Виноградова Оля: другие произведения.

Прирожденная ведьма: наследство (общий файл)

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
  • Аннотация:
    текст на редактировании Говорили мне, не стоит лезть в чужие дела - битой окажешься, а я все равно полезла! Теперь лежу на больничной койке и слушаю диалог своих галлюцинаций, которые мою душу недоубиенную между собой делят... Думаете, я того? Как бы не так, выяснила, что стала нормальной... ведьмой!


Роман в стиле любовно-юмористического фэнтези

"Прирожденная ведьма: наследство"

Пролог

   Говорили мне, не стоит лезть в чужие дела - третьим лишним битым окажешься, а я им все про равнодушие и отчуждение друг от друга в наши дни соловьем горластым заливала и все случая ждала лучшие стороны своего характера проявить. Дождалась. Проявила. Лежу на больничной койке, потолок разглядываю и слушаю диалог своих галлюцинаций...
   А ведь как все хорошо начиналось! Впрочем, начинается всегда все хорошо, но заканчивается в зависимости от наглости, удачливости и терпения завязанных в историю личностей. У меня из вышеперечисленного ничего не было. Вот и досталось за всех сразу по полной программе по всем больным местам: голове, попе и мозолям на ногах.
   Шла по переходу метро, на работу торопилась, ибо опаздывала, как всегда, а тут крик: держи вора! И вор мимо меня галопом скачет... В флисовой толстовке, с капюшоном на голове, ворованной сумкой в руках и кроссовках Абибас. Кроссовки я лучше всего запомнила: белые, чистые, с ярким логотипом... Я за сумку и схватилась, к себе потянула. Вор споткнулся, сверкнул на меня глазищами из темноты капюшона и по-хорошему попросил отпустить.
   Мне бы послушаться, но я, вся такая правильная и замечательная, головой мотнула, решительную рожу сделала и тянуть продолжила, вопя в три горла просьбу добежать до полиции, а то держать придется еще и меня - воришка сильный попался, так и норовил за собой в омут преступного мира утянуть.
   Но я держалась и сумку крепко держала. А она возьми и порвись! Оттуда книжка вывалилась, за которой мы оба и бросились. Я еще подумать успела: неужели весь сыр-бор из-за древней макулатуры разгорелся? И тут - БАХ! Головами мы знатно треснулись, только я все равно сомневаюсь, что яркая вспышка света от соприкосновения наших лбов образовалась. Дальше... Дальше полет с книжкой в руках к ларькам, жестким надо сказать ларькам, особенно если к ним затылком со всей дури приложиться, и все... Как в анектоде: очнулся - гипс. И галлюцинации мистические, мою еще не совсем убиенную душу делят.
   Одна блондинистая такая, с крылышками, в сутане и с кипятильником над головой, а вторая красненькая, с рогами и хвостом-плеткой, которым своего антипода охаживает.
   И откуда у меня это? Я же с детства атеисткой была и только на себя уповала, а тут на библейских персонажей потянуло. Вот уж поистине неисповедимы пути женского подсознания.
   - Не отдам! - верещал светленький, трепеща крылышками. Это он про душу мою.
   - Пасть закрой! - решительно требовал краненокожий брюнет. - Мое!!! - надрывался он. - Куда это она?!
   Битва мгновенно прекратилась. Обе галлюцинации уставились на меня собственническими взглядами. Впрочем, принадлежность из их глаз быстро исчезла, сменившись неподдельным удивлением. Ага, такими темпами они скоро моим здоровьем интересоваться начнут. Нет, решение было правильным - валить отсюда, как можно скорее, игнорируя безобразия подсознания. Это оно с мистики начало, боюсь представить, чем закончить может, учитываю мою склонность в фильмам ужасов.
   Я сняла с пальца бежевую пластиковую коробочку, вырвала из вены иглы, привычно зажала локоть (часто кровь сдавать приходилось), слезла с кровати и пошатываясь по стеночке потопала к выходу. Ничего не вижу, ничего не слышу и уж точно ничего никому не скажу. Пусть психиатричка по мне и плачет, но плачет в полном одиночестве в жилетку главврача.
   - Куда это она собралась? - услышала я за спиной.
   Хм, от перемены мест слагаемых количество и качество глюков не меняется. Может быть мне еще разок головой долбануться? Если видения не исчезнут, то возможно мозг что-то другое транслировать начнет?
   - Не знаю, но ей лежать положено, а не расхаживать по больнице! Верни ее, - приказал светленький.
   Ого, а этот с кипятильником над головой, не такой уж хороший, каким его религия малюет. В начальной школе математичка у меня была, тоненькая, сухонькая - натуральный божий одуванчик бабулька, а как указку в руки возьмет, так все отъявленные хулиганы мигом паиньками становились и контрольные на пятерки писали. У нее ни одной двойки в журнале не было, зато к пятому классу половина учеников от заикания лечилась.
   - Мария, не могли бы вы вернуться в кровать, пока баба Лена на горизонте больничного коридоре не нарисовалась. Поверьте, от этого не будет лучше ни вам, ни нам. Баба Лена старой закалки ведьма, как метлой по хребту вытянет, так рога еще недели три дрожать будут. Войдите в наше положение, - с умильной рожицей возвестил красненький.
   Я никуда входить не собиралась. Наоборот, ударенный ларьком рассудок настоятельно рекомендовал покинуть сие гостеприимное заведение, пока меня подальше в его недра не запихнули в смирительной рубашке и кляпом во рту, подключив к генерирующему электрический ток аппарату.
   Как там было в кино: галлюцинации надо игнорировать, тогда они отстанут. Я ринулась напролом. Воткнулась носом в грудь красненького, обожглась о его кожу и отпрянула. Тааак... Галлюцинации у меня не только зрительные и слуховые, но еще и тактильные.
   - Мария, ну куда же вы? - взмолился черт или демон. Фиг разберешь, ибо не сильна я в церковно-православной мифологии. - Вам лечиться надо!
   А я и не спорю! Наоборот, совершенно согласна и буду, но дома, в тишине, покое, уюте кружкой крепкого чая с малиной. Он от простуды хорошо помогает, но вдруг и от этих спасет? Я надеюсь. И верю. А крепче веры, как известно ничего нет. Она даже в мою атеистическую голову умудрилась просочиться.
   Я не прошла и половины коридора, морщась от воплей мистического безобразия за спиной, как на другом конце длинной и трудной дороги нарисовалась уборщица. Плотненькая бабулька в синем халате и красной косынке резво полировала идеально чистый коридор шваброй. Ведро же за ней двигалось само по себе...
   Ха-ха! Само по себе...
   Я пришла в себя, а вот мой мозг судя по всему по-прежнему пребывает в прострации. Я выдохнула, сосредоточилась и пригвоздила беспокойную жестянку взглядом. Оно замерло. Так-то лучше! Чувствуя себя почти чемпионкой по коррдие, только в качестве быка собственная голова.
   - А ну прекрати безобразничать, - уборщица встала посреди коридора, опираясь на швабру. - Я что должна еще тяжеленное ведро за собой таскать?
   - Эээ, это вы кому? - рискнула поинтересоваться.
   - Тебе, тебе говорю, а ну отпусти мое ведро, - потребовала бабулька. - Еще инициацию не прошла, а туда же - колдовать. Ишь, разошлась, моль бледная. На ноги хотя бы встань, с направлением определись, к королеве на поклон сходи...
   - К английской? - зачем-то спросила я.
   - Чего-сь?! - сдвинула мохнатые брови бабулька.
   В общем-то, бабулька, как бабулька - типичная жрица половой тряпки, коих полно в государственных заведениях, но глаза зеленым полыхают. Линзы что ли?
   - Ну, я одну королеву знаю - английскую. Елизавету, - припомнила я имя матриарха всея Англии.
   - Нашей королеве - ведьминской. На кой нам аглицкая фейри сдалась, когда своя родная есть. А сейчас, ведро отпусти и шуруй в палату, раняя ты наша. Как отпустит, так и сделаешь все, что велено.
   - Фейри, угу, - я закусила губу. Похоже, очнуться мне довелось прямиком в том месте, куда я так не хотела попасть. - А ведро мне как отпустить? - я решила вернуться в палату. С сумашедшими лучше не спорить. Я лучше сразу с главврачом завтра поговорю и попробую убедить его если не в здравом рассудке, то хотя бы в трезвой памяти.
   - Отпусти и все. Не я же его держу, - швабра елозила назад-вперед.
   - Ага, просто... Ну, оно пошло? - и ведро вдруг действительно сорвалось с места.
   - Куда ж ты! - охнула бабульки и кинулось за ним вдогонку. - А ну стой, неугомонное! Прокляну, - это уже мне, как и внушительный трудовой кулак с мозолями, и неожиданно шикарным маникюром.
   Развернувшись, будто на шарнирах, я направилась обратно в палату. Говорят, утро вечера мудренее, быть может и в моем случае известная народная мудрость сработает? Стоит провести остаток ночи в постели и не думать, что где-то по больнице за самодвижущимся ведром бегает уборщица с ногтями убойной расцветки и зелеными линзами в глазах.
   Галлюцинации в палате показались родными, но я по-прежнему игнорировала их. Однако на вопрос какой ведьмой я буду, все же выбрала из двух вариантов третий, ибо они отстать обещали, если не на всегда, то до смерти точно.
   - Серой, - буркнула я, пряча голову под подушку.
   - Это как?! - хором воскликнули ангел и черт.
   - Не знаю, но скажите спасибо, что не в крапинку, - зевнула, и тут же провалилась в глубокий сон.
  

Глава 1

   Где-то в недрах столицы большой и просторной страны России, расположен ночной клуб, доступ в который не сможет получить ни одна заядлая тусовщица. Правда, попасть туда они не мечтают, ибо знать не знают и о нем и даже не видят. И все же, несмотря на отсуствие звезд голубого экрана и светских гиен заведение не пустует. Дорогущие зарубежные стада жеребцов на литых сверкающих дисках и низкопрофильной резине припаркованы возле него днем и ночью в любой день календаря, а возле непрерывно вращающихся дверей стоит всегда готовый на все и для всех швейцар.
   Той самой ночью, когда девушка Мария пыталась избавить от своих галлюцинаций, клуб обсасывал толстые кошельки очередной порции гостей. Он был уже почти полон и сыт, но количество желающих попасть туда не уменьшалось. С периодичностью раз в десять минут подскакивали новые вагонетки, выгружали груз в мехах и драгоценных камнях и вставали на прикол у огороженного мрачными цепими причала. Парковщик не отсутствие работы не жаловался.
   Зоркие глаза парнишки издали разглядели немцкое породистое стадо, нагло галлопирующее под шальными красными глазами светофоров, подрезающее лошадей менее породистых, и обдувающих потоками свежего с легким морозцем ранней осени воздуха. Парковщик приготовился, протер влажной спиртовой салфеткой руки, скомкал ее и метким броском отправил в полную подоных снежков урну. Лизнул палец, провел им по густым смоляным бровям и жестом волшебника натянул на личико карамельно-изысканное лицо. Пыхтя выхлопной трубой и низко урча турбированным дизельным двигателем мощный породистый немец остановился, сверкнул тремя острыми гранями в круге и заглох. Из двери выскользнула затянутая в черный лак женщина на неимоверный длины и формы шпильках, не глядя бросила ключи в подставленные ладони и процокала к красной ковровой дорожке.
   Распластанный по асфальту ворсовый язык неведомого простым людям зверя вел к дверям - единственому живому элементу на монолитном угольно черном фасаде клуба, утыканному звездами стробоскопов и украшенному неоновой паутиной, расходящей не то от паучихи, не то от ночной бабочки раскинувшей крылья и ноги над входом в таинственное заведение.
   Женщина привычно в один затяг добила прикуренную еще в машине сигарету до фильтра, вынула ее из ярко окрашенных красной помадой губ, щелчком пальцев отправила труп табачной палочки в керамическую урну, стилизованную под сосуд для хранения праха какой-то там сгинувшей в междоусобных скандалах империи, и вошла внутрь.
   У барной стойки посетительница показала акульи зубки, отогнав от места кормления хищников помельче, и заказала Кровавую Мэри. Официант смешал коктейль, добавил в него фирменный секретный ингредиент клуба и протянул женщине. Силе своих легких она могла противопоставить разве что глубину глотки. Шпага, вертел, меч - помещались в ней свободно, чего уж говорить об одной коктейле. Бросив на стол тысячную купюру и оставив пустой стакан хищница грациозно поднялась со стула и направилась в VIP-зону. Охрана разомкнула могиче плечи и пропустила посетительницу, не заставляя ее унижаться до просьбы.
   Будто извиваясь при каждом движении и уже напоминая не рыбу с двумя рядами зубов в пасти, а ядовитую морскую змею, женщина прошла мимо мягких утопающих в искусственной дизайнерской зелени диванов, гидромассажных ванн с шампанским и бильярдных столов, порой используемых для несколько иных игр с иными киями и шарами. Она шла к самой дальней двери, куда входили только избранные из избранных и только по приглашению. Стучать не требовалось - ее ожидали.
   Маленькая старушка в наглухо закрытом черном платье с тридцатью мелкими пуговицами спереди стояли у задернутого плотными шторами окна и в щелочку присматривала за ночной жизнью нелюбимого ею суетного города. В ее ушах покачилвались крупные с перепелиное яйцо старинной огранки бриллианты, уложенные в высокую прическу седые волосы поддерживали жемчуга, а зубы лучились пожирающим душу блеском драгоценного металла - золота.
   - Книга пропала, - заявила лакированная женщина, сев на диван.
   - Кто? - зеленые кошачьи глаза старухи сузились.
   - Неизвестно. Обокрали курьера на подъезде. Вор успел скрыться. Место осмотрели сверху донизу, но книгу не нашли. Кстати, есть пострадавшие, - поморщилась посетительница.
   - Кто? - повторила свой вопрос хозяйка комнаты.
   - Молодая до сегодняшнего дня неииницированная ведьма. За ней уже присматривают, - предупредила следующий вопрос любительца Кровавой Мэри и крепких сигарет.
   - И что никаких следов? - осведомилась зеленоглазая. Она отошла от окна и села за стол.
   - Никаких. Работали явно знакомые со спецификой профессионалы.
   - Ты найдешь их. И книгу, - спокойно произнесла старуха.
   - Из под земли достану! - позволила себе немного эмоций хищница. Она улыбнулась, но глаза ее остались холодными колючими изумрудами. Это был ее первый промах за несколько лет и внутри все кипело от злости на неизвестных выродков, только показывать этого было нельзя. Но она еще отыграется. Те, кто посмел перейти ей дорогу будут слизывать кровавые слезы вытащенным из шеи языком с располосованных ее ногтями щек.
   - Иди, - произнесла хозяйка, давая посетительнице понять - аудиенция окончена. - Приходи, как будут известия.
   Лакированная поднялась, слегка налонила голову и покинула кабинет, а старушка покачала головой, провела тонкими узловатыми пальцами по волосам и достала из ящика стола стопку обыкновенных ученических тетрадей. Открыв первую, она пробежалась глазами по ровным столбикам вычислений, взяла красную шариковую ручку и со старнным удовлетворением в потухших зеленых глазах вывела жирную цифру два на полях...
  
