленной стараниями спасателя челюсти, смотрел на развороченный микрометеоритом пульт и представлял себе, что могло случиться, не останови его этот быстрый на расправу тип.
  Его молодой напарник, который и получил бы этот подарок космоса, бился в истерике. Тоже, видно, представлял. Судя по тому, что Степану (Марк успел перезнакомить всех до того, как в обшивку долбануло), пришлось второй раз трясти его за грудки, картина получалась весьма реалистичной.
  Хорошо еще, защита сработала до того, как разгерметизация отсека грозила отправить их к праотцам.
  - А ты бы поверил? - хмыкнул Марк и, словно что-то ощутив, бросил взгляд на Ворта.
  Даже сквозь щиток было видно, как тот побледнел.
  - Что?!- Его рев заставил молодого затихнуть.
  - Игнат. Взрыв. Тимур не успеет....
  
  
  ....- Уходи! - Игорь хватанул дежурного за шкирку и толкнул к шлюзу. Не тому, через который они пришли, другому.
  "А вы?" - хотелось крикнуть оператору, но спорить он не стал. Не тем тоном был произнесен приказ, чтобы на него не отреагировать.
  На то, чтобы покинуть отсек у него ушло не больше секунды.
  - Валанд. - Зверин был уверен, что старший Стерхов его слышит. Не могло быть иначе, если Игнат пошел в отца.
  Тот откликнулся мгновенно.
  - Тимур готовит проход. Ожидание... пять... четыре....
  - Открой мне шлюз.
  - Я без тебя не пойду. - Ник встал за спиной Игоря.
  - Там сейчас будет жарко. - Голос Валанда был хриплым и прерывистым.
  Воздух рядом подернулся рябью, пространственник фиксировал портал.
  - Без тебя знаю, - рыкнул Зверин на Валанда и, резким и неожиданным ударом вырубив Ника, швырнул его в открывшийся проход. - Шлюз!
  Створа отошла с едва слышным шипением.
  Раздумывать о том, правильно или нет он поступает, Игорь не стал. Его вело вперед предчувствие, а ему он привык доверять. Для того чтобы ощущать будущее не обязательно быть провидцем. Достаточно просто слишком часто рисковать и жаждать жить настолько, чтобы задолго знать о приближении смерти.
  И неважно чьей: своей или того, кого ты взялся защищать.
  Он влетел в отсек регенерации за мгновение до того, как Каринэ сбросила взрыв установки во внешнюю переборку.
  Он еще успел отметить, что за его спиной не просто закрылся шлюз, опустилась перегородка, отсекая модуль хранения кислорода.
  Он еще подумал, что Валанду удалось взять систему под свой контроль, на что никто из них и не рассчитывал.
  Склонившегося у вентиля Игната он уже не увидел. Яркая вспышка ударила по глазам, и в отсеке потемнело.
  Мысленной командой переключил щиток на термальный режим - в каждый костюм был встроен сверхвысокотемпературный источник, как раз вот на такой случай.
  Уже через мгновение пожалел о поспешности. Ядро взрыва уже вынесло за обшивку станции, но температурные следы ударили по глазам, заставив зажмуриться.
  Очень хотелось выругаться, но Игорь посчитал, что сделает это позже.
  - Тимур, - теперь хрипел уже и он, - как насчет портала?
  - Жди, - донесся до него обманчиво спокойный голос пространственника.
  Игорь не был силен в теории переходов, но азы, которые он когда-то пытался освоить самостоятельно, сейчас пригодились. Он вполне мог себе представить, с чем именно сейчас приходилось бороться Тимуру.
  Автоматика должна была потянуть станцию на более высокую орбиту, работающие на максимальной тяге двигатели, вызвавший разгерметизацию взрыв, крен, щиты, разделившие базу на недоступные модули....
  Чехарда цветов на экране щитка начала сглаживаться, давая возможность осмотреться.
  Смотреть особо было не на что. Каринэ и Ратхара он заметил сразу, двинулся к ним, не самыми добрыми словами поминая ставшие неподъемными ботинки. Идти в них было невозможно, только тащиться, радуясь тому, что вовремя включился встроенный в них сервомотор. А то бы он, даже со своей физической подготовкой, едва сдвинулся с места.
  - Как откроется портал, забирай ее. - Состояние медведя Зверина не беспокоило, на телеметрии его сердце билось ровно и четко. А вот ее... ей нужна была срочная помощь медикологов. Но для этого ее нужно было еще вытащить. - Где Игнат?
  Сигнала лидера на экране не было.
  - Был там, - не отпуская девушку с рук, неуклюже повернулся оборотень к покореженной стене.
  - Понял, - подкрепил свой ответ кивком Игорь и двинулся в указанную Ратхаром сторону.
  - Игорь, - Валанд уже сипел, - Тимур стабилизирует переход. Поторопись.
  - Потороплюсь. - Стараясь сдержать фразы покрепче, Зверин сделал очередной шаг, понимая, что если он будет продолжать волочиться с такой скоростью, то пространственнику его придется ждать еще долго.
  Решение пришло само, пусть и выглядело оно самоубийственным. Вот только вариантов у него оставалось только два. Либо отключить замки-присоски, рискнув, вытащить Игната или....
  
  
  ....- Ты куда нас забросил? - Тон Марка трудно было назвать дружелюбным. Вместо того чтобы оказаться в тесноте хозяйственного отсека, их выкинуло в весьма оживленном коридоре. Хорошо еще не среди довольно слаженно перемещавшейся толпы, а в небольшом боковом ответвлении.
  - Прости, друг, - Тимур пытался говорить игриво, но тревога и усталость пробивались сквозь шутливые нотки. - Задумался о девушках, вот и перепутал координаты.
  - Я тебе покажу девушек, - беззлобно фыркнул Марк.
  Если уж ошибся великий Тимур, легенда и надежда пространственников Земли, то выводы напрашивались сами собой. Он был на пределе.
  - Вы там прижмитесь к стеночке, - доносился по связи тихий голос Тимура. - А то ведь затопчут, как я потом в глаза Киру смотреть буду. Он ведь меня потом....
  Ворт поднял руку, привлекая внимание остальных. Марк замер, пытаясь понять, что смутило провидца, вокруг все было довольно спокойно. Если не считать, конечно, легкого гула от множества ног.
  Ждать долго не пришлось, звук был тихий, но явно выбивался из общего гомона.
  Ворт показал вглубь, туда, где заканчивался слепой отросток коридора, в котором они скрывались.
  Первым вперед скользнул Степан, чуть согнув руку с закрепленным на ней парализатором. Марк собрался двинуться следом, но Ворт его придержал, странно улыбаясь.
  Что вызвало хорошее настроение провидца спасатель узнал довольно скоро. Вернулся внешник не один. У него на руках удобно устроился довольно крупный рыжий с подпалинами щенок, дружелюбно повизгивая и тыкаясь носом в щиток.
  - Трофей? - хмыкнул один из Зверинских парней, протягивая ладонь, чтобы погладить собачонку.
  - А хозяин? - поинтересовался второй, явно не без умысла.
  - Дверь, наверное, забыл закрыть, - усмехнулся Степан, передавая добычу более крупному Марку. - Так что он у нас потеряшка.
  -Не потеряшка он, а проказник, - подхватил щенка спасатель. - Не сиделось ему дома....
  - Вы выбираться оттуда собираетесь, - в щели пространственного перехода появилось бледное, но довольное лицо Тимура. - О... - протянул он тут же, увидев рыжее чудо, которому было все равно, на кого изливать свою любовь. - Дай сюда.
  Проказник, еще не знавший, что уже обрел не только новое имя, но и новых хозяев, без страха потянулся к причмокивающему от предвкушения Тимуру....
  
  Последними к извивающемуся на траве лидеру подошли Ратхар и Каринэ. Пока Игнат предавался меланхолии, они носились между деревьев, распугивая местную живность. Несмотря на поразительную скорость, поймать девушку, которая как-то очень естественно использовала в качестве подмоги стихии, медведю не удавалось. Если судить по задорному смеху, доносившемуся оттуда, их обоих это не огорчало.
  А вот Игната.... Он не понимал того, что с ним происходило. Но смотреть на этих двоих, счастливых в своем искреннем веселье, Стерхову было досадно.
  Он слишком долго не подпускал к себе никого, что свыкся со своим одиночеством, воспринимал его частью себя. Приняв в какой-то момент, что второго шанса жизнь ему не даст, смирился с этим.
  Вот только не ожидал, что и он может ошибаться.
  Неожиданно лапы Проказника перестали топтаться на его груди, а шершавый язык - щекотать кожу.
  Подниматься не хотелось, но пришлось. Ратхар не зря забрал щенка, запах запекшегося мяса дразнил, намекая, что пришло время перебраться поближе к костру и возившимся возле него Степану и Николаю. Хозяйственную часть мероприятия они взяли на себя.
  Приняв протянутую Игорем ладонь, рванул тело вверх. Мышцы от удара на станции еще отзывались болью, но экзоскелет спас его от значительно больших проблем.
  - Я с тобой еще пообщаюсь, - пообещал Игнат скалящемуся Зверину и повернулся в сторону озера, неподалеку от которого они устроились. Нужно было смыть с себя следы щенячьей любви Проказника, который своим хозяином признал именно Игната, радуя всех остальных вот таким ее проявлением.
  Он не прошел и половины пути, когда услышал тихие шаги. Резко развернулся, никак не ожидая увидеть ее.
  Молчание было тягостным, но отзывалось в его душе непонятным предчувствием.
  - Ты не взял полотенце, - Каринэ протянула ему кусок вышитой белой ткани.
  Машинально отметив и смущение во взгляде девушки и то, что вышивка ему была знакома - он несколько раз заставал стихийщицу за этим весьма необычным занятием, Игнат дернул плечами. Понимая, что своим отказом обидит ее, но не имея сил бороться с тем, что давно уже умерло в его душе.
