Касьянов Владимир: другие произведения.

Королёв, ракеты и люди

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:

   СОДЕРЖАНИЕ:
  
  1. О Королёве и космонавтике
  2. Смерть С.П. Королёва
  3. Из воспоминаний Б.Е.Чертока
  
  4. Я. Голованов о смерти Королёва
  4.1. Накопившиеся проблемы
  4.2. Смерть или гибель?..
  4.3. Везли ногами вперёд...
  
  5. Дочь об отце
  6. В. Головачёв о С.П. Королёве
  7. СЛОЖНЫЕ ОТНОШЕНИЯ КОРОЛЁВА И ГЛУШКО
  8. Из воспоминаний Л.А. Филиной
  9. Два титана - Королёв и Келдыш
  
  10. Королёв и мистика
  10.1. О мистицизме Королёва
  10.2. Его Бог - Космос!
  10.3. Рассказ иеромонаха Иова
  10.4. "Суеверия " Королёва и космонавтов
  
  
  
  ===================================
  1. О КОРОЛЁВЕ И КОСМОНАВТИКЕ
  ===================================
  
  12 января 2007 года в России торжественно отмечали 100-летие со дня рождения С.П. Королёва, замечательного конструктора космической техники. Практически во всех основных СМИ не только России, но и всего мира появились многочисленные публикации на эту тему. Обилие информации о знаменитом конструкторе появилось и в Интернете. Не обделена была вниманием память о выдающемся человеке и до 100-летнего юбилея. Многие известные личности России написали свои книги и статьи о С.П. Королёве, дали интервью различным СМИ. Особенно, хочется отметить книгу Ярослава Голованова "Королёв. Факты и мифы", вышедшую в издательстве "Наука" ещё в 1994 году.
  
  По собственному признанию автора, работа над книгой продолжалась двадцать шесть лет! За это время автор объездил немало мест, связанных с Королёвым. В течение многих лет автор, как специальный журналист, работал на космодроме Байконур, в Центре управления полетами под Москвой, на станции дальней космической связи в Крыму. За двадцать шесть лет он прочитал десятки книг, сотни статей о Королеве, ракетной технике и космонавтике, пересмотрел всю секретную и несекретную кинохронику, относящуюся к Королёву. Материалы о Королёве автор искал и находил в архивах Нежина, Одессы, Киева, Москвы, в архиве Академии наук СССР, бывшего РНИИ, в Доме-музее в Останкине. Голованову помогали сотрудники КПИ и МВТУ, музея Н.Е. Жуковского в Москве и музея К.Э. Циолковского в Калуге, КГБ и МВД, Военной коллегии Верховного суда и Главной военной прокуратуры, командования Капустина Яра и Байконура.
  
  Не было организации, в которой Я.К.Голованову отказали бы в помощи. Собеседниками журналиста были друзья С.П. Королёва по Одесской стройпрофшколе, Киевскому политехническому институту, МВТУ имени Баумана, планеристы с горы Узун-Сырт под Коктебелем и подмосковной Планерной, инженеры авиапрома конца 20-х-начала 30-х годов, энтузиасты из подвала на Садово-Спасской, где родилась ГИРД, единоверцы из РНИИ, узники Колымы - жертвы сталинских репрессий, бывшие зеки из "шарашек" Омска и Казани, офицеры и генералы с сухопутных и морских полигонов, ветераны Капустина Яра и Тюратама...
  
  Автор книги высказывает особую благодарность Нине Ивановне Королевой за ее рассказы и открытый доступ к домашним архивам и письмам Сергея Павловича, а также выражает чрезвычайную признательность Герою Социалистического Труда, члену-корреспонденту РАН Борису Евсеевичу Чертоку, Герою Социалистического Труда, академику Борису Викторовичу Раушенбаху и Герою Советского Союза, доктору технических наук, заслуженному летчику-испытателю СССР Марку Лазаревичу Галлаю, взявшими на себя труд познакомиться с рукописью автора до ее публикации и сделавшими ряд ценных замечаний.
  
  Для тех, кто ещё не читал книгу Ярослава Голованова "Королёв. Факты и мифы"
  настоятельно рекомендую её прочитать, воспользовавшись следующей ссылкой:
  
  http://top-lib.ru/190053-korolev-fakty-i-mify.html
  
  Для желающих более детально ознакомиться с достижениями и проблемами, победами и поражениями отечественной космонавтики советую воспользоваться нижеприведёнными ссылками:
  
  Книги К.Э.Циолковского
  http://tululu.ru/a18699/
  
  Загадки Циолковского
  http://valiza.ru/films/4753-zagadka-ciolkovskogo-2-chasti-2011-tvrip.html
  
  Космонавтика. Большая энциклопедия
  http://www.allbest4free.ru/software/multimedia/25417-bolshaja-jenciklopedija-osmonavtiki.html
  
  Краткая биография Королёва
  http://rgantd.ru/vzal/korolev/biografia.htm
  
  Б.Е.Черток. Ракеты и люди Книги 1-4
  http://bookz.ru/authors/4ertok-be.html
  
  Каманин Н.П. Скрытый космос. Дневники
  http://bookz.ru/authors/kamanin-np/kamaninnp01.html
  
  В. Губарев. Утро космоса. Королёв и Гагарин
  http://royallib.com/book/gubarev_vladimir/utro_kosmosa_korolev_i_gagarin.html
  
  Военные аспекты советской космонавтики
  http://bankknig.com/knigi/43676-voennye-aspekty-sovetskoj-kosmonavtiki.html
  
  Железняков А.Б. Тайны ракетных катастроф (2011)
  http://vuzer.info/load/aviacija_kosmonavtika/zheleznjakov_a_b_
  tajny_raketnykh_katastrof/30-1-17972
  
  Журнал "Авиация и космонавтика" ( 1998 -2011 гг.)
  http://voenizdan.ru/index/0-143
  
  И.Бубнов, К. Феоктистов. О космолётах.
  http://lib.rus.ec/b/144003
  
  Тарасов Е.В. Космонавтика
  http://bankknig.com/technika/168333-kosmonavtika.html
  
  Геннадий Семенихин Космонавты живут на Земле
  http://bookz.ru/authors/semenihin-gennadii/kosmonawty.html
  
  Моклецев А.,Малышев В. Лётчики-космонавты СССР
  http://bankknig.com/knigi/11978-lyotchiki-kosmonavty-sssr.html
  
  Э.Буйновский. Поведневная жизнь первых российских ракетчиков
  и космонавтов
  http://fondknig.com/2011/07/31/povsednevnaja_zhizn_pervykh_rossijjskikh_
  raketchikov_i_kosmonavtov.html
  
  А. Первушин. Космонавты Сталина
  http://vipbook.info/nauka-i-ucheba/istory/21714-Pervushin-Anton-Kosmonavti-Stalina.
  -Mezhplanetniy-.html
  
  ***
  Желающие посмотреть фильмы о Королёве могут воспользоваться
  нижеприведёнными ссылками:
  
  Сериал фильмов "Империя Королёва"
  http://intellect-video.com/404/Imperiya-Korolyeva--Film-4-6--online/
  
  Сергей Королёв. Судьба
  http://rutube.ru/tracks/414816.html
  
  Королёв: Обратный счёт
  http://www.1-film-online.com/?p=13210
  
  Неспетая песня Сергея Королёва
  http://www.1-film-online.com/?p=1944
  
  Худож. фильм Ю.Кары "Королёв"
  http://kinoonline.info/-1-9790
  
  Житомирский музей космонавтики им. С.П.Королёва
  http://rutube.ru/tracks/4382088.html
  
  Отец космической разведки
  http://rutube.ru/tracks/694346.html
  
  ***
  Ну, а для тех читателей, кто интересуется космонавтикой, но, по разным причинам, не имеет возможности воспользоваться вышеприведёнными ссылками, предлагаю периодически "заходить" в этот и другие сборники моей странички. Для тех, кто считает космонавтику не только увлекательным, но также "лёгким" и очень "прибыльным" делом, советую ознакомиться с материалом раздела "Космонавтика и астронавтика" " этой же странички. Надеюсь, что мнение после этого изменится. Приятного Вам чтения, просмотра и доброй памяти о выдающихся личностях отечественной космонавтики и зарубежной астронавтики!
  
  ==========================
  2. СМЕРТЬ С.П.КОРОЛЁВА
  ==========================
  
  Официальное медицинское заключение о смерти С.П. Королёва было опубликовано 16 января 1966 года в газете "Правда", Љ 16 (17333). В нём сообщалось следующее:
  
  "... Тов. С. П. Королёв был болен саркомой прямой кишки. Кроме того, у него имелись: атеросклеротический кардиосклероз, склероз мозговых артерий, эмфизема лёгких и нарушение обмена веществ. С. П. Королёву была произведена операция удаления опухоли с экстирпацией прямой и части сигмовидной кишки. Смерть тов. С. П. Королёва наступила от сердечной недостаточности (острая ишемия миокарда)...".
  
  Под заключением стояли подписи министра здравоохранения СССР, действительного члена АМН СССР, профессора Б. В. Петровского; действительного члена АМН СССР, профессора А. А. Вишневского; заведующего хирургическим отделением больницы, доцента, кандидата медицинских наук Д. Ф. Благовидова; члена-корреспондента АМН СССР, профессора А. И. Струкова; начальника Четвёртого главного управления при Минздраве СССР, заслуженного деятеля науки, профессора A.M. Маркова.
  
  Оперировал Сергея Павловича министр здравоохранения СССР, действительный член АМН СССР, профессор Б. В. Петровский, ассистировал Петровскому заведующий хирургическим отделением, доцент, кандидат медицинских наук Д. Ф. Благовидов. Остановить кровотечение, удалив полипы, не удалось. Приняли решение о вскрытии брюшной полости. Когда стали подбираться к месту кровотечения, обнаружили опухоль величиной с кулак. Это была саркома - злокачественная опухоль. Петровский принял решение удалить
  саркому. При этом произвели удаление части прямой кишки. Предстояло вывести оставшуюся часть через брюшину. В связи с не вылеченной травмой, полученной в ссылке (по версии, следователь сломал арестованному Королёву челюсть, ударив Сергея Павловича графином по скуле. Вследствие неудачного сращения кости, Королёв не мог достаточно широко раскрывать рот даже во время еды), возникли сложности при интубации трахеи. Ему не смогли корректно ввести дыхательную трубку
  в трахею.
  
  О хирургах, производивших операцию можно вкратце сказать следующее. Борис Васильевич Петровский (1908 - 2004г.г.) - известный советский и российский хирург, организатор здравоохранения и общественный деятель, министр здравоохранения СССР, директор Всесоюзного научного центра хирургии АМН СССР, действительный член Академии наук СССР, Академии медицинских наук СССР, доктор медицинских наук, профессор. Закончив войну сложившимся самостоятельным хирургом и исследователем, Петровский приступил в 1945 году к работе заместителем директора по науке Института хирургии Академии медицинских наук СССР. С сентября 1965 по декабрь 1980 года возглавлял Министерство здравоохранения СССР. Через два с половиной года после смерти С.П. Короленко Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 июня 1968 года за большие заслуги в развитии советской медицинской науки и здравоохранения, подготовку научных кадров и в связи с шестидесятилетием со дня рождения Петровскому Борису Васильевичу присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина и золотой медали "Серп и Молот". Жил в Москве. Скончался 4 мая 2004 года, на 96-м году жизни. Похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве, где над могилой возвышается его скульптура.
  
  Александр Александрович Вишневский (1906-1975) - главный хирург Министерства обороны Союза Советских Социалистических Республик, генерал-полковник медицинской службы, академик АМН СССР, доктор медицинских наук, профессор, заслуженный деятель науки РСФСР. Сын выдающегося российского советского хирурга А. В. Вишневского. В 1966 году, в год смерти Королёва, Александру Александровичу было присвоено звания Героя Социалистического труда. Скончался 19 ноября 1975 года. Похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище.
  
  С.П. Королёв прожил 59 лет, А.А. Вишневский - 69 лет, а Б.В. Петровский - 96 лет!.. Все трое сделали выдающийся вклад в науку. Однако это не отразилось на результатах операции С.П. Королёва - смерть безразлична к регалиям живых и умирающих...
  
  Гроб с телом покойного С. П. Королёва был установлен в Колонном зале Дома Союзов. Для прощания с покойным открыли доступ 17 января 1966 года с 12 часов дня до 8 часов вечера. Похороны с государственными почестями состоялись на Красной площади Москвы 18 января в 13 часов. Урна с прахом С. П. Королёва захоронена в Кремлёвской стене. На первой табличке с датами рождения и смерти Королёва, одна из дат соответствовала старому стилю исчисления.
  
  После смерти Королёва остались следующие ближайшие члены его семьи. Мать - Мария Николаевна Баланина, дожила до девяноста лет. Сдержанный в проявлении чувств, Сергей Павлович Королев почти все письма к матери, а писал он ей много, начинал не просто словом "мама" - неизменным было иное, ласковое обращение: "мамочка", "дорогая мамочка", "милая мама". Это она делала все возможное и невозможное, полезное и бесполезное, стучала во все двери, даже те, которые вдруг перед ней закрылись, чтобы вызволить его из Колымы. Но об этом он узнал лишь в три последних дня своей жизни, когда случилось так, что мать и сын провели их вместе, под одной крышей. Мария Николаевна долечивала свое сердце в той же больнице, куда положили и Сергея Павловича. Даже палаты оказались почти рядом. Вот когда у них появилось время для воспоминаний...
  
  Первая жена - Ксения Максимилиановна Винцентини , (1907-1991), проработала врачом-хирургом 60 лет, 43 из них простоя у операционного стола. У неё от С.П. Королёва родилась дочь Наталья - ныне доктор медицинских наук, лауреат Государственной премии, профессор Московской медицинской академии им. И.М.Сеченова.
  
  Вторая жена - Нина Ивановна Королева, (1920-1999 г.г.). После перенесенной тяжелой операции она чувствовала себя плохо, нигде не бывала и почти ни с кем не общалась, посвятив все свое время разбору и передаче архива мужа в его московский Мемориальный дом-музей.
  
  
  =====================================
  3. ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ Б.Е.ЧЕРТОКА
  =====================================
  
  Борис Евсеевич Черток (родился 1 марта 1912 года) - советский, российский учёный-конструктор, один из ближайших соратников С. П. Королёва, академик РАН, доктор технических наук. Награждён многими отечественными и зарубежными наградами, в том числе Золотой медалью имени С. П. Королёва РАН (2008), медалью "За заслуги в освоении космоса" от 12 апреля 2011 года). Лауреат Ленинской премии (1957, за участие в создании первых искусственных спутников Земли), Государственной премии СССР (1976, за участие в осуществлении проекта "Союз-Аполлон"), Международной премии Андрея Первозванного "За веру и верность" (2010).
  
  Е. Черток - автор и соавтор более 200 научных трудов, в том числе ряда монографий, большинство из которых многие годы были засекречены. В 1994-1999 годах им подготовлена уникальная историческая серия "Ракеты и люди" из четырёх монографий. На XXXIII Королевских чтениях (январь 2009 года) академик выступил с докладом "Какой будет космонавтика в 2101 году". В том же году телестудия Роскосмоса выпустила фильм "Академику Борису Чертоку - 97 лет". В монографиях серии "Ракеты и люди" учёный приводит как личные, так и иные воспоминания о последних днях жизни Главного конструктора.
  