   Я сидела напротив заведующего отделением травматологии больницы скорой медицинской помощи. Довольно молодой мужчины с сомнением смотрел на меня поверх дужек очков и перебирал Толстыми пальцами, скорее подходящими мяснику, а не хирургу, листы из моей истории болезни. В принципе, мы с ним уже все обсудили, осталось принять решение, и отчего-то мне казалось, будет оно не в мою пользу.
   Помимо нас в комнате находилась баба Лена - та самая ночная гламурная уборщица, которая трепетно относится к своему здоровью, ногтям и старому ведру. По большому нет ничего необычного в присутствии вышеозначенного персонажа в кабинете заведующего, но я ни разу не слышала, чтобы уборщицы выполняли свою работу прямо посреди приема, да еще командовали: ноги поднять, ноги убрать.
   Слава богу, доставалось только врачу. На меня баба Лена влиять не пыталась. Уж не знаю, с чего мне такая милость перепала, но я откровенно радовалась. Слишком уж серьезная она женщина - поклясться обещала, ага!
   Галлюцинации у меня успокоились. Нет, совсем не исчезли, но перестали орать друг на друга, ковыряясь в книжках и мирно обсуждая проблему серости. Я на них по-прежнему внимание старалась не обращать.
   - Так, говорите, прекрасно себя чувствуете? - промямли блондин в возрасте "за тридцать".
   - Да, - кивнула, запретив косится на галлюцинации.
   - И ничего необычного с вами не происходит? - продолжил допрос доктор.
   - Не происходит, - уверенно помотала головой.
   Баба Лена прыснула, уткнувшись круглым лицом в тряпку, которой пыль вытирала. Врач бросил на нее косой взгляд, пожевал свои собственные губы и спросил, глядя за мою спину:
   - Ну а вы что скажете?
   Вопрос явно адресовали не мне, но не к глюкам же он обращается? Я посмотрела через плечо, мало ли кто там нарисовался за время разговора. Ну, из живых конечно, а не вымышленных персонажей.
   - А мы-то что? - наморщил лоб вождь краснокожих. - Пусть идет, куда хочет.
   - Ага, - поддакнул ангел, снял нимб, подышал на него и протер рукавом сутаны. - Она вполне здорова. Вы же знаете, на ведьмах все, как на собаках заживает! - осклабился крылатый. Черт одобрительно загыгыкал, за что тут же промеж рогов тряпкой от уборщицы получил.
   Ааа, так я не одна в этом кабинете сумасшедшая! Так бы сразу и сказали, что тут полная больница тяжелобольных на голову людей. Я бы не удивлялась так сильно. Впрочем, возможно мне не только черт с ангелом кажутся, но и врач с уборщицей. Да, это самый правильный вариант. Остается понять, как бедной заблудившейся девочке найти дорогу из волшебной, но такой пугающей страны Оз.
   - Ну, раз за вас ручаются, - развел руками заведующий.
   Кто бы за него поручился... Но вслух, конечно же, поблагодарила врача за помощь и вышла из кабинета собирать немногочисленные вещички.
   Одежда воняла дезинфецирующим средством и к тому же была не глаженая, но и на том спасибо. Не предъявлять же претензии к больничному персоналу, боюсь они меня не правильно поймут. Я нацепила на себя светло-голубые прямого кроя джинсы, носки, кеды, натянула откровенно севшую футболку и белую флисовую толстовку. Троица из кабинета передислоцировалась в палату и все время неторопливого облачения сверлила меня взглядом.
   С бабой Леной больные хотя бы охотно здоровались, а вот товарищей из адско-райской районной канцелярии не замечали. Что ж, приятно быть в чем-то нормальной. Не полная дура звучит оптимистичнее, чем круглая идиотка. Я еще немного за собой понаблюдаю, успокоительных покушаю, а если они должного эффекта не возымеют, то к подруге схожу. Она психфак заканчивала, глядишь что-то из учебного курса в ее голове, занятой троими детьми, осталось и она способна поковыряться в своих мозгах ради здоровья моих.
   Баба Лена проводила меня вниз и по дороге напутствовала. Мол, ничего не бойся, на людей не бросайся и лучше вообще с ними не разговаривай. Необученная такого натворить может, что весь московский анклав на уши встанет. Какой анклав и почему она упорно продолжает считать меня ведьмой, я так и не поняла. Выяснять не стала от греха подальше. Чем дальше суну в нос в извилистые коридоры сумасшедшего дома, тем быстрее в его застенках окажусь.
   Уборщица проводила меня до автобусной остановки. Оглушительным киношным свистом поймала джихад-такси и велела доставить меня прямо до подъезда. На последок пообещала вечерком зайти, а если мне звонить буду или того хуже в гости с разными предложениями заявятся, то на порог никого не пускать! Дескать без разрешения ведьмы к ней в хату никто не зайдет. Я вежливо кивнула и полезла в нутро разбитой шестерки на переднее пассажирское сиденье.
   Водила с совершенно остекленевшим взглядом и дурным выражением лица нажал на газ и рванул с места в плотный поток машин.
   Я вжалась в кресло и держалась за все, что только можно. Кавказец вел машину так, будто за ним весь Ад с кипящими котлами наперевес, гнался, хотя он тихо мирно расположился на заднем сиденье автомобиля, язвительно комментируя происходящее. Крылатый сидел, уткнувшись в книжку, но вряд ли он хоть строчку сумел прочитать. Судя по зеленому лицу ангелочка его банально укачало. Мда, мои галлюцинации полны сюрпризов!
   Таксист остановился вплотную к дверям подъезда. Честно говоря, мне на секунду стало страшно: машина накренилась, взвизгнула шинами и встала на два колеса. Я схватилась за дверь, шумно выдохнула. Сзади неприятно взвизгнули непечатными словами. Но обошлось... Автомобиль упал на все четыре колеса, водитель выбрался из-за руля и открыл мне дверь. С поклоном. Икнув, я выбралась из машины и немедля юркнула в подъезд, забыв расплатиться. Правда, вряд ли он потребовал с меня денег.
   Когда я открывала дверь, руки еще тряслись от пережитого волнения, но войдя в уютную двухкомнатную конуру, немного успокоилась, вещая мысленного: все кончилось, все кончилось, все кончилось... Пластинку заело намертво.
   Скинув в коридоре кеды, я вошла на кухню, бросила в кофеварку капсулу с любимым сортом кофе и через минуту обеими руками вцепилась в чашку горячего напитка.
   - Хоть бы предложила, - проворчал черт, устраиваясь кресле-качалке.
   - И не говори, - вздохнул ангел, примостившись на бараном стуле у стойки, заменяющей мне стол. - Так и будем отмалчиваться? - вопрос адресовался уже мне.
   Я залпом осушила чашку и спряталась от доставучей мистики в ванной. Открыла кран и умылась холодной водой, подняла голову, помня о коварном уголке шкафчика, вечно поджидающей мою голову, и посмотрела на себя в зеркало.
   Доктор сказал, что повреждений мозга нет. Пощупала внушительную шишку за затылке. Больно! Что же тогда меня прет не по-детстки? Задумавшись над риторическим вопросом, я посмотрела в глаза своему отражения и с криком отшатнулась: радужка полыхала яркой зеленью! Не глаза, а болотные зеленушки, право слово!
   Я выбежала из ванной, потрясла мышкой вечно включенного компьютера, отыскала в папке свои фотографии, рукой потянула зеркало с подоконника и сравнила изображения. М-мать! Глаза и правда из карих стали зелеными. И как это понимать?
   Вдох-выдох. Мне не помешает расслабиться. Я прошмыгнула мимо кухни, где вовсю хозяйничали два извечных врага, сцепивших в очередном споре на сей раз о вкусовых достоинствах того или иного сорта кофе. Что б они им подавились и развеялись! Уже в ванной я услышала надсадный кашель, ужаснулась и поскорее открыла на полную кран, быстро разделась и ступила под горячие тугие струи душа. Ванна была бы лучше, но не хотелось впустую тратить воду, ибо чувствовала успокоения она мне не принесет.
   - Ты посмотри, мы тут волнуемся, переживаем, нагоняй из-за ее упрямства от начальства регулярно получаем, а она тут размывается! - раздалось недовольное.
   Я резко повернулась, сбив рукой душ, увидела в тесном пространстве пусть и выдуманных, но двоих мужиков, взвизгнула и схватилась за полотно занавески, но дернула слишком резко: неустойчивая палка скрипнула, сложилась и рухнула вниз, долбанув ангела по нимбу. По ванной прошел противный высокий звон. Я схватилась за уши, крылатый за нимб, черт за дребезжащие в резонансе рога.
   Кудрявый блондинчик судорожно выругался, обеими руками схватился за украшение, его тряхнуло и он медленно опустился на пол. Над телом подверженного ангела вился легкий дымок...
   - Это он чего?
   Черт понял меня с полуслова.
   - Да как бы тебе сказать, - промямлил он, тряся патлатой черноволосой головой. - Звон слышала? Так от него все в резонанс входит. Мог и дом рухнуть.
   Я выключила хлещущую воду, вытурила посланца темных сил из ванной, заставив прихватить антипода с собой, вытерлась, оделась в чистую домашнюю одежду и выползла на кухню. Ангел к моему облегчению пришел в себя. О случившемся напоминали только его хмурый неприязненный взгляд и стоящие дыбом волосы. Хвостатый увлеченно копался в кухонных ящиках.
   - Скотч есть? - бросил он не отрываясь от занятия.
   - Тебе зачем?
   - Занавеску в ванной повесить, - отозвался посланник темных сил.
   Я благоразумно промолчала. Сходила в комнату и вынесла небольшой чемоданчик с инструментами, где обретался настоящий серебристый скотч, которым в фильмах обычно рты пленникам заклеивают, и поставила его посреди кухни. Черт радостно потер руки и чуть ли не по пояс скрылся внутри, извлекая необходимые приспособления.
   - Я бы посоветовал насчет цены поинтересоваться, - заметил ангел, допивая зеленый чай и стакана. Черт щелкнул хвостом и возмущенно рыкнул. Он выпрямился, сжимая в руках молоток, сплюнул на пол, отчего рыжий ламинат зашипел и оплавился.
   - Не лезь не в свое дело! - отчеканил он.
   - Ее душа как раз таки мое дело! - рявкнул блондин. - И в отличие от тебя я ее получить пытаюсь честными методами.
   - Ну тогда не видеть ее тебе, - ухмыльнулся черт.
   - Это тебе ее не видать, проклятие рода человеческого! - буквально гавкнул ангел. - А ты что стоишь, глазами наивными хлопаешь? Разве не знаешь, что от этих подвоха в любой момент надо ждать? Чего рот разинула? Думала он тебе от чистого сердца помочь хочет? Ага, разбежалась! - пророкотал кудряш.
   Я собрала инструменты, отобрала у рогатого скотч, которым он уже начал приматывать своего антипода к мебели, и отнесла чемоданчик назад. Карниз в ванной прислонила к стене, а занавеску смотала. Села на бортик и крепко задумалась о своем нерадостном будущем. Но подумать как следует мне не дали...
   Не прошло и трех минут - из комнаты раздался приглушенные закрытой дверью, хлопки, визг и трубный глас небесного добрячка:
   - Хозяйка, иди сюда, у тебя холодильник взбесился!
   Ага, на кухне ангел, черт, бешеная техника, а я туда идти должна?
   - Хозяйкааа! - возопили уже два голоса. - Мы его вдвоем не удержим!!!
   Иду.
   На кухне и правда развернулись боевые действия. Моя личная мистика подписала плечами хромированного монстра. Монстра хлопал дверцей и пытался укусить галлюцинации за откляченные попы. Пока безуспешно, с каждым новым хлопком он набирался опыта.
   - Уй! - заорал искуситель, когда прибор таки прищемил ему хвост. - Сделай же что-нибудь!
   Я не против, но не мог бы он уточнить, что именно я должна сделать? Не бросаться же мне на холодильник с пылесосом в руках! Хм... Я бросилась в комнату, расковала среди кучи неглаженных вещей утюг, выключила его в розетку стиральной машинки на кухне и выставила перед прибором:
   - Тих-хо! - рявкнула я. - Пасть закрыть и не хлопать!
   Однако, получилось... Холодильник притих. Парни отступили. По-прежнему держа перед собой утюг, я рывком распахнула дверцу, посмотреть кого еще из потустороннего мира ко мне в кухню надула. Из нутра монстра выпала довольно свежая крупная форелина и затрепыхалась на полу, а дальше случилось то, что заставило не только меня слегка окосеть, но и моих глюков.
   - Чего вылупилась, ведьма? Не видишь, хреново мне, трубы горят, воды налей! - скомандовала густым басом рыбина.
   Утюг выпал из руки. Мое сумасшествие прогрессирует олимпийскими темпами. Мифические существа еще куда ни шло, но говорящая дохлая рыбина, которую я на ужин употребить планировала - уже ни в какие ворота, то есть двери холодильника, не лезет.
   - Воды налей, извергша! - форель трепыхалась все слабее.
   Я метнулась к шкафу, да стала из него самую больную кастрюлю, бросила в нее скользкую холодную говорящих дрянь и плеснула воды. Из чайника.
   - Охренела?! - заревела рыба, выпрыгнув из кипятка.
   Пожалуй, да, именно это слово наиболее подходит для описания моего эмоционального состояния. И чем дальше, тем больше. Машинально я подхватила форель на руки, отнесла ее в ванную и открыла кран. Конечно, вода хлорированная, но первые пять минут доя выяснения личности нового глюка сойдет. Ха, личности, я уже думаю не как нормальная девушка! Где там мое успокоительное?
   Я всегда держала дома таблетки афобазола. Работа нервная, плюс курить недавно бросила, иногда бессонница мучает, вот и спасаюсь чем могу. Выдавив из блистера сразу две таблетки, я набрала пригоршню воды и запила горьковатое лекарство. Теперь, я определенно готова к знакомству с новым членом нашей дружной компании.
   - Ты кто? - спросила строгим тоном.
   - Кто, кто форель в манто! - незамедлил нахамить рыб. Откуда-то я совершенно точно знала его пол.
   Я цыкнула сквозь зубы, сходила на кухню за утюгом, который предусмотрительный ангел успел выключить и поднять с пола, выключила его заново и вошла в ванную.
   - Считаю до трех, - утюг красноречиво завис над водой. - Раз...
   - Стой! Ты что, ведьма, у меня же чешуя дыбом встанет!
   - Два...
   - Фамилиар я твой! - завопила форель. - Фамилиар! У тебя дома ни кошки, ни какой другой животинки. Насилу это нашел, а то пришлось бы в пельмень вселяться. Да, и не надо спрашивать, каким макаром мне разговаривать удается - сам удивляюсь.
   - И на кой... - я решила не поминать черта в суе, тем более он и так на кухне третью чашку кофе уминает. - Мне фамилиар?
   - Ведьме положено, - отозвался рыб.
   - Да? - я не была в этом так уверена, как он. - А что еще мне положено?!
   Сверху посыпался мусор. За ним на пол упала решетка давно забитого вентиляционного отверстия, следом грохнулся аккуратный квадрат фанеры. Это ответ на мой вопрос? Интересно кто это? Сантехник? Электрик? Санта-Клаус? В свете последних событий я в кого угодна готова поверить.
   Из отверстия показались крошечные лапти, обутые на не менее крошечные ноги, одетые в полосатые штанцы. Мужичок повис на одной руке, смерил меня взглядом и выдал:
   - Чего стоишь, хозяйка? Наливай давай, хряпнем за знакомство. Фома, - представился человечек. - Домовой твой стало быть.
   Угу, домовой. Вернее квартирный. Надо признать фантазия у меня не шутку разбушевалась: глюков становится все больше и они все разнообразнее. И всем чего-то от меня надо.
   На кухне расстановка сил не изменилась: ангел попивал чай, черт рылся среди кофейных капсул. Он не лопнет? Я попробовала отобрать у него плошку, где хранила кофе, но с тем же успехом могла попробовать у современного ребенка конфетку. По голове плошкой не получила и ладно. В холодильнике нашлось молоко, на нем засохший лаваш, но дымовые вроде не привередливые?
   - Ты что? - изумился Фома, появляясь на кухне. - Это для них вон оставь, - вальяжный кивок в сторону библейских персонажей. - Вискаря нет? - осведомился человечек.
   Молоко оказалось на многострадальном полу. Я взглядом указала на верхний шкафчик. Упоминание алкоголя вызвало живой интерес у рогатого, да и кудряш оставался равнодушным ровно до того момента, как на столе появились стопки и колбасная нарезка из холодильника. Даже рыбу в ванной заботливый Фома плеснул пять капель. Дождавшись розлива, я отобрала у пьянчуг бутылку и вернула ее в шкафчик. Хватит с них, а то вылакают все и начнут бузить, а у меня соседи с тонкой душевной организацией!
   - Так, ведьма, зовут тебя как?
   - Мария, - буркнула я. Поздно делать вид, что я совершенно ничего не вижу. Придется избрать другую тактику и наладить с галлюцинациями полноценный контакт. Сегодня. А завтра я добровольно поеду по всем известному в Москве адресу. Согласна на отдельную палату со всеми удобствами.
   - Я Фома, стало быть. Фамилиар, тебя-то как кличут? - крикнул домовой.
   - Хрыльбульдрыг, - раздалось нечленораздельное из ванной.
   - Ага, Дрыг, тебе еще наливать? - убранная бутылка волшебным образом вернулась на стол.
   Я вроде не пью, в кого у меня пьянчуги в сознании развелись? Хмыкнула. Схватилась за бутылку. Фома за нее же с другой стороны. Минуту мы молча перетягивали тару, а по истечении этого времени раздался звонок в дверь...
  

Глава 2

   Автобус отошел от станции метро Выхино в два часа после полудня. Вроде и не старый автобус, а корпус в царапинах и вульгарной рекламе. Внутри накурено, сиденья грязные и продавленные, как будто в нем мамонты, а не обыкновенные люди ездят, на полу догнивают прошлогодние семечки. С полок предназначенных для легких вещей и одежды нависают туго набитые рюкзаки, торчащие из них распутанные снасти так и норовят рыболовным крючком в глаз вцепиться. Рядом с ними кудахчет курица, огрызаясь за заливистый лай облезлой собачонки с противоположной полки.
   Автобус шел по маршруту Москва - Шатура. Время в пути два часа тридцать минут с остановками у каждого более-менее приличного столба, стоимость билета триста двадцать рублей.
   Все это навсегда отпечаталось в голове тридцатидвухлетнего мужчины с отрешенным видом рассматривающим сквозь никогда не мытое окно общественного транспорта ползущий мимо пейзаж. Он не находил в нем ничего интересного, но это было лучше, чем цепляться глазами за макушки пассажиров или косить на соседку - молодую девчонку в ядовито-розовом бесформенном свитере, желтых лосинах и черных кедах с мелкими черепушками. Пожалуй, черепушки ему нравились больше всего. Девица упиралась ногами в спинку впереди стоящего кресла, слушала в наушниках музыку и громко чавкала жевательную резинку с запахом химического апельсина. Он решил, что убьет ее первой.
   Рожденный в роскоши, воспитанный аристократом и ставший сильным мира сего, мужчина всю дорогу до облюбованной дьяволом российской глубинки пользовался услугами эконом-класса и общался с эконом-людьми. Он с трудом сохранял остатки человечности. Задержка рейса в аэропорту, жесткое кресло в самолете с разболтанной спинкой, упитанный словоохотливый сосед на соседнем сиденье, равнодушная стюардесса и пошловатая самка на пограничном контроле... Очевидно, его Бог решил, что мужчине этого мало и щедрой рукой художника-авангардиста добавил к общей картине гостиницу с клопами, толчею пустых истуканов в метро и этот вот очаровательный автобус. Мужчина представил себе догорающий железный остов на пустынной дороге...
   Что он здесь делает? С личным самолетом в ангаре, коллекцией дорогих машин, полным гардеробом вручную сшитых сорочек и ста парами дизайнерской обуви?
   Почему на нем синтетические спортивные штаны с гульфиком между колен, не подходящие к ним остроносые ботинки, наглухо застегнутая зеленая рубашка и томик Есенина в руках?
   Откуда в кармане паспорт чужой страны, в голове лингафонный курс вызубренного русского языка, а в кошельке "под крокодила" вместо звонких евро деревянные рубли? Будь проклятый Конклав, решивший, что он им что-то должен!
   Да, это его прадед заварил эту кашу, но проще оставить дела минувших дней в покое и не ворошить прошлое, но именно сейчас кое-кому приспичило разворошить пчелиный улей в поисках меда, а он та самая палка о двух концах: не получится - по одному настучат, справится - другие второй отрежут. И что делать? Сидеть в разбитом автобусе, подпрыгивать на кочках и слушать ту жутковатую дребедень, что из наушников соседки доносится? Мужчина прижался лбом к стеклу, вздонул и закрыл глаза. Автобус чихнул, содрогнулся больным железным телом, выпустил столб смрадного дыма и заглох. Человек на секунду усомнился в себе, но проверив память не нашел ничего предосудительного.
   Пассажиры, толкаясь и покусывая друг друга вывалились из железного чрева. Водила, сдвинув на затылок кепку-кенгурятник, стоял перед глуповатой рожей транспортного средства, дымил сигаретой и пытался сообразить к какому месте инструмент в своих руках прикладывать.
   - И че? - спросила ядовитая девица. - Поедем или тут тусить будем?
   Мужчина поморщился от неприятного говора. Эх, могилка по ней плачет. Простая, неприметная, под ближайшим кустом.
   - Дык, елы-палы, техника же не наша, импортная, я в ней небельмеса не понимаю, - пожал плечами мужик и сплюнул основательно пожеванный окурок.
   Человек улыбнулся, поправил на плече спортивную сумку и пошел вдоль дороги. Пожалуй, стоит совершить небольшую прогулку.
   - Эй, ботан! - мужчина не сразу осознал, что к нему обращаются. - Куда собрался? - он не ответил. Во-первых, не ее дело, во-вторых, попутчики ему не нужны. - Ботан, я к тебе обращаюсь. Глухарь что ли? - испепелить ее на месте, заставить окаменеть или отправить утопиться в ближайшей луже? Человек мечтательно улыбнулся. - Да стой, ты, слабоумный!
   Не выдержав, мужчина обернулся.
   - Чего тебе? - спросил он неприязенно.
   - Дык... - подавилась девушка. - Вдвоем-то сподручнее попутку ловить. Тебя-то, лоха, точно разведут на бабло, а у меня его нет. Предлагаю так, за мной машина, за тобой деньги. Договорились?
   А ее мозги не до конца химией отравлены.
   - Договорились, - процедил человек и направился дальше.
   А девчонка? Пускай живет, от небольшой прогулки на свежем воздухе у иностранца значительно улучшилось настроение, став из скверного просто слегка раздраженным. Проехавший мимо старый грузовичок обдал занятную парочку удушливым облаком солярки. Через пять минут заморосил дождь...
  
   Прежде чем открыть дверь, я посмотрела в дверной глазок и обомлела. На лестничной площадке стояла воплощенная голливудская мечта: красивый, холеный самец сочетающий в себе черты всех известных экранных ловеласов маялся возле моей двери! Он точно ошибся... Не то, чтобы я относилась к категории замухрышек, но особенной красотой не блистала, да еще привычка одеваться удобно, а не красиво привлекательности не добавляла. Все три моих романа закончились позорным бегством войск противника с завоеванной территории, но трижды подобно фениксу я восставала из пепла, перекраивала себя и вновь видела в людях только хорошее. Пора привыкать к обратному.
   С моим-то везение в последнее время этот красавчик наверняка окажется вызванным по ошибке стриптизером, да еще неправильной ориентации и уж точно пригрозит своими связями в криминальном мире, если я не оплачу его работу, которую он точно не собирается выполнять. И все же... Старые привычки так просто себя не изживают. Пригладив встрепанные волосы и растегнув старую вытянутую с одного и севшую с другого края майку, я открыла дверь на длину цепочки.
   - Вам кого? - спросила я севшим голосом.
   - Мария, - неземным баритоном произнес незнакомец. У меня аж волосы на шее наэлектризовались. - Разрешите войти?
   Я была готова разрешить ему изнасиловать меня на пороге квартиры. Прямо сейчас и даже не раздеваясь! Если бы не...
   - Закрой дверь, дура! - развеял наваждение дикий ор из ванной. - Не смей разрешать ему входить, идиотка! - истерически булькал рыб.
   - Секундочку, - кивнула я и захлопнула дверь перед ошарашенным носом красавчика. Ворвалась в ванную и звопила: - Ну и какого лешего?!
   - А вот такого! - встопорщил плавники фамилиар. - Это же инкуб, дурья твоя башка, он из тебя жизнь вылюбит и будешь неупокоенным духом по квартире шляться да новых жильцов пугать. Полтергейстом побыть захотелось? - воспитывал меня рыб.
   - Кто? - черта знаю, ангела видела, с домовым познакомилась, а инкуб что за птица? Хотя сознание все еще будоражило слово "вылюбит".
   В дверь жалобно поскреблись.
   - Инкуб. Демон это, - буркнул форель.
   Демон. Да. А я думала, что полный комплект мифических существ собрала. Оказывается, только положила начало коллекции. Интересно, а Дед Мороз существует?
   Я посмотрела на себя в зеркало и реально оценила свои силы. Против демона с таким сексуальным голосом, внешностью аристократа восемнадцатого века и поразительно грешными глазами, в которых утонуть хочется шансов у меня нет. Остается надежда на войска специального назначения, курсирующие по ванне. Фамилиары же вроде бы и для того нужны, чтобы полезные советы давать.
   - И что мне с ним делать?
   - Гнать в шею и подальше, и желательно поганой метлой!
   - У меня только веник...
   - Ох, ну и растяпа же мне досталась! Давай уж, веником выметай гостя, только поплюй на него сперва хорошенько и в унитазе обмакни, должно сработать! - забился в конвульсиях рыб.
   - В унитазе?! Он девственно чист! Комет семь дней чистоты слышал о таком?
   - Госпииидя, - протянул фамилиар. - Ну хоть ведро помойное есть? - я кивнула. - Тогда в него обмакни.
   Я выхватила из щели между туалетом и стеной веник, с грохотом уровнив доисторический железный совок, повертела его в руках, думая плевать на ручку или на метелку, и покосилась на форель. Ай, черт с ними со всеми, не желая лишний раз выставлять себя идиоткой в глаза своей галлюциногенной свиты, и я обплевала веник со всех сторон, сбегала на кухню и как следуеи пошерудила им в помойном ведре.
   Тем временем в дверь продолжали скрестись и мурлыкать что-то бархатным голосом балладу о шелковых простынях, свечах, лепестках роз и взбитых сливках на моем совершенном теле. Насчет последнего сомневаюсь. Конечно, я не урод, но с Мисс Вселенная меня и слепой днем с мощным прожектором не перепутает! А шелковые простыни? Он хотя бы знает что предлагает? Моя подруга на работе как-то поделилась опытом и телефончик ближайшего травмпункта заставила записать, постукивая свежим гипсом по столешнице. С тех пор я как-то подозрительно к скользким шелковым простыням отношусь и предложениям заняться на них гимнастикой...
   Перед дверью остановилась, прислушалась и принюхалась. В ноздри ударил неприятный сладкий аромат ладана. Мне всегда казалось, что так пахнут покойники. По крайней мере человек в гробу на единственных похоронах, которые я посетила, пах именно так. И этот запах на всю жизнь въелся мне в память. Странно, демоны же должны пахнуть серой. Или я что-то путаю или это неправильный демон!
   - Чего ждешь? - прошипел фамилиар. - Демон - не насморк! Сам по себе через семь дней не проходит. Давай, дверь открывай и по голове, по голове его! - в качестве иллюстрации, как именно я должна бить инкуба, форель плюхнул хвостом по поверхности воды.
   Действительно, чего я жду?
   Крепче сжала веник, еще раз плюнула на него, сняла цепочку и рывком распахнула дверь, а чтобы не поддаваться жалости и очарованию глаза закрыла и давай не глядя молотить перед собой лучшим по мнению фамилиара противодемонического оружия. Судя по сдавленный крикам я даже иногда в цель попадала.
   Размахивая веником и проговаривая себе под нос имена любимых актеров в качестве защитной молитвы, я шаг за шагом оттесняла демона к площадке на лестничной клетке. Обожаю Кристиана Бэйла, Джонни Депп вне конкуренции, Дениэль Крейг роскошен, а Брэд Питт просто не выходит из головы! Куда нашему московскому доморощенному инкубу до признанных больше чем половиной мира (включая геев) секс-символов?
   Ура, победа близка, я уже слышала, как он торопливо открывает собачку двери, бормоча сквозь зубы куда он некоторым ведьмам при следующей встречи свечи засунет, в какого цвета шелковые простыни ее завернет и под каким сортом роз закопает. Я усилила натиск не жалея рук ради благого дела спасения себя любимой от смерти хоть и приятной, но все таки преждевременной!
   Собачка щелкнула, дверь открылась и...
   - А что здесь происходит? - голос соседки застал и меня, и демона врасплох.
   - Еще одна! - рявкнул он и попытался просочиться мимо Степаниды Павловны, но та изящным движением руки остановила его. Инкуб замер в нелепой позе: одна нога поднята и согнута в колене, вторая почти выпрямлена, руки прикрывают голову, туловище завалилось влево вниз. В волосах и одежде демона запутались палки от веника, жалкие остатки которого я сжимала в руках - на редкость крепкий спина оказалась у незванного гостя.
   - Да? Интересно... - протянула соседка и внимательно посмотрела на меня. - Однако, поздравляю, милочка.
   - С чем? - я воинственно вздернула подбородок. Соседку никогда не любила, слишком на мой взгляд она заносчивая, но сейчас ее взгляд был значительно теплее и на губах играла приветливая улыбка.
   - С инициацией.
   - О... Так вы тоже?
   - Тоже - это ты, а я уже сто пятьдесят лет как...
   Я смотрела на Степаниду Павловну и пробовала сложить дважды два. Получается, или я действительно ведьма, или последние четыре года жила в сумасшедшем доме, замаскированном под самый обычный многоквартирный...
  