  - Не надо, - хрипло выдавил он, отступая. - Не надо.
  Обернулся он только у самой воды. Девушка продолжала стоять на том же месте, прижимая ткань к своей груди.
  
  
  

Глава 4

  - Мы на Карсите наделали шуму. Не всем в правительстве это понравилось.
  Игнат пожал плечами, словно говоря: "Сам там был, знаешь, иначе не получалось".
  Валанд кивнул в ответ на жест сына, но продолжил:
  - О том, что операцию санкционировал сам император, мало кто знал.
  - Политика! - язвительно отреагировал младший Стерхов и откинулся на спинку кресла. Собственный опыт подсказывал ему, что особо приятным этот разговор не будет.
  - Звучат предложения закрыть нашу контору.
  - А пространственников и внешников? - опять не удержался от ехидства Игнат.
  Валанд усмехнулся. Горько.
  - Их - тоже.
  Лидер от неожиданности даже свистнул. Не художественно, но выразительно.
  - А их-то за какие грехи?
  - Если бы ты видел довольные морды Кира и Шаумяна, не спрашивал бы. - Неожиданно мягкая улыбка тронула губы Валанда, сбрасывая ему лет двадцать.
  Как раз те самые, что вырыли пропасть между отцом и сыном.
  - Ну, Кира еще понятно, Тимур притащил такой богатый материал для исследований, что им надолго хватит. А Ренат-то чего радуется?
  Прежде чем ответить, Валанд поднялся со своего места и подошел к прозрачной перегородке, которая отделяла его кабинет от оперативного зала. Два десятка человек круглосуточно мониторили не только Восточный материк, но и остальные пять.
  Прошлое столетие было самым страшным в истории Земли, в этом стало значительно тише. Продолжало трясти, извергались вулканы, цунами и торнадо играли с людскими жизнями, но масштабы были уже не те. Да и службы, начиная от прогнозирования и, заканчивая, эвакуационными и спасателей, все свои действия отработали до автоматизма. Так что жертв практически не было. И, что было не менее важным, удавалось сберечь промышленные объекты.
  Оставалось перекрыть еще один источник глобальных катастроф, но, похоже, кто-то был заинтересован совершенно в ином.
  По большому счету ни Валанда, ни Игната интересовать это не должно было. Их дело предусмотреть, не допустить. Только на деле все было несколько иначе.
  - Ты еще спроси, чего это Зверинская команда от счастья чуть не лезгинку выплясывает?
  Игнат минуту помолчал, словно обдумывая сказанное отцом, потом спросил:
  - А чего это они чуть лезгинку не выплясывают?
  Валанд хмыкнул, давая понять, что оценил способность сына острить, но заговорил уже серьезно:
  - ИнтелНет гудит. Кто-то допустил утечку, только о вас и говорят.
  - О нас, - поправил его Игнат. - Это ты для этого нас в глухомань отправил? Предполагал?
  - Ну, опыт кой-какой есть.
  - А сам, значит, один за всех отдувался?
  Старший Стерхов оглянулся, удивленно посмотрев на сына. Ни самого вопроса, ни интонаций, с которыми он прозвучал, он не ожидал.
  - Тебе напомнить, каким тебя обратно притащили? А Каринэ?
  Игнат и хотел бы, да возразить было нечего. В себя он пришел еще на орбитальной станции, как раз за пару мгновений до того, как Тимур и Кир протянули переход, но тут же опять провалился в беспамятство. Медикологи потом объяснили, что не только удар был причиной: ментальные нагрузки, пространственный шторм.
  Вот за открытие этого явления Кир сначала прямо в медикологическом центре обложил своего ученика так, что невольные свидетели не знали, куда глаза деть. Благодарил уже позже, но не менее темпераментно.
  К Каринэ сознание вернулось только через двое суток. Игнат к тому времени передвигался уже сам, только спину поддерживал каркас. Так что был свидетелем не только самого события, но и того, как ни на мгновение не отходил от нее Ратхар.
  Потому, наверное, и оттолкнул девушку, когда они выбрались на озеро отпраздновать не только удачно выполненное задание, но и свое возвращение в полном составе.
  - А то ты намного лучше был? - решил восстановить справедливость Игнат. И добавил, уже тише: - Кстати, я тебя еще не поблагодарил.
  Валанд качнул головой - пустое. А потом с улыбкой добавил:
  - Пословица: одна голова хорошо, две лучше - своей актуальности до сих пор не потеряла.
  Говорить на эту тему Игнату сразу расхотелось. Не то чтобы было неприятно, ведь именно отец фактически и сделал то самое, невозможное, позволившее им вернуться победителями.
  Каждый из них сотворил все, что мог, выложился до конца. Так что Валанд был прав, когда говорил про вторую голову. Его успех - результат их работы.
  К тому же, как показала практика, на задании им было не до того, кто чей сын и как много у каждого камней за пазухой.
  И вот тут как раз следовало то "но", которое сводило на нет все остальное. Между ними уже давно не было тепла, гревшего обоих до тех печальных событий. Игнат с этим если не смирился, то принял, и менять что-либо не собирался. Ни сейчас, ни в будущем.
  - Так что решил Император?
  Приподняв бровь, Валанд внимательно посмотрел на сына.
  Тот не сдержался, хмыкнул. Эмоции, которые демонстрировал отец, были противоречивыми, но... он догадывался, что обе довольно точно отражали внутреннее состояние отца.
  - Считаешь, он со мной должен был разговаривать на подобные темы?
  Игнат продолжал усмехаться, но уже не так весело.
  - Отец, я, может, не разбираюсь в политике, но неплохо знаю тебя. Так что он решил?
  Старший Стерхов развел руками, сдаваясь перед напором одного единственного, но самого весомого аргумента.
  - Он считает, что Управление выдержало экзамен. У нас полный карт-бланш, если тебе, конечно, известно, что это такое.
  - Финансирование, люди, техника?
  - Свои подразделения пространственников, внешников, физ.защиты, аналитики, - продолжил перечисление Валанд.
  Игнат задумчиво опустил голову и тяжело вздохнул.
  - Что? - тут же отреагировал Валанд, но даже несколько растерялся, когда Игнат поднял на него шальной взгляд.
  - А кинологическая служба?
  Воспоминания о Проказнике хватило, чтобы вздыхали теперь оба.
  
  ***
  Игнат уже давно ушел - собирался посидеть с отчетами по операции и наметить схемы новых тренировок, его место занял непривычно тихий Шелест, а Валанд все никак не мог поймать ускользнувшую от его внимания мысль.
  Что-то крутилось в голове настолько важное, что ощущение невосполнимой потери сбивало дыхание, но как он не пытался вспомнить хотя бы обстоятельства, при которых это впервые дало о себе знать, у него ничего не получалось.
  От этого настроение, поднявшееся от того, что встреча с сыном не закончилась очередным непониманием, вновь резко ухудшилось. Это при Игнате он старался держать себя в руках и не показывать той гнетущей усталости, что преследовала его все эти дни после возвращения с Карсита, сейчас же силы закончились, как отрубило. Хорошо еще Тан всегда отличался тактичностью, без особой нужды предпочитал в душу не лезть. В помощи никогда не отказывал, но сам не навязывался.
  - Что по комплексу? - Усталость - усталостью, а проблемы имели свойство со временем только накапливаться.
  Шелест приподнял бровь, словно уточняя: это именно то, что командир сейчас хотел услышать, но ответил:
  - В принципе, все готово, можно перебираться. - Усмехнулся, пожав плечами. - Только великоват он для нас. Или... мы пока малы для него.
  Возможно, он собирался еще что добавить, но осекся, когда дверь в кабинет открылась и внутрь как-то странно озираясь, протиснулся Зверин.
  - Опять Проказник из вольера сбежал? - понятливо хмыкнул Валанд, осознавая, что при одном воспоминании о вездесущем щенке, на душе стало легче.
  Умильная морда четвероного питомца сбивала с толку всех, кто с ним общался. Стерхов не видел ни одного, кто бы не выпустил малыша из отведенного ему закутка, когда тот демонстрировал вселенскую скорбь. Опущенная морда и тоскливый взгляд обманули и самого Командора, когда тот увидел это представление в первый раз. Во второй и последующие повторилось то же самое.
  - Точно, - кивнул Игорь, плотно прикрыв дверь. - Кир с Тимуром довольно оживленно обсуждали теорию пространственных штормов, а это чудо посчитало, что играют с ним. Тимур успел отреагировать, а вот Кир едва не пал под натиском налетевших на него килограммов.
  - А тебе, как я вижу, до сих пор весело? - Валанд честно пытался сохранить серьезное выражение лица, но представив картину, которую весьма живописно описал Зверин, не сдержался. Улыбка была едва заметной, но - была.
  - Извини, друг, - Игорь, прежде чем сесть напротив Шелеста, протянул ему руку, здороваясь, - но эти его проделки ничто, по сравнению с тем, что он будет вытворять через годик. Притащить-то они его притащили, а вот никто не подумал, что от этой породы на Земле остались лишь упоминания, что такая была. Где мы ему невесту искать будем?
  Сказано было все вполне серьезно, и если бы не лукавый взгляд, Стерхов бы принял сомнения Зверина за чистую монету.
  - Там же, где взяли жениха, - хмыкнул он, но тут же перевел разговора. - Удалось что-нибудь прояснить?
  Игорь, удрученно, развел руками.
  - Под подозрением остается четверо из аналитиков, двое внешников и столько же из пространственников. Среди них и Кир.
  - А Тимур?
  - Только не говори, что ты спрашиваешь всерьез, - хмуро протянул Зверин и подмигнул уж больно угрюмому Тану.
