Виверс О. И.: другие произведения.

Дождливое лето

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фанфиков на Фикомании
Продавай произведения на
Peклaмa
 Ваша оценка:

   - Олечкя! Баушка зовёт! - звенит голос хозяйки, у которой мы снимаем летом дом. Настоящий дом - с печкой, выходом в коровник, сенями. У нас такого дома нет. У нас комната в коммуналке на седьмом этаже. Бабушка живёт отдельно на другом конце города. Трамвай, метро до конечной остановки и ещё один трамвай. Зато летом бабушка рядом.
  - Олечкя, где ты там? - Татьяна Ивановна говорит очень забавно, как утверждает мама, с рязанским акцентом. Половина жителей деревни приехала сюда из рязанской глубинки после войны вместо тех, кто погиб или потерялся в эвакуации. Голос умильно-сладкий, но настойчивый. - Баушка на пруд пошла.
  Надо бежать. Если бабушка рассердится, то не пойдёт после обеда в лес. Книжку в сторону, сапоги на ноги, ведро в руки и таскать воду из пруда, чтобы полоскать мотки шерсти, спряденные ловкими бабушкиными руками. Бабуля всё умеет: прясть шерсть, вязать из тонюсеньких ниток кофточки, перчатки или носки, шить и вышивать. А вот наклоняться с мостков к воде в пруду боится. В деревне колодцев нет, вода залегает очень глубоко, да и та ржавая, железистая. Нам мама носит воду с работы в эмалированном ведре. Магазина тут тоже нет. Раз в две недели появляется грузовик с хлебом, мукой и солью, а за другими вещами надо в город ехать.
  - Витькя, Толькя работать будете? - сейчас тон совсем другой. У хозяйки два почти взрослых сына, ленивых и неказистых, которые не слишком никогда никуда не спешат. Особенно на работу.
  - Бабуль, можно идти?
  - Шерсти натрепала? Три кудели натреплешь и иди на все четыре стороны.
  Это моя работа. Трепать купленную у соседей шерсть, вытаскивая грязь и колючки. Руки потом никаким мылом не отмоешь. Но восторженный рассказ о роскошной резной прялке, с гребёнкой, педалью и местом для веретена, которая стоит у Людкиной бабы Кати, не произвёл на бабушку никакого впечатления. Она и без такой чудесной прялки управляется.
  - Ерунда. С меня одного веретена довольно, - привязывая к высокой спинке стула завернутую в тряпочку кудель, ворчит бабушка. - Не вертись под ногами, урок выполнила и ступай.
  Ну да, куда ступать, когда коров гонят на дневную дойку? Наша, то есть хозяйская, корова самая лучшая. Нарядная, рыжая с белым. Из двадцати двух деревенских коров двадцать черно-пёстрые, одинаковые. Бригадирская - тёмно-рыжая с огромными, торчащими вперёд рогами. Надо ли говорить, что, когда вечером стадо гонят домой, народ выскакивает к калиткам. Ведь всем известно, что какая корова идёт первой, такой будет следующий день. Лето дождливое, и каждый вглядывается в приближающееся стадо с надеждой, вдруг повезёт, наша придёт первой, и погода наладится? Но какое может быть везение, когда рыжая корова всего одна?
  Вот она подходит к открытому окну, кладёт голову на подоконник и негромко мычит. Ждёт кусок хлеба с солью. Смотрит необыкновенными фиолетовыми глазами, хлопает длиннющими белыми ресницами, шевелит ушами, если почесать лоб, забавно жуёт и лижет солёные пальцы. Чудо, а не корова!
  - Не балуй скотину. Так она скоро в дом за угощением заходить будет.
  По радио говорят о запуске нового космического корабля.
  - Вот, всё небо продырявили, разверзлись хляби небесные, и дождь каждый день льёт, - ворчит бабушка, не переставая крутить веретено.
  - Небо нельзя продырявить. Скоро все будут в космос летать, даже я. А кто такие 'хляби'?
  - Некогда мне болтать, иди, говорю, на улицу.