   Лев Николаевич Толстой был самым настоящим оборотнем. И его широкие плечи украшали самые настоящие капитанские погоны. И первое и второй в равной степени было предметом зависти коллег по отделению. Увы, по мнению самого Льва Николаевича повода для этого некрасивого чувства не было никакого.
   Во-первых, до капитана он дослужился в заштатном отделении полиции на станции метрополитена, где всего-то служило четверо не слишком бравых ребят уже к тридцати годам отрастивших солидную трудовую мозоль на животе и говорящих помимо русского языка, также на его матерном эквиваленте и диалектах восточных соседей нашей славной родины.
   Во-вторых, его вторая ипостась не взывала ничего кроме умиления - Лев Николаевич превращался в полнолуние в очаровательного бассет-хаунда. Как выяснилось, теория эволюции действовала не только на людей и животных, она также взяла под свое крылышко и ревностно оберегала существ не совсем обычных. Это деревенские по-старинке на луну по чащобам воют и свои же курятники разоряют, а городские кто в марте по крышам голубей гоняют, кто в парке деревца удобряют, задрав лапу. А капитан мечтал о чем-то большем. Настолько большем, что это "что-то" не помещалось в сознание честного оборотня, ограниченное обшарпанными стенами полицейской каморки.
   Большую часть нелегкого трудового дня Лев проводил сидя за старым письменным столом желтого цвета с расслоившимся лаком и многочисленными зазубринами, вперив отсутствующий взгляд в стенка напротив, где висел календарь тысяча девятьсот затертого года с улыбающимся от души Шерлоком Холмсом с неизменной трубкой в зубах и скрипкой в руке. Изредка, особенно по вечерам, оставаясь на дежурстве до закрытия станции, капитан доставал из нижнего ящика тумбочки потрепанный футляр, извлекал из него блестящую трубу и прикладывал инструмент к губам. В такие ночи спящая станция наполнялась поистине печальными звуками, выбивающими поток слез и бессвязных словосочетаний у самых прожженных алкашей, ночующих под дверью метро и желание вернуться в горы у нищих гастарбайтеров, полирующих личными зубными щетками мрамор метрополитена.
   Но сегодня Льву Николаевичу было не до музыкальных экзерсисов. Сегодня на оборотня неожиданно свалилась работа в виде странного и весьма запутанного дела о пропавшем воре, сгинувшей книге и случайно инициированной в процессе ведьме. Последняя его не интересовала, а вот книга и вор представляли немалый интерес.
   Преступление, где замешана магия, совершено на его территории и расследовать придется ему. Уже и соответствующее распоряжение от начальства из Управления пришло с пометкой "ведьмы" и двумя строками восклицательных знаков, что означало не просто проблемы, а геморрой как минимум масштаба всей солнечной системы! Увы, за этот геморрой целиком и полностью отвечала подтянутая задница господина Толстого и скормят стервятницам, если что, тоже его, а уж вышеупомянутые ведьмы на поленятся высосать у него мозг через трубочку,
   вставленную в ноздрю!
   Капитан закрыл почту, взял блокнотик в клетку с котенком Гав на обложке, обгрызенную со всех сторон шариковую ручку, надел фуражку и поднялся из-за стола. В каморке повисло удивленное молчание. Полицейские, только что обсуждавшие вчерашний футбольный матч в формате сплошных непечатных выражений, замолчали, как по команде вздернули брови и проводили удивленными взглядами Льва Николаевича. На их памяти он вылезал из-за своего стола три или четыре раза.
   Для сослуживцев, не подозревающих о тесной связи капитана с миром неведомого, он всегда казался немного странным. Сами посудите: не пьет, не курит, взятки не берет, в порочащих связях не замечен! Ну и кто он после этого? Уж точно не полицейский, наделенный властью конфисковать что угодно у кого угодно. Льва сторонились, секретами с ним не делились, его руку из доли с трудом нажитых дополнительных средств исключили... Толстой плевать хотел на них. Что бы они все понимали в высоком, что даже его понимаю недоступно!
   Капитан прошел через турникеты, кивнул старушенции в будке, вышел в подземный переход, оттуда на улицу, в знакомый подъезд и...
   Грустный бассет-хаунд минут пятнадцать ждал, когда его кто-нибудь выпустит. Он сидел у железной двери, смотрел влажными глазами на кнопку домофона, тяжело вздыхал и подвывал в полголоса "Воадимирский централ". В такие минуты пес как никогда понимал людей, коротающих дни в местах не столь отдаленных. Наконец, его выпустили.
   Подметая ушами тротуар Лев потрусил обратно в переход, сбежал по лестнице и путаясь у пешеходов под ногами он добрался до места преступления и приник широким влажным носом к асфальту. Эту часть своей работы оборотень ненавидел больше всего. Кто-нибудь представляет себе, чем пахнут переходы метро, истоптанные миллиардами ног? Здесь и благоухающий аромат свежего бомжа, и настоявшиеся флюиды ночных возлияний и произливаний у ближайшей стены, и адская смесь моющих химикалий, и ударная волна перемешанной парфюмерии... И он во все это... носом...
   Глубоко выдохнув, несчастный бассет-хаунд шумно и проляжет вдохнул. Сонм запахов залил черепную коробку по самый мозжечок, вызвав головокружение, изжогу и острое желание прислониться к опоре. Спотыкаясь о собственные ноги, лавируя среди конечностей вечно спещащих людей, капитан добрался до противоположной стены и тяжело уселся рядом с облезлой трусливой псиной на поводке, чей конец крепился к грязной руке молодого человека жуликоватой наружности. В руках парень держал картонку с корявой строкой: помогите животным на хлеб.
   На хлеб? Да кабыздоха на поводке месяц надо чистой мраморной говядиной откармливать из самого сердца Новой Зеландии! Впрочем, не время думать о псине, тут бы с запахами разобраться. Магией шмонит так, словно на месте преступления скунсы друг в друга плевались, аж глаза слезятся и хвост сводит.
   - Что же вы собачку до такого состояния довели? - незнакомая воняющая пятерня потрепала оборотня по затылку, а в коробку парня упала сотенная купюра. - Смотрите, он у вас совсем на ногах не стоит! -
   Капитана совсем повело от запаха чеснока и желания впиться в чертову руку. Закатив глаза, Лев рухнул на бок и замер в изнеможении. Желающих пожалеть собачатинку, собачулечку мгновенно стало в три раза больше, потом в шесть, затем в девять, и каждый хотел потискать пса с самими несчастными глазами на свете.
   После двадцатого объятия капитан не выдержал. Он посмотрел своими карими влажными глазами на очередного любителя телячьих нежностей и попросил, глядя прямо в глаза человеку:
   - Не надо. Мне бы очень не хотелось вас кусать, но другого способа остановить это безобразие я не вижу. И не надо на меня так смотреть. С вами действительно разговаривает собака. Впрочем, с равной долей вероятности я могу быть вашей галлюцинацией, а значит... Мужик не дослушал. Он отпрянул, распрямился, налетел на прохожего, испуганно вскрикнул и рванул по переходу к выходу. Оставшись без собеседника бассет-хаунд развернулся к попрошайке, переступил перед ними лапами и смущенно попросил:
   - Ты мяса своей собаке купи. Ну и проглистогонь ее что ли...
   - Ага... - выдавил из себя парень.
   Чихнув на прощание, оборотень по привычке отдал честь и потрусил ко входу на станцию метро. Магические запахи в его голове разложились на три отчетливые составляющие: приезжей ведьмы, воришки с сильной нотой дурмана и горный букет инициированной колдуньи. Первым делом следовало найти злоумышленника...
  
   Я пила третью чашку чая под нескончаемое щебетание Степаниды Павловны. Она рассказывала про все прелести насыщенной жизни ведьмы: то порчу навести, то снять, то проклясть, то соперницу в семье извести. В-общем, что ни день, то благодать. Мой фамилиар с умным видом поддакивал ведьме со стажем и требовал немедленно начать брать с не пример. Заткнулся несносный рыб только тогда, когда я его пригрозила проклясть в качестве тренировки. Правда, угроза подействовала ненадолго и уже через полчаса дифирамбы в адрес Степаниды Павловны продолжились. Пришлось демонстративно разогреть сковородку...
   Тем временем остальные "галлюцинации" спали мертвым сном в комнате на моей кровате в обнимку друг с другом и с приконченной бутылкой виски. Мда, алкоголики из них никакие, агитаторы еще худшие: они так и не смогли убедить меня принять чью-либо сторону, а их последние предложения я вообще разобрать не смогла. Алкоголь очень сильно повлиял на связанность мыслей и легкость их изложения.
   -... И это не все гости, которых тебе следует ожидать, - соседка отправила в рот печеньку. В хрусте песочного теста я отчетливо услышала хруст собственных костей. Наш обычный мир не слишком дружелюбен, а меня в его изнанку с головой окунули и плыть велели. Хоть бы матрасик надувной подкинули или жилет спасательный...
   - А кто еще? Налоговая? Полиция? Трудовая инспекция и санэпидемстанция? Ай-Ай, а у меня в ванной дохлый рыб плавает и воздух своими комментариями засоряет, а в комнате черт и ангел без регистрации и задних ног дрыхнут! - я отодвинула чашку. У меня пропал аппетит. Говорят, перед смертью не надышишься, наверное, и чаем не напьешься тоже.
   - Что ты, деточка! К этим ты явиться сама должна... - ...?! - А к тебе демоны всех мастей в округе на огонек заглянут, вампиры зайти поздороваться могут, оборотни и прочая нечисть. Ведьмы любой масти у всех в почете.
   - Почему?! - я лихорадочно вспоминала заплатила за интернет в этом месяце или провайдер меня опять на мели резонно оставил. Инстинкт самосохранения требовал немедленно поменять хлипкую дверь на бронированную, стекла заменить на пуленепробиваемые, поставить сигнализацию, домофон и купить пулемет, а еще лучше гранатомет. И кол осиновый с серебряной окантовкой. Ну и гроб на всякий случай заказать. Себе.
   - Ты что же меня не слушала? - удивленно всплеснула руками Степанида Павловна.
   - Я слушала! - заявила уверенно. - Просто в голове у меня сейчас такой бурлящий колдовской котел, что открывать страшно. Расскажите еще разок и попроще, а? - естественно, я не слушала! А что слушать? То, что мозг по-прежнему считает бредом сивой кобылы, которую торжествующий крестьян ядреной брагой вместо колодезной воды напоил? Легко сказать, да трудно в голове уложить, что ведьмы и прочие вымышленные существа имеют плоть, кровь и здравствуют под боком у нормальных людей к коим по я по роковому стечению обстоятельств относится перестала.
   Соседка вздохнула. Налила себе еще чай, заполнила вазу печеньем и приступила к рассказу.
   - Магические существа, а попросту магики есть везде. Мы свою инаковость не афишируем и вскрываться не собираемся. Нашу безопасность хранит несколько органов управления, чьими руками, глазами и прочими частями тела являются внедренные во все государственные структуры магики. Тебе, как новоиспеченной ведьме, необходимо зарегистрироваться по месту пребывания и поставить в ветклинике фамилиара на учет. Первое делать вместе с куратором, второе сама по себе. Потом в трудовую инспекцию поставить на учет домового, оттуда его в охапку и в санэпидемстанцию за санитарной книжкой. Адреса найдешь на нашем районном сайте магиков. Дальше...
   - У вас и сайт есть? - я сглотнула, представив себе интернет сообщество потусторонних сил: ой, знаешь мы сегодня жертву приносили, а она, как на грех живучая оказалась, так вопила, что полиция на шум сбежалась, пришлось ритуал прервать, бедняжка демон ему рога вместе с почками отбили - он единственный не успел сбежать. Или девочки-ведьмочки подскажите, что надеть на свидание с обычным чуваком: остроконечную шляпу или полосатые чулки? Ой, не надевай ничего, а иди голой и обязательно при полной Луне, на век твой будет!
   Угу, седой и заикающийся.
   - Есть, конечно! Вход с основного районного. Там есть вход для магических пользователей. Теперь ты его увидишь. Это простые люди не в состоянии значок разглядеть, - хитро улыбнулась соседка.
   - Понятно, посмотрю попозже, - что-то перспектива заниматься бюрократией меня совершенно не радовала. Чем я это заслужила? Пойти что ли еще раз о ларек головой удариться, вдруг все на круги своя вернется? - Так, с регистрацией и прочей лабудой понятно, но почему ко мне должна ни с того, ни с сего вся окрестная нечисть заявиться?
   - Демоны за счет ведьм свою силу увеличивают. Демоны похоти через секс, демоны обмана могут и душу забрать, демоны изобретатели с легкостью тебя частью чего-нибудь сделают, полтергейст с легкой до безумия доведет. Обычный человек им, как батарейка, ведьма же, как контейнер батареек.
   - И как от них защищаться? - в голове застрял образ голодного льва в клетке. Интересно, они демонов едять и если да, то в каком виде: сыром или после термической обработки?
   - Не бойся, Мария, прорвемся. Двух смертей не бывать, а одной не миновать! - булькнул форель из ванной.
   Меня как бы ни одна не устраивает, по крайней мере не в возрасте двадцати трех лет. Точно первым делом не оформлением прописки для рыба займемся, а установкой охранной сигнализации. Еще и себе противоугонный комплект куплю с GPS передатчиком.
   - Ладно, об остальном тебе куратор расскажет, а я пойду, деточка. Ты, главное, помни: незнакомым дверь не открывай и, если что, заходи в гости, - соседка тяжело поднялась из-за стола.
   Ага, пойдет она. Конечно, печенье кончилось, заварка тоже. Смысла Винни Пуху оставаться в гостях Кролика никакого.
   Я проводила Степаниду Павловну до дверей, заглянула в комнату, сфотографировала сладкое трио исключительно с целью защиты себя любимой путем шантажа компроматом. Между прочим все трое отлично получились, не стыдно на Facebook выложить, чтобы друзьям показать. Ну, это если показывать придется. Я человек мирный и душевный, но себя драгоценную в обиду всяким религиозным легендам не дам.
   Чай дал о себе знать. Я сунулась в ванну по привычке, но там плавал брасом фамилиар, а при нем как-то неудобно. Чертыхнувшись, я побежала на кухню, достала кастрюлю и вернулась.
   - Что это? - форель покосился на жестянку.
   - Карцер, - ответила с улыбкой и запихнула рыбу посудину.
   - Совсем хозяева охренели! Я в профсоюз пожалуюсь! - пригрозил рыб по дороге на кухню. Он сжал плавник в кулак.
   - Остынь! - в холодильнике нашлось место для кастрюли. Захлопнув крышку, бросилась в туалет. Никогда себя счастливее не чувствовала!
   Разобравшись с проблемами текущими, я задумалась о будущем. Надо бы найти фамилиару пристанище. Не может он вечно в ванне жить. Как представлю ежевечерний помывочный ритуал, так плохо становится. Ему же глаз не завяжешь и уши не заткнешь. Не хочется потом остаток жизни от скабрезных комментариев добровольного помощника страдать. А уж в том, что он не упустит случая похохмить за мой счет я на сто процентов уверена. Более разговорчивую рыбу в жизни не встречала...
   Я достала притихшего фамилиара из холодильника. Рыб посмотрел на меня таким взглядом, что я почувствовала себя браконьером с зажженной шашкой динамита в руке перед заповедным прудом рыбхозяйства.
   - Извини, - фамилиар фыркнул, - прости, - надул пузырь, - ну, пожалуйста, - развернулся ко мне хвостом. - Ах так! Ну и сиди в кастрюле, а-то тебе аквариум купить хотела...
   - Правда?! - форель выпрыгнул из кастрюли, сделал сальто в воздухе и плюхнулся обратно, окатив меня половиной ледяной воды из своего карцера.
   Я вытерлась рукавом.
   - Правда, - только почему-то представила себе аквариум железный, наполненный маслом и подключенный к газопроводу.
  
   Стеван мрачнел все больше. Спутница раздражала его все сильнее. Погода разочаровала совсем. Легкая прогулка уже через полчаса превратилась в тяжелое преодоление препятствий по пересеченной местности под проливным дождем и с участием машин, которые вместо того, чтобы подобрать несчастных промокших путников, раз за разом окатывали их грязной водой. Не выдержав подобного обращения колдун прижался ближе к лесу, но облегчения от этого не испытал: густая мокрая крапива не упустила случая отомстить всему роду человеческому в лице Стевана за века бескомпромиссного уничтожения. А девчонка в кислотном прикиде шагала рядом, как ни в чем не бывало.
   Все проблемы решались легко. В прежней жизни, когда не надо было действовать осторожно, когда над шеей не висела дамокловым мечом ведьмовская метла и не было поручений Ковена - сборища выживших из ума стариканов по какой-то причине решивших, что он лучшая из возможных кандидатура. Да, колдун из него не из последних, кое-кого из Ковена на лопатки уложит без проблем, только желания силами меряться нет никакого. Впрочем, быть мальчиком на побегушках тоже. Однако, распоряжения Ковена не обсуждаются, а выполняются, особенно, когда глава всего этого магического сборища престарелых идиотов собственный отец с коим шутки плохи, ибо чувство юмора ему лет в десять ампутировали!
   Руки Стевана сжались в кулаки. Он на мгновение остановился, поднял глаза к небу и... как раз успел разглядеть бело-желтую неприглядную каплю, стремительно приближающуюся сверху и то место, откуда она, собственно говоря, вылетела. Довольная ворона, издевательски каркнув, скрылась в чаще леса. Колдун сглотнул. С каким бы удовольствием он сейчас превратил эту чертову птицу в утку по пекински, но нельзя. Ничего, позже ворона поплатится. Стеван ее... гм, зад запомнил. Скрипнув зубами мужчина вытер сорванным листом разлапистого растения лицо, не обращая внимания на встревоженные вопли девчонки.
   - Заткнись, - грубо бросил колдун.
   - Да, пожалуйста, - она пожала плечами, - только ты фэйс борщевиком вытираешь.
   - И что? - ничего не понял колдун.
   - Да ничего, просто он жжется.
   - Я не чувствую! - рявкнул мужчина, будто назло спутнице еще раз тщательно вытер лицо, и выкинул скомканный лист на землю.
   - Завтра почувствуешь, - девчонка выплюнула жевачку, но тут же закинула в рот другую пластинку. На сей раз приученный к изысканным парфюмерным ароматам нос колдуна обжег запах пластиковой клубники.
   Стеван смерил спутницу презрительным взглядом, сжал кулаки и сделал шаг вперед. Девчонка попятилась, ощутив исходящую от мужчины угрозу. Недавний отъявленный ботан вдруг раздался в плечах, стал сантиметров на двадцать выше, а скрытые за толстыми стеклами очков в доисторической оправе глаза неожиданно полыхнули самым настоящим дьявольским огнем.
   - Т-ты чего? - выдохнула она, отступив шаг.
   Девушка осознала, что по-большому счету она в лесу с незнакомым ей человеком и вокруг ни души на тот случай, если понадобится помощь. Ей одной с этим бугаем неизвестного происхождения и вполне возможно пребывающего не в своем уме не справится. - Н-не надо, а? - она вздрогнула всем телом.
   Колдун подобрался ближе.
   - Не бойся, - прошептал он, протянул руку и коснулся щеки спутницы, - я ничего тебе не сделаю, - про себя мужчина добавил "сейчас". Он передумал ее убивать. Яркая раскраска и самоуверенное поведение девчонки навели его на весьма интересную мысль.
   Спутница затравленно улыбнулась в ответ. Ха - не бойся! Конечно, глядя на такую зверскую рожу проще умереть, чем перестать дрожать от ужаса! Но уже через десять минут девушка забыла о странном поведении ботана: им, наконец, улыбнулась удача в виде словоохотливого молдаванина на разбитой четверке, согласившегося бесплатно подбросить их до Шатуры.
  
