Нещеретный В.Н.: другие произведения.

Похемелье вселенского масштаба

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Продавай произведения на
Peклaмa
 Ваша оценка:


  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Владимир Нещеретный

ПОХМЕЛЬЕ ВСЕЛЕНСКОГО МАСШТАБА

  

  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Нещеретный В.Н.
   Похмелье вселенского масштаба \ В.Н. Нещеретный
  
  
   Кто мы такие, кем были наши предки, где больше правды, в исторических исследованиях или в фантастических романах? Чего мы ждём от встречи с инопланетянами, и не постигнет ли нас горькое разочарование животного, возомнившего себя собратом, но отправленного в лучшем случае в зоопарк, а в худшем на бойню?
  
  
  
  
  
  
  
  

Читатель!

Это антинаучный вымысел, за какие либо совпадения, которые тебе могут показаться, автор никакой ответственности не несёт!

Вот так!

  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

ОГЛАВЛЕНИЕ

ПОХМЕЛЬЕ ВСЕЛЕНСКОГО МАСШТАБА

   Вместо вступления. Разговор с лучом света в лунную ночь. 4
  
   Глава первая. 8
   Глава вторая 17
   Глава третья 31
   Глава четвёртая 52
   Глава пятая 81
   Глава шестая 118
   Глава седьмая 141
   Глава восьмая 170
   Глава девятая 189
   Глава десятая 203
   Глава одиннадцатая 211
   Глава двенадцатая 222
   Глава тринадцатая 239
   Глава четырнадцатая 254
   Глава пятнадцатая 266
   Вместо эпилога. Приговор в лунную ночь. 273
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

3

ВМЕСТО ВСТУПЛЕНИЯ

РАЗГОВОР С ЛУЧОМ СВЕТА В ЛУННУЮ НОЧЬ

   Луч света появился ниоткуда, к сияющей в ночи полной луне он явно не имел никакого отношения. Откуда он исходил, было непонятно, но что конечной точкой было моё заспанное лицо, было совершенно ясно. Глаза, как ни странно, он не слепил, спящую рядом жену совершенно не тревожил, но от ощущения посетителя стеклянной бани отделаться было невозможно, ибо был он живой, и никаких сомнений на этот счёт не возникало.
   Спасительная мысль, - приснилось. Щипок, - больно. Нет, не приснилось, - это реальность или сумасшествие. Но сумасшедшие себя сумасшедшими не считают, значит не тот случай, выходит - реальность. Реальность и то, что исходит он не с крыши соседнего дома, не с Луны, ярко светящейся в отдалении, а откуда-то из глубины вселенной, что означает только одно, - он от инопланетян, а они, инопланетяне, так просто, за здорово живёшь, в гости не ходят.
   Услужливая память, несмотря на полусонное состояние, срочно опустошала все свои мусорные ящики с информацией о пришельцах. Перед глазами полетели космические кошмары голливудского происхождения во всей своей несуразности. Разные твари, драконы, зелёные человечки шли как на параде, оскаливая в мою сторону свои слюнявые пасти и протягивая ко мне свои когтистые лапы, чем приводили мой едва проснувшийся организм к учащённому сердцебиению и, стыдно признаться, к учащённому дыханию, ознобу и холодному поту. Вот откуда-то некстати промелькнула мысль, что и сам я тоже был пришельцем в девяностых годах прошлого века, когда полуграмотные киргизские студенты, опившись кумысом, решили изгнать из Киргизии всех не киргизов, которых они как раз и именовали пришельцами, что, по их мнению, должно было привести их страну к экономическому процветанию. Мысль промелькнула, но легче от этого не стало. Жалобный внутренний голос, как испорченная пластинка бесконечно повторял вопрос очень популярный в недавнем советском прошлом - Ну почему - я?!
   Наконец разум, вволю поиздевавшись над вверенным ему телом, включился в конструктивную работу.
   Во первых - не трясись, за тобой сотни поколений трудяг и воинов, людей достойных и позорить их тебе, офицеру, не пристало.
   Во вторых - абсолютных дураков и дегенератов в твоём роду не водилось, так что думай хладнокровно и без истерики.
   В третьих - к тебе обращаются скорее всего как к нормальному человеку, а ты со страху совсем очумел.
   Спасибо разуму, на душе стало гораздо спокойней. Подтвердилось то, что думать нужно, прежде всего, головой, а не сердцем и другими частями тела. Страх сменился интересом. Не знаю почему, но луч был в курсе всех моих переживаний. Широко раскрыв глаза смотрю в бесконечную глубину луча. В жизни не испытывал такого ощущения, только недавний страшок не даёт назвать это блаженством. Плыву как дирижабль в небе, ни за что не цепляюсь, никаких царапин и глупых мыслей. Наконец начинаю, что-то видеть в глубине луча. Замечаю тёмные точки, они постепенно становятся всё ближе и ближе.

4

   Наконец, понимаю, что это глаза. Три пары глаз. Глаза большие, красивые и, как мне кажется, добрые. Три пары глаз смотрят на меня, ощущение такое, что эти взгляды проникают в душу, да так далеко, что и самому туда заглядывать не хочется по этическим соображениям. Это тот случай, когда радуешься, что ты далеко не молод, так как за многое, что жило в твоей душе и голове каких-то тридцать - сорок лет назад, сейчас было бы, ну очень стыдно.
   - Кто ты? - кругом полная тишина, но вопрос мною понят прекрасно. Хороший вопрос, а кто я такой на самом деле? Подполковник запаса, работающий пенсионер, глава семейства, житель России, русский, великоросс, славянин - всё что то не то. А, была не была!
   - Я - арианин! *
   - А может всё таки - русский?
   - Нет, я - арианин, русские - это принадлежность к сообществу, ещё ста лет не прошло, как великороссами звались, но уже забыли об этом.
   - Ты до этого сам додумался, или подсказал кто?
   - Да этого особо никто и не скрывал, был бы интерес. Но похоже это никому не нужно. Мне было интересно, вот и докопался.
   - До чего?
   - До полнейшей несуразности, искусственности и неправдоподобности окружающей жизни и её отображения в мозгах людей.
   - А какой жизни ты желаешь?
   - Человеческой.
   - А что ты для этого сделал?
   - А что я могу сделать, учился в школе, служил в армии и до сих пор работаю, при этом честно, что я ещё могу один сделать?
   - Хотя бы объяснить другим, что такое человеческая жизнь.
   - Тут у нас куча разных проповедников ходит, в этом цирке и без меня клоунов достаточно. Реалии у нас таковы, что если я начну рассказывать на площадях, какая жизнь должна быть, то меня пристрелят, а если буду ссылаться на Вас, то посадят в дурдом.
   - Изложи это в сшиве.
   - В чём?
   - В книге по вашему.
   - А сшива по какому?
   - По ариански, арианин.
   - Да понаписано уже столько всякой всячины, что как не называй, книгой или сшивой, читать всё равно никто не будет.
   - А ты напиши так, чтобы читали.
   - А я не умею.
   - Детей и внуков любишь?
   - Люблю.
   - Значит, если не хочешь им судьбы атлантов**, то научишься писать.
  
   * Ариане - нация, переселённая на планету Земля 60000 лет назад и создавшая свою уникальную цивилизацию. В настоящее время потомки Ариан представляют десятки различных народов индо-европеоидной расы.
   ** Атланты - нация, переселённая на землю около 100000 лет назад и создавшая свою уникальную цивилизацию. Понесла невосполнимые потери в результате нескольких планетарных катастроф. Отличались красным цветом кожи. Проводили агрессивную завоевательную политику. В настоящее время потомки Атлантов представлены несколькими десятками малочисленных народов.

5

   - А что случилось с атлантами?
   - Ничего особенного, то же самое что и с ухаями в Ясном Круге, то же что и с бхутами в Круге Великого Света, тоже что и с крылатыми ящерами на планиде Розе* из вашего Круга Сурьи**, то же, что и с многими тысячами других сообществ.
   - А кто они все такие?
   - Очень дальние родовичи ухаев от вас на полуденный восход живут***, дальние родовичи бхуттов на полуденный закат*** от вас живут, о крылатых ящерах у вас только сказы сохранились, а остальные вам не ведомы, так что и время на них терять не будем.
   - Так что же с ними случилось?
   - Ухаям не успели помочь, бхуттам отказали в помощи, а крылатых ящеров наказали, и теперь их нет.
   - А атланты?
   - Их перебили твои предки, ариане.
   - Как-то просто вы об этом говорите, погибли и погибли, все смотрели, как они погибали, и никто им не помог, как же так, они же тоже люди?
   - Ну, крылатые ящеры это не люди, но и ящеры, каких во Вселенной множество, им помогать, тоже не стали, а атлантов твои предки людьми не считали.
   - Но почему?
   - Потому что все сообщества в нашей Вселенной обязаны выполнять уложения установленные боггами, и люди, и ящеры, и жучины, и моряне и сами богги. А уложение гласит, что злобному, самовлюблённому завоевателю при гибели его, помощь не оказывают, а завоевателя межзвёздного - уничтожают.
   - А все эти люди, ящеры, жучины и другие друг друга знают?
   - Конечно.
   - И между собой мирно общаются?
   - Обязательно, кто же знает, что готовит ближайшее и отдалённое будущее, этого никто во Вселенной не знает.
   - А эти ящеры и жучины имеют отношение к земным жукам и ящерицам?
   - Такое же, как вы к обезьянам.
   - И они разумны?
   - Догадайся сам, они чтят Вселенские Заповеди, они не убивают друг друга, не губят своих планид, строят звездолёты, думают о своём и всеобщем будущем. Как ты уже правильно понял, безумцев надо искать в другом месте.
   - Значит, пока мы на Земле будем бить друг друга и думать только о том, как больнее ударить другого, нам никто не поможет, даже если очень захочет?
   - Да.
   - А если мы выйдем в космос и где-то, что-то захотим прибрать к рукам, то нас попросту уничтожат?
   - Да.
  
   * Планида Роза - планета Венера.
   ** Круг Сурьи - Солнечная система.
   *** Полдень (Арианск.) - юг (Русск.), Полночь (Арианск.) - север (Русск.). Восход (Арианск.) - восток (Русск.). Закат (Арианск.) - запад (Русск.). Полуденный восход (Арианск.) - юго-восток (Русск.). Полуденный закат (Арианск.) - юго-запад (Русск.).
  

6

   - Ну а если...?
   - Довольно, мы тебя убедили?
   - Убедить то убедили, с богами не спорят, а если спорят, то себе во вред, это я давно понял. У нас при коммунистах тоже так убеждать умели, либо за дело великого Ленина, либо к стенке. Но для чего вы меня убедили?
   - Для того, чтобы ты довёл до своих соплеменников то, что постиг сам.
   - То есть - писать сшиву?
   - Да, и успеха тебе, запомни, что наставников и проводников по пути спасения на Мать Сыру Землю посылать больше не будут, выбирайтесь сами. Выберетесь - вас встретят с радостью, не выберетесь - о вас забудут с невеликим сожалением.
   - Последний вопрос.
   - Спрашивай.
   - Кто Вы?
   - Мы - богги.
   - Тоже мне ответ, стало ещё непонятней.
   - Тогда спрашивай и не говори, что вопрос последний, это мы решим.
   - Почему вы себя боггами называете и много ли вас?
   - Потому, что наших предков боггами звали, и мы себя так зовём, и потомки наши так себя звать будут. Нас многие тройные тысячи. *
   - Значит, бог - един это...?
   - Каждый может ошибаться.
   Луч растаял в темноте. Осталось только чувство восторженной тоски. Приснится же такое!
   Насмешливый голос раздался как гром среди ясного неба.
   - Не шути так, и не пытайся ускользнуть, мы любим шутников, уважаем шутку, но презираем бездельников и безвольных людей. Ты волею Вселенной познал, что такое погибель рода людского, что вы адом зовёте, и своим бездельем обеспечишь его и для себя и для потомков своих. Дерзай, пока мы в тебя верим.
   Голос растворился в темноте.
   Да, детей и внуков я люблю. И жену, и брата, и племянников, и многие миллионы своих соотечественников. И вот, оказывается мне за них ещё, и отвечать придётся. Чувствуется рука богов, то есть многомиллиардного населения неведомых боггов, один лёгкий щелчок пальца любого из них и ты в ловушке.
   Итак, предстоит жестокая борьба с главными врагами, как моими собственными, так и остатков моего народа, - ленью, пассивностью и нежеланием за что-либо отвечать.
   Я напишу эту сшиву, но за результат - не отвечаю!
  

Автор.

   * Двойная тысяча - миллион, тройная тысяча - миллиард, четвертная тысяча - триллион и так далее. (Арианск.)

7

Глава первая

   Над селом Зелёная Горка занимался рассвет. Ничего необычного в нём не было. Рассвет как рассвет, таких рассветов над Зелёной Горкой миллионы прокатились за прошедшие столетия. А то, что Зелёной Горке много столетий, ни у кого сомнений не вызывало. Ибо как утверждал Сергей Петрович Ухарев, человек в Зелёной Горке уважаемый, доросший до поста директора районного краеведческого музея, - в Зелёную Горку на охоту выезжал ещё князь Гостомысл, а это вам не шутка, а две тысячи лет. Уже это делало Зелёную Горку в два раза старше Москвы. Правда надо признать, что ни сам князь Гостомысл, ни его дружинники каких либо следов своей деятельности в Красной Горке не оставили, что и дало повод младшей сестре Москве, Красную Горку за родственницу не признавать.
   Но вернёмся к занимающемуся рассвету, так как он, не обращая внимания на наши отступления в историю, продолжал теснить ночную мглу на запад. И если бы только было, кому смотреть на этот рассвет, то любой, даже самый чёрствый и заскорузлый человек понял бы, как он, рассвет то есть, прекрасен. Кристально чистый воздух, наполнялся розовым сиянием с востока и само небо на глазах становилось всё выше и выше, а стена леса, за блестевшей серебром, в этот час тихой и спокойной Мстой, из мутной и чёрной на глазах становилась изумрудной и поражала неправдоподобной чёткостью. Только лес за селом продолжал хранить мглу, но и он, как-то неуловимо, готовился к пробуждению. Рассвету нового дня не было никакого дела ни до князя Гостомысла, ни до его дружинников, ни до участкового Александра Стружкина, просто он всё уверенней вступал в свои права, совершенно безвозмездно даря сказочную красоту просыпающейся земле.
   К глубочайшему сожалению, ни рассвета, ни его сказочной красоты никто не заметил, в виду того, что если что и прижилось в селе от широко разрекламированного ещё царём Никитой и его партией слияния города и деревни, так только отказ от извечной крестьянской привычки трудиться от зари и до зари. О стремлении сельчан жить "как в городе" свидетельствовали разбросанные по окрестностям руины бывшего колхоза имени Дзержинского, чей чугунный бюст перед бывшим правлением колхоза, а ныне офисом агрофирмы "Красная Горка", благополучно пережил и горбачёвскую перестройку, и ельцинскую воровскую анархию, и путинские благие намерения.
   Сохранился бюст скорее всего благодаря минусовому балансу, между стоимостью реализации в пункте скупки металлолома, находящемуся в райцентре, и предполагаемыми затратами и усилиями на доставку стапятидесятикилограммового Феликса к данному пункту, да ещё и умноженному на непредсказуемую реакцию земляков при самовольном изъятии единственного в Зелёной Горке скульптурного изображения.
   В селе, где после развала колхоза бесследно исчезли даже трактора и комбайны, где местные бизнесмены утащили в скупку всё, что так или иначе напоминало о цивилизации, незыблемость чугунного Феликса была воспринята населением как чудо местного значения.
  
  

8

   Результатом "чуда" стала легенда о святости данного скульптурного произведения, на которое не решились посягнуть вороватые супостаты-бизнесмены. Ну, посягнуть то они посягнули, но силой монумента были отринуты и наказаны.
   Монополия на святой памятник принадлежала бабке Степаниде. С её подачи, а была бабка Степанида в районе человеком известным как Герой Социалистического Труда Степанида Авдеевна Ухарева, в прошлом знатный льновод, а теперь заслуженный и самый богатый пенсионер в округе, по району пошла молва о лечебных свойствах чугунного Феликса. Как результат, к памятнику народная тропа не зарастала, несмотря на скептические высказывания Михаила Парамоновича Гриднева, майора запаса, о методах лечения всех недугов товарищем Феликсом Дзержинским и проповеди отца Кирилла, называвшего это действо святотатством и идолопоклонством.
   Как бы то ни было, рассвет вступил в свои права и, увидев, что на права эти никто не посягает, даже более того, его самого никто не замечает, несколько нахмурился, пригнал откуда-то с севера десяток облаков и ушёл на запад, уступив место хмурому утру. Утро было не хуже рассвета, хмурилось оно недолго. Окрасив облака розовым цветом, над кромкой леса появилось солнце.
   Плавно бегущая Мста сменила свой окрас с прекрасного серебряного на изумительный золотой, по воде пробежала лёгкая рябь и всё вокруг заиграло радостными бликами. Но и этой красоты в Зелёной Горке никто не увидел. Доказательством жизни в этот ранний час служил только крик петухов и лай собак, делившихся между собой планами на ближайший день после долгого ночного молчания.
   Скрип отворяемой калитки возвестил о том, что безлюдье Зелёной Горки близится к концу. Из-за калитки палисада большого деревянного родового дома, где не первое столетие жили пра-пра-прадеды, пра-прадеды, прадеды, а нынче бабка Настя и родители, вышел неуверенной походкой Илья Бахарев, представитель рода Бахаревых - приозёрских.
   Надо сказать, что разнообразием фамилий Зелёная Горка не очень богата. Половина населения - Бахаревы, которые делятся в свою очередь на приозёрских, живущих ближе к лесному озерцу Чудному, заводских, живущих у заводи, поречных, живущих по берегу Мсты и подлесных, чьи дома стоят рядом с сосновым лесом. Треть населения - Ухаревы, делящиеся, как и Бахаревы на поречных и заводских. Шесть семей Стружкиных и десяток семей приезжих либо назначенных на жительство в Зелёную Горку.
   Но вернёмся к Илье, несмотря на свою молодость, двадцать четыре года, Илья считался в селе уже бывалым мужиком и, кроме того, был единственным, не считая бабку Степаниду, орденоносцем, - кавалером "Ордена мужества". За свою, в общем-то, не очень долгую жизнь Илья уже успел поработать на лесоповале и съездить на заработки в Москву, откуда вместо денег привёз не новый, но резво бегающий УАЗик, ставший в Зелёной Горке основным средством общения с внешним миром. Успел Илья и срочную службу отслужить и по контракту в Чечне повоевать за независимость Чечни от чеченцев, откуда и привёз орден, простреленную ногу, какие-то деньги и полное недоверие ко всему окружающему миру. Опираясь на палку, пришёл Илья полгода назад домой, и с тех пор уже никуда его не тянуло.
  

9

   До Чечни был он парнем весёлым и шумным, а после как подменили, стал он мрачным и задумчивым, компании не любил, а если и был в компании, то только по необходимости. Бабка Степанида, как главный специалист по исцелению, зазывала Илью на сеанс лечения у чугунного Феликса, но Илья на неё рукой махнул и послал подальше, из чего бабка Степанида сделала вывод - что у Ильи чёрная хандра, о чём и поставила в известность всё село. Плакала по ночам мать Ильи, Анна Трофимовна, пытался поговорить с сыном отец Пётр Тимофеевич, но кроме заверений Ильи о том, что всё у него в порядке, ничего не добился. И совсем плохо было то, что и у Ленки Ухаревой, - красавицы, умницы и предпринимательницы, в отношении Ильи тоже никаких подвижек не было, что расстраивало девушку до слёз, но Илья ходил как каменный. И вот этот твердокаменный Илья, поражённый чёрной хандрой, в этот ранний час шёл, куда глаза глядят по причине невыносимой головной боли, которая была результатом вчерашней общесельской попойки, устроенной родителями Мишки Бахарева из подлесных и Колки Ухарева из поречных по случаю прибытия парней из армии. Парням сказочно повезло, полтора года в "горячей точке" и не единой царапины. Не то, что Валерка Стружкин, и в "горячей точке" не был, а вернулся из армии на костылях и год после армии от людей шарахался. Он и дальше бы шарахался, не приглянись он Ольге Бахаревой из поречных, что и стало исходной точкой его медленного, но уверенного выздоровления.
   К сожалению, к зеленогорским парням, судьба не всегда была благосклонна, о чём говорили могилы на сельском кладбище, с надгробий которого глядят на мир фотографии ребят в военной форме. Потому и службу в армии давно не считали в Зелёной Горке священной обязанностью, а воспринимали как насильно навязанную игру в русскую рулетку, - может, повезёт, а может, и нет. И когда вопрос, наконец, разрешался, и очередной сельский парень возвращался из армии, то, несмотря на физическое состояние вернувшегося воина, а бывало оно разным, равнодушных людей в селе не было. Если возвращался живым, то пили за здравие, ну а если не живым, то за упокой. И если что и объединяло столь различные обстоятельства, то только то, что пили, и пили много.
   Вот и на этот раз традиции не нарушались, а поскольку вернувшихся было двое, то и пили в два раза больше. Было весело, до глубокой ночи пили, ели, пели и танцевали. За Мишку и Кольку радовались.
   Потом подрались, затем помирились и разошлись по домам глубокой ночью. По причине такого знаменательного в жизни села события, самогона не жалели и как результат, голова раскалывалась от боли не у одного Ильи. Нужно было срочно похмелиться. Но вся беда была в том, что похмелиться было нечем. Родители Ильи спиртного в доме не держали, опасаясь за сына, идти туда, где вчера гуляли, было ещё слишком рано и Илья, в результате этого обстоятельства стал членом многомиллионного сообщества похмельных страдальцев. Всех этих бедолаг объединяет то, что зная о последствиях завтрашнего дня, ни один из них не думает об этом сегодня, а если и думает, то низачто и никогда, не оставит на завтра то, что можно выпить сегодня.
   Вот и идёт сегодня Илья, куда глаза глядят с невыносимой болью в опухшей голове.
  

10

   Похмеляться народ пойдёт ближе к обеду под предлогом заботы о состоянии здоровья воинов, счастливо вернувшихся со службы, ну а матери Мишки и Кольки обычай знают, поднесут, но до обеда ещё дожить надо, а с такой болью это ещё вопрос.
   Да и традиция в Зелёной Горке вроде как не поощряет похмелье с утра. Традиция древняя, не всем понятная, но в основном кое-кем соблюдаемая. Поэтому зеленогорские мужики к жёнам по похмельному вопросу и не обращаются, всё равно не нальют. Но, как и всякая другая, эта традиция для того и существует, что бы её нарушать. Ну, до традиций ли тут, когда голова раскалывается. Поэтому традиция громко соблюдалась на словах и тихо нарушалась в делах, впрочем, как и все законы по всей стране, а может быть и по всему остальному миру.
   Вот и идёт Илья по тихим сельским улицам в направлении Мсты. Когда тяжело, его всегда к воде тянет, почему Илья и сам не знает, но тянет всегда, притом не к озеру, а именно к реке. Улица Свердлова, по которой идёт Илья, в былые времена называлась Чудной, по имени озера, в которое упиралась на юго-западе села. Улица и в самом деле была чудесная, по обеим сторонам стояли деревянные дома, которые правильнее было бы назвать теремами. Были они в основном в полтора поверха и украшены затейливой резьбой фасадов и палисадов. Даже солидный возраст домов не мог скрыть хорошего вкуса их древних хозяев и мастерства строителей. На северо-востоке улица Свердлова пересекалась с улицей Ямской, которая за пределами Зелёной Горки именовалась Ильменским трактом. В былые времена довольно многолюдного, о чём свидетельствуют сохранившиеся развалины яма около сельского рынка, дожившего благополучно до шестидесятых годов прошлого века в качестве колхозных складов, сгоревших аккурат за два дня до приезда областных ревизоров. Вместе с материальными ценностями, сгорели ни в чём не повинные семена районированного льна-долгунца "Северная сказка", выведенного великим селекционером, академиком Дмитрием Ивановичем Бахаревым ещё до революции. Поэтому этот пожар, спасший, как полагают, от тюрьмы председателя колхоза Остапа Тарасовича Поганко, невесть откуда появившегося в северных широтах, а так же главбуха Елену Семёновну Швыдкую, по её словам коренную москвичку, погубил колхоз имени Ф.Э. Дзержинского, что называется на корню. Вновь доставленные семена прорастать категорически не желали, несмотря на десятки постановлений различных комиссий по развитию сельского хозяйства вообще и льноводства в частности. Дипломированные специалисты только руками разводили и, в конце концов, приняли решение, что выращивание льна в Зелёной Горке - явление аномальное и экономически нецелесообразное. Областная программа по коренному перепрофилированию колхоза на выращивание пшеницы, с треском провалилась из-за привередливости последней. Другие попытки перепрофилирования ничего не дали и, наконец, колхоз как таковой прекратил своё существование под ударами горбачёвской перестройки. Имущество колхоза тихо исчезло во времена правления ельцинской гвардии, также тихо, как исчезли одномоментно председатель колхоза Поганко и главбух Швыдкая. Желающие поруководить, конечно же, находились, но увидев при ближайшем рассмотрении, что в бывшем колхозе имени Ф.Э. Дзержинского каких либо реализуемых материальных ценностей не сохранилось, так же тихо исчезали.

11

   Ну, а что касается улицы Ямской, то в отличие от колхоза имени Ф.Э. Дзержинского, своего названия и своей сути она не меняла никогда, несмотря на свой солидный возраст.
   Ну да это так, к слову, ибо пересечение улицы Ямской, не оказало никакого влияния на состояние здоровья нашего героя, и ватные ноги понесли Илью дальше по Чудной улице к показавшимся вдали развалинам храма равноапостольного князя Александра Невского.
   Прибывший в Зелёную Горку семь лет назад с духовным наставлением отец Кирилл предпринимал отчаянные попытки перевести развалины в разряд церковного имущества и отреставрировать храм, но висевшая на единственной сохранившейся южной стене храма мраморная доска с лаконичной надписью "Храм равноапостольного князя Александра Невского. ХVI век. Охраняется государством" ставила крест на всех его начинаниях. Еженедельно, осенив себя крестом, отец Кирилл отправлялся пешком в райцентр, находящийся за сорок семь километров от Зелёной Горки. Продвигать дело божье при всех стараниях было очень не просто, видимо объём испытаний, отмеренный отцу Кириллу за его безбожное прошлое, был очень велик, и дело, порученное ему епископом Новогородским и Старгородским, продвигалось так медленно, что таким продвижением можно было и пренебречь. А из этого следовало, что какого либо продвижения по духовной служебной лестнице, отцу Кириллу, в миру Кириллу Анатольевичу Шарову, майору запаса и замполиту мотострелкового батальона, с целью приближения к плодам цивилизации, не видать, даже в отдалённой перспективе. Но как бы то ни было, отец Кирилл не сдавался. За два года ему удалось восстановить кладбищенскую часовню, которую к счастью государство не охраняло. При ремонте этой часовни отец Кирилл приобрёл уникальный опыт общения с приходом и, надо признать, определённым уважением у зеленогорцев он пользовался. Если первоначально он при большом скоплении народа призывал словом божьим всех последовать на ремонт часовни, то теперь он разговаривал с прихожанами, как правило, персонально. И если раньше в результате своих призывов он мог увидеть у часовни полтора десятка старух и пяток жён, особо пьющих мужей, способных только вынести мусор из часовни и ни чем не могущих помочь в вопросе восстановления, то после индивидуальных разговоров стали появляться и мужики, в основном трезвые. Так или иначе, но восстановление часовни пошло на пользу и отцу Кириллу и Зелёной Горке. Отец Кирилл заслужил уважение прихожан и гарантию помощи, а Зелёная Горка за семь лет не похоронила ни одного солдата. Некоторые горячие головы даже предлагали завалить последнюю южную стену храма, и тогда государству нечего будет охранять, останется только место, которое из-за отдалённости никому не нужно и на этом месте построить новый храм. Но отец Кирилл эту идею назвал кощунственной, так как в одной этой стене святости и намоленности было больше, чем в двух новых храмах вместе взятых.
   Как бы то ни было, хоть и медленно, но дело отца Кирилла продвигалось. Даже финансовый вопрос был в целом решён. В храме Святой Варвары, что в райцентре, урна для сбора денег на восстановление храма равноапостольного князя Александра Невского в Зелёной Горке обеспечила за четыре года две трети всех средств, необходимых на восстановление храма.
  

12

   Но чиновники областного и районного управлений по охране памятников культуры, узнав, что на восстановление храма собрана крупная сумма денег, совершенно им не подотчётная, стали ещё более рьяно охранять сооружение ХVI века от посягательств отца Кирилла.
   Вот к этому охраняемому храму, наконец, приплёлся Илья, но к своему огорчению, если можно только назвать это огорчением, он не увидел ни одной живой души. Помощи ждать было бесполезно. Илья поднял голову, посмотрел на храм, перекрестился дрожащей рукою, но боль только усилилась. Бесцельно потоптавшись на месте, Илья продолжил свой путь к берегу Мсты, находящемуся от храма в каких нибудь двухстах метрах.
   Храм являлся историческим центром села. Вокруг него проходила кольцевая Александровская улица. Когда-то она как говорят, была площадью, но после строительства на ней храма стала кольцевой улицей. На Александровскую улицу крестообразно выходили четыре улицы села. С севера центральная улица Ленина, в былые времена Княжеская. С востока короткий переулок Советский, в былые времена Гостевой проезд, выходящий на берег Мсты. С юга улица Дзержинского, в былые времена Торговая, выходящая на рынок. С запада знакомая нам улица Свердлова.
   Пройдя по мирно спящему Советскому переулку, Илья, наконец, вышел на берег Мсты. Речная прохлада прибавила сил ослабевшему организму, и, дойдя до первого попавшегося из многочисленных мостков, к которым цепями были привязаны лодки, Илья лёг на него грудью и, черпая рукой холодную воду, стал поливать свою перегретую голову. Результат не замедлил сказаться, - полегчало. Воодушевлённый успехом, Илья ухватился за край мостка и, свесившись вниз, окунул голову в воду. Как всё-таки мало, надо человеку для счастья, боль отступила. В эту минуту Илья поверил бы безо всякого в то, что жизнь вышла из воды, ибо в воде было хорошо, и голова не болела. Но вне воды начинала болеть снова. Но теперь это уже была не жуткая разрывающая голову боль, сопровождаемая тошнотой и желанием умереть, а вполне аккуратная боль, как будто несколько сапожных молотков в ритме ударов сердца аккуратно бьют изнутри по черепу. Тоже не радость, но зато вернулась способность хоть и туго, но хоть как-то соображать.
   Дальнейший путь Илья продолжал уже по берегу Мсты, время, от времени проверяя лечебные свойства речной воды, путём окунания в неё головы. Между тем кучковавшиеся на небе облака, решив, по всей видимости, попутешествовать, куда-то исчезли, и яркое сентябрьское солнце стало полноправным хозяином светло-голубого на востоке и тёмно-голубого на западе небосклона.
   Наконец в Зелёной Горке стали раздаваться звуки жизнедеятельности человека, стук калиток, мычание коров и щёлканье кнута сельского пастуха Паши, мужичка лет пятидесяти, одинокого, живущего в доме, выстроенном специально для него лет тридцать тому назад за счёт колхоза, когда призывная комиссия в районе вернула Пашу домой с диагнозом шизофрения. Но пастухом Паша был отменным. И если бы только руководство колхоза, в сфере своей деятельности, выполняло свои обязанности так же, как Паша выполнял свои, то колхоз имени Ф.Э. Дзержинского, скорее всего, процветал бы и поныне. Не надо было быть слишком наблюдательным, что бы увидеть взаимную любовь стада и пастуха. Коровы тянулись к Паше как к отцу своему, родному.

13

   Ну а Паша отдавал коровам всю свою, не растраченную на людей, душевность. И вот под символическое щёлканье кнута, проведя час в пути, и следуя уже вдоль берега Мсты, Илья вышел, наконец, к причалу, находившемуся собственно на берегу заводи, которая, как говорили старожилы, раньше была озером, но перемычку размыла Мста и в результате получилась заводь. За заводью, в километре от причала, виднелся поросший травой и кустарником курган, давший, как полагают, название селу. Возле кургана до сих пор сохранились останки древнего городища, и Илья со сверстниками не раз искал там клад, но кроме костей и глиняных черепков ничего никогда не находил. Зато в это раннее утро, на причале он нашёл то, за чем он сюда и приплёлся. За последние лет десять, к этому причалу ежедневно уже ничего не приставало, за исключением катера Жорки Вересова, областного жителя, который по четвергам доставлял пиво и другую мелочь из Новогорода, для ларька Ленки Ухаревой, а также паломников для чугунного Феликса и его наместницы - бабки Степаниды. И хотя давно не видели в Зелёной Горке ни одного парохода, но традиция кучковаться на причале у заводских и поречных сохранилась, и у бывшей билетной кассы с заметной вывеской "Пиво" народ уже топтался.
   В разгул приватизации, Ленка Ухарева, дом родителей которой находился в пятидесяти метрах от причала, приватизировала заброшенный и разорённый буфет, расположенный в здании причала, в надежде на проезжающий контингент. Но теплоходики и речные трамвайчики сновавшие ежедневно вверх и вниз по реке куда-то исчезли, их, возможно, тоже приватизировали для сдачи на металлолом. Контингент проезжающих исчез, а местные приносили в буфет больше грязи на сапогах, чем денег. Появилась, было, надежда на паломников к чугунному Феликсу, но эту статью дохода прибрала к рукам бабка Степанида, сохранившая в свои восемьдесят четыре года медвежье здоровье и волчью хватку. Да и кто променяет "лечебный" рацион у народной целительницы на буфетную еду. Ввиду создавшейся ситуации, Ленка отдраив в последний раз пол в буфете, закрыла его на большой амбарный замок, а размеры бизнеса пришлось уменьшить до размеров билетной кассы, превращённой в пивной ларёк, который и делал Ленку человеком среднего достатка в Зелёной Горке.
   Вот у этого самого ларька и толпилось в этот ранний час, человек сорок. В группе страждущих Илья увидел и обоих виновников вчерашнего торжества.
   Мишка и Колька смаковали пиво из полулитровых одноразовых стаканов сидя на перилах причала. Остальной народ расположился кто, где смог, и каждый сосредоточенно боролся со своим недугом.
   Видимо перечень культурно-массовых мероприятий на сегодняшнее утро был сильно ограничен, так как появление Ильи не оставило никого равнодушным, поэтому на Илью вылилась масса приветствий вперемешку с сочувствиями по поводу его состояния. Мишка попытался закричать что-то приветственное, но схватился за голову и умолк на полуслове. Поднявшись на причал, Илья поздоровался со всеми за руку, как было заведено в селе и не спеша, направился в направлении ларька, на котором уже висела табличка с легендарной ещё с советских времён надписью "Пива-нет".
   Илья, было, приостановился, но Ленкин голос, раздавшийся из окошка, предложил ему продолжить путь.

14

   - Здравствуй Лена, пива стаканчик не найдётся? - спросил Илья хрипящим голосом, выкладывая на прилавок пятидесятирублёвую бумажку.
   - Илюша, может тебе водочки налить, легче станет? - заботливо спросила Ленка.
   - Нет, не надо.
   - Ну, смотри, хозяин-барин, а деньги возьми, это тебе презент от фирмы, - сказала Ленка, выставляя на прилавок одноразовый стакан с пивом.
   - С чего бы это вдруг? - спросил Илья.
   - Вот это вдруг! - раздался за спиной голос Вовки Бахарева из поречных. - Ленк, выходи за меня замуж, а то одним пиво от фирмы, а другим бирка "Пива-нет", а Илюха хоть и парень хороший, но деревянный, так и состаришься, а его так и не дождёшься.
   - Всё село знает, что единственная бизнес-леди по Илье сохнет, и глаз с него не сводит, да только он один о том не ведает, - пояснил не столько для окружающих, как для самого Ильи, Женька Стружкин, одноклассник Ильи, Ленкин воздыхатель и брат участкового Александра Стружкина. Дружное и добродушное ржание, сильно ограниченное всеобщей головной болью, подтвердило то, что у истомившегося народа появилось развлечение. Ленкино порозовевшее лицо исчезло внутри ларька, а Илья, взял стакан, и под толкающий в спину болезненный хохот отправился насколько мог быстрым шагом дальше по берегу заводи. Избы села закончились, и, дойдя до лежавшего на берегу бревна, Илья уселся на него и неспешно принялся за пиво. Надежды на лекарственную роль пива не оправдались, и после неприятной процедуры Илье пришлось расстаться и с пивом и с содержимым желудка. В этом отношении лекарственные свойства воды были куда предпочтительней. Стало немного легче. Возвращаться на пристань не хотелось, и Илья пошёл дальше. Минут через двадцать, обогнув заводь, Илья вышел к старому городищу. На реке ничего интересного не наблюдалось, и Илья направил свои стопы к кургану, возвышающемуся в ста метрах от берега Мсты.
   Курган был изрядно изрыт местными и заезжими кладоискателями. Кладов в кургане правда так и не нашли, несмотря на воронкообразное строение его вершины, что сулило дополнительные надежды. Так и не получив желаемого, кладоискатели с досады объявили курган сатанинским местом. Надо отметить, что подобной репутации курган ничем не заслужил и поэтому был реабилитирован приехавшим два года назад в Зелёную Горку на постоянное место жительства Михаилом Парамоновичем Гридневым, майором запаса инженерных войск. Появление в Зелёной Горке человека сугубо не сельского, дало, было тему для сплетен, но жена его, Елизавета Матвеевна, в девичестве Бахарева, поставила на этом начинании местных баб жирную точку, конкретно на заднице Таисии Ухаревой, причём доской, только что оторванной от заколоченного окна вновь обживаемого дома. Действие было столь стремительным и результативным, что Елизавета Матвеевна немедленно была признана своей вместе с мужем и детьми, которые в селе, правда ещё не появлялись ни разу, ввиду своей взрослости и самостоятельности.
   За прошедшие два года Михаил Парамонович приобрёл авторитет серьёзного мужика и хорошего хозяина, что в Зелёной Горке соответствовало виду на жительство в странах Западной Европы.
  

15

   А до этого Михаилу Парамоновичу довелось два с половиной десятка лет прослужить в "холодных точках" Сибири, Дальнего Востока и Забайкалья, где и встретил весть о своём предстоящем увольнении.
   Два с половиной года назад, был вызван Михаил Парамонович к высокому кадровому начальству в Чинту, где после непродолжительного выступления о том, что военнослужащий должен стойко переносить трудности военной службы, создаваемые ему вышестоящим командованием, наконец-то узнал о цели вызова. Майор Гриднев был поставлен перед выбором: либо возможность дослужить четыре месяца до максимальной пенсии; либо получение жилищного сертификата и немедленное увольнение. На вопрос Михаила Парамоновича о том, почему эти две столь разные вещи не могут ужиться вместе на завершающей стадии его карьеры, кадровое начальство, искренне не ведающее о том, что у народа давным-давно понятия Родина и Государство даже не сёстры, ответило, что Родина, в лице командования армии и флота, напрягает последние силы для поддержания постоянной боевой готовности частей и кораблей, а некоторые несознательные офицеры, считая Родину дойной коровой, слишком многого хотят. Михаилу Парамоновичу стало всё понятно, стало даже, как-то жаль Родину, представившуюся ему в виде престарелого генерала, который из последних стариковских сил, трясущимися руками поддерживает постоянную боевую готовность, которая как пьяный солдат в увольнении стремится рухнуть в ближайшую канаву и мирно всхрапнуть часок другой.
   Служил майор Гриднев зампотехом, дело большей частью имел с техникой, воевать учился с закордонными супостатами, а к войне со своими отечественными высокопоставленными ворами в погонах и без оных, оказался совершенно не готов. Поэтому Михаил Парамонович выбрал пенсию через четыре месяца.
   Елизавета Матвеевна выбор мужа одобрила. На домашнем совете супруги Гридневы решили следующее: дочери замужем, в жизни устроены; а они, наездившись по Зауралью и насмотревшись на всё, за что такую жизнь и такую страну можно только презирать и ненавидеть, и уж ни как не любить, поедут в Зелёную Горку. В родном селе Елизаветы Матвеевны уже пятый год стоит заколоченным дом, доставшийся ей в наследство от бабки Нюры и где, как писали тесть Матвей Иванович и тёща Антонина Васильевна, всё в полном порядке. Так Михаил Парамонович Гриднев оказался в Зелёной Горке. Репутацию крепкого хозяина, Михаилу Парамоновичу помогало поддерживать наличие у него мотоцикла "Урал" с коляской, мотоблока, коптильни и маслобойки, составляющих полный объём механизации всего технологического цикла по производству картошки, копчёностей и масла. Реализация произведённого продукта, как в селе, так и в райцентре и на станции Кресты, приносило Гридневым постоянный и очень даже не плохой доход. По единодушному мнению с женой, а были они оба реалистами и прагматиками, так хорошо как сейчас, Гридневы не жили никогда до этого. Давно известно, что хорошая, а не плохая жизнь является двигателем прогресса. Человек, когда он забывает про голод и холод, становится любопытным. Вот любопытство и привело Михаила Парамоновича к кургану.
  
  

16

   После изучения кургана и его ближайших окрестностей, по которым около месяца ему пришлось порыться вдвоём с большой сапёрной лопатой, Михаил Парамонович пришёл к выводу, что курган имеет очень древнее происхождение, имеет свайную основу и бревенчатый каркас, потому и стоит так долго. Могильником курган не являлся, хранилищем для кладов, скорее всего тоже, а вот три функции, по мнению Михаила Парамоновича, вполне мог нести. Во-первых, был когда-то курган сельской крепостцой, где предки зеленогорцев в лихие времена отбивались от чуди, мери или ещё от кого-нибудь. Во-вторых, на низком и ровном месте, в случае наводнения, а старики говорят, что бывали раньше наводнения страшные, бежать, кроме как на курган, было некуда. И, в-третьих, был курган, как и все подобные сооружения, ещё и постом наблюдения, ибо Мста с него просматривалась на десятки километров в обе стороны. После того, как Михаил Парамонович поделился своими выводами с земляками, курган плохим местом больше не считался, школьники по выходным клады искать перестали, а вместо этого, во главе с директором школы Анной Петровной Бахаревой, раз в месяц ходили к кургану с лопатами и вёдрами для лечения ран, нанесённых кургану разносортными кладоискателями.
   Вот на вершину этого самого кургана Илья сейчас и поднимался. Зачем? Это надо спросить у Ильи, но он в настоящий момент, на этот вопрос он, скорее всего не ответил бы. Подъём на пятнадцатиметровую высоту по крутому склону, вкупе со вчерашним перебором и сегодняшними страданиями отнял у Ильи последние силы, голова закружилась, ноги подкосились, и неподвижное тело Ильи украсило собой дно воронки на вершине кургана.

Глава вторая

   Илья проснулся от чувства тревоги, веских причин для которой как будто не наблюдалось, но сама тревога, щемящая и необъяснимая, была. Тревога была такая же, как в Чечне, где сержант-контрактник разведбата Илья Бахарев, по мнению всего батальона, включая и офицеров, имел всегда при себе ангела-хранителя, защита которого распространялась на всех, кто был с Ильёй рядом. Каким-то необъяснимым образом, какое-то необъяснимое чувство всегда предупреждало Илью о беде, которая ещё не пришла, и которую ещё никто не заметил. Как известно беду легче предупредить, чем устранить её последствия. Вот и сейчас, причин нет, а тревога есть. Вот и старые инстинкты разведчика заработали "полное спокойствие, маскировка, сбор информации об источнике тревоги, принятие решения, обдуманные действия при полной собранности". Рекомендации неплохие, в принципе годятся для любой ситуации, да только кто может похвастаться тем, что всё, что запланировано, так по плану и пройдёт. Если от кого и услышите, то не верьте, - собеседник врёт.
   Вот и сейчас, вместо умных мыслей получилось глупое действие, к тому же совершенно не продуманное. Маленькая травинка, не ведавшая о том, какой тяжёлый умственный процесс проходит в лежащей на ней человеческой голове, воспользовавшись дуновением лёгкого ветерка, попала прямо в левую ноздрю нависшего над ней носа. Вот и сделал организм Ильи то, что на его месте сделал бы любой другой организм, - он громко чихнул.
  

17

   При этом голова на мгновение оторвалась от земли, на которой до этого довольно комфортно лежала и тут же рухнула обратно, сместившись от первоначального положения на каких то пару сантиметров, но и этого хватило для того, что бы со всего маха врезаться носом, в торчащую так не к стати сухую хворостину. Стало больно, из носа закапала кровь и в результате, Илья потерял продуманную линию поведения. Теперь было просто обидно и досадно, тем более, что вне зоны видимости Ильи кто-то громко смеялся. Судя по всему, людей над ним смеявшихся, было двое. Но как успел заметить Илья, чем больше росла досада на себя, тем меньше становилось чувство тревоги.
   Медленно приподнимая голову и приоткрывая глаза, Илья увидел в метре от себя пару ботинок. Вот теперь Илье стало понятно, откуда возникло чувство тревоги, ботинки были военные, причём и обуты они были на ноги человека военного, ибо стояли они так, что будь Илья хоть Брюсом Ли, и при том абсолютно трезвым, при попытке предпринять что либо против хозяина этих ботинок, глубокий нокаут от пинка был бы неизбежен.
   Но и это было ещё не всё. Ботинок, одетый на ногу военного человека, вообще-то страх вызывать не должен. Добрая половина населения России видит эти ботинки и их хозяев каждый день, и далеко не всегда хозяева этих ботинок военные. Так что если разобраться, то причин для страха и волнения ни у Ильи, ни у граждан России при виде военных ботинок, даже в присутствии их хозяев - нет, да ещё в такой глубинке как Зелёная Горка. Большую тревогу правда сменила маленькая, но тревога она и есть тревога, и мозг Ильи самоотверженно борясь с алкогольными парами, искал её причину, в то время, как глаза Ильи тупо пялились на ботинки. Наконец первый результат раздумий получен, - ботинки не российские, в берцах Илья прошагал не одну сотню километров, вспоминая незаслуженно забытые кирзовые сапоги. Ботинки так же и не юсовские, * такие ботинки, в которые были обуты чехи** и наёмники, бандиты и террористы, охранники дач крупных воров и высокопоставленных преступников, а также армии марионеточных режимов по всему миру Илья видел в Чечне и Москве. Не были ботинки ни немецкими, ни французскими, ни китайскими, ни итальянскими и ни какими-то другими земными. Хоть и мелькнула мысль о
   белой горячке, но всё-таки, Илья вынужден был признать, что стоящие перед ним ботинки, - инопланетные. Да, стоящие напротив носа Ильи ботинки, это произведение сапожного искусства, инопланетного происхождения, и Илья как-то поверил в это без всяких сомнений, тем более, что на планете Земля обуви без пыли не бывает, а эти сияли хирургической чистотой. Но в таком случае хозяин этих ботинок, чьи ноги поют от радости, когда их в эти ботинки обувают, тоже инопланетянин, и что ещё хуже, инопланетный солдат.
   И вот что странно, после того как Илья пришёл к выводу, что у его изголовья стоит инопланетный воин в инопланетных ботинках, чувство тревоги как-то притихло. Что ни говори, а корпоративная солидарность у нормальных солдат должна быть.
   Даже как-то обидно стало, инопланетный солдат топчет нашу родную землю своими инопланетными ботинками, а у Ильи даже чувство тревоги почти исчезло.
  
   * USA - Соединённые Штаты Америки.
   ** Чеченские боевики.

18

   Но как бы то ни было, с тревогой или без, ограничиваться знакомством только с ботинками было недостойно разведчика, хоть и бывшего, поэтому Илья решил для начала приподнять голову. На это действие голова ответила дробью сапожных молотков по черепной коробке, похмелье никто не отменял даже из-за присутствия инопланетян, и голова Ильи вновь рухнула на траву, и даже встреча со знакомой сухой хворостиной показалась уже не столь болезненной.
   Через мрак головной боли, в голове Ильи засветилась мысль о том, что стоит вот на кургане у села Красная Горка инопланетный солдат с неизвестными намерениями, и нет между ним и селом защитника, сержанта Бахарева Ильи Петровича, а валяется у его ног полупьяная свинья Илюха Бахарев. И мучается инопланетянин вопросом, - не засмеют ли его за столкновение с таким вот противником.
   - Это ты верно мыслишь. Уши не услышали ничего, но голос был чист и ясен.
   Рука инопланетянина легла на затылок Ильи. Ручейки боли из всех закоулков головы потекли к затылку, в котором рука инопланетянина как будто открыла окошко, через которое боль вытекала из головы. Илья оживал на глазах. Инопланетная рука оторвалась от головы Ильи вместе с болью. Но мало того, что голова перестала болеть, так во всём теле наступила необыкновенная лёгкость. Илья не сразу сообразил, что и привычной ноющей боли в раненой ноге тоже нет. Вот теперь мысли работали чётко и быстро.
   Мысль первая - это не враги, враги не лечат, а калечат.
   Мысль вторая - это хорошие люди и бояться их не стоит.
   Мысль третья - валяться в данной ситуации и при этом размышлять о своём поведении уже смешно и глупо.
   - Ну, положим, мысли у тебя верные, ну а действия будут? Голос звучал, минуя уши.
   Одним рывком Илья вскочил на ноги, ни голова, ни нога болью о себе не напомнили. Даже привычная апатия куда-то делась. Наконец Илья взглянул на своих целителей. Перед ним стояли двое молодых парней типично славянской внешности. Один был яркий блондин, а второй светло-русый. Одеты они были кроме ранее упомянутых ботинок в блестящие комбинезоны с каким-то серебристо - изумрудным оттенком. Шлемов на них не было, только выходящие из воротов комбинезонов толстые скобы, отдалённо напоминающие кислородные маски, прикрывали рты и носы инопланетян.
   Парни с интересом исследователей смотрели на Илью.
   - Привет мужики, - наконец выдавил из себя Илья, преодолевая смущение, ведь не каждый день с инопланетянами встречаться приходится.
   - Привет, коль не шутишь, - ответил светло-русый, продолжая рассматривать Илью.
   - А кто вы? - задал вопрос Илья.
   - Мы люди, разве не заметно, - с ехидцей ответил блондин.
   - Заметно, но какие-то вы не такие, - попытался сформулировать мысль Илья.
   - Ну не всем же быть такими как ты, - опять ехидно заметил блондин, - мы хмельным зельем до состояния праха не упиваемся.
   - Ну, это так, не всегда, просто повод был, а так я ни того, не злоупотребляю, - начал оправдываться Илья.
  

19

   - А остальные тоже так, по поводу, или без оного употребляют, - задал вопрос блондин.
   - По всякому бывает, - ответил Илья.
   - Так кто ты? - задал вопрос светло-русый.
   - Ну, как кто, человек, живу я тут, Ильёй меня зовут, родители у меня здесь, все родичи здесь живут, на охоту я хожу, вот, - неизвестно для чего добавил Илья, - а вы то кто такие?
   - Меня зовут Всеволод, - произнёс светло-русый, - я - арианин.
   - Меня зовут Криворог, - произнёс блондин, - я тоже арианин.
   - А я русский, - пытаясь соблюдать протокольную вежливость, сказал Илья.
   - Какой? - с явно поддельным недоумением спросил Криворог.
   - В смысле, какой? - опешил Илья, - это наша национальность такая, русские мы.
   - Вот я, - арианин, и если я говорю - арианский, то речь идёт о том, что нам, арианам, или мне арианину лично принадлежит, а если ты говоришь, что ты русский, то кто этот русс, которому ты принадлежишь? - Криворог вопросительно смотрел на Илью.
   Русским языком инопланетяне владели настолько безупречно, что у Ильи начало закрадываться подозрение, что его попросту разводят* весёлые ребята, лётчики-испытатели, которым удалось катапультироваться, и которые знают, что ничего им за это не будет.
   - А откуда вы наш язык так хорошо знаете, - спросил Илья.
   - Оттуда, что это наш язык, который вы плохо знаете, - ехидно ответил Криворог.
   - Но у нас это русский язык.
   - Так ты не ответил, - опять пристал Криворог, - кто такие эти русы, которым вы принадлежите.
   - Да никому мы не принадлежим, - ответил Илья, явно не понимая, хода мыслей инопланетян.
   - А какому роду ты принадлежишь? - спросил Всеволод.
   - Какому ещё роду? - недоумённо спросил Илья.
   - Похоже, наш новый знакомец - сирота безродный, - ехидно сказал Криворог.
   - А вы то сами, откуда? - задал вопрос Илья, чтобы уйти от вопросов, смысла которого он совершенно не понимал.
   - Из созвездия Арианы Среднего Звёздного Круга, запомнил куда идти? - похоже, без разного рода хохмачества Криворог жить не мог.
   - Тогда на чём вы прилетели? - спросил Илья.
   - На ней, - ответил Всеволод, ткнув пальцем куда-то за спину.
   Илья, проследив за пальцем Всеволода, и поднявшись вверх из воронки, на кромку кургана, и посмотрел вниз.
   То, что он увидел внизу, в каких-нибудь ста метрах от кургана, с обратной стороны от Мсты, заставило его опешить. Внизу стояла настоящая летающая тарелка, круглая, выпуклая, диаметром метров пятнадцать и высотою метров пять. Сверху казалось, что она как бы висит в воздухе. Но, приглядевшись, Илья заметил, что она опирается на довольно тонкие для её размеров лапы. Входной люк был открыт. От входного люка к земле был откинут ажурный, как бы сотканный из мелких проволочек трап.
  
   * разводят - (сленг) обманывают, дурачат.

20

   По поверхности летающей тарелки в различных направлениях пробегали всполохами искры, и вся она как бы светилась изнутри каким то глубоким светом, ни на что земное не похожим.
   - И вы на ней прилетели из этой вашей Арианы? - спросил Илья.
   - Нет, мы на ней спустились от звездолёта на поверхность планиды, - ответил Всеволод.
   - Судя по всему тебя не смущает имя твоего народа, - опять начал Криворог.
   - А что, это так важно? - вопросом на вопрос ответил Илья.
   - Да, когда хочешь знать с кем имеешь дело, - ответил Криворог.
   - Свою принадлежность к роду, племени и всему народу, - люди, моряне, жуковины, ящеры, сусины, жужели, да и сами богги произносят так, что бы нельзя было задать вопросов, чей и какой? - вмешался в разговор Всеволод.
   - Неужели это так важно?
   - Важнее чем ты думаешь, если ты русс, то ты представляешь народ руссов, а если ты русский, то раб руссов, а руссы поэтому, должны быть наказаны, ибо рабство в нашей вселенной запрещено, а рабовладельчество карается смертью.
   - Но я же не раб.
   - Ежели ты не раб, то и не зовись по-рабски.
   - А как же мне теперь зваться, арианином что ли?
   - Не позорь великий народ, что бы зваться арианином, надо быть достойным этого, это надо заслужить, даже родственнику.
   - Тогда кем?
   - Ещё и ста лет не прошло по вашему летоисчислению, как вы звались великороссами, вот и называйся хотя бы так, - уже без ехидства сказал Криворог. - А за шестьдесят тысяч ваших лет, как вы живёте на Матери Сырой Земле, кем вы только не звались. Не мудрено и забыть, как предки прозывались, - добавил Всеволод.
   - Шестьдесят тысяч лет!? - протяжно повторил Илья и уставился на Всеволода.
   - А чему ты удивляешься? - спросил Всеволод.
   - Ну, как же, в школе учили, там Киевская Русь была, потом крестили. Тысячу лет назад это было, а до этого вроде как дикарями по лесам жили, так в истории написано было, а чем остальные пятьдесят девять тысяч лет занимались, мы в школе не проходили, - путано попытался Илья изложить своё недоумение по данному вопросу.
   Всеволод весело улыбался, а Криворог, откровенно захохотал, глядя на Илью.
   - Я что, какую-то глупость сказал? - спросил Илья, обращаясь к Всеволоду.
   - Ещё какую. Так говоришь, такое былое* вам учитель в училище, преподавал? - уже без смеха спросил Всеволод.
   - Ну, в училище я не учился, это в школе было, на уроках по истории, - начал, было, Илья, но Криворог его прервал. - Скажи Илья, для чего в разговоре, ты свои слова замещаешь словами инородными?
   - Ничего я не замещаю, у нас все так разговаривают, - ответил Илья.
  
   * Былое (Арианск.) - История (Греч.)
  

21

   - А может не все? - спросил Криворог.
   - У нас все, - категорически ответил Илья, - разве что англичане, немцы, французы, китайцы, японцы и другие. Так они по-другому говорят.
   Всеволод и Криворог переглянулись и посмотрели на Илью.
   - Ты считаешь, что Совет так обманулся в своих ожиданиях, - голос Криворога звучал приглушённо, и как бы не откуда, по крайней мере, звука голоса Илья не слыхал.
   - У них тут особый случай, не всё так однозначно, судя по этому Илье, они не глупы, но истинного былого не ведают, язык свой, а вместе с ним и своё будущее утрачивают. Судя по полю знания* их планиды, наука развивается, хотя и очень медленно, умение производить различные устройства - совершенствуется, особенно в создании оружия, которое в основном
   создаётся для самоубийства. Я подозреваю, что на Матери Сырой Земле успешно действует шайка особей атлантского толка**, которая, как и их предшественники-атланты, в умопомрачении рвётся к мировому господству, не ведая о том, что всё это господство, - господство над островом, уходящим под воду, - прозвучал голос Всеволода, тоже как бы не
   откуда и так же приглушённо.
   - А поскольку на пути у атлантов как всегда были ариане, то и обрабатывают их изрядно. Им за последние столетия, судя по полю знания планиды, досталось как никому другому, - продолжил Криворог.
   - Но и били они друг друга как никто другой, - заметил Всеволод, - войны войнами, спесивые дураки спесивыми дураками, но незнание своего былого и коверкание своего языка ничем не оправдано, это ведь единственный путь к спасению с тонущего острова, на котором уйдут в никуда продолжатели дела атлантов, и на этот раз - навсегда.
   - Будешь докладывать совету, что на Матери Сырой Земле арианское сообщество погибает в агонии и на защиту этой планиды можно больше не тратить сил? - спросил Криворог.
   - Не знаю, Криворог, не знаю, просто взять и выбросить из памяти около двух тройных тысяч потомков ариан, вся вина которых только в их наивности и вере в новых вождей. К тому же развязка не так уж и далека, как им кажется. Да и время на более глубокие исследования у нас есть, до открытия пути в Неведу***ещё две десятницы****.
   - Ну, тогда продолжим общение с нашим вновь обретённым сородичем, - раздался, откуда то голос Криворога.
   - Я всё слышал, - решив быть честным, произнёс Илья, - но не всё понял.
   - Не мудрено, - сказал Криворог, - ты лучше расскажи нам, что ты знаешь о своём роде - племени.
   - Ну, дед мой Тимофей лесорубом был, а прадед Пётр в войну погиб, бабку Настей зовут, раньше она в колхозе работала, а прабабку не помню. Отец в колхозе трактористом работал, а мать лён выращивала, вот и всё, - Илья замолчал.
   * Поле знания (Арианск.) - Информационное поле планеты (Греч.)
   ** Атлантского толка - последователи политики атлантов, направленной на завоевание
   мирового господства, без какого либо вразумительного объяснения в необходимости
   этого господства.
   *** Неведа (Арианск.) - пространство за пределами нашей Вселенной.
   **** Десятница (Арианск.) - десятидневка.