  Тот был в курсе не только возникших подозрений, но и того, что Игорь Зверин, которого все остальные знали, как лидера группы физ.защиты, на самом деле является одним из заместителей Валанда - младшим командиром СБ УГК. Это его звание предпочитали не афишировать, как и наличие самой службы безопасности. Задачи управления считались мирными и появление таких специалистов выглядело хоть и объяснимо, но не могло не вызывать тревоги. Так что старший Стерхов принял решение обойтись без таблички на двери и должности в доступном большинству штатном расписании.
  Император, который пусть и негласно, но контролировал деятельность конторы, как ее прозвали в своей среде, согласился с мнением Валанда. Впрочем, у последнего несколько раз возникало ощущение, что глава Восточного континента сам подтолкнул его к нему. Чтобы увериться в этом, достаточно было внимательно проанализировать их разговоры в то время, когда Стерхов еще служил в Управлении аварийных команд.
  Выводы из всего этого напрашивались неутешительные. Что-то происходило внутри недр системы. Пока еще незаметное, но вполне способное усложнить и без того непростую жизнь.
  Земля приходила в себя после столетия глобальных катаклизмов. Человечество не только выжило, но и сумело изменить себя настолько, что между жизнеспособностью планеты и человека ставился знак равенства. Одно не ставилось на службу другому - жить хотелось всем. Ради того, чтобы их детям было где наблюдать чарующую красоту рассветов, без страха ложиться спать и просыпаться будучи уверенным в новом дне, люди готовы были поступиться сегодняшними удобствами. Города под землей и на дне морей, промышленные комплексы на платформах и восстанавливающиеся леса, поля, чистые реки и воздух, стали приметами этого времени.
  Кого-то такое положение дел не устраивало.
  Стерхов предполагал возможное наличие внешней угрозы. Как только геоклиматическая обстановка на Земле стабилизировалась, многие в правительстве не только Возрожденной России, но и других государств, возникших на обломках существовавших в период до Предела, как назвали историки середину двадцать первого века, забыли о содружестве и вспомнили о лидерстве. Пока еще о лидерстве, до открытого противостояния, слава Богу, еще не дошло.
   Вот только не верилось ему, что аварийные службы были настолько уж интересны иным разведкам. Причина была где-то здесь, поблизости, среди своих.
  - Киру я верю не меньше, чем Тимуру. - Стерхов мысленно передал команду на активацию голографического экрана. Когда тот замерцал в воздухе искорками, вывел информацию, о которой до этого мгновения знали лишь двое.
  Шелест откинулся на спинку кресла первым. Он был хорошим хозяйственником и организатором. Для него люди, что служили вместе с ним, легко соотносились с количеством необходимых столов, стульев, операторских мест, зон отдыха, тренировочных тренажеров. Он без особого труда держал в памяти необходимости, первоочередные потребности, лимиты и ограничения. Он лучше иных провидцев видел проблемы там, где их наличие еще нельзя было предположить.
  У того через полгода подтверждение квалификации и... собирается рожать жена. Сам виновник наслаивающихся событий еще и в ус не дует, а Тан уже прикидывает, как перевести будущего счастливого отца в группу, что сдает пораньше.
  У другого - пенсионный возраст не за горами. Спасателем работать уже не сможет, а вот оператором или на обслуживающей должности, еще вполне, силы есть. Так Шелест и замену подберет заранее, так, что об этом кроме него знать никто не будет, да и морально подготовит, чтобы столь кардинальные изменения не стали неприятным сюрпризом.
  А когда уж дело касалось двух Стерховых... цены Тану не было. Только ему одному удавалось вовремя развести их в разные стороны, чтобы не рвануло почище того самого Стерхау, который столько бед натворил.
  Вот эти самые способности сейчас и помогли ему с одного взгляда понять то, что хотел донести до них Валанд. Кир знал о нестыковках со временем по спасательной операции на Карсите. Видел благополучный конец, который противоречил расчетам аналитиков. Предполагал наличие неучтенного фактора, благодаря которому вся ситуация оставалась неоднозначной. Единственное, что оказалось не в его силах - этот самый фактор найти.
  - Так ты знал? - Зверин выглядел несколько обескураженным.
  Стерхов хмыкнул, а потом, демонстрируя чрезвычайную задумчивость, уточнил:
  - Проказника ты учил?
  Валанд и Тан расхохотались первыми. Судя по обиженной физиономии Игоря, Стерхов в своих предположениях оказался прав. Вот только обижался Зверин не долго, уж больно заразительным был смех.
  Успокоились не скоро, каждому из них нужна была разрядка. Так что затихали, потом кто-нибудь вспоминал об одной из множества проказ Проказника, и все начиналось снова. За две недели на базе щенок успел обзавестись богатой историей.
  Веселье прервал чуть слышный щелчок на браслете Зверина. Тот прервал смех на полузвуке, его лицо стало жестким и отрешенным.
  - Решение правительства, - произнес он спустя мгновение. Судя по всему, информация пришла по личному каналу, раз Валанд и Тан ее не получили. - Закрыли Алою. Император подписал соответствующий указ.
  - Кому-то наши подвиги очень не нравятся, - тут же нахмурился Шелест. - Мы рассчитывали перетащить оттуда еще парочку стихийщиков. - И добавил, зло. - Не успели.
  - Ну, это мы еще посмотрим, - подмигнул ему Игорь. Правда, без обычного лукавства. - Как говорили древние: если нельзя, но очень нужно....
  - Это были не древние, и говорили не так, - поправил его Тан, но как-то машинально, без эмоций.
  - Не важно, как они говорили, - возразил ему Игорь, но продолжил, уже обращаясь к Валанду. - Мы тут кое с кем предполагали нечто подобное. Четырех ребят вытащили от сканиров. По документам внешников их, вроде как, не существует.
  - И где они сейчас? - тут же насторожился Стерхов. Он, как и его сын, не любил политику. Вот только его об этих чувствах никто не спрашивал.
  - Мы их оставили в дружественном клане на Триаме. Там из них мужиков делают.
  - Это как? - с недвусмысленной усмешкой уточнил Тан.
  Игорь, отмахнувшись от Шелеста, как от назойливой мухи, обернулся к Валанду. Зря. Тот поглядывал на него не менее многозначительным взглядом.
  - Вам уже о покое думать надо, а все туда же, о бабах, - хмыкнул Зверин, довольный результатом. - Вот вернусь оттуда, расскажу. А вы пока думайте, как их здесь легализовать. Что б потом никто не придрался.
  - Усыновить их, что ли? - чуть слышно прошептал Тан, не меньше Игоря радуясь тому, что Стерхов слегка "ожил". Смотреть на осунувшегося друга было больно.
  - Ну, если другого варианта не будет.... - протянул Зверин, поднимаясь. И уже у самой двери закончил: - Вся информация по ним у Мастера. Ты, - обращался он к Шелесту, - с ним свяжись, он тебе кое-какие идейки подбросит.
  - Как же без Мастера, - пробормотал Тан и кивнул Стерхову на дверь, которую как раз открывал Игорь.
  Счастливая щенячья морда показалась в проеме, и комнату огласило задорное гавканье, которое перемежалось уговорами Зверина оставить его в покое.
  
  ***
  Сухие строчки отчетов, схемы, записи, сканы ментальных образов.... При взгляде на них прошедшая операция приобретала объем, в котором последовательность действий становилась слаженной работой команды.
  Игнат не то, чтобы любил возвращаться к тому, что уже стало прошлым, но считал: именно в нем лежат истоки будущих решений. Не просто еще раз пережить - убедиться, что сделано все и даже больше, попытаться найти другие возможные варианты, переступить через сложившиеся стереотипы, сломать устоявшееся на уровне подсознания, когда каждый твой шаг совершается до того, как ты сам осознаешь его потребность.
  Обычно ему это удавалось. Взгляд замечал то излишнюю суетливость, то не самый оптимальный путь, то ошибку в расчете.
  В этот раз все было далеко не так. То, что он видел, происходило "не потому что", а - "вопреки". Так что, глядя на экран, лидер вновь и вновь ловил себя на мысли, что если бы не удача.... Ее сложно было причислить к членам команды, но в нее верил каждый спасатель, может и не моля, но уповая на ее благосклонность.
  Не имея четкого плана, рассчитывая на множество "если", полагаясь больше на собственное наитие, чем расклад аналитиков, - такой операции у него еще не было. И, он очень на это надеялся, не будет. Слишком многое зависело не от него.
  Игнат таких ситуаций не любил.
  К тому же, были в ней и другие странности, с которыми он был не прочь разобраться. Начиная с появления на выходе Императора, продолжая поведением группы Зверина, которое не слишком-то и вписывалось в его, Игната, представления о физ.защите и заканчивая словами отца о том, что не все довольны ее результатами.
  Оборвав себя, что думает не о том (нужно было наметить план тренировок), Игнат вновь запустил запись. Его задачей было подготовить команду ко всяким неожиданностям, для всего остального существовал отец.
  Вызов Зверина на входном сканере прервал неспешный ход мыслей, часть из которых он в виде слов-крючков набрасывал на чистом листе. Старая привычка.
  - Опять соорудил из кабинета неприступную крепость? - вместо приветствия усмехнулся Игорь, заходя в комнату первым. Намек был весьма прозрачным: мало кто в конторе не знал, что если дверь закрыта - лидер занимается разбором полетов с самим собой.
  Что следовало за этим, тоже тайной не являлось, потому и посматривали с тревогой на высвечивающийся на панели значок: не беспокоить. Игнат, разбирая прошедшие операции, не щадил ни себя, ни других.
  Вот только Зверин, словно не заметил предупреждения. Как и появившийся следом Степан.
  - Надеюсь, у тебя что-то действительно важное. - Игнат потянулся, не поднимаясь из-за стола, устало потер шею, только теперь сообразив, что просидел за работой почти весь день.