   Я шла по улице с кастрюлей в руках и умоляла фамилиара не высовываться из-под крышки. Проклятая парножаберная скотина нормальных русских слов не понимала. В итоге крышка на кастрюле у меня в руках бренчала и из-под нее доносились возмущенные бульканья.
   Прохожие оборачивались мне в след и буравили любопытными взглядами спину. Ну, еще бы! Прется по улице девушка с виноватым лицом и разговаривает с рыбой, высовывающейся из посуды. Замечательная картина, достойная любого видеосайта в Интернете! Ролик просто взорвет сеть. Одна беда - я не желаю становиться народной любимицей. Это как порноактрисой быть. Вроде в кино снимаешься, а сказать об этом друзьям и родственникам стыдно.
   Магазин аквариумистики находился в трех километрах от моего дома, при этом общественный транспорт и спального района, где я жила, ходил в ту сторону раз в пятилетку. Идиотское расписание автобусов и послужило причиной тоо, почему я шла пешком с фамилиаром в руках. Форель настоял на личном осмотре нового жилища, вдруг я что-нибудь не то куплю? Можно подумать он в прошлой жизни был специалистом по разведению рыб и разбирался в аквариумах! Но пришлось его взять с собой. Не смогла смотреть на его конвульсии: поганец, услышав, что я собралась в магазин без него, выбросился из ванной и устроил показательную попытку самоубийства.
   Три километра стоили мне миллиона нервных клеток и довольно неплохого настроения. Оно и так целый день словно на американских горках вверх-вниз скачет, а теперь вверх ногами зависло, и как исправить положение абсолютно неясно. Дверь в магазин мне открыла бабулька с пакетиком корма для рыб в руках. Я сердечно поблагодарила ее и протиснулась в магазин мимо следующих покупателей, которые и не подумали сделать скидку на груз в моих руках, торопясь на выход.
   Я с облегчением поставила кастрюлю на пол и принялась бродить вдоль рядов с аквариумами, приглядываясь к ценам и стараясь на упасть в обморок от стоимости параллелепипеда из стекла. Нет, реально проще отправить форель туда, куда она предназначалась - на сковородку! Он меня разорит требованием трехметрового люкса с роскошным замком на дне и блестящими камушками.
   - Кого содержать собираетесь? - ко мне подошла девушка, продавец-консультант. Ирина, как гласил аккуратный бэйджик на ее обширной груди.
   - Да вот, - легонько пнула кастрюлю.
   - Ну ка, ну ка, кто у нас там? - она присела на корточки и приподняла крышку. - Это что? - голос девушки изменился до неузнаваемости.
   - Форель, - кисло ответила я, - кажется, радужная.
   Но не это впечатлило продавщицу. Как я могла забыть о пристрастии фамилиара к нездоровым шуточкам?
   - Но она же мертвая! - заверещала Ирина, и тут рыб из положения "к верху брюхом" совершил сальто у нее перед носом, да еще умудрился хвостом продавщице по щеке заехать. Опешившая девушка села на пятую точку и уставилась на подмигивающего ей из кастрюли фамилиара.
   - Как видите, живее всех живых, - прокомментировала я, украдкой показывая кулак рыбу. - Можно мне вот этот аквариум и все что к нему надо. У вас доставка есть? - я посмотрела на Ирину. Та угукнула и отползла к противоположному стеллажу. - Отлично, оформляйте. Могу проходить на кассу? - девушка часто-часто закивала головой. К бабке ходить не надо, она хотела скорее избавится от странных посетителей.
   - И все? - разворчался рыб.
   - Что тебе еще надобно, вымогатель? - я сложила на груди руки. Надо хорошенько изучить бюрократию с фамилиарами, в частности, меня очень интересует раздел, где написано что будет ведьме, если ее помощник случайно умрет. Например, под разделочный нож попадет или изнутри в микроволновке закроется, предварительно хорошо просолившись и поперчившись.
   - Форельку, - застенчиво поковырял плавником стены кастрюли рыб.
   - Ты сам она!
   - А мне бы... самочку... - я с силой опустила крышку, чуть не прибив фамилиара. Он меня за кого принимает, за сводницу?! - Мария, ты пойми, я же все круги Ада прошел, а ты знаешь как там с женщинами? - отправилась на кассу, надеясь, что вопли помощника только я слышу. - Они ж там только на втором круге есть, а потом ни-ни, а я там лет двести бродил! Я мужчина, у меня потребности есть, между прочим, мужские!
   - До марта потерпишь, - прошипела сквозь зубы и стукнула кулаком по кастрюле.
   - Простите? - нахмурилась кассирша, принимая у меня карточку. - Что в марте случится? - глядя поверх элегантных очков в компьютер она искала мой заказ.
   - Последняя битва между ангелами и демонами за души человеческие, - пошутила я забрала у ошалевшей тетки карточку, чек, подхватила кастрюлю. - Успейте купить билеты и запастись попкорном, - и вышла из магазина.
   Постояв пятнадцать минут на автобусной остановке, я поняла что опять придется идти пешком. Общественный транспорт не спешил на выручку несчастной ведьме с оголтелым фамилиаром подмышкой. Плотнее застегнув толстовку, я дошла до пешеходного перехода, перешла улицу на зеленый свет светофора и углубилась во дворы. Так будет быстрее, кроме того, во дворах народа меньше чем на уличных тротуарах. Мне любопытных взглядов по пути туда хватило, чтобы еще и обратно ими наслаждаться.
   И все же мне повезло...
   Нет, никто не спрашивал сигареты и не предлагал выпить. Все было гораздо хуже. Хотите верьте, хотите нет, но во втором дворе, который я неспешно пересекала, стараясь не обращать внимания на бульканье из посуды, на меня набросилась стайка детей от пяти до десяти лет. Что в них страшного? Ну, а как насчет красных глаз, когтей и торчащих из-под верхней губы игловидных клыков?
   Фамилиар с небольшим опозданием предупредил меня о семействе вампиров, проживающих в этом дворе. Спасибо, я уже сама поняла по внешним признакам с чьими отпрысками столкнулась. Дети шипели, словно змеи, и, растопырив руки, загоняли меня в угол. На уговоры оставить тетю в покое, пока она ремень не сняла и не надавала им по их пухленьким попам, вампиреныши не реагировали.
   Я вспомнила про стоматолога. Если обычные дети боятся сего повелителя бормашины и светоотверждающих пломб, то эта пузатая мелочь должна с воплями к маминым крыльям помчаться. Я думала неправильно. Слово еще не отзвучало, а дети молниеносно повисли на мне, вопя, царапаясь и пытаясь добраться до шеи.
   Кастрюля выпала у меня из рук. Фамилиар вывалился из нее на песок и затрепыхался. Через считанные секунды он стал похож на рыбу в панировочных сухарях. Отсутствие воды и хилое осеннее солнце грозило доделать то, что изначально намеревалась сделать я - зажарить симпатичную рыбку на обед и ужин, правда, не мне, а дворовой собаке с интересом наблюдающей за предсмертными судорогами моего фамилиара.
   Я испугалась. Черт знает что происходит, а у меня рука на этих... зверенышей не поднимается и неизвестно что будет, если они таки мне сонную артерию прикусят. Вдруг я сама буду вынуждена раз в месяц клыки болгаркой подрезать, лишь бы эстетический вид верхней челюсти сохранить, и на диету из томатного сока и сырого мяса перейти? Нафиг надо мне такое удовольствие!
   - А ну брысь отсюда! - рявкнула во всю мощь легких.
   Неожиданно подействовало. Вампиренышей отбросило от меня метра на полтора. Они зависли в воздухе, болтая конечностями и удивленно разевая щербатые рты. - Ага, не нравится! - я подпрыгнула на месте от радости. - Быстро простите прощения.
   - Простите госпожа ведьма!
   Я чуть от страха не умерла, услышав низкий хриплый бас за спиной. Медленно обернулась и завопила во весь голос от ужаса. Надо мной возвышался сорокалетний детина более двух метров в высоту и столько же в ширину, с ног до головы заросший жесткими волосами, в засаленной майке-алкоголичке и с вилкой в правой руке. По размеру вилка больше напоминала рогатину, которой можно завалить медведя.
   - Прощаю, - пискнула я, косясь одним глазом на вилку. - А за что?
   - Ну, как за что? - вытер тыльной стороной руки потный лоб детина. - За деток моих. Маленькие они еще, как ведьму видят, так волю теряют. Не обижайте их, госпожа ведьма, отпустите? - из глаз громилы меня окатила волна сожаления.
   - Я их не держу, - детки посыпались вниз.
   Елки зеленые, этот громила - вампир! Да уж, киношным красавцам с налетом синтетической брутальности до альфа-самца рядом со мной, как до Антарктиды пешком в туфлях на двенадцати сантиметровых каблуках! Представляю, как настоящая нечисть со смеху покатывается и кулаками бьет по голубому экрану во время просмотра зарубежных и отечественных шедевров.
   - Марш домой, - папаша погрозил вампиренышам кулаком. Детей словно ветром сдуло.
   Только у меня от сердца отлегло и я, позабыв обо всем, стала бочком-бочком с детской площадки на дорожку выбираться, намереваясь дать деру, как напомнил о себе фамилиар. Тьфу ты, я думала он уже до золотистой корочки загорел.
   - Мария, спаси меня! - вопил форель. Причем он умудрился вопить будучи головой в пасти бездомной собаки, отчего голос фамилиара напоминал трубный глас вопиющего в пустыне.
   Спасать не понадобилось. Собака поджав хвост, присела на задницу, выплюнула бешеную рыбу и не оглядываясь потрусила в неизвестном направлении. Думаю, бедное животное теперь три раза перекрестится, прежде чем с пола всякую полуживую гадость подберет.
   Я подняла форель и сунула его в кастрюлю. Ее дно вода покрывала на три пальца. Не бассейн, конечно, но сойдет до ближайшего ларька, где можно минералки купить. Бедный рыб заслужил СПА-купание после нервотрепки. Только я собралась незаметно улизнуть, как вампир предложил зайти в гости чайку с тортиком попить. Отказ он, разумеется не принял. Обхватил мои плечи лапищей и потянул к подъезду на все лады расхваливая жену-мастерицу.
   Супруга, слава Богу, оказалась дома. Все придуманные по пути на третий этаж картины насилия надо мной тут же испарились из головы. Однако, один взгляд на огромный разделочный нож в хрупкой руке волоокой красавицы, заставил подумать о парном мясе, рассортированном по полиэтиленовым пакетам в морозильной камере. А когда меня провели на кухню, где рядом с огромным холодильником стояла такого же размера морозильная камера, то ощущение стало в два раза сильней.
   Всего-то третий этаж... Должна выжить, если решу в окно выпрыгнуть.
   Квартира вампирского семейства была просторной. Три комнаты, из две из которых были отданы на растерзание детям. Одна гостиная, она же спальня для взрослых. Светлые обои в цветочек, мягкая мебель в белых съемных чехлах, современная техника на гостином гарнитуре из дерева в тон обоям. В общем, логово кровососов меня разочаровало. Никаких каменных саркофагов на постаменте из кладбищенской земли в окружении свечей. Небольшой беспорядок в обстановку вносили разбросанные игрушки и детские вещи, но хозяев можно понять: шесть сорванцов с весьма кусачим характером - полный кошмар!
   Мне налили чай, откромсали большой кусок домашнего торта "Наполеон", фамилиара с комфортом разместили в ванной, куда тут же проник весь клыкастый выводок в полном составе с импровизированными удочками. Убедившись, что рыбу ничего, кроме седой чешуи и сорванного голоса не грозит, я с головой зарылась в торт. Образно выражаясь. Он был умопомрачительно вкусен. Пока я наслаждалась угощением, смущенный папаша объяснил мне, почему отпрысками меня добычей посчитали.
   - Простите еще раз детишек. Ну, не со зла они. Просто ваша кровь, госпожа ведьма, для нас как энергетический напиток на обычных людей действует. Глоток, и мы месяц будто кролики энерджайзер бегаем, а они еще себя контролировать на сто процентов не умеют, вот и сорвались. Госпожа ведьма, не держите на нас зла, - громила снова скорчил умилительную рожицу.
   - Да я не держу никакого зла, - за такой торт я готова Дьявола простить и за ручку на небеса отвести. - Даже не беспокойтесь. Только объясните, разве вы не должны на солнце... ну, сгорать, - я замерла в ожидании ответа.
   - А, вы об этом, - отмахнулся вампир. - Так уже давно есть заклинания, позволяющее нам выходить на солнце. Непривычно, конечно, но ничего страшного. Дети вообще опасности не осознают. Как торт? - улыбнулся вампир. - Еще положить? - я не нашла в себе сил отказаться.
   Через час еле переставляя ноги я вынесла из подъезда раздувшийся живот, кастрюлю с притихшим фамилиаром и пакет с полкило "Наполеона". На правой руке на большом пальце красовался пластырь, откуда вампир сцедил немного добровольно отданной крови, а в ушах до сих пор звенело приглашение заходить еще, когда захочется сладенького. Зайду, но не в ближайшие десять лет. Кажется, я сладкого на все пятнадцать наелась...
  
   Ворона петляла среди плотно растущих деревьев в довольно густом и старом подмосковном лесу. Она не могла лететь прямо, ибо давилась от смеха, а глаза застилали жгучие слезы неуемного веселья. Реальность двоилась, троилась и в качестве закономерного итога треснула птицу по клюву разлапистой сосной. "Икррр!" - просипела ворона, на две секунды зависла, взмахнула слабеющими крыльями и рухнула вниз, свалившись в штопор. Через пару метров птица наткнулась на сук, запнулась о него, совершила кульбит в воздухе и... за землю неловко приземлилась обнаженная девушка весьма внушительных пропорций, но даже тогда оборотница не перестала смеяться, раз за разом вспоминая поступок настоящей отчаянной вороны, по полной программе уделавшей зазнайку-колдуна. Правильно говорят - нечего рот попусту разевать! Впрочем, хохотать, развалившись в чем мать родила под деревом тоже не лучшее средство времяпрепровождения...
   Математики доказали - параллельные прямые не пересекаются. Врут они все, эти математики. Дело в том, что в их расчеты, отчасти определяющих законы материальной вселенной, они не всегда смогли впихнуть такую переменную, как время. Что может быть общего у оборотницы из славного государства Сербия и двух подмосковных братков не без мозгов, которые в девяностых случайно подняться смогли сначала до статуса бизнесмена в малиновом пиджаке, а теперь до депутатов городской шатурской Думы доросли? Конечно, время. И еще определенная точка пространства, куда первая стремилась вниз по вертикали, а вторые в сторону по горизонтали.
   Депутаты выполняли важную миссию: по заданию коллег они отправились в лес разыскивать подходящее место для выгула представителей московского публичного зоопарка. Народные избранники из столицы должны на днях с дружеским визитом к братьям своим меньшим явиться, вот и требовалось в срочном порядке спортивно-развлекательную программу устроить, да не абы какую, а в традиционно русском стиле!
   Остановились на охоте, бане, соленьях и длиннокосых красавицах в теле. Все нашли, только с охотой осечка вышла. Если кто из подмосковных депутатов ружье и держал, то уже давно забыл с какой стороны патроны вставляются. Ну и, понятное дело, афишировать такие знания никто не хотел.
   Есть или нет знания, а место искать, где шатер раскинуть, грибы воткнуть и зверей дрессированных выпустить искать надо. Вот друзья и искали, но пока что нашли только укромный уголок для... В общем сами попробуйте после плотного завтрака пять часов по лесу бродить!
   Только Валерий Петрович пояс расстегнул, штаны снял и присел под кустиком, как недалекий грохот спугнул его. Сердце у немолодого депутата дрогнуло и зашлось в аритмии.
   - Мих, а Мих, - окликнул он друга. - Что там? - потоптался с ноги на ногу депутат.
   - Мне-то откуда знать! - сбоку отозвался друг.
   - Так сходи и посмотри! - не сдержался Валерик. Он никак не мог понять одевать ему штаны или нет. Вдруг бежать придется? А вдруг... просто придется?!
   - Сейчас, - буркнул Михаил.
   Мужчина сдвинул кепку на затылок. Идти не хотелось. Хрен садовый знает, что в этом лесу на голову упасть может. В городе понятно: кирпичи, балконы, женщины резиновые, один раз гитарный усилитель прилетел, а за ним барабанная установка, а в лесу что? Двигатель от низко летящего боинга? Судя по шуму именно он и был.
   Михаил прошел вперед. Снял с плеча незаряженное ружье и раздвинул им заросли волчьей ягоды. Дыхание у мужика мгновенно сперло. Он стянул с головы кепку и протер ею взмокший лоб.
   - Ну, что там, белка? - послышался голос Валерика.
   Джэгода стояла перед Михаилом, уперев мускулистые руки в мощные бока. Оборотница улыбалась во все сорок мелких острых зубов. За ее спиной бились два больших черных крыла. Сербка обладала редким среди оборотней даром частичного превращения и полностью контролировала физически метаморфозы тела.
   - Мужик, - жарким шепотом спросила она, - ружье крепко держишь? - подмигнула. Миха кивнул. Но оружие последнее о чем он думал. Его глаза, мысли, мозг и все остальное сосредоточились исключительно на развитых грудных мышцах женщины. - А вот и нет! - стремительное движение, и в нос депутата уперлись черные жерла дула, пахнущие порохом.
   - Ых, - всхлипнул депутат.
   - Мих, а Мих, ну что там?! - за спиной надрывался Валерик. - Лось что ли?! Чего ты молчишь-то? - через секунду он присоединился к товарищу. Взгляд медленно переместился от дула выше, к лицу женщины. - Ты кто? - выдохнул народный избранник.
   - Русалка, что на ветвях сидит того самого дуба с золотой цепью. Ветер сегодня сильный, вот и сдуло. А вы тут кота ученого не видали? Он, скотина такая, цепь спилил, антикварную книгу сказок упер, мне ребеночка сделал и сбежал, - притворно вздохнула Джэгода. - Ну, раз не видели, то я пойду, а вы тут еще минут десять оставайтесь. Договорились? - оборотница без усилий завязала дуло ружья в узел и вернула его Михаилу. - Чудьненько. Ну, бывайте, мужики и не поминайте лихо: оно ведь к вам прийти может! - подпрыгнув, сербка кувыркнулась в воздухе и черной вороной взлетела в небо...
  
   Господи, мне дышать было трудно, не говоря о том, чтобы передвигать ноги, но желающих донести меня на руках поблизости не было. Хотя я бы и не полезла на руки к незнакомым мужчинам. По гигиеническим соображениям, а не из страха перед мифическими маньяками.
   Я шагала по улице, изнемогая под тяжестью кастрюли, воды в ней и фамилиара. Слышала, что форель рыба жирная, но не представляла насколько. Точно посажу на диету и заставлю фитнесом заниматься - наворачивать круги по ванне.
   Расстояние от логова хозяйственных вампиров до своего дома преодолела с огромным трудом. Прежнем чем подняться на второй этаж присела передохнуть немного на лавочку у подъезда. Кастрюлю и торт пристроила рядом, мечтая и первое и второе пристроить насовсем в добрые руки. Руки как раз подвернулись. Из подъезда выбрался сморщенный дедок с пятого этажа. Он то ли ветеран, то ли герой, то ли кто-то еще чего-то там, что было очень давно и где он потерял свой глаз. Жил дедок в компании со старым и тоже одноглазым котом, копался в палисаднике и знал уйму смешных историй, за что дедка любили все без исключения и помогали по мере сил. Я его коту часто "Вискас" передавала, уж больно тощая на вид животинка - под стать самому деду Василю.
   - Здорово, внучка, - пропыхтел неизменной сигаретой "Прима" дед.
   - Здравствуйте, Василий Иванович. Как у вас дела? - участливо поинтересовалась я.
   - Неплохо, а ты из магазина идешь? - он покосился на кастрюлю и пожелал сигарету губами.
   - Нет, Василий Иванович, я не из магазина. Вернее, из него, но не из продуктового: ходила аквариум покупать.
   - Рыбку решила завести? - Василь облизнулся. - Что ж, придется моему котику подождать, пока я сам до рынка не дойду...
   - Котику?! - зазвенела крышка. - Котику?! Да кого ты слушаешь, рыба моя родная! Ты на рожу его посмотри, доверчивая моя. У него на лбу все написано, а точнее на морде полосатой перфорировано.
   - Заикнись! - прошипела я. - Ты что несешь? Зачем уважаемого человека обижаешь?
   - Да где ты здесь человека видишь? Оборотень он! Кошак облезлый. Эй, эй, ты чего? Ты это не смей! - взвизгнул скандальный фамилиар и залег на дно кастрюли, свернувшись клубком.
   - Василий Иванович?!
   Я обернулась. Дедок стоял совсем рядом, смотрел на меня, хитро, по-кошачьи прищурившись. Мать моя, жена канадского хоккеиста, а ведь и правда у него глаза ярко-желтые и вертикальным зрачком перечеркнуты. Меня передернуло... Я же этого кошака одноглазого за ушком чесала, в лоб его целовала, к груди прижимала, а он - ловелас престарелый меня за нос все это время водил, нализывая шершавым языком щеку?
   У меня задергался глаз. Правую щеку и кончик носа саднило, будто их долго и упорно терли наждачной бумагой. От незаслуженной и несправедливой обиды на глаза навернулись слезы. Захотелось взять "Наполеон" со скамейки и размазать его по лицу хитрого старика. Я уже почти видела, как масляные куски разбиваются о его поросшую седым мхом голову и стекают по лицу, но месть, тем более деду ставшему на старости лет заложником вечного марта в душе, дело плохое.
   - Знаете, Василий Иванович, - я сложила на груди руки и поджала губы, - постарайтесь следующей весной орать где-нибудь в другом месте, а не под моими окнами. В противном случае карьеру оперного певца на старости лет я вам гарантирую.
   - Это как? - нахохлился оборотень.
   - Ножницами! Или чем они там в ветеринарной клинике работают, - гордо вздернув подбородок, я взяла со скамейки торт, кастрюлю и поднялась к себе.
   В квартире ничего не изменилось. Черт и ангел дрыхли в обнимку, сверху примостился домовой. Я подавила неуместное желание взять полковник, крышку от кастрюли и сбацать над их ушами "Полет валькирии" в вольной трактовке и вышла из комнаты. Выпустила мающегося фамилиара обратно в ванную, взяла с холодильника листок бумаги, ручку и принялась упражняться в установке аквариума. Через час бросила бесполезное занятие, ибо он оказывался на потолке, стенах, но нормально в интерьер комнаты не вписывался.
   Мда, завела бабка порося...
   Впрочем, в моем случае поросенок завел себе бабку. Еще в пятницу я была обычной московской девушкой, которая все мистическое воспринимала исключительно в качестве книжно-киношного приложения к скучным вечерам, а теперь про моя собственная жизнь стремительными темпами превращается в сценарий для пародийной комедии. Слава Богу, убить никто не пытается.
   На ум почему-то пришло слово "пока"...
   Откуда вся эта мистика взялась? Неужели просто от удара по голове в мозгу что-то сдетонировало и о-па я стала самой настоящей ведьмой! Чтобы это "что-то" сдетонировало, его должны были положить в мою голову изначально, а значит, как ни крути, мама должна быть к этому причастна.
   Кстати, припоминаю, что в детстве, когда я иногда болела, она и бабушка вечно что-то шептали и травой махали. Может быть ведьмовство по наследству передается? Но если так, то почему к моей филейной части два христианских мифа приклеились? А вдруг передается не само ведьмовство, а лишь предрасположенность к нему? Правда, как тогда объяснить, что я, не сделав выбор, уже дважды колдовала или как это там называется? Мда, волшебство одним словом: логике не поддается, здравый смысл отвергает!
   Ненадолго вернувшись к рисованию, я вскоре забросила его окончательно. Вместо этого взяла мобильный телефон и вызвала маму. В курсе она или нет, но попытаться спросить у нее совета стоит. Не отречется же она от ведьмы. В конце концов, что родила, то и выросло.
   - Девочка моя родная как у тебя дела? - скороговоркой выпалила родственница. - Ты не поверишь, но я как раз собиралась тебе звонить!
   Не верю! Это она письма на пять страниц мелким шрифтом с гигабайтом приложенных фотографий писать мастерица, а как дело до телефонного разговора доходит, так трубка в унитаз ныряет, рука отсыхает и язык не поворачивается. Судя по музыке на заднем фоне, мама развлекалась, а голос явно говорил о том, что не первый час и не в компании больных язвой желудка и аллергией на алкоголь.
   - Привет, мам, нормально, не считая одной малюсенькой неприятности.
   - Какой?! - перешла на ультразвук родительница. Она у меня вообще по кричать любит, а уж если повод есть... - Выкладывай давай, я за свою любимую девочку кому угодно глотку перегрызу!
   - Мама, не надо ничего никому грызть. Я всего лишь стала ведьмой, - сердце перестало биться в ожидании ее реакции.
   На другом конце мира повисла тишина. Даже музыка и то перестала бухать в уши. Так продолжалось минуты две после чего послышался грохот. Сначала упал телефон, а потом что-то килограммов на семьдесят тяжелее. Содержательно поговорили.
   Я отключила вызов и положила телефон на стол. Надеюсь, она догадается мне перезвонить, прежде чем наберет родной московский ноль три и попросит своей дочери первую помощь оказать. Я оказалась права. Через десять минут телефон завибрировал, имя абонента на дисплее разве что не до красна раскалилось.
   - Как ты это узнала?!
   От вопля правое ухо минимум на полчаса вышло из строя.
   - Мама, все очень просто: глаза стали зеленые, в ванной фамилиар поселился, а на моей кровати храпят черт, ангел и домовой. Ну, еще демон заходил в гости, вампиры тортом накормили и куратор должна скоро прийти, объяснить мне правила поведения в неприличном обществе.
   - Так, ясно. Значит, свершилось...
   - Ты знала?! - настала моя очередь повышать голос.
   - Не кричи на мать!!! - виноватый вздох. - Да знала и что? В нашем роду все ведьмы. Только бабка твоя и я так и не были инициированы, а тебе не повезло. Слушай меня, я многого не знаю и вряд ли смогу помочь, но кое что посоветую: тебе с прабабкой поговорить надо.
   - Мама, ты в своем уме? - не выдержала я. Господи, она чушь несет!
   - Не кричи на мать!!! Да своем, хотя с тобой с ума сойдешь, - со мной?! - Что тебе не нравится?
   - Мам, а как ты думаешь, тот факт, что прабабка умерла за год до моего рождения нам с ней поговорить не помешает?
   - Теперь нет, - невозмутимо ответила родительница. - Тебе надо съездить на ее могилу и призвать ее дух.
   - Всего-то? - я была поражена и даже уже представила себя в полночь на кладбище, со свечкой, мелом, орущим черным петухом и разделочным ножом в руках. Да ни за какие коврижки! Один раз в детстве прошлась с компанией по Новодевичьему - впечатлений на всю оставшуюся жизнь хватило: язык чуть не откусила, ногу едва не сломала и по ночам год без света спать не могла. В каждом темном углу мертвецы чудились. А родная мать мне предлагает опять нервы на прочность испытать. Спасибо, но я пас!
   - Да. Подробную инструкцию по призыву я по электронной почте отправлю. Там с рисунками... - о, ритуал-то высокохудожественный намечается. - И да, поговори с прабабкой как можно скорее.
   - Почему? - я нахмурилась.
   - За твоей прабабкой должок какой-то кому-то остался и его могут в любой момент потребовать. Так что не откладывай в долгий ящик, - и по любимой привычке мама отключилась, не попрощавшись.
   Очаровательно...
   Интересно, насколько велики истинные размеры бедствия? Особенно меня заботят подводные айсберги, скрывающиеся за словом долг. Боюсь моих сбережений за четыре с половиной года работы не хватит, чтобы проценты выплатить, если они с момента появления прабабушки в России тикать начали.
   Ох, меня всегда история нашей семьи смущала. Скажите, что умопомрачительная сербка могла найти в унылом помещике, на которого всего-то тысяча человек горбатилась? Да не просто найти, а яму такого размера в процессе поисков выкопать, что у нее дочь родилась! Я видела старое фото этого облезлого господина, убитого во время революции - мышь серая летучая. Всегда счастьем считала, что это недоразумение породу не сильно испортило. Глаза остались жгуче карими, а волосы, будто вороново крыло. Единственное, кожа утратила роскошный золотистый оттенок южного солнца и приобрела, как говорят некоторые, аристократическую белизну.
   Пиликнул телефон, я провела пальцем по экрану, открыв письмо от мамы. Быстро пролистала его, стараясь не заострять внимание на восклицательных знаках, но все равно споткнулась в самом конце: шерсть черной кошки, необходимая для ритуала я еще могу понять и достать, но где взять хвост белого хомяка? Хвосты, в принципе у хомяков есть?
  