22

   - Ну, Илья, что мне о вас Совету доложить? - задумчиво произнёс Всеволод. О том, что родичи ариане, на которых Совет надежду имеет, ни роду своего, ни племени не знают, друг друга люто и беспричинно ненавидят, каждый в каждом врага видит, хмельным пойлом и дурманящим зельем себя травят, ведут жизнь простейших животных и людьми, по сути, уже давно не являются. Особенно деда моего, Ростислава, жалко будет, когда он узнает, что потомки рода Руса на Матери Сырой Земле - одичали.
   - Вы что, со мной поговорили и уже сделали вывод, что у нас вся страна такая, вы вон с городскими поговорите, с учёными всякими, интеллигентами разными, тогда может что-то и прояснится, - возмутился Илья, - даже в разведке данные от одного источника считаются ненадёжными.
   - Не утешай нас, вновь обретённый сородич, - изображая страдание, произнёс Криворог, - поле разума вашей планиды говорит о том, что ты далеко не самый худший, и в этом плане нам можно сказать повезло, да ещё и однодельца нашли.
   Илья почувствовал какую то непонятную подначку, но чем ответить придумать не смог, потому и решил не возмущаться, а задать вопрос.
   - Что ещё за одноделец?
   - Одно дело делаем, ты воин, и мы воины, ты разведчик, и мы разведчики, вот потому и однодельцы, а со знанием своего языка у вас, дело - дрянь.
   - Слушай, Всеволод, а может быть, предстанем боггами и попробуем поставить их на путь истинный, как в былые времена, - с улыбкой, глядя на Илью, сказал Криворог.
   - Не выйдет, с их воспитанием уже опоздали. В высшие силы они уже не верят, в своих силах разуверились, о Матери - Вселенной представления не имеют, благо с пороком перепутали, верят невесть во что, говорят на каких то словесных отбросах, смысла которых и сами не понимают. Дикари одним словом, одичавшие животные, а когда-то ведь лучшими людьми были, - с раздражением произнёс Всеволод.
   Такой оценки в свой адрес, да и всего народа, Илья явно не ожидал. Что человек - хозяин земли, слышал и не раз, что человек - царь природы, слышал постоянно, что человек - царь зверей, тоже слышал, а вот про то, что он дикарь и одичавшее животное, не слышал никогда. Оценка показалась очень обидною, и Илья решил исправить мнение о себе и о своём народе по мере своих сил.
   - Мужики, - сказал Илья как можно задушевней, - ну почему вы решили, что мы дикари? У нас школы есть, где мы с детства учимся, институты, университеты там разные есть, я вот техникум лесной в райцентре закончил, да и люди у нас в селе все нормальные и на дикарей не похожи, разве что с перепою, ну да это временно.
   - Знаешь, Илья, - заговорил Всеволод, - дикий народ или не дикий, определить очень просто. Если каждый представитель этого народа знает свой род и племя. Если видит своё место в роду, и народа своего во Вселенной. Если любит своих соотечественников как братьев и сестёр. Если приносит он лично пользу народу своему. Если едины все в его народе. Если идёт он по пути прави*, к спасению и развитию, - значит он человек, и народ его просвещённый. А ежели живёт он одним днём, любит и жалеет только самого себя. Если уважает только свои потребности.
  
   * Путь прави - соблюдение заветов боггов и традиций народа, жизнь без смертных пороков.

23

   Если знать ничего не знает о своём роде и племени, не видит ничего дальше леса, в котором живёт. Если идёт по пути кривды*, ради ублажения своих прихотей и похотей. Если не приносит пользы своему народу, - значит он, самое что
   ни есть простейшее животное, и права называться человеком, у него нет. Да и народ его, допускающий такую жизнь, дикий и тёмный, где бы, кто бы и как бы его не учил. Потому и проповедников от арианского сообщества к вам больше не присылают.
   - А нам в школе говорили, что дикари это те, что ни читать, ни писать не умеют, просто живут в джунглях, как миллион лет назад, а человек от дикаря отличается своей индивидуальностью, а дикари стаями живут, поэтому мы - не дикари, - возразил Илья.
   - Вот и начинают открываться у Ильи познания в древности, - рассмеялся Криворог, - он уже берётся судить о том, что на Матери Сырой Земле двойную тысячу лет назад было, что не мешает ему не знать своих пращуров, живших каких то сто лет назад.
   - Да и понятия о дикарях, у него какие то перевёрнутые с ног на голову, - продолжил Всеволод.
   - А что, собственно вас удивляет, - пошёл в атаку Илья, - миллион лет назад, бегали по планете обезьяноподобные существа, потом работать начали, и постепенно в людей превратились. Человек произошёл от обезьяны, так в школе учили. Да и откуда бы он иначе произошёл.
   Илья хотел ещё что-то сказать, но, увидев, что Всеволод и Криворог смотрят на него во все глаза, с не меньшим удивлением, чем он сам на них смотрел не так давно, замолчал.
   - Мать моя Вселенская, - подал, наконец, голос Всеволод, - даже кошку нельзя убедить в том, что она произошла от крысы, а их убедили, в том, что они произошли от обезьяны, и они даже не удивляются такой несуразице.
   - Так это наукой доказано, Дарвин, такой учёный в Англии был, он и доказал всем, что человек произошёл от обезьяны, потому, что много работал. Труд сделал из обезьяны человека, - не сдавался Илья.
   - Илья, один вопрос тебе, - трясясь, от сдерживаемого смеха произнёс Криворог, - почему, при такой жизни, какую вы ведёте, и нравственно, как люди почти выродившись, вы до сих пор не вернулись к обезьяньему обличию, что для вас было бы более уместно?
   - Если вы такие умные, то и подсказали бы от кого, откуда нам известно, может из космоса, какая то букашка залетела и развилась, а так из того, что по земле ходит, мы больше всего на обезьян похожи, - возмутился Илья.
   - Э-э-т-т-о то-о-очно, - сквозь смех с трудом произнёс Криворог, и, схватившись за голову с громким смехом, раскачиваясь из стороны в сторону, пошёл кругами по вершине кургана.
   - Надо бы всех обезьян, живущих на этой планиде, обучить производству хмельного пойла, - со смехом выдавил из себя Всеволод. - И тогда мать родная не отличит, кто из них кто, - сквозь смех продолжил Криворог.
  
   * Путь кривды - обычная жизнь без соблюдения традиций, направленная на удовлетворение
   своих животных потребностей за счёт окружающих.

24

   Всеволод хохотал, сгибаясь в пояснице, время от времени он с большим трудом произносил фразу "трудящаяся обезьяна", после чего хохотал ещё громче, при этом он постоянно промокал текущие из глаз слёзы вынутой из кармана салфеткой.
   - Илья, это пойло хмельное сделало из обезьяны человека, а не труд - борясь со смехом и раскачиваясь из стороны в сторону выдавил из себя Всеволод.
   - Потому, что на трезвую голову ни одна тварь в лесу работать не станет, - сквозь смех продолжил Криворог и заржал ещё громче.
   Хоть и не мог Илья до конца понять, чем же он так насмешил инопланетян, и что смешного они нашли в происхождении человека от обезьяны, но смеялись Всеволод и Криворог так заразительно, и так весело, что и сам он не заметил, как составил им компанию. Теперь и он сам заливался смехом так, как никогда в жизни.
   - Ой, Мать моя Вселенская, не могу, никогда не думал, что можно так смеяться, - выпрямляясь и продолжая бороться со смехом, произнёс Всеволод.
   Криворог уже не смеялся, но продолжал передвигаться по кругу и слегка всхлипывал. Вдруг он остановился, и твёрдым голосом, каким обычно руководят боевыми действиями уверенные в себе командиры, произнёс, обращаясь к Всеволоду, - Воевода, к нам гости.
   Со стороны села, а ещё, вернее, со стороны пристани, к кургану приближалась процессия недавних посетителей пивного ларька, во главе с Ленкой.
   Прождав возвращения Ильи до обеда, и не дождавшись его возвращения, Ленка объявила его без вести пропавшим и объявила набор добровольцев. Пивной ларёк к тому времени свою притягательную силу утратил, окончательно освободившись от легального пива и нелегального самогона. Но ввиду того, что к обеду должны будут гостеприимно распахнуться калитки домов родителей Мишки и Кольки, большого количества волонтёров Ленка набрать не смогла, даже притом, что сами Мишка и Колька вызвались пойти в добровольцы. Правда спрашивать теперь о здоровье прибывших из армии воинов уже не получится, ввиду того, что недавно расстались. Но сообщить родителям о том, что ушли Мишка и Колька разыскивать пропавшего в лесу Илью, безусловно, надо, а это уже достаточный повод оказаться за столом, что на текущий момент для многих оказалось гораздо важнее поисков пропавшего Ильи. Поэтому, ввиду тяжёлых похмельных обстоятельств, вяло, еле переставляя ноги, за Ленкой следовали только Мишка Бахарев, Колька Ухарев, Вовка Бахарев и Женька Стружкин. Экспедиция следовала с отставанием от предводительницы метров на тридцать - сорок, но дружный хохот с вершины кургана заставил всех прибавить шагу. На вершину кургана Ленка забралась первой. Увидев Илью, и двух незнакомых парней в странном одеянии Ленка остановилась. Судя по тому, что все трое продолжали время от времени смахивать слезинки с глаз, ржали на всю округу именно они. Судя по смеху, никому здесь ничего не угрожало, но были эти двое парней какие то необычные. Ленка, было, подумала, что это друзья Ильи из разведки. Не ускользнуло от её внимания и то, что Илья разительно изменился, в этом непринуждённо улыбающемся парне, тяжело было узнать утреннего хмурого, молчаливого и больного с похмелья мужика. Но все внутренние раздумья и наблюдения Ленки вылились только в одно слово.

25

   - Здравствуйте, - сказала она, обращаясь к парням.
   - Здравствуй красавица, - ответили Всеволод и Криворог, одновременно приложив правые руки к груди и слегка кивая.
   - Илюша, это твои друзья по разведке? - спросила Ленка.
   - Нет Лена, они - инопланетяне.
   - Да брось ты, так я тебе и поверила.
   - Поверишь, - произнёс Илья и, обращаясь к Всеволоду и Криворогу, более громко сказал, - вот знакомьтесь, это Елена, вообще-то Ивановна, - и, обернувшись к Ленке, указывая на Всеволода и Криворога продолжил, - а это Всеволод, а это Криворог.
   - Криворог, странное имя ..., произнесла она, но продолжить свою мысль ей не дали.
   - Ага, вот ты где, а мы то думаем, где твои косточки искать будем! - заорал во всю глотку появившийся Мишка.
   - Мы значит, его в розыск объявили, а он со своими корешами* анекдоты травит, вы что мужики, на сухую оттягиваетесь, - бесцеремонно обращаясь к Всеволоду и Криворогу,
   заорал появившийся Колька.
   Между тем на курган взобрались и Вовка с Женькой.
   - Привет мужики, - громко заорал Вовка, и протянув вперёд руку в приветствии, быстрым шагом направился к стоящим рядом Всеволоду и Криворогу.
   - Меня Вовка зовут, - доброжелательно произнёс он.
   - Всеволод, - произнёс Всеволод и приложил правую руку к груди.
   - Криворог, - повторил Криворог жест товарища.
   Вовкина рука осталась висеть в воздухе.
   - Илья, - обернувшись к Илье, произнёс Вовка, - странные у тебя кореша, представляются кличками, руку человеку пожать им, видите ли, западло**, так ведь можно не глядя на прикид*** и по фэйсу**** получить. У нас в десантуре***** и не таких обламывали.
   На Вовкину тираду Всеволод и Криворог прореагировали на редкость хладнокровно, так как чтобы понять, что произнёс Вовка, даже инопланетному разуму нужно было время для понимания, и если бы не дурацкий обманный замах, проведённый Вовкой в рамках ВДВэшных традиций, то никакого инцидента не было бы. Но замах был произведён, и Вовка, получил удар, по силе очень напоминающий тот, когда лет шесть назад он на отцовском мотоцикле на полной скорости приложился к сосне. Пролетев по воздуху, Вовка шлёпнулся на другой край воронки, где и затих на время. Ленка громко вскрикнула, а Женька бросился к нему, чтобы убедиться, что приятель жив. Мишка и Колька стояли плечом к плечу, приготовившись к обороне.
   - Илья, - обратился к Илье Женька, оторвав голову от Вовкиной груди, - что-то кореша твои ведут себя не по делу. Может они и очень крутые, но здесь пыжиться не перед кем.
  
   * Кореша (Сленг) - приятели.
   ** Западло (Сленг) - позорно.
   *** Прикид (Сленг) - одежда.
   **** Фэйс (Сленг) - лицо.
   ***** Десантура (Сленг) - Воздушно-десантные войска.

26

   - Женька, приличные люди сначала знакомятся, а потом права качают, это не мои кореша, они инопланетяне, вон за курганом у них и летающая тарелка стоит, - как можно убедительнее ответил Илья.
   Женька, убедившись, что Вовка жив, медленно встал и неторопливо, в готовности к обороне, пошёл по краю воронки на другую сторону кургана. Опасливо обойдя Всеволода и Криворога он вышел на край кургана и глянул вниз. Его рот самопроизвольно открылся, и Женька застыл в ступоре. Мишка и Колька спокойно, что бы не напрягать этих, как выразился Илья, инопланетян, направились к застывшей Женькиной фигуре. Следом за ними, но по другой стороне кургана направилась Ленка.
   Подойдя к неподвижно застывшему Женьке, вся компания взглянула вниз и замерла. Первым из оцепенения вышел Мишка, и громко произнесённое "ни фига себе", стало доказательством того, что дар речи к нему вернулся. Он обернулся назад, посмотрел на силящегося сесть Вовку, и, став по стойке "смирно" торжественно произнёс:
   - Граждане Зелёной Горки, первый контакт с неземной цивилизацией произведён, контактёр Вовка узнал, что пришельцы за руку не здороваются и шуток с нападениями не понимают.
   Между тем Всеволод направился к лежащему, после бесполезных усилий сесть, Вовке. Увидев это, Мишка крикнул Илье:
   - Илья, он не добивать его пошёл, а то у меня веры к ним нет?
   - Не волнуйся, - ответил Илья и пошёл за Всеволодом.
   Подойдя к лежащему на спине Вовке, Всеволод наклонился над ним и, приподняв ему голову, положил её затылком на свою правую ладонь. Вовка открыл глаза, поначалу блуждающий взгляд, наконец, остановился на Всеволоде. Во взгляде Вовки промелькнуло опасение, но Вовка не был бы Вовкой Бахаревым, если бы не выдал:
   - Что, дружбан, совесть замучила, здорово ты ко мне приложился, хотя и зря, шуток, что ли не понимаешь?
   - Друзьями мы ещё не стали, совесть меня не мучает, соприкоснулось с тобой защитное поле, а шутки я понимаю, - сказал Всеволод, убирая руку от Вовкиной головы, - а ты совсем здоров, вставай. Раздавшийся Ленкин крик, - Мишка, не лезь туда! - привлёк к ней общее внимание.
   Пока все с волнением наблюдали за действиями Всеволода в отношении Вовки, Мишка, что называется кубарем, скатился с кургана и во весь опор помчался к летающей тарелке. Пока все собрались на западной стороне кургана, Мишкина нога уже нависла над трапом.
   - Я сегодня больше похож на целителя, чем на воеводу, - сказал Всеволод и начал спускаться с кургана, - а вы смотрите, и запоминайте, кто бы к вам не прилетел, результат будет одинаков.
   Между тем, преодолев вопли внутреннего голоса о крайней степени безумия планируемого действия, и последующую за этим нерешительность, Мишкина нога ступила на трап.
   То, что увидели все с кургана, можно было назвать тихим взрывом, брызгая по сторонам искрами на манер бенгальского огня, Мишка, пролетев по воздуху метров двадцать, с треском приземлился в кустах, где и замер без движения, но уже через несколько, показавшихся всем бесконечными секунд, над его бесчувственным телом склонился Всеволод.

27

   - Круто вы с гостями обходитесь, - произнёс вышедший из задумчивости Колька, обращаясь к Криворогу.
   - Вообще то гости мы, а хозяева здесь вы, но хозяева плохие. Благодарите воеводу, что он ищет у вас человеческие черты далёких предков из рода Роса, да и то по просьбе своего горячо любимого деда Ростислава. Будь кто другой, давно бы доложил Совету о наличии одичавшей и злобной массы населения, считающей себя потомками обезьян, - при этом он весело фыркнул, - и об отсутствии необходимости охранять планиду Мать Сыру Землю, после чего ящеры занялись бы вами уже не воровато, а с полной очевидностью.
   - Ты хочешь сказать, что на нас ящерицы охотиться будут, а вы на это спокойно смотреть будете, - обращаясь к Криворогу, сказал Колька.
   - Ну, спокойно или не спокойно, а защиту снимут. Разве что, как в былые времена, кто-то захочет переселиться сюда и разделить с вами вашу судьбу. Но для этого надо, что бы хоть кто-то, относился к кому-то из вас, как к человеку. А пока кроме этой красавицы, - Криворог приветливо кивнул в сторону Ленки, - все нами встреченные в этой местности, озабочены были только опохмелкой, как вы это называете.
   - А если всё так невесело, то чего вы тут ржали, - спросила Ленка, обращаясь к Илье.
   - Да вот, сказал я им, что мы от обезьян произошли, они и заржали, да так ржали, что и я, глядя на них, завёлся, - ответил Илья.
   - Илья, а чего они сюда прилетели, - спросил Колька.
   - Да не совсем я понял, но вроде как у деда Всеволода, это которого воеводой зовут, у нас на Земле родственники какие-то живут, вот и прилетели проведать, а нарвались на нас, чему похоже не очень рады, - ответил Илья.
   - А чем мы их не устраиваем, - спросила Ленка, обращаясь к Илье.
   - Да всем, - ответил Илья, - истории своей не знаем, предков своих не знаем, зовёмся, по их мнению, не так, разговариваем не так, ведём себя не так, вообще, как они выразились, дикари и одичавшие животные. Подсказывает мне шестое чувство, какое то, что есть на нас у них виды, но не подходим мы им по причине недостатка воспитания.
   - И что теперь будет? - насторожено спросила Ленка.
   - Воспитывать будут, а не воспитают, то ящерам скормят, что бы глаза не мозолили, - сделал заключение Илья.
   - Не хочу к ящерам, пусть хоть каждый день морду бьют, но воспитывают, - заявил Вовка.
   На вершину кургана поднялись Всеволод и Мишка.
   - Илюша, - тихо обратилась к Илье Ленка, - а чего они так по-русски шпарят, может это наши, но продвинутые* какие-нибудь, вот и прилетели над нами сельскими поиздеваться.
   - Нет Лена, инопланетяне они настоящие, а язык они говорят у них арианский, у нас тоже арианский, но, по их мнению, изрядно испорченный и загаженный, - ответил Илья.
   - Так мы что, тоже ариане, - спросила Ленка Илью. Но ответил ей уже Всеволод.
  
   * Продвинутые (Сленг) - развитые.
  

28

   - Да, вы потомки арианских родов, которые шестьдесят тысяч лет назад, по вашему летоисчислению, в преддверии гибели Матери Арианы были переселены на Мать Сыру Землю.
   - Десятки арианских родов были расселены боггами по Вселенной, - продолжил Всеволод, - и сейчас ариане живут на шестнадцати планидах. Мать Сыра Земля семнадцатая планида, где живут, или, по крайней мере, жили ариане. Для того, чтобы народ, живущий во Вселенной был бессмертен, ему нужно добраться до высокой степени духовного и научного совершенства. Первым шагом к спасению народа в нашей Вселенной является либо полёт своего звездолёта на разведку путей к свободным планидам, которые могут стать для народа Матерью, либо достижение народом такого высокого духовного уровня, что гибель такого народа станет непереносимым горем для его собратьев во Вселенной, и они позаботятся об этом народе. Но это только первый шаг, найденную планиду надо ещё обустроить, чтобы сделать её пригодной для жизни, а дело это зачастую опасное, как и вся жизнь во Вселенной, но что бы это понять, нужна большая память народа, а у вас, её, к сожалению нет. На Матери Сырой Земле живёт более двух тройных тысяч потомков ариан, которые возможно и нужны Арианскому Союзу, но, глядя на вас, мало кто решится, что-либо вам доверить.
   Всеволод оглядел внимательно своих слушателей и продолжил, - вот для того, что бы дать ответ на вопрос Совета, пригодны вы или нет для совместного труда в Арианском Союзе, мы сюда и прилетели, и то, что мы увидели, нас не обрадовало. Но посмотрим, что даст изучение поля памяти вашей планиды, силовым полем искусственного разума нашего звездолёта, ждать уже не долго осталось.
   - Воевода, дозволь Моска сменить, он результат исследования получил и на местных жителей тоже посмотреть хочет, - обратился Криворог к Всеволоду.
   - Дозволяю, - ответил Всеволод и Криворог направился к летающей тарелке. Спустя пару минут, на курган поднялся третий инопланетянин, был он коренаст, с широченными плечами и мощной шеей, смугловат, а чёрные глаза и чёрные как смоль волосы подчёркивали законченную мощь этого человека. Несмотря на всю свою мощь и видимую тяжесть, передвигался он очень легко. Он быстрым шагом подошёл к Всеволоду и сказал, - Воевода, результат получен.
   - Познакомься, - сказал Всеволод, указав на зеленогорцев, тихо стоящих рядом с ним.
   - Я - Моск, - сказал инопланетянин, приложив правую руку к груди и слегка кивая.
   Вся компания представилась, в жестах стараясь подражать инопланетянину.
   - Моск, странное имя, какое, - тихим голосом, как бы к себе самой обратилась Ленка, но новый знакомый её услышал.
   - Странное, но только для тех, кто живёт в государстве, столица которого носит имя князя Моска Светозарыча, основавшего Москов-град без малого полтора тысячелетия тому назад по вашему летоисчислению, - ответил Моск с обаятельной улыбкой.
   - А нам в школе говорили, что Москву основал князь киевский Юрий Долгорукий, - вступила в полемику Ленка.

29

   - Основывают красавица то, чего до того не было, а то, что уже существовало столетия, можно либо восстановить, либо вывести из забвения или запустения. А то, глядя на ваши обычаи, судя по названиям ваших сёл и городов, их основывают каждое десятилетие, - с печальной улыбкой ответил Моск.
   - Моск, расскажи нашим родичам, что о них думает искусственный разум нашего звездолёта, - приказал Всеволод.
   - А стоит ли, Воевода, ничего радостного они не услышат, - как-то смущённо ответил Моск. Не вижу я ничего радостного в жизни рода людского на этой планете. Мало того, что одичали, такое во Вселенной случается, к сожалению, так они, пожалуй, единственные, кто уже создал и накопил столько оружия, что раз двадцать могут себя уничтожить. Да ладно бы только пугали бы друг друга, они это всерьёз рассматривают.
   - Стоит Моск, ибо ещё несколько десятилетий такой жизни, и тогда терять им уже будет совсем нечего, - ответил Всеволод.
   - Это точно, - согласился с Воеводой Моск, - если так и далее издеваться над планидой, то уже и войны не понадобится. За те двенадцать двойных тысяч лет, что разные людские роды на Матери Сырой Земле обитали, пожалуй, только ящеры сумели больше, чем они, здесь нагадить, когда войну с ассеями затеяли.
   - Да и то, - ответил Всеволод, - ящеры на Мать Сыру Землю на время прилетели, как они считали, не зная, что могилу свою тут найдут, а у этих другого дома нет, самоубийцы, что тут ещё скажешь.
   - Ну что ж, пусть услышат, - сказал Моск, и пригласив всех жестом за собой, направился на дно воронки.
   Все расселись на внутреннем скате. Моск сел напротив. Всеволод уселся несколько выше и справа от Моска.
   - Воевода повелел мне рассказать вам о том, что мыслит о вас искусственный разум нашего звездолёта, это исследование станет составной частью отчёта Воеводы Совету. Как бы для вас это не было странным, слушайте внимательно и думайте. Изучая поле знания Матери Сырой Земли, даже беспристрастный искусственный разум нашего звездолёта пришёл в изумление. Он доложил, что в поле знания Матери Сырой Земли, истинные знания составляют не более семи сотинок,* всё остальное - ложь. То, что я вам скажу, будет для вас неожиданным, потому, что живёте вы мире лжи. Многое вам может показаться обидным, но как вы и сами говорите, лучше горькая правда, чем сладкая ложь. Если вопросы возникнут, то по окончании сказа отвечу. Вижу, Воевода на вас в надежде, постарайтесь ему угодить, он для вас последняя опора во всей Вселенной. Ну, слушайте, разговор будет долгий.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   * Сотинка, сотая часть (Арианск.) - процент (Латинск.)
  
  

30

Глава третья

   Поняв, наконец, что это не чья то шутка, что перед ними хоть и дружественные, как можно было понять, но всё-таки - инопланетяне, шестеро молодых зеленогорцев внимательно слушали Моска. Воронка только усиливала голос рассказчика, который с беспристрастным лицом, глядя, куда то далеко перед собой, рассказывал о прошлом и настоящем ариан на планете, которую инопланетяне называли как в сказке, Мать Сыра Земля.
   - Долго, очень долго Мать Сыра Земля была для жизни непригодна. Двойную тысячу лет назад, по вашему летоисчислению, шла здесь война между великим народом ассеев, по развитию своему мало и боггам уступающим, и ящерами с соседней планиды Розы. Предвидя свою гибель из-за вспышки на Сурье, - Моск рукой указал на светящее в ясном небе Солнце, - ящеры силой решили захватить Мать Сыру Землю и Мать Красну планиду, где жили ассеи, шуветы, башамы и другие народы. Нападение было внезапным. В результате этой страшной войны, жизнь на Матери Красной планиде исчезла совсем, а на Матери Сырой Земле остатки ассеев и остатки ящеров доживали свою жизнь в пещерах и подземельях. В ваших былинах остались воспоминания о великанах и драконах, вот это они и есть. Десять тысяч лет тому назад не стало последних из них. Погибли и остальные жители планиды. На опустевшую планиду боги переселили хуматов с погибающей планиды Старты, но и им на Матери Сырой Земле не повезло. Около двухсот тысяч лет назад, по вашему летоисчислению с Матерью Сырой Землёй случилась страшная беда. Огромная хвостата, проходя через Круг Сурьи, столкнулась с планидой Ледяной. Сила взрыва превратила и планиду и хвостату в облако осколков, немалая часть которых столкнулась с Матерью Сырой Землёй, сделав её ещё более сырой и погубив на ней почти всё живое, а последовавшие затем одно за другим столкновения с кусками планиды Ледяны и хвостаты, добили всё остальное. После этого вашу планиду долго звали Мачеха Сыра Земля. Притягательным на ней оставалось только обилие воды, основы жизни во всей Вселенной, и всего необходимого для научного познания и развития. Таких богатых планид во Вселенной много, но не настолько, что бы забыть про неё. Сто тысяч лет тому назад, по вашему летоисчислению, богги переселили сюда племена атлантов. Поначалу атланты строго следовали заветам боггов, и по прошествии двух тысяч лет находились уже в одном шаге от спасения. То, что вы имеете сейчас, бледная тень на общество, созданное атлантами. Прекрасные города, цветущие поля, развитая наука, великие устройства, самолёты и самоходы, куда совершеннее ваших нынешних достижений. Богги с радостью смотрели на своих питомцев и уже ожидали их в сообществе бессмертных народов, но ошибка в расчетах сыграла с атлантами злую шутку. Рассчитывая изменение пути опасного для Матери Сырой Земли звёздного камня, атланты допустили небольшую ошибку, и звёздный камень рухнул на Мать Сыру Землю. Бедствие было таковым, что стёрло с лица планиды всё атлантское сообщество. Оставшиеся в живых, прошли многовековой путь, от образованного народа до стай дикарей, и только спустя сорок столетий начали возвращаться к человеческому сообществу. На то время было атлантов крайне мало, всего несколько десятков тысяч. За столь малый народ нельзя поручиться, что он выживет.
  

31

   Поэтому, когда шестьдесят тысяч лет тому назад по вашему летоисчислению, возникла угроза гибели старой планиды Матери Арианы, ариане из двадцати семи арианских родов были переселены боггами сюда.
   Родовичи Алдореха, Богумира, Славы, Квасуры, Яра, Руса, Поляна, Кисека, Скифа, Словена, Хора, Ляха, Чеха, Кимра и Анта обосновались на цветущем берегу тёплого Арианского моря, при вхождении в него Каменного Пояса. Родовичи Орея, Севра, Одина, Ильмера, Думба, Боруса обосновались на островах Арианского моря, а родовичи Венда, Гермареха, Гота, Гора, Сармата и Пруса основали свои города на берегах великой реки Ра.
   Десять тысяч лет прожили ариане спокойно, жили они по прави, по установленным законам, вече правило мудро и справедливо. Да только розмыслы и учёные, промышленники и заводчики особым почётом не пользовались потому, что мешали тихой и спокойной жизни, да ещё поверье жило, что Мать Ариана из-за них погибла, что на самом деле истине не соответствовало.
   Да ещё считали ариане Мать Сыру Землю истинным ирием*, и полагали, что стремиться им более уже некуда. Работали они на земле, так же как и предки их работали, жизнь свою считали, как я уже сказал, ирием, считая, что это будет это вечно. Не шли они по пути совершенства и развития, умными устройствами рукотворными пренебрегали, ибо забыли они о вечном пути к спасению, славили боггов, за то, что не покинули их в трудный час, за то, что одарили их такой Матерью - планидой, и что вся она стала вотчиной ариан. И вот пятьдесят тысяч лет тому назад, по вашему летоисчислению, на головы ариан упала кара Вселенская, в виде громадного камня небесного, размером более четырёх выстрелов** в поперечнике. Из-за колебаний, трясок и потопа, каждые четверо из пяти ариан - погибли. В довершение всего произошедшего, наступила великая стужа, и остатки ариан бросив всё, что было нажито за долгие годы, бежали на полдень, где не было такого гибельного холода. В этом повальном бегстве погибали и наставники и вечники и розмыслы и заводчики. Рухнули в одночасье и вечевая власть, и устройство и законы. Каждый жить хотел, и рад был найти того, кто к спасенью его приведёт. А кто более привычен, искать из бед выход, кто более приспособлен к бездомью? Конечно воины. Вот они и стали властью для бегущего и гибнущего народа. Вывести на полдень народ они вывели, но отойти от власти они уже не смогли, да и не захотели, ибо считали ту часть народа, что они вывели из беды, своими родами, жизнью им обязанными.
   Вот тогда, вместо общего для всех имени - Ариане, стали звучать прозванья родовые, Слав, Рус, Скиф, Хорс, Словен, Ант. Волхвы, конечно накопленные знания хранили, и былое ведали, но ждали времени подходящего для передачи их народу, но время это всё не приходило. Пока народ жизнь налаживал, да заботами загружен был ему как-то, не до высших знаний было, выжить бы, но когда время для знаний уже настало, то волхвы, не будучи уверенны в этом, решили хранить знания и дальше.
   Знания столь бережно хранили от невежд, что и не заметили, что вокруг малой и старой кучки знающих, выросло уже не одно поколение, которым знания эти уже и не нужны оказались.
  
   * Ирий (Арианск.) - рай (Русск.)
   ** Выстрел (Арианск.) - длина полёта стрелы из лука - 400 метров

32

   Спохватились волхвы, да поздно оказалось, некому знания передать, записали глаголицей в сшивах священных, да некому эти сшивы прочесть было.
   Да и зачем пастухам и хлеборобам тайны создания оружия волнового, луча огненного и всепроникающего, связи дальней волновой, перемещений мгновенных, устройств силовых, самолётов и самоходов, добычи руд и горючего из недр планиды, им скот пасти нужно да землю возделывать надо.
   Вот и появилось на месте единого, могучего и учёного народа, много разнородных, слабых и диких народцев, да каждый с гонором, от воспоминаний о былом величии. Вождями, князьями да хаканами у каждого мелкого рода, как я уже сказал, стали в основном воины, а дело у воина - воевать. Вот и начали воевать, а если нет врагов, то остаётся воевать друг с другом. Может, и перебили бы арианские роды друг друга, но появился тут общий враг - атланты. Движимые глупой мыслью, присущей всем несовершенным и ущербным народам, мыслью о мировом господстве, они пришли с заката покорять арианские роды. Перед смертельной угрозой ариане объединились, и после длительной войны, продолжавшейся несколько столетий, атланты были почти полностью уничтожены и их остатки бежали туда, откуда и начали своё нашествие, на остров Атлантиду. Часть атлантов в заморские земли бежала. Осознание своей силы, помогло арианам встать на путь прави и начать объединение. Снова понадобились знания предков, но современные волхвы знаний имели уже меньше, чем простой арианин во времена былые. Действительные знания превратились в легенды, сказы и домыслы. Но и это уже было благом, по сравнению с войной, не имеющей ни начала и ни конца. Снова у народа появились и наставники и учителя. Снова народ созвал вече, которому поручено было вести ариан по пути прави и привести в чувство завоевавшихся вождей. Но тяжко жить без власти тому, кто привык властвовать. Поэтому вожди и бывшие воеводы, со своими прихлебателями занялись подстрекательством к войне соседних народов, дабы показать свою необходимость и вернуть себе власть. Но не они одни так мыслили, и в землях иньских так же воеводы мыслили, потому вместо быстрых побед и скорой славы, навязали они арианскому народу войну с иньскими народами на полтора столетия. Никто от той войны ничего кроме разорения не получил, а арианам ещё долго пришлось залечивать раны, нанесённые войной.
   Наверное, и для вас не в новину, что войны не дают развития народам. Развивается только оружие и способы убивать. А человек не развивается, он диким зверем становится. Вот и ариане, с каждым тысячелетием уходили всё дальше и дальше от пути, предками завещанного, а попросту - дичали. В то время, как на других планидах ариане шли по пути развития, на Матери Сырой Земле ариане дикарям уподобились. Воззвали к боггам все арианские народы, о помощи сородичам на Матери Сырой Земле, жизнь которых стала вечной каре подобна. Вместе с боггами, Дажьбогом, Кришнем, Колядой, Купалой, Ярилой и Ильмом, прибыли на Мать Сыру Землю сто вольников из ариан. Их трудами вернули заблудших ариан на путь спасения. Довели до народа арианского священные Веды, место указали во Вселенной, законы установили священные для всех ариан, навыкам и ремёслам забытым обучили, грамоту глагольную дали и по пути прави повели. Радость засветилась в глазах арианского народа, из безвременья на путь спасения ступившего.

33

   Всё арианское сообщество вздохнуло с облегчением, радость сердца охватила, и должны были в близкое время ариане воссоединиться во Вселенной всеми своими родами. В Киммерию, государство Богумира Великого, даже иньские народы сами с радостью пришли. На весь мир Киммерия раскинулась.
   Но беда снова подстерегла арианское сообщество. Забыл Богумир Великий о заветах предков, возомнил себя боггом, а несогласных силою оружия вразумлять вздумал. Боги предупреждали Богумира о грядущей великой беде, но он не внял словам богов, считая себя им равным.
   Хоть и достиг он вожделенного для всех правителей мирового господства, но радости от этого ни он, ни люди не получили.
   Пошли раздоры в государстве, даже запуганные и забитые остатки племени атлантов, кое-где в шайки объединились, и народ мутить начали. Закончилось правление Богумира страшной войной, в которой утеряли ариане остатки своих знаний и умений, да и мораль свою терять начали, война она и есть война. Правильно в народе говорят, - беда не приходит одна. И спасения от той беды у ариан не было, так как не шли они по пути спасения.
   Тринадцать с половиной тысяч лет тому назад, по вашему летоисчислению, эта беда и свершилась. Большая хвостата пришедшая из Вселенной, сквозь Круг Сурьи прошла. Хвостата, та самая, о которой богги Богумира Великого предупреждали. Свела хвостата со своего круга планиду Луну и столкнулась с многострадальной Матерью Сырой Землёй. Страшные колебания, тряски и потоп уничтожили почти четыре пятых всех родов арианских, три четверти народов иньских, и почти всех бхутов и атлантов, вместе с Атлантидой.
   Все народы, жившие на Матери Сырой Земле, снова пришли в упадок, утратив знания и умения, которые дали им богги. Снова метались по рушащейся планиде люди, ища спасения от бушующих стихий. И снова, как в былые времена, воззвал погибающий народ к людям сильным и смелым. Воззвали к тем, кто может вывести к спасению, и это были, конечно, воины, как вы уже и сами понимаете. И снова, как в былые времена, некогда единый народ, распался на малые роды, забывая имя своё и именуясь родовыми названиями и именами своих новых вождей. И как прежде воины не захотели расстаться с полученной властью и стали искать войну на развороченной планиде, губя те немногие людские сообщества, которым посчастливилось выжить после свершившегося бедствия.
   Как и в былые времена, воззвали все арианские роды к боггам, о спасении гибнущих соплеменников на Матери Сырой Земле. Услышав воззвания арианские, дозволили богги отправиться на Мать Сыру Землю Яруне из рода Ария и с ним пятидесяти вольникам.
   Много сил положили они на объединение воюющих друг с другом родов, на восстановление учений и навыков, на внушение знаний Вед одичавшим народам. Не всех ариан удалось Яруне объединить, потому и зваться стали вокруг Яруны объединившиеся не арианами, а арийцами, по Ярунову роду. Да и это уже благом было, так как от земного трясения и колебания, а затем и от холодов вновь пришедших, вывел народ арийский в тёплые края Яруна почти в целости и сохранности, со скотом и скарбом. Мелким же народам, в большинстве своём и спастись не удалось. Яруна же, за то, что народ спас, большое уважение получил.
  

34

   Но, как и прежде другие до него, перед гордынею не устоял и затребовал для себя единоличного, на всю жизнь свою правления и наследственного для своих сыновей. Этим он народ и расколол. Одни говорили, что, мол, более достойного правителя и не найти, а другие, что Яруна сам Веды доводил, а Веды право правления только за Вечем признают. Тут как тут мелкие шайки наследников атлантов объявились со своим вечным и неистребимым желанием мирового господства. Поскольку в учении своём проповедовали они путь кривды, а путём кривды идти куда как легче, чем путём прави, то и сторонники у них появились. А, увидев, что сторонники у них есть, проатланты совсем страх утеряли и головы подняли. Помнила народная память врагов страшных, - атлантов, ну так они себя атлантами и не называли, ибо ложь была и остаётся их главным оружием. Наследники же атлантские, видя угрозу в учении ведическом, сторону Яруны приняли и на волхвов Яруну подстрекать начали. Да только уничтожить волхвов родовые вожди, с Яруной несогласные, не дали. На том и весь народ разделился, как враги друг против друга стали. Так и достоялись до следующего трясения планиды, после которого кто на полночь двинулся, кто на восход, кто на закат, а кто на месте остался. И не было больше единого арианского народа, а были только потомки его разноплемённые. Некоторые ещё помнили, что родовичами являются друг другу, а иные и этого не знали. Сумели таки проатланты раскол незаживающий в некогда единый арианский народ внедрить и друг с другом поссорить.
   Вот так и воюете вы уже четыре тысячелетия за ущербную и глупую мысль атлантскую о мировом господстве, не вникая в то, что сами говорите о себе и о противнике, - "встали друг против друга", а друг с другом и воевать то не должны. Ни один народ просвещённый такого глумления над собой никогда не допустил бы. Такое можно проделать только с дикарями, считающими себя потомками обезьян.
   Смотрит теперь на вас с горечью и содроганием всё арианское сообщество и не ведает, что можно с вами сотворить, либо спасать, либо загубить своими руками, что бы чужого глумления над вами не увидеть. Трижды вам удавалось возродиться после бед великих, но последние четыре тысячи лет кроме надежд и разочарований мы ничего более значимого на Матери Сырой Земле не видим. Похоже, вы и сами смирились с грядущей гибелью в объятиях атлантов. Взывали ариане как и прежде к боггам, да не вникли богги просьбам нашим. Ответили они, что родовичи мол ваши, силы своей у вас самих достаточно, вот и делайте с ними, что хотите, а они, богги, тратить сил на нелюдей больше не будут, пока чуда не случится и родовичи арианские с планиды Земля, которую они и Матерью уже не зовут, вновь людьми не станут.
   Вот и всё ваше былое, настоящее не лучше, а будущее ничем кроме горя назвать нельзя. У кого вопросы появились, спрашивайте, отвечу, если смогу.
   Тяжёлая тишина была ответом на сказанное Моском. Слышно было щебетание птиц в лесу, жужжание залетевшего в воронку жука, но молодые зеленогорцы сидели молча, как будто придавленные тяжёлым грузом. Такую историю рода человеческого они услышали впервые, а то, что в школе учили, показалось таким мелким и таким глупым, что и вспоминать не хотелось.
   - Моск, - первым, после затянувшегося молчания, подал голос Илья, - а откуда всё-таки человек произошёл?
  

35

   Сидевший за спиной Моска Всеволод рассмеялся, - что, проняло? - с улыбкой спросил он у Ильи.
   - Проймёт, надо мной ещё никто в жизни так не смеялся, - так же с улыбкой ответил Илья, инопланетяне вызывали у него всё большую и большую симпатию.
   - Это, пожалуй, лучше воевода вам расскажет, он у нас, из круга посвящённых, - сказал Моск, полуобернувшись к Всеволоду.
   - Ладно, мог бы и сам рассказать, эту былину у нас всякий знает, - ответил Всеволод. Помолчав, он продолжил, - ну да ладно, слушайте, коль интересно.
   Зеленогорцы превратились в слух, им, наверное, первым в мире настоящие инопланетяне рассказывают о происхождении человека, поэтому они боялись пропустить хотя бы одно слово рассказчика, уверенный голос которого зазвучал в воронке.
   - Было это очень давно, уже и боггов в живых нет, чьи прадеды об этом твёрдо знали, ибо было это не то пять, не то шесть тройных тысяч лет тому назад. Но легенда сохранилась. Была когда-то в ближнем круге нашей Вселенной звезда Заряна, а в круге Заряны была планида Люда. И была эта планида красоты необыкновенной, со стороны смотрелась она дорогим изумрудом, а с поверхности была ещё краше. Потому и была планида местом отдохновения у боггов. Населена планида Люда была в основном ящерами, но и другие существа на ней обитали. Надо сказать, что характер планиды Люды был суровый, горы огненные на ней полыхали, тряслась поверхность её почти постоянно и великие волны время от времени омывали сушу, оставляя за собой бесконечные озёра. Красиво это было или нет, сказать не могу, но былина гласит, что боггам это очень нравилось. Так вот, ящеры водились на планиде Люде в больших количествах, ибо жить в таких условиях только они и могли. Но внимание богов привлекли не они, а прямоходящие твари, отдалённо на самих боггов похожие своим видом, которых было не так много, как ящеров, но за жизнь свою боролись они отчаянно. Однажды на глазах боггов, громадный ящер загнал в скалистый тупик стаю этих тварей, и вознамерился их съесть. Хоть и сочувствовали богги своим подобиям, как в шутку они этих тварей называли, но закон Вселенной для всех един, и вмешиваться в происходящее они не пожелали. И вот тут они увидели, как семь особей мужска пола, вооружившись камнями и палками, бросились сами прямо в пасть к ящеру, которую от неожиданности он не успел закрыть. К такой битве ящер был не готов, потому и желание поесть у него пропало, и бросился он наутёк.
   Двое ратоборцев погибло, но стая осталась жива. Такие наклонности, как любовь к ближнему своему и самоотверженность у боггов всегда в почёте были. После этой битвы стали "подобия" у боггов любимцами и название "люди" по названию планиды Люды получили. После этого богги на планиду Люду не только красотами любоваться прилетали, но и на жизнь своих любимцев посмотреть. Пробовали людей и к себе на планиды привезти, да быстро от этого отказались, уж больно злобны эти люди были, потому и вернули их обратно на планиду Люду.
   Когда же богги весть получили, о предстоящей гибели планиды Люды, то привязанность, которую они к людям питали, возобладала. Не дали они людям погибнуть. Каждый из покровителей свою любимую стаю на пригодную для жизни планиду переселил. Судьба у всех людей различно сложилась.

36

   Условия жизни у всех разные были, вот потому и люди разные во Вселенной живут. Некоторые так разнятся, что и не подумаешь, что из одного корня вышли. Объединяет только то, что все людьми зовутся и заветы боггов, много сил на просветление их потративших, выполняют. Многие уже не одну планиду сменили, многие погибли. Одним богги до сих пор помогают, другие, как мы, например, сами могут о себе позаботиться, третьих богги уже соратниками и сотрудниками зовут. Вот такая былина у нас есть, откуда люди пошли, - завершил свой рассказ Всеволод.
   - Это как у нас породы собак, что ли? - после недолгой паузы спросил Вовка.
   - А что тебя смущает? - вопросом на вопрос ответил Моск, - собака существо умное и верное, мне, например, она более люба, чем ваша обезьяна, - продолжил он с улыбкой.
   - Так что же это, получается - подал голос Колька, - и попы и учёные врут о происхождении человека, только каждый врёт по-своему?
   - Выходит так, - ответил Моск.
   - А тогда зачем врут, - вмешался в разговор Мишка, - кому это враньё нужно?
   - Ложь никому не нужна, - ответил Всеволод, - у нас в Круге Анты лжи нет, мысли укрыть невозможно, поэтому даже дети малые сразу на ложь укажут, а вот вы, способность к говору мысленному похоже почти все утратили, потому и потчуют вас ложью все, кто ни попадя. Ну а лгут всегда по трём причинам, первая причина - по злому умыслу, когда вред сотворить хотят, вторая причина - по незнанию, когда сами не знают что говорят, ну и третья причина - для оправдания своих или чужих поступков, когда оправдания нет. Две последних причины, рано или поздно всё равно приведут к первой.
   - Ну а если так, без причины, народ повеселить, тогда как? - спросил Вовка.
   - Тогда это не ложь, а воображение, качество необходимое, так как без него ни единое научное открытие не родилось бы, все настоящие учёные и розмыслы, как правило, большие доки по этой части, - смеясь, ответил Моск.
   - А почему, - обращаясь к Всеволоду спросила Ленка, - богги эти до сих пор кому-то помогают, а нам не хотят?
   - Потому, что помогают они тем, кто недостаточно силён, но заветы, данные им боггами, выполняет всегда, тем и заслуживает право на дальнейшее развитие и жизнь.
   - Так что же это за заветы такие, которые выполнять надо? - опять спросила Ленка.
   - Долог сказ, да уж вникайте, коль спросили, - как-то задумчиво произнёс Всеволод и, взглянув на Моска, продолжил, - может и получится толк, разум совершенствоваться должен, а не вырождаться.
   - Ну, слушайте, - произнёс Всеволод, - Завет первый - о человеческих основаниях. Передан был этот завет арианам боггом Ярилой. Ведает он о том, что человек стоит на двух основаниях, первое основание, - человек - существо духовное, второе основание, - человек - животное.
   Ежели ведомо тебе, былое своё, ежели мысли твои устремлены в будущее народа твоего, ежели ты знаешь свой род и племя, знаешь место своё во Вселенной, ежели любишь народ свой как себя самого, ежели ежедневно приносишь пользу ближним своим и народу своему, ежели стопы твои идут по пути прави, если направляется твой народ по пути спасения, ежели ты сам и народ твой совершенствуются постоянно духовно и телесно, ежели не

37

   подвержен ты смертным порокам, ежели достоинствами народа твоего являются честь, любовь, доброжелательность, человеческое достоинство, скромность и грамотность, то ты - человек, существо духовное, и народ твой большую ценность представляет всему арианскому сообществу и боггам то же.
   А ежели не ведомо тебе былое своё, ежели не смотрит твой взгляд в будущее народа твоего, ежели не ведомы тебе твой род и племя, ежели любишь ты только самого себя, ежели не приносишь ты пользы народу своему, не говоря уже о причинении вреда ему, ежели не совершенствуешься ты духовно и телесно, ежели ведут тебя стопы твои по пути кривды, ежели подвержен ты смертным порокам, а чертами твоего сообщества являются лень, похоть и словоблудие, если нет в вас человеческого достоинства, доброжелательности, скромности и грамотности, то ты - животное дикое, лишь очертаниями на человека похожее, а народ твой - стая дикая, ценности для Вселенной не имеющая.
   Смолк голос Всеволода, в воронке на вершине кургана нависла гнетущая тишина, которую прервал лишь голос Моска, - Ну, судари, вот вам первый завет и первый вопрос, с кем мы беседу ведём?
   - Суровая у вас оценка, - раздался голос Вовки.
   - Ничего не поделаешь, завет есть завет, либо ты его исполняешь, либо нет, либо ты - человек, и всем это ведомо, либо - зверь, и все об этом знать должны, - ответил Моск, - а иначе, зачем нужны такие заветы, которые никто не исполняет?
   - Ну да, как у нас законы, - заявил Мишка, - деньги есть, и закон при тебе, денег нет, и закон кусается.
   - Скажи, зачем ты вопрос задал, если тебе самому ответ очевиден? Если тебе и так ясно, что живём мы дикарями, что ничего из того, о чём вы нам рассказали, никогда не слышали. Это что, для унижения надо самим признаться, что мы, по вашей классификации животными являемся? - возмущённо спросил Илья, обращаясь к Моску.
   - Нет, - невозмутимо ответил Моск, - Совету понадобится полная информация, а вопросы, такие как, всем ли живущим на Матери Сырой Земле по душе такая жизнь? По каким причинам люди, хоть и медленно, но успешно исследующие природные явления и разработавшие множество сложных устройств, не развиваются как люди, а вырождаются в животных? Как совмещаются в одном существе такие понятия как лень и агрессивность, безграмотность и высокомерие, желание нравиться при полном неуважении к другим? - будут обязательно.
   - Всеволод, - раздался Ленкин голос, - так что, наша песенка спета?
   - Этого никто не говорил, говорилось как раз обратное, что нам нужны все живущие здесь на Матери Сырой Земле, две тройные тысячи потомков ариан, но в качестве людей, а не в качестве зверей, - ответил Всеволод.
   - А деньги у вас есть? - вдруг ни с того ни с сего спросил Женька.
   - Денег у нас нет, деньги мешают развитию общества и дурно влияют на человека. У нас есть мера, с вашими деньгами её роднит только возможность приобретения того, в чём ты нуждаешься, но в отличие от ваших денег, меры нельзя передать, потерять и наследовать, мера, это то, что ты заслужил, и пользоваться можешь только ты, пожизненно.
  

38

   - Чем больше у тебя мер, тем больше ты можешь себе позволить, но в любом случае, вклад твой в общенародное благо будет куда большим, ибо количество мер определяет Совет или Вече, - ответил Моск.
   - Всеволод, про какие смертные пороки ты говорил, - подал голос Колька.
   - Мать моя Вселенская, - воскликнул Всеволод, - вы что же, даже этого не знаете?
   Отрицательное движение голов зеленогорцев было ему ответом.
   - Хотел бы я увидеть их учителей и наставников, - хмуро произнёс Моск.
   - Думаю, что увидим, - ответил ему Всеволод, - Совет, похоже, не поверит тому, что мы ему доложим, с этими деятелями мы непременно познакомимся.
   - Дозволь воевода в ладью уйти, смена у меня, а про смертные пороки пусть им Комонебранец расскажет, устал я от них, - сказал, поднимаясь на ноги Моск.
   - Дозволяю, - сказал Всеволод, - пусть придёт Комонебранец.
   Моск ушёл.
   - Да-а-а, - задумчиво протянул Вовка, - живёшь, значит, человеком себя считаешь, и тут вдруг выясняется, что дикарь ты недобитый. И не человек ты вовсе, а животное дикое, и доверия к тебе не более чем к бродячему коту, даже дворником на вновь открытую планету брать не хотят, потому, что и метлу тебе не доверяют.
   - Не так уж всё и плохо, - как бы отвечая на Вовкину реплику, ответил Всеволод, - вы знаете теперь, чем человек от нелюди отличается, вот и становитесь людьми.
   - В следующий наш прилёт, - продолжил он, - возможно о вас уже сказано будет, что на Матери Сырой Земле живут потомки ариан, жизнями которых пренебрегать не стоит, а это уже путь к спасению.
   - Всеволод, - спросила Ленка, - а почему вы все так часто повторяете, спасение, спасение, спасение, совсем как отец Кирилл?
   - Потому Елена, свет Ивановна, - улыбаясь, ответил Всеволод, - что в нашей Вселенной, а других я пока не видел, это основное занятие, вы из моего рассказа запомнили, наверное, сколько горя знала Мать Сыра Земля, а во Вселенной это происходит каждый миг. Не поможешь во время, был народ, и нет народа, была цветущая планида, и нет планиды, только обломки от неё по Вселенной разметало.
   На вершине кургана появился четвёртый инопланетянин. Лёгким шагом он подошёл к Всеволоду и произнёс, - Воевода, по велению твоему прибыл.
   В отличие от Моска, ушедшего недавно на смену в "лодью", был Комонебранец худощав, строен и высок ростом. Был он таким же жгучим блондином, как и Криворог, только в отличие от него, глаза Комонебранца были ярко голубые. Был он на редкость красив и улыбка, красившая его ещё более, с его лица, казалось, никогда не уходит.
   - Комонебранец, - обратился к нему Всеволод, - расскажи нашим родовичам, вновь обретённым, про смертные пороки, ибо не ведают они, что это такое.
   - Смеёшься воевода, о тринадцати пороках вся Вселенная ведает, как они могут этого не знать? - недоумённо ответил Комонебранец. При этом все увидели, что Комонебранец может и не улыбаться.
   - Вы что, - обратился Комонебранец к сидящим зеленогорцам, - и в самом деле не ведаете, про тринадцать смертных пороков?
  

39

   Пожимание плеч и отрицательное мотание головами было ему ответом.
   - Ну ладно, раз воевода велит, расскажу, - произнёс он, недоверчиво глядя на зеленогорцев, - слушайте, коли не ведаете. Он присел, справа от Всеволода и начал рассказ.
   - Первый порок - кровожадность, когда сам совершаешь или другого подстрекаешь на продуманное убийство того, кто опасности тебе, твоему роду и сообществу не представляет. Из-за этого порока лишились вы почти всех людей, которые могли бы вас на путь прави вывести. Вне войны, право убивать только палач имеет, да и то по приговору судебному, а подстрекателя, убийцу и соучастников карают четвертованием, на четыре части разрывают, ежели вы того не ведаете, а у вас убийцы и иные твари кровожадные вместо того, чтобы на крючьях болтаться, живут безбедно.
   - Что, прямо так живьём и разрывают? - спросил Колька.
   - Да, - ответил Комонебранец, - чтобы в следующие поколения эта зараза не прошла, и желания убивать для своего удовольствия ни у кого не появилось.
   - Скажи, а бог есть? - опять ни с того ни с сего спросил Вовка.
   Комонебранец повернул голову и с удивлением уставился на Вовку, затем он повернулся всем корпусом к Всеволоду и взгляд его красноречиво вопрошал, - "Мы что, среди душевно больных?". На это Всеволод только усмехнулся и сделал жест рукой предлагающий Комонебранцу продолжить свой рассказ.
   - Боггов многие тройные тысячи, - ответил он, - это самый могущественный народ в нашей Вселенной, только они пока ведают о том, что находится за её приделами. Только благодаря Боггам мы существуем как люди. Вопрос твой неуместен, это равносильно тому, что я спрошу тебя, - есть ли человек?
   - Я про Иисуса Христа спросить хотел, - не отступал Вовка.
   - Вы что же, и былого своего ближайшего совсем не ведаете? - вопросом на вопрос ответил Комонебранец.
   - Моск нам рассказал нашу историю, но он сказал, что последние четыре тысячи лет мы бесконечно воюем безо всякого смысла. Для него, похоже, нет разницы между копьём и атомной бомбой, - вступил в разговор Илья.
   - Понял я тебя, - ответил Комонебранец, - но это двумя словами не перескажешь, ну да ладно, коль воевода повелевает, то слушайте. Ваше ближнее былое связано воедино со вторым пороком - гордыней, не иначе как из-за неё столь жалка ваша нынешняя жизнь. Не зря у нас в Круге Анты где мы живём, и во всём созвездии Арианы, гордецов и зазнаек самовлюблённых изгоняют в безлюдные места, где они и гибнут. Да и не только люди так поступают, но и другие жители Вселенной.
   - Правду поведал вам Моск, - продолжил Комонебранец, - нет великой разницы между Ариями жившими четыре тысячи ваших лет тому назад и вами нынешними. Коня на самоходы броненосные поменяли, лук на пулемёт заменили, самолёт воздухоопорный сделали, снаряды большей силы изготовили, вот и вся разница. Но что четыре тысячи лет назад, что сейчас, в бой вас ведёт гордыня атлантская и легковерие в истины ложные.
   - После противостояния между Яруной и родовыми вождями, - продолжил Комонебранец, - разбрелись роды арианские по всей Матери Сырой Земле. Каждый вождь и князь, каган и хакан, царь и король, калиф и падишах, фараон и деспот, хан и султан, император и президент, царь царей и султан султанов,

40

   председатель или просто "мудрый руководитель" млел от гордыни, считая себя самым великим, самым мудрым, самым могучим, самым незаменимым. Мысли такие иначе, чем недоумием назвать нельзя, но вечевой власти над всеми этими вождями не было, отсюда и все беды. Очнулись волхвы, уразумев, что беда великая грядёт от жизни такой. Усилиями великими удалось роды Богумира, Славы, Орея, Свара, Хора, Словена, Кимра и Яра вместе объединить и на земли прохладные, но ранее отчие для ариан, отойти, где основали они новое государство, Славию. Просуществовало это государство три с половиной тысячи лет. На землях этого государства мы сейчас с вами эту беседу ведём. Остальные роды тоже свои государства основывать стали. Да вот только все они от Славии отличались тем, что в государствах этих правило не Вече, а правители наследственные, и были они далеко не всегда большим умом наделены. А коль правитель на голову слаб, то править будет кто-то другой, скрытый, но отвечать за своё скрытое правление он не будет, так как правитель то, имеется, с него и спрос. Была Славия сильным государством, но до державы Богумира Великого ей, конечно, далеко было. Не имела столь же великой силы и Русколань, государство, основанное три тысячи лет назад, по вашему летоисчислению, родами Скифа, Анта, Руса, Боруса, Дулеба, Венда, а так же корсунцами, к ним примкнувшими. Равной силы с ним и Грецколань была, грецкими и илинскими родами, три тысячи лет тому назад основанная, роды Кимра, Чеха, Думба и Ляха в союзе с Грецколанью были. На восходе дальнем государства Иньские образовались. И Вендийские государства основаны были тогда же, в землях, за Яруной оставшихся. На полуденный закат даже атлантские государства объявились, но слабы они были, Египет, пожалуй, самым сильным из них был. Остальные мелкие государства появлялись и исчезали каждые несколько десятилетий. Ведическое учение, изрядно поврежденное, сохранилось только в Славии, Русколани, Иньских государствах и в Вендийских государствах. Грецколань под атлантскую духовную зависимость попала. По большому счёту разделился весь мир на две противные стороны, одна сторона к заветам боггов стремилась, мало о них зная, но восстанавливая их, как могла, а другая сторона о заветах боггов если и знала, то постаралась их забыть и безумство атлантское, о полном владении миром, истиной провозгласившая.
   Так что прав Моск, что интересного в том, как звались и переименовывались, как расширялись и уменьшались эти государства, как нападали они друг на друга, глупыми идеями эти нападения объясняя. Что интересного в том, что для оглупления народов, на Матери Сырой Земле живущих, истинные знания ведические, менялись на сказки волшебные и на глупость необъяснимую. Какой интерес в том, что каждый главарь шайки разбойников, царьком или корольком себя объявивший, людей под его власть попавших, на вновь выдуманном языке разговаривать заставлял, ибо нет действеннее средства оглупления людей, как заставить их говорить на языке, корней в памяти народной не имеющем. Какой интерес в том, что, борясь за власть, правители, по пути кривды идущие, живых боггов на мёртвых и выдуманных божеств заменили, и в интересах своих, меняли их неоднократно. Разве по прошествии тысячелетий, что-нибудь изменилось. Давным-давно нет на свете атлантов как таковых, но самонаследники их - проатланты, даже на пороге гибели своей, за мировое господство продолжают бороться, смущая умы человеческие.

