Ривлин Влад: другие произведения.

Кактус

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Оценка: 10.00*6  Ваша оценка:
  Хозяин магазина, как и большинство уроженцев страны, с которыми ей приходилось сталкиваться в своей повседневной жизни, не вызывал у Аллы ничего кроме неприязни. У нее давно уже сфлормировалось представление о "сабрах"(от ивритского цабар-кактус. Так в Израиле называют уроженцев страны) как о примитивных, грубых и потому крайне неприятных в общении людях. Через этот стереотип она как сквозь призму смотрела на "местных".
  -"У него и образование наверное три класса какой-нибудь мароканской школы, а то и того нет",- думала Алла. -"Ну и рожа!"
  Лицо у продавца было действительно грубым и от этого он казался еще более угрюмым. С покупателями он говорил лишь по необходимости, односложными фразами и при этом никогда не улыбался.
  Несмотря на суровый вид хозяина магазина, здесь всегда было много покупателей. Может быть это было так потому, что цены в магазине были как на рынке, а качество товара не хуже, чем в супермаркете.
  Магазин, а точнее, огромная овощная лавка, существовал уже не первый год и торговля здесь шла с раннего утра до позднего вечера весьма бойко .
  Каким-то образом хозяин успевал все: он сам раскладывал товар, таская тяжелые ящики, поддерживал порядок на стелажах и сам стоял за кассой. Он даже ворота машинам, привозившим товар , тоже открывал сам. Единственной его помощницей была дочь-девушка лет шестнадцати , которая время от времени помогала ему. Когда дочь сидела на кассе, взгляд хозяина магазина был почти все время прикован к ней. Своим взглядом он как-будто оберегал ее от любых посягательств. В это время он был похож на заботливого родителя, который со всех сторон поддерживает своего ребенка, когда тот учится ходить.
  Но Алла всего этого не замечала. Она давно нашла себе нишу в новой , чужой для нее жизни и отгородившись от окружавшей ее действительности собственными распорядком, ритмом и представлениями об окружающем мире, взирала на все и вся как с высокой крепости.
  -"Типичный израильтянин",- думала она глядя на хозяина магазина и продавца в одном лице,- "Никогда не улыбнется и по всему видно что злюка и хам. С такими вообще лучше дела не иметь. Впрочем, они все здесь такие и ничего не поделаешь".
  Подытожив свои размышления, Алла вздохнула и прикинув в уме, что она сможет купить на пятьдесят шекелей, стала выбирать овощи. Петрушку и сельдерей- обязательно! С ними любая еда воспринимается совсем иначе. Груши стоят дорого- десять шекелей за килограмм. Но в конце концов- один раз живем! Авокадо. Из него получится отличный салат! И не нужно много. Две- три штчуки авокадо -вполне достаточно, чтобы сделать стол праздничным...
   Она гордилась своим талантом извлечь из пятидесяти шекелей не только все необходимое для жизни, но и кучу маленьких радостей.
  Эти радости на каждом шагу, нужно лишь уметь их разглядеть.
  Она жила от пособия до пособия и увидев в очередной раз деньги на счету, сразу же прикидывала , сколько и на что потратит и сколько удастся отложить. Деньги она откладывала на два вида радостей- большие и маленькие.
  Большой радостью для нее была поездка за границу, либо экзотическая поездка в пределах Израиля - на Красное Море например.
  Маленькие праздники она устраивала себе почти ежедневно. Это мог быть фруктовый салат к ужину, или кофе с заварными пирожными в кафе, или поездка к морю.
  На необходимость экономить она смотрела как на спорт. Воду от мытья посуды она сливала в ведро и потом использовала в туалете. На кухне она старалась утилизовать все, что только было можно- голь на выдумки хитра.
  Чтобы съэкономить лишние сотню-другую шекелей, она все время сжималась как пружина, чтобы потом распрямившись доставить себе большие и маленькие радости.
  -"Сегодня можно", -говорила она себе, отправляясь в какую-нибудь экзотическую поездку, или в свое любимое кафе, где всегда заказывала кофе на молоке и пирожные с ванилью. От пирожных поправляются , кофе вредно, но, черт возьми, один раз живем! А иногда, когда бюджет трещал по швам, она все равно отправлялась в кафе или ехала на море в Хайфу. -"Ничего, потом ужмусь",- успокаивала она себя.-"И кто знает, сколько у меня будет еще таких вот дней".
  Оказавшись на берегу моря и радостно вдыхая его живительный воздух она гнала от себя суровую бухгалтерию: "На чем-нибудь другом съэкономлю", -отмахивалась она от собственных опасений по поводу предстоящих счетов. Домой она возвращалась всегда уверенная в правильности принятого решения :-"А все-таки, оно того стоило!"
  Как и любая женщина независимо от возраста, она любила украшения и косметику. Но одевать украшения ей было некуда и не для кого, а старость не спрячешь в карман, как иногда шутила она, когда ей предлагали чудо-кремы и волшебные маски для лица.