  - Ты даже не догадываешься, насколько, - заговорщицки подмигнул внешник, без приглашения усаживаясь в кресло. - У нас тут одно мероприятие намечается....
  - Да погоди ты, - оборвал его Зверин и, сдвинув бумаги Игната, уселся прямо на стол. - Надо вытащить четырех парней с Триама.
  - Так не наша это забота. Да и Ратхар, вроде, оттуда. - Игнат уже догадался, что дело "не чисто", но в чем подвох пока не догадывался.
  - Он с другого материка. И заботу эту лучше никому не доверять. - Вполне резонно заметил Степан, но тут же стушевался под тяжелым взглядом Игоря.
  - Ратхар тоже пойдет, пригодится. Но нужно, чтобы ты сам посмотрел.
  - Ох, темнишь ты, что-то, Игорь, - выдал свой вердикт Игнат и тут же посмурнел. В памяти всплыли возникшие недавно подозрения.
  - Еще как, - с мальчишеским восторгом заявил вдруг Зверин, смущая Стерхова своей искренностью. - Но все на благо дела.
  - Осталось выяснить, какого? - продолжал хмуриться Игнат, но теперь уже по другой причине.
  Игорь был слишком живым, в сравнении с ним. Он как-то слишком быстро занял довольно обширную часть в его жизни, стал необходимым. Это даже не смущало - вызывало тревогу. Игнат привык быть один.
  Но отвечать холодностью тому, кто спас ему жизнь, лидер просто не мог.
  - Когда узнаешь, еще спасибо скажешь, - фыркнул Игорь, только в глазах мелькнула тень, словно все мысли Игната оказались ему доступны. - И поторопись, нас уже ждут.
  Догадавшись, что другого ответа не будет, Игнат был вынужден подчиниться. Если быть честным, он не слишком-то был и против. Глаз уже давно "замылился", так что передышка была кстати.
  На станции, где находился портальный зал пространственников, они оказались минут через сорок. Кроме Степана и Зверина, с ними отправились еще Ратхар, Тимур и Марк.
  Пока добирались, Игорь успел просветить, что не хотел брать с собой оборотня, все ж таки родной мир, медведь мог отреагировать на возвращение неадекватно, но Марк настоял. Сначала убедил, что двуипостасному необходимо развеяться - техническая составляющая Земли не могла не давить ему на психику, а потом и буквально взвалил ответственность на себя.
  На базе количество желающих развлечься в чужом мире (это были слова Игоря, за которые внешники пригрозили его больше никуда не пускать) увеличилось, их встретила еще парочка коллег Степана. Ян, невысокий, смуглый, с чуть раскосыми глазами и Анжи, светловолосый, голубоглазый и настолько вежливый, что через пару минут это начало напрягать не только привыкшего к краткости в общении Игната, но и остальных. Хорошо еще, общение долгим не было.
  Всех заставили принять душ с грубоватым на ощупь мылом. Аромат был незнакомым, но явно травяным. Каждому выдали комплект одежды: прямые брюки из плотной ткани, заправлявшиеся в короткие, очень мягкие сапоги с упругой подошвой, рубаху до середины бедра на шнуровке и кожаную куртку под запах, которая перетягивалась широким ремнем. Ко всему прилагалась перевязь с кинжалом.
  Пришлепнули за ухо пластины лингвесторов*, тут же принявшие цвет кожи, выдали парализаторы (на крайний случай), коротко проинструктировали. Это касалось тех, что шел впервые.
  Запретов было несколько, основной - один: женщины клана. Смотреть - смотрите, можно даже высказывать комплименты, но, ни в коем случае не прикасаться. За это - немедленная смерть.
  Заметив, как побледнел Ратхар, Игнат понял: тот уже сообразил, в гости к кому они направлялись. Потому и не удивился, когда на вопрос Марка: "А если придется спасать?", ответил именно медведь:
  - Они сами способны за себя постоять. - А потом добавил. - Но если такое вдруг произойдет, и женщина это подтвердит, то ее род предложить стать кровником. - Пауза, тяжелый вздох, после которого внимание всех присутствующих направлено на оборотня. - Лучше не соглашаться. Берешь выкуп за ее жизнь и валишь, как можно дальше.
  Попытки выяснить подробности у Яна не увенчались успехом. Он ограничился одной фразой:
  - Сами увидите.
  Пришлось смириться, переход уже зафиксировали.
  Портал вывел на поляну в лесу.
  - Это что? - Тимур, ступив на землю, остановился в растерянности.
  Ян и Анжи, работавшие по этому миру, довольно скалились.
  - Тайга это называется, недоросль, - хлопнул по плечу пространственника показавшийся молчаливым смугляк. - На Земле такой еще долго не будет.
  Как ни хотелось с этим поспорить, особенно Игнату, который был пусть и не намного, но старше всех остальных, пришлось согласиться. Не хватало у лесов родины этой необузданной дикости, они все еще были похожи на выверенные усердным садовником парки.
  Но поразило не только это. Когда закончились пусть и сдержанные, но охи и ахи, из-за деревьев, словно приведение выступил мужчина. Высокий, широкоплечий, он ничем не уступал Ратхару. Однако если оборотень выглядел тяжелым, то этот казался свитым из жил.
  Короткий ежик черных волос, небольшой камушек-сережка в левом ухе, смуглый. Одет, как и они, только брюки не тканные, а кожаные. Да из оружия два меча - один на поясе, второй в наспинных ножнах, и кинжалов побольше, это из тех, что на виду.
  Зверин тут же прикрыл собой Игната, успев толкнуть себе за спину и Тимура, но заметив, как навстречу гостю двинулся Анжи, подняв согнутую правую руку вверх, несколько расслабился. Внешник не выглядел напряженным, скорее, удивительно тихим.
  - Это твои друзья?
  Лингвестор позволял не только понимать чужую речь, но и слышать слова, произнесенные в полутора десятках метров от них.
  - Я ручаюсь за каждого. - Анжи коснулся плеча незнакомца в приветственном жесте.
  Тот ответил ему тем же и первым пошел к центру поляны, где ждали остальные.
  - Назови им мое имя, - попросил мужчина, когда они остановились, не дойдя нескольких шагов.
  Игнату не пришлось напрягаться, чтобы вспомнить, о чем их предупреждал внешник. Назвать имя - признать, что ты не враг и пришел с миром. Раз за них поручились, первым представляется проводник, которым и был незнакомец, гарантируя их относительную безопасность на территории клана. Абсолютной безопасности в этом мире обещать не мог никто.
  - Зандор, свободный воин. - И добавил, почему-то смотря именно на медведя. - Даркон.
  Лидер не мог видеть лица Ратхара, но заметил удивление в глазах Зандора. Что порадовало, не было в нем ни опаски, ни враждебности. Он просто не ожидал увидеть оборотня среди пришлых.
  Игнат представлялся последним, первым был Степан, подавал пример.
  Подошел на шаг к даркону, назвался, не отводя взгляда, как требовал ритуал, коснулся раскрытой ладонью плеча, получил в ответ такой же жест. Уже собирался отступить, уступая место Анжи, который в группе был главным, когда услышал неожиданное:
  - Я буду с тобой драться.
  Торопиться реагировать на заявление не стал. Анжи воспринял все спокойно, да и Ян только закатил глаза, но выглядело это пусть и многозначительно, но с налетом добродушного ехидства и предвкушения. Делать выводы стоило глядя на них, а не на слегка занервничавшего Зверина.
  То, что поступил правильно, понял довольно скоро. Путем мудреных перемещений Анжи оказался рядом, ну и объяснил.
  - Это - честь. Он признал в тебе воина, равного ему. - А для слишком рано расслабившегося Игоря пояснил: - Зандор один из лучших борцов. Он не каждому бросает вызов.
  Шли они не очень долго, минут тридцать. Вроде и время было подумать, чем Игнату грозит такое внимание, но поразмышлять не удалось. Тропы не было, как вел Зандор разобрать сложно. Несмотря на некоторые навыки, уже через сотню шагов Стерхов не сумел определить, где находилась точка выхода.
  Лес вокруг был хвойным, тяжелым, сумрачным. Любое свободное пространство, куда сквозь мощную крону пробивались солнечные лучи, заполнял невысокий, но колючий кустарник, усыпанный яркими ягодами. Ян еще в самом начале похода, указав на них, подтвердил, что съедобные.
  Высокая трава, поднимавшаяся выше колен и похожая на раскрытые зонтики, не давала разглядеть мелкую живность, что без малейшей опаски шмыгала по земле. Время от времени кто-нибудь из их компании (за исключением Зандора и Ратхара), непроизвольно вздрагивал, когда чье-то гибкое тело вдруг касалось ноги.
  Заметив это впервые, даркон, без малейшей улыбки, которая была ожидаема в такой ситуации, пояснил, что эту мелюзгу воспринимать всерьез не стоит. А что покрупнее в это время ближе, чем на два дня пути не встретишь. Подлетки*, доказывая свое право носить мужской пояс, перебили все в округе.
  Селение, куда они направлялись, появилось внезапно. Только что перед глазами не было ничего, кроме частокола деревьев, а уже мгновение спустя великаны расступились, выпуская их свободу.
  Справа доносился шум реки, но ее самой не было видно за чередой добротных, пусть и одноэтажных домов. Впрочем, Игнат сразу понял, что мог и ошибиться. Со вторым, но не первым. Пусть он был и техномаг, но ощутить основательность построек мог без проблем. А вот с другим своим выводом он поторопился, деревья окружали каждый дом плотной стеной, так что не разберешь, сколько там этажей: один или два.
  - У вас нет врагов?
  Зандор остановился, давая им возможность осмотреться, чем и воспользовался Марк, задавая свой вопрос. Разговаривать в лесу даркон запретил.