41

   Даже сейчас сборище своё они Атлантическим называют. Нет большой разницы между Грецколанью, Ромеей, Византией и Османской империей, Русколанью, Русью, Московией и Российской империей. Даже воюя между собой, они веками вместе ненавидели Славию потому, что чувствовали перед ней свою духовную ущербность. И сейчас потомки ариан, живущие на закате, уже с молоком матери впитывают в себя ненависть к Славии, которой уже нет половину тысячелетия.
   И нет для них разницы между Славией, Русью, Российской Империей, Советским Союзом и Российской Федерацией в необъяснимой ненависти своей.
   И сейчас эта война продолжается, без какого либо перерыва, несмотря на грядущую гибель всей планиды. Вот почему гордыня у нас карается изгнанием.
   - А что, Земле гибель грозит? - с испугом спросила Ленка.
   - Во Вселенной нет ничего вечного и Мать Сыра Земля, и Сурья не исключение, - ответил Комонебранец, взглянув на Солнце.
   - Так что, немцы тоже ариане? - удивлённо спросил Мишка.
   - Самые настоящие, к тому же к вам близкие родичи, - ответил Комонебранец, да и иные тоже, правда, они о том не ведают по скудности знаний.
   - Так был ли Иисус Христос? - опять напомнил о себе Вовка.
   - Был, но к боггам он отношения не имел, был он один из многих проповедников, которые ходили по Матери Сырой Земле тысячелетиями, да и сейчас ходят. Понадобилось проатлантам изувечить в свою пользу мировоззрение людей. Для этого новые божества им понадобились, вот Иисус Навин им тут и подвернулся, не он, так другого бы нашли, в одиночку новую веру не внедришь, средства уж больно великие необходимы, а тот, кто верит в то, что один человек пришёл, провозгласил идею и за собой повёл целые народы, наивен беспредельно. Тем более, что когда христиане с восхода стали пояснять христианам с заката, что Иисус Христос при жизни иному учил, а не тому, что на закате проповедуется, то и церковь христианская раскололась и скоро уж полтора тысячелетия воссоединиться не может. Даже сказку поделить не могут. Будь учение создано боггами, не было бы в нём противоречий. А виной всему опять гордыня непомерная, но уже князей церкви.
   - Комонебранец, - подала голос Ленка, - ты сказал, что и сейчас война продолжается, что ты имел ввиду, говоря об этом?
   - Только то, что и говорил, четыре тысячелетия вы беспричинно воюете, друг с другом и брат с братом, причём даже перерывов в этой войне вы друг другу не даёте, дабы не одуматься. Война - это достижение своих целей за счёт противника с одной стороны и недопущение этого с другой. И не имеет большого значения, как ты этого добиваешься. Можно противника порубить, а можно перестрелять, можно отравить, а можно испарить, даже заморозить можно. А если противник глуп, то его ведь можно просто обмануть, и отнять то, что тебе нужно, это то же война, но тихая и без риска. Но если противник силён, и ты его побаиваешься и в открытую воевать боишься, то всегда можно предложить ему отраву в виде еды и лекарств. Предложить мнимые ценности, особенно любовь к себе и деньгам тоже можно. А там глядишь, можно будет наставников ханжами заменить, учителей - безграмотными педагогами, целителей - лекарями бездушными, урядников - чиновниками вороватыми и неумелыми, Вече народное - собраниями безродными из глупцов и мздоимцев состоящими.

42

   Вот и глядишь, через пять - шесть поколений, вместо когда-то сильного народа будет тихо помирать немощная толпа. Вот такая война сейчас против вас и ведётся, и хотя вашей вины перед закатом нет, уничтожать вас продолжают больше по привычке. Вот и всё ваше ближнее былое, и совсем никому не интересно, какой правитель был более кровожаден, более подл, более глуп или более пьян. Важно лишь то, что защиты от таких правителей у вас нет, а защита только одна - Вече народное. Но давайте вернёмся к порокам, о них ведь разговор ведём.
   Третий порок - враждебность, когда ты во всех окружающих врагов видишь, то и друга просмотришь. Общество человеческое на любви строиться должно, а враждебный человек этому строительству только мешать будет. Потому у нас, больные этим пороком из общества изгоняются вкупе с гордецами.
   Четвёртый порок - гнев безудержный, когда лишён ты здравомыслия, чувства меры и чувства справедливости. Если ты вместо справедливого решения чьей-то судьбы, гневу необузданному поддаёшься, то не место тебе в человеческом обществе. И даже на войне гневливый воин - не надёжен. У нас гневливые люди тоже изгоняются.
   Пятый порок - алчность, в едином народе все должны быть счастливы, каждый должен иметь то, что заслужил. Хочешь иметь больше, работай больше, а существо ненасытное в человеческом обществе - обуза, потому и изгнанию подлежит.
   Шестой порок - похоть, чувство более зверю присущее, нежели человеку, похотливое животное для рода человеческого опасно, сколько жизней вокруг себя испоганит, а то и погубит. Потому у нас этот порок смертью карается, сначала орудие похоти вырубается секирой, а затем тварь похотливая - четвертуется, дабы в будущее этот порок не проник.
   Седьмой порок - прелюбодеяние, против семьи направленный, семья в человеческом обществе - основа бытия, суть бессмертия любого народа, потому и кара такая же, как и за похоть, то есть - смерть.
   Восьмой порок - ложь, ложь - это главное оружие атлантов, вы тут сатану себе придумали, так и у него ложь, это самое главное оружие. Ложь причина всех бед человечества. Все ошибки, вами совершённые, результат действий лживых подстрекателей. Ваша жизнь тому подтверждение, проповедуете лживые истины, идёте по лживому пути к ложным целям, а результат всегда один - гибель народа. Потому у нас ложь подневольем* пожизненным карается, где каждый день для лжеца - горькая правда.
   Девятый порок - воровство, вор у нас существо позорное и презираемое, никогда не знаешь какую гнусность вор может сотворить, вор разрушает общество, ибо каждый может иметь только то, что заработал честным трудом. Потому у нас воровство карается смертью. Вора забивают кнутами.
   - Ничего себе, - подал голос Мишка, - яблоко с соседского дерева сорвал, и за это до смерти кнутом забьют, вот это порядки!
   - Да, именно так, - ответил Комонебранец, - забьют.
   - А скажи, - обратился он к Мишке, - если ты попросишь у соседа это яблоко, он тебе его даст или откажет?
   - Ну, даст, - ответил Мишка.
   - Так зачем же его воровать? - спросил Комонебранец.
  
   * Подневолье (Арианск.) - каторга (Русск.)

43

   - Ну, это я так, к слову, - сконфузился Мишка.
   - Воровство многогранно, - продолжил Комонебранец, - присвоил чужое имущество - воровство, присвоил чужое открытие - воровство, преувеличил сделанную тобой работу - воровство, преуменьшил чужую работу - воровство, получил награду за то, чего не делал - воровство, обделил кого то - воровство, возвеличил себя за счёт унижения другого - воровство, не исполняешь то, что тебе доверено - воровство. Там, где живут воры, общество гниёт заживо, потому и за малое кара, что бы большого не было.
   Десятый порок - властолюбие, вы уже знаете, сколько бед арианам на Матери Сырой Земле принесло властолюбие. Власть даётся народом самым достойным людям для выполнения дела, всему народу нужного, а когда дело выполнено, то носитель власти сам добровольно от неё отрекается, получив почёт от людей и меру своего труда. Но если такой человек, вопреки необходимости, с властью расставаться не хочет, то из общества он изгоняется, несмотря на былые заслуги, ибо становится он помехой к дальнейшему развитию народа и выдвижению достойных.
   Одиннадцатый порок - лень, ленивый человек бесполезен для общества. Потому у нас самое страшное решение, какое выносит Вече человеку - "бесполезен". Это решение исключает тебя из людей, как таковых, и ты уподобляешься животному, которое за кров, еду и одежду трудится на подневолье до тех пор, пока не вырастет в нём почётное и радостное чувство трудолюбия.
   Двенадцатый порок - зависть, это гадкое чувство как болезнь, разлагает человека изнутри, теряет человек сущность свою человеческую. Потому у нас из общества завистники изгоняются, дабы других не заражать.
   Тринадцатый порок - чревоугодие, ибо это чувство скорее животному свойственно, чем человеку. Вкусно поесть каждому присуще, но если в этом кто-то смысл жизни видит, то место ему среди животных диких, куда он и изгоняется. Коли поумнеет, и поймёт, для чего жизнь ему дана, то может и вернуться. Правда редко это бывает, дикие звери о том не ведают, что ему возвратиться захочется.
   - Вот те тринадцать пороков, которые жестоко наказываются в человеческом обществе, если оно - человеческое, - закончил свой сказ Комонебранец.
   - Всё верно сказано, - произнёс Всеволод, одобрительно кивнув головой Комонебранцу.
   - Теперь вы знаете первую заповедь боггов о сущности человека, - продолжил он, обращаясь к тихо сидящим напротив и притихшим зеленогорцам, - и кто такие нелюди, вы тоже знаете.
   Группа зеленогорцев задумчиво молчала, все в глубокой задумчивости пытались осмыслить услышанное, а было оно каким то невесёлым и пугающим.
   - Богги не очень добры, - продолжил после недолгого молчания Всеволод, - но справедливость, это их родовая черта, выполняешь первую заповедь, тогда не бойся боггов, ну а если не выполняешь, то лучше с ними не встречаться, презрение боггов - невыносимо для человека.
   На кургане наступила напряжённая тишина, казалось даже лес и птицы в задумчивости замолчали.
   - А ещё, какие заветы боггов нужно выполнять, что бы не быть изгоем во Вселенной, - после минутной паузы спросил Илья.

44

   - Завет второй - о месте человека во Вселенной, - как бы сам для себя произнёс Всеволод. - Не устали слушать? - обратился он к зеленогорцам.
   - Нет, - дружно ответили они.
   - Только один вопрос задать можно? - несколько смущённо спросила Ленка.
   - Задавай красавица, - широко улыбнувшись, ответил Всеволод, - всегда рад ответить.
   - Всеволод, вот Комонебранец сказал, когда про лень говорил, - тщательно подбирая слова, чтобы не попасть впросак, стала излагать свой вопрос Ленка, - что будешь на каторге как животное работать, у нас вот лошади тоже работают, но на каторгу их не отправляют, и одежду они не просят, разве животные на каторге работают?
   - Вот ты о чём, - уже без улыбки ответил Всеволод, - вы все поняли первый завет о двух ипостасях человека?
   - Да-а-а, - ответил недружный хор голосов.
   - Так вот, - голос Всеволода стал жёстким, - все жители Вселенной, обладающие духовными ценностями и следующие заветам боггов, это - народы, а все остальные - животные. Некоторые животные способны говорить и работать по необходимости. Но иногда они делают то, что им запрещено, и тогда их наказывают или казнят. Человек, утративший духовность, также как и они уже не человек, это - животное.
   Молчание воцарилось на кургане. Зеленогорцы чувствовали себя преступниками, которым в зале суда объявили смертный приговор. Каждому было понятно, что по большому счёту на всей планете мало кто с уверенностью может сказать, что он может называться человеком. Ну а раз так, то вот он этот самый, страшный суд, о котором попы говорят. И услышит человечество на том суде - "Пошло вон животное, знай своё место!"
   - Что, не понравилось? - грустно улыбнувшись, спросил Всеволод.
   - Человек сам себе самый строгий судья, если конечно он человек в той мере, что мы понимаем, - продолжил он, - ну а, судя по тому, как вы сами себя судите, то у меня надежда глядя на вас затеплилась.
   У всех присутствующих ощущение было такое, что сидят они перед инопланетянами голышом, что видят они их насквозь, и даже мысли тайные от них укрыть нельзя.
   - Все вы, верно мыслите, вам уже говорилось, что ложь это зло, а злу в нашем арианском мире места нет, - уже веселее сказал Всеволод, - Желание не пропало заповеди познавать?
   - Как раз появилось, - необычным для него серьёзным голосом сказал Вовка.
   - Ну, тогда слушайте, - улыбнувшись, продолжил Всеволод. Он взглянул на светло-голубое, расстилающееся над ними небо и немного помолчав, продолжил свой рассказ.
   - Этот завет передали арианам богги Сварог и Коляда. Сварог передал арианам чертежи нашей Вселенной, где были обозначены все большие, средние и малые круги движения звёзд и планид. Все открытые и закрытые пути, направления движения и времена вращения всех частей Вселенной. Коляда передал арианам календарь Вселенной, дабы чертежи Вселенной, переданные Сварогом, соответствовали каждому мгновению.
  

45

   При помощи этих чертежей и календаря всегда можно определить своё место во Вселенной и место нахождения родовичей своих с точностью до тысячи выстрелов. Поэтому боггами завещано эти знания бережно хранить народом. Без этих знаний народ подобен ребёнку малому в тёмном ночном лесу. Но видимо, эти знания вами утрачены, так как нынешние ваши знания и тысячной доли от знаний, ранее арианам известных не составляют. Да и зачем нужен морской чертёж тому, кто в море не собирается.
   - Но у нас космонавты есть, они в космос летают, - попробовал авторитетно заявить молчавший до этого Колька.
   - Вот вам пример пользования чужими словами, - сказал Всеволод, - слово космос для вас холодная и чуждая человеку пустота и не более того, а вот слово Вселенная, говорит человеку, свой язык не забывшему, о том, что всё это великое пространство, пределы которого только богги и ведают, - заселено, и при этом плотно. Ну, а что касается ваших космонавтов, то они, конечно, сделали первый шаг во Вселенную, как это делает дитя, когда учится ходить, но уже состарились, так и не сделав второго шага. Не их это вина, это вина всего вашего сообщества, растрачивающего силы впустую, но лучше от этого не становится. Наши звездолётчики тёплые чувства испытывают к храбрецам, которые в этих тоненьких скорлупках при губительной невесомости и при губительном облучении вокруг Матери Сырой Земли крутятся, но презирают тех, кто на эту муку их послал.
   - А у вас, что, разве нет невесомости? - удивлённо спросил Мишка.
   - Нет, невесомость может быть только при повреждении звездолёта, - ответил Всеволод.
   - Итак, с двумя заветами всё ясно, - как бы подводя итог, произнёс Илья, - не про нас они писаны, а какой третий будет?
   - Завет третий - о единстве всего живого и не живого, явного и скрытого во Вселенной, - продолжил Всеволод, - переданный арианам боггом Хорсом. Суть этого завета состоит в том, что вся Вселенная - единое живое существо, и чем меньше составляющие её части, тем они слабее и ранимей. Поэтому, прежде чем что-то сделать, подумай о том, что это принесёт твоей планиде и твоему звёздному кругу, ведь другого дома у тебя нет. Хорс передал арианам знания об изначальных составляющих мира, проявленных и не проявленных.
   Проявленные составляющие вы должны знать, это огонь, воздух, вода, твердь и поля силы, а непроявленные составляющие это знания, сохраняемые в памяти и образы, создаваемые воображением. Если уж говорить без прикрас, то у нас, ни один учёный или розмысл, занимающийся вселенскими явлениями, не скажет наверняка, по какой причине жизнь на Матери Сырой Земле прекратиться. Никто этого сказать не может, то ли это природное бедствие будет, толи вселенское воздействие, то ли очередную и последнюю войну затеете, толи по глупости планиду умертвите, а то может от вас спасаясь, планида сама вас умертвит, она это может, тем более, что Матерью вы её давно не зовёте. Хорс раскрыл арианам тайну вещества, его строения, деления на бесконечно малые частицы и перехода из одной формы строения в другую. Но он же и предупредил ариан о том, что эти знания не должны попасть к нелюдям, иначе гибель неизбежна.
  
  

46

   - Завет четвёртый - о взаимоуважении всех живущих во Вселенной, - продолжил Всеволод после небольшой паузы, - переданный арианам боггом Кришнем. Кришень поведал о жителях, населяющих Вселенную, об их языках и нравах, о способностях и знаниях, которыми они обладают.
   Поведал он о том, как стаи животных становились народами и о том, как народы становились стаями животных. Поведал Кришень о том, как погибали на новых планидах целые народы, столкнувшись с местными существами, и о том, как народы сохранили жизнь свою благодаря взятым с собой животным. Об этом даже у вас сохранились легенды о крытых городах и ковчегах. В арианском сообществе рассматриваются пути спасения с Матери Сырой Земли некоторых животных, потеря которых для вселенной неприемлема, но о вас речи пока не идёт. Уважайте волка и тигра, оленя и дельфина, слона и носорога, они будут жить и далее на других планидах. Думаю, завет этот вам понятен, - закончил он.
   Красногорцы с угрюмыми лицами слушали Всеволода. Чем далее вникали они во все эти вселенские прописные истины, тем тяжелее становилось на душе, и тем больше окружающая их жизнь становилась похожей на уродливую пародию. Становились смешными и наивными фильмы о встрече с "братьями по разуму". В реалии такая встреча больше будет похожа на встречу лицом к лицу с волком или медведем, может мимо пройдёт, а может задерёт.
   - Ну что приуныли, уныние во Вселенной не поощряется, - улыбнувшись сказал Всеволод, - перейдём к пятому завету - о справедливости сообщества, данному нам боггом Ладо. Ладо поведал нам о государственном устройстве. Разными путями люди и другие жители Вселенной пытались строить свои сообщества, но все пришли к тому, что справедливей власти Вечевой - не существует.
   - Дело в том, - продолжил он, - что как бы не было развито или отстало сообщество народа или народов, все живущие в нём люди, ящеры или жуковины имеют разные способности, и потому должны делать то дело, к которому у них наибольшие способности имеются.
   Но тут в противоречие вступают способности и желания. Один хочет править, но не имеет к этому способностей, другой не хочет править, но способности к этому у него - выдающиеся. Потому у вас мудрый правитель - редкость, из ста один едва набирается. Только Вече способно бездаря приставить к работе, на которой он будет полезен обществу и которую способен делать не вызывая смеха. Только Вече способно заставить человека, желающего делать тихую и незначительную работу, принять на свои плечи работу большую и значимую для всего сообщества. Почему только Вече? Да потому, что надо очень хорошо знать того, кому работу поручаешь, а кто лучше друг друга знает, как ни родственники и соседи, соратники и сотрудники. Ну а Вече как раз из них и состоит, и тому, кого не знают, ни одно разумное существо во Вселенной свою жизнь и благополучие не доверит. Вече принимает решения, касающиеся своей жизни, и поручает тем, кого сочтёт достойными и способными эти решения выполнять.
   - Ну а министры разные у вас есть? - спросил долго молчавший Женька.
   - Нет, это слишком дорого обходится для общества, - ответил Всеволод, - у нас назначают людей только для дела. Сделал дело, получил благодарность народа, меру своего труда и занимайся тем, чем прежде занимался, а ваши министры

47

   больше усилий тратят на то, что бы придумывать себе занятия, оправдывающие их нахождение на этих должностях. Потому и дела у вас так плохо идут, что людей неспособных назначают не на дело, а на должность, где он и сидит, пока
   однажды не выгонят.
   - В самую точку, - согласился со сказанным Илья.
   - Тогда перейдём к шестому завету - о сбережении дома своего - природы, и Матери своей - планиды, - продолжил Всеволод, - данному арианам боггом Стрибогом. Каждая планида это живое существо, она, как и вы может быть здоровой, а может быть больной. Планида может получить рану при бедствии вселенском, может ту рану залечить, а может и умереть. Умрёт планида, умрёт и всё на ней живущее. Но вы, похоже, этой истины не ведаете. Не ведаете вы, почему планета дрожит, почему огонь из себя извергает, почему вращение своё изменяет. Не в согласии с Матерью Сырой Землёй вы живёте, характера её не знаете, потому и наказывает вас она. Есть среди вас люди это осознавшие, но слаб их голос. Нет нужды этот завет долго объяснять, сами, наверное, это понимаете. Тогда к следующему седьмому завету - о защите своей планиды, перейдём. Этот завет богг Перун нам передал. Будущее далёкое никому не ведомо. Не вняли ассеи этому завету, считая себя могущественным народом, и поплатились за это, погибнув от подлого удара ящеров с планиды Розы, которую вы Венерой называете. Каждый народ во Вселенной проживающий, либо защитников должен иметь, либо сам должен себя защищать, а вы сейчас совсем беззащитны.
   Только благодаря покровительству арианского сообщества, ящеры на Матери Сырой Земле ещё не обосновались. А от залётных звездолётов, народов нам не ведомых, вас только моряне защищают, потому что это и их планида. Передал богг Перун арианам знания военного дела, да только вы их не в нужную сторону направляете, друг друга бьёте, а от общего врага беззащитны.
   - Всеволод, какие ещё моряне, первый раз слышу? - с интересом спросил Илья.
   - Да, я уже ничему у вас не удивляюсь, - с усмешкой произнёс Всеволод, - на одной планиде живёте и соседей не знаете. Народ такой, не очень большой на Матери Сырой Земле живёт, только в отличие от вас, вода для него - родная область жизни. Города у них под водой есть, да и звездолёты у них имеются. Заветы боггов, о которых мы с вами говорим, они чтят и соблюдают. Неприятностей у них на Матери Сырой Земле только две, первая - вселенские бедствия, время от времени случающиеся, а вторая - это вы, и планиду и воду изгадившие. Не чти они заветов боггов, давно бы они планиду от вас очистили бы. Вот эти моряне и защищают Мать Сыру Землю от залётных пришельцев с дурными намерениями. Теперь может вы и подумаете, перед тем как в воду плюнуть. Ну да ладно, перейдём теперь к восьмому завету - о недопущении проедания своей планиды, Богг Квасура передал арианам знания о растениеводстве, дабы пропитание себе сами выращивали и при этом планиду не отягощали непомерными поборами. Богг Велес передал нам знания о скотоводстве, дабы дикую природу не губили во всём её многообразии.
   Но и с исполнением этого завета у вас нелады, потому и природа гибнет, да и сами уже голодать начали. Да и та пища, которой питаетесь, больше на отраву похожа, у нас тех, кто такую пищу, какую вы едите, другим предлагает, судят принародно как за покушение на убийство и на подневолье отправляют.
  

48

   - Девятый завет - о сохранности семьи и должном воспитании чад, - продолжил Всеволод без перерыва, - нам богиня Макошь передала. Семья - основа бессмертия народа, для всех ариан дело святое, мы об этом уже говорили, прелюбодеяние смертью карается. Разлад в любой семье болью во всём народе отдаётся. Потому у нас право семью создать, надо заслужить и будущему мужу и будущей жене. И пока дозволения на создание семьи родители и Вече не дадут, семье не бывать. Будущий муж достаточное количество мер труда иметь, дабы семья ни в чём нужды не знала, а будущая жена ступень ведуньи, ступень наставницы и ступень целительницы иметь должна, а иначе как они чад своих растить будут.
   Чтобы право иметь детей завести, оба родителя здоровы, должны быть, а если нездоров на свою беду оказался, то утешься тем, что у ариан чужих детей не бывает. Все дети наши, арианские, все они наше будущее. Должны вырасти они в любви и ласке, чтобы стать достойными наследниками своего бессмертного народа. А чтобы бессмертие народное явью стало, должен народ быть здоровым и сильным. Вот потому и последний завет, данный нам богами, это десятый завет - о сбережении здоровья народа, данный нам боггом Купалой. Много знаний дал арианам богг Купала по исцелению, быть целителем у ариан настолько почётно, что и люди, другими делами занимающиеся, от знаний лечебных не отворачиваются. Даже если кто своим делом так увлёкся, что о здоровье своём забыл и болезнь в тело своё допустил, то целитель окружной, силой такого трудягу в лечебницу спровадит и пока болезнь не победит, к работе не допустит, что бы тот не говорил и на что бы не ссылался. Завет есть завет, и соблюдать его должны все.
   - Вот вы и узнали все десять заветов, которые богги людям дали. Тринадцать смертных пороков, которых люди избегать должны, познали, - пристально глядя на сидевших молча красногорцев закончил свой рассказ Всеволод, - что скажете?
   - Да что тут сказать, - обречённо махнул рукой Илья, - худшего похмелья я и представить себе не мог, что ни слово, то по морде, что ни сказ, то прямо в глаз.
   - Всеволод, родненький, - жалобно спросила Ленка, - что нам то делать, ведь от нас то ничего не зависит, всё в Москве решают?
   - Ну, родственница, - ответил Всеволод с улыбкой, - тут то ты и ошибаешься, от вас много что зависит, но поговорим об этом завтра.
   Он достал из кармана прибор, размером с портсигар, что-то в нем нажал, после чего из прибора плавно выскользнул пруток, наподобие выдвижной антенны, которая раздвоилась посередине и образовала ровную рамку, внутри которой засветился экран.
   - Можно посмотреть? - спросил Вовка.
   - Смотрите, - разрешил Всеволод.
   Зеленогорцы обступили Всеволода и уставились на экран. На этом воздушном экране было чёрное небо и яркие звёзды, ощущение было такое, что ты смотришь в окно звездолёта.
   - Это ваша Сурья, - показал Всеволод на одну быстро растущую звезду, - Солнце ваше, а вот эта точка, это Мать Сыра Земля. Точка быстро росла, теперь она была уже похожа на фотографии Земли из космоса. Земля всё увеличивалась, стали различимы моря, берега, реки, леса, какие то города, вот уже вид на экране стал похож на вид из самолётного иллюминатора, вот

49

   показалось какое то село на берегу реки.
   - Зелёная Горка! - радостно завопил Вовка.
   Да, это была Зелёная Горка с высоты птичьего полёта. Видны улицы, по которым ходят люди, видна толпа, человек в сорок у причала. В толпе зеленогорцы узнали своих родителей и знакомых. И хотя не слышно было, о чём там разговаривают, все сразу поняли, что это экспедиция по их поиску.
   - Завтра здесь, - указал Всеволод на место возле развалин храма, - а пока прощайте, постарайтесь их подготовить к встрече, вы многое теперь знаете, а они, - он указал на толпу, двинувшуюся между тем в сторону кургана, - нет.
   Он надавил что-то на приборе, экран погас, рамка сложилась в пруток, который исчез в приборчике, который в свою очередь исчез в кармане Всеволода.
   Всеволод, а за ним и Комонебранец, перейдя через обваловку кургана стали спускаться к "лодье", как назвал её Криворог. Зеленогорцы, стоя на вершине кургана, смотрели им в след. Вот они подошли к летающей тарелке, взошли по трапу во внутрь, трап сложился и исчез внутри космического корабля, бесшумно закрылся люк. Прошло несколько секунд и летающая тарелка, бесшумно оторвавшись от земли, медленно поднялась на высоту метров сорок, после чего, мгновенно развив огромную скорость, растворилась в небе.
   - Мужики, а нам это не померещилось? - как бы проверяя сам себя, спросил Вовка.
   - Лучше бы померещилось, - ответил Илья, - как жить то дальше с таким грузом, похоже, то, что они нам рассказали, мне не забыть до конца жизни.
   - А, наверное, они у себя там хорошо живут, - мечтательно сказала Ленка.
   - Не знаю, - вступил в разговор Колька, доставая из кармана сигареты, - смогли бы мы там жить, это на монастырь какой то похоже, то нельзя, это нельзя, паши как савраска и не дёргайся. Закуривайте, - он протянул пачку стоящим рядом ребятам, - угощайтесь.
   Все протянули руки к пачке, но к сигаретам так и не притронулись. Илья убрал руку и как-то смущённо произнёс, - похоже, я больше не курю. Вовка и Мишка тоже убрали руки и, переглянувшись, дружно рассмеялись.
   - Излечили от табачной зависимости, родственники космические, - сквозь смех констатировал Вовка, - но думаю что это ещё не последний подарок.
   - А что ещё? - спросил Мишка.
   - А ты сам не чувствуешь? - оскалился Вовка, - я только представил, как после этого приду домой и вмажу грамм сто пятьдесят, так меня от одной этой мысли едва не стошнило, трезвенники мы теперь, теперь только заветы и выполнять, вникай дружара.
   - Ну, тогда пошли домой, а то родители на курган карабкаться начнут, - сказал Илья и по обсыпке кургана пошёл на противоположную сторону. Все остальные потянулись за ним. Подойдя к кромке и сделав пару шагов по спуску, Илья остановился, подал руку Ленке и стал спускаться вниз. Счастливая Ленка спускалась следом за Ильёй, опираясь на его крепкую руку. С вершины кургана хорошо была видна остановившаяся на полпути к кургану толпа.
   В селе, сообщение о том, что Илья ушёл в лес, а Вовка, Мишка, Колька, Женька и Ленка пошли его искать, поначалу никого не встревожило. Ребята взрослые, лес знают, как свои пять пальцев, куда денутся, прейдут.

50

   Но когда после обеда расслабленное после похмелки общество занялось любимым делом, - трёпом, а ребят всё ещё небыло, матери не на шутку встревожились. Тревога матерей путём увещеваний и ругани передалась отцам, и вот, наконец толпа, снабжённая выпивкой и закуской двинулась на поиски пропавших. Последним местом, где видели ребят, была пристань. На пристани сделали привал, объясняя это тем, что запасов взяли многовато и надо бы частично их израсходовать.
   Через полчаса, бабам удалось таки с понуканиями и руганью заставить изрядно подвыпивших мужиков продолжить путь в поисках пропавшей молодёжи. Пройдя половину пути до кургана, толпа остановилась, так как кто-то истошно заорал, - Смотрите, летающая тарелка! Из-за кургана медленно поднималась самая настоящая летающая тарелка. Поднявшись в высоту метров на пятьдесят, она недолго повисела в воздухе и вдруг стремительно рванула ввысь, и мгновенно исчезла в небе.
   - Господи, - в голос закричала Мишкина мать, Ольга Петровна, - пришельцы наших детей украли!
   Вопли женщин разорвали в клочья стоявшую до этого во всей округе тишину. Вся толпа дружно загомонила. Каждый громко высказывал своё мнение об увиденном, не слушая другого. И без того подогретая самогоном толпа, теперь разогрелась до небывалого градуса. Кто-то махал кулаками вслед исчезнувшей летающей тарелке. Кто-то кричал о том, что надо вернуться в село за ружьями, а затем силой, отбить своих земляков у инопланетян. Кто-то просто стоял и вопил, не зная, что делать.
   Легко рассуждать о пришельцах в тиши кабинетов или даже на кухне, за рюмкой водки. Вот прилетят братья по разуму, очень заинтересуются нашими научными достижениями, одарят нас невиданными технологиями, самых умных, а это будут, конечно, чиновники от науки и государственной власти, в учтивой форме, ласково улыбаясь, пригласят ихний космический корабль посетить, а то и в гости на какую-нибудь Альфу Центавру пригласят. Да начнут инопланетяне в грудь себя бить, если конечно она у них будет, в соответствии со строением инопланетного организма, слёзы лить и жаловаться на своё космическое одиночество. Ну а мы их утешать начнём, скажем, им, неразумным, что теперь все беды у них позади, теперь мы с ними как братья и в беде их не бросим. И поедут радостные инопланетяне на экскурсию по планете нашей, а от радости, что нашли нас, наконец, может быть, вечный двигатель нам подарят, секрет бессмертия и машину времени. Вот тогда правящие чиновники дел понаделают, да и времени им на это хватит с избытком, бессмертные ведь будут. Это ведь уже что-то, а не жалкое продление сроков правления, народу на смех. Иными словами, теоретическая радость от встречи с братьями по разуму, напрочь затмевает практические беды от подобной встречи. На всей планете Земля, только группа нетрезвых зеленогорцев эту истину и познала. Всё остальное человечество так и продолжает жить в плену иллюзий, ожидая как манны небесной встречи с инопланетными существами, отправляя время от времени в космос изрядно глуповатые послания. Ибо те, кто может прилететь, о нас и без посланий всё знает, а тому, кто, как и мы, сидит на своей планете, придавленный тяготением, это как-то по барабану.
  
  

51

   - Говорят они возвращают, кого взяли, допрос проведут и отпустят, - стал утешать Ольгу Петровну пьяненький Михеич, известный сельский пьяница. От такого утешения Ольга Петровна зарыдала во весь голос, и скоро к ней присоединился целый хор рыдающих женщин.
   - Смотрите, да вон они, сюда идут, - раздался вдруг голос участкового милиционера Александра Стружкина, пошедшего вместе со всеми разыскивать брата Женьку.
   Рыдания, потеряв изрядное количество децибел, стихли.
   - Кончайте причитать, - рявкнул на женщин Пётр Тимофеевич, отец Ильи, - развели тут мокроту, украли, украли, мы и своим то властям не нужны, а то инопланетяне нас воровать начнут. Он махнул с досады рукой и быстрым шагом направился на встречу идущей неторопливо молодёжи, в душе понимая, что всё это не спроста. Что молодёжь с летающей тарелкой чем-то связана. Вся толпа поспешила за ним и скоро наши герои уже вырывались из объятий плачущих матерей. Ввиду завершения операции по поиску пропавших детей и лицезрения летающей тарелки, появился уникальный случай отметить это дело. Потому вся толпа направилась туда, откуда совсем недавно с руганью была выпровожена.
  

Глава четвёртая

   Толпа селян, после недолгого топтания на месте направилась в обратный путь. Анна Трофимовна крепко держала сына за правую руку, боясь, что эти невесть откуда прилетевшие инопланетяне могут вернуться и забрать её Илюшеньку. Левой рукой Илья по-прежнему держал руку Ленки. Так и пошли они к селу. За ними, отстав на пару шагов, следовал Пётр Тимофеевич вместе с Ольга Петровной и Иваном Васильевичем, родителями Ленки. Сразу за ними шли сельский участковый милиционер Александр Семёнович Стружкин, его нашедшийся брат Женька, жена Александра Стружкина, Мария Федотовна и увязавшиеся, за ушедшими на поиск дяди Жени родителями, сыном - Виктором двенадцати лет и десятилетней дочерью Оксаной.
   За ними, в плотном окружении родни шли остальные участники общения с инопланетянами.
   - По Му-у-ромской доро-о-о-жке, стояли три со-о-о-осны, - запел, было изрядно подпитый Михеич, но, не встретив поддержки, замолк.
   - Слушай Женька, - не выдержав неопределённости и затянувшегося молчания, обратился к брату Александр, - что это за летающая тарелка?
   - Тарелка как тарелка, - ответил Женька, - ты вон Мишку спроси, он с ней напрямую законтачил.
   Ольга Петровна, Мишкина мать, подруга и тёзка матери Ленки, при этих словах крепко ухватила Мишку за руку и до самого дома уже не отпускала, на глазах у неё заблестели слёзы. Мишкин отец, Николай Васильевич, сам нуждающийся в поддержке, держал сына за другую руку, выше локтя и, изображая изо всех оставшихся сил поддержку, откровенно висел на Мишкиной руке
   - Да бросьте вы, - ответил Мишка, - ничего страшного не было, хотел я в эту тарелку заглянуть, посмотреть, что там внутри, да защита в ней сработала, и полетел я в другую сторону, вот и всё.

52

   - Сынок, а инопланетяне эти над вами никаких опытов не ставили? - спросила Анастасия Юрьевна, заглядывая Кольке в глаза.
   - Как же, поставили, с них станется, - ответил Колька, - вот Илья, Мишка и Вовка теперь после общения с инопланетянами не пьют и не курят, у Ильи нога больше не болит, видишь, не хромает больше и из меланхолии его вывели, на кургане ржал как жеребец. Да и по тому, что Ленку от себя не отпускает, скоро жениться надумает.
   При этих словах родители Ленки и Ильи переглянулись дружески. Анна Трофимовна отпустила руку сына и присоединилась к мужу и потенциальным сватам. Илья и Ленка на это никак не прореагировали и, держась за руки, продолжали возглавлять шествие, погружённые в какие-то свои мысли.
   - Ну, а всё-таки, - не оставил попытку, что-то узнать от брата, продолжил Александр, - зачем они прилетали?
   - Сказали, родственников проведать прилетели, посмотреть, как живут, что делают, - ответил Женька, - да пока не нашли, а нам сказали, что завтра прилетят.
   - Ну а опасность они, какую нибудь представляют? - не отставал Александр.
   - Нет, - ответил Женька, - они дали понять, что самая большая опасность для нас, - мы сами. Вот завтра они снова прилетят прямо в село, тогда сам и спрашивай, а я есть хочу, да и выпить бы не помешало, голова то - болит.
   - Что же мы то бабы, еды с собой гору целую притащили, а ребята с утра голодные, а мы их вопросами кормим, - виновато запричитала Анастасия Юрьевна, - вот и до причала дошли, давай ребят накормим.
   Мысль всем понравилась, и народ направился на причал. Женщины захлопотали над импровизированным застольем. Инопланетное чудо, увиденное у кургана, несколько отодвинулось в сторону, народ повеселел в предчувствии очередного застолья. Что-то весело брякало, булькало и стучало, заставляя забывать о разных бедах, отсутствии денег, присутствии неустроенности, отсутствии работы, присутствии инопланетян, о недавнем волнении за своих детей, а заодно и о будущих волнениях, без которых жизнь никак не обходится.
   - Ну, давайте выпьем за то, что мы их всех нашли, - раздался голос Михеича, в нетерпении размахивающего алюминиевой кружкой, являвшейся неотъемлемой принадлежностью своего хозяина.
   - Это ещё надо разобраться, кто кого нашёл, - начал, было, Александр Стружкин, но, почему-то решив не продолжать начатую речь, махнул рукой и закончил, - выпьем.
   Пока народ занимался привычным делом по части выпить и закусить, над селом незаметно день уступил место вечеру. Красное солнце на западе дало понять, что у него дела на сегодня в Зелёной Горке завершены и пора взглянуть на то, что творится в другом полушарии согреваемой им планеты.
   - Илюша, сынок, - позвала сына Анна Тимофеевна, но Ильи среди присутствующих не было. Чувство тревоги, было, опять охватило её, но чья-то рука опустилась ей на плечо. Анна Тимофеевна обернулась и увидела стоящую рядом с ней Ольгу Петровну.
   - Не тревожься подруга, - сказала Ольга Петровна, кивнув головой в сторону своего дома, где у калитки, взявшись за руки, стояли два неподвижных силуэта, - разводить пора, а то всю ночь простоят.

53

   - А я Оля, уж было, и надежду потеряла, Леночка такая девушка славная, а Илья всё ходит бабай бабаём, уж мы с Петей и не знали чего ждать, спасибо инопланетянам этим, что ли, - ответила Анна Тимофеевна.
   - Лена сказала, что завтра прилетят, вот и скажешь спасибо, - с улыбкой ответила Ольга Петровна, взяв Анну Тимофеевну под руку. Неспешным шагом женщины пошли в сторону неподвижно стоящих силуэтов. Вечер был хорош, да и на душе у обеих тоже было хорошо.
   Расходился и народ с пристани, обсуждая сегодняшнее происшествие, которое прямо пропорционально выпитому за день самогону, принимало всё более и более грандиозные размеры. Летающая тарелка достигла размеров как минимум километра, и не сразу обратили на неё внимание лишь только потому, что приняли её за большое облако. А инопланетяне, с досады видимо, что не нашли своих родственников, которые наверное в райцентре живут, поймали Илью, Мишку и Вовку и решив над ними поиздеваться закодировали, так что теперь у пацанов и жизнь не жизнь, не выпить, не покурить, а завтра зачем то прилететь обещали, наверное чтобы и остальных закодировать. Ростом инопланетяне выросли до трёх метров, кожа у них стала серебристой и глаза, размером в блюдце, горели неземным огнём, от которого люди в пепел превращались. Вооружены инопланетяне тоже были до зубов и что село, они ещё до сих пор не спалили, все Ленке за это обязаны, так как она им приглянулась и завтра они к ней свататься прилетят. Глядишь, и свадьбу устроят, что бы из вредности инопланетной посмотреть, как трезвый закодированный народ на свадьбе гулять будет.
   Трезвые Мишка и Вовка поначалу было огрызались на весь этот пьяный бред, но, поняв, полную бесполезность этой затеи, сосредоточились на помощи матерям, в вопросе доставки отцов к месту жительства.
   Страшного в этих пьяных фантазиях в принципе ничего не было бы, если бы участковый милиционер, Александр Семёнович Стружкин, представитель власти в Зелёной Горке, был бы трезв. Но, к глубокому сожалению, это было далеко не так. Поэтому, подтверждая недобрую российскую традицию, вспоминать про работу только после изрядного потребления спиртного, его неустойчивое от выпитого самогона тело, с распалённой инопланетными ужасами душой, направилось к опорному пункту милиции для доклада в вышестоящие органы о нашествии инопланетян-беспредельщиков* на Зелёную Горку. В одиночку Мария Фёдоровна справиться с мужем не смогла, а на помощь Женьки, рассчитывать было нельзя по причине того, что от брата он мало, чем отличался, разве что никуда не рвался. Позавидовав в душе родным Ильи, Вовки и Мишки, которых вылечили инопланетяне от пьянства, она забрала детей и здраво рассудив, что без пистолета, лежащего у неё в кармане, муж много не нашкодит, направилась домой в сопровождении качающегося из стороны в сторону Женьки. Предоставленный самому себе, участковый Стружкин неумолимо приближался к опорному пункту милиции, находившемуся не так уж и далеко, рядом с правлением агрофирмы, но благодаря инопланетянам путь удлинился в разы. Но Стружкин шёл вперёд несмотря на все козни инопланетян, стремящихся этому помешать любой ценой. Коварству инопланетян не было предела.
  
   * Беспредельщики (Сленг) - существа, не имеющие никаких моральных устоев. На Земле опекаются "силовыми органами", постоянные "герои" СМИ, постоянный источник преступлений, у ариан - четвертуются. 54
   Почувствовав угрозу своим инопланетно-преступным действиям, исходящую от старшего лейтенанта Стружкина, они, эти беспардонные инопланетяне, все свои инопланетные усилия сосредоточили только на нём одном. Поэтому, стремясь всеми правдами и неправдами, помешать участковому Стружкину, выполнить свой долг милиционера, они, используя свои высокие технологии, внезапно переставляли деревья прямо перед Стружкиным, возводили на его пути заборы, выкапывали канавы, а то и просто толкали в спину или подло ставили подножки. К тому моменту, когда Стружкин оказался перед крыльцом опорного пункта милиции, его внешний вид действительно соответствовал тому ужасу, который вместе с самогоном поселился в его душе. После получасовой борьбы с замком, он, наконец, ввалился в помещение опорного пункта и, закрыв на задвижку входную дверь, избавился, наконец, от преследования злобных пришельцев.
   Выпив воды, из стоящего на столе графина, при этом, вылив себе на грудь немалую её часть, Стружкин поздравил сам себя с тем, что инопланетян он всё-таки оставил с носом. В нём поселилась уверенность в том, что входная дверь и вывеска "Опорный пункт милиции" инопланетянам будут не по зубам.
   Между тем весёлая толпа, постепенно уменьшаясь в размерах, разбредалась по домам.
   Вышедшая во двор Елизавета Матвеевна Гриднева в группе проходящих мимо сельчан увидела свою подругу Ольгу Петровну Бахареву, которая вместе с сыном Мишкой, вела домой мужа Николая Васильевича.
   - Здравствуй Оля, откуда это вы такие весёлые идёте, - обратилась она к Ольге Петровне.
   - Здравствуй Лиза, а ты что, ничего не знаешь? - ответила Ольга Петровна.
   - А что я должна знать? - удивлённо спросила Елизавета Матвеевна.
   - Инопланетяне к нам сегодня прилетали, а завтра опять прилетят, вот Мишутка мой с ними даже разговаривал, - указала она рукой на Мишку, прилагающего нешуточные усилия для удержания отца в вертикальном положении.
   - Какие ещё инопланетяне, уж не допились ли наши мужики до белой горячки, - усомнилась в сказанном Елизавета Матвеевна.
   - Какая горячка, Лиза, ты на Мишутку моего посмотри, трезвый как стёклышко, ему инопланетяне внушили, что пить нельзя, так он теперь не то, что не пьёт, даже не курит, - с обидой в голосе ответила Ольга Петровна. Мишка действительно был трезв.
   - Миш, расскажи, что там было, - обратилась Елизавета Матвеевна к Мишке, почувствовав, как разгорается в ней любопытство.
   - Да вы тёть Лиза приходите, вот отца до кровати оттранспортирую и расскажу, - закинув поудобнее отцовскую руку на плечо ответил Мишка.
   - Да, Лиза, бери с собой Михаила Парамоныча и приходите, Мишутка сам там был и всё видел, а то другие такого наговорят, что уши в трубочку закрутятся, а мы пойдём, сынок вон с родителем совсем замучился, - сказала Ольга Петровна, включаясь в общесемейное дело по доставке главы семейства домой. Вскоре семейство Бахаревых продолжило свой путь к дому. Постояв ещё немного у калитки и послушав разговоры проходящих мимо односельчан, Елизавета Матвеевна пришла к выводу, что что-то в селе всё-таки произошло, а
  

55

   вот что произошло, это становилось настолько любопытным, что она быстрым шагом направилась домой, полная решимости вытащить мужа в гости к Бахаревым.
   - Миша, - войдя в дом, обратилась к мужу Елизавета Матвеевна, - ты знаешь, что мне сейчас Оля Бахарева рассказала?
   - Лиза, ну откуда мне знать, что тебе Оля рассказала, - с иронией ответил Михаил Парамонович.
   - Ах, да, - улыбнулась Елизавета Матвеевна, - она рассказала, что сегодня в Зелёную Горку инопланетяне прилетали, а Мишка ихний с ними даже разговаривал.
   - Похоже, сегодня погуляли мужики на славу, даже зелёные человечки мерещиться стали, - рассмеялся Михаил Парамонович.
   - Да в том то и дело, Миша, что Мишка ихний абсолютно трезвый, инопланетяне ему внушение сделали, так он теперь не то, что не пьёт, так он теперь даже не курит, в гости пригласили, сказали, мол, приходите с Михаилом Парамоновичем, расскажет Мишка про инопланетян, пойдём Миша, - попросила мужа Елизавета Матвеевна.
   - Ой, Лиза, от Николая трезвым не уйдёшь, - возразил Михаил Парамонович.
   - Николай тебе не угрожает, его чуть тёплого Ольга с Мишкой домой повели, а Мишка теперь не пьёт, так что собирайся, нечего издеваться над женским любопытством, - подвела итог дискуссии Елизавета Матвеевна.
   - Ну, ладно, - вздохнул Михаил Парамонович и пошёл собираться.
  
   Вернувшийся из очередного похода в райцентр, отец Кирилл, слегка поужинав, сидел на скамейке возле дома и отдыхал, вдыхая свежий вечерний воздух и вытянув натруженные ноги. Поход в райцентр закончился с тем же результатом, что и предыдущие походы. Единственное, что ставил себе в заслугу отец Кирилл, так это то, что не поддался увещеваниям бесов тогда, когда чиновник из районной администрации с хитрой лисьей мордочкой, намекнул, что для ускорения решения возникшей проблемы, не мешало бы нужным людям предложить благодарность в денежных знаках.
   И как не советовали бесы плюнуть на святость и вспомнить о том, что он майор Шаров Кирилл Анатольевич, ветеран Афганистана может вспомнить командирский, он же матерный язык и послать всех этих нужных людей в ближайший нужник, он устоял и, пожелав чиновнику царства небесного, мирно ушёл.
   Сверху, со стороны собора, ставшего для отца Кирилла камнем преткновения, послышались нетрезвые голоса, постепенно голоса становились громче, и минут через десять - пятнадцать в начале улицы показалась небольшая группа людей, судя по походке нетрезвых.
   - Ох, наказывает нас господь за грехи наши, - вздохнул отец Кирилл и стал наблюдать за приближающейся группой, - дубину на вас надо, а не слово господне, - произнёс он про себя и перекрестился, - прости мя господи.
   Мимо отца Кирилла прошли двое шатающихся мужиков, увлечённо рассказывающих друг другу про инопланетян и летающие тарелки, они, увлечённые разговором, отца Кирилла, сидящего в тени берёзы, растущей у забора, не заметили, а он, памятуя Внутренний устав Вооружённых Сил, окликать их, не стал.

56

   - Господи, вразуми мя недостойного, как паству твою от зелья горького спасти, и так пьют без меры, а тут уже до инопланетян и тарелок летающих допились, помоги Господи, - прошептал он тихо и перекрестился.
   Немного погодя, мимо него стали проходить ещё трое. В них он узнал соседку, Анну Трофимовну Бахареву и её сына Илью, которые поддерживали с двух сторон Петра Тимофеевича, которого отец Кирилл в общем то знал как человека малопьющего, потому и решил их окликнуть.
   - Вечер добрый. Из какой битвы воина обессиленного ведёте? Спаси вас Господь, - произнёс отец Кирилл.
   - С ним, змием зелёным, многоголовым, Пётр Тимофеевич боролся, все силы растерял, - в тон ему весело ответила Анна Тимофеевна, что на неё было непохоже, так как больше удручённой видел отец Кирилл эту хорошую женщину.
   - Это, по какому же поводу Пётр Тимофеевич в такую неравную борьбу вступил? - заинтересовался отец Кирилл.
   - Да радость у нас, - ответила сияющая Анна Трофимовна, - инопланетяне прилетали, Илюшеньку нашего вот вылечили, не хандрит он теперь и даже не хромает, да и о сватовстве сговорились. Вот на радостях со сватами и перебрал Пётр Тимофеевич.
   В отличие от прошедших недавно мужиков, Анна Трофимовна не была пьяна, разве чуть- чуть, самую малость, поэтому рассказ об инопланетянах отца Кирилла насторожил.
   - Какие ещё инопланетяне, прости мя Господи, - он перекрестился, - нет никаких инопланетян, наваждение это бесовское, - и вспомнил, почему-то лисью мордочку районного чиновника.
   - Отец Кирилл, - обратился к нему Илья, - Вы б зашли к нам в гости, отца сейчас спать, положим, и поговорим, Вам интересно будет, я с этими инопланетянами разговаривал так, как сейчас с Вами, больно тяжёлый разговор получился, ну да Вам про то знать надо.
   Может, и отказался бы отец Кирилл от приглашения, но был Илья абсолютно трезв и не похож сам на себя, каким отец Кирилл его постоянно видел, потому встал со скамьи и пошёл за соседями в гости.
  
   Слух о сегодняшнем происшествии облетел всё село мгновенно. На скамейке возле офиса агрофирмы важно восседал Вовка, справа от него, плотно к нему прижавшись и вцепившись двумя руками в мощный Вовкин бицепс, сидел его четырнадцатилетний брат Серёжка. Справа от Вовки сидела Любка Стружкина и смотрела на него влюблёнными глазами. Вокруг Вовки собралась почти вся молодёжь Зелёной Горки и с нетерпением ожидала рассказа об инопланетянах. Вовкина популярность объяснялась просто. Илья и Мишка под руководством матерей транспортировали домой отцов, да там и остались. Кольку и Женьку самих оттранспортировали домой и, похоже, раньше завтрашнего дня их уже не увидят. Ленка сидит дома и счастливо улыбается себе самой, невпопад отвечая на вопросы родителей, которые, поняв, наконец, что на уме у дочери отнюдь не инопланетяне, несмотря на жгучее желание узнать, что же было на кургане, оставили её в покое, ожидая прихода младшей дочери Ксюши, которая вместе с молодёжью, отправилась слушать Вовку.
  

57

   Оставшись единственным участником вышеизложенных событий, Вовка не спешил начинать свой рассказ, он как умелый шоумен разогревал публику до нужного градуса. Градус само собой, накалился до предела, и собравшаяся молодёжь уже нетерпеливо стала намекать на слишком затянувшуюся паузу. Наконец Вовка обвёл собравшуюся вокруг него молодёжь несколько театральным взглядом и произнёс со значением, - Вопросы потом, всем понятно?
   Во дворе залаяла собака, Ольга Петровна выглянула в окно. У калитки стояли Елизавета Матвеевна и Михаил Парамонович.
   - Миша, пойди, встреть гостей, - обратилась она к Мишке.
   - Быстро они, однако, - усмехнулся Мишка, выходя из комнаты, где он укладывал спать отца, - тётю Лизу любопытство, наверное, совсем распёрло. Встретив укоризненный взгляд матери, он замолчал и пошёл встречать гостей.
   - Мир дому вашему, вечер добрый, хозяева, - несколько натянуто поздоровался Михаил Парамонович. При этом он быстрым взглядом пытался определить местонахождение Николая Васильевича, но, увидев, что вечер придётся проводить только с Мишкой и Ольгой Петровной, как-то успокоился и даже повеселел.
   - Проходите к столу, гости дорогие, отведайте, чем бог послал, - шутливо и в тоже время радушно пригласила к столу гостей Ольга Петровна.
   - Да ужинали мы уже, - ответил Михаил Парамонович, - мы Михаила слушать пришли.
   - Лиза, Миша, не вводите в грех, садитесь к столу, а то я себя не в своей тарелке чувствую, - направляя гостей за стол, ответила Ольга Петровна.
   Михаил Парамонович, видя, что сопротивление бесполезно, вздохнул и пошёл за стол, за ним последовала Елизавета Матвеевна.
   - Миш, сынок, присаживайся за стол, - заталкивала Ольга Петровна Мишку за стол.
   - Да не хочу я есть, - упирался Мишка.
   - Да никому я силком еду не запихиваю, вот чаю налью, а там хоть пей-ешь, хоть воздух глотай, положено приличным людям вопросы за столом решать, и не нами это придумано, - обиженно произнесла Ольга Петровна, при этом разливая чай гостям.
   - Оля, да не суетись ты так, мужики, они же народ с запозданием, посидят вот немного, сами есть просить начнут, - усаживая Ольгу Петровну за стол, сказала Елизавета Матвеевна.
   - Вот всю жизнь так, стараешься, стараешься, и хоть бы кто заметил или спасибо сказал, - не могла никак успокоиться Ольга Петровна.
   - Ну ладно, слушайте, короче, что на кургане было, - прервал материны страдания Мишка, - позвала нас Ленка Ухарева, Илью Бахарева искать, пошел, мол, с утра, а уже обед, а его всё нету, ну мы и пошли. Ну, Ленка значит впереди идёт, мы за ней с Колькой, Вовкой и Женькой идём, а оно муторно после вчерашнего было, так что мы от Ленки несколько отстали, ей то хорошо, она не пьёт. Ну, прошли мы полдороги до кургана, слышим, смеётся там кто-то, аж в захлёб заливается, а Ленка уже возле вершины почти. Ну, мы, конечно, попытались шагу прибавить, но не помню, что из этого получилось, - улыбнулся Мишка.
  

58

   - Я почему, подробно рассказываю, у дяди Миши вид такой, что вроде как я ему лобуду* какую-то неприличную впаять хочу, - сказал Мишка.
   Михаил Парамонович хотел, было возразить, но Мишка не стал дожидаться его возражений и продолжил.
   - Ну, так вот, забрались мы наконец-то на курган. Смотрим, стоят двое, странно как-то одетые, ну а так люди как люди. Ну, и Илья с ними рядом стоит, мы сначала подумали, что это какие то приятели его из разведки, где он раньше служил, но оказалось, что это не так. Ну, Вовку Бахарева вы знаете, он ведь шебутной** такой, ну и побежал с ними за руку здороваться, а они этого не признают, здороваются они так, - Мишка приложил правую руку к левой стороне груди, - ну Вовка и разобиделся. Решил подшутить, как он это обычно делает, что-то вроде ложного удара, ну и получил, через весь курган по воздуху пролетел, мы, было, подумали, что ему конец. Когда этот инопланетянин к Вовке пошёл, я, честно говоря, подумал, что не к добру это, но он Вовкину голову на своей ладони подержал и Вовка жив здоров, даже без похмельных обстоятельств. Ну, а я подумал, что пока все на Вовку смотрят, сбегаю на эту летающую тарелку посмотрю, недалеко от кургана она стояла. Ну, добежал я до неё, люк открыт, трап стоит, вид правда у трапа такой, что и ребёнка не выдержит. Ну, вступил я на него осторожно, и тут как жахнет***, помню только, как глаза открыл, а этот инопланетянин, Всеволод его звать, надо мной стоит и смеётся, дескать, не зная броду, не суйся в воду. По нашему они шпарят**** лучше нас, но говорят, что это ихний язык, - арианский, а мы этот язык обезобразили. Ну а потом рассказали они нам о нашей истории, то, что нам в школе преподавали, - лобуда полная. Ну, а когда они от Ильи услыхали, что человек от обезьяны произошёл, то ржали как лошади, до слёз. Как Илья правильно заметил, виды на нас у них есть, но пока людьми, по ихним понятиям не станем, даже метлу доверить нам не могут.
   - А кто же мы, по их понятиям? - спросил Михаил Парамонович.
   - Одичавшие животные, - бесстрастно ответил Мишка.
   - Это почему? - удивлённо спросил Михаил Парамонович.
   - Десять заветов боггов не выполняем и тринадцати смертным порокам подвержены, - ответил Мишка.
   - Ну, положим, про семь смертных грехов я где-то слышал, душу в рай из-за них не пускают, - с лёгкой ухмылкой произнёс Михаил Парамонович, - но что их в два раза больше, первый раз слышу. И почему ты странно богов упоминаешь? Что за десять заветов?
   - Дядь Миш, - вопросом на вопрос ответил Мишка, - а ты знаешь, почему они пороки эти смертными называют?
   - Ну, наверное, как отец Кирилл говорит, про гибель души, - неуверенно ответил Михаил Парамонович.
  
  
   * Лобуда (Сленг) - ерунда, бессмыслица, враньё.
   ** Шебутной (Сленг) - неугомонный, неуёмный, весельчак и непоседа.
   *** Жахнет (Сленг) - неожиданно стукнет, сильно ударит.
   **** Шпарят (Сленг) - энергично проводимое действие.
  