   Собака в метро сама по себе - явление не такое уж редкое. Особенно, если она никого не трогает. И тем не менее, всегда найдутся подозрительные люди, которых одинокий друг человека страстно заинтересует.
   Пятидесятишестилетняя начищающая пенсионерка, не так давно с почетом отправленная на заслуженный отдых, сразу заметила целеустремленного бассет-хаунда. Ее весьма насторожило то, как пес зашел в вагон поезда метро - аккуратно прошмыгнув между ног плотного пассажирского потока, быстренько пролез к противоположной двери и сел, прислонившись к бортику сиденья.
   Пенсионерка была продвинутой теткой. Она шарила в девайсах, серфила в интернете и очень любила читать о заговорах. Воспитанная в строгости советским режимом, где каждый был друг другу серым зубастым хищником, Клавдия Петровна теперь везде видела происки врагов. Причем не врагов государства, а ее личных, жаждущих сжить женщину с белого света.
   Заговоры были везде. Заговоры были по всюду. Взять хотя бы жильцов дома Клавдии Петровны. Сначала она поймала за руку того, кто лапочки на этаже выкручивал, поаплодировала сама себе и рьяно взялась за поиски тех, кто с балкона семечки лузгал, сбрасывая шелуху на территорию у подъезда. Фактически рискуя собственной жизнью и прической пенсионерка днями сидела в засаде, выслеживая несознательных жильцов. И ведь выследила! Ну после двух раскрытых дел, отыскать собаку дважды в день оставлявшую под окном женщины весьма неприятные артефакты труда не составило. Как и избавится от бездомного дворового пса, которому сердобольные дети построили конуру среди деревьев за домой. Один звонок куда следует и...
   Клавдия Петровна исподтишка взглянула на бассет-хаунда. Не нравилась пенсионерке собака. Определенно не нравилась. Была в псе какая-то тайна, чей запах женщина чуяла за версту, и прежде чем она совершит звонок, куда следует, необходимо прилежно порыться там, куда этот возмутительный пес направляется.
   Лев Николаевич Толстой размышлял о собачьих инстинктах. Не то, чтобы у оборотней их не было - они были. Порой, путешествуя в четвероногом обличие колеса автомобилей и велосипедов вызывали обильное слюноотделение, а кошки дикую ненависть, но сила воли помогала держать поведение в узде из железа и клепок. Капитан вздохнул и отвел взгляд грустных глаз от велосипедной шины, которую держал в руках довольный подросток.
   Двери в очередной раз открылись и пес втянул носом запахи со станции. Ага, воришка здесь вышел. Поднырнув под грузного мужчину, бассет-хаунд вышел на Третьяковской и потрусил к переходу на зеленую ветку. Капитан проворно увернулся от жадной руки ребенка, который с азартным восторгом тянулся к ушам-лопухам пса, огрызнулся на чихуа-хуа в руках дамочки на высоченной леопардовой шпильке и с достоинством проигнорировал вопли кота в переноске, хотя последнему ужасно хотелось дать пинка под белоснежный персидский зад.
   Запах вел вверх по лестнице через переход. Проклиная короткие ноги и длинные уши, на которые пешеходы едва не наступали и весь внешний вид в целом, внушающий страх только заядлым трусам и аллергикам, Лев шел по запаху надеясь на скорое окончание путешествия.
   Честно говоря, оборотню не хотелось никого искать, но еще меньше ему хотелось оправдываться перед ведьмами. Правда, те тоже хороши и кроме, как "расследовать, найти и обезвредить" ничего путного не написали. Могли бы и сообщить, что искать, а путь очень сильно напоминает "пойди туда, принеси то, не знаю что", при этом наличие обратной дороги, транспорта и билета на него никто не гарантировал!
   Толстой запрыгнул в поезд на зеленой ветке. Кивнул притулившемуся в уголке вампиру, смерил взглядом ангела и уткнулся в тетку, спрятавшуюся за газетой. Вроде тетка, как тетка, но ведет себя странно: зачем-то темные очки напялила, дырки в газете провертела и наблюдает за ним. А смысл в чем? И все же...
   Двери открылись, и пес пулей выскочил из вагона. Обернулся на полпути к выходу и позеленел от досады - предчувствие его не обмануло: тетка на полных парусах шпарила за ним, зажав подмышкой газету. На ее губах застыла кровожадная улыбка. Лев уже видел точное такие же на лицах двух типов людей. Первые - сотрудники московского ветнадзора. Вторые, и их считали куда опаснее, поставщики корейских ресторанов, представляющих собой жуткий кошмар любой приличной собаки. Очень неприятно в расцвете лет оказаться на разделочном столе узкоглазого шеф-повара! И тетка как раз походила на человека второй категории.
   Капитан рванул вверх по эскалатору. Люди с криком шарахались от него. От переполоха вечно спящая бабулька в будке проснулась и нажала на заветную красную кнопку. Человеческая змея сдела "ух" вперед, затем "ах" назад и медленно поползла вверх, стремясь выбраться с шаткой опоры.
   Клавдия Петровна поняла - уйдет псина и поминай, как звали. А вдруг бешеная? И тут пенсионерка отчетливо разглядела на морде у обернувшейся псины клочья белой пены.
   - Бешеная! - с чувством долга проникновенно завопила женщина и мстительно добавила: - Держи собаку!
   Люди бросились врассыпную. Одно слово "бешеная" добавило им прыти. Даже инвалид с загипсованной ногой взвалил костыли на плечи и попрыгал к выходу.
   Бурлящая толпа отрезала бассет-хаунда от выхода. Лев попятился, ища хоть одну лазейку, наткнулся на бдительную пенсионерку, был отброшен прямо на середину холла. Капитан ткнулся носом в мрамор. В его голове словно взорвалась граната. А из дежурной части уже мчались полиционеры с импровизированной петлей и дубинками. Мгновение, и кожаный ремень захлестнул шею оборотня. Его отволокли за решетку, закрыли на замок и под контролем Клавдии Петровны вызвали ветнадзор.
   - Думал не найдется на тебя управы, песик? - пенсионерка подошла попрощаться.
   Капитан не выдержал, оскалил клыки и глухо заворчал. Хотя больше всего на свете он хотел нормальным русским языком послать тетку на... красную площадь в мавзолей вождя революции. Только нельзя. Его самого за раскрытие тайны того... лишат чести и достоинства вместе с головой! Поэтому придется по старинке: капитан с рычанием бросился на решетку, его зубы впились в железо, оставив на нем царапины.
   - Бешеный! - от скочила пенсионерка, прижимая к груди сумку, будто хотела защититься.
   Полицейские обернулись. Бассет-хаунд тихо сидел у двери, положив грустную морду на перекладину между прутьями.
   - Шли бы вы, гражданочка, - младший лейтенант подхватил тетку под руку и вывел из дежурной части. Вернувшись, вынес вердикт: - Сама бешеная! - и перекрестился на всякий случай.
  
   Раньше жизнь была простой и ясной. Не так давно она немного запуталась, буквально час назад в ней не разобраться совсем. Фамилиар сказал, что ни про какие долги знать не знает, ибо приписан ко мне, а дела родственниц его совершенно не касаются. Кстати,мои тоже скоро перестанут, если я его не покормлю.
   Хлопнув себя по лбу, я отправилась на кухню добывать хлебные крошки. И почему в магазине не сообразила купить корма?
   Рыб жрать хлебные крошки отказался и потребовал мяса, исключительно в целях восстановления потрепанных вампирятами нервов. Естественно, готовить придирчивому фамилиару затребованное мясо по-французски я не стала - очистила сосиску от кожуры и бросила в воду.
   - Это что?! - немедленно возмутился рыб. - Я мясо просил, а не смесь древесных опилок с соевой мукой!
   Слушать не стала. Дверь захлопнула и на щеколду закрыла. Есть захочет - не только опилки, но и эмаль с ванны обглодает.
   Я не успела присесть. Стоило только подойти к кресле-качалке на кухне, как пронзительно заверещал дверной звонок, вызвав переполох в спальне. Я поспешила открыть и по обыкновению распахнула дверь не глядя в глазок, через секунду вспомнив, что в текущей ситуации опрометчивый поступок может очень плохо закончится!
   За порогом стояла незнакомая мне женщина. Впрочем, назвать ее столь безликим словом ни у кого бы язык не повернулся. Пэрсик, высказался бы грузин, русский просто присвистнул, а какой-нибудь знойный красавец из жаркой Аргентины схватил ее в охапку и заставил станцевать пару мелодий танго.
   Возраст незнакомки определению не поддавался, но накрашенные в стиле смоки айс зеленые глаза женщины выдавали весьма разнообразный жизненный опыт. Ухоженные, уложенные волнами волосы выглядели не на одну сотню евро, а стоимость одежды по моим личным меркам зашкаливала. Чувственные губы ведьмы цвета выдержанного красного вина изогнулись в приветливой улыбке.
   - Ну, чего смотришь? Еще успеешь комплиментов наговорить, а сейчас бегом на кухню чай соображать, да пожрать что-нибудь, - распорядилась незнакомка.
   Тон никак не вязался с внешностью. В нем проскальзывали пахнущие хлором знакомые интонации и звучные шлепки мокрой тряпки по полу.
   - Баба Лена?! - выдохнула.
   - Сказала тоже, - фыркнула женщина. - Это я на работе "Баба Лена", а сейчас Елена Захаровна Прекрасная.
   - Обалдеть, - я на деревянных ногах направилась на кухню, гадая о произошедших с полководцем ведер и хозяйственного мыла переменах. Как это так возможно? А главное, зачем нужен такой маскарад?
   - Это комплимент или оскорбление? - баба Лена вздернула идеальный полукруг брови, от густоты и цвета которой любой соболь от зависти удавится.
   - Вопрос, - я долила в чайник воды и щелкнула включателем.
   - Смелая, - усмехнулась ведьма.
   - Вся в вас, - я не осталась в долгу.
   - Так, чую к тебе уже приходили. Ну, с демоном понятно, а вампиров ты зачем к себе пустила? - поинтересовалась ведьма.
   - Они сами меня к себе затащили. Я ходила аквариум радужному чудовищу покупать, а выводок зубастый меня чуть на корм для рыбок не порвал. За ними папаша прибежал, думала, кончилась моя карьера ведьмы не начавшись, а он чуть ли не в ноги и давай извиняться. Чай попили, тортик съели, его мне с собой завернули, - я достала из холодильника "Наполеон" и положила на стол.
   - Шустрая. И не надо говорить, что вся в меня! - протестующе подняла вверх руки Елена Прекрасная.
   Ведьма ловко уплетала торт, одновременно инструктируя меня насчет жизни современной ведьмы в городе Москва. Шабаш? А как же! Каждый месяц в клубе "Лысая гора" на Новом Арбите. Присутствовать? Раз в полгода обязана. Форма одежды? Про джинсы можно забыть. Либо что-то экстравагантное должно быть вроде памперса и слюнявчика на голое тело, либо дизайнерское платье. На второе у меня нет денег, значит, будем ориентироваться на первое.
   Представив себя в памперсе, с чепчиком на голове и пинетках, я не удержалась и расхохоталась. На шум выполз черт, искоса взглянул на нас, почесал всклокоченную макушку и проскользнул в ванную. Через пять секунд из-за двери полезли белые клубы пара и завоняло сероводородом.
   Я бросилась к окну, рванула на себя ручку и на всю ширину распахнула створку, высунув наружу нос. Елена Захаровна заняла стратегически важную позицию рядом со мной. Она тяжело дышала и хватала ртом воздух. Честно говоря я не думала, что черт может быть настолько ядовитым!
   В ванной кашлял и ругался форель. По моему скромному мнению, неискушенному в познании русского матерного языка, после таких слов рогатый должен был немедленно покаяться во всех грехах, побрить ноги, спилить рога и вознестись на небо. Но нет... Ответная тирада черта заставила бы покраснеть самого Люцифера. У меня же от слов мифа просто уши чуть не отвалились.
   Закончив препираться, черт вышел, сел за барный стул, заменяющий мне обычные кухонные табуреты, налил кипятка и опрокинул в горло. За чертом из спальни показался помятый ангел. Он сверкнул красными опухшими глазами, тряхнул крыльями, отчего пух во все стороны полетел, поздоровался с гостьей и скрылся в туалете. Не дожидаясь новой газовой атаки, я сразу подола к открытому окну. И не прогадала: квартиру заполнил удушливый запах ландышей. Следом послышался удовлетворенный вздох, пару раз мигнуло электричество, и небесный воин с сияющей улыбкой присоединился к нашему чаепитию.
   Домового я чуть было не пропустила. Он прошмыгнул на кухню, пристроился к пальме и распустил завязки на штанах... Вот на этом моменте терпение покинуло меня.
   - В ванную рявкнула я! - и тотчас домовой, двигаясь будто против своей воли, отправился в пункт назначения.
   Дверь открылась сама по себе, впустив коротышку. Я уже успокоилась, как оттуда послышался сначала всплеск, а затем возмущенный вопль фамилиара.
   - Прекратите надо мной издеваться! Вы делаете мою жизнь невыносимой! - кричал рыб.
   - Это не я, - оправдывался домовой, - меня заставили! Не надо на меня нападать! Ах ты, зараза, ничего, хозяйки дома не будет я тебя в духовке с пряными травами запеку. Все больше пользы будет!
   Мокрый домовой появился на пороге ванны. Сердито сверкнул глазами в мою сторону, по ноге черта вскарабкался на стол и вопросительно уставился на них.
   - Мужики, еще по одной?
   - Давай, - встрепенулся ангел, - а есть?
   - Офигели?! - я сочла нужным вмешаться.
   Черт поскреб пятачок, задумчиво повертел в руках стрелку хвоста.
   - Ты, между прочим, сама нас на это толкаешь. Пока решение не примешь, мы согласно регламента, не можем тебя оставить, а коротать время как-то надо... - тяжело вздохнул выходец из Ада. - Меня ты, понятное дело, жалеть не будешь, но над этим, - пнул ангела, - зачем издеваешься? Не по-христиански это, - покачал головой. - Из их братии только Купидоны к алкоголю иммунитет имеют, ибо должность обязывает, а он... Или тебе фуа гра из ангелячей печени захотелось? Говорят, на вкус ничем от утиной не отличается, - рогатый мечтательно облизнулся.
   От удара сковородкой по голове черта у того обломился рог. Дрогнули стены кухни. Ангел стоял за спиной своего антипода, сжимая в руках орудие возмездия. Его нимб шипел и сыпал искрами.
   - Значит, вот как ты мне за заботу отплатил? - черт потрогал обломанный кончик рога.
   Вторая рука искусителя шарила по столу. Наткнувшись на торт, он немедленно сграбастал его, порывисто встал и отправил "Наполеон" в лицо ангела. Сладкая кремовая масса залепила глаза и лоб райской птички, но основная масса превосходного кондитерского изделия очутилась на кудрявой голове небесного создания. Нимб мигнул в последний раз и погас. Где-то в районе затылка крылатого взвился белый столбик дыма...
   Первым захихикал домовой. Следом захрюкал черт, а потом уже я и Елена Прекрасная сочли возможным присоединиться к веселью.
   - Цирк, - сквозь слезы произнесла куратор.
   - Зоопарк! - поправила я ее.
   - Дураки! - насупился ангел, обиженно дернул крыльями и скрылся в ванной. Надо ли упоминать насколько был рад посетителю фамилиар?
   Мы чаевничали до вечера. Черт искушал, периодически встревая в разговор, небесный посланник выклянчил у меня все инструменты, которые нашлись в квартире, и занимался починкой нимба, а домовой после грозного взгляда наставницы приступил к выполнению непосредственных обязанностей, костеря нехозяйственную меня на все лады: то розмарин ему подавай, то корнишоны вместо родных огурцов, а под конец вообще потребовал плиту сменить и даже откопал в интернете самую по его мнению подходящую. Плита оказалась профессиональной, размером с половину моей кухни и стоила в районе ста тысяч. Я вежливо посоветовала коротышке поумерить амбиции, иначе готовить будет на одноконфорочной электрической. Как? Не мои проблемы. Хватаясь за сердце, домовой Василий принялся выставлять на стол еду, добавив к ней запотевшую бутылку водки и стопочки.
   - Я убью их, - пожаловалась ведьме.
   - Зачем? - она и бровью не повела. - Дождись, пока сами сопьются.
   - Я с ума сойду, - ответила серьезно.
   - Больше чем сейчас? - вскинула брови Елена. - Это вряд ли, - она посмотрела на меня почти с материнским сочувствием. - Ладно, мне пора. Еще надо успеть понять почему у тебя получается использовать силу, хотя выбор ты так и не сделала, - женщина прошла в коридор. - Кстати, не делай его пока. Такой интересный феномен требует изучения.
   - Чтооо? - завопили в один голос ангел и черт. - Нас за прогулы уволят или по профнепригодности!
   - Меня это должно волновать? - строго спросила ведьма. Библейские персонажи стушевались. - Замечательно. До встречи, Мария. Как пройдешь первый этап - звони, - Елена Прекрасная отсалютовала ладонью и скрылась за дверью.
   Я обернулась. Адресованная моим новым жильцам улыбка вышла жалкой. Зато они на меня смотрели, как песец на лемминга и, кажется, собирались напасть...
  
   В самой глубине известного московского района Кузьминки прятался ничем не примечательный девятиэтажный дом. Не то, чтобы старый, но и новым его назвать сложно. Так - средней паршивости, однако крепкий и без дырок в стенах, которыми так славятся новостройки. Балконы у дома тоже никогда не отваливались и на голову благопристойным жильцам не падали.
   Именно в этом доме жила всеми уважаемая Зоя Валентиновна. Всегда аккуратная, будто образец светлой мудрой старости, женщина в возрасте пользовалась непререкаемым авторитетом у соседей. Двумя тремя грамотно построенными предложениями она могла убедить кого угодно в чем угодно. Впрочем, часто ей не требовалось открывать рот. Одно ее появление прекращало любые конфликты, заставляло хулиганов устыдиться своего поведения и успокаивало обиженных.
   Зоя Валентиновна по старой привычке вышла на балкон с чашкой горячего какао, устроилась в кресле качалке и принялась неспешно осматривать доступную ее взору часть владений. Сквозь зеленые ветви березы, растущей у дома и так удачно затеняющей балкон и окна от послеполуденной жары, просматривался кусок двора с детской площадкой и небольшой аллеей, где владельцы четвероногих питомцев выгуливали их и бутылки с пивом. Картина вселяла в Зою Валентиновну умиротворение.
   Неторопливо покачиваясь женщина достала из кармана простенький телефон и набрала по памяти номер.
   - Слушаю, - всего одно слово произнесла старуха.
   - Книга еще не найдена, - ответ прозвучал зло.
   Зоя Валентиновна улыбнулась. Золото недобро блеснуло между сухими ниточками губ.
   - Ты плохо поняла, что я сказала в прошлый раз? - Зоя Валентиновна закрыла глаза. На только что ясном небе появились серые клочковатые облака.
   - Я все поняла, - голос на другом конце провода дрогнул.
   - Я помню. Я ожидала известий гораздо раньше. Ты ведь никогда не подводила меня? - заставляющий сомневаться вопрос.
   - Нет.
   - Замечательно. Я спокойна. Удвой усилия, - распорядилась Зоя Валентиновна и нажала кнопку "отбой" не дожидаясь ответа. Он ей совершенно не нужен, ибо ее приказы выполняются всегда, в точности и без возражений. Мурлыкая себе под нос "Главней всего погода в доме", старуха оставалась на балконе до начала грозы. Только с первым громом и ветвистой молнией, надвое разрезавшей московское небо, женщина поднялась с кресла, плотно закрыла лоджию и вернулась в квартиру.
   - Так-то лучше, - она улыбнулась. - Гораздо лучше! - и ведьма неприятно скрипуче расхохоталась.
  
