Вегашин Влад: другие произведения.

"Обратная сторона маски". Общий файл.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Peклaмa:

Оценка: 4.40*9  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    История одного нава. Сюжет романа не переплетается с сюжетами господина Панова - здесь совершенно иное развитие истории. Предупреждаю - категорический не канон.
    Ни на что не претендую, все права на мир ТГ принадлежат Вадиму Панову. Претензий "не так все было" не принимаю - см. выше.
    Да, предупреждаю сразу - НЕ дописано, а когда будет дописано - понятия не имею.
    ____________________________________________________ ___________________________
    Итак, я все же выкладываю сюда продолжение "Маски". Также исправлены некоторые логические и стилистические ошибки в том, что уже было выложено.
    Все комментарии к "предисловию" и старому файлу "начала" сохранены и скопированы мною в комментарии к файлу новому.


Влад Вегашин

Обратная сторона маски

Часть первая

Двадцать пять лет назад.

I

   В кабинете Повелителя Нави было мрачно. Впрочем, мрачно здесь было всегда. Но сегодня Тьма сгустилась настолько, что, казалось, даже дышать было трудно.
   Простое деревянное кресло с резной спинкой пустовало. Князь стоял у стены, пристально вглядываясь в черноту. Спустя пару минут он вскинул руки и четко произнес несколько слов на древнем навском языке, и вновь замер, вцепившись взглядом в стену. Он ждал.
   - Приветствую, Повелитель, - опустившись согласно ритуалу на одно колено и склонив голову ровно настолько, насколько предписывал этикет, проговорил вошедший нав.
   - Вега, - Князь обернулся. - Ты выяснил причину происходящего в последние месяцы?
   - Полагаю, что да, Повелитель. - голос Веги был странен. Он даже не произносил слова, он их вышептывал, из-за чего было невозможно определить, высокий у нава голос, или низкий.
   Князь выжидающе молчал.
   - Я знаю, почему Зеркало Нави не дает ответы на ваши вопросы, - наконец вновь заговорил нав, поклонившись.
   Из под капюшона раздалось клокочущее хмыканье - Князь выразил свое удивление.
   - И почему же, Вега?
   - Потому что вы ищете врага, а надо искать предателя.
   - Ты говоришь о предательстве в Темном Дворе? - в бесстрастном голосе повелителя Нави отразилось нечто, похожее на негодование. Это могло испугать до седых волос любого, хоть сколько-нибудь знакомого с Князем, но Вега даже не вздрогнул. Хотя бы потому, что он знал, что означал этот призрак недовольства.
   Темный Двор доселе не знал предательства. Навы были бесконечно преданы князю и Нави. Эта верность текла в их черной крови, они рождались с нею, и умирали с нею же.
   - Выслушайте меня, повелитель, - он вновь опустился на одно колено, но голову не склонил, глядя прямо на собеседника. - Я приведу вам доказательства своей правоты. А если я ошибаюсь, лгу, или даже если просто мои аргументы покажутся вам недостаточно убедительными - примите мою жизнь в искупление, - в руке Веги блеснул тонкий длинный стилет, нав рукоятью вперед протянул его Князю.
   - Чтобы отнять твою жизнь, мне не потребуется оружие, тем более такое, - нава не убить никакой сталью. И жест Веги казался Князю едва ли не насмешкой.
   Но тот не шелохнулся, продолжая смотреть прямо перед собой. Повелитель заинтересованно взял стилет. На сей раз удивление отразилось не только в голосе, но и во взгляде лидера Темного Двора.
   - Обсидиан. Оружие из обсидиана. Откуда оно у тебя?
   - Позвольте мне говорить с начала, Повелитель.
   - Говори. И встань, наконец, с колен.
   Грациозно-змеиным жестом Вега поднялся. Отбросил изящной, затянутой в кожаную перчатку тонкокостной рукой волосы с лица. Блеснули антрацитовые глаза. Само лицо нава скрывала маска, уходящая восемью застежками-щупальцами в густые черные волосы.
   - Я долго не мог понять, что стоит за всеми бедами Темного двора, ведь ничто извне не могло наносить столь серьезный вред с подобной регулярностью. И я пришел к выводу, что если такое воздействие нельзя провести извне, но оно есть, то оно происходит изнутри. Я понял, что среди навов есть предатель. И начал его искать. Я знаю, кто он. Я шел по его следу очень долго. Я ставил себя на его место, думал так же, как думал он, собирал информацию для анализа, и наконец смог смоделировать ситуацию, в которой он выдал себя. Попался в простейшую ловушку, несмотря на свой острый ум.
   - И кто же он? - Князь с некоторым недоумением заметил, что его охватило уже почти забытое чувство - ему было любопытно.
   - Я проник в его дом, и нашел там то, что искал. Этот стилет. Князь, это не просто оружие против навов, это даже не просто оружие, изготовленное навом против навов. Это оружие зачаровано против одного определенного нава. Предателю достаточно было просто нанести один точный удар, и...
   Князь откинул капюшон. Он начинал понимать, к чему ведет этот странный нав, которому, несмотря на маску, был резон прятать лишь одну тайну, которую он, Князь, знал. И эта тайна не была связана с его внешностью.
   Вега, весь свой монолог выдавший на одном дыхании, запнулся. И посмотрел в глаза Повелителю Нави, словно прося разрешения продолжать, и одновременно извиняясь за то, что скажет в случае разрешения.
   Желтые глаза на миг сощурились, в них промелькнула странная тень.
   - Продолжай, Вега. Продолжай.
   - Один точный удар - и Навь лишилась бы Князя, - эти слова дались ему непросто. Но облегчения на лице не читалось - все самое страшное все еще было впереди. Предать себя и... ее ради Темного двора. Вега не сомневался, что сможет это сделать, но...
   - Я уже не помню, сколько раз меня пытались убить. По-моему, ты зря так остро на это реагируешь, - Князь оперся на спинку кресла. - Или недоговариваешь.
   - Простите, Повелитель, я не успел закончить. Скажите, почему до сих пор ни одна из сотни попыток не увенчалась успехом - говорю о тех попытках, когда нападающий был достаточно силен для того, чтобы бросить вам вызов, - гарка вскинул голову, его дерзкий взгляд искал глаза Князя.
   Князь вздохнул. Иногда Вега раздражал его даже больше, чем одетый в белое Сантьяга, сидящий на краешке стола в его, Князя, личном кабинете. Но в то же время Повелитель Нави прекрасно понимал, что этот неординарный, но всей душой преданный ему нав не стал бы в столь тяжкое время попусту отвлекать его от дел. И ответил.
   - Потому что никогда убийце не удавалось нанести удар. Он просто не мог приблизиться. Пуля летит слишком медленно и долго, я тысячу раз успею ее уничтожить. А подойти на достаточное расстояние никому не под силу. Я не подпускаю к себе чужаков.
   - Князь, вспомните, с чего я начал этот непростой разговор. Речь идет не о чужаке, а о том, кого вы к себе подпускаете ближе некуда, - в глазах Веги уже читалось неподдельное страдание.
   - Таких лишь шестеро - Советники, Ортега, Сантьяга и ты. Даже пятеро - главу гарок я в расчет не беру.
   - Советников, само собой, можно отбросить сразу.
   - Уже хорошо, хотя бы Советников ты не подозреваешь в предательстве, - усмехнулся Князь. - Остаются двое - Сантьяга и ты. Если бы ты был предателем, ты не пришел бы ко мне. В таком случае, остается лишь одна кандидатура. Предатель - Сантьяга? Это невозможно.
   - Я могу предоставить неопровержимые доказательства его вины.
   - Сантьяга - часть меня.
   - Это когда-нибудь мешало ему играть по своим правилам?
   - Почему я не узнал об этом раньше?
   - Я окончательно подтвердил свои подозрения только три часа назад. И был слишком вымотан, чтобы даже открывать портал - пришлось добираться человским транспортом. Я сразу приехал в Цитадель.
   - Сантьяга - предатель... В это сложно поверить. Но для чего ему это? Занять мое место? Он никогда не хотел этого. Власти и денег ему и так хватает, - медленно проговорил Князь, привычно скрывая горечь. Осознавать предательство того, кому привык доверять безоглядно, всегда тяжело.
   - Я знаю только одно - в этом замешана его супруга. И сильно замешана.
   Минут пять оба нава - молодой гарка, подающий весьма большие надежды, и старый уже даже по навским меркам Князь - просто молчали.
   - Нужно решить, что мы будем делать. Я считаю нецелесообразным делиться информацией с большим количеством навов, - разумеется, Вега не имел права говорить эти слова. Он был всего лишь гаркой, хоть и талантливым. Но сейчас он знал страшную истину, причину того, что Темный двор чуть ли не впервые в истории сейчас действительно с вероятностью восемьдесят пять процентов проиграет любому другому Дому в войне. В Великой Нави появился предатель. И этот предатель - комиссар Сантьяга, в течение нескольких тысячелетий верно сражавшийся за Темный двор не жалея ни себя, ни других. И Вега получал право говорить.
   - Нет. Я вообще никому об этом не скажу, - после недолгого молчания произнес Князь. - Я считаю, что двоих навов, знающих об этом кошмаре, уже достаточно. Мы все сделаем вдвоем.
  

II

  
   Ночью Веге вновь снились сны из прошлого. Ее прошлого. Он не мог ее ненавидеть, это было бы то же самое, что ненавидеть самого себя, а это ни к чему хорошему обычно не приводит. Но ему очень хотелось. Хоть нав и понимал, что она ни в чем не виновата, что своей жизнью он обязан только и только ей, но... Сны сводили его с ума. Нельзя смотреть чужие сны. Ни в коем случае нельзя. А он каждую ночь видел и чувствовал ее боль. И понимал, что это несправедливо. Сантьяга предал ее. И Сантьяга за это заплатит.
   Нет, Вега не сказал Князю ни слова лжи. Комиссар действительно был предателем. В это действительно была впутана его нынешняя супруга. Но, справедливости ради, следует признать - если бы речь шла о ком-либо другом, не предававшем ее, то Вега просто предоставил бы Князю пленников. Сегодня утром у него была возможность взять Сантьягу. Но гарка уже настроился на долгую охоту. Он хотел затравить этого зверя. За вечер в "Ящеррице". За навский нож. За погоню по Москве. За стакан с экстрактом Золотого Корня. За растоптанную, разбитую, уничтоженную судьбу. За чужие сны. За нее.
   Тихо застонав, Вега встал с постели. Натянул джинсы, не застегивая, набросил рубашку, и только после этого посмотрел в окно. И сразу понял, что спас его, как всегда, дождь. У Веги были очень странные отношения с дождем. Но в одном гарка был уверен - когда ему действительно будет нужен ливень, то небеса разверзнутся. Даже если только что было палящее солнце, за несколько секунд налетят тучи, принесенные шальным разбушевавшимся ветром, и на землю прольется живительная влага. Дождь уже не раз спасал его от чужих снов, вот и сейчас словно почувствовав, что молодой нав вновь начинает медленно сходить с ума, дождь пришел. Постучал в окно, словно говоря - я здесь, я не бросил тебя, я с тобой.
   Подхватив валявшуюся на полу возле тахты бутылку коньяка, Вега вышел на балкон. Дождь прекратился, но гарка чувствовал, что он скоро, очень скоро вернется. Он скрутил пробку с бутылки и жадно приложился к горлышку. Нав очень любил коньяк, и прекрасно в нем разбирался. И не пил никакого иного алкоголя.
   Такие нехитрые воспоминания из собственной жизни понемногу отвлекли гарку от чужих снов. Да и дождь не торопился обратно. Облокотившись на перила балкона, нав пил коньяк из горлышка и обдумывал план, предложенный Князем. Ему не нравилось только одно - Повелитель слишком рисковал. Он так и не смог поверить, что созданный им самим Сантьяга способен его предать. А Вега не стал уточнять, что Сантьяга, собственно, основным виновником не является. Виновата его жена. Сперва гарка планировал немного фальсифицировать доказательства с тем, чтобы комиссара приговорили к долгому заточению. А когда он выйдет.... Вот тогда и будет месть.
   Впрочем, немного поразмыслив, Вега отказался от этой идеи. Во-первых, он не знал, удастся ли ему обмануть Князя. Да и не хотел его обманывать. Повелитель спас его, когда шансов, казалось, уже не было. Пусть он сам не понимал, как много сделал именно для этого молодого нава, но главное, что Вега пока это понимал. И не хотел лгать Князю. Во-вторых, гарка слишком хорошо знал Сантьягу. Он слишком четко себе представлял, на что тот способен. И понимал, что пока будет идти разбирательство, комиссар успеет сто раз придумать и предоставить самые веские доказательства своей невиновности. И Князь ему поверит. В-третьих, ничего Вега не желал столь сильно, как отомстить Сантьяге в честном бою. Он не хотел, чтобы комиссара запирали в подвал Цитадели, не хотел, чтобы его убили, не хотел сам убить его в спину. Он хотел честного боя.
   А в-четвертых, Вега знал, как сделать так, чтобы схватка действительно была честной. Он разработал необычный аркан в расчете именно на этот поединок. Действие аркана являло собой замыкаемый круг, внутри которого нельзя было использовать магию. Но не это было главным преимуществом "Божьего Суда", как окрестил свою разработку нав, вычитав в какой-то человской книге про так называемый Божий Суд, когда двое сражались - обычно до смерти одного из них - и выживший объявлялся не только победителем, но и правым. Челы верили, что якобы Божья рука поможет правому, а неправого поразит.
   Легенда, конечно, была смешная и нелепая, как и большинство человских мистически-магических историй. Делать больше Спящему нечего, кроме как кого-то направлять и поражать. Спящий занят - он спит. Но сама идея Вегу захватила. И из простенького заклинания на основе расширенной "Рыбацкой сети" и основы одного из открывающих Врата заклятий молодой гарка разработал и создал совершенно невероятный аркан. Он не только не позволял сражающимся внутри круга использовать бесчестные приемы. Он еще и улавливал моральное и психологическое состояние противников. И действительно помогал тому, кто... Вот тут у Веги была небольшая недоработка. Аркан помогал тому, кто больше уверен в своей правоте. Но, тем не менее, разработка была, и молодой нав по праву ею гордился.
   Иногда гарка задумывался - может, вся эта затея с честным боем - бред? Такое поведение пристало скорее какому-нибудь восторженному молоденькому чуду из ложи Мечей, чья девушка подарила кому-то поцелуй, но никак не элитному воину Темного двора. Но тут уже брада верх юношеская еще глупая гордость. Веге очень хотелось убить Сантьягу в честном бою, желательно - на глазах у как можно большего количества жителей Тайного города. И не лишиться за это головы. Вот сейчас был идеальный момент.
   Поймав себя на том, что как-то далеко ушел от основной нити размышлений, гарка начал вновь и вновь прогонять в голове княжеский план, пытаясь найти в нем дыры, неучтенные нюансы, и так далее. Но лишь убедился в гении Князя - мышеловка была сработана без единой задней дверки. И стенки у нее были не картонные, а обсидиановые.
   - Ну что же, будь что будет, - тоскливо произнес Вега в пустоту. - Или Повелитель его поймает, и тогда я сперва должен буду доказать его вину перед Темным двором, а потом добиться права на поединок. Или Повелитель его не поймает, но и Сантьяга не поймет, что его раскусили. Если так, то надо будет просто построить ловушку покрепче. Есть еще третий вариант. Пожалуй, наиболее выгодный лично для меня. Сантьяга попадает в ловушку, но вырывается из нее, или Сантьяга не попадает в ловушку, потому что чувствует ее. Таким образом, мы его спугнем, и мне будет дан карт-бланш и пара арнатов в полное распоряжение. Потому что право поймать Сантьягу Князь может отдать только мне, - Вега вновь приложился к бутылке. Уже половина емкости опустела, но голова нава только начала проясняться - состояние после чужих снов было сродни тяжелейшему похмелью. - Кроме того, если Сантьяга сам покажет Князю, что предал его, я, скорее всего, получу приказ "найти и уничтожить". Это будет самый благоприятный для меня расклад. Главное - если мышеловка захлопнется, не допустить, чтобы Повелитель пострадал.
   Конечно, мысли о том, что Сантьяга действительно может навредить Князю, казались бредом, но уж кто-кто, а Вега не мог себе позволить недооценивать комиссара.
   Наконец вернулся дождь. Прошелестел вокруг, поприветствовал... старый знакомец. Начал медленно набирать силу. Вега знал, что через несколько минут начнется настоящий ливень. Он чувствовал дождь.
   Допив коньяк, нав бросил пустую бутылку в угол, к десятку ее товарок. И в очередной раз порадовался, что навы не подвержены чудовищной, самой страшной человской болезни - алкоголизму. Иначе он бы уже спился.
   И вот началось. Сперва на небе обозначился раскол молнии, прошло мгновение, и над Тайным городом взорвался первый раскат грома. Гроза была прямо над домом Веги. Хлынули потоки воды. Гарка сделал короткий портал на крышу, благо жил на последнем этаже.
   Молодой нав с покалеченной судьбой, преследуемый навязчивой идеей о мести и чужими снами, он стоял на коленях, откинувшись назад, раскинув руки и запрокинув голову. Сейчас на нем не было маски. Тугие струи падали на красивое лицо.
   И пришла боль. Не та, что заставляла гарку тихо выть сквозь зубы и обвешивать квартиру артефактами морока, глушащими звук, дабы не пугать соседей дикими криками. Не та, что стальными клешнями вырывала из сна среди ночи совершенно мокрого, с бешеным пульсом, стучащими зубами и сумасшедшими глазами. Не та, что дарила Веге славу жестокого, кровавого убийцы после каждой боевой операции. Эта боль была другая.
   Теплая. Теплая, идущая изнутри. Мягко прихватывавшая сердце и тут же его отпускающая. Вега любил эту боль, ее приход значил, что чужих снов в ближайшее время не будет, что не придет та, другая. Не придет она. Оставит в покое на день-другой.
   О, как Вега надеялся, что когда он отомстит, она успокоится и перестанет его преследовать... И ее сны тоже. Вегу выворачивало наизнанку, когда ему снилось, что он женщина, которая обнимает, целует, и любит Сантьягу, которая спит с ним, которая рожает ему детей. Вега ненавидел, когда ему снилось, что он - Диега.
  

III

  
   - Все идет по плану, - глухо произнес Князь. - Я связался с Сантьягой и сказал, что жду его через час на площадке. Он будет там.
   Вега размял пальцы и любовно погладил рукояти двух катан, по привычке гарки пристегнутых крест-накрест на спине.
   - Ты прячешься. Я разговариваю с Сантьягой. Если он попытается на меня напасть - в дело вступаешь ты. Мне он нужен живым. Обязательно. Если комиссар ни коим образом не проявляет агрессивности, я сам его проверю. Ты сидишь тихо и не высовываешься. До моего сигнала.
   - Каков будет сигнал?
   - Сигнал? Я сниму с тебя "Рыбацкую сеть", - из-под капюшона раздался звук, более всего похожий на смешок.
   - Слушаюсь, Повелитель, - слова прозвучали спокойно и бесстрастно. Слишком спокойно.
   - Тебя что-то не устраивает? - с легким намеком на удивление поинтересовался Князь. Казалось, его забавляла вся ситуация. Он уже не одну тысячу лет не принимал никакого участия в боевых действиях. И очень хотел оживить в крови эти воспоминания. Но в то же время лидер Великого дома Навь не был бы лидером столько тысячелетий, если бы не знал точно, где за какую черту можно переступить. Предатель - если он предатель - должен понести наказание. А Вега.... По поводу Веги тоже еще не все понятно. Слишком хорошо было Князю известно, кто такой Вега на самом деле, что он прячет под маской, и почему так ненавидит комиссара. Провалившись в свои мысли, он чуть не пропустил ответ гарки.
   - Вы слишком рискуете. Сантьяга наверняка вооружен обсидианом. Я же вернул нож на место, как вы и приказали...
   - Ну и что с того, что Сантьяга вооружен обсидианом? Мало иметь оружие, мало уметь им пользоваться...
   - Надо еще и понимать когда и где можно пускать его в ход, - закончил Вега. - И Сантьяга вполне может решить, что время и место для того, чтобы пустить его оружие в ход вполне подходящее.
   - И что с того? - Князя искренне забавлял этот молодой гарка.
   - Он может успеть нанести удар.
   Из под капюшона повелителя Нави раздалось глухое сдержанное рычание. Вега еще не успел осознать, какую ошибку совершил...
   Словно кольца стального удава сдавили грудь. Он рванулся, но чудовищная змея не желала отпускать жертву.
   Такой физической боли он еще никогда не испытывал. Веге казалось, что его заживо расчленяют тупым скальпелем одновременно со всех сторон, он чувствовал, как мышцы и жилы отделяются от костей, как крошатся в пыль сами кости, перемалываемые чудовищными жерновами, как разрываются на части внутренние органы. Он проваливался в спасительное для тела, но губительное для духа забытье.
   Вокруг было темно. Нав понимал, что жив, но вот где он находится... Боль, почувствовав, что жертва приходит в себя, а значит, готова к новым испытаниям, взялась за старое. Но Вега был упрям. И он позвал помощь.
   Гарка еще два года назад понял, что лучшее оружие против боли - другая боль. И он позвал ее. И... она откликнулась.
   Захотелось отчаянно закричать. Но сознание вернулось, Вега понимал, что все что с ним происходит, происходит на глазах Князя. "Почему он мне не поможет?" - мелькнуло в голове. И тут же пришло понимание. Потому что это его, Князя рук дело.
   Он собрал все силы. И ударил, разрывая аркан Повелителя Нави. Ударил не заклинанием, не арканом, не магией. Вега не мог тягаться с Князем в магии. Зато у молодого нава было то, от чего нав старый сам отрекся в незапамятные времена. У Веги были чувства. И он ударил невозможной силой. Он стал копьем с отточенным наконечником. Наконечником из боли, ярости и гордости.
   Спустя мгновение гарка, тяжело дыша, лежал у ног Повелителя. Уязвленная гордость заставила тут же собрать остатки сил и подняться хоть на одно колено.
   - Я надеюсь, ты усвоил урок? - голос Князя был холоден и жесток.
   - Да, мой Князь, - Вега даже нашел в себе силы встать и поклониться.
   - Впредь не забывай, кто ты и кто я, - Повелитель нави шевельнул пальцами. Боль исчезла. Как и усталость, помятость, следы бессонницы, переутомления... - У нас две минуты. Ты готов?
   - Да.
   - Прекрасно.
   Вега почувствовал, что его словно бы заворачивают в кокон "Рыбацкой сети" - не слишком сильное, но надежное заклинание, запирающее магию внутри чародея. Теперь Сантьяга не заметит присутствие на площадке еще одного нава. Князь сам наложил морок на Вегу, и гарка затаился. Теперь оставалось только ждать.
   Сантьяга появился за минуту до назначенного времени. И совершенно несвойственным ему способом. Он вышел из вихря портала на самом краю площадки, точнее, даже не вышел, а почти вылетел. Против обыкновения, на комиссаре был не светлый летний костюм, начищенные туфли и штучный галстук, а обыкновенный штурмовой костюм гарки. Впрочем, Сантьяга и его умудрялся носить с потрясающей элегантностью.
   - Князь! Вы в порядке?
   - Разумеется, Сантьяга. А ты что ожидал увидеть? Судя по твоему лицу - никак не меньше, чем мой остывающий труп, - в глухом голосе Повелителя слышалась явная издевка.
   - Князь, похоже, нас в кои-то годы провели. Орден и Зеленые готовы к войне, - теперь Вега заметил, что куртка на плече комиссара порвана и перепачкана в черной густой крови, и что Сантьяга опирается на ножны своего клинка. - В Темном дворе завелся предатель, - нав не двигался с места. И Вега понял, что тот готовится к броску. Гарка рванулся, но с ужасом осознал, что Князь решил перестраховаться - он был парализован.
   - Я знаю про предателя. Я уже обезвредил его, - помолчав полминуты, тяжело проговорил Князь. Капюшон лег на спину. Желтые глаза лидера Темного Двора впились в Вегу. Морок был снят.
   - Вега? - по лицу комиссара скользнула тень недоумения. - Никогда бы не подумал. Хоть и говорил вам неоднократно, что вы слишком ему доверяете.
   А Вега тем временем судорожно пытался осознать происходящее. Это игра Повелителя? Он хочет чего-то добиться от Сантьяги? Или... Или он действительно верит этому щеголю, боевой костюм одевающему лишь на Карнавал Темного двора, и то не каждый год?...
   - Отлично было сыграно, Вега, - в желтых глазах мелькнула тень разочарования и презрения. Гарка безмолвно взвыл! - Я тебе почти поверил. Но ты слишком уж пытался убедить меня в том, что предатель - Сантьяга.
   - Он говорил, что я - предатель? - в глазах комиссара мелькнуло удивление. - Что же, совсем неплохо для начинающего. Жаль, что ты так рано попался - это могло бы стать по настоящему интересным. Ну что же, Князь, раз с предателем покончено, я отправляюсь обратно в бой. Там Зеленые...
   Сантьяга сделал пять шагов по направлению к краю крыши, на ходу строя аркан портала. Он действительно был профессионалом.
   Вега понял, что происходит, за десятую долю секунды до того, как оно произошло. Он видел, как к нему разворачивается Князь, на лице которого было - редкий случай - написано разочарование, как сбоку Сантьяга, достроивший аркан, внезапно выхватывает черную "рыбку" метательного ножа, отправляя убийственный обломок вулканического стекла в полет. Гарка понимал, что ему не вырваться из-под контроля Князя, но выбора не было. Он в сотую долю секунды собрал всю имевшуюся в нем магическую энергию, и просто выплеснул ее наружу, разрывая и "Рыбацкую сеть", и "Паутину", и не до конца достроенный "Навский аркан"... У Веги было полсекунды, и этого времени ему не хватило бы отбить нож, оттолкнуть князя, или перехватить клинок. Поэтому гарка, до последнего вздоха преданный Темному двору и Князю, просто сделал шаг вперед, оказываясь между ножом и Повелителем.
   Все было как замедленное кино. Вега с решимостью смотрел на клинок, Сантьяга с бешенством - на Князя, Князь... В желтых глазах пылало такое пламя, что невозможно было понять, на кого он смотрит, не говоря уже о эмоциях.
   Черная "рыбка" подлетела к Веге. Бросок был великолепен - несмотря на то, что цель оказалась ближе, клинок легко вошел гарке в грудь справа. И время помчалось вскачь.
   Сперва он не почувствовал боли. Увидел, как Сантьяга с искаженным яростью лицом прыгает в портал, как Князь, демонстрируя совершенное владение магией, за миллисекунды строит "коридор-двойник", как обжигают его напоследок желтые глаза, и Повелитель исчезает в портал... Вега остался на крыше один.
  

IV

  
   Гарка поднес ладони к груди, пытаясь понять, куда же делся брошенный Сантьягой обсидиановый нож, и почему так горячо на правой стороне груди. Коснувшись мокрой от крови куртки, нав поднес руки к лицу. Все пальцы были в его крови. Вот и нашелся прощальный подарок комиссара...
   Вега упал на колени. Он понимал, что должен встать и идти, он должен драться с Сантьягой, должен найти свой арнат и идти сражаться, ведь на улицах тайного Города кипит бой.... Должен отыскать Повелителя... Должен идти...
   Собрав остатки сил, Вега смог поставить одну ногу. Теперь он стоял на колене, опираясь на стенку. Сконцентрировавшись, он начал немного подпитываться энергией - в конце концов, он нав, а здесь - Цитадель. Через три минуты Вега стоял на ногах, рана больше не кровоточила, края были кое-как стянуты лечебным арканом.
   След портала стыл уже пять минут, но Вега был крайне разозлен, и через пятнадцать секунд в воздухе закрутился черный вихрь. Гарка шагнул в портал.
   Его выкинуло с порядочной высоты на поле. К счастью, он был достаточно осторожен, и, приземлившись на ноги, и тут же огляделся, сканируя следы портала. Нет, отсюда Сантьяга с Князем не уходили. Впрочем, спустя секунду Вега понял, что мог и не прибегать к магии. Достаточно было просто посмотреть.
   Они стояли в паре сотен футов. Стояли напротив друг друга, пристально глядя в глаза друг другу. Не произносились слова, не использовались жесты. Глаза в глаза. Князь Темного двора и предатель-комиссар. Им не нужны были слова.
   Гарка подошел ближе. Он понимал, что до него сейчас дела нет. Но ему было необходимо понять, кто из двух высших иерархов Нави берет верх.
   Схватка длилась уже не менее пяти минут. И то, что Князь до сих пор не раздавил Сантьягу, говорило о многом.
   Молодой нав вновь оказался перед выбором. Позволить Повелителю убить комиссара, навсегда распрощавшись с мечтой о мести, со свободой от чужих снов? Или вмешаться и самому сразиться с Сантьягой? Но в таком случае разъяренный Князь, который не меньше Веги хочет покарать предателя, может просто растереть в порошок их обоих, не слишком размышляя о том, кто прав, а кто - нет. Ведь поверил же он, что на самом деле Вега предал его и Темный двор.
   На эти размышления ушло не более двух секунд. Ситуация не менялась. Вега начал строить "Божий Суд". Он ждал, что произойдет нечто, позволяющее ему сделать выбор.
   И нечто произошло.
   За секунду до того, как аркан был достроен.
   На миг гарку охватил лютый ужас. Никогда в жизни, ни до, ни после, ему не было так страшно, как в это мгновение. Он не мог поверить своим глазам, это было невозможно, это не могло произойти, но... Это произошло.
   Князь пошатнулся.
   Сантьяга одерживал верх.
   У Веги не было времени размышлять, как. Он просто понимал, что Темный двор может лишиться своего лидера.
   Он метнулся вперед, распластавшись в самом невероятном прыжке. Оказался прямо между Князем и комиссаром - второй раз за день. Только сейчас молодой нав не собирался принимать на себя удар. Сейчас он собирался побеждать.
   Быстрый пасс - и аркан "Божий Суд" был завершен. Вспыхнула вокруг Сантьяги и Веги невидимая обычным зрением линия, замкнулся круг. Они были вдвоем.
   В руках Веги тускло блеснули черные катаны. Он видел, как Сантьяга метнул в него "Эльфийскую стрелу" второго уровня. Даже не стал тратить силы, которых и так было немного после схватки с Князем, на аркан третьего или четвертого.. Конечно, он же думал, что Вега - уже не противник... И гарка с удовольствием лицезрел, как вытянулось лицо у лучшего боевого мага Темного двора.
   - В этом круге не работает магия. И он не разорвется, пока один из нас жив, - Вега не торопился нападать. Он давал Сантьяге время осознать происходящее и взяться за оружие. И пусть такое поведение более пристало юным чудам, но для гарки этот бой был боем чести. А бой чести не принимает подлостей.
   - Спасибо, что предупредил. Буду знать, как отсюда выйти, - комиссар атаковал столь стремительно, что Вега едва успел вскинуть оружие и отбить удар. В глазах Сантьяги пылала бешеная ярость.
   Вихрь клинков. Дикий, смертельный танец. Прекрасный поединок, бой насмерть. Нав против нава. Такого не было со времен Последней битвы Первой войны.
   Слетались и со звоном разлетались навские катаны. Сейчас Сантьяга не был боевым магом. А Вега запоздало припомнил, что когда-то давно, еще до участия в эксперименте Князя, нав был просто гаркой. И сейчас в круге "Божьего Суда" не было комиссара. Были двое гарок, стремящихся убить друг друга. У каждого была своя правда.
   Оба противника были великолепны. Они были наравне. У Сантьяги было больше опыта, но он уже давно не держал в руках меч. Вега был молод, крайне молод, но он всю недолгую жизнь оттачивал мастерство, не выпуская рукоять катаны по много часов в день. Оба верили в свою правоту.
   Уже не раз и не два сталь клинков разрывала кожаные куртки, проникала меж защитных пластин, находила цель. И Сантьяга, и Вега уже не раз были ранены. Но на мечах, разумеется, не было обсидиановой крошки, поэтому ни одна из нанесенных ран не была опасной.
   Ни один не мог победить. Или проиграть. Требовалось нечто, что заставило бы одного из них усомниться в верности выбранного поведения, допустить возможность своей ошибки. Один из гарок, сражающихся в круге аркана, должен был засомневаться. И им оказался Вега.
   На миг он поймал взгляд Князя. И такая боль была в желтых глазах повелителя, что нав запнулся. И задумался, а стоило ли оно того?
   Это стало для Веги фатальной ошибкой. Потому что созданный им аркан помогал тому, кто был больше уверен в своей правоте.
   Сантьяга сражался одним клинком, в отличие от Веги. И, поймав момент, когда молодой нав, атакуя, развел руки слишком далеко, рванулся вперед, нанося один удар. Не катаной. Стилетом. Тонким навским стилетом, выточенным из обсидиана.
   Узкий клинок скользнул слева меж ребер и пронзил грудь.
   Но Вега, прежде чем рухнуть на землю, успел нанести удар. Метательным ножом, которым до того был ранен. Короткий каменный клинок черканул комиссара по горлу и ушел вниз, разрубая ключицу. Сантьяга шатнулся назад, зажимая рану рукой.
   Оба оказались в ловушке аркана Веги. Ни один не мог остановить кровь и подлечить рану. И аркан не мог быть разорван. И ни один не мог убить другого так, чтобы не получить обратно смертельный удар. Погибнуть вдвоем же не входило ни в планы Сантьяги, ни в планы Веги. Обоим нужна была победа.
   - Зачем ты это сделал? - прохрипел Вега.
   - А зачем ты полез не в свое дело? - огрызнулся комиссар.
   - Потому что мне не безразлична судьба Темного двора. И, в отличие от тебя, я никогда не предам Навь.
   - Наверно, я бы с удовольствием побеседовал с тобой на эту тему. Но... обстоятельства не располагают, - к Сантьяге понемногу начала возвращаться его обычная манера речи и поведения. - Жаль, что я должен тебя убить.
   Они метнули оружие одновременно. И... Узкий стилет и метательная "рыбка" столкнулись в воздухе. Обсидиан - стекло, и никогда не обладал особой прочностью. Оба клинка разлетелись вдребезги.
   И в этот момент Вега полностью осознал свою ошибку. Он должен был отомстить, а не играть в героя против нава, превосходящего его по силам во много раз. С Сантьяги хватило бы и удара в спину в темном переулке. Или подосланной шлюхи, которая напоила бы его Золотым корнем. У Веги была небольшая фляжка с этим ядом. Но он решил поиграть в героя. И теперь за это расплачивался.
   Его захлестнула боль. Та самая, жуткая, невыносимая боль. Он сознательно взывал к ней. И она откликнулась. С ней пришла ее подруга - мука, вызванная арканом Князя. Две соперницы успели подружиться.
   Он все рассчитал. И в тот момент, когда в глазах потемнело, вскочил на ноги. Конечно, риск был огромен. Но... Это был единственный вариант. Единственная возможность разорвать круг "Божьего Суда".
   Чел на месте Веги не пережил бы и первого удара - еще на площадке в Цитадели. Люд или чуд - второго, нанесенного стилетом. Нав не должен был пережить последний рывок.
   Впрочем, Вега не ставил себе такой цели.
   Сердце гарки не выдержало такого перенапряжения. Челы называют это клинической смертью. На секунду Вега умер.
   Аркан разлетелся вдребезги.
   Сантьяга, мгновенно оценив ситуацию, тут же провалился в вихрь портала. На этот раз "коридор-двойник" за ним никто цеплять не стал.
   А у молодого нава все получилось. Сработал подвешенный на критический момент лечебный аркан, быстро возвращая его к жизни.
   Из последних сил гарка встал. К нему медленно шел Князь.
   Легким шагом Вега подошел к повелителю, опустился на одно колено и склонил голову. Не потому, что того требовал этикет. Просто на ногах он бы не удержался.
   - Вега.
   - Князь, я...
   - Ничего не говори. Не здесь.
   - Слушаюсь, пове... - не договорив, нав с тихим стоном распластался на земле.
   Сперва Князь не понял в чем дело. Когда Вега только появился на поле, повелитель Нави решил, что нож Сантьяги отразился от гаркиной куртки, а поединка навов он почти не видел. Знал, что Вега ранен, но не подозревал, что так сильно.
   Князь вскинул руку, призывая силу Тьмы. Она тоже может спасать...
  

V

  
   Вега пришел в себя неожиданно. И легко. Он просто открыл глаза, понимая, что с ним все в порядке. Над ним был знакомый потолок его квартиры.
   - Так, и как же я здесь оказался? - тихо произнес он вслух, просто для того, чтобы услышать свой голос. Память услужливо подкинула ему воспоминания о схватке с Сантьягой.
   Гарка осторожно сел. Его левое плечо и вся грудная клетка были плотно перебинтованы, но судя по ощущениям, скорее для проформы. Раны уже затянулись, даже те, что были нанесены обсидианом - явно работа сильного мага.
   Вега натянул джинсы, и, пошатываясь - он все еще был слаб - отправился на кухню. Он чувствовал, что его неизвестный гость находится там.
   Сильно болела голова. Отчасти - последствия усиленного лечения и катастрофического перенапряжения, отчасти - давила маска, которая так и оставалась на нем. Что естественно - снять эту маску мог только и только сам Вега.
   На кухне был выключен свет - лишь пара свечей тихо горела в углу. Но и они не рассеивали Тьму, сгустившую воздух, скорее, подчеркивали ее. Впрочем, так происходило с каждым источником света в присутствии лидера Великого дома Навь.
   Князь стоял у окна, пристально вглядываясь в темноту за окном. Огромное, почти во всю стену стекло обычно было задрапировано тяжелыми черными шторами, но сейчас занавеси были раздвинуты к самым стенам. За окном шумел дождь. Капли бились в окно, словно стремясь проникнуть в помещение, и вырисовывали странные узоры. Вега приблизился к стеклу.
   - Я люблю дождь... - тихо произнес он. - Он очищает, смывает чужие сны.
   - Это твои сны, - как можно мягче ответил Князь, откидывая капюшон. Он всегда разговаривал с Вегой, позволяя тому видеть его лицо.
   - Нет, - гарка покачал головой. - Уже не мои, - он провел пальцами по лицу, нащупывая магические замочки маски. Черный кусок кожи, похожий на затаившегося осьминога, потерявшего пару щупалец, упал на пол. Нав повернулся к Князю.
   Желтые и черные глаза встретились.
   В черных стояла боль.
   В желтых - тоже.
   Вега помнил разочарование и презрение во взгляде Князя.
   Князь не мог забыть смертельную схватку двух навов.
   - Простите меня, Князь, - гарка привычно опустился на одно колено.
   - Встань, Вега, - редкий случай - голос высшего иерарха Темного двора выражал какие-то эмоции, кроме безразличного интереса. - Я ошибся. Я поверил Сантьяге, и счел предателем тебя. В связи с тем, что Диега...
   - Не надо, прошу вас - нав поднял голову, в глазах блеснул страх.
   - Хорошо. Я ошибся - предателем оказался Сантьяга. И эта ошибка чуть не стоила мне, а потом тебе жизни. Дальше я совершил еще одну ошибку - я недооценил противника. Комиссар был сильнее. Я не знаю, откуда у него столько энергии, но поработать пару часов портативным Источником для сотни сражающихся гарок, он был бы в состоянии. И это вновь чуть не убило меня. Твое появление вновь спасло мне жизнь. А аркан, который ты применил... - по лицу Князя мелькнуло нечто, при желании именуемое улыбкой. - Никогда ранее ни с чем подобным не сталкивался.
   - Это моя личная разработка, - усмехнулся Вега. - Специально для Сантьяги. Но у нее оказалось несколько серьезных недостатков, которые чуть не отправили меня на тот свет.
   - Я заметил, что аркан был замкнут на смерть. И подумал, что...
   - Я умер, - улыбаясь, закончил гарка. Той самой чуть сумасшедшей улыбкой, которая вгоняла в дрожь каждого, кому не повезло ее увидеть. - Я действительно умер. Буквально на секунду. Но этого хватило.
   - Сантьяга сбежал. Я не успел построить за ним "коридор-двойник", да и не счел целесообразным. Ты пролежал без сознания три дня. Приходи в себя. Завтра вечером я жду тебя в Цитадели. Ты возглавишь охоту на Сантьягу.
   Вот теперь лицо Веги озарило действительно счастливое безумие.
   Их глаза вновь встретились.
   Князю не надо было говорить ничего того, что всегда сложно сказать великому повелителю, обвинившему в предательстве действительно верного воина. Вега прочел в вертикальных зрачках все, что повелитель хотел сказать.
   Капюшон укрыл лицо Князя, рядом завертелся вихрь портала.
   - Завтра вечером, - раздалось из-под капюшона.
   Лидер Темного Двора ушел.
   А Вега остался стоять перед огромным окном.
   Он давно пытался понять, почему оказался настолько приближен к повелителю Нави. Он ничем не отличался от других гарок. Ну, разве что поломанной судьбой и тем, что сражался лучше большинства. Но Князь выбрал его. Сперва несколько несерьезных заданий, полученных в темном кабинете, потом... Потом приказ найти причину, по которой Темный двор был близок к краху, как никогда. И Вега ее нашел. Но даже не в указаниях, получаемых гаркой, проявлялось странное отношение. Он чувствовал странность в разговорах, интонациях, взглядах. Хотя бы то, что Князь всегда разговаривал с ним, не скрывая лица.
   Никаких логических объяснений этому отношению не находилось. Вега чувствовал, что Князь выделяет его из всех, но почему?...
   Но сейчас у гарки были другие темы для размышлений. Следовало детально продумать план погони за Сантьягой. Впрочем, еще неизвестно было, какой будет цель погони за бывшим комиссаром. Откажется ли Князь от мысли взять предателя живым, или приказ будет - "найти и уничтожить"? Сколько гарок будет под его командованием? Впрочем, решил он, зачем заниматься догадками? Завтра все будет известно.
  
   - Под твоим командованием будет два арната гарок. Один - твой, второй выберешь сам. Задача - найти и уничтожить. Действовать по своему усмотрению, полномочия - ограничены минимально. Все необходимое снаряжение получишь в тринадцатом хранилище.
   - Да, мой Князь.
   - И запомни - Сантьяга должен умереть. Темный Двор не прощает предательства.
  
   Первая встреча состоялась в Британии, на небольшом острове. И эта встреча дорого стоила гаркам. Сантьяга заманил их в ловушку. Семеро гарок погибли, еще четверо были отправлены в Московскую обитель - их раны были слишком серьезны, чтобы продолжать погоню.
  
   Спустя месяц Вега вновь выследил бывшего комиссара - он засветился в Японии, в школе Китано. Но в этот раз его почти взяли. Почти... Убив двоих гарок, Сантьяга ушел в сложнейший портал, продублировать который не получилось. Зацепивший "коридор двойник" гарка погиб - его вмуровало в бетонную плиту.
  
   Еще через неделю нав потерял двух бойцов в Вашингтоне, наведя там такого шороху, что глядя на счет, присланный Службой утилизации, Князь только головой качал, уничижительно не обращая внимания на стоящего перед ним на одном колене Вегу. Гарки и Сантьяга почти разнесли небольшой квартал, бывший комиссар перебил "Эльфийскими стрелами" отряд полиции, метнул "Плевок дракона" в офисный центр, после чего ушел через портал перед Белым домом.
  
   От двадцати четырех воинов осталась дюжина, причем трое из них еще не были готовы взять в руки оружие - их по полтора месяца вытаскивали с того света.
   Прошло три месяца с того момента, как Князь поручил Веге охоту на Сантьягу. За это время произошло еще три схватки с бывшим комиссаром, в которых погибли еще четверо гарок.
  
   Вега принял решение. Он не хотел более рисковать жизнями воинов. Оставив всех гарок в Тайном городе, молодой нав сам отправился в погоню за Сантьягой.
   В ночь перед отъездом ему приснилась Диега. И перед тем, как отправиться в Китай, где последний раз были замечены следы бывшего комиссара, он зашел в Торговую Гильдию. Выйдя из Центрального офиса, Вега бросил на переднее сиденье своей "Мазды" объемистый пакет.
  