  - Не верь глазам своим, - защищая хозяев, произнес лидер. - Я бы не раз подумал, прежде чем сунуться туда.
  - Я не ошибся в тебе, - с какой-то гордостью отреагировал на слова Игната даркон, и продолжил, уже для Марка. - Мы не только воины, но и маги. Чужак не пройдет и половины пути, а если и найдется умелец, то и его будет, чем остановить.
  Марк кивнул. Проверять истинность слов Зандора он явно не собирался.
  А даркон уже вел их в другую от селения сторону. Там, вокруг засыпанной слоем песка площадки устанавливали факелы.
  Не успел Игнат еще подумать о том, что раз хозяева маги, можно было бы воспользоваться и другим способом осветить будущее место представления, как Анжи, который оказался рядом, шепнул в самое ухо:
  - Это один из пяти священных обрядов. Все проходит, как и много веков назад.
  Словно подтверждая его слова, за рядом факелов, прямо на траву, начали стелить домотканые дорожки. Грубые, но украшенные рисунками.
  - А те - тоже гости? - Игнат незаметно указал еще на одну группку людей, среди которых тоже выделялся даркон.
  - На сам обряд, - обернулся Зандор, улыбаясь с каким-то внутренним спокойствием, - мы приглашаем всех, кто готов соблюдать законы нашего клана. Все, что вы увидите здесь - уже формальность. Подлетки прошли все испытания, им осталось только одно.
  Игнат продолжать смотреть на даркона, показывая свою заинтересованность. Тот не отказался удовлетворить любопытство.
  - Понравится девушкам, - засмеялся он, повернувшись в сторону домов. - Когда взойдет луна, матери приведут своих дочерей, посмотреть на юных мужчин. Оценить их силу, ловкость, как они ведут себя среди старших. Многие из сегодняшних юнцов уже в этом году обзаведутся женами, если не подадутся в найм.
  - В найм?
  - Мы - воины, - тут же стал серьезным Зандор. - Охотой мы живем, но дышим боем. Двуипостасный, - он кивнул на Ратхара, - подтвердит мои слова. Любой правитель этого мира рад заполучить себе обученного даркона в телохранителя.
  Оглядываться на медведя, чтобы удостовериться в словах оборотня, лидер не стал. Все, что он уже успел увидеть, их подтверждало. Да и продолжить разговор не удалось, Зандора позвали и он, оставив всех на Яна и Анжи, направился к группе мужчин, стоявших у самой площадки.
  В следующий раз Игнат столкнулся с дарконом, когда тот остановился напротив и ударив себя кулаком в грудь, вызвал на тот самый бой, о котором предупредил.
  Но произошло это уже значительно за полночь.
  Сам же обряд начался, когда солнце окончательно скрылось за дальним холмом.
  Мужчины клана и гости уже сидели на постеленных дорожках, кто, поджав ноги под себя, кто на небольших подушечках, когда на освещенное факелами пространство вышли двенадцать юношей. Их одежда отличалась от одежды взрослых дарконов большей простотой, словно должна была не только согревать и укрывать тело, но и прятать его форму, настолько мешковато смотрелась. Вот только легкости движений скрыть не могла.
  - Как на подбор! - не сдержал своего восхищений Тимур. - Это во сколько же их начинают тренировать?
  - С четырех лет, - ответил Ян, он сидел ближе к пространственнику. - А в одиннадцать тех, кто хочет стать воином, забирают из дома родителей в младшую казарму. В пятнадцать переводят в среднюю. А в двадцать лучшие уходят на две луны в дальние земли.
  - Эти земли принадлежат нечисти, - вклинился Анжи, но тут же привлек внимание всех к тому, что происходило на площадке. - Начинается.
  Откуда-то из темноты донеслись ритмичные звуки, волнуя кровь, вытягивая из души то, что и словами-то выразить трудно. Тут и жажда свободы; ощущение силы, в которой не манящее желание могущества, а стремление сберечь, защитить. Нежность для ночи, наполненной любовью и стойкая воля для дня, в который жизнь принесет испытание.
  Игнат отвлекся лишь на мгновение, пытаясь разобраться с тем, что происходило с ним, а на песке, босыми ногами воины, среди которых были и юноши, уже танцевали незнакомый, но отдающийся в сердце узнаванием, танец. Все, чему он нашел слова, чтобы выразить свое состояние, было в этих четких, ладных движениях.
  - Проняло? - толкнул его в бок Ян. - А потом шепотом добавил, - Если хочешь, иди в круг. Тебе сегодня драться, так что можно.
  Игнат хотел, да и не только он один, даже оборотень чуть наклонился вперед, словно стремясь туда, где три дюжины тел воспринимались, как одно, но не решился. Не решился нарушить идеальный рисунок, почувствовать свою чуждость этому миру.
  Танец закончился неожиданно, музыка оборвалась, оставив после себя оглушительную тишину. На площадке стояли лишь двенадцать подлетков. Когда и куда делись остальные, Игнат не заметил.
  - А вот и девушки.
  Голос Яна словно вывел из оцепенения. Но Стерхов лишь на мгновение посмотрел в ту сторону, куда показывал внешник. И, отметив, что женщины дарков вполне соответствуют их представлениям о красоте, вновь вернулся к происходящему на площадке. Только отметил, что внешняя беззащитность Каринэ импонирует ему больше, чем уверенность в себе и независимость, которые он успел если и не заметить, то ощутить.
  Как и предупредил Зандор, это были скорее показательные выступления, чем, действительно, испытания. Юноши демонстрировали бой с тенью - упражнения с оружием, которые тоже были похожи на танец. В одиночку, двое, трое.
  Смуглые тела, обнаженные по пояс, поблескивали потом в играющем свете факелов. Клинки звенели и пели, создавая фон, зрители подбадривали, похлопывая ладонью по колену. С того края, где стайкой расселись будущие невесты под присмотром своих матерей, время от времени доносились смешки. Похоже, ни в одном из миров веера женщины не чурались обсуждать достоинства мужчин.
  Как ни странно, в этот раз это не вызывало неприятия. Все, что окружало Игната, было живым, гармоничным, дополняющим одно другим, создавая цельный образ, в котором он сбросил груз забот, что тянул столько лет и словно вновь стал бесшабашным мальчишкой, каким уже давно не был.
  А потом началось сам ритуал вхождения во взрослую жизнь. В центр вышел уже немолодой воин (Анжи пояснил, что это - старейшина клана), справа от него встал Зандор, слева - молодая женщина с небольшим животиком.
  - Она олицетворяет самое святое для клана: мать и ребенка, - пояснил теперь уже Ян. - Клясться подлетки будут старейшине, а вот принимает их клятву именно она.
  Задумываться о том, насколько это правильно или неправильно, Игнат не стал. Но что-то в душе отзывалось, до легкой зависти, до неисполнимого желания бросить все и перебраться сюда.
  Да и слова клятвы: защищать, беречь, быть опорой.... Это были слова, которые он мог бы произнести и сам.
  - А вот и самое интересное, - как-то весьма многозначительно усмехнулся Ян, опять толкая Игната локтем в бок.
  Очень во время. На песчаной арене осталось двое: Зандор и один из молодых воинов, только что получивший, как символ начала взрослой жизни, широкий ремень, к которому крепились ножны.
  - Смотри внимательно, они будут сражаться в своей боевой форме.
  Даже без подобного намека, Игнат не мог оторвать глаз о того действа, что происходило на площадке. Да и остальные зрители тоже.
  Зандор скинул куртку, потом рубашку. Сбросил сапоги, оставшись босиком.
  Гортанный звук понесся к подсвеченному звездами небу, а за его спиной, со звучным хлопком распахнулись крылья. Они напоминали крылья летучей мыши - тонкое полотно, натянутое на остов, словно растопыренные пальцы огромной ладони. Вот только ткань была похожа на тонкое, чуть светящееся в темноте кружево, а каждый "палец" венчал огромный загнутый коготь.
  "И мне с этим придется бороться?!" - мысленно, то ли ужаснулся, то ли восхитился Игнат. Но тут же забыл обо всем.
  Слишком невероятным, слишком красивым, невозможным был этот бой.
  
  

Глава 5

  С Триама они притащили не четверых, как предупреждал Игорь, а пятерых. Зандор поставил всех перед фактом, что отправляется с ними. Причина была до смешного проста: он должен. Что-то такое он увидел в Игнате, что заставляло даркона следовать за ним.
  Можно было бы конечно отказать, вот только для внешников дорога в этот мир оказалась бы раз и навсегда закрыта. Влияние этой расы на другие не выглядело явственным, но именно таковым и являлось.
  А ведь поначалу все было так здорово.
  Закончив показательный бой с юным воином, только что давшим клятву клану, даркон, скрыв боевую ипостась и накинув на себя рубашку, подошел к их группе. Гостей оказалось немного, и их расположили напротив друг друга, через площадку.
   Попросив Яна пододвинуться, воин устроился рядом с напрягшимся Игнатом. После увиденного ввязываться в драку тому точно не хотелось. Но Зандор словно забыл о своих словах, сидел рядом и рассказывал, чем продолжится праздник.
  "Первый танец воина", как назывался тот самый показательный бой, лишь предварял празднество. После него как раз матери уводили девушек, и начинался чисто мужской сабантуй.
  Столы не накрывали. Юноши, которым через год-два предстояло доказать свое право на мужской пояс, ходили между рядами зрителей-участников и раздавали тарелки с мясом. От его аромата желудок сводило судорогой.
  Зверин с равнодушием относился к изыскам, но тут с трудом сдерживал себя, чтобы не впиться зубами в сочный кусок, забыв обо всем остальном. Чаши с питьем тоже подавали, разбавленное водой вино, чтобы только сбросить напряжение.