  Вот всегда так, скажут что-то и не объясняют. Бабушка строгая и спорить с ней нельзя потому, что в лес очень хочется. Лес рядом. Деревня, огороды, участки под картошкой, сейчас наполовину залитые водой, узенькое поле, засеянное чахлой бледно-зелёной кукурузой, а за ним лес. На опушке вечно шелестящие круглыми листочками осины, берёзы, пара старых лип, ветки которых ложатся на траву так, что можно легко рвать липовый цвет, а дальше стена из огромных елей. Как же там пахнет в тёплый день! Цветами, нагретой смолой, грибами. Бабушка всё лето собирает и сушит разную траву. Говорить, что с такими травами лекарства не нужны. Мама спорит с ней до хрипоты, ей можно, мама - доктор.
  Здешний лес ни маме, ни бабушке не нравится. Ельник. Тёмный, настоящий. Непролазная чаща. Не знаю, какой и где они раньше видели другой лес, но наш - лучший в мире. Мягкая подстилка из опавшей хвои, малинники на полянах и вырубках, море грибов. Грибы пахнут по-разному, и на вкус разные, их можно различить по запаху с закрытыми глазами. Хочется зайти подальше, но бабуля ходит только по опушке, боится заблудиться. Ныть и тащить её вглубь леса бесполезно, только время зря терять.
  - Подрастёшь, будешь ходить, где вздумается. Грибов и по краю навалом, корзинки уже полны.
  - Ещё как буду! Буду ходить везде-везде. Эх, когда же я вырасту?
  Вечером стадо опять гонят домой. Первой по раскисшей улице топает огромная черная корова из крайнего дома. Вот это погодка будет! Наша красавица скромно плетётся в конце, протискивается в калитку и прячется в хлеву. Бестолковые овцы несутся мимо беспомощно расставившей руки Татьяны Ивановны вниз к пруду.
  - Кять, кять, кять , - сердито кричит им вслед хозяйка. - Олечкя, загони овец, золотце моё.
  Голос опять умильно-сладкий. Знаю, хозяйке ужасно хочется, чтобы вместо ленивых сыновей у неё тоже была такая девочка с косичками и бантиками. Желание понятное, хозяйку жалко, но страх перед чёрным бараном с великолепными закрученными вперёд рогами временами сильнее жалости.
  Ладно, кусок хлеба с солью в карман и на улицу. Ноги расползаются по намокшей глине. У пруда собралась кучка ребят, которых тоже отправили за убежавшими овцами.
  Дорога упирается в забор и ворота, которые отделяют деревню от пионерского лагеря. Моя закадычная подружка Людка тащит серую овцу от ворот к пруду, тихонько всхлипывая. Глаза полны слёз. Разберёмся.
  На заборе со стороны лагеря висит рыжий нахальный мальчишка.
  - У-у-у, деревенские! Дуры деревенские! - кричит он и строит рожи.
  - И что?
  - Вас в кино к нам не пускают!
  - Это кино пятый раз за лето привозят, только пионеры могут такую муру по пять раз смотреть.
  - Деревенские!
  - А вы, вы... Лагерные!
  Звучит как-то очень значительно, громко и резко. Как кнутом щёлкнула. Мальчишка от неожиданности отпускает руки и почти падает с забора в мокрую траву.
  - Смирнов, опять ты, гадёныш, на заборе повис, сколько раз можно говорить? - вожатая громко кричит и бежит к воротам. - Не подходи к деревенским, неизвестно, какая у них там зара...
  Слова повисают в воздухе. Это она меня увидела. Угу. 'Ну, скажи мне про заразу'. Я-то знаю, что мама всех моих деревенских приятелей осматривала и никакой заразы ни у кого не нашла. К маме и взрослые ходят: другого доктора в округе нет.
  - Олечка, Веру Сергеевну встречаешь? - голос противный, карамельно-приторный, как переваренное варенье. Тётка наклоняется, хватает мальчишку за куртку и замахивается, чтобы отвесить подзатыльник.
  - Мама уже дома, но я ей обязательно расскажу, что вы детей бьёте по голове до сотрясения мозга.
  Рука мгновенно разжимается, невезучий Смирнов снова плюхается на траву. Мама очень строгая и все эти нерадивые, как говорит бабуля, тётки её до смерти боятся.