VI

  
   В Тибете было очень красиво. Даже вымотанный трехдневной дикой погоней по горам Вега не мог этого не оценить. Он выследил Сантьягу неделю назад, и с тех пор ни минуты не отдохнул. По его просьбе Советники Темного Двора жестко блокировали все горы, не позволяя никому строить там порталы. На этот раз предатель не должен был уйти.
   Гарка замер перед неглубокой пещерой. Впрочем, неглубокой она казалась лишь на первый взгляд, при более пристальном рассмотрении было заметно, что у дальней стены есть два прохода. В какой из них ушел Сантьяга? Нав внимательно изучил пол пещеры и проходы, но никаких следов не обнаружил.
   Тогда, усмехнувшись, он достал монету.
   - Позволим решать случайности, - тихо пробормотал Вега. - Решка - направо.
   Металлический кружок сверкнул в лучах заходящего солнца. Прокатившись на ребре по камню, монета остановилась. Так и не упав. Гарка выругался.
   - Монета весело встала три раза подряд на ребро, - процитировал он человского певца Калугина. - Раз случай против меня, придется довериться интуиции, - и нав уверенно направился к левому проходу.
   Спустя час он заметил влагу на стене. Подойдя ближе и присмотревшись, Вега понял, что не ошибся. Влага на стене была черной навской кровью. Кровью Сантьяги.
   Аккуратно соскоблив ее концом стилета, гарка щелкнул зажигалкой, прошептав слова аркана. Но бывший комиссар по-прежнему тщательно закрывался от удаленного поиска по генетическому коду.
   Убрав стилет, Вега вновь двинулся вперед по узкому тоннелю.
   Стены давили со всех сторон. Они словно бы спрашивали - кто ты такой, чтобы тревожить наше древнее спокойствие? Но нав лишь расправлял плечи. Его род был много старше этих стен и этих гор.
   Но спокоен он был лишь внешне. Внутри него происходила безумная борьба с самим собой. За три дня путешествия по горам Вега трижды чуть не выкинул обошедшийся в полмиллиона сверток в пропасть.
   Как поступить? Кого предать? Себя или ее?
   За мной Темный двор, говорил он себе. За мной Князь, за мной вся Великая Навь. Я не имею права предать их. Предать себя. Я не могу разочаровать Князя. Он доверяет мне, я не имею права не оправдать это доверие. Погибли шестнадцать гарок, моих братьев, неужели я позволю их смертям оказаться бесполезными и неотомщенными?
   Но спор с самим собой не приносил облегчения. Вторая сторона молчала, и это молчание было красноречивее любых слов.
   Спустя сутки после входа в пещеру Вега остановился отдохнуть. Он присел на плоский камень, скинув куртку, закатал рукав рубашки и привычным движением загнал в вену шприц со стимулятором. Он не хотел даже думать, что будет, если в ближайшие сутки он не поймает Сантьягу. На стимуляторах гарка жил уже дней десять. Десять дней - три часа сна - пять наспех проглоченных пайков - двадцать доз стимуляторов. Он не мог понять, почему бывший комиссар еще не свалился с ног - Вега точно знал, что эти десять дней его противник отдыхал не больше.
   Отбросив шприц и коробочку из-под ампул к стене, нав расслабленно закрыл глаза, позволяя стимулятору подействовать. Спустя минуту гарка, уже полный сил, поднялся на ноги. Что-то жужжало у самого уха, какая-то навязчивая идея, какая-то упущенная мелочь, имеющая огромное значение.
   Повинуясь интуиции, Вега посмотрел в ту сторону, куда отбросил шприц и ампулу - он был настолько вымотан, что даже не распылил их. И замер. Рядом с его ампулой лежала еще одна - точно такая же, только немного больше. Навский стимулятор, такой же, как Вегин, только большая дозировка. Причем в ней еще оставалось пара капель раствора.
   Навские стимуляторы имеют одну особенность - они очень быстро испаряются. Требовалось достаточно быстро вскрыть ампулу, набрать жидкость в шприц, и ввести стимулятор в вену. А раз в ампуле осталась пара капель, значит, Сантьяга был здесь не более десяти минут назад.
   Погоня выходила на финишную прямую.
   Набросив куртку, Вега кинулся вперед.
   И сразу за поворотом получил "Эльфийскую стрелу" в бок. Сантьяга боролся за свою жизнь - ему было не до соблюдения правил чести. И он ударил из-за угла.
   Отброшенный к стене, гарка все же смог собраться и увернуться от следующей стрелы. И увидел противника.
   Похудевший, осунувшийся, с растрепанными волосами, комиссар был сам на себя не похож. Лишь в глазах по-прежнему пылал огонь, но он стал намного тусклее со времени их последней встречи.
   Мгновенно оценив ситуацию, Вега мгновенно построил "Навский аркан". Но Сантьяга был готов к этому.
   Около минуты оба нава стояли друг напротив друга. Внезапно бывший комиссар ударил "Гиперборейским колпаком", одновременно прожигая стену "Плевком дракона". Никто не умел лучше Сантьяги строить одновременно несколько арканов с такой скоростью и точностью. Кроме князя, конечно...
   "Колпак" Вега отбил, но враг уже исчез в темноте прожженного коридора. Выпустив ему вслед три "Эльфийских стрелы", гарка бросился следом.
   В следующий раз они сошлись спустя три часа. Теперь Сантьяга кинулся на Вегу с потолка. Ни слова, ни крика. Только звон стали в воздухе и лед в глазах. Бой длился несколько минут... очень долго для соперников такого уровня. И вновь жертва ушла. Охотник шел по следу.
   Еще четыре схватки. Оба были сильно изранены. У обоих на исходе магическая энергия. Оба чувствовали приближение окончания действия стимуляторов.
   Вега уже не прятался. Он спокойно заходил за повороты. Он уже знал, что произойдет.
   Сантьяга ждал его в небольшой пещере в самом сердце горы. Тупиковой пещеры. Прохода дальше не было. Оба нава понимали, что из нее выйдет только один.
   - Вот мы и встретились, - тихо произнес Вега.
   - Да, ты очень настаивал на этой встрече.
   - Ты убил моих братьев.
   - Иначе они убили бы меня. Хоть я им тоже брат.
   - Ни к чему эти разговоры. Все равно каждый останется при своей правде, - гарка спокойно положил руки на рукояти мечей.
   - Неужели цепной пес Князя допускает, что и я могу быть прав? - в глазах комиссара мелькнуло удивление.
   - Наша первая схватка многому меня научила. Я знаю, что по-своему ты прав. И знаю, что твоей и моей правде в Тайном городе - и в этом мире - не ужиться. Поэтому один из нас сейчас умрет, - Вега усмехнулся. - А насчет пса ты прав. Я - цепной пес Князя. Вот только сейчас меня спустили с цепи.
   - Знаешь, мне жаль, что мы враги. И жаль, что кто-то из нас убьет другого, - неожиданно сказал Сантьяга. - Если бы обстоятельства сложились иначе, мы могли бы стать друзьями, - в руке комиссара блеснула катана.
   - Боюсь, что нет.
   - Почему же?
   - Потому что я тебя ненавижу. Люто ненавижу, Сантьяга. Я живу только мечтой о мести. И успокоюсь лишь тогда, когда ты упадешь мертвым, - Вега говорил очень тихо. И в его словах звучала страшная, безумная угроза. Глаза нава сделались сумасшедшими. - Начнем!
   Первый обмен ударами прошел без последствий, прозвенела сталь, клинки, столкнувшись, высекли искры. Оба были вооружены катанами, но на этот раз гарка взял лишь один длинный клинок. Во второй руке был зажат нож. Обычный навский нож, выточенный из обсидиана. Зачарованный самим князем.
   Сантьяга в левой руке тоже держал оружие из обсидиана - памятный Веге стилет.
   - И за что же ты меня так ненавидишь? - с пальцев, на мгновение вытянувшихся вдоль лезвия стилета и направленных на Вегу, сорвалась "Шаровая молния". Вопрос не был отвлекающим маневром, он действительно хотел знать. Бой и разговор шли параллельно, не переплетаясь и не отвлекая противников.
   - Подумай сам. За что обычный гарка, едва успевший поучаствовать в одной войне, едва успевший стать командиром арната, может ненавидеть всесильного Сантьягу, непобедимого комиссара Темного двора? - губы Веги кривила безумная улыбка.
   - Вот уж не знаю, - рассмеялся нав. - Даже предположить не рискну, - в длинном ударе его клинок распорол бок Веги.
   - А ты предположи, - предложил гарка, ответным ударом достав комиссара обсидианом в плечо.
   - Я увел у тебя девушку? - Сантьяга резко закрылся "Хрустальным щитом", сбрасывая в противника сразу три "Эльфийских стрелы".
   - Лучше бы ты увел у меня девушку! - Вега захохотал, но его смех тут же оборвался - от одной из стрел увернуться не удалось. - Я мщу не за себя.
   - А за кого? Лорды Тать? Азаг Тот? Кто-нибудь из Кадаф? Может, Ктулху был твоим приятелем? - в голосе комиссара звучала откровенная издевка.
   - Нет, Сантьяга, - подставляясь под удар катаны, Вега отвлек внимание врага. "Навский аркан" опутал комиссара, вытягивая те крохи магической энергии, что у него еще оставались. - Нет, я мщу за Диегу.
   Нав мгновенно стал белее снега. Он остановился, опустил оружие, с ужасом вглядываясь в скрытое маской лицо гарки.
   Вега замер. Он не ожидал такой реакции.
   - Что ты ждешь?
   Взгляд Сантьяги стал совершенно потерянным.
   - Диега... Где она? Что с ней? - внезапно вскинув катану и бросив мешающий стилет, комиссар вихрем налетел на Вегу. Тот не ожидал столь стремительной атаки, ему пришлось наглухо уходить в оборону. Наконец, почувствовав, что напор противника ослабевает, гарка мгновенно выхватил вторую катану, и сильнейшим ударом, подкрепленным "Кузнечным молотом", отшвырнул Сантьягу к стене, выбивая оружие.
   Они замерли, стоя почти вплотную друг к другу. Сантьяга прижимался к стене, Вега стоял напротив, касаясь горла комиссара обсидиановым ножом.
   - Можешь убить меня, только ответь. Последнее, о чем я тебя прошу, - прохрипел побежденный нав.
   - Она мертва. Два года назад Диега приняла Золотой корень. Потому что не могла смотреть на твои похождения, не смогла пережить твоего предательства, того, что после двадцати лет счастливой, казалось, семейной жизни, после рождения четырех детей, ты бросил ее ради какой-то шлюхи. Поступок, недостойный даже чела. А ведь ее последней просьбой было - по возможности утаить от тебя истинную причину ее смерти. Она любила тебя до последнего вздоха, а ты предал ее, - безжалостно продолжал Вега, не замечая, что голос его дрожал и срывался. Молчавшая в споре с самим собой сторона и сейчас не стала более разговорчивой, но она смотрела Веге прямо в глаза.
   Сантьяга, во время монолога гарки опустивший голову, сейчас вскинул ее. В глазах не осталось и следа того неукротимого огня.
   - Но она же сама была виновата... - тихо пробормотал он. - Она же сама меня ненавидела...
   - Ты и в самом деле так думаешь? Действительно в это веришь? - скептически поинтересовался Вега.
   - Нет, - теперь голос бывшего комиссара вновь был тверд. - Нет, я так не думаю и в это не верю. Что ты ждешь, Вега?
   - Не знаю, - гарка произнес эти слова так тихо, что Сантьяга едва расслышал. - Не знаю, дьявол меня забери! - обсидиановый нож скользнул в ножны. Вега отошел от Сантьяги. - Не знаю.
   Они вновь смотрели друг другу в глаза. Долго смотрели, минут десять.
   Вега вновь выругался, помянув Спящего так витиевато, что он, наверное, даже икать начал во сне.
   - Держи, - к ногам Сантьяги упал сверток из Торговой Гильдии стоимостью полмиллиона.
   - Что это?
   - Документы. Билет на самолет. Триста тысяч наличными. Пять аккумуляторов Темного двора. Три одноразовых лечащих артефакта, - перечислил Вега. - Еще артефакт со скрытым порталом, действие которого дополнительно прикрою я - он доставит тебя в укромное место в аэропорту. Еще стимулятор. Поможет тебе продержаться полет и то время, что уйдет на поиск гостиницы.
   - Но...почему ты так поступаешь? Ты же мечтал меня убить... - Сантьяга был ошарашен.
   - Потому что она, Спящий вас обоих побери, не хочет, чтобы я тебя убивал. А раз она не хочет, то я не убью.
   - Она?!? - комиссар побледнел еще больше, хоть это и казалось невозможным.
   - Диега!!! - рявкнул гарка. В глазах уже не было искр безумия.
   - Но... Как?!?
   - Не твое дело! Убирайся как можно скорее и никогда больше не попадайся мне на глаза. В следующий раз я не буду спасать твою шкуру, а наоборот - попытаюсь проделать в тебе как можно больше дырок.
   Сантьяга быстро доставал и готовил к работе артефакт портала. Вега же набирал номер на сотовом телефоне, непонятно как ловившем сеть в толще тибетских гор.
   - Князь, я взял его. Он мертв. Пусть советники снимают блокировку порталов. Нет, я сам доставлю тело в Цитадель. Простите, Князь, не имею желания сейчас общаться с кем-либо, а особенно с советниками или Ортегой. Да. Пять минут.
   Сантьяга недоуменно смотрел на гарку. Бросив телефон в карман, тот прислушался. И почувствовав, что блокировка снята, резко бросил подготовленный аркан.
   Комиссару давно не приходилось видеть настолько тщательно закрытых от отслеживания порталов. Но на этом удивление его не окончилось.
   Из портала вышел... Сантьяга. В порванном костюме гарки, с катаной и стилетом, раненый. Вега быстро шагнул к вновь прибывшему, сжимая в руках две катаны. Взмах клинка гарки выбил оружие из рук замахнувшегося двойника Сантьяги, две катаны отлетели в сторону. Второй катаной Вега отшвырнул руку со стилетом, а освободившейся своей рукой выхватил из ножен обсидиановый клинок, и одним прыжком сократив расстояние до минимума, всадил клинок в сердце двойника. "Сантьяга" упал.
   - Ты готов? - обернулся гарка к потерявшему дар речи от изумления комиссару. Тот только кивнул. - Прикрываю. Уходи.
   Завертелся вихрь портала. Сантьяга уже почти ступил в него, когда услышал окрик Веги.
   - Стой! Возьми, пригодится. Скроет от челов твой вид, и закроет от удаленного поиска, - он протянул комиссару кольцо.
   - Спасибо.
   - Уходи, пока я не передумал.
   Сантьяга шагнул в портал.
   Вега с тихим стоном сполз по стене.
   - Довольна? Так тебе лучше? Когда ты, наконец, оставишь меня в покое... Я пошел из-за тебя на преступление. Я обманываю Князя, Темный двор, всю Великую Навь. И все из-за тебя и твоего малодушия. Наверно, удобно было переложить это все на мои плечи? Все свалить на меня, а самой спрятаться на тот свет?..
   Речь перешла в бессвязный вой.
  

VII

  
   Вега не помнил, сколько он пролежал. В сознании, но душой далеко отсюда. В реальность его выдернуло негромкое шуршание, раздающееся от входа в пещеру. Гарка поднял голову.
   У стены стоял Князь. Капюшон, как привык видеть Вега, откинут, бесконечно усталый взгляд устремлен на тело Сантьяги. И Веге стало стыдно. Он понял, что вся его боль - ничто в сравнении с болью Князя, который за три месяца потерял шестнадцать навов, и все они пали от руки собрата. Того, кому повелитель Нави привык доверять бесконечно, того, кто предал его и весь Темный двор. И этот нав тоже погиб от руки нава. Другого, которому Князь доверял. Но... Челы пристреливают собаку, загрызшую чела. Потому что нельзя, чтобы этот пес рассказал своим сородичам, что великого и могучего чела можно убить. И Темный двор жестоко наказывал любого, покусившегося на жизнь нава. Еще челы некоторое время назад убивали других челов за убийство себе подобных. Потому что нельзя, нельзя позволять себе почувствовать власть над жизнью равных. "Ни один нав не встанет выше остальных..."...
   Князь перевел взгляд на Вегу, и гарка понял по глазам, что угадал мысли повелителя. Он встал, опираясь на стену - действие стимулятора уже кончилось - подобрал свой нож, подошел к лидеру Нави и, опустившись на колено, протянул нож рукоятью вперед.
   - Если так угодно Нави и Великой Тьме - заберите мою жизнь, как я забрал жизнь брата.
   Князь не произнес ни слова, не шевельнулся, но нож в руке Веги рассыпался в пыль.
   - Встань.
   Пошатнувшись, нав поднялся на ноги. И, плюнув на этикет, прислонился к стене.
   - Я не палач. Я никогда более не убью нава. Не однажды мне довелось это совершить, и на моих руках довольно черной крови, - фразы получались прерывистыми. Но сейчас Князь не был Князем. Сейчас он был просто навом. - Я позабочусь о его теле. Иди, отдохни.
   - Нет, повелитель, - Вега вскинул голову. - Все рано или поздно узнают о том, кто убил Сантьягу. И я не хочу, чтобы Навь считала меня трусом, прячущимся за ширму скрытности, прикрывающимся чужим незнанием. Я честно вернусь в Цитадель.
   - Мужественное решение. Ты поймешь, что делать.
   Князь подошел к телу комиссара. Мертвое лицо не выражало страха, боли, ненависти... Лишь спокойствие, покой и... свободу. Вега мрачно улыбнулся за спиной повелителя. "Кукла" обошлась ему недешево, а молчание ее создателя - еще дороже.
   - Прощай, - после длительного молчания произнес Князь. И гарка услышал не сорвавшееся с губ, но повисшее в воздухе слово - "друг".
   Капюшон скрыл лицо. Рядом с повелителем Нави закружился вихрь портала. Спустя секунду нав остался один.
   Подобрав с пола стилет Сантьяги, Вега заткнул его за пояс - чувствовал, что пригодится еще. Катаны вернулись в ножны, меч комиссара был пристегнут к оружию гарки.
   Подняв тело "Сантьяги", Вега создал портал, прямо к воротам Цитадели.
  
   Тем временем Сантьяга, уже сидевший в самолете, пытался заставить вымотанный мозг работать. Он не видел логики в поведении Веги. Тот вел себя как... как сумасшедший. И бывший комиссар принял бы его за сумасшедшего, если бы не знал, что навы не подвержены болезням такого рода. И упоминание о Диеге... Сантьяга знал лишь, что его бывшая жена пропала спустя месяц после того, как они развелись. На следующий день после его помолвки с Дайаной. Шуму тогда было на весь Тайный Город! Как же, комиссар - фигура и без того заметная, тем более такой комиссар, как любитель белых костюмов и тонких интриг Сантьяга, а тут еще такая история! Сперва он женится на непонятно откуда взявшейся навье - первой навье за несколько тысяч лет, они счастливо живут больше двадцати лет, рожают четверых детей, из которых трое - дочери, и... развод! И буквально через месяц после развода комиссар объявляет о своей помолвке с подозрительно похожей на навью девушкой-челом. И на следующий день бесследно и навсегда растворяется в пустоте Диега. О, чего только не писал тогда Карим Томба!
   Слабо улыбнувшись воспоминаниям о неугомонном журналисте, как-то раз умудрившемся сделать "интимные" снимки из загородного дома комиссара, где Сантьяга отдыхал с Диегой, он заставил себя собраться. Нужно было подумать.
  
   Вихрь портала закружился у самых ворот Цитадели. Все навы, находившиеся в тот день в Тайном городе, были во дворе. Их предупредили. У центральных дверей Цитадели молча стояли советники и Ортега. Одновременно с Вегой на ступенях появился Князь.
   Гарка обвел всех взглядом. И пошел к Князю. Там, где он прошел, на плитах двора оставались пятна черной навской крови - крови жертвы и убийцы. Сантьяги и Веги. Тело комиссара гарка нес на руках.
   Вообще-то двор Цитадели не был слишком большим. Например, двору Замка он уступал раз в пять. Но сейчас те сто метров, что Вега должен был преодолеть, казались ему сотнями миль. С каждым шагом идти было все тяжелее. Давно кончилось действие стимуляторов - сейчас он держался исключительно на собственной силе воли. Сотни черных навских глаз прожигали насквозь. Мало кто знал, что произошло, куда три месяца назад исчез Сантьяга, и тут появляется Вега с телом комиссара на руках и обсидиановым стилетом за поясом.
   Но Вега в первую очередь видел глаза семерых, оставшихся в живых гарок из двух арнатов. Они были рады, что братья отомщены, но они не могли принять такую цену. И они были благодарны Веге за то, что он принял все на себя. А еще была ненависть в глазах Ортеги. Командир гарок был Сантьяге не только первым помощником. Он был ему другом. Глаз советников гарка не видел, но он чувствовал их отношение - одобрение и некая толика отторжения.
   Когда до Князя, стоящего на ступенях Цитадели, оставалось не более пяти футов, Вега отбросил волосы с лица, закрытого маской. Сделал шаг вперед, и бережно положил тело комиссара к ногам повелителя Нави, затем отступил, и преклонил колени. В его правой руке, вытянутой вверх и вперед, блеснул обращенный рукоятью к Князю обсидиановый стилет.
   Владыка Темного двора протянул руку и принял оружие. Вега стоял перед ним на коленях.
   - Князь, я убил Сантьягу. Я выполнил приказ Великой Нави и отнял жизнь брата. Я передаю свою жизнь в твои руки. Вынеси приговор, который угоден Вечному Мраку.
   - Встань! - голос Князя был, как всегда, тих, но его услышали все. Как всегда.
   Вега поднялся на ноги. Неуловимое движение - и острие стилета уперлось в горло гарки, прорывая кожу. Небольшая струйка крови стекла под куртку на грудь.
   - Ты заплатил своей кровью за кровь брата, - Князь развернулся, намереваясь уйти. Стилет зазвенел на камнях двора.
   - Подождите, повелитель! - голос Веги обрел удивительную твердость. И безмерно удивленный Владыка Нави обернулся.
   Гарка стоял в двадцати футах от него. В его руке блеснул подхваченный с плит обсидиан.
   - Я клянусь Вечным Мраком и Великой Тьмой, что никогда более не убью нава! Ни спасая свою жизнь, ни во имя Нави, ни по приказу Князя, никогда я не заберу жизнь брата! Я клянусь своей кровью, и пусть лучше последняя ее капля покинет мои вены, чем я убью нава. Я клянусь, и прошу Тьму принять мою клятву! - Вега вскинул руку. Лезвие стилета полоснуло по запястью, тяжелые капли густой черной крови сорвались на плиты.
   И гарку окутала Тьма. Густая, непроницаемая Тьма. Все навы, находившиеся во дворе, опустились на колени. Даже Князь склонил голову.
   - Ты поклялся. Я принимаю клятву, - прозвучало в голове Веги.
  
   Сантьяга прекрасно понимал, что Князь отдал приказ о его уничтожении. Почему Вега поступил иначе? Почему он не только позволил бывшему комиссару уйти, но и тщательно подготовил тому путь бегства? Можно было подумать, что таким образом гарка намеревался для чего-то в дальнейшем следить за Сантьягой, но в таком случае в свертке были бы совершенно иные документы. И не такое количество денег, а пакет бумаг на квартиру. А Вега просто отпустил его в свободный полет. Сантьяга мог отправиться в любую страну, куда пускала поставленная в паспорте Шенгенская виза, остаться там в любом городе, и никогда гарка его не нашел. Нав не понимал логики действий своего недавнего врага. Врага? И этот вопрос также мучил его - кем считать Вегу? Он с самого начала ставил себя врагом. Но последний его поступок был не просто поступком друга. Он фактически спас Сантьягу. Потому что, несмотря на всю свою уверенность, комиссар понимал, что в еще одной схватке с Князем, когда тот уже будет готов, ему не уцелеть.
   Но все эти вольные мысли не давали ответов на вопросы. Почему Вега поступил так? Откуда он знал о судьбе Диеги? Кто он такой? Какие цели он преследует?
   Только одного не замечал Сантьяга. Только об одном он себя не спрашивал. А ведь следовало бы задаться вопросом, почему он сам поступил так? Почему он предал Темный двор? Но он задумается об этом очень нескоро...
  
  
  

Часть вторая

  

I

  

Францеска де Лок

Клуб "Ящеррица"

4 октября, 2.36

  
   В "Ящеррице" было, как всегда, шумно. Птиций придумал очередное шоу, пользующееся огромным успехом у чудов - в зале, куда не брось взгляд, мелькают рыжие головы рыцарей, и их дам. Конечно, хватало и людов, даже несколько навов негромко что-то обсуждали за столиком у сцены. Но никто из них не выделялся из общей атмосферы вечного праздника, которую так умело создал Птиций в своем заведении. Никто, кроме странного нава, сидящего в темном углу за стойкой.
   Он одет совершенно не празднично. Обычный боевой костюм гарки, две катаны крест-накрест за спиной, куртка-доспех, видно, побывала уже не в одном бою. Волосы нава подстрижены каскадом, задние пряди падают на спину, передние - прячут лицо. Он тянется к полупустой бутылке коньяка, стоящей рядом, янтарная жидкость плещется в пузатый бокал, тонкая, изящная кисть подхватывает его. Свет преломляется в бокале, рисуя на полированной стойке поражающие воображение картины. Правда, никто, кроме нава, их не видит...
   Изящная рука подносит бокал к губам. Пряди отброшены назад и видно, что лицо нава скрывает маска, уходящая восемью щупальцами в волосы. Открытыми остаются лишь антрацитово-черные глаза, рот и подбородок.
   Метрах в пяти от нава стояли три девушки - две феи Зеленого дома и молодая чуда. Все девушки были красивы, и все бросали заинтересованные взгляды на гарку в маске.
   - Вега опять пьет... - тихо произнесла одна из фей.
   - Он всегда пьет, когда приходит в "Ящеррицу", - добавила ее подруга. - Интересно, почему?
   - Любомира, а ты уверенна, что тебе это интересно? - усмехнулась рыжая чуда.
   - Да! - гордо вскинулась Любомира. - А что, тебе будто не интересно?
   - Нет, не интересно. Если у него такие глаза, значит, он имеет право так пить.
   - Какие глаза, Францеска? Ты что, ему в глаза заглядывала? Расскажи кому-нибудь другому! - обидно рассмеялась вторая фея.
   Францеска ничего не сказала, только метнула на обидчицу взгляд, ясно говорящий о том, что девушка не забудет насмешки. А Любомира тем временем продолжала.
   - Что же случилось тогда с Сантьягой? Говорят, они поссорились из-за какой-то фаты. Интересно, кто это могла быть?
   - Не неси чушь! - фыркнула Францеска. - Разве будут навы ссориться из-за фаты?
   - Может, и будут... Девочки, а кто из вас спал с навом?
   Чуда вспыхнула до корней волос, что не укрылось от глаз второй феи.
   - Я спала. А ты, Францеска?
   - Марьяна! - попыталась одернуть подругу Любомира. Но ту уже понесло. Марьяна считалась очень острой на язычок, и тем, кого она решала высмеять, обычно не завидовали.
   - А тебе какое дело? - чуда покраснела еще сильнее, хоть это и казалось невозможным.
   - Зачем сразу грубить, - хихикнула фея. - Не можешь просто ответить?
   - По-моему, это неприлично - обсуждать, кто и с кем спал в такой толпе. На нас же оборачиваются... - попыталась завернуть разговор Францеска.
   - Пусть оборачиваются. Может, найду себе достойного кандидата в спутники на эту ночь.
   - Марьяна, а ты с кем из навов спала? - резко вклинилась Любомира, уловив краткую паузу. И чуда, и фея были ее подругами, Любомира обладала крайне мягким и добрым характером, легко сходилась со всеми, и сегодня девушке пришло в голову познакомить их. Теперь надо было как-то спасать положение. Францеска была дочерью Себастьяна де Лока, магистра ложи Горностаев, воспитана в традициях Чуди, и подначки Марьяны воспринимала крайне болезненно.
   - С Ортегой, - заговорщическим шепотом поведала девушкам фея. - С комиссаром.
   У Любомиры округлились глаза.
   - Быть не может... А когда?
   - На прошлой неделе.
   - И как он? - фея уже лихорадочно соображала, как ей догонять подругу по любовным подвигам. Разве что с Вегой переспать... Впрочем, все колдуньи Зеленого дома знали, что это даже сложнее, чем попасть в постель к Сантьяге.
   - О... - мечтательно закатила глаза Марьяна.
   - Простите, что прерываю вашу беседу, - тихий вкрадчивый голос раздался прямо над ухом Марьяны, вмиг спустив ту с небес на землю.
   Францеска окаменела. Под взглядом Веги, командира элитного арната гарок, также называемого "дюжиной Веги", ей отчего-то стало очень неуютно. Судя по лицам фей, и в особенности - Марьяны, они чувствовали себя не лучше.
   - Очаровательная Марьяна, я лишь хотел поинтересоваться у вас, слышали ли вы о том, что столь наглая и глупая ложь отнюдь не красит ваши прелестные коралловые губы? - казалось, Вега вложил в эти слова всю накопленную страсть.
   - А... О чем вы, Вега? - Марьяна очень быстро взяла себя в руки. Она была очень красива, но глупа, и услышала лишь ту часть фразы, которую хотела слышать - про губы. И кокетливо изогнулась, демонстрируя наву все достоинства своего, надо признать, красивого тела. - Немного необычайный комплимент, но я готова сделать скидку на малый опыт вашего общения с настоящими женщинами.
   Любомира сравнялась цветом со свежевыпавшим снегом. Она только сейчас поняла, насколько пьяна ее подруга. Францеска же, казалось, совсем превратилась в статую.
   - Мне крайне жаль вас разочаровывать, но мои слова - отнюдь не комплимент. Просто констатация факта, - губы нава сложились в волчью ухмылку. Улыбаться он не умел. По крайней мере, никто никогда не видел, чтобы он улыбался.
   - О, прекратите! Вы мне льстите, Вега...
   - Скорее уж наоборот... - вздохнул гарка. - Моя милая Марьяна, я убедительно прошу вас в следующий раз не выбирать объектами ваших прекрасно сочиненных историй навов. Тем более - высших иерархов Темного Двора. А если уж вы собираетесь рассказать кому-либо о вашей... гм... связи с Ортегой, то вам не мешает знать, что комиссар потребляет людов обоего пола только в одном виде - в качестве смазки для катаны. Да и на прошлой неделе Ортега отсутствовал. И был он так далеко, что даже вы при всей своей любвеобильности вряд ли туда добрались... Фея Любомира, я приношу вам свои извинения, если мои слова как-то задели вас или Великий дом Людь. Я не преследовал такой цели. Простите меня, - гарка склонился в поклоне, полном изящества, и легко коснулся губами пальцев Любомиры, которая уж не знала, как реагировать на слова нава - он все же нанес косвенное оскорбление не только Марьяне, но и всему Зеленому дому.
   Марьяна же не нашла ничего более разумного, кроме как имитировать обморок. Видимо, она рассчитывала, что Вега перенесет ее на диванчик... Но гарка и не думал корчить из себя джентльмена, тем паче перед феей с репутацией девушки весьма распутной даже на фоне свободных нравов, царивших в матриархальном Зеленом доме. Он просто окликнул проходившего мимо знакомого дружинника.
   - Ярополк! Фее плохо, не позаботишься о ней?
   И сдав "бессознательную" Марьяну на руки люда, Вега повернулся к остальным двум девушкам.
   - Фея Любомира, я прощен?
   - Да, Вега. Позвольте мне в свою очередь принести извинения за недостойное поведение моей подруги. По-видимому, она слишком много выпила, - улыбнулась фея. Вега ответил ей своим подобием улыбки.
   - Простите, мадемуазель, я не знаю вашего имени, но и перед вами я виноват. Как я могу искупить свою вину? - на сей раз полный хищного, опасного изящества поклон предназначался Францеске. Та уже обрела контроль над собой.
   - Не стоит, Вега, вы прощены, - в карих глазах молодой чуды горел огонь.
   - И все же, не лишайте меня удовольствия извиниться перед вами, прекрасные дамы, - антрацитовые глаза на миг сверкнули. - Птиций!
   - Да, Вега?
   - Все, что выпили сегодня эти девушки - на мой счет. Еще пусть принесут бутылку коньяка, "Маргариту" и "Дайкири". Я не ошибся в выборе напитков? - галантно обратился нав к спутницам. Любомира благодарно улыбнулась, а вот Францеска показала злой норов Горностаев. С холодной полуулыбкой она заявила:
   - Благодарю вас, но я вполне способна сама оплатить свой счет.
   Полуприкрыв глаза, Вега усмехнулся. Он ожидал от нее чего-то подобного, и был бы сильно разочарован, если бы она повела себя так же, как ее подруга Любомира.
   А Францеска никак не могла понять, почему ее так интересует этот нав. Спору нет, он был легендой в свои пятьдесят лет - еще совсем юноша по меркам долгоживущих навов. Но он в двадцать лет участвовал в одной из крупнейших битв века, в двадцать два стал командиром арната, через год убил Сантьягу, самого легендарного из навов, потом заработал славу беспощадного и кровавого убийцы во время войны Зеленого дома и Ордена против Темного двора. А четырнадцать лет назад создал среди гарок элитный арнат, так называемую "Дюжину Веги", отряд лучших из лучших даже среди непревзойденных гарок. Поговаривали, что он сражается не хуже, чем сам комиссар, Ортега, незнамо сколько лет бывший командиром воинов Темного Двора.. После той войны очень долго говорили о невероятной жестокости Веги. Чужая жизнь для него не стоила ни гроша, если это была жизнь не нава. Весь Тайный Город знал, что после убийства Сантьяги Вега принес страшную клятву никогда и ни при каких обстоятельствах не убивать сородичей, даже по приказу Князя.
   Нет, Вега был ходячей загадкой. И Францеска очень хотела эту загадку разгадать, несмотря на то, что навов она, мягко говоря, недолюбливала. От мечей гарок в последней войне погибли двое ее старших братьев и дядя.
   Очень скоро Любомира убежала, сославшись на то, что пришел ее жених, и она хочет провести оставшийся вечер с ним. Францеска осталась один на один с навом.
   - Мадемуазель Францеска, простите, что невольно услышал обрывок вашего разговора с подругами, но позвольте задать вам один вопрос?
   - Смотря, какой вопрос, - холодно улыбнулась чуда, слегка покраснев.
   - О, поверьте, ничего неприличного. Когда вы сказали о моих глазах... что вы имели в виду?
   - О чем вы? - вот теперь Францеска вспыхнула по-настоящему.
   - Вы сказали - если у него такие глаза - значит, он имеет право так пить. Скажите, что вы имели в виду? - он случайно коснулся пальцами ее руки. - Для меня это действительно важно... - Францеска резко побледнела, отдергивая руку. Нет, в этом наве определенно была какая-то тайна, и тайна смертельно опасная.
   - Я... - договорить ей не дали.
   - Эй, нав, что тебе надо от благородной леди? - говоривший был высоким чудом-Саламандрой, судя по глазам - рыцарь-узурпатор. Он, еще три узурпатора и несколько чудов из той же ложи уже успели полукольцом окружить Вегу и Францеску.
   - Сударь, вам не говорили, что перебивать даму, когда она говорит, неприлично? - спокойно поинтересовался Вега.
   - Нав, я бы на твоем месте помалкивал!
   - А то мало ли что может случиться?
   - Случайно на меч упадешь...
   - А у тебя клинок не игрушечный?
   Судя по поведению, рыцари были уже изрядно навеселе. Вега никак не отреагировал на оскорбления, лишь осушил свой бокал.
   - Нав, я что, неясно тебе сказал, что ты здесь лишний? - чуд начал заводиться.
   - Сударь, я здесь нахожусь дольше, чем вы, и пришел раньше, так что если вам неприятно мое общество, то вы можете проследовать в другой зал "Ящеррицы", там еще полно свободных мест, - вежливо улыбнулся Вега.
   - Эгей, рыцари, да этот нав издевается над нами!
   Францеска же, ни жива, ни мертва, пыталась понять, что это за чуды. На самоубийц они похожи не были, судя по всему, просто слишком много выпившие идиоты...
   - Господа, раз вы так настаиваете, мы можем выйти на свежий воздух, и пообщаться там. Мадемуазель Францеска, вы не будете возражать, если я на пару минут вас покину?
   И не дожидаясь ни согласия чуды, ни принятия рыцарями вызова, Вега скользнул к выходу. В первую секунду захмелевшие Саламандры решили, что нав сбежал, избегая драки, и с криками и шутками окружили полукольцом Францеску.
   - Мадемуазель, не скрасите ли вы сегодня общество истосковавшихся по женской ласке рыцарей? - ухмыльнулся начавший свару узурпатор, судя по всему, главный заводила, и схватил чуду за руку. Она с вскриком вырвалась, но Саламандра, судя по всему, выпил действительно слишком много. Он забыл, что разговаривает с девушкой-Горностаем, а не какой-нибудь феей вроде Марьяны. И занес было руку...
   Но чьи-то стальные пальцы перехватили кисть, и рванули рыцаря назад. Дракон тяжело рухнул на пол, смешно вскрикнув от неожиданной резкой боли в запястье.
   - Сударь, кажется, я пригласил вас прогуляться под луной и обсудить разницу на наши взгляды в обращении с дамами. Но вы предпочли спрятаться здесь. Честное слово, я разочарован. Господа, - обратился нав к чудам - друзьям заводилы. - Господа, если кто-либо из вас составит мне компанию вместо этого невоспитанного сударя - я буду счастлив.
   Чуды переглянулись, и, захватывая Вегу в полукольцо, двинулись к выходу из "Ящеррицы". Францеска с удивлением поняла, что ей не хочется, чтобы с этим навом произошла беда... Девушка смотрела вслед гарке. И на пороге клуба он, словно почувствовав ее взгляд, обернулся. И улыбнулся. Почти по-настоящему. Но в улыбке по-прежнему скользила горечь и злая усмешка. Францеска отвернулась.
   Минут через пять к ней подошли трое людов.
   - Красавица, не выпьешь ли с нами? - программа закончилась, чудов в зале уже не было, зато дружинников хватало - зеленые могли не бояться.
   - Благодарю, у меня уже есть компания, - ответила она как можно холоднее.
   - Твоя компания сейчас перебьет половину пьяных Драконов, а потом оставшиеся Саламандры сделают из нее навский шуркь. Навский шуркь из нава! - светловолосый крепыш сам же первый громко загоготал над своей шуткой, через секунду подхватили двое других. - Ну же, малышка, соглашайся на предложение настоящих мужчин!
   Францеска впервые оказалась в такой ситуации. Она не знала, что делать. Запустить в кого-нибудь из людов "Эльфийской стрелой"? А что потом?
   Пока она думала, один из дружинников протянул руку, чтобы обнять ее за талию. Чуда изящно уклонилась от навязчивого ухажера. Тот, расхохотавшись, уже без всякой осторожности обхватил ее за бедра, попутно хлопнув ладонью чуть ниже. Оскорблено вскрикнув, Францеска изо всех сил закатила дружиннику пощечину.
   Люд схватился за пылающую щеку.
   - Ах ты, мерзавка!
   Взлетела тяжелая ладонь, в следующую секунду чуда с криком рухнула на пол, закрывая лицо руками.
   - Велеслав, уймись, - вяло посоветовал один из спутников вспыльчивого дружинника.
   - Эта рыжая тварь посмела меня ударить! - взревел Велеслав. Он нагнулся, левой рукой сгреб девушку за воротник платья, а правой замахнулся для удара. Но ударить не успел.
   В предплечье люда глубоко вонзился навский стилет. В мгновение Вега оказался рядом.
   - Ты посмел поднять руку на женщину, - в его спокойном голосе читался приговор.
   Нав был на голову выше люда, но в два раза меньше его в плечах. И это не помешало ему схватить Велеслава за горло, поднимая в воздух. В глазах гарки метались искры безумия. Очень длинные, заострившиеся уши указывали на крайнюю степень ярости.
   Дружинник рванулся. Но хватка Веги была стальной. Провернув, он вырвал стилет из раны люда. Взвыв, Велеслав попытался ударить нава, но Вега легко увернулся, и крест-накрест полоснул противника по груди. Брызнула кровь. Блеснул стилет - и люд рухнул на пол с клинком в горле.
   Гарка повернулся к двоим оставшимся, которые не успели даже обнажить оружие. Один рухнул окровавленный через секунду, другой - через три. Оба были живы и не слишком серьезно ранены, но... Ни один из них никогда не возьмет в правую руку меч.
   - Францеска, вы в порядке? - Вега почти упал на колени рядом с ней. Осторожно взял за руки, отнял тонкие ладони от лица. При виде рассеченной губы его глаза на секунду стали безумными.
   - Да... Все хорошо, я в порядке. Вега... Спасибо...
   - Не надо. Не говорите ничего, - его пальцы на секунду коснулись ее губ. - Не думаю, что вам стоит здесь оставаться. Позвольте отвезти вас домой?
   - Да, конечно. Буду вам очень благодарна, - чуде уже почти удалось взять себя в руки.
   Вега мгновенно встал, помогая девушке подняться. Обнял за плечи - без намека, просто поддерживая, - бросил уже на ходу:
   - Птиций, я увожу мадемуазель де Лок домой. Здесь не место для девушки, столь хорошо воспитанной.
   - Вега, ты меня, конечно, извини, - маленький конец выбрался из-под стойки, куда спрятался, как только началась драка. - Но кто заплатит за все это? - Птиций трагичным жестом обвел пару сломанных стульев, разбитую посуду...
   - Запиши на мой счет. С людами потом разберусь.
   Птиций расцвел.
   - Тогда никаких проблем.
   Вега и Францеска вышли на улицу, ночная прохлада окатила их с головы до ног. Чуда глубоко дышала, из последних сил сдерживаясь, чтобы не разреветься.
   Нав щелкнул брелком, "Ford Maverick" отозвался жизнерадостным криком.
   - Мадемуазель, я вынужден попросить вас подождать меня пару минут в машине. Вы не против? - девушка лишь мотнула головой, едва не плача.
   Вега усадил Францеску в автомобиль.
   - Если что, в бардачке есть вода.
   - Благодарю.
   - Я вернусь через пять минут.
   Гарка на несколько секунд задержал на девушке пронзительный взгляд антрацитовых глаз. Развернулся и вошел обратно в "Ящеррицу".
   - Птиций, плесни мне коньяка, - сказал он управляющему, аккуратно переступая через мертвого люда.
   - Сейчас. Вега, скажи мне, зачем ты все это устроил? - маленький конец, несмотря на всю свою несхожесть с навами, был одним из немногих, кто мог открыто спросить у командира элитного арната: "Ну и зачем ты вел себя, как последний идиот?", не рискуя при этом распрощаться с жизнью. Конечно, он не был другом Веги - просто потому, что у Веги не было друзей, но относился к близким приятелям.
   - Не знаю. Просто меня взбесили эти чуды, эти люды, их лица, их слова и их поведение. А больше всего меня взбесили их взгляды, - он одним глотком осушил бокал.
   - Правда? А мне кажется, тебе просто понравилась эта девушка, - флегматично заметил Птиций, вновь наполняя бокал нава.
   - И это тоже. Она... хорошая. Я не мог позволить этим пьяным скотам обидеть ее.
   - И это мне говорит гарка, не далее чем два месяца назад украсивший стены и потолок моего клуба внутренностями одной милой фаты Зеленого дома только за то, что она, будучи не очень трезвой, посмела усомниться в твоей смелости, - усмехнулся конец.
   - Ты упускаешь некоторые детали. Во-первых, она сказала, что я убил Сантьягу ударом в спину. Во-вторых, она первая попыталась достать меня "Эльфийской стрелой". В-третьих я был очень пьян, - Вега довольно плохо помнил упомянутый управляющим вечер. Только отпечатались в памяти ошметки тела этой зеленой ведьмы, аккуратно развешанные по стенам и потолку.
   - Да я вообще не о том. Ведьмой больше, ведьмой меньше - какая разница? Просто я предпочел бы, чтобы если тебе еще раз захочется применить этот замечательный аркан и посмотреть, кто как внутри выглядит, выбери в качестве полигона не мой клуб, а какое-нибудь более подходящее место.
   - Обещаю, - содержимое очередного бокала быстро перекочевало в желудок нава. Птиций налил еще.
   - Я к чему говорю, Вега. Она тебе нравится? Не говори ничего, я и так вижу, что нравится. Ты же знаешь, я в женщинах разбираюсь, как никто другой... - конец хитро улыбнулся. - Знаешь, как надо себя вести с такими, как она?
   - И как же? - усмехнулся гарка.
   - Естественно. Будь собой. Не притворяйся, не играй. И упаси тебя Спящий ей лгать. Почувствует сразу. А как почувствует - потеряешь ее навсегда, - Птиций внимательно посмотрел на Вегу. - Я знаю, ты всегда говоришь, что друзей у тебя нет. Ты можешь мне другом и не быть, но я, сам не зная почему, твоим другом всегда буду, - маленький конец очень старательно натирал и без того блестящий бокал. - И я хочу, чтобы у тебя все было хорошо. Насчет женщин - всегда дам совет.
   - Птиций... - тихо окликнул Вега.
   - Что? - конец смотрел на нава с вызовом.
   - Спасибо, друг.
   Раздался мелодичный звон. Это управляющий от неожиданности выпустил бокал из рук, и теперь он мелким крошевом устилал пол.
   Вега встал и вышел из клуба.
   Францеска уже выплакалась, отпилась водой и вытерла лицо предусмотрительно оставленными навом в бардачке бумажными платками.
   Времени было около четырех часов утра.
   Вега выглядел странно задумчивым, когда открывал дверь со стороны водительского кресла и садился за руль. Повернулся ключ в замке зажигания, тихо и уверенно заурчал мотор мощного джипа.
   - Францеска, куда вас отвезти?
   Девушка смущенно пожала плечами.
   - Я... не знаю. Я хотела остаться у Любомиры, но она уехала час назад, и в такой компании, что ехать к ней мне не хочется. А дома меня сегодня не ждут.
   - Вы можете переночевать и отдохнуть у меня.
   Чуда вспыхнула.
   - Вега, я понимаю, вы мне помогли, спасли меня, но это не значит, что я...
   - Мадемуазель де Лок, в моей квартире есть две комнаты, я живу лишь в одной из них. Вторая в вашем полном распоряжении. Клянусь, в ней вы не увидите меня против своего желания, - и без того темные глаза нава стали непроницаемо-черными. Уши немного заострились. Жестко легла складка у губ. Францеске стало стыдно.
   - Простите, я не хотела вас оскорбить...
   - Вы не оскорбили. Я привык. Учитывая, какие легенды обо мне ходят, неудивительно, что вы не очень-то мне доверяете, - усмехнулся Вега, выезжая на проспект.
   - Я не верю в эти россказни! - вспыхнула она.
   Черные глаза пронзили девушку насквозь.
   - Зря.
  

