Vir S: другие произведения.

Верзавры

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Новинки на КНИГОМАН!


Peклaмa:


 Ваша оценка:

  
  Верзавры
  
  Хижины на окраине города выглядели неряшливо. Прикрывавшие их пальмовые ветви почернели и растрепались. Вьюнок неравномерно оплетал лозу стен. На вытащенных для просушки циновках потёртости соседствовали с неприятными на вид пятнами.
  В отличие от заселённого респектабельными змайгами побережья, здесь встречались вооружённые патрули. Облачённые в шипастую броню охранники порядка грозно задирали хвосты и поигрывали трубками метателей. Перекладывали их из лапы в лапу, невзначай направляя раструб то на играющих в орехи детей, то на подростков, отпускавших непристойности в адрес проходивших мимо самок.
  Положенные Кволлу по рангу портупея и пояс с кармашками, вызывали неприязнь безработных. Но широкие наплечники с четырьмя алыми шевронами ментатренера нагоняли страх на шпану, понимавшую, что этот прохожий при желании может заставить их бить морды друг другу.
  Каждые шестьдесят дней Кволл, стараясь выглядеть беспечно, пересекал неблагополучный район. Играть легкомысленность не составляло труда. Вряд ли походы к передатчику вызовут у кого-нибудь интерес. Ни один ящер не заподозрит другого в сотрудничестве с людьми. Очень уж сильно змайги ненавидели млекопитающих. Чувствовали, наверное, что они стоят на ступень выше хладнокровных и готовы потеснить в галактике разумных прямоходящих ящеров.
  
  За последними, самыми бедными хижинами, холодно поблёскивал ручеёк. Перескакивая с камня на камень, Кволл перебрался через него и пошёл к возвышающимся неподалёку скалам. Над головой шумели ветви пальм. Пробивались сквозь кроны лучи солнца. Ветер приносил с болот запахи прели. Иногда оттуда долетал заунывный вой пасущихся на мелководье травоядных.
  Прекрасная теплая планета! Именно такие нравились змайгам. Непонятно только, почему они, не заселив полностью одну, бросались к следующей. Люди - наоборот, старались освоить все пригодное для жизни пространство, и только под угрозой перенаселенности направляли корабли к ближайшим желтым звездам. Устоявшиеся за тысячелетия традиции разрушила война. Пригодные к жизни планеты превратились в театр военных действий. Космические перелеты - в войсковые операции. А новыми мирами уже которое столетие занимается разведка.
  