  Свое жилище, полученное от социальных служб, она воспринимала как ночлег и не более того. Сюда она приходила лишь переночевать, а весь день проводила в городе ,с утра забравшись в местную библиотеку и читая журналы, либо часами просиживая здесь же за компьютером.
  Лишь вечером , оставшись одна, она усаживалась перед телевизором, заварив чай и приготовив ужин. Мысли об одиночестве назойливо одолевали ее как октябрьские мухи, но она гнала их, пытаясь отвлечься. Лишь ночью, во сне, тревоги все же проникали в ее мир в виде полузабытых образов. Жизнь проносилась перед ней как вагоны скорого поезда, в которых мелькали родные, полустершиеся как на старых фотографиях лица. А она оставалась на перроне, растерянная, не понимая, как так быстро прошла жизнь, что она толком даже и понять ничего не успела.
  -"А что дальше?"- думала она просыпаясь. Но с первыми лучами солнца она гнала от себя эти мысли и уверенно входила в годами наезженную колею жизни- завтрак, хлопоты по дому, потом фитнес в любую погоду. Благо, все почти рядом с домом. А ходить полезно. Жарко правда очень. Ну да ничего, придя домой она вознаградит себя настоящим зеленым чаем и своим любимым творогом с изюмом.
  Многие старики в ее возрасте еще как-то подрабатывали, но она пренебрегала подработками. Ей многие завидовали-икаких забот у нее нет- ни детей, ни внуков, живет в свое удовольствие. Весь день где-то шастает, домой приходит только ночевать,- сплетничали соседи. Им казалось, что она живет лучше, чем они. Вон как одевается и постоянно куда ездит. То ли благодаря умению держаться, то ли благодаря ее благородной внешности, но любая одежда на ней казалась элегантной и очень дорогой, хотя вещи она покупала в основном в тех же магазинах, что и ее соседи.
  А соседи ее не любили.-Старая дева!- иногда со злостью говорили они у нее за спиной, завидуя ее свободе.
  Иногда она слышала их шушуканья и мысленно отвечала им: -Ну уж извините, так получилось! Живите так, как я, и у вас будет то же самое! Одиночество подарило ей свободу и она не знала как воспринимать этот дар- как благо или как проклятие.
  Единственным человеком, которого она любила всю свою жизнь был Володя. Несчастная любовь, аборты, бесплодие.... Сколько лет прошло, а рана так и не зажила. Затянулась, а не зажила. Есть такие раны.
  Многие были бы счастливы назвать ее своей женой. Но после Володи она других уже просто не воспринимала. После окончательного разрыва с ним она всю себя посвятила работе. Студенты от нее не просто плакали, а что называется выли. Некоторым из них приходилось сдавать ей зачеты чуть ли не по двадцать раз. Она требовала от студентов знать и помнить все, что знала и помнила сама. А знала и помнила она казалось абсолютно все.
  Писать у нее курсовые или дипломные работы считалось самым страшным наказанием, какое только можно было вообразить.
  -"Оставь надежду всяк сюда входящий",- мрачно шутили студенты увидев сокурсника или сокурсницу у дверей ее кабинета.
  -Что нового в вашей работе?- бесстрастно спрашивала она свою "жертву",- Чем вы собрались осчастливить человечество? Если вы не придумали ничего нового, то и писать не стоит!
  И если незадачливый дипломник или дипломница не находились что ответить, то на этом разговор заканчивался. Ее умоляли, с ней скандалили, но она была неумолима.
  -Если вам нечего сказать, то лучше молчите! Я понимаю, что вам нужен диплом. Но может быть вам все-таки подыскать себе что-нибудь более интересное, нежели филология?!
  Она не скрывала своего презрения к тем, кто пришли в университет за дипломом, но не жалела ни времени ни сил для тех, в ком была искра Божья.
  -Старая дева!- шипели на нее одни. Другие, по прошествии многих лет, благодарили, столкнувшись с ней случайно на улице или в университете.
  Она и там, в прежней жизни жила работой и на работе, а домой приходила лишь ночевать.
  Всю жизнь она прожила с родителями, которые всегда считали ее неудачницей, несмотря на защиту кандидатской и почетное звание доцента. Родители всегда ставили ей в пример брата, у которого в жизни было все- и семья, и карьера, и дом полная чаша.
  Она же никогда толком не могла распорядиться своей жизнью.
  Они все ушли в один год- сначала Володя, потом один за другим- родители.
  
  
  Володя всю жизнь говорил ей, что любил только ее. Но женился он каждый раз почему-то на других. Как-то его в шутку, еще в студенческие годы, одна из девушек назвала гусаром . С тех пор он всю жизнь старался подтвердить эту репутацию. Ему постоянно нужно было быть на виду, и в своем тщеславии он не считался ни с кем, ничем не брезгуя, переступая через принципы и шагая по головам.
  Когда его вдруг парализовало на одной из пирушек и он обделался прямо за столом, старый гусар, как он сам себя называл, вдруг оказался никому не нужен - ни своим трем женам, ни многочисленным брачным и внебрачным детям. Кто-то злорадствовал, кто-то просто отвернулся от него.