  
  

59

   - Да ничего подобного, - победоносно посмотрел на всех сидящих за столом, Мишка, - смертные пороки потому смертные, что казнят они тех, кто их совершил, несмотря на прежние заслуги. Да не какую там пулю в затылок или петлю, а четвертуют, на четыре части живьём разрывают и вывешивают, дабы свою землю не поганить.
   - Господи, да неужто ужас такой у них творится, - в испуге произнесла Ольга Петровна.
   - Если это действительно так, - задумчиво произнёс Михаил Парамонович, - то ужас не у них, а у нас творится.
   - Ну а про бога, так ответ и да, и нет, - продолжил Мишка, - живёт во Вселенной самый могучий народ, боггами они себя называют и их многие сотни миллиардов, или как они говорят, тройные тысячи. Так вот этим боггам, мы и обязаны своим существованием. Жили на какой-то планете, ни то пять, ни то семь миллиардов лет тому назад зверушки, силуэтом на боггов похожие, за то они им и понравились, а когда гибель планете этой, а-а-а, вспомнил, планета Люда называлась, угрожать стала, то каждый свою любимую стаю зверушек этих себе прибрал. Вроде как клуб по интересам - наши любимые животные. Ну, а потом по обстоятельствам дела пошли, кто поумнее, кто поглупее оказался, кому повезло, а кому нет. Мы, похоже, к невезучим относимся, но они ещё надеются на наше перевоспитание. Как я думаю, какая то большая катастрофа во Вселенной намечается, надо новые планеты обживать. Народу надо много, потому, что дело опасное, а они двух зайцев одним выстрелом убить хотят, и нас вроде как спасти, и своих сберечь, только мы их несколько разочаровали дикостью своей, - закончил свой рассказ Мишка.
   За столом наступила тишина, все были заняты своими мыслями. Михаил Парамонович сам для себя признался, что, не смотря на нелепость Мишкиного рассказа, он, человек не глупый и много повидавший, почему-то Мишкиному рассказу верит.
   - Слышь, Миша, - после недолгого молчания подал голос Михаил Парамонович, - а что это за заветы такие, боггов этих?
   - Заветов этих десять, - задумавшись на минуту, начал рассказывать Мишка, - только я своими словами, как понял, а если что непонятно, то у них сами завтра спросите, они сказали, что завтра прилетят. Ну, а насчет заветов, то слушайте, - слегка наморщив лоб, продолжил Мишка.
   - Завет первый, это о том, что человек существует в двух лицах. Одно лицо собственно человек, а второе - морда зверя, и если во главе жизни лицо, то ты - человек, а если во главе жизни морда, то ты - зверь.
   - Двуликий Янус, - как бы сам себе, тихо произнёс Михаил Парамонович.
   - Какой Янус? - повернулся к Михаилу Парамоновичу Мишка.
   - А, нет, это я сам себе, продолжай Миша, - виновато произнёс Михаил Парамонович.
   - Завет второй, это о месте человека во Вселенной. Ну, это, как я понял, о том, что не надо повторять глупости типа - человек царь природы и прочую чушь. Есть громадная Вселенная, в ней миллиарды звёзд, триллионы планет, на них живёт немерянное количество народов и животных. А есть оказывается и другие Вселенные, возможно к нам враждебные, а потому все мы в нашей Вселенной - земляки, а потому надо представлять себя во Вселенной, а не в сарае, где ты находишься в настоящее время.

60

   - Я так понял, а если что неясно, то завтра у них сами спросите, - закончил повествование Мишка.
   - Господи, да это и в мыслях представить себе невозможно, - впервые за вечер раздался голос Елизаветы Матвеевны.
   - Мне тёть Лиза тоже, но как говориться, почём купил, по том и продаю, - ответил Мишка, ну да слушайте дальше.
   Мишка хлебнул остывшего чаю из стакана, немного задумался, затем потёр лоб ладонью и продолжил.
   - Завет третий, это о единстве всего живого и неживого, явного и скрытого. Комонебранец, так инопланетянина зовут, тот просто рассказывал, ну, а я так понял, что вся наша Земля это живой организм, всё на Земле взаимосвязано, и если кто-то, что-то натворит, то достанется всем. Это как у сапёров - не знаю, не лезу, а если лезу, то так, что бы не рвануло. Ну и в масштабе Вселенной, как я понял, то же самое. Если что-то страшное случится на другом конце Вселенной, то аукнется и на нашем. Вот такие дела, - подвел итог Мишка. Вопросов не было, и Мишка продолжил свой рассказ.
   - Завет четвёртый, о взаимоуважении всех живущих во Вселенной. Ну, это понятно даже ежу, уважаешь сам, будут уважать и тебя. Кстати, Всеволод, начальник ихний, они его Воеводой зовут, говорил, что во вселенной полно случаев, когда стаи животных народами становились, и наоборот, когда народы в животных превращались. Как я понял, это он на нас намекал. Одно утешает, что это говорилось с жалостью, а не со злорадством.
   - Как не прискорбно, но в этом я с ним согласен, - грустно констатировал Михаил Парамонович, - животные и не более того.
   - Ну, значит завет пятый, о справедливости сообщества. Короче, нет у них никаких великих вождей, любимых президентов и премьеров. Всем правит Вече, народное собрание, которое собирается по необходимости. Вече назначает Совет, который всем распоряжается, а на конкретные дела назначает руководителей, надо например, что-то сделать или построить, назначают какого-то мужика, с него и спрашивают, не справился - выгонят с позором, справился - почёт, уважение и меру труда получит. Денег у них, кстати, нет. Говорят, что это разложение людского сообщества. У них мера вместо денег, меру нельзя отдать, потерять, наследовать, она лично твоя, пожизненно. Спрашивали мы их, есть ли у них министры, так они ответили, что содержать людей на должностях, это разорение для любого сообщества. Назначают у них людей только для конкретного дела.
   - А что, я например, с этим целиком и полностью согласна, - прокомментировала сказанное Елизавета Матвеевна, - помнишь Миша, сколько дураков-командиров, через вашу бригаду прошло, один другого дурнее, зато все - блатные.
   - Завет шестой, - продолжил Мишка, - это о сбережении дома своего - природы и планеты в целом. Они знаете, как нашу Землю называют? - спросил Мишка, и, не дождавшись ответа, произнёс с чувством, - Мать Сыра Земля, вот так то, все свои планеты, где они живут, они Матерями называют. Ну и говорят, что если угробим мы свою планету, то куда бежать будем, где спасение найдём?
   - Господи, да ведь так оно и есть, - произнесла Ольга Петровна.
  

61

   - Завет седьмой, - продолжал с бесстрастным лицом Мишка, - это о защите своей планеты.
   - Интересно, - вышел из задумчивости Михаил Парамонович, - от кого?
   - Тут дядь Миша картина такая, - стал объяснять Мишка, - как я понял, раньше у нас во Вселенной тоже беспредел творился. Как они говорят, ящеры на Венере раньше жили, ну так эти ящеры почувствовали, что жареным запахло из-за вспышки на Солнце, так они решили Землю и Марс захватить, ну и война началась термоядерная. В результате все погибли. Ну, эти богги самые и решили, порядок во Вселенной навести, ящеров перебили и остальным сказали, что если это повторится, то жалеть не станут. Так что в нашей Вселенной в этом отношении вроде порядок, но есть и другие вселенные. Эти наши инопланетяне очень часто повторяли слово - спасение. Оказывается, что по всей Вселенной постоянно погибают планеты, и у них постоянная задача, найти и обустроить другие планеты. Но если в нашей Вселенной переселяться можно только с учётом интересов тех, кто на этих планетах уже живёт, за исключением разве тех, кто уж больно агрессивен и планету ведёт к гибели, то в других вселенных эти правила, наверное, не действуют. А картина как я понял, у них точно такая же. И вот на тот случай, если другие прилетят, надо уметь за себя постоять.
   - Ну, тут мы бессильны, - произнёс Михаил Парамонович, - наши военно-космические силы это мишура, защита такая же, как волосы на голове, прикрытие есть, а защиты никакой, да ещё и под определение агрессивных угробителей планеты, мы железно попадаем.
   - Не совсем так, дядь Миша, - возразил Мишка, - они говорили, что кроме нас на Земле ещё какие-то моряне живут, но живут они в воде, даже города у них там есть. На нас они, правда, сердятся, потому что мы воду портим, но планету защищать будут, так как это ихний дом тоже. Вот у этих морян и летающие тарелки есть, и другие штуковины, о которых мы не подозреваем. Досадно конечно, что на одной планете живём, а о них ничего не знаем, но если честно, то не они, а мы в этом виноваты. Ну, и на счёт агрессивных угробителей планеты, это конечно не в нашу пользу.
   - Что да, то да, - согласился с Мишкиными доводами Михаил Парамонович.
   - Ну, значит завет восьмой, - продолжил Мишка, - о недопущении проедания своей планеты. Планета, как они говорят, существо живое, если мы будем жить на ней, как её составляющее, то всё будет хорошо.
   - Ну, а если мы станем похожими, на раковую опухоль, то всё будет очень плохо, - продолжила за Мишку Елизавета Матвеевна, - тут и говорить не о чем.
   - Ну, тогда завет девятый, - продолжил Мишка, - о сохранении семьи и воспитании детей. Объяснили они нам, что никакого персонального бессмертия не существует, бессмертным бывает только народ. А обеспечивают бессмертие народа только женщины, поэтому, если кто и пользуется у них привилегиями, то только матери. Ну, ещё они рассказывали, что пока жених и невеста кучу экзаменов не сдадут и не докажут, что могут стать отцом и матерью, разрешения на брак не получат, а если без брака, то это как разврат зачтётся, а за это казнь, между прочим, положена. И ещё они говорили, что чужих детей у нормальных народов - не бывает.
   - Ну, что, Оля, - с улыбкой обратилась Елизавета Матвеевна к подруге, - завтра одеваемся, как на парад и просим инопланетян нас с собой забрать.

62

   - А то, - согласилась с ней Ольга Петровна.
   - А про завет о сохранении семьи уже забыли, - со смехом высказался Михаил Парамонович, - они по этому завету вас там показательно и прикончат.
   - Да, и хочется в рай, да грехи не пускают, - подвела итог краткой дискуссии Ольга Петровна, - а про какие там грехи, сынок, они говорили?
   - Вот про последний десятый завет расскажу, тогда и к грехам, то есть к порокам по ихнему, перейдём, - ответил Мишка.
   - Миша, дай я попробую угадать, каким последний завет будет, - обратился к Мишке Михаил Парамонович, - тут так всё логично укладывается, что думаю, не ошибусь.
   - Попробуйте дядь Миша, - согласился Мишка.
   - Кажется мне, - начал Михаил Парамонович, - что завет этот о том, как народ беречь.
   - Правильно, - подтвердил Мишка, - десятый завет, это о сбережении здоровья народа. Если на них посмотреть, да вы всех завтра сами увидите, то завет этот у них выполняется.
   - Не знаю, что вы обо всём этом думаете, - задумчиво произнесла Ольга Петровна, - но если всё это правда, то живут они в раю.
   - Да, не очень то весёлые мысли в голове гуляют после того, что Миша рассказал, но что-то же можно, наверное, сделать? - как бы сам себя спросил Михаил Парамонович, - наливай Оля грамм по сто, такое на трезвую голову не сразу воспринимается.
   - Ну вот, а вы всё зачем, да зачем, нутром чувствовала, что стол накрывать понадобится, - засуетилась Ольга Петровна.
   - Ну, за реабилитацию в глазах инопланетян! - произнёс с грустной усмешкой Михаил Парамонович.
   Сидящие за столом выпили за столь экзотический тост и приступили к закуске.
   - А ты, сынок? - спросила Ольга Петровна поставившего на стол нетронутую стопку Мишку.
   - Нет, мама, не могу я теперь водку пить, даже смотреть на неё не хочу, - ответил Мишка, - Всеволода работа, ну да я на него не в обиде, прав он, насчёт пойла хмельного, только сейчас и понял, жить надо на трезвую голову.
   - А про грехи сынок, ты ещё не рассказал, - напомнила сыну Ольга Петровна после затянувшегося молчания.
   - Да что там особенно рассказывать, - ответил Мишка, дожёвывая ватрушку, - пороков, как они говорят, тринадцать, это кровожадность, гордыня, враждебность, гневливость, алчность, похоть, прелюбодеяние, ложь, воровство, властолюбие, лень, зависть и чревоугодие. Все эти пороки они лечат, как правило, смертью. Разница только в том, как казнят. Если они со своими подходами за нас возьмутся, то на Земле, похоже, жить некому будет.
   - Что верно то верно, - согласился Михаил Парамонович.
   - Мишь, а летающая тарелка ихняя, она какая? - спросила Елизавета Матвеевна.
   - Да небольшая она, метров пятнадцать в диаметре и метров пять в высоту, ну а что там внутри, не знаю, попытка не удалась, - ответил Мишка.
   - И что, на такой маленькой тарелке, они бог знает, откуда прилетели, - усомнился Михаил Парамонович.

63

   - Да нет, - ответил Мишка, - у них на орбите большой звездолёт летает, а эти тарелки у них вроде шлюпок при корабле или истребителей при бомбардировщике.
   - Ну ладно, спасибо хозяевам за хлеб за соль, пойдём мы, надо и честь знать, да ещё подумать надо, о чём их завтра спросить, чтобы они в нас окончательно не разуверились. Спасибо тебе Миша, а мы думать пойдём, - произнёс Михаил Парамонович, вставая из-за стола. Похоже, первоначальный скепсис Михаила Парамоновича сменился интересом.
   Распрощавшись с хозяевами, гости ушли.
   - Миша, сынок, что же теперь будет? - спросила сына Ольга Петровна, когда они остались одни.
   - Да ничего особенного, как жили, так и будем жить, - ответил Мишка и немного помолчав, добавил, - если сможем.
  
   Михаил Парамонович и Елизавета Матвеевна шли по тёмной улице домой. Тишину, окутавшую село, изредка разрывал лай собак, да где-то в районе правления агрофирмы раздавались, чьи то голоса. Дома вдоль улицы погрузились в темноту, лишь в отдалении светились окна опорного пункта милиции.
   - Мишь, как ты думаешь, всё это серьёзно? - спросила мужа Елизавета Матвеевна.
   - Не знаю Лиза, - ответил Михаил Парамонович, - уж больно много подробностей и частностей, когда так рассказывают, то это, как правило, оказывается правдой. Ну да что гадать, завтра всё увидим.
   Дальше, до самого дома, супруги не произнесли ни единого слова, в молчании обдумывая Мишкин рассказ.
  
   Но вернёмся к улизнувшему от инопланетян участковому милиционеру, старшему лейтенанту Стружкину Александру Семёновичу. Выпитый графин воды, конечно, оказал своё благотворное влияние на организм участкового, но промыть мозги, утонувшие в дармовом самогоне и инопланетных фантазиях, он, графин воды, конечно, был не в состоянии. Стружкин сел за стол, снял трубку радиотелефона и подрагивающим пальцем, больше инстинктивно, чем сознательно, стал набирать номер телефона дежурного по РОВД.*
   - Слушаю, дежурный по РОВД, - раздалось на другом конце провода.
   - Это я, Стружкин, - заплетающимся языком, произнёс Стружкин, - Вениамин Альбертович, это ты?
   - Ну, это я, а ты, видать, опять в переборе, - констатировал факт майор Самохвалов, дежурный по РОВД.
   - Это неважно, тут у нас такое дело, инопланетяне прилетали, на людей охотятся, эксперименты над ними ставят, я пока до телефона добрался, так едва живым от них ушёл, ты запиши, чтобы опергруппу срочно к нам направили, иначе не знаю, что они тут с нами сделают. Вооружены до зубов, деревья с корнем одной рукой вырывают, ростом под три метра, пальцем на кого покажут, так один пепел от человека остаётся, короче, спасите наши души, - излил пьяный бред на дежурного Стружкин.
  
  

64

   - Ты Саша иди-ка, проспись, а завтра утром позвонишь, очередной выговор получишь, а то сейчас пожалуй тебя и не поймёшь, допился до инопланетян. Спать иди, понял! - рявкнул в трубку Самохвалов.
   - Нет, товарищ майор, - гнул своё Стружкин, - ты запиши сообщение, а то за всё, что здесь завтра будет происходить, я один отвечать не буду. Всем достанется за непринятие мер.
   - Саша, - попытался в мягкой форме урезонить участкового Самохвалов, - ну вот я запишу твоё сообщение об инопланетянах, дело это такое, всемирного можно сказать масштаба, понаедут все кому положено, а это только твоим бредом окажется. Ты подумал, что с тобой будет, за тобой машину с санитарами вышлют и прощай, прости служба в милиции, а жить то на что будешь в своей глухомани.
   - Нет, пока они меня не прихлопнули, я выполняю свой долг, поэтому запиши, что на Зелёную Горку напали инопланетяне, людей убивают, и требуется опергруппа, а не запишешь, сам за всё отвечать будешь, - был неумолим Стружкин.
   - А чёрт с тобой, - вспылил Самохвалов, - записываю, а ты на завтра готовься, не знаю как к инопланетянам, а к тебе точно приедут.
   - Вениамин Альбертович, - взволнованным голосом обратился Стружкин к дежурному, - ты, если что, прощай, не поминай лихом.
   - Да ты что там, совсем спятил, Сашка, бога ради, не делай глупостей, высылаю я к тебе опергруппу, но постарайся проспаться, иди домой, - старался успокоить участкового Самохвалов.
   - Ладно, - обречённо сказал Стружкин, - буду прорываться, - и положил трубку.
   Несколько минут Самохвалов обдумывал содержание разговора с участковым Стружкиным. Что это пьяный бред вконец спившегося Стружкина, он нисколько не сомневался, но если предположить, что там случилось что-то другое. Двое парней там, говорят из армии вернулись, пьянка была наверняка по полной программе, а значит, что-то вполне могло случиться. Может рокеры, какие то приехали, у этих точно вид инопланетный и драку устроили, а может сектанты какие-то, там обосновались. Запишешь в дежурный журнал, посмешищем станешь, а не запишешь, кто его знает, что там до утра произойдёт. Таков был ход мыслей дежурного по РОВД майора Самохвалова, и как все работники милиции, Самохвалов очень не любил возлагать на себя пусть даже пустяковую, но ответственность. Поэтому он открыл журнал, взял ручку и записал: "22 часа 25 минут. Сообщение участкового уполномоченного Стружкина А.С. о массовых беспорядках в селе Зелёная Горка. Просьба выслать на усиление оперативную группу". Самохвалов даже залюбовался на сделанную запись, теперь он уж точно ни при чём, а все шишки, если что, достанутся Стружкину. Так, значит массовые беспорядки, в стельку пьяном селе это вполне может случиться, но о массовых беспорядках необходимо докладывать немедленно начальнику РОВД, и Самохвалов, тяжело вздохнув, снял телефонную трубку.
  
   * Районный отдел внутренних дел (Аббревиатура).
  
  

65

   Начальник РОВД подполковник Хурцелоев Мусса Магомедович досматривал последнюю серию бесконечного сериала "Менты 438". Это был, пожалуй, единственный источник героических подвигов милиции для подполковника Хурцилоева Муссы Магомедовича. Как здраво рассудил в своё время выпускник высшей школы милиции в городе Ростове-на-Дону лейтенант Хурцелоев, служба в родной Индюшетии кроме неприятностей ничего не принесёт. Постоянное лавирование между местными боевиками и приезжими федеральными инспекторами, дело само по себе рискованное, да и то, что заработаешь на одних, придётся отдать другим, ну не за жалкую ведь зарплату в милиции служат. Поэтому, когда Хурцелоев узнал о том, что по распределению нужен кандидат в холодную Новогородскую область, он без колебания предложил свою кандидатуру. Единственный ежедневно непьющий милиционер в РОВД сделал вполне приличную карьеру. Четырнадцать лет службы не прошли даром, и подполковник Хурцелоев, человек довольно состоятельный, в мечтах уже видел себя полковником в отставке, уважаемым человеком в родной Индюшетии, может даже главой тейпа, у которого нет нерешённых вопросов ни с бандитами, ни с милиционерами, ни с местными властями. Телефонный звонок прервал радужные мечты подполковника.
   - Хурцелоев слушает, - солидным голосом произнёс в трубку подполковник.
   - Вечер добрый Мусса Магомедович, - раздался в трубке голос Самохвалова.
   - Что там у тебя, Вениамин Альбертович, - ответил Хурцелоев.
   - Да от Стружкина сообщение поступило, что в Зелёной Горке массовые беспорядки, оперативную группу потребовал, - умолчав об инопланетянах, сообщил Самохвалов.
   - Он то сам как, опять, наверное, пьяный в стельку? - спросил Хурцелоев.
   - Ну, как водится, - ответил Самохвалов.
   - Ладно, с рассветом отправишь, от моего имени в Зелёную Горку Виноградова, и двух пэ-пэ-эсников* с автоматами ему дашь, пусть на месте разберётся, что там за беспорядки, а этого Стружкина пусть ко мне привезёт, стружку с него снимать буду, - хохотнул в трубку подполковник.
   - Всё понял, спокойной ночи Мусса Магомедович, ещё распоряжения будут? - ответил Самохвалов.
   - Нет, успешного дежурства, держи меня в курсе дела насчет Зелёной Горки, - сказал подполковник и положил трубку.
   Выгнать бы этого Стружкина к чертям собачьим, - подумал Хурцелоев, - да статистику портить не хочется, итак добрая половина нарушителей в районе - милиционеры, и почти все по пьяному делу. Всей то силы в РОВД, он - Хурцелоев, Самохвалов, из-за язвы не пьющий, да капитан Виноградов, начальник уголовного розыска, за не подлежащие прощению грехи из Новогорода сюда высланный. Все остальные - пьянь подзаборная. Тяжело вздохнув, Мусса Магомедович отправился спать.
  
   Между тем процесс доставки домой Петра Тимофеевича подходил к концу.
   - Мир дому вашему, - произнёс отец Кирилл, входя в дом, следом за хозяевами и перекрестился на висевшую в красном углу икону Божьей Матери.
  
   * ППС - патрульно-постовая служба (Абревиатура).
  

66

   - Проходите, отец Кирилл, садитесь за стол, - сейчас Петра Тимофеевича уложим и чайку попьём, - приветливо указав на стол, сказала Анна Трофимовна, помогая сыну провести в спальню мужа.
   Отец Кирилл, расположившись за столом, стал рассматривать комнату. Всё чисто, уютно, чувствуется во всём заботливая рука хозяев. Несмотря на то, что дом старинный, никаких признаков ветхости нет, даже русская печь выглядит так, как будто вчера поставлена. Пьянство, оно конечно пьянство, вещь отвратительная, - подумал отец Кирилл, - но люди то хорошие, работящие, и списывать всё на пьянство нельзя, есть, по-видимому, что-то ещё более отвратительное, да только неизвестное, просвети меня господи.
   Возня в спальне стихла. В комнату вошли Анна Трофимовна и Илья.
   - Ну, вот и справились, - весело сказала Анна Трофимовна, - Илюша, сынок, развлеки гостя, а я пойду, самовар поставлю, - и вышла в сени.
   - Вы отец Кирилл, не подумайте чего-нибудь плохого про отца, просто сегодня куча событий произошла, да и насчёт свадьбы сговорились, вот он и перебрал малость, - сказал Илья, присаживаясь за стол напротив отца Кирилла.
   - Бог ему судья, - ответил отец Кирилл, - ты мне Илюша, что-то интересное рассказать обещал, с инопланетянами, как я понял связанное и летающими тарелками в придачу.
   - Вы не смейтесь, отец Кирилл, так оно и было, ничего я не придумываю, - ответил Илья.
   - Вот и расскажи, что было, а смеяться или нет, мы это потом вместе с тобой решать будем с божьей помощью, - рассудительно сказал отец Кирилл.
   - Так вот, - начал свой рассказ Илья, - Вы, наверное, в курсе дела, что вчера всем селом отмечали возвращение Мишки и Кольки из армии.
   - Как не знать, перегаром по всему селу несёт, как в геенне огненной, добрался народ до самогона, как никогда, даже до летающих тарелок, прости меня Господи, допились, - ответил отец Кирилл.
   - Так вот, - продолжил Илья, пропуская мимо ушей, комментарий отца Кирилла, - плохо мне было, как никогда, вот и пошёл я к кургану, потом с бодуна решил на курган подняться, а когда поднялся, там и вырубился. Проснулся я от смеха, их двое было, стояли они надо мной и смеялись над моим, честно говоря, скотским состоянием. Затем Воеводе ихнему, Всеволодом его зовут, жалко меня стало, положил он мне руку на затылок, подержал с минуту и все мои болячки как рукой сняло. Вообще-то рукой и сняло, - на мгновение задумался Илья, - вот ведь откуда, наверное, пошло это выражение. Ну, да ладно, - после короткой паузы продолжил Илья, - прочитали они мне нотацию, что, мол, я и соотечественники мои жизнь ведут скотскую, хмельным зельем себя отравляют, рода - племени своего не знают. Язык свой греческими и другими заимствованиями испоганили, а язык этот - арианский, от боггов им данный и относятся они к его искажению весьма отрицательно. Потом сказали, что истории мы своей не знаем, а потому и людьми нас называть им де недостойно. Когда я им сказал, что я русский, то они сразу спросили, где мои хозяева, я не понял этого юмора и говорю им, что нет у меня никаких хозяев, а они говорят, что, мол, раз русский, то каким-то руссам принадлежишь. Вообще, у них этому большое значение придаётся. Да, ещё они сказали, что ещё ста лет не прошло, когда мы себя великороссами называли, а я и не знал.
  

67

   - Было дело, - задумчиво ответил отец Кирилл, - господин Ленин, будучи евреем, русских, ненавидел до самой глубины своей тёмной души сифилитика. Поэтому, когда до власти, с немецкой помощью добрался, русских стал миллионами истреблять, а когда понял, что всех истребить до конца жизни не успеет, то чтобы унизить, национальности своей лишил, вот и стали мы именовать себя не великороссами, а общим названием - русские. Да и сейчас это, по-сути, продолжается, сейчас, наверное, одни только татары свою национальность и имеют, остальные - россияне.
   - Что же Вы, отец Кирилл, знаете об этом и молчите, - возмутился Илья, - теперь я во многом с инопланетянами согласен, а вернее - со всем, что они про нас говорили. Я теперь на вопрос о национальности, что бы как об этом не думал, говорить буду только, я - великоросс, потомок ариан и русским, рабом то есть, я быть не хочу.
   - Согласен с тобой Илья, - задумчиво ответил отец Кирилл, - есть в чём-то и моя вина. Но кто, кроме Всевышнего, ведает, на какие бесчинства народ может пойти, когда узнает, что ему целое столетие, лжепророки, ложные истины в голову вкладывали?
   - Тогда я с инопланетянами полностью согласен, - ответил Илья, - они сказали, что единственный справедливый строй во всей Вселенной, это - Вече. Иначе ерунда получается, то хороший правитель, то плохой правитель, то один знает, что делать, то другой знает, чего не делать, все о народе якобы заботятся, всю мерзость содеянную именем народа покрывают. Лучше всех о том, что народу надо, сам народ знает и помощников в этом, ему не надо.
   - И в этом, я Илья с тобой согласен, - ответил отец Кирилл, - да только как к этому прийти? Души у людей отравлены. То на царя-батюшку уповали, бросил он народ в трудный час, то на коммунистов надежды возлагали, устроили они кровавую баню, а когда немного поуспокоились, в демократию решили поиграть, вот и доигрались. Единственно, на что уповать осталось, это на веру православную, храни нас Господь.
   - Боюсь, отец Кирилл, что и с верой в Иисуса Христа Вы по тому же пути народ поведёте, что и Ваши предшественники, - возразил Илья. Инопланетяне говорили, что человек благодаря боггам, человеком стал. Боггов во вселенной живёт много-много миллиардов, это самый передовой народ во Вселенной, без их ведома, никто ничего сделать не может. Вся Вселенная живёт по их заветам, кроме нас. Потому мы так плохо и живём, что за людей они нас не считают.
   - А за кого же они нас считают, и почему - богги? - заинтересованно спросил отец Кирилл.
   - Считают они нас, одичавшими животными, - ответил Илья, - а когда я им сказал, что человек от обезьяны произошёл, то ржали так, что слёзы из глаз текли.
   - Правильно смеялись, - ответил отец Кирилл, - человек создание божье.
   - Божье то божье, - ответил на это Илья, - да немножечко не то и немножечко не так. Жили были на планете Люда некие животные, силуэтом на боггов похожие. Жили они стаями, за своих сородичей, горой стояли, жизни не жалея. Вот за это они боггам и понравились, а когда планете Люде, на которой они жили, опасность угрожать стала, разобрали богги своих любимцев и расселили по разным планетам. Вот и получилось, что на каждой планете выросла своя порода. Наши предки на планете Ариане потом жили, а когда Ариане конец

68

   угрожать начал, то на разные планеты их расселили. Ариане теперь на шестнадцати планетах живут, на звездолётах летают. Только мы, как они говорят, одичали, и это им не нравится. Так что глина, из которой якобы бог людей лепил, тут совершенно не причём, отец Кирилл.
   А всё, что мы историей, наукой и религией называем, не более как сборники слухов и сплетен, которые тысячи людей, через многие тысячелетия друг другу перевирали, при этом обязательно свои домыслы добавляли. Когда до меня это дошло, то все мы, на Земле живущие, показались такими маленькими, жалкими и глупыми, что оторопь охватила, вот уж действительно, похмелье вселенского масштаба.
   - Илья, - с внутренним напряжением в голосе, после минутной паузы, спросил отец Кирилл, - а про бессмертную душу, они, что нибудь говорили?
   - Говорили, - ответил Илья, - что человек в двух лицах живёт, одно лицо - человек, а другое - животное, если живёшь по заветам и без смертных пороков, то ты - человек, а если заветы не выполняешь и в пороках живёшь, то ты - животное. А личного бессмертия во Вселенной - нет, бессмертен только народ, если он един, как одна семья и в будущее нацелен. Вот они и говорят, что хотели бы на наших учителей и наставников посмотреть, кто нам в головы глупости вкладывает и по пути кривды ведёт. Какие то виды на нас у них, по-видимому, есть, да только доверия мы у них пока не вызываем.
   - Ну, а путь спасения у нас есть? - с волнением спросил отец Кирилл.
   - Наверное, есть, - ответил Илья, - но надо сделать первый шаг, стать людьми.
   - А про семь смертных грехов они говорили? - спросил отец Кирилл.
   - Да, - ответил Илья, - только они их пороками называют, и не семь их, а тринадцать.
   - Вот видишь, - как бы ища поддержки, сказал отец Кирилл, - и церковь наша православная тому же учит, что души грешные в рай не попадут, спаси нас Господи, - и перекрестился на икону.
   - Они про это немного не так говорят, - ответил на это Илья, - обладателей этих пороков они казнят, и казнят страшной смертью, кого на части живьём разрывают, кого кнутами забивают, самое мягкое наказание у них - каторга, или как они говорят - подневолье, потому и называются это пороки смертными, что смертью караются.
   - Господи, спаси нас грешных, - промолвил отец Кирилл и опять перекрестился на икону, - ну а каковы заветы божьи?
   - Заветов у них десять, - начал, было, Илья, - но тут в комнату вошла Анастасия Трофимовна с самоваром в руках.
   - Вот сейчас чайку попьём, - весело сказала она, - за чаем и беседа глаже пойдёт.
   - Спаси тебя Господь, Анастасия Трофимовна, - ответил отец Кирилл, - да беседа с сыном твоим, Ильёй, уж больно ухабиста, ум верить отказывается, а душа соглашается.
   В молчании Анастасия Трофимовна разлила чай по чашкам и выставила на стол большую тарелку со свежей сдобой. Она не знала, о чём в её отсутствие шёл разговор, но Илья сидел спокойно, а у отца Кирилла, явно кошки на душе скребли.
   - О чём вы тут разговаривали? - спросила она, после того, как сидящие за столом в молчании выпили по чашке чаю и принялись наливать вторую.

69

   - О заветах боггов, - ответил Илья, вытерев губы лежащим на столе полотенцем, - десять их, заветов этих. О том, что надо быть людьми, а не животными, мы уже говорили.
   - А разве мы не люди? - удивлённо спросила Анастасия Трофимовна.
   - Ты, мама, у нас настоящий человек, - с улыбкой ответил Илья, - речь о тех, кто этого недостоин. Потом завет такой, что надо знать, что Вселенная общий дом, и живёт в ней масса всякого народа и не корчить из себя каких-то дураков всемогущих, чтобы других не смешить. Потом они говорили, что во Вселенной всё едино, каждое живое существо на жизнь и уважение имеет право, а охота наша это получается не развлечение, а самое настоящее преступление. Убивая, какую нибудь белку, мы убиваем себя, только осознать это мы по дикости своей, не в состоянии. О том, что сообщество человеческое должно быть справедливым, жить надо, полагаясь на себя и свой народ, никакие там вожди и президенты жизнь человеческую не построят, если самому народу это будет по барабану. О том, что природу и планету беречь надо, ибо других у нас нет, если погубим их, то и сами погибнем. Говорили они о том, что планету свою защищать надо, а у нас защиты нет никакой. И если бы за нами не присматривали, то давно бы Земля охотничьими угодьями для туристов из других вселенных стала, а дичью были бы мы, карикатурные цари природы. О том, что нельзя проедать свою планету, если и дальше мы будем себя вести, как раковая опухоль, то планета либо погибнет, либо от нас избавится, есть у неё для этого средства. О сохранении семьи они говорили, у них семья дело святое, за разные там измены, казнят без жалости. И о народе они говорили, что это высшая ценность для них, народ бессмертным должен быть, поэтому каждая жизнь человеческая у них высоко ценится, если конечно ты человек в их понимании. Какой ты там ни большой начальник, какими бы там важными делами ты не занимался, если пришёл к тебе окружной целитель и сказал, - Пойдём со мной, здоровье твоё мне не нравится, - вставай и иди, а не то силком отведут. Болеть у них не принято. Вот по таким заветам они и живут.
   - Наверное, это рай и есть, - вздохнув сказала Анастасия Трофимовна.
   - Да, похоже, - произнёс отец Кирилл, - ну а про ад, прости меня Господи, раба твоего недостойного, они, что нибудь говорили?
   - Да, говорили, - ответил Илья, - только вы, отец Кирилл, слово раб при них не употребляйте, у них от этого слова шерсть на загривке дыбом встаёт. Они из-за слова русский, меня пытали, где да где твои хозяева, а если вы слово раб произнесёте, то рабовладельца Вашего искать начнут, что бы грохнуть, у них на отстрел рабовладельцев лицензия от боггов есть. А про ад они сказали, что это наша глупая выдумка. Вот трахнет в Землю какой нибудь метеорит здоровенный, сойдёт Земля с орбиты и будет удаляться от Солнца в глубины космоса, вот и представьте себе, как тьма и холод будут убивать день за днём, час за часом всё живое, или, наоборот, к Солнцу Земля приближаться начнёт, даже представить страшно, как на пару мы все вариться начнём. И хоть в первом случае, хоть во втором, если нет спасения, то это ад и есть. А если вдруг спасёмся, то куда бы мы после этого не попали, то это место раем называть будем. Вот инопланетяне и говорят постоянно, идти по пути спасения, идти по пути спасения, идти по пути спасения.
   - Вот и церковь православная господа бога Иисуса Христа о спасении и заступничестве, ежедневно и еженощно молит, - крестясь, как-то неуверенно произнёс отец Кирилл. 70
   Умом Кирилл Анатольевич понимал, что всё сказанное Ильёй вполне логично, ибо так и должны жить люди, но уж больно он устал от различных версий понимания окружающей жизни. Ещё в школе Кирилл Шаров отличался обострённым чувством справедливости. Когда Кирилла приняли в пионеры, он, полагая, что слова пионерской клятвы обязательны для всех, исключил из жизни всё, что противоречило кодексу юного пионера, и к своему удивлению обнаружил вокруг себя вакуум. Одноклассники отнюдь не желали жить, как им завещал "добрый дедушка Ленин", они не выполняли домашние задания, убегали от пионерских поручений, врали учителям и при этом красный галстук их не смущал совершенно. Что разочаровало Кирилла Шарова в пионерской организации, так то, что объектом воспитания пионер-вожатой и классной руководительницы стали не те, кто нарушал пионерские заветы, а он, тот кто их выполнял, по мере своих пионерских сил. Позже Кириллу Шарову была предоставлена возможность убедиться, что "Ленинский комсомол" отличается от "Ленинской пионерии" только возрастом и увеличенными возможностями делать гадости друг другу.
   Но вера в справедливость жила в душе Кирилла Шарова, поэтому, решив, что с окружающей несправедливостью необходимо бороться профессионально, он решил после окончания школы поступить в военно-политическое училище. Но как ни парадоксально, но что бы вступить на путь справедливости, прежде всего, пришлось от неё отступить. В военкомате сказали, что, прежде всего, понадобится комсомольская характеристика, а это была проблема, комсомольская организация не любила Кирилла Шарова не меньше, чем пионерская. Пришлось отступить, покаяться, поклясться, пообещать, заручиться поддержкой, отчитаться о массе реально не выполнявшихся поручений, и, наконец, получить заключение, - Кирилл Шаров - достойный комсомолец.
   Первый курс Новозабайкальского высшего военно-политического училища Кирилл закончил с отличием. В летнем отпуске Кирилл Шаров гордо ходил в мундире с двумя нашивками на левом рукаве, несмотря на жару. Казалось вот оно, где-то рядом скоро он Кирилл Шаров профессионально займётся наведением порядка и справедливости в своей стране, лучшей стране мира. С таким радостным настроением Кирилл Шаров прибыл после отпуска, продолжать учёбу на втором курсе. Учёба шла легко, настроение было боевое. Радостное настроение начало таять однажды зимой. Всё отделение Кирилла, за исключением самого Кирилла и Борьки Холодова, лежащего в санчасти, ушло в самоволку, на свадьбу к Серёге Шаталову. Обнаруживший отсутствие тридцати семи курсантов, дежурный по училищу майор Помадорцев, не стал брать на себя ответственность за происшествие и отрапортовал о ЧП* начальнику училища генерал майору Липшинскому, оторвав его от приятной процедуры отхода ко сну. Логично рассудив, что ежели генерал не спит, то и остальных это мероприятие касаться не должно, майор Помадорцев сообщил о происходящем комбату, полковнику Ругалову, ну а дальше пошла цепная реакция срочных вызовов и втыков. Как результат, в центральном проходе казармы стоял в две шеренги строй сонных и злых курсантов пятой роты.
  
   * ЧП - чрезвычайное происшествие (Абревиатура).
  

71

   Ротный, майор Жуков и два взводных капитан Митрофанов и лейтенант Иванов, который раз проверяли стоящих перед ними курсантов по спискам, не зная, каким образом можно ещё продемонстрировать своё рвение перед
   рычащим на всех полковником Ругаловым. Неопределённость явно затягивалась. Наконец из коридора донёсся взволнованный вопль: "Рота, смирно!". Полковник Ругалов бросился к выходу, все замерли по стойке "Смирно" в предчувствии чего-то нехорошего.
   - Товарищ генерал-майор, в пятой роте второго учебного батальона произошло происшествие, в самовольной отлучке находятся тридцать семь курсантов из второго и третьего взводов, - доложил полковник Ругалов, делая шаг вправо и одновременно поворачиваясь с приложенной к шапке рукой, как бы уступая место следующему акту разворачивающейся трагедии. Команды "Вольно" не последовало. Генерал отдал её только для себя. С хмурым видом генерал Липшинский шёл вдоль строя, заглядывая в лица курсантов. За ним, с приложенной к шапке правой рукой, следовал полковник Ругалов. Ротный и взводные стоявшие по стойке "Смирно", с приложенными к шапкам правыми руками, старались по-возможности, признаков жизни не проявлять. Генерал добрался, наконец, неспешным шагом до левого фланга, и взглянув свирепо на последнего стоявшего перед ним в строю курсанта Пучилова, двинулся в обратном направлении. Дойдя до середины строя, генерал остановился и раскачиваясь с пятки на носок перед строем, наконец, подал голос.
   - Ну что, сопляки, добегались, - громко выдохнул на строй генерал, - вас сюда Родина учиться послала, а вы .... занимаетесь, вам что, ...., вы что...., да я вас...., да вы мне .... .
   Не будем повторять всю получасовую речь генерала, дабы не нанести душевную травму читателям, считающим по каким-то причинам, что военно-политическое училище это оазис культуры и благоденствия. Это настолько не так, что даже крылатых фраз генерала цитировать не станем, что бы не задохнулись от зависти начальники командных военных училищ, которые обладают более приличными оборотами военной терминологии. Речь генерала закончилась избитой фразой, - Всё понятно?!
   - Так точно!!! - заорали дружно офицеры с задранными к шапкам руками и курсанты с руками, опущенными по швам.
   Вопль прокатился по казарме. Где-то что-то загудело, не то вверху, не то внизу затопали сапоги, и перепуганный голос сонного дневального где-то заорал - "Тревога!". Казарма завибрировала, "Тревога!", как петухи утром в деревне стали орать дневальные. Топот сапог грохотал повсюду.
   - Что, чёрт побери, творится?! - заорал генерал Липшинский, - разберитесь, полковник Ругалов!
   - Есть! - рявкнул Ругалов и бросился к выходу. Через полминуты он вернулся и взволнованным голосом доложил: "Объявлена тревога, товарищ генерал-майор!".
   - Кто объявил, дежурного ко мне! - орал Липшинский.
   - Дежурный по роте, вызовите дежурного по училищу к генералу! - прорезался голос у командира роты майора Жукова.
   Минут через пять, тяжело дышащий майор Помадорцев докладывал генералу Липшинскому о своём прибытии.
   - Кто объявил тревогу? - завопил генерал.

72

   - Никто не объявлял, товарищ генерал-майор, только второй батальон выбегает и на плацу строится, - доложил Помадорцев.
   - Всех вернуть в казармы, а то полковник, они у тебя ещё с оружием по всему Новозабайкальску разбегутся.
   - Есть! - ответил полковник Ругалов и вышел из казармы.
   - И потише там, полковник, а то ещё из-за вашего бардака всё училище по тревоге поднимете, - проорал вдогонку генерал и удовлетворённо хмыкнул.
   Генерал опять направился вдоль строя, дойдя до курсанта Пучилова, он пристально уставился на курсанта и, наконец, спросил.
   - Ну что, по самоволкам бегаем?
   - Никак нет, товарищ генерал-майор, не бегаем! - ответил курсант Пучилов.
   - Сколько человек из взвода отсутствует? - насупившись, спросил генерал.
   - В пятьсот сорок втором учебном отделении, весь личный состав на месте. Заместитель командира взвода, сержант Черемисов, - доложил замкомвзвода.
   - Тогда какого чёрта они тут стоят? - обратился генерал к ротному.
   - Приказали построить всю роту, вот и стоят, - повернувшись в сторону генерала ответил ротный.
   - В каких взводах самовольщики? - спросил генерал.
   - Во втором и третьем, - ответил майор Жуков.
   - Отправляйте спать первый и четвёртый взвода, - распорядился Липшинский.
   - Есть! - ответил Жуков и скомандовал, - Первый и четвёртый взвода, отбой!
   Быстрый шуршащий топот пронёсся по казарме, и через минуту перед генералом стояло только два десятка понурых курсантов.
   - Ну, что прикажете мне с вами делать? - довольно спокойным голосом произнёс генерал, основной пар он уже выпустил, да и топот сапог по лестнице, издаваемый идущими разоружаться ротами второго батальона, наводил на мысль об относительной тишине. Желающих отвечать на поставленный вопрос не находилось.
   - Не слышу ответа, что прикажете мне с вами делать, - генерал сверлил глазами молча стоящих перед ним курсантов, - вот вы, товарищ курсант, - палец генерала упёрся в грудь курсанта Шарова.
   - Курсант Шаров! - ответил Кирилл и продолжил, - можете, товарищ генерал-майор объявить для нас тревогу и заставить бежать до учебного центра и обратно, а можете отправить в наряд по кухне, можно ещё по плацу до рассвета промаршировать или отжиманиями заняться, но мне кажется, товарищ генерал-майор, что вы все свои силы уже потратили на воспитание тех, кто в самоволке не был, а на самовольщиков уже сил не останется. А ещё, товарищ генерал-майор, можно.., - но завершить фразу ему генерал не дал.
   - Молчать! - заорал Липшинский на всю казарму, - командир роты!
   - Майор Жуков! - подскочил к генералу ротный с торчащей у шапки рукой.
   - Это что за умник такой? - тыча пальцем в грудь Кирилла, - завопил генерал.
   - Курсант Шаров, - начал, было, ротный, но генерал его прервал.
   - Я без тебя знаю, что этот разгильдяй - Шаров, как он служит, я тебя спрашиваю? - орал на ротного генерал.
   - Отличник, товарищ генерал-майор, - доложил ротный.
   - Запомню я этого отличника, - злобно произнёс генерал, и, обращаясь к ротному, добавил, - внести ему строгий выговор в учётную карточку за пререкания от моего имени, а этих самовольщиков накажите от своего имени,

73

   по выговору объявите за...нцам, завтра утром мне лично доложите, все вернулись или нет, всё поняли?
   - Так точно! - ответил майор Жуков, почувствовав всем нутром, что пронесло.
   Твёрдым шагом человека, исполнившего свой долг, генерал направился к выходу. Ротный и взводные засеменили за ним. Во всём здании наступила долгожданная тишина. В дверях генерал столкнулся с полковником Ругаловым.
   - Товарищ генерал-майор, - начал было тот, - баталь.., - но генерал оборвал его на полуслове.
   - Я майору Жукову всё сказал, выполняйте! - и так, не отдав команды "Вольно", генерал удалился.
   - Разрешите остаться, - спохватился полковник Ругалов.
   - Оставайтесь, мать вашу .. , - донеслось с лестничной площадки.
   Руки офицеров медленно оторвались от шапок, и устало поползли вниз.
   - Товарищ полковник! - обратился ротный к комбату, - разрешите дать отбой.
   - Разрешаю, - устало ответил Ругалов.
   - Рота отбой! - негромким голосом произнёс ротный. Остатки второго и третьего взвода отправились к вожделенным кроватям.
   - Ну что тут генерал наговорил? - спросил ротного комбат.
   - Пойдёмте, товарищ полковник в канцелярию, что б курсантам не мешать, - сказал ротный, жестом приглашая комбата, - приказал мне всем по выговору объявить, а курсанту Шарову, строгий выговор от его имени.
   - А ему-то за что? - опешил Ругалов.
   - Да так, не повезло, - ответил ротный, и офицеры ушли в канцелярию.
  
   Вот с этого самого вечера, Кирилл Шаров и понял, что коммунистическая партия, это прямое продолжение пионерской организации и комсомола, только по количеству производимых гадостей она в десятки, а то и более, раз превосходила их вместе взятых. Как Кирилл не старался, из отличников, после третьего семестра, несмотря на все усилия взводного и ротного, он быстро переместился в твёрдые троечники, ибо ставить двойки курсанту, отвечающему на отлично, не могли даже военные преподаватели политического училища, этика не позволяла. Но как говорится, нет, худа без добра. Время, тратившееся ранее на учёбу, стало тратиться на окружающих товарищей, которые, видя, что Кирилл по сути противостоит всему командному корпусу училища, стали для Кирилла надёжной опорой. Незаметно прошли годы обучения, наступили волнующие дни выпуска. Шаров совершенно не надеялся, на какое нибудь приличное распределение, потому и изучал карту ЗабВО*, но совершенно неожиданно узнал, что ему оказано громадное доверие Родины, и он будет представлять нашу армию и государство за границей. Душа лейтенанта Шарова воспарила, вот как всё вышло, а он усомнился в справедливости своей Социалистической Родины. Эйфория продлилась недолго, лейтенанта Шарова отправили пропагандировать ценности недостроенного социализма в феодальный Афганистан, где, в общем-то, не глупый парень, Кирилл Шаров довольно быстро разобрался в том, что происходит. Посмотрев на некоторых своих коллег, Кирилл дал себе слово, что похожим на них он не будет, и слово он сдержал. За спины солдат Кирилл не прятался, от рейдов не отказывался, потому за два года добился он устойчивого авторитета у солдат и командиров.
  
   * ЗабВО - Забайкальский Военный Округ (Абревиатура).

74

   Когда до командира дивизии докатился откуда-то подленький слушок, о якобы нехорошести лейтенанта Шарова, то на совещании, проходившем в присутствии армейских чинов, генерал, как бы, между прочим, сказал: - Вот тут про лейтенанта Шарова упоминали, так я вот что скажу, командир - отличный, политработник - замечательный, а ту заразу, что сплетни распускает, найду и на замену Шарову, в рейд отправлю.
   В рейды идти желающих было мало, сплетни и слухи прекратились. Только сам Шаров и знал, что слухи и сплетни тянутся за ним из Новозабайкальска.
   Как бы то ни было, а служба у Шарова прошла успешно, из Афганистана вернулся живым и здоровым, даже с двумя орденами Красной Звезды. Назначение получил в ЛенВО* на должность замполита батальона. ** Там и застала его перестройка. Началось безденежье, затем безыдейность, затем сокращения, затем скандалы в семье. И когда жена Елена заявила, что уезжает к маме, Шаров воспринял это с полным равнодушием, только мысль промелькнула, что может и хорошо, что детей у них нет, как будто что-то надломилось в его душе. Собрав однажды свои нехитрые пожитки, бывший замполит купил билет на теплоход и отправился в Солоновецкий монастырь, где несколько монахов возрождали в силу своих способностей бывший символ могущества России на севере. Через три года послушничества, послушник Кирилл принял монашеский постриг. Кирилл привык к монастырской жизни, постепенно в душу вернулось спокойствие, он стал с интересом заниматься богословием и видел уже себя в будущем Солоновецким старцем. Но судьба опять совершила поворот в его жизни. Когда Кирилл после утренней молитвы направлялся на работу по восстановлению канала, ему передали просьбу настоятеля Иосифа прибыть к нему в келью. Подойдя к келье Кирилл постучал в дверь.
   - Входи с миром, сын мой, - раздался из-за двери голос иеромонаха Иосифа.
   - Благослови, отче, - произнёс Кирилл входя в келью.
   - Благословляю, сын мой, входи разговор есть к тебе, - сказал Иосиф, перекрестив Кирилла.
   Где-то в глубине сознания Кирилла мелькнула мысль, уж не очередная ли сплетня пришла из Новозабайкальска, но разговор оказался совсем иным.
   - Благословляет тебя митрополит Новогородский и Старогородский Филарет на пастырскую деятельность. Священников в стране не хватает, а души людские без присмотра божьего погибают. Вот и благословил тебя митрополит, отец наш на пастырскую деятельность в селе Зелёная Горка.
   - Смогу ли я, отец Иосиф, сам в божьем надзоре нуждаюсь, - ответил Кирилл.
   - Сможешь, прими на то моё пастырское благословение, прощайся с братией и послезавтра в путь, аминь, а теперь иди, собирайся, мне надо кое какие бумаги, к твоему отъезду подготовить, - сказал Иосиф и отвернулся к столу, на котором лежали какие-то бумаги.
   Так Кирилл оказался в Зелёной Горке. И вот опять, смена курса, и внутренний голос говорит, что не спрячется он за скепсисом, что прилетят эти инопланетяне, будь они неладны. Не врёт Илья, правду говорит, прилетят эти космические родственнички и спросят:
  
   * ЛенВО - Ленинградский Военный Округ (Абревиатура).
   ** Замполит батальона (сокр.)- заместитель командира батальона по политической части.
  

75

   - А кто у вас, люди одичавшие, наставником тут работает, чем он занимается, что он делает для того, что бы вы на людей были похожи, а подать-ка его сюда, на четвертование, что бы другим неповадно было одних полжизни учить тому, что бога нет, а другим полжизни внушать, что бог есть?
   Это видение столь явно возникло в сознании отца Кирилла, что он даже головой затряс.
   - Может ещё, что спросить хотите, - обратился Илья к отцу Кириллу.
   - Нет, Илюшенька, - ответил отец Кирилл, с теплотой в голосе, - спасибо тебе большое за рассказ твой, а я пойду, ибо понял я главное, что будет для меня завтра страшный суд, и самым жестоким судьёй на нём буду я сам.
   Отец Кирилл тяжело встал из-за стола, перекрестился на икону и направился к двери. В дверях он обернулся к хозяевам и со словами: - Благослови вас господь, - перекрестил Илью и Анастасию Трофимовну и вышел из комнаты. Илья выскочил из комнаты следом за ним.
   - Может Вас проводить до дому, отец Кирилл? - спросил Илья.
   - Нет, не надо Илюшенька, господь с тобой, сам дойду, тут рядом, - ответил отец Кирилл и пошёл в сторону своего дома, скоро его силуэт пропал в тени деревьев, а затем пропал и звук шагов. Илья постоял немного у калитки, вглядываясь в темноту. Где-то там, в поречье, Ленка. Может, тоже не спит, тоже стоит у калитки и смотрит в темноту. Добежать, что ли посмотреть, мелькнула шальная мысль, которую пришлось отбросить, мать волноваться будет, пойдёт его искать, к отцу Кириллу заглянёт, а у него и так сердце и душа не на месте. Человек отец Кирилл честный, раз верует, значит, верует, а тут прилетают и говорят, всё это фигня, * и верить в это могут только дураки, да, ему не позавидуешь. Посочувствовав в душе отцу Кириллу и пожелав мысленно спокойной ночи Ленке, Илья направился в дом.
   Между тем, терпение Вовкиных слушателей подходило к концу.
   - Вовка, кончай над народом издеваться! - возмутился, наконец, Лёнька Бахарев, двоюродный брат Вовки, - сколько можно душу на кулак наматывать!
   - Ну, Вовка, расскажи, наконец, что там, на кургане было, - посыпались на Вовку возмущённые голоса со всех сторон.
   - Ладно, слушайте, - смилостивился, наконец, Вовка, - обведя при этом собравшихся слушателей многозначительным взглядом. Прокашлявшись для солидности в кулак, он расправил свои широкие плечи, ещё раз многозначительно взглянул на собравшуюся молодёжь и, наконец, начал свой рассказ.
   - В общем, пошли мы Илью искать, идём в сторону кургана, неспешно так.
   - Ещё бы вы спешили, - перебила Вовку Катя Бахарева, Вовкина троюродная сестра, - вы после вчерашнего, все как черепахи Тортиллы, ** едва передвигались.
   - Я попросил бы некоторых, - огрызнулся Вовка, строго взглянув на Катю, - не перебивать.
   - Ладно, кончай перебивать, - зашикали на Катю со всех сторон.
   Вокруг Вовки воцарилась полная тишина, даже собаки в ближайших дворах замолчали.
  
   * Фигня (Слэнг.) - ерунда, глупость, нечто не имеющее никакой ценности.
   ** Черепаха Тортилла - персонаж сказки Приключения Буратино.
  

76

   - Короче, пошли мы к кургану, - продолжил Вовка, - осталось до него метров триста, как вдруг услышали, что на кургане кто-то смеётся, да так, что аж завидно стало, в общем, конское ржание, а не смех. Ну, мы соответственно - "шире шаг" * и бегом на курган, Ленка первая, а мы за ней. Забрались мы на курган, а там Илья наш пропавший стоит с двумя мужиками, ну и Ленка, само собой. Я, было, подумал, что это приятели Илюхины из разведки, одеты они были несколько странно, но Илья говорит: "Знакомьтесь, мол - инопланетяне". Это я потом понял, что это не розыгрыш, а сначала подумал, что уж больно развесистую клюкву Илья решил нам на уши повесить. ** Ладно, думаю, инопланетяне вы или нет, а мужики симпатичные, с юмором, ну и пошёл здороваться. А они, оказывается, здороваются так, - Вовка приложил правый кулак к левой стороне груди, - ну а я то, этого не знал, протягиваю руку, а они не берут, ну я от непонимания обиделся было и решил подшутить, - Вовка резко выкинул кулак в сторону Лёньки Бахарева, стоящего перед ним, Лёнька от неожиданности подпрыгнул, - таким вот манером, - продолжил Вовка. Ну, а они шутки не поняли, ну и жахнуло*** тут меня, как бревном по голове, полная, короче, отключка. **** Очухался***** я, значит, голова моя лежит на руке у Всеволода, командира ихнего, и так легко-легко во всём теле стало и голова, что с похмелья трещала, совсем не болит. Я Всеволоду этому сказал, что юмора они не понимают, а он говорит, что понимают, а вот у системы защиты с юмором неважно, потому и обижаться мне не на кого. Ну, а потом меня бросили, потому что Мишка побежал летающую тарелку штурмовать, ну и досталось ему ещё крепче, чем мне. Всеволод даже посетовал на то, что весь день не Воеводой, а лекарем, то есть - целителем, как они говорят, работает. Ну, когда всё, наконец, устаканилось,****** рассказали они нам кое что из нашей истории, рассказали, какое у них о нас мнение и что мы из себя представляем, слушать, конечно, было стыдно, а возразить было нечем. Сказали они, что хотели бы посмотреть на тех, кто нас воспитывает и учит, короче завтра прилетят они и устроят всеобщее родительское собрание. Вот уж не думал, что нашим воспитанием инопланетяне озаботятся, - весело завершил свой рассказ Вовка.
   - Вова, а за что нам стыдно должно быть? - заглядывая Вовке в глаза, спросила Любка Стружкина.
   - За всё, - как-то грустно ответил Вовка, что на него было не похоже, - они говорят, что человек может называться человеком только в том случае, если он знает свой род и племя на сто колен назад. Если он со всем народом своим как единое целое, а не только о себе думает, если грамоты в нём столько, что никто ему лапши на уши повесить не может, если каждый день приносит он пользу народу и постоянно о будущем и о спасении для всего народа думает. Если каждого вокруг себя любит как братьев и сестёр, то это человек, а если нет, то животное и ни каких исключений из правил. Вот такое у них о нас мнение, дикие вы животные - говорят, и всё тут, хотят разобраться, как мы дошли до жизни такой.
   * Шире шаг! - военная команда.
   ** Развесить клюкву на уши (Народн.) - обмануть, рассказать небылицу.
   *** Жахнуло (Слэнг.) - ударило, стукнуло.
   **** Отключка (Слэнг.) - потеря сознания.
   ***** Очухался (Слэнгю) - возвращение сознания.
   ****** Устаканилось (Слэнг.) - успокоилось, улеглось, устроилось.

77

   - Слышь, Вовка, а откуда человек произошёл, они вам рассказывали7 - спросил Лёнька Бахарев.
   - Рассказали, - ухмыльнувшись, ответил Вовка, - но боюсь, вам это не очень понравится. Короче, дело было так, была во Вселенной планета, Людой называлась, было это где-то миллиардов пять или семь лет тому назад. Вот на этой планете водилось одно существо, ходило оно на двух ногах, наверное, потому, что потопы там были постоянные, и на четырёх ногах жить было затруднительно. Да ещё карабкаться постоянно куда-то нужно было. Планета эта говорят, сказочно красивая была и богги часто туда расслабиться прилетали. Ну и понравилось им это существо, во-первых, силуэтом на них самих похоже было, а во-вторых, за свою стаю, пасть порвать любому могли, даже жизни своей не жалели. Ну и когда богги узнали, что планета Люда погибнуть должна, то разобрали они свои подшефные стаи и на разные планеты развезли, ну а там кому как повезло. Короче, клуб любителей животных Вселенского масштаба, а мы вроде как породистые собаки, предок был один, а мы все разные. Приблизительно получается, как некто Доберман, наверное, худющий и злющий, вывел породу собак, доберман называется, тоже худющую и злющую. Вот в библии и написали, что создал бог человека по образу и подобию своему, так оно и есть, только не бог, а богги, и нее из глины, а из злого зверя с планеты Люды. Нашу пра-пра-пра-стаю, на планету Ариану вывезли и по имени этой планеты наши пра-пра-пра-пра-пра-щуры стали себя Арианами звать, как по планете Люде, всех людьми зовут. Ну, а когда Ариана в свою очередь под угрозой оказалась, то расселили ариан на семнадцать планет, на шестнадцати умные живут, а на нашей Земле - дураки, о чём они нам и сказали. Одно только успокаивает, что те, кто западнее от нас живут, ещё дурнее.
   - Вов, а вот ты говорил, что история наша вроде не такая как на самом деле, а какая она? - спросила Ксюша Ухарева и подвинулась поближе к Вовке.
   - С историей у нас полный швах*, - ответил Вовка, - как рассказали нам наши космические родственники, выселили на Землю наших предков, шестьдесят тысяч лет тому назад. После погибающей планеты Арианы, наша Земля им раем показалась, ну и жили как в раю целых десять тысяч лет, забыв напрочь лозунг, "Будь готов к труду и обороне!", за что и поплатились. Грохнулся на Землю булыжник космический, диаметром в полтора километра в районе нынешней Америки и от человечества только десятая часть осталась. Богги правда потом помогали оставшимся, но как я понял у Земли нашей какое-то фатальное невезение было, только люди очухаются, опять планетарная катастрофа и опять всё сначала. Последние четыре тысячи лет они вообще называют периодом самоистребления и, как они считают, нет большой разницы, чем земные ариане друг друга убивают, копьями или атомными бомбами. Из великих деятелей на Земле, они только Богумира и Яруну упоминают, а все остальные, это так, мелочь пузатая, о которой и упоминать не стоит. Вот у нас постоянно вякают**, ах - запад, ах - запад, а на западе самая дикая часть бывших ариан обосновалась. Государства ихние знаете, как
   появились? - спросил у присутствующих Вовка и, не дождавшись ответа,
  
   * Швах (Слэнг.) - полный провал, фиаско.
   ** Вякать (Слэнг.) - говорить глупости, что-то утверждать бездоказательно.
  