  Б. Чертока однозначно утверждает, что известие о смерти С.П. Королева застало всех врасплох:
  
  "... - В середине дня 14 января я был один в кабинете. Изучал пухлую папку накопившейся за последние дни секретной почты. Попросил Зою Григорьевну ни с кем меня не соединять. Неожиданно вбежал Цыбин и крикнул:
  
  - Сергей Павлович умер!
  
  - Ты в своем уме?! Какой Сергей Павлович?
  
  - Наш, наш Сергей Павлович Королев! Позвонила из больницы Нина Ивановна !
  
   Я стоял совершенно ошеломленный, не соображая, что же теперь следует делать. Не может быть!.. Этого действительно не должно быть!.. "
  
  Придя в себя, Б.Черток позвонил по номеру "кремлевки" А.И. Бурназяну. Тот несколько минут молчал, затем сказал:
  
  - Оперировали Петровский и Вишневский. Кроме полипов, обнаружили саркому. Было сделано все возможное, но сердце не выдержало. Операция длилась больше четырех часов...
  
  О смерти Королева сразу было доложено Брежневу и членам Политбюро. Посоветовавшись по телефону друг с другом, те без колебаний решили "открыть" Королева, объявить миру, кто он такой. Сам факт смерти такого человека надо было использовать для пропаганды достижений советской науки. Далее Б. Черток пишет, что в первые часы после получения известия о смерти Королёва всех больше всего волновал вопрос:
  "Как это могло случиться?!..". Никто ничего толково объяснить не мог. Академик вспоминает, как он вместе с Бушуевым и Мишиным вечером слушали прерывистый рассказ жены Королёва - Нины Ивановны. В день операции она была в больнице с самого утра.
  
  Заведующий хирургическим отделением Благовидов ее успокоил, сказав, что операция продлится не более часа. Но прошел час, второй. Сестры выскакивали из операционной с какими-то поручениями. Жена поняла,
  что налаживают аппарат искусственного дыхания. Закатывали еще какую-то аппаратуру. Потом к ней вышел Благовидов, который ассистировал Петровскому, и сказал, что положение осложнилось. Вдруг откуда-то появился и быстро прошел в операционную Вишневский - главный хирург Советской Армии. Опять мучительная неизвестность. Прошло уже больше четырех часов после начала операции, когда Нине Ивановне объявили, что "сделали все возможное". Остановить кровотечение, удалив полипы, не удалось. Приняли решение о вскрытии брюшной полости. Когда стали подбираться к месту кровотечения, обнаружили опухоль величиной с кулак. Это была саркома - злокачественная опухоль. Петровский принял решение удалить саркому. При этом произвели удаление части прямой кишки. Предстояло вывести оставшуюся часть через брюшину. Сердечная недостаточность под конец нарастала очень быстро. Оказалось, что Королеву долго не удавалось ввести в дыхательное горло трубку аппарата для искусственного дыхания. Такова была индивидуальная особенность посадки его крупной головы на короткой шее.
  
  У Сергея Павловича уже были ранее кровотечения из прямой кишки. После одного из таких обильных кровотечений, крайне встревоженная жена настаивала на вызове "скорой", но Королев запретил категорически. Более того, утром Сергей Павлович в больницу ехать отказался, ссылаясь на крайнюю занятость в течение предстоящего дня. Не поехал Королев в больницу и на следующий день... Во вторник, 14 декабря, Королев всё-таки лег на обследование в кремлевскую больницу, в хирургическое отделение, которым заведывал Дмитрий Федорович Благовидов.
  
  В четверг, 16 декабря, скоропостижно скончался заместитель Королёва Леонид Александрович Воскресенский. Не проводить старого товарища в последний путь Сергей Павлович не мог.
  
  Проведённые медицинское обследование, безусловно, не было основательными, но обнаруженный на расстоянии 9-11 см от сфинктера полип позволил врачам поставить диагноз "Полип прямой кишки". Благовидов при Нине Ивановне сказал:
  
  - Идите, Сергей Павлович, спокойно с Ниной Ивановной встречайте Новый год, а потом приходите и мы удалим полип. Пустяковая операция...
  
  В пятницу, 17 декабря, Королев выписался из больницы. В тот же день он был на работе. Именно в то время к Королёву обратился директор школы-интерната для слепых детей из Болшева Герой Советского Союза М.И. Мочанов. Он просил выделить грузовую машину для доставки в школу продуктов, одежды и других
  товаров.
  
  Резолюция Королева гласила:
  
  " 1. Тт. Иванову А.П., Азарову Г.М. (отд. 34), Любавину П.И. (глав. бух.) - разрешается
  передать грузовую машину из числа находящихся в эксплуатации в п/я 651 на баланс
  школы-интерната;
  
  - надо привести машину в порядок, может быть, сделать ей крытый кузов
  и обеспечить на будущее профилактикой, ремонтом - пусть наше шефство
  будет не на словах, а на деле.
  
  2. Чем мы еще можем помочь этой школе? Жду ваших предложений.
  
   17.12.65. Королев."
  
  20 декабря 1965 года Раушенбаху Борису Викторовичу исполнилось 50 лет. И он пригласил Королёва с женой на дружеский ужин. 23 декабря - еще один юбилей. Павлу Владимировичу Цыбину исполнилось 60 лет. В записной книжке Королева на страничке, обозначенной "чтв. 23/XII", среди пометок: "...Пленум обкома. Моссовет, Мраморн.зал - 9.00, т.Тюлин - предлож. по "Союзу" см. - Абрамов, Черток по наземке. Бармин - Л-1" есть и такая: "15-00 Цыбин - юбил. заседан...". В субботу,25 декабря, Королев был в Кремле на совещании по поводу пятилетнего плана. Некоторые выступления - М.В. Келдыша, В.Д. Калмыкова, П.В. Дементьева -- Сергей Павлович законспектировал в своей записной книжке. Темы перспективы развития космонавтики были затронуты Королевым на следующий день при встрече с космонавтами.
  
  В воскресенье супруги Королевы приехали в гости к космонавтам в Звездный, побывали в новых, еще незаселенных квартирах Ю.А. Гагарина, В.В. Терешковой и А.Г. Николаева, купались в бассейне, обедали и даже фотографировались. У всех было прекрасное настроение.
  
  Из воспоминаний жены Королева:
  
  -... Перед Новым, 1966, годом мы заехали в больницу на ул. Грановского навестить Марию Николаевну. В коридоре возле ординаторской Сергея Павловича окружили врачи, предложили выпить шампанского за Новый год. И неожиданно один из хирургов (Сергей Дмитриевич Белов) подошел вплотную к Сергею Павловичу и тихо сказал: "Вы не волнуйтесь, Сергей Павлович, операция пустяковая. Вот только они опасаются за сердце". - "Я не волнуюсь", - ответил Сережа...
  
  Но Нина Ивановна, зная и тонко чувствуя мужа, мгновенно поняла, как мимоходом сказанные Беловым слова выбили Сергея Павловича из благодушного состояния. Вернувшись домой, Королёв пожаловался на боли в сердце, отметив их необычность.
  
  -Ну что ж, - нашлась Нина Ивановна, - и лекарство тебе дам сегодня необычное...
  
  И вместо привычного валидола накапала валокордин. Вскоре боли прошли.
  
  Из воспоминаний Ивана Матвеевича Рябова, приведённых Б.Чертоком, следует, что 31 декабря 1965 года у Нины Ивановны и Сергея Павловича родственники и близкие собрались встретить Новый, 1966, год. Когда все были в сборе, большинство было настроено на то, чтобы приступить к проводам старого года. Но в это время зазвонил телефон. Окончив разговор, Сергей Павлович сказал: "Прошу извинить, Ниночка и я приглашены на встречу Нового года к члену ЦК КПСС Пономареву. Постараемся вернуться пораньше, чтобы вместе продолжить встречу Нового года". Они вернулись домой в половине пятого...
  
  В тот день в "Правде" была опубликована одна из самых интересных статей С.П. Королева "Шаги в будущее". Светлая и патетическая, она заканчивалась словами: "Нет преград человеческой мысли!"...
  
  4 января1966 года - последний рабочий день Королева. Уже после работы, Королёв, из воспоминаний жены, сказал ей:
  
  - Я хочу с тобой поговорить... Если со мной что случится,
  прошу тебя, не живи в этом доме.
  
   - Господь с тобой, Сережа, ну о чем ты?!
  
  - Я все сказал, - резко прервал он дальнейший разговор.
  
  В среду, 5 января, С.П. Королев лег в больницу Четвертого главного управления. Нина Ивановна была у него каждый день.
  
  Во вторник, 11 января, Б.В. Петровский сделал биопсию для гистологического исследования. Полип при этом иссечении дал большую кровь. Едва остановили. Об этом говорила Нине Ивановне палатный врач Р.В. Резникова . Однако консилиум не собрали. Операция была назначена на 14 января.
  
  12-го 1966 г. Сергею Павловичу исполнилось 59 лет. В четверг, 13 января, вскоре после ужина в палату к Королеву, где была и Нина Ивановна, пришел врач-анестезиолог Юрий Ильич Савинов . Он принес листочек с результатами анализа иссеченной ткани полипа. Нина Ивановна запомнила главную строчку этого заключения: "Полип без подозрений". Это говорило о доброкачественности новообразования. Но врач просил не выдавать его за эту непозволительную откровенность с пациентом. Во время беседы Сергей Павлович с грустью спросил Савинова: "Доктор, вы наш друг, скажите, сколько я еще могу прожить вот с таким?.. " и, уже молча, приложил руку к сердцу.
  
  В своих мемуарах Б.Черток задаёт вопрос:
  
  - Но тогда почему наши медицинские светила позволили своему великому пациенту умереть от паралича сердца? Ведь, согласно медицинскому заключению, опубликованному 16 января во всех центральных газетах, "... смерть наступила от сердечной недостаточности (острая ишемия миокарда)"!!!"
  
  *****
  Спустя несколько лет, у хирурга Вишневского трагически погибла жена. Она была в деревне. Каким-то образом коза, находившаяся на привязи, перетерла веревкой ей вены на ноге. Началось заражение крови. Спасти жену академика не удалось. В день похорон жены Вишневского, Б. Черток был на поминках. Вот что он пишет в своих мемуарах:
  
  " Александр Александрович подсел ко мне на диван. Он был потрясен смертью жены. Но стал вспоминать о Сереже:
  
  - Когда я приехал на Грановского, мне предложили продолжить операцию. Я сказал: "Я трупы не оперирую". В медицинском заключении в первой редакции было написано: "Оперировал Петровский, ассистировал Вишневский". Затем эту страницу из медицинского заключения вырвали и появилось: "Оперировали Петровский и Вишневский". В тексте опубликованного газетами официального медицинского заключения стоят пять подписей и вообще не сказано, кто же оперировал...
  
  Так почему же знаменитые хирурги отправили Королева с операционного стола в морг? Может быть, подробности и описаны в истории болезни С.П. Королева, которая должна храниться в архиве Кремлевской больницы. Королев не должен был умереть 14 января 1966 года на операционном столе. Это Вишневский подтвердил четыре года спустя. Зимой 1970 года при деловой встрече академик Черток проговорился Вишневскому о возобновившейся боли в некогда простреленной ноге. Тот отреагировал мгновенно:
  
  - Ложись ко мне. Я тебе сделаю омолаживающую весь организм новокаиновую
  блокаду и для ноги - процедуры с горячей мазью Вишневского..."
  
  Как-то, после сложной операции на сердце у одного больного, Б.Е. Черток спросил у А.А. Вишневского, делавшего эту операцию:
  
  - Почему после операции на сердце по поводу аневризмы аорты больной через два дня начнет ходить, а Королев после удаления полипов в прямой кишке остался на столе?
  
  Вишневский долго молчал. Отхлебнув еще глоток коньяка, он рассказал:
  
  -Поздно за мной приехали. Я вышел погулять. Хорошо еще, не далеко ушел. Но, все равно, когда приехал на Грановского, сразу понял, что ничем не помогу. Виноватых, если теперь их искать, - много. Я виноват, что не посоветовал и не сказал, где и у кого лучше оперироваться. Сам Королев виноват - пожелал, чтобы обязательно оперировал министр Советского Союза. У министра и без операций работы хватало, голова совсем не тем забита. До операции, так думаю, серьезного обследования не проделали. Саркому могли и раньше обнаружить. Она была с кулак и полностью осумкована. С ней он еще долго мог прожить - никаких метастазов - все было чисто. А до нее добрались совсем не по плану операции. Сначала удалили полипы в прямой кишке. Кровотечение остановить не удавалось. Тогда решились на полостную операцию - вскрыть, там все зашить и сделать отвод. Конечно, с боковым отводом человеку не сладко, хлопот много, но потом можно было бы и восстановить. Тут они увидели опухоль, решили удалить. А время идет. Под общим наркозом сердце и легкие не у всех работают надежно. И анестезиологи что-то проглядели. К тому же у Королева было необычное строение шеи. Надо срочно налаживать искусственное дыхание, а они трубку никак в горло не вставят. Не продумали и не подготовились. Автомат искусственного кровообращения заранее не был подготовлен. Какая бы ни была операция, положено все иметь наготове. Хирург должен все действия продумать заранее, до последней мелочи. Вся команда у стола должна быть спаянной, натренированной лучше хоккейной. Операции на сердце совсем недавно начали делать, и то летальные исходы редкость. Королев - это трагедия и несчастный случай в нашей медицине. Он должен был жить...
  
  Далее Б.Е. Черток высказал предположение, что А. А. Вишневский своим ближайшим друзьям-специалистам излагал случившееся с Королевым на медицинском языке с большими подробностями. Однако медиков, пожелавших восстановить в деталях истинную картину гибели Королева, не нашлось. Да и у руководства страны тоже не было особого желания на этот счёт. Если бы Брежнев и его ближайшее окружение узнали подлинную историю смерти С.П Королёва ,то можно, без особого труда, предположить какое было бы принято решение:
  
  - Никаких комиссий и расследований!.. Мёртвого не воскресишь,
  а международный авторитет СССР пострадает!..
  
  
  ***
   Для желающих ознакомиться с содержанием всех 4-х монографий Б.Е.Чертока "Ракеты и люди " рекомендую воспользоватьcя ссылкой:
  http://bookz.ru/authors/4ertok-be.html
  
  
  ========================================
  4. Я. ГОЛОВАНОВ О СМЕРТИ КОРОЛЁВА
  ========================================
  
  Ярослав Кириллович Голованов (1932-2003) - советский и российский журналист, писатель и популяризатор науки. Автор 20 книг, более 1200 газетных и 160 журнальных статей. Лауреат двух высших журналистских премий "Золотое перо". Заслуженный работник культуры РСФСР (1982). В 1956 году закончил ракетный факультет МВТУ им. Н. Э. Баумана. По распределению направлен в НИИ-1 Министерства авиационной промышленности, но был определён в лабораторию Г. И. Петрова не по своей специальности, что послужило причиной поиска других направлений деятельности. В феврале 1958 года был отобран из ряда кандидатов на должность литературного сотрудника отдела наук газеты "Комсомольская правда", с которой связана вся его будущая журналистская и писательская деятельность. Более 10 лет был специальным корреспондентом газеты на космодроме "Байконур" и в ЦУПе.
  