  Людка тихонечко хихикает у меня за спиной. Мы с ней бежим к мосткам, где уже остались только наши овцы.
  Этот баран знает, что я его боюсь? Хлеб в кармане порядком помялся, но стоило только его достать, как рогатая башка поднялась, и баран уставился на мою дрожащую руку блестящими глазами. Помчались.
  Вы пробовали бежать в гору по скользкой глине в резиновых сапогах, которые чуть великоваты? И не пробуйте. Но сзади фыркает кудрявый враг, который бегает гораздо лучше. За ним с истошным блеянием скачут овцы. Крыльцо, дверь захлопнулась. Баран со всего размаху бьёт в неё рогами. Успела.
  Бабушка со вздохом отбирает у меня хлеб, чтобы отдать ещё не успокоившемуся барану.
  - Резать будем осенью скотину-то, - горестно вздыхает Татьяна Ивановна. - Налог такой установили, что хоть плачь. Да и картошки вымокнуть, кормить нечем будет. Самим бы с голоду не сдохнуть. Оставлю корову и пару овечек.
  Ужас и жалость к овцам захлёстывают меня и выгоняют на крыльцо.
   - А остальные, а телята?
  - Что ты? Продам, продам, другим людям продам, - пугается моего отчаянного вопля хозяйка. - Все соседи будут продавать: деревню нашу в какие-то непереспективные записали.
  ***
  Коровий прогноз сбылся. Всю ночь льёт проливной дождь.
  - Пруд из берегов вышел! Карасей в овраг смыло, бежим за рыбой! - кричит кто-то на улице.
  В овраге уже полно ребят. Огромный пруд действительно переполнился. Вода, увлекая за собой зазевавшуюся рыбу, перетекает через низкую плотину, по которой идёт дорога к лагерю. Караси в пруду разные: светлые и тёмные, золотые с красными плавниками. Папа говорит, что перелётные птицы приносят на лапах икру с торфяных озёр, которых в округе полно. В таких озёрах водятся не караси, а настоящие золотые рыбки. Почти.
  Рыба холодная и скользкая. Под моросящим дождичком топтаться в мокрой высокой траве и брать её голыми руками совсем не хочется. Рядом хозяйский Толик гоняется за ускользающей добычей. Наконец-то мне удаётся захватить корзинкой здорового золотистого карася. Живой. Хватает ртом пропитанный влагой воздух и смотрит круглыми глазами. Осторожно сползаю вниз по склону к тому месту, где овраг превращается в маленький прудик. Выпускаю свою золотую рыбку в воду. Карась несколько мгновений стоит неподвижно, словно не верит в свою удачу, потом уходит на глубину.
  - Где же твоя рыба? Говорят, ты огромного карася поймала, - мама разглядывает трофеи Толика.
  - Отпустила в маленький пруд.
  - Зачем?
  - Жалко стало. Живой. Золотая рыбка.
  - Ну, хоть три желания загадала? - смеются бабушка и мама.
  - Не успела.
  Вечно эти взрослые думают, что человек всю жизнь должен верить в сказки. А сказка закончилась, закончилось лето. Мы возвращаемся в город, где у меня нет ни своего дома, ни своей коровы, нет даже своей комнаты. Нет, и не будет. Останется только лес, в который я буду ездить много-много лет.
  ***
  - Олечкя, ну, постой, не беги так!
  Крик заставил вздрогнуть и оглянуться по сторонам. Пожилая женщина никак не может угнаться за маленькой внучкой. Буква 'я' не столь явно слышится в её голосе как у Татьяны Ивановны, но всё же... Исконные русские говоры отступают под напором странных искусственных голосов и интонаций, заполнивших пространство. Умирают навыки, традиции, уклад жизни. Кто сейчас умеет прясть шерсть, работая только с веретеном, солить рыжики в кадках? Где найти живую ключевую воду?
   Девочка бежит к столу, где я выбираю деревянный рязанский сувенир: 'У нас в Рязани грибы с глазами...', и мы вдвоём с продавщицей ловим юную жительницу рязанского княжества.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик) К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера 5: Башня Видящих"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"