78

   продолжил, - шайки разбойничьи по лесам шлялись в нынешней Западной Европе, грабили прохожих и проезжих, а когда таскать за собой награбленное тяжко стало, то крепостцы стали строить, где наворованное складировали, потом землю в округе приватизировали и народ там живущий работать на себя заставили, взамен за охрану якобы, крышевание*, одним словом. Затем атаманы себя князьями, королями, герцогами объявили, это у кого, сколько нахальства было, а чтобы народ не понял, что творится, заставили его по фене ботать**, ну и воевали затем друг с другом до одури. Поскольку они все друг друга знали, то, сколько не кричи, что ты король, а всем всё равно известно, что ты бандит с большой дороги. Вот и порешили они себе историй понаписать, что и помазанники они, и родословные у них как у собак породистых, и государства ихнии чуть ли не сами боги основали. Вот и вся их история, враньё от первого и до последнего слова. А вот у нас, в отличие от них, государство было реальное, Славией называлось, три с половиной тысячи лет просуществовало, и всего лишь пятьсот лет тому назад закончило своё существование.
   Вот, наверное, за это, эти западные козлы безродные нас и не любят. Комплекс неполноценности жить спокойно не даёт. Как мне кажется, история была та же, что и с Советским Союзом. Вот и наши инопланетные родственники и говорят, что хотите мол, иметь будущее, берегите свой язык, а иначе вы никому не нужны будете во всей Вселенной. На все выдуманные языки, несмотря на то, что они всё понимают, реакция у них - нулевая.
   - Вова, а как же Киевская Русь, она ведь была? - спросила Ольга Ухарева.
   - Не знаю Оля, спроси завтра сама, - честно ответил Вовка.
   - Вовка, а параллельные миры существуют? - задал волнующий его вопрос Генка Бахарев.
   - Спроси, что полегче, - ответил Вовка, - завтра прилетят, сам у них и спросишь.
   - Вов, а, сколько всего обитаемых планет во Вселенной, - спросил Игорь Стружкин.
   - Они говорят, что сотни тысяч, - ответил Вовка.
   - Вова, а что, на всех этих планетах люди живут? - спросила Катя Бахарева.
   - Нет, конечно, - ответил Вовка, - как я понял, во Вселенной живут совершенно разные народы. Самые продвинутые*** это богги, по-видимому, всё, что мы с богом связываем, это про них. Они - хозяева нашей Вселенной, но только нашей, есть ещё и другие Вселенные, но что там делается, только эти богги и знают. Ну, что люди разные живут, это вы теперь тоже знаете. Оказывается, на Земле ещё моряне живут, мы о них ничего не знаем, они под водой даже города свои имеют, и летающие тарелки у них есть.
   - А почему мы с ними не контактируем? - спросил Вовку брат Серёжка.
  
   * Крышевание (Уголов.) - вымогательство, под предлогом охраны. Занимаются бандиты и
   милиция.
   ** По фене ботать (Уголов.) - разговаривать на выдуманном языке в знак причастности к
   определённому сообществу. Уголовники за счёт искажения и подмены значения
   отечественных слов, интеллигенты за счёт заимствования слов из других языков с
   искажением и подменой значения.
   *** Продвинутые (Слэнг.) - передовые, значительно опережающие в развитии.
  

79

   - Как же, контактируем, - с усмешкой ответил Вовка, - мы воду им поганим разными отходами, и если бы не богги со своими правилами поведения во Вселенной, то они давно бы нас стёрли с лица Земли, а пока терпят. Короче, как я понял, есть люди, а есть обезьяны, которые на людей похожи, есть насекомые, а есть народы, на насекомых похожие, есть ящерицы и есть ящеры, народы такие и так далее и тому подобное в своём вселенском многообразии. Даже обидно, летит какой-нибудь ящер или таракан на звездолёте мимо Земли и кричит: "Привет Вовка-животное, слабо тебе по Вселенной на звездолёте полетать!".
   - А что, у этих ящеров и тараканов звездолёты есть? - с удивлением спросил Серёжка.
   - Вот в том-то и обида, что есть, а мы самые умные, мы самые умелые, мы цари природы, а на поверку самые что ни есть обезьяны, даже космические тараканы над нами смеются. Да и эти родственники прилетели, наверное, из-за стыда, что у них родичи такие дикие. Не знаю точно, но у меня такое чувство, что если бы мы все, в конце концов, забыли бы русский язык, или исковеркали бы его до неузнаваемости, то они бы с радостью и со спокойной совестью о нас бы забыли, а ящеры на законном основании летали бы на Землю охотиться на двуногих животных, наносящих непоправимый вред планете, притом на законном основании.
   - Так что, дело швах? - спросил стоящий напротив Вовки, Лёнька Бахарев.
   - Похоже на то, - ответил Вовка, - но как говорит девиз спецназа, из каждого безвыходного положения, есть как минимум два выхода.
   - Так что же делать? - спросил Лёнька.
   - Пока не знаю, но думать надо, притом всем без исключения, давно мы этим не занимались, - подвёл итог дискуссии Вовка, - а теперь все по домам, поздно уже, и думайте, о чём инопланетян спрашивать будете, они ребята грамотные, авось, что и присоветуют.
   - Вова, а женщины у них красивые? - смущённо спросила Любка Стружкина.
   - Думаю, что да, - серьёзно ответил Вовка, - они на них молятся, а если на женщину молиться, то она наверняка красавицей будет. Не тушуйся*, Люба, ты, я думаю, ничуть не хуже, вот выйдешь за меня замуж, я тоже на тебя молиться буду.
   - О-о-ой! - вскрикнула Любка и под общий, как всем показалось добродушный, а не ехидный, как обычно, смех кинулась прочь в сторону дома.
   Толпа стала медленно расходиться по домам, делясь на попутные группки.
   - Вов, а ты что, жениться собрался? - спросил Лёнька Бахарев.
   - А почему и нет, что Любка плохая девчонка разве? - вопросом на вопрос ответил Вовка.
   - Да нет, но как-то неожиданно, - ответил Лёнька.
   - Ничего себе неожиданно, - ответил Вовка, - мы до армии дружили, из армии она меня ждала, так что ещё надо, а главное, я её люблю, а она меня. Пошли по домам, даже не представляю, что завтра будет, - сказал Вовка поднимаясь со скамьи.
  
  
  
   * Тушеваться (Народн.) - смущаться, стесняться
  
  

80

Глава пятая

   Над селом Зелёная Горка занимался рассвет. Ничего необычного в нём не было. Рассвет как рассвет, таких рассветов над Зелёной Горкой миллионы прокатились за прошедшие столетия. Но если бы он мог удивляться, то наверняка бы удивился. В отличие от вчерашней тишины и безлюдья, рассвет застал Зелёную Горку, копошащуюся как муравейник. Только несколько удивлённый происходящим Паша-пастух смотрел на празднично одетых односельчан, сосредоточенно стремящихся ни свет, ни заря к центру села. Паше было интересно, но предать коров он не мог и поэтому делал своё дело как всегда, сосредоточенно и спокойно.
   Как-то само собой получилось, что сельчане стали собираться не у правления агрофирмы, где ещё во времена советской власти привыкли собираться по всем значимым событиям, а у развалин храма Святого Александра Невского, где подспудно, каким-то шестым чувством надеялись на его защиту от чего-то неведомого, что должно было сегодня случиться. Несмотря на очень раннее утро, празднично одетая толпа у развалин храма всё росла и росла. Но, несмотря на праздничную одежду, настроение людей было скорее настороженное, чем праздничное. В какой-то мере общее настроение, негромко переговаривающегося между собой народа высказала бабка Лукерья, которая, крестясь на развалины храма, произнесла:
   - Вот прилетят посланцы бога из царства Господня и устроют нам страшный суд, про который в библии написано, за грехи наши.
- Что ты старая мелешь, - возразил Лукерье идущий рядом Николай Иванович Бахарев, - они, как говорят, такие же люди как мы. Они может не судить прилетели, а помочь хотят.
   - Ну да, - не сдавалась Лукерья, - помню, хоть и малой была, как к нам в Зелёную Горку, в году где-то тридцать втором приехал такой помощник, Баклушин по фамилии, как звать величать уж не помню. Двадцатитысячником* прозывался, так сам дурак-дураком в крестьянском деле был, а туда же, помощь я вам оказывать буду, колхоз развернём, жить богато будем. Как будто до него в Зелёной Горке кто-то бедно жил, кроме пьяниц, конечно.
   Ну и помог, чем мог, пьянь сельскую начальниками сделал, комбед** какой-то придумал, а мужиков работящих в Сибирь под конвоем выпроводил, вот с тех пор в Зелёной Горке по-людски и не жили никогда.
   - Да что вы спорить-то взялись с самого утра, - попыталась урезонить распалившуюся не на шутку Лукерью шедшая рядом школьная учительница Марина Игоревна Ухарева, - посмотрите какой рассвет красивый, о хорошем думать надо, а вы всё о судах да конвоях. Неужто в такую даль люди полетят, что бы в каком-то бывшем колхозе безработных судить.
   - А ты милая не успокаивайся, - переключилась на неё Лукерья, - слыхала я, что учителей они особо пытать будут, почему, мол, дети школу закончили, а знать ничего не знают. Вот ты то под суд первой кандидатурой и будешь.
   * Двадцатипятитысячники - передовые (на взгляд коммунистов) рабочие, направленные в
   количестве 27 тысяч в деревни и сёла, для организации крепостного (колхозного) строя.
   ** Комбед (Аббревиатура) - комитет бедноты (организация пьяниц и бездельников, лояльная
   Советской власти, в обмен на право грабежа окружающих односельчан и предоставление
   должностей, не связанных с постоянным физическим трудом).

81

   - Я учу так, как районо* предписывает, - обижено ответила Марина Игоревна.
   - Это ты не мне, а им расскажешь, - продолжала Лукерья, - и про районо, и про школу полуразваленную, и про всё остальное.
   - Лукерья, оставь человека в покое, - заступился за учительницу поравнявшийся со спорщицами Илья Бахарев, - тебя, между прочим, за сплетни тоже могут к суду инопланетному призвать.
   Лукерья обиженно засопела и отстала от идущей группы сельчан, но через минуту её голос раздавался уже у другой группы идущих в центр людей.
   Когда Илья, наконец, добрался до развалин храма, там уже собралась тысячная толпа, а народ всё прибывал, мелькали даже незнакомые лица, воистину земля слухом полнится, пассажиры невесть откуда взявшихся трёх теплоходиков, быстрым шагом и с воинственными лицами целенаправленно шлёпали по грязи, явившейся результатом ночного дождика, в центр села. За ними следовали и команды теплоходиков, отличавшиеся от остальной толпы только белыми фуражками.
   Илья поискал глазами Ленку, и, наконец, увидел, её, забравшуюся на кусок кирпичной кладки храма, бывший когда-то частью стены, напряжённо смотрящую поверх голов прибывающей толпы. Наконец их глаза встретились. Ленкино лицо радостно засветилось. Илья как ледокол, устремился через толпу навстречу Ленке, которая пробиралась к нему навстречу. Наконец они встретились, ни слова не было сказано, но глаза сказали всё. Исчезла куда-то гудящая толпа, исчезло всё вокруг, были только он и она, его прекрасная любящая Елена. Илья сделал полшага, разделяющего их и заключил Ленку в свои объятья. На землю их вернул Вовкин голос:
   - Вот вы где, а я уже обыскался, да отцепитесь вы друг от друга, я, между прочим, тоже женюсь, но дело, прежде всего.
   - Какое ещё дело? - спросил Илья нехотя выпуская Ленку из своих объятий.
   - Да как, какое дело! - возмутился Вовка, - мы вроде как причастные к этому, сейчас Всеволод со своими прилетит, а куда садиться тарелка будет, кругом толпа, кого-нибудь как Мишку шарахнет, да ещё вдруг не одного, а толпа вещь непредсказуемая. Пойдём место для посадки расчищать.
   - Да, я как-то не подумал, - смущённо ответил Илья.
   - Не подумал, не подумал, - театрально пробурчал Вовка, - думай тут за всех.
   - Я с вами! - категорично заявила Ленка.
   - Я думаю, - на ходу, пробираясь сквозь толпу, объяснял Вовка, - что лучшее место для посадки будет пересечение Кольцевой улицы с Советским переулком. Я там всех уже собрал, даже Сашку Стружкина пригнал, Женька следит, что бы он опять не напился, без пистолета, правда, Мария пистолет не дала, ну да думаю, что всё обойдётся.
   Спустя несколько минут они уже были на выбранном Вовкой перекрёстке. Здесь их уже поджидала группа зеленогорской молодёжи, человек тридцать и изрядно помятый участковый Стружкин.
   - Короче, - начал Вовка, - нам надо очистить площадку метров пятьдесят диаметром, заходим в центр перекрёстка и, взявшись за руки, расчищаем круг для посадки. Думаю, у нас всё получится, так как толпа здесь пожиже, чем в других местах. Ну, начали!
  
   * РайОНО (Аббревиатура) - районный отдел народного образования.

82

   - Вовка, не спеши, - остановил Вовку Илья, - идея хорошая, но не продуманная.
   - Ну и что, не так? - обиженно спросил Вовка.
   - Да всё так, зря обижаешься, - стал объяснять Илья, - раздвинули мы толпу, взявшись за руки, все сразу поймут, что приземляться будут здесь. Соответственно все сюда ломануться*, ну не удержим мы тысячную топу, если просто так за руки держатся, свободно будем. Руки надо держать в связку под локти, а для этого надо ещё человек сто.
   - И правда, молодец Илья, а я как-то об этом не подумал, - сразу согласился Вовка. Он на минуту задумался, а затем, обернувшись к молодёжи, сказал:
   - Короче, мужики, сейчас быстро разбегаетесь и минут через десять возвращаетесь, каждый с собой приводит минимум троих серьёзных мужиков, пьяных чтобы не было. Всё понятно?
   - Понятно! - прозвучал дружный ответ, и группа поддержки разбежалась.
   Минут через пятнадцать, на перекрёстке стали собираться собранные Вовкой молодые ребята и пришедшие с ними сельские мужики. Когда две сотни человек собрались, Вовка поставил перед ними задачу:
   - Скоро прилетят наши знакомые, нам надо обеспечить им место для посадки, по этой летающей тарелке искры и разряды гуляют как по трансформатору в грозу. Для того, что бы никто не пострадал, нам надо организовать оцепление. Берёмся под руки, в локтевой замок и расчищаем весь перекрёсток от толпы, ну а потом удерживаем толпу, когда она на нас навалится. Всем всё ясно?
   - Ясно, - ответил за всех Егор Петрович Ухарев, - как в своё время на Даманском** китайцев сдерживали.
   Под руководством Вовки, группа зеленогорцев пробилась в центр перекрёстка и, образовав круг, стала быстро выжимать с намеченной территории всех там находящихся. Илья тоже было включился в эту работу, но его остановил Вовка.
   - А ты куда? - закричал он с другой стороны расширяющегося постепенно оцепления, - гостей кто встречать будет? Вот вы с Ленкой и готовьтесь, встречать будете.
   - Садиться за храмом будут! - пронеслось в толпе. Толпа, обтекая развалины храма, с двух сторон ринулась к оцепленному кругу.
   - Тише! Куда прётесь! Дальше нельзя, опасно! - пытались сдержать толпу добровольцы.
   - Дядь Саш! - закричал Вовка, - ты хоть попробуй, какой нибудь порядок навести, пока они нам спины не переломали!
   - Назад! Назад! Назад! - вышел из похмельного оцепенения участковый Стружкин, он, с трудом растолкав толпу добрался до пыхтевшего от натуги оцепления и, продираясь между ними и толпой, в какой-то мере снял напряжение.
  
   * Ломанутся (Слэнг.) - бросятся, кинуться, помчатся в одном направлении.
   ** Остров Даманский на реке Амур, где в марте 1969 года началась Китайская экспансия на
   Российском Дальнем Востоке путём организации провокаций и убийств советских
   пограничников. В настоящее время в составе Китая, наряду с другими территориями.
  
  

83

   - Куда ломитесь! На погибель свою ломитесь! Вот начнут они вас гонять, по всему селу, мало не покажется! - орал он на толпу. Толпа под воздействием его криков, большая часть которых, не приводится по этическим соображениям, а также изрядных тычков, которые он раздавал направо и налево, постепенно успокоилась.
   - А ничего, толковый у тебя братан, - сказал Женьке Колька, после того, как давление толпы несколько поуменьшилось.
   - Да он не всегда был такой, - ответил Женька, - это после того, как в Новогороде он вышел на губернаторскую банду, его в звании и в должности понизили и сюда сослали. Мы сюда приехали, а он и говорит, что-либо он алкаш, либо труп, вот и выбирайте. Мария баба умная, всё поняла и говорит нам, что бы мы, если кто спросит, говорили, что Сашку за пьянку из Новогорода попёрли, сослали так сказать на историческую родину. Ну а он тут запил по-настоящему, такие вот дела. А вообще-то он мужик хороший и грамотный.
   Давка у собора усилиями участкового Стружкина почти прекратилась. Разговоры как-то стихли сами собой. Все с напряжением смотрели в светло-голубое, как бы отмытое ночным дождиком небо. Если кто и разговаривал, то почему-то шёпотом. Все чувствовали какое-то нарастающее напряжение.
   - Да вот же они! - закричал кто-то в толпе.
   Совершенно бесшумно, как бы неоткуда, над селом зависли две летающие тарелки. Одна неподвижно зависла на высоте около километра, а вторая начала плавно снижаться.
   - Вот, а говорили враньё, нет никаких инопланетян, сказки рассказывают, - покатилось негромко по толпе. Все с напряжением ожидали продолжения.
   Летающая тарелка зависла ненадолго на высоте метра три. Затем все увидели три вышедшие из её корпуса металлические ноги, а затем она плавно опустилась в центр оцепления. По всей её поверхности пробегали электрические разряды. Стоящие в оцеплении спинами почувствовали, что давление толпы совершенно исчезло. Бесшумно открылся люк и на землю опустился блестящий на солнце трап. Над толпой нависла гнетущая тишина. Из люка, по трапу один за другим спустились Всеволод, Криворог и Комонебранец.
   - Илья! - Ленка локтём легонько ткнула Илью в бок.
   - Идём, - ответил Илья, и они пошли вдвоём навстречу инопланетянам.
   - Приветствуем вас в нашем селе! - в один голос произнесли Илья и Ленка заранее подготовленное приветствие и одновременно приложили правые руки к левой стороне груди.
   - И мы вас приветствуем, - ответил Всеволод за всех, приложив руку к груди. Криворог и Комонебранец молча приложили руки груди и слегка поклонились Илье и Ленке.
   - А где Моск? - спросил Илья.
   Всеволод молча указал рукой на летающую тарелку. Он несколько секунд смотрел на собравшийся народ, как бы что-то обдумывая, затем сделал несколько шагов вперёд и громким звонким голосом произнёс:
   - Здравствуйте, люди! Мы - ариане, ваши дальние родичи, прилетели сюда не из праздного любопытства. О том, что у вас делается, мы знаем не хуже вас.
  

84

   Цель наша, главная, - познать, пригодны ли вы для воссоединения со всем арианским сообществом, живущем на других планидах. Может ли арианское сообщество рассчитывать на вас как на своих братьев и сестёр. Можете ли вы, ради братского соучастия, забыть о тех пороках, которым вы подвержены и вернуться, к достойному человека существованию. Можно ли вам верить и на вас надеяться. Из того, что мы пока видим - ответы неутешительные. Ваши далёкие предки на все эти вопросы ответили бы однозначно - да.
  
   Всеволод несколько мгновений молча смотрел на стоящую перед ним толпу, замечая, как стоящие перед ним люди отводят глаза от его взгляда, а затем продолжил: - Но вы, в отличие от ваших предков, стали беспричинно кровожадны, равнодушны к насилию и враждебны друг к другу, гневливы по пустякам и беспомощны в делах серьёзных, алчны непомерно, похотливы, склонны к прелюбодеянию, лживы, вороваты, ленивы, завистливы, подвержены чревоугодию и при этом горды и властолюбивы. Мы хотим узнать, почему вы стали столь безразличны к собственной жизни, почему вы не думаете о будущем своих детей и своего народа. Помимо этого вы ещё и склонны к потреблению зелья хмельного и трав дурманящих. При таких пороках о воссоединении даже речи быть не может. При таких заразных болезнях вас не примет ни одно сообщество. А это означает только одно - гибель. Вот и должны мы доложить Высшему арианскому совету, излечимы вы или нет. Если излечимы, то мы с вами. Если не излечимы, то вы, как и прежде - будете одни во Вселенной.
   Всеволод замолчал и стал пристально разглядывать стоящих перед ним людей. Над толпой и над всей Зелёной Горкой нависла гнетущая тишина. Каждый, стоящий в толпе прекрасно понимал, что это и есть тот библейский суд божий, когда кроме слёз, нет другого ответа на простые, по сути, вопросы. Корчится в муках душа, хочет сказать - да. Но разум, грустно отвечает - нет, нет и ещё раз нет, нельзя на тебя надеяться, ты, душа, и сама это знаешь, а корчишься ты в преддверии гибели вместе со мной и грешным телом, нас объединяющим. Да и боль свою некому излить, потому, что все кругом такие же, как и ты. Зря политики народ недооценивают, может грамоты ему и недостаёт, может знаний каких нибудь ненужных, коими интеллигенты гордятся, не имеет, но вот стоит перед инопланетным родственником многотысячная толпа и все, кроме детей малых, всё, о чём речь идёт, понимают, а поймут ли это политики и интеллигенты - ещё вопрос.
   - Вот и хотим мы знать, - опять раздался над толпой громкий и звонкий голос Всеволода, - почему вы такими стали? Кто наставники ваши и учителя? Кто урядники ваши? Кто ваши целители? Кто за вас решает, как вам жить надобно? Увидим ли мы этих людей?
   - Увидите, иду как на суд божий, любую кару приму, только со слезами прошу, истину откройте, нет сил человеческих, всю жизнь в тумане прозябать! - с этими словами сквозь расступающуюся перед ним толпу шёл отец Кирилл. Он остановился в двух шагах от Всеволода и попытался встать на колени, но Всеволод молниеносно оказался возле него и удержал его на ногах.
   - Негоже арианину на коленях стоять, даже если душа его воет от горя и скорби, - произнёс Всеволод, - мы - братья, вот и говорить будем как братья.
  

85

   Знаю, искал ты всю жизнь свет истины, но не нашёл его по своей вине, больно легковерен ты был Кирилл, ложь за истину принимал, от одного берега к другому метался, правду искал, а правда в тебе самом, как в ларце хранилась и света не видела. Нет на тебе печати пороков смертных, да и заветы боггов ты не нарушал, кроме одного.
   - Какого завета? - отец Кирилл поднял взгляд на Всеволода, лицо его было мертвенно-бледно и мокро от слёз.
   - О сбережении здоровья своего, - Всеволод участливо положил руку на плечо отца Кирилла. Как можно, в столь молодые годы довести себя до уровня старца. С этими словами Всеволод протянул руки к отцу Кириллу и крепко сжал его голову руками. У отца Кирилла потемнело в глазах, наступило какое-то забытьё. Но в забытье он был недолго, он чувствовал, как в его тело проникает какая-то светлая сила, как легко становится в голове, как спокойно становится на душе, как тело наливается какой-то невиданной мощью. Вот оно, что означает заново родиться, подумал он. Руки Всеволода оторвались от головы отца Кирилла. Перед ним стоял совершенно другой человек, молодой, сильный, уверенный в себе и судя по улыбке, открытой и спокойной, склонный к дружеской шутке.
   - Вот и вопрошай к наставнику, коли он сам при смерти, - улыбаясь, сказал Всеволод, - обращаясь к Криворогу и Комонебранцу.
   - Всех не вылечишь, Воевода, - ответил Криворог, - они тут все больные.
   - Души у них больные, вот наш брат Кирилл и будет их лечить, дар такой от нас он получил, - ответил Всеволод.
   - А не боишься, Воевода, что во вред дар пойдёт? - спросил Комонебранец.
   - Нет, не боюсь, и ты не хуже меня это знаешь, - ответил Всеволод.
   Отец Кирилл стоял на месте и с трудом пытался осознать всё с ним произошедшее. Это чудо, но чудо не от мифического бога, а от человека, человека живущего по-человечески и в человеческом обществе. Он повернулся и посмотрел на неподвижно стоящую толпу, на лицах людей был восторг и удивление. Вместо ссутулившегося старца, каким привыкли видеть отца Кирилла сельчане, перед ними стоял молодой, здоровенный мужик с задорным и слегла насмешливым взглядом.
   - Земляки, - обратился Кирилл к народу, - как кнутом огненным отстегал нас Воевода словами своими, горько такое слушать о себе было. Но дали мне братья наши инопланетные силу великую и думаю я, что излечим мы наши души, да и телеса тоже. Не так уж и глубоко погрязли мы в пороках, как на первый взгляд кажется, я думаю, что выберемся. Негоже нам, великому народу, поганой овцой во Вселенной быть
   - Выберемся. Что мы не люди, в самом деле. Пусть подскажут с чего начать. Да никому такая жизнь не в радость. Мы тоже не хотим изгоями жить. Да кому же жить по-человечески не хочется, - посыпались голоса со всех сторон.
   - И я верю, что через малое время, Воеводе Всеволоду стыдить нас будет не за что, - ответил Кирилл, - а с чего начать, это и я знаю, очистить свой язык от скверны всякой и друг друга понимать научиться, язык наш - спасение наше. Да и понимать тогда научимся, что кроме нас самих, спасать нас никто не будет. Помочь, может и помогут, если свои дела не помешают, а спасение утопающих, дело рук самих утопающих.
  

86

   - С одним наставником разобрались, - сказал Всеволод, - сам при смерти был и наставничество такое же, а старейшины ваши где? Почему они молодых на путь истинный не наставляют? Почему посреди села эта руина стоит? Хорошему человеку ведь посвятили строение это ваши предки, горестно было бы узнать князю Александру, что в честь его посреди села руина стоит. Почему по грязи ходите, и дороги не вымостите? Почему в избах покосившихся живёте?
   - Так не дают ведь нам храм восстановить, - ответил Кирилл.
   - Кто не даёт? - удивлённо спросил Всеволод.
   - Государством он охраняется, - мрачным голосом ответил Кирилл.
   - Государство охраняет развалины от людей, что бы они чего доброго их не восстановили? - с удивлением воскликнул Комонебранец, - Воевода, беру свои слова обратно, на людей надежда не потеряна. Но кто тогда ими правит? Атлантским душком понесло, такой глупости во всей Вселенной не сыскать, а руины у них не только в сёлах, но и в больших городах стоят.
   - А в селе у вас кто правит? - обращаясь к народу, спросил Всеволод.
   - Да какой-то Костомаров. Сказали, что выбрали его. Он в райцентре живёт. К нам он в месяц раз наведывается. Да он в агрофирму приезжает за продуктами. С Дёгтевым Эдуардом, директором, водки попьют и назад в райцентр уедут, - раздались голоса со всех сторон.
   - Что же у них тут творится? - обращаясь к Всеволоду спросил Криворог.
   - Сам видишь, - ответил Всеволод, - наместническое правление захваченной местности.
   - Это точно сказано, - подтвердил Кирилл, - захваченная местность с населением.
   - Ну, а сами то вы как жизнь свою строить собираетесь? - с вопросом обратился Всеволод к стоящим перед ним людям. Молчание было ему ответом.
   - Не готовы люди на этот вопрос ответить, Воевода, - задумчиво ответил Всеволоду Кирилл, - восемьдесят лет им думать запрещалось, а последние двадцать лет полное безвластие здесь было, другой жизни люди не видели. Ведаю я теперь о Вече народном, но и к нему людей подготовить надо, что бы в пустую болтовню дело не вылилось, как в нашей Государственной Думе. Думаю, с этим мы справимся. И на старейшин наших обиду Воевода не держи, за всю жизнь их мнением никто и никогда не интересовался, вот и сидят они тихо по своим углам. Прошу поверить мне Воевода, больше такому не бывать.
   Всеволод в задумчивости кивнул головой, затем пристально взглянул на толпу и спросил:
   - А учителя этих людей, могут рассказать, чему они отроков учат? Почему у них в головах каша вместо знаний? Почему дети от ученья бегут? Почему молодёжь ни былого своего не ведает, ни жизненного обустройства не знает? Почему люди к труду не приучены? Почему все по грязи ходят, в перекошенных избах живут и никому это досадным не кажется? Зачем нужно такое учение, после которого человек становится хуже, чем был до этого? Кто же учителя ваши?
   В толпе послышался шум, в разных местах началась какая-то возня.
   - Иди, иди. Отвечай теперь сама, не всё других спрашивать. Нечего за спины прятаться. Иди, чай не съедят тебя, - раздавалось в разных местах.
  

87

   Вскоре, на свободное от толпы место перед Всеволодом вытолкнули
   упирающуюся школьную директрису Анну Петровну Бахареву, завуча Инну Александровну Поречникову, учительницу русского языка и литературы Ухареву Марину Игоревну, учительницу физики Марию Александровну Коптеву, учительницу химии Валентину Ивановну Стружкину, математичку Аллу Валентиновну Кравченко, учительницу немецкого языка Елену Борисовну Бахареву и учителя истории Бориса Митрофановича Бахарева, пенсионера. Весь учительский состав Зеленогорской неполной средней школы был налицо. Учителя были несколько помяты, обижены и напуганы. Держались они кучкой, как бы ища поддержки, друг у друга. На Всеволода они смотрели как на строгого инспектора из ОблОНО*, явно не до конца понимая суть происходящего.
   - Так вы и есть учителя этого народа? - спросил Всеволод, обращаясь к группе перепуганных женщин.
   - Наш педагогический коллектив, - сдавленным голосом ответила Анна Петровна, - доводит до школьников Зеленогорской неполной средней школы программу, спущенную Районо.
   - И эта программа предусматривает отсутствие знаний по былому своего народа, незнанию своего родного языка, неумению разобраться в жизненном обустройстве, нежеланию трудиться, в поощрении пороков, неумении наладить человеческую жизнь? - задал Всеволод вопрос Анне Петровне.
   - Нет, конечно, - смущённо ответила Анна Петровна, - но мы не имеем права менять программу, да и дети, как правило, учиться не хотят.
   - А сами-то вы ведаете о том, чему других учите? - спросил её Всеволод.
   - Наш педагогический коллектив, - начала, было, Анна Петровна, но, почувствовав каким-то шестым чувством, что все её мысли инопланетянин просвечивает, как рентгеном, замолчала и опустила голову.
   - А языку родному кто народ учит, - обращаясь к тесно сбившейся группе педагогов, спросил Всеволод, - почему все, с кем нам говорить пришлось, речь свою словами заимствованными перемежают, смысла которых зачастую не ведая?
   - Отвечай, тебя спрашивают, - зашипела на Марину Игоревну завуч Инна Александровна.
   - Я преподаю русский язык и литературу в соответствии со спущенной программой, - медленно краснея, полушёпотом, ответила Марина Игоревна.
   - Вот и с учителями разобрались, - обращаясь к Криворогу и Комонебранцу, сказал Всеволод, - нет у народа учителей. Они и сами это понимают, - кивнул он головой на плотно сбившуюся группу женщин, - не учителя они, потому и педагогами себя обзывают. Не учат они, а тяжкую повинность отбывают. Что же с народа требовать, если учителя у них такие, что-то доводят, что-то спускают, для такой работы ни знаний не нужно, ни труда особого. Делают вид, что работают, а на самом деле вред от них великий.
   - Знаете в чём ваша главная беда? - спросил он, обращаясь к педагогам.
   Молчание было ему ответом.
  
  
   * ОблОНО (Аббревиатура) - областной отдел народного образования.
  

88

  
   - Беда ваша в том, - продолжил Всеволод, - что не любите вы детей, да и народ свой вы не любите, а судя по тому, как вас сюда вытолкали, и народ вас не очень то уважает. Да и как можно вас уважать, если вы сами себя не уважаете, ведь ни один уважающий себя человек не возьмётся делать работу, которую не любит и способностей к которой, не имеет.
   - Воевода, - обратился к Всеволоду Комонебранец, - может порку им устроить, чтоб другим неповадно было?
   При этих словах плотная группа женщин ещё плотнее сбилась вокруг Бориса Митрофановича, как бы ища у него спасения.
   - Нет, Комонебранец, - ответил Всеволод, - пороть здесь всех надо, за редким исключением, а у нас времени на это нет. Как ты и сам понял у них все такие, до верховной власти включительно. Все делают вид, что работают, а на самом деле предаются праздности и безделью. Над работниками - смеются, бездельников - уважают, целомудрие - презирают, пороки - восхваляют. Нам надо выяснить, кто во главе этого стоит.
   Всеволод презрительно посмотрел на неподвижно застывшую перед ним группу женщин и махнул на них рукой, произнеся при этом:
   - У нас дома, женщину, не любящую детей и женщиной не считают, ей к детям приближаться запрещается, идите с глаз моих и пусть однажды в вас проснётся, и любовь и совесть и желание добросовестно делать своё дело.
   Группа посрамлённых педагогов, не проявляя какого-либо желания оправдаться перед инопланетянами, стремительно пробивалась через толпу.
   - Что, не сдали экзамен. Эх вы, педагоги. Это вам не районо, - раздавалось из толпы.
   - Сами не лучше, - огрызались педагоги, утратившие интерес к общению с братьями по разуму.
   Всеволод смотрел на улюкающую в адрес педагогов толпу и старался побороть растущее чувство неприязни к этим людям, любящим находить виновных в своих бедах, но не желающих нести какую-либо ответственность за свою собственную жизнь. Только понимание того, что не одно поколение этих людей стало жертвами разного рода преступников, именующих себя властью, не давало ему махнуть на них рукой и улететь на звездолёт, в братский, радостный и доброжелательный круг своих соотечественников.
   - Думаю и целители ваши от педагогов недалеко ушли? - обратился он с вопросом к стоящему перед ним народу.
   - Да, Петрович, фельдшер наш, только таблетками, когда есть, да зелёнкой лечит. Да в район направления выписывает. А спирту не даёт, сам потребляет, - вразнобой донеслось из толпы.
   - А где он? - спросил Всеволод.
   - Дак, Петрович не дурак, как начали вы училок допрашивать, он сказал, что следующий на очереди и слинял, - ответил кто-то из толпы.
   - А сами то вы, люди, как жить-то собираетесь? - обратился к народу Всеволод, - ведь и жизнью это назвать нельзя.
   - Да мы что. Это как начальство решит. Мы люди маленькие. От нас ничего не зависит. Плетью обуха не перешибёшь. Пускай начальство думает, - загомонила толпа.
  

89

   - Так нет же у вас здесь никакого начальства, - ответил Всеволод, - даже самого захудалого.
   - Это пока мы водку пьём и ничего не делаем. А если что-то делать начнём, то в миг объявятся. Кто разрешил? Почему без спроса? На какие деньги? Почему у нас не спросили?
   Стращать начнут, - опять загомонила толпа.
   - Какое дело вашему начальству до того, что вы порядок в селе наведёте? - спросил удивлённо Всеволод, - вы ведь здесь живёте, а не начальство.
   - Вы Воевода, не удивляйтесь, - вступил в разговор, молчавший до сих пор Михаил Парамонович Гриднев, поверивший, наконец, в реальность происходящего, - порядки у нас и в самом деле дурацкие. Можно и дороги отремонтировать, и жильё отремонтировать, и дело доходное завести, и школу отремонтировать, а то в неё и заходить страшно, и работу можно полезную всем найти, да ничего у нас без разрешения начальства делать нельзя.
   - Так получите это разрешение, - ответил Всеволод, - если другого выхода нет.
   - Вот тут и загвоздка, Воевода, - с усмешкой ответил Михаил Парамонович, - на самое хиленькое разрешение требуется как минимум полтора десятка подписей от чиновников, за каждую подпись нужна взятка, а аппетиты у них такие, что нам этого не осилить.
   - Вы же говорите, что власть свою сами избираете, - недоумённо спросил Всеволод, - как же такие нелюди у власти оказываются?
   - Всё просто, - ответил Михаил Парамонович, - приедут к нам с урной, заманят дармовой водкой пару десятков мужиков в контору, скажут, где крестик поставить и куда кинуть, вот и все выборы.
   - Есть же хорошие люди, - недоумевал Всеволод, - соберитесь и проголосуйте за своего.
   - Так кто же ему даст, - уже весело ответил Михаил Парамонович, - приедет наряд милиции, возьмёт этого хорошего человека под белые ручки и спровадит в следственный изолятор, по обвинению в сговоре против существующей власти. Посидит он там недельку-другую и всякую власть за свою свободу отдаст. Вот отсюда и жизнь у нас такая - непутёвая. Может вы, чего присоветуете, тогда можно попробовать будет. Восстание устраивать нельзя, Сибирь у нас большая, всем места хватит, а мирно думаю, не получится.
   Все инопланетяне с интересом слушали Михаила Парамоновича.
   - Если воин надежду потерял, то положение действительно не из лёгких, - прокомментировал услышанное, удивлённый Криворог.
   - А не сгустил ли ты краски, Михаил, правильно я имя твоё назвал? - спросил Комонебранец, - такое правление даже захватчику не совсем присуще.
   - Скорее разбавил, - улыбаясь, ответил Михаил Парамонович, - если дня на два у нас задержитесь, то и начальство наше думаю, увидите, весть о вас, думаю, уже до Москвы добежала. Я даже больше скажу, как человек военный, будьте начеку, наши беды, по сравнению с гадостями, которые наше руководство устроить может, так, семечки.
   - Мы воины, да ещё и разведчики, мы всегда начеку, а за доброе слово спасибо! Уверен я, найдём мы выход и добьёмся, чтобы вам жить никто не мешал, - ответил Всеволод, - а разговор, Михаил, мы продолжим, только надо сначала кое-что обдумать.
  

90

   - Воевода! - окликнул Всеволода, несколько взволнованный Криворог.
   Всеволод повернулся к Криворогу, с минуту все трое инопланетян стояли лицом друг к другу, было ясно, что у них идёт напряжённый разговор, но ни звука никто не услышал. Наконец Всеволод повернулся лицом к замершему народу и спросил:
   - Вы действительно хотите жить как люди или тем, что есть обойдётесь?
   - А как по-людски живут? - спросил кто-то из толпы, - мы то другой жизни не видели.
   - Криворог, - обратился Всеволод, - попроси Моска видение города создать, а пока он заниматься этим будет, дежурство прими.
   - Дозволь выполнять, Воевода! - ответил Криворог.
   - Выполняй! - ответил Всеволод.
   Криворог повернулся и быстро исчез внутри летающей тарелки.
   Толпа замерла в ожидании.
   - Смотрите! - раздался, чей то крик. Все взгляды устремились на летающую тарелку. Над летающей тарелкой поднимался мерцающий луч. Он достиг двадцатиметровой высоты и стал расширяться. Постепенно внутри луча оказалась вся летающая тарелка, затем внутри оказалось оцепление, давно расцепившее руки ввиду отсутствия необходимости кого-либо сдерживать. Затем мерцающий луч стал поглощать толпу. Вот внутри луча оказались и развалины храма. Движение луча остановилось. Все зачаровано глядели на мерцание, отдалённо напоминающее северное сияние. Но вот внутри расширившегося луча стали проступать какие-то тени, линии, неясные предметы. С каждой секундой они становились всё чётче и, наконец, все присутствующие стали различать дома, улицы, движущийся транспорт, идущих людей. Видимость стала, наконец, совсем чёткой. Все стоящие увидели себя в незнакомом городе. Чистота улиц бросалась в глаза. По улицам двигался транспорт.
   - Глядите! - закричал кто-то, у ихних машин колёс нет.
   Транспорт действительно был без колёс, он не ехал, а плавно скользил над поверхностью идеально ровных улиц. Не видно было и привычных баранок, да и водителей, в привычном понимании, не было видно. Машины управлялись как бы сами собой, по крайней мере, сидящие в них люди не были озабочены их управлением. По тротуарам, идущим вдоль улиц неспешно двигались нарядно одетые люди, в основном женщины с детьми.
   - Да, - прокомментировал кто-то, - а бабы у них - красавицы!
   - Ишь ты, заметил, - ответил ему женский голос, - за хорошим мужем, и свинья - барыня, а за вами и красавица на дурку похожа будет.
   По тротуару, на каком-то скачущем приспособлении быстро двигался карапуз лет трёх, а молодая женщина, наверное, его мать, пыталась его догнать, видно было, что она что-то кричала не в меру расшалившемуся карапузу, но он призывам не поддавался. Идущие по тротуару женщины дружно откликнулись на призывы матери шалуна, но он, ловко управляя своим странным скакуном, ловко от них уворачивался.
   - Ловок чертёнок, - откликнулся кто-то из зрителей.
   - И у них дети проказничают, - откликнулся женский голос.
  
  

91

   Между тем охота на юного шалуна продолжалась. Двум женщинам удалось предугадать очередной прыжок механического скакуна и оказаться прямо перед ним. Казалось, малыш попался, но не тут-то было. Скакун со своим седоком в два прыжка перепрыгнул широкий газон, отделяющий тротуар от проезжей части и оказался среди движущихся машин.
   - Ой-й-й! Го-о-о-споди! - пронеслось над замершей толпой. Попавший в беду юный проказник с далёкой планеты не оставил никого равнодушным. Всем хотелось чуда спасения малыша, и оно случилось. Мгновенно замер поток стремительно мчавшихся до этого машин. Из остановившихся машин выбегали люди и бежали к малышу, по-прежнему сидевшему на своём скакуне. Двое мужчин, подняв скакуна, вместе с седоком, осторожно перенесли его через газон и поставили его возле расстроенной матери. Судя по весёлым лицам собравшихся людей, никто ни на кого не ругался и никто никого не воспитывал. Один из мужчин вышел на проезжую часть, сделал жест рукой и поток машин двинулся дальше. Было заметно, что мужчина общается с пассажирами проезжающих мимо машин, потому, что люди в проезжающих мимо машинах смотрели на маленького непоседу и улыбались. Наконец одна из машин плавно остановилась у края проезжей части. Из неё вышел молодой человек. Мужчина, стоявший до этого на проезжей части что-то сказал ему, на что молодой человек кивнул головой и, улыбаясь, пошёл к малышу, по-прежнему сидящему на своём скакуне. Молодой человек что-то сказал малышу. Малыш, немного подумав, по-видимому, согласился со сказанным и слез со своего скакуна. Молодой человек открыл какую-то крышку и несколько минут сосредоточенно что-то делал, затем он закрыл крышку и предложил малышу занять своё место. Малыш уселся на скакуна и скакун поскакал дальше, но прыжки скакуна стали заметно медленнее, так что шедшая рядом мать, от своего чада уже не отставала. Молодой человек, выйдя на проезжую часть, поманил малыша к себе. Было видно, что наездник пытается выскочить на газон, но скакун двигаться в сторону дороги категорически не желал. Молодой человек помахал малышу рукой и пошёл к своей машине. Собравшиеся вокруг малыша и его матери люди начали расходиться, и вскоре ничего уже не напоминало о происшествии.
   - А я на дороге четыре часа стоял, ни один гад не остановился, - пробурчал в толпе кто-то.
   - А дома, какие у них красивые! - восхищённо произнёс женский голос.
   - И не одного небоскрёба не видно, - заметил молодой голос.
   - И рекламы не видать, - заметила Ленка, побывавшая в прошлом году в Москве.
   - Да, - согласился стоящий рядом Илья, - в Москве реклама разве что на стенах кремля не висит, города уже и не видать из-за неё.
   - А детей-то у них сколько! - заметил стоящий рядом Кирилл.
   - Да у них, небось, таких проблем нет, как чем кормить да во что одеть, живут как в раю, вот и детей много. Вон с мальчишкой, сколько народу возилось, и все со смехом, и все с улыбками, мало, что не задавили, так и кузнечика его отрегулировали, что бы от матери не ускакал, а у нас и представить страшно, что бы было, - ответил ему женский голос.
   - А скажи, Воевода, - обратился к Всеволоду Михаил Парамонович, - много ли народа в этом городе живёт?

92

   - Чуть более четырёх сот тысяч, - ответил Всеволод.
   - Так это небольшой город? - спросил опять Михаил Парамонович.
   - Нет, это большой город, - ответил Всеволод, - самый большой город, это Светлоград, наша столица, в нём живёт восемь сот тысяч народа.
   - А что, городов миллионеров у вас нет? - опять спросил Михаил Парамонович.
   - Заселить то можно, - ответил Всеволод, - да в нём жить никто не захочет, неуютны большие города, живут в них те, у кого обстоятельства так сложились, а самая привольная жизнь в селе, и род твой здесь, и все на глазах, и живёшь спокойно, как в большой семье. А в городе люди разные, родовой уклад у каждого свой, то, что в твоём роду вызывает смех, в другом роду вызывает обиду, а обижать людей зазорно, надо подстраиваться, а это не всем нравится, толи дело в селе. Нет у нас миллионных городов, да и не нужны они никому.
   - Воевода, - обратилась к Всеволоду Любка Стружкина, - а женщины у вас все такие красивые?
   - Все до одной, - с улыбкой ответил Всеволод, - некрасивых женщин не бывает на свете.
   - Воевода, - обратился к Всеволоду Генка Бахарев, стоящий в оцеплении, - а параллельные миры существуют?
   - Существуют, но не в виде сказки о том, что, испоганив один мир, можно перебраться в иной, - смеясь ответил Всеволод, - а в прочем, сейчас мы вас всех в этот рядом стоящий мир всех и направим. Он что-то сказал стоящему рядом Комонебранцу. Тот кивнул головой и исчез внутри летающей тарелки.
   Видение инопланетного города затуманилось и растаяло в воздухе. Из летающей тарелки показались Криворог и Комонебранец. Комонебранец подошёл к Всеволоду и что-то ему сказал. Всеволод кивнул головой, а затем, обращаясь к стоящим вокруг произнёс:
   - Сейчас все вы, находящиеся в окружности, с лучом* в один выстрел**, попадёте в рядом стоящий мир и увидите, как в нём живут люди, очень похожие на вас.
   Все приготовились увидеть видение, напоминающее только что исчезнувший город на далёкой планете, но произошло что-то невероятное. Вся собравшаяся толпа стояла посреди села Зелёная Горка, но это была совсем другая, незнакомая Зелёная Горка. Под ногами вместо грязи была добротно уложенная брусчатка, ослепительно белый храм Александра Невского сиял в лучах солнца золочёным куполом, аккуратные дома с разноцветными от цветов палисадами, как бы спорили друг с другом, кто из них более красив и наряден. По тротуару к набережной шли, весело разговаривая, три нарядные молодые женщины с колясками, вокруг них бегали, играя, малыши постарше. Шли куда-то, видимо по делам люди, проехала машина, из которой кто-то кому-то помахал рукой. Теплоход, своим гудком, оповестил Зелёную Горку о скором прибытии. Где-то за селом слышен был рокот моторов. Эта другая Зелёная Горка жила своей размеренной трудовой жизнью и, судя по улыбающимся лицам жителей, так похожих на стоящих в толпе людей, жила совсем даже не плохо.
  
   * Луч (Арианск.) - радиус (Греч.).
   ** Выстрел (Арианск.) - длина полёта стрелы из лука - (0,5 километра) (Греч.)
  

93

   - Так это же мы! Это наша Зелёная Горка! А с колясками Ленка, Любка и Ольга идут! Ну и дела! Как в сказке, - пронеслось над толпой.
   Как тень от облаков пробежала над толпой. Наваждение исчезло. Люди, по прежнему стояли и топтали грязь возле развалин храма Александра Невского. Вдоль улиц стояли серые деревянные дома с покосившимися палисадами и вид окружающей действительности, стал ещё более уныл, чем был до этого.
   - Ну, - строго спросил Всеволод, обращаясь к собравшимся, - как вам жизнь в рядом стоящем мире? Вот это и есть другое измерение. В этом мире вы копошащиеся в грязи, утонувшие в пороках, хмельном зелье и безделье. А в том мире то же вы, но живущие, как подобает людям, живущие своей жизнью и управляющие своей жизнью сами, не оглядываясь ни на кого и никому не уподобляясь. Судя по вашим мыслям, вы ждёте, что кто-то придёт и сделает для вас и за вас этот другой мир. Но я вам скажу, не надейтесь и не ждите, тот другой мир это результат вашего труда и ничего более. Я всё сказал.
   - Воевода, Моск вызывает, - обратился к Всеволоду Криворог.
   Всеволод в ответ кивнул головой и после минутного молчания произнёс:
   - К нам начинают прибывать гости, моряне решили посетить нас с дружественными намерениями, а местные урядники с недружественными, так что будем встречать.
   - Смотрите! - закричал кто-то в толпе, указывая рукой вверх.
   Неподвижно висевшая в небе вторая летающая тарелка, про которую ввиду происходящих событий все успели забыть, на громадной скорости, как бы по гигантской спирали уходила вверх. С юга ромбовидным строем неожиданно появились четыре летающие тарелки. Сделав несколько витков по кругу, они замерли приблизительно на том же месте, где до этого висела летающая тарелка ариан. Даже с такого расстояния было видно, как по кромкам летающих тарелок весело бегали разноцветные огни. Исчезнувшая было, летающая тарелка ариан неожиданно появилась, как бы возникнув из воздуха. Описав большой круг, вокруг зависших в небе чужих летающих тарелок она на огромной скорости взмыла вверх, совершила манёвр, напоминающий с земли букву Z и ещё раз облетев неподвижно застывший строй, неподвижно застыла в центре небесного строя. По кромке летающей тарелки ариан весело побежали разноцветные огоньки.
   - Воевода, - громко произнёс Криворог, - моряне приветствуют ариан и спрашивают о цели посещения Матери Сырой Земли.
   - Приветствуем дружественный морянский народ на Матери Сырой Земле от всего арианского союза, - так же громко, в расчёте на окружающих произнёс Всеволод, - прибыли для изыскания возможности возвращения потомков ариан к человеческому состоянию.
   - Моряне приветствуют такое начинание, - с улыбкой громко ответил Криворог, - хотя и не очень верят в эту затею.
   - Воевода, - обратился к Всеволоду Комонебранец, - Мезислав просит разрешения на небесные пляски, моряне приглашают, как я понимаю, проверку хитрецы учинить хотят.
   - Разрешаю, - весело ответил Всеволод, - за нашу нынешнюю ладью краснеть не придётся. Это уже не челн утлый.
  
  

94

   Окружающие не знали, что такое утлый челн, но ариане, упомянув о нём, весело рассмеялись. Всеволод не собирался посвящать землян в историю о том, как построенный арианами звездолёт "Звёздный челн", которым так гордилась вся планида Мать Ариана, с командой храбрецов отправился к Матери Сырой Земле, попал в облако небесных камней и неминуемо бы погиб, если бы не помощь морян. Моряне, конечно, здорово тогда помогли арианам, но будучи народом весёлым и язвительным, ничего не сказали арианам о своей шутке. Поэтому, когда "Звёздный челн" возвратился из первого полёта и сел на "Звёздное поле", где его встречали торжественно двойные тысячи ариан, всё торжество было нарушено. Перекрывая все голоса людей, "Звёздный челн" скрипящим голосом стал громко рассказывать обо всех своих бедах, об ошибках розмыслов и расчётчиков, о недоделках, допущенных своими строителями и о том, что он думает о тех, кто отправил на нём людей во Вселенную. Торжество было скомкано под многотысячный хохот собравшегося народа. Многим пришлось краснеть, но урок пошёл в прок, "Звёздный челн" был обследован и поставлен на вечную стоянку, а ариане стали строить куда более надёжные звездолёты.
   И вот теперь арианская ладья должна пройти проверку, а моряне народ дотошный, ничего не упустят, жизнь в океанах и морях легкомыслия не допускает.
   Летающие тарелки пришли в движение. Вся толпа стояла, задрав головы вверх. Пять летающих тарелок устроили в небе невообразимый хоровод. На бешеной скорости летающие тарелки крутили в воздухе фигуры сверхпилотажа. Они стремительно взмывали вверх и так же стремительно падали вниз. Разлетались в стороны и стремительно сближались. Мгновенно останавливались и так же быстро набирали непостижимую скорость. Если бы в эту небесную чехарду случайно залетели истребители МиГ-29 или Су-27, то у них, не говоря уже о пилотах, наверняка бы закружились их электронно-вычислительные радиолокационные головы. После очередного вихреобразного пилотажного действа, за которым с восхищением наблюдали тысячи зрителей на земле, летающие тарелки стремительно исчезли в южном направлении.
   - Вот это да! Самолёты отдыхают! Не увидел бы своими глазами, ни за что бы не поверил! Вот это техника! Нам до них как пешком до Луны! - начали раздаваться голоса над постепенно приходящей в себя толпой.
   - Воевода, - обратился к Всеволоду Михаил Парамонович, - а радиолокатор их видит.
   - Нет, - ответил Всеволод, - магнитные волны это сила, а сила нужна всем, поэтому магнитные волны улавливаются, накапливаются для своих нужд и назад не возвращаются. Для обнаружения звездолётов нужны другие приспособления, работающие на сверхсветовых скоростях. А с тем, что вы имеете, вы обнаружите инопланетную угрозу только тогда, когда она будет стоять у вас на пороге.
   - Да, такого нам не сделать, - грустно промолвил Михаил Парамонович.
   - Ну, это как посмотреть, - ответил Всеволод, - если ты, Михаил, имеешь в виду людей, которые могут это сделать, то на Матери Сырой Земле они есть. Всё, что есть у нас, можете сделать и вы. Ну, а если посмотреть на то, что дороги вымостить не можете, чтобы грязь не топтать, руины отстроить, чтобы не разделить их участь, что детей своих ничему полезному не учите, чтобы в

95

   будущее уверенно идти, что ни к чему не стремитесь, кроме как друг другу гадости делать и хмельное пойло пить, то тут я с тобой согласен, это вам не по силам.
  
   Начальник отдела уголовного розыска капитан Виноградов Григорий Андреевич, выполняя малопонятный приказ начальника РОВД подполковника Хурцелоева, переданный ему майором Самохваловым, вот уже четыре часа трясся в раздолбанном Уазике по разбитой дороге в направлении села Зелёная Горка. На заднем сиденье, несмотря на тряску, мирно спали в обнимку с автоматами два нетрезвых сержанта ППСника, дышащих перегаром в спину Виноградову. Много чести Сашке Стружкину, думал Виноградов, чтобы его под конвоем, с ним Виноградовым во главе, на очередную взбучку к Хурцелоеву доставляли. В массовые беспорядки в селе Виноградов категорически не верил.
   Не доезжая километров трёх до Зелёной Горки, Уазик подпрыгнул на очередной колдобине и его двигатель, страдающий хронической болезнью карбюратора, громко чихнул и заглох.
   - Приехали, - прокомментировал случившееся водитель Уазика сержант Евдокимов и со стоном стал выбираться из машины, дабы приступить к делу, которое он ненавидел всем своим организмом от макушки до пяток, ремонту вверенного автомобиля.
   Виноградов открыл дверцу автомобиля, как раз напротив двери на Виноградова ехидно смотрела лужа с комком грязи по центру. Выходить из машины расхотелось. На заднем сиденье зашевелились сержанты-ППСники.
   - Ну чё, Игорёк, пойдём-ка отольём, пока Колька своего козла* чинить будет, - раздался голос за спиной Виноградова.
   Сержанты стали выбираться из машины. Лужа была посрамлена, сержанты её попросту не заметили. Из уважения к старшему по званию, сержанты принялись выполнять запланированное действо не рядом с машиной, а отойдя за куст, росший в полутора метрах от дороги. Уважают, подумал про себя Виноградов.
   - Хорошо то как, - с лицом человека, сделавшего большое дело, произнёс сержант Скворцов.
   - Стёпка, смотри, что это?! - громко закричал сержант Ефимочкин, показывая рукой в небо.
   - Ни фига себе! - прокомментировал увиденное Скворцов, - товарищ капитан, вы только посмотрите, чё делается!
   Виноградов высунул голову из машины и посмотрел в указанном направлении. Ноги сами вынесли его из машины. Капот Уазика, подброшенный головой резко выпрямившегося Евдокимова, с грохотом захлопнулся. Все четверо, забыв обо всём, смотрели в небо. А посмотреть было на что. Пять летающих тарелок совершали в воздухе немыслимые кульбиты и хороводы, то гонялись друг за другом, то разлетались в разные стороны, то с огромной скоростью неслись навстречу друг другу и мгновенно останавливались. Через несколько минут все летающие тарелки исчезли в южном направлении. Виноградов ущипнул себя за мочку уха. Больно, значит, не померещилось.
  
   * Народное название автомобиля УАЗ 469

96

   - Евдокимов, - прейдя в себя после увиденного, обратился к водителю Виноградов, - рация у тебя работает?
   - А то, как же, как часы, она только и есть, что на этой машине работает, - ответил Евдокимов.
   Виноградов залез в машину и включил рацию и нажал кнопку вызова.
   - Слушаю "Черёмуха-14", - довольно хорошо услышал он голос Самохвалова.
   - Это Виноградов говорит, - нажав клавишу гарнитуры, ответил Виноградов.
   - Ну что там у тебя? - спросил Самохвалов.
   - Слушай, Вениамин Альбертович, тут такое дело, мы до Зелёной Горки не доехали километра три, машина сломалась, но дело не в этом, - подбирая слова начал объяснять Виноградов, - тут такое дело, только ты не подумай чего-нибудь такого.
   - Да говори ты Григорий Андреевич, что я буду думать, если не знаю о чем, - логично ответил Самохвалов.
   - Тут над этой Зелёной Горкой пять летающих тарелок такой высший пилотаж показывали, засмотришься. Не знаю, когда Евдокимов машину починит. Поэтому я беру с собой Скворцова и Ефимочкина и иду пешком. Надо узнать, что в этой Зелёной Горке творится. Всё конец связи, - закончил Виноградов.
   - Стой! Стой! Григорий Андреевич! - завопил голос Самохвалова, - слушай ты там часом не того?
   - Да ни того, - зло ответил Виноградов, - мы это все четвером подтвердить можем. Всё! Конец связи, мы пошли в Зелёную Горку, пока. С этими словами он отключил рацию.
   - Скворцов, Ефимочкин! За мной! - скомандовал Виноградов и, не оборачиваясь направился по дороге к Зелёной Горке.
   - Ну, что, братан, пошли, - обратился Скворцов к Ефимочкину.
   - А куда денешься, служба такая, - ответил тот, и приятели зашлёпали по лужам вслед за Виноградовым.
  