  Главная тема творчества - космонавтика. С темой космоса связаны книги "Кузнецы грома", "Этюды об ученых", "Этюды о великом", "Архитектура невесомости", "Наш Гагарин", "Марсианин", "Космонавт N 1". Около 30 лет проработал над фундаментальной биографией главного конструктора С. П. Королёва "Королев. Факты и мифы", вышедшей в издательстве "Наука" в 1994 г. В июле-августе 1965 году проходил медицинское обследование в Институте медико-биологических проблем Министерства здравоохранения СССР в рамках
  подготовки полёта в космос журналиста (в группе совместно с Ю. А. Летуновым из "Всесоюзного радио" и полковником М. Ф. Ребровым из газеты "Красная звезда"), однако программа была свёрнута.
  
  
  4.1. НАКОПИВШИЕСЯ ПРОБЛЕМЫ
  
  
  В книге Я.Голованова "Королёв. Факты и мифы" есть такой эпизод. В кремлевской больнице на улице Грановского С.П.Королев спросил врача:
  
  - Сколько лет я еще проживу с таким?.. - он положил руку на сердце.
  
  - Ну, я думаю, еще лет двадцать... - ответил Юрий Ильич Савинов.
  
  - Мне достаточно и десяти, - вздохнул Королев и добавил: - Хотя еще очень много нужно сделать...
  
  Планы у Королёва были! И планов было очень много. Однако, наряду с планами, было немало неудач, проблем и неурядиц. В США стремительно наращивали темпы покорения космоса, в частности полным ходом разворачивалась программа полёта человека на Луну. И хотя американцы были еще позади, но расстояние между США и СССР в освоении космического пространства сокращалось стремительно. На мысе Канаверал уже стартовал первый двухместный "Джемини". В 1965 году, кроме Беляева и Леонова, ни один советский космонавт не вышел на орбиту, а американцы запустили пять кораблей с десятью астронавтами. Уайт вышел в открытый космос; Купер и Конрад установили рекорд длительности полета - без малого 191 час, почти 8 суток. Американцы, хоть "на чуть-чуть", но вырвались вперёд и со спутниками связи - их "Эрли Берд" был запущен на 17 дней раньше нашей "Молнии-1".
  
  Ярослав Голованов пишет в своей книге о том, что последние месяцы жизни С.П Королёва беды и печали словно наслаиваются друг на друга. Усиливался разлад в Совете Главных конструкторов: ссора с Глушко, претензии Пилюгина, конкуренция рвущегося в космос Челомея, наступление Янгеля в военной тематике. Королев также не нашел общего языка с новым министром только что организованного Министерства общего машиностроения Сергеем Александровичем Афанасьевым: министр был крут, а Королев не робел и не мог заставить себя, хотя бы из соображений высшей дипломатии, сделать вид, что робеет. Уже когда он лежал в больнице, накануне операции, Афанасьев на очередной коллегии устроил жестокий разнос ОКБ. Мишин, остававшийся за Главного, пробовал защищаться, но был смят. Вернувшись в ОКБ, Василий Павлович сел писать рапорт об уходе. Рапорт через плечо Мишина увидел помощник Главного Виктор Васильевич Косяков и тут же позвонил Королеву в больницу. Королев вызвал к трубке Мишина:
  
  - Ты что делаешь?
  
  - Рапорт пишу. С вами тяжело работать, а с ним вообще никуда...
  Я обозвал его долдоном.
  
  - Зря. Порви рапорт. Министры уходят и приходят, а мы и наше дело остаемся...
  Они только и ждут, чтобы мы такие рапорты писали...
  
  Через много лет, когда Василий Павлович рассказывал Голованову об этом телефонном разговоре, тот спросил:
  
  - Как бы развивались события дальше, если бы Королев не умер?
  
  - Его бы сняли через несколько месяцев. Устинов и Афанасьев
   создавали невыносимую обстановку для работы.
  
  Мишина он тогда уговорил. Себя уговорить было труднее. Жена Нина Ивановна вспоминала:
  
  - Сергей Павлович иногда приходил с работы предельно издерганный. Все его раздражало, даже что домашние шлепанцы не так стоят. Но отходил довольно быстро. А в последние годы, возвращаясь с каких-то совещаний, был уже не столько раздражен, сколько измучен и говорил в запале:
  
  - Я не могу так работать. Ты понимаешь, я так больше работать не могу! Я уйду!..
  
  Иногда он звонил домой и говорил:
  
  - Я сейчас пойду пройдусь по цехам, что-то нервишки разошлись...
  
  Весь 1965 год тянется горестная траурная цепочка. В самом начале января - похороны Андрея Владимировича Лебединского, замечательного ученого, первого директора недавно организованного Института медико-биологических проблем, о необходимости создания которого Королев писал еще в 1960 году. В январе же в автомобильной катастрофе погибает Иван Васильевич Попков - один из любимцев Королева, талантливый энергичный молодой человек, которому он поручил морскую ракетную тематику. Летом тяжело умирает ослепший Георгий Максимович Шубников - главный строитель космодрома. В декабре - самая тяжелая потеря: умер заместитель и верный соратник Королёва Леонид Воскресенский... Королева угнетает и надвигающаяся на него глухота. Уже когда Сергей Павлович лег на роковую операцию, в больнице установили, какие частоты он слышит хуже, и врач Эфрусси прописал ему слуховой аппарат.
  
  Журналист опровергает мнение многих граждан СССР, сложившееся по впечатлениям от фотографий Королёва, о том, что тот имел отменное здоровье. Это впечатление создаёт и самый ранний кинокадр, сделанный на планерном слете в Коктебеле в 1929 году. Группа молодых парителей тащит в гору планер, и Королев там мелькает несколько секунд в левом нижнем углу кадра. Крепкий такой, загорелый, широкоплечий парень. Он и оставался крепким, широкоплечим и производил обманчивое впечатление здоровяка, которое усиливалось короткой шеей, низко посаженной головой, отчего Сергей Павлович в некоторых ракурсах был похож на готового к схватке боксера или борца. На самом деле здоровяком он в зрелые годы не был. У него было слабое сердце, всякая физическая работа быстро его утомляла, и, может быть интуитивно, он эту работу не любил, избегал. Врачи поставили диагноз - мерцательная аритмия сердца. Сергей Павлович частным порядком показывался академику Владимиру Никитовичу Виноградову. Было назначено лечение, которое эффекта не дало. В 1964 году Виноградов умер. А сердце у Сергея Павловича продолжало болеть. В последние годы все чаще и чаще. И не всегда уже помогала мятная лепешечка валидола. 11 февраля 1964 года Королев проводил совещание в своем кабинете в Подлипках, когда его настигает сердечный приступ.
  
  Партийный работник В.И. Ламкин вспоминает:
  
  " ...-В середине 1965 года проходил актив областной партийной организации, на который пригласили и Сергея Павловича. В те дни он себя плохо чувствовал, но на актив приехал. Прослушав доклад и часть прений, подошел в перерыве ко мне:
  
  - Владимир Ильич, как ты думаешь, если я поеду домой и лягу в постель? Нездоровится. Еле-еле сижу. Задачу свою понял, а выступать, наверное, нет необходимости. Разрешаешь?..
  
  Королев никогда не "дразнил гусей". В этих словах его видно, что он принимал правила аппаратной игры. Ведь нельзя же думать, что "задачи" Королеву определял областной партийный актив! Я обнял его и хотел сказать, что доложу в президиум, а ехать домой подлечиться, конечно, надо. Взглянул в лицо - оно было покрыто бисеринками пота..."
  
  Не меньше сердечных хворей беспокоят Королёва кишечные кровотечения. Началось это давно, еще летом 1962 года - сразу после полета Николаева и Поповича, со страшного ночного приступа желудочно-кишечных болей, когда "скорая" увезла его в больницу. На следующий день знаменитый профессор Маят осматривал его, мял живот, все время спрашивал:
  
  - Тут болит? А тут? А тут?
  
  - Нигде не болит, - робко отвечал Сергей Павлович.
  
  Диагноз: изъязвление сфинктера. Тогда дело до операции не дошло. Но и потом часто наваливались на него волны слабости и дурноты. Ну, переутомился. Надо отдохнуть, и все пройдет. Летом 1965 года они с Ниной снова в Крыму, в Ореанде. Осенью опять стало плохо. После неудачного пуска "Луны-8" он ложится в больницу. Три дня был на обследовании. Через неделю Королев на юбилейном вечере в честь 60-летия Павла Владимировича Цыбина. Через три дня вместе с Ниной Ивановной поехали в Звездный. И опять было весело, непринужденно: встречались по-семейному, с женами, гуляли, купались в бассейне, обедали, - снова свой среди своих. И со своей бедой.
  
  Встречать новый 1966 год Королевых пригласил к себе на дачу секретарь ЦК КПСС Борис Николаевич Пономарев. Компания была довольно разношерстная: председатель ВЦСПС В.В. Гришин, главный архитектор Москвы М.В. Посохин, президент Академии наук М.В. Келдыш. Здесь Королев не был своим среди своих. После ужина отвел Келдыша в уголок, сказал доверительно:
  
  - Знаешь, вот опять ложусь в больницу, и какое-то у меня
  плохое предчувствие, не знаю - выйду ль оттуда...
  
  Чуть хмельной Келдыш начал говорить какие-то ненужные, неуклюжие утешительные слова, которые все мы говорим в таких случаях. В общем, все было так, как и полагается тому быть в эту ночь: провожали старый год, встречали новый. Об уходе 65-го Королев не жалел: трудный был год, нервный, больной. Наступает 66-й, авось посчастливей будет... Никакого года впереди не было. Через две недели - смерть.
  
  Далее Я.К. Голованов вспоминает эпизод с попыткой экранизации кинорежиссером документального кино В. М. Петровым книги "Кузнецы грома", посвящённой успехам советской космонавтики :
  
  - Я позвонил Сергей Павловичу днем 4 января 1966 года по "кремлевке"
   из кабинета главного редактора "Комсомольской правды". Напомнил
   о Петрове. Разговор наш был очень короткий.
  
  - Давайте так договоримся. Я завтра ложусь в больницу... Нет, ничего
  серьезного. Надо сделать кое-какие обследования. Сразу приглашать
  Петрова к нам на предприятие вряд ли надо. Организуем встречу
  в президиуме Академии наук. Где-нибудь в конце января - начале февраля...
  
  "Кузнецы грома" не были экранизированы: через три дня после этого разговора в раздевалке Мосфильма упал и умер В.М. Петров. Через десять дней не стало и С.П.Королева.
  
  Королев уехал в больницу утром 5 января. Нина Ивановна собрала ему маленький мягкий голубой чемоданчик на "молнии" со всем необходимым. Сергей Павлович был грустен и сосредоточен. Долго рылся в карманах пиджака, искал заветные две копеечки по копеечке, не нашел и расстроился. Эти монеты он всегда носил с собой на счастье. На этот раз "копеечного счастья" в кармане не оказалось... Журналист с грустью отмечает, что разглядывая последние недели жизни Королёва, " все время натыкаешься на какие-то неясные, зыбкие предчувствия, которые владели им и иногда вдруг вырывались наружу, побеждая волю этого, очень сдержанного, человека"...
  
  
  4.2. СМЕРТЬ ИЛИ ГИБЕЛЬ?..
  
  Анализы, проведенные в декабре, показывали кровоточащий полип в прямой кишке. Теперь речь шла об удалении полипа - операция напряженная, но и серьезной ее назвать вряд ли можно. Сергей Павлович был спокоен, все встречи и дела уверенно задвигал на вторую половину января. В больницу каждый день приезжала Нина Ивановна, беседовала с врачами - никаких тревог. 11 января сам министр здравоохранения СССР, академик Борис Васильевич Петровский сделал гистологический анализ - отщипнул крохотный кусочек полипа. Было сильное кровотечение, еле остановили.
  
  Накануне 12 января - дня своего рождения - настроение у Сергея Павловича было пасмурное, просил Нину Ивановну, чтобы никто к нему не приезжал, видеть никого не хочет.
  
  - Я привезу завтра Марию Николаевну, - говорила Нина.
  
  - Не надо...
  
  - Нет, Сережа, пусть она приедет...
  
  12 января Нина Ивановна купила букет нераскрытых сиреневых тюльпанов, заехала за свекровью, привезла ее в больницу. После обеда Мария Николаевна на машине сына уехала домой. На следующий день, когда Нина Ивановна сидела у Сергея Павловича, в палату зашел врач-анестезиолог Юрий Ильич Савинов. Нина Ивановна вспоминает и такой эпизод:
  
  - Очень хорошо помню всю ту сцену... Сергей Павлович сидел на кровати, подложив руки под колени, в пижаме, носки черные с треугольничками... Савинов говорит: "Вы уж меня не выдавайте, я не имею права вам это показывать, но поздравляю, анализ хороший: это - полип..."
  
  Через 23 года после этого разговора Юрий Ильич сказал Я. Голованову:
  
  - Что-то путает Нина Ивановна. Я не имел никакого отношения к гистологии.
  Я был анестезиологом на этой операции...
  
  - Но ведь, когда вы шли на операцию, Борис Васильевич Петровский должен
  был сказать вам, какая, собственно, операция предстоит.
  
  - Он хотел вновь взять биопсию...
  
  - Но ведь для этого, как я понимаю, не требуется общий наркоз...
  
  - На общем наркозе настоял сам Сергей Павлович...
  
  - Если биопсия 11 января не удовлетворила (что вполне допустимо)
  Бориса Васильевича, почему он начинает операцию? Ведь можно было
  взять анализ, ничего не разрезая?
  
  - Не знаю... У меня гости... И вообще, это вопрос к Борису Васильевичу.
  
  
  При беседе Голованова с Анатолием Ивановичем Струковым, академиком АМН, Героем Социалистического Труда, самым знаменитым патологоанатом СССР того времени, тот признался:
  
  - Не помню анализа. Петровский и Вишневский вызвали меня на операцию,
  когда Королев был жив, для того чтобы я засвидетельствовал: опухоль
  злокачественная, что я и сделал...
  
  - Анатолий Иванович, вы извините меня, но почему к живому человеку
  вызывают патологоанатома?
  
  - Я - патогистолог и разбираюсь в опухолях. У Королева была саркома
  прямой кишки...
  
  Борис Васильевич Петровский рассказывал журналисту обо всех этих событиях несколько по-другому.
  
  - Биопсия действительно показывала полип в прямой кишке, и я назначил операцию с целью избавить Сергея Павловича от этого полипа. Предварительно была сделана попытка под наркозом с помощью эндоскопа взять еще раз ткань на анализ, но началось сильное кровотечение, и необходимость операции стала очевидной... Струкова я не помню, я его не вызывал, возможно, его помощь потребовалась гистологам "кремлевки", которые проводили анализ опухоли.
  