II

  

Аркана Белое Пламя

Станция "Цитадель Безумия"

63-ий день весны, 6-ой час от полудня

  
   Аркане было скучно. Невозможно, невыносимо скучно. Последние двенадцать лет Звездная Всадница не знала ни дня покоя, мечась из мира в мир по всему Прайму, который, казалось, сошел с ума. Все эти двенадцать лет она ни о чем так не мечтала, как о нескольких днях отдыха, и безумно обрадовалась, когда Дианари сказал, что у нее месяц отпуска. Но не прошло и недели, как взвыла от тоски. Аркане было нечем себя занять. А пытка под названием отпуск должна была продолжаться еще двадцать дней.
   - Дианари, ты - сволочь! - громко сказала она в пустоту. Прекрасно зная, что та ее услышит. - Сволочь и неблагодарная скотина.
   - Может, не стоит так выражаться о Первой? - ехидно раздалось откуда-то с потолка.
   - А ты вообще заткнись. Я с тобой не разговариваю, - буркнула Аркана.
   - Милая, где и кто тебя воспитывал? Ты хоть слышала когда-нибудь о таком понятии, как вежливость? - теперь тон говорящего стал обиженным. - А если я оскорблюсь? Что тогда делать будешь?
   - Прости, Дью, - девушка рухнула в кресло. - Просто я с ума схожу от безделья.
   - Ладно, так и быть, на четыреста пятнадцатый раз прощаю. Аркана, ты знаешь, что находишься на грани нервного срыва?
   - Мой отпуск - как хочу, так его и провожу. Может, все оставшиеся двадцать дней проваляюсь в истерике!
   - Но ты же знаешь, что это может за собой повлечь?
   - Знаю. Поэтому не буду.
   - Ну и зачем доводить себя до такого состояния? Знаешь что, подруга, тебе нужен мужик. Хоть какой-нибудь, главное, чтобы в постели был хорош. Все твои стрессы - от недостатка секса.
   - Я запрещала говорить на эту тему! - в голосе девушки послышалось рычание.
   - И что ты мне сделаешь? - ехидно осведомился Дью. - Выпорешь? Лишишь сладкого? Ну, нельзя же всю жизнь грустить о потерянной любви. Геллеростаенн остался позади, а ты пошла дальше. Нельзя цепляться за старое. Это было, было хорошо, но - это было. И прошло.
   - Дью, не надо. Не ковыряйся в незажившей ране, а то я не посмотрю, что ты дух - такую жизнь устрою, что сам не рад будешь, что разболтался. - Это была не угроза, лишь констатация факта, которому никогда не суждено было стать реальным.
   - Хорошо, хорошо, не хочешь заводить любовника - я могу подобрать для тебя полностью соответствующую твоим пожеланиям программу для секс-имитатора. Но накопившееся напряжение необходимо снять. И, желательно, до того, как закончится твой отпуск.
   - Дью, оставь эту тему. И вообще, помолчи немного, тебе это полезно?
   - Чего же в моем молчании может быть полезного? - немедленно осведомился дух.
   - Думать иногда начинаешь, - резко ответила Аркана, встала и подошла к окну.
   Небольшой замок располагался на утесе, нависшем над морем. Одна из дверей выходила на небольшую площадку прямо на краю утеса, доступного всем ветрам, даже некоторые волны при особо сильном шторме омывали гранит.
   Звездная всадница вышла через образовавшуюся по ее мысленному приказу арку на площадку. Шторма не было, но с северо-запада порывами налетал злой ветер. Она подошла к самому краю утеса.
   - За что мне это? - спросила Аркана у бьющихся о подножие утеса свирепых волн. - За что Творец выбрал именно меня? Я не могу больше! Не могу, не хочу, не буду! - она ничком рухнула на серые камни, вцепляясь в гранит изящными пальцами и царапая о мелкие камни в кровь нежную кожу. - Почему меня никто не спросил, хочу ли я, согласна ли я быть такой? Почему меня без моего согласия выдернули с того света, уже не желающую жить, и заставили? Почему никто не спросил, нужно ли мне это?
   Волны бились об утес. Они приходили сюда издалека - приходили для того, чтобы разбиться о несокрушимый утес. Если бы волны могли говорить, они бы многое поведали Аркане, многое, что если не утешило бы, то примирило девушку с выпавшей на ее долю судьбой Звездной Всадницы.
   Каждая волна проделала далекий путь, чтобы разбиться о камни. Каждая летела по морю навстречу солнцу, навстречу ветру, навстречу шторму, и каждая верила, что ее полет закончится достижением цели. Какой - неважно. Но ни одна не достигла цели, все они разбились о камни. Им было, что поведать молодой - всего восемь тысяч лет - Всаднице. Но ни одна не могла с ней поговорить.
   Аркана медленно поднялась на ноги. По рукам стекала теплая соленая кровь, но девушка не обращала на нее внимания. Двадцать девять веков из тридцати, что она была Звездной Всадницей, ее душу терзала боль. Как и тысячу лет до Посвящения. Первые сорок лет после сэорикхеннэ Аркана была слишком занята, она все свое время отдавала обучению, потом полвека новые обязанности захватили ее, она втянулась в работу, и на боль просто не оставалось времени. Потом Первая решила, что молодой Всаднице следует передохнуть, и дала Аркане двухнедельный отпуск. Девушка за десять дней трижды пыталась покончить с собой. Разумеется, Дью - дух замка, не позволил ей довести до конца ни одну из попыток. После того инцидента Дианари Лиаласа сама явилась к Аркане и провела у нее три дня. Все это время Всадницы провели, запершись в спальне владелицы замка и закрывшись даже от вездесущего Дью - тем более, что противопоставить Лиаласе неугомонному духу было нечего. После этого попытки суицида прекратились, но когда у Арканы случались отпуска, ей не позволяли проводить в одиночестве более трех дней. Потом кто-нибудь из Всадников прибывал в гости, или приглашал девушку к себе в такой форме, что отказаться было невозможно. Первая берегла защитников Прайма.
   - Обвенчался лунный свет с тоскою, видишь путь забвения пред собою, - сорвалось с пересохших губ. Аркана рванулась вперед, вниз с утеса, навстречу волнам, что могли ей многое поведать.
   Но хрупкая фигурка не коснулась ни воды, ни острых камней у подножия утеса. Девушка до безумия любила этот момент свободного падения, но, увы, длиться хоть сколько-нибудь долго он не мог. От поверхности рассерженного моря в небо взвилась серебряная дракона. Мощные крылья резали воздух, поднимая изящное тело к серым тучам.
   Поднявшись как можно выше облаков, Аркана Белое Пламя, единственный дракон, ставший Звездным Всадником, сложила крылья и камнем рухнула вниз. Вновь - свободное падение. Ветер бушует вокруг, мокрая туча принимает в свои объятия, пытается удержать, но ее сил недостаточно, и дракона падает, падает в море, с сумасшедшей скоростью несется к сердитым волнам, и... над самой водой вновь расправляет крылья, чтобы метнуться к серому небу, надеясь на свободу, но напрасно...
   В момент свободного падения Аркана находила в себе силы поверить, что разобьется о камни и, наконец, сможет отдохнуть. Хоть и понимала, что даже если бросится с высоты полета на острейшие пики, ее это не убьет. Дианари Лиаласа, Первая Звездная Всадница, оберегала жизни остальных Всадников. И такая мелочь, как падение на камни с невероятной высоты грозила Аркане максимум двумя-тремя переломами, что срастутся менее чем за час.
   Дракона спикировала на утес, в паре метров от камня принимая привычный облик сереброволосой эльфы.
   - Наконец-то, - привычно буркнул Дью. - у тебя гости.
   - Кто?
   - Увидишь, - загадочно усмехнулся дух-хранитель замка.
   - Гости по делу, или просто скоротать время отпуска? - осведомилась девушка, лихорадочно соображая, как выпроваживать незваных в случае, если верен второй вариант.
   - По делу. По важному делу. Настолько важному, что я уже собирался отвлечь тебя от метания между небом и землей.
   - Где они?
   - В гостиной. И не они, а он.
   Аркана недоумевала. Действительно "по делу" к ней могла придти только Первая, а Дью явно имел ввиду мужчину. Кто-то из Всадников не может сам справиться с задачей? Но она в отпуске, всегда можно найти кого-нибудь из Звездных, кто будет свободен. Какой-нибудь бог, мир которого на грани катастрофы? Такое бывало, но хранитель замка не счел бы это настолько важным, чтобы прерывать ее полет. Тогда кто?
   - Иди в гостиную, и все узнаешь, - Дью хихикнул. Он даже не пытался скрывать, что читает ее мысли.
   В просторном восьмиугольном помещении гостиной Цитадели Безумия, как сама дракона именовала свою станцию, практически не было мебели. Диван, пара кресел, камин, низкий столик. Впрочем, здесь могла появиться любая обстановка по желанию Арканы. Достаточно было лишь отдать мысленный приказ, и столы, стулья, диваны, шкафы, что угодно тут же материализовались бы из воздуха.
   В кресле у камина, в котором весело потрескивали дрова, сидел человек. Аркана впервые его видела.
   Человеку было около тридцати пяти лет. В каштановых волосах, свободно падающих на плечи, кое-где посверкивала седина. Умное, привлекательное лицо. Чуть раскосые серые глаза. Не красавец, нет, но чертовски обаятелен. Человек сидел, но его высокий рост и спортивная подтянутость все равно бросались в глаза, как и каждое движение, выдавая в нем воина. Впрочем, тонкие изящные пальцы наводили на мысли, что этим рукам привычнее держать перо, а не меч, и плести заклинание, а не наносить удар грубой сталью.
   Первый миг Аркана удивилась. А потом вспомнила слова наставника...
   ...внешность обманчива, девочка. Никогда не верь своим глазам. Ты можешь видеть перед собой человека-мага, а он окажется эльфом-воином. Сканируй ауру. Но и тогда не верь. Это можно обмануть. Ты видишь перед собой человека-мага, у него аура эльфа-воина, а он на самом деле дворф-клерик. Верь чувствам. Верь интуиции, она не обманет...
   ...и быстрым шагом приблизилась к гостю, опустилась на одно колено и склонила голову.
   - Повелитель...
   - Здравствуй, Аркана, - сероглазый улыбнулся. - Встань.
   Дракона быстро поднялась на ноги. Она поняла, кто навестил ее, и теперь терялась в догадках, что нужно великому Творцу от нее, самой молодой из Звездных Всадников.
   - Сядь, пожалуйста.
   Она послушно опустилась в кресло.
   - Дью, пожалуйста, подай нам вино и легкую закуску к нему.
   Творцу несносный хранитель замка повиновался без звука и молниеносно - на столе из воздуха возникли три бутылки белого вина, пара бокалов и блюдо с фруктами.
   - Чем я обязана такой великой честью, Повелитель? - тихо осмелилась спросить Аркана.
   - Прошу, называй меня просто Раадан, - вновь улыбнулся Творец.
   Сейчас Аркана присмотрелась к нему. И поняла, что он одинаково хорошо владеет и магией, и мечом. Или любым другим оружием. Она боялась даже представить, сколько Раадану лет, и на что он способен.
   А тот уже разлил по бокалам ароматное вино.
   - Ну что же, за знакомство!
   На вкус напиток был еще лучше, чем на запах.
   - Аркана, как ты понимаешь, я к тебе пришел не просто выпить чудного вина в приятной компании, - на сей раз в сероглазой улыбке звучали виноватые ноты. - Мне нужна помощь, которую только ты можешь мне оказать.
   Дракона поперхнулась вином.
   - Повелитель, но почему я?
   - Потому что ты еще молода, неопытна и пока не потеряла умение действовать по наитию.
   - Но...
   - Никаких "но". Либо ты заранее согласна, и тогда я посвящаю тебя в детали, или ты заранее не согласна, и тогда мы допиваем эту бутылку чудного вина и я ухожу.
   Разумеется, Аркана даже не задумалась, что выбрать. Раз уж она посвятила свою ставшую вдруг невозможно длинной даже по драконьим меркам жизнь служению этому когда-то человеку и его творению - Прайму, то как она могла отказать ему в прямой просьбе?
   - Я согласна, Повелитель.
   - Просто Раадан. Так вот, слушай внимательно. В соседней вселенной, за сегментом j-12 есть один небольшой мир. Тот, в котором я родился. У этого мира есть около полусотни отражений на границе Прайма, некоторые из них играют роль опоры нашей вселенной. В одном из таких ключевых миров-отражений начинаются неприятности...
  

Вега

Тайный Город

Четвертое октября, 5.04

  
   "Ford" мчался по утренней Москве. Они отъехали от "Ящеррицы" пятнадцать минут назад. Францеска, выпившая в этот день много больше, чем когда-либо в своей жизни, уставшая морально и физически, тихо спала. Вега на минуту остановил машину и аккуратно перенес девушку на заднее сиденье.
   В салоне машины было непривычно тихо. Почти трезвый, Вега уверенно вел джип, держа руль одной рукой. Мимо летела спящая Москва. По улицам иногда шли ранние рабочие или поздние работницы, пару раз нав видел пьяниц, один раз ему на глаза попалась десятка Красных Шапок, пытающихся унести видавшую виды "Тойоту".
   Внезапно гарка заметил бегущего по улице чела. Он бы и не обратил внимания, но, за челом неслись двое чудов. Интуитивно построив аркан, рассеивающий морок, Вега едва справился с управлением. Он бы никогда не пробился сквозь этот морок, если бы не делал его сам. Двое чудов преследовали... Сантьягу.
   Резко затормозив у обочины, Вега вышел на тротуар метрах в десяти от "чела". Незаметно для рыцарей он сделал быстрый жест, принятый у гарок. Жест означал - стой, жди, слушай, выполняй.
   - Доброе утро, господа, - поприветствовал нав чудов. Ребята были знакомые Горностаи - проблем не предвиделось. - Что происходит? - при этом Вега "железной" хваткой держал плечо беглеца.
   - Чел зашел в Гильдию, хотел приобрести навские аккумуляторы, расплатился наличными. Нам показалось подозрительным, попросили предъявить карту Тиградкома, а он - бежать, - спокойно объяснил один из чудов. - А в чем дело, Вега?
   - Навские аккумуляторы? За наличные? - гарка сделал вид, что внимательно присматривается к "арестованному". - Могу я узнать ваше имя?
   - Т-Трой. Невилл Трой, - слегка заикаясь, ответил "чел".
   - Трой? Подождите, тот самый Трой? Что занимался проблемами переработки энергии?
   - Д-да.
   Вега с искренней благодарностью посмотрел на чудов.
   - Господа, сегодня вечером надеюсь угостить вас в "Ящеррице". Я уже полтора месяца разыскиваю этого чела. Он - разработчик одной интересной теории. Впрочем, это вряд ли предоставляет для вас какой-либо интерес.
   - Почему у него нет карты?
   - Потому что полтора месяца назад он совершил небольшую ошибку, и сильно переоценил ее последствия. И сбежал. Господа, я ручаюсь за него.
   - Отлично, Вега. Тогда сегодня вечером в "Ящеррице"? - хитро улыбнулся второй рыцарь.
   - Да. Я появлюсь около полуночи. Если вдруг не получится - то в другой раз... Мистер Трой, садитесь, пожалуйста, в машину. Все в порядке, вы зря так напугались. До вечера, господа.
   - До вечера, Вега.
   Чуды ушли.
   Нав обошел джип, сел на место водителя. Окинул долгим взглядом "Троя", потянулся на заднее сиденье, слегка посыпав ноздри Францески "Пыльцой Морфея".
   - Прост-тите, Вега, что п-причиняю вам такие неудоб-бства... - прошептал новый пассажир, сжавшись на сиденье.
   - Сантьяга, это уже не смешно. Этот артефакт делал я, и, уж поверьте, несмотря на ваши модификации, смог пробиться сквозь морок.
   Кольцо соскользнуло с пальца бывшего комиссара Темного Двора.
   - Здравствуй, Вега.
   - Доброе утро, комиссар.
   Сантьяга поморщился.
   - Я уже двадцать пять лет как не комиссар.
   Вега пожал плечами.
   - Мне так привычнее. Что принесло вас в Тайный Город?
   - Вопросы, - Сантьяга усмехнулся. - Точнее, поиски ответов на вопросы.
   - Кажется, когда мы расставались, я просил вас не появляться здесь. Вы хоть представляете, что было бы, если бы вас засекли?
   - Опять объявили бы охоту, - нав отбросил с лица волосы.
   - Боюсь, что не только. А уж для меня последствия стали бы и вовсе плачевными... Ладно, доедем - поговорим.
   - Куда мы едем?
   - Ко мне домой.
   - Хм... А я вам там не помешаю? - тонко улыбнулся Сантьяга, скользнув взглядом по заднему сиденью.
   - Нет.
   - Возлюбленная?
   - Нет. Просто девушка, которую обидели сперва чуды, потом люды. А я случайно оказался рядом...
   - Да ты просто рыцарь... - протянул бывший комиссар с улыбкой. - Что же случилось с ее обидчиками?
   - Двое чудов и люд на том свете, еще семь или восемь - в Обители. Двое из них больше никогда не возьмутся за меч.
   - Значит, рассказы о твоей жестокости и кровожадности - не выдумка?
   - Нет. Не выдумка.
   Сантьяга замолчал.
   Спустя полчаса джип заехал на подземную парковку дома гарки. Поставив машину, Вега аккуратно взял чуду на руки. Она еще спала - действие "Пыльцы Морфея" должно было хватить еще часов на пять. Навы поднялись в квартиру.
   Гарка уложил девушку на диван в дальней комнате, переоделся и вышел на кухню. Сантьяга уже был там. Он стоял у окна, за которым раскинулся Тайный Город. На лице его ясно читались грусть, ностальгия, боль и... вина.
   Вега остановился у двери, прислонившись к косяку, и наблюдал за бывшим комиссаром. В его непроницаемых глазах никто не смог бы прочесть чувства, обуревавшие командира элитного арната. Он не произнес ни слова - понимал, что Сантьяга должен сам заговорить.
   - Я не понимаю, почему я так поступил, - тихо произнес тот.
   - Знаю.
   Нав бросил удивленный взгляд на гарку.
   - Я бы никогда не оставил тебе жизнь, если бы ты действительно был предателем, - пояснил Вега. - Интересы Темного двора всегда для меня были превыше всего.
   - Почему ты тогда так поступил? Почему ты не убил меня? Ты не похож на сумасшедшего, но только безумный осмелится презреть приказ Князя, нарушить его. Вега, что он тебе приказал? Это его рук дело? - Сантьяга стоял в трех футах. Две пары черных глаз встретились.
   - Он приказал убить тебя, - спокойно ответил гарка. - А я нарушил приказ.
   - Почему?
   - Я уже отвечал. Диега не хотела бы, чтобы ты умер.
   - Диега. Что с ней?
   - Она мертва. И я не хочу говорить на эту тему, - глаза Веги сузились. - Лучше расскажи мне, что ты делал эти двадцать пять лет.
   На этот раз Сантьяга молчал гораздо дольше. Вега успел осушить бутылку "Реми Мартена" прежде, чем голос бывшего комиссара вновь зазвучал.
   - Почти все это время прошло, как во сне. Первые два года я метался по всему миру, тщательно путая след. Потом поселился в небольшом городке в Техасе. Купил ранчо... Как раз хватило тех денег, что оставались. Разводил хороших лошадей, продавал их. Стал почти ковбоем. И ни разу меня не посещали мысли о Тайном Городе, о Темном дворе, о магии... Я почти стал челом... - воспоминания захлестнули его.
  

III

  

Аркана

Станция "Цитадель Безумия"

64 день весны, два часа до полуночи

  
   Аркана устало откинулась на спинку стула. Информации Раадан на нее выгрузил море. Причем пришлось все конспектировать на ходу, потому что в общей инфосети данных об этом отражении Земли не было. Творец честно предупредил, что того, что он рассказал, для работы катастрофически мало, и план придется разрабатывать на ходу, но чтобы все было так запущено...
   - Ладно, не впервые, будем работать по обстоятельствам. Дью!
   - Здесь я, - лениво откликнулся дух.
   - Приготовь замок к переходу в режим Звездного скитальца.
   - Уже.
   - Отлично. Режим полной блокировки магического и технического сканирования. Нас не доложен засечь никто.
   - У нас бывает по-другому? - не удержался от ехидного вопроса Дью.
   - Да. Но редко.
   - Ты останешься в замке? - вопрос прозвучал абсолютно невинно. Даже слишком невинно.
   - Даже не рассчитывай. Второй раз на ту же удочку ты меня не поймаешь, - усмехнулась дракона. Однажды хранитель замка уговорил ее остаться в Цитадели Безумия на момент перемещения по Прайму. Повторять такой опыт у Арканы не было ни малейшего желания. Приятного мало.
   Небольшой замок, стоящий на краю нависшего над морем одинокого утеса, задрожал. Его контуры смазались, поблекли, казалось, кто-то невидимый попросту стирает его с картины мира огромным ластиком. Если бы в мире, ставшем временным прибежищем Цитадели Безумия, нашелся бы кто-нибудь, способный это увидеть, его взгляду открылась бы потрясающая картина - перед ставшим уже полупрозрачным замком появилась шестерка коней необычной масти - цвета ночного неба усеянного звездами. Всадники не зря получили свое название. Над замком взвился серебряный дракон
   Аркана любила лететь на крыльях по Междумирью. Густая синева вокруг, проблески плывущих мимо миров, временами - крылатые тени могущественных драконов, или иные разумные, обретшие достаточную для путешествий по Междумирью силу.
   - Мы приближаемся к искомому миру. Отслеживай нужное нам отражение.
   Почти каждый мир имел отражение - до мелочей похожий, но отличающийся в чем-то глобальном или одинаковый по эгрегору, но с мелкими, многочисленными изменениями, мир. Один, два, три... максимум пять. Десяток самых интересных миров Прайма имели по десять-двенадцать отражений. Но Земля... Сперва Аркана думала, что слова Повелителя о трех десятках отражений - некоторое преувеличение, но теперь она своими глазами видела, что это - явное преуменьшение. Отражений было почти полсотни. Как найти среди них нужное?
   Дракона напряглась, вспоминая все сказанное Рааданом. Это отражение выделяется особым фоном.
   - Черт, как же мало информации... Безумно мало информации. Но Раадан сказал, что я сразу его узнаю.
   Она стремительно неслась между отраженными мирами. Одни уже давно потеряли хоть какое-то сходство с материнским миром, другие - еще были схожи с Землей, третьи и вовсе оставались пока почти точными ее копиями... Каждый имел свою ауру. Свое поле. В зависимости от того, по каким правилам живет этот мир, что было в его прошлом, и что ждет его в будущем, поля колебались в цветовой гамме от нежно-розового и бирюзового до коричневого и густо-зеленого. Более всего полет между отражений земли напоминал стремительное преодоление Радуги.
   Впереди и слева мелькнула тень. Аркана сперва не обратила на нее внимание, но затем что-то неосознанно заставило ее вглядеться пристальнее.
   - Творец Всемогущий...
   Это был мир. Мир, поле которого было абсолютно черного цвета. Никаких оттенков, никаких переливов - первозданная чернота. Дракона боялась даже представить, что ждет этот мир.
   - Дью, кажется, я нашла.
   - Отлично. Я так понимаю, ты имеешь в виду вон тот черненький шарик?
   - Именно его. Выводи Цитадель Безумия на орбиту мира, не забывай о закрытии от сканирования.
   - Помню, - буркнул дух.
   Если бы на Земле - этот мир назывался так же, как материнский - была аппаратура, способная пробить экранирующее поле Цитадели, то сидящие у мониторов спутниковых камер слежения люди увидели бы, что на орбите планеты завис хаотично вспыхивающий серебристый сгусток.
   - Вывожу замок из режима Звездного скитальца, - отрапортовал Дью.
   - Отлично. Впускай меня.
   Сгусток на мгновение замер, выпростав щупальца, надежно вцепившиеся в орбиту мира. Дракона серебряной молнией вонзилась в свечение.
   - Уф... - только и сказала Аркана, падая в кресло. - Ты видел ауру мира?
   - Да. Больше всего напоминает бомбу замедленного действия.
   - Теперь я понимаю, почему Раадан заинтересовался судьбой отражения родного мира. Если это рванет, то последствия будут абсолютно непредсказуемы, - Аркана пригубила вино, появившееся по мысленному приказу Всадницы. - Единственное, что можно сказать наверняка - плохо будет всем ближайшим мирам.
   - Это точно. В радиус действия катастрофы, кроме Земли и ее отражений, попадет весь сектор j-12 и половина f-14.
   - А f-14 здесь причем? - удивилась девушка. - Он же в другой плоскости лежит, мало того, в другой части Прайма.
   - А ты рассчитай, какое смещение реальности произойдет, если эта дрянь накроется? - усмехнулся Дью. Он нередко подшучивал над относительной неопытностью Арканы.
   Всадница на несколько секунд прикрыла глаза, заставляя мозг работать в несколько десятков раз быстрее. В знакомую давно формулу легли данные, снятые с поля черного мира.
   - Ничего себе... - ошарашено пробормотала Аркана. - За тридцать веков я впервые такое вижу...
   - Могу тебя обрадовать, за две сотни тысяч лет я с таким не сталкивался.
   Дракона лишь судорожно сглотнула. Если даже Дью никогда не видел подобного...
   - Аркана, я не знаю как, но ты должна это остановить.
   - Я знаю, - досадливо поморщилась девушка. - Только не пойму, почему я. Сюда бы пятерых опытных Всадников, чтобы тысяч по двадцать каждому, с Лиаласой во главе...
   - Если Раадан решил, что пойти должна ты, то значит, у него были на то основания, - парировал Дью. - Я обращусь к архивам, вдруг найду отчеты о работе с такими мирами. А ты пока приготовься к загрузке знаний.
   Аркана вызвала перед собой монитор, и принялась просматривать моду местных жителей в поисках одежды, в которой ей самой будет удобно, но которая не будет неестественно выделяться в толпе. Подобрав джинсовый брючный костюм, кроссовки и рюкзачок, она подключилась к информационной системе, загружая в мозг необходимые знания по истории мира, его уровню развития, а также языки самых крупных стран.
   - Я все проверил, - сообщил Дью. - Подобных катастроф не случалось с тех самых пор, как Первая в ярости уничтожила полдесятка миров.
   - Я знаю эту историю, - кивнула Аркана. - Я почти готова. Просканируй мир, может, что интересное найдешь.
   - Уже занят. Кстати, советую взять с собой портативный комп-браслет, меч, и этим ограничиться.
   - Ага. Я еще прихвачу косметичку, - "косметичка" Арканы представляла собой несколько интересных порошков, несущих в себе кое-какие заклинания и заряд магической энергии.
   - Естественно. А также смену белья, зубную щетку, пару дисков любимой группы, дневник, который ведешь с малолетства и модный журнал, - дух никогда не упускал возможности сострить. - Ого! Вот этого я не ожидал!
   - Что такое?
   - Результат сканирования. Сейчас сброшу в инфосеть.
   Загрузив в мозг поступившую информацию, дракона присвистнула.
   - Кроме людей, на земле существует множество древних рас. Некоторые из них, как таты и асуры, почти полностью уничтожены, и сейчас прячутся от всех, остальные живут в так называемом Тайном городе. Три Великих дома - Чудь, Людь, и Навь...
   Усвоив информацию, Аркана минут десять сидела в кресле, составляя план действий поначалу.
   - Так, Дью, подготовь мне почву для легенды. Я родилась в деревне в Архангельской области, хорошо училась, перебралась в райцентр, затем в Свердловск. Эти горизонты меня не устроили, поехала в Москву. В университет не поступила - не было денег, а через постель - принципы не позволяют.
   - О'кей. Там сейчас начало учебного года, как раз подходит.
   - Да. И я, конечно, сирота, родственников нет, домик, оставшийся от родителей, обманом отобрали... И так далее. Все документы с занесением в базы.
   - Обижаешь. Где будешь высаживаться?
   - В этом Тайном Городе. В Москве, то есть.
   - Отлично. Там сейчас ночь, а в одном из лесопарков никого нет. Тебя не засекут.
   - В парке меня точно никто не засечет. Ты позаботься о том, чтобы меня на подлете никто не засек, - Аркана встала, застегивая на руке широкий браслет портативного компа.
   - Позабочусь.
   - Пока меня нет, оставайся на орбите. Если будут известия от Раадана - тут же скидывай на комп. Для всех остальных - меня нет.
   - Даже для Лиаласы?
   - Особенно для Лиаласы.
   - По-моему, приказ от Творца вскружил тебе голову, - осторожно заметил Дью. Он неплохо знал обитательницу Цитадели Безумия, и прекрасно понимал, где и что ей можно говорить прямо, а где лучше действовать в полнамека.
   - Нет, - Аркана ответила спокойно. - Просто я считаю, что пока я выполняю его приказ, то могу в качестве небольшой награды хотя бы избавить себя от посягательств Первой на мою свободу выбора.
   - У тебя нет свободы выбора, - тихо заметил дух, материализовавшись перед Арканой. Он выглядел как высокий темноволосый эльф. - Ты лишилась его в тот момент, когда принесла Клятву. В тот момент, когда стала Звездной Всадницей.
   Он подошел, обнял ее за плечи. По щеке Арканы соскользнула слезинка, тонкие пальцы эльфа тут же стерли ее, легко проведя по бархатистой коже.
   - Бедная моя девочка, я же понимаю, каково тебе приходится... - прошептал Дэйноар, древнее существо, много тысячелетий назад совершившее ошибку, за которую пришлось расплачиваться до сих пор, пребывая в качестве духа-хранителя в одной из Цитаделей. - Я понимаю, я сам через это прошел. Но ты должна. Долг - слово, которое начинает вызывать ненависть, но от него не уйдешь. Последний раз ты выбирала, когда решала, хочешь ли быть Всадницей. Все. Теперь есть только долг. Но я помогу тебе, как смогу.
   - Спасибо, Дью... - Аркана мягко отстранилась, стирая слезы с лица. - Спасибо.
   Эльф, печально улыбнувшись, растаял в воздухе.
   - Открывай выход. Прикрываешь меня до приземления, и наводишь точку выхода. Я смотрела карту Москвы, Коломенское меня полностью устраивает.
  

Сантьяга

Техас, ранчо "Звезда запада"

Девятнадцать лет назад.

  
   Этот день был великолепен. Светило яркое солнце, но оно не выжигало траву, а нежно прогревало землю, позволяя ей дать жизнь всему растущему. В чистом небе ни одно облачко не осмеливалось бросить тень вниз. Джейк Сантас сидел верхом на своей любимой гнедой кобыле и любовался табуном. Четыре года назад, когда он только приобрел это ранчо, у него были два жеребца, мерин и полдесятка кобыл, а сейчас... Табун нынче насчитывал семьдесят голов, и это были высококлассные лошади. Счастье захлестывало его, понимание того, что теперь он занят действительно важным и нужным делом, не то, что раньше... Что было раньше, Джейк не помнил. Какие-то смутные образы и имена порой вставали перед глазами, но стоило попытаться понять, что это значит, как полную власть над ним обретала боль. От нее не было спасения. Семь - десять дней он тихо выл, держась за голову. И топил себя в ирландском виски. Иногда виски ассоциировался с непонятными карликами в черной коже и красных головных платках-банданах, но их образ тотчас же смывался, и вновь наступала боль. Джейк ненавидел эту боль, и всеми силами гнал смутное прошлое из памяти. И оно не тревожило его пару месяцев... Зато через некоторое время бросившись из-за угла прошлое сминало новоявленного ковбоя, и на некоторое время лишало его рассудка.
   Вот и в этот великолепный день ничто не предвещало беды. Вечером должны были приехать покупатели, и сейчас Джейк отбирал лошадей, которых хотел предложить. Через час часть табуна - полтора десятка кобыл и пять жеребцов - были оставлены в леваде. Остальных ковбой перегнал на другое пастбище.
   Покупатели должны были приехать через два часа после заката. Джейк сперва удивился столь позднему времени визита, попытался объяснить Винсенту Малкавиану, как представился главный из троицы, что при слабом свете луны осмотреть лошадей и выбрать тех, которые ему понравятся, достаточно сложно, а электричество на пастбище не проведено. Но Малкавиан, хрипло рассмеявшись, попросил Джейка не беспокоиться - он прекрасно видит при свете звезд.
   Вечером Джейк поехал на вокзал встречать покупателей - они изъявили желание покинуть ранчо на приобретенных лошадях, и потому поехали на поезде.
   Ковбой прибыл на станцию за час до поезда. Он не любил опаздывать.
   На ранчо он возвращался в сопровождении троих. Две девушки - одна с черными, другая с каштановыми волосами, и молодой человек с седой косой. Это и был Винсент Малкавиан. Его спутниц звали Дебора Малкавиан и Селена Бруджа. С первых же минут общения Джейк понял, что выводы о главенстве Винсента в компании были ошибочными - всем верховодила его супруга Дебора. Молодой человек всю дорогу смеялся, шутил и болтал, его жена время от времени заливалась смехом, в котором звучали искры безумия. Ковбой с удивлением понял, что практически не понимает, о чем они говорят. И заметил, что черноволосая Селена немного сторонилась своих друзей.
   - А он - представляешь - вышел на балкон и говорит: раз ты не будешь со мной, я буду с солнцем. И тут рассвет. Ну, Хелен попыталась его обратно втащить, а он сопротивляется. Конечно, бедная девочка спряталась - если этот Стив Робене решил принять солнечную ванну, то она в этом безумии участвовать не станет, - воодушевленно рассказывала Дебора.
   - Да, я ее понимаю. Только почему Робене теперь обвиняют ее в смерти Стива?
   - Потому что эта дура на днях перепила, и в присутствии братьев Стива кричала, что если он от нее не отстанет, то она его высушит. Вот Робене и решили, что Стив снова начал настаивать на свадьбе, и Хелен исполнила свою угрозу. А потом выкинула останки на балкон и позволила солнцу превратить их в пепел.
   - Дебора, ты бы следила за своим языком, - мягко произнесла Селена. - Вообще-то мы едем в компании чела.
   - Я навел морок, - отмахнулся Винсент. - Ковбой слышит только рассказ о том, как мы ездили кататься на лыжах в Альпы.
   Джейку стало не по себе. С какими психами он связался?
   - Может, его высушить? - в серых глазах Деборы мелькнул опасный огонек. - Я голодна. Да и лошадей тогда бесплатно возьмем...
   - А что, это идея! - оживился ее муж.
   - Нет, вы, Малкавианы, точно абсолютно ненормальные, - Селена покачала головой. - Ни один из вас и пальцем не тронет этого ковбоя, не говоря уже о высушивании.
   Дебора вновь залилась сумасшедшим смехом.
   - Ты слишком серьезна, - сказала она подруге, отсмеявшись. - Мы же просто шутим. Никто не будет его убивать.
   Джейк незаметно для спутников передвинул кобуру под курткой. Он уже понял, что по мнению сумасшедших, слышал обсуждение поездки в Альпы, но легче от этого не стало. И Джейк успел уже трижды пожалеть, что связался с этими странными покупателями. Желание приехать ночью, дикие разговоры, какой-то морок... Тем временем они уже подъехали к леваде, в которой Джейк оставил предназначенных на продажу коней.
   Винсент легко подбежал к ограде и протянул руку, намереваясь погладить Землянику, альбиноску со шкурой необычайного розоватого оттенка. Но кобыла, одна из самых ласковых и непугливых в табуне лошадей, с испуганным ржанием попятилась от него.
   - Эй, лошадка, ты куда? - со смехом сказал молодой человек, перелезая через ограду.
   - Мистер Малкавиан, стойте! - закричал было Джейк, но Винсент уже был в леваде. Дебора устремилась за мужем.
   Лошади в загоне заволновались. Земляника, дико заржав, метнулась к тому месту, где изгородь была ниже и кобыла смогла бы перепрыгнуть, но Малкавиан с невероятной для человека скоростью оказался возле нее, а спустя мгновение - на ее спине. Дебора уже сидела на беснующемся Сандоре.
   - Мистер Сантас, мы возьмем этих двоих! - крикнула она.
   - Масть этой кобылы подходит к моим волосам! - расхохотался Винсент, каким-то чудом до сих пор державшийся на спине Земляники. Лошади в панике метались по загону.
   Смерч, вороной красавец и гордость Джейка, рванулся сквозь забор левады, но его ноги запутались в жердях, и конь рухнул, дико заржав. Ковбой не успел понять, как Селена оказалась рядом с упавшей лошадью. Она обхватила голову Смерча, вцепилась взглядом в его глаза, и, к удивлению Джейка, конь перестал биться. Он осторожно встал, ткнулся носом в плечо Селены, девушка похлопала жеребца по крутой шее и легким прыжком оказалась на его спине. Смерч вновь заржал, на этот раз горделиво.
   Малкавианы к тому времени уже успокоили своих коней.
   - Мы покупаем этих троих, - улыбнулась Джейку Дебора. Ох, не понравилась ковбою эта улыбка. Он вообще был в ярости. И потому назвал за Землянику и Сандора двойную цену.
   Супруги переглянулись.
   - Может, его все же высушить? - тихо и задумчиво проговорила девушка. Селена была далеко от подруги и не слышала ее. А Винсент только кивнул супруге.
   - Челов надо учить. Кроме того, ты же голодна...
   Дебора спрыгнула с Сандора и подошла к Джейку. Тот на всякий случай незаметно положил руку на кобуру.
   - Вы сказали, сколько? - невинно поинтересовалась она. - Простите, ваши слова снесло ветром, и я не расслышала.
   И прыгнула. Между тонких, слегка подкрашенных губ блеснули иглы. И тут к Джейку пришло понимание. Масаны из Саббат! Он метнулся в сторону, но она была быстрее. И иглы, прорвав кожу на шее, вонзились в артерию.
   Через секунду Дебора с жутким воем рухнула на землю, безумные глаза расширились от боли, длинные ногти царапали горло, а губы были перепачканы черной и густой, как битум, кровью.
   - Нав!.. - прохрипела она.
   Винсент бросился к ковбою, сжимая в руке непонятно откуда взявшийся клинок. Селена обернулась на крик, в глазах ее мелькнуло изумление.
   Но Джейк уже знал, что делать. С его руки сорвалась "Эльфийская стрела", отшвыривая масана назад, каблук наступил на горло корчившейся Деборе.
   Малкавиан вскочил. Нав мгновенно оказался возле него, сильный удар ребром ладони по горлу прибил кадык вампира к позвоночнику. Винсент упал.
   Селена ударила Смерча каблуками. Жеребец, оправдывая свое имя, с места взял диким карьером. Но спустя мгновение Джейк тоже сидел на лошади. Началась дикая погоня.
   Конь ковбоя был лучше. И спустя минуту сумасшедшей гонки нав догнал девушку.
   Сильнейший удар снес ее со спины Смерча. Селена кубарем прокатилась по земле, сильно ударившись спиной, а когда ей удалось, наконец, остановиться, Джейк уже стоял над ней.
   Зажмурившись, Селена ждала последнего удара. Она была еще очень молода, и прекрасно понимала, что против нава у нее нет шансов, а бежать уже поздно.
   Однако удара не последовало. Девушка осторожно открыла глаза.
   Он стоял футах в пятнадцати от нее. Шляпа слетела во время погони, и сейчас длинные черные волосы рассыпались по плечам, частично прикрывая заострившиеся во время схватки уши, в антрацитовых глазах застыла смесь странных чувств. Селена трижды прокляла себя за невнимательность. Этот "ковбой" ведь даже не прикрывался мороком! Ну почему ей не хватило сообразительности догадаться, что настолько черными глазами в сочетании с волосами цвета воронова крыла и ростом семь с лишним футов может обладать только нав!
   - Встань, пожалуйста, - сказал Джейк. Селена осторожно поднялась на ноги, готовая в любой миг сорваться с места и бежать.
   - Кто ты?
   - Джейк Сантас, - в голосе нава прозвучала растерянность
   - Нет, ты ведь... - девушка вспомнила, где она видела его. - Ты Сантьяга, комиссар Темного двора, пропавший несколько лет назад!
   Нет! Боль снова навалилась. Снова голову разрывали воспоминания о тысячелетиях жизни, снова перед глазами встало лицо Диеги, снова звучали в ушах слова Веги. "Ты убил ее!". Сантьяга с криком упал на колени, зажимая уши руками.
  

IV

  

Аркана

26-ое отражение Земли, Москва

3 октября (времяисчисление местное), 23.21

  
   Если бы кому-то из землян хватило бы сил пробиться через защитное поле Арканы, отводящее глаза всем, кто в тот момент смотрел на землю, то он был бы поражен красотой зрелища. С темного ночного неба, усыпанного звездами, спускался серебряный дракон. Металлическая чешуя блестела в свете луны, могучие крылья плавно вздымались и опускались, неся изящное тело к планете.
   Аркана стремительно спикировала на берег Москвы-реки, против обыкновения не превращаясь в воздухе, а опускаясь на землю в истинном облике. Повела роскошными серебряными крыльями, складывая их за спиной, вскинула украшенную изящными рогами голову и застыла, прислушиваясь к вздоху обреченного мира, который потревожила своим вторжением. Мир вздохнул и успокоился. Он почувствовал врача, который вырежет злокачественную опухоль, и подарит ему жизнь.
   Лишь далеко отсюда, в Японии, напрягся человек, тоже почувствовавший приход чуждой этому миру сущности. Но об этом дракона пока не знала.
   Простояв несколько мгновений, Аркана опустила голову и приняла подходящую для этого мира форму. Человек, девушка лет семнадцати-восемнадцати, с серебристыми волосами и сине-серыми, цвета синей стали, глазами. Всадница не стала уходить от привычной внешности, просто эльфа превратилась в человека.
   Темно-синий джинсовый костюмчик - брюки и курточка - подчеркивает изящную фигуру, белая обтягивающая футболка, белые кроссовки, черный рюкзачок за спиной. Длинные волнистые волосы рассыпаны по плечам, лицо почти не тронуто косметикой, только тушь слегка коснулась ресниц. Мало ли таких провинциалок-неудачниц бродит по Москве? Только обычно в глазах этих провинциалок - страх, неуверенность и не разбившаяся пока мечта. Чуть позже они либо ломают крылья и, поскуливая, уползают в родную провинцию, либо остаются в столице, измазав грязью, кровью и спермой свои крылья и свои души. В их глазах деньги становятся всем, они забывают о цели, что привела их сюда. Есть и третьи - те, что не сломались, добились своего. В их глазах - усталость и гордость.
   Но ни у первых, ни у вторых, ни у третьих не бывает таких глаз, как у сереброволосой девушки в синем джинсовом костюме, сидевшей на траве на берегу Москвы-реки в Коломенском парке. У них просто не могло быть такой уверенности, такого понимания происходящего, такого знания и... такой боли.
   Аркана полной грудью вдохнула воздух нового мира. У нее закружилась голова.
   - Как можно так испоганить природу? - с отвращением пробормотала она. Драконе, привыкшей к свежести девственных миров, ароматы мегаполиса пришлись не по душе.
   Она прошлась свободному здесь от оков гранита берегу. Этот мир был странным, ей до сих пор не приходилось с таким сталкиваться. И ей необходимо было его понять. Для этого девушка планировала прожить здесь некоторое время, а потом уже начать действовать.
   Парк Аркане понравился. Она уже успела ознакомиться с текущим уровнем экологии, и потому оценила относительную чистоту этого места. Погуляв по дорожкам, девушка присела на траву возле раскидистого дерева и закрыла глаза. Сейчас, когда неугомонного Дью не было рядом, она на минуту почувствовала себя свободной. Аркана не пыталась себя обмануть - несмотря на всю даримую теплоту и желание помочь, он должен был за ней следить, не позволять думать о том, что могло принести ей же вред, присматривать, чтобы она не натворила глупостей. Всадница была благодарна ему за все, что он для нее делал, но терять себя и свои воспоминания она тоже не собиралась.
   По щекам Арканы катились слезы. Она вспоминала. Вспоминала все то, что было в прошлой жизни, тепло, ласку, любовь... Дью был тысячу раз прав, говоря, что столь длительная сексуальная неудовлетворенность приведет к нервному срыву, но Аркана ничего не могла с собой поделать. Ее тошнило при мысли, что какой-то мужчина будет ее целовать, обнимать, его руки будут ласкать ее тело. Когда девушка сказала об этом Дью, первый раз предложившему ей найти любовника, тот не растерялся. И заявил, что раз ее тошнит от мужчин, пусть найдет себе женщину. Эта фраза повлекла за собой извержение ужина на пол, а с Дью Аркана не разговаривала потом не меньше недели. Мысль же о секс-имитаторе рождала в девушке волну брезгливости. Нет, она не была ханжой, и однажды даже попробовала этот самый имитатор, но... Ей не нужен был просто секс. Она знала, что такое секс с любимым человеком.
   Дракона встряхнула волосами, упрямо стиснула зубы.
   - Я справлюсь, - прошептала она себе. - Раадан на меня рассчитывает, и я не подведу. У меня нет чувств, я - Звездная Всадница. Я сделала свой выбор.
   Сказала - и сама удивилась звукам своего голоса. Тут же накатили другие воспоминания. Аркана когда-то любила петь... Это было давно, еще когда она была с Геллеростаенном, но с тех пор, как он ушел, она почти никогда не пела. Но сейчас сами по себе пришли в голову слова и мелодия одной из песен, что кто-то из Всадников принес с четырнадцатого отражения Земли.
   Сперва Аркана тихо напела мелодию.
   Прислушалась.
   Голос звучал немного неуверенно, но в общем и целом - неплохо.
   Дракона глубоко вдохнула, восстанавливая в памяти слова песни.
  