   Тем временем, все люди, собравшиеся у храма Александра Невского, горячо обсуждали увиденное в небе над Зелёной Горкой.
   - Можете ли вы, объяснить нам, - обращаясь к толпе, громко произнёс Всеволод, - почему одни люди живут во Вселенной в радости, а другие, точно такие же люди, из одного корня выросшие, жалкое существование влачат и о человеческой жизни даже не помышляют? Чего вам для жизни достойной не хватает?
   - Порядка у нас нет! - крикнул кто-то из толпы.
   - Так наведите порядок, - ответил Всеволод и, оглядев толпу спросил, - а кто у вас за порядок в селе отвечает, есть ли у вас урядник?
   - Ну, вот и до меня добрались, - грустно произнёс участковый Стружкин и понуро направился к Всеволоду.
   Всеволод внимательно смотрел на Стружкина, пока тот к нему приближался, а когда тот хотел что-то сказать, то жестом остановил его и участливо произнёс:
   - Жить обидами нельзя, да и опускаться до уровня сельского пьяницы тоже, это дело поправимое, а вот то, что дал душу свою сломать, это уряднику не простительно. Да и притворяться недоумком не самое лучшее. Та глупость, которую ты в пьяном бреду своему начальству про нас наговорил, теперь горем обернётся. Дай-ка я тобой немного займусь. 97
   Крепкие ладони Всеволода охватили голову Александра Стружкина, сознание участкового погрузилось во мрак.
  
   Необъяснимые предчувствия гнали капитана Виноградова вперёд в Зелёную Горку. В голове, как заезженная пластинка бесконечно звучала фраза известного политического деятеля Серомордина: "Хотели как лучше, а получилось ещё хуже". Потому предчувствие чего-то нехорошего, гвоздём сидело в голове Виноградова. Да и начавшийся мелкий дождь настроение не поднимал. Окраина Зелёной Горки встретила Виноградова полным безлюдьем. Сзади раздался лязг передёргиваемого затвора. Виноградов обернулся. ППСники с автоматами на изготовку затравленно озирались по сторонам.
   - Оружие на предохранители! - скомандовал Виноградов, - сдуру подстрелите ещё кого нибудь, если тут инопланетяне, то для них наши автоматы что конфетти будут.
   - Есть, товарищ капитан! - вдруг вспомнив устав, ответили сержанты и поставили автоматы на предохранители.
   - Так то лучше будет, - ответил Виноградов и направился к центру села.
   Толпу они увидели сразу, как только по улице Дзержинского вышли к правлению агрофирмы. Вся площадь вокруг развалин храма была заполнена многотысячной толпой. Забыв про хлюпающую под ботинками грязь, Виноградов быстрым шагом направился к толпе. ППСники старались не отставать от капитана.
   - Игорёк, ты чего такой бледный? - спросил приятеля Скворцов.
   - Не по себе мне как-то, Стёпа, - ответил Ефимочкин.
   - Не дрейфь, братан, прорвёмся, - дружески хлопнул Скворцов его по плечу.
   Первое, что заметили вновь прибывшие милиционеры, было то, что над стоящей толпой дождя не было. Везде дождь был, а толпа была накрыта каким-то невидимым громадным шатром. Даже развалины храма были абсолютно сухими.
   - Вот видите, орлы, какие чудеса бывают, а вы тут пушками своими трясти вздумали, - наставительно сказал сержантам Виноградов, - тихо, вежливо, аккуратно, никого не расталкивая пробираемся в центр и внимательно смотрим, что там происходит. Всё понятно? Тогда пошли.
   Дойдя до границы отделяющей слякоть от сухой земли, Виноградов осторожно поставил ногу на сухое место. Ничего не мешало и не задерживало, но когда он уверенно шагнул за невидимую границу, то какая-то неведомая сила рванула его, как он успел заметить, за наплечную кобуру и вышвырнула обратно в грязь. От неожиданности Виноградов не удержался на ногах и со всего маху шлёпнулся на спину, разбрызгивая грязь во все стороны.
   - Оказия вышла, - сказал он растеряно, вставая на ноги.
   - Что произошло, товарищ капитан? - спросил Скворцов, помогая капитану подняться.
   - Пока не знаю, но начинаю догадываться, - ответил Виноградов отряхиваясь, - а ну подержи, - сказал он Скворцову, протягивая ему свой табельный ПМ*.
  
  
   * ПМ - пистолет Макарова.
  
  

98

   Подойдя к невидимому барьеру, Виноградов осторожно поставил на сухое место правую ногу и стал осторожно продвигаться на сухую территорию, волоча левую ногу по грунту, с целью создания устойчивости, на случай повторного фиаско. Но вот и левая нога оказалась на сухом месте. Дождя над Виноградовым не было.
   - Всё понятно, - удовлетворённо произнёс Виноградов, - эта стеночка не только дождь, но и оружие не пропускает, хорошо придумано. Скворцов, отдай оружие Ефимочкину и пойдём смотреть на инопланетные заморочки*.
   - Держи Игорёк, - Скворцов протянул Ефимочкину автомат, - скоро вернёмся.
   Он бодро шагнул вслед за Виноградовым, но полученный удар отшвырнул его метра на три, пролетев которые он с шумом и брызгами шлёпнулся на землю. От неожиданности и боли Скворцов застыл в позе распятого на кресте и только растерянно вращал глазами.
   - Да, Стёпа, быстро же ты вернулся, - пробурчал Ефимочкин, помогая приятелю подняться.
   - Скворцов, - спросил Виноградов, - ты всё оружие оставил?
   - А, чёрт, забыл магазины выгрузить, - ответил Скворцов, потирая ушибленный бок. Затем он вытащил из подсумка магазины и передал Ефимочкину. Покрутив поясницей, он убедился, что ничего не сломал и осторожно двинулся к Виноградову. На этот раз граница была пройдена без проблем и Виноградов со Скворцовым двинулись к стоящей толпе, состоящей почему-то из нарядно одетых людей.
   - Что тут у вас происходит? - спросил Виноградов, когда они подошли вплотную к стоящему народу.
   - Да вот, инопланетяне уму-разуму учат. О, родная милиция пожаловала! Идите-идите, как раз за вас взялись. Вон из Стружкина наверное бесов выгоняют, гляди как корчится, - пролетело над расступающейся перед ними толпой.
   Пройдя через расступившуюся толпу, Виноградов и Скворцов оказались в свободном пространстве, посреди которого стояла самая настоящая летающая тарелка. Перед ней, судя по одежде, стояли трое инопланетян, двое смотрели с интересом на приближающихся Виноградова и Скворцова, а один держал за голову участкового Стружкина, который слабо дёргался в его руках. Один из инопланетян, остановил их жестом, когда они направились, было на помощь Стружкину и, как будто прочитав их мысли, сказал:
   - Его не казнят, хотя и стоило бы, сейчас его лечат.
   Между тем Стружкин в руках инопланетянина перестал дрожать, а затем уверенно встал на ноги. Инопланетянин развёл руки. Стружкин как-то недоверчиво сделал несколько шагов и обернулся. У Виноградова и Скворцова непроизвольно открылись рты, перед ними был совершенно другой человек. Месяц тому назад Стружкин привозил отчёт в РОВД. Хурцелоев принял у него отчёт не читая, а когда Стружкин собрался доложить о ходе дел на вверенном ему участке, то рукой махнул и сказал только одно слово - "свободен", желая только одного, чтобы это дурно пахнущее существо в милицейской форме побыстрее исчезло с глаз долой. А теперь перед ними стоит молодой, здоровый и красивый парень в изрядно помятой милицейской форме, с ясным взглядом и несколько растерянной улыбкой на лице. Взгляд Стружкина остановился на Виноградове и Скворцове.

99

   - Здравствуйте Григорий Андреевич, привет Стёпа! - улыбаясь, поздоровался он с коллегами, - какими судьбами.
   - По твоему докладу о массовых беспорядках, - с усмешкой произнёс Виноградов.
   - Наверное, я и есть, тот массовый беспорядок, - покраснев, ответил Стружкин.
   - Похоже на то, - грустно согласился Виноградов.
   - Вот, капитан Виноградов из РОВД, - представил Всеволоду, Виноградова Стружкин.
   Виноградов было протянул руку, чтобы поздороваться с инопланетянином, но Стружкин схватил его за руку с возгласом: - Нет! Нет! У них так, - и приложил правую руку к груди. Приложив руку к груди, Виноградов поприветствовал космических гостей, а затем спросил:
   - Если всё это правда, то, что вы делаете в этом селе?
   - Мы ищем ответы на вопросы, если ты Григорий на них ответишь, то будем тебе очень признательны, - с усмешкой ответил Всеволод, - только не лги, мы этого не любим.
   - Попробую честно ответить, вы, похоже, донос начальству не накатаете, - ответил Виноградов, непризвольно почувствовав симпатию к инопланетянам, так хорошо говорящим по-русски, - спрашивайте.
   - Вот такие у нас вопросы, - начал Всеволод, - почему эти люди не могут жить по-человечески, почему им не дают ничего сделать для улучшения своей жизни, почему власти этой местности, вместо того, чтобы помогать людям, мешают им во всём?
   - Всё просто, - ответил Виноградов, - потому, что власти этой местности и многих других местностей состоят исключительно из преступников, либо из дебилов, преданных вышестоящим преступникам, а основное их занятие - делать деньги, в основной массе предназначенные для себя, а не для нужд народа. Если эти люди будут жить хорошо, то они бросят пить, а если они бросят пить, то они начнут думать, а если они начнут думать, то непременно додумаются до того, что такая власть им не нужна. Народ без власти может ещё и обойдётся, а вот власть без народа сдохнет с голоду, поэтому власть кровно заинтересована в том, чтобы вместо народа было пьяное быдло, каковым, как вы, наверное, уже поняли, оно и является.
   - Тогда ответь Григорий, - взглянув на Виноградова с интересом, спросил Всеволод, - почему вы, осознавая это, будучи ответственными, за борьбу с преступниками, с ними не боретесь?
   - Почему же? Боремся, но силы уж больно не равны. У преступников власть и деньги, а у нас только обязанности. Вон мы с Александром поборолись, так нас сюда сослали и посоветовали сидеть тихо, если жить хотим, - ответил Виноградов.
   - А народ в этой вашей борьбе, на чьей стороне был? - спросил Всеволод.
   - А ни на чьей, - ответил Виноградов, - посадят вора, народ доволен, посадят мента, которому не удалось вора посадить, народ опять доволен, болото, одним словом.
  
   * Заморочки (Сленг.) - загадки, непонятные вещи и явления.
  

100

   - Тогда почему никто народ не наставляет на путь прави, не учит людей самим порядок в своей жизни наводить? - задал следующий вопрос Всеволод.
   - Так ничего удивительного, - ответил Виноградов, - наставников, как таковых у нас нет. Есть церковь да секты разные, так они мало от власти отличаются. Что касается учителей, то когда я в школе милиции в своё время учился, то тогда уже байка такая была - "Ума нет, иди в пед, стыда нет, иди в мед", вот потому безмозглые учат, а бесстыжие лечат, а по большому счёту результат один, сбор денег и отсутствие пользы в лучшем случае, а то больше - вред.
   - А тебе Григорий такая жизнь не претит? - спросил Всеволод.
   - Да какая же это жизнь, - ответил Виноградов, - как у обезьяны в клетке, отжила свой срок и померла, зато и жалеть не о чем. Может вы, чего нибудь присоветуете, тогда и попробовать можно. Но боюсь вам самим отсюда лучше улетать побыстрее, машина наша государственная хоть и не поворотливая, но если запустили, то уже не остановишь. А в отношении вас что угодно ожидать можно.
   - Ну, машины мы вашей не боимся, а бросать родичей в рабстве, вот теперь то я понял беды ваши, рабство оно и есть, и притом рабы считают себя вольными людьми. Хитро придумано. Тот, кто это придумал, великий негодяй. Спасибо Григорий за честность, - сказал Всеволод.
   - А мне можно вам вопрос задать? - спросил Виноградов.
   - Задавай, - ответил Всеволод.
   - Почему вы выясняете эти вопросы в селе, а не в городе, там и народу побольше, и людей грамотных много? - спросил Виноградов.
   - Потому, - назидательно ответил Всеволод, - что сёла, это тело и душа народа, а города это его лицо, а лицо изменчиво, верить ему не всегда можно. Так что, если хочешь узнать, что за народ живёт где-то, направляйся в село.
   Громкий звук удара оборвал их беседу.
  
   Наконец, после получаса мучений, Уазик наконец-то сжалился над своим милицейским водителем и, почихав минуты две для порядка, наконец, завёлся.
   - Давно бы так, - сказал Уазику Евдокимов, вытирая руки куском ветоши.
   Ехать до Зелёной Горки было всего ничего, и через пятнадцать минут прыжков по разбитой дороге, Евдокимов въехал в село. Он повернул с улицы Дзержинского на улицу Ленина и, проехав по ней метров восемьсот, увидел мокнувшего под дождём Ефимочкина с двумя автоматами через плечо. Услышав шум двигателя, Ефимочкин обернулся и стал часто махать рукой, требуя остановиться.
   - Да вижу, вижу, - пробурчал себе под нос Евдокимов, - вот выеду на сухое место и остановлюсь. Почему место сухое, он как-то не подумал.
   Уазик не останавливаясь пересёк границу грязи и сухого места. При этом какая-то неведомая сила рванула стоящий в гнезде автомат и подсумок с магазинами. Рывок был такой силы, что автомат выворотил заднее сидение, проломил стенку "обезьянника" * и вылетел вместе с задней дверью. Тем же путём проследовал и подсумок с магазинами. Несчастный Уазик, под грохот разрываемого металла, резко потерял скорость и заглох, а Евдокимов, получив
  
   * "Обезьянник" (Сленг.) - оборудованная в задней части автомобиля клетка для
   задержанных граждан.

101

   мощный удар рулевого колеса в грудь, вышиб головой лобовое стекло и распластался на капоте. Ефимочкин бросился на помощь коллеге, но мощным
   рывком был отброшен назад и, гремя автоматами, шлёпнулся в лужу, метах в
   трёх от загадочной границы. Упал он неудачно, спиной на автоматы, острая боль пронзила всё тело, и Ефимочкин потерял сознание.
  
   - Что-то у нас случилось, - озабоченно произнёс Виноградов, - извини, Воевода, мне надо посмотреть, там мои люди.
   - Уверен, что и мне придётся идти, - ответил Всеволод, - за два дня на Матери Сырой Земле я исцелением занимаюсь больше, чем за целый год на Матери Ариане.
   Они направились к стоящему неподалёку Уазику. Часть толпы, человек двести, направилась за ними. Быстрым шагом, подойдя к машине, Виноградов стал трясти лежащего на капоте Евдокимова. В ответ тот тихо застонал.
   - Достаньте его из повозки, - сказал подошедший Всеволод.
   Виноградов и группа добровольцев извлекли Евдокимова из машины и, поддерживая со всех сторон, пытались удержать его на подкашивающихся ногах. Всеволод крепко сжал его голову руками. Евдокимов висел на поддерживающих его руках и только слабо стонал. Из многочисленных ран на голове капала кровь, заливая лицо Евдокимова и руки державших его людей. Капала кровь и на руки Всеволода, но в отличие от окружающих, кровь сбегала по его рукам и падала на землю, не оставляя никаких следов на рукавах его комбинезона. Через пару минут Евдокимов пришёл в себя. Он открыл глаза и, видя перед собой толпу, внимательно его разглядывающую, спросил:
   - Что это было?
   - Пресечение попытки проникновения оружия через границу мира, - серьёзно ответил на его вопрос Всеволод и направился к лежащему на земле без движения Ефимочкину.
   - Что здесь происходит, товарищ капитан? - увидев Виноградова, обратился к нему вполне здоровый и благополучный, если не считать залитого кровью лица и одежды, Евдокимов.
   - Ничего особенного, - ответил Виноградов, - прилетели инопланетяне с народом пообщаться, а чтобы им придурки разные не мешали, выставили защитное поле. Вот с этим полем мы и воюем, нас со Скворцовым только в грязь обмакнуло, а вам с Ефимочкиным больше досталось.
   - Так что, это правда, про инопланетян, товарищ капитан? - глядя на Всеволода, склонившегося над Ефимочкиным, спросил Евдокимов.
- Правда, - ответил Виноградов, - как и то, что Воевода Всеволод тебя на глазах у всех вылечил после твоей танковой атаки.
   - А что с Ефимочкиным? - спросил Евдокимов, который начал приходить в себя, - когда я на это поле нарвался, он в стороне стоял и мне махал, что бы я остановился, а я дурак мимо проскочил.
   Между тем, толпа плотно окружила склонившегося над Ефимочкиным Всеволода и, не обращая внимания на моросящий дождь, внимательно следила за его действиями. Отбросив в сторону автоматы и расстегнув на груди Ефимочкина форменную куртку, Всеволод завёл обе руки под поясницу лежащего на земле милиционера и медленно, совершая какие-то непонятные движения, стал продвигать руки вдоль неподвижно лежащего тела к голове

102

   пострадавшего. Когда руки Всеволода приблизились к голове Ефимочкина, тот раскрыл глаза и уставился на Всеволода непонимающим взглядом.
   Руки Всеволода обхватили голову Ефимочкина, глаза милиционера закрылись, а на лице появилась какая-то блаженная улыбка.
   - Оживает! Смотри, как заулыбался! А, похоже, при смерти был! - послышалось в толпе.
   - Вставай! - сказал Всеволод Ефимочкину.
   Ефимочкин начал медленно подниматься, как бы не веря в то, что он здоров.
   По толпе пронёсся вздох облегчения. Оба милиционера были живы и здоровы.
   - Игорёк, дружара, как ты? - кинулся Скворцов к приводящему себя в порядок Ефимочкину.
   - Нормально, Стёпа, а кто это? - ответил Ефимочкин, поднимая с земли автоматы и кивая в сторону Всеволода, - я, когда падал, похоже, позвоночник сломал, а он, похоже, волшебник, ничего не болит, понимаешь? - и он покрутил торсом по кругу и из стороны в сторону.
   - Это - инопланетянин, воевода ихний, - ответил другу Скворцов.
   - Я не знаю, как Вас звать, - обратился Ефимочкин к Всеволоду, - но, похоже, Вы меня с того света вытащили, я Вас никогда не забуду, спасибо Вам большое!
   - И от меня большое Вам спасибо! - присоединился к Ефимочкину Евдокимов.
   Оба милиционера потоптавшись на месте, неожиданно для окружающих, да наверное, и для себя, дружно шагнули в сторону Всеволода и низко ему поклонились.
   - Я - Всеволод, воевода арианский, - произнёс Всеволод, отвечая Ефимочкину, - а вы воины, которые без врага и без войны, представляете опасность великую для самих себя и людей, вас окружающих, но думаю, вы изменитесь к лучшему.
   Всеволод развернулся и пошёл в центр села. Толпа хлынула за ним.
   - Да, - произнёс Виноградов, - если он сейчас скажет толпе разгромить райцентр, то пойдут и разгромят.
   - И я пойду, - не задумываясь, ответил Ефимочкин, - куда скажет, туда и пойду, даже не задумаюсь, а из ментуры* я, пожалуй, уволюсь, не смогу я теперь быть позорным воином.
   - Ну, можно, наверное, быть хорошим воином и в милиции, - возразил Виноградов.
   - Вы-то сами, товарищ капитан в это верите? - усмехнувшись, спросил Ефимочкин.
   - Ну, - замялся Виноградов, - при определённых условиях, наверное, можно.
   - Хороши условия! - рассмеялся, пытающийся с помощью дождя избавиться от запёкшейся крови, Евдокимов, на которого вдруг нахлынуло хорошее настроение, - группа ментов с невесть откуда проснувшейся совестью и во главе с капитаном Виноградовым, дабы навести в районе порядок и стать достойными инопланетян воинами, совершает переворот в РОВД. При этом десять процентов себе подобных оставляет на перевоспитание, а девяносто процентов передаёт под суд, включая начальника и его заместителей. Но чтобы
  
   * Ментура (Сленг.) - милиция.

103

   отдать их под суд, надо ещё совершить переворот в районной прокуратуре и в районном суде, так как там сидят такие же мироеды. Но и этого мало, нужно
   будет отправить под суд и всю районную администрацию. Ну, а потом останется сущая мелочь, разгромить или перевербовать областной ОМОН*, сменить руководство в области и так далее и тому подобное. Думаю, что при таком раскладе, на нас начнут охоту все силовые структуры России, а возможно и их зарубежные коллеги, - закончил он с громким смехом.
   Виноградов с удивлением смотрел то на Ефимочкина, то на Евдокимова, они были вроде бы те, но какие-то другие, пропала куда-то постоянная апатия и туповатое угодничество, это были совершенно другие люди. Виноградову стало понятно, что ППС с ними может попрощаться, оттуда они уйдут непременно. Также напряжённо на свих коллег смотрел и Скворцов, а поскольку Степан никогда дураком не был, решение у него созрело мгновенно. Он издал вопль, похожий на боевой клич, не то клич, похожий на вопль и со всех ног кинулся вдогонку за Всеволодом. Догнал он Воеводу уже у самого храма. Забежав вперёд, он стал на пути Всеволода и, протянув к нему руки, громко произнёс:
   - Воевода, что хочешь со мной делай, только помоги от мути душевной избавиться, мне это самому не осилить!
   - А не тяжело тебе будет жить после этого? - спросил его Всеволод.
   - Я уже понял, о чём речь, чай не дурак, но терять друзей не хочу, это хуже смерти, потому и прошу тебя, Воевода, сделай меня, таким, какими они стали. Не откажи, пожалуйста, - и склонил голову к Всеволоду.
   - Воля твоя, - улыбнувшись, ответил Всеволод и протянул руки к склонённой голове Степана.
   - Чего это мент хочет? Такого бугая вроде бы лечить не от чего. А может он теперь как зомби будет. Я бы поостерёгся. Кто его знает, чем дело кончится, - прокатился ропот по толпе.
   Оставшиеся у машины милиционеры с удивлением посмотрели вслед убегающему Скворцову.
   - Куда это он? - недоумённо спросил Виноградов.
   - Не хочет отставать от компании, - спокойным голосом ответил Ефимочкин, - мы с ним с детского сада вместе. И в Чечне были вместе, и за одной девушкой вместе ухаживали, а потом вместе её бросили, когда она клин между нами забивать стала. Что с нами Воевода инопланетный сделал, мы ещё с Евдокимовым не разобрались, а Стёпка мужик умный, потому и смекнул, что если и дальше идти вместе, то и пройти надо всё, что друзья прошли.
   - Не разобрался я ещё в том, какие вы стали, но что философы вы теперь знатные, - усмехнулся Виноградов, - это точно.
   Виноградов обошёл вокруг машины, остановился возле вырванной двери и присвистнул.
   - Да, будем считать, что нам крупно повезло, что не на танке мы приехали, - заметил капитан, - давайте-ка ребята вытолкаем машину за границу эту, с начальством связаться надо. Здесь, наверное, и рация работать не будет.
   - А вон и Степан бежит, - весело произнёс Евдокимов, - втроём оно сподручней будет.
  
   * ОМОН (Аббревиат.) - Отряд милиции особого назначения.
  

104

   Вчетвером они вытолкали Уазик метров на двадцать назад. Виноградов сел в машину и включил рацию. Рация работала
   - Я - "Черёмуха - 14", на фоне помех услышал он голос Самохвалова.
   - Вениамин Альбертович, это я - Виноградов, - ответил капитан.
   - Ну, что там у тебя? - с нетерпением спросил Самохвалов.
   - Да вот, приводим себя в порядок после боя, - с ухмылкой ответил Виноградов.
   - У вас там что, боестолкновение произошло? - с испугом спросил Самохвалов.
   - Да вроде того, меня и Скворцова в грязи вывалили, а Ефимочкину и Евдокимову медицинская помощь потребовалась, но сейчас всё в порядке, - усмехнувшись, ответил Виноградов.
   - Так с кем у вас столкновение произошло? - с испугом в голосе спросил Самохвалов.
   - Как с кем, - ответил Виноградов, - с инопланетянами, вернее с их техникой.
   - Слушай, Григорий Андреевич, - в голосе Самохвалова зазвучало раздражение, - давай без шуток, мне начальству докладывать надо, а ты меня баснями кормишь!
   - Да какие шутки, - зло ответил Виноградов, - над Зелёной Горкой была чехарда из летающих тарелок. Это тебе несколько тысяч собравшегося народа подтвердит. Одна летающая тарелка посреди села стоит, а трое инопланетян с народом воспитательной работой занимаются. Похоже, инопланетяне уже поняли, что попали в страну дураков и своего мнения не скрывают, народ в принципе с ними согласен. Что бы никто им не мешал, они защитное поле установили, вот на это поле мы и нарвались, ладно, что живы остались.
   - А как с ними разговаривают, на каком языке? - спросил Самохвалов.
   - На чистейшем русском, - ответил Виноградов, - правда они себя арианами называют, ну соответственно и язык их - арианский.
   - Слушай, Григорий Андреевич, - недоверчиво спросил Самохвалов, - а может это провокация, какая нибудь?
   - Какая ещё провокация? - раздражённо, вопросом на вопрос ответил Виноградов.
   - Ну, прилетели, к примеру, американцы, и проводят антиправительственную агитацию, - как-то неуверенно ответил Самохвалов.
   - Если бы у американцев была такая техника, то они не в Зелёную Горку прилетели бы, а прямым ходом в Кремль, и торжественно заявили бы о кончине нашего многострадального государства, - назидательным тоном ответил Виноградов.
   - Так они представляют опасность государству? - испуганно спросил Самохвалов.
   - Если мы дуром к ним полезем, то да, - ответил Виноградов, - а так они настроены дружественно, Стружкина похоже излечили от алкогольной зависимости.
   - А они на народ случаем гипнозом не воздействуют? - подозрительно спросил Самохвалов.
   - Ну, - несколько замялся Виноградов, вспомнив толпу, с обожанием и восторгом глядевшую на Всеволода, - в какой то мере, наверное, воздействуют.
  

105

   - Понятненько, - загадочным голосом произнёс Самохвалов, - ну ты Григорий Андреевич, оставайся там для наблюдения. Если что, докладывай, а мне начальству докладывать надо. Конец связи! Голос Самохвалова пропал.
   - Я представляю, чего Самохвалов сейчас Хурцелоеву наплетёт, - сказал со смехом стоящий рядом Ефимочкин.
   - Да, таким кадрам как Самохвалов, сообщения нужно подавать на самом примитивном уровне, иначе не поймут, - согласился с другом Скворцов.
   - Ну, положим Самохвалов не совсем дурак, - возразил, вылезая из Уазика Виноградов, - доложит начальству, ну а там, в верхах разберутся.
   - А мне сдаётся, что чем дальше в лес, тем больше дров, - вступил в разговор Евдокимов.
   - Может быть и так, - задумчиво произнёс Виноградов, - так, Скворцов, ты там уже был, остаёшься охранять машину и оружие, а Ефимочкин и Евдокимов за мной, пойдём общаться с братьями по разуму.
   - Есть! - дружно ответили милиционеры.
  
   Минут пять после разговора с капитаном Виноградовым майор Самохвалов тупо смотрел на пульт дежурного по РОВД, с трудом собираясь с мыслями. Задуматься было о чём. Участковый, старший лейтенант Стружкин, выходит, докладывал вчера по делу. Нашествие инопланетян, значит, имело место. Может и не по пьянке, а от страха язык у него заплетался, так это и понятно. Неизвестно, что в райцентре бы творилось, если бы они тут приземлились. Главное, что это подтвердил Виноградов, а не верить Виноградову нет резона, мужик он серьёзный, уважением в районе пользуется законно, вранья за ним не замечалось никогда. Значит надо докладывать Хурцелоеву.
   - Сержант Петров! - обратился Самохвалов к сидящему в вестибюле РОВД сержанту, - садись к телефонам, да за рацией следи, если капитан Виноградов на связь выйдет, смотри не проворонь, а я к начальнику РОВД на доклад пошёл.
   - Ладно, - ответил сержант и уселся в кресло Самохвалова.
   Самохвалов поднялся на второй этаж, прошёл неторопливо по коридору, остановился у двери приёмной, одёрнул китель и решительно открыл дверь.
   - Я к начальнику, - сказал он секретарше Верочке и решительным шагом направился к двери кабинета начальника РОВД. Стукнув для приличия несколько раз в дверь согнутым пальцем, он открыл дверь и со словами "Разрешите войти, товарищ подполковник?" вошёл в кабинет Хурцелоева.
   - Заходи Вениамин Альбертович, - ответил Хурцелоев, - докладывай, что там у нас в Зелёной Горке творится, что там за массовые беспорядки Стружкин раскопал? Да ты присаживайся, нечего столбом стоять.
   - Спасибо, - произнёс Самохвалов и присел на указанный стул.
   - Ну, докладывай! - улыбаясь, сказал Хурцелоев, - что там Виноградов раскопал?
   - Ну, в общем, дело там такое, - неуверенно начал Самохвалов, - капитан Виноградов только что доложил о боестолкновении с инопланетянами.
   - Что?! - вскочил из-за стола Хурцелоев, - какие к чёрту инопланетяне?
   - Я тоже так было подумал, - ответил Самохвалов, поднимаясь из-за стола, - но, зная капитана Виноградова как офицера серьёзного, я решил доложить вам лично.

106

   - Ладно, садись, докладывай, что там Виноградов сообщил, - более спокойным голосом сказал Хурцелоев, усаживаясь в кресло.
   - Вообщем, такое дело, - неуверенным голосом начал свой доклад Самохвалов, - какие-то интересы появились у инопланетян в Зелёной Горке. Возможно, готовят себе плацдарм, для захвата Земли. Всего замечено шесть летающих тарелок, пять из них совершали демонстрационные полёты, возможно для устрашения, а одна произвела посадку на территории села Зелёная Горка. Чтобы воспрепятствовать появлению в Зелёной Горке местной администрации, инопланетяне построили там какую-то свою оборону. Когда капитан Виноградов со своими людьми попытался проникнуть в село, инопланетяне оказали ему ожесточённое сопротивление. Его лично и одного милиционера демонстративно вываляли в грязи, скорее всего, чтобы показать своё превосходство, а двум милиционерам потребовалась срочная медицинская помощь. Всех находящихся там людей инопланетяне, похоже, зомбируют и делают своими сторонниками. По докладу капитана Виноградова, со стороны инопланетян ведётся антиправительственная агитация и, похоже, они преуспели в этом деле, так как уже имеют сторонников из местных жителей.
   Похоже, речь идёт о свержении существующего государственного строя. Из доклада капитана Виноградова можно сделать вывод, что своими силами нам с инопланетянами не справиться. Эти инопланетяне, по-видимому, хорошо подготовились, так как общаются с местным населением на чистом русском языке, потому и находят полное взаимопонимание. Вы, Мусса Магомедович, очень мудро поступили, послав в разведку капитана Виноградова, ибо поверить в такое, в здравом уме просто невозможно. Я бы ограничился тем, что вызвал бы Стружкина для нагоняя, а вы сумели предвидеть такое... - выдал Самохвалов порцию спасительной лести и замолчал.
   - На то Вениамин Альбертович начальство и есть, чтобы думать, - наставительно ответил Хурцелоев, хотя не одной здравой мысли, по поводу только что услышанного найти он не мог, как ни старался. Что делать он не знал, и поэтому, что бы не показать подчинённому свою растерянность, он глубокомысленно спросил:
   - А может, эта летающая тарелка произвела вынужденную посадку, как ты думаешь Вениамин Альбертович?
   - А что, очень может быть, - подхватил мысль начальства Самохвалов.
   - Тогда всё становится понятно, - задумчиво произнёс Хурцелоев, хотя ему абсолютно ничего понятно не было, - ну ты Вениамин Альбертович иди, тут серьёзно подумать нужно, и пока воздержись от комментариев по этому поводу.
   - Само собой, разумеется, - ответил Самохвалов вставая, - так я пойду Мусса Магомедович?
   - Иди Вениамин Альбертович, и пока не прояснится ситуация, никому ни звука, понял? - властным голосом произнёс Хурцелоев и, изобразив глубокую задумчивость, жестом руки выпроводил Самохвалова из кабинета.
   Довольный собой Самохвалов вышел из кабинета Хурцелоева, оставив прямому начальству весь груз ответственности за этих, невесть откуда взявшихся, инопланетян. Теперь, что бы эти инопланетяне не натворили в Зелёной Горке, да и на всей планете Земля, он, - майор Самохвалов, ответственности за это - не несёт! Вступать в героическую борьбу с

107

   инопланетными завоевателями, в планы майора Самохвалова - не входило.
   Оставшись один в кабинете, подполковник Хурцелоев впал в состояние близкое к ступору. Ну не могли эти инопланетяне приземлиться, где-то в другом районе, а вдруг они уже готовят планы по захвату райцентра или ещё что похуже. Что может быть хуже, Хурцелоев не знал, но в том, что будет хуже, не сомневался. Поэтому, усилием воли, выведя себя из состояния растерянности, он приступил к выполнению первейшей заповеди чиновника - "Ответственность, свалившаяся на твои плечи, должна быть немедленно переложена на плечи вышестоящего начальства. В случае, если вдруг вышестоящее начальство, принимать груз ответственности на себя не пожелает, то она, ответственность, должна быть разделена между чиновниками себе подобными. При этом речь не должна идти о равномерном её, ответственности, распределении. Распределить ответственность нужно так, чтобы тебе, ввиду невозможной занятости, ничего от ответственности не досталось". От этой спасительной мысли Хурцелоеву сразу стало легче, и его рука потянулась к телефону.
   - Нет, надо немного подумать, перед тем как разговаривать с генералом, - пробурчал себе под нос Хурцелоев и его рука, зависшая было над телефоном, опустилась на стол. Пять минут размышлений подполковника не принесли ничего нового. Хурцелоев нажал кнопку звонка, расположенную под столешницей. В дверях появилась Верочка.
   - Вера, соедини меня с генералом Баклушиным, - произнёс Хурцелоев спокойным голосом.
   - Хорошо, Мусса Магомедович, - ответила Верочка и исчезла за дверью.
   Потянулись минуты томительного ожидания. Наконец минут через пятнадцать, показавшихся Хурцелоеву вечностью, зазвонил телефон. Хурцелоев поднял трубку.
   - Подполковник Хурцелоев слушает, - произнёс он с волнением в голосе.
   - Мусса Магомедович, - услышал он голос Леночки, секретарши генерала, - я соединяю Вас с Арнольдом Аркадьевичем.
   - Спасибо Леночка, - ответил Хурцелоев.
   - Слушаю, Баклушин, - раздался в трубке голос генерала.
   - Здравия желаю, товарищ генерал! - бодрым голосом поздоровался Хурцелоев.
   - Привет, привет Мусса Магомедович, - ответил генерал, - что, уже небось доброжелатели довели до сведения и не терпится услышать из первых уст.
  
   - Арнольд Аркадьевич, это Вы о чём? - спросил несколько опешивший Хурцелоев.
   - Ладно, не прикидывайся несведущим, - добродушным голосом произнёс Баклушин, - представление на полковника я подписал на тебя Мусса Магомедович, заслужил.
   - Спасибо товарищ генерал! Служу России! - показным бодро-радостным голосом ответил Хурцелоев, - с меня причитается.
   - А куда ж ты денешься, - добродушным голосом произнёс генерал, - как там у тебя дела?
   - С земными делами всё в порядке ..., - начал свой доклад Хурцелоев.
  

108

   - А за небесные дела с тебя Мусса Магомедович никто и не спрашивает, - со смехом перебил его генерал.
   - Может и не спрашивают, Арнольд Аркадьевич, да вот от ответственности никто не освобождает, если небеса находятся над вверенным тебе районом, - голосом озабоченного работяги ответил Хурцелоев.
   - Что там у тебя случилось? - несколько настороженным голосом спросил Баклушин.
   Безошибочным чутьём старого чиновника, он почувствовал, что разговор про небеса Хурцелоев завёл неспроста, зная, что по пустякам он к начальству обращаться не будет.
   - Ну, не томи душу, рассказывай, авиакатастрофа, что ли у тебя случилась? Какие последствия? - спросил Баклушин несколько взволнованным голосом. Подобные сюрпризы, ему, начальнику ГУВД Новогородской области были совершено не к стати. В Москве решался вопрос о повышении и соответственно, о переезде в более благоприятные для жизни края и лучшим союзником Баклушина в этом вопросе была тишина. Собственно за авиакатастрофу он конечно ответственности не несёт, этим вопросом есть, кому заниматься. Беда в том, что начальства куча понаедет, а начальство оно на то и начальство, что бы вскрывать недостатки, а затем их закрывать за соответствующее вознаграждение, вот размеры этого вознаграждения и портили настроение генералу.
   - Нет, товарищ генерал, - ответил Хурцелоев, - авиакатастрофы у нас не произошло.
   - Ну и, слава богу! - облегченно вздохнул Баклушин, - тогда что?
   - Докладываю, товарищ генерал! - ответил, наконец, более-менее успокоившийся Хурцелоев. - Слушаю! - официальным голосом ответил Баклушин.
   - На территории села Зелёная Горка участковый милиционер старший лейтенант Стружкин обнаружил аномальные явления инопланетного происхождения ..., - начал было Хурцелоев.
   - Это не этот ли алкаш, которого мы из Новогорода к тебе на перевоспитание выперли? - прервал его Баклушин.
   - Он, но не алкаш, мы товарищ генерал, воспитанием личного состава занимаемся, - гордо ответил Хурцелоев.
   - Ну и что он там обнаружил? - с усмешкой спросил Баклушин.
   - Мною, для выяснения обстановки, была направлена в Зелёную Горку группа из четырёх человек, во главе с начальником УГРО* капитаном Виноградовым ..., - продолжил Хурцелоев,
   - Тоже кадр известный, - прокомментировал Баклушин, прервав Хурцелоева, - продолжай.
   - Так вот, - продолжил Хурцелоев, - группа капитана Виноградова обнаружила над Зелёной горкой пять летающих тарелок, совершающих демонстрационные полёты, по-видимому в целях устрашения, ....
   - Мусса Магомедович, вы там случаем не начали уже отмечать твоё следующее звание? - несколько раздражённо спросил Баклушин.
  
   * УГРО (Аббревиат.) - уголовный розыск.
  

109

   - Никак нет! Товарищ генерал! - ответил официальным голосом Хурцелоев, - о звании, я узнал только от Вас, а не доверять докладу капитана Виноградова у меня нет оснований.
   - Ну, ладно, ладно, - более спокойным голосом ответил Баклушин, - что они там накопали?
   - При попытке проникнуть на территорию села, - продолжил Хурцелоев, - группа наткнулась на ожесточённое сопротивление инопланетян, организовавших оборону вокруг Зелёной Горки. Группе капитана Виноградова пришлось вступить в боестолкновение с инопланетянами, в результате которого пострадали два милиционера. По докладу дежурного по РОВД майора Самохвалова, находящегося в режиме постоянной связи с капитаном Виноградовым, одна летающая тарелка произвела посадку в центре села. Всё село находится в заложниках. Инопланетяне зомбируют население.
   - Тяжело конечно в это верится, - задумчиво произнёс Баклушин, - если бы не ты Мусса Магомедович докладывал, то объявил бы выговор и послал бы ко всем чертям. Ну, принесла их нелёгкая! Как ты-то думаешь, Мусса Магомедович, что им в Зелёной Горке понадобилось?
   - Мы тут на месте подумали, - начал Хурцелоев, - что может быть у них одна летающая тарелка на вынужденную посадку села. Вот они из-за этого над Зелёной Горкой и летают, ну а что бы не мешали им ремонтом заниматься, оборону организовали и над населением поработали.
   - Ну а как они выглядят, как с населением общаются? - уже заинтересованно спросил Баклушин.
   - Выглядят они как лица славянской национальности, - ответил Хурцелоев, - а разговаривают, по докладу капитана Виноградова, на чистейшем русском языке. И на этом чистейшем русском языке, инопланетяне проводят антиправительственную агитацию населения, призывая к свержению существующего государственного строя.
   - А зачем им наш строй свергать? - как бы сам себя спросил Баклушин, - вот отремонтируют они свою летающую тарелку и пусть себе летят куда вздумается, чем быстрее уберутся, тем лучше.
   - Речь может идти о захвате плацдарма, а затем и всей Земли, - осторожно вставил Хурцелоев, физически ощущая, как груз ответственности за происходящее в Зелёной Горке начал стекать с его плеч и перетекая по телефонным проводам начал занимать своё место на плечах генерала.
   - Думаешь, так серьёзно, Мусса Магомедович? - озабоченно спросил Баклушин.
   - Не знаю, Арнольд Аркадьевич, что там инопланетяне замышляют, - изображая задумчивость, ответил Хурцелоев, - но, судя по поступающим докладам, если они двинутся на райцентр, то сил остановить их, у нас - нет.
   - Да, подкинул ты мне шараду, Мусса Магомедович, - задумчивым голосом произнёс Баклушин, - ну да ладно, будем думать, а ты держи это дело на личном контроле и при любом изменении ситуации докладывай мне лично. Ну, давай!
   - Есть! - ответил Хурцелоев, с наслаждением слушая короткие гудки, доносящиеся из телефонной трубки. За инопланетян с этой минуты отвечает начальник главного управления внутренних дел по Новогородской области генерал-майор милиции Баклушин Арнольд Аркадьевич, прошу любить и жаловать. 110
   Генерал-майор Баклушин сидел в кресле за своим рабочим столом в глубокой задумчивости, уйти в прострацию ему мешала злоба на этих инопланетян. В бесконечном космосе, где как говорят, существуют миллиарды звёзд, а планета Земля является дальним захолустьем, им, инопланетянам этим, приспичило прилететь именно сюда. Ну да ладно, коль прилетели, то летели бы прямиком к начальству, а ещё лучше в штаты. Нет же, чёрт угораздил их прилететь на территорию вверенной ему, генерал-майору Баклушину, области, да ещё в тот момент, когда решается вопрос о его назначении на вышестоящую должность. Нет, посадку инопланетян на свою шею, генерал-майор Баклушин обеспечивать не собирался. По звонку в кабинет Баклушина зашла Леночка.
   - Кофе, Арнольд Аркадьевич? - спросила она.
   - Нет, Леночка, соедини-ка меня с заместителем министра, генералом Чудиловым Романом Ивановичем, - ответил Баклушин.
   - Будет сделано, Арнольд Аркадьевич, - ответила Леночка и вышла в приёмную.
   - Ну, Рома, готовься! - злорадно пробурчал себе под нос Баклушин, представляя, как будет чувствовать себя его бывший однокурсник по высшей школе милиции, когда Баклушин сгрузит на него этих инопланетян.
   - Москва на проводе, Арнольд Аркадьевич, - раздался голосок Леночки.
   Баклушин поднял трубку и спустя несколько секунд услышал голос давнишнего приятеля по школе милиции.
   - Слушаю Чудилов, - голосом неимоверно занятого человека произнёс зам министра.
   - Приветствую Вас Роман Иванович! - бодрым голосом поздоровался Баклушин.
   - Привет, привет Арнольд, давненько ты на связь не выходил, но извини, могу уделить тебе минут пять, министр вызывает, так что давай, что хотел, - сразу установив дистанцию, сказал заместитель министра.
   - Докладываю, товарищ генерал-лейтенант, - перейдя на строго официальный тон, с обидой в голосе начал доклад Баклушин, - в районе села Зелёная Горка, Мстовского района, Новогородской области зафиксировано появление шести летающих тарелок. Одна из них произвела посадку в селе. Инопланетяне ведут себя агрессивно, организовали оборону, зомбируют местное население, находящееся у них в заложниках. При попытке вступить с ними в контакт, милицейский дозор был атакован и понёс потери. По докладам с места, инопланетяне ведут антиправительственную агитацию и работу по свержению государственного строя. Село Зелёная Горка они захватили, по-видимому, как плацдарм для дальнейших действий. Планы инопланетян - не известны. Ввиду явного превосходства в вооружении и уровне техники, вверенных мне сил, для борьбы с инопланетными захватчиками - не достаточно. Прошу оказать содействие, товарищ генерал-лейтенант! Генерал-майор Баклушин доклад окончил!
   - Да ладно, Ароша, чего ты разобиделся, - примирительно произнёс Чудилов, - что за бред ты понёс про инопланетян?
   - Товарищ генерал-лейтенант! - официально-обиженным тоном ответил Баклушин, - это не бред, а официальный доклад, и если мне не будет оказана своевременная помощь, то за последствия я не отвечаю. У меня всё, товарищ генерал-лейтенант! Разрешите положить трубку? - и, не дождавшись ответа, после минутной паузы положил трубку. 111
   Чудилов, как громом поражённый, молча рассматривал телефонную трубку, которую продолжал держать в руках. Отмахнуться от доклада Баклушина, несмотря на всю его нелепость нельзя. Разговор записан. Молчать долго тоже нельзя, обвинят в бездеятельности. Ну, Ароша, ну удружил. Ну, позвонил бы любому другому заму или самому министру, так нет, решил по старой дружбе свинью подложить, - идиот. Он знал, что министр его, мягко говоря, недолюбливает, а теперь придётся к министру идти на дурацкий доклад про инопланетян. Министр наверняка над инопланетянами и над Арошей посмеётся, зато ему будет задавать вопросы по громким висякам*, которые он поручил держать на контроле. Не найдя каких-либо оснований для отсрочки встречи с министром внутренних дел, Чудилов позвонил в приёмную и услышав голос секретарши Светы, попросил её о приёме у министра. Через полчаса телефон на столе у Чудилова зазвонил, подняв трубку, он услышал голос Светы.
   - Роман Иванович, министр ждёт Вас на доклад в одиннадцать тридцать.
   - Спасибо, Света, - ответил Чудилов и положил трубку. Он ещё раз просмотрел доклады по подконтрольным делам, о которых наверняка будет спрашивать министр, сложил документы в папку и в задумчивости закурил. До доклада оставалось пятнадцать минут. За три минуты до назначенного времени он был в приёмной министра. Кивнув головой Свете, он прошёл мимо её стола, подошёл к окну и в задумчивости стал смотреть на открывающийся городской пейзаж. Из задумчивости его вывел голос Светы.
   - Проходите, Роман Иванович, Иван Каримович Вас ждёт. Он растеряно кивнул Свете головой и вошёл в кабинет министра.
   - Разрешите, товарищ министр? - произнёс Чудилов, закрывая за собой дверь.
   - Проходите Роман Иванович, присаживайтесь, - указал министр на стул, - жду Вашего доклада по убийству журналиста Трепачёва.
   - По данному делу проверяется четыре версии и есть двое подозреваемых, но прокуратура не поддержала нас в суде об их задержании, - начал доклад Чудилов.
   - Иначе говоря, Вы Роман Иванович, попросились на приём, что бы сказать мне, что дело не движется? - с сарказмом в голосе спросил министр.
   - Никак нет, Иван Каримович, - со смущением в голосе ответил Чудилов, - я прибыл для доклада по другому делу.
   - По делу об убийстве депутата Мироедова? - спросил министр, глядя на несколько смутившегося Чудилова,
   - Никак нет, - ответил всё больше смущаясь, Чудилов.
   - Или по убийству банкира Шкуродёрова? - продолжал министр.
   - Никак нет, - ответил Чудилов, проклиная в душе Баклушина.
   - А, вспомнил, - с ехидцей произнёс министр, - Вы Роман Иванович пришли мне доложить, что дело об убийстве депутата Кровососова, трёх летней давности, наконец раскрыто.
   - Никак нет, - ответил Чудилов, чувствуя, что находится на грани срыва.
   - Так по какому делу Вы Роман Иванович мне можете доложить, что нибудь оптимистическое? - спросил министр, пристально глядя на Чудилова.
  
   * Висяк (Сленг.) - уголовное дело, имеющее очень малые шансы к раскрытию и потому, висит на шее у того, кто раскрыть его не может.
  

112

   - Около часа тому назад, - начал Чудилов, - начальник ГУВД по Новогородской области, генерал Баклушин доложил, что шесть летающих тарелок с инопланетянами захватили село Зелёная Горка со всеми жителями.
   - Роман Иванович, с вами всё в порядке, - министр с тревогой во взгляде посмотрел на Чудилова, - вы ведь не курсистка какая-нибудь, что бы так переживать начальственные нагоняи, с меня также президент и премьер спрашивают, но я им чушь про инопланетян не несу.
   - Иван Каримович, товарищ министр, - с отчаянием в голосе произнёс Чудилов, - я - не сумасшедший! Я то же самое говорил Баклушину, но он настаивал и сказал, что он доложил, и потому ответственности за дальнейшие события нести не собирается, а противостоять инопланетянам он не может, ввиду их явного преимущества в вооружении и технике.
   - Стоп, стоп, Роман Иванович, - остановил его министр, - какое вооружение, о чём речь?
   - Генерал Баклушин доложил, - продолжил Чудилов, - что к месту посадки была выслана милицейская группа, но, встретив сопротивление инопланетян, понесла потери и отошла.
   - Так, час от часу не легче, - произнёс министр и нажал кнопку звонка. Вошедшей Свете он сказал:
   - Света, соедини меня с генералом Баклушиным.
   Через несколько томительных минут в кабинет заглянула Света и сказала:
   - Иван Каримович, генерал Баклушин на связи.
   Министр взял трубку и услышав голос Баклушина произнёс:
   - Здравствуйте Арнольд Аркадьевич, с вами говорит Министр внутренних дел Муратов.
   - Здравия желаю, товарищ министр! - услышал Муратов приветствие Баклушина.
   - Что там у Вас случилось, Арнольд Аркадьевич? - спросил Муратов Баклушина. На что Баклушин повторил слово в слово то, что недавно говорил Чудилову.
   - И много их там? - после недолгого раздумья спросил Муратов.
   - По последним данным пять летающих тарелок куда-то улетели в южном направлении, а одна находится в месте посадки и с местными жителями общаются трое инопланетян, - ответил Баклушин.
   - Значит так, Арнольд Аркадьевич, бери свои ОМОН, СОБР, чёрта, дьявола и что ещё хочешь, следуешь в эту Зелёную Горку и лично, подчёркиваю - лично, наводишь там порядок, - властным голосом произнёс министр, - и лично, подчёркиваю - лично, мне до конца дня доложишь. Выполняйте указание!
   - Есть! - ответил Баклушин на другом конце провода.
   - А Вы, Роман Иванович, обеспечьте мне связь с теми, кто находится непосредственно на месте посадки НЛО, - дал команду Чудилову министр и, указав рукой на дверь, произнёс, - свободны!
   Взмокший от разговора с министром Чудилов вышел из кабинета Муратова и, не глядя по сторонам, лично направился к начальнику связи министерства.
  
  
  
  

113

   Получив личное указание министра, Баклушин большого восторга не испытал, внутренний голос уже пел заупокойные молитвы по повышению. Богатый опыт закулисных отношений говорил Баклушину о том, сто сохранение его нынешнего места, будет для него большой удачей. Но приказ есть приказ, поэтому приказ о прибытии к нему командиров ОМОНа и СОБРа к четырнадцати часам он отдал и отправился на обед.
  
   Сержант Скворцов сидел, скучая в Уазике, когда заверещала рация.
   - Слушаю, Скворцов, - ответил сержант.
   - С вами сейчас будет говорить министр МВД генерал-полковник Муратов Иван Каримович, - ответил чей-то далёкий голос. Сержант поплотнее прижал наушник.
   - Алло, с кем я говорю? - раздался властный голос в наушнике.
   - Сержант ППС Скворцов, товарищ министр, - ответил Скворцов.
   - Что там у Вас происходит? - спросил Муратов.
   - Да ничего особенного товарищ министр, - ответил Скворцов, - инопланетяне народ воспитывают.
   - Это, в каком плане? - спросил Муратов.
   - Да говорят, что не люди мы уже, а дикие животные, да ещё и пьяные, - ответил сержант.
   - А что они насчёт строя существующего говорят? - осторожно поинтересовался Муратов.
   - Да говорят, что власть, которая народ до такого дикого состояния довела, никому, кроме её самой - не нужна,- злорадствуя в душе, ответил Скворцов.
   - А что у них за вооружение? - спросил Муратов.
   - Не видел я у них никакого вооружения, - ответил Скворцов.
   - Ну а от чего пострадали милиционеры? - спросил Муратов.
   - По собственной глупости, товарищ министр, - с усмешкой ответил сержант, - поле у них тут защитное, ни дождь, ни оружие во внутрь не пропускает, а мы дуром полезли, вот и пострадали.
   - Ну а внутри этого поля, можно с оружием находиться? - не унимался Муратов.
   - Оружие, товарищ министр, это ихнее поле вовнутрь не пропускает, - ответил с усмешкой в голосе Скворцов.
   - А на прямой контакт с этими инопланетянами можно выйти? - спросил министр.
   - Это без проблем, - ответил Скворцов, - разоружайся и иди, вступай в контакт.
   - А захватить этих инопланетян можно? - вновь спросил министр.
   - В смысле? - вопросом на вопрос ответил Скворцов.
   - В смысле, что ОМОН без оружия произведёт их задержание и конфискацию летающей тарелки, - раздражённый непониманием сержанта пояснил министр.
   - Не знаю, не пробовал, - с ехидной улыбкой на лице ответил Скворцов.
   - Ну ладно, несите службу, - раздражённо произнёс министр, и связь прервалась.
   - Давайте, давайте, захватывайте, - злорадно улыбаясь произнёс Скворцов, обращаясь к рации, - дурогонам из ОМОНа будет полезно с инопланетянами пообщаться, это им не пенсионеров, ограбленных ЖКХ, от районной администрации дубинами разгонять. 114
   Выходя из служебного "Мерседеса", доставившего генерала с обеда, Баклушин увидел среди толпящихся на крыльце милиционеров командира Новогородского ОМОНа подполковника Быкова и командира СОБРа майора Собчака. Они курили и, по-видимому, обсуждали причину вызова к генералу. Проходя мимо них, генерал произнёс, - Через пять минут жду у себя в кабинете. Подходя к приёмной, Баклушин услышал звонок телефона и ускорил шаг. Войдя в приёмную, он увидел Леночку с телефонной трубкой в руке. Увидев генерала, Леночка радостно заулыбалась и ответила в трубку, - Минуточку, соединяю!
   - Министр, Арнольд Аркадьевич, - полушёпотом произнесла она и распахнула дверь кабинета.
   Баклушин бегом домчался до стола, схватил трубку и, борясь с участившимся дыханием, произнёс, - Слушаю Вас товарищ министр!
   - Арнольд Аркадьевич, - услышал он голос министра, - надеюсь тебе не надо объяснять, как важно для нас заполучить эту летающую тарелку, не знаю какие там заморочки у этих инопланетян имеются за душой, но раз они похожи на нас, то, наверное, не сильно от нас отличаются. Думаю твой ОМОН с тремя-то безоружными справится, а СОБР в состоянии захватить пустую летающую тарелку. Пусть проявят хитрость, отвлекут, фактор неожиданности на нашей стороне. Ну, что скажешь?
   - Надо бы разведать всё хорошенько, Иван Каримович, - без энтузиазма в голосе ответил Баклушин, - они там, наверное, вооружены до зубов.
   - А Виноградов твой, чем там занимается, он там уже сутки крутится, вот тебе и разведка, да и ОМОНовцы твои на Кавказе воевать, наверное, научились, - непреклонно-властным голосом ответил министр, - короче, готовь операцию по захвату, о готовности доложишь. Вам хорошо, - наставительно продолжил министр, - чуть что, к министру бежите, а мне что премьер, что президент, первый вопрос зададут, "Что сделано?". Короче, не позднее завтрашнего дня проводишь операцию по захвату, всё понятно?
   - Так точно! - ответил Баклушин.
   - Действуй, жду личного доклада, - голос министра приобрёл стальное звучание, - в случае успешного проведения операции, ты и твои спецназовцы получают, гарантировано "Героев России", а ты - ещё и должность зам министра, понял?
   - Так точно! - ответил Баклушин. Частые гудки в телефонной трубке звучали как приговор.
   Баклушин положил трубку и задумался, хитёр министр, решил утереть нос ФСБшникам и военным, притом его, Баклушина, руками, а что из этого получится, одному богу известно. Из задумчивости его вывел голос Леночки.
   - Арнольд Аркадьевич, к Вам подполковник Быков и майор Собчак!
   - Пусть войдут, - ответил Баклушин.
   - Разрешите войти, товарищ генерал?! - на пороге кабинета стояли подполковник Быков и майор Собчак.
   - Входите, мужики, присаживайтесь, - указав на стулья возле своего стола, отеческим тоном сказал Баклушин.
   Подполковник Быков и майор Собчак переглянулись и уселись на указанные места. Подобное обращение обычно требовательного в вопросах субординации генерала, не предвещало ничего хорошего.

115

   - Я пригласил вас для совещания по проведению боевой операции, - сразу приступил к делу Баклушин.
   - Опять на Кавказ? - спросил Быков.
   - На этот раз нет, - ответил Баклушин, - воевать будем на дому.
   - Это с кем? - спросил Собчак.
   - На этот раз с инопланетянами, - деланно-безразличным голосом ответил генерал.
   - Вы это серьёзно, товарищ генерал? - переглянувшись, спросили офицеры.
   - Серьёзней некуда, - ответил Баклушин, - сейчас я введу вас в оперативную обстановку, ну, а затем вперёд, - за орденами. Сразу скажу, что за успешное выполнение операции министр гарантирует вам звание "Героя России".
   - Так это не шутка, товарищ генерал?! - переспросил Быков.
   - Насчёт чего? - вопросом на вопрос ответил Баклушин.
   - Насчёт инопланетян, - ответил Быков.
   - Какая там шутка, - раздражённо ответил Баклушин, - сидите и слушайте, вопросы будут потом.
   Собираясь с мыслями, Баклушин в задумчивости встал из-за стола и начал ходить по просторному кабинету. Офицеры сопровождали генерала взглядом, предчувствуя что-то неладное, и когда Баклушин наконец-то уселся в своё кресло и как-то задумчиво посмотрел на них, обоим вдруг стало ясно - влипли.
   - Буду, краток, - наконец произнёс Баклушин после затянувшейся паузы, - на территории села Зелёная Горка, Мстовского района нашей Новогородской области произвела посадку инопланетная летающая тарелка. Кроме этой тарелки было замечено ещё пять летающих тарелок, но они улетели. Возле приземлившейся летающей тарелки замечено трое инопланетян, по описанию они похожи на нас и разговаривают на русском языке, называют себя - ариане. Какого-либо оружия у них не замечено. Есть у них какое-то электрическое поле, которое не пропускает огнестрельное оружие. Но в любом случае и перевес в силах, и фактор неожиданности на нашей стороне. Твоя задача, - обратился генерал к подполковнику Быкову, - этих троих инопланетян захватить, а твоя задача, - генерал посмотрел на майора Собчака, - захватить летающую тарелку. Сами понимаете, как это важно. Всё понятно?
   - Я правильно понял, товарищ генерал, - задал вопрос подполковник Быков, - воевать мы должны голыми руками?
   Баклушин собрался было ответить, но его прервал телефонный звонок и голос Леночки.
   - Министр, Арнольд Аркадьевич, - полушёпотом произнесла она, заглянув в кабинет.
   - Слушаю Вас, товарищ министр, - произнёс Баклушин, подняв телефонную трубку.
   - Знаешь, Арнольд Аркадьевич, - услышал Баклушин голос министра, - мы тут посовещались, и есть мнение, что раз это их поле не пропускает оружие вовнутрь, то возможно оно так же не пропускает оружие наружу. Эти инопланетяне на ночь улетают к себе в космос, а ты в это время размести в самом селе своих ребят, да замаскируй их хорошенько, чтобы местные не обнаружили. Ну тебя учить, только портить. Всё, что мы с тобой говорили, остаётся в силе. Действуй! Завтра жду доклада.
  