  То же говорит Петровский и в своей книге:
  
   "Лапаротомия (вскрытие брюшной полости) показала наличие неподвижной злокачественной опухоли, прорастающей в прямую кишку и стенку таза. Электроножом с большим трудом удалось выделить опухоль и взять биопсию, подтвердившую наличие самой злокачественной опухоли - ангиосаркомы". (Хирург и жизнь. М.: Медицина, 1989. С. 155. )
  
  Через семь лет после смерти Королева газета "Вашингтон пост" напечатала статью одного врача, эмигрировавшего из СССР, который утверждал, что никакой саркомы не было, был полип и Королев погиб в результате медицинской ошибки. Эту же версию поддерживал и известный хирург академик АМН Ф.Г. Углов, напечатав некое мемуарное эссе, в котором нет фамилий ни Петровского, ни Королева, но то, что речь идет именно о них, ясно и без фамилий.
  
   в конце 60-х годов у Голованова состоялся ещё один интересный разговор с Андреем Михайловичем Ганичкиным, профессором-онкологом. Отвечая на вопрос о причинах смерти Сергея Павловича, тот сказал, потупясь:
  
  - Видите ли, саркома прямой кишки в медицинской литературе
  практически не описана... Впрочем, министру здравоохранения виднее...
  
  То же самое подтвердил и академик А.И. Струков :
  
  - Да, заболевание крайне редкое.
  
  Петровского Голованов прямо спросил:
  
  - Существует ли вообще такая болезнь?
  
  Бориса Васильевича такой вопрос не смутил:
  
  - Да, саркома прямой кишки - очень редкое заболевание, из всех возможных видов злокачественных опухолей прямой кишки она составляет менее одного процента. Это отмечал в своих работах и такой крупнейший наш онколог, как Николай Николаевич Петров. У Королева была именно ангиосаркома прямой кишки...
  
  - Как долго он смог бы еще прожить безо всякого хирургического вмешательства?
  
  - Несколько месяцев. Наиболее вероятно, что он умер бы от постоянных кровотечений, просто истек бы кровью. Еще более страшный вариант: опухоль, разрастаясь, сдавила бы прямую кишку, что привело бы к непроходимости. Пришлось бы делать вывод в боку, но эта мучительная операция все равно ничего не решала. Сергей Павлович был обречен...
  
  В своей книге, журналист не обходит и такой непростой вопрос: зачем Королев позволил оперировать себя министру?! Хотя, даже недоброжелатели Бориса Васильевича признавали, что это мастер, хирург-виртуоз с золотыми руками. И все-таки, может быть, лучше было бы, если бы операцию ему делал не академик, а толковый молодой кандидат медицинских наук, который чуть ли не каждый день делает подобные операции...
  
  И об этом Голованов прямо спросил Петровского. Академик спокойно ответил:
  
  - О своей профессиональной квалификации мне говорить трудно. Могу только сказать, что в 60-х годах я оперировал много. Министром я стал в 1965 году, за пять месяцев до операции Сергея Павловича. И все эти пять месяцев тоже оперировал. Операции на прямой кишке я делал и до этого и после этого, так что опыт у меня был...
  
  Впрочем, журналист сразу поясняет всю "нелепость" о гипотетическом, ежедневно оперирующем кандидате наук. К Королеву его никто бы не допустил, даже если бы Сергей Павлович на этом настаивал. Здесь уже срабатывала советская "табель о рангах": если ты член президиума Академии наук, дважды Герой Социалистического Труда, наисекретнейший Главный конструктор, то, разумеется, лишь нож лейб-медика достоин твоего живота, а Борис Васильевич был натуральным лейб-медиком. Да и Петровский сам не подпустил бы к Королеву никакого сверхопытного хирурга. Победа обещала быть легкой, ведь речь-то шла о полипе. Но легкая операция или трудная - это специалистам понятно. А факт остался бы фактом: кто оперировал Королева? Петровский!..
  
  
  4.3. ВЕЗЛИ НОГАМИ ВПЕРЁД ...
  
  Операция была назначена на пятницу 14 января. В 7.55 Сергей Павлович позвонил домой:
  
  - Котя, мой родной... А мне уже укольчик сделали, я уже засыпаю...
  Ты приедешь? Как договорились?..
  
  - Конечно! Как договорились...
  
  - Ты только не волнуйся...
  
  - Главное, ты не волнуйся.
  
  -Я спокоен...
  
  В больнице Нина Ивановна видела Сергея Павловича на каталке: везли в операционную. За каталкой шла свита врачей. Навсегда врезалось в память: каталку везли ногами вперед...
  
  Талантливый журналист был настойчив в своих поисках истины в причинах внезапной смерти Королёва. Не вникая в вопросы чисто медицинские, а лишь организационные, он невольно пришёл к выводу, что операция была подготовлена не лучшим образом. Петровский сам признает:
  
  - В тот тяжелый день в кремлевской больнице не было ни главного хирурга В.С. Маята, ни его заместителей. Отсутствовал и консультант А.А. Вишневский...
  
  Журналист невольно задаёт вопрос:
  
  - Почему? Ведь не было ни праздников, ни выходных дней, 14 января приходилось на пятницу. Известно, что у Королева была от природы короткая шея, но только на операционном столе выяснилось, что интубационная трубка не входит через рот, хотя можно было все примерить, прикинуть заранее. Почему это не было сделано?
  
  - Королев скрывал, что у него короткая шея, - объяснял Петровский.
  
  -?!
  
  - А главное - он скрывал, что у него были сломаны челюсти и он не мог широко открыть рот. Оперируя людей, прошедших ужасы репрессий 30-х годов, я довольно часто сталкивался с этим явлением. У меня нет никаких сомнений, что во время допросов в 1938 году Королеву сломали челюсти. Это обстоятельство и заставило нас сделать ему трахеотомию - разрез на горле, чтобы вставить трубку...
  
  Существует, однако, еще один участник этой операции. Борис Васильевич вспомнил о трех анестезиологах, а назвал двух: Савинова и Ефуни. Третьим был Георгий Яковлевич Гебель из команды Глеба Михайловича Соловьева - правой руки Петровского. По его словам, сразу надо было давать наркоз маской, но существовал запрет Минздрава на этот метод. Уже применялся аппарат "Второтек" для анестезиологии, но и его в операционной не было. Как прореагирует сердце больного на общий наркоз, никто сказать не мог: в больнице Королеву ни разу не сделали ЭКГ. Вначале наркоз давался закисью азота, который не дает расслабления мышц. По мнению Гебеля, можно было дать эфир, но аппарат был таким древним, что в нем не было испарителя эфира. Петровский принял совершенно правильное решение: лапаротомия - вскрытие. Но для такой операции наркоза не хватало. Больших баллонов с кислородом не было, обходились маленькими, которых хватало на двадцать минут. Все это усиливало и без того высокое напряжение всех людей в операционной. Вот тут Савинов и вызвал Гебеля, который сразу ввел Сергею Павловичу релаксанты - препараты, снимающие напряжение мышц, но одновременно как бы выключающие самостоятельное дыхание. Теперь надо было дышать за Королева. Как? Маска запрещена. Интубационная трубка не входила: короткая шея. Оставалась только трахеотомия - разрез на горле и ввод трубки в трахею. Гебель все-таки поставил маску и теперь "дышал" за Королева. Когда заговорили о трахеотомии, возразил:
  
  - Пока не надо, он хорошо идет на руке...
  
  Но во время смены баллончиков рукой засасывался уже не кислород, а воздух. Значит, все-таки трахеотомия... Разумеется, ничего страшного в самой трахеотомии еще не было. Но она не была предусмотрена заранее, а каждому известно, что всякая неожиданность в любом деле вносит в работу некоторую нервозность. Но главная неожиданность - опухоль. "Большая, больше моего кулака", -показывал Петровский. "Опухоль была очень большая, как два кулака", - уточняла Валентина Фоминична Грек, медицинская сестра, которая видела ее. Теперь Борис Васильевич понял, что легкой победы не будет. И будет ли вообще победа -не ясно. Борис Васильевич срочно посылает врача Прасковью Николаевну Мошенцеву за подмогой: найти и немедленно привезти Вишневского.
  
  А.А Вишневский, садясь в присланную за ним машину, вначале подумал, что срочная помощь требуется министру обороны Малиновскому, у которого на тот момент тоже было плохо со здоровьем. Вскоре у операционного стола сошлись два академика, два самых знаменитых хирурга страны. Едва ли найдется человек, который рискнет утверждать, что они любили друг друга, но, будучи людьми бесспорно умными, отдавали должное мастерству и опыту друг друга. Сергей Наумович Ефуни, ученик Петровского, анестезиолог, непосредственного участия в операции не принимал, приехал уже в конце ее. Он рассказал Я. Голованову следующее:
  
  - Когда операция была закончена, хирурги были счастливы: "Боря! Саша! Все хорошо получилось!" Остановка сердца произошла через тридцать минут после окончания операции...
  
  - Но на операционном столе?
  
  -Да... На столе...
  
  Нина Ивановна все это время сидела в комнате рядом с операционной. Здесь же случайно оказалась Ирина Владимировна Руднева, жена Константина Николаевича, которая как могла успокаивала Нину Ивановну. Операция шла слишком долго, и она боялась сейчас, что Сергею Павловичу сделают вывод прямой кишки в боку - более всего и его самого страшил такой исход, превращавший его в инвалида. Поэтому, когда Петровский вышел к Нине Ивановне из операционной, первый ее вопрос был:
  
  - Что? С выводом?
  
  - Да, с выводом, - вяло ответил Борис Васильевич.
  
  - Временно?
  
  - К сожалению, на всю жизнь.
  
  Глядя куда-то в сторону, Петровский добавил:
  
  - Сейчас речь не о том. Надо суметь сохранить ему жизнь...
  
  Потом вместе с Вишневским они ушли в ординаторскую, пили чай с баранками...
  
  Когда зашили, Сергей Павлович задышал, сморщил лицо, начал болезненно, потягиваться, - так часто бывает после наркоза. Гебель стоял спиной к операционному столу, наполнял шприц, когда почувствовал, будто кто-то толкнул его в спину. Он обернулся. Зрачки Королева медленно поползли вверх. Пульс встал. В операционной - Гебель и Королев, никого больше. Георгий Яковлевич побежал в ординаторскую - Нина Ивановна с ужасом увидела бегущих в операционную Петровского и Вишневского.
  
  В заключительных строчках о смерти Главного Голованов пишет следующее:
  
  "... Вишневский с Гебелем начали колоть в сердце адреналин.
  
  - Ты не можешь попасть! - жарко зашептал Вишневский.
  
  - Это ты не можешь попасть! - Гебель впервые назвал академика
  на "ты".
  
  Сердце молчало...
  
  Через несколько часов на вскрытии патологоанатом скажет:
  
  - Вообще непонятно, как он ходил с таким сердцем...
  
  Гебель утверждает: совесть Петровского как хирурга абсолютно чиста.
  
  Пусть так...
  
  Где-то что-то захлопало, зазвенело, и Нина Ивановна всем существом своим остро ощутила, что надвигается что-то страшное. Все пространство, ее окружающее, стало деформироваться в некую засасывающую воронку, и время скручивалось в ней в тугой и плотный шнур неразделимых минут. Потом Петровский:
  
  - Мужайтесь, все кончено..."
  
  ***
  Валентин Петрович Глушко проводил в своем кабинете совещание, когда ему позвонили по "кремлевке" и рассказали о случившемся. Он выслушал, повесил трубку и, обратившись к собравшимся, сказал:
  
  - Скончался Сергей Павлович. - Выдержав короткую паузу, спросил: - Так на чем мы остановились?..
  
  ****
  Первую ночь после смерти Сергея Павловича Юра Гагарин провел в останкинском доме. Утром сказал:
  
  - Я не буду Гагариным, если не доставлю на Луну прах Королева!
  
  Через несколько месяцев Нина Ивановна вспомнила эти слова и спросила Юру:
  
  -Было ли такое?
  
  Он признал, что часть праха у него. Нина Ивановна сказала, что так делать нельзя, что это не по-христиански, прах нельзя делить. Гагарин обещал вернуть. Вскоре он погиб. О прахе Королева знал Владимир Комаров - по поручению Гагарина он и спускался в преисподнюю московского крематория, ему и отсыпали прах. Но Комаров погиб еще раньше Гагарина. Где этот прах?
  
  Голованов спрашивал об этом и у Алексея Леонова. Тот подтвердил:
  
  - Да, это действительно так. Мы хотели похоронить часть праха Королева на Луне. Я участвовал в несостоявшейся лунной программе и тоже поддерживал эту идею. Прах я видел у Юры. Где он сейчас, не знаю...
  
  *****
  Вышеперечисленное - это лишь отдельные факты из книги "Королёв. Факты и мифы". Самое лучшее - прочитать полностью эту книгу талантливого журналиста и писателя. И тогда, перед прочитавшими её, предстанет во всём своём величии гениальная и целеустремлённая личность Главного конструктора.
  
  Привожу одну из ссылок для скачивания этой книги:
  http://top-lib.ru/190053-korolev-fakty-i-mify.html
  
  
  ==================
  5. ДОЧЬ ОБ ОТЦЕ
  ==================
  
  Свою дочь С.П. Королёв назвал Наташей в честь Наташи Ростовой, одной из главных героинь романа "Война и мир". Королёв очень ценил творчество Л.Н. Толстого. Наталия Сергеевна Королева, доктор медицинских наук, лауреат Государственной премии, профессор Московской медицинской академии им. И.М.Сеченова, мать троих детей, бабушка пятерых внуков. Сын Андрей, как и мать, стал врачом-хирургом, он профессор кафедры травматологии и ортопедии Университета дружбы народов. Второй сын, Сергей, окончил тот же факультет МВТУ имени Баумана, что и дед. Работал в РКК "Энергия", но ушел в предпринимательство. Дочь Мария - сотрудник Российского научного центра хирургии. Мать Н.С. Королёвой тоже была врачом-хирургом. Ровно сорок лет стояла у операционного стола, сделала несколько тысяч операций...
  
  В интервью "Российской газете", данному к столетию со дня рождения отца, Нина Сергеевна поведала об отце следующую информацию. Дочери удалось ознакомиться с уголовным делом, заведённым на отца. Перед арестом Королёв работал в Реактивном научно-исследовательском институте (РНИИ). Накануне были арестованы маршал Тухачевский и начальник Осоавиахима Эйдеман, курировавшие институт, директор РНИИ и его заместитель, конструктор Глушко. Немного позднее арестовали и Королёва, обвинив в причастности к антисоветской троцкистской организации, затягивании лабораторных и конструкторских работ по оборонным объектам с целью срыва их ввода на вооружение РККА. Основанием послужил некий акт экспертизы о работе Королева и Глушко, который подписали четыре сотрудника института. Среди подписавших был и Костиков, будущий директор института. В документе все "утверждения" сводились к умышленному вредительству врагов народа.
  
  Н.С.Королёва вспоминает:
  
  - ...А Костиков вскоре пришел к нам домой и... предложил маме поменяться жилплощадью. Оказывается, он жил в коммуналке. Мама изумилась: у нас осталась лишь маленькая комната, а другая была опечатана. Но Костиков заявил, что сумеет добиться снятия печати НКВД, а ей, мол, нечего рассчитывать на возвращение мужа...
  