   После верней грозы, плавно перешедшей в ливень, воздух в большой газовой камере, именуемой столицей нашей родины, несколько посвежел. Утренние городские пташки звонко чмокали мокрыми каблуками асфальт, задавая мелодию дня, им в такт ворчала метла дворника, и заливисто лаяли собаки, обсуждая нравы своих хозяев.
   Я проснулась точно по звонку будильника. Точнее, встала, ибо нормально поспать мне ночью не удалось. Сперва ангел шмыгнул в кровать, мотивируя тем, что он грозы боится. Только я крылатого вытолкнула, как с другого бока завоняло серой и немытыми копытами. Хорошо догадалась разделочный нож под подушку положить. Применять не пришлось, но угроза сделать из одного черта несколько суповых наборов с ножом в руке звучит гораздо убедительнее. Стоило глаза смежить, как у домового жажда бурной деятельности проснулась. С часу до двух но посудой на кухне громыхал, до трех шваброй по полу возил, жалуясь на везде разбросанные черные жесткие кудрявые волосы, до четырех с чертом выяснял подвержены ли жители Ада сезонной линьке или это преждевременное облысение, а потом жаловался фамилиару на то, что у него бессонница. Благодаря его стараниями бессонница началась у всех жильцов нашей коммунальной квартиры! Завтрак не спас ситуацию...
   - Что это?! - черт отодвинул от себя тарелку с дымящимся светло-коричневым варевом.
   - Овсянка, сэррр, - чопорно произнес расхаживающий по столу домовой и шлепнул в тарелку рогатого кусок сливочного масла.
   - А мясо в меню предусмотрено? - ангел тоже не испытывал особого восторга от предложенной каши.
   - Если только курятина! - хихикнув, черт выдернул перо из крыльев ангела. - Но ее еще ощипать надо!
   - Сам ты... кабан! - после запинки нашелся небесный житель. - Производитель, - буркнул и угрюмо уткнулся в тарелку.
   Я выпила кофе, выселила рыба из ванной, приняла душ, во время которого стук в дверь и угрозы все, что необходимо проделать непосредственно в ванну на кухне, не прекращались, но я стойко выдержала натиск и вышла уже при полном параде, если таковым можно считать безразмерный махровый халат и тюрбан из полотенца на голове. Перед тем, как переодеться в "пожарные" не мнущиеся брюки и такую же футболку, я строго настрого запретила зверинцу совать нос в комнату. Непослушание каралось лишением стола и крова.
   Они приняли мои слова всерьез? Конечно нет. Черт так точно, но пасущийся о моей душе ангел (вернее, имеющие на оную определенные виды) дернул искусителя за хвост и оттащил обратно на кухню, по пути перевернув кастрюлю с фамилиаром. Пять минут все занимались спасением жизни несчастного рыба, ибо тот обладал настолько громким голосом, что мог сделать несчастными и глухими всех остальных. Воспользовавшись суматохой, я улизнула из дома. Кому надо - найдут, ну а остальные перебьются!
   Машины у меня не было, поэтому поздоровавшись со счастливым автовладельцем из подъезда и продефилировав мимо одноглазого кота, я спустилась на станцию метро Римская. Прошла мимо доски объявлений, мельком взглянув на новую фотографию, удивилась: надо же... уже полицейские средь бела дня пропадают, что тога о простых людях говорить?
   В пути я периодически осматривалась, поневоле ожидая встретить кого-нибудь не от мира сего, но в вагоне и переходах вместе со мне тряслись и спали на ходу самые обычные люди. Уф, а я-то переживала, что "иного" населения в Москве чуть ли не половина. Я успокоилась, улыбнулась и вышла из вагона, чтобы сделать последнюю пересадку и совершить финишный рывок в три станции оранжевой ветки.
   - Ох! - я с размаха налетела на чью-то крепкую руку. Ну, почему никто из входящих никогда не пропускает выходящих?
   - Простите, меня толкнули, - участливо произнес человек, подхватил меня под руку и увел из толпы.
   Да уж, толкнули его... Я, судя по ощущениям, на трактор "Беларусь" налетала! Но он хотя бы вежливый оказался и не стал раскатывать меня по перрону.
   - Прощаю, - буркнула я. В глазах прояснилось. В голове тоже, и где-то внутри прозвучал осторожный звонок интуиции. Она говорила: вляпалась, ты, девочка, по самую макушку.
   Я сглотнула. Не поднимая глаз вырвалась из рук незнакомца и рванула к переходу. Черт, черт, черт и угораздило же меня на демона натолкнуться. Если это, конечно, демон, но от кого еще могло так пахнуть опасностью?! Что он в метро забыл? Понимаю, я - нищая начинающая ведьма, но он?
   Я постаралась смешаться с толпой. Пропустила три поезда и села в четвертый. В вагоне были свободные места. Устроив на сиденье пятую точку я выдохнула и уткнулась в телефон.
   - Не стоит читать с экрана, тем более с такого маленького - зрение испортите.
   Своим криком я половину пассажиров в вагоне разбудила, вторую до сердечного приступа довела. У самой волосы дыбом встали и толпа мурашек с затылка спрыгнула в самоубийственном порыве спасти мой рассудок. Я скосила глаза в сторону. На вид мужчине было от двадцати пяти до тридцати. Темные волосы до середины щеки, сейчас зачесанные на одну сторону и небрежно взъерошенные. Идеальная двухдневная щетина. Ямочки на щеках и нечеловечески синяя радужка с вертикальной чертой зрачка.
   "Может оборотень?" - затеплилась надежда.
   - Неужели вы боитесь демонов? Поверьте, слухи о нас значительно преувеличены, - он улыбнулся, показав острые белые зубы. - И, кстати, ведите себя аккуратнее. Вы же не хотите, чтобы люди обратили на нас внимание? Или вы из тех, что хотят раскрыть глаза на нас всему остальному миру?
   - Ничего я не хочу! - процедила сквозь зубы. - Руку уберите! - пальцы демона исчезли с моего локтя. - Что вам от меня надо?
   - Мне? Ничего. Честное слово, - взгляд у мужчины действительно выражал крайнюю степень честности. - Но не советовал бы мне верить. Я сам себе не всегда доверяю. Вера - это вообще материя настолько тонкая и непонятная, что никому не советую слишком глубоко в нее влезать. Есть шанс потеряться в ее дебрях навсегда, - демон пожал плечами.
   - Не верю! - воскликнула я.
   - Я же говорил, - хмыкнул мужчина. - Вы уже попались в эту ловушку.
   - Вы меня туда заманили! - я была готова позвать полицейского.
   Нервы ощутимо звенели в образовавшемся вокруг меня и демона вакууме. Пассажиры будто разом утратили к нам интерес и специально отвернулись, образовав довольно плотный круг из спин. Я взмокла и с трудом держала дыхание в узде. Одновременно, я испытывала страх и возбуждение. Мне было чертовски интересно, чем закончится встреча.
   - Держите, - демон вытащил из кармана визитную карточку. - Если вам когда-нибудь что-нибудь понадобится, то обращайтесь.
   Я задумчиво повертела в руках обычный белый прямоугольник с черными буквами и монограммой.
   - Любое желание? - недоверчиво нахмурила брови.
   - В рамках разумного. То есть Луну с неба я вам могу достать, но не просите сделать вас Богом или Дьяволом. Эти должности зарезервированы, - он подмигнул мне. - Ваша остановка, - демон кивком указал на выход.
   Я осознала, что поезд минут пять, как не двигается. При этом нет никаких объявлений и пассажиры не нервничают. С кем же мне "повезло" столкнуться? Ай, ладно, я потом изучу карточку. Вспыхнув, как маков цвет, и смущенно буркнув "спасибо", выскочила из вагона. Всю дорогу до работы я неслась так, словно за мной гнались все легионы Ада, за которыми с огненными мечами наголо летели все ангелы Рая.
   На последнем дыхании вбежала в офисное здание и, подвернув ногу, буквально упала в битком набитый лифт на руки незнакомому мужчине в костюме. Этот слава Богу оказался обычным человеком: оттолкнул к двери, скорчил презрительную рожу, да еще и нахамил вдобавок. В наш офис я вошла уже в при поднятом настроении и только белый прямоугольник по-прежнему зажатый в руке, обжигал ладонь.
   Я бросила сумку на тумбочку, включила ноутбук и сразу схватилась за трубку заскрипевшего стационарного телефона.
   - Нефедова, зайди к нам. Как всегда проблемы с твоими клиентами, - разразилась трубка щебетанием одного из бухгалтеров нашей конторы.
   - Бегу, - отозвалась я, выронила трубку и другой рукой отсалютовала рабочей подружке. Скоро она в пеня вцепится, чтобы выяснить почему в пятницу отсутствовала. О...
   На пути в бухгалтерию я срочно придумывала подходящее оправдание. Оно должно устроить всех: подругу, тетку из отдела персонала и моего непосредственного босса. Впрочем, последнего устроит и посадочный талон на межзвездный лайнер Земля-Венера и короткий рассказ о тамошних курортах. Я ворвалась в бухгалтерию, поздоровалась с девочками и прошмыгнула к заместителю главного бухгалтера, но не дошла и до середины коридора. Моя челюсть некрасиво отвисла, а из горла вылетали нечленораздельные звуки.
   - А... о... хм...
   - Нефедова, ты дар речи по пути потеряла? - главный бухгалтер посмотрела поверх очков. За глаза строгую пятидесятилетнюю женщину исполинских размеров мы называли Иосифом Виссарионовичем. Думаю, кличка дает полное представление о характере дамы. В ту самую секунду, когда ее зеленые глаза встретились с моими, стали ясны истоки ее поведения. - Так-так, Мария... - протянула она. На пухлом розовом лице расцвела тигриная улыбка. - Вот уж не ожидала!
   - Да я как-то тоже, - сглотнула и попятилась. В правое полупопие уперся угол стола зама.
   Бухгалтерия притихла. Все взгляды были устремлены в мою прожженную до костей спину. На их памяти главный бухгалтер впервые в жизни во-первых, кого-то назвала по имени, а во-вторых, улыбнулась! Событие небывалых масштабов. И теперь они явно гадали, что за этим последует. Ну, в смысле, удастся мне живой выбраться из кабинета или им придется помогать мой труп прятать. В чем-чем, а том, чтобы спрятать, наши девушки специалисты. Каждый квартал налогов на миллионы экономят, что им труп какой-то...
   Я смотрела на Анастасию Петровну, как маленький кролик на очень большого удава. Удав вылез из-за стола плотными кольцами, протиснулся между двумя столами и стиснул меня в своих отвратительных объятиях. О-ооо! Даже не знаю за что она душу продала: за силу или за дьявольскую изворотливость в финансовых вопросах, а может ей она два по цене одного взяла?
   - Пойдем-ка, посекретничаем, - и живой потомок металлического "Титаника" поплыл к выходу из тесной комнаты, буксируя меня за собой.
   Секретничать я не очень хотела, но не нашла причины отказаться, а потом стало поздно. Чай, плюшки и вопросы полились в меня нескончаемым потоком. Через час я мало напоминала себя прежнюю: живот раздулся до размеров футбольного мяча, уши покраснели и распухли, а воспаленные извилины в голове вяло шевелились в такт оперному басу Анастасии Петровны.
   К одиннадцати она меня выпустила. Я опрометью бросилась к туалету, осознавая - еще пара секунд, и я устрою второй Великий Потоп, только спастись в нашем офисном здании никому не удастся. Однако, нам всем повезло. Возвращаться в бухгалтерию, тем более в комнату отдыха, я не рискнула. Внимание главного бухгалтера очень ценно, но мне не за посиделки с ней деньги платят. Правда, теперь один намек и...
   А на рабочем месте ждал сюрприз. Точнее, он не меня ждал, а бродил в компании моего непосредственного руководителя от одного рабочего месте к другому и интересовался повседневной жизнью коллектива - к нам сам его преосвященство кардина... тьфу, генеральный директор Мазаринин пожаловал.
   Cия птица залетала в наш офис редко, но метко. После визита этого человека начинались репрессии. Некоторые писали заявление по собственному желанию, прочие исчезали бесследно. Поговаривали, что в нашем мясоперерабатывающем цеху, где мы колбасу делали, и исчезали. Лично я в бабушкины сказки в "секретный ингредиент", делающий вкус наших колбас необыкновенным не верила. Раньше. Сейчас, глядя в красные глаза господина Мазаринина и чуть выступающие из-под верхней челюсти клыки, я изменила мнение на сто восемьдесят градусов.
  
   Антония посмотрела на часы. До назначенной встречи оставалось еще десять минут. Аккуратные пальчики сомкнулись вокруг тонкой ручки кофейной чашки. Фарфор сухо треснул и обломался. Женщине достойно было вскинут подбородок, чтобы официант метнулся к ее столику, дрожащей рукой смахнул остатки посуды на поднос, пробормотав: за счет заведения... Что именно, чашка или кофе или и то и другое ведьма выяснять не стала - проблемы простых смертных давно ее не волновали.
   Женщина повела обнаженным плечом, сбросив пяток жадных мужских взглядов. С сожалением посмотрела на кожаную куртку на вешалке, но одеваться не стала. Антония была не из тех, кто жертвует красотой в угоду удобству. Кроме того, она совершенно точно знала, что скоро ей будет жарко.
   Ведьма поймала и накрутила на палец особо мерзкий и опалесцирующий похотью взгляд. Он принадлежал начинающему толстеть мужику из той породы людей, которые считают возможным и даже нужным платить за чашку дерьмового кофейка сотню евро. Мужчина заметил ее интерес, приосанился и дернулся было к столику Антонии, но всего один шаг, и сердце сдавило тисками. Человек вынужденно опустился на стул и ослабил галстук.
   Ведьма призывно улыбнулась и отпустила заклятие. Неужели он думал, что так легко отделается? Мужик просиял и снова дернулся, и сразу рухнул обратно, сраженный на сей раз неистовым урчанием и резью в животе. Антония надула губки и потупила взор, гадая какую пакость на сей раз учинить незадачливому поклоннику. Ведьма облизнула розовым языком перламутровые губы и хитро взглянуло из-под полуопущенных ресниц. Ну? Мужчина осторожно встал, прислушался к себе, шагнул вперед, снова и... скрючился, стараясь не пролить ни капли из разом пере полнившегося мочевого пузыря.
   - Туалет... - просипел он, взывая к бармену.
   - Там, - и для верности рукой указал странному посетителю направление, надеясь, что тот успеет добежать, и кафе не станет посмешищем всего интернета.
   Антония взглянула на часы. Секундная стрелка робко подбиралась к половине десятого. Неужели опоздает?
   Дверь кафе распахнулась. Вместе с вошедшим посетителем в помещение вломились автомобильные губки, выхлопные газы и карканье чего-то не поделивших меж собой ворон. Новое лицо в кафе приковало к себе все взгляды. Женщины, будто зачарованные, полезло в раззявленные пасти сумок за зеркальцами спросить у тех совета или просто убедиться, что с таким лицом такую рыбку ловить дело гиблое. Мужчины же позавидовали женщинам. Точнее их полу. Крамола, но никто из сильной половины гостей чайно-кофейного заведения настолько красивого мужика в жизни не видел. Кто-то был совсем не против ему отдаться, другие поиметь.
   Ведьма наблюдала, как к демону подошла хостесс. Ноги миловидной девушки подгибались, в глазах застыло безумия. Казалось, девица готова сорвать с себя одежду, исполнить танец живота и немедленно изъявить желание стать матерью детей гостя. Даже тех, кто уже успел родиться.
   Мужчина склонился к хостесс, что-то негромко спросил у нее, поблагодарил и устремил взгляд на Антонию. Она давно привыкла к цвету ее глаз, к его лицу, но каждый раз у ведьмы перехватывало горло. И каждый раз от смеси страха и вожделения в равных долях. Женщина прекрасно помнила, как приобрела свою силу...
   - Альфарел, - Антония указала на сиденье напротив. - Присаживайся. Рада, что ты откликнулся на мое приглашение.
   - Я не мог не прийти, - демон устроился: закинул ногу на ногу и левую руку положил на спинку красного кожаного дивана. - Что случилось, Тося?
   Ведьму дернула молочно-белым плечиком. Тося. Она ненавидела, когда у кого-то поворачивался язык назвать ее так. Обычно, осквернивший ее прекрасное имя язык после этого становился вдвое короче, а его обладатель временно становился участником ролевых игр медсестра и пациент в городской больнице. Жаль, с этим демоном ей не справится.
   - Нужно кое-кого найти, - Антония через силу улыбнулась.
   - Кого именно? - пальцы Альфарела неспешно гладили красную кожу. У ведьмы пересохло в горле. Она помнила на что они способны, помнила, какое удовольствие и муку способны доставить.
   - Вора. Он украл принадлежащий мне артефакт. Здесь информация, - женщина толкнула через стол флэшку.
   - Лично? - глаза демона подернулись поволокой. Вдруг, быстрым движением он перекинул гибкое тело через стол, схватил Антонию за плечо и прошептал: - Не лги мне. Это не твоя стезя.
   - Если он украл у нас всех, то украл и лично у меня, - ведьма дернулась, но пальцы Альфарела держали крепко. - Логично? - женщина вздернула бровь.
   Демон негромко рассмеялся.
   - Вполне, - уже миролюбиво согласился он. - Я посмотрю, чем смогу помочь вам.
   - Плата? - облегченно выдохнула Антония. Внутри себя она пела и плясала от радости.
   - Ты говоришь от себя или от всех вас? - демон осклабился. Его глаза влажно блеснули. Ему хотелось... Он предвкушающе улыбнулся.
   - Я поговорю с королевой, - взгляд женщины стал жестким. Старуха могла не одобрить ее методы.
   - Хорошо. Желание. Вы должны будете выполнить одно мое желание, - Альфарел потер подбородок. - Банально, но сегодня я не стремлюсь к оригинальности.
   - Обсудим текст договора, - Антония достала планшет и приготовилась печатать.
  