   Тянутся руки к слепому прозренью,
   Кто-то незримый зовет в пустоту,
   В мыслях твоих бродит вновь озаренье,
   Вновь обращаясь в чужую мечту...
  
   Обвенчался лунный свет с тоскою,
   Видишь путь забвенья пред собою...
  
   Голос креп, слова вспоминались, еще одна песня, еще, и еще... Аркана пела, забыв обо всем, она искренне наслаждалась ощущением чистоты души, которое знакомо каждому, умеющему петь душой...
  

Квартира Веги

4 октября, 8.04

  
   - Селена была хорошей девушкой, хоть и Бруджа, - задумчиво протянул Сантьяга. В его пальцах крутился стилет. - Рассказала мне то, что я сам не смог вспомнить. Она переехала жить ко мне. Нет, между нами ничего не было, просто ее отец хотел выдать ее за младшего брата Вальтера Бруджи, а девочка была против. И сбежала из дому. Оказывается, даже среди масанов это случается. А потом... Я не знаю, откуда это взялось. Мне постоянно казалось, что Селена пытается меня убить. То она сыпала что-то в бокал, то оказывалась с ножом за моей спиной, то еще что-нибудь...
   - Паранойя, - усмехнулся Вега.
   - Может быть, - Сантьяга не стал спорить. - Так продолжалось два месяца. Я принял решение вернуться в Тайный Город. Хотел понять, что произошло шесть лет назад. Узнать, почему я предал Князя и Темный двор. Она, конечно, стала меня отговаривать, а потом... Я не помню, что произошло. Очнулся ночью, хоть мы разговаривали в начале дня. В поле, у левады. Селена была рядом, она проводила меня до ранчо и ушла куда-то. Я зашел в дом - а она там. На кровати. В горле - мой стилет. Я... Я убежал оттуда. Забыв обо всем.
   - Ты действительно превратился в чела, - гарка плеснул коньяк по бокалам. - Тот Сантьяга, который держал в постоянном страхе Зеленый дом и Орден, который превратил в ничто великую Гиперборею и на пару с наемниками продал иерархов Кадаф на чучела, никогда не побежал бы. Значит, двадцать пять лет назад я тебя все же убил. Жаль.
   - Нет. Ты не понимаешь...
   - Я не понимаю? - Вега змеиным движением оказался в двух шагах от комиссара. - Нет, я-то как раз все понимаю. Ты устал и сломался. Сдался. Уж лучше бы я тогда вонзил обсидиановый стилет в сердце не двойнику, а прототипу. Сантьягу я уважал, при всей моей к нему ненависти. Тебя - презираю. Ты даже не тень его, - в шепчущем голосе звучала не насмешка - издевка. - Ты не нав, ты не гарка, ты не комиссар. Ты сломался...
   - Хватит! - бокал разлетелся с истерическим звоном. Сантьяга вскочил, в его глазах пылал тот самый, прежний огонь. Тот, который покинул глаза нава давно, очень давно. Диега еще помнила этот огонь, Вега - уже нет. Но он все равно понял...
   - Неужели мои слова смогли хоть немного тебя задеть? Видимо, совсем немного. Всей твоей ярости хватает лишь на то, чтобы выливать дорогой коньяк на пол, разбить бокал, и...
   - Вега, заткнись. Или мне придется показать, что ты действительно зря не убил меня. Потому что я убью тебя, - в голосе Сантьяги звучала угроза.
   - Правда? - все так же неуловимо быстро, гарка придвинулся почти вплотную. И выплеснул коньяк из бокала в лицо бывшего комиссара.
   Сантьяга отреагировал мгновенно. Из-за неожиданности нападения он не успел отшатнуться, но длинные пальцы мгновенно выхватили из скрытых ножен узкое длинное лезвие. В руке Веги уже блеснул кинжал.
   Их движения невозможно было отследить. Слишком стремительно двигались двое навов.
   Вега колол в плечо, выгибая запястье, Сантьяга уклонился, в ответ нанося удар в живот. Гарка скользяще ушел в сторону, лезвие стилета в его руке почти оцарапало кисть противника, тот коварным ударом чуть не вогнал клинок в горло. Молодой нав перехватил кинжал обратным хватом, сталь сверкнула у самых глаз, лезвие комиссара в ударе-броске коснулось груди Веги, и...
   Сантьяга не сразу понял, что Вега падает. Падает, нелепо взмахнув руками, его голова бьется о край стола, черная рубашка тяжелеет от крови... А поняв, не почувствовал в первую секунду ничего, кроме осознания победы над тем, кто лишил его всего. Комиссар мгновенно оказался возле противника, упал на колено, стилет взметнулся для смертельного удара...
   Клинок опускался медленно, куда как медленнее, чем того хотелось некоторой частице Сантьяги, той, которая кричала - убей! Немедленно убей, оборви эту жизнь, он лишил тебя всего, он отобрал у тебя Диегу. Но другая частица пыталась остановить оружие. Она ничего не кричала, лишь проявлялось воспоминание... Однажды Вега не убил его. И Сантьяга как минимум был в долгу.
   Черные глаза встретились. Лезвие замерло в воздухе, лишь полдюйма отделяло его от горла гарки. Сантьяга выпустил стилет, и клинок бессильно звякнул о пол. На губах Веги играла полуулыбка.
   - Я рад, что не ошибся в тебе, - проговорил он. - Ты все тот же, только не столь самоуверен.
   Бывший комиссар встал, протягивая противнику руку. Вега вскочил на ноги. Небрежный пасс заставил рану на груди, которая и так не была опасна для нава, затянуться за три секунды.
   - И что ты этим хотел сказать?
   - Только то, что сказал. Вопрос в том, что ты услышал...
  
   - Таких ситуаций было много, - продолжал Сантьяга спустя несколько минут. - Я жил разными жизнями разных челов. И каждый раз был уверен в том, что я - именно тот, кем себя считаю. Потом как-то узнавал о Тайном Городе, вспоминал себя. Заканчивалось все одинаково - я приходил в себя в новой стране, с новым и именем и новой памятью. И так раз за разом. Круг замкнулся, и, казалось. Мне уже никогда не выбраться из него, - он замолчал. Налил коньяк в бокал, выпил. Сидевший напротив Вега, который успел сменить рубашку, последовал его примеру, и вновь наполнил пузатые бокалы янтарной жидкостью. Бывший комиссар Темного Двора глубоко вздохнул, и продолжил. - Потом я, наконец, успел. Вновь обретя память об истине, я не стал очертя голову кидаться в Тайный Город, помня, что еще ни разу мне не удалось его достичь. Я придумал и построил очень сложный аркан. Как только я обрел новую личность, заклинание сработало, и восстановило истинную память, не повредив эту новую личность. Мне повезло - я стал бизнесменом в Германии. И сумел поставить свой бизнес так, что основным рынком сбыта стала Россия. Потом, не вызывая подозрения у моих неведомых врагов, я отправился в Москву - якобы для того. Чтобы лично проследить за полуторамиллионным контрактом. При первой же представившейся возможности я инсценировал собственное убийство, и сбежал. Это было неделю назад.
   - Я что-то слышал об убийстве немецкого бизнесмена в человской криминальной хронике. Там еще засветились Красные Шапки.
   - Я заказал им сам себя, - рассмеялся нав. - Все остальное - примитивный морок, рассчитанный на обман челов.
   - Я так и подумал, - Вега пригубил коньяк, задумчиво посмотрел на бокал, и допил оставшееся. - Хорошо. Вот ты достиг того, к чему стремился. Ты в Тайном Городе. Первая часть твоего плана выполнена. Что дальше?
   - Первая, она же, боюсь, и последняя, - криво усмехнулся бывший комиссар. - Ты, вероятно, не поверишь, но дальнейшего плана у меня нет. Я слишком хотел оказаться здесь, и понимал, что мои враги сделают все, чтобы мне помешать. Честно признаться, я не слишком-то верил в успех и первой части плана. Знал только, что нужно найти тебя.
   - А я-то здесь причем? - удивленно поинтересовался Вега.
   - Ты сохранил мне жизнь, - просто ответил Сантьяга. - Не убил, хоть и ненавидел люто, более того, помог бежать из Тайного Города и избежать дальнейшего преследования, рискуя собственной жизнью, ведь если бы Князь узнал об обмане...
   - И что? - голос командира элитного арната был абсолютно спокоен. Неестественно спокоен.
   - Я предположил несколько вариантов объяснения происходившего. Первое - какая-то очередная интрига Темного Двора. Князь умен и хитер, он интриган не меньше меня, просто не любит использовать этот свой талант. Второе - ты играешь на стороне моих врагов, которым зачем-то нужно, чтобы я оставался жив, но держался подальше от Тайного Города. Третье - ты просто сошел с ума. Четвертое... - тут Сантьяга пристально посмотрел в глаза молодого нава. И увидел в них заинтересованность и... надежду. Надежду на верное предположение. - Четвертое - ты не убил меня не потому, что так приказал Князь или мои враги, не потому, что сошел с ума, а потому, что не захотел. Просто не захотел меня убивать.
   Повисло грозившее затянуться надолго молчание. Черные глаза бывшего комиссара пытливо изучали лицо Веги, но даже сам Князь не всегда мог пробиться сквозь ледяной барьер, которым тот закрылся, отгородился от мира, и который олицетворяла его маска.
   Наконец Вега заговорил. Его голос словно распорол длившуюся десять минут тишину.
   - И к какому же выводу ты в результате пришел, Сантьяга? - негромко спросил он, подкрепляя свои слова магией.
   Сантьяга не смог бы ему сейчас солгать. Впрочем, он и не собирался.
   - Если ты не против, я буду излагать аргументы "против" в том же порядке, что и варианты объяснений.
   - Не против.
   - Первое. Конечно, Темный Двор затевал интриги и на больший срок, чем двадцать лет. Но Князь никогда, никогда не позволил бы мне бездействовать с только времени. Да и методы не слишком-то похожи на обычные методы Нави.
   - Ты хотел сказать - на твои методы? - не сдержавшись, усмехнулся Вега.
   - Возможно, - Сантьяга не стал спорить. Тем более, что молодой нав был не так уж далек от истины. - Таким образом, первую версию я отверг. Второе. Слишком сложно - это раз.
   - А два?
   - Два - я не верю, что ты можешь предать Навь и Князя. Особенно - Князя.
   - А я не верил, что предать сможешь ты! - жестко ответил Вега.
   Сантьяга скрипнул зубами.
   - Я действовал не по своей воле. Меня кто-то контролировал, я не знаю, кто, но, клянусь - они мне за это дорого заплатят! Впрочем, об этом потом. Итак, на чем я остановился? Ах да, конечно. Третье. Ну, это вообще не версия. Добавил, чтобы вариантов больше было.
   - Раньше за тобой не водилось привычки добавлять версии объяснений для количества.
   - Это было раньше, - огрызнулся нав в ответ. - В результате остался только четвертый вариант. Ты действительно просто не захотел меня убивать. Почему? Захочешь - скажешь.
   Вега склонил голову в молчаливом согласии, и впился взглядом в глаза собеседника, вынуждая того продолжать.
   - Я решил тебя найти. Найти и спросить, не передумал ли ты. А если не передумал... - он замолчал.
   - То что?
   - То просить помощи, - просто сказал Сантьяга.
   На этот раз молчание длилось дольше. Вега смотрел бывшему комиссару в глаза, и словно бы проваливался в прошлое. Чужое прошлое и чужой сон.
   Наконец он заговорил.
   - Я не передумал.
   Внезапно зазвонил телефон. Вега взял трубку, бросил взгляд на определитель номера, и коротко ругнулся.
   - Да, комиссар.
   Выслушав собеседника, он бросил: "Сейчас буду", и отключился. Сантьяга смотрел с любопытством.
   - Комиссар? И кто нынче занимает эту должность?
   - Ортега.
   - Ортега? Я думал, после моей смерти комиссаром станешь ты.
   - Когда я хотел тебя убить, - язвительно проговорил Вега, - мои мысли были далеки от карьеры.
   - Не сомневаюсь. Но по-моему, ты бы справился с этой работой лучше.
   - Князь тоже так считал. К счастью, мне удалось убедить Повелителя в обратном.
   - Да и в моем кабинете ты смотрелся бы гораздо гармоничнее, - пробормотал Сантьяга, словно бы не слышавший последнюю реплику гарки.
   - А я и так занимаю твой кабинет. Ортега предпочел другие помещения.
   - Я надеюсь, ты не отдал Князю мои картины.
   - Нет, - рассмеялся Вега. - Но кабинет немного переделал. Что же касается картин - мне и самому нравится Ивов. Есть в его работах... душа, что ли?... В общем, что-то есть.
   - Это хорошо, что ты их чувствуешь, - серьезно сказал Сантьяга.
   - Я знаю.
   Вега встал, поставил бокал на стол.
   - Ладно, Ортега обещал, что если я через десять минут не буду в Цитадели, Князь с меня шкуру спустит, и продаст шасам на чучело, - с этими словами он исчез в коридоре.
   Через пять минут Вега появился в дверном проеме уже полностью готовый, в неизменном костюме гарки, и с оружием. В руках он держал катану.
   - Возьми, - он протянул клинок Сантьяге, - это твое. Если Францеска проснется до моего возвращения, хоть я и надеюсь, что этого не произойдет, притворись, что тебя здесь нет.
   Рядом с гаркой закружился черный вихрь портала, и Вега исчез. А Сантьяга еще долго невидяще смотрел в одну точку, любовно поглаживая рукоять верного и любимого меча, оплетенную акульей кожей, и пытался понять мотивы действий молодого нава.
  

V

  

Птиций

Москва, Коломенское

3 октября, 23.55

  
   Птицию в тот день не везло. Категорически не везло. Послезавтра в "Ящеррице" должна была состояться премьера его нового шоу, а кроме идеи и рекламы у конца не было ровным счетом ничего. Точнее, было все, кроме главного исполнителя шоу.
   Управляющий самого популярного в Тайном городе клуба еще два месяца назад случайно зашел в какой-то человский бар низкого пошиба, и увидел там ЕЕ. Будущую звезду "Ящеррицы". Увидел - и два часа сидел на продавленном стуле за пластиковым столом, который явно видал лучшие годы, а мылся последний раз еще во времена правления людов. Сидел и пил дерьмовое вино.
   И слушал.
   Высокая стройная шатенка с карими глазами и приятным лицом. Ничего особенно, обычно Птиций таких и не замечал вовсе. Ну, не замечал ровно настолько, насколько вообще конец может не замечать женщину приятной внешности. Но у шатенки было одно огромное преимущество, благодаря которому она мгновенно покинула категорию обычных женщин, и попала в категорию женщин необычных. Она пела. И пела великолепно.
   Высокий чистый голос чуть неуверенно звенел в прокуренном зале. Птиций морщился от запаха табака, который, как и любой житель Тайного Города, не переносил, но слушал. И находил у человской певички все новые и новые достоинства. Внушающий уважение диапазон, хорошее владение вокальными приемами, пластика и техничность движений, задатки умения вести себя на сцене...
   Прикрыв глаза, конец уже видел девушку после того, как под его чутким руководством над ней поработают визажисты, хореографы, профессиональные преподаватели вокала... Он подберет ей соответствующий репертуар, найдет подходящий аккомпанемент, напишет сценарий... Перед глазами управляющего уже во всей красе представало будущее супершоу, в успехе которого Птиций не сомневался. Впрочем, после любви, которой пользовались "Терракотовые одалиски" и хор поющих химер, конец вообще не сомневался в том, что любое его представление заранее обречено на успех.
   Естественно, Птиций угостил певицу вином. Естественно, она поехала к нему. Естественно, оказалась в его постели. И пусть это была не самая лучшая ночь в жизни любвеобильного управляющего, но и к плохим ее отнести было никак нельзя. На следующий день конец выкупил у человского бара ее контракт и сел писать сценарий.
   Разумеется, было все - и истерики, и крики "А оно мне надо?", и литры эрлийских успокоительных коктейлей, и слезы... Но это было нормально. И пусть Птиций чуть не убил композитора - композитор давно привык к подобным покушениям на свою жизнь.
   Через месяц началась рекламная компания. Все было почти великолепно. Почти. Потому что день за днем присматриваясь к Ирине, он все четче понимал, что чего-то в ней не хватает. Да, сейчас она заткнула бы за пояс почти любую человскую певицу. Над девушкой поработали специалисты - Ира научилась пользоваться голосом, правильно двигаться, со вкусом выбирать одежду и косметику... Да что там говорить - за месяц Птиций и его ассистенты сделали из симпатичной провинциальной девчонки настоящую Женщину.
   И, несмотря на видимый успех - управляющий чувствовал, что шоу удастся - сам Птиций понимал, что чего-то в ее пении нет.
   Все же дни шли. Рекламная компания завершалась, большая часть столиков на премьеру были заказаны... Даже Вега обещал придти, хотя странного нава на премьеры обычно было не затащить. Не то, что Сантьяга, как-то мельком подумал и тут же осекся. Он вообще старался не упоминать имена "Сантьяга" и "Вега" вместе. Даже в мыслях.
   Особенно - в мыслях.
   Все же дни шли, и шли хорошо. До сегодняшнего утра.
   Сегодня Птиций позволил себе с утра немного понежиться в постели. Конечно, перед премьерой он никогда себе этого не разрешал, но случай был особым. Подготовка к шоу шла безупречно, и Птиций позволил себе немного расслабиться. Зря. Очень зря.
   Около десяти часов утра зазвонил мобильный. Тот, номер которого конец давал лишь очень узкому кругу друзей и ближайшим помощникам. Зло помянув некую интимную часть Спящего, управляющий потянулся за трубкой. Звонила Ирина.
   Абсолютно спокойным голосом будущая звезда "Ящеррицы" сообщила, что находится в Австралии, контракт считает разорванным, неустойка же лежит в нижнем ящике стола в кабинете Птиция. И повесила трубку.
   Весь день управляющий пытался ее найти. Но не малейших магических способностей у Иры не было, а все образцы ее тканей, по которым можно было бы провести поиск по генетическому коду, таинственным образом исчезли. Радужные перспективы лопнули, как мыльный пузырь.
   Но на этом дело не кончилось. Весь день Птицию не везло. Сломалась машина, вдребезги разлетелся мобильный, где-то соскользнул перстень с мизинца, выплеснулся горячий кофе на новые светло-розовые брюки... И ближе к вечеру конец понял, что серьезно пошатнувшееся за последние восемь часов душевное равновесие надо подправить. Хоть как-то.
   Сперва Птиций попытался напиться. Не получилось. То есть напиться, конечно, получилось, да еще как, но легче на душе от этого не стало. Тогда он принял нейтрализующий действие алкоголя эрлийский коктейль, и задумался о партнерше на ночь, но перед глазами тут же встала бывшая "будущая звезда "Ящеррицы"". В обнаженном, разумеется, виде. Птиций разбил об стену коньячный бокал из венецианского хрусталя. Затем подумал, и перебил остальные. И, наконец, решил подышать воздухом и попытаться найти выход из сложившегося положения.
   Бросив машину у тротуара - жители Тайного Города могли не бояться угонщиков - конец направился через парк к набережной. Постоял на гранитных оковах, пленивших холодные воды Москвы-реки, и собрался было уходить, но...
  
   Словно пробужденье, только - лишь на миг.
   Голос Провиденья в мой сорвался крик.
   Я устал от мыслей, от ненужных слов,
   От друзей коварных, преданных врагов
   От последних - горе, а от первых - боль...
  
   Голос невидимой певицы ничем не уступал Ирининому. И в нем было то, чего не хватало несостоявшейся звезде "Ящеррицы" - вдохновение, талант и душа.
   Птиций застыл обратившись в слух. Позже, вспоминая этот миг, он ловил себя на мысли, что тогда даже не думал, что загадочная певица сможет занять место Иры и спасти репутацию конца. Он просто слушал.
   Тем временем песня закончилась. Несколько секунд - и голос вновь зазвучал. Сильный и глубокий, с легкостью выпевая низкие ноты и тут же взмывая на пару октав, он затягивал почище гипноза. Остававшаяся невидимой девушка явно пела не свою песню - текст шел от лица мужчины - но пела, полностью вкладывая свою суть.
  
   Легче жить незрячим, проще быть глухим,
   Крепко засыпая на руках Судьбы.
   На осколках веры лишь монетный звон,
   Стражи-лицемеры охраняют сон.
   Боль тому, кто слышит. Горе тем, кто спит...
  
   Управляющий "Ящеррицы" в силу своих обязанностей переслушал массу певцов. И человских, поющих в самых различных жанрах, и не очень способных к магии фей Зеленого дома, желающих заявить о себе со сцены, и даже нескольких Малкавиан. Да что там говорить, он создал оперу из химер! Но такого пения, как сейчас, Птиций не слышал никогда.
   А девушка тем временем продолжала.
  
   Голос провиденья в мой сорвался крик.
   Боль рвет душу в клочья в этот странный миг,
   Голос мирозданья превратился в стон,
   Вместо пробужденья погружая в сон
   Боль тому, кто слышит. Горе тем, кто спит...
  
   Медленно, очень медленно, Птиций повернул голову. И увидел ее.
   Худенькая девушка в синем джинсовом костюме. Явно чел. Магические способности присутствуют, но на самом низком уровне, даже до феи не дотянет. Волосы, серебром разлившиеся по плечам и спине. В больших, синевато-стальных глазах, широко раскрывшихся при виде неожиданного слушателя - испуг, любопытство, и неприкрытый интерес.
  
   Аркана, не забывая изображать невезучую провинциалку, с непередаваемым удивлением уставилась на стоявшее на набережной существо. Низенький, абсолютно лысый толстячок, невероятно обаятельный, он был похож на человека. Но какой разумный человек даже в этом ненормальном мире наденет розовые брюки, белые ботинки, оранжевый в пурпурную полоску галстук, голубую рубашку и восхитительно зеленый пиджак? И вдобавок украсит все пальцы массивными перстнями. Она тут же послала мысленный запрос браслет-компу. Ответ пришел незамедлительно.
   Разумен, житель Тайного Города, входит в семью концев, вассальную семью Великого дома Людь. Концы отличаются веселым нравом, удивительной неагрессивностью, склонностью к беспечному образу жизни, любовью к яркой одежде и большому количеству украшений, пользуются невероятным успехом у женщин. Имя - Птиций, управляющий популярного клуба "Ящеррица", адрес...
   Аркана все запомнила. Кто знает, может, удастся через этого Птиция закрепиться в Тайном Городе? Только надо ему помочь - дракона всей своей натурой чувствовала исходящие от конца волны отчаяния. Все Всадники обладали сильными эмпатическими способностями.
   Но все эти мыли отступили на второй план с пониманием - он слышал, как она поет. И перед глазами девушки вновь встали картины прошлого.
   С тех пор, как Геллеростаенн ушел, никто не слышал пения Арканы. Даже вездесущий Дью прятался как можно дальше, и тихо радовался, что она успела стать Звездной Всадницей до того, как впервые встретилась с Контролирующими других вселенных - Безумными Бардами. Они сперва хотели взять ее в ученики, но Раадан объяснил им, что девушка уже является частью структуры, по принципу работы напоминающей Контролирующих. Барды вздохнули, еще раз восхитились невероятным талантом драконы, и отбыли восвояси, чему дух-хранитель был крайне рад. Конечно, судьба Звездного Всадника тяжела, но все же не идет ни в какое сравнение с судьбой тех же Бардов.
   И все же Аркана пела. Редко, очень редко, впадая потом в депрессии и получая нервные срывы драконьих масштабов, но пела.
   Когда была уверенна, что ее никто не слышит.
   И вот сейчас перед ней лысый толстячок в невозможном попугайском костюме. И он слушал ее пение как минимум минут мять. Аркана не вставая подалась назад, готовая в любой момент вскочить и бежать. А то и лететь.
  
   Птиций заметил движение девушки.
   - Подожди! - она изумленно на него посмотрела. В глазах плескался страх. - Подожди, я не причиню тебе вреда! - повторил конец, понимая, что звучит это по меньшей мере глупо. Когда и какой маньяк предупреждал намеченную жертву о своих намерениях?
   Но Аркана остановилась. Быстрым плавным движением поднялась на ноги. Она не чувствовала, чтобы от Птиция исходила какая-либо угроза. Наоборот, он сам искренне хотел ей помочь, несмотря на то отчаяние, в котором сам пребывал.
   - Не убегай, - еще раз тихо попросил он.
   Вроде бежать сереброволосая раздумала, но страх из глаз пропал не полностью.
   - Спой, пожалуйста...
   Аркана вздрогнула. Последний раз она слышала эту фразу от Барда. Тогда у нее началась дикая истерика, а Дью чуть не попытался убить невезучего Контролирующего, который уже обрадовался найденной ученице. До того дракона слышала эти слова только от Геллеростаенна. Но, неожиданно для себя, она поняла, что хочет петь. Нет, петь для себя и только для себя она любила и хотела всегда, а вот для кого-то... Геллеростаенн навсегда отбил у нее любовь к публичным выступлениям.
   Не отрывая взгляд от Птиция, Аркана опустилась обратно на траву.
   Потянулись долгие секунды.
   Наконец девушка закрыла глаза. И ее голос острейшим клинком прорезал воздух, вспорол реальность и вывел конца на иной уровень. Чего? Души, наверное...
   Севший на траву футах в десяти от певицы Птиций откровенно любовался ею. И вдруг поймал себя на мысли, что совершенно не хочет затащить ее в постель. Она была слишком... неземная, что ли? Если бы он верил в ангелов, то мог бы предположить, что за спиной сереброволосой прячется пара белых крыльев с длинными перьями. Или серебряных. Или без перьев...
   Знал бы управляющий, насколько было бы близко к истине его гипотетическое предположение...
   Закончилась одна песня, за ней началась другая. Большинство были на русском языке, иногда - на английском, некоторые - на неизвестных Птицию наречиях, одна безумно напоминала навскую речь.
   Так они просидели час. И весь этот час она пела.
   Наконец девушка замолчала. Замолчала, и уставилась на берег реки замершим взглядом.
   - Уже два часа ночи. Я могу отвезти тебя домой, - предложил конец.
   - Мне некуда ехать, - Аркана безразлично пожала плечами - этот час оказался для нее куда более тяжелым испытанием, чем она предполагала.
   - Как это? - изумился Птиций. Ему не приходило в голову, что такое бывает.
   - Просто. Я приехала в Москву поступать... - дракона коротко изложила подготовленную легенду.
   - Ты можешь переночевать у меня, - произнося эти слова, управляющий имел ввиду только то, что говорил. Просто переночевать.
   Аркана весьма правдоподобно изобразила на лице оскорбленную невинность. Изобразила потому, что знала - Птиций не испытывал к ней сексуального влечения. Просто не мог. Ни один мужчина в мире не смог бы сейчас ее захотеть.
   Магия Звездных Всадников была очень сильна и разнообразна. Аркана подготовила заклинание, едва получила информацию о своем новом знакомом. И через пять минут после начала разговора активировала его, учитывая репутацию концев, как неисправимых донжуанов.
   Заклинание работало. И Птиций смутился.
   - Прости, я не хотел сказать ничего такого, что могло бы тебя обидеть. Просто если тебе негде переночевать, то ты можешь переночевать у меня. Разумеется в отдельной комнате. Или... - конец быстро достал бумажник. - Возьми хоть на отель.
   Девушка плавным движением отстранила руку с несколькими крупными купюрами.
   - Лучше к тебе.
   Спустя полчаса они подъехали к дому Птиция.
   - Как тебя зовут?
   - Птиций.
   - Алена.
  

Вега

4 октября,11.02

Цитадель

  
   Выйдя из портала в своем кабинете, Вега едва не столкнулся с Ортегой.
   - Князь ждет тебя, - холодно проговорил комиссар Темного Двора. С тех пор, как командир гарок занял освободившуюся должность боевого лидера Нави, он очень изменился. Впрочем, его отношение к Веге изменилось еще раньше - когда гарка с телом Сантьяги на руках шел по двору Цитадели, а на темных плитах за его спиной черная кровь жертвы смешивалась с черной кровью убийцы. Ортега до безумия ненавидел Вегу.
   - Добрый день, комиссар, - гарка склонился в изящном поклоне. - Пожалуй, невежливо вынуждать Повелителя ждать.
   И вышел из кабинета. Вздохнул, вспоминая времена, когда Ортега был его другом, и тут же резко себя оборвал - то были не его воспоминания.
   Князя он нашел в его кабинете в башне.
   Здесь ничто не изменилось за прошедшие годы, как не менялось в течение многих лет, веков и тысячелетий. Все та же неоднородная тьма царила здесь, скрывая истинные размеры помещения, все то же деревянное кресло с высокой прямой спинкой, все тот же огромный стол, у которого стоял Князь, изучавший какую-то книгу. Вега приблизился, опустился на одно колено.
   - Вы звали меня, Повелитель?
   - Да. Еще с утра. Встань.
   - Уже вечер? - невинно осведомился гарка, стремительно-хищным движением поднимаясь на ноги.
   - Не язви.
   - Что случилось?
   - Я многое понимаю и со многим смиряюсь, но объясни, что ты устроил этой ночью в "Ящеррице"?
   Вега только усмехнулся про себя. Князь смиряется, конечно... Как бы не так!
   - Я всего лишь указал нескольким зеленым и компании рыцарей на недопустимость некоторых поступков и слов. В доступной их пониманию форме, разумеется.
   - Да? А что тогда значит вот это? - Князь взял со стола листок бумаги, на котором мелькнул орденский единорог и горностай личной печати магистра одноименной ложи.
   - А что это? - недоуменно ответил Вега на вопрос тем же вопросом.
   - Это обвинение в твой адрес от Себастьяна де Лока, магистра ложи Горностаев.
   - Обвинение в чем? - нав опешил.
   - В похищении его единственной дочери, Францески де Лок, - усмехнулся Князь, сминая листок.
   - Похищение?!?
   - Именно. Так что придется тебе съездить в Бастион и объясниться с де Локом. Предупреждаю сразу - если это не провокация, то на прикрытие с моей стороны можешь не рассчитывать.
   - Это не провокация, это следствие непонимания между отцом и дочерью, - усмехнулся гарка.
   - Мне это не интересно, - оборвал его лидер Нави. - К магистру ты поедешь сегодня же.
   - Съезжу и объяснюсь, - клятвенно заверил Вега.
   - Хорошо. Теперь поговорим о деле. Что ты знаешь о гробнице Тамерлана?
   - Только то, что о ней рассказывается в общей истории, и то помню плохо, - признался молодой нав.
   - Придется вспомнить и изучить. Ты знаешь, что вместе с Тамерланом в гробнице захоронено несколько сильных магических артефактов?
   - Слышал. Кажется, по легендам среди них был Посох Волхвов.
   - Не по легендам. Но именно был.
   Вега подобрался, вопросительно подняв глаза на Князя. Он понял, что вот теперь тот действительно начнет говорить о деле.
   - Десять дней назад группа челов вскрыла гробницу Тамерлана. Помимо всего прочего, не представляющего интерес для Темного Двора, они похитили Посох Волхвов. Вся имеющаяся информация - здесь, - он протянул Веге небольшую книгу, которую изучал до прихода нава, и нетолстую папку. - Ты вместе со своим арнатом вылетаешь в Самарканд послезавтра. Мне нужен Посох.
   - Хорошо, Повелитель. Я закажу билеты на самолет.
   - Можешь идти.
   Гарка почтительно поклонился, и направился к двери.
   - Вега! - остановил его голос Князя почти на пороге. - Вега, ты не замечал в последнее время за Ортегой каких-нибудь странностей?
   - Нет, Повелитель. А в чем дело? - вопрос лидера Темного Двора несколько обескуражил нава.
   - Мне кажется, что следовало все же назначить тебя комиссаром. Ортега, похоже, унаследовал от Сантьяги не только должность, но и дурные манеры. Он уже садится на край стола! Видимо, - из-под капюшона раздался глухой смешок. - Скоро он явится ко мне в белом костюме!
   Вега вздрогнул.
   - Я могу идти? - осведомился он, вложив в голос столько льда, сколько мог позволить в разговоре с Князем.
   - Иди.
   Гарка сухо поклонился и вышел из зала, коротким взглядом показав Повелителю свое мнение по поводу шутки.
   А высший иерарх Великого дома Навь лишь усмехнулся ему вслед. Он никогда и ничего не делал просто так. И этот случай не был исключением.
  
   После разговора с Князем Вега заперся в своем кабинете, достал из бара коньяк, уселся в кресло и, закинув ноги на стол - эту привычку он от Сантьяги все же подцепил - задумался.
   Задание, порученное Повелителем, нельзя было назвать легким. Впрочем, сложным оно не являлось. Обычное задание для Веги и его дюжины. Куда больше гарку беспокоило обвинение де Лока. О свалившемся, как весенний снег на голову, Сантьяге даже думать не хотелось.
   Картина происшествия на данный момент вырисовывалась следующая: несколько челов неведомым образом проникли в настоящую - не ту, что для туристов - гробницу Тамерлана, вынесли кучу безделушек, часть которых является артефактами, преимущественно разрядившимися от времени, а также прихватили легендарный человский артефакт - Посох Волхвов. Как похитители проникли в надежно защищенную от нежелательных гостей гробницу - неизвестно. Как смогли выбраться оттуда живыми - неизвестно. Почему Посох не найти магическими средствами - неизвестно.
   Из отчета дежурного гарки, вложенного в папку вместе с приблизительным планом подземелий гробницы и парой исторических документов, не несущих особой ценности, следовало, что о происшествии доложил Богдан Треми - Хранитель гробницы. Он проводил плановую проверку при помощи специального артефакта, и обнаружил исчезновение Посоха и прочей мелочевки. В саму гробницу, естественно, спускаться не стал.
   - Интересно, почему естественно? - пробормотал Вега себе под нос. - И что за артефакт?
   И взялся за чтение книги.
   Бокал опустел, изученные документы легли в папку, последняя страница небольшого фолианта была перевернута, стрелки часов подбирались к двенадцати. Гарка положил томик на стол, налил коньяк в бокал, и заметил, что руки у него трясутся. Выругался, приложился к горлышку, пытаясь осознать прочитанное. Получалось плохо.
   - Нет, так дело не пойдет, - сказал нав сам себе. - Надо успокоиться и отвлечься.
   Вега взял телефон и по конференц-связи набрал двенадцать номеров, выделенных в одну группу.
   - Я жду всех в своем кабинете. Если надо - стройте порталы. Это срочно.
   И повесил трубку. Это было действительно срочно, и командир элитного арната ни на секунду не сомневался в том, что через десять минут вся его дюжина, двенадцать лучших воинов Темного Двора, будут здесь. А пока надо было урегулировать еще один вопрос.
   Гарка включил компьютер, открыл базу данных и нашел интересующий его номер телефона. Улыбнулся неожиданной мысли и, вбив номер в память мобильного, нажал клавишу посыла вызова.
   Абонент ответил почти сразу.
   - Добрый день, Вега.
   - Здравствуйте, магистр де Лок.
   - Я ждал вашего звонка. Думаю, вы догадываетесь о моем желании с вами встретиться.
   - Разумеется. Но даже не представляю, какова его причина.
   - Как, разве Темный Двор не получил мое обвинение? - притворно удивился Себастьян.
   - О, вы подарили Князю пять минут жизни!
   - То есть? - на сей раз изумление магистра ложи Горностаев было истинным.
   - У челов есть забавное поверье, - откровенно наслаждаясь моментом, пояснил Вега. - Они считают, что смех продлевает жизнь на пять минут.
   Де Лок вежливо усмехнулся, но тут же оборвал себя.
   - Я жду вас через час на Чистых Прудах. Надеюсь, вы сможете придти?
   - Боюсь, что нет. Только в два.
   - Хорошо, тогда ровно в четырнадцать ноль-ноль.
   - Договорились. До встречи, магистр.
   - До встречи.
  

VI

  

Олег

Штаб-квартира Команды

3 октября, 23.46

  
   Окно было распахнуто. Свежий осенний ветер влетел в комнату, растрепал волосы Олега, пошелестел бумагами на столе и, удовлетворив свое любопытство, умчался дальше. Молодой человек отбросил выбившуюся прядь за ухо, достал сигарету, закурил, облокотившись на подоконник.
   Под окном многоэтажки, несмотря на поздний час, ползли машины. Олег прищурился, пытаясь углядеть среди всех джип Аллы, но джипов было слишком много, один из десяти одинаковых мог принадлежать ей. Сверху номеров видно не было, а использовать артефакты Юрик запретил строго.
   - Опять ты куришь в квартире... - произнес укоризненный голос за его спиной. Олег обернулся.
   - Римма, я же у окна... Все мгновенно проветривается.
   - Все равно, - упрямо заявила вошедшая в комнату светловолосая девушка в джинсах и мужской рубашке. - Алла приедет?
   - Да. Она звонила, предупреждала, что задержится, - Олег последний раз затянулся и с огорчением выкинул окурок за подоконник.
   - Не объяснила, почему?
   - Нет, сказала только, что это важно и касается нашего дела. Все остальные уже здесь?
   - Да.
   Раздался звонок в дверь. Римма скрылась в коридоре, щелкнули замки, и в квартиру вошла миниатюрная черноволосая женщина. Олег бросил взгляд на парковку под окнами, и тихо выругался - он все-таки пропустил приезд Аллы. Джип стоял у подъезда.
   - Добрый вечер, Олег. Я надеюсь, все в сборе?
   - Все, кроме Инны.
   - Я знаю, она выполняет мое задание, - Алла повесила куртку на крючок. Она выглядела очень возбужденной, хоть и тщательно пыталась это скрыть. - Римма, собирай всех в большой комнате.
   Спустя десять минут все, находившиеся в квартире, собрались в тридцатиметровой зале. В подсвечниках на стенах и на полу теплились огоньки свечей, окна были плотно зашторены, пол услан коврами. Мебели в помещении не было, двадцать человек разместились вдоль стен, Алла сидела в центре.
   - Я не стану сейчас говорить красивые фразы о нашей цели. Вы все это знаете, это у вас в душе. Если кто-то сомневается - я прошу его покинуть квартиру. Это последний шанс, все оставшиеся будут повязаны намертво. Либо вы добьетесь успеха, либо погибнете. И я вместе с вами. Ну, так что, кто-нибудь хочет уйти? - она обвела собравшихся взглядом, но никто даже не шелохнулся. - Мой план вступает в завершительную стадию, но он оказался под угрозой. Сантьяга вернулся в Тайный город.
   По зале разнесся дружный вздох.
   - Надо подкинуть информацию Веге, он же ненавидит бывшего комиссара! - тут же предложил Юрик. - И он взбесится, узнав, что в тот раз Сантьяга обвел его вокруг пальца.
   - Зачем такие сложности? - Римма мгновенно вклинилась в спор. - Разве мы недостаточно сильны, чтобы просто убить Сантьягу?
   - Я считаю, что надо начать с устранения...
   Спор разрастался, грозя накрыть волной всех. Один Олег не участвовал в нем. Он имел свое отдельное мнение.
   - Хватит! - Алла говорила негромко, но ее голос заставил всех замолчать. - Олег, я вынуждена признать, что ты, скорее всего, был прав. Вега не собирался убивать Сантьягу. Я узнала, перед экспедицией в Тибет он приобретал документы на имя Джейка Сантаса в "Шась Принт". И билеты на это имя.
   - Джейк Сантас... - задумчиво протянула Ирина. - Это ведь имя, под которым Сантьяга прожил в Техасе почти семь лет.
   - Да. Я же говорил, что Вега помог Сантьяге бежать, - Олег усмехнулся. Он долго доказывал и отстаивал свою догадку, а теперь наконец Алла признала его правоту. Жаль, что только сейчас...
   - А я не понимаю, чем нам это грозит? Ну и что с того, что Сантьяга вернулся, он же не имеет доступа к ресурсам Цитадели, и вынужден скрываться, не так ли? - Алиса была в команде Аллы всего три года, и на собраниях обычно молчала, ограничиваясь одним-двумя комментариями, участием в голосованиях - всегда на стороне большинства - и редкими вопросами. Проблема была в том, что обычно эти вопросы заставляли задуматься... Олег ее очень не любил, и не понимал, почему Алла покровительствует Алисе. Нет, разумеется, он не думал о том, чтобы выгнать девушку из команды - их и так было слишком мало, а удастся ли найти еще кого-нибудь, было неизвестно, но...
   - Это так, - не стала спорить Алла. - Но я не хочу недооценивать нашего противника. Мы не знаем, что удалось выяснить Сантьяге, если, конечно, хоть что-то удалось, но я помню печальный опыт моей несчастной сестры. Она недооценила комиссара, и заплатила за это своей жизнью.
   - Мне кажется, что мы слишком мало знаем, чтобы принимать какие-то серьезные решения, - Олегу все это смертельно надоело. Он хотел как можно быстрее закончить собрание и поехать домой, забрав с собой Аллу. - Мы должны выяснить, в каких отношениях находятся Сантьяга и Вега, не намеревается ли гарка помогать бывшему комиссару, и не подозревают ли они что-нибудь.
   - Ты прав, - судя по лицу Аллы, ее желания совпадали с желаниями Олега. - Кто-нибудь хочет взять это на дело на себя?
   - Я могу, - лениво пожала плечами Римма. - Мне неплохо удается прятаться.
   - Значит, ты этим и займешься.
   Еще полчаса ушло на утрясение мелких вопросов и отчеты о проделанной за неделю работе. Олег все это время изнывал от скуки и мял в пальцах сигарету - Алла строго запрещала курить в зале собраний.
   Наконец она поднялась на ноги.
   - На сегодня все. Римма, приступай прямо сейчас, информацию я тебе переброшу. Жду твой отчет завтра вечером. Остальным - до следующей пятницы.
   Олег молчал, пока они спускались по лестнице, пока садились в машину, пока Алла скидывала Римме на е-мэйл информацию.
   - Что ты думаешь по поводу Сантьяги? - тихо спросила женщина, легко касаясь пальцами его руки.
   - Как обычно, - Олег пожал плечами. - В любом случае, нам пока нечего ему противопоставить.
   - А как насчет его возможной дружбы с Вегой?
   - Поведение гарки не оставляет возможности поверить, что между этими навами может быть что-либо, кроме ненависти, но сведения о заказе Веги в "Шась Принт" говорят обратное... Вега - хороший актер, он может изобразить что угодно, если ему это надо.
   - А зачем ему мог понадобиться Сантьяга?
   - Не знаю... Какие надежды ты возлагаешь на Римму?
   - Еще не уверенна, но... Если подозрения подтвердятся, и Вега помог Сантьяге бежать, то мы можем попросту использовать тактику Нави - натравить одних наших врагов на других.
   - Князя на Сантьягу и Вегу?
   - Да.
   - Неплохая мысль... - Олег задумался. - Конечно, повелитель Темного Двора не простит Веге обман, а Сантьяге предательство, но что если они смогут убедить его в том, что все произошедшее - какая-то их хитрая интрига?
   - Мы же не будем просто подсовывать Князю информацию... - Алла усмехнулась. Несмотря на внешнюю молодость, ей было немногим меньше двухсот лет, и чего-чего, а цинизма ей было не занимать. - Они скажут, что это их интрига? А мы докажем, что это интрига с целью захватить власть над Навью.
   - Алла, а кто мы такие, чтобы всесильный Князь Темного Двора нам поверил? Тем паче, что мы будем обвинять в серьезном преступлении не кого-нибудь, а этих двоих...
   - Мы? - она расхохоталась. И Олег уже понял, как она ответит. - Мы - кто угодно!
   За рулем сидел Вега.
   - Прекрати, - попросил молодой человек. - Терпеть не могу эти фокусы.
   - Ладно, ладно, - улыбнулась Алла, принимая истинный вид. Впрочем, Олег иногда сомневался - а истинный ли он? Кто прячется под маской обольстительной красавицы, обладающей по-мужски аналитическим умом и стальной хваткой? Она сама сказала - кто угодно. Хоть сам Князь.
   - Любимая, будь сегодня просто собой, - тихо проговорил Олег. Его рука накрыла ладонь Аллы...
  