  Наталия Сергеевна также рассказала и о таком случае. Оказывается, в 1957 году, когда готовилось новое издание Большой советской энциклопедии, там должна была появиться и статья о Костикове. Но Валентин Петрович Глушко и Сергей Павлович Королев обратились в редакционный совет с письмом, в котором высказали все, что они думают об этом человеке. И статью сняли с печати...
  
  Королёву чудом удалось избежать расстрела, благодаря случайным обстоятельствам. Работая в РНИИ заместителем у директора Клеймёнова, отдающего предпочтение разработке военных ракет, Королёв очень часто был не согласен с директором о стратегии развития научных направлений работы РНИИ, что привело, в конце концов, к предельным разногласиям. Тухачевский, высоко ценивший деловые качества Королёва, пошел на своеобразный компромисс: должность отца упразднили, а его самого перевели инженером в отдел крылатых ракет. Конечно, это было понижение. Но, как оказалось, ситуация спасла не только Королёва, но и его семью. Чуть позднее, директора РНИИ Клейменова и главного инженера Лангемака расстреляли. Жену последнего арестовали, дочек отправили в детдом. Однако и Королёву не удалось избежать ареста. И Главный конструктор страны действительно отбывал срок на золотом прииске Мальдяк на Колыме. Его мама, Мария Николаевна Баланина, с первых дней после ареста обивала пороги всевозможных инстанций, добиваясь пересмотра дела. Ей в этом всемерно помогали известные летчики Михаил Громов и Валентина Гризодубова, хорошо знавшие Королёва. Да и сам Сергей Павлович неоднократно писал из тюрем письма к Сталину, доказывая необходимость развития ракетной техники и свою невиновность.
  
  В начале 1940 года Королёва вернули в Москву, опять в "Бутырку". А осенью его перевели в спецтюрьму НКВД на улице Радио, в туполевскую шарагу". Там было четыре проектных бюро, разрабатывающих новые самолеты. Королёва определили в КБ Андрея Николаевича Туполева, где создавался пикирующий бомбардировщик Ту-2. Судьба вновь свела учителя и ученика - ведь Туполев был руководителем диплома у студента Королева в МВТУ имени Баумана. Возможно, что и Туполев ходатайствовал за перевод к нему Королёва. Дочь Главного вспоминает такой смешной случай знакомства отца со своим шефом:
  
  - ... Однажды отец стоял у доски и чертил детали своего самолета СК-4 (по первым буквам имени и фамилии). В комнату вошли Туполев и еще один преподаватель: "Андрей Николаевич, посмотрите, какие неожиданные решения предлагает студент Королев". Туполев подошел поближе и стал смотреть через плечо отца. А тот весь в работе, ничего не видит и не слышит. Тогда преподаватель слегка наступил ему на ногу. Отец в раздражении обернулся и увидел перед собой Туполева. Тот сильно заинтересовался проектом и в итоге взял на себя руководство...
  
   Позднее, Осоавиахим одобрил проект СК-4 еще до защиты диплома и даже выделил деньги на его постройку. Даже в "туполевской шараге" отец не переставал думать о ракетах и ракетопланах. И вдруг узнал, что Глушко в другой "шараге", в Казани, занимается созданием ракетных двигателей для самолета Пе-2. Не долго думая, отец обратился "наверх" с просьбой о переводе туда. Осенью 1942 года разрешение дали. Кажется, ну и что? Да дело-то в том, что отец, ради любимого дела, сознательно продлил свое заключение, зная о скором освобождении туполевцев.
  
  Королёва освободили в июле 1944-го. Освободили досрочно, но не реабилитировали. Невероятно, но факт: полностью его реабилитировали лишь в 1957 году, за полгода до запуска первого спутника. Уже когда он был Героем Социалистического Труда, членом-корреспондентом АН СССР.
  
  - В ноябре 1944 года,- вспоминает дочь, - когда он впервые после освобождения приехал в Москву, до шести утра рассказывал бабушке и маме о допросах, судах, тюрьмах, лагере, "туполевской шараге"... А когда выговорился, попросил: "Больше никогда не спрашивайте. Хочу все забыть как страшный сон". Золото не любил до конца жизни. Не раз повторял: "Я ненавижу золото".
  
  Со Сталиным Королёв впервые встретился в 1947 году. Королёва предупредили, чтобы он был предельно краток. Небольшую папку с листами доклада забрали у входа. Впрочем, все необходимые данные он помнил наизусть. Из воспоминаний дочери Королёва:
  
  - Отец рассказывал, что, когда он поздоровался, Сталин ответил, но руки не подал. Медленно ходил по кабинету, покуривая свою знаменитую трубку. Слушал молча, иногда тихо задавал вопросы. Поразила его компетентность. Отец не знал, одобряет ли Сталин то, что он говорил.
  
  Главный конструктор надеялся на поддержку и не ошибся. Через два года они встретились еще раз. Речь шла уже о создании ракетно-ядерного щита страны. Игорь Васильевич Курчатов доложил о готовящемся испытании первой советской атомной бомбы, отец - о ходе подготовки к испытаниям ракеты Р-2. И снова Сталин поразил основательностью задаваемых вопросов и суждений...
  
  Королёв был невероятно мужественным человеком. В Казани произошел такой случай. Шли летные испытания реактивной установки на самолете Пе-2. В очередном полете, в котором Королев участвовал как ведущий инженер, на высоте 7000 метров взорвался двигатель. Вспоминая этот случай, дочь рассказывает:
  
  - Полетело" хвостовое оперение"... Летчик приказал отцу прыгать с парашютом, но тот отказался - хотел установить причину аварии. Самолет удалось посадить. У отца было обожжено лицо, опалены веки и брови, и самое главное - пострадали глаза. К счастью, зрение удалось восстановить...
  
  У Сергея Павловича к Гагарину было особое, отеческое отношение. В день, когда Москва встречала первого космонавта, Главный конструктор даже не смог попасть на Красную площадь. Вместе с женой он встречал Гагарина на Внуковском аэродроме. Но их машина шла в колонне одной из последних, и потом они не смогли пробраться сквозь толпу. Смотрели митинг по телевизору. А однажды в День космонавтики он пришел на торжественное заседание и хотел пройти в первые ряды, которые охранялись. Отцу преградили дорогу: "Вы знаете, товарищ, эти места только для тех, кто имеет непосредственное отношение к этому событию".
  
  В апреле 2011 года на Первом канале состоялся показ фильма "Королев", посвященного Дню космонавтики и 50-летию первого полета человека в космос. Снял этот фильм режиссер Юрий Кара. В процессе работы Кара пользовался помощью и поддержкой дочери легендарного конструктора Натальи Сергеевны Королевой. Илона Егиазарова, сотрудница "Вокруг ТВ", договорилась с дочерью С.П.Королёва вместе пролистать страницы биографии ее отца, а также поговорить о фильме. Учитывая, что в этом интервью затрагиваются очень личные факты из жизни семьи Королёвых, рекомендую воспользоваться ссылкой:
  http://www.vokrug.tv/article/show/Intervyu_s_docheryu_Sergei_Koroleva_20231/
  
  В газете "Бульвар Гордона" (Љ 41), также было напечатано интервью дочери знаменитого отца, посвящённое 100-летию со дня рождения Королёва. В этом интервью Н.С. Королёва тоже приводит малоизвестные сведения из жизни своей семьи. Для желающих узнать побольше о личной жизни Главного конструктора, советую воспользоваться следующей ссылкой:
  http://www.bulvar.com.ua/arch/2006/15/443bcc9e1eab4/
  
  К столетию со дня рождения отца, Н.С. Королёва выпустила второе издание книги "Отец" - теперь уже не в двух, а в трех томах, куда вошли документы и фотографии из 16 архивов, в том числе из ранее засекреченных, таких как архив президента РФ. В издании около тысячи фотографий и документов. Аннотированный указатель включает почти тысячу фамилий людей, которые жили и работали рядом с главным конструктором. Для желающих прочитать эти книги советую воспользоваться ссылками:
  
  Книга 1:
  http://www.bookshunt.ru/b77665_s.p._korolev._otec_kniga_1
  
  Книга 2:
  http://www.bookshunt.ru/b21171_s.p._korolev._otec._kniga_2._1938_1956
  
  Книга 3:
  http://bankknig.com/knigi/90923-s.p.-korolev.-otec-kniga-3.html
  
  Приятного всем чтения!..
  
  
  ====================================
  6. В. ГОЛОВАЧЁВ О С.П. КОРОЛЁВЕ
  ====================================
  
  К 100-летнему юбилею в "Труде" появилась статья известного журналиста Виталия Головачева о Королёве. Ниже приводится её содержание в сокращённом виде.
  
  Везение, интуиция изменили Королеву, когда создавалась новая огромная 105-метровая ракета Н-1. В 1964-м Сергей Павлович принял весьма рискованное решение - начать опытные запуски Н-1 в космос, не проведя предварительно стендовых наземных испытаний первой ступени, на которой размещалось много - 30(!) двигателей. Эта ракета со стартовой массой более 2 тысяч тонн предназначалась, прежде всего, для полета экипажа на Луну, а также для военных... Заместитель Королева Леонид Воскресенский, самый близкий его товарищ, который был с Главным на "ты", категорически настаивал на стендовых огневых испытаниях. Получив в очередной раз отказ, Леонид Александрович ушел в отставку. Он понимал, чем кончатся запуски. Через год Воскресенский умер от инфаркта в 53 года. На кладбище Королев не мог скрыть своих горьких переживаний.
  
  Академик Валентин Петрович Глушко, основоположник отечественного ракетного двигателестроения, называл "моторы" для Н-1, созданные в другом КБ, "гнилыми". Отношения между Королевым и Глушко были к тому времени окончательно испорчены. Валентин Петрович отказался делать экологически чистые кислородно-керосиновые жидкостные ракетные двигатели (ЖРД) для Н-1, а предлагал свои ядовитые, работающие на гептиле. Решить задачу взялся главный конструктор Кузнецов. Но движки его были "сырые". Он довел их до кондиции только через 10 лет. Если бы в 1964-м подключился Глушко, который, кстати, позже, когда возглавил королевское предприятие, создал-таки мощные "чистые" ЖРД, то история мировой космонавтики могла бы развиваться по-другому. Ведь именно из-за аварий первой ступени четыре запуска Н-1, произведенные уже после смерти Сергея Павловича, оказались неудачными. И нашу лунную программу закрыли, потому что американцы к тому времени уже вдоволь погуляли по Селене, а мы доставили на Землю лунный грунт с помощью автоматов, что, впрочем, было и дешевле, и безопаснее...
  
  ...Осенью 1965-го Головачёв попросил Сергея Павловича написать новогоднюю статью для читателей "Труда" (естественно, под псевдонимом "профессор Сергеев"). Он обещал подумать. А в декабре сказал, что ложится в больницу, статью для "Труда" напишет к следующему Новому году, а на этот раз "в вашей газете выступит мой первый заместитель Василий Павлович Мишин". Этот материал под псевдонимом М. Васильев был подготовлен заблаговременно, но в последний момент редакция решила опубликовать его не в новогоднем номере, а 12 января - в день рождения Сергея Павловича. С этим номером и букетом цветов Головачёв приехал вечером в кремлевскую больницу на улице Грановского. Просил передать Королеву. Медицинская сестра сказалажурналисту по секрету: "Мы сегодня обрадовались: третий анализ подтвердил, что полип у Сергея Павловича - доброкачественный. Теперь все будет хорошо...". А через день была операция, и во время ее Королев погиб...
  
  Один из врачей, потрясенный смертью С.П. Королёва рассказал журналисту ,по горячим следам, как все было. У Главного конструктора полип был в прямой кишке. Но к операции подготовились плохо. Не было проведено более глубокое обследование прямой кишки. Считали хирургическое вмешательство не очень серьезным. Оперировал Сергея Павловича сам министр здравоохранения Борис Петровский. Врач отметил, что Петровский - неплохой хирург, но проктолог никакой. Когда удалили полип, выяснилось, что невозможно остановить кровотечение. А вскоре обнаружилось, что это был вовсе не полип, а верхняя часть уходящей в глубину большой, размером с апельсин, злокачественной опухоли - саркомы. План операции этого, понятно, не учитывал. Петровский решил удалить саркому. Но требовался дополнительный наркоз, а вставить трубку из-за особенности строения шеи Королева не получалось. В таких случаях делают прокол в районе горла. К этому, понятно, надо было заранее готовиться. Операция пошла не по плану. Вместо часа она длилась уже несколько часов. Терялось драгоценное время. Послали за академиком Вишневским. Когда он приехал, было уже поздно: сердце Королева не выдержало...
  
  Если бы не ошибки при подготовке и проведении операции, Королев мог бы еще жить, был уверен один из медицинских авторитетов. Ибо саркома была в "коконе" и метастазов не давала.
  
  Преждевременная смерть Королева пагубно отразилась на развитии отечественной космонавтики. По мнению ряда специалистов, будь жив Сергей Павлович, многих серьезных ошибок можно было бы избежать. И космическая программа, скорее всего, оказалась бы более интересной, открывающей новые, неожиданные горизонты... Нина Ивановна пережила мужа на 33 года. До конца своих дней она сохраняла память о любимом человеке. Только и жила воспоминаниями, изучением архивов...
  
  К сожалению, ни при жизни, ни после смерти, С.П. Королёв не был удостоен Нобелевской премии. Ещё в 1959-м на научном симпозиуме в Праге, никогда никому не поддакивавший академик Петр Леонидович Капица. сказал следующее:
  
  ..- Руководитель крупной научной проблемы, даже если он сам лично и не работает в науке, должен быть человеком с большим творческим талантом... Не знаю, почему руководитель такого великолепного достижения в науке, как пуск первого спутника, недостоин Нобелевской премии?..
  
  Журналист соглашается с академиком:
  
  -...Справедливый вопрос... Ответ - на совести прежних руководителей страны. Впрочем, когда речь идет о личностях такого масштаба, как Королев, премии и награды не имеют особого значения. Ибо эти люди и без знаков отличия принадлежат истории...
  
  Трудно не согласиться с последними словами человека, одно время возглавлявшего творческий коллектив популярной газеты "Труд", и написавшего много замечательных статей об отечественной космонавтике и о людях, непосредственно к ней причастных.
  
  
  ================================================
  7. СЛОЖНЫЕ ОТНОШЕНИЯ КОРОЛЁВА И ГЛУШКО
  ================================================
  
  В книге Я. Голованова "Королёв. Факты и мифы" описан такой эпизод:
  
  "...Валентин Петрович Глушко проводил в своем кабинете совещание, когда ему позвонили по "кремлевке" и рассказали о случившемся. Он выслушал, повесил трубку и, обратившись к собравшимся, сказал:
  
  - Скончался Сергей Павлович. - Выдержав короткую паузу, спросил: - Так на чем мы остановились?.."
  
  Вот и вся реакция на смерть своего непосредственного начальника, многолетнего соратника в космических делах, бывшего товарища и друга по работе в сталинско-бериевской "шарашке"...
  