  Замаскированный под камень контейнер с передатчиком лежал в нише, скрытой небольшим водопадом. Талая вода с ледников надёжно защищала его от случайных гостей. Теплолюбивым змайгам никогда не пришло бы в голову лезть под холодные струи.
  Кволл раздвинул росшие перед водопадом высокие папоротники. Прошёл на каменную площадку и снял портупею. Закрыв глаза, сосредоточился и застонал. Трансформация отдалась привычной болью в суставах и быстро уменьшающемся хвосте. Бёдра сузились, передние лапы стали длиннее, а грудь шире. Рядом с четырьмя пальцами появились пятые. Вытянутая морда превратилась в удлинённое лицо с переходящей на лоб переносицей и большими глазами. На месте щелевидных ушных раковин кожа оттопырилась. Ниспадающий на шею гребень сменила курчавая шевелюра. Чешуйчатая кожа разгладилась, посветлела.
  На мокрые от разлетающихся брызг камни шагнул человек. Вернее, верзавр в образе человека. Кволл вдохнул жаркий влажный воздух и по колено в воде прошёл к водопаду. Стараясь не поскользнуться, нащупал в нише контейнер. Поднял его двумя руками, прижал к груди и так же осторожно вышел на сухое место. Покрывшуюся мурашками кожу обдало теплом, приятным после холодного даже для человека душа.
  Расправив зонтик антенны, Кволл проверил вертикаль и нажал кнопку включения. На небольшом экране появилось лицо куратора. Выслушав короткий доклад, он приказал:
  - Бросай здесь всё. Окончательно! Завтра тебе придёт вызов на Оллэн. На тридцать седьмом узле найдёшь Роуна. Вы должны быть знакомы. И удачи! Нам очень нужно, чтобы ты вернулся.
  - Что там случилось?
  - Роун расскажет. Но он знает немного. Этим занимается второй отдел. Ну, бывай!
  Кволл отключил передатчик. Работая на чужих планетах, верзавр привык к краткости сеансов связи. Виной тому огромные затраты энергии, а не боязнь перехвата. В радиодиапазоне змайги наблюдение не вели. Да и в оптике просматривали только полярные направления, с которых входили в систему ракеты с экранирующими зарядами. Так что, на стационарной орбите ретранслятор мог висеть десятилетиями. И даже там обнаружить его чёрную антенну можно лишь подлетев вплотную. А этого тем более опасаться не стоило. Змайги не летали в космосе, перемещаясь с планеты на планету при помощи транспортных мембран. Огромные живые корабли, ускоряясь в гравитационных полях массивных звёзд, добирались до систем с жёлтым солнцем. Если управлявший симбиотическим организмом псевдоразум находил подходящую планету, корабль садился на ее поверхность. Когда в бассейне камеры перехода скапливалась вода, просыпались споры транспортных бактерий. На ближайший узел уходил сигнал готовности, и разумные прямоходящие ящеры захватывали очередной мир.
  За четыреста лет войны люди так и не смогли приспособить под себя эту технологию. Мембрана не пропускала человека. Зато, лет пятьдесят назад удалось, вырастив свой инкубатор, создать оборотней. Бактерии не отличали их от ящеров, и у людей появилась возможность вести не только аппаратную разведку.
  Заброской орбитальных и атмосферных беспилотников занимался первый отдел. Второй готовил диверсантов. Оперативные группы мешали уничтожению лабораторий при эвакуации, старались захватить инфогнезда. Зачем им понадобился легализованный в мирах врага ментатренер из третьего отдела - непонятно. Во втором своих специалистов хватало.
  К тому же, на днях в лабораторию, где работал Кволл, доставили гнездо с данными по симбиотической цепочке, позволяющей кораблям змайгов практически бесконечное время путешествовать в космосе, пусть и без экипажа. Верзавр уже подготовился к тому, чтобы скопировать с гнезда информацию. Может быть, с её помощью получится увеличить радиус действия пилотируемых сверхсветовиков, ограниченный пока двумя годами автономности. Люди старались объединять биотехнологии и механизмы. А вот змайги техникой принебрегали, что уже начинало сказываться на ходе войны.
  
  ***
  
  Утром курьер принёс вызов на оглашение завещания. К нему прилагался недешёвый билет коммерческой транспортной конторы. Коллеги, провожая счастливчика до пирамиды, откровенно завидовали нежданному наследству. Сотрудницы, раньше не замечавшие стеснительного змайга, грустно опускали хвосты. При этом слегка отводили их в сторону и сгибали серпом. Кволл старался не обращал внимания на нескромные намёки. Большинство генов верзавра доминантны. Так что, появление потомства вело к провалу сети, о которой враг не подозревал.
  Попрощавшись, Кволл спустился в транспортную камеру. Бросил мельком взгляд на выстроенные по краю бассейна таблички с пиктограммами. Стоящее в начале последовательности изображение клювастого ящера задавало вектор на старые планеты.
  Жить на них мечтали все, родившиеся и выросшие на периферии. Особенно в прифронтовой полосе, где в любой момент можно было ожидать атаку. После разработки экранирующих зарядов люди начали отвоёвывать утраченные миры. Правда, заселить их вновь удастся не скоро. Облака пыли, не пропускающие солнечные лучи к поверхности, рассеивались слишком медленно. Ещё медленнее таяли ледники. На самых первых, подвергшихся бомбардировке около трёхсот лет назад, полярные шапки ещё покрывали больше половины поверхности. Но даже такие успехи приносили уверенность в победе. Пусть она и придёт через тысячи лет.
  