Дюжина Веги.

Кабинет командира

4 октября, 12.10

  
   - У нас задание от Князя. Вылетаем послезавтра вечером.
   - Что за дело? - тут же спросил Дага, самый молодой и горячий. Сын Диеги и Сантьяги.
   - Паршивое дело. Ограблена могила Тамерлана. Похищен Посох Волхвов.
   - А что в нем паршивого?
   - Кто-нибудь из жителей Тайного Города под подозрением? - поинтересовался Вельга.
   - Нет. Это работа челов, не имеющих отношения к Тайному Городу. Почему паршивая - поймете.
   - Никто, кроме знающих тайну гробницы, не способен проникнуть в ее сердце. Командир, это не могли сделать челы, - в противоположность Даге, Варга был старшим навом в арнате. Если он что-то говорил с такой уверенностью, то к его словам стоило прислушаться.
   - Варга, расскажи, пожалуйста, то, что знаешь. Почему ты уверен, что челы не могли узнать тайну гробницы?
   - Знать-то они могли, но знать и иметь возможность использовать знание - это разные вещи.
   - Ты знаешь об этом больше остальных, за исключением Айвенги и меня, - рассмеялся Вега. - Расскажи.
   - Артефакты челов, спрятанные там, были захоронены раньше Тамерлана, - гарка удобно устроился в кресле, настраиваясь на долгий рассказ. - Я бы даже сказал - не артефакты в могиле, а могила в хранилище артефактов.
   Когда умер брат Тамерлана, очень сильный человский маг, он оставил после себя множество артефактов, в том числе посох, впоследствии названный Посохом Волхвов. В нем заключены великие знания, часть которых утеряна даже Великими домами. А часть и вовсе никогда не попадала им в руки. По сути, Посох Волхвов - это часть легендарной библиотеки асуров, и часть немалая.
   Когда об этом узнали Великие дома, разумеется, они попытались завладеть Посохом. Но брат Тамерлана был очень сильным магом, по уровню приближающимся к уровню Хранителя Черной Книги. Он и после смерти смог защитить свои сокровища. Люды потеряли у могилы почти всю Дружину Журавля и восьмерых баронов из десяти. Чудь лишилась половины командоров войны и почти всех рыцарей ложи Камелопарда, вследствие чего ложа перестала существовать. Мы... Там осталось три полных арната. Ортега тоже там побывал, он может многое рассказать. Я потерял там свой арнат - тень скользнула по лицу Варги. - Там все сражалось против нас. Абсолютно все. Камни, трава, воздух... И чудовища. Меня не напугать десятком черных морян в боевых шкурах, но не хотел бы я вновь оказаться в том побоище. Мы не видели, с кем сражаемся. Они были похожи на сгустки тумана, жуткие порождения тени - столь же неуловимые, столь же неуязвимые. Но разили они насмерть. Их оружие не было обсидиановым, но эффект имело такой же. Они били один раз. Наверняка. Тридцать пять навов не вернулось от могилы Тамерлана. Это потрясло даже Сантьягу - тут Варга осекся и посмотрел на командира. Тот задумчиво изучал содержимое своего бокала.
   В наступившей тишине Вега оторвался от созерцания коньяка и поднял взгляд на Варгу. Тот замер. В его глазах читался вопрос.
   Никто из элитного арната никогда не упоминал имени Сантьяги в присутствии командира, но Варга слишком увлекся рассказом.
   Вега посмотрел гарке в глаза. Его губы искривились в подобии улыбки.
   - Продолжай.
   - Комиссар сам отправился в подземные коридоры, ведущие к самому тайнику. И едва унес оттуда ноги. Причем не куда-нибудь, а в Московскую обитель при помощи едва успевшей сработать "дырки жизни". После этого инцидента главы Великих домов забили тревогу.
   - Еще бы, - усмехнулся Вега. Если сам Сантьяга был вынужден бежать через "дырку жизни".
   В кабинете повисла гнетущая тишина. Все осознавали, на какую скользкую дорожку ступил Варга, помянув бывшего комиссара при командире. Разумеется, все помнили, что Вега поклялся никогда не убивать навов, поклялся страшной, нерушимой клятвой, и клятва эта была принята самим Великим Черным. Но все же ни один из арната не хотел приводить Вегу в бешенство. Как и напоминать ему о том, о чем он пытался забыть. Всем был памятен случай с Ортегой.
   Когда через неделю после смерти Сантьяги Вега вновь появился в Цитадели, бывший командир гарок, в тот момент уже комиссар, тут же вызвал его на бой. Ортега был великолепным воином, не слабее своего противника. Тем более тот еще не до конца оправился от ран и долгой, изнурительной погони без отдыха. Но всех, наблюдавших за схваткой, поразило то, что Вега даже не пытался нападать. Ортега несколько раз его серьезно ранил, и молодого нава спасло лишь появление Князя.
   После того случая Ортега провел в кабинете повелителя Темного Двора три часа, после чего неделю ходил бледнее самой Смерти. Вега три месяца не появлялся в Цитадели, а когда вернулся, Князь вызвал к себе обоих. Ортега приобрел мертвенную бледность еще на три дня. Вега - на двадцать.
   Но Варга запомнил другой момент. Он первый подбежал к лежащему в луже собственной крови - оружие новоявленного комиссара было обсидиановым - Веге. И именно он услышал слова, сорвавшиеся с губ нава перед тем, как тот потерял сознание.
   - Никогда я не убью нава, - побелевшими губами шептал Вега в полубреду. В его глазах стояла боль. - Никогда не отниму жизнь брата....
   Варга встряхнул головой, отгоняя воспоминания.
   - Великие дома забили тревогу, - повторил он. И на Совете Князь, королева Ангелина, и великий магистр Эдгард де Вальен решили запечатать гробницу вместе с ее чудовищами. И запечатали. Так, чтобы никто не смог в нее проникнуть, и никто не смог из нее выбраться. Правда, я не знаю, как они это сделали...
   - Второе-то зачем? Там что, оставался кто-то живой? Или эти порождения тени могли из нее выбраться? - поинтересовался Дага.
   Вега тяжело вздохнул Задание плавно перетекло в категорию очень сложных. Впрочем, он это понял еще из отчетов, собранных в книге. В том числе из отчета Варги.
   - Причина второй части печати в тех, кто чуть не убил Сантьягу, - объяснил молчаливый обычно Айвенга. - Даже он не мог ничего противопоставить трем арнатам гарок, двадцати шести командорам войны, полусотне рыцарей и Дружине Журавля, которых не брали ни магия, ни стал, ни обсидиан.
   По кабинету пронесся вздох ужаса. Впечатлительный Дага смертельно побледнел.
   - Сантьяге пришлось сражаться с неуязвимыми мертвецами, - глухо проговорил Варга. - Брат Тамерлана был не просто магом. Он был мастером во всех отраслях магии, но его специализацией была некромантия. Удивительно, что Сантьяга вообще выбрался оттуда.
   Повисло тяжкое молчание. Гарки, воины Темного двора, входящие в пятерку лучших бойцов Тайного города, не ведали страха. Но сейчас им было жутковато.
   Минут через пять Вега собрался с силами и заговорил.
   - Главы великих домов не сразу решили, как закрыть подземелья. Оптимальный вариант нашел все тот же Сантьяга. По его настоянию гробницу Тамерлана запечатали так же, как последнюю Железную крепость.
   - Кровью Князя?!? - не выдержав, вскрикнул Дага.
   - Да. И королева, и великий магистр понимали, что хоть их жизни и долги в сравнении с жизнями челов, навы живут гораздо дольше. Даже обычные навы, что уж говорить о повелителе Темного Двора... Поэтому я согласен с Варгой - не могли несколько челов проникнуть в гробницу, взломав печати, добраться до самого тайника, вынести артефакты, в том числе Посох Волхвов, и выбраться оттуда живыми, - Вега устало потер виски. - Завтра я поговорю с Князем, а пока будем считать, что наша задача - вернуть Посох, кто бы его не похитил. До завтра - все свободны.
   Гарки ушли. Вега залпом осушил бутылку коньяка - в ней оставалось около трети - и посмотрел на часы. Нав выругался, и начал строить портал, благо маяк в Коломенском у него был.
   Информация, полученная им из книги, а потом подтвержденная рассказом Варги, затягивала. Некромантия... Ни один аркан Нави, Чуди или Люди, ни одна дисциплина Крови, да что там говорить, никакая используемая жителями Тайного города магия не строилась на принципах некромантии.
  

Вега

Тайный Город, Коломенское

4 октября, 13.10

   Когда Вега оказался в Коломенском, было десять минут второго. Ожидавший его за столиком открытого кафе чуд укоризненно постучал ухоженным пальцем по циферблату дорогих часов.
   - Вега, о вашей пунктуальности слагают легенды. Я не могу поверить, что они не имеют под собой реального основания.
   - Простите, магистр, меня задержали.
   - Не буду спрашивать, кто... или что? Пожалуй, я догадываюсь, о чем идет речь. Рассказ о могиле Тамерлана, не так ли?
   - Ваша осведомленность делает вам честь, - ответил гарка, с трудом скрывая досаду. Пронырливый старый хорек, подумал он.
   - Как вам - ваше самообладание. Вы уже знаете, что нам предстоит работать вместе? Я представляю Орден так же, как вы представляете Навь.
   Не успел Вега ответить, как у него зазвонил телефон.
   - Я забыл тебя предупредить - Чудь и Людь тоже подключаются к расследованию, - сказал Князь.
   - Благодарю, я уже знаю.
   - Вот и прекрасно, - лидер Темного Двора повесил трубку.
   - Это и раньше было делом всех трех Великих Домов, и мы пришли к выводу, что с тех пор ничто не изменилось, - вновь улыбнулся Себастьян.
   - Не могу с вами согласиться - с тех пор изменилось многое. Но не относительно гробницы Тамерлана, это верно. Магистр, извините, но у меня не так много времени, так что давайте перейдем ближе к делу, - постоянная белозубая улыбка Горностая начала раздражать нава.
   - Хорошо. От Ордена поедут пятнадцать чудов - я, трое командоров войны, пять рыцарей-узурпаторов из ложи Горностая, четыре мстителя, двое предсказателей.
   - От Темного Двора - я, мой арнат и, возможно, двое-трое масанов.
   - Интересно, сколько отправит Зеленый Дом, - задумчиво проговорил де Лок. - Не меньше тридцати, наверно.
   - Если не больше, - ухмыльнулся Вега. Ему не впервые было работать с представителями других Великих домов, и гарка привык в компании рыцарей подшучивать над людами. Впрочем, он с не меньшим удовольствием вместе со знакомыми ведьмами высмеивал рыжих чудов.
   - Здесь вся информация по гробнице Тамерлана, которой располагает Орден, - сказал Себастьян, выкладывая на стол мини-диск.
   - К сожалению, у меня нет с собой информации Темного Двора, но я сейчас же, как только доберусь до Цитадели, перешлю ее вам по е-мэйлу.
   На этот раз улыбка чуда получилась кислой. Конечно, он уже отдал свою информацию, теперь навы передадут ему лишь то, что в Ордене и так известно.
   - Хорошо, буду ждать.
   - На этом, магистр, я с вами попрощаюсь, - маленький конверт с мини-диском уже исчез в длинных пальцах нава, Вега легко поднялся на ноги и изящно поклонился.
   - Нет, - первый раз с начала разговора в голосе де Лока зазвучала сталь. Гарка недоуменно обернулся. - Ты же не думаешь, что мое "обвинение" было лишь шуткой и поводом для встречи?
   - Не думаю, - Вега ответил очень осторожно. Он с легким раздражением отметил, что не понимает, куда клонит чуд.
   - Я давно за тобой наблюдаю, а с того момента, как ты убил Сантьягу, и вовсе не спускаю с тебя глаз, - при словах о Сантьяге глаза гарки сузились. В непроницаемом антраците загорелся опасный огонек. За этот день Веге так часто напоминали о бывшем комиссаре, что не сиди сейчас этот комиссар в вегиной квартире, то Себастьян де Лок имел бы бой с крайне взбешенным навом.
   - И чем же я вызвал такой интерес? - ледяным голосом осведомился он.
   - О, хотя бы своим появлением из ниоткуда, - радостно объяснил магистр. И тут же вновь стал серьезен. - Сейчас я вижу, что не зря потратил столько сил и средств. Раз уж моя дочь связалась с навом, то пусть это будет знакомый нав.
   - Магистр де Лок, я считаю, что в данном контексте слово "связалась" неуместно, более того, оскорбительно для мадемуазель Францески, - Вега говорил спокойно и очень тихо. Очень тихо и очень опасно. - Я прошу вас выбирать слова.
   Себастьян посмотрел на собеседника с нескрываемым удивлением.
   - Тебе следовало родиться чудом.
   - Мне следовало родиться навом, я им и родился, - резко ответил гарка. Может, даже слишком резко.
   Де Лок лишь покачал головой.
   - Я надеюсь, сегодня вечером ты привезешь мою дочь домой.
   - Сегодня вечером я отвезу мадемуазель Францеску туда, куда она скажет. Если же она примет мое приглашение, то завтра, например, я отвезу ее в "Ящеррицу". Завтра там новое шоу - Птиций обещал фурор. Приятного дня, магистр, - и Вега, едва сдерживая ярость, направился к причалу.
   Себастьян лишь головой покачал. Магистр ложи Горностая давно разменял семнадцатый десяток лет, и хотя выглядел моложе и крепче большинства своих сверстников, годы брали свое. "Старый хорек" - называли его за глаза, но де Лок не обижался. Сейчас он был озабочен неожиданно свалившимся на голову расследованием похищения Посоха Волхвов. И еще прибавилось проблем с дочерью. Как ей в голову пришло поехать куда-то с навом? Впрочем, как удалось узнать магистру, как раз нав проявил себя с лучшей стороны, в отличие от чудов.
   Но чтобы дочь Горностая крутила роман с навом?
  
   Тем временем Вега уже немного успокоился. Он поднялся на верхнюю палубу экскурсионного парохода, заказал бутылку коньяка, и, достав мобильный, набрал номер.
   Механический голос предложил ему оставить сообщение после сигнала. Гарка выругался, но последовал инструкциям.
   " - Привет, Злата. Это Вега. Если собираешься послезавтра в Азию - позвони, а лучше приходи в течение получаса..." - и назвал координаты.
   Она появилась через пятнадцать минут. Высокая, спортивная, в джинсах и зеленой блузке - что поделать, у людов страсть к зеленому в крови, и черной ветровке. Светлые волосы коротко подстрижены и художественно растрепаны ветром.
   Вега с удовольствием наблюдал за ней с верхней палубы, и заказал бутылку белого сухого.
   Злата легко взбежала наверх.
   - Добрый день, Вега, - ее губы символически коснулись маски нава - там, где была щека.
   - И ты здравствуй, - в ответ гарка легко поцеловал ее в висок и на мгновение сжал пальцы.
   Злата была самой молодой в истории Зеленого Дома фатой. Ей было тридцать лет, с Вегой она познакомилась двадцать один год назад во время войны Великих домов Навь и Людь.

Злата

Тайный Город

Двадцать один год назад

  
   Это была завершающая фаза войны. Зеленые уже проиграли, Всеслава собиралась начинать переговоры с Князем, но воины обоих домов продолжали сражаться.
   У Златы на глазах гарка отсек голову ее отцу, барону Мудрополку. Девочка бежала, она была уверена, что за ней гонится сотня безжалостных воинов Темного Двора. Она споткнулась, упала, тут же вскочила на ноги, и...
   У стены лежала ее мать. Бледное, ни кровинки, лицо, обгоревшая одежда, рукоять навского стилета под ребрами справа, а не шее - две небольшие аккуратные дырочки. И ни капли крови.
   Злата закричала. Она была настоящей дочерью дружинницы, она все сделала правильно, когда убили отца, она даже успела разрядить артефакт-"паутину" в какого-то масана, прилепив его к стене - до рассвета оставалось немного, и если его никто не освободит, вампиру предстояло "купание в лучах славы". Но сейчас, увидев высушенную мать, Злата закричала.
   Гарка появился откуда-то сбоку, она едва заметила его. Впрочем, он и не таился. Нав перехватил меч и двинулся к девочке, а Злата даже не могла пошевелиться от ужаса.
   Навский клинок сверкнул над головой. Девочка обреченно закрыла глаза, в антрацитовом взгляде гарки она прочла приговор.
   Но вместо удара раздался звук, который Злата меньше всего ожидала услышать. Звон стали о сталь. Открыв глаза, она увидела своего спасителя. Гарку в черной маске. Вега. Жестокий и беспощадный убийца.
   - Мы не воюем с детьми! - бросил он.
   - Приказ комиссара - убивать всех людов. Всех, не взирая на возраст.
   - Ортега в Обители, он ранен. Обязанности комиссара выполняю я. Приказ Князя.
   Второй гарка коротко поклонился и ушел. Злата во все глаза смотрела на неожиданного заступника. Она немного слышала о нем. У него было немало прозвищ, и сейчас девочка рефлекторно бросила самое злое.
   - Братоубийца! - все в Тайном Городе знали, что скорее небо упадет на землю, чем нав убьет нава. Но если небо где было, там и находилось по сей день, то черная кровь комиссара Сантьяги испачкала катану Веги.
   Злата боялась. Боялась безумно. Она слишком много слышала о дикой жестокости Веги, и сейчас решила, что гарка спас ее от быстрой смерти лишь для того, чтобы подарить медленную и мучительную. Злата не знала, откуда взялось это прозвище - Братоубийца - но понимала, что для Веги оно почему-то звучит болезненнее прочих.
   Нав дернулся как от удара. Девочка заметила это, и тут же атаковала единственным боевым заклинанием, которое знала - "Эльфийской стрелой".
   Плечо Веги ожгло болью. Коротко выругавшись на родном языке, он схватил девочку за горло, и поднял на высоту, достаточную для того, чтобы их глаза находились на одном уровне.
   Злате ничего не оставалось, кроме как поймать его взгляд. В антрацитовых глазах плескалась обида, злость, и что-то еще, чему девочка не могла вспомнить названия.
   - Что ты об этом знаешь, маленькая идиотка? - зло бросил нав. - И зачем я помешал ему убить тебя?.. - уже задумчиво произнес он, опуская девочку на землю.
   Резко дернул второй рукой - рядом завертелся черный вихрь навского портала.
   - Иди, - кивнул он на переход. - Там - Лосиный Остров, я уже вывел с него всех гарок. Война закончилась. Прощай, - и толкнул опешившую Злату в черный вихрь.
   Она выпала из портала прямо под ноги нескольким Дочерям Журавля.
   - Злата?!? - девочку уже считали погибшей.
  
   Вновь увидеть Вегу Злате посчастливилось лишь шесть лет спустя. Нав приезжал в Зеленый Дом обсудить с воеводой какое-то происшествие, которое Темный Двор и люды расследовали сообща. Ей было уже пятнадцать, но Злата была не по годам умна, уже получила титул феи, да и выглядела года на три старше своего истинного возраста. Многие дружинники мечтали о ней, но саму девушку не интересовали люды - они были туповаты для нее, Злата скучала в их обществе.
   Увидев Вегу во второй раз, Злата смогла на полсекунды поймать его взгляд. И что-то в нем было, заставившее красавицу сесть на мотоцикл и отправиться за "Маздой" нава.
   Она нашла Вегу на Чистых Прудах. Гарка лежал на траве и вглядывался в закатное небо. В его глазах застыло то самое выражение, которому шесть лет назад девятилетняя Злата так и не смогла подобрать название.
   Фея тихо села на траву рядом с навом.
   - Привет.
   - Привет, - отозвался Вега, даже не глядя не нее.
   - Я тебе не мешаю?
   - Нет.
   - Просто... - Злата помолчала, собираясь с силами и подбирая слова. - Я хотела поблагодарить тебя, и извиниться.
   - За что и за что? - Вега наконец повернул голову и посмотрел на фею. В черных глазах сквозило безразличие пополам с заинтересованностью и легким любопытством.
   И боль.
   Злата вспомнила, как это называется.
   - Ты спас мне жизнь, а я тебя оскорбила.
   Нав сел. Прищурившись, он долго и внимательно изучал девушку, явно вспоминая, где мог ее видеть.
   - Последняя война между нашими домами. Ты спас меня от гарки, и отправил порталом на Лосиный Остров, а я... Я назвала тебя... - Злата смутилась.
   - Братоубийцей, - спокойно закончил Вега. - Ты назвала меня Братоубийцей.
   - Я не понимала, о чем говорю, - фея опустила голову. - Ты преподал мне хороший урок, и я сделала выводы.
   - И какие же выводы ты сделала? - он не издевался и не пытался от нее отделаться. Он спрашивал серьезно, и спрашивал потому, что для него был важен ответ.
   - Никогда не говори о том, чего не знаешь. И каким бы жестоким, несправедливым, бесчестным или попросту глупым не казался тебе чей-то поступок, не осуждай и не критикуй его, не поняв, какие мотивы им двигали. И не бей по чувствам, - тихо закончила она. - Это подло.
   В глазах нава мелькнуло удивление и неподдельное уважение.
   - Ты поняла гораздо больше, чем я хотел сказать, - мягко проговорил он. И осторожно коснулся ее руки.
   Они посмотрели друг на друга.
   - Считай, что извинения приняты. И благодарность - тоже.
   Злата улыбнулась. Тепло и искренне.
   Вега уже не помнил, чтобы кто-нибудь когда-нибудь ему так улыбался. И попытался раздвинуть губы в привычном оскале.
   Не получилось.
   Злата была единственной в Тайном Городе, кто видел улыбку Веги. Настоящую, искреннюю улыбку.
  

Вега

Тайный Город, Коломенское

  
   - Я почему-то подозреваю, что ты предложил мне встретиться не просто так, - Злата наполнила бокал. - И твои слова об Азии...
   - Могила Тамерлана, - жестко сказал Вега, пригубив неизменный коньяк. - Посох Волхвов. Группа челов. Я проанализировал ситуацию. Почти наверняка Зеленый Дом представляешь ты.
   - Я понимаю, Навь отправляет тебя?
   - Да. Меня и мой арнат, - Вега знал, что не ошибся.
   - Ты уже знаешь, кто поедет от Ордена?
   - Старый хорек, - гарка улыбнулся.
   - Де Лок?
   - Да. Он берет с собой команду из пятнадцати рыцарей, - он перечислил всех, названных Себастьяном. - Заметь, двое - рыцари-предсказатели. Но это информация с его слов.
   - Ты ему веришь, - усмехнулась Злата.
   - Нет.
   - Я тоже. Я возьму с собой пять фат и десять дружинниц - Дочерей Журавля.
   - Какого уровня?
   - Не выше феи. Их сила - не в магии, а в оружии.
   - Хорошо. К моей команде могут присоединиться масаны - не больше трех.
   - Один вопрос, Вега, - фата пристально посмотрела на нава. - Мы работаем сообща?
   Гарка медлил с ответом. Он долго думал об этом, искренне надеясь, что не ошибся, и куратором расследования от Зеленого Дома выступит именно Злата. Она была умна, и с ней можно было открыто обсуждать подобные вопросы.
   - Пока не станет более-менее ясно, что происходит - да, - наконец решившись, ответил он. - Это слишком важно для всех Великих домов - убедиться в уничтожении Посоха, - произнося эти слова, Вега внимательно следил за реакцией Златы. И заметил почти неуловимую улыбку, скользнувшую по губам фаты.
   Догадка гарки подтвердилась. Королева отдала ей тот же приказ, что и Князь - самому Веге. Не "найти и уничтожить", а "найти, убедить остальных в том, что артефакт уничтожен, принести посох Великому дому".
   - Потом я рассчитываю вывести из игры чудов, - продолжал нав. - Честно говоря, я совершенно не доверяю де Локу. Старый хорек - прирожденный интриган.
   - Согласна. И после устранения рыцарей в зависимости от ситуации разберемся между собой, - закончила фата.
   - Абсолютно верно, - Вега улыбнулся.
   - Что ты знаешь о расследовании?
   - Ничего хорошего. Из разряда непростых оно буквально за полчаса перешло в разряд экстрасложных. Честно признаться, - Вега осушил бокал, - я еще не сталкивался с делом такой сложности.
   - Я тоже. И я удивлена, что королева Всеслава отправила меня, а не жрицу.
   - Орден тоже отправляет не мастера войны, а магистра ложи Горностая. Может, наши лидеры выбрали тех, кто может справиться с заданием, но в случае гибели окажется заменим? - предположил Вега, сам понимая абсурдность данного заявления.
   - Это ты заменим? - рассмеялась Злата. Смех у нее был чудесный, напоминающий перезвон изумрудных колокольчиков. Почему именно изумрудных, нав не задумывался, но ассоциация, зрительный образ возник именно такой - прозрачно-зеленые бубенчики на золотой цепочке. Кстати, именно смех Златы и подбросил Веге идею. - Друг мой, да нынешний комиссар куда более заменим, чем ты. Кроме того, известно же, что Князь тебя ценит. Я не права?
   - Права, - признал гарка.
   - Идем дальше. Себастьян де Лок. Мы можем сколько угодно смеяться над щепетильностью чудов в вопросах чести, но даже ты признаешь, что порой они вызывают уважение. Ни за что не поверю, что Франц де Гир готов пожертвовать дядей. Да и сам Горностай не таков, чтобы ввязываться в безнадежное предприятие.
   - Я не говорю о безнадежности, я говорю о высоком риске.
   - Если старый хорек лезет в это дело, то он уверен в успехе. Вега, поверь, я знаю, что говорю. Темный Двор в равной степени осведомлен о делах Чуди и Люди, и весьма хорошо осведомлен. Патриотично скажу, что даже слишком хорошо. В то же время ни мы, ни рыцари не можем похвастаться количеством и качеством сведений о Нави. Но Зеленый Дом и Орден знают друг друга лучше, чем нас и рыжих знаете вы.
   - Не могу с тобой не согласиться.
   - Значит, с тобой и де Локом все ясно. Остаюсь я. Конечно, незаменимой я не являюсь, но плохо без меня людам будет. Особенно лет через десять.
   - Злата, по прогнозам моих аналитиков лет через восемь-девять в Зеленом доме сменится королева, тихо сказал Вега. - Вероятность того, что ты станешь следующей королевой - шестьдесят четыре процента. Остальные тридцать шесть процентов делятся на пятерых. Высшая иерархия Великого дома Людь готовит из тебя королеву. Ты незаменима даже в большей степени, чем я, или де Лок.
   - Не может быть... - пораженная фата залпом осушила бокал и тут же вновь его наполнила.
   - Не думай сейчас об этом. У нас есть более важное - на сей момент - дело, - Вега подозвал официанта и повторил заказ. - У меня сформировалась версия.
   - Рассказывай, - Злате наконец удалось взять себя в руки.
   - Для тебя это дело - экзамен. Один в череде многих. Де Лок хочет размять кости - у меня просто нет другого объяснения. А я... Меня Князь хочет временно убрать из Тайного города, пока я, измученный бездельем, не натворил дел, как сегодня ночью...
   Фата вопросительно на него посмотрела.
   - Я слышала, что в "Ящеррице" кто-то устроил побоище, и убил дружинника. Это был ты? - спросила она, глядя прямо в глаза гарке.
   - Да, - не задумываясь, ответил он. - Это я убил люда сегодня в "Ящеррице".
   Злата выпустила бокал. Звон разбитого стекла перебил мелодию изумрудных колокольчиков, до сих пор звучавших где-то на грани слышимости...
   Она слишком много самой себя отдала ради того, чтобы хоть как-то сдержать одержимость и жестокость друга. Она слишком многим пожертвовала ради того, чтобы Вега был хоть немного более... Челы называют это "человечным". А теперь оказывается, что это он устроил бойню в "Ящеррице", о которой сегодня столько говорили, больше того - это он почти ни за что убил дружинника, люда, того, кто был одной крови с самой Златой... К обиде подруги примешалась злость патриотки своего Дома.
   - Вега, ты же обещал!.. - прекрасные зеленые глаза наполнились слезами.
   - Что я обещал? Что не буду убивать без повода? Я не нарушил своего слова.
   - Ты придумал повод! Или даже сам его спровоцировал! - в голосе Златы звучало обвинение, по щекам текли слезы, она почти кричала. Как, впрочем, и Вега.
   - Ничего подобного! Этот дружинник и его ребята оскорбили женщину, а он еще и посмел ее ударить! Причем не зеленую ведьму - мне нет дела до ваших внутренних разборок! Он ее ударил. Дважды. А я дважды ударил его. И это его беда, что он не пережил двух моих ударов, - Вега перегнулся через стол и навис над фатой. В его глазах плясали безумные искры.
   Злата вжалась в сиденье. Она впервые видела его таким. Но тут же собралась.
   - Повтори, как ты сказал? Причем не кого?
   - Не зеленую ведьму! - рявкнул нав. Остатками разума он еще понимал, что зашел слишком далеко, но остановиться уже не мог.
   В глазах девушки разгоралось изумрудное пламя. Чрезмерное самообладание не входило в список ее бесчисленных качеств.
   - Не смей так выражаться в присутствии фаты Зеленого Дома, нав!
   Это оказалось последней каплей. Весь Тайный Город знал имя гарки, прятавшего лицо под маской. Вега добивался этого долго.
   Хлесткий удар тыльной стороной ладони отбросил Злату обратно на стул. Девушка вскрикнула - этого она никак не ожидала.
   - Ты такая же зеленая тварь, как все твои родственницы. Такая же зеленая шлюха. Мне жаль, что я тратил на тебя время.
   Он еще раз ударил Злату - так же хлестко, больно, и безумно обидно - развернулся и ушел в портал.
  

Подмосковье, дер. Кобылино

4 октября, 15.37

  
   В небольшой подмосковной деревне Кобылино жизнь всегда шла спокойно. Женились, рожали детей, старели, дети взрослели, женились, родители умирали, дети рожали своих детей... Скот пасся и плодился, кого доили, кого забивали, коровы телились, кобылы жеребились... Жизнь жителей не изменилась ни за годы, ни за десятилетия. Разве что появились тракторы, телевизоры, холодильники, пара машин, да мобильный телефон у старосты.
   Такая жизнь продолжалась многие века. Деревню Кобылино чудесным образом миновали времена крепостных, революция, коммунизм, и перестройка, и развал страны... И плутократия, отчего-то именуемая демократией, отчего-то прошла мимо.
   Жители деревни были довольны жизнью. О Москве не мечтали, хоть и уезжали молодые изредка, а уехав - не возвращались.
   Жизнь шла спокойно.
   Этот сентябрьский день выдался еще по-летнему теплым. Ласково светило солнце, работа шла успешно... Деревня жила своей жизнью.
   Он появился на так называемой "площади". Черный вихрь, сперва размером не более ладони, за несколько секунд разросся до высоты около трех метров, из него вышел Он. Демон. Черный демон, несущий боль и ужас.
   Высокий, с черными волосами, в черной одежде, с черным лицом и безумно пылающими антрацитовыми глазами. В каждой руке его был изогнутый длинный меч с лезвиями чернее Тьмы. Он прошел по деревне, а за его спиной оставались трупы.
   В деревне было двадцать мужиков, пятнадцать баб, тридцать детей, считая семерых младенцев, одиннадцать парней, шестнадцать девок и полтора десятка стариков. Больше ста человек.
   После того, как по деревне прошел черный демон, в ней не осталось ни одного живого человека. Он убил всех, начиная с бабки Прасковьи, которая чуть-чуть не дожила до ста восьми лет, и заканчивая младенцем Антонины, родившимся вчера, и не успевшим даже получить имя.
   Последним он зарубил сына мельника. И рухнул на площади.
  

Максимилиан Гангрел

Подмосковье.

4 октября, 23.42

   Ему было плохо. Очень плохо. Если прямо, то ему было просто отвратительно. Стоило ли лететь сюда из Майами, чтобы так разочароваться?
   Макс брел по лиственному лесу, на который наступающая осень уже наложила свой отпечаток. Белые волосы Макса давно намокли под дождем, вода забралась под воротник толстой кожаной мотоциклетной куртки, вода же хлюпала в ботинках. Он несколько раз проваливался по колено в ямы. Шлем Макс бросил еще на закате.
   Он шел по лесу, и проклинал все, что мог.
   Он ждал рассвет.
   А ночь еще только вступала в свои права. Солнце зашло только около четырех часов назад, и сейчас подступала полночь. До рассвета оставалось не меньше семи часов, и Макс проклинал их.
   Внезапно в ставшие уже привычными запахи леса влился еще один аромат. Тот, который Макс не спутал бы ни с одним другим. Запах крови. Крови и смерти.
   Он пошел быстрее, быстрее, потом побежал. Макс чувствовал - предчувствовал - что должен спешить. У него вообще была сильно развита интуиция.
   Спустя несколько минут он выбежал на опушку.
   Перед Максом раскинулась лежащая меж двух холмов деревня. Вырезанная под корень деревня. Даже от леса он чувствовал запах огромного количества крови, видел разрубленные тела, ощущал наполнявший людей в миг гибели ужас. Не страх самого факта смерти, а ужас от обличия, которое она выбрала для этого визита.
   Макс подошел к воротам, зашел в деревню. И почувствовал, что здесь были не только мертвецы. Один был жив. Но он не был человеком.
   И как только Макс это почувствовал, как сразу его увидел.
   Нав. В костюме гарки. И в маске.
   Он лежал посреди площади. Лежал на спине, и дождь уже смыл с него кровь жертв. Макс не сомневался, что побоище в деревне устроил он. Глаза закрыты, нав истощен до предела. Поодаль лежали две черные катаны и мобильный телефон в силиконовом чехле.
   Макс подошел к распростертому наву, присел рядом на корточки. Тот повернул голову и открыл глаза. Макс поразился, какое усилие ему для этого понадобилось.
   С неимоверным трудом нав разлепил спекшиеся губы.
   - Дай телефон...
   Макс скорее угадал, чем услышал просьбу. Странную просьбу, но все же выполнил ее, протянув наву свой мобильный.
   - Нет... Рука едва заметно дернулась в сторону оружия. Макс понял, и принес наву мобильный, лежавший возле одной из катан. Гарка нажал одну клавишу и прижал телефон к щеке.
   - Мне... нужен... портал... - прохрипел он, и уронил трубку в лужу. И потерял сознание.
   Макс выругался. Нецензурно и очень витиевато. Он чувствовал, что вляпался во что-то очень серьезное.
   Внезапно в метре от нава закрутился черный вихрь портала. Но вопреки ожиданиям Макса, из него никто не вышел. Видимо, неведомый маг не подумал, что гарка может быть без сознания. Что ему оставалось делать? Макс поднял бесчувственного нава, и направился к порталу. Не дойдя до вихря буквально полметра, он протянул руки, пытаясь выронить гарку в портал, но...
   Дождь лил давно, земля размякла и стала скользкой. С громким проклятием Макс рухнул в черный вихрь вслед за навом.
  

Князь

Цитадель

5 октября, 00.27

  
   Они рухнули на пол. Двое. Князь поспешно набросил капюшон. Он не предполагал, что вместе с запросившим помощи Вегой будет кто-то еще, но одного взгляда на гарку повелителю Темного Двора хватило, чтобы понять - тот был просто не в состоянии шагнуть в портал.
   Легким движением отшвырнув неожиданного спутника Веги в сторону, Князь склонился над навом. Тот напоминал мертвеца - снежно-белая кожа, замершее дыхание, словно провалившиеся в череп глаза... Лидер Нави покачал головой. Первая часть приступа позади, но что он успел натворить? И продолжится ли приступ? Князь надеялся, что нет.
   Внезапно Вега открыл глаза. И страшно закричал. Если бы какой-нибудь человек услышал этот безумный вопль, он бы сошел с ума - столько в нем было боли и ужаса. Руки рванулись к шее, к амулету - небольшому лезвию из обсидиана на тонком кожаном шнурке. Длинные пальцы царапали горло.
   Надеждам Князя не суждено было сбыться. Приступ перешел во вторую стадию.
   Повелитель Темного Двора отшатнулся назад, моментально строя несколько арканов.
   Пальцы Веги рванули шнурок. Прочная кожа не выдержала, и амулет упал на пол.
   Начавшего приходить в себя Макса швырнуло на пол прокатившейся по кабинету волной энергии. Маска гарки отлетела в сторону. Вега начал меняться.
   Капюшон Князя упал на спину. Макс рухнул лицом вниз - он не хотел это видеть! Ползающая по кабинету неоднородная Тьма начала собираться плетью во вскинутой руке повелителя Нави.
   Превращение Веги завершилось. Лежавшее перед Князем существо медленно встало. Огромные, полные боли черные глаза, в которых метался ужас, впились в вертикальные зрачки Князя.
   - Не-е-ет!!!
   Существо рухнуло на колени. Макс почувствовал колыхание энергии, сравнимое с силой аркана "Слезы сердца Земли". А когда понял, в какое заклинание эта энергия пойдет, ему стало по-настоящему страшно.
   Рев Левиафана пятого уровня.
   Макс остро пожалел о том, что вообще вышел к этой треклятой деревне.
   Князь ударил на десятую долю секунды раньше. И за мгновение активировал три заклинания, перебросив в них всю энергию, собранную для ставшего вдруг ненужным "Рева".
   "Навский аркан" вытянул из жертвы всю магическую энергию без остатка.
   "Паутина" распластала тело на полу, не давая даже пошевелиться.
   Название для третьего аркана еще не придумали. Князь пытался вернуть Вегу и загнать существо обратно, но даже он не мог позволить себе отвлечься от этого заклинания.
   - Застегни на шее амулет, - приказ повелителя Темного Двора застал Макса врасплох, но у него и мысли не мелькнуло ослушаться. Тенью метнувшись к телу, Макс на ходу подхватил обсидиановое лезвие, и в секунду завязал кожаный шнурок на шее того, что пять минут назад было Вегой.
   Теперь аркан Князя уже не был необходимостью. Он лишь помогал гарке снова стать собой.
   Спустя пять мнут все кончилось.
   Вега все так же лежал на полу. Только больше он не походил на мертвого. Тяжелое, прерывистое дыхание постепенно выравнивалось, кожа приобрела естественный цвет, черты лица разгладились.
   Макс прижался к стене, изо всех сил желая оказаться как можно дальше от этого места. Князь повернулся к нему. Высокая, около двух с половиной метров фигура в бесформенном черном плаще с глубоким капюшоном-клобуком, из-под которого сверкали два ярко-желтых глаза.
   - Встань, масан, - прозвучал приказ. И Максимилиан Гангрел, сын отступников Комариллы, рожденный в свободном и анархичном Саббат, подчинился. - Ты спас его, - едва заметный кивок капюшона в сторону Веги, - как ты оказался рядом?
   И Максимилиан рассказал.
   Князь впал в странную задумчивость.
   Гангрел впал в странную апатию.
   И тут тишину прорезал стон.
   Вега сел на полу, прислонившись спиной к стене.

Вега

Цитадель

5 октября, 00.37

  
   Голова болела безумно. Мысли и воспоминания путались, превращая разум в цветную помойку. Последнее, что он помнил - глаза Златы, полные слез. Кажется, он накричал на нее...
   Он уже понимал, что случилось. Понимал, но изо всех сил гнал от себя эту мысль.
   Опять был приступ.
   Первая стадия, или...
   Меньше всего на свете наву сейчас хотелось открывать глаза. Но именно это он и должен был сделать.
   Первым, кого Вега увидел, был Князь. Естественно. А вот что здесь делал белоголовый Гангрел, гарка понять не мог.
   - С возвращением, - тихо произнес повелитель.
   И Вега понял, что приступ дошел до второй стадии. Из его горла вырвалось глухое рычание.
   Черные глаза встретились с красными глазами масана.
   - Кто ты?
   Гангрел промолчал, за него ответил Князь.
   - Тот, кто тебя спас. После первой стадии приступа ты не мог даже дотянуться до телефона, ни, тем более, шагнуть в портал. Максимилиан сперва помог тебе связаться со мной, а потом перенес сюда через портал. Благодаря его вмешательству, я успел тебя вытащить.
   Глаза Веги вспыхнули.
   - Ты... видел?
   Масан кивнул.
   Нав тихо, но отчетливо выругался.
   - Как далеко... в этот раз?
   - До конца. Полное превращение. Если бы не масан, я мог и не успеть, - Князь покачал головой. Капюшон был откинут. - Вега, мне это очень не нравится. Предыдущий приступ был совсем недавно. Я хочу знать, что спровоцировало тебя на этот раз. Не волнуйся, масан нас не слышит. Я его заморозил.
   - Все началось с "Ящеррицы". Эти чуды и люды меня взбесили. Особенно люды, - Вега говорил короткими, рублеными фразами, делая перед каждой паузу на глубокий вдох. Это давало ему время подобрать слова и не выдать себя. - А сегодня... Сегодня меня весь день преследовал Сантьяга. Сперва о нем заговариваете вы. Потом это имя всплывает в рассказе Варги. Потом его упоминает де Лок. Потом...
   - Вега, что именно спровоцировало приступ? - тихо повторил Князь. И нав решил не испытывать судьбу лишний раз.
   - Ярость. Я взбесился. Я встречался со Златой, она обвинила меня в убийстве дружинника ночью в "Ящеррице". У меня с языка сорвалась фраза про "зеленых ведьм". Злата разозлилась, назвала меня "нав", - голос гарки стал глухим и потерял всякое выражение, он продолжал, зарыв глаза. - Я ее ударил. Дважды. Ушел в портал. Куда - не помню. Что было дальше - не помню, - по красивому лицу пробежала судорога боли. Маску Вега еще не надел.
   - Вега, - как можно мягче произнес Князь. - Отправляйся домой и отдохни. Завтра придешь, мы обсудим детали поездки в Азию.
   Нав кивнул. Говорить не было сил.
   Тем временем повелитель Темного Двора снял заклинание с масана. Макс удивленно завертел головой, и увидел, что спасенный им гарка направляется к выходу, а он остается один на один с жутким Князем. Нельзя сказать, что Гангрела обрадовал этот факт.
   - Похоже, я узнал то, чего мне знать не следовало, - тихо усмехнулся он. - Впрочем, я сам того хотел. Что меня теперь ждет? - и Максимилиан, набравшись смелости, посмотрел прямо в глаза Князя.
   - Похоже, в Саббат тебя перекормили страшными сказками, - Вега обернулся, и теперь его глаза прожигали масана не хуже солнечных лучей.
   - Твою судьбу решать будет Вега, - ответил лидер Нави, не обращая внимания на обреченную гордость в голосе вампира. - Ты же его страшную тайну случайно узнал, не мою...
   - Упаси меня Спящий узнать хоть самую безопасную из ваших тайн, повелитель, - абсолютно искренне поклонился Гангрел.
   - Вы оба свободны. Оставьте меня.
   Они вдвоем спустились в гараж Цитадели. Вега сел за руль своей "Мазды", пригласительным жестом открыл пассажирскую дверь. Ключи висели в замке зажигания, дверь машины нав открыл без них. Здесь считалось дурным тоном угонять машины.
   Из Цитадели выехали молча. У ворот машину остановил дежуривший гарка, но Вега на мгновение опустил стекло, и тот, молча кивнув, выпустил машину на улицы Тайного Города.
   Отъехав от штаб-квартиры Великого дома Навь на пару кварталов, нав припарковал "Мазду" у тротуара.
   - Как тебя зовут? - он говорил очень тихо, безумная усталость давила на плечи невыносимым грузом.
   - Максимилиан Гангрел. Можно просто Макс.
   - Ты сын Элизы и Ясона Гангрел?
   - Да, - масан вздрогнул. Кто он такой, что сам Князь Темного Двора так его ценит? Откуда он так много знает?
   Видимо, Макс не смог сдержать удивление, и оно отразилось на его лице.
   - Не удивляйся. Я многое знаю.
   - Кто ты? - прямо спросил Гангрел.
   - Вега. Сейчас - Вега. Командир элитного арната гарок. Остальное ты видел. Скажи, что произошло после того, как ты меня нашел, и при каких обстоятельствах это случилось? - Вега достал с заднего сиденья бутылку коньяка, свернул пробку, и сделал несколько больших глотков.
   - Я уловил запах крови, пошел посмотреть. Нашел большую деревню, все до единого жители убиты, на площади увидел вас...
   - Тебя, - поправил нав.
   - Тебя, легко согласился Макс. - Я сперва подумал, что ты мертв, потом присмотрелся - нет, живой. Правда, без помощи ты долго бы не протянул. Тут ты пришел в себя, попросил телефон, - масан приложился к бутылке, предложенной Вегой. - Ты позвонил и потерял сознание. Тут открылся портал, я сперва хотел тебя просто отправить, но... - он усмехнулся. - Поскользнулся в грязи и рухнул следом. Так что говорить, что я тебя спас - глупо. Я же ничего такого не сделал.
   - Сделал, - не согласился Вега. - Ты не убежал, не бросил меня, не счел, что проблемы других тебя не касаются. Ты помог, и твоя помощь спасла меня от чего-то, куда более страшного, чем смерть.
   - Все равно. Впрочем, неважно.
   - Важно. Я ценю в других это качество - быть не равнодушным.
   - Даже в вампирах? - зло усмехнулся Гангрел.
   Вега устало откинулся на спинку сиденья. Бутылка опустела, а тянуться за второй не было сил.
   - Макс, все страшные сказки про навов, которыми тебя кормили в Саббат - ничто иное, как сказки. И оттого, что в прошлом некоторые моменты соответствовали действительности, сказки не становятся реальностью. Масаны - такие же члены Тайного Города, как шасы, эрлийцы, хваны, навы... Догмы Покорности - это не рабские оковы, а правила, необходимые для безопасности как масанов, так и прочих обитателей Тайного Города. Если ты по доброй воле ушел из Саббат, ты должен это понимать. Да, я не спорю - отношение к семье Масан осторожное - никто не забыл Инквизицию, появление которой было спровоцировано не в последнюю очередь сорвавшимися с цепи кланами, - голос Веги стал жестче, громче. - Максимилиан, я знаю, что такое "кладовые братской любви" и "купание в лучах славы".
   - Нет! Ты не масан, ты там не был! Ты не можешь этого знать! - Макс сорвался. Слишком уж складно говорил этот нав, слишком изящно он объяснял жесткость и жестокость, которым, казалось, объяснения нет.
   - Ты тоже! - глаза Веги сверкнули. - Ты молод, и ты там не был. Я знаю, ты прикидываешь, сколько мне лет, и мог ли я быть среди тех, кто смеялся над шуткой Ортеги. Я тебе отвечу - нет. Я слишком молод. Но я через это прошел. Я знаю, что испытывает масан, сгорая в лучах рассветного солнца.
   Это было невозможно, но Максимилиан отчего-то поверил Веге - в голосе нава звучала неподдельная боль. И страх.
   Макс понял, что гарка действительно знает, что это такое, но Гангрел совершенно не хотел выяснять, откуда.
   - Я не хочу говорить об этом, - устало проговорил Вега. - Сейчас надо решить, что с тобой делать. Тебе есть к кому пойти в Тайном Городе?
   - Нет, - после недолгих раздумий признался масан.
   - А Гангрелы?
   - Я вчера был там, - Макс говорил тихо, с трудом произнося слова. - Они мне не поверили.
   - Чему не поверили?
   - Тому, что я добровольно ушел из Саббат, - горько усмехнулся он. - Сочли шпионом. Мне едва удалось уйти.
   - Я поговорю с Климом - нынешним епископом клана, - решил нав. - Он меня послушает. Правда, тебе придется пройти через "Поцелуй русалки", но только в моем присутствии.
   - "Поцелуй русалки"? - Макс насторожился. - Что это?
   - Аркан людов. Находясь под действием этого заклинания ты можешь говорить только правду, - пояснил гарка. - А пока я предлагаю тебе командировку. Вместе с моим арнатом. Нужно будет...
   - Я согласен, - перебил масан. - Я в любом случае согласен.
   - Но есть одно условие, - черные глаза нава пронзили Макса насквозь. - Ты мне скажешь, что делал в лесу.
   - Ждал рассвета, - невозмутимо ответил Максимилиан.
   - Я так и думал, - тонкие губы нава раздвинулись в привычном оскале. - тогда сегодня ты поедешь к... - он задумался. Потом взял телефон и набрал номер.
   - Доброй ночи, Захар.
   - Вега? Здравствуй, - раздался в трубке немного удивленный голос епископа Треми.
   - Не ожидал? Захар, ты помнишь наш спор насчет милой феи Любавы?
   - Помню, - тяжело вздохнул масан. - И что же тебе нужно, вымогатель?
   - Твоя квартира в Ясенево свободна?
   - Да. Что-то случилось?
   - Можешь кинуть ключи? - не стал отвечать нав.
   - Лови. Тебе надолго?
   - До послезавтра.
   - Хорошо. Ты будешь завтра в "Ящеррице"?
   - Да. Птиций так разрекламировал мне свое новое шоу, что я не могу не придти, - хрипло рассмеялся Вега. - Он меня в слезах утопит.
   Захар Треми был одним из очень и очень немногих друзей Сантьяги, кто не стал врагом Веги. Конечно, ни о какой дружбе речи быть не могло, но приятельские отношения они поддерживали.
   - Ладно, тогда до завтра. Не разгроми мне квартиру, и не выпивай весь коньяк.
   В воздухе завертелся небольшой, десятисантиметровый вихрь, из него выпали ключи.
   Нав настроил бортовой компьютер.
   - Макс, ты умеешь водить машину? - масан кивнул. - тогда садись за руль, поедешь по компьютеру.
   Пересев на пассажирское сиденье, Вега достал с заднего сиденья пару бутылок, из бардачка - стопку дисков, выбрал один, помеченный буквами "RD", и сунул в магнитолу. Салон автомобиля наполнили звуки гитар, ритм-секции и клавишных .
  