  Валентин Петрович Глушко (1908 - 1989) - главный конструктор космических систем (с 1974), генеральный конструктор многоразового ракетно-космического комплекса "Энергия - Буран", академик Академии наук СССР (1958; член-корреспондент с 1953), лауреат Ленинской премии, дважды лауреат Государственной премии СССР, дважды Герой Социалистического Труда (1956, 1961).
  
  22 мая 1974 года был назначен директором и генеральным конструктором НПО "Энергия", соединившем ОКБ, основанное В. П. Глушко, и КБ, руководимое ранее С. П. Королевым. По его инициативе были свёрнуты работы по ракете-носителю Н-1, вместо которой по его предложению и под его руководством была создана многоразовая космическая система "Энергия - Буран". Он возглавлял работы по совершенствованию пилотируемых космических кораблей "Союз", грузового корабля "Прогресс", орбитальных станций "Салют", созданию орбитальной станции "Мир".
  
  Из воспоминаний академика Б.Е. Чертока, опубликованных в четырёхтомнике "Ракеты и люди", можно узнать следующее о взаимоотношениях между двумя главными конструкторами космической отрасли. Оказывается
  острый конфликт между Королевым и Глушко возник не без помощи Василия Мишина, где-то в шестидесятом году. Но до этого со времен их работы в НИИ-3, потом в Казани, в Германии при создании всех ракет до "семерки" включительно они были единомышленниками.
  
  В истории им обоим было суждено стать главными конструкторами. До этого они вместе прошли школу "врагов народа". Это их сближало. Однако в Казани Королеву, даже заключенному, трудно было признавать власть тоже заключенного главного конструктора Глушко. В Германию, после освобождения, оба командируются одновременно. Но Глушко - в чине полковника, а Королев - в чине подполковника. Потом Королев формально становится над Глушко. Он - головной главный конструктор, он - технический руководитель всех Госкомиссий, он - глава Совета главных конструкторов. Королев властолюбив. Глушко честолюбив.
  
  Из воспоминаний Б.Е. Чертока:
  
  "... Когда хоронили Королева, мы вместе выходили из Дома союзов. Глушко совершенно серьёзно сказал:
  
  -Я готов через год умереть, если будут такие же похороны... ".
  
  По утверждению Б. Чертока Глушко работал не щадя сил, но мечтал о славе, даже посмертной. Королев тоже не щадил сил, но ему нужна была слава при жизни. И он её получил. На заданный как-то журналистами вопрос : "Тормозил ли разлад Королёва - Глушко развитие космонавтики?", Б.Е.Черток ответил:
  
  - Всякий разлад, конфликт, разногласия, безусловно, отражается на темпах развития. Мы потеряли приоритет в Лунной гонке - это, несомненно...
  
  
  =======================================
  8. ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ Л.А. ФИЛИНОЙ
  =======================================
  
  Ниже приведены материалы из воспоминаний о взаимоотношениях двух лидеров отечественной космонавтики Филиной Л.А.- директора Мемориального дома-музея С.П. Королева, заслуженного работника культуры РФ, члена бюро Ассоциации музеев космонавтики АМКОС), члена Российского комитета Международного Совета музеев - ИКОМ России. (СОРАТНИКИ. С.П.КОРОЛЁВ и В.П. ГЛУШКО, Л.А.Филина. Январь 2008 г.).
  
  Оказывается, из легендарной шестёрки Главных конструкторов Королёв и Глушко знали друг друга дольше всех (с 1932 г.), и в творчестве своём они были близки уже по работе в Реактивном научно-исследовательском институте (РНИИ). Именно они были скованы одной цепью государственного беззакония, предательства коллег, непомерного унижения и парализующего бессилия перед вседозволенностью власти, и, конечно, обоих мучило бремя неотступной памяти о пережитом. Умные, талантливые, честолюбивые и целеустремлённые они были созданы, чтобы стать духовными братьями до смертного часа. Сергей Королёв и Валентин Глушко познакомились в Ленинграде в 1932 г., возможно, тогда появилось первое ощущение, что они интересны друг другу. Позже, после создания в Москве РНИИ на базе Московской Группы изучения реактивного движения и Ленинградской Газодинамической лаборатории стало очевидно, что они нужны и друг другу и ракетной технике, которой собирались посвятить свою творческую жизнь.
  
  В 1938 г. расстреляны руководители РНИИ, арестованные 2 ноября 1937 г., - И.Т. Клеймёнов (10 января) и Г.Э. Лангемак (11 января), а вскоре один за другим арестованы В.П.Глушко (23 февраля) и С.П.Королёв (28 июня). Статья была одна - навсегда памятная 58-я, естественна и схожесть обвинений. Валентина Петровича, по счастью, миновала судьба Королёва испить ужас этапа через всю Россию и Колымский ад. Нет нужды анализировать причины разной степени тяжести испытания, выпавшего на их долю. Об этом подробно написано в сборнике "Однажды и навсегда..." и в книге Я.К. Голованова "Королёв. Факты и мифы". Гораздо важнее, что терния не сломили их волю и не прервали дорогу к Звёздам.
  
  Два "врага народа" встретились в 1942 г. в Казани, куда в 1940 г., спустя несколько месяцев после вынесения приговора "восемь лет исправительно-трудовых лагерей" был доставлен В.П.Глушко, а в ноябре 1942 г. из Омска, с завода Љ 166 был доставлен и другой "зек" - С.П.Королёв. По словам Валентина Петровича, этот перевод состоялся по его ходатайству. В тюремной спальне их кровати стояли в одном ряду. Работали в одном КБ. Занимались установкой реактивно-жидкостных двигателей РД-1 конструкции В.П. Глушко на самолёты Пе-2 в качестве ускорителей.
  
  До 1946 г. С.П. Королёв работал заместителем Главного конструктора двигателей по лётным испытаниям. А Главным конструктором был В.П.Глушко. Было ли соперничество тогда? Утверждают, что Королёв болезненно относился к положению подчиненного, а Глушко впоследствии не упускал возможности подчеркнуть своё начальственное положение в Казани. Но это мы так думаем и говорим об этом друг другу, не осознавая, что их работа, которая была им интересна и важна, в ту страшную пору - это ещё и глоток желанной свободы. А должности "зеков", да ещё "врагов народа" - так призрачны...
  
  Были ли они единомышленниками тогда? Безусловно. Друзьями? Конечно, ведь общее дело сближает, а беда роднит. А работали оба неистово и не по принуждению, и сделали вместе с товарищами по несчастью так много в своём "зековском тылу" для Победы СССР в Великой Отечественной войне, что сам всесильный Л.П.Берия 25 апреля 1944 г. обратился к И.В.Сталину с докладной запиской:
  
  "Учитывая важность проведённых работ, НКВД СССР считает целесообразным
  освободить, со снятием судимости, особо отличившихся заключённых специалистов,
  с последующим направлением их на работу в Авиапромышленность.
  
  Прилагая при этом список на 35 заключённых специалистов,
   прошу Ваших указаний".
  
  С.П.Королёв и В.П.Глушко были освобождены в августе 1944 г. Оба продолжали жить и работать в Казани. В Доме-музее хранится документ. На тонком, прозрачном листке ставшей очень хрупкой кальки за подписью Главного конструктора ОКБ В.Глушко машинописный текст:
  
  " ВЫПИСКА ИЗ ПРИКАЗА Љ 3
  
  По опытно-Конструкторскому Бюро Специальных Двигателей
  
  От 8 июня 1945 года.
  
  "12 мая 1945 года во время опытного высотного полёта самолёта со спецдвигателем на высоте 7.000 метров при включении спецдвигателя произошёл взрыв, разрушивший двигатель и повредивший хвостовое оперение самолёта. Особо отмечаю чёткую и умелую работу экипажа самолёта во время аварии, блестяще справившегося со своей задачей в сложной обстановке и благополучно посадившего машину на аэродроме. В связи с этим объявляю БЛАГОДАРНОСТЬ экипажу самолета:
  
   Лётчику-испытателю капитану ВАСИЛЬЧЕНКО А.Г.
  
   Инженеру-экспериментатору тов. КОРОЛЁВУ С.П.
  
   Бортмеханику ХАРЛАМОВУ С.Ф.
  
  ГЛАВНЫЙ КОНСТРУКТОР ОКБ-СД ГЛУШКО"
  
  Великая дерзость риска, без которой никогда не будет движения вперёд, жила в Валентине Петровиче всегда, но проявить её ярко, подобно Королёву, не довелось. Он был другой. И даже безусловную страстность своей натуры он, рафинированный интеллигент, почти всегда скрывал под маской невозмутимости.
  
  В 1950 г. С.П.Королёв, как и В.П.Глушко ещё не реабилитирован не ознакомившись с документами следствия, он только предполагал, что Андрей Григорьевич Костиков (1899-1950), начальник отдела РНИИ, а в 1942-1944 начальник Государственного Института реактивной техники - НИИ-3, был одним из виновников его ареста и жестокого приговора органами НКВД в 1938 г. 12 декабря 1950 г. С.П.Королёв писал Нине Ивановне: "Мне позвонили о смерти А.Г.К. (а вчера в газете прочёл). Так судьба развела нас навек, и эта чёрная строчка навек зачёркнута. Ну, пусть спит с миром, - старое надо забыть и простить...". Сохранилась запись Нины Ивановны: "Мне позвонила Мария Николаевна: "Нина, Вы читали сегодня газету? - Да, читала. - Собаке собачья смерть!..". Такова была реакция Марии Николаевны на смерть Костикова.
  
  Позже, после XX съезда КПСС В.П.Глушко и С.П. Королёв напишут в редакцию отдела истории естествознания и техники Большой Советской энциклопедии, во втором издании которой была помещена статья о А.Г. Костикове. В своём письме они опровергали его заслуги "в создании нового типа вооружения" ("Катюши" Л.Ф.), утверждая, А.Г.Костиков "приложил большие усилия, чтобы добиться ареста и осуждения как "врагов народа" руководящего состава РНИИ.
  
  В домашнем кабинете С.П.Королёва в шкафу, на полках стоят сувенирные модели космических аппаратов, созданных и запущенных в космос под руководством Сергея Павловича, а над ними возвышается глобус Земли. Это подарок В.П Глушко. Мне кажется очень важной дарственная надпись, сделанная чернилами. Оба, и конструктор ракет, и конструктор двигателей мечтали побывать в космосе, и эта мечта словно задокументирована автографом Валентина Петровича:
  
   "Шлю тебе этот шарик, Сергей, с глубокой надеждой, что нам с тобой
  доведётся своими глазами увидеть живую Землю такой же величины.
  
  25. 4. 52 г."
  
  В 1953 г. они стали членами-корреспондентами АН СССР. В музее хранится копия телеграммы Сергея Павловича Валентину Петровичу; она будто краткий экскурс по их дружбе и совместной творческой жизни, очень искренняя, и даже пафос уместен:
  
  "От всего сердца горячо обнимаю тебя, мой самый дорогой друг, и поздравляю с избранием в Академию наук СССР. Вспоминаю горы работы, трудности, горечь неудач и радость достижений. Желаю тебе много здоровья, сил, новых больших побед на благо нашей любимой советской Родине. Шлю привет твоей маме, Магде. Крепко жму твою руку. Твой Сергей Королёв".
  
  Парафразой этому тексту звучит надпись на металлической накладке на коробке с шестью серебряными рюмками. Они украшены изумительным неповторяющимся цветным рисунком из перегородчатой эмали:
  
   "Дорогому Сергею Павловичу Королёву в знаменательный день 50-летия
  от друга и товарища в радостные и трудные дни.
  30.12.56 г. В.Глушко".
  
  Оказывается до 50-летия С.П.Королёва день его рождения отмечали по старому стилю - 30 декабря.
  
  Впереди был незабываемый 1957-й год. Но в этом великом космическими свершениями году стали возникать шероховатости и откровенные конфликты в отношениях членов Совета Главных конструкторов. 1 мая 1957 г. Королёв писал жене:
  
  "Вот почти год я не работал с моими дорогими товарищами, и теперь, можно сказать, мучаюсь, как некоторые из них изменились! Как зазнались, и как это нехорошо выглядит. Я рад, что Николай [Н.А.Пилюгин] и Михаил [М.С.Рязанский] избегли этой болезни. Особенно плохо с Володей [В.П.Бармин]. Он мне много здесь крови попортил, и я вообще вижу какой он вздорный и самовлюблённый человек. Да и у Валентина этого багажа вдоволь. Володя мне сказал, что я всегда к нему относился плохо, и он мне всё это вспомнит (!?). Как тебе это нравится?!.."
  
  Полтора месяца спустя, 8.06.57 г. Сергей Павлович рассказывает жене об очередном инциденте:
  
  "...Приехал Вал. Петр. и к всеобщему (и моему!) изумлению через час после приезда в самой грубой и бессмысленной форме изругал всю нашу работу здесь. Это произвело на всех нас очень плохое впечатление. Сейчас всё это приходится опровергать фактами, опытами, но как много на это нужно сил. Это, к сожалению, уже не критика, не дружественная критика, а неумное злопыхательство. Я ему ответил спокойно (чего это стоило!) и только упрекнул его в несдержанности и заносчивости. Ник. Алек.[Пилюгин] требовал, чтобы мы разобрали его поведение, но разве это поможет? Ведь если человек так заносится, что считает себя "самым умным во всех без исключения вопросах", то помочь здесь могут только факты, которые опровергнут эти все высказывания. Кроме того, (и это, пожалуй, самое важное) моя лично задача состоит в том, чтобы сплотить, а не разобщить нашу группу конструкторов, которая столько создала за эти годы. Ведь вместе - мы сила в нашей области техники. Всё, конечно, объясняется тем периодом неудач, через который мы сейчас проходим. Мне думается, что до берега уж не так далеко, и мы, конечно, доплывём, если только будем дружно, вместе выгребать против волн и штормов.... Вот какая здесь политико-моральная обстановка...".
  
  В архиве музея хранится документ, подготовленный за месяц до запуска 1-го в мире ИСЗ. Под заголовком "Краткое описание ОРМ-1" машинописный текст, под ним автограф В.П.Глушко и дата "3.9.57 г.".Это описание, словно дополнение к ещё одному документу. За пять дней до запуска 3-его ИСЗ (Объект Д) Валентин Петрович подписал фотографию двигателя первого советского ЖРД ОРМ-1 (1930 г.):
  
  "На память основоположнику советского ракетостроения
  Сергею Павловичу Королёву.
  
  В.Глушко 10.5.58 г."
  
   Это справедливое признание соратника, а если и соперника, то поборовшего мудростью своё самолюбие. Может быть, производственные неудачи Байконурского лета 1957 г., столь осложнившие отношения Главных, были лакмусовой бумажкой, проявившей внутренние вялотекущие, но неизбежные процессы на разрыв.
  
  По утверждению Л.А.Филиной:
  
  "Огни и воды", говорят, не так опасны для дружбы и созидания, как "медные трубы". Казалось бы, творческие споры естественны и даже необходимы, именно они позволяют принять оптимальное решение. Здесь важно не углубить спор идей до перехода "на личности". Русский философ Иван Ильин писал: "И - самое важное - научись в большом деле забывать о себе!".
  