   Босс заливался механическим соловьем на разные лады расхваливая один и тот же предмет - меня. Если быть откровенной, то именно сегодня и именно в присутствии таких личностей я против неглубокой начальственной ласки категорически возражала. Пока он говорил, меня взвешивали, оценивали и явно расписывали по жирам, белкам и углеводам в процентах от дневной нормы. В моей голове мелькали разделочные ножи, шумел конвейер в колбасном цеху и где-то на заднем плане играл духовой оркестр неизвестную разве что глухому мелодию.
   Меня затошнило. Понимая, что уйти не получится, я оперлась руками на столешницу и глубоко задышала, неуверенно улыбаясь и кивая в такт куплетам бесконечной хвалебной оды.
   Господин Мазаринин отличался от клыкастой семьи, с которой я познакомилась вчера. Очень сомневаюсь, что сей представитель страдающего анемией и железодефицитом племени печет по выходным пироги и ходит дома в майке-алкоголичке. Также я сильно сомневалась в наличии у биг босса такой слабой стороны, как дети. Зато в остроте его клыков нисколечко не сомневалась. И даже прилипшая к зубам веточка укропа не смогла меня убедить в предпочтении данным индивидуумом продуктов растительного происхождения.
   - Вы себя хорошо чувствуете? - неожиданно спросил господин Мазаринин.
   Ага, ну да, конечно, почему бы не поинтересоваться вкусовыми качествами еды у самой еды? Практично и оригинально.
   - Не очень. Утром съела что-то не то. Отравилась, наверное. У меня, знаете, такой организм чувствительный - сразу все в кровь попадает. Любая гадость.
   - Нефедова, а вы часом не беременная? - шеф подозрительно прищурился.
   - Угу, Ихитиандром, - пробормотала я, представив в качестве отца несуществующего ребенка фамилиара. Согласна, дурное предположение, но полностью соответствует изначальному, поступившему от шефа.
   Биг босс рассмеялся. Хохотал он заразительно, запрокинув назад голову. Сотрудники офиса даже из своих закуской вылезли, чтобы посмотреть над чем ржет высокопоставленное тело. Наконец, тело захлопнуло кусачую варежку и с умным видом изрекло:
   - Похоже, у вас сильный иммунитет. Говорят, проявление чувства юмора - признак выздоровления.
   - Не верьте, врут! - отмахнулась я. - У меня все наоборот: сейчас шучу, скоро пот прошибет, следом сыпь по всему телу. Вот такие волдыри, - наглядно показала какие.
   Вампира не проняло, а вот непосредственный начальник впечатлился. Он побледнел, вытер рукавом лоб и попросил меня немедленно отправится в поликлинику, больницу и на всякий случай зайти в морг. Причем уйти с работы следовало быстро и по возможности ничего и никого в офисе не касаясь.
   Я кивнула и ретировалась в туалет. Подальше от глаз чудного начальника и зубов веселого вампира. Мне эта парочка за пять минут успела плешь на голове проесть. Но и в туалете мне не было покоя. На беду там принимала водные процедуры Анастасия Петровна.
   Главный бухгалтер плескалась в крошечной раковине, будто горбатый кит в бассейне физкультурно-спортивного комплекса: шума много, толка ноль. Слой штукатурки на лице не сдавался. Да, тут без отбойного молотка не обойтись, но я скоромно промолчала, освежила лицо и высушила в руки. Анастасия Петровна уже приступила к реставрации боевой раскраски.
   - Мария, - одернула она меня у выхода. - А ты какая в роду по счету? - поинтересовалась главный бухгалтер. Она старательно выводила дорожную разметку на веках.
   - Четвертая, похоже, - не очень уверенно заявила я. - Не знаю считать два пропуска или нет. Мама и бабушка так и не были инициированы, - пожала плечами.
   - Ясно. Старый уже род, но два пропуска это хорошо. Это считай отчет заново начали.
   - А что с этим проблемы какие-то? - я нахмурилась. Мало ли сколько на самом деле в нашем роду ведьм было. Вдруг исчисления со дня сотворения мира идет?
   - Да, двенадцатая ведьма - последняя в роду. Таковы правила. Но тебя они не должны волновать. С тебя, считай, заново цепочка пошла, - красные полотнища советского флага плотно легли на губы Анастасии Петровны.
   - Учту, - я улыбнулась и вышла из туалета, сделав большую зарубку в памяти выяснить у мамы или прабабки кое-какие подробности относительно нашей семьи. В наше время надо ко всему быть подготовленной, даже к тому, чего не может быть.
   На рабочее место я пробиралась осторожно. Один раз пришлось в рекламщикам вломиться. Голоса в коридоре услышала, подозрительно напоминающие шефа и биг босса. Заодно у них и перекусила. Наша креативная команда как раз мозговой штурм устраивала на тему рекламной кампании салями. Я сперва пару ломтей рекламируемого продукта съела, облизнулась, потом вспомнила про ингредиенты и позеленела. От добавки, понятное дело, отказалась. Мало ли, вдруг я сейчас пропавшего в прошлом месяце личного водителя шефа съела. Конечно, на летучке объявили о его добровольном желании покинуть компанию, но могут быть разные варианты: докторская, сосиски, салями опять же...
   Вернувшись на к компьютеру, я быстро ответила на несколько писем, написала грозное письмо в отдел логистики насчет задержки поставок нескольким клиентам и задумалась о своей дальнейшей судьбе. Сегодня вечером надо фамилиара в клинику отвести, затем домовому документы оформить и написать отчет куратору. Представляю сколько приятных слов я от нее услышу насчет знакомства с демоном и вампиром. Она ведь ясно сказала: держаться от иных подальше и даже с оборотнями не контачить.
   А как? Если демоны на приличную ведьму в метро набрасываются, а вампиры прямо на работе подстерегают? Может и правда на некоторое время уйти в отпуск? На пару дней, не больше. Я позвонила в отдел персонала и спросила сколько дней отпуска у меня осталось.
   Милые дамы, контролирующие наши рабочие часы и минуты, мгновенно превратились в стервятниц и принялись насильно выпихивать меня в очередной отпуск сроком дней так сорок. Как выяснилось, все мои попытки закрыть положенные по закону выходные днем здесь, днем там, закончились полным провалом и пятьдесят два дня острой секирой палача повисли над моей хрупкой шеей. Заявление они написали за меня, сразу же его подписали и торжественно мне вручили. С завтрашнего дня я числилась в засуженном отпуске на целых четырнадцать дней. Это единственный компромисс, на который удалось уговорить сотрудниц отдела персонала.
   Ну а после наступило благословенное время обеда...
   У стола нарисовалась Ирина. Она нетерпеливо притопывала ногой в узкой лакированной лодочке и сверлила мне взглядом затылок.
   - Иду, - я обернулась к ней с лицом святой невинности, захлопнула ноутбук и поднялась с кресла.
   - И где ты пропадала? - набросилась на меня подруга. Без всяких предварительных ласк она сразу вцепилась крепкими искусственными зубами в мою сонную артерию и присосалась. Вот кого надо вампирской братии в качестве партийного члена рекомендовать!
   - Нам тоже хотелось бы знать! - от звука громких знакомых голосов за левым и правым плечами я шарахнулась в сторону, сбила с ног уборщика, ведро и врезалась в стену.
   - Зачем же так орать: хором, над ухом?! - я погрозила кулаком своим персональным хранителям.
   - Маш, а ты с кем сейчас разговариваешь? - Ира смотрела то на меня, то на пустое место посередине коридора.
   Мда, какое я там правдоподобное объяснение придумывала? Какое бы ни было, оно кануло где-то в районе мозжечка. У меня там всегда был Бермудский треугольник. Если что, то при вскрытии столько всего интересного найдут...
   - Прнимаешь, Ира, - я взяла подругу под руку, доверительно наклонилась к ней и повела в лифт. - Я пятницу ударилась головой. Несильно, - попыталась удержать ее глаза в рамках приличия. - Голова в порядке, а вот мозг немного пострадал. Я теперь галлюцинации вижу.
   - Да ладно! - на весь лифт закричала подруга. Ангел фыркнул. Черт топнул копытом и выдохнул облачко сероводорода. Еще десять человек в лифте помимо нас сморщились и приникли носами к воротникам рубашек.
   - Серьезно, - я улыбнулась через силу, приметила на полу бесхозный волосатый хвост и случайно наступила на него каблуком туфли.
   Черт взвыл. Ангел хмыкнул. Мне полегчало. Сердце стало биться ровнее, мышцы лица расслабились и настроение, будто температура при гриппе, резко поползло вверх. Я жестокая? Нет, это вряд ли. Просто с детства обостренным чувством справедливости обладаю.
   - Как в фильме "Игры разума"? - восхитилась Ирочка.
   - Примерно. Только у меня смесь фильма ужасов и комедии: то плакать хочется, то смеяться тянет.
   - Ну, и кого ты видишь?
   Мы спустились на первый этаж офисного здания, прошли через холл и вышли через стеклянную дверь-вертушку. Я обычно обедала в кафе на соседней улице. Бизнес-ленчи приличные, деньги терпимые и огромный выбор сортов чая. Туда мы и направлялись, оставив за спиной застрявшего в вертушке ангела. Искуситель его так удачно толкнул, что тело осталось по одну сторону створки, а крылья по другую, но в общем и целом выходец из Рая оставался единым целым. Пока. Собравшаяся у выхода толпа грозила разделаться с небесным жителем в ближайшие пять минут. Верите или нет, но ничего христианского в душе не шевельнулось. А... Вру! Вспомнилось про другую щеку, которую еще не били.
   - В данный момент меня сопровождают ангел и черт, а дома ждет домовой и нечто, что считает себя моим фамилиаром, но по факту является дохлой мороженной рыбой, - я вздохнула и проводила взглядом парочку: датский дог и очкарик в клетчатых штанах. Вот это настоящий фамилиар. К такому ни один вампир не подойдет на расстояние пушечного выстрела.
   Мы добрались до кафе, расположились за столиком у окна и сделали заказ. Меню знали наизусть. Оно менялось раз в квартал, чтобы не потерять клиентуру, но время очередной перемены блюд пока не подошло.
   - Круто! - Ира хлопнула в ладоши. Да? Я с сомнением покачала головой. - Слушай, а почему ты не в дурдоме? Ты оттуда сбежала?
   У проходящего мимо нашего столика официанта упал поднос.
   - Не кричи, - приложила палец к губам. - Не беспокойтесь, я не буйная и не откуда не сбегала. Меня выписали...
   Парнишка побледнел. Споро побросал на поднос чашки, чайник, приборы и поспешил ретироваться от меня подальше. Неловкий поворот, неосмотрительный шаг и официант растянулись на скользком от пролитого чая полу. В то же самое время с грохотом открылась входная дверь. Порыв ветра, испуганные решили посетители, но я-то видела стоящего на пороге ангела в синяках. Летящий с его крыльев пух напомнил мне о первом снеге... который вскоре обагрит чья-то кровь. Выходец из Ада икнул и сполз со стул под стол.
  
   Лев Николевич Толстой гипнотизировал взглядом аллюминиевую миску, куда жадно рукой сотрудник временного изолятора для животных насыпал пару кружек незабвенного Педигри. Причем для щенков. Причем с сдобренный отравой для крыс. То ли другого не было, то ли отвратительный человечишка решил так изощренно поиздеваться над несчастным бассет-хаундом. Впрочем, для с отравой или без нее, но полицейский не собирался есть предложенную ему тюремную баланду. Ведь он не собака, а оборотень и у него есть чувство собственного достоинства. Ну и инстинкт самосохранения присутствует.
   Но к корму манило.
   Будь не ладны инстинкты второй ипостаси и производитель мясного наркотика! Что такого они туда положили, что аж скулы сводит и слюну литрами глотать приходится?!
   Бассет-хаунд вздохнул, поднялся и неуклюже развернулся на сто восемьдесят градусов в железной клетке метр на метр, стоящей во втором снизу ряду длинной шеренги камер одиночного заключения. Под ним, положив патлатую морду массивные лапы находился кобель, чье происхождение не возьмутся разгадать генетики высшей категории, а над капитаном заходилась в злобном лае некогда белая болонка.
   Мимо клеток в который раз прошелся человек. Он шаркал разношенными тапочками, гремел связкой ключей и бормотал что-то себе под нос. Что-то в духе самого страшного собачьего кошмара Круэллы дэ Виль: всех порежу, всех порву, всех на шубы пущу! Лев Николаевич с удовольствием бы самого служащего на кожезаменитель для диванов пустил. Или на полевое чучело - ворон пугать.
   Лев вздохнул. В помещении нестерпимо воняло псиной, кормом и невоздержанностью. Если дело не сдвинется с мертвой точки полицейскому придется на своей шкуре попробовать все прелести собачьей жизни в прямом и переносном смыслах.
   Надо что-то делать, но что? Проклятый ошейник, который ему нацепили в дежурной части метрополитена на станции Новокузнецкой блокировал превращение в человека. Его надо снять любыми путями, иначе капитану предстоит достаточно долго прожить в шкуре пса, пока добрые люди не возьмут его к себе или ошейник не спадет сам собой. На последнее надежды мало, ибо полоска кожи хоть и старая, но все еще крепкая.
   Щелкнул замок на входной двери. Вместе с жалким глотком чистого воздуха в помещение вошли мужчина с маленькой девочкой и все тот же мерзкий тип. Вот он, его шанс! Если его сейчас заберут отсюда, то через несколько часов он получит свободу! Девочка, конечно, расстроится, что вместо собаки получила взрослого дядю в подарок, но новая прогулка в Шоушенк для четвероногих питомцев быстро избавит ее от грусти и психологического шока. Главное, чтобы не отец ошейник снимал, а если и он, то хотелось бы, чтобы под рукой у него не было охотничьего дробовика...
   - Папа, папа, смотри, - девочка вытянула руку, показывая на клетку с бассет-хаундом. - Милая собачка. Может ее возьмем? - малышка очаровательно улыбнулась и подняла на отца большие голубые глаза.
   - Она тебе нравится? - мужчина присел на колени перед дочерью.
   Лев жалобно заскулил. Ему не сильно нравилось заискивать, но другого способа вырваться из-за решетки он не видел. Капитан сел на задние лапы, подпустил слез в вечно грустные глаза и переступил передними лапами.
   - Не знаю, папочка, но она милая.
   Полицейский подавил желание пригладить лапой торчащий на лбу чубчик. Слишком человеческое получилось бы движение, а ему себя выдавать никак нельзя. Он же не ради этого терпел ночь в дежурной части и день в бомжатнике для собак, где пируют блохи, клещи и прочие паразиты.
   - А может лучше ту, сверху? Мне кажется она отлично впишется в твою коллекцию, - предложил папа.
   Нет. Нет! Нет!!!
   Девочка, зачем тебе болонка? Бассет-хаунд намного лучше облезлой француженки, которая даже гавкать нормально не умеет!
   - Нет, - покачала головой девочка. Ее светлые косички смешно дернулись из стороны в сторону. - Тогда эту! - и она показала на беспородное чучело внизу.
   - Договорились, мне тоже будет приятно с ним поработать.
   Поработать? Папа кинолог что ли? Не очень хорошо, но не до конца жизни же с ним жить.
   - Вам усыпить или сами? - потер руки сотрудник.
   Усыпить? О чем они говорят? Лев заинтересованно прислушался.
   - Нет, я сам. Давно обещал дочке показать, но все руки не доходили, а тут так удачно совпало: у нее день рождения и мамы дома нет, которая считает, что девочке еще рано к профессии таксидермиста приобщаться, но она всегда хотела посмотреть, как я ей симпатичных куколок из собачек делаю.
   Таксидермист?! Задние лапы пса безвольно расползлись по клетке. Кого только не приносит нелегкая во временный изолятор, а он-то, дурак, на лучшее будущее надеялся. Нет, лучше сидеть тихо или вообще мертвым притвориться... Точно! Как он сразу не догадался?!
   Лев опрокинул носом миску, брякнулся рядом с ней и закрыл глаза и стал ждать прихода сотрудника.
  
   Я смотрела на ангела возмездия. Небесный посланник снял с головы ним, блестевший бритвенно острым краем, и крутил его в руках. На прекрасном неземном лице сияла одухотворенная улыбка от уха до уха. С такой улыбкой обычно маньяки идут за головой своей жертвы. Я выскочила из-за стола и встала на пути крылатого.
   - Не здесь, - ткнула пальцем в грудь ангела, не заботясь о том, как мой поступок выглядит со стороны.
   Через секунду я полетела прямиком на взвизгнувшую подругу.
   - Горю! - кричала Ира и нелепо махала руками.
   Запах паленой синтетики ударил в ноздри. Чертыхнувшись и пообещав кое-кого мохноногого пустить на радикулитный пояс и холодец, я слезла с подруги, бросилась к соседнему столу, схватила два недобитых фреша у ошарашенных гостей и опрокинула их на дымящиеся бедра знакомой. Именно бедра, ибо от юбки остался дымящийся поясок, но нейлоновые колготки и кружевные трусики слава Богу огонь не тронул.
   - Я случайно... - проблеял тонкий голосок из-под стола таким тоном, что в преднамеренности его действий не осталось никаких сомнений.
   Тем временем ангел произвел какую-то непонятную манипуляцию с нимбом. Светящийся артефакт вытянулся в линию и приобрел очертания пылающего короткого меча.
   - Только не это... - прошептала я, ощущая прилив крови к голове. Елена Прекрасная предупредила, что любое проявление сверхъестественного строго карается, ибо иные из подполья выходить не планируют, опасаясь стать предметами экспериментов, а эти Ироды и Бруты на глазах двадцати посетителей кафе безобразие творят!
   Я схватила небесного посланца за крыло и попыталась стащить со стола, куда он запрыгнул, но вместо ожидаемый мягкости под пальцами я ощутила железо. Взмах, и я спиной проехалась по столику соседей справа, свалив на колени пары парень-девушка остатки супа и вторых блюд. Головой отлично приложилась о разделительную деревянную стенку.
   - Простите! - брякнула на ходу, села, схватила солонку, перечницу и запустила их в разгневанного крылатого, взгромоздившегося на стол. Я думала, что спасаю положение, но лишь внесла еще большую сумятицу, особенно в мозги посетителей с расширенными от шока глазами, наблюдающего драку сумасшедшей с... пустым местом!
   От удара о золотокудрую ангельскую голову солонка с перечницей открылись. Спасителя окутало облако специй. Он чихнул и выронил меч. Острая пылающая железяка насквозь проткнула стол. На глазах изумленных посетителей кафе в лакированной столешнице появилась дыра, от которой стало расползаться обугленное пятно.
   - Уходим! - крикнула я, схватила подругу за руку и потащила к выходу.
   - Но как?! - ее узкие ладошки не могли прикрыть компромат ни спереди, ни сзади.
   - Секунду, - я отыскала взглядом официанта, подошла к нему и потребовала: - Фартук!
   - Что?!
   - Фартук одолжи!
   Парень не пошевелился - смотрел на развалившийся надвое стол, а в следующий момент панорамное окно тысячей брызг осыпалось на уличный асфальт...
   Воспользовавшись суматохой, я сорвала с официанта фартук, быстро повязала вокруг талии Иры и потащили девушку к выходу.
   - А что здесь происходит? - настиг меня у выхода чей-то окрик.
   - Кажется, у вас полтергейст завелся. Вызывайте экзорциста, - бросила я через плечо и ретировалась от греха подальше.
   На работу мы пришли голодные, запыхавшиеся и растрепанные. Подруга потащила пеня в туалет, толкнула в кабинку, закрылась и вооружавшись ершиком потребовала немедленно рассказать правду. Я честно ее предупредила - не поверит, но информацию выложила. Любой выложит, когда ему этот ершик пригрозили в ухо засунуть, а из... другого места вытащить! Зная Ирину я могла ручаться - она слов на ветер не бросает.
   И все же она поверила. Сгоревшая юбка и высаженное окно лучше любого видеоролика убедило ее в реальности моих галлюцинаций. Естественно, она попросила наколдовать что-нибудь: например, превратить ее Сваровски в настоящие бриллианты. На что подруга получила резонный ответ, что ведьма я так себе, молодая, за результат не ручаюсь. Может как в песне получится - розовая коза с желтой полосой и в фартуке. Ира насупилась, но отстала. Очевидно ее мало привлекла перспектива всю жизнь провести в парнокопытном облике в живом уголке для христианских мифов и легенд. Зато, поразмыслив несколько минут, она вдруг захотела приобщиться к сакральному. Говоря нормальным языком подруга посоветовала мне приложить все усилия, чтобы сделать ее ведьмой!
   Это несправедливо по отношению ко мне. Правда, несправедливо. Почему на роду мне было написано окунуться в тихий омут, где каждая вторая рыба акула, а первая кит, без всякого на то желания с моей стороны, когда вот, пожалуйста, кандидат готовенький есть: и хочет, и может, и на алых парусах стремиться!
   Глухо.
   На мой мысленный призыв никто не откликнулся. Впрочем, на поддержку извне я не особенно рассчитывала. Небеса уже обеспечили ею, послав домового, фамилиара и парочку неуживчивых друг с другом библейских персонажей. От последних я могу избавиться, раз и навсегда выбрав одну из двух предложенных таблеток, а дальше... Иди я проснусь в мире, где машины охотятся на остатки выживших людей и меня объявят избранной или наконец-то проснусь. Кстати, может быть я сплю? Как головой приложилась, так до сих пор не проснулась? Тогда в принципе не имеет никакого значения, чью сторону я приму, а темная она как-то ближе и еще темным сладкое за вредность дают.
   Что?!
   Я осторожно согнула руку, сжала кулак и резко ударила локтем пространство за моей спиной. Локоть взорвался болью. Пространство воплем и отборными ругательствами. Вот же искуситель проклятый, прикинулся внутренним голосом и целую балладу спел. Едва не уломал, зараза языкастая, отрезать себе ноги, одеть черную маску и приступить к постройке "Звезды смерти".
   - Идем отсюда, - я протиснулась мимо подруги, вылетела из туалета и бегом добралась до своего рабочего места, игнорируя вопли Ирочки, бросила в сумку телефон с тремя пропущенными вызовами, косметику, расческу, захлопнула ноутбук и двинулась к выходу на ходу сунув девушке в руки подписанное заявление на отпуск с сегодняшнего дня.
   В лифте вспомнила о звонках. Вернее, мне о них ангел напомнил. Крылатый выглядел потрепанным: кривой нимб мигал, кудри местами распрямились, на левой скуле наливался синяк в виде раздвоенного копыта. Я поблагодарила небесного жителя, достала из сумки телефон и пролистала пропущенные вызовы. Номер незнакомый, но мог звонить клиент, чей телефон я не занесла в справочник. Пересекая холл офисного здания, я нажала на вызов. Не перезванивать не вежливо и не соответствует корпоративной этике нашей компании.
   - Здравствуйте, это Мария Нефедова, вы мне звонили, - отрывисто проговорила, когда абонент ответил.
   - Еще раз здравствуйте, Мария, - проворковала трубка. Голос показался знакомым, но не получалось вспомнить кому он принадлежит.
   - Что вы хотели? - человек заставляет меня терять остатки терпения. Я и так взвинчена на высоту Пизанской башни и уже готова с нее упасть без каски и парашюта.
   - Ну, для начала подвезти вас до дома, - на пешеходе перед тротуаром, где я дожидалась зеленого сигнала светофора затормозил наглухо затонированный джип, задняя дверь открылась и изнутри мне приглашающе махнули рукой.
   Я оторопела.
   В машине находился Его Преосвященство. Все ясно - завербовать хочет, чтобы я за офисным планктоном планктоном следила и ему обо всем происходящем в его владениях докладывала: кого в колбасу премиям класса, а кто только на сосиски годится. По-моему, он меня с кем-то перепутал. Например, с леди Винтер.
   - У стукачей плохая судьба, - я отвесила шутовской поклон, ногой захлопнула дверь и влилась в левый поток пешеходов, с двух сторон обтекающих препятствие на зебре. Дальнейшим воспитанием вампирской элиты занялась бабулька с клюкой, которая встала перед агрессивной мордой машины, задрала третью ногу вверх и начала вспоминать всю свою жизнь, начиная с ползунково-пеленочного периода. Ох, какие тогда порядки были... Но мне некогда было слушать, а также думать почему большой босс воспылал ко мне внезапным интересом.
   Дома меня не ждали. Компания домовых за столом и рыб в кастрюле были сначала удивлены моим появлением, а после возмущены. Нет, я их понимаю, я бы тоже возмущалась, если бы три пакета моего любимого овощного сока на моих глазах в раковину вылили. Только глаза были домовых, соответственно, и фамилиара, а в канализацию отправила чистую, как слеза младенца, водку. Три бутылки. Две они успели выпить.
   - Хозяйка, ты как-то не по-человечески поступила, - обиженно выпятил нижнюю губу домовой.
   - Гбррр! - поддержал его форель. Остальные просто угукнули. Гости не расходились, явно надеясь на продолжение банкета.
   - Слушайте меня, - я расправила плечи и сложила на груди руки, - сегодня утром познакомилась с демоном; выяснила, что шеф на работе вампир, а главный бухгалтер ведьма со стажем; после разнимала драку черта и ангела; а потом тряслась в душном метро, - я наклонилась, подмышки взяла домового и подняла его на уровень своих глаз. - Ты все еще считаешь меня человеком? - спросила тихо и проникновенно.
   Семион сглотнул. Рыб осторожно натягивал на кастрюлю крышку, стараясь не звенеть ею. Домовые цепочкой уходили через вентиляцию.
   - Зверь, а не хозяйка! - выдохнул крайний и задвинул за собой вентиляционную решетку.
   Я отпустила домового. Села на стул, придвинула к себе тарелку с мясной нарезкой, дотянулась до сыра, кинула пару ломтиков помидор, уложило веточку укропа, сверху накрыла еще одним ломтиком мяса и с удовольствием съела получившийся бутерброд. Семион молча поставил передо мной чашку с кофе, сахарницу и молочник со сливками. Домовой получил сухое "спасибо" и принялся неторопливо убирать со стола.
   С посудой он управлялся ловко: непригодную к употреблению еду сваливал в кучу на одну тарелку, а освободившуюся метал со стола в мойку! Ни одна не разбилась... Прямо-таки загадка природы! Но ему сердце екало каждый раз, когда Семион прищуривал один глаз, чтобы прицелиться. Кстати, пора бы и делами моего нового общественного статуса заняться. Я допила кофе, переписала с сайта адрес трудовой инспекции, подхватила сумку и отправилась регистрировать домового.
  