   Жгли и валили людей, словно скот,
   Выжившим меньше везло.
   Кто не погиб, те сходили с ума,
   И проклинали вождей.
   Им все подвластно и возможно,
   Они в ответе за всех нас,
   Они построят и разрушат
   В одночасье...
  
   Карусель качает души,
   Карусель свергает небо в ад,
   И уносит прямо в пекло,
   Карусель эпох решает все за нас.
  
   Вега, откинувшись на спинку кресла, тоскливо взирал на проносившиеся мимо огни города. Макс вел машину быстро, уверенно. На душе у нава было погано.
   Полное превращение.
   Он знал, что рано или поздно это произойдет.
   И давно знал, что за этим последует.
   А из колонок лилась тяжелая музыка, летел голос человского певца Артема Стырова. Вега неслышно, одними губами повторял за ним. Слова он давно запомнил наизусть.
  
   Знали, но верили в завтрашний день,
   Знали, но кто мог решиться?
   Каждый друг другу - пастух, верный скот,
   И кто за кем все равно.
   Им все подвластно и возможно,
   Они в ответе за всех нас,
   Они построят и разрушат
   В одночасье...
  
   Карусель стяжает души,
   Карусель свергает небо в ад,
   И уносит прямо в пекло,
   Карусель эпох вращает Дьявол сам!
  
   Одно дело - решить, совсем другое - решиться.
   Вторя бутылка опустела, огни неслись мимо... Вега вдруг остро пожалел о своем положении - был бы он простым гаркой, заехал бы сейчас в "Три педали" или в ту же "Ящеррицу", напился бы с друзьями...
   Макс тронул нава за плечо.
   - Приехали.
   Они вышли из машины.
   Самая обычная двухкомнатная квартира в самом обычном многоэтажном доме. Только глухие черные шторы на окнах и ни одного яркого светильника.
   Вега заглянул в бар, прихватил пару бутылок "Хеннеси".
   - Отдыхай. Я зайду завтра вечером.
   И ушел.
   В машине нав сидел, пока не кончилась первая бутылка, вторую выпил по дороге.
   Дверь в свою квартиру он открыл попытки с четвертой.
   Сантьяга ждал гарку в прихожей.
   - Я уже собирался тебе звонить. Что случилось? Ты едва на ногах стоишь!
   - Завтра, - твердо заявил Вега. - Все разговоры и вопросы - завтра.
   - Как знаешь, - фыркнул бывший комиссар. - У тебя был гость.
   - Кто? - Вега обернулся уже в дверях комнаты.
   - Себастьян де Лок. Забрал дочь. Я сделал вид, что меня здесь нет.
   - Они о чем-нибудь говорили?
   - Францеска - ее ведь так зовут? - не произнесла ни слова. Магистр обещал содрать с тебя шкуру, и разглагольствовал на кулинарную тему.
   - В смысле? - заинтересовался гарка.
   - В смысле, каков будет навский шуркь из нава, - Сантьяга вновь фыркнул. - Знаешь, едва сдержался, чтобы не размазать его ровным слоем по паркету.
   - Во-первых, у тебя сейчас энергии не хватило бы, чтобы "размазать" магистра ложи, тем более такого, как старый хорек. Во-вторых, у меня не паркет, а ламинат.
   - Но стилеты метать я еще не разучился... - по задумчивому лицу бывшего комиссара ясно читалось, что он в эту минуту представляет себе де Лока с черным навским стилетом в горле.
   Вега скептически поднял бровь.
   - Правда? Кажется, у тебя давно не было практики. А насчет Горностая... Я из него самого сделаю... чудский блинг. Но завтра. Все завтра, - нав пошатнулся. Чтобы не упасть, он был вынужден схватиться за стену.
   Сантьяга только покачал головой.
   - Лег бы ты спать, что ли... Я пока фильм посмотрю.
   Вега кивнул и скрылся в комнате. Отстегнул ножны, скинул куртку и сапоги, подошел к кровати и рухнул, не раздеваясь, прямо поверх покрывала. Уснул он мгновенно.
  

Квартира Веги

5 октября, 03.18

   Проснуться от темноты. Проснуться от тишины.
   От одиночества.
   Странное ощущение.
   Он долго лежал на спине, бездумно глядя в потолок. И мучительно медленно осознавал, что не сможет в этот раз сдержать себя. Либо даст ей волю, либо она сожжет его. Третьего не дано.
   Слишком близко оказался тот, другой. Слишком близко и слишком быстро.
   В груди медленно разгоралось темное пламя. Он уже понимал, что бороться бесполезно, но все же гордость гарки не позволяла ему так просто сдаться.
   Невидящий взгляд затуманенных глаз устремился куда-то в неведомое, в голове вихрем проносились воспоминания. Она не собиралась отступать. Не могла.
   Два разума, две души сошлись в яростной схватке. Это случалось не однажды, и до сих пор он почти всегда побеждал. А если и проигрывал, то расплачивались за это другие.
   Сегодня по счетам придется платить ему. Но иначе было нельзя.
   Он встал, подошел в зеркало, и, прежде, чем принять решение, посмотрел себе в глаза.
   Нет, не себе.
   Ей.
   Длинные пальцы коснулись шеи. Он решил.
  

Диега

5 октября, 03.24

   Она придирчиво разглядывала себя в зеркало. И, как не старалась, не могла найти ни единого изъяна. Она выглядела так же, как двадцать пять лет назад, в день, когда умерла.
   Длинные, до пояса, волнистые волосы цвета воронова крыла. Она еще раз провела по ним гребнем, хотя локоны и так рассыпались идеально.
   Острые миндалевидные ногти, покрытые черным лаком - идеальный маникюр. Лак для ногтей - единственная косметика, которую она признавала.
   Чуть непропорциональное тело - длинные ноги, крупноватые округлые бедра, подтянутый плоский живот, немного тяжеловатая грудь, резкая линия плеч, изящные руки.
   Стальные мускулы плавно, словно сытые удавы перекатывающиеся под бархатистой светлой кожей. Черные татуировки - навские эскизы - на лопатках, плечах, груди и спине.
   Ни одного шрама. Ни одного изъяна.
   Изящные, тонкие черты лица, опасный разлет бровей, высокие скулы, упрямый подбородок, чувственные губы, чистый лоб.
   И черные бриллианты огромных глаз в обрамлении пушистых ресниц.
   Она была довольна собой.
   Такая красота ничего не теряет, когда ее подчеркивает другая красота.
   Изящные тонкие пальцы нежно погладили черный бархат, обтягивающий ювелирную шкатулку.
   Тяжелое изысканное колье опутало гибкую шею замысловатым узором. Три ленты пояса плотно обхватили талию и бедра, подвеска скользнула к колену. Тонкие браслеты украсили запястья и щиколотки. На пальцы она одела кольца. Небольшие серьги - в заострившиеся от возбуждения и некоторого страха уши. Гриву роскошных волос увенчала диадема.
   Черные туфли на высоком каблуке - даже не туфли, босоножки из множества ремешков. Черная шелковая накидка с тремя застежками - у пупка, на лобке, и на двадцать сантиметров выше колена.
   Она коснулась ожерелья. Самые благородные камни и самый дорогой металл. Баснословно дорогие. Черные бриллианты и платина.
   Она была прекрасна и опасна.
   Навья.
   Диега.
   Сложно, невероятно сложно было уничтожить в себе ощущение неискренности, наигранности. Диега никогда не была той темной королевой, которая сейчас отражалась в холодной и бесстрастной глади зеркала, и никогда не хотела быть такой. Но эта ночь была ночью мимолетной грезы, волшебного сна.
   Поэтому Диега тихо, вымученно улыбнулась мрачной красавице, взиравшей на нее из зеркала, и легким движением пальцев построила портал.
  

Сантьяга

Квартира Веги

5 октября, 03.57

   Сантьяга проснулся. И не смог понять, почему. Он помнил, что после прихода Веги он ушел в комнату, поставил какой-то фильм, и... Бывшему комиссару было плохо. Очень плохо. Его душила едва контролируемая ненависть. Лютая, безумная, беспощадная ненависть.
   Неведомый враг.
   Все, кто знал Сантьягу в бытность его комиссаром, никогда бы не поверили, что ему не было интересно.
   А интересно не было. Сантьяга хотел лишь одного - найти врага и уничтожить. Он был одержим местью.
   У него отняли все. Его заставили предать. Его заставили убить. Предать и убить.
   И то, и другое комиссар проделывал неоднократно, он с легкостью предавал союзы, которые заключались им лишь ради этого предательства, убивал тех, кто должен был умереть, кого Князь приговорил к смерти, и тех, кого сам Сантьяга счел недостойными жить.
   Но это было другое.
   Враг не только нанес личное оскорбление Сантьяге, взяв его под контроль.
   Враг заставил Сантьягу убивать навов.
   Враг заставил Сантьягу предать Темный Двор.
   И бросить женщину, которую нав любил больше жизни.
   Ему было много тысяч лет. Он умел любить и быть любимым, хотя большинство жителей Тайного Города в это не верили.
   Но Сантьяга оставался молод. А они старели. Сто пятьдесят лет назад он полюбил Сусанну, очаровательную фату Зеленого Дома, похожую на маленького лисенка. Прошло полвека - и она ушла. Комиссар знал, что этот день настанет, и ждал его с тоскливой обреченностью. Не в первый раз, и, как он тогда думал, не в последний.
   А спустя еще пятьдесят лет появилась она. Алекса. Чел. Сантьяга проклинал все - ведь у их было очень, очень мало времени. От силы два десятка лет.
   И тут открылась Тайна. Алекса обвела комиссара вокруг пальца.
   В его личном подразделении был гарка по имени Диега. На самом же деле Диега... оказался Алексой. И ли Алекса - Диегой?
   Это не имело значения.
   Важно было то, что Сантьяга полюбил женщину-нава, которой было отмерено не одно тысячелетие молодости.
   У них были дети. Четверо. Сперва двойня - девочки Ринага и Эльтега, потом сын - Дага, и еще дочь Арига.
   Они были счастливы.
   Двадцать пять лет.
   А потом Сантьяга бросил их всех, спутавшись с человской ведьмой Дайаной.
   И через год предал Великий дом Навь, едва не убив Князя.
   Его преследовал Вега с двумя арнатами гарок. Никто не знал, откуда появился Вега, только Князь. Но даже Сантьяга, еще являясь комиссаром, пытался спросить у повелителя, кто этот молодой нав, лидер Темного Двора лишь загадочно молчал.
   Гарка гоняли Сантьягу по всему миру три месяца. Он убил семнадцатерых. И Вега в одиночку нагнал его в Тибете, не желая и дальше рисковать жизнями своих воинов.
   Сказал, что Диега умерла.
   Золотой Корень.
   По его вине.
   И отпустил.
   Сантьяга люто, безумно, беспощадно ненавидел того, кто заставил его все это сделать
   И если при Веге он еще кое-как сдерживался, то, оставшись в одиночестве, он два часа лежал на белых шкурах, заменявших комнатные ковры в квартире гарки, и тихо рычал сквозь стиснутые до боли зубы. И задыхался от собственной ненависти.
   Хитроумный, несгибаемый, хладнокровный, беспощадный комиссар Темного Двора уже второй день с трудом балансировал на грани истерики.
   А сейчас, проснувшись, Сантьяга не ощущал привычной ненависти, испепеляющей его изнутри. Наоборот, его охватило чувство покоя и умиротворенности.
   Он ощутил чье-то теплое дыхание на щеке.
  

Диега

5 октября, 04.02

  
   Диега ступила из портала прямо на мягкие шкуры. И стразу увидела его. Он лежал на диване, закинув руки за голову. Сильно отросшие волосы разметались по подушке. Под правой рукой лежала катана. Ее подарок на свадьбу.
   Неслышно идя по пушистым шкурам, навья подошла к дивану и села рядом, положив руки на простыню и опустив на них голову. Мягкий мех ласково щекотал обнаженные ноги. Диега улыбнулась, вспомнив, сколько усилий ей пришлось приложить, чтобы Вега приобрел загородный дом, принадлежавший когда-то ей и Сантьяге. Только ради этих шкур. Впрочем, заставить своенравного гарку купить особняк оказалось легче, чем она предполагала. А вот вынудить его перевезти драгоценные меха в квартиру, да так, чтобы он считал, что сам принял решение, было не в пример сложнее.
   Диега вновь улыбнулась, глядя на разгладившееся во сне лицо мужа. Она до сих пор не могла, да и не хотела, заставить себя думать о нем, как о прошлом. Ее первая и единственная любовь была навсегда.
   Навья подняла голову, и легко дунула в лицо Сантьяге. Она будила его так по утрам, когда все еще было хорошо.
  
   Почувствовав дыхание, Сантьяга вздрогнул. Слишком знакомым было это прикосновение, слишком болезненные воспоминания оно будило. Нав медленно повернул голову и открыл глаза.
   И встретился взглядом с черными антрацитами ее глаз.
   Сантьяга очень осторожно, очень медленно сел. Вгляделся в облик ночной гостьи и смертельно побледнел.
   Это была Диега.
   Она сидела на белых пушистых шкурах, которые когда-то устилали пол их спальни в загородном доме, а теперь стали украшением квартиры Веги. Сидела, положив руки на диван, и уперев подбородок на точеные кисти. И с невыносимой, непередаваемо-тоскливой нежностью смотрела на него снизу вверх.
   Его Диега.
   Его жена
   Его любовь.
   Бывший комиссар осторожно обнял ее за плечи, помогая встать. Изящную фигуру окутывал полупрозрачный шелк, предназначенный не скрывать, а подчеркивать. На светлой коже мрачным огнем пламенели черные бриллианты.
   Темная богиня.
   Сантьяга уже понял, что это сон. Будоражащий сон, призванный окончательно добить его, сломать последнюю защиту и растоптать.
   Но ему было все равно.
   Руки скользнули по восхитительно знакомым изгибам ее тела, ловкие пальцы в мгновение справились с платиновыми застежками, украшенными, как и все прочее, черными драгоценными камнями.
   Которые не шли ни в какой сравнение с бриллиантами ее глаз.
   Черный шелк соскользнул с точеных плеч.
   Сантьяга откинулся на шкуры, увлекая женщину за собой. Он всегда очень хорошо чувствовал ее настроения и желания.
   Даже во сне.
   Два тела сплелись в единое целое. Сильные руки нава блуждали по плечам, груди и бедрам Диеги, до безумия возбуждая их обоих. Ее тонкие пальцы, таившие в себе куда большую силу, чем можно было подумать, до сладкой боли сжимали плечи Сантьяги.
   Он двигались в едином порыве, не мысля себя друг без друга, не помня о жестокой реальности, не думая ни о чем.
   Глубокое чувство бесконечной любви захлестывало их.
   Внезапно Сантьяга выпустил навью из объятий и откатился в сторону. Диега со страхом взглянула на него. Неужели?..
   Комиссар взял ее за руку, вынуждая встать. Сделал шаг назад, окинул женщину взглядом, покачал головой.
   - Фальшивый образ. Это не ты.
   В черных глазах Диеги волной взметнулся ужас.
   Сантьяга медленно приблизился к ней, провел рукой по волнистым волосам, освобождая густую гриву от диадемы. Руки на мгновение сомкнулись за спиной навьи - колье оказалось на полу. Еще несколько движений - и из украшений на ней остался лишь тонкий платиновый ободок на безымянном пальце правой руки, украшенный россыпью мелких алмазов. Белых алмазов.
   Кольцо, подаренное на свадьбу.
   Человский обычай, понравившийся им обоим.
   Диега поняла. И улыбнулась.
   Нав пересыпал горсть черных бриллиантов на тонкий шелк ее накидки.
   - Здравствуй, Ди.
   - Здравствуй, Сан.
  
   Они были охвачены безумием. Дикой, всепоглощающей страстью, невероятным образом сочетающейся с нежностью. Они были живым воплощением Любви.
   Хотя оба знали, что все это - лишь сон.
  
   Сны - это страна сказок. Порой страшных, порой жестоких, порой веселых, но сказок. Даже для жителей Тайного Города.
   У каждой сказки есть конец. Счастливый или печальный, но он есть.
   У снов тоже есть конец, ведь сны - это сказки... Правда, очень редко удается в этот конец попасть.
   Диеге и Сантьяге удалось.
   Хотя и лишь на краткое мгновение...
  
   Она встала, грациозно потянулась, встряхнула гривой черных волос, наклонилась - локоны упали Сантьяге на грудь - и нежно коснулась губами его губ.
   - Я люблю тебя, комиссар.
   - Я люблю тебя, Ди, - он ответил на поцелуй.
   - Принесу мартини. Пить хочется... - Диега улыбнулась. Светло и как-то беззащитно.
   Сантьяга провел рукой по ее щеке, навья поймала его ладонь и прижалась к ней губами, тихо, печально рассмеявшись. И вышла из комнаты. Он не заметил, что в руке женщина сжимала шелковую накидку с горстью черных бриллиантов.
  

Сантьяга

Квартира Веги

5 октября, 06.58

  
   Он очнулся резко, словно вынырнул из теплой воды на ледяной воздух. Несколько секунд лежал, не открывая глаз и заново переживая все произошедшее. Диега...
   - Диега! - бывший комиссар рывком сел.
   В комнате никого не было.
   Сон, только сон.
   Но чуткие ноздри уже уловили аромат ее тела, руки уже почувствовали тепло простыней. Ее тепло.
   Сантьяга с облегчением вздохнул. Диега просто вышла налить мартини, она очень любила мартини. Он откинулся на подушку, взгляд бездумно блуждал по комнате. Нав расслабился, полной грудью вдыхая аромат любимой женщины, и вдруг что-то заставило его напрячься.
   Мини-бар!
   Зачем она пошла на кухню, если в комнате есть мини-бар?
   Комиссар тихо рассмеялся собственной подозрительности. Мало ли зачем женщине может понадобиться выйти из комнаты? Но ощущение того, что случилось нечто непоправимое, не оставляло его.
   Тихо выругавшись в свой адрес, Сантьяга встал, натянул брюки и пошел на кухню.
   Там никого не было.
   Он проверил ванную и вторую комнату.
   Ни души.
   Единственным помещением, в которое Сантьяга не заходил, оказалась комната Веги.
   Внезапно комиссара заинтересовал один вопрос - насколько хороша здесь звукоизоляция? Крики Диеги вполне могли долететь и до Цитадели! А уж Вега-то наверняка слышал их сквозь стены.
   Улыбнувшись собственным мыслям, Сантьяга постучал в дверь. Не дождавшись ответа, нав заглянул в комнату.
   Балконная дверь была открыта, позволяя свежести осеннего ливня наполнить помещение. Вега стоял на открытом балконе, одетый в одни джинсы, струи дождя стекали по его плечам и спине. Лица гарки Сантьяга видеть не мог.
   Комиссар вышел на балкон. Холодная вода тут же заструилась по его коже, приятно остужая разгоряченное тело.
   - Вега!
   - Что? - спросил молодой нав, не оборачиваясь. В одной руке у него была бутылка "Реми Мартена", вторая свободно лежала на перилах балкона, и Сантьяга заметил, что пальцы слегка подрагивали. Он хотел спросить гарку, не видел ли тот Диегу, как вдруг все встало на свои места.
   Сон, просто сон.
   - Ничего... - тихо проговорил Сантьяга. Боль острыми иглами впилась в сердце.
   Но Вега уже обернулся. Его внимательные черные глаза быстро оглядели комиссара.
   - У тебя кровь, - тихо сказал он.
   Сантьяга застыл, как громом пораженный. Он внезапно почувствовал сладкую, саднящую боль от царапин на спине, плечах и груди, но не в этом было дело.
   Вега был без маски.
   И он был как две капли воды похож на Диегу.
   Те же черты лица, тот же подбородок, тот же разлет бровей. Те же глаза.
   Посмотрев гарке в глаза, Сантьяга машинально отступил на шаг назад. Ему впервые в жизни стало по-настоящему страшно.
   В черных бриллиантах глаз Веги властвовало безумие.
   - У тебя кровь на груди, Сантьяга, - так же тихо повторил он.
   Бывший комиссар чудовищным усилием воли взял себя в руки.
   - Вега, кто ты? - спросил он прямо. Сил хитрить и плести словесные кружева просто не было, как не было и желания этим заниматься.
   - Ее брат-близнец, - гарка сделал несколько глотков из бутылки, протянул Сантьяге. Тот жадно приложился к горлышку.
   Молодой нав неожиданно повернулся к окнам комнаты, прищурился и прошептал несколько слов. Через несколько секунд из открытой двери зазвучал гитарный перебор.
   - Что это?
   - Хэви.
   Сантьяга поморщился. Он не понимал увлечения некоторых тяжелым металлом, отдавая предпочтение симфонической музыке, но все же из вежливости поинтересовался:
   - Что именно?
   - Сергей Маврин. Гений, - тихо и очень серьезно ответил Вега.
   Вслед за гитарой вступила ритм-секция. И, наконец, голос певца взлетел к небу.
  
   Одни столько лет,
   Мы возводим замки и храм,
   Рожденные по воле рока жить.
   Богам веры нет,
   Снова каждый выберет сам
   Свой мир, свой крест, свою судьбу и нить.
  
   Не плачь, не жалей, не зови -
   Слабому плеть, вольному - воля.
   Имя свое к солнцу неси в теплых ладонях.
   У ветра дорогу спроси. Сомнения, прочь, и прочь, тревога,
   Все, как есть, прими, и не вини ни черта ни бога.
  
   Сантьяга с удивлением заметил, что эта музыка в корне отличается от его представлений о тяжелом металле. Но дело было даже не в музыке, хоть и лилась бальзамом на израненную душу удивительная гармония инструментов. И даже не в голосе певца, талант которого нельзя было не отметить, хоть нав и поспорил бы насчет гениальности.
   Дело было в тексте.
  
   Смотри - новый день!
   Тот же был сюжет, ну и пусть -
   Он лишь мгновенье бесконечных сцен.
   Смотри - свет и тень
   Прошлых дней, а их не вернуть,
   Они частицы вечных перемен.
  
   Поражала пламенность призыва, огонь в казалось бы, обычных словах. "...Имя свое к солнцу неси в теплых ладонях...". Сантьяга поневоле вслушался, и внезапно понял, что тоска и боль отступают перед сильным, эмоциональным голосом. "...Сомнения, прочь, и прочь, тревога!". Нав покачал головой, признавая перед самим собой неправоту.
  
   Мечтать смысла нет...
   Это путь к волшебным мирам,
   В страну надежд изломанной души.
   Проснись! Сколько лет
   Мы возводим замки и храм,
   Рожденные по воле рока жить...
  
   Когда песня стихла, Вега повернулся к комиссару. В его взгляде отчетливо читался насмешливый вопрос.
   - Не ожидал... - протянул Сантьяга. - У этого Маврина действительно хороший голос, хотя определение "гений", на мой взгляд - преувеличение. Вот текст написал действительно гений. Как и музыку, - помедлив, добавил он.
   Вега рассмеялся.
   - Как раз музыка и текст - Сергея, а поет совершенно другой чел, Артем Стыров.
   - Признаю свою неправоту, - улыбнулся нав. - Маврин - гений. - Сантьяга так и не заметил, что Вега умело увел разговор в сторону от своего родства с Диегой. - Пожалуй, я изменю своим привычкам, и схожу на его концерт.
   Комиссар постепенно становился прежним. Возвращались его манера речи, безмятежное спокойствие, элегантность движений.
   - Боюсь, не получится, - невесело усмехнулся Вега.
   - Почему же?
   - Ты опоздал лет на семьдесят. Эта песня была написана еще до моего рождения, а Маврину уже тогда было за тридцать. Ладно, я пошел варить кофе. Надо собираться и ехать в Цитадель, - тяжело вздохнув, гарка допил остатки коньяка и с сожалением посмотрел на пустую бутылку.
   - Мне кажется, кофе тебе уже не поможет, - Сантьяга окинул молодого нава скептическим взглядом. - Даже я в лучшие времена не рискнул бы явиться к Князю в таком состоянии и в таком виде.
   - Вколю стимулятор.
   Спустя полчаса Вега уехал. Бывший комиссар вновь остался в одиночестве. Он раскинулся на пушистых шкурах, и, бездумно глядя в потолок, выстраивал в голове логические цепочки. К его удивлению, после этого сна к нему вернулась способность трезво мыслить, и сейчас постепенно формировались вопросы, на которые необходимо было найти ответы.
  

Вега

Кабинет Князя

5 октября, 09.27

  
   - Ты превращался этой ночью, - угрюмо пробурчал Князь из-под капюшона, как только Вега вошел в его кабинет. Он не стал открывать лицо.
   - Превращался, - легко согласился гарка.
   - Ты рисковал.
   - Ситуация была под контролем.
   - Ты очень измотан.
   - Это последствия вчерашнего приступа, - упорствовал Вега. - Повелитель, неужели вы позвали меня для того, чтобы обсудить мое здоровье?
   Князь быстрым движением откинул капюшон. Желтые глаза впились в глаза нава, тот почувствовал ментальное сканирование. И закрылся. Быстро, уверенно, и открыто.
   - Ты начинаешь мне кого-то напоминать манерой речи, - буркнул Князь. - и вообще, некоторыми выходками. Интересно, кого?
   - Может, Сантьягу? - ухмыльнулся гарка.
   Князь воззрился на Вегу с изумлением.
   - Ты сам на себя не похож. Закончишь в Самарканде - отправляйся в отпуск.
   - Просто я вчера столько раз слышал это имя, что у меня выработался иммунитет, - пояснил нав. - А насчет Самарканда... У меня возникло несколько вопросов.
   - Я на них отвечу.
   - Первое: почему я, почему не Ортега, комиссар?
   - Потому что он не справится, - спокойно ответил лидер Нави. - Эта загадка по плечу лишь троим из Темного Двора, один из которых мертв, а другой не может заняться ею в силу своего положения.
   - Вы ставите меня на один уровень с Сантьягой? - тихо проговорил молодой нав.
   - Да.
   - А Советники?
   - Советники хороши здесь, и во время войны. С этим делом они не справятся - не хватит гибкости. Кстати, двое Советников будут по мере необходимости прикрывать тебя во время операции.
   - Значит, игра предстоит масштабная?
   - Вовсе нет. Просто Посох Волхвов слишком важен для нас. Я не хочу, чтобы он попал в руки других Великих Домов, - настал черед Веги с удивлением посмотреть на Князя. - Посох должен попасть в Цитадель, но ни рыцари, ни зеленые не должны об этом даже подозревать.
   - Хорошо. Я смогу при помощи Советников инсценировать гибель артефакта. Вот только не мешало бы как следует подготовиться. Для начала: что там произошло? На самом деле, разумеется.
   - Группа челов проникла в гробницу. Они похитили Посох, и скрылись, - развел руками Князь. - Другой информации нет. Поэтому я и посылаю тебя, а не Ортегу. Он слишком долго работал с Сантьягой, превосходно выполняет приказы, но почти не способен к проявлению собственной инициативы.
   - А моя неуравновешенность и несвойственное большинству умение думать будут весьма кстати? - подхватил Вега. В его голосе звучало неприкрытое ехидство.
   - Именно так, - повелитель Темного Двора сделал вид, что ничего не заметил. - Твоя задача заключается в том, чтобы похитители были уничтожены, Посох оказался в Цитадели, а наши противники были уверены в том, что артефакт погиб.
   - Я так и понял, - заявил гарка, аккуратно присаживаясь на краешек стола.
   - Глядя сейчас на тебя, я начинаю сомневаться в том, что правильно поступил, отдав тебе амулет татов, - нахмурился Князь.
   - А что сомневаться, повелитель? - Вега весело и дерзко взглянул в желтые глаза лидера Нави. - Мы оба знаем, что это была ваша самая большая ошибка. Мне стоило тогда исчезнуть.
   - Последнее время ты себе слишком много позволяешь, - в интонациях явственно читалась угроза.
   Гарка спрыгнул со стола и подошел почти вплотную к Князю.
   Неоднородная Тьма, заполнявшая кабинет, начала сгущаться вокруг них.
   - Вот именно, - тихо произнес Вега. - И я очень хочу знать две вещи. Как далеко я могу зайти - это раз. Почему вы позволяете мне так себя вести, почему терпите мои выходки? И что во мне такого, что вы так старательно следите за моей жизнью? Вытаскиваете из неприятных... - нав поморщился, вспоминая бой с Ортегой, - ...ситуаций, прикрываете перед другими Великими Домами? Это два.
   Тьма сгустилась настолько, что собеседники едва могли видеть глаза друг друга.
   Вега прекрасно понимал, что любого другого, посмевшего так себя вести в кабинете Князя, и так с ним разговаривать, лидер Темного Двора испепелил бы. Да и не находилось таких безумцев. Сантьяга не в счет. И гарке отчаянно хотелось узнать причину такого отношения к себе.
   Князь семь раз спасал его от гибели. Всегда помогал, если помощь требовалась. Следил за приступами и блокировал их.
   И обучал.
   Молодому наву, единственному во всей Цитадели, был дан доступ в личную библиотеку Повелителя. Вега часами мог сидеть в ней, увлеченно листая древнейшие фолианты, до сих пор не рассыпавшиеся в пыль лишь благодаря охраняющим их заклятиям, изучая подробную историю Первой войны, становления власти навов на Земле, историю свержения Темного Двора людами, узнавал, почему навы проиграли зеленым... Он впитывал знания, как губка - воду.
   Князь занимался с ним магией. Не боевой. Объяснял принципы работы тех или иных сложных арканов.
   И многое показывал.
   Человские писатели-фантасты называют это "виртуальной реальностью". Как окрестил свой аркан Князь, гарка не знал.
   Вега садился в кресло, расслаблялся, а повелитель активировал заклинание. И молодой нав переставал быть собой. Невероятный аркан перемещал его в другое тело, в другое время, а порой - в другие миры. Там все было настоящим - радость, боль, любовь, смерть.
   Вега не лгал Максимилиану, когда говорил, что знает, что испытывает пронзенный колом масан, сгорающий в неумолимых лучах рассвета. Он прошел через это в одном из своих виртуальных путешествий.
   Становясь другим, гарка терял свои способности и память, но когда он возвращался, воспоминания о путешествии оставались.
   Сейчас же Вега хотел узнать причину.
   Тьма окутала обоих, нав чувствовал, как она впитывается в его тело, охватывает душу, пытается проникнуть в разум, но тут ее встретил непробиваемый заслон.
   - Ты хочешь знать? - прозвучал сквозь Тьму голос Князя.
   - Да! - Вега вскинул голову, глаза блеснули.
   - Я отвечу на твой первый вопрос. Для второго еще не пришло время. Ты спросил, насколько далеко ты можешь зайти.
   Повелитель Нави вскинул руку. В его когтях змеилась плеть, сотканная из самой Тьмы.
   Чудовищный удар швырнул Вегу на пол. И мир для него перестал существовать. Осталась только всепоглощающая боль, от которой было не защититься и не убежать. Она длилась вечность.
  
   Он пришел в себя как обычно, мгновенно. Кровоточила ранка на виске, точно под щупальцем маски, и все. Тяжело дыша, нав поднялся на ноги. Князь стоял футах в пятнадцати от него.
   - Возьми с собой девятерых. Не только гарок. Потребуется сбалансированная команда. Жду тебя завтра утром. Можешь идти.
   Вега поклонился и вышел из кабинета.
   Те шестьсот футов, которые было необходимо пройти, чтобы оказаться в его кабинете, показались гарке чуть ли не самой длинной дорогой в мире. И чуть ли не самой тяжелой.
   Хуже было лишь тогда, когда он шел через двор Цитадели с куклой Сантьяги на руках, и чувствовал на себе взгляды всех навов, собранных Князем.
   Через три минуты - вечность? - Вега закрыл за собой дверь и рухнул в кресло. После "ответа" повелителя ему было необходимо отдохнуть хотя бы час.
   Открыв нижний ящик стола, нав выбрал необходимую ампулу, одноразовый шприц. Он ловко - не в первый раз - преломил тонкое стекло и набрал полкубика раствора.
   Сильнейшее эрлийское снотворное начинало действовать спустя полминуты.
   Вега ногой задвинул ящик обратно в стол, быстрым, привычным движением вогнал шприц в вену на сгибе локтя, метко закинул использованную иглу в мусорную корзину, и откинулся на спинку кресла, устраиваясь поудобнее. Спустя тридцать секунд нав погрузился в глубокий, спокойный сон без сновидений.
  