  Дождавшись, когда радужная плёнка наползёт на пиктограммы, оператор махнул лапой. Кволл нырнул, притопил пытавшийся остаться на поверхности баул с немногочисленными вещами и в два гребка достиг дальней стенки, прикрытой мембраной из транспортных бактерий. Но не упёрся в неё, а проскочил дальше и вынырнул уже на Оллэне. Здесь его приветствовал другой оператор.
  
  От пирамиды начиналась широкая аллея. Казалось, высоченные пальмы древнего города удерживали солнце в зените. От ствола к стволу протянулись лианы, соединяя ажурными мостиками устроенные на высоте шарообразные домики. Вьюнок оплетал их стены и стоящие на земле дома приятным для глаз орнаментом. Пружинил под ногами плотный серебристый мох. Из уютных забегаловок, перебивая запахи прелых джунглей, выплывал аромат жареного мяса. Местами слышался хор дрессированных лягушек. Проходящие по аллее самцы носили вошедшие недавно в моду золотистые наплечники из модифицированного хитина. Холёные самки щеголяли эмблемами престижных инкубаторов, в которых имели личные лотки для яиц. Гордые и независимые, они всё же бросали на Кволла заинтересованные взгляды. "Четырехшевронные" метатренеры редко встречались на старых мирах. Здесь не осталось армейских инкубаторов, полигонов и серьёзных лабораторий. Большинство специалистов обосновалось на прифронтовых планетах.
  Стараясь не выдать себя ментадавлением, Кволл осторожно пробежался по мыслям прохожих и уверенно свернул к небольшой пирамиде местного сообщения. Вышел из камеры перехода он на берегу океана. Солнце здесь клонилось к закату. В заводях, устроенных на каменистом пляже, нежились взрослые змайги. Плескались в прибое дети. Из окружённых бассейнами круглых домиков доносилось мелодичное кваканье. Но пахло не мясом, а приправленной специями рыбой.
  