  Судя по многочисленным воспоминаниям, С.П.Королёв умел улаживать конфликты, не разрушая дружбы. 10 октября 1962 г., находясь на отдыхе в Сочи после тяжёлой операции и месячного пребывания в больнице, Сергей Павлович, узнав о конфликте между своими ближайшими заместитетлями В.П.Мишиным и С.С.Крюковым, писал:
  
  "... Меня, вообще, очень тревожат сложившиеся, как мне думается, не совсем благоприятные для дела отношения с Крюковым. А его я ценю как делового и умного человека. Характер у него своеобразный, конечно, но ведь и у нас с Вами тоже "характерные характеры", мой дорогой друг. Может быть, я неисправимый оптимист (и даже "идеалист"), но в подобных случаях, наибольший эффект даёт дружба и тёплое внимательное отношение к товарищу, с учётом даже слабостей его характера, самолюбия, обидчивости и пр. пр."
  
  Музейных материалов для иллюстрации отношений Королёва и Глушко в последующие годы почти нет, кроме подборки документов, которые, пропуская ряд лет, полных работы до изнеможения, поиска, открытий и неудач, великого триумфа и драматизма человеческих отношений, переносят нас в середину 60-х годов...
  
  В фондах музея хранится три варианта статьи профессора Г.В.Петровича (псевдоним В.П.Глушко) "Из истории русской ракеты". Тексты машинописные - 13, 9 и 8 стр. Даты нет. Последний вариант надписан С.П.Королёвым коричневым карандашом, в скобках "АВТОРСКИЙ". Тексты отличаются и количеством страниц, и содержанием. Например, в первом варианте о Н.И. Кибальчиче сказано: "...работая над созданием бомб, одной из которых был убит Александр II, он изучил свойства пороховых зарядов и возможности их применения для полёта...". В последующих вариантах этот текст исключен, осталась вторая часть абзаца: "...Кибальчич написал свою работу во время заключения в Санкт-Петербургской тюрьме весной 1881 года, в последние дни перед казнью". Есть и рецензия на статью. Текст на шести листах, машинопись, в конце дата чернилами - 9 апреля 1964 г, подпись автора. Рискую утверждать, что это подпись Л.К.Корнеева. Рецензия состоит из десяти пунктов несогласия с трактовкой истории Г.В.Петровичем. Процитирую только последний - он звучит как резюме:
  
  "В заключение необходимо отметить, что весь очерк "История русской ракеты" является в основном попыткой принизить роль деятельности Ф.А.Цандера и одновременно всего Московского ГИРДа с целью чрезмерно превознести деятельность ГДЛ и особенно автора статьи... Таким образом, статья профессора Г.В.Петровича "История русской ракеты" не выдерживает никакой критики и в подобном изложении не может быть рекомендована к опубликованию".
  
  Сам С. П. Королёв 7 сентября 1964 г., заканчивая письмо с некоторыми замечаниями и предложениями по статье "История русской ракеты" писал её автору: "Работая над этим материалом, я многое вспомнил, перелистал много..., в том числе и некоторые материалы по ГДЛ, имеющиеся у нас. Как приятно, и порою как грустно, всё это вспоминать и как трудно обо всём этом хорошо и достойно написать. Желаю тебе в этом деле самого большого и доброго успеха" .
  
  Эта статья Валентина Петровича Глушко была вскоре напечатана в газете "Неделя". Уже после смерти С.П.Королёва, 22 сентября 1967 г. на запрос о целесообразности издания работы Л.К.Корнеева "Практическое развитие ракетной техники в СССР" В.П.Глушко ответил главному редактору Управления военного издательства МО СССР генерал-майору В.Н.Алексееву коротким письмом с оценкой не столько материала, сколько личности самого Корнеева, которого Валентин Петрович хорошо знал ещё со времени работы в РНИИ. Он определил категорично: "Изложенного достаточно, чтобы понять о вреде, который приносит выступление Л.К. Корнеева в печати".
  
  В начале 1965 г. С.П.Королёву на рецензирование была прислана статья проф. Г.В. Петровича "Истоки советского ракетостроения". 16 февраля 1965 г. С.П.Королёв ответил на запрос редактора журнала "ВЕСТНИК АКАДЕМИИ НАУК СССР". Его резюме: "Мне думается, что в целом статья неправильная и неудачная для такого журнала как "Вестник".
  
  Через полгода, в августе 1965 г. В.П.Глушко направил С.П.Королёву письмо. Оно написано от руки, судя по почерку, Валентин Петрович очень нервничал. Заметив, что эта работа мало, чем отличается от публикации в "Неделе", и, пояснив некоторые вопросы (по замечаниям С.П.Королёва), В.П.Глушко корректно, хотя и с некоторым раздражением завершает письмо обращением:
  
  "Большая к тебе просьба, Сергей Павлович, в память о нашей старой
   дружбе отнесись терпимо к этой статье и завизируй её.
  
  Заранее благодарю тебя.
  
  12.8.65 г. В.Глушко".
  
  Через 5 месяцев Королёва не стало... Те грандиозные посмертные почести были неожиданными для всех. Словно искупая вину, на посмертную тень Королёва надели нимб, и тут же испугались своей щедрости. Общеизвестно, что первые годы о С.П. Королёве чаще молчали. И только бесстрастное время, не спеша, всё расставляет по своим местам... Л.А.Филина свои воспоминанияразмышления о сложных отношениях С.П. Королёва и В.П. Глушко заканчивает такими словами:
  
  "... С.П.Королёв и В.П.Глушко не доругались, не доспорили, не договорили, а главное не успели помириться. Кто знает, сколько раз это делал Валентин Петрович, как сейчас говорят, виртуально. И может быть, через 23 года после ухода соратника из жизни, у своей последней черты он сказал ему, наконец, слова, которые тогда, в 60-е давали шанс приумножить приоритет Советского Союза в освоении космоса, великие слова не соперника, но друга: "Ты только оставайся "наверху";я поднимусь к тебе!"
  
  ***
  Академик В.П. Глушко прожил на свете более 80 лет, на два десятка лет больше Королёва. Время показала, что после смерти Королёва, жизнь и развитие отечественной космонавтики не остановились. И, почему-то верится, что В.П. Глушко в конце своей жизни очень сожалел о своей сказанной фразе: "Скончался Сергей Павлович... Так на чем мы остановились?..
  
  
  =====================================
  9. ДВА ТИТАНА - КОРОЛЁВ И КЕЛДЫШ
  =====================================
  
  В книге Я. Голованова "Королёв. Факты и мифы" описан такой эпизод:
  
  "...Встречать новый 1966 год Королевых пригласил к себе на дачу секретарь ЦК КПСС Борис Николаевич Пономарев. Среди приглашённых был и М.В.Келдыш.
  
  - Знаешь, вот опять ложусь в больницу, и какое-то у меня плохое
  предчувствие, не знаю - выйду ль оттуда...
  
  Чуть хмельной Келдыш начал говорить какие-то ненужные, неуклюжие утешительные слова, которые все мы говорим в таких случаях..."
  
  На том Новогоднем Вечере никто из присутствующих, в том числе и сам Королёв, не мог даже предположить, что ему остаётся жить всего две недели. Точно также родные и близкие М.В.Келдыша не могли предположить, что в период их временного отсутствия 24 июня 1978 года, бездыханное тело академика будет найдено в гараже собственной дачи. В официальном заключении о смерти С.П Королёва были строки о том, что cмерть Королёва наступила от сердечной недостаточности (острая ишемия миокарда). В официальном сообщении о смерти Келдыша говорилось о внезапном сердечном приступе.
  
  И сразу после случившегося, и даже после 100-летних юбилеев со дня рождения - -королёвского в 2007-ом, а келдышевского в 2011 году, российская общественность так и не пришла к окончательному выводу о настоящих причинах смерти Главных: то ли по причине внезапной остановки сердца, возникшей из-за болезни; то ли из-за профессиональной небрежности врачей (в случае c Королёвым) или из-за сознательного суицида ( у Келдыша). Несмотря на разительное отличие во внешнем виде ,в специфике характера, в отношении к начальству и подчинённым, несмотря на несхожесть житейских дорог, С.П. Королёв и М.В. Келдыш имели много общего в своих судьбах. В том числе и в последнем их периоде.
  
  В 1965 году, последнем полном году жизни Королёва, на него обрушился целый каскад житейских проблем: ухудшение физического и психологического состояния здоровья, осложнения и неудачи на работе, целая серия похорон близких ему людей... Всё это не могло не отразиться на физическом и морально--психологическом состоянии С.П. Последний 1978 год жизни Келдыша тоже был омрачён для своего хозяина резким ухудшением здоровья, развитием тяжёлой депрессии... Академик всё чаще и чаще замыкался в себе,погружаясь в мир переосмысления и переоценки прожитой жизни, находя в ней немало и такого, что лишало душевного спокойствия.
  
  И Королёв в 1965-ом, и Келдыш в 1978-ом году, и оба в течение всей своей сознательной жизни, множество раз сталкивались с несоответствием реальной жизни страны с декларациями её руководства. Эпоха тотального авторитаризма Сталина, сменившаяся в 50-х годах воинствующим волюнтаризмом Хрущева, вытесненным затем "болотным застоем" Брежнева, лишали творческие натуры Королёва и Келдыша надежды не только на успешную реализацию своих планов, но и на веру в "окончательную победу социализма во всём мире".
  
  B Королёв и Келдыш, оба были обласканы материальными и идеологическими щедротами власти, особенно с 1957 года и до конца жизни. Но оба титана прекрасно понимали, что даже их роль в судьбе страны, в конечном счёте, сводится к роли винтиков в судьбе сложного государственного механизма, построенного на культе личности Ленина, Сталина и Хрущева. Однако, самым главным сходством двух учёных была беззаветная преданность своему любимому делу. Оба были титанами в своём деле. Королёв был Главным конструктором отечественной космонавтики, а Келдыш - её Главным теоретиком.
  
  Совместная работа Королёва и Келдыша начинается с 1948 года, когда М.В.Келдыша, как крупного математика и механика, пригласили для консультаций в НИИ-88, где тогда завершалась подготовка к летным испытаниям первой советской баллистической ракеты Р-1. Именно они совместно инициировали постановку большой межведомственной комплексной научно-исследовательской работы "Исследование перспектив создания ракет с большой дальностью полета с целью получения их основных конструктивных и летно-технических характеристик".
  
  С.П.Королеву и М.В.Келдышу, совместно с М.К.Тихонравовым, принадлежит инициативное предложение (1954 г.) о запуске на основе ракеты Р-7 первых ИСЗ, реализованное в 1957 г. Уже в следующем году Келдыш был назначен председателем специальной комиссии Академии наук СССР по ИСЗ. Во всех требующих высококвалифицированной оценки космических программах Келдыша назначали председателем экспертных комиссий.
  
  В январе 1958 года Келдыш направил лично Королеву письмо с грифом "секретно", в котором писал, что успешный запуск двух искусственных спутников Земли позволяет перейти к решению проблемы о посылке ракеты на Луну. В этом письме предлагались только два варианта:
  
  1: Попадание в видимую поверхность Луны. При достижении поверхности Луны производится взрыв, который может наблюдаться с Земли. Один или несколько пусков могут быть осуществлены без взрыва, с телеметрической аппаратурой, позволяющей производить регистрацию движения ракеты к Луне и установить факт ее попадания.
  
  2. Облет Луны с фотографированием ее обратной стороны и передачей изображения на Землю. Передачу на Землю предлагается осуществить с помощью телевизионной аппаратуры при сближении ракеты с Землей. Возвращение на Землю материалов наблюдений является более трудной задачей, ее решение может мыслиться только в дальнейшем. Решение указанных задач связано с необходимостью преодоления ряда серьезных технических трудностей. Далее следовал подробный перечень задач, которые необходимо было решить для преодоления этих трудностей.
  
  В заключение Келдыш писал:
  
  "...При весьма напряженной работе и при условии всесторонней и постоянной помощи разработка, проектирование и постройка лунной ракеты могли бы быть закончены в ближайшие два - три года ".
  
  Подкрепленная фундаментальными теоретическими исследованиями интуиция Келдыша инициировала резкое ускорение практической реализации новых идей благодаря энтузиазму Королева. Сроки, обозначенные в письме Келдыша, не испугали Королева. Первые пробные пуски с попыткой прямого попадания в видимую поверхность Луны начались уже в том же 1958 году. В сентябре 1959 года была решена задача прямого попадания, а в октябре получены фотографии обратной стороны Луны.
  
  В последующие годы Королев и Келдыш обеспечили организацию конструкторских и научно-исследовательских работ, подготовивших к 1961 г. вывод в космическое пространство и возвращение на Землю первого в истории пилотируемого корабля--спутника "Восток".
  
  Келдыш видел в Королеве человека, который избавит его от труднейших организационных технологических забот. Своей задачей он считал проблемные исследования и организацию научных коллективов, выступающих в роли генераторов идей. Это были идеи высшего качества. Любое предложение, исходившее в виде отчета или другого документа за подписью Келдыша, было итогом строгого анализа, тщательных расчетов и самых придирчивых обсуждений на семинарах и НТСах.
  
  После запуска первого ИСЗ Келдыш стал непременным участником Совета главных. Правда, далеко не все обсуждавшиеся на Совете вопросы требовали его участия. Неоднократно приходилось наблюдать, как на затянувшихся совещаниях Келдыш закрывал глаза и уходил в себя. Все считали, что Келдыш заснул. Но немногие знали его удивительную способность в таком полусне пропускать в сознание нужную информацию. К всеобщему удивлению, он неожиданно подавал реплику или задавал вопрос, которые попадали "в самую точку". Оказывалось, что Келдыш ухватил всю интересную информацию и своим вмешательством помог принятию наилучшего решения. Однажды был такой случай. При запуске очередной ракеты, возникли отклонения в траектории её движения. В.П. Глушко, присутствовавший вместе с М.В. Келдышем при пуске, отдал распоряжение баллистикам рассчитать количество корректировок, необходимых для выхода на правильную траекторию полёта. Пока баллистики занимались этим расчётом на ЭВМ, математик Келдыш быстро подсчитал в уме, что необходимо 20 корректировок. Глушко был крайне удивлён, когда, со временем, баллистики назвали именно это число.
  
  Именно Келдыш с согласия Королева выступил с предложением передать все работы над крылатыми ракетами дальнего действия в авиационную промышленность. Для научного руководства разработкой крылатых ракет "Буря" и "Буран", которые вели Лавочкин и Мясищев, в НИИ-1 были созданы специальные отделы. Келдыш проявил инициативу и фактически спас затираемую в НИИ-88 лабораторию астронавигации, забрав ее к себе в НИИ - 1 и затем организовав на ее базе самостоятельное ОКБ. Впервые НИИ - 1 и ОПМ совместно исследовали крайне важное влияние подвижности жидкости в баках ракет на процессы стабилизации и управления. Работы НИИ-1 1958 года по выходу из "резонансного тупика" способствовали дальнейшему сближению Королева и Келдыша. К тому времени Келдыша уважали уже не только как ученого. Он проявил себя и весьма способным организатором науки, обладающим той практической хваткой, которой так иногда не хватает абстрактно мыслящим теоретикам. Келдыш, рассматривая предложения по новым летательным аппаратам, всегда учитывал возможность их реализации. Он уже имел богатый опыт совместной работы с промышленностью и прекрасно понимал, что любое его предложение, связанное с созданием принципиально новой крылатой или баллистической ракеты, требует участия десятков НИИ, КБ, заводов и огромной организаторской работы.
  