Вега

Цитадель

5 октября, 12.39

  
   Он проснулся ровно через два часа. Подождал полминуты, пока остатки сонливости покинут голову, после чего открыл глаза.
   Эрлийское снадобье подарило краткий отдых, но не силы, которые были необходимы молодому наву. Вега вновь потянулся к нижнему ящику, на сей раз вынимая не ампулу, а готовый шприц, наполненный мутной темной жидкостью. Шприц украшала маркировка "Н".
   Гарка вколол стимулятор, и вновь на минуту расслабился, чувствуя, как сбалансированный специально для обитателей Темного Двора наркотик растекается по венам. Он терпеть не мог это фальшивое, потасканное ощущение свежести и сил, и пользовался стимуляторами по возможности редко, но случалось и так, что нужды Нави вынуждали жить на наркотике неделями.
   Вега собрался.
   Необходимо было собрать сбалансированную команду. Значит, как минимум: предсказатель-аналитик, специалист по боевой магии и маг-целитель. Это уже трое, плюс еще Максимилиан, которого нав по неосторожности пообещал взять. Значит, гарок всего пятеро: Варга, Дага, Айвенга, Орнага и Стрега.
   Вега был хорошим командиром, и знал, чьи таланты могут пригодиться.
   - Так, с воинами я определился, теперь остальные... - тихо пробормотал он.
   Нав-предсказатель. О, с какой тоской Вега вспоминал времена, когда доводилось работать с Домингой и Тамиром Кумаром, легендарными "ласвегасами"! Но после гибели Сантьяги пара аналитиков в буквальном смысле хлопнула дверью и ушла.
   Разумеется, командир элитного арната не позволил им потеряться. Нав точно знал, что "ласвегасы" поселились в Петербурге, и над чем-то усиленно работают. Вега не знал, над чем, но зато он был уверен в том, что аналитикам помогает Егор Бесяев-младший, сменивший отца на посту вице-президента "Тиградком", и в том, что в Питер регулярно ездит молодая предсказательница, внештатный сотрудник аналитического отдела Цитадели. Навья по имени Ринага.
   Сестра Даги. Дочь Сантьяги и Диеги.
   Вега с самого начала подозревал, что Ринага учится у Доминги, и не поленился это проверить. Если она не откажется от участия в поисках Посоха Волхвов, это будет замечательно.
   Вторая беда - специалист по боевой магии. Но этот вопрос пусть решает глава отдела. Вега связался с магами, и попросил зайти к нему трех лучших мастеров практики боевых арканов.
   Оставался целитель. Впрочем, здесь нав размышлял недолго. Его выбор практически сразу пал на двоюродного брата Захара Треми, Виктора. Опытный, хоть и весьма молодой масан, Виктор считался лучшим в клане по использованию лечащих Дисциплин Крови.
   В дверь постучали. Нав оторвался от изучения личного дела Треми.
   - Войдите!
   Дага тихо скользнул в кабинет, прикрывая за собой дверь.
   - Командир, я тут подумал насчет предстоящей командировки в Самарканд... Может, нам стоит взять с собой предсказателя?
   Вега внимательно посмотрел на гарку, затем кивнул на кресло.
   - Стоит. А также спеца по боевой магии и целителя. И только пятерых воинов.
   - Но почему?
   - Приказ Князя. - Вопросы, уже готовые сорваться с губ Даги, повисли в воздухе. - Не волнуйся, ты в составе группы. Кажется, ты хотел что-то сказать по поводу предсказателя?
   - Я хотел предложить свою сестру, Ринагу.
   - Которая учится у Доминги?
   Дага ничем не выдал удивления. Вега мысленно похвалил и его, и себя - он не ошибся, взяв в арнат этого молодого гарку.
   - Да.
   - Я ее и выбрал, - ухмыльнулся Вега. - Теперь осталось только ждать, пока она приедет, и надеяться, что она согласится.
   - Конечно, согласится! - слишком быстро и слишком уверено заявил Дага.
   Вега повернулся к гарке и посмотрел ему в глаза.
   - Не стоит... Я прекрасно понимаю, как твои сестры ко мне относятся, - с грустью проговорил он. - Я рад, что ты нашел в себе силы меня понять, и не возненавидел, в отличие от них. Но Ринага, Эльтега и Арига не знают, что тогда происходило на самом деле. Я для них - убийца нава, и не просто нава, а их отца. И вряд ли твои сестры согласятся меня выслушать, а если даже и согласятся - не поверят. Впрочем, я не собираюсь перед ними оправдываться. Если Ринага согласится - отлично, если нет - и кроме нее есть отличные предсказатели.
   Вновь раздался стук в дверь. Вега знаком отправил Дагу в дальний, самый темный угол кабинета.
   - Войдите.
   Дверь бесшумно отворилась, и столь же бесшумно закрылась.
   Перед навом стояла девушка крайне примечательной внешности.
   Невероятно длинные, до колен, волосы, заплетенные в пару сотен мелких косичек, были перевиты белыми шелковыми шнурками. Сапоги-ботфорты на тонкой, высокой шпильке делали навью ростом почти с Вегу. Черные штаны из латекса плотно обтягивали стройные бедра. Алый шелк блузки под распахнутой женской косухой из мягкой кожи едва прикрывал грудь. Яркая, но не вульгарная помада подчеркивала линию губ, искусно подведенные глаза...
   Глаза у нее были отцовские, сантьягины.
   - Добрый день, Вега, - голос у нее оказался высокий и звонкий.
   - Здравствуйте, - нав окинул гостью заинтересованным взглядом. Он уже догадался, кто пришел в его кабинет, и почти догадался, с какой целью. - Простите, одну секунду, - он поднял трубку телефона. - Отдел боевой Магии? Это Вега. Я просил прислать трех специалистов, да, полчаса назад. Нет, не торопитесь, они мне более не требуются, - и положил трубку.
   - Еще раз простите, Эльтега. Присаживайтесь, - гарка указал на кресло. - Коньяк?
   - Не разделяю вашей страсти к этому напитку, - холодно улыбнулась красавица.
   - Тогда, может, вина?
   - Благодарю, но я приехала в Цитадель не для того, чтобы наслаждаться напитками в не самом приятном мне обществе.
   - Грубо, - спокойно заметил Вега, наполняя бокал янтарной жидкостью. - Грубо, но, по крайней мере, честно. Я могу поинтересоваться, что же привело дочь Сантьяги в убежище его убийцы?
   Эльтега вздрогнула. В голосе загадочного гарки звучала пылающая ярость и звенящий лед, горькая обида и надменная насмешка. И все одновременно. Недаром об этом наве говорят, что ему досталась вся эмоциональность и вспыльчивость, от которых отказывались на протяжении веков обитатели Темного Двора, подумала девушка. И не смогла понять, ей почудилось, или в словах гарки звучала еще и боль?
   - Я знаю, что вам нужен специалист по боевой магии, - собравшись с силами, заговорила Эльтега. - И хочу с вами работать.
   Тонкие губы Веги разошлись в недоверчивой ухмылке.
   - Зачем? - неожиданно резко спросил он.
   Навья растерялась.
   - Мое личное отношение к вам не имеет значения, - медленно заговорила она, пытаясь вернуть себе инициативу в разговоре. - У вас репутация опытного... - Эльтега замялась, пытаясь подобрать подходящее слово.
   - Главного помощника и заместителя комиссара темного Двора, - весело скалясь, подсказал Вега.
   - Можно и так сказать. И мне хочется поработать с вами. Тем более, что, судя по моей информации, вам предстоит сложное и необычное расследование.
   - Откуда у вас такая информация? - и вновь вопрос прозвучал резко и жестко.
   - Я работаю в отделе боевой магии. Когда мне стало известно, что вам требуется специалист, я всего лишь сделала выводы.
   - На основании чего?
   - Вы никогда не берете помощников со стороны, всегда работаете только со своим арнатом, довольствуясь изредка помощью аналитического отдела, - пояснила Эльтега. - и если вы решили привлечь спеца, значит, своими силами не справиться. У вас репутация нава, для которого не существует трудностей и препятствий. На основании этой информации я сделала вывод, что задание сложное. Очень сложное.
   Эльтега замолчала, ожидая реакции гарки. Но Вега молча откинулся в кресло, любуясь золотистым блеском содержимого бокала.
   - Во-первых, хочу вас поправить, для меня существуют трудности и препятствия. Для меня не существует непреодолимых трудностей и препятствий.
   - Слова самоуверенного.
   - Слова уверенного в себе, - мягко поправил гарка. - Это разные вещи. Надеюсь, вы улавливаете? Теперь "во-вторых". Мне очень жаль, Эльтега, но... - нав выдержал эффектную паузу, дав девушке приготовится к отказу, пригубил коньяк. - Восхитительный напиток, вы не находите? А какой аромат... Так вот, Эльтега, мне очень жаль, но я вам не верю.
   - Вы обвиняете меня во лжи? - ледяным тоном осведомилась навья.
   - Нет, что вы! - Вега весьма натурально изобразил возмущение. - Я лишь считаю, что вы называете второстепенную причину своего ко мне интереса, в от время как меня интересует истина. Но я не сомневаюсь, что вы откроете ее мне, и не станете меня разочаровывать. Надеюсь, я прав?
   Он улыбнулся как можно дружелюбнее. Получилось жутковато.
   Впрочем, этого нав и добивался.
   Эльтега с некоторым страхом поняла, что разочаровывать Вегу ей совсем не хочется.
   - Вы правы, - после минутного раздумья медленно проговорила навья.
   - Великолепно, - тон гарки неожиданно стал скучающим. - Тогда я прошу вас или открыть причину, побудившую вас придти ко мне, или же хранить свои тайны вне моего кабинета.
   Девушка мысленно перевела замысловатую фразу на доступный и понятный язык: или говори, или проваливай к Спящему.
   Сказать, что Вега поразил ее своим поведением - значит, не сказать ничего. Эльтега ожидала чего угодно, но только не столь витиевато построенных фраз - он дал бы фору и эрлийцам с их научным словоблудием - не резких смен темы разговора, вынуждавших ее теряться и играть по его правилам, и уж точно не легкости, с которой он оборачивал ее оружие против нее же самой.
   - Вега, я вас ненавижу, и вы это знаете. Вы убили моего отца, - Эльтега, наконец, собралась с силами и заговорила. - Убили ударом в спину, что...
   Бокал с пронзительным звоном разлетелся в кулаке нава. Гарка неуловимо-быстрым движением поднялся с кресла, перепрыгнул через стол, и бледный, яростный навис над навьей. Его уши заострились, что говорило о состоянии крайнего бешенства, в антрацитовых глазах пылала злоба.
   Эльтеге еще никогда не было так страшно.
   - Считай, что тебя спасло лишь то, что ты - нав. Я поклялся не убивать своих. И еще то, что ты - дочь Сантьяги. - Вега отпрянул от девушки и прошелся по кабинету. - Мы сражались на равных, оба одинаково измотаны, у обоих одинаково малый запас магической энергии, у обоих оружие из обсидиана. У Сантьяги было столько же шансов убить меня, как у меня - убить его. Из той пещеры мог выйти только один, и я не буду просить у тебя прощения за то, что этим одним оказался я!
   Нав остановился, потер виски, испачкав маску кровью, сочащейся из порезанной раздавленным бокалом ладони, и устало опустился в кресло.
   Эльтега посмотрела на него со страхом. К ее огромному удивлению, ей было стыдно.
   - Простите, - тихо произнес Вега после некоторой паузы. - Кажется, я сорвался.
   - В вашем арнате двое навов, которые мне дороже всех, - спокойно заговорила навья. Один Спящий знает, чего ей стоило это спокойствие. - Мой брат Дага, и мой муж - Райга.
   - Муж? - в непроницаемых уже глазах мелькнуло удивление. - Поздравляю, вам удалось меня удивить.
   - Я польщена. Так вот, если Райгу я еще понимаю, хоть и с трудом, то Дага... Я должна знать, должна понять, почему брат готов умереть за вас, хоть вы и убили нашего отца.
   - А я ведь и сам не знаю, - тихо прошептал Вега. Его глаза затуманились.
   На несколько минут в кабинете повисло молчание.
   - Я жду вас в девять вечера, - наконец стряхнул оцепенение нав. - Обсудим детали поездки. Если вы не передумаете, конечно.
   Его испытующий взгляд поймал ее глаза. Эльтега улыбнулась.
   - Я не передумаю.
   - В таком случае - до вечера.
   - До вечера.
   Когда Эльтега вышла, Вега вновь устало потер виски, и отпил коньяк прямо из горлышка.
   - Спасибо, - Дага тихо вышел из угла, где простоял все это время.
   - За что? - безразлично спросил Вега.
   - Она поймет, - так же тихо добавил гарка.
   - Я надеюсь.
   - Поверь, я знаю сестру. Она все поймет. Эльтега умна и чутка.
   - Я заметил, - в его голосе скользнула горькая усмешка.
   - Командир, прости ее. Она же не знала...
   - Не знала... - эхом отозвался Вега. - И в самом деле, не знала.
   В дверь постучали.
   - Кого еще принесло? - тихо, почти неслышно простонал нав.
   - Вероятно, Ринагу, - шепотом ответил Дага.
   - Если твоя вторая сестра сегодня же загонит меня к Спящему, виноват будешь ты! - Командир элитного арната указал на угол. Гарка с тихим смешком растворился в темноте.
   Стук повторился.
   - Войдите.
   Ринага разительно отличалась от сестры, даром, что они были близнецами. Неброская одежда - джинсы и свитер, черные волосы подстрижены коротким каре, едва прикрывающим затылок, лишь за ушами две длинные, до плеч, пряди. Ни грамма косметики на умном, непроницаемо-серьезном лице, не лишенном мрачноватой красоты. Вместо эльтегиных колец, цепочек и серег - два широких кожаных браслета с серебряными звеньями.
   И злые черные глаза.
   Ринага застыла перед столом Веги как изваяние.
   - Добрый день, Ринага. Вы, я думаю, уже знаете, для чего я вас вызвал.
   - Попросили приехать, - ледяным тоном поправила навья. Ни ответного приветствия, ни улыбки... Впрочем, Вега их и не ждал. - Я не работаю в Цитадели, вы можете меня просить, но не приказывать.
   Гарка подавил тяжелый вздох. С этой девушкой было сложно играть по своим правилам. Ринага унаследовала от отца острейший ум, всегда замечала мельчайшие детали, и на нее не действовали трюки с резкой переменой темы или тона разговора.
   - Как скажете, - Вега посмотрел ей в глаза, и спокойно повторил: - Я прошу вас ответить на мой вопрос.
   - Да, знаю.
   - Ваш ответ на мое предложение?
   - Я согласна.
   - Могу я поинтересоваться, почему?
   - Можете, - еще один ледяной взгляд. Гарке внезапно стало прохладно. - Меня интересует один артефакт, который, по моим сведениям, находится в Гур-Эмире.
   - Где?
   - Вега, вы отправляетесь в Самарканд, не зная даже таких элементарных вещей? - тонкая бровь навьи изогнулась в притворном негодовании. - Гур-Эмир - это название мавзолея Тимур-Ланга.
   - Кого?
   - По-европейски - Тамерлана, - снисходительно пояснила Ринага.
   - Сдаюсь! - Вега выставил вперед открытые ладони. - Ваша эрудированность в вопросе человской истории делает вам честь. Но я бы хотел побольше узнать об артефакте, который вас интересует.
   - Это не Посох Волхвов, - холодная улыбка. - Древний артефакт предсказаний, основанный на некромантии. Меня он интересует с профессиональной точки зрения. И вполне устроит в качестве награды за помощь.
   - Платы за услуги, - усмехнувшись, поправил нав.
   - Как вам будет угодно, - легко согласилась Ринага.
   - Хорошо. Вы его получите.
   - В таком случае, я готова отправиться с вами в Самарканд.
   - Жду вас в девять вечера здесь.
   - До встречи.
  
   - У нее получается лгать значительно лучше, чем у ее сестры, - задумчиво обронил Вега через минуту после того, как за Ринагой закрылась дверь.
   - Думаешь, она лгала? - Дага выбрался из своего угла, и теперь сидел верхом на стуле напротив командира.
   - Я уверен в этом на сто процентов.
   - Тогда почему берешь ее с собой? - Дага знал, что Вега никогда не стал бы поступаться своими принципами, а один из этих принципов был: никогда не общаться тесно, а тем паче, не работать с теми, кто ему лжет.
   - На то есть несколько причин, - нав достал из бара бокал и стакан, налил себе коньяка, а гарке - обожаемого им джина. По кабинету разлился запах можжевельника. - Первое - я хочу узнать истинную причину ее желания работать со мной, а заставить Ринагу ее раскрыть, как я заставил Эльтегу, мне не по силам. Второе - она лгала не столько мне, сколько себе. И третье - нам очень нужен специалист такого уровня, как твоя сестра.
   - Ясно, - Дага отпил джина. - Вот бы еще взять с собой младшую сестру...
   - Я уже думал об этом, - со смехом сказал Вега. - Но, хоть убей, не понимаю как нам может пригодиться недоучившийся мастер навских эскизов.
   - Я тоже, - гарка рассмеялся вслед за командиром. - Кстати, а кто поедет в качестве целителя?
   - Виктор Треми. Раз уж ты спросил, то, будь добр, позвони ему и скажи, что я жду его в девять часов вечера. И предупреди об этом весь арнат.
  

Цитадель, кабинет Веги

5 октября, 21.00

  
   Точно в назначенное время все участники предстоящей командировки в Самарканд были в кабинете Веги.
   Ринага и Эльтега сидели в дальних концах помещения. Сестры даже не поздоровались.
   Виктор Треми, темноволосый молодой масан с любопытными глазами, с интересом разглядывал Максимилиана, беловолосый Гангрел, выбирая место, явно постарался сесть подальше от вольготно расположившегося в кресле Виктора, в результате чего был заметен в темноте исключительно благодаря цвету волос.
   Гарки свободно рассредоточились по кабинету. Райга сидел возле жены, Дага долго выбирал место, чтобы оказаться на равном расстоянии от обеих сестер, близнецы Рейега и Мейега разместились подле Ринаги, ветераны Варга и Айвенга о чем-то тихо переговаривались с Орнагой. Вельга и Менга исподтишка любовались красавицей Эльтегой, а Нарнга пересказывал Альге подробности драки с хванами, бессовестно при этом приукрашивая свою роль.
   Но как только ровно в двадцать один ноль-ноль в кабинет вошел Вега, все разговоры стихли, а все взгляды устремились к нему.
   Нав был бледен, глаза лихорадочно блестели, а лихорадочно блестели, а внимательный Виктор заметил, что тонкие пальцы слегка подрагивали.
   - Всем добрый вечер, - он уселся на край стола.
   Ринага скрипнула зубами - как смеет этот выскочка, этот предатель, этот убийца, занявший кабинет ее отца, еще и подражать ему?!?
   - Боюсь, у нас не так много времени, так что перейду сразу к делу. Завтра вечером мы вылетаем в Самарканд. Информация о предстоящем деле следующая: группа челов пробралась в Гур-Эмир, гробницу Тамерлана, выкрала Посох Волхвов, выбралась оттуда, и скрылась. Наша задача: найти, покарать, вернуть Посох. С нами работают команды от Ордена и Зеленых, они должны поверить, что артефакт погиб. Варга, повтори то, что ты рассказывал нам вчера.
   Когда ветеран закончил, в кабинете повисла зловещая тишина. Даже тихий и глухой голос Веги, зазвучавший через минуту, казалось, острейшей сталью резал тягостное безмолвие.
   - Я только что был у Князя. Повелитель все подтвердил.
   - Как мы попадем в гробницу? - спросила Ринага.
   Вега с величайшей осторожностью сунул руку во внутренний карман куртки. Когда он вынул ладонь, в пальцах блеснул небольшой, три дюйма в высоту, флакон с густой черной жидкостью.
   - У меня есть ключ, - спокойно сказал гарка.
   - Кровь Князя! - выдохнул Альга.
   - Да, - просто подтвердил Вега, с прежней чрезвычайной аккуратностью убирая флакон.
   Он получил его два часа назад от лидера Нави. До этого гарке пришлось пережить страшнейшую выволочку. Князь припомнил ему все - начиная с пьяных драк двадцатилетней давности, и заканчивая злосчастной фатой, три с лишним недели назад украсившей своими внутренностями стены и потолок "Ящеррицы". И это не говоря уже о событиях последних дней...
   Вега и не подозревал, что у повелителя настолько хорошая память на его выходки.
   Но те три часа, что нав провел в кабинете Князя, последний не только демонстрировал феноменальную злопамятность, но и рассказал много полезного про мертвых и не очень обитателей подземелий Гур-Эмира.
   - Насчет тех, кто встретит нас там, - начал командир элитного арната. - Чуды и люды боятся звездного серебра.
   - Боятся чего? - нахмурилась Эльтега.
   - Особый вид серебра, - отмахнулся гарка. - Раздам уже в Самарканде.
   - Вега, прости, но, кажется, мне будет легче всего задать этот вопрос, - заговорил Виктор. Его темные глаза с красными зрачками смотрели испытующе. - Но... чего боятся навы?
   Казалось, сгустился сам воздух, в котором повис вопрос масана. Задав его, Виктор спровоцировал двоякие чувства. С одной стороны, жгучую неприязнь - исконным обитателям Темного Двора со времен Последней битвы Первой войны претила мысль об убийстве сородича, а за своих убитых - разумеется, если речь шла не о войне между Великими Домами или о честной дуэли - навы мстили жестоко и беспощадно. С другой стороны, кто-то должен был заговорить об этом, и навы были благодарны Виктору за то, что он на это решился.
   Вместо ответа Вега медленно вытянул из недлинных ножен на поясе узкий кинжал, клинок которого был изготовлен из разводчато-зеленого мраморного материала.
   - Малахит, - уверенно опознал Вельга.
   - Малахит, - подтвердил Вега, убирая оружие обратно в ножны. - Против призраков тоже есть артефакты. В общем, шансы у нас есть. Теперь о составе группы.
   - А что, летят не все? - удивленно осведомился Альга.
   - Нет, не все. В Самарканд отправляются: Ринага, как предсказатель-аналитик. Эльтега, как специалист по боевой магии. Виктор Треми, в роли мага-целителя. Максимилиан Гангрел - разведчик. Гарки - Дага, Райга, Вельга, Варга и Менга. Резерв номер один: Мейега, Рейега, Айвенга. Резерв номер два: Орнага, Альга, Нарнга. У каждого резервного будет "дверь", маяки и активаторы - у меня. От вас требуется постоянная полуминутная готовность. Снаряжение - всем обычное полное, спецы - вы разберетесь сами, что вам нужно. Виктор, для тебя два контракта на эту ночь, два - на следующую, и по одному на каждую последующую. Максимилиан, у тебя по одному контракту на каждую ночь. Оба получите "пожиратели" - возиться со Службой Утилизации нет времени. Все специальное снаряжение и артефакты раздам на месте. Ринага, Варга, вы летите через два часа. Подготовьте все для нашего прибытия и подпортите праздник рыжим и людам, - на этих словах Вега позволил себе легкий намек на улыбку. - Кстати, их возглавляют де Лок и Злата, - гарка замолчал и перевел дух. - У кого-нибудь есть вопросы?
   - Какие уж тут вопросы, - буркнул Айвенга. Он был недоволен тем, что его оставили в резерве.
   - Раз вопросов нет, прощаюсь со всеми до завтра. Ринага, надеюсь, прилетев, получить подробный прогноз.
   Девушка кивнула, в глазах ее на миг зажглись недобрые огоньки.
   Спустя десять минут в кабинете остались только Вега и Дага.
   - Что с твоими сестрами? - поинтересовался Вега, разливая коньяк и джин.
   - Не знаю, - молодой гарка пожал плечами. - Ругались из-за чего-то, час друг на друга орали. Я понимаю еще, Эльтега, она эмоциональна, иногда даже чересчур. Но Ринага... Да она вечно хладнокровна и спокойна, как сытый удав.
   - И опасна, как потревоженный королевский аспид, - добавил Вега.
   - Не доверяешь ей?
   - Опасаюсь, - неопределенно передернул плечами нав. - Я не знаю мотивации ее решения, потому не могу предполагать, что она предпримет.
   - Но... ты ведь ее не тронешь? - Дага подобрался. За любую из сестер он был готов перегрызть глотку кому угодно, кроме Князя и Веги, пожалуй. Но и от них защищал бы девушек до последней капли крови.
   - Дага, кого-нибудь другого я за такие слова бы убил, - спокойно и устало проговорил командир. - А тебя, пожалуй, порежу на кусочки. Медленно, и тупым ножом.
   - Вега, ты прекрасно понял, что я имел ввиду, - настойчиво проговорил гарка.
   - Да понял, понял... - в голосе нава звучала досада. - Я тебе обещаю, что сделаю все, лишь бы с голов твоих сестричек и волос не упал, даже если они решат меня убить, истощив путем долгого сексуального насилия.
   Дага улыбнулся. Тревога оставила его.
   - Спасибо, командир.
   - Пожалуйста. Вот только тебе придется оказать мне небольшую услугу. Ты ведь сегодня поедешь в "Ящеррицу"?
   - Естественно. Птиций обещал что-то новенькое.
   - Я тоже там буду. Привези в клуб записную книжку Сантьяги.
   - Хорошо, - глаза гарки блеснули. - А зачем?
   - Ты все узнаешь чуть позже, обещаю, - мягко проговорил Вега.
  

Вега

Цитадель

5 октября, 21.37

  
   Шоу должно было начаться в полночь.
   - У меня всего два часа, - пробормотал Вега в тишине опустевшего кабинета. - А еще столько надо сделать...
   Нав спустился в гараж, сел за руль "Форда", и, оказавшись за пределами Цитадели, погнал машину в сторону небольшого мотеля.
   Он еще полчаса назад отследил местоположение того, кого искал, и решил не медля воспользоваться его приездом в Москву.
   Отведя глаза портье, Вега поднялся на третий этаж, подошел к двери, украшенной цифрой "восемь", и, достав из кармана баллончик, брызнул несколько капель на замок. Шестипроцентный раствор разрыв-травы разъел металл за несколько секунд. Нав быстро распахнул дверь и шагнул в номер. Его пальцы слегка подрагивали, гарка в любой момент готов был активировать заранее подготовленные арканы - "коридор-двойник" и "щит".
   На его появление двое - шас, копающийся отверткой во внутренностях сервера, и долговязый нав в свитере и джинсах, одной рукой сжимающий бутерброд, а другой остервенело щелкающий мышкой - отреагировали удивленно.
   - Что тебе здесь надо? - осторожно спросил Доминга, невиданное дело - откладывая бутерброд.
   - Пригласить вас обоих, господа, на короткую прогулку с сюрпризом. Не в Цитадель, - спокойно ответил Вега.
   - Зачем? - тут же поинтересовался Тамир Кумар.
   - Узнаете, когда приедем.
   - И ты действительно рассчитываешь, что мы тебе поверим? - Доминга с усмешкой уставился на гарку.
   - Да. Я не хочу применять насилие, но если вы не согласитесь...
   - Звучит как угроза, - протянул шас.
   - Скорее, - предупреждение, - с вежливой ухмылкой поправил его Вега. - Господа, я предлагаю следующий вариант. Вы сейчас отправляетесь со мной, а когда мы прибудем на место, и вы сочтете, что причина, по которой я вырвал вас из этого уютного номера, - нав окинул захламленное помещение скептическим взглядом, - не стоит вашего внимания, то я отвезу вас обратно, а в качестве компенсации переведу на ваш счет десять тысяч.
   - Тридцать, - мгновенно заявил Тамир. Даже будучи гениальным аналитиком, шас остается шасом.
   - Хорошо, тридцать, - спокойно согласился гарка, с удовольствием наблюдая, как вытягиваются лица "ласвегасов".
   - Вега, ты настолько уверен в успехе? - недоверчиво поинтересовался Доминга.
   - Да. Даю вам слово, что привезу вас сегодня же обратно и переведу на ваш счет тридцать тысяч, если не заинтересую своим предложением. Какого бы плохого мнения вы обо мне не были, как бы не ненавидели, вы должны знать, что если я даю слово, то всегда его держу.
   - Я согласен. Тамир?
   - Раз ты, то и я. Тридцать тысяч...
   Уже втроем они вышли из мотеля и сели в машину.
   Всю дорогу Вега ловил на себе презрительно-ненавидящие взгляды. И успокаивал себя горькой мыслью, что привык к ним. Хоть чаще видел ненависть и страх в обращенных к немцу взглядах.
   Оставив машину во дворе - Вега даже не стал загонять "Форд" в подземный гараж - они поднялись в квартиру гарки.
   - Ты дома? - крикнул нав, входя в прихожую. Из кухни донеслось утвердительное громыхание. - иди сюда, я тебе полезный сюрприз привез.
   Из средней двери появился Сантьяга. Гарка в приступе дикого хохота сполз по стене. В таком виде он бывшего комиссара Темного Двора наблюдал впервые.
   Нав был растрепан, руки по локоть в муке, на переднике прилипла яичная скорлупа. Вега перевел взгляд на "ласвегасов", и чуть не задохнулся от смеха. Доминга и Тамир были белее снега, и пытались одновременно отступить в предусмотрительно запертую хозяином квартиры дверь.
   На минуту в коридоре воцарилась тишина, прерываемая лишь истеричными всхлипами хохота Веги.
   - Сантьяга... ты... живой? - наконец ошарашено пробормотал Доминга.
   - Живее всех живых, - улыбнулся бывший комиссар. В его глазах прыгали веселые искорки.
   - Но ведь... но Вега... но он... - потеряно бормотал Тамир.
   - Вега спас меня, и помог бежать, - улыбнулся Сантьяга. - Я позже расскажу вам все подробнее.
   - Почему ты в таком виде? - простонал гарка, наконец поднявшись на ноги.
   - Потому что я сижу в твоей квартире уже третий день, и все, что можно было съесть, я уже съел. А сегодня решил приготовить что-нибудь из того, что осталось.
   - Видимо, у тебя не слишком получилось. Держи, - Вега положил на тумбочку карточку "Тиградком". - Здесь тридцать тысяч. Надеюсь, пока хватит. Доминга, Тамир, можете взять мой "Форд" и перевезти свое барахло. Я поеду на "Мазде".
   - Это не барахло! - возмущенно завопил шас. Доминга же со странным выражением лица смотрел на гарку.
   - Прости. Мы очень ошиблись в тебе.
   - Пустое, - отмахнулся тот. - Сейчас я вынужден вас покинуть, я обещал Птицию приехать на премьеру нового шоу.
   - Завидую, - с чувством проговорил Сантьяга.
   - Не завидуй. Хочешь, поедем вместе?
   - Издеваешься?
   - Нет. Одень кольцо, и даже Князь тебя не узнает.
   - Минуту! - нав исчез в кухне. Оттуда запахло горелым, послышался грохот и ругательства.
   - Сантьяга, я жду тебя во дворе! - крикнул Вега. - Вот ключи, располагайтесь. Мы вернемся под утро, - и, протянув еще не вышедшим из шокового состояния "ласвегасам" связку ключей, он спустился в гараж и вывел на улицу "Мазду".
   Сантьяга вышел через две минуты. Он выглядел, как высокий черноволосый темноглазый чел в синих джинсах, серой рубашке и черной куртке.
   - У нас пятнадцать минут, - предупредил Вега, взглянув на часы - было уже полдвенадцатого, а он всегда предпочитал приезжать с запасом хотя бы в четверть часа. Сантьяга хмыкнул.
   - Не успеем.
   - Успеем, - осклабился гарка. - Я умею очень быстро ездить.
   Он вытащил из бардачка какую-то коробку, не глядя, сунул диск в магнитолу, и включил воспроизведение в случайном порядке.
   Мотор "Мазды" возмущенно зарычал - нав рванул с места на третьей передаче, и машина вылетела на проспект.
   Вега вел уверенно и очень быстро, несколько раз перепрыгивая пробки короткими порталами. Из динамиков неслась уже привычная для Сантьяги тяжелая музыка.
  
   Blessed is his world plagues,
   Named my love, your hate.
   Blessed is his world plagues,
   Named, you and me...
  
   - Мы благословляем этот мир чумой... - тихо переводил Вега самому себе.
   "Мазда", взвизгнув покрышками, резко затормозила у "Ящеррицы".
   - Незачем было так гнать, - спокойно заметил Сантьяга, посмотрев на часы. - У нас есть еще пять минут.
   - Пять минут всегда лучше иметь в запасе, - ухмыльнулся гарка. - Я не люблю опаздывать.
   Они вышли из машины.
   - У меня заказан столик, - бросил Вега молодому концу, встречающему посетителей у дверей клуба.
  

Францеска

Клуб "Ящеррица"

5 октября, 23.54

  
   - Птиций, я не верю, что у тебя нет ни одного свободного столика! Ты всегда держишь резерв!
   - Прости, но именно сегодня мест нет! - управляющий едва не срывался на горестный крик, в маленьких глазках посверкивали слезы.
   - Но почему? Птиций, ты же знаешь, как я хотела попасть именно на эту премьеру! Неужели мне придется идти на второй день вместе с другими неудачниками? - девушка чуть ли не плакала.
   Конец попытался стать ниже ростом.
   - Боюсь, на завтра свободных столиков тоже нет...
   - Все, мое терпение на исходе! - топнув ножкой, она протянула управляющему карточку "Тиградкома". - Перекупи у кого-нибудь, я готова заплатить тройную цену!
   Птиций взял карточку, провел через идентификатор на мини-компьютере, и обреченно вернул владелице.
   - Твой счет заблокирован.
   - Не может быть! - задохнулась чуда. Вдруг ее осенило. - Отец... Это он запретил тебе пускать меня в "Ящеррицу"?
   - Ну, не "не пускать"... - управляющий тяжело вздохнул. - Он просто сказал, что если ты закажешь столик, то я могу заказывать место на кладбище.
   - Это из-за... - она намерено не договорила.
   - Ага, - Птиций втянул голову в плечи.
   - И что делать?
   - Простите, что прерываю... - Вега, как обычно, появился неожиданно. - Францеска, у вас проблемы со столиком? И по моей, как понимаю вине?
   - Что вы, Вега, какие у меня могут быть из-за вас проблемы? - она вложила в эти слова всю свою обиду.
   - Например, со столиком. Францеска, я виноват перед вами, - ему почти удалось улыбнуться. - Я заказал столик у сцены, прошу, позвольте мне хоть отчасти загладить свою вину перед вами, пригласив вас на премьеру. Птиций, я надеюсь, такой возможности магистр де Лок не предусмотрел?
   - Нет, он говорил только про подруг, - с облегчением ответил управляющий.
   - Францеска, вы принимаете мое приглашение? - обратился гарка к чуде.
   Она улыбнулась.
   - Да.
   Они вдвоем подошли к ожидавшему у входа высокому черноволосому челу.
   - Сан, ты так и будешь здесь стоять?
  

Вега

Клуб "Ящеррица"

6 октября, 00.00

  
   - Ровно полночь. Когда же начнется шоу? - Францеска пригубила вино.
   Вега невольно ею залюбовался. Аристократично красивое лицо, пухлые, ярко очерченные губы, чуть вздернуты носик, глубокие карие глаза. Пышные волосы цвета меди чуда заколола платиновым гребнем. В ушах мягко посверкивали некрупные бриллианты, шелковая золотистая блузка подчеркивала изящность миниатюрной фигуры. В высоком, до бедра разрезе длинной черной юбки мелькает стройная ножка.
   Сюда бы кулон, подумал Вега, глядя на изящную шею девушки. И тут его осенило.
   - Господа и дамы, я приношу вам всем свои искренние извинения, но концерт начнется через час, - объявил Птиций со сцены. В зале кто-то обижено загудел.
   Вега встал из-за столика.
   - Простите, Францеска, я покину вас минут на десять.
   - Не опоздайте к началу, - рассмеялась чуда.
   Нав вышел из клуба, благословляя судьбу за то, что приехал именно на той машине.
   "Мазда" сорвалась с места, и через три минуты остановилась возле цветочного павильона.
   Вернувшись к "Ящеррице", Вега достал из бардачка десятка два дисков и пошарил ладонью в глубине. Его пальцы наткнулись на небольшой предмет. С удовлетворенным вздохом гарка извлек коробочку, обтянутую серым бархатом.
   Щелкнул нехитрый замок. Секунд десять Вега любовался произведением искусства, приобретенным им в одном магазине - нав не смог устоять перед этой звездной красотой - после закрыл шкатулку, и, подхватив с заднего сиденья букет, вышел из машины.
   "Ящеррица" встретила его изумленными взглядами, но он не обращал на них внимания.
   - Я еще раз прошу простит меня за мое исчезновение, - Вега с изящным поклоном протянул Францеске белые розы.
   Их пальцы на секунду соприкоснулись.
   - Благодарю, Вега, они прекрасны... - чуда очень мило покраснела.
   - Да, - с некоторым сомнением проговорил гарка, скользнув взглядом по букету. - Но в сравнении с вами их красота меркнет, как меркнет свет свечи в лучах солнца.
   Сидевший за тем же столиком Сантьяга с изумлением воззрился на Вегу. Он и не думал, что командир элитного арната гарок может быть таким...
   Вега подлил вина в бокал девушки, отпил коньяк, и попытался унять бешено стучащее сердце. В длинных пальцах на миг мелькнула шкатулка, обтянутая серым бархатом.
   - Добрый вечер, командир, - раздалось над головой. Нав, пытаясь скрыть досаду, незаметно убрал коробочку.
   - Здравствуй, Дага.
   При звуках этого имени Сантьяга вздрогнул, и пристально вгляделся в лицо молодого гарки, подошедшего к их столику.
   - Как ты просил, я принес записную книжку отца, - тихо сказал Дага, пользуясь тем, что Францеска отошла поздороваться с Любомирой. На чела он просто не обратил внимания.
   Вега осторожно взял потрепанную книжечку в кожаном переплете, внутри которой скрывалось гораздо больше страниц, чем можно было предположить.
   - Спасибо.
   - Не за что. И вот еще что... Дага опустился на свободный стул, и положил на стол толстую тетрадь. На вытертой кожаной обложке белела пометка: XV, 22-43.
   - Что это? - с интересом спросил Вега.
   - Его дневник. Пятнадцатый век, года с двадцать второго по сорок третий. Интересующие нас события происходили в одна тысяча четыреста сорок втором.
   - Дневник Сантьяги? - Вега удивленно взирал на тетрадь. Теперь он ее узнал. - Но ведь они считаются утерянными!
   - Они утеряны, верно, - слегка улыбнулся Дага. - Не без моей помощи.
   Нав лишь головой покачал, глядя на гарку уже иначе.
   - Командир, у тебя за столиком есть свободное место? А то я собирался идти с сестрами, но после того, как они разругались... - он безнадежно махнул рукой.
   - Вот вечно так - женщины ссорятся, а мы страдаем, - рассмеялся Вега. - Бери стул и присаживайся.
   - Сейчас, только поздороваюсь со всеми...
   Дага отошел, Францеска еще не вернулась, и Вега, убрав тетрадь и книжку во внутренний карман куртки, обернулся к Сантьяге. Тот сидел бледный, часто прикладываясь к стакану.
   - Дага... Это ведь не совпадение, верно?
   - Нет, конечно.
   - Он говорил о сестрах...
   - Ринага и Эльтега. Одна - ученица Доминги, вторая специалист по боевой магии.
   - А Арига?
   - Пропадает сутками в подвалах Цитадели, постигая сложное искусство Браги. Все три ненавидят меня люто. Правда, Эльтега пошла по стопам брата и, кажется, пытается меня понять.
   - Дага в твоем арнате?
   - Да, - гарка откинулся на спинку стула, пригубил коньяк. - Удивлен? Разочарован?
   - Удивлен, не стал скрывать Сантьяга. - Но не разочарован, скорее, наоборот.
   - Я и сам был в недоумении, когда он встретил меня у дома, - усмехнулся Вега. Он был готов к этому непростому разговору. - Встретил, и заявил - либо ты объясняешь, почему убил моего отца, либо я попытаюсь тебя убить. Так и сказал - попытаюсь.
   - И что?
   - Я объяснил. Как мог... На следующий день Дага подал Ортеге прошение о переводе в мой арнат, от которого тогда осталась ровно половина, считая меня. Новый комиссар, как мог, ему препятствовал, проводил воспитательные беседы, доказывал, что подчиняться убийце отца сродни предательству... Ортега ведь меня ненавидит. Даже убить пытался, меня спасло лишь вмешательство Князя, - Вега улыбнулся своим воспоминаниям. - Тогда началась война, мы понесли немалые потери. Я со своими воинами сдерживал напор Саламандр...
  

Вега

Тайный город

Шестнадцать лет назад

   Пользуясь короткой передышкой, Вега откатился за угол. Пересчитал своих гарок - четверо - скрипнул зубами. Последняя схватка с Саламандрами унесла жизни двух воинов. Правда, рыжих, которые уже не встанут, было в десятки раз больше, но...
   Он коротко прошипел ругательство на родном языке. Сорвал с пояса фляжку, сделал несколько глотков. Футах в тридцати слева Вельга с нехорошей улыбкой перезаряжал автомат - катан он лишился еще во второй схватке, справа Рага, закусив губу, наскоро перетягивал рассеченное обсидиановым ножом плечо.
   Вега не сомневался, кого благодарить за то, что он с остатками арната был брошен в самое пекло. Ортега слишком его ненавидел, чтобы позволить жить.
   Метка на плече запульсировала, реагируя на магию рядом, дернулся "королевский Ястреб" на спине, но на него Вега уже не обращал внимания - эскиз не успокаивался с того момента, как гарка оказался вне Цитадели. А вот на метку Князя стоило отреагировать.
   Нав рванулся в сторону, перекатился, выпустил короткую очередь в открывшийся темно-алый портал чудов, тут же построил аркан, смявший второй переход.
   Вот только красных вихрей вокруг было полтора десятка. И из каждого выпрыгнуло по шесть-семь чудов. Рыцари-узурпаторы и пятеро командоров войны.
   Последней очередью сложив троих рыжих, Вега вскочил, отбрасывая в сторону бесполезный уже АКСУ и выхватывая из ножен катану. Свободной рукой он запустил в рыцарей рой "эльфийских стрел".
   Спустя мгновение узурпаторы атаковали. Пятеро из девяти командоров войны остановились чуть поодаль, поддерживая защитные заклятия чудов, и временами выпуская "эльфийские стрелы" и "шаровые молнии" в гарок.
   Вега сражался отчаянно. Принимая на лезвие катаны по два-три клинка разом, он отбивал направленные заклинания и успевал атаковать в ответ. Но видел, как Рага падает с разрубленной головой, как обсидиановый кинжал вонзается в горло Хорге, как заваливается навзничь Антага, невидяще глядя перед собой уже мертвыми глазами... И коротким импульсом активизировал "дырку жизни", висевшую на поясе Вельги. Тот никогда не ушел бы с поля боя, но кто-то должен был передать комиссару информацию о том, что здесь происходило.
   Он остался один.
   Чуды смотрели на гарку с уважением. И ненавистью.
   В левой руке нава блеснула вторая катана.
   - Вас много, я один. Но вам не победить. - Вега страшно оскалился. Кровь из глубоко рассеченной брови коркой застыла на губах.
   Вихрь клинков. Звон стали. Предсмертные хрипы чудов.
   Ураганная атака гарки стоила рыцарям восемнадцати узурпаторов. Но сам Вега был сильно изранен, он едва стоял на ногах, отбивая атаки рыжих, и уже не помышляя об ответных ударах.
   Трое командоров войны атаковали одновременно. Один разорвал то, что оставалось от защиты нава, второй набросил "навский аркан", вытягивая из гарки остатки магической энергии, третий ударил "кузнечным молотом", отшвыривая Вегу к стене.
   Обливаясь кровью, он упал на колени. И понял - это конец. Сверкнул над головой двуручный чудский меч, гарка из последних сил вскинул катану, пытаясь заблокировать удар. Мечи со звоном столкнулись, и легкий клинок Веги выпал из ослабевших рук.
   В руке подбежавшего командора войны мелькнул кинжал.
   Сильная рука чуда вцепилась в черные волосы нава, откидывая голову назад и открывая горло. В занесенной руке блеснул обсидиан.
   Но Вега этого уже не видел.
   Он провалился в беспамятство.
  
   - Комиссар, они не продержатся!
   - Там Вега, он сильный боец. И удержит подступы, - Ортега был неумолим. - А если даже их сомнут, в соседнем квартале находятся два резервных арната.
   - Но зачем терять остатки арната Веги?
   - Это гамбит, - безразлично пожал плечами комиссар. - Эта война застала нас врасплох, мы потеряем пятерых гарок, но уничтожим тем самым отряд чудов, вдесятеро превосходящий их по численности, в том числе - полдюжины рыцарей - командоров войны.
   - Если в смирились с гибелью пятерых навов, то смиритесь и с моей. Комиссар, позвольте мне пробиться к ним на помощь!
   - Я же сказал - нет. Ты нужен здесь, в резерве, как и все четыре арната.
   - Ортега, - в голосе молодого гарки слышалось отчаяние, но в то же время - решимость. - Если вы не позволите мне пробиться к Веге на помощь, мне придется нарушить приказ.
   Дага закусил губу и с вызовом посмотрел в глаза комиссару. Он выложил последний козырь. Зная отношение Ортеги к детям Сантьяги, который был его другом, и Диеги, которую он воспитывал...
   - Ты удивительно похож на мать, - после полуминутного молчания произнес комиссар Темного Двора. - Такой же упрямый и безрассудный, как она. Возьми с собой трех воинов.
   Он развернулся и ушел.
   Спустя пять минут Дага и трое гарок бежали к переулку.
  
   Дага замер на краю крыши двухэтажного дома. Лишь на секунду, но этого времени ему хватило, чтобы оценить ситуацию. Хорга, Антага и Рага убиты, Вельги нигде нет. Вега изранен, уже без сознания. Чудов около четырех десятков, из них пятеро - командоры войны, остальные - узурпаторы. Один из командоров возле Веги, в занесенной руке - обсидиановый нож.
   Решение было принято мгновенно. Дага построил короткий портал, оказавшись в десяти футах над чудом. Остальные гарки возникли в разных точках среди рыцарей, моментально превратив переулок в кровавый ад. Дага в падении отсек командору, державшему Вегу, кисть, вторым клинком укоротил его на голову. На миг замер в классической боевой стойке воина Темного Двора - правая катана горизонтально перед собой на уровне глаз, левая, которая держится обратным хватом, обманчиво опущена лезвием к земле. Оценил ситуацию. И, держа бесчувственного Вегу за спиной, ринулся в бой.
   Первый клинок заблокировал удар опомнившегося чуда, второй разрубил рыцаря снизу доверху, выбил меч из рук еще одного, первый снес голову ближайшему узурпатору...
   Гарки и без того были злы, а вид мертвых братьев утроил их ярость. За три минуты переулок был полностью очищен от рыжих. Дага стер с лица чудскую кровь, перевел дух. Окинул взглядом побоище, и присвистнул.
   Около сотни рыжеголовых трупов.
   Трое пришедших с ним гарок по уши в крови врагов, только Нарнге слегка досталось - наскоро зашептывает рану в боку, но все живы.
   Он сунул одну из катан в ножны, взвалил до сих пор не пришедшего в себя Вегу на плечо, и двинулся в сторону Цитадели.
   Минуты через три им навстречу вынырнули из тени двое масанов.
   - Что с ним? - тут же спросил Захар Треми, кивнув на гарку, бессильно висящего на плече Даги. Его спутник, темноволосый Треми с любопытными глазами, уже вглядывался в бессознательного нава с каким-то почти профессиональным интересом.
   - Тяжело ранен, - ответил Дага, перемещая Вегу на плече.
   - Ты раненого несешь, или мешок с чудскими головами? - возмутился второй масан, подбегая к гаркам. - Дай сюда, я - целитель.
   Дага был настолько ошарашен заявлением вампира, что безропотно передал ему умирающего нава.
   - Виктор, ты сможешь ему помочь? - тревожно спросил Захар.
   - А когда и кому я не мог помочь? - огрызнулся целитель, осторожно укладывая раненого на асфальт. - Тем более, что я недавно высушил парочку зеленых ведьм, - тонкие нервные пальцы масана уже лихорадочно плели над страшной раной на груди, где виднелись переломанные ребра, сложные пассы. Навы почувствовали строящийся аркан. Дисциплины Крови. Раздел магии, которым пьющие кровь члены семьи Масан владели в совершенстве.
   Дага с изумлением смотрел, как срастаются разорванные "кузнечным молотом" органы, как перестает хлестать густая черная кровь, как восстанавливаются раздробленные кости.
   - Захар, поймай мне пищу... - прохрипел масан. Епископ Треми коротко кивнул и исчез. Вернулся он спустя две минуты, волоча оглушенного чуда.
   Виктор на минуту оторвался от раненого, из-под тонких губ выступили иглы... Высушив рыжего, он вновь склонился над Вегой.
   Захар поймал изумленный взгляд Даги, усмехнулся.
   - Виктор - мой троюродный брат. Он абсолютно не умеет использовать Дисциплины Крови, кроме лечащей, зато может спасти любого раненого, даже такого, от которого отказались эрлийцы.
   Молодой гарка с неподдельным уважением взглянул на масана, стоявшего на коленях подле распростертого Веги. Переплюнуть прожорливых обитателей Московской обители в искусстве врачевания считалось невозможным.
   - Все, - устало выдохнул Виктор, с трудом поднимаясь на ноги. - Жить будет, драться - тоже. Только вколите ему стимулятор.
   Один из гарок, пришедших с Дагой - Альга - вытащил шприц. А сам Дага подошел к молодому Треми.
   - Спасибо.
   - Не за что, усмехнулся тот. - Все, я пошел. Мало ли кому еще потребуется моя помощь.
   Виктор развернулся, и пошел в сторону Цитадели. Молодой гарка смотрел ему вслед шестиугольными от удивления глазами.
   - Захар, ты уверен, что он - масан? - только и смог выдавить Дага.
   - Вот я тоже иногда сомневаюсь, - усмехнулся епископ. - А когда убеждаюсь, начинаю сильно сомневаться в своем с ним родстве. Виктор порой такое скажет или устроит, что не то, что Треми - Малкавиану не привидится. В страшном сне, разумеется. Ладно, удачи.
   - Удачи, - пробормотал Дага.
   И обернувшись к трем гаркам, оказавшимся под его командованием, бросил:
   - Пять минут отдыхаем, и возвращаемся к Цитадели.
   В этот момент от стены послышались глухие, но крайне эмоциональные ругательства.
   Это Вега пришел в себя.
  