  Роун ждал у подножия очень большой пирамиды, рассчитанной на дальние перемещения. Узнали друг друга верзавры сразу. Они появились на свет в одном инкубаторе. Только Кволл вылупился на полгода раньше. Похлопав хвостом по хвосту, оборотни устроились в двухместном бассейне, в который кальмары нагоняли по трубам свежую воду.
  Видимо, Роун сделал заказ заранее, потому что к ним сразу подошёл официант. Поставил на парапет блюдо с маринованной рыбой и отправился обслуживать призывно махавшую лапой толстую самочку.
  - Ну, здравствуй! - тихо прошипел Кволл человеческие слова.
  - Здравствуй! - так же едва слышно произнёс Роун и продолжил на редко встречавшемся диалекте орти: - Сегодня у меня ночная смена. На Хему я тебя отправлю, когда все разойдутся. Так что, времени у нас немного.
  Он положил в рот рыбину, сполоснул пальцы и, не прожевав, сказал:
  - Ты идёшь третьим. Первым был Луор - ты должен его помнить, он учился со мной. Потом - группа из трёх молодых разведчиков. Они были готовы прорываться обратно с боем, но тоже не вернулись. Теперь посылают тебя.
  - Крысу им под хвост! - выругался Кволл.
  Порыкивая, отчего брызги слюны падали в бассейн, он жевал рыбу и не ощущал вкуса. Уходить туда, откуда никто не вернулся, не хотелось. К тому же, это полностью меняло все планы. Он мечтал, скопировав информацию по симбионтам, попасть домой, где его ждала Линна с дочерями и внуками. Там можно чувствовать себя человеком и выглядеть соответственно, пусть верзавры и выше людей чуть ли не в полтора раза.
  Но начальство, в надежде на его способности ментатренера, решило иначе. А Кволл, несмотря на частенько посещавшие его крамольные мысли, привык выполнять распоряжения беспрекословно.
  - Ты меня слушаешь? - спросил Роун.
  - Да, да!
  - Так вот, расположена Хема на краю укороченного рукава. Три тысячи светолет от Неары.
  - Ничего себе! - произнёс Кволл.
  Получалось, корабль к Хеме отправили ещё в самом начале звёздной экспансии ящеров, потому что змайги на сверхсвете не летали.
  - Подтверждение посадки пришло более двухсот лет назад, и поначалу планету даже пытались заселять. Причём, очень активно. Мы нашли ссылки на двенадцать межсистемных транспортных узлов и неоднократные упоминания холодного климата. Аналитики считают, что там выращивали хищных млекопитающих.
  Кволлу оставалось только выругаться ещё раз. Победная для людей тактика строилась на использовании климата. Основная ударная сила врага - созданные из летающих, плавающих и сухопутных хищников биороботы, при низких температурах теряли подвижность. Замена их теплокровными привела бы если не к поражению людей, то к восстановлению паритета, несмотря на то, что не существовало ментапрограмм для млекопитающих и каждому требовался погонщик. Но и это не содавало больших проблем. Обучить до получения одного шеврона можно каждого второго змайга.
  Роун подтвердил его мысли:
  - Похоже, армия получилась не столь послушная, как ожидалось.
  - Или кому-то показалось обидным, что победу им принесут млекопитающие.
  Ящеры ненавидели теплокровных настолько, что уничтожали на захваченных планетах даже мелких грызунов.
  - Может быть, - согласился Роул. - В общем, лет сто назад они убрали координаты из инфогнезд. Мы с трудом смогли восстановить их по заскорузлым сотам.
  - А может быть, восстановили не полностью, и переход ведёт не туда?
  - Туда. Поверь, я сам этим занимался.
  - Понятно... - Кволл плохо разбирался в работе транспортных мембран, и решил не спорить со специалистом.
  - Так вот, я дам тебе полный десантный комплект, инструкцию по управлению обратным переходом и, на всякий случай, координаты тех пирамид, что мне удалось вычислить. Отправлю я тебя на другой узел, нежели мальчишек и Луора.
  - А что, если и я не вернусь?
  - Ты уж постарайся. Не думаю, что после трёх безуспешных попыток наши пошлют на Хему многочисленную группу. Скорее - отправят ударный беспилотник. Правда, ты его вряд ли дождёшься. До Хемы лет семьдесят сверхсветового хода.
  Кволл промолчал. Он полжизни провёл в тылу врага. Посетил больше двух десятков планет, на шести работал подолгу. Но впервые его забрасывали в полную неизвестность и практически без шансов вернуться. Да ещё грозили нанести удар экранирующими зарядами, после которых холодную планету льды скуют по самый экватор.
  
  Начало темнеть, и Роун отправился принимать смену. Мимо бассейна прошла стайка возбуждённых после купания детей. Сопровождавшая их молодая самка, заметив алые шевроны на лежащей поверх баула портупее, попыталась навести порядок в весело галдящей толпе. Солнце зашло, и на небе появись звёзды. Над горизонтом поднималась зеленоватая луна - маленькая и ущербная. Вылезать из тёплой солёной воды ужасно не хотелось. Как всегда перед заброской на незнакомую планету Кволла одолевали сомнения. Возможности оборотня не сделали его ни ящером, ни человеком. Значит, это не его война. Он мечтал, чтобы верзавры создали свою цивилизацию и жили, не ввязываясь в затянувшуюся бойню. При этом понимал: в одиночку его раса не выживет. На неё непременно ополчатся обе враждующие стороны.
  Отбросив пустые мечты, он поднялся. Застегнул ремни портупеи, поднял баул и отправился к пирамиде, вокруг которой на пальмах горели проснувшиеся в сумерках светляки. Два старых змайга, отмахиваясь от слетевшейся на свет мошкары, разносили подкормку - пропитанные мёдом лыковые шарики.
  