  - Сейчас начнутся бои. Любой желающий может бросить вызов даркону. Победит - прославит свое имя, - неожиданно выдал Зандор, когда все слегка расслабились.
  Как ни странно, еда не добавила телу тяжести, скорее наоборот. Игорь догадывался, что причиной тому были специи. Единственное, чего не понимал, почему Ян и Анжи до сих пор не наладили их поставку на Землю.
  Появившаяся мысль тут же расставила все по своим местам. Даже если и пытались, пока служба экологии взвесит все за и против.... Быстрее будет вместе с внешниками заглядывать в гости. Тем более что их, вроде, гнать пока не собирались.
  Но это была не единственная возникшая идея. Не будь он младший командир СБ, чтобы не соотнести одно с другим. В этом ракурсе и история с Ялоей приобретала совершенно иной оттенок.
  Но все это могло сейчас подождать, было у него дело и поважнее. Прежде чем пустить на арену Игната, стоило пройти испытание дарконами самому.
  Это решение Игорь принял неожиданно, но чувствовал, что по-другому он не может.
  - Пойду-ка я, разомнусь, что ли.
  - Сначала выбери противника, - придержал Зверина Зандор.
  - Да уж выбрал, - усмехнулся тот, только теперь сообразив, почему взгляд все время возвращался к одному и тому же воину, сидевшему чуть в стороне. Вроде и видел больше со спины, но было в нем что-то, смутно напоминающее мастера по рукопашке. Зандор проследил, куда смотрел Игорь, удовлетворенно кивнул.
  - Подойдешь к нему, приложи правую ладонь к груди. В кулак не складывай, это жест равного равному, а так он даст тебе время оценить себя. Ответит тем же, бой будет, сделает вид, что не видит, отходи, не настаивай.
  - Ты уверен? - остановил следом Игнат. Встал, посмотрел своим тяжелым взглядом, словно припечатал.
  И ведь не намного старше, да и служба научила Игоря многому, а вот перед младшим Стерховым не то чтобы пасовал.... Стыдился, за то, что вынужден обманывать. Не оправдывало даже то, что это был не столько обман, сколько недомолвки. Для его же спокойствия лидеру не стоило знать о Зверине лишнее, но Игорь предвидел, насколько осложнит это их взаимоотношения, когда правда вылезет наружу.
  А рано или поздно это обязательно случится.
  - У вас проигравших не убивают? - с намеком усмехнулся Зверин, обращаясь к Зандору.
  Тот тоже улыбнулся, давая понять, что юмор понял. Потом склонился к самому уху и шепнул, но так, чтобы слышно было и остальным:
  - Мы ж не дикари.
  Дикари, не дикари, но воин вызов принял. Ну и накостылял, правда, сначала несколько минут гонял по арене к удовольствию всех зрителей. Игорь тоже в накладе не остался, не зря ж у своего наставника в любимчиках ходил. Так что хоть и проиграл, даркон завернул его в такой узел, что легче разрубить, чем распутать, оба были довольны.
  Только сошли с песка на траву, как недавний противник коснулся плеча и назвался:
  - Огорь.
  - Игорь, - повторил жест Зверин и хмыкнул. Игорь - Огорь... в этом было что-то мистическое.
  Следом за Звериным на площадку вышел Ратхар, но тут уж вызывали его. Парень из молодых, только оперившихся, как прокомментировал безрассудство своего родича Зандор.
  Что он имел в виду, стало понятно очень быстро. Оборотень перекидываться не стал, но земляне уже видели, насколько он быстр и в человеческой форме. Быстр и силен.
  Даркон, похоже, о двуипостасных до этого только слышал, потому и оказался не готов к тому, что его просто выкинули за круг, прямо в ряды зрителей.
  Смеялись все, но без язвительности. Это был праздник и... хорошая школа. Для всех.
  Бои сменяли друг друга. Тимур проиграл, но когда старейшина узнал, что этот улыбчивый и еще очень молодой парень - пространственник, каких поискать, ничуть не стесняясь, просил о помощи выстроить стационарный портал к дальним дозорам. Тот согласился, но отправил к Игнату, как самому среди них главному.
  Сам Стерхов тоже не собирался отказывать, уже знал, кого именно приютил у себя клан дарконов, но не посоветовавшись с внешниками, дать ответ не мог. Выручили всех Зверин и Зандор.
  Зандор о чем-то пошептался с Игорем, тот был явно удивлен услышанным, но кивнул, соглашаясь. Потом уже Зверин, отведя Игната в сторонку, красочно описал все преимущества такого сотрудничества.
  Игнат, конечно, понимал, что всех перспектив - нормальные отношения с расой, с которой считались многие в этом мире, но дал себя уговорить. К тому же, Зверин выглядел настолько уморительно, что стоявшие в паре шагов от них Ян и Анжи с трудом сдерживали смех.
  Это не избавило Стерхова от той тени подозрений, что продолжала накладываться на образ Игоря и отравлять своей настойчивостью, но на какое-то время смягчило их, сделало неважными.
  В эту ночь многое казалось ему неважным.
  Потом на песок выступил Степан, его сменил Марк, кто-то из другой группы гостей, которых Зандор назвал хартами*. Оружие никто не использовал. Не будь все так притягательно красиво, вполне могло сойти за банальный мордобой.
  Подбадривающие крики, хлопки по коленям, воинственный клич: дженкай - сразись, который земляне орали вместе с дарконами.... Игнат потерялся во времени, потерялся в чувствах, осознавая лишь одно: все это - правильно. И ему оставалось только радоваться, что случай привел его сюда.
  - Пойдем со мной, - рука Зандора легла на плечо Игната.
  - Моя очередь?
  Стерхов не удивился, что кроме Игоря никто не обратил на них внимание. Техномагия была в чем-то сродни ментальной, только в одном случае связь устанавливалась с псевдо или интеллектом машины, а во втором - разумом живого существа. Так что вполне сумел почувствовать плотную стену, пусть и не видимую, но вполне надежно отделяющую их от всех остальных.
  - Твоя, - подтвердил его догадку даркон, - но не здесь. Это поле не дня тебя.
  - Что ж так?
  Ощущение сказки пропало, оставив после себя на душе у Игната горечь. Захотелось вернуться как можно скорее на Землю, туда, где все привычно и знакомо. Не внешне - внутренне.
  Зандор не ответил, просто развернулся и пошел в сторону леса, даже не проверяя, следует ли Игнат за ним. Впрочем, с его способностями....
  Игнат колебался лишь одно мгновение. Решился не потому, что опасался обвинений в трусости, это было бы смешно. Просто посчитал, что раз уж удача проявляла в последнее время к нему благосклонность, стоило рискнуть и на этот раз. Кто его знал, вдруг это снова ее проделки.
  Зверин шел рядом. Мысль о том, что Игорь знает, куда они направляются, не была лишена оснований. Тот кривился, словно эта затея ему не нравилась, но молчал. И это тоже выглядело странным.
  Зандор остановился резко. Игнат успел среагировать, но когда тот развернулся, между ними было не больше шага.
  Поляна, на которую они вышли, была примечательной. Не только тем, что вместо земли под ногами был истертый камень, но и высокими, гладкими до зеркального блеска столбами, которые ее окружали.
  - Мы не стыдимся страха. Бояться - не трусость, трусость - склониться перед своим страхом. Вот только осознать, что вызывает его, не так просто. Потому, когда он появляется, мы приходим сюда и смотрим ему в лицо.
  Зандор жестом показал Игорю на самый край площадки, без слов требуя туда отойти.
  Зверин, все так же молча, подчинился.
  - Это предупреждение? - Игнат не понимал, о чем идет речь, слишком неожиданными оказались слова. Или... пророческими.
  - Это подсказка. То, что ты увидишь, поедает твою душу и не дает идти вперед. Либо ты познаешь его и научишься с ним справляться, либо наступит момент, когда он убьет тебя, остановив твое сердце.
  - Ты ему сказал? - Стерхов холодно посмотрел на Зверина. В этот миг он не помнил, что обязан тому жизнью.
  - Набил бы я тебе морду, - как-то равнодушно пожал плечами Игорь, - но подожду, пока самому стыдно станет.
  - Ему не надо было ничего говорить. - Взгляд Зандора терзал Игната. Для такого взгляда время и выстроенные из чувства вины стены не были преградой. - Ты еще живой, но уже мертвый. Твои друзья тоже станут мертвыми, если ты не избавишься от своей боли. Ты должен победить.
  - А тебе-то это зачем?
  Игнат пытался усмехнуться, но уже знал - он пойдет туда, куда его поведет Зандор. Хотя бы ради того, чтобы никому другому не пришлось рисковать собой, вытаскивая его.
  Он слишком хорошо помнил ту мысль, что появилась в туманящемся сознании.
  - Об этом ты скоро узнаешь, - пообещал даркон и... отступив назад, исчез.
  Испугаться Игнат не успел. На падающую металлическую балку тело отреагировало быстрее, чем он успел осознать, что этого быть не может.
  
  ***
  В то время для Игната каждая операция была сродни смертельному бою. Не столько с обстоятельствами, сколько с самим собой. Он не мог не победить, это становилось смыслом его жизни.
  Это сейчас он стал не то, чтобы спокойнее - хладнокровнее. У него было время узнать, что даже сделанное за гранью возможного может не привести к ожидаемому результату.
  Стас Дергачев был таким же: молодым, горячим, непримиримым. Изменился он в один день, точнее - вечер. Один вечер, который свел двух будущих лидеров, оставив в душе каждого свой след.
  Сигнал о взрыве на жилой платформе в прибрежной зоне пришел одновременно и на пульт дежурного по Управлению и на аварийный интерфейс команды спасателей сектора. А спустя несколько секунд на голографическом экране появились чертежи с отметкой поврежденного модуля, где находился кинт, с которого поступило оповещение, данные с датчиков.