Вега

Клуб "Ящеррица"

6 октября, 00.29

   - ... На следующий день война закончилась. Зеленые продержались немного дольше рыцарей, но и их мы разнесли. С огромными, конечно, потерями, но... - Вега усмехнулся. Все это было так давно, что сейчас казалось почти невероятным, хоть и прошло всего лишь шестнадцать лет. - Если бы не твой сын, Орден одержал бы тогда победу. Он и его гарки уничтожили четыре десятка рыцарей, причем именно те полсотни, на которые де Гир возлагал наибольшие надежды. Девять командоров войны и сто узурпаторов. Другой отряд из ста пятидесяти рыцарей, включая двадцать командоров войны, попал на Ортегу и его четыре арната. Таких отрядов должно было быть два, но второй, меньший, сперва поделили надвое мы, а уцелевшая половина досталась Даге и трем гаркам, что были с ним. Кстати, двое из них - Альга и Нарнга - сейчас в моем арнате.
   - А что еще ждать от нава, матерью которого была Диега? - усмехнулся Сантьяга. - Как она, обведя меня вокруг пальца, отправилась в погоню за Олафом Террини...
   - Да, Дага весь в мать. Это вполне в его духе - по сути, спасти Темный Двор от поражения, а потом абсолютно искренне удивляться, почему его благодарит лично Князь. Ведь Ортега со своими гарками перебил чудов, которых прикрывал великий магистр лично, лишь благодаря своевременному вмешательству Повелителя.
   - А чем занимались Советники?
   - Сдерживали зеленых, и пытались натравить их на рыцарей. Второе, как ты понимаешь, безуспешно. А ведь если бы тот отряд, которому не повезло встретиться сперва со мной, а потом с Дагой, прорвался бы к Цитадели...
   - Да, еще лет сто Великий дом Навь мог бы только пугать челов мороками.
   - Наверное, ты прав... - Вега неопределенно дернул плечами. Но в его взгляде бывший комиссар увидел явное сомнение.
   - Мне кажется, ты что-то не договариваешь, - заметил он.
   - Все я договариваю, - гарка осушил бокал, наполнил его вновь. - Когда утром того дня нас крепко прижали, Князь пошел на переговоры, - нехотя сказал он.
   - И что?
   - Де Гир отказал. Даже под угрозой Князя, что тот...
   Он вновь замолчал. Но Сантьяга развитым за тысячелетия жизни шестым чувством ощущал, что наткнулся, наконец на зацепку, и не собирался сдаваться.
   Молчание затянулось.
   - Чем же Князь угрожал великому магистру? - как можно мягче спросил бывший комиссар Темного Двора.
   - Он собирался строить "Слезы сердца земли", напрямую подключившись к Источнику, - выдавил Вега. Потянулся к бокалу, выругался, цапнул бутылку и залпом допил остававшееся в ней прямо из горлышка.
   Сантьяга поперхнулся вином.
   - "Слезы сердца земли", подключившись к Источнику?!?
   Гарка кивнул.
   - Я потому и бросился в тот безумный бой. Знал, что чудов надо остановить, хоть бы и ценой моей жизни и жизней моих воинов. Князь превратил бы половину планеты в кошмарную пустыню, в пылающий ад, а Орден не собирался принимать капитуляцию Темного Двора. Они хотели нас уничтожить, как мы тысячелетия назад уничтожали асуров.
   - Не может быть, - потрясенно проговорил Сантьяга. - Я знаю де Гира, он честолюбив, как и всякий чуд, но и хладнокровен. И умен. Он никогда не пошел бы на такой риск, ведь Франц не мог не понимать, что Князь был способен привести свою угрозу в исполнение. И привел бы обязательно, если не увидел бы иного выхода. Честолюбие де Гира было бы удовлетворено капитуляцией Нави, это уже прославило бы его на века.
   - Сан, я все это прекрасно понимаю! - взорвался Вега. - И полностью разделяю твое мнение...
   И замолчал, наткнувшись на пронзительный, ледяной взгляд бывшего комиссара.
   - Почему ты называешь меня "Сан"? - с тихой угрозой спросил тот.
   Гарка уже осознал свой просчет, и с ужасом просчитал его возможные последствия. И не мог понять, как выкрутиться.
   - А ты предлагаешь называть тебя здесь полным именем? - прошипел нав зло. - Или, может, величать тебя комиссаром? Давай тогда прямо в Цитадель пойдем! Дескать, вот они, мы!
   - Вега, - прошептал Сантьяга. На его лице отпечатался неописуемый ужас. - Вега, у тебя глаза желтые. И зрачки вертикальные. Как у...
   Договорить ему гарка не дал, одним взглядом заставив замолчать - о, как же знаком был этот взгляд комиссару! Глаза Веги уже приняли свой обычный вид.
   Он молча встал и вышел из клуба, пошатываясь дошел до скамейки у дальнего фонтана, не сел - упал на нее, и глухо зарычал сквозь стиснутые зубы. Этот неожиданный приступ ярости напугал его до безумия. Страшнее гарке было лишь тогда, когда он наблюдал за сражением Князя и Сантьяги.
   Тихо застонав, Вега встал, подошел к фонтану, огляделся, и, убедившись, что поблизости никого нет, снял маску. Опустившись на колени возле чаши, нав набрал полные пригоршни воды и плеснул себе в лицо. Прохлада немного помогла. Он дважды повторил процедуру, и невидящим взглядом уставился на подсвеченные, кажущиеся серебряными водные струи.
  

Францеска

Клуб "Ящеррица"

6 октября, 00.45

   Когда Францеска вернулась к столику, Веги на месте не оказалось. Только черноволосый чел - кажется, Сан, припомнила она - задумчиво пил вино, как воду. В темных глазах стоял страх.
   - Сан, простите, вы не знаете, куда ушел Вега? - чуда мысленно посочувствовала черноволосому. Судя по всему, ему пришлось пережить не самый приятный в жизни разговор.
   Чел, не отрываясь от бокала, махнул рукой в сторону выхода.
   - Благодарю, - слегка удивленно произнесла Францеска, несколько возмущенная поведением Сана - мог бы и словами сказать.
   Выйдя на улицу, девушка всей грудью вдохнула прохладный сентябрьский воздух, и огляделась. Длинноволосый нав стоял, опустившись на колени, возле дальнего фонтана.
   Улыбнувшись, Францеска направилась к нему.
   Она не собиралась себе лгать - Вега ей нравился. Чуда не отрицала, она всерьез увлеклась этим гаркой-загадкой, ее манила тайна нава, притягивала его невозможная энергетика. В конце концов, ей просто нравилось с ним разговаривать - в отличие от большинства рыцарей, Вега был великолепно образован, и мог поддержать разговор практически на любую тему. Ей нравилось проводить время в его обществе - нав был галантен, но естественен, его комплименты не были данью этикету. Ей было с ним безопасно - в день знакомства гарка показал, что, не задумываясь, убьет того, кто осмелится ее обидеть.
   И в то же время Францеска его боялась. Она могла до хрипоты доказывать самой себе, что, случись война между Орденом и Темным Двором, и встреться они на поле боя, он не поднимет на нее меч, а она не выстрелит в него. Она могла доказывать, но богатое воображение уже рисовало Вегу с окровавленной катаной в руке и ее обезглавленный труп.
   Хоть и равнялась вероятность такой встречи на поле боя нулю. За последние двадцать веков был лишь один случай, когда женщины семьи Чудь взяли в руки оружие и вместе с мужчинами пошли сражаться. Жуткая война шестнадцать лет назад. Зеленый дом и Орден против Темного Двора. Война, причину которой знали разве что высшие иерархи Великих домов, страшная резня, в которой Навь лишилась двух сотен гарок - подобные потери были сравнимы разве что с потерями в "сезон истинных чудес". Рыцари и зеленые остались практически без армий.
   Францеска знала, что когда Князь Темного Двора попытался капитулировать, великий магистр приказал чудам и хванам продолжать наступление на Цитадель. И слышала, что после окончания резни, по недосмотру именующейся благородным словом "война", главы Великих домов проводили совещание - не переговоры, а именно совещание - результаты которого были донесены лишь до ближайшего окружения глав. Основным же обнародованным фактом стало то, чего не ожидал никто - Темный Двор, Орден и Зеленый дом подписали пакт о ненападении на двести лет. Причина столь неожиданного, не имеющего аналогов решения были известны лишь верховным иерархам Тайного Города.
   Правда, Францеска подозревала, что для Веги эти причины тайной не являлись.
   Она тихо подошла к фонтану.
   - Вега!
   Нав обернулся. Сверкнули антрацитовые глаза.
   В первый миг чуда не поняла, в чем дело, лишь отметила, что гарка выглядит непривычно, и лишь через несколько секунд сообразила, в чем дело.
   Вега был без маски. Его лицо скрывали лишь густые пряди черных волос.
   Несмотря на всю свою выдержку, девушка испугалась. Она еще не была готова узнать эту тайну Веги.
   Гарка резко отвернулся, уже стоя к чуде спиной, отбросил волосы назад и быстро провел ладонью по лицу. Через секунду он поднялся на ноги уже в привычной маске.
   - Простите, что напугал вас, - склонившись в изящном поклоне, нав мимолетно коснулся губами кончиков пальцев Францески.
   - Что вы, я совершенно не испугалась, - улыбнувшись, солгала она. - просто через пятнадцать минут начнется шоу.
   - Благодарю, что позвали, - в голосе гарки явственно слышалась усталость, и что-то еще.
   - Вега, что-то случилось?
   - Нет, что вы, - он тихо рассмеялся. - Просто я чудовищно устал за последние несколько дней.
   - Я могу вам чем-нибудь помочь?
   - Да, - он заглянул ей в глаза сверху вниз. - Вы мне очень поможете, если станете говорить мне "ты", - по губам пробежала тень улыбки. Вега учился.
   Францеска весело рассмеялась. Нав отметил, что ее смех не был похож на изумрудные колокольчики Златы, он был более глубокий и чарующий, бархатисто-обволакивающий.
   - Я согласна, но только при одном условии!
   - Каком же?
   - Ты выполнишь мою просьбу. Такую же.
   Вега согласно склонил голову. И, наконец, решился.
   - Францеска...
   - Да?
   - Мне кажется, тебе это подойдет, - на ладони гарки лежала открытая шкатулка.
   На бархатном ложементе покоилась подвеска. Платиновый четырехлистник, нижний лепесток которого был около полутора дюймов, остальные - в два раза меньше - с затейливой насечкой, украшенный жемчугом и мелкими бриллиантами.
   Францеска умела принимать дорогие подарки, и умела их отвергать, не роняя достоинства, и сохраняя самообладание, но сейчас она не смогла сдержать вздох восхищения. В крупном, безупречной огранки диаманте - сердце кулона - был собран и сохранен свет мириадов звезд. Они гроздьями мерцали в каждой грани, завораживая и затягивая в неизведанные глубины ночи.
   - Вега, это... У меня нет слов! - потрясенно проговорила девушка. - Ты видишь меня третий раз в жизни...
   - И в третий раз признаю, что ты - самая прекрасная женщина во Вселенной! Францеска, я дарю тебе отражение звездного света, но я подарил бы тебе звезду, если бы это не было бессмысленной жестокостью, - горячо сказал Вега, все больше и больше себе удивляясь. Поймал удивленный взгляд чуды, и пояснил: - Она бы погасла через мгновение, постыдившись тлеть в тени твоей красоты.
   - Никогда бы не подумала, - потрясенно проговорила она, - что ты можешь быть таким.
   - Я и сам не знал себя с этой стороны, - рассмеялся гарка. - В чем-то несносная подруга Любомиры права - мой опыт общения с настоящими женщинами ничтожно мал.
   - Не могу сказать, что это заметно, Вега. Через пять минут начнется шоу. Если мы не хотим опоздать, то нужно идти.
   - Францеска, для тебя очень важно попасть на это шоу именно сегодня? - поинтересовался нав, которому пришла в голову немного безумная, но оттого не менее чудесная идея.
   - Если честно, то моя настойчивость в разговоре с Птицием объясняется скорее семейным упрямством, чем жгучим желанием попасть на премьеру, - улыбнулась девушка. - Я вообще предпочитаю приходить в "Ящеррицу" на третий-четвертый день после премьеры.
   - Я тоже. Во-первых, намного меньше народу, а я не люблю тесноту. Во-вторых, если представление не слишком удачное, то я узнаю об этом заранее от знакомых, и не потеряю вечер впустую.
   - Мы сходимся во мнениях.
   - У меня есть предложение, - помедлив секунду, сказал Вега. - Идея, как можно провести эту ночь без шумных заведений.
   Сказал - и испугался. Лишь бы она не поняла его слова превратно!
   Францеска все поняла правильно.
   - И в чем же заключается идея?
   - Можно прокатиться по ночному городу, а потом взять вино, закуску, и я покажу тебе свой маленький заповедник.
   - Заманчивое предложение, - она вновь улыбнулась. - Я согласна, только, боюсь, мой наряд не слишком подойдет...
   - Заедем по дороге в магазин, - гарка загорелся своей идеей. Такие мелочи, как неподходящая одежда, не имели ни малейшего шанса его остановить.
   - Моя карта заблокирована, - смутилась чуда.
   - Ты хочешь меня обидеть?
   - Нет, конечно! Извини! - она рассмеялась. - Поехали?
   - Одну минуту, - нав достал телефон и набрал номер. - Дага, надеюсь, я тебя не отвлекаю? Отлично, пожалуйста, выйди на пару минут из клуба.
   Дага появился через полминуты.
   - Что случилось, командир?
   - Видел чела, с которым я приехал?
   - Сана?
   - Да. Так вот, пожалуйста, когда будешь уезжать, подвези его до моего дома. Если это, конечно, не нарушит твоих планов.
   - Не нарушит. Вега... Насколько ему можно доверять?
   - Как мне.
   - Хорошо, - Дага изо всех сил старался не показывать, как его удивили просьба, ответ, и поведение командира. - Если Любомира сопоставит ваше исчезновение и исчезновение мадемуазель де Лок, и начнет задавать вопросы, что мне ей говорить?
   - Меня выдернули в Цитадель по срочному делу.
   - А леди?
   - Откуда тебе знать, куда делась леди?
   - И в самом деле.
   - До завтра, Дага.
   - До завтра, командир.
   Через минуту "Мазда" сорвалась с места.
   Болтая обо всем на свете, они доехали до гипермаркета - обычного, человского, не магазина Гильдии.
   - Францеска, я куплю все для пикника, а ты приобрети удобную одежду. Там есть чудесное озеро, так что советую не забыть купальник.
   Когда они отъезжали от магазина, в багажнике лежала объемистая сумка с прежней одеждой девушки, бутылками вина и коньяка, и снедью. Францеска красовалась в джинсах, кроссовках, футболке и курточке. Диадему она сняла.
   Вега уверенно вывел машину на МКАД. Он впервые за всю свою жизнь чувствовал себя почти счастливым.
  
   - ...Я уже выхожу из отдела, как Ринага мне вслед говорит: берегись маленьких художников. Я и внимания не обратил, а зря. Иду к Диеге, стучусь, кто-то из детей, уже не помню, кто именно, мне отвечает: войдите. Открываю дверь, и...
   - И?
   - И едва успеваю увернуться от потока черной разведенной краски. Арига решила перекрасить отцовский костюм в более подобающий комиссару цвет. Ей тогда было восемь лет.
   - И она облила тебя краской? - расхохоталась Францеска.
   - Во-первых, ведро было не у Ариги, а у Даги. Он ведь младшую сестру обожал, и был готов ради нее даже покрасить костюм Сантьяги в черный цвет таким нестандартным образом. Во-вторых, я все же успел увернуться.
   - И что ты сделал с Дагой?
   - С кем, с пятнадцатилетним мальчишкой? Ты думаешь, малолетние навы отличаются от малолетних чудов? Мы, кстати, почти приехали, - Вега уверенно свернул с трассы в лес. Девушка едва не вскрикнула - они ехали прямо на толстое дерево - но догадалась активировать различитель, и поняла, что часть леса - морок, а "Мазда" мчится по хорошее лесной дороге.
   - Я спрятал свой заповедник от челов, - пояснил гарка. - Так вот, вернемся к тому случаю. Я проводил занятия Даги, обучал его фехтованию. А после того, как парень чуть не облил меня краской, парень не являлся на занятия около месяца. Потом я выяснил, что он уговорил Айвенгу с ним фехтовать. Так и осталось. Дага так старательно меня избегал...
   - А его сестра?
   - Арига? Да она и Спящего разбудить не побоится! Когда Диега пыталась объяснить ей, что надо передо мной извиниться, этот милый ребенок только спросил: "за что? Он же увернулся".
   - Как же получилось, что Дага оказался в твоем отряде?
   - Арнате, - поправил гарка. Его глаза помрачнели. - Через два года после истории с краской я убил Сантьягу. Когда я после погони, после схватки пришел в Цитадель с телом комиссара на руках, я был уверен, что живу последние минуты. Думал, что Ортега убьет меня прямо на глазах у Князя и всего Темного Двора. И, признаюсь, совсем не был против. Но Ортега сдержался. В тот день я поклялся никогда более не убивать сородичей.
   - Даже если бы тебе приказал твой Князь?
   - Хоть сама Великая Тьма! - жестко ответил Вега. - Никогда, ни по чьему приказу, и ни при каких обстоятельствах. Через неделю Ортега вызвал меня на поединок. Я тогда сильно уступал ему в умении, хотя при удачном для меня раскладе мог и победить. Но он едва не убил меня.
   - Почему?
   - Я скорее бы сам бросился бы на его меч, чем ударил бы... Я редко клянусь, но клятвы не нарушаю никогда. Через некоторое время после поединка я возвращался домой. У подъезда меня ждал Дага. Я даже подумал, что мечта моя осуществится, и он меня убьет. Да, тогда я мечтал умереть... А этот семнадцатилетний мальчишка предложил мне выбор - или дуэль, или я объясняю ему, почему убил его отца. Знаешь, был огромный соблазн выбрать первый вариант, но я не захотел калечить парню психику. И рассказал, почему я поступил именно так, а не иначе.
   - Вега, я не понимаю... - проговорила Францеска, больше всего боявшаяся сейчас сбить гарку с откровений. - Почему ты так хотел умереть? И как ты мог бы навредить Даге в поединке, если бы даже не смог его ударить?
   - Он бы убил меня.
   - И отомстил бы за отца.
   - Францеска, ты не понимаешь. Он бы убил нава. Ни один из нас никогда не смог бы оправдаться перед собой за такое преступление. Дага и Ортега этого не понимают, зато я знаю точно. Нас мало, очень мало. Если ты не знала, семья Навь - почти самая малочисленная семья в Тайном Городе.
   - Я думала, меньше всего приставников, концев и эрлийцев...
   - Так и есть, - кивнул Вега. - А следом за ними - мы. Во время войны шестнадцать лет назад мы потеряли двести сородичей.
   "Мазда" остановилась на берегу озера, возле небольшого охотничьего домика. Нав выключил мотор, достал с заднего сиденья бутылку коньяка, свернул крышку, отпил, с сомнением посмотрел на емкость и вновь приложился к горлышку. Опустошив бутылку, он откинулся на спинку водительского кресла и невидящим взглядом уставился в лобовое стекло.
   - Мы были обречены, - после пятиминутного молчания, в течение которого Францеска боялась даже дышать, продолжил Вега. - Через тысячу лет, может - чуть больше, Великий дом Навь перестал бы существовать. Просто потому, что перестали бы существовать навы. Большинству моих сородичей более трех тысяч лет. Мы живем очень долго, мы стареем очень быстро. Ты, возможно, знаешь, что год назад умер Дага - мастер навских эскизов.
   - Слышала об этом.
   - Он постарел за полгода. Ему было четыре с половиной тысячи лет. Старше только Князь. - Он помолчал. - Последняя война очень подкосила нас, поставила на грань. Темный Двор на пороге исчезновения.
   - Орден потерял в той войне гораздо больше воинов! - возразила чуда. - Мы почти полностью лишились армии, и если бы Навь не приняла нашу капитуляцию...
   - Положение ордена улучшилось за прошедшие годы? - неожиданно спросил нав.
   - Разумеется, - несколько обескуражено ответила Францеска.
   - А положение Темного Двора - нет. Вы смогли поставить в строй молодежь, которой у нас нет. Сейчас только пятеро навов не перешагнули столетний рубеж - Эльтега, Ринага, Арига, Дага и я. У чудов много женщин, про зеленых я и вовсе молчу. У нас их три. Три навьи, дочери Диеги. Ведь ее оплакивают до сих пор... Она подарила Темному Двору надежду.
   - Я не верю, что Диега покончила с собой, - тихо произнесла Францеска. - Не верю...
   - Почему?
   - Женщина, прожившая с Сантьягой столько лет, не могла быть настолько слабой.
   - Сантьяга оказался для нее приговором. Диега не смогла пережить его предательство.
   - Может быть, - задумчиво сказала девушка. И неожиданно резко повернулась к наву. - У Диеги было четверо детей - Эльтега, Ринага, Арига и Дага. До нее в темном Дворе женщин не было более двух тысяч лет. Так?
   - Да, и что? - Вега не понимал, к чему она клонит. Но догадывался, и догадка ему категорически не нравилась.
   - И при всем этом тебе нет и ста лет! - победно закончила чуда. - Кто ты?
   Нав усмехнулся. Этого следовало ожидать. В Цитадели лишних вопросов не задавали, остальные же почему-то никогда не задумывались, откуда он взялся.
   - Я не хочу тебе лгать, а правду ответить не могу - не имею права. Единственное, что скажу - я эксперимент. Прошу, не спрашивай меня об этом больше.
   - Потому ты и носишь маску? - осмелилась Францеска, осторожно коснувшись кончиками пальцев черной кожи, скрывающей лицо гарки.
   - Нет. На то другие причины, и они лишь связаны с тайной моего появления, - Вега осторожно взял ее за руку. - Слушай, мы приехали сюда купаться и пить вино у костра, или разговаривать и политике и истории отдельных навов?
   - А вода не холодная? - рассмеялась девушка.
   - Нет.
   - Тогда чего же мы ждем?
  
   Когда Францеска, переодевшись в купальник и набросив на плечи парео, вышла из домика, Вега стоял на берегу озера, потягиваясь. Чуда невольно им залюбовалась. Высокий, хищно-грациозный и гибкий, он не был похож на мускулистых рыцарей и, тем более, здоровых кряжистых дружинников. Под загорелой кожей - нав был в одних плавках - перекатывались стальные мускулы, в каждом движении ясно читалось - он смертельно опасен. В отличие от большинства своих сородичей, Вега носил длинные волосы, густая черная грива падала на плечи и спину.
   - Францеска! - позвал он, не оборачиваясь.
   - Иду, - девушка, осторожно ступая, приблизилась к озеру. Остановилась на берегу, пробуя ножкой температуру воды. - Действительно, теплая, - удивилась чуда. - Очень теплая для сентябрьской ночи.
   - Здесь есть горячие источники, - пояснил гарка. - Это озеро - единственное в своем роде в Подмосковье. Поэтому я и зову его свои заповедником. Иногда отдыхаю здесь. Вот, домик построил.
   - Здесь хорошо...
   Из-под упавших на лицо прядей сверкнули черные глаза.
   На Францеске был закрытый черный купальник с бордовыми узорами и скромными разрезами на бедрах, подчеркивающими прелестную фигуру, но не открывающими ничего лишнего. Впрочем, Вега был бы разочарован, появись чуда в крохотном бикини.
   - Сразу у берега глубоко, отмель - футах в двухстах левее, - Вега отбросил с лица волосы. - Прыгать будешь?
   Девушка фыркнула и, пружинисто оттолкнувшись, взмыла в воздух. Пролетела несколько метров и беззвучно нырнула головой вниз.
   Нав, усмехнувшись, последовал за ней. Маску он не снял даже во время купания.
  
   Через час они сидели у костра, разведенного Вегой. Нав принес из домика циновки, бокалы, и тарелки.
   - Ты так и не рассказал мне, как Дага попал в твой арнат, - напомнила Францеска.
   - После нашего разговора возле моего дома он некоторое время сторонился меня. А потом ко мне примчался взбешенный Ортега, наорал, и приказал не пудрить мальчишке мозги, пытаясь перетащить многообещающего гарку в свой арнат. Так я узнал о том, что Дага уже который месяц бомбардировал его просьбами о переводе в мой арнат. Через неделю началась война. Мы - я и Ирга - со своими воинами оказались в самой горячей точке. Его арнат перебили полностью, мо - наполовину. На третий день войны у меня оставалось четверо гарок. Мы закрывали путь одной из двух сотен рыцарей, посланных де Гиром на взятие Цитадели... - и Вега рассказал то, что несколько часов назад рассказывал Сантьяге, только в более мягкой форме - все же они тогда истребляли ее сородичей. - Тогда Ортега предложил Даге возглавить арнат, но он отказался, и вновь попросился ко мне. Тогда мой арнат уже перестал существовать, от него остались лишь я и Вельга. Разумеется, комиссар отказал, и я, немного похитрив, оказался под командованием Айвенги. Позже, когда Князь приказал мне уйти в другой арнат и стать его командиром, я выбрал арнат, в котором был Дага. А когда я решил собрать свою элитную дюжину, я позвал с собой и Дагу, и Айвенгу, и Вельгу, и многих других, кто спас мне тогда жизнь.
   Они о многом говорили той ночью. Говорили, сидя у костра, гуляя по лесу, валяясь на траве...
   Время близилось к рассвету. Собравшись, и погрузив вещи в машину, они отправились в город.
   Уставшая за день Францеска уснула, откинув сиденье. Вега плавно вел машину, изредка поглядывая на девушку.
   Со звоном разлетелось лобовое стекло, в плечо нава впилась пуля.
   Гарка с криком бросил автомобиль вправо, чувствуя обжигающий холод кусочка обсидиана. Еще несколько выстрелов разнесли оставшиеся стекла.
   Вега рухнул на пол, утаскивая за собой не до конца проснувшуюся чуду.
  
   - Сегодня, в шесть часов утра, было совершено нападение на командира элитного арната гарок Вегу. Атаковали челы-наемники, точное количество нападавших пока не установлено. На месте происшествия были обнаружены девять человских трупов. Шестеро зарублены катаной, трое застрелены. Стреляла Францеска де Лок, дочь магистра ложи Горностаев Себастьяна де Лока, сопровождавшая Вегу. И Вега, и Францеска погибли. Смерть нава наступила вследствие многочисленных пулевых ранений. В обоймах и рожках оружия, брошенного челами на месте боя, обнаружены обсидиановые пули. Мадемуазель де Лок взорвалась в автомобиле Веги. Великий дом Навь выражает соболезнования Ордену и лично магистру ложи Горностаев Себастьяну де Локу, и обещает в ближайшее время найти и покарать преступников, осмелившихся на столь дерзкое и страшное преступление.
   Ортега закончил читать, и, скомкав листок, сунул его в карман.
   - Что это? Официальный отчет? - пробурчал из-под капюшона Князь.
   - Заявление пресс-службы Темного Двора, повелитель, - поправил один из советников.
   - Полный бред. Кто в это поверит? - фыркнул второй.
   - Я бы поверил, - усмехнулся Ортега.
   - Что же мы теперь будем делать с похищением Посоха Волхвов? - осведомился третий советник.
   - Нам нужно три дня, чтобы подготовиться к поездке, - комиссар пожал плечами. - Де Лок не успеет за это время похоронить дочь.
   - Тем более, что от нее мало что осталось.
   - Но дело в Самарканде не терпит отлагательств.
   - Таким образом, все три группы отправляются через три дня. А похороны дочери магистра будут отложены до его возвращения. Если только он не отправит кого-нибудь вместо себя, - подумав, добавил он.
   - Не отправит, - уверенно заявил первый советник. - Старый хорек, конечно, умен и хитер, но он чуд. И обязательно захочет выместить боль и злость на похитителях.
   - А гарки будут тщательно сбивать его и зеленых со следа.
   - Кто их возглавит?
   - Заместитель погибшего Веги, разумеется. Дага. Я ему доверяю, - сказал Ортега.
   - Комиссар, не надо с таким удовольствием проговаривать словосочетание "погибшего Веги", - с издевательским ехидством заметил второй советник.
   Ортега метнул на него быстрый злой взгляд, но промолчал. В иерархии Темного Двора он стоял на ступень ниже советников, хотя приказы ему мог отдавать только Князь.
   - Хватит, - негромко сказал лидер Нави. Все замолчали, устремив на него взгляды. - Ортега, зайди ко мне через полчаса.
   Совещание было закончено. Князь принял решение.
  

Ортега

Цитадель, кабинет Князя

6 октября, 08.27

   - Сегодня же, до полудня, группа Веги должна быть переброшена в Самарканд. В том самом составе, который он собрал. С чудами и зелеными отправишь половину любого арната, и тех гарок, которых Вега оставил в резерве. Их задача - всячески мешать рыцарям и людам. Ты понял?
   - Да, повелитель, - вид у комиссара был очень печальный. - Но я все равно не понимаю.
   - Ты и не должен понимать, - резко оборвал его Князь.
   - Почему? - осмелился спросить Ортега.
   - Потому что я тоже мало что понимаю.
   Сказать, что ответ Князя ошарашил комиссара - не сказать ничего.
   - Но, повелитель...
   - Выполняй приказ, Ортега. И помни - это его операция. Твоя задача - дать Веге как можно больше времени.
   Нав поклонился и направился к выходу.
   - Ортега! - остановил его оклик Князя.
   - Да?
   - Ты до сих пор его ненавидишь?
   - Да! - твердо ответил комиссар.
   - Ты помнишь наш разговор двадцать пять лет назад? - Князь встал. Во Тьме, окутывающей помещение, он выглядел как размытое черное пятно, только два желтых глаза ярко горели из-под капюшона.
   - Помню, - Ортега вздрогнул. Забудешь такое, как же...
   - Я обещал, что мы к нему вернемся.
   Нав склонил голову, чувствуя, как в груди, под диафрагмой, зарождается холодный и липкий комок. Черное пятно приблизилось.
   - Ортега, ты должен понять, кто убивает - меч, или тот, кто этот меч держит. Поставь себя на место меча, и на место того, кто держит меч. И хорошенько подумай, разберись в себе. Вега спас тебя от страшной участи быть мечом.
   Голова комиссара склонилась еще ниже. Холодок расползался по телу, запуская свои липкие, леденящие щупальца в плечи и живот.
   Князь стоял совсем рядом. Желтые глаза пронзали бывшего главу гарок насквозь.
   - Подумай, Ортега, комиссар Темного Двора. Подумай, а когда подумаешь - приходи. - повелитель Нави растворился в неоднородной Тьме, наполнявшей кабинет.
  

Ортега

Цитадель, кабинет Князя

6 октября, 22.36

   Наступил вечер. Ортега еще утром вызвал к себе команду Веги, проинструктировал всех, не посвящая в подробности. Отметил, что оба масана - Виктор Треми и Максимилиан Гангрел - и все гарки крайне подавлены и расстроены. Дага смотрел прямо перед собой, отвечал односложно, левую ладонь постоянно сжимал в кулак и вновь разжимал. Ортега хорошо знал эти привычки - так вела себя Диега, когда ей было плохо. Эльтега выглядела разочарованной.
   Комиссар проследил за переброской отряда тщательно закрытым порталом, отдал распоряжения гаркам, отправляющимся в Самарканд вместе с рыцарями и людами, назначив их командиром Айвенгу. Дал короткое интервью репортерам из "Тиградкома", зашел в отдел анализа и предсказаний, сделал все дела, которые мог сделать в тот день.
   Неумолимо наступил вечер. Ортега сидел в своем кабинете и пыл водку. Стаканами.
   Не помогало.
   И комиссар волей-неволей был вынужден выполнять последний приказ Князя. Ортега думал.
   " ...Ты должен понять, кто убивает - меч, или тот, кто этот меч держит". Что имел ввиду повелитель?
   Понятно, что он пытался объяснить поступок Веги, но... Ортега справедливо полагал, что меч лишь выполняет приказ держащего его.
   Нав уже давно составил мнение о произошедшем двадцать пять лет назад, и не собирался его менять. Вега ненавидел Сантьягу, и потому подставил его, обвинил в предательстве, а потом убил. Непонятным оставалось лишь одно - как проклятому гарке удалось обмануть Князя?
   А если он не обманывал, пронзила мозг незваная мысль. Ортега попытался ее отогнать, но мысль была настойчива и уходить не собиралась. Может, Вега никого не обманывал?
   Может, Сантьяга действительно предал Темный Двор?
   Комиссар вскочил, налил стакан водки, залпом выпил. На душе было погано.
   Сердце не хотело верить, что Сантьяга, до мозга костей преданный Нави и Князю, мог предать. Разум соглашался. Сердце клятвенно заверяло - Вега ненавидел Сантьягу, подставил его и убил. Разум возражал - никому не под силу обмануть повелителя.
   Ортега нервно прошелся по кабинету. Внутреннее противостояние разрывало его на части. Сердце и Разум. Кого слушать?
   Комиссар открыл ящик стола, достал прямоугольный предмет размером два на полтора фута, аккуратно снял темный шелк, в который он был завернут. Предмет оказался картиной.
   На ней Сантьяга стоял возле любимого "Ягуара", одетый в щегольский белый костюм, и обнимал за плечи красивую навью в легком синем платье. В глазах нава скользили веселые искорки, он улыбался. Диега прижалась к плечу мужа, ее лицо было умиротворенно-счастливым и немного усталым. Ортега помнил день, мгновение которого было запечатлено на картине. Две недели после рождения Ринаги и Эльтеги. Тяжелые роды едва не убили навью - она рожала впервые. Двойню. Сантьяга кругами носился по приемному покою Обители, бормоча проклятия и - кто бы мог подумать - молитвы. Кому - неизвестно. Ортега был с другом, успокаивал го, хотя сам переживал безумно. Диега была его приемной дочерью, выросла у него на руках.
   День, изображенный на картине, был днем, в который Сантьяга и Ортега забирали Диегу с дочерьми из Обители. Вечером в Темном Дворе должен был состояться праздник в честь рождения надежды семьи Навь.
   Диега с мужем собирались в магазин за платьем для вечеринки. Ортега помнил, как они стояли возле "Ягуара" и о чем-то тихо разговаривали. Помнил нежность и усталость в глазах навьи, помнил гордость и любовь в ответном взгляде Сантьяги. Позже Диега признавалась приемному отцу в том, что это был самый счастливый день в ее жизни.
   Неведомый художник с поразительной живостью перенес на холст эмоции супругов.
   Ортега получил этот портрет через год после смерти навьи. На следующий день после годовщины человская служба доставки прислала ему на дом коробку, в которой лежала завернутая в темный шелк картина. На рамке из черного дерева были начертаны навские иероглифы. Комиссар долго пытался расшифровать их, но символы никак не хотели складываться в осмысленные фразы. Единственное, что можно было принять за подпись художника, это два стилета, перекрещенные у опущенных вниз лезвий и образующих стилизованное "V". Ортега проверил всех художников Тайного города, но, во-первых, никто не подписывал свои работы латинским " V ", а во-вторых, никому не заказывали подобную картину.
   Тогда комиссар решил разыскать анонимного дарителя через службу доставки, но и там потерпел неудачу, выяснив, что заказ поступил от Ортегова Ивана Ивановича - это было имя, которым он пользовался при контактах с незнающими о Тайном Городе челами. Причем девушка, оформлявшая заказ, описала Ортеге... его самого.
   Он понял, что неведомый даритель недвусмысленно показывает свое желание сохранить инкогнито, и прекратил поиски.
   Сейчас Ортега изучал картину со смешанными чувствами. Вспомнилось, как на следующий день после развода к нему пришла Диега, сказала, что решение расстаться с Сантьягой приняла сама, и не хочет, чтобы приемный отец когда-либо возвращался к этой теме. Через неделю Сантьяга объявил о своей помолвке с малоизвестной человской актрисой, оказавшейся ведьмой уровня феи Зеленого дома.
   А потом... Потом командира гарок вызвал к себе Князь, и приказал наведаться в квартиру Диеги, позаботиться обо всем, и сохранить это до поры в тайне. Вместе с ним повелитель отправил загадочного гарку, четыре года назад появившегося буквально из ниоткуда. Гарку звали Вега. Ортега тогда полгода проверял его, унявшись лишь тогда, когда Князь приказал оставить молодого нава в покое, добавив, что уверен в нем.
   И сейчас Ортега до малейших подробностей помнил тот день. Они долго звонили в дверь, но им никто не открывал. После пяти минут ожидания Вега аккуратно взломал дверь, обезвредив "кольцо саламандры".
   Диега была в спальне. Она лежала на ковре, невидящими глазами уставившись в потолок, и прижимала к груди фотографию, на которой стояла рядом с мужем, держа на руках маленькую Аригу. Эльтега и Ринага стояли возле отца, Дага - возле матери.
   Рядом с телом навьи лежал опрокинутый стакан, и белел листок бумаги.
   Ортега, увидев приемную дочь мертвой, оцепенел, не в силах поверить собственным глазам. Застывший рядом Вега издал сдавленное рычание, и бросился к Диеге. Схватил за запястье, пытаясь нащупать пульс, словно не видел остекленевшего взгляда, словно не чувствовал острохарактерной ауры, исходящей от капель, оставшихся в стакане.
   Ауры, которую любой нав чувствовал очень хорошо. Ауры единственного смертельного для темных яда. Ауры Золотого Корня.
   Вега стоял на коленях рядом с телом и пытался нащупать пульс на бледном, холодном и безжизненном запястье, не видя, что Диега мертва.
   Командир гарок стоял, вцепившись в дверной косяк, и не находил в себе сил стряхнуть оцепенение. А Вега наконец выпустил руку навьи и схватил листок, быстро пробежал текст глазами, запрокинул голову и закричал. Страшно закричал, вложив в этот крик всю боль утраты и всю ненависть к виновнику. К Сантьяге.
   С трудом отлепившись от двери, Ортега приблизился. Онемевшими пальцами взял чуть смятый листок из рук Веги, отстраненно заметив, что ладони подрагивают.
   На белой бумаге кистями и тушью были выведены ровные ряды навских иероглифов.
   "Простите меня, если сможете. Я выполнила свою задачу - у Темного Двора появилось будущее. Увы, без Сантьяги я жить просто не смогу. Отец, дети, простите меня. Простите, повелитель. Я приняла решение и доведу задуманное до конца. Иначе не могу. Не вините никого в моей смерти, и - прощайте. Диега. P.S... Последняя просьба - утаите от моего мужа причину моей смерти. Д."
   Вега поднялся на ноги.
   - Сантьяга убил ее, - хрипло проговорил он.
   И Ортега не нашел, чем возразить.
   Он не испытывал ненависти к другу, лишь глубокую обиду. В какой-то мере он понимал и его, но горе командира гарок было слишком велико. Если бы в тот момент комиссару не повезло попасться на глаза лучшего друга, возможно, Ортега даже попытался его убить. Но ненавидеть его он не мог. Хоть и понимал.
   Сантьяга убил Диегу.
   Вскоре пришло распоряжение от Князя.
   Гарки в точности выполнили приказ повелителя. Они вызвали в квартиру брата Ляпсуса, засвидетельствовавшего смерть от острой сердечной недостаточности, вызванной неосторожным приемом медицинских препаратов. И на следующий день вдвоем похоронили Диегу на берегу небольшого озера в Подмосковье. Перенесли на могилу обсидиановое надгробье.
   Когда они закончили, появился черный вихрь портала, из которого вышел... Князь. Он жестом велел гаркам отойти, подошел к могиле, постоял минут десять, потом коснулся когтями надгробья и ушел в портал.
   Приблизившись к камню, Ортега и Вега увидели, что на черном обсидиане запечатлены серебром навские иероглифы. Надпись, нанесенная рукой лидера Нави, гласила:
   Диега. Нэт рвасг марр-драст рад, Онгра Ствирн. Прэмкт ра Зарран, Нэраст Варгэт.
   (Диега. Подарившая надежду Темному Двору. Покойся во Тьме, Нэраст Варгэт.)
   Последние два слова ни Ортега, ни Вега перевести не смогли. Иероглифы складывались в непроизносимые даже для нава слова, а перевести их в прямом звучании - Нэраст Варгэт - не представлялось возможным.
   Гарка и его командир объединились в общем горе. Как-то раз Ортега спросил:
   - Кем она тебе приходилась?
   - На этот вопрос тебе не ответит даже Князь, - скалясь, заявил Вега.
   После самоубийства Диеги никто не видел, как он улыбается. Ухмылка, усмешка, оскал - но не улыбка.
   Они стали неразлучными друзьями. Почти на два года. Потом Вега исчез, исчез одновременно - или вместе? - с комиссаром Темного Двора. А спустя три месяца Князь спешно собрал всех, абсолютно всех навов во дворе Цитадели.
   Ортега стоял на ступенях возле советников, на месте комиссара - в отсутствие Сантьяги он замещал старого друга - и пытался найти взглядом Вегу, но не видел его. Немного особняком держались восемь гарок - то, что осталось от двух арнатов. Ортега долго пытался выяснить, при каких обстоятельствах погибли остальные, но визит одного из советников, прозрачно намекнувшего, что повелителю не нравится такая активность командира гарок, немного остудила его пыл.
   Восемь навов стояли отдельно от остальных. Восемь гарок, составляющих ныне арнат Веги. Их непосредственного командира с ними не было.
   Два черных вихря закружились одновременно. На ступенях Цитадели, перед советниками, появился Князь, у ворот - Вега, а у него на руках...
   Ортега почувствовал, как его захлестывает волн безумной ненависти. На руках Вега держал мертвое тело.
   Тело того, кто неоднократно спасал Ортеге жизнь, того, кто на протяжении многих веков был ему другом.
   Тело Сантьяги.
   Командиру гарок понадобилось все его самообладание, чтобы не выхватить мечи и не зарубить убийцу друга прямо на черных плитах двора Цитадели. Сгорая от ненависти, Ортега наблюдал, как Вега подходит к Князю, опускает к его ногам тело Сантьяги, как повелитель касается стилетом горла гарки... В этот момент он даже понадеялся, что повелитель действительно заберет жизнь убийцы, но Князь ограничился ритуальным уколом. Ортега видел, как Вега клялся, видел, что Великая Тьма приняла его клятву, в бессильной ярости смотрел, как гарка уходит в портал.
   При следующей встрече он попытался убить Вегу. Не успел. О трех часах, проведенных после этого в кабинете Князя, Ортега вспоминать не любил. Сейчас пришлось.
   " ...Ты должен понять, кто убивает - меч, или тот, кто этот меч держит... Поставь себя на место меча.... Вега спас тебя от страшной участи быть мечом".
   Комиссар налил очередной стакан водки, выпил, налил еще. Раздраженно отшвырнул опустевшую бутылку. Что имел ввиду Князь?
   - Нужно отвлечься, - пробормотал он вслух.
   Взяв со стола какую-то книгу, Ортега открыл ее на заложенной странице. И тут же наткнулся на подчеркнутые карандашом строки:
   "Мы - гарки, воины Темного Двора. Мы не обсуждаем и не обдумываем приказы, мы их выполняем. Мы стрелы Тьмы, лежащие в одном колчане, которые направляет Лук - Князь. Парга."
   Комиссар раздраженно захлопнул книгу. И откуда на его столе взялась "История Черной Битвы"? Прочитанный фрагмент - отрывок из воспоминаний одного из участвовавших в сражении гарок. Все эти слова о выполнении приказов Ортега знал наизусть, и не понимал их смысла - зачем слова, когда невозможность ослушаться Князя или комиссара заложена в воинах Нави буквально на генетическом уровне?
   Взяв со стола стакан, нав сделал большой глоток. И поперхнулся, сраженный вынырнувшей из подсознания мыслью.
   Если Сантьяга действительно предал Темный Двор, он был обречен. После побега на него открылась бы охота, и кто бы ее возглавил? Естественно, командир гарок, не умеющий не выполнить приказ. Он, Ортега, должен был повести воинов по следу собственного друга. Найти и уничтожить.
   "Мы - стрелы Тьмы..."
   Оружие Тьмы.
   Меч.
   Меч, который держит Князь.
   Ортега все понял.
   Вега стал мечом Князя, и если бы не он, мечом стать пришлось бы Ортеге. И это он, а не Вега, положил бы к ногам Князя тело Сантьяги.
   Тело друга.
   Повелитель приказал убить Сантьягу тому, кому было легче всего это сделать. Вега ненавидел комиссара, и Ортега это знал.
   Князь тоже это знал.
   Нав еще раз вспомнил тот день. Вега, раненый, залитый своей и чужой кровью, стоит, вытянув вперед правую руку. С рассеченного запястья капает кровь. Черная кровь. В глазах - боль и стыд, в голосе - звенящая металлом решимость.
   "Я клянусь Вечным Мраком и Великой Тьмой, что никогда более не убью нава! Ни спасая свою жизнь, ни во имя Нави, ни по приказу Князя, никогда я не заберу жизнь брата! Я клянусь своей кровью, и пусть лучше последняя ее капля покинет мои вены, чем я убью нава. Я клянусь, и прошу Тьму принять мою клятву!"
   Тогда Ортега принял все это за ложь, за актерскую игру, но сейчас он понимал... Впрочем, понимал он и тогда, а вот силы принять нашел только сейчас.
   И еще одно непрошеное воспоминание добило комиссара окончательно.
   Однажды Вега спас ему жизнь, чуть не погибнув при этом.
   Последний день Великой Войны шестнадцать лет назад.

Оценка: 4.40*9  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  А.Эванс "Сбежавшая жена Черного дракона" (Любовное фэнтези) | | В.Чернованова "Мой (не)любимый дракон" (Попаданцы в другие миры) | | А.Чер "Победа для Гладиатора" (Романтическая проза) | | Л.Свадьбина "Попаданка в академии драконов 3" (Попаданцы в другие миры) | | К.Амарант "Будь моей парой" (Любовное фэнтези) | | Vera "История одной зарплаты" (Современный любовный роман) | | Л.Каминская "Сердце дракона" (Магический детектив) | | К.Дэй "Связанные" (Любовное фэнтези) | | А.Борей "Попаданец для нее" (Попаданцы в другие миры) | | Э.Мэк "В объятиях вампиров. Книга 2 (мжм, 18 +)" (Эротическая фантастика) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Арьяр "Тирра.Невеста на удачу,или Попаданка против!" И.Котова "Королевская кровь.Темное наследие" А.Дорн "Институт моих кошмаров.Никаких демонов" В.Алферов "Царь без царства" А.Кейн "Хроники вечной жизни.Проклятый дар" Э.Бланк "Карнавал желаний"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"