  ***
  
  В камере перехода, следуя примете, Кволл поборол желание обернуться и посмотреть на Роуна. Верзавры старались не растерять человеческие привычки, воспоминания о семье, о братьях и сёстрах, родившихся в том же инкубаторе. О людях, создавших оборотней, выхаживавших первых новорождённых, которые неосознанно меняли образ на прохладном сквозняке или под жарким солнцем.
  Кволл сделал шаг в воду, ещё один, и, оттолкнувшись от ступеней, нырнул. Впереди едва заметно мерцала мембрана. Тяжёлый рюкзак, из которого они с Роулом тщательно выдавили воздух, тянул на дно. Кволл сделал мощный гребок и вывалился на дно пустого бассейна. Влажную кожу обдало холодом. Едва различая в темноте ступени, спотыкаясь, верзавр побрёл к выходу.
  Над Хемой среди редких звёзд висела невообразимо огромная луна. Яркий серп окаймлял чёрный провал теневой стороны. Свет падал на поляну перед пирамидой и низкорослые деревца, за которыми мерцал оранжевый огонёк. Запахи напомнили детство. Видимо, на Хеме росли не только папоротники и пальмы.
  Закутавшись в маскировочную накидку, Кволл вытащил из кармана разгрузочного жилета оптический усилитель и несколько раз согнул его, чтобы ускорить активацию. Поднимаясь по ступеням, прижал начавшие формироваться линзы к глазам. Через несколько мгновений он разглядел за деревьями реку. Неподалёку от берега на поляне ярко горел небольшой костерок.
  Подстроив увеличение, Кволл с удивлением обнаружил возле него сгорбленную фигуру человека в тёмной жилетке. Рядом стояли несколько шатров и что-то похожее на навес. На воткнутых в землю шестах белели черепа с выступающими далеко вперёд челюстями. Почему-то вспомнились олени, на которых молодые верзавры в лагере полевой подготовки охотились с самодельными луками и арбалетами.
  Стараясь ступать осторожно, чтобы холодный воздух не проникал под накидку, Кволл обошёл вершину пирамиды. С другой стороны лес тянулся до гор, с которых спускались по ущельям ледники.
  Вернувшись к рюкзаку, Кволл присел на него и задумался. Для ящеров тут слишком холодно. И совершенно непонятно, почему люди поселились возле пирамиды. Те, кого не уничтожили за сотню лет, должны сторониться всего, что осталось от цивилизации змайгов.
  Человек подбрасывал в костёр ветки. Небо на востоке светлело. Луна медленно уходила на запад. От холода деревенели лапы, и клонило в сон. Кволл знал, что стоит задремать, и проснуться будет невозможно. Он повёл плечами, сбрасывая накидку. Снял линзы и обернулся человеком.
  Терзавший ящера холод теперь ощущался, как едва заметная прохлада. В рюкзаке нашлись раскроенные под мокасины куски замши и кожанные шнурки. Оторвав от накидки узкую полосу, Кволл сделал из неё набедренную повязку. Положил рядом метатель, и как только усилитель приспособился к человеческому зрению, принялся тачать обувку.
  
  Перед рассветом он спустился в лес, чтобы спрятать рюкзак под корнями упавшего дерева в сотне шагов за пирамидой. Камуфляжная ткань сливалась с вывороченной землёй. Тропинок вокруг не наблюдалось, значит, люди в эту часть леса заходили редко.
  Вернувшись, Кволл обследовал камеру перехода. Щель, по которой в бассейн попадала дождевая вода, была замазана чем-то вроде цемента. Похоже, тот, кто убил бактерии, постарался не допустить восстановления мембраны.
  Когда Кволл снова поднялся на вершину, то обнаружил, что жители селения проснулись. Под навесом ползали маленькие дети. За ними присматривали две старухи и четыре девочки постарше. Мальчишки бегали вокруг шатров. Молодые женщины плели корзины, скребли шкуры и что-то жарили на прутьях. Все они носили меховые жилетки и юбочки.
  