  На первый взгляд все выглядело не столь уж удручающе. Своевременно сработали системы пожаротушения, покореженный блок "сложился" именно так, как и предполагалось по расчетам конструкторов. Этот комплекс был из последних серий, в которых ограниченность жизненного пространства, эстетика и безопасность уравновесили друг друга, трансформировавшись в довольно удобное и гармоничное сооружение с замкнутой системой жизнеобеспечения, готовое ко всякого рода нештатным ситуациям.
  Да и служба контроля порадовала. По их данным двадцать девять из тридцати находившихся в аварийном периметре жителей они наблюдали на телеметрической карте. Та включалась автоматически, как только сработал режим ЧС.
  Все, что оставалось спасателям, вывести жителей из ловушки, в которой они оказались - взрывом завалило проход к основному из эвакуационных выходов, лифты же были заблокированы, и найти того единственного, чей чип не передал данные в систему. По сравнению с масштабными природными явлениями это было, как детская игра.
  Так им казалось, пока они не увидели все своими глазами.
  Игнат и Стас попали тогда в одну смену по чистой случайности. Младший Стерхов после положенной раз в полгода реабилитации проходил выборочную аттестацию и не только подтвердил свой допуск, но и повысил его. Благодаря этому был вынужден распрощаться со старой командой и пока формировалась новая, находился в резерве, усиливая своей персоной другие группы. Стас же вообще должен был отдыхать, но вышел на замену. Спасатели - тоже люди, иногда болеют.
  Их гравикар прибыл раньше командирского, но позже служб охраны порядка. Те уже не только выставили оцепление и начали организовывать эвакуацию жителей соседних модулей, выводя их в парковую зону, но и занялись опросом, уточняя личность "потеряшки". Предварительно это был четырнадцатилетний подросток, но в таких делах все предпочитали уверенность.
  Пока разворачивали штаб, лидер - Любор Тошев, Игнат и Стас, как имеющие наивысший среди остальных допуск, грубо прикидывали, с какой стороны подойти к разрушенному блоку.
  Круглая платформа диаметром около километра, если смотреть сверху, была похожа на огромный цветок, расцветший в море. Тридцать "лепестков" по пять в каждом ряду - жилые сектора, раскинувшиеся на высоту свыше сорока метров. В центре и между ними - зеленые зоны: сады, теплицы, площадки для отдыха, небольшие водоемы. Еще две протянулись по периметру комплекса и по верхним ярусам. Все технологические службы и антигравы находились внутри платформы, на четырех технических ярусах.
  Внутри передвигались либо пешком, либо на небольших электромобильчиках, количество которых было весьма ограничено, так что пользовались ими чаще всего те, кто поддерживал жизнеспособность этого замкнутого мирка. Собственная школа, детские сады и медикологический центр давали такую возможность.
  Нужный спасателям сектор находился во внешнем ряду, рядом с парковкой. Это было из плюсов, если так можно было выразиться. Как и то, что материал стен и перекрытий частично "погасил" удар - обрушение оказалось компактным. Но оно было, и это вызывало вопросы. И первый из них: что именно могло рвануть? Обеспечение питанием в таких комплексах было централизованным, кухни в кинтах не предусмотрены. Да и газовые смеси уже давно не применялись.
  Из минусов - взрыв произошел на восьмом уровне, в первой трети длинного коридора, оказавшегося заваленным. Для эвакуации части жителей оставался только путь наверх, по внутренним лестницам, ведущим в зоны отдыха.
  - Стас, - Любор в разговоре двух спасателей практически не участвовал, лишь сделал несколько уточнений. Но решение было его, то самое, окончательное и бесповоротное, - ты берешь двоих и идешь через этот сектор. - Он показывал в воздухе, датчики на перчатках передавали сигнал прямо на картинку, что "висела" перед глазами. - У тебя две задачи. Первая - вывести пострадавших из модулей на седьмом. С тобой два медиколога, по данным телеметрии есть раненые. Вторая - оценить обрушение на седьмом и по возможности, - он подчеркнул это самое "по возможности", что было совсем не лишним, зная о некоторой склонности Стаса к тщательно выверенному, но безрассудству, - подобраться к центру. Дальше - по обстоятельствам.
  - Игнат, - тот даже не дернулся, продолжая смотреть на жилой сектор, в котором предстояло работать. Суета вокруг него внимания спасателя не привлекала, - ты идешь сверху. - Вот здесь, - он показал на зеленую зону на выступе двенадцатого уровня, - тебя высадит гравикар. Возьми с собой столько, сколько считаешь нужным. Задача - аварийный кинт. Эвакуировать будем через парковую зону на пятнадцатом. Я пойду оттуда, так что на мелочи не отвлекайся, но и в пекло без нас не лезь. Твоя - разведка.
  - Отправь ко мне Федину, - попросил Игнат, пропустив последние слова лидера. Они оба знали, что если будет шанс вытащить пацана, ждать он никого не будет.
  На просьбу Любор только кивнул. Ирина Федина была медикологом, каких поискать. Да и дар целителя помогал ей там, где никто другой бы справиться не смог. А главное, был у нее и допуск спасателя.
  На все про все ушло минут пять. Много это или мало никто из них не задумывался. Зачем задумываться о том, что и так понятно. Для тех, кто ждал их помощи, каждое мгновение становилось вечностью. Для них же... многое, если не все, зависело от оценки, сделанной сейчас. Схемы, какими бы точными они не были, продолжали оставаться молчаливыми союзникам, не более того.
  Не возвращаясь к развернутому за их спинами штабу, Игнат передал в систему команду троим из группы подойти к нему, прихватив пару аварийных наборов - больше вряд ли потребуется. Любор дал ему карт-бланш, тем самым подтвердив, что его направление - главное.
  
  Думать о красоте было некогда, так что Игнат только скривился, когда гравикар опустился на ровную зеленую площадку. Ее внешнее ограждение, увитое диким виноградом, они только что смяли. Не было оно рассчитано на тяжелую машину, оберегало людей.
  Спрыгнув на траву, Игнат махнул рукой Димону, молодому, но весьма перспективному спасателю, на ведущую в жилой сектор дверь и только после этого показал пилоту два пальца. Тот в напоминании не нуждался, когда поднимались, две точки на карте переместились почти к месту их высадки, так что о появлении новых пассажиров тот уже знал. Успели обговорить и это.
  Вот только неписанные правила были вбиты в головы обоих до автоматизма. Игнат был старшим, а ситуация за эти несколько секунд могла измениться.
  Данные с активированного Димоном сканера, вписались на аварийный интерфейс - телеметрия не лгала, за дверью были люди.
  Пока Стэн помогал подняться в гравикар выбравшейся самостоятельно паре, Игнат, в сопровождении Влада и Димона, вошел внутрь. Мужчина и женщина выглядели совершенно спокойно, что было и не удивительно. Он - офицер в отставке, она - как вышла за него замуж, когда он только закончил академию младшего корпуса, так и всюду следовала за мужем. В режиме ЧС спасатели получали доступ к личным данным на уровне служб правопорядка.
  На двенадцатом ничего не говорило о том, что происходило несколькими этажами ниже. Чистый воздух, что подтверждали и анализаторы, цветы в горшках и вазонах, яркий солнечный свет, потоком льющийся из больших фасеточных окон, уютные диванчики в общей зоне отдыха. Если бы не мигающие табло, указывающие направление к эвакуационным выходам, можно было подумать о ложном сигнале.
  Бывали в практике Игната и такие. Несмотря на постоянные разъяснения о возможных последствиях, все еще находились любители сунуть свой нос в систему. Их довольно быстро находили спецы из СБ, наказывали, но.... Лидеру было известно, что самые упорные этими самыми спецами и становились.
  Не страх, не паника - напряжение во взгляде поднимающегося навстречу мужчины отдавалось привычным: "Работаем!"
  Оно и раньше было: четкая выверенность движений, настороженность, за которой скрывалась готовность действовать молниеносно, но теперь это все перешло на другой уровень. Словно переступил границу, сделал шаг, за которым уже ничего не изменить, не вернуться назад.
  Сколько с жизни Игната было таких точек не возврата?! И каждая новая продолжала оставаться, как первая.
  Команда шла в легкий защитных костюмах, лица открыты, так что отголоски своих ощущений Игнат заметил и у остальных. Чуть острее стали скулы Влада, растаяла, будто ее и не было, улыбка обычно смешливого Димона.
  Как оказывается много можно увидеть всего лишь за одно мгновение!
  - Вам нужна помощь? - Стэн уже успел их догнать и первым, как и положено внештатному медикологу, подошел к мужчине.
  Вспыхнувший на его руке переносной сканер окутал пострадавшего веером лучей, тут же выдав на внутренний интерфейс свое заключение: "Травм и ранений нет. Психологически стабилен".
  Пусть Стэн и знал уже о состоянии мужчины больше, чем тому самому было известно о себе, он дождался, когда тот заговорит и только после этого задал следующий вопрос.
  - Эвакопункт в парковочной зоне пятнадцатого этажа. Вы поднимитесь сами или вас проводить?
  Бывали в их практике случаи, когда обманывались и медикологические сканеры. И если бы не голос, если бы наметанные взгляд не замечал мельчайшие изменения в мимике при ответе, которые спасателей учили учитывать с той же ответственностью, что и показания датчиков, жертв спасательных операций могло было быть и больше. Нередко осознание произошедшего накатывало после того, как самое страшное было уже позади.
  В этот раз техника не подвела. Мужчина говорил спокойно и твердо.
  - Дойду. На девятом, в четвертом кинте, парня зажало перегородкой, согнуло направляющие.
  Стэн, сверившись с данными в системе, поблагодарил. Еще раз напомнил, где находится эвакопункт и бросился следом за лидером.