116

   - Есть! Товарищ министр! - ответил Баклушин. Короткие гудки в трубке были ему ответом.
   Офицеры с интересом смотрели на генерала, вид которого однозначно говорил о том, что всё происходящее не глупая шутка, а ещё более глупая реальность.
   Генерал задумчиво посмотрел на сидящих за столом офицеров и наконец собравшись с мыслями произнёс:
   - Ну, мужики, мы люди военные, приказ есть приказ, два часа на сборы и выдвигаемся в Зелёную Горку, подберите людей поопытней в группы захвата. Чёрт знает этих инопланетян, что у них на уме и что они нам приготовили. По докладам, они оборудуют там плацдарм, для дальнейшего захвата. Народ, который там живёт, они зомбируют и вербуют на свою сторону, поэтому на помощь местного населения надеяться не приходится. Разжигают недовольство существующим строем и призывают к его свержению, поэтому нужны будут группы прикрытия, которые блокируют местное население, если они попытаются помочь инопланетянам. Ну, да вы люди опытные, не мне вас учить. Руководить операцией, поручено мне лично. Всё понятно? Свободны.
   При словах "мне лично" на лицах офицеров отразилось явное облегчение. Встав из-за стола, они произнесли фразу "Разрешите идти?" и получив ответ "Идите" вышли из кабинета.
   - Ну, что ты по этому поводу думаешь? - спросил Собчак Быкова, когда выйдя из кабинета генерала они шли по коридорам управления.
   - Думаю, Игорь, что в таком дерьме нас ещё не валяли, - ответил Быков.
   - Так ты что, Андрей, думаешь, что всё это подстава? - настороженно спросил Собчак.
   - Я, Игорь, могу поверить в инопланетян, могу поверить во всё, что говорил генерал, но в то, что вокруг летающей тарелки ходят трое безоружных и беззащитных идиотов с другой планеты, прилетевших с целью свергнуть у нас строй, про который мы и сами вразумительно ответить не можем, что он, строй этот из себя представляет, хоть стреляй, не поверю, - ответил после недолгого раздумья Быков и сплюнув с досады продолжил, - как не могу поверить в то, что людей, сумевших построить летающие тарелки и создавших защитные поля, которые сами выбирают, что пропускать, а что нет, можно застать врасплох. Чует моё сердце, что получим мы там всё и по полной программе, и будут это отнюдь не звёзды героев.
   - Ту хочешь сказать...? - начал, было, Собчак. Но Быков перебил его и продолжил:
   - Я хочу сказать, что всё, что мы собираемся сделать, чистейшей воды авантюра, министр решил очки перед президентом и премьером подзаработать. А ехать в эту Зелёную Горку должны не мы, со своими туповатыми костоломами, а президент и премьер, да не с автоматами, а с хлебом-солью. Да что об этом говорить! Пока они, - он показал пальцем куда-то вверх, - до этого додумаются, мы с тобой, Игорь, будем в дерьме по самую макушку.
   - Да, успокоил, - грустно произнёс Собчак, выходя из дверей управления.
   - Ладно, где наша не пропадала, - ответил Быков, - встречаемся на выезде из города, у развилки, дальше пойдём общей колонной, во главе с генералом, вот кому я не завидую, так это Баклушину. Пока!
  

117

   Офицеры разошлись по своим подразделениям, ставить перед подчинёнными боевую задачу, полную космической экзотики.
  
   Между тем в Зелёной Горке дела шли своим чередом. Собравшийся народ, видя, что от инопланетных гостей не исходит никакой угрозы, более активно вступил в диалог. У каждого были свои вопросы, каждому нужны были советы, но главный вопрос был один, - что делать?
   - О том, что делать, мы поговорим с вами завтра, - ответил Всеволод, - мы показали вам, как живут такие же люди, как и вы, а что для этого нужно сделать, я надеюсь услышать от вас самих. До завтра!
   Всеволод, Криворог и Комонебранец направились к летающей тарелке, поднялись по трапу, люк за ними бесшумно закрылся. Через минуту летающая тарелка бесшумно оторвавшись от земли поднялась над Зелёной Горкой, сделала прощальный круг и стремительно исчезла в вечернем небе.
   Обсуждая события дня, народ стал расходиться по домам.
   - Пойдём и мы, - сказал капитан Виноградов стоящим возле него Ефимочкину и Евдокимову, - чувствую, что для нас, этот день ещё не закончился.
  
  

Глава шестая

  
   Капитан Виноградов, возвращаясь к Уазику, ставшему временно передовым штабом МВД в районе контакта с внеземной цивилизацией, увидел стремительно бегущего к ним навстречу Скворцова.
   - Ну, похоже, мужики, - сказал Виноградов, глядя на приближающегося Скворцова, - трагикомедия начинается.
   - Товарищ капитан! - задыхаясь от быстрого бега, взволнованно заорал Скворцов, - Вас по рации вызывает генерал Баклушин, как я понял, они инопланетян штурмовать собираются!
   - С ума сошли, идиоты! - возмущённо произнёс Виноградов и ускорил шаг, направляясь к Уазику, который, как и Виноградов, абсолютно точно знал, чем заканчиваются встречи с пришельцами из космоса.
   - Виноградов слушает! - произнёс он в микрофон.
   - Капитан! - услышал он голос собеседника, - с тобой говорит начальник УВД генерал Баклушин! Приказываю обеспечить постоянный мониторинг обстановки в населённом пункте Зелёная Горка и его окрестностях! Ориентировочно в пять часов утра наши силы будут на месте. По моём прибытии, представишь мне полный доклад о пришельцах. Мне нужны точные данные об их дислокации, районе обороны, их боевых возможностях, численности, о скрытых путях подхода и так далее. И запомни, капитан, успех нашей операции, в немалой степени лежит и на тебе. Если штурм пройдёт успешно, то получишь майора и государственную награду, а если поумнеешь, то и в Новогород вернёшься, понял меня!
   - Так точно! - ответил Виноградов, - докладываю! Место дислокации инопланетян на орбите. Район обороны - планета Земля. Боевые возможности - не ограниченные. Численность - несколько десятков здесь, плюс миллионы, которые могут прибыть в течении пары часов, плюс неизвестное количество союзников того же уровня, которые живут на Земле и о которых мы ничего не

118

   знаем, так называемые - моряне. Скрытых путей - нет, обо всех наших движениях, разговорах и даже мыслях они знают в реальном времени, в том числе и о нашем разговоре.
   - Ты, капитан - паникёр! Всё это сказки для детей! - загремел в наушнике голос Баклушина, - по докладам они ничем от нас не отличаются, и тарелка ихняя стоит посреди села, потому что села на вынужденную посадку, а с тобой капитан Виноградов я лично разберусь, после операции! Понял!
   - Так точно! Понял! - ответил Виноградов, - мой долг предупредить Вас, генерал, что они от нас отличаются кардинально.
   - Чем же? - перебил его Баклушин.
   - Они люди, а мы дебилы, - ответил Виноградов.
   - Кончай демагогию, пока ещё капитан Виноградов, - перебил его Баклушин.
   - Они прилетели с дружественным визитом, - продолжил Виноградов, - и не сделали ничего плохого. Зачем ты, генерал, ищешь приключений на свою задницу и гонишь Омоновцев на убой? Воевать с ними, это то же, что охотиться на слона с милицейским жезлом.
   - Всё! С тобой всё ясно! Мало что трус и паникёр, так ещё и хам, с генералом на "ты" уже начал разговаривать и ценные указания выдавать старшим по званию соизволил. Короче, встретишь наши силы, покажешь на месте что и, как и свободен. В органах, таким как ты делать нечего! Всё понял?!
   - Так точно! В таких органах, только таким как ты и место. Успешного разгрома - скоро не генерал Баклушин - зло ответил Виноградов и щелчком выключил рацию.
   - Ну, товарищ капитан, что там генерал наговорил? - задал всех волновавший вопрос Скворцов.
   - Ничего особенного, - как-то отрешённо ответил Виноградов, - они штурмовать инопланетян собрались.
   - Да они там с ума все посходили, что ли? - задал риторический вопрос Ефимочкин.
   - Что бы сойти с ума, - задумчиво произнёс Евдокимов, - его как минимум иметь надо.
   - Короче, - произнёс Виноградов, - мы их встречаем, - отвечаем на вопросы и сматываемся отсюда. Я в этом действе участвовать не собираюсь.
   - А мы, - ответили, переглянувшись, милиционеры, - остаёмся. Мы - с инопланетянами.
   - Не думаю, что они нуждаются в нашей помощи, - как-то равнодушно, усталым голосом ответил Виноградов.
   - Эх, товарищ капитан! - сказал Евдокимов, поправляя на плече автомат, - сломали Вас разные там Баклушины, дело не в том, полезны мы им или нет, а в том, что они должны знать, что мы тоже люди, а не зверьё какое-нибудь. Они должны знать, что мы тоже не в восторге от такой жизни, но сил у нас мало для того, чтобы её изменить. Лично я надеюсь на то, что, узнав о том, что у нас на Земле живут не только выродки, они помогут нам наладить человеческую жизнь.
   - Да, товарищ капитан, я с Николаем согласен, - вступил в разговор Скворцов, - вам бы завтра к Всеволоду, воеводе ихнему подойти, что бы он Вам голову провентилировал, сразу жить легче станет, по себе знаю, сам до этого как в бреду жил, а теперь всё ясно и понятно.

119

   - Подойду, - тяжело вздохнув, ответил Виноградов, - мне теперь кроме как к инопланетянам идти некуда, Баклушин орал, что из органов выгонит. Да только не знаю, наступит завтра или нет, войну ведь Баклушин затеял местного масштаба.
   - Не волнуйтесь, товарищ капитан, - подал голос Ефимочкин, - мы победим, а что касается Баклушина, то я почти уверен, что, начиная с завтрашнего дня, у него будет столько проблем, что Вы, товарищ капитан, будете им забыты навсегда.
   - Ну ладно, утешили, - ответил Виноградов улыбнувшись, - воспользуюсь советом Степана, а то муторно как-то жить стало. Значит - судьба, будем одной командой, а ОМОН будем встречать в качестве парламентёров, ну а пока давайте вздремнём малость, может хоть во сне удастся переварить сегодняшние события.
   Милиционеры стали располагаться в покалеченном Уазике.
  
   Телефонный звонок прервал сон Муссы Хурцелоева. Мусса Магомедович сонным взглядом посмотрел на окно, на улице была ночь. Включив бра, он взглянул на часы, часы показывали час ночи.
   - Какого чёрта, - пробормотал он спросонья, - что там опять?
   - Мусса, что случилось? - спросила проснувшаяся жена.
   - Спи, - ответил Хурцелоев недовольным голосом и взял трубку телефона.
   Тяжело вздохнув, он произнёс: "Хурцелоев слушает".
   - Что, Мусса Магомедович, спишь сном младенца? - услышал он голос Баклушина.
   - Никак нет! Товарищ генерал! - ответил он, пытаясь придать своему голосу бодрую интонацию, - заснёшь тут, в свете последних событий.
   - Вот и хорошо, что не спишь, - сказал Баклушин, - встречай гостей, будем у тебя часа через два, поднимай свой личный состав по тревоге. Обеспечишь проводку колонны через райцентр до Зелёной Горки. Ну, и, само собой, разумеется, примешь участие в наведении конституционного порядка на вверенной тебе территории. Покажем этим пришельцам, кто в доме хозяин.
   - Так точно, товарищ генерал! - ответил Хурцелоев бодрым голосом, почувствовав, как тело покрывается холодным липким потом, - покажем.
   - А на этого твоего Виноградова, - продолжил Баклушин, - после завершения операции напишешь представление на увольнение. Так в представлении и напишешь, за трусость и паникёрство. Правильно мы тогда сделали, что из Новогорода этого идиота турнули, а то распоясался, мне, генералу хамить начал и нотации свои читать, мерзавец!
   - Будет сделано, товарищ генерал! - с трудом поддерживая бодрые нотки в голосе, ответил Хурцелоев, чувствуя, как внутри него образуется холодная дрожащая пустота.
   - Ну, выполняй, Мусса Магомедович, я на тебя надеюсь! - завершил разговор Баклушин.
   - Есть! - ответил мёртвым голосом Хурцелоев в противно пикающую трубку.
   Минут пять Хурцелоев сидел неподвижно с продолжавшей пикать трубкой в руке. Его трясло, дрожь во всём теле и противный холодный пот не давали ему сосредоточиться, даже, несмотря на то, что проснулся он окончательно. Извечный российский вопрос "Что делать?" теперь распространялся и на него.

120

   Что предпринять Хурцелоев не знал, но одно он знал абсолютно чётко, в списках "героев" Зелёной Горки его фамилии не должно быть, ни под каким предлогом. Он набрал номер дежурного по РОВД. На звонок долго никто не отвечал. Наконец минуты через три, сонный голос ответил: - Роведе, чё надо?
   - Хурцелоев говорит, - раздражённо заорал Хурцелоев, - по РОВД боевая тревога!
   - Есть, боевая тревога! - ответил в трубку голос сержанта Колтунова.
   - И машину мне немедленно, - добавил Хурцелоев.
   - Есть, машину, товарищ подполковник! - завопил на том конце провода голос Колтунова.
   - Выполняйте! - произнёс Хурцелоев и положил трубку.
   Вздохнув Мусса Магомедович встал с кровати и пошёл в ванную комнату. Как будто не он, а кто-то другой, ему не известный, чистил зубы, брился, умывался, вытирался, машинально надевал милицейскую форму. Сам же Хурцелоев наблюдал за этими действиями вроде как со стороны и был озадачен только одной мыслью - "Что делать?". И, наконец, после долгих мучений мозг начал выходить из ступора. Надо оценить обстановку. Обстановка такова, в Зелёной Горке объявились инопланетяне. Судя по докладам Виноградова, они очень хорошо вооружены, притом таким оружием, о котором мы на Земле никогда и не слышали. Виноградову Хурцелоев доверял безоговорочно, будь его воля, Виноградов бы уже давно был назначен заместителем начальника РОВД, но из Новогорода пришло однозначное указание, - Виноградов - негодяй, никаких поощрений, никаких выдвижений. Хурцелоев дураком не был никогда, поэтому в докладах относительно Виноградова отмечал, что, мол, не поощряю, но и наказывать не за что. С этим в Новогороде со временем смирились, и Виноградов спокойно возглавлял районный уголовный розыск, что позволяло Мстовскому РОВД всегда иметь положительную динамику раскрытия преступлений, за что Мусса Магомедович Хурцелоев неоднократно поощрялся. Что же касается недовольства Баклушина, то Хурцелоев прекрасно понимал, что Виноградов попытался объяснить генералу бесполезность и опасность силовой операции, но в части упрямства Баклушин даст сто очков вперёд любому ослу, потому у них разговор и не получился. Ну да ладно, Аллах с ними, как самому из этой истории выбраться. Остановить Баклушина он не может, да, скорее всего и сам Баклушин в данном случае лицо подневольное, значит надо выбираться из создавшейся ситуации самому. А как? Если ты жив и здоров, то иди и воюй. А если не здоров? Мусса Магомедович подсознательно почувствовал, что мысль пошла в нужном направлении. Больничный лист тут конечно не поможет, но ход мысли правильный. Неожиданно в голове прозвучало нужное слово - "перелом", слово прозвучало так громко и ясно, что Хурцелоев даже посмотрел по сторонам, кто это произнёс. Вот оно спасение! На душе стало значительно легче. Теперь надо решить, что ломать и когда ломать. Ну, что ломать, выбор невелик, руку или ногу. Рука дело такое, настоящий герой и со сломанной рукой воевать будет, а вот ногу, это другое дело, на костылях не воюют. Теперь - когда? До начала операции или в ходе? Здесь надо хорошо подумать. Если до начала операции, то могут заподозрить в трусости и малодушии, а если в ходе, то неизвестно, что ты там получишь кроме перелома. Значит, за час до начала боевых действий должна быть сломана нога, и в то время, когда силы милиции

121

   бросятся на штурм, он, без пяти минут полковник Хурцелоев, с переломанной ногой должен будет въезжать в ворота районной больницы. Решение принято. Мусса Магомедович чувствовал себя как тонущий в болоте человек, которому удалось ценой невероятных усилий ухватиться за свисающую над болотом ветку. И хотя из болота он ещё не выбрался, но некоторую надежду на спасение он получил.
   За окном послышался шум подъезжающего автомобиля. Мусса Магомедович обвёл взглядом покидаемую им уютную квартиру и как человек, принявший трудное решение направился к выходу. В дверях его остановил голос жены.
   - Мусса, ты действительно не хочешь мне ничего сказать? Я же вижу, что что-то случилось.
   - Эльза, всё будет хорошо, просто служба, вот и всё, - ответил Мусса Макомедович и вышел.
   Машина стояла возле подъезда. Подойдя к машине Мусса Магомедович оглянулся на окна своей квартиры. Эльза стояла у окна и смотрела ему вслед. Он помахал ей рукой и сел в машину.
   - Что случилось, товарищ подполковник? - спросил его водитель Олег Борисов.
   - Что, Олег, может случиться в милиции, - ответил Хурцелоев, - нарушен порядок, за который мы отвечаем перед государством, и мы должны его восстановить, вот и всё.
   Олег понял, что начальство не в духе и больше вопросов не задавал. Дальнейший путь продолжался в гробовом молчании. Машина остановилась у крыльца управления РОВД. Навстречу Хурцелоеву с крыльца сбежал несколько напуганный и растерянный майор Самохвалов.

   Приложив руку к фуражке, он доложил: - Товарищ подполковник! Личный состав Мстовского РОВД по боевой тревоге собран!
   - Вольно! - отдал команду Хурцелоев и быстрым шагом прошёл во внутренний двор управления, именуемый плацем, где в некотором недоумении топталось около пяти десятков вооружённых милиционеров. Увидев Хурцелоева, милиционеры топтаться перестали и с напряжением уставились на начальство, в надежде услышать от него, что всё прошло хорошо и можно будет сдать оружие и отправляться спать по домам. Но их мечтам не суждено было сбыться.
   - Товарищи, - нервно прокашлявшись, произнёс Хурцелоев, - перед нами поставлена очень непростая задача. На территории нашего Мстовского района нарушена конституционная целостность нашего государства.
   На лицах милиционеров тоска сменилась напряжением, все внимательно слушали речь Хурцелоева, разговоры и шептания прекратились.
   - В селе Зелёная Горка произвели посадку инопланетяне, они захватили село и держат в заложниках местных жителей, - продолжил Хурцелоев.
   По рядам милиционеров прокатился шумок.
   - Командир, это шутка? - наклонившись к Хурцелоеву, спросил начальник штаба РОВД майор Толкалин.
   - Какая к чёрту шутка, - раздражённо ответил ему Хурцелоев, - через час здесь будет генерал Баклушин с Новогородским ОМОНом.

122

   - А что мы будем делать с этими инопланетянами? - растерянно спросил Толкалин. Его вопрос остался без ответа.
   - Слушай приказ! - обращаясь к строю милиционеров, громко произнёс Хурцелоев.
   Строй застыл и замолк.
   - Майору Самохвалову приказываю приступить к выполнению обязанностей оперативного дежурного по РОВД, к выполнению обязанностей приступить немедленно.
   - Есть! - с облегчением и нескрываемой радостью в голосе ответил Самохвалов и исчез в дежурной комнате.
   - Майору Толкалину приказываю организовать несение патрульной службы в городе. Для несения службы привлечь всех, кого нет на настоящий момент в этом строю. Вызвать всех из отпусков. К выполнению приказа приступить после отбытия личного состава на задание!
   - Есть! - ответил майор Толкалин.
   - Майору Захватову приказываю организовать силами ГИБДД* встречу колонны Новогородского ОМОНа из Новогорода, пропуск через город и сопровождение до Зелёной Горки.
   - Есть! - ответил майор Захватов, искренне благодаря в душе бога, надоумившего его в своё время стать Гаишником**.
   - Все остальные, во главе со мной выступают на защиту конституционной целостности нашего государства.
   Всем стоящим в строю стало ясно, что спать им сегодня больше не придётся и что похоже они попали в невесёлую историю.
   - Моим заместителем на марше назначаю капитана Колобкова, - продолжил Хурцелоев.
   - Есть! - скучным голосом ответил капитан Колобков.
   Без малого двухметровый капитан Колобков пристально посмотрел на строй и скомандовал:
   - Прапорщик Деревянко! Выгоняй БРДМ*** и четыре "Урала" ****под погрузку. Личному составу перекурить и по машинам. Шустриков и Хваталов, кончай шушукаться, лично проверю, где вы находитесь, да и остальных касается, если кого в машинах не обнаружу, лично урою*****. Всем всё понятно?
   - Так точно! - раздался в ответ недружный хор голосов милиционеров.
   Через двадцать минут колонна машин Мстовского РОВД урча моторами, направилась спасать Родину от посягательства незваных инопланетных захватчиков.
   Объединённая колонна Новогородского СОБРа и ОМОНа спустя четыре часа после выезда из Новогорода достигла окраины Мстовского райцентра. У поста ГИБДД светя зловещими красно-синими бликами, стояли две машины ДПС. Возле машин как тени ходили Гибддэшники с автоматами. Колонна остановилась. Из головного Уазика кряхтя вылез генерал Баклушин. К нему стремительно бросился с докладом майор Толкалин.
  
   * Государственная Инспекция по Безопасности Дорожного Движения (Аббревиатура)
   ** Государственная Автомобильная Инспекция (Аббревиатура)
   *** Боевая разведовательно-дозорная машина (Аббревиатура)
   **** Военный грузовик повышенной проходимости.
   *****Убью, уничтожу, зарою в землю (Сленг.) 123
   - Товарищ генерал-майор! - приложив правую руку к фуражке начал Толкалин, - личный состав Мстовского РОВД во главе с начальником РОВД подполковником Хурцелоевым убыл в район села Зелёная Горка, мне поручена комендантская и патрульная служба в городе. Районная ГИБДД во главе с майором Захватовым готова обеспечить прохождение колонны через город и до села Зелёная Горка! Начальник штаба Мстовского РОВД майор Толкалин!
   - Молодцы! Молодцы! Чувствуется твёрдая рука Хурцелоева, кстати, майор, уже полковника Хурцелоева, - сказал Баклушин, разминая затёкшие ноги.
   - Служу России! - как-то некстати завопил Толкалин.
   - Хорошо служите! - решил не замечать майорской глупости генерал, - ну, командуй, сопровождение вперёд! Время - деньги. Генерал с кряхтеньем занял своё место в Уазике.
   Толкалин стремительно побежал к машинам ДПС. Одна из них заняла место в голове колонны. Из неё выскочил лейтенант Хабилов и подбежав к машине генерала, принял стойку "Смирно".
   - Товарищ генерал! Разрешите начать движение? Скороговоркой прокричал он.
   - Разрешаю! - ответил Баклушин.
   Лейтенант Хабилов, отметившись в памяти генерала, стремительно бросился к машине ДПС и колонна тронулась в направлении города. Через полчаса Мстовский райцентр остался позади и колонна, бессистемно трясясь на выбоинах и колдобинах, двигалась по Ильменскому тракту в направлении села Зелёная Горка, в одночасье ставшее известным в самых высоких кругах Министерства внутренних дел России.
  
   Капитан Виноградов, задремавший на переднем сиденье Уазика, проснулся оттого, что кто-то тряс его за плечо. Он открыл глаза. Вокруг Уазика стоял предутренний сумрак.
   - Товарищ капитан! - Степан Скворцов продолжал трясти его за плечо, - едут!
   - Ну, началось! - произнёс Виноградов и стал выбираться из машины.
   - Отделение, подъём! - громко прокричал Скворцов, - Игорёк, Колян, кончай спать, к нам его величество генерал Баклушин со свитой пожаловали.
   Из-за поворота показался БРДМ, а за ним четыре "Урала".
   - Что-то свита, маловата, - произнёс сонным голосом Ефимочкин.
   - Да это наши, то есть из нашего РОВД, - подал голос Евдокимов, - это Серёга Бутов на БРДМе рулюет.
   - Да, похоже, из нашего РОВД, - произнёс Виноградов, - кого там Хурцелоев прислал?
   Между тем, БРДМ поравнялся с Уазиком и остановился. За ним остановилась вся колонна. Из переднего "Урала" выбрался Хурцелоев, неспешным шагом, разминая ноги, он подошёл к Виноградову и, поздоровавшись за руку, спросил:
   - Ну, Григорий Андреевич, что тут происходит?
   - Пока ничего, Мусса Магомедович, - ответил Виноградов, - наши инопланетные гости прилетят часа через три.
   - А тарелка, которая совершила вынужденную посадку? - спросил Хурцелоев.
   - Какая вынужденная посадка? - удивлённо спросил Виноградов.
  

124

   - Ну, генерал Баклушин сказал, что мы будем захватывать летающую тарелку, которая совершила вынужденную посадку, - неуверенно ответил Хурцелоев.
   - С него станется, - с усмешкой прокомментировал Виноградов.
   - Григорий Андреевич, - вплотную приблизившись к Виноградову, задал вопрос Хурцелоев, - чем на твой взгляд закончится этот штурм?
   - Ясное дело, - ответил Виноградов, - ледовым побоищем*, только псами-рыцарями в этот раз будем мы. Это, Мусса Магомедович, совсем другой уровень развития, мы перед ними - дикари. Ефимочкина и Евдокимова, которые пострадали по незнанию, они спасли, а будут ли они спасать большущую ораву дураков, которые на них нападут, неизвестно.
   - Значит, ты считаешь, что штурм закончится нашим разгромом? - для чего-то задал вопрос Хурцелоев.
   - Уверен, Мусса Магомедович, - ответил Виноградов, - не нужен тут никакой штурм, это то же самое, что если к Вам приедут Ваши родственники с Кавказа, а Вы вызовите ОМОН для того, что бы загнать их в обезьянник, родственники Вас точно не поймут.
   - Ну, а как же с заложниками? - после некоторого раздумья спросил Хурцелоев.
   - Какими заложниками? - удивлённо вопросом на вопрос ответил Виноградов.
   - Ну, тех, которых эти инопланетяне захватили и зомбируют, - неуверенным голосом ответил Хурцелоев.
   - Ну, похоже, у генерала Баклушина богатейшая фантазия, - ответил Виноградов, - всё с точностью до наоборот, если бы была такая возможность, то всё местное население покинуло бы родную планету Земля и улетело бы с инопланетянами под лозунгом "Согласен на любую работу". Да только инопланетяне брать нас с собой не хотят, говорят что недостойны, больше на скотов вы говорят, похожи, чем на людей, а что касается зомбирования, то на коленях мы должны их упрашивать прозомбировать всю нашу страну. В этом селе, Мусса Магомедович, - Виноградов через плечо указал на спящую Зелёную Горку, - теперь нет ни одного пьющего и курящего. Есть, конечно, и издержки, жизнь, которая устраивала пьяниц, совершенно не устраивает трезвых. На мой взгляд, это и есть причина, по которой власти так всполошились.
   - Ну, это не нам с тобой судить, Григорий Андреевич, - дипломатично ответил Хурцелоев, - а с Баклушиным я попробую переговорить, с минуты на минуту он будет здесь.
   Даже из короткого разговора с Виноградовым Хурцелоев сделал вывод о глупости и ненужности намечаемой операции, но как остановить раскрутившуюся машину МВД он не представлял, с ослиным упрямством Баклушина он был хорошо знаком. Между тем едва слышимый, но постепенно нарастающий шум моторов, говорил о том, что разговор с Баклушиным неотвратимо приближается. Будь что будет, подумал Хурцелоев, Баклушин генерал, ему виднее, да к тому же он теперь за всё отвечает, а ему, Хурцелоеву, надо вовремя унести отсюда ноги.
  
   * Полный разгром крестоносцев на льду Чудского озера русско-татарскими войсками
   5 апреля 1242 года под руководством Александра Невского.
  

125

   Из-за поворота, светя красно-синими огнями, появилась машина ДПС, а за ней, ревя моторами, колонна Новогородского ОМОНа. Машина ДПС выключила мигалку и быстро развернувшись, как-то крадучись исчезла в обратном направлении, оставив во главе колонны Уазик генерала Баклушина. Уазик поравнялся с БРДМом и остановился, из него выбрался Баклушин, несколько раз потянулся, разминая затёкшие суставы. Хурцелоев поспешил навстречу генералу.
   - Здравия желаю, товарищ генерал-майор! - поздоровался он с Баклушиным.
   - Здравствуй, здравствуй Мусса Магомедович! - ответил Баклушин здороваясь за руку с Хурцелоевым, - молодец, посмотрел, всё твоё РОВД работает как часы, заслуженно полковника получил, с чем тебя и поздравляю!
   - Служу России! - ответил Хурцелоев, приняв положение "смирно".
   - Ну, докладывай, что мы тут имеем, - перейдя на официальный тон, сказал генерал.
   - Докладываю, - так же официальным тоном начал свой доклад Хурцелоев, - в настоящий момент инопланетян в селе нет. Прилетят они где-то через два часа. Никаких заложников они не брали. Неисправных летающих тарелок в селе так же нет. Зомбированием они тоже не занимались, а так, провели курс лечения местного населения от пьянства и табакокурения, теперь всё местное население бросило пить и курить.
   - А чем же они теперь заниматься будут? - шутливым вопросом перебил Хурцелоева генерал Баклушин.
   - Я, товарищ генерал, - продолжил Хурцелоев, - считаю, что Вам, как официальному представителю власти, следовало бы с ними, инопланетянами этими, в переговоры вступить. Капитан Виноградов докладывает, что они прибыли с дружественным визитом и скоро улетят по своим делам.
   - Да, кстати, где этот твой засранец, он тут часом со страху не умер? - прервал его генерал.
   - Капитан Виноградов здесь, - ответил Хурцелоев, - он вчера с инопланетянами общался.
   - Давай его сюда! - рявкнул Баклушин и, обернувшись в сторону колонны, крикнул, - Быкова и Собчака ко мне! Быстро!
   Подошедший спокойным шагом Виноградов и прибежавшие Быков и Собчак предстали перед генералом одновременно.
   - Товарищ генерал! По Вашему приказанию прибыл! - прозвучало одновременно и малоразборчиво.
   - Так, капитан Виноградов, доложите обстановку! - изрёк генерал.
   - Есть! - ответил Виноградов, - докладываю. Представители внеземной цивилизации, являющиеся нашими дальними родственниками, прибыли на планету Земля с дружественным визитом. Уровень их технического развития на несколько порядков выше, чем у нас. С военной точки зрения, мы для них не представляем никакой опасности. К счастью у них к нам есть определённый интерес как к рабочей силе, но ввиду очень низкого интеллектуального развития мы им в нашем настоящем виде не подходим. Исходя из этого, они пытаются понять, как из нас сделать людей в их понимании. Поэтому, для начала они провели с местным населением курс лечения от пьянства и табакокурения и ежедневно проводят разъяснительную работу на тему морали. Как я понимаю...

126

   - Уровень твоего понимания, капитан, изображён на твоих погонах, - прервал Виноградова Баклушин, - в твоей демагогии никто не нуждается.
   - В таком случае, разрешите идти? - ответил Виноградов.
   - Я тебе пойду, - заорал Баклушин, - я тебе сейчас так пойду, что небо в алмазах увидишь.
   Стоящие рядом Хурцелоев, Быков и Собчак с сочувствием смотрели на Виноградова. После того, что сказал Виноградов, идиотизм затеваемого мероприятия был для всех очевиден. Но доводы разума не могли проникнуть в голову генерала, искренне считающего, что уровень умственного развития имеет адекватное отображение на погонах, пришитых к мундиру обладателя разума. Генерала понесло.
   - Доложите офицерам, - орал Баклушин, - где находится это долбанное защитное поле.
   - Сейчас его нет, его выставят инопланетяне когда прилетят, - ответил Виноградов.
   - Так, - сделал умозаключение Баклушин, - как я понимаю, это обычный электрический забор.
   - Вы неправильно понимаете, - сказал Виноградов, - это поле никого не бьёт электричеством и оно имеет разум, оно не пропускает во внутрь оружие.
   - Вот уровень мышления капитана, - торжественно провозгласил Баклушин, - не хватает мозгов понять, что этот электрический забор не пропускает металлические предметы во внутрь и с таким же успехом не пропускает их наружу. Почти у каждого в этом селе есть охотничье ружьё, и я что-то не заметил, что бы они валялись по окрестностям.
   Генерал торжествующе посмотрел на стоящих вокруг него офицеров.
   - Сколько этих родственничков прилетает на летающей тарелке? - задал он вопрос Виноградову.
   - Четверо, - ответил Виноградов, - и ещё одна летающая тарелка в воздухе над селом висит.
   - Всё! Пошёл теперь вон! - заорал на Виноградова генерал, - полковник Хурцелоев, чтобы завтра же этого фрукта в органах и духу не было!
   - Есть! - ответил Хурцелоев.
   - Да пошёл ты в ж... со своими органами! - зло произнёс Виноградов и зашагал в сторону центра села.
   - Мерзавец, подлец, трус, паникёр, ублюдок, ..., ..., ..., - продолжались вопли генерала вдогонку Виноградову.
   Стоящие рядом офицеры, за исключением разве что Хурцелоева, не могли понять неадекватного поведения генерала в отношении Виноградова. А Баклушин просто выплёскивал свою ненависть к человеку, который, будучи начальником отдела уголовного розыска Новогородского УВД, едва не отправил его, Баклушина, бывшего тогда подполковником, заместителем начальника УВД, за решётку, раскрутив связи тогдашнего милицейского руководства с организованной преступностью. В конце концов, преступником удалось сделать того же Виноградова, но денег хранители законности в Новогороде, перетаскали блюстителям закона в Москве - немерено, и этих потерь Виноградову не могли простить до сих пор.
   - Ну, - зло обвёл взглядом тихо стоящих офицеров генерал, - приказы будем выполнять или демагогию разводить?

127

   - Так точно! - раздалось в ответ, хотя и непонятно к чему, к приказам или к демагогии.
   - Так, - генерал Баклушин обвёл взглядом стоящих перед ним офицеров, - времени у нас в обрез, итак много потратили, пока слушали ахинею* от Виноградова. Сейчас идём на рекогносцироку**, все за мной!
   С этими словами Баклушин направился в направлении центра села. Группка офицеров направилась за ним. Маршрут движения импровизированной разведгруппы сопровождался лаем сельских собак, категорически несогласных с проведением ночных рекогносцировок вблизи родных будок. Все остальные обитатели села спали, именно спали, а не ворочались в пьяном горячечном бреду. Кому-то снились далёкие планеты, на которых люди живут как в сказке, кому-то снилось родное село Зелёная Горка, которое они увидели днём, как бы в другом измерении, в параллельном мире. И никто во всём селе не видел сна про упрямого милицейского генерала, которому и пить то не надо, потому что и так дурак-дураком, собравшегося в их родном селе развязать маленькую победоносную войну.
   Между тем группа рекогносцировки добралась до центра села.
   - Так, где-то здесь они сядут, - произнёс Баклушин, - ты, Быков, часть своих бойцов расположишь в этих развалинах, - он указал на останки храма Святого Александра Невского, усиленно охраняемого государством. Все присутствующие направили взгляды в указанном направлении и на фоне разваленной стены увидели четырёх человек в милицейской форме.
   - Это кто такие? - задал вопрос Баклушин, вложив в свой голос максимум металла.
   - Мы, нормальные люди, которые не желают участвовать в этом идиотизме, - ответил за всех сержант Скворцов.
   - И вообще, - подал голос сержант Ефимочкин, - мы будем воевать на стороне инопланетян,
   От такой наглости Баклушин лишился дара речи на пару минут и когда дар речи к нему вернулся, он заорал:
   - Арестовать мерзавцев, под трибунал, по законам военного времени, ..., ..., и т.д. и т.п.
   По этическим соображениям полную речь генерала не приводится. Когда словесно-матерный поток исходивщий от Баклушина наконец иссяк. Раздался голос Виноградова:
   - Слышишь, урод, тебе по-людски было сказано, нельзя здесь воевать.
   - Быков, - заорал Баклушин дрожащим от ненависти голосом, - арестовать их и немедленно в КПЗ в райцентр, под трибунал пойдут мерзавцы!
   - Есть! - ответил подполковник Быков и направился к стоящим у стены милиционерам.
   - Стой! Стрелять буду! - раздался голос сержанта Скворцова.
   - Успеешь, - ответил спокойным голосом Быков, подходя к направившим на него автоматы милиционерам.
   - Ну и как ты представляешь осуществить наш арест, подполковник? - спросил его Виноградов.
  
   * Ахинея - глупость, несуразица (Слэнг.) ** Рекогносцировка (Лат.) - осмотр (Рус.)

128

   - Сейчас расскажу, - очень тихим голосом ответил Быков, - я приведу своих бойцов, они получат приказ вас взять, вы начнёте пальбу, они то же, в результате вы будете представлять четыре трупа и несколько моих ребят тоже.
   Вот и вся картина. Поэтому я объявляю вас арестованными, вы понуро идёте к своему развороченному Уазику, а если вы ещё и уедете на нём в свой райцентр, то я буду вам жгуче завидовать. Расклад понятен?
   - Понятен, - уныло ответили сторонники инопланетян.
   - Вот и чудьненько, - произнёс Быков и уже громким голосом скомандовал, - Вы арестованы! Сдать оружие! К машине, шагом-марш!
   Лязгнули о кирпичи брошенные на землю автоматы и милиционеры с понурым видом направились к машине.
   - Эй! - окликнул их Быков, - а автоматы кто за вас таскать будет? Забирайте с собой, найдёте в ОМОНе лейтенанта Петрухина, ему и сдадите.
   Подобрав автоматы, милиционеры пошли к машине. Когда их шаги стихли, генерал продолжил:
   - Ну вот, это больше похоже на реальность, один Быков с четырьмя вооружёнными идиотами справился. Быков сколько человек надо, что бы неожиданно медведя скрутить?
   - Медведя? - недоумённо переспросил Быков.
   - Ну, это я так, условно, - сказал Баклушин, - я имел в виду ну очень здоровенного мужика.
   - Ну-у, - немного задумавшись, ответил Быков, - четверо на удержание и пятый, что бы дубиной по голове огрел.
   - Вот и я так думаю, - продолжил Баклушин, - подберёшь два десятка надёжных костоломов, главное, что бы не думали, а делали. Они скрутят этих инопланетян, а в наручниках они будут тихие и спокойные. Эту двадцатку рассредоточишь в толпе, которая соберётся. В этих развалинах, как я и говорил, разместишь группу прикрытия и четырёх снайперов, если что пойдёт не так, то пусть стреляют на поражение. Остальные твои бойцы в готовности на БТРах* ворвутся в село после начала операции по захвату. Твоя главная задача захватить инопланетян, а если не получится - уничтожить. Всё понял?
   - Так точно! - ответил Быков.
   - Тогда свободен, время тебе на всё про всё минут сорок, уже светает, действуй! - отдал приказ Баклушин.
   Подполковник Быков быстрым шагом направился к расположению ОМОНа.
   - Теперь с тобой Собчак давай разберёмся, - продолжил генерал, обращаясь к майору Собчаку, - твоя задача простая, заляжешь в палисадниках соседних домов и ждёшь начала операции. Как только Быков повяжет инопланетян, ты стремительно выдвигаешься и, не обращая внимания ни на что, захватываешь летающую тарелку. Сколько у тебя БТРов*?
   - Три, - ответил Собчак.
   - Вот и хорошо! - констатировал генерал, - когда тарелка будет в твоих руках, вызываешь БТРы и с трёх сторон эту тарелку подпираешь, что бы не улетела как-нибудь и куда-нибудь в автоматическом режиме. Ну а там специалисты пусть с ней разбираются, это уже не наше дело. Задача ясна?
  
   * Бронетранспортёр (Аббревиатура) - бронированное транспортное средство.

129

   - Так точно! - ответил майор Собчак.
   - Ну, действуй, Игорь! - генерал дружелюбно хлопнул Собчака по плечу в знак симпатии.
   Майор Собчак бегом припустил в расположение СОБРа.
   - Вот молодец, - вдогонку Собчаку произнёс Баклушин, - дисциплинированный, исполнительный, никогда дурных вопросов не задаёт, уважаю таких.
   Генерал перевёл взгляд на стоящего рядом Хурцелоева и продолжил:
   - Ну, теперь с тобой, Мусса Магомедович, думал я первоначально назначить тебя руководить всей операцией непосредственно в селе, но появилось одно обстоятельство, которое нельзя игнорировать, вторая летающая тарелка. Они обязательно попытаются прийти на помощь. Поэтому ты, со своими бойцами и полученными от Быкова и Собчака гранатомётчиками организуешь противовоздушную оборону. Твоя задача, не дать прийти им на помощь, ну а если собьёшь вторую тарелку, то будет ещё лучше. Задачу понял?
   - Так точно! - ответил Хурцелоев.
   - Ну, тогда пошли, вон бойцы уже выдвигаются, а я ещё оперативный штаб не оборудовал. Да, и не забудь этих твоих дезертиров под арест отправить. Пятая колонна нам здесь не нужна.
   - Есть! - ответил Хурцелоев.
   Навстречу генералу Баклушину выдвигались бойцы ОМОНа во главе с подполковником Быковым и бойцы СОБРа во главе с майором Собчаком.
   - Давай орлы, - бодрым голосом обратился к ним генерал, - покажем этим лунатикам занюханным, что такое бойцы СОБРа и ОМОНа! Всех к государственным наградам представлю! Покажем, что мы не зря государственный хлеб едим!
   Бойцы шли молча и сосредоточенно, на генеральские призывы никто не откликнулся, через какой то час бойцам ОМОНа и СОБРа предстояло вступить в бой с противником, которого никто и никогда не видел. Мало того, они должны неожиданно напасть на людей, которые как говорят прилетели с другой планеты с дружественным визитом, возможно что бы помочь живущим на Земле. Несмотря на теорию генерала Баклушина, мыслительный процесс в головах Омоновцев и Собровцев шёл напряжённо, несмотря на отсутствие на их плечах генеральских погон. И мысли о происходящем были отнюдь не в пользу генерала Баклушина.
   - Потише, отставить разговорчики! - прикрикнул на подчинённых майор Собчак.
   - А какой смысл, товарищ майор, от тишины? - спросил идущий рядом с ним лейтенант Кириченко, - собаки по всему селу уже полчаса гавкают, всё село, мы давно уже разбудили, а до инопланетян далеко, он показал рукой на небо. Они нас не слышат.
   Мыслил лейтенант логично и правильно, но с инопланетянами он ошибался.
  
   Вместе с бойцами ОМОНа и СОБРа на улицах Зелёной Горки начал появляться местный люд, разбуженный истошным лаем дворовых собак. Зеленогорцы с удивлением рассматривали здоровенных мужиков, обвешанных оружием.

130

   - Вы чего, ребята, никак воевать у нас собрались? - задал вопрос растекающимся по палисадам окрестных домов Омонавцам зевающий со сна Егор Петрович Ухарев.
   - Приказ у нас, батя, - ответил лейтенант Кириченко, - а приказы не обсуждаются, а выполняются.
   - Оно конечно так, - вступил в диалог Егор Петрович, - но с кем вы воевать собрались?
   - А то ты батя сам не знаешь, - ответил Кириченко, - что инопланетяне ваше село захватили.
   - Да ты что, сынок, - удивлённо воскликнул Егор Петрович, - если бы они только предложили кого-нибудь захватить, то очередь желающих выстроилась бы до самого Старогорода! Да только не нужны мы им в таком виде.
   - Это, в каком таком виде? - заинтересованно спросил Кириченко.
   - Я, например, не нужен по той причине, что, будучи классным столяром последние два десятилетия занимался не столярным, а пьяно-водочным делом. А ты не нужен по причине того, что приехал стрелять в людей, не сделавших тебе ничего плохого и объясняешь это каким то приказом, как будто головы у тебя своей нет, - ответил Егор Петрович.
   - Так что, - удивлённо спросил Кириченко, - вас тут никто не захватывал?
   - Хватит болтать, Кириченко, - прервал диалог появившийся рядом Собчак, - бегом к своему взводу и замаскироваться!
   - Зачем спрашивается маскироваться, если уже каждая собака знает, что мы здесь? - пробурчал себе под нос Кириенко и неспешно направился к покосившемуся палисаду, за которым ему предстояло встречать инопланетян.
   По мере того, как Омоновцы и Собровцы скрывались под недоумёнными взглядами зеленогорцев за палисадами и в развалинах храма Александра Невского, их место заполняла толпа местных жителей, живо обсуждающих происходящее.
   - На звание "клоун - герой" мы уже заработали, - оценив создавшуюся ситуацию, произнёс подполковник Быков. Он подошёл к палисаду, у которого стояла какая то старушка, поздоровался, аккуратно открыл калитку и, увидев в палисаде скамейку прошёл к ней, спокойно уселся, положил на скамейку автомат, достав из кобры пистолет положил его рядом с автоматом, после чего поудобнее устроившись на скамейке стал ожидать дальнейших событий. В палисаде шевельнулась трава. Приглядевшись, Быков увидел одного из своих омоновцев.
   - Это кто там залёг? - обращаясь к омоновцу спросил Быков.
   - Младший сержант Юдин, - ответил боец.
   - Слушай, Юдин, от греха подальше, вытащи магазины из нагрудника и подсумка и положи рядом, и остальным по цепочке передай, - отдал команду Быков, вспомнив предупреждение Виноградова.
   - Есть! Товарищ подполковник! - ответил Юдин.
   Наблюдая из палисада за происходящим в селе, Быков всё больше склонялся к правоте Виноградова и начинал понимать всю несуразность происходящего. Народ, который согласно версии генерала подлежало освободить от инопланетян, судя по высказываниям в адрес ОМОНа и СОБРа, предпочёл бы, что бы его освободили от генерала Баклушина и всей его многочисленной свиты, а к "инопланетным захватчикам" относился с явной и

131

   не скрываемой симпатией. По идее, надо бы к этим инопланетянам идти с распростёртыми объятиями, да только, с чувством стыда Быков признавался только сам себе, - инопланетяне прилетели и улетели, а генерал Баклушин останется и будешь ты товарищ Быков не уважаемый человек, а гонимый всеми безработный, а руки у генерала - длинные, Виноградов и Стружкин тому пример, а мужики они грамотные и толковые. Быков видел, как удаляется генерал Баклушин со своей свитой. Что то прокричал и куда-то убежал Собчак. Местный народ повалил валом, значит начало событий скоро.
   - Вот они! Летят! - раздались возгласы в толпе.
   Привстав со скамейки Быков взглянул вверх. В небе над селом он увидел две летающие тарелки. Одна из них неподвижно зависла на высоте около километра, а другая опускалась вниз и наконец, зависла на высоте метров сто.
   - Всем приготовиться! - отдал команду по рации Быков.
   - Товарищ подполковник! Вы что-то сказали? - раздался голос лежащего в пяти метрах от него Юдина.
   - У тебя рация включена? - спросил Быков.
   - Так точно! Включена, товарищ подполковник, но не работает, - ответил Юдин.
   - Так! Война начинается, - пробурчал Быков, - связи как обычно - нет.
   - Товарищ подполковник! - раздался крик Юдина, - смотрите что делается!
   Быков посмотрел на Юдина и опешил, Юдин, уцепившись двумя руками за автомат, отрывался от земли. Его Быкова автомат и пистолет поднимались в воздух.
   - Брось его, - крикнул Быков Юдину.
   Омоновец отпустил автомат и свалился на землю, сминая кусты мальвы в палисаде. Оторвав взгляд от поднимающегося на ноги Юдина, Быков взглянул через ограду палисада и застыл в изумлении. В радиусе метров пятьдесят в воздух поднималось оружие, в том числе и двух собровцев, судорожно пытающихся освободиться от нагрудников с магазинами, наконец, это у них получилось и с высоты метров десять оба шлёпнулись на землю.
   - Ну что, Юдин, пойдём доказывать Родине свою безмозглую преданность? - спросил он отряхивающегося после падения омоновца. Юдин ничего не ответил, только вопросительно посмотрел на командира.
   Быков перевёл взгляд на оружие, которое, поднявшись на высоту метров пятьдесят начало вращаться по кругу, постепенно собираясь в центре. Зрелище было настолько увлекательное, что Быков решил ненадолго отложить выполнение воинского долга, тем более что объекты для нападения ещё не приземлились. Оружие сбивалось в центр круга вращения, постепенно утрачивая свои очертания. Вскоре десятки автоматов, пистолетов, пулемётов, снайперских винтовок, гранатомётов, гранат и магазинов представляли зависший на месте и вращающийся шар, приобретающий постепенно красноватый оттенок. Со стороны шара начали раздаваться частые хлопки, переросшие в сплошной треск. Когда хлопки прекратились, шар приобрёл серый цвет и медленно стал опускаться на землю. Когда объект опустился на землю, глазам народа предстал стальной шар диаметром около полуметра.
   - Интересно, - произнёс, указывая на шар подошедший Быков, - у нас в управлении его примут как доказательство для списания оружия и боеприпасов.
  

132

   - Ну и что дальше? - без надежды на ответ спросил, откуда-то появившийся Собчак.
   - Скоро узнаем, - ответил Быков и посмотрел вверх. Летающая тарелка начала снижение.
   Разоружённые и ошарашенные Омоновцы и Собровцы без команды стали пробираться сквозь толпу и кучковаться вокруг своих командиров, вид у них был растерянный и подавленный настолько, что на отпускаемые в их адрес, шуточки от местного населения, они внимания не обращали. Все зачарованно смотрели, как приземляется летающая тарелка с инопланетянами, которых они должны захватить и обезоружить. Правда в такой исход событий никто уже не верил, вот и толпились они вокруг своих командиров, так вроде было надёжней.
   Выпустив свои три опоры, летающая тарелка опустилась на землю. Беззвучно открылся люк, из которого по ажурному трапу спустились трое инопланетян. От обычных молодых парней они отличались только необычными отливающими металлом зеленоватыми костюмами и высокими воротниками, закрывающими нижнюю часть лица. Один из них, по-видимому, главный, пристально посмотрел на Быкова и произнёс:
   - Ну что, сотник терзаешься между приличием и безразличием, либо глупо напасть, либо от рук начальства пропасть. Все трое инопланетян дружно рассмеялись.
   - Прости, не знаю, как тебя зовут, - начал Быков, - обращаясь к инопланетянину.
   - Всеволод, - ответил тот, - воевода арианский.
   - Так вот, Всеволод, - продолжил Быков, - я не дурак, умом я всё понимаю, но позволь напасть, присяга-присягой, но и узнать интересно, чем такие нападения заканчиваются.
   - Ну, нападай! - как показалось Быкову, несколько неприязненно ответил инопланетянин, - сам нападёшь или воинов своих пошлёшь?
   - Сам конечно, воевода, я своими бойцами не разбрасываюсь, - спокойно ответил Быков.
   - Ну, нападай! - весело ответил Всеволод, как показалось Быкову несколько потеплевшим голосом, и сделал два шага в сторону Быкова и добавил, - нападай Андрей.
   Несколько удивлённый тем, что его имя известно инопланетянину, Быков принял боевую стойку и стал приближаться к инопланетянину. Нужно было ожидать каких-либо ответных действий но инопланетный воевода стоял столбом и, глядя на Быкова только улыбался. "А, была не была" подумал Быков и бросился на Всеволода. Воевода не шелохнулся, когда Быков со всего размаха бросился на него. Омоновцы увидели, как их командир бросился на неподвижно стоящего инопланетянина, как какой-то мощный удар отшвырнул Быкова метров на пять и как подполковник распластался по земле без признаков жизни.
   - Ребята, командира убили! - крикнул кто-то, и в тот же миг, как по команде все два десятка омоновцев бросились на инопланетянина, привитая в ОМОНе взаимовыручка оказалась сильнее здравого смысла. Масса омоновцев нахлынула на Всеволода и так же, как несколько секунд до этого их командир, разлетелась в разные стороны и осталась лежать неподвижно на земле.

133

   Та же участь постигла и отчаянно бросившихся на выручку собровцев. Среди разбросанных тел так же неподвижно стоял Всеволод, но уже не улыбался.
   - Преданные воины достойны уважения, - произнёс он и, помолчав, добавил, - и жизни тоже.
   С этими словами он подошёл к неподвижно лежащему Быкову и положил руку ему на голову, затем, делая только краткое касание, он прошёл и по остальным, неподвижно лежащим милиционерам.
  
   За всем происходящим в селе пристально в бинокль следил генерал Баклушин и находящиеся рядом с ним офицеры. Увидевший произошедший погром, Хурцелоев подумал было, что генерал Баклушин прекратит дальнейшие военные действия в отношении инопланетян, ведь этот фокус с оружием, превращённым в стальной шар и побоище, устроенное инопланетянином полусотне здоровенных парней, впечатляли, при этом никто не заметил, чтобы этот инопланетянин хоть пальцем шевельнул. Что будет, если шевельнёт, об этом Хурцелоев и думать боялся. Но надеждам начальника Мстовского РОВД не суждено было сбыться.
   - Боевая тревога! - раздался вопль генерала Баклушина.
   Все окружающие генерала милиционеры с каменными лицами с тревогой и надеждой смотрели на генерала.
   - Вы видели, как эти пришельцы издеваются над нашими товарищами, - заорал Баклушин, - а теперь их, по-видимому, добивают. Так не позволим им это сделать! Огонь по пришельцам из всех видов оружия! В атаку, вперёд! - нервно закричал Баклушин и махнул рукой с зажатым в ней пистолетом в направлении центра села.
   Треск автоматных и пулемётных очередей разорвал воздух, а уже через мгновение его сменил визг пуль, удары о броню, предсмертные хрипы и крики раненых. Все пошедшие в атаку милиционеры лежали на земле, кто бездыханный, кто корчившийся от боли. Генерал Баклушин лежал с простреленной головой. Полковник Хурцелоев лежал на земле, держась руками за простреленный живот.
   Медленно бредущие по дороге в райцентр Виноградов, Скворцов, Ефимочкин и Евдокимов, услышав позади стрельбу остановились.
   - Товарищ капитан! - обратился к Виноградову Ефимочкин, - как Вы думаете, что там происходит?
   - Там происходит то, что уголовным кодексом квалифицируется как убийство по неосторожности, ибо дураков за военные преступления судить у нас не принято, - ответил Виноградов и, разворачиваясь в направлении села добавил, - пошли мужики, окажем помощь тем, кому ещё можно помочь.
   Все четверо двинулись в обратном направлении. Пройдя около километра Виноградов услышал несущийся навстречу дробный топот. Через несколько минут он увидел бегущих прямо на них полтора десятка милиционеров.
   - Стой! - закричал Виноградов и, выхватив пистолет, выстрелил в воздух.
   Загнанно дыша, милиционеры остановились.
   - Куда несётесь, где остальные? - обратился к ним Виноградов.
   - Там! - указывая назад, сообщил бежавший впереди милиционер.
   - А вы куда, почему ваших товарищей бросили? - зло спросил Виноградов.

134

   - Инопланетяне эти, всех перебили! Сначала омоновцев и собровцев, а потом наших. Генерал погиб! Хурцелоев вроде тоже, - заголосили милиционеры.
   - Слушай мою команду! - твёрдым голосом произнёс Виноградов, - сейчас мы все возвращаемся и оказываем помощь раненым и таким как вы помешанным, ясно!
   - Так точно! - раздался угрюмо-недружный ответ.
   Подойдя к окраине села, где расположилась прибывшая колонна, Виноградов увидел ужасающую картину. Десятки стонущих раненых лежащих вперемежку с убитыми молили о помощи.
   - Где санитары? - закричал Виноградов.
   - Мы здесь, - к Виноградову подошёл прапорщик Семёнов с медицинскими змеями на воротнике.
   - Почему помощь не оказываете? - строго спросил Виноградов.
   - Оказываем, но нас только двое, я и водитель, а их глядите, сколько накрошили, бедолаг, - ответил прапорщик.
   - Ясно! - произнёс Виноградов и обращаясь к пришедшим с ним милиционерам произнёс, -всем разбиться по двое, товарищ прапорщик объяснит вам как и что нужно делать и немедленно помогайте раненым. Всё понятно?
   - Понятно, - раздалось в ответ.
   - Товарищ прапорщик! - обратился Виноградов к прапорщику, - вот вам помощники, поступают в Ваше полное распоряжение, ну не мне Вас учить, что действовать надо быстро.
   - Есть! - ответил прапорщик Виноградову и обращаясь к группе приданных ему милиционеров, произнёс, - все за мной, быстро!
   - Стойте товарищ прапорщик! - крикнул вдогонку быстро удаляющемуся медику Виноградов, - помощь нам идёт!
   Со стороны села к месту побоища быстро приближалась большая группа зеленогорцев. Помощь пришла как нельзя кстати. Милиционеры и зеленогорцы слаженно трудились под руководством прапорщика Семёнова. Переносили и бинтовали раненых, но медикаментов как всегда в таких случаях не хватало.
   - Стёпа, Коля, - обратился Виноградов к Скворцову и Евдокимову, - быстренько проверьте, что у нас из транспорта осталось на ходу, а мы с Игорем проводим подсчёт результатов боевых действий и связь с управлением попробуем установить.
   Скврцов и Евдокимов пошли проверять состояние автомобилей, а Виноградов и Ефимочкин на двух листах бумаги, вырванных из блокнота Виноградова, стали проставлять крестики возле цифр "200" и "300". Через сорок минут работы две страшные цифры были в руках Виноградова. На листочке с цифрой "200" было сто шестнадцать крестиков, на листочке с цифрой "300" было сто семЬдесят два крестика. В распоряжении Виноградова было сорок два человека, не считая Скврцова, Ефимочкина и Евдокимова. В исправности было четыре автомобиля Урал и два бронетранспортёра. Через час, под командой сержанта Скворцова эта колонна, гружёная пятьюдесятью семью ранеными убыла в райцентр.
   - Товарищ капитан! - подошёл к Виноградову Ефимочкин, - а в нашем Уазике рация работает.
   - Ну, и, слава богу! - произнёс Виноградов и направился к Уазику.

135

   Забравшись в Уазик, Виноградов включил рацию, нажал кнопку вызова и через пару минут услышал взволнованный голос Самохвалова: "Черёмуха - 14" - слушает.
   - Вениамин Альбертович, ты меня слышишь? - спросил Виноградов.
   - Слышу, слышу, Григорий Андреевич, что там у вас, а то всё время звонят из министерства, спрашивают как дела, а мне и сказать нечего, на связь никто не выходит и по рации никто не отвечает, - затараторил Самохвалов.
   - У нас сто шестнадцать "двухсотых" и сто семьдесят два "трёхсотых", пятьдесят семь "трёхсотых" я колонной отправил в райцентр, так что встречай, принимай и организовывай транспорт сюда за остальными, медиков мобилизуй, все наличные машины скорой помощи гони сюда для очень тяжёлых - ответил Виноградов.
   - Господи! - ахнуло в наушнике, - что там у вас произошло? Где Хурцелоев и Баклушин?
   - Хурцелоев тяжёлый "трёхсотый", встречай, а Баклушин "двухсотый", так что принимай на себя руководство РОВД и командуй, ну ладно, пока, мне ещё до конца разобраться надо, крупным уголовным делом пахнет, надо материал собирать, если что станет известно дополнительно, сообщу, конец связи, - произнёс Виноградов и выключил рацию.
  