  От поблёскивавшей вдалеке реки подбежал мальчишка. Положил у костра крупную рыбину. Её быстро почистили и, насадив на рогульку, пристроили у костра. Вскоре подошли мужчины с тушей кабана и, началась суета. Кволл едва мог уследить, кто чем занимается, и чуть не прозевал вышедшего на поляну аборигена. Пришлось, прыгая через ступеньку, быстро спуститься по тыльной стороне и засесть в густом кустарнике сбоку от пирамиды.
  По лесу разнеслись гулкие звуки. Мужчина стучал палкой по уложенному на кривые козлы пустотелому стволу пальмы. Подав сигнал, после которого гомон у костра стих, он подхватил принесённые с собой большие птичьи перья. Тяжело ступая по высоким для него ступеням, поднялся на пирамиду. Спрятался за вершиной и сбросил одежду.
  Пока Кволл, чтобы лучше видеть, осторожно менял позицию, от селения начали подтягиваться жители. Они опускались на колени перед пирамидой и с ожиданием смотрели вверх, где стоял обнажённый мужчина. Расправив веерами перья, он прикрыл лицо и низ живота. А когда верхний веер опустился, на собравшихся внизу глянул ящер. По поляне пронёсся тяжёлый вздох. Кволл едва сдержался, чтобы не выпрыгнуть из кустов. Направил на оборотня метатель и пожалел, что в обличие человека не может дотянуться до его мыслей.
  Абориген продолжил превращение, умело скрывая промежуточные этапы под перьями. Получалось очень красиво - медленный взмах веерами перед ногами, и оборотень стоит на покрытых чешуйчатой кожей лапах. Ещё взмах, и появился хвост. Перья поднялись, чтобы скрыть меняющуюся грудь. И выпали из пальцев с блестящими кривыми когтями.
  Ящер обвёл взглядом собравшихся у пирамиды, оскалился и зарычал. Ростом и статью оборотень не вышел. Человек, всё-таки, раза в два легче змайга, потому и рык у него получился слабый. Но зрителям хватило и этого. Они дружно уткнулись головами в землю. Оборотень ещё раз грозно рыкнул, указал на кого-то лапой и произнёс на диалекте лима:
  - Олла, сегодня придёшь ты! Не забудь, что я голоден!
  Поражённый тем, что абориген говорил на языке змайгов, Кволл чуть не пропустил тот момент, когда люди покинули поляну. Ругаясь вполголоса, он рванул к пирамиде. Взлетел по ступеням и перехватил маленького оборотня, который успел принять человеческий облик. Повалил его и, придавив коленом, спросил:
  - Почему не работает узел?
  - Какой узел?
  - Где змайги?
  - Не знаю.
  Не надеясь получить внятные ответы, Кволл отстегнул от метателя ремень и связал испуганному аборигену руки за спиной. Притянул к ним ступню. Отступив, скинул одежду. Маленький оборотень со страхом смотрел, как человек превращается в ящера. Старался отползти подальше, забиться в едва заметную щель между блоками.
  Единственное, что могло помешать Кволлу - хорошо натренированная ментальная защита. Но абориген не имел о ней представления.
  Змайгов он никогда не встречал. Единственный прямоходящий ящер, о котором знал маленький оборотень - это он сам. Неизвестно ему было и назначение пирамиды. Таблички из камеры перехода растащили, похоже, ещё до его рождения. Перья он добывал, охотясь на птиц, что гнездились в камышах. Там же неподалёку и жил в шалаше, заставляя женщин приходить на ночь и приносить еду. Научился оборачиваться ящером он случайно, несмотря на заложенный в подсознание запрет. Способности оборотня использовал для запугивания односельчан, не подозревая о ментальных возможностях ящеров.
  Окружающую местность этот паразит знал плохо. Дальше по берегу начиналась степь, в которой мужчины охотились на оленей и кабанов. На противоположном берегу реки жили другие племена, охранявшие свои владения, но на чужое не претендовавшие.
  По рассказам стариков, река собирала в себя стекающие с гор ручейки, и где-то за горизонтом впадала в озеро. Такое большое, что не видно дальнего берега. Оттуда и пришло, поселившееся у пирамиды племя. К горам люди не ходили. Откуда взялся такой запрет, абориген не знал. И никогда об этом не задумывался.
  Оборачиваясь человеком, Кволл пожалел, что не удастся заставить маленького оборотня забыть о встрече. Пока тот остаётся человеком, ментальные программы на него не действуют. Но когда Кволл развязал и отпустил пленника, понял: никому он ничего не расскажет. Потому что в глазах у часто оглядывающегося аборигена стоял страх.
  