   Небольшую двухкомнатную квартиру в пятиэтажке наполняла музыка. Токката и фуга ре минор Себастьяна Баха в исполнении оркестра Поля Мариа даже на стареньком магнитофоне звучали потрясающе. По мнению колдуна плохая техника не в состоянии испортить хорошую музыку, к которой безусловно относились сии нетленные произведения.
   Будучи в одних трусах, мужчина сидел в древнем кресле-качалке, курил сигару, пил португальский портвейн и рассматривал подробную карту Шатурского района. Искать предстояло где-то здесь, среди примерно двух ста населенных пунктов. Интересно, как отец представлял себе поиски? Как посещение каждой захудалой деревни и расспросы местных жителей: не подскажете номер дома местной ведьмы? Здорово! Зная русских, можно предположить, что он быстро окажется в соответствующем заведении, где его вопросы больше никого не удивят и не испугают.
   Колдун вздохнул. Сдалась отцу фамильная цацка, причем именно сейчас, когда Стеван планировал завершение большого бизнес-проекта, затем отдых на Сейшельских островах, где бесподобна морская рыбалка, сладок свежий воздух и симпатичные креолки с упругими фигурками. Усилием воли мужчина изгнал из головы соблазнительные картинки, пристроил сигару на край пепельницы, залпом допил портвейн, встал с кресла и потянулся. Следовало проверить пленников...
   Вчера вечером добрая доверчивая девочка привела его к себе в квартиру, которую она делала с подругой и ее парнем. Те тоже оказались добрыми и доверчивыми, а вот Стеван давненько избавился от подобных рудиментов характера. Когда родной отец исключительно ради заботы о подрастающем поколении родного сына в клетку ко львам бросает и в лабиринте с голодными упырями запирает, то очень быстро учишься не доверять никому. Даже собственному отражению в зеркале. Впрочем, колдун не был злым. Он сам себя относил к существам глубоко эгоистичным и делал только то, что считал нужным. Ну, или поступал в соответствии с распоряжениям Ковена. Впервые в жизни... До этого протекция отца защищала его от старых маразматиков, помешанных на сушеных травах и трупах лягушек!
   Колдун заглянул в комнату. На полутораспальной студенческой кровати лежали трое молодых людей. Их тела, запаянные в разноцветные одежды, сковывала бельевая веревка, рты занимали кляпы из разорванного кухонного полотенца. Он проверял их два часа назад, выводил парня в туалет, возможно, теперь созрели девчонки.
   Вполне! Судя по их ненавидящим взглядам они готовы к небольшой прогулке, а также к тому, чтобы оторвать Стевану все выступающие части тела голыми руками. Мужчина с галантным поклоном протянул руку своей попутчице, картинно хлопнул себя по лбу: мол, забыл, подошел к кровати и вздернул девчонку за верхний слой веревок, опоясывающий плечи. Довел ее до туалета и втолкнул внутрь, подперев своим телом дверь. Определенно, дальше так дело не пойдет. Но ведь колдовать нельзя... Стоить только начать, затем не остановиться, а после его выследят. Повезет, если только из России выдворят. Могут и казнить, как нелегала и врага в зависимости от степени установленной вины. И ведьмы найдут, что ему приписать достаточного для усекновения тела на одну невинную голову, упаковку оной и отправку срочной почтой обратно в Сербию прямо в руки любимому папочке!
   А что если... Вот это неплохая идея, правда, рецепт он не очень хорошо помнит, но попробовать ничего не мешает. В случае неудачи пленники всего-навсего из спальни в туалет переместятся. Закончив со второй девчонкой, колдун принялся собираться. В плане стояло посещение рынка и продуктового магазина. Знать бы где они находятся...
   Полностью одевшись, Стеван вернулся в комнату, вынул кляп изо рта автобусной попутчицы и спросил:
   - Милая барышня, не подскажете, где в этом захолустье можно найти магазин или рынок?
   - Нет! - не очень культурным тоном рявкнула "барышня".
   - Нет - это значит не подскажете или их нет в городке? - в последнем он сильно сомневался.
   - Ничего я тебе не скажу! - девчонка задрала острый нос.
   - Тогда и я вам помогать не буду. Желаете на своем опыте проверить сколько человек проживет без еды и воды? - пожал плечами колдун.
   - Ты нас не убьешь! - с вызовом заявила попутчица.
   - Конечно нет, - с ласковой интонацией протянул Стеван. - Вы сами умрете.
   Пленники вздрогнули. Храбрость, храбростью, но пока они связаны и находятся под контролем странного чужака, который с первого взгляда показался им стеснительным, малоразговорчивым, но все же нормальным парнем, а выяснилось? Приезжий далеко не парень уже, раз; самый натуральный псих, два.
   Парень пнул соседку ногой. Она, как хочет, а ему вовсе не хотелось делать ставку на питание солнечным светом и классической музыкой! Только эта рыжая дрянь намека не поняла. Уперлась в неизвестно откуда взявшееся благородство и замолчала, а бывало не заткнешь поток советов и язвительных комментариев! Пленник замычал, пытаясь привлечь внимание психа. До того почти мгновенно дошло, что с ним хотят интересной информацией поделиться. Стеван вернул девчонке ее кляп и освободил рот парня, посмотрев на него с ожиданием. Скорее всего с него и надо было начинать - мужик с мужиком всегда легче общий язык найдет, чем мужик с бабой. Через три минуты колдун стал обладателем не только адреса, но и подробного описания маршрута в обмен на обещание выключить музыку или включить радио на волне девяносто два и пять фм.
   Уходя Стеван с удовольствием выкрутил регулятор громкости магнитофона на полную, поставив им "Петя и Волк" Прокофьева. Пускай молодежь к хорошей музыке приучается!
  
   Трудовая инспекция пряталась среди старых хрущевских пятиэтажек за Новоспасским проездом не доходя до Краснохолмской набережной. Неприметная коричневая дверь, коими обладают все государственные учреждения, с простой табличкой "Трудовая инспекция". Однако, я подозревала, что данную табличку никто кроме ведьм, вампиров и прочих не от мира сего существ, не видит.
   Перед тем, как войти, я на всякий случай постучала. Ответа не последовало, и я толкнула дверь от себя. Толстые пружины разошлись с натужным скрипом, нехотя пропуская меня внутрь в коридор, освещенный единственной настольной лампой экономичного образца. Лампа стояла на столе, по обе стороны от которого располагались два кресла из коричневого кожзаменителя, на вид еще крепкие, но с потертыми краями. Осторожно ступая по скрипучим половицам, спрятанным под желтым линолеумом, я дошла до конца коридора и осторожно выглянула из-за угла - взгляд уперся в массивную железную дверь с пятью личинками замков, засовом и петлями для замка навесного. Господи, кто за ней прячется? Или кого она удерживает? Второе было вероятнее, но любопытство тянуло приникнуть глазом к одной из замочных скважин. Я сделала шаг вперед...
   За спиной, в коридоре, откуда я пришла, будто прогремел гром. Или железнодорожный состав сошел с рельс. Взвизгнув, я развернулась, отшатнулась к стене, прижалась к ней взмокшей спиной и прижала к груди правую руку, стараясь унять бешеное сердцебиение. Какой-то магазинчик ужасов, а не трудовая инспекция!
   - Идите сюда, - раздался словно из ниоткуда скрипучий голос.
   Ага, лечу верхом на Сапсане! Чтобы меня на лопату и в печь? Нет-нет, я лучше здесь постою, а когда оно в нору спрячется, из которой выползло, аккуратно к выходу прошмыгну. Только меня здесь и видели.
   - Девушка, я знаю, что вы там, идите же сюда, а то я кушать хочу, - следом за словами сглотнули слюну. Литра три, не меньше, судя по звуку.
   С места не сдвинусь! Оно что думает: я сама на тарелку залезу, посыплю голову солью, перцем и яблоко в зубах зажму?! Ну, мы в двадцать первом веке выживаем и любая, даже самая вежливая просьба стать начинкой для мясного пирога - повод немедленно дать просящему по зубам или позвать того, кто может дать по зубам, если сама жертва не в состоянии это сделать.
   Следующие три минуты я напряженно прислушивалась и вглядывалась в тусклое пятно света. То ли от пристального внимания, а может быть просто подошло время, но лампочка начала непрерывно мигать, добавляя напряженности в атмосферу страха.
   Что-то металлически щелкнуло. Затем снова. И еще раз. Я перевела взгляд на дверь, осознав - она открывается и что бы за ней не пряталось через пару секунд оно будет здесь! Я медленно попятилась. Скользнула за угол, бросила последний взгляд, увидела образовавшуюся между полотном и косяком щель, закричала и помчалась к выходу, ища взглядом по пути туалет, но его не было. Я вцепилась в ручку и принялась отчаянно толкать ее.
   - Сюда... - манил скрипучий голос за спиной. - Сюдааа...
   - Я не вкусная! - взвизгнула.
   И тут дверь поддалась, но не в ту сторону!
   Она двинулась на меня, соприкоснулась с площадью лба, отчего мои глаза сошлись на переносице, чувство равновесия отправилось прямиком в Ад, а тело приняло горизонтальное положение.
   - Ооо... - промычала я. Потолок перед глазами кружился.
   Чья-то рука тоже. Ладонь сменилась лицом с написанной на нем искренней заботой. Лицо качнулось. Следом качнулся весь мир, а я утонула в кресле.
   - Может быть воды? - силуэт смешно растягивал слова, будто зажевало старую магнитофонную пленку.
   Я кивнула. Голова отозвалась болью, которая быстро привела меня в чувство. Восприятие мира вернулось к нормальной скорости, за этим восстановилась память. Закричав "бегите", я оттолкнула от себя человека, рванулась к спасительной двери, с пробивающейся из-под нее полоской света, запуталась в ногах и снова растянулась на полу, добавив себе синяков.
   - Оставьте ее. Она здесь впервые, поэтому ведет себя так. Ума к приложу, почему все новички орут и убежать пытаются, едва порог переступили, - проскрипел так напугавший меня ранее голос. - Сейчас я свет включу, вы ее поднимите, а я нашатырного спиртика на ватку капну. Это ее быстро в чувство приведет. Сейчас, сейчас...
   В носу взорвалась сверхновая.
   Я отвела от своего лица руку с ваткой, с огромным трудом вдохнула и закашлялась. В голове окончательно прояснилось, зато боль набирала обороты. Черт, я, наверное, сейчас похожа на единорога. Потрогала лоб. Ровно посередине между бровями находилась массивная выпуклая шишка. Точно единорог! Колени горели, хотелось приложить к ним мешочек со снегом, но на дворе раняя осень и снега придется месяца три ждать. До этого момента все рассосется. Или до свадьбы.
   - Ну, как ты дочка, в порядке?
   Залитый ярким светом коридор выглядел совершенно иначе. Люминесцентные лампы сорвали с помещения покров таинственности: самые обычные стены покрывала самая обычная светлая вагонка, над столом висел стенд с прозрачными карманами, где находились образцы для заполнения различных бланков. Да, лампа все так же мигала, но причина неисправности была самая обычная - вилка наполовину вылезла из старой розетки. Громыхало, оказывается, окно с подъемной створкой, а дверь вела в г-образную комнату, где работала пожилая чертовка.
   Бабулька с полностью седыми бровями и шерстью вокруг бледно-розового пятачка, вернулась на рабочее место, заперевшись на все замки. Ее старческий голос был отчетливо слышен благодаря установленной системе динамиков.
   - В порядке, - я подошла к окошку. - А почему вы свет выключаете?
   - Вы что думаете, мы богатая организация, чтобы на бешеные тысячи в месяц электроэнергию жечь? - чертовка разместилась за столом. - Мы тут взяток не берем. В особо крупных размерах, - инспекторша подмигнула мне. - Вот и приходится экономить.
   Ага, а на столе не ноутбук последней модели известной марки стоит и от него не подзаряжается смартфон последней модели. Согласна, если уж на чем и экономить, то только на электроэнергии.
   Документы на Семиона оформили быстро. Чертовка распечатала мне трудовую книжку моего домового, гербовый лист рекомендаций, который следовало заполнить при увольнении, и визитную карточку инспекции на случай, если домовой начнет шалить. Напоследок инспекторша предупредила меня, что минимальный срок работы год и до его истечения никакие силы не помогут мне избавится от помощника по дому. В заключении она спросила действительно ли я хочу взять на работу именно этого домового? Я уверенно кивнула. Чертовка рассмеялась и отдала мне все бумаги, попросив обязательно заглянуть в трудовую в раздел рекомендации с прошлых мест работы. Не уходя далеко я последовала совету.
   Алкоголик...
   Тунеядец...
   Мелкий воришка...
   Мама, я кого взяла на работу?! Ведь могла сама догадаться по его поведению, могла предоставленный чертовкой шанс от него отказаться использовать, почему не сообразила? Видимо второй удар по голове плохо на моих умственных способностях сказался. Я вернулась в инспекцию, потеснила второго посетителя и приникла к окну.
   - А можно...
   - Через год приходите, - чертовка дьявольски улыбнулась.
   - А если... - она протянула мне клочок бумаги с пятизначной цифрой. - Сколько?!
   - Милочка, это минимальная ставка, - инспекторша смотрела на меня совершенно серьезно.
   Я развернулась и вышла. Их минимальная ставка не помещалась в моем кошельке. Ее туда никакими средствами не удастся впихнуть, если только месяц не сидеть на хлеб и воде всем прописавшимся в моей квартире жильцам. Я бы посидела чуток на диете, но черт с ангелом совсем озвереют. Перед внутренним взором развернулись кадры из фильма: посланник небес охотится за голубями, сбивая их нимбом; рогатый подстерегает бабулек, которые кормят бездомных собак и отбирает у них куриные кости и шкурки от сарделек... Кошмар! Придется с алкоголизмом Семиона народными методами разбираться. На крайний случай веревкой, минералкой и аспирином обойдусь.
   Часы на кухне показывали половину седьмого. Время ужина. Квартиранты и ужинали, не дожидаясь меня. Отбивные с отварной картошечкой шли под красное вино "на ура". На кухне стоял ароматный запах специй и трав еще не до конца перебитый перегаром. Помимо компании домовых, за столом сидели два вечных спорщика, почему-то в обнимку, лбом ко лбу и каялись друг другу в грехах и поступках праведных, жалуясь на тяжелую жизнь и вредных ведьм, которые ни да, ни нет сказать не могут.
   Я пожелала всем приятного аппетита, схватила кастрюлю с фамилиаром, накрыла ее крышкой и потащила на улицу. Поймала машину, назвала адрес, договорилась с водителем о цене и влезла на переднее сиденье неудобной ржавой шестерки, придерживая посудину.
   - Что, мамэ супчику везэте? - поинтересовался водила.
   - Бабушке пирожков, - съязвила я.
   - Какая харошая внучка! - цокнул языком водитель. - А мне пирожок не дадите? - засмеялся.
   - А вы охотников не боитесь? - мило похлопала глазками, думая о пункте назначения. Шесть несчастных километров жевательной резинкой наматывались на колеса колымаги.
   - Какие такие охотники, драгоценная? - всплеснул руками кавказец.
   - Мне не нужна твоя жизнь, не нужна твоя смерть. Охотники рядом. Если будут стрелять - ты отвернись, чтобы не встретиться взглядом! - донеслось из кастрюли.
   Когда он успел "Смысловых галлюцинаций" наслушаться?!
   Я уронила безвольную голову на кастрюлю, побледнела и пробормотала про себя: спаси и сохрани. За кого и кому я молилась - не знаю. Наверное, за себя, ибо за день устала, будто ломовая лошадь всю неделю тащившая повозку с тонной свинцовых слитков.
   - Эээ, у тебя там точно пирожки, драгоценная? - водитель таращился на кастрюлю, а смотреть, вообще-то, надо на дорогу! Бах...
   Твою, точнее, его маму, мы в Порш Кайен вписались! И, главное, шестерке пофигу, а заграничному дорогущему ведру с золотыми гайками, бампер разнесли. Мне пора сваливать. До ветеринарной клиники рукой подать. Слова с делом не разошлись, рванула дверь, выскочила на тротуар и побежала к вывеске собакой, не обращая внимания на вопли в спину. Лишь бы успеть, лишь бы успеть... Влетела в распашные двери, бухнула на стойку кастрюлю и задыхаясь проговорила:
   - Фамилиар...
   - Умирает, рожает? - спокойно проговорила женщина за приемной стойкой.
   - Песни поет, - нашлась я.
   Администраторша встала со стула, поправила головной убор, одела очки, сверкнула желтыми звериными глазами... и вдруг вперила не мигающий взгляд за мою спину. Я обернулась: копец! Джигит из шестерки вместе с гарным хлопцем из Порше ломились внутрь, но дверь им не поддавалась. Магия? Тьфу, обычный магнитный замок на управлении с кнопки.
   - Что вы хотите?
   - Сестричка, да нам бы вон ту девочку поговорить, не позовете?
   - Нет, - все также с улыбкой отрезала администратор. - Всего доброго.
   - Ах ты ...! ...! Ты хоть знаешь с кем разговариваешь?! - возмутились с той стороны.
   И что-то меня это так разозлило. На машину, он, значит, накопил, а на мозги денег не хватило, но мы это упущение Великого и Ужасного Гудвина сейчас мигом поправим. Я сейчас в чью-то белобрысую голову иголок напихаю, заодно и в задницу, чтобы при каждой попытке сесть урок вспоминал.
   Я хрустнула пальцами, шеей. Топнула каблуком. Решительно направилась к выходу. Сипло рыкнул замок. Мужики ввалились внутрь, обрадованно потерли руки и открыли рты.
   - Заткнулись! - рявкнула я, наставив на блондина палец. - Сейчас ты на коленях поползешь к стойке и пять минут в духе Шекспира и Пушкина будешь эту даму, - указала на администратора, - умолять простить тебя. После сядешь за руль своей машины, поедешь домой и вымоешь рот с мылом, и будешь повторять это каждый раз, если скажешь хоть одно манерное слово! Приступай! - мужик рухнул на колени и пополз к стойке. Лицо его стало красным от натуги, словно он пытался вспомнить кто такие Шекспир и Пушкин. - А ты... - перевела зловещий взгляд на джигита. - Пойдешь в ближайший строительный магазин, купишь краски, кисть и нарисуешь на своей машине со всех сторон ослов, чтобы все видели, кто за рулем. Вперед!
   А у стойки блондин смеялся и плакал, пересказывая "Евгения и Джульетту", и протягивал администратору свернутые из пятитысячных купюр цветы. Мда, может быть надо было сказать, чтобы он передо мной тоже извинился?
  
   Альфарелу нравилась Москва. Пожалуй, этот пыльный, пропахший выхлопными газами город нравился ему гораздо больше любой другой столицы мира, в которых демон успел побывать. Несмотря на все плохое, что говорят о Москве, здесь все еще слишком много добрых и отзывчивых людей склонных к самообману. Такие с удовольствием дарят души и вдобавок благодарят за это совершенно не понимая, что сотворили. С такими безумно приятно иметь дело. И не один раз. Мало кто знает, что бездушного человека легко превратить в управляемую куклу и использовать... О, да мало ли для чего могут понадобится исполнители!
   Синеглазый демон шел по Новому Арбату в сторону Старого. Он шел просто так, без какой либо цели, исповедуя старую истину о пользе прогулок для логического мышления. Альфарел улыбался легкой томной улыбкой, заставляющей ноги встречных девушек подкашиваться, а сердца биться в предвещающем инфаркт ритме.
   Но демон не замечал никого. Прекрасная половина человечества его сейчас не интересовала. Альфарел был сыт и удовлетворен. Души его тоже не интересовали. Он думал о том, кто захотел перейти дорогу ведьмам. Зачем, а самое главное кому мог понадобится исключительно ведьмовской артефакт известный как "Книга ведьм". Ей никто иной воспользоваться не сможет. У обычного человека ничего не выйдет, у прочих иных другая сила и особенности ее использования. Например, демоны использовали ее чистую. Оборотни могли только трансформироваться, плюс некоторым из породы двуипостасных достался ген истинного химеризма. У домовых, леших и прочих "хозяев" своя магия. Колдуны другие ритуалы и магические практики используют.
   Итак, зачем и кто?
   Наверняка в книге много чего интересного, раз ее прячут ото всех и достают... А зачем ее достают? Ответа на этот вопрос Альфарел не знал. Кстати, он вообще не знал зачем ведьмам нужен сей артефакт ведь набор ритуалов и заклинаний у каждой индивидуален, хоть и построен на одной базе. Что ж, возможно в этом будет дополнительная выгода.
   Демон добрался до метро Смоленская, спустился вниз, купил билет на две поездки и в последнюю секунду запрыгнул в поезд. Мужчина увидел свободное местечко и двинулся к нему, но заметил печальный взгляд бабульки и кивком, с лучезарной улыбкой предложил ей занять сиденье, а сам прислонился спиной к двери.
   Альфарел доехал до Римской за тридцать пять минут. Вышел на перрон и глубоко вдохнул. Сильный запах магии демон ощутил сразу. Он буквально взлетел по эскалатору, дошел до лотков и остановился. Демон провел по глазам и изящным жестом стряхнула ладонь в сторону. Тотчас немногие пешеходы перестали обращать на странного мужчину внимание. Никто не достал телефон, когда Альфарел, закрыв глаза, стал совершать странные телодвижения. Вот он опустился на одно колено, потер руками асфальт и поднес руку к носу. Затем с ног до головы облазил ларек с отчетливой вмятиной на боку, ощупал крашеное железо руками, обнюхал его и даже лизнул в одном месте, где заметил маленькое коричневое пятнышко.
   - Вот оно как... - весело ухмыльнулся демон.
   Настроение у Альфарела подпрыгнуло вверх. Он облизнул полные красивые губы оставил ларек в покое, снова встал посреди подземного перехода, раскинул руки в стороны, потянул тонкое магическое в поле, в котором следы происшедшего еще не до конца стерлись.
   Нет, не получилось. Остаточное излучение магического взрыва и инициации не позволяло задействовать грубое чутье выходца из Ада. Здесь нужен оборотень или... Демон достал из кармана мобильный телефон, поднялся наверх и набрал знакомый номер. Текст снят на редактирование!

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"