  Догнал как раз вовремя. Его вместе с Димоном отправляли на тот самый девятый. Проверить, своими глазами оценить объем необходимой помощи и либо ее оказать, либо оставить Димона дожидаться прибытия Фединой, если не позволит свой допуск.
  Сам же Игнат с Владом в качестве страхующего спустился на восьмой. Вспоминать планировку нужды не было, она все время находилась перед глазами, на аварийном интерфейсе. Очень удачная разработка. Снаружи незаметно, картинка передается прямо в мозг, по команде то становясь четче, то полностью исчезая, а впечатление такое, будто считываешь с экрана.
  Из разбитого окна (тонкие пленки сот смялись, часть из них, частично сорванная с каркаса, висела, покачиваясь на ветру) доносились звуки команд. Кто-то, похоже, ребенок, плакал, непрерывно выводя на высокой ноте. Сознание отмечало это, но тут же отбрасывало. Там есть кому всем этим заняться. Под ногами чуть поскрипывало крошево дымопоглотителя.
  Из левого крыла слышались голоса, причитала женщина. Пострадавших там не было, по крайней мере, по данным телеметрии. Передав Любору расклад и, вновь получив приказ не отвлекаться от основной задачи, вызвал Стэна. Тот ответил не медля. На девятом даже помощь оказывать не пришлось. Парня не зажало, всего лишь зацепило одежду вертикальной перегородкой. Заклинил внутренний замок, сам выбраться не сумел. Скорее смешно, а не трагично.
  Игнат поправил себя: "Будет смешно, когда пройдет время".
  Бросив взгляд на анализаторы - все показатели находились на зеленом поле и, включив закрепленный на каске фонарь, Игнат двинулся вперед. Под ногами захлюпало, яркий луч света, пробиваясь сквозь легкую дымку, кусками выхватывал картину разрушения.
  Вновь вернулась мысль о том, что же могло рвануть? Он не помнил характеристики материалов конструкции, но успел дать запрос и теперь мучительно пытался сообразить, с чем мог "похимичить" подросток, чтобы вышел такой результат. В голову ничего не приходило.
  Нет, можно было, конечно, предположить.... Но тогда куда смотрели службы безопасности?!
  Словно отвечая, по внутренней связи раздался голос Стаса:
  - Откуда здесь метродел?
  Тот, похоже, уже довольно близко подобрался к месту обрушения, раз задействовал газоанализатор. Раньше этого делать смысла не имело, система дымоудаления отработала чисто.
  - Метродел? - донесся до Игната явно удивленный голос Любора. - Промышленная взрывчатка? Ты не пробовал стукнуть анализатор, может он у тебя сбрендил.
  - Так не только у меня, - резко оборвал его Стас. - У нас у всех.... Ого! Внимание! Взрывоопасная концентрация. Я отхожу!
  - Игнат, как у тебя? - тут же отозвался Любор.
  Игнат еще раз взглянул на датчик, закрепленный на левом рукаве, хоть и смотрел буквально минуту тому назад. Да и не дал бы тот пропустить, если что серьезное. Вот и сейчас, на зеленом поле мелькали цифры, символы, но ничего, на что бы стоило обратить внимании.
  - У меня чисто. Готов идти дальше.
  - К кинту не подходи. СБ дала команду на ожидание.
  Игнат вспомнил про себя все нелестные эпитеты, которые уже когда-либо употреблял в адрес этой службы. Потом добавил еще парочку новых. Вроде и не пересекались слишком часто, но каждая встреча с этими ребятами оставляла после себя неприятный осадок. И не виноват ни в чем, а все равно грешки за собой ищешь.
  А сейчас, к тому же, они мешали делать работу. И хотя он понимал, что зря Стас паниковать не станет, мысль о мальчишке, которому нужна его помощь, продолжала грызть.
  - Серьезная вещь, - выдал вдруг Стэн. Уже поинтересовался в системе, из-за чего сыр-бор разгорелся. - С ее помощью старые города сносили.
  Игнат кивнул, но только лишь для того, чтобы можно было промолчать. Думал он о другом. Про метродел раньше слышал. И даже видел. С виду безобидный порошок, пока не смешаешь с катализатором. Взрыв происходит не сразу, все зависит от пропорции. Катализатор жидкий, чем гуще замес, тем быстрее рванет.
  Как он мог оказаться здесь, на жилой платформе?
  - Внимание! Срочная эвакуация! Всем спасателям покинуть сектор!
  Вслед за голосом Любора перед глазами вспыхнула алая надпись.
  "Они что там, все с ума посходили!" - зло подумал Игнат, но тут же был вынужден выругаться снова. Причина переполоха была ясна.
  Кинт принадлежал отцу мальчишки - взрывотехнику службы восстановления. Так что Стэн не зря упомянул старые города. Прежде чем высаживать леса, полностью или частично разрушенные природой поселения зачищали. Что-то шло в переработку, чем-то засыпали глубокие расщелины, образовавшиеся на теле Земли, в надежде на то, что время само залечит эти раны и сотрет следы человеческого безрассудства.
  Человеческое безрассудство....
  - С оценкой уровня опасности не согласен! - четко произнес он, даже не пытаясь представить выражение лица Любора, но жестами показал опешившим Стэну и Владу на левый коридор и внутреннюю лестницу, по которой они и спустились сюда. - Продолжаю движение. На газоанализаторе чисто.
  - Узнаю Стерхова! - с ноткой гордости заявила неожиданно вышедшая из-за угла Ирина, невысокая, ладная женщина, которой защитный костюм шел не меньше, чем вечернее платье. Игнату довелось однажды видеть, так что мог он мог заявить это с чистой совестью. - Возьмешь с собой?
  Он хотел сказать: "Нет!", но зная Федину не первый год, был уверен, что та плевать будет на его приказ отправляться вместе со Стэном и Владом. Точно так же, как он поступил с приказом Любора.
  Оставалось надеяться, что Тошев, как был мужиком правильным, так им и остался. С кем приходилось работать, отзывались о нем уважительно.
  Словно подтверждая, на интерфейсе появилось лицо Любора:
  - Данные Стаса подтверждаются, концентрация высокая. СБ настаивает на проверке взрывотехниками.
  - А те что? - поинтересовался Игнат, входя в правый коридор.
  Сколько бы он не видел подобных картин, привыкнуть так и не смог. Начиная с той первой, где погибла его семья.
  - А те кривят морды, мол, точно сказать ничего не можем, надо смотреть на месте.
  - Пока они будут смотреть....
  Взрывом вынесло не только внешнюю стену, но и внутреннюю. Панель не разорвало - каркас удержал, но расслоило, края разошлись на треть. Отделочные полосы пошли трещинами, кое-где вырвало куски. Верхнее перекрытие уцелело, но выгнулось волной.
  - Игнат, я тебе объяснять не буду....
  Стерхов перебил:
  - Да понял я, сначала думать, потом делать. - Присказка Любора была ему известна. - Со мной Федина.
  - Лидер, прошу разрешить продолжить движение, - вклинился в их разговор Стас.
  Игнат, сдвинув ногой кусок двери кинта, что располагался наискосок от того, где произошел взрыв, усмехнулся. За Дергачевым замечалось это и раньше, он не любил быть вторым.
  Но не это сейчас беспокоило Стерхова. Если на Любора надавят из-за сумасбродства Игната, тот сумеет, если не оправдаться, так хотя бы объясниться. Как-никак, а как раз перед старшим из семейства придется отчитываться. Стас же будет полностью на его совести.
  - Действуй по обстоятельствам. - Тошев отреагировал на просьбу Дергачева спокойно. Игнат улыбнулся про себя: "Мужик!" - Фединой до окончания поиска входить в зону запрещаю.
  
  
  Они не успели.
  Они не успели уже тогда, когда сигнал тревоги поступил на пульт дежурного по Управлению. Уже тогда было поздно. Как взрывчатка, да еще столь мощная, попала в кинт, предстояло ответить следователям служб правопорядка и СБ. О том, что отец нередко брал сына на "объект", к тому моменту, когда Стас с одной стороны, а Игнат - с другой, подобрались к телу, было уже известно.
  Его зажало между двух плит. Найти-то нашли, а вот вытащить.... Опаленные волосы, сгоревшие брови и ресницы, копоть на лице и... открытые глаза, которые бессмысленно смотрели на них.
  Ему было четырнадцать. Столько же, сколько могло бы быть погибшему сыну Игната. У Стаса семьи еще не было, он вечно шутил, что никак не может определиться, кого брать: умную или красивую. Но сейчас они смотрели на тело мальчишки, который мог бы еще жить, да жить, чувствуя одно и то же. Бессильную злость.
  Смерть не ждет приглашения, чтобы прийти, но когда забирает юных, больнее вдвойне. Потому что вина за нее нередко лежит на взрослых.
  В тот вечер они пили. Втроем. Прямо в Управлении. Молча разливали чистый спирт в припасенные совершенно для иных случаев стопки, морщась, проглатывали горючую жидкость, закусывали. Говорить было не о чем. Свою работу они сделали, ну а то, что того, единственного, ради которого и рисковали, спасти не удалось, так бывает. Такая у них работа.
  Несколько раз заглядывал старший Стерхов. Смотрел на сына, Стаса, Любора и, так и ничего не сказав, уходил.
  СБ требовало крови, Валанд собирался отделаться своей.
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Межзвездный мезальянс. Право на ошибку" С.Ролдугина "Кофейные истории" Л.Каури "Стрекоза для покойника" А.Сокол "Первый ученик" К.Вран "Поступь инферно" Е.Смолина "Одинокий фонарь" Л.Черникова "Невеста принца и волшебные бабочки" Н.Яблочкова "О боже, какие мужчины! Знакомство" В.Южная "Тебя уволят, детка!" А.Федотовская "Лучшая роль для принцессы" В.Прягин "Волнолом"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"