  Проводив его взглядом, Кволл отправился к упавшему дереву. Забрал рюкзак и побрёл в сторону гор, к которым боялись ходить местные жители.
  Растения встречались по пути только дикие. Если они и прошли генетическую обработку, случилось это давно и изменения стали незаметны. Взгляд выхватывал испуганно прячущихся в кустах мелких ящерок, ежей, мышек. Разлетались в стороны ярко раскрашенные пичуги. Змайги не успели перестроить этот мир, выхолостить его. Или не захотели? А может быть, они планировали приучить оборотней к жизни на планетах людей?
  
  Встретив семейство толстоствольных пальм с раскидистыми, почти ложащимися на землю кронами, Кволл решил остановиться. Уж очень это место напоминало родной инкубатор. Может быть, именно его и боялись люди...
  Верзавр забрался в тень и достал из баула пакет с сухим пайком. Вода, набранная из встреченного по пути ручья, ещё не успела согреться. Запивая сублимированное мясо, Кволл неожиданно увидел за листьями термитник.
  
  Судя по размерам, он появился здесь очень давно. Может быть, эти пальмы действительно растут там, где когда-то был инкубатор, и термитник построен вокруг позабытого гнезда информатория? Тогда, можно попытаться узнать, что тут произошло.
  Пришлось оборачиваться ящером. Ощущая, как уходит из лап тепло, Кволл поторопился настроиться на контакт со сновавшими по известковым ходам работягами. Лишённые подпитки насекомые сто лет пытались выжить в холодном климате. Непривычные к ментальным запросам, они с трудом считывали информацию с вытоптанного барельефа, сохранившегося на потолке и местами на стенах коридоров.
  Из разрозненных, полустёртых пиктограмм складывалась пусть не цельная, но вполне ясная картина. Решив создать оборотней, змайги действовали основательно. Пять видов, приспособленных к разному климату, давали маленьким оборотням преимущество над людьми, плохо переносившими и сильную жару, и запредельный холод. Это могло принести змайгам победу, если бы не приказ отрезать Хему от транспортной сети. Покидали планету они почему-то в спешке. Выпустили два вируса, которые должны были убить бактерии мембран и оборотней. Но маленькие верзавры выжили.
  То ли вирус оказался неустойчивым, то ли аборигены одного из видов приобрели иммунитет... Даже если бы Кволл разбирался а генетике, выяснить это уже невозможно. Как невозможно восстановить работу транспортных камер. Лаборатории давно растворились среди девственных лесов.
  