  Мстислав Всеволодович Келдыш внёс выдающийся вклад в развитие вычислительной и машинной математики в СССР, в создание эффективных методов расчёта задач атомной и космической техники. Сразу после запуска первых ИСЗ по инициативе Келдыша развернулись работы по обеспечению слежения за полетами космических аппаратов и прогнозированию их орбит. В ОПМ была создана небольшая, но очень сильная группа Охоцимского (в будущем академика РАН), Энеева (в будущем члена - корреспондента), Белецкого, Егорова, Лидова и других, которая впервые разработала методику определения орбит с помощью ЭВМ. Созданный вскоре на базе этих работ баллистический вычислительный центр ОПМ тесно сотрудничал с координационно-вычислительным центром НИИ-4 Министерства обороны, баллистиками ОКБ-1 и НИИ-88. Позднее эта кооперация оформилась в виде системы координационно-вычислительных центров СССР, получающих общую информацию от наземного командно - измерительного комплекса, находящегося в ведении Министерства обороны. Союз этих центров под научно-методическим руководством Келдыша участвовал во всех проектно-баллистических работах, в работах по баллистико-навигационному обеспечению полетов космических аппаратов для исследования Луны и планет. Охоцимский в ОПМ, Эльясберг и Тюлин в вычислительном центре НИИ-4 , Лавров и Аппазов в ОКБ-1 развивали методы и программы для определения оптимальных дат старта, суммарных погрешностей управления и оптимальных условий для осуществления коррекций траектории полета, передаваемых на борт КА с помощью радиосредств. За результаты вычислительной деятельности, связанной с коррекцией орбит и прогнозированием траекторий КА сотрудники Келдыша несли не меньшую ответственность, чем их коллеги в НИИ-4 и ОКБ-1.
  
  Родные и близкие М.В.Келдыша утверждали, что последние месяцы своей жизни учёный очень плохо и очень мало спал. После просмотра документального фильма "Академик, который слишком много знал", невольно начинаешь веришь в справедливость шутки: "Чем меньше знаешь - тем лучше спишь!". Очевидцы смерти учёного утверждали, что дверь в гараже, с работающим двигателем автомобиля, в котором нашли мёртвого академика, была прикрыта. И невольно начинаешь думать о том, что даже гениальные люди, находящиеся на пике всеобщей славы и уважения, порой очень и очень сильно нуждаются в уединении. И поэтому вынуждены прикрывать дверь. Дверь своей жизни...
  
  Для желающих узнать побольше о жизни и деятельности академика М.В.Келдыша
  рекомендую воспользоваться ссылками:
  
  Видео: Академик, который слишком много знал, ч. 1-2
  http://tvroscosmos.ru/frm/videoteka/Konstruktor/keldysh4.php
  
  Видео: Полководец науки
  http://www.federalspace.ru/main.php?id=316
  
  Видео: Масштаб личности - Мстислав Келдыш
  http://www.federalspace.ru/main.php?id=316
  
  http://famhist.ru/famhist/chertok/0017bd3a.htm
  
  http://www.spacephys.ru/glavnyi-teoretik-mv-keldysh-i
  -glavnyi-konstruktor-kosmonavtiki-sp-korolev-pokoriteli-kosmosa
  
  http://www.readings.gmik.ru/lecture/2001-SP-KOROLEV-
  I-MV-KELDISH---TVORCHESKOE-VZAIMODEYSTVIE
  
  http://d33.infospace.ru/d33_conf
  
  
  =========================
  10. КОРОЛЁВ И МИСТИКА
  =========================
  
  2.10.1. О МИСТИЦИЗМЕ КОРОЛЁВА
  
  Казалось бы, что слову "мистика" совершенно нет места рядом с именем Главного конструктора страны. Однако, не будем спешить с подобными заявлениями. Лучше освежим в своей памяти, с помощью словарей, суть понятия "мистика". Вот одно из популярных определений понятия мистики. Мистика (греч. - "скрытый", "тайный") - сверхъестественные явления и религиозная практика, направленная на связь с потусторонним миром и сверхъестественными силами.
  
  Многие из нас, в отличие, например, от философа-мистика Н. А. Бердяева, воспринимают мистику как иллюзионизм, потерю ощущения реальностей, разрыв между реальностями мира... А теперь давайте вспомним, о чём мечтал ещё в 30-е годы молодой Королёв и чем он занимался вплоть до последнего дня своей жизни. Космосом!.. Королёв, в первую и в последнюю очередь, занимался космосом. Слово "Космос", в широком понимании этого слова - это совокупность всего, что существует физически, это окружающая нас реальность мира. Исходя из вышеизложенного, можно решиться и на такое умозаключение. Да, С.П. Королёв был мистиком! Мистиком, воплотившим на практике мечту всего человечества оказаться в открытом космосе. Ту мечту, которая ещё полвека назад казалась сверхестественным явлением, иллюзорностью и полной потерей ощущения реальности...
  
  В понимании многих учёных мистицизм - философское и богословское учение, а также особый способ восприятия и осмысления мира, основанный на эмоциях, интуиции и иррационализме. Гениальность Королёва вычеркнула из такого понимания философские и богословские аспекты, акцентировав всё внимание на особом способе понимания и восприятия мира, основанном на эмоциях, интуиции и иррационализме.
  
  Никто не осмелится отрицать наличия у Королёва, впрочем как и у любого другого крупного учёного, особого понимания и восприятия мира. Именно на эмоциях и чувствах, возникших у Королёва после ознакомления с идеями К.Э. Циолковского, и были выпестованы сначала мечта, а потом и абсолютная вера в реальную возможность этих идей в практику, которая чем-то сродни практике религиозной - позволяет сегодняшнее нереальное превратить в завтрашнее реальное. А разве не гениальная интуиция Королёва была тем мощным оружием, позволявшим завоёвывать всё новые и новые высоты в отечественной космонавтике, которые реалистичным современникам молодого Королёва казались абсолютными фантазиями! Тем же современникам, знающим об очень трудном финансово-экономическом состоянии страны после Второй мировой войны, все проекты Королёва казались в начале и середине 50-х годов абсолютным иррационализмом: " Тратить огромные деньги на нечто иллюзорное, в то время как народ прозябает в нищете?!.." Такое мнение, скажем откровенно, имело место не только среди простого народа, но и разделялось целым рядом учёных и специалистов - управленцев, экономистов, финансистов, военных и т.д. Поэтому, с точки зрения многих граждан 30-50 годов 20-го века Королёв был, пусть и нетипичным, но мистиком.
  
  
  10.2. ЕГО БОГ - КОСМОС!
  
  Суть классического мистицизма состоит в утверждении и реализации возможности непосредственного единения с Богом. В теизме Бог представляется личным и сверхприродным Началом и Сущностью Всего. В пантеизме Бога отождествляют с безличной Силой, присущей или тождественной Природе. В деизме Богом считают первопричинную Силу, создавшую окружающий нас мир, который далее имеет возможность развиваться по собственным законам.
  
  Королёв не был классическим мистиком. Он, пожалуй, не исследовал скурпулёзно достоинства и недостатки теизма, пантеизма и деизма. И скорее всего, не делал этого по простой причине - по причине отсутствия интереса к данным темам, а также из-за хронической нехватки свободного времени. Общеизвестно, что мистические доктрины встречаются во всех мировых религиях и верованиях. Эти доктрины, как правило, тяготеют к интуитивизму и символизму; предполагают практику определённых психофизических упражнений или медитаций, необходимых для достижения определенного состояния разума и психики. Разум и психика Королёва, не тяготели к символизму и медитациям. Однако они, его разум и психика, тоже полностью определялись верой! Верой в колоссальные возможности человеческого разума и психики...
  
  Мистицизм С.П. Королёва был схож с мистицизмом буддизма. И эта схожесть выражалась в предельной рациональности, в вере в материализацию человеческих мыслей с помощью мысли, терпения и труда. Вместе с тем мистицизм Королёва,, совершенно не мог соизмеряться с мистикой суфийских аскетов, стремящихся к освобождению души от оков низшего "Я" и вхождения в "хакики" - переживания истинной реальности. Не соизмерялся он и с мистицизмом кабаллы и хасидизма, с их методом непосредственного постижения Бога через священные имена, неистовые и регулярные молитвы, божественные числа и т.д. Богом Королёва был Космос! Именно с ним, с Космосом, Королёв не только желал своего непосредственного единения, но и реализовывал это единение на практике, которая лично для Королёва была более чем религиозной, позволившей ему обратить всё человечество в иную веру - в веру возможности покорения Космоса. Вернее, не покорения, а единения с Космосом, как с Богом...
  
  
  10.3. РАССКАЗ ИЕРОМОНАХА ИОВА
  
  На фоне этих философско-умозрительных рассуждений может невольно возникнуть вопрос об отношении Королёва к религии вообще и к христианству, в частности. На этот вопрос, автору этих строк не удалось получить однозначной информации с помощью Интернета, однако, хочу сослаться на материал сайта, где некий иеромонах Иов (Гумеров) приводит такой пример:
  
  "... Академик Сергей Павлович Королёв (1906 - 1966), будучи генеральным руководителем нашей космической программы, не мог быть этим удовлетворён, а думал о спасении, т.е. видел смысл своей жизни за пределами земной жизни. В те годы, когда вера подвергалась гонениям, он находил возможность иметь духовника, ездить на богомолье в Пюхтицкий Успенский монастырь, проявлять щедрую благотворительность. Сохранились рассказы об этом замечательном человеке монахини Силуаны (Надежды Андреевны Соболевой):
  
  -Я в то время заведовала гостиницей. Однажды приехал к нам представительный мужчина в кожаной куртке. Я дала ему комнату. Поговорила с ним ласково, принесла поесть - все той же картошки с грибной подливкой. Он пожил два дня, и смотрю - все больше изумляется. Наконец, разговорились. Он сказал, что никак не ожидал увидеть здесь такой бедности, даже нищеты... "Очень хочу помочь вашей обители, сердце разрывается. Когда увидел, как вы живете. У меня сейчас совсем мало денег с собой, да и вырвался я сюда каким-то чудом - нужно опять на работу и не знаю, смогу ли скоро приехать к вам". Оставил он мне адрес и телефон свой и сказал, что если буду в Москве, обязательно заехать к нему. Я его поблагодарила и дала адрес одного бедного священника, который жил с женой на 250 рублей в месяц (это старыми деньгами), сказав, что если сможете, то помогите. Через месяц меня отпустили в Москву по благословению игумении. Приехала, отыскала адрес, который он мне оставил. Вижу огромный забор, у забора привратник. Спрашивает у меня: "Вы к кому?" Я назвала фамилию. Он пропустил и сказал: "Вас ждут". Я иду и все больше удивляюсь. В глубине двора - особняк. Звоню - открыл хозяин - тот самый человек, который приезжал к нам. Как обрадовался! Повел меня наверх, на второй этаж. Захожу в кабинет его и вижу: на столе лежит открытый том Добротолюбия, в углу шкаф - с открытыми створками, за которыми стоят образа. Пригласил женщину (кажется, сестру свою), чтобы она все приготовила. В комнате у сестры - киот орехового дерева с чудным образом Святителя Николая. Перед отъездом дал мне конверт и сказал: "Здесь пять". Я думала, что 500 рублей, а оказалось, что 5 тысяч рублей. Какая это была для нас помощь! Прошло много времени, и вот снова приезжает мой знакомый - а это был академик Королёв - сидим в моей келье и пьем чай. Он благодарит меня: "Вы знаете, я благодаря Вам нашел настоящего друга и пастыря: тот бедный священник, о котором Вы говорили" . Я подробно привел этот рассказ, чтобы показать, что обращение к православию не было для академика С.П.Королева каким-то эпизодом. Он жил в нем и ради удовлетворения духовных потребностей рисковал своим высоким положение. При колоссальной занятости руководитель космической программы находил время для чтения Добротолюбия - творений святых отцов сугубо аскетического направления...".
  
  Для желающих более подробно прочитать этот рассказ, советую воспользоваться
  ссылкой:
  http://azbyka.ru/moi_put_k_vere/korolev-all.shtml
  
  
  10.4. "СУЕВЕРИЯ" КОРОЛЁВА И КОСМОНАВТОВ
  
  Общеизвестна склонность Королёва и многих космонавтов к вере в различные плохие приметы. Более подробно можно прочитать о них, воспользовавшись ссылками:
  
  " Традиции, суеверия и приметы космонавтов"
  http://proza.ru/2011/07/07/1605
  и
  "О видениях космонавтов"
  http://proza.ru/2011/07/08/1321
  
  Смею озвучить также утверждение о том, что в жизни каждого из нас было множество случайных или неслучайных совпадений реальных событий в нашей жизни с теми событиями, которые прогнозировались суевериями. Часть совпадений фиксировали мы сами, часть замечали окружающие, большую часть не замечал никто...
  
  Сия чаша не минула и Королёва. В этом могли убедиться и те, кто внимательно почитал книгу Я. Голованова "Королёв. Факты и мифы". Вспомните хотя бы эпизоды "чудесного" спасения заключённого Королёва чей-то случайно или неслучайно забытой булкой хлеба, позволившей избежать голодной смерти; случайного непопадания на борт судна, которое потом потонуло в море... Или, наоборот, факты предчувствия беды и несчастливая потеря двух однокопеечных монет (талисмана Королёва) перед операцией; транспортировка Сергея Павловича в операционную вперёд ногами...
  
  Кто знает... Возможно, именно в этих случаях сработало то, о чём писала знаменитая француженка А. Давид-Неэль в своей не менее знаменитой книге "Мистики и маги Тибета". О мистической вере тибетцев в следующее:"ТО, ЧТО МОЖНО СЕБЕ ПРЕДСТАВИТЬ - ИМЕЕТ ПРАВО НА СУЩЕСТВОВАНИЕ!"
  
  Как бы там ни было, многим из нас всё же следует усвоить одно: " Избегайте представлять свои несчастья наперёд, помня об их праве на существование!"
  
  ***
  Для желающих ознакомиться с книгами Я.Голованова и А.Давид-Неэль
  предлагаю воспользоваться такими ссылками:
  http://top-lib.ru/190053-korolev-fakty-i-mify.htm
  http://bookz.ru/authors/aleksandra-david-neel_/davidneel01.html
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Д.Мас "Королева Теней"(Боевое фэнтези) А.Куст "Поварёшка"(Боевик) В.Февральская "Фавориты. Цепные псы "(Антиутопия) О.Грон "Попала — не пропала, или Мой похититель из будущего"(Научная фантастика) А.Платонов "Грассдольм. Стая"(ЛитРПГ) С.Суббота "Шесть секретов мисс Недотроги"(Любовное фэнтези) NataliaSamartzis "Стелларатор"(Научная фантастика) А.Светлый "Сфера: один в поле воин"(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"