  Он рыдал в трубку и звал ее, клялся, что всю жизнь ему нужна была только она.
  Но к тому времени у Аллы уже не осталось в сердце ни любви, ни жалости. Она пришла к нему лишь один раз. Здоровой рукой он сжимал ее ладонь и его потухшие глаза снова засветились надеждой. Но посидев с ним, она поднялась и вырвав свою ладонь из его руки ушла. Через какое-то время он умер, не дожив нескольких месяцев до своего юбилея.
  После смерти родителей, брат Аллы стал суетиться вокруг квартиры. На одной из комнат он повесил огромный замок, предварительно перетащив в нее ковры и все ценные вещи и таким образом начал делить квартиру.
  И тогда, плюнув на все- на квартиру, на свою должность в университете и зарплату, которую не платили по полгода, она уехала в Израиль. В Израиль, потому что сюда было легче и быстрее всего уехать.
  Так она оказалась в Израиле.
  Владение английским позволяло ей со всеми объясниться и решить все административные проблемы. Постепенно , она выучила и иврит настолько, насколько ей было необходимо, чтобы объяснятся с окружающими. Политика и местные новости ее не интересовали, а культуру, как и новую действительность, она не принимала, точнее не признавала, и жила в соответствии со своими принципами и представлениями о жизни.
  Она никогда не возмущалась как ее соседи "творящимися" по их мнению безобразиями и лишь свысока смотрела на таких как хозяин этой овощной лавки, защищаясь презрением от новой жизни.
  
  Выбрав все необходимое, Алла направилась к кассе, предвкушая как вечером насладится фруктовым салатом и прочими деликатесами.
  Хозяин лавки с бесстрастным выражением лица быстро все взвесил и посчитал.
  -Шестьдесят шекелей , восемьдесят агорот,- объявил он Алле глядя куда-то в сторону.
  Она открыла кошелек, достала пятидесятишекелевую купюру и стала искать мелочь. Но из мелочи был лишь один шекель.
  - "Напрасно я сегодня решила побаловать себя утром кофе с пирожными", -с досадой подумала Алла. -Теперь придется от чего нибудь отказаться. От чего? От авокадо? Или от груш?"
  В отличие от других стариков, она никогда не торговалась и не клянчила. Платила всегда столько, сколько ей говорили. Она вообще не привыкла ни торговаться, ни просить.
  - У меня не хватает десяти шекелей,- сказала она продавцу, пытаясь скрыть растерянность,-Уберите что-нибудь- авокадо или фрукты...
  Продавец ничего не ответил, лишь быстро сложил ее покупки в полиэтиленовые мешки.
  Алла вопросительно посмотрела на него.
  -"Бери все",- сказал продавец,-"Считай, что я сделал тебе скидку".
  -Я не привыкла,- расстерялась Алла,- Я верну...
  -Гевэрэт(госпожа),- сказал продавец с грубым лицом,- Пусть это будет единственная наша проблема!- И он вдруг улыбнулся.
  Улыбка у него была доброй . Она и представить себе не могла, что у этого "квазимодо", как она про себя его окрестила, может быть такая приятная, добрая улыбка.
  -Спасибо,-поблагодарила Алла и направилась к выходу. Шла она в задумчивости.
  Алла думала о кактусах, которые здесь называют цабар. Так же называют здесь и уроженцев страны. -"Говорят, они сладкие и приятные на вкус"- думала она направляясь на автобусную остановку. До сих пор она никак не решалась отведать этот знаменитый плод Святой Земли.-"Только колючие, и косточек много. Что-то общее наверняка у них есть"- размышляла она.
Оценка: 10.00*6  Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
В.Корн "Артуа.Звезда Горна" С.Бадей "Стремительный полет" О.Лукьянов "Лилис" Е.Гордеева "Закон притяжения" А.Тьма "Клинок Белого Пламени" В.Проскурин "Путь Феникса" Д.Казаков "Путешествие на Запад" В.Гвор "Поражающий фактор" Н.Бульба "Время перемен.Воплощенные" О.Филимонов "Уходя,гасите всех" Е.Никольская "Красавица и ее чудовище" М.Николаева "Фея любви,или Демон в юбке" А.Бобл "Мемория" А.Левицкий "Аномалы" А.Матвеева "Досадный случай" Е.Звездная "Катриона.Принцесса особого назначения" И.Петров "Повелитель войны" О.Демченко "Бремя удачи" А.Орлова "Любовь до гроба" Ю.Зонис "Боевой шлюп Арго" А.Кленов "Игра без правил" В.Поляков "Шаг за грань" О.Верещагин, А.Ефимов "Шаг за грань" А.Мегедь "Серый страж" Е.Белецкая, И.Эльтеррус "Лучшее место на земле" С.Лысак "Капитан Летающей Ведьмы" Ю.Новикова "Путь за грань" С.Гатаулин "Вирус" В.Кувшинов "Лэя" М.Михеев "Охота на невесту" Ю.Иванович "Отец Императоров-5.Демоны обмана"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"