  В расстроенных чувствах Кволл обернулся человеком. По пути к пирамиде он вспомнил, что перед ним в ловушку попали Луор и тройка разведчиков. Наверное, их стоило отыскать. Но уходить, не оставив весточки тем, кто, возможно, придёт к этой пирамиде, не хотелось. Достав из кармашка сигнальный патрон, Кволл спустился в камеру перехода. Высыпал красящий порошок в кружку, плеснул воды из фляги. Размочалил зубами стебель папоротника, превратив его в подобие кисточки. Немного подумал, привыкая к слабому, едва пробивающемуся по коридору свету и нарисовал на стене льва с человеческим лицом. С этой пиктограммы начинались координаты планет, на которых жили люди...
  Тщательно обдумывая каждую фразу, Кволл чередовал иероглифы, вырванные из разных диалектов ящеров, с пиктограммами системы координат и со словами человеческих языков. На расшифровку послания змайги, если решат вернуться на Хему, потратят немало времени. Верзавры же, напротив, даже не зная всех символов, легко смогут понять общий смысл.
  Вспомнив о том, что на планете существует еще одна разумная раса, Кволл улыбнулся. Он представил, как будут ошарашены археологи, если до их появления доживут эти письмена. Особенно, если аборигены станут использовать в своей письменности похожие символы, наделяя их не первоначальным смыслом.
  Это помогло хоть ненадолго отвлечься от мысли, что из западни, в которую враг превратил Хему, сбежать не удастся. Что он никогда не увидит жену, детей и внуков. Что начальство просто спишет в расход пять верзавров, навсегда сгинувших в глубоком космосе, недоступном пока людям.
  Продолжая выводить иероглифы и пиктограммы, Кволл не столько успокоил себя, сколько смирился с положением, в которое его загнала война. Война, благодаря которой он появился на свет. Война, давшая жизнь двум новым расам.
  
  ***
  
  Вечер принёс тишину. Стихли долетавшие из селения звонкие голоса детей. Угасал костёр. С вершины пирамиды Кволл наблюдал, как расходятся по шатрам маленькие оборотни, и думал о том, что змайги боялись верзавров ещё до того, как создали их. Иначе, не заложили бы в генотип возможность оборачиваться только после ментального обучения. И чем дольше жители Хемы будут оставаться в обличие человека, тем реже будут проявляться особи, способные обернуться ящером.
  Может быть, это и к лучшему. У людей больше шансов пережить оледенение. А в том, что оно наступит, Кволл был уверен. Командование не оставит врагу планету, которая может хранить опасную тайну. Через семьдесят лет сюда прилетит беспилотник. Несколько тысяч ракет взорвутся в верхних слоях атмосферы. Серебристые облака погрузят Хему в полумрак. Льды скуют океаны, покроют материки, оставив лишь узкую полоску вдоль экватора. О замёрзшей, вращающейся у далёкой звёзды планете забудут и люди, и змайги. Война пройдёт стороной. Не этого ли желал Кволл? Так пусть хоть маленькие верзавры не узнают ужаса тотального истребления!
  Они дадут планете своё название, создадут государства. Не важно, пойдёт их цивилизация по пути биотехнологий или станет строить сложные механизмы. Минут тысячелетия, и маленькие оборотни выйдут в космос. Встретят высоких родственников...
  В победе людей и верзавров Кволл и раньше не сомневался. А теперь уверился окончательно. Потому что ящеры, отказавшись от помощи созданной ими расы, обрекли себя на поражение.
 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  LitaWolf "Неземная любовь" (Любовное фэнтези) | | К.Татьяна "Его собственность" (Современный любовный роман) | | Р.Прокофьев "Игра Кота-3" (ЛитРПГ) | | В.Крымова "Порочная невеста" (Любовное фэнтези) | | Л.Летняя "Проклятый ректор" (Любовное фэнтези) | | Д.Вознесенская "Игры Стихий. Перекресток миров." (Любовное фэнтези) | | Н.Соболевская "Ненавижу, потому что люблю " (Современный любовный роман) | | Л.Каминская "Сердце дракона" (Приключенческое фэнтези) | | П.Коршунов "Жестокая игра (книга 3) Смерть" (ЛитРПГ) | | О.Обская "Невеста на неделю, или Моя навеки" (Попаданцы в другие миры) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Арьяр "Академия Тьмы и Теней.Советница Его Темнейшества" С.Бакшеев "На линии огня" Г.Гончарова "Тайяна.Влюбиться в небо" Р.Шторм "Академия магических близнецов" В.Кучеренко "Синергия" Н.Нэльте "Слепая совесть" Т.Сотер "Факультет боевой магии.Сложные отношения"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"