   - Товарищ капитан! - обратился к Виноградову подошедший сержант Евдокимов, - мы ещё два "Урала" восстановили.
   - Молодцы, - ответил Виноградов, - спросите у прапорщика Семёнова, медика, кого можно грузить и отправляёте, да скажите Семёнову, что скоро из райцентра медики должны приехать, пусть готовится. Езжайте поосторожней.
   - Не волнуйтесь, товарищ капитан, - ответил Евдокимов, - всё сделаем как надо.
  
   В то время, как группа милиционеров, возглавляемая генералом Баклушиным, вела неравный бой с защитным экраном, собравшийся на площади народ с недоумением смотрел на груду тел омоновцев и собровцев раскиданную веером вокруг Всеволода, закончившего только что их обход. Все ожидали чуда, виденного вчера, когда после прикосновений Всеволода, разве что мёртвые не вставали. Но сегодня Всеволод вроде бы касался поверженных голов, а побитые милиционеры продолжали лежать без движения. Даже неожиданно раздавшийся треск автоматных и пулемётных очередей, впрочем, очень быстро прекратившийся, не отвлёк всех собравшихся от грустной мысли, что чудес, скорее всего не существует, а если чудеса и существуют, то в весьма ограниченном количестве, на всех всё равно не хватит. Все собравшиеся вопросительно смотрели на Всеволода.
   - Понимаю, о чём спросить желаете, - отвечая на немой вопрос собравшихся зеленогорцев, произнёс Всеволод, - хотите вы спросить о том, почему эти поверженные воины, не встают. Отвечу, я имею дар целителя, но я не целитель, я могу помочь одному-другому пострадавшему, но сила моя ограничена. За два прошедших дня я потратил на целительство столько сил, сколько мне на год даровано. Не могу я исцелять силой вселенной, не дано мне этого, потому я и воевода, а не целитель. Этим воинам, - Всеволод указал на разбросанные вокруг тела, - я помогу, они не умрут, а тем, - он указал в сторону, откуда недавно доносились выстрелы, - я помочь не в состоянии.

136

   - А с этими-то, что делать? - обращаясь к Всеволоду спросил несколько осмелевший, потому и выглянувший из-за спин фельдшер Петрович.
   - Отнесите этих воинов под кров, завтра поутру начну их исцелять, в меру данных мне сил, - ответил Всеволод, - а теперь идите туда, - он указал в направлении, откуда недавно звучали выстрелы, - там нужна ваша помощь. С этими словами Всеволод развернулся и направился к летающей тарелке, Криворог и Комонебранец направились за ним.
   Через несколько мгновений летающая тарелка беззвучно взмыла в воздух, а через минуту обе летающие тарелки растворились в небе.
   - Улетели, - произнёс кто-то в толпе.
   - Вернутся ли? - спросил женский голос.
   - Они вернутся, - уверенно сказал Егор Петрович Ухарев, - люди-то они настоящие, не нам чета, такие как они, с полдороги не возвращаются, а вот до чего дорога доведёт - это вопрос.
   - Хватит лясы точить! - раздался над собравшимися людьми уверенный голос Ильи, - мужики, взяли солдат на руки и потащили в медпункт! Петрович, бегом готовь медпункт! Женщины! Голубушки! Бегом по домам! Тащите, кто может матрацы, подушки, простыни, одеяла, раскладушки в медпункт, а то там всего три койки. Да бинты, вату, зелёнку, у кого что найдётся, несите к конторе, боюсь, там что-то страшное произошло. Да побыстрее, прошу вас, побыстрее, боюсь там люди гибнут!
   - Илюша! - через быстро растекающуюся толпу к Илье пробивался Петрович, - так в медпункт отсилы человек шесть вместить можно, а их тут все полсотни будет.
   - И то верно, - задумчиво ответил Илья, - что же делать?
   - Давайте их всех на пристань! - раздался рядом голос Ленки, - буфет и зал ожидания там большие, все поместятся, побежала я за ключами. С этими словами Ленка бросилась бегом в сторону дома.
   Ленкин бег послужил детонатором для собравшегося народа, объединённые общим делом люди действовали быстро и сноровисто. Бесчувственные тела омоновцев и собровцев во главе со своими бесчувственными командирами поплыли на руках к пристани. Туда же вскоре поплыли матрацы, подушки и одеяла. Большая группа сельчан, в основном женщин, с найденными в домах медикаментами, двинулась на окраину села и вскоре оттуда послышался плачь и громкие причитания, ибо такого, Зелёная Горка ещё не видела.
  
   День клонился к закату. Проводив последние машины, увозившие в райцентр скорбный груз, сельчане стали расходиться по домам.
   - Правду Всеволод говорил, - проводив взглядом последнюю, скрывшуюся за поворотом машину, увозившую груз "200", промолвил Илья, - дикари, дикари и есть, сколько ребят положили ни за что ни про что.
   - Да, уж, - согласился с Ильёй Вовка, - приехал генерал с большой свитой, и на тот свет с большой свитой убыл, козёл.
   - Вов, о покойниках либо хорошо говорят, либо никак, - обратилась к Вовке Ольга Ухарева, мне бабушка так говорила.
   - Оно Оль, может и так, - ответил Вовка, - да что-то сдаётся мне, что те поганцы, что жизнь нам портят, это правило и придумали, чтобы как при жизни на него слова ни моги сказать, так и после смерти не сметь. Этого генерал-

137

   балбеса, - продолжил он, - помяни моё слово, ещё героем объявят и наградят, хотя бы посмертно, а о том, что этот дебил столько молодых мужиков здесь уложил, никто и не вспомнит.
   - Ладно, пошли по домам, - подвёл итог дискуссии Илья.
   - Пошли, - согласились окружающие. - А Лену никто не видел? - спросил Илья.
   - На пристани она, - ответил Вовка, - дежурство организует, мужики, которых мы туда перенесли, так в чувство и не приходят.
   - Ну ладно, - сказал Илья, - до завтра, а я пойду на пристань загляну, посмотрю, что там.
   Место побоища опустело. Лишь разбитый Уазик, подбитая БРДМ, да два сгоревших "Урала" напоминали о происшествии, произошедшем сегодня утром. Посреди бывшего места побоища неподвижно стоял капитан Виноградов. Его несколько раз окликали и приглашали пойти с ними, но, видя, что человек никак не реагирует на приглашения, оставили его в покое. Виноградов неподвижно стоял на одном месте и как-то отрешённо думал о кровавом театре абсурда, зрителем которого он невольно стал. Ну что проще, прилетели почти родственники с дружественным визитом, радоваться надо, информацией какой-нибудь полезной обмениваться, совета спросить, раз они нас бог-весть, на сколько столетий опережают. Нет же, стрельбу устроили, людей перебили больше сотни, причём инопланетяне внимания на это даже не обратили. Ну а если бы прибыли не родственники, а скажем даже наоборот, что бы они на Земле-матушке устроили бы. От этих невесёлых мыслей Виноградова отвлёк усиливающийся звук приближающегося автомобиля. "Волга" начальника РОВД подъехала к Виноградову и остановилась.
   - Здравия желаю, товарищ капитан! - обратился к Виноградову, вышедший из машины Олег Борисов, - я за Вами.
   - С чего бы начальство так расщедрилось, машину начальника РОВД прислали? - спросил Виноградов Борисова.
   - Так Вы товарищ капитан сейчас начальство и есть, - ответил Борисов.
   - А Хурцелоев? А Самохвалов? А Толкалин? - спросил Виноградов.
   - Полковника Хурцелоева до больницы не довезли, - грустно ответил Борисов, - жалко, хороший был мужик, у Самохвалова этот, ну как его, - Борисов наморщил лоб, - а, этот острый гипертонический кризис, он сейчас в больнице лежит, а Толкалин временно откомандирован в администрацию района для организации перевозки и похорон погибших.
   - Это кто его откомандировал, - недоумённо спросил Виноградов.
   - Самохвалов, перед тем как в больницу лечь, он Толкалина откомандировал в помощь администрации, а потом на Вас приказ написал, что Вы назначаетесь временно исполняющим обязанности начальника РОВД. Так что теперь товарищ капитан Вы и есть наше начальство.
   - Во истину, неисповедимы пути господни, - вздохнул Виноградов и направился к машине.
   - Да, товарищ капитан, - после того как машина тронулась с места, обратился к Виноградову Борисов, - там из министерства и области постоянно звонят, что и как спрашивают, но им никто ничего не говорит, поэтому срочно затребовали начальника РОВД, так я Вас сразу в отдел отвезу.
  

138

   - Вези, - ответил Виноградов и от души выматерился, чего за ним Борисов, да и все в отделе никогда не замечали.
   Подъезжая к зданию РОВД Виноградов увидел возле входа толпу разного народа, здесь были и милиционеры, побывавшие в Зелёной Горке, и милиционеры, которым посчастливилось там не побывать. Но основную массу толпы составляли гражданские люди. Кое-кто из милиционеров рассказывал о произошедших сегодня событиях, и все стоящие затаив дыхание, слушали.
   - Личный состав прошу пройти во внутренний двор, всех остальных прошу разойтись, - проходя мимо толпы, произнёс Виноградов и прошёл в здание РОВД.
   Поднявшись на второй этаж Виноградов увидел безлюдный коридор, пройдя по которому он дошёл до приёмной. Первое, что увидел Виноградов войдя в приёмную, это зарёванную секретаршу Верочку.
   - Ой, Григорий Андреевич! - с всхлипываниями кинулась она к Виноградову, как бы ища защиты, - что же это такое происходит? Весь город в горе, сколько ребят погибло. Мусса Магомедович, говорят в больнице умер. А эти, из Новогорода и Москвы постоянно звонят и ругаются, что им ничего не сообщают. Майор Толкалин и майор Самохвалов забежали, я им сказала, что просят позвонить, так майор Толкалин сказал, что он уже в командировке, вот мол приказ, а майор Самохвалов сказал, что у него гипертонический криз и что он немедленно ложится в больницу и вот мол приказ. А когда я спросила, кто теперь РОВД руководить будет, он сказал что Вы Григорий Андреевич и вот, мол, приказ. Тогда я за Вами Олега и послала. Как хорошо, что Вы приехали, а то меня уже все от Старогорода до Москвы все пообещали уволить и наказать. Григорий Андреевич, а эти страшные инопланетяне к нам сюда не прилетят? - безостановочно тарахтела Верочка
   - Ладно, Вера, успокойся, сейчас всем позвоним, всё выясним и с инопланетянами разберёмся, - сказал Виноградов и прошёл в кабинет начальника РОВД.
   Телефон стоял на столе начальника РОВД, так что Виноградовы пришлось занять кресло покойного Хурцелоева. Минут десять Виноградов сидел в раздумье. А задуматься было о чём, как можно совместить событие ХХI века, событие о котором столетиями мечтало человечество, прибытие на Землю собратьев по разуму, мало того, прямых родственников, мало того прилетевших с добром и миром, мало того озабоченных спасением человечества с кровавым фарсом, устроенным руководством МВД. Тут есть о чём подумать. И какова во всём этом его роль, капитана Виноградова, с утра обречённого на увольнение по статье, а вечером вытолкнутого трусами в погонах на должность начальника РОВД.
   - Григорий Андреевич! - отвлекла капитана от невесёлых мыслей заглянувшая в кабинет Верочка, - звонят из Старогорода, возьмите трубку.
   - Капитан Виноградов слушает, - подняв трубку произнёс Виноградов.
   - Ну, слава богу! Хоть кто-то ответил, - раздалось в трубке, - с Вами говорит заместитель начальника Старогородского ГУВД полковник Брагин, а где полковник Хурцелоев?
   - Полковник Хурцелоев скончался по дороге в больницу от огнестрельного ранения в живот, - ответил Виноградов.
   - Что там у вас произошло? - взволнованным голосом спросил Брагин.

139

   - Генерал Баклушин организовал атаку на защитное поле инопланетян, которые с ним воевать не собирались, в результате больше сотни убитых и почти две сотни раненых, - зло ответил Виноградов.
   - А где генерал Баклушин? - спросил с тревогой Брагин.
   - Убит, - ответил Виноградов, - огнестрельное ранение в голову.
   - Вы капитан, какую должность занимаете? - спросил собеседник.
   - Исполняющий обязанности начальника Мстовского РОВД, - ответил Виноградов.
   - Так, - собеседник на минуту задумался, - Вы были свидетелем произошедшего?
   - Да, - ответил Виноградов, - был.
   - В таком случае я Вам приказываю лично доложить обо всём Министру внутренних дел, Вы меня поняли? Я не желаю играть в глухой телефон. За телом генерала Баклушина машина выедет завтра утром. Прошу всё обеспечить. Вам всё понятно?
   - А как с остальными погибшими? - спросил Виноградов.
   - Остальными займутся, кому положено, - ответил собеседник.
   - Тогда всё понятно, - ответил Виноградов и положил трубку.
  
   Поздним вечером в кабинете министра внутренних дел, генерала армии Муратова Ивана Каримовича зазвонил телефон. Хотя звонок не отличался от тысяч других звонков, министр вздрогнул. Предчувствие чего-то нехорошего не отпускало Муратова. Подняв трубку, министр услышал голос секретарши Светы.
   - Иван Каримович, звонит исполняющий обязанности Мстовского РОВД, капитан Виноградов.
   - Соедините, - ответил Муратов, - будучи уже твёрдо уверенным, что произошло что-то непоправимое.
   - Исполняющий обязанности Мстовского РОВД, капитан Виноградов, - услышал Муратов голос в трубке.
   - Капитан, - министр придал голосу начальствующие нотки, - а где начальник РОВД?
   - Скончался по дороге в больницу от пулевого ранения в живот.
   - А где генерал Баклушин? - тревожно спросил министр. - Скончался от пулевого ранения в голову, - ответил Виноградов.
   - Что там у вас произошло? - внутренне содрогаясь спросил министр, - инопланетяне начали вооружённое нападение?
   - Никак нет. Товарищ министр. Инопланетяне тут почти, что не причём, - ответил собеседник, - генерал Баклушин организовал нападение на прибывших из космоса с дружеским визитом наших собратьев по разуму. В результате от собственных боеприпасов погибло сто шестнадцать человек, на настоящий момент в больнице скончались ещё двенадцать. Сто семьдесят два раненых и сорок три омоновца и собровца из Старогорода ранений не имеют, но находятся в бессознательном состоянии.
   - Так кто по ним стрелял? - упавшим голосом спросил министр.
   - Никто, - ответил собеседник.
   - Не морочьте мне голову, капитан, если никто не стрелял, то откуда раненые и убитые?

140

   - Ну, как Вам объяснить? - голос собеседника на несколько секунд замолчал, - в качестве защиты от разных агрессивных элементов, инопланетяне выставляют вокруг себя электронное защитное поле, это поле не пропускает через себя всё, что может представлять угрозу для инопланетян. Когда генерал Баклушин дал команду стрелять по инопланетянам, пули долетели до этого защитного поля и с той же скоростью полетели обратно. Отсюда столько раненых и убитых.
   - Какую опасность после происшедшего могут представлять инопланетяне? - с какой-то необъяснимой надеждой в голосе спросил министр.
   - Никакой, товарищ министр, - ответил собеседник, - опасность исходит, скорее всего от наших неразумных действий.
   - Ладно, - ответил министр, поморщившись, - держите меня в курсе дела, если произойдёт что-нибудь из ряда вон выходящее.
   - Есть! - услышал министр ответ собеседника и положил трубку.
   Министр внутренних дел, генерал армии Муратов, после разговора с капитаном Виноградовым минут двадцать сидел в своём кресле в состоянии близком к ступору. Вся разработанная операция, сулившая так много, окончилась полным провалом. Теперь надо думать не о наградах, а спасать свою шкуру. Кто может в этом помочь? А собственно никто, кроме погибших генерала Баклушина и полковника, как его? Ну да ладно, найдём всю его биографию. Нужно же на кого-то списывать эту гору трупов и кучу раненых. Ладно бы на Кавказе, там это просто, назвали героями, орденами и медалями посмертно наградили и дело с концом, а в этом медвежьем углу как это объяснить. Ну да как говорят русские - "Мёртвые срама не имут". Придётся вам товарищ генерал и товарищ полковник послужить ещё своему министру. Ну да ЧП* есть ЧП, необходимо докладывать премьер-министру.
   Министр нажал кнопку под столешницей. В дверях появилась секретарша Света.
   - Света, соедини-ка меня с премьер министром, - произнёс министр.
   - Спустя десять минут, телефон на столе министра зазвонил.
   - Слушаю Иван Каримович! - услышал министр несколько недовольный голос премьера.
   - Здравия желаю! Извините за поздний звонок Михаил Михайлович, но ЧП у нас крупное произошло, да и повод весьма необычный, не поставить Вас в известность, не имею права.
  
   * Чрезвычайное происшествие (Аббревиатура).
  

Глава седьмая

   Из разговора с министром внутренних дел Муратовым, премьер-министр Пудрин понял следующее. Три дня назад в селе Зелёная Горка Мстовского района Старогородской области произвела посадку летающая тарелка. Высадившиеся из летающей тарелки инопланетяне вступили в контакт с местным населением, в результате чего, местное население в своей основной массе, за исключением местной интеллигенции, стало горячими сторонниками инопланетян. По получении невразумительного доклада об этом происшествии от начальника Мстовского РОВД полковника Хурцелоева, им, министром Муратовым было поручено лично начальнику Старогородского ГУВД генерал-майору Баклушину, лично прибыть на место высадки инопланетян и во всём самым тщательным образом разобраться. По прибытии на место, генерал-майор Баклушин столкнулся с организованной инопланетянами обороной и непониманием. Пытаясь оказать помощь попавшим в засаду бойцам ОМОНа и СОБРа, генерал-майор Баклушин неверно оценил обстановку, в результате чего произошло вооружённое столкновение. В результате чего, группа генерал-майора Баклушина понесла большие потери. Сам генерал-майор Баклушин героически погиб, также погиб начальник Мстовского РОВД полковник Хурцелоев. Мстовское РОВД в результате происшедшего, недоукомплектовано более чем на половину. Местные органы власти - в растерянности. Ввиду того, что прибывшие инопланетяне провели акцию устрашения, путём демонстрации большого количества летающих тарелок, этот вопрос необходимо передать в сферу ответственности ВВС*, а в связи с тем, что инопланетяне являются внешним противником, дальнейшее разбирательство рекомендуется передать Министерству Обороны.
  
   Будучи человеком, не глупым, премьер-министр Пудрин Михаил Михайлович, дал команду секретарю уведомить министра обороны и начальника генерального штаба о том, что завтра утром, в девять часов он ждёт их в своей загородной резиденции, после чего вышел прогуляться по парку. Нужно было обдумать только что полученную информацию. То, что министр внутренних дел сказал далеко не всё, что знал, Пудрин не сомневался. Но и в части великосветского вранья, Муратов - явный аутсайдер. Завтра из Ивана Каримовича он вытянет всё. Не верится, что Баклушин поехал в эту самую Зелёную Горку с целым батальоном спецназовцев для выяснения обстановки, значит, имел приказ на силовую операцию. Да и начальник Мстовского РОВД, полковник, как его, а, - Хурцелоев, премьер по праву гордился своей памятью, доложил, скорее всего, весьма вразумительно, если МВД закрутило там целую операцию. Также не верится в то, что инопланетяне будут убивать наших солдат, а местное население будет их в этом поддерживать. Вот в то, что местное население является сторонниками инопланетян, можно поверить. Плохо у нас народ живёт, надо признать, но что он, премьер-министр может поделать, чтобы что-то сделать, надо быть властью, а не символом власти. А вот на то, что интеллигенция не поддерживает инопланетян, надо обратить самое пристальное внимание, это очень важно. В России давно, многими веками проверено, если интеллигенция считает что-то благом, то это что-то неминуемо обернётся трагедией для государства и народа, а если интеллигенция против чего-то, то это что-то, однозначно на пользу государству и народу. Где-где, а у нас в России каждый руководитель должен знать правило - "Выслушай интеллигента и сделай всё наоборот", только ему, интеллигенту, об этом не говори, обгадит с головы до пяток.
   В мире животных на роль интеллигентов, скорее всего скунсы** подходят, наверное, как-то некстати пришла в голову посторонняя мысль.
   Отсюда вывод, откровенных дураков к этим инопланетянам не подпускать на пушечный выстрел. Надо бы вступить с ними в переговоры, но сначала надо
  
   * Военно-Воздушные Силы (Аббревиатура).
   ** Скунс - животное семейства куньих, всех несогласных обрызгивает ужасно
   вонючей жидкостью, живёт там, где и должен жить, в местах возлюбленных
   российскими интеллигентами, большей частью в США.
  

142

   собрать о них как можно больше информации и разведать по возможности их способности. Вот этим завтра господа Дубина и Сонькин займутся. Будем надеяться, что в отличие от МВДшников они дров не наломают. Так, а как президента, ставить в известность или нет? Ладно, вот выясним что-то более-
   менее вразумительное, тогда и сообщим. Ничего с ним не произойдёт, если ещё день два в неведении поживёт. Я вот только сегодня узнал, а они здесь уже три дня. С таким ходом мыслей премьер-министр отправился спать.
  
   Ровно в девять часов утра в кабинет премьер-министра Пудрина Михаила Михайловича были приглашены министр обороны, рядовой запаса второй категории Дубина Анатолий Анатольевич и начальник генерального штаба генерал-армии Сонькин Фёдор Васильевич. Поздоровавшись за руку с прибывшими руководителями военного ведомства, премьер-министр пригласил их к столу. После того, как прибывшие заняли свои места, премьер-министр произнёс фразу, заставившую обоих понервничать.
   - Я вызвал вас по весьма щепетильному делу, - премьер сделал паузу, в душе наслаждаясь видом напряжённых лиц министра и начальника генштаба, - дело это касается вас обоих, - продолжил он с лёгкой усмешкой, видя как напряжение на лицах собеседников перерастает в страдание.
   Министр лихорадочно обдумывал, по какому поводу его вызвал премьер. Если по распродаже за бесценок военных городков и предприятий обслуживания министерства обороны, то до настоящего времени это сходило с рук под предлогом реформы и оптимизации. Если опять очередное ЧП, то ему бы об этом сообщили раньше, чем премьеру. Но премьер сказал, что дело касается нас обоих, а с начальником генштаба он, министр, повязан только на размещении заказов на закупки устаревших вооружений по завышенным ценам. Значит, кто-то из конкурентов накапал. А может, по поводу закупок вооружения за границей. Так и сам премьер в курсе дела. А может по поводу массовых случаев закупки бракованной военной продукции, так это результат оптимизации военных представительств, основную массу которых сократили, а оставшихся поставили на место, чтоб не мешали своими придирками работать порядочным бизнесменам, в своё время прибравшим оборонные предприятия к рукам. Сходные мысли расходились кругами и в голове начальника генерального штаба. Этих бесконечных "А может?" в голове министра обороны было несметное количество, ибо за своё не очень долгое руководство вооружёнными силами, прорех в обороноспособности страны он наделал предостаточно. Из дальнейших воспоминаний о пакостях, сотворённых ими на ниве управления военным ведомством, руководителей Российской обороны вывел голос премьера.
   - Ладно, не ломайте головы, - с сарказмом в голосе произнёс премьер, - доложите мне об активности полётов летающих тарелок в районе Мстовского района Старогородской области.
   Министр и начальник генштаба уставились на премьера широко открытыми глазами.
   - Ну что молчите? - переспросил премьер.
   - Вы это серьёзно? - наконец подал голос министр обороны.
   - Более чем, - спокойно ответил премьер-министр.

143

   - Главком ВВС мне вчера делал доклад и ни о чём подобном доложено не было, - сомневаясь в своих словах, неуверенно ответил министр обороны, ибо всё, что выходило за рамки бизнеса "купи-продай" для него было непонятной и неприятной обузой.
   - Подобных сведений в генштаб не поступало, - подал, наконец, голос начальник генерального штаба.
   - Всё ясно с нашими защитниками рубежей отечества! - с сарказмом произнёс премьер.
   - В настоящее время мы не располагаем достаточными средствами для слежения за всем воздушным пространством страны..., - начал, было, министр обороны, но премьер его прервал.
   - Можешь не объяснять, всё и так понятно.
   В кабинете воцарилась тишина. Премьер-министр встал из-за стола и неторопливо подошёл к стене, на которой висела большая карта России. Минут пять премьер молча изучал карту, затем резко повернулся к собеседникам, отчего начальник генштаба почему-то вздрогнул. Посмотрев пристально на своих собеседников, премьер сказал,
   - Слушайте внимательно, и постарайтесь понять, что от вас требуется.
   Министр и начальник генштаба сосредоточенно уставились на премьера.
   - Три дня назад в селе Зелёная Горка, Мстовского района, Старогородской области произошло событие общемирового значения. Там произвела посадку летающая тарелка. При этом ещё несколько летающих тарелок кружились над этим местом, но не садились. Инопланетяне общаются с местным населением. Об этом стало известно в МВД и они, желая, по-видимому, прославиться, направили туда спецназ.
   Премьер-министр посмотрел пристально на реакцию собеседников и продолжил.
   - В результате не очень умных действий МВДшников, произошло боестолкновение с большим количеством убитых, более сотни, и раненых, почти две сотни. Кто там начал и кто виноват пока неизвестно. Прокуратура, если не возбудит сама, то получит указание на возбуждение уголовного дела по факту массовой гибели людей, так как замять это дело вряд ли удастся. Но до того, как там начнут работать прокуроры, мне надо получить самые исчерпывающие сведения об этих инопланетянах. Эти сведения я должен получить не позднее завтрашнего дня. Вам всё понятно?
   В кабинете повисла напряжённая тишина, казалось, её можно было даже пощупать.
   - Ну, что непонятно? - опять переспросил премьер.
   - Это что, серьёзно? - задал вопрос министр обороны.
   - Более чем, - ответил премьер, - ну, вперёд за орденами, не позднее завтрашнего дня жду у себя с полным докладом. Вы свободны, - произнёс премьер и указал на дверь.
   Посетители встали, как-то неуклюже потоптались на месте и, наконец, осознав, что этот странный разговор закончен, неуверенно направились к выходу.
   Покинув резиденцию премьер-министра, министр обороны и начальник генерального штаба молча шли по аллее в сторону автостоянки.
   - Ну, ты что нибудь понял? - подал, наконец голос Дубина.

144

   - Честно говоря, ничего, - ответил Сонькин.
   - Что делать будем? - вздохнув, спросил Дубина.
   - Ну-у, - протянул Сонькин, - наверное....
   - Кто из нас начальник генерального штаба, ты или я? - прервал его Дубина, - мне, что ли ещё и за всех генералов думать надо?
   Что собственно делать в данном случае Сонькин не знал, но обучение в Московском общевойсковом училище, академии имени Фрунзе и академии генштаба всё-таки, кое какие знания уровня командира взвода всё же в его голове оставило. Потому, изобразив на лице озабоченно-задумчивое выражение, он прокашлялся и произнёс.
   - Всякие военные действия начинаются с разведки и рекогносцировки*.
   - И долго ты собираешься разведывать и рекогносцировать? - пытаясь изобразить властные и уверенные нотки в голосе, спросил Дубина.
   - Сейчас прибуду на службу и отдам приказ начальнику ГРУ**, - ответил обиженно Сонькин.
   - Вообщем так, - делано-уверенным голосом произнёс Дубина, - делай что хочешь, но завтра к обеду у меня должен быть полный доклад об этих инопланетянах. Кто они такие? Чем вооружены? Как противодействуют нашим вооружённым силам? И вообще, что они у нас забыли? Всё понятно?
   - Так точно! - ответил Сонькин и приложил руку к фуражке, - разрешите выполнять?
   - Выполняйте! - грозным голосом Чингисхана***, ответил, Дубина и направился к своей машине.
   - Есть! **** - ответил Сонькин и направился к стоящему неподалёку своему автомобилю.
   Первым выехали с территории резиденции премьер-министра автомобили кортежа министра обороны, за ними, отстав по времени на минуту, выехал кортеж начальника генерального штаба. Министру обороны было проще, команду он уже отдал, пускай подчинённые трудятся, зря они, что ли академии позаканчивали и лампасы носят. Пусть работают. Начальнику генерального штаба было посложнее, груз премьерских указаний в настоящий момент лежит целиком на нём, ни на кого пока не переложенный. Поэтому, получив от премьера задание на двоих, министр
  
   * Рекогносцировка (Лат.) - Осмотр (Рус.)
   ** Главное разведывательное управление (Аббревиатура).
   *** Чингисхан - выдающийся персонаж выдуманной истории, прейдя к власти в Монголии, соотносившейся к Китаю также как нынешняя Монголия к нынешнему Китаю, он умудрился Китай завоевать, так же как и полмира. Потомки Чингисхана установили на Руси трёхсотлетнее монголо-татарское иго, следов которого, правда, не обнаружено. В период монголо-татарского "ига" на Руси установилось византийское государственное устройство, византийская политика, от которой Россия не избавилась до сих пор, византийская архитектура, развивалось каменное строительство, включая Московский кремль, налажено производство огнестрельного оружия византийскими мастерами, введено византийское управление войсками, широко распространились византийская письменность, византийская речь (полистайте словарь русского языка). Помимо прочих чудес, принесённых на Русь потомками Чингисхана, было, наконец проведено объединение раздробленных княжеств в единое, могучее государство и создана сильная армия. Да на таких оккупантов молиться надо.
   **** Команда из строевого устава, означающая, что военнослужащий всё понял и приступил к исполнению.

145

   ехал в министерство - присутствовать, а начальник генштаба - искать подчинённые плечи для перегрузки ответственности.
   Войдя в приёмную, Сонькин отдал команду вскочившему из-за стола помощнику:
   - Генерала Сидорчука ко мне! Немедленно! - и прошёл в свой кабинет.
   По прошествии получаса, проведённого Сонькиным в глубоком раздумье, на столе зазвонил телефон.
   - Да! - произнёс Сонькин, подняв трубку.
   - Товарищ генерал-армии! - услышал он голос помощника, - генерал-лейтенант Сидорчук прибыл!
   - Пусть войдёт, - буркнул Сонькин и положил трубку.
   Дверь приоткрылась, и на пороге появился генерал Сидорчук.
   - Разрешите, товарищ генерал-армии? - произнёс он.
   - Проходи Сергей Петрович, - демократично ответил Сонькин, - присаживайся.
   - Здравия желаю! - ответил Сидорчук и присел на указанное кресло, вопросительно взглянув на Сонькина.
   - Ответь мне, уважаемый Сергей Петрович, - после недолгой паузы произнёс Сонькин, - что ты мне можешь сказать по поводу посадки в Старогородской области, точнее в её Мстовском районе, а ещё, точнее, в селе Зелёная Горка, инопланетной летающей тарелки.
   - Ничего, - после минутного замешательства ответил Сидорчук, - первый раз слышу, это что, шутка?
   - Нет, уважаемый Сергей Петрович, это не шутка, - Сонькин взглянул на Сидорчука взглядом родителя, воспитывающего своё неразумное чадо, - эти инопланетяне там уже четвёртый день. За это время МВДэшники уже успели с ними повоевать и вывезти оттуда больше сотни "двухсотых" и две сотни "трёхсотых", а ГРУ ни сном, ни духом об этом не ведает. Мы с министром обороны сегодня узнали об этом от премьера, а не от начальника ГРУ. Короче, исправляйся. Завтра, в первой половине дня, у меня должны быть полные сведения об этих инопланетянах, об их вооружении, об их возможностях, о цели их прибытия, ну и что нам делать и как с ними себя вести, вообще всё! Вопросы есть?
   - Как можно узнать их возможности, если они их не будут демонстрировать? - спросил Сидорчук, удивляясь и тому, что он услышал от начальника генштаба и тому, что он сам задаёт подобные вопросы.
   - Ну, как, как, - недовольно ответил Сонькин, - сделай, так что бы продемонстрировали, ну не мне тебя учить, приказ понятен или повторить?
   - Понятен, - с нотками уныния в голосе, ответил Сидорчук, - разрешите идти?
   - Иди, - вставая из-за стола, ответил Сонькин, - и помни, в первой половине дня жду с докладом.
   Когда дверь за начальником ГРУ закрылась, Сонькин почувствовал некоторое облегчение, ответственность за поручение премьера и министра, хотя и не полностью, но перекочевала на плечи генерала Сидорчука. Ну, а что бы её на плечах начальника генерального штаба стало ещё поменьше, надо подключить ещё ряд генералов, благо, что, в чём-чём, а в генералах российская армия дефицита не испытывала никогда. Ну и самого министра обороны надо подключить к делу, пусть не думает за чужими спинами отсидеться, полководец великий раскопался, министра, как и большинство генералов,

146

Сонькин недолюбливал. Посидев минут пятнадцать в раздумье, Сонькин нажал

   кнопку под столешницей. В дверях появился помощник.
   - Соедините меня с министром обороны, - произнёс он.
   - Есть! - ответил помощник и скрылся за дверью.
   Телефон зазвонил почти сразу.
   - Слушаю! - услышал Сонькин в трубке голос министра обороны.
   - Товарищ Министр обороны! - набрав побольше воздуха в лёгкие произнёс Сонькин, - необходимо создать временный штаб по проведению известной нам операции.
   - Ну, так создавай! - ответил министр, - вы все профессионалы, ну и делайте, что там вам положено.
   - Нужна Ваша команда главкому ВВС.
   - Собирай, кого тебе надо и командуй, как хочешь, от моего имени, - ответил министр, - но не забывай, что завтра к обеду у меня должны быть все сведения по этим инопланетянам и кончай раззванивать и согласовывать, времени в обрез.
  
   Вернувшись в свой кабинет, генерал Сидорчук приказал немедленно вызвать к нему командира спецназа ГРУ генерал-майора Тачкина. Через тридцать минут генерал Тачкин уже входил в кабинет Сидорчука.
   - Здравия желаю! - приветствовал он Сидорчука.
   - Здравствуй Иван Петрович, - дружелюбно ответил Сидорчук, - проходи, садись.
   От такого демократичного обращения, настроение Тачкина начало портиться, так как по Российской вековой традиции начальство оказывает знаки внимания и уважения подчинённым только тогда, когда у начальства возникают проблемы и неприятности, а устранять их должны исключительно подчинённые и при этом желательно с радостью и добросовестно. Ход его нерадостных мыслей прервал нетерпеливый голос Сидорчука.
   - Так, Иван Петрович, времени на раскачку у нас нет. Поэтому ввожу в курс дела и обстановку. Сразу говорю, что я не рехнулся на старости лет, - он сделал паузу и выразительно посмотрел на Тачкина, - так что, слушай внимательно и действуй, всё, что тебе потребуется, получишь немедленно, вопрос поднят на самом высоком уровне.
   От подобного вступления, настроение Тачкина испортилось окончательно, интуиция подсказывала, что вместо дружеского застолья на даче по поводу дня рождения жены, предстоит что-то неприятное, поскольку упомянут самый высокий уровень. Уж кто-кто, а он, Тачкин, знает, что с этого уровня, кроме гадости и подлости мало, что спускается вниз.
   - Итак, Иван Петрович, ввожу в курс дела, - Сидорчук взглянул на подчинённого и продолжил, - три дня назад, в селе Зелёная Горка Мстовского района Старогородской области произвела посадку летающая тарелка.
   При этих словах Тачкин поднял удивлённые глаза на Сидорчука. Заметив недоумение в глазах подчинённого, Сидорчук многозначительно взглянул на Тачкина и продолжил.
   - Не смотри на меня Иван Петрович как на блаженного, я не сошёл с ума. Короче, эта тарелка села в селе, из неё вышли инопланетяне и вступили в контакт с местным населением. Местные менты доложили об этом по команде,

147

а МВДэшное начальство распорядилось эту летающую тарелку и инопланетян захватить. В результате столкновения сотня убитых и две сотни раненых. После этого эту инопланетную проблему передали нам. Завтра, часов до десяти утра, я жду от тебя полный доклад о том, что это за инопланетяне, что им нужно у нас, как они вооружены, что мы можем им противопоставить и какие действия мы можем предпринять. Задача ясна?

   - В общем да, - неуверенным голосом ответил Тачкин, отметив про себя, что настроение начинает улучшаться, - но сроки, - он указал на карту, - туда ведь вёрст восемьсот с гаком будет, да и глухомань изрядная, а ещё собраться надо.
   - Самолёт готов, парашюты тоже, час на сборы и вперёд, - ответил Сидорчук, - ты, наверное, за собой батальон не потащишь, группы в пять человек вполне достаточно. Главное, чтобы ни один дурак в группу не попал.
   - Дураками не командую, - обиженно ответил Тачкин и здраво рассудив, что, отправляясь в разведку, глупо искать информацию в тылу, продолжил, - разберёмся.
   - Ну, Иван Петрович, желаю успеха, - бодрым голосом произнёс Сидорчук и пожал Тачкину руку, в знак особого доверия.
   - Разрешите идти? - произнёс Тачкин, скорее для протокола и чётко развернувшись кругом, вышел из кабинета начальника ГРУ.
   Быстрым шагом, добравшись до кабинета дежурного по управлению, Тачкин кивком головы поприветствовал сидящего за стеклянной перегородкой дежурного, вскочившего при появлении генерала, и произнёс единственное слово - "Связь". Дежурный быстро открыл дверь дежурного помещения и скорее из уважения, чем по необходимости указал на телефонную будку ЗАС*. Тачкин поднял трубку и, услышав позывной узла связи произнёс:
   - Говорит "Ведун", дайте "Мышь".
   - "Мышь" слушает, - без какой-либо задержки прозвучал ответ.
   - Группу капитана Никандрова, готовность "А", немедленно в Кубинку, десантирование на объект, вооружение "Полное", имущество "Полное, с дополнениями А, Б и В" без оборудования базы, сухой паёк на сутки. Старший - я, встреча у самолёта.
   Отдав столь краткое распоряжение, Тачкин спокойным шагом направился к выходу из здания управления, где его ожидала машина.
   Настроение генерала Тачкина поднималось с каждым шагом сделанным в сторону столь экзотического задания. Что инопланетяне не вымысел, а реальность, в этом Тачкин не сомневался, и то, что он одним из первых на Земле их увидит, а возможно и пообщается - это здорово! Кроме того, он, генерал Тачкин, командует самым боеспособным в мире подразделением, с которым можно смело идти в огонь и в воду, ну и к инопланетянам тоже. А день рождения жены будет отмечен завтра. Садился в машину генерал с прекрасным настроением, какого у него давно уже не было.
   - Иван Петрович! Чем это Вас так начальство обрадовало? - спросил Тачкина сидевший за рулём старший прапорщик Васильев - ветеран спецназа.
   - А почему ты "Василёк" так решил? - вопросом на вопрос ответил Тачкин, обратившись к старшему прапорщику по его легендарному позывному.
   - Да Вы на себя посмотрите, Иван Петрович, сияете как новый полтинник, - ответил старший прапорщик.
  
   * Засекречивающая аппаратура связи (Аббревиатура).

148

   - Да, старая гвардия, от тебя ничего не утаишь, - весело ответил генерал, - задание одно получил, очень уж экзотическое, вернёмся, расскажу, а пока давай в Кубинку на аэродром, думаю, пока доберёмся, ребята уже будут готовы.
   - А может, Иван Петрович, и меня возьмёшь? - спросил старший прапорщик.
   - Нет Сергеич, - ответил генерал, - доставка на парапланах, а ты своё уже отпрыгал.
   Миновав московские пробки, Уазик почти не снижая скорости летел по дороге в Кубинку, старший прапорщик Кошкин Иван Сергеевич не зря пользовался славой виртуоза вождения. Несколько поколений спецназовцев твёрдо знали, что если за рулём "Василёк", то это уже половина успеха. Вот и сейчас Сергеич совершил можно сказать невозможное. Уазик остановился на Кубинском аэродроме возле прогревающего моторы АН-26. Через пару минут к самолёту подъехал УАЗ-452 со спецназовцами.
   - Товарищ генерал! Группа к вылету готова, Ваше снаряжение в машине. Командир группы - капитан Никандров! - отрапортовал выскочивший из машины капитан Никандров.
   - Быстро в самолёт! Всё обсудим в полёте, - ответил генерал, пожав руку Никандрову.
   - Быстро на посадку! - скомандовал Никандров спецназовцам.
   Через пять минут самолёт со спецназовцами уже выруливал на взлётную полосу.
   - Ну, Володя, - обратился Тачкин к вопросительно глядящему на него Никандрову, - летим мы вступать в контакт с представителями внеземной цивилизации.
   - Мы что, Иван Петрович, уже и с сектами бороться будем, а менты за что зарплату получают? - ответил с некоторой неуверенностью в голосе Никандров.
   - Нет, Володя, секта здесь ни при чём, - с усмешкой глядя на капитана, ответил Тачкин, - там, куда мы летим, - при этом палец генерала остановился на экране навигатора, - благополучно приземлилась летающая тарелка, а упомянутые тобой менты, при встрече с инопланетянами понесли потери в размере сотни "двухсотых" и двух сотен "трёхсотых".
   - Вот так бублики! - только и мог ответить Никандров. Зная генерала неполных шесть лет, Никандров понял, что, в общем-то, большой любитель пошутить, сейчас генерал не шутит.
   - Наша задача, - голос генерала был спокоен и уверен, - в срок до десяти часов завтрашнего дня, передать в "контору" * полные сведения об этих инопланетянах. Кто они, откуда, зачем пожаловали, чем вооружены, как и чем мы можем им противодействовать, в чём причина побоища ментов и что в связи с этим делать руководству страны. Задача ясна?
   - Так точно! - ответил Никандров, - я думаю товарищ генерал начать надо с опроса местного РОВД и местных жителей.
   - Молодец! - улыбнувшись, сказал генерал, - посему я с двумя бойцами десантируюсь на Мстовский райцентр, выбивать показания из местной ментуры, а ты с остальными прыгаешь прямо в эту Зелёную Горку. Как я понял, - продолжил генерал, - местное население в основной своей массе является
  
   * Управление ГРУ (Сленг).

149

   сторонниками инопланетян, - генерал хмыкнул с сарказмом, - что, в общем-то, не удивительно, так что рекомендую занять позицию сторонника этих
   пришельцев, ну а с ментами, чьи они там сторонники, я разберусь.
   Дверь кабины пилотов открылась, и оттуда вышел второй пилот. Пошарив глазами по отсеку, он, наконец, узнал генерала и произнёс:
   - Товарищ генерал! Будем над Зелёной Горкой через пять минут. Над Мстовским райцентром через четырнадцать.
   - Ну, с богом! - произнёс генерал, - давай Володя.
   Никандров встал, встряхнулся, привычно пробежал руками по ремням подвески и снаряжения. Всё как всегда в полном порядке. Повернувшись к напряжённо глядящим на него бойцам группы, он улыбнулся и отдал команду:
   - Гладков, Свиридов, Луценко, приготовиться к десантированию, десантируемся в центр села. Игнатьев и Федотов десантируетесь с генералом.
   Солдаты поднялись, встряхиваясь и проверяя на себе ремни систем и снаряжения. Медленно стал открываться погрузочный люк. Свиридов и Луценко подтащив десантируемый контейнер к краю открытого люка ожидали отсчёта. Из кабины пилотов появился штурман с секундомером в руках и, глядя на него, стал вести обратный отсчёт.
   - Десять, девять, восемь, семь, шесть, пять, четыре, три, два, один, Пошёл!
   Свиридов и Луценко столкнув контейнер, оглянулись на командира и, получив команду, выразившуюся во взмахе рукой шагнули вслед за контейнером. Следом за ними в открытом люке исчезли сержант Гладков и капитан Никандров. Через девять минут ещё трое парашютистов, во главе с генералом летели под куполами парапланов к Мстовскому райцентру.
   Раскрыв параплан Никандров огляделся, три параплана и грузовой парашют ясно смотрелись в лучах заходящего солнца, значит всё в порядке. Грузовой контейнер, подтверждая высокую квалификацию штурмана, приближался к площади в центре села. Судя по многочисленным огням, село ещё не спало. Но людей на улицах было мало. Разведчики без каких либо происшествий приземлились возле контейнера.
   - Собрать парапланы! - скомандовал Никандров.
   Бойцы приступили к сбору парапланов. Никандров огляделся вокруг и заметил, что к ним приближается с разных сторон человек восемь. Десантирование не осталось незамеченным. Илья с Ленкой сидели на скамейке возле Ленкиного дома. Вовка с компанией на скамейке возле правления агрофирмы.
   - Илюша, смотри, парашютисты, - показывая в небо, взволнованно воскликнула Ленка.
   - Да когда же они угомонятся, - произнёс Илья глядя на приземляющихся десантников, - ну пойду, пообщаюсь, может эти поумнее будут.
   - Я с тобой, - безапелляционно заявила Ленка.
   - Лен, может, здесь побудешь, кто знает, что у них на уме, - попытался отговорить её Илья.
   - Тем более, мне надо идти, - ответила Ленка, - я платок между вами кидать буду, если вздумаете подраться.
   - Ну, пошли, - ответил Илья, осознав бесполезность дальнейших уговоров.
   Посреди площади стояли четверо, вооружённых до зубов десантников и настороженно смотрели на приближающихся местных жителей. Когда группа

150

местных жителей подошла вплотную к разведчикам, капитан Никандров весело улыбаясь, поприветствовал подошедших: "Добрый вечер, земляки!".

   - Добрый то добрый, - ответил Вовка, - да лучше бы он без вас братаны обошёлся.
   - А чего так мрачно? - сохраняя весёлый тон, спросил Никандров.
   - А вы что, не в курсе, что здесь вчера произошло? - спросил Илья.
   - В курсе, - ответил Никандров, - вот мы и прибыли, чтобы разобраться.
   - Ну, а если в курсе, то зачем оружием обвешались, как будто в тыл врага собрались? - спросил Вовка.
   - Ну, как сказать, - несколько смущённо ответил Никандров, - нам задачу только в воздухе поставили, всё узнать и разобраться, мы ведь разведчики, а не штурмовики.
   - Во, Илья, твои коллеги, - воскликнул Вовка.
   - Вот и хорошо, что есть коллега, - обратился к Илье капитан, - вот ты и расскажи нам, что здесь происходит, и кто учинил это побоище?
   - Побоище учинил генерал Баклушин, начальник ГУВД Старогородской области, - ответил Илья, - по причине отсутствия мозгов.
   - Ну не без участия инопланетян, наверное? - спросил Никандров.
   - Участие инопланетян, капитан, весьма косвенное, - ответил Илья, - зная наши дурацкие наклонности, они выставили защитное поле, вот с этим полем наши спецназовцы и воевали, а инопланетяне только сокрушённо головами качали.
   - Это как? - с интересом спросил Никандров.
   - Да элементарно, - вклинился в разговор Вовка, - поставили такое невидимое электрическое поле, а это поле не пропускает через себя всё, что связано с оружием. Разоружаешься и проходишь, а если попытаешься пройти с оружием, то оно, поле это, отшвырнёт тебя назад. Да что говорить, утром сам увидишь.
   - Ну, а если оружие нельзя пронести, то, как же побоище получилось? - спросил Никандров.
   - Генерал этот, Баклушин, дал команду стрелять, а пули столкнувшись с этим защитным полем, полетели в обратном направлении и с той же скоростью, - ответил Илья.
   - Чудеса! - воскликнул Никандров, - а что, менты эти не могли проверить, перед тем как палить напропалую?
   - Я ж тебе капитан уже говорил, - сказал Илья, - что всё это произошло исключительно по причине отсутствия мозгов у генерала Баклушина. Он дал команду спецназовцам захватить инопланетян и их летающую тарелку. Спецназовцы кинулись на Всеволода, воеводу ихнего, ну и получили удар от защитного поля от которого разлетелись в разные стороны, а генерал, увидев это дал команду идти в атаку, вот и пошли на свою голову.
   - Стоп, - прервал Илью Никандров, - как ты сказал воевода Всеволод, они кто эти инопланетяне?
   - Самое смешное, капитан, что они наши дальние родственники, они называют себя арианами, язык у них арианский, а наш русский язык они называют испорченным греко-римским и атлантским мусором арианским языком. Прибыли они можно сказать с дружественным визитом. Летят они в дальнюю командировку, а пока не открылось какое-то окно в космосе, они решили посмотреть, как их дальние родственники живут. Вот мы и показываем, как мы тут живём. Ох, и порасскажут они своим землякам, или вернее арианцам, что за

151

   дураки на Земле обитают. После общения с ними самим за себя стыдно, - закончил Илья.
   - О, господи, - со стоном произнёс Никандров, - ну почему это так происходит?
   - Что происходит? - переспросил Илья.
   - Да всё как всегда, - ответил капитан, - воюем с теми, кто хочет мира, дружим с теми, кто хочет нашей погибели, кидаемся с оружием на друзей и вертим хвостом перед врагами. Не доверяем умным и всецело полагаемся на дураков. Вообще всё как всегда.
   - Ну а вы что делать собираетесь? - спросил капитана Вовка.
   - Собирать информацию, - ответил Никандров.
   - Да что там собирать! - воскликнул Вовка, - прилетят завтра, подойди и спроси, что узнать хочешь.
   - Как, так просто подойти и спросить? - удивлённо спросил Никандров.
   - Совершенно просто, - ответил Вовка, - подойди, поздоровайся и спрашивай, что надо, только руки не протягивай. Они вот так здороваются. И Вовка приложил руку к груди.
   - Ребята, - обратился Никандров к окружающим, - не в службу, а в дружбу, давайте присядем, где нибудь, и расскажите мне, пожалуйста, всё, что здесь происходило. Надо же исправлять те глупости, которые уже наворочены.
   - Замётано, - воскликнул Вовка, - пошли к скамейкам у правления.
   - Тяжеловато, - произнёс Илья, помогая десантникам тащить грузовой контейнер.
   - Так на войну летели, - с усмешкой ответил сержант Гладков, - да, кстати, будем знакомы, Александр, - и протянул Илье руку.
   Знакомясь на ходу, десантники и зеленогорцы направились к правлению агрофирмы, где и просидели до утра, рассказывая и слушая историю о том, во что каких-нибудь четыре дня назад вряд ли кто из них поверил.
  
   Между тем, генерал Тачкин с двумя бойцами совершил посадку на поляне возле городского пруда в самом центре города. Время было вечернее и по аллеям парка ходило достаточное количество горожан, с удивлением смотревших на высадку десанта в родном городе, чего здесь не видели никогда. Постепенно вокруг десантников собралась толпа человек в пятьдесят, живо обсуждающее столь неординарное событие. Правда, после зеленогорского побоища мало кто уже чему-либо удивлялся, но десантники в Мстовском райцентре до этого не высаживались никогда, и на это стоило посмотреть.
  
   Генерал огляделся вокруг и спросил ближайших к нему зевак:
   - Скажите, где тут у вас находится отделение милиции?
   - Да вот, рядом с районной администрацией, метров триста по дорожке, - ответили из толпы.
   Генерал с бойцами в сопровождении толпы направился к зданию РОВД.
   На пороге у входа в РОВД облокотившись на перила, стоял с автоматом на плече Степан Скворцов и с интересом наблюдал за приближающейся толпой. Увидев, что толпу возглавляют трое до зубов вооружённых десантников, несущих с собой парашюты, Скворцов отступил к проёму двери и крикнул Ефимочкину, назначенному дежурным по РОВД:
   - Слышь, Игорёк! Война продолжается, похоже, армию подключили. У нас гости.

152

   На крыльце появился Ефимочкин с автоматом через плечо. Увидев генерала, он принял положение "Смирно" и доложил: "Товарищ генерал-майор! Дежурный по Мстовскому РОВД сержант Ефимочкин!".
   - Мне нужен начальник РОВД, - сказал Тачкин.
   - Проходите, товарищ генерал, - ответил Ефимочкин, - сейчас доложу капитану Виноградову, он у нас за начальника, а подполковник Хурцелоев сегодня скончался в больнице после ранения.
   - Всё, цирк закончился! - крикнул Скворцов толпе, - расходитесь, или вам делать нечего?
   Потоптавшись на месте, толпа стала расходиться.
   - Располагайтесь, мужики, - сказал Игнатьеву и Федотову Скворцов, указывая на стоящий у стены топчан, - разговор у начальства будет долгий, успеете и парашюты свернуть и вздремнуть в дежурке.
   - Пройдёмте за мной, товарищ генерал, - окликнул Тачкина спустившийся по лестнице Ефимочкин, - я провожу Вас к начальнику РОВД.
   Поднявшись на второй этаж, Ефимочкин подвёл генерала к двери кабинета начальника РОВД, открыл дверь, крикнул "Товарищ капитан!", пропустил генерала в кабинет, закрыл за ним дверь и отправился в дежурку.
   Войдя в кабинет, генерал Тачкин увидел идущего ему навстречу усталого человека в милицейской форме представившегося кратко "Капитан Виноградов". "Генерал Тачкин", - также кратко представился генерал. Затем он протянул капитану руку и сказал:
   - Будем считать официальную часть законченной, меня зовут Иван Петрович.
   - Григорий Андреевич, - произнёс Виноградов, отвечая на рукопожатие.
   - Ну, вот и ладненько, - произнёс генерал, - давай Григорий Андреевич присядем и поговорим о том, что тут у вас произошло в эти дни. Поскольку инопланетяне не каждый день прилетают и к этому ещё привыкнуть надо. Давай беседу построим так, ты мне рассказываешь, а я слушаю, если что я не пойму, то поднимаю руку, как школьник, ты мне даёшь слово, и я задаю свои вопросы. Постараюсь быть благодарным слушателем и с мысли тебя не сбивать, а также своих мнений не навязывать, ну а ты постарайся ничего не забыть. Договорились?
   - Договорились, Иван Петрович, - ответил Виноградов с интересом посмотрев на генерала, с такими собеседниками в генеральской форме ему встречаться ещё не приходилось, - только хочу предупредить, разговор будет длинным, а рано утром, как я понимаю, едем общаться с родственниками - арианами.
   - Абсолютно верно всё понимаешь, Григорий Андреевич, но выбора у нас нет, а посему начинай своё повествование, а я буду самым благодарным слушателем из всех, тобою виданных ранее, - произнёс с улыбкой Тачкин, поудобнее располагаясь в предложенном ему кресле.
   - Началось это событие после массовой пьянки, устроенной жителями Зелёной Горки по случаю возвращения из армии двух ребят, - начал Виноградов усаживаясь в кресло.
   - Извини Григорий Андреевич, но так и чешется продолжить, - с улыбкой перебил его генерал, - и допились они до зелёных чертей, инопланетян и летающих тарелок.
   - Да и мы Иван Петрович, после звонка участкового зеленогорского, старшего
  

153

   лейтенанта Стружкина также думали, меня туда послали, что бы я его привёз для втыка и дальнейшего увольнения, да вот как всё обернулось. Кстати, в Зелёной Горке теперь никто не пьёт и даже не курит, инопланетяне вылечили.
   - Вот как! - воскликнул генерал, - ну извини Григорий Андреевич, больше не буду влезать в разговор, продолжай, я весь внимание.
   Ночной разговор Тачкина и Виноградова подошёл к концу. Часы в кабинете показывали пять часов тридцать четыре минуты.
   - Да, наворотили дел, - задумчиво произнёс генерал.
   - Традиция у нас такая Иван Петрович, - ответил Виноградов, - сначала делать, потом думать, как исправить то, что наделали. Может, вздремнёте часок, Иван Петрович?
   - Да нет, Григорий Андреевич, давай по чайку ударим, если есть такая возможность, потом наше вооружение надо оставить у тебя на хранение, как я правильно понял оно там ни к чему, ну и давай выдвигаться, от меня ждут донесения к десяти утра.
   Виноградов поднял трубку телефона.
   - Дежурный по РОВД сержант Ефимочкин, - ответила трубка.
   - Игорь, организуй нам с генералом чаю, да оружие у прибывших военных надо взять на хранение в оружейную комнату. Да, вызывай Евдокимова, едем в Зелёную Горку. Всё понял?
   - Так точно! - ответила трубка.
   Минут через десять в дверь постучали.
   - Войдите, - отозвался Виноградов.
   С двумя стаканами в подстаканниках вошёл Ефимочкин, а за ним видимо недавно проснувшийся сержант Игнатьев.
   - Григорий Андреевич, - только чай, где что у Веры находится, не нашёл, - оправдываясь, произнёс Ефимочкин.
   - Всё хорошо, спасибо Игорь, можешь идти, - ответил Виноградов.
   - Товарищ генерал! - обратился к генералу Игнатьев, - дежурный говорит, - произнёс он, указывая на Ефимочкина, - что надо разоружаться и всё сдавать ему на хранение, что делать?
   - Да Алёша, разоружайтесь, - ответил Тачкин, - в данной ситуации без оружия безопасней будет, заодно и мою амуницию забери.
   Когда дверь за уносящим генеральское оружие и амуницию Игнатьевым закрылась, Тачкин задумчиво произнёс:
   - Ну, ты Григорий Андреевич и рассказчик, целую ночь просидел в бронежилете, в полной амуниции, с автоматом и пистолетом, весь в ремнях и не заметил неудобства, только сейчас и дошло. Ну, давай пить чай.
   - Это не моя заслуга Иван Петрович, - ответил Виноградов, - действительность такова, что фантазия отдыхает.
   За окном послышался звук приближающегося автомобиля.
   - Вот и Коля Евдокимов подъезжает, - сказал Виноградов.
   - Ну, что, Григорий Андреевич, поедем общаться с неземным разумом, - улыбаясь, сказал генерал.
   - Да, Иван Петрович, чуть не забыл, - сказал Виноградов, - ребята эти - инопланетяне, они с чувством юмора, о некоторых наших порядках отзываются с откровенным ехидством и сарказмом, это я к тому, что бы лучше ориентировались при разговоре с ними.

154

   - Я их ещё не видел, но благодаря тебе, они у меня уже вызывают симпатию, - ответил Тачкин и направился к выходу.
   Когда Виноградов и Тачкин вышли из здания РОВД, рассвет уже начал изгонять ночной сумрак в западном направлении. Возле белой "Волги" начальника Мстовского РОВД, стояли Игнатьев и Федотов и с интересом слушали рассказ Евдокимова.
   - Игорь, - обратился Виноградов к вышедшему вслед за ними Ефимочкину, - разыщи Самохвалова и передай ему, что если к моему приезду его не будет в дежурке, а майора Толкалина я не увижу занятым организацией похорон наших сотрудников, то они оба пожалеют, что работали в милиции.
   - Будет сделано, товарищ капитан! - весело ответил Ефимочкин.
   - Садитесь вперёд, товарищ генерал, - сказал Виноградов, подходя к машине, - ну а мы втроём сзади расположимся, - продолжил он, обращаясь к Игнатьеву и Федотову.
   - Молодец Олег Борисов, - сказал Евдокимов, заводя двигатель, - машина как зверь, ездить приятно.
   - Как он, - спросил Виноградов.
   - Повезло мужику, - ответил Евдокимов трогаясь места, - в двух шагах от Хурцелоева стоял, обе ноги прострелило, но не одной кости не задело. Через пару недель выпишут.
   "Волга" уверенно двигалась к Ильменскому тракту.
   Слегка подпрыгивая на колдобинах, в изобилии покрывающих дорогу, "Волга" уверенно приближалась к Зелёной Горке. Генерал Тачкин, глядя на бесконечную стену леса за окном машины, как бы сам себя спросил:
   - Интересно, почему они выбрали для посадки эту глухомань?
   - Тут, товарищ генерал, как я понимаю, есть несколько причин, - ответил Виноградов, - первое - это территория, на котором существовало государство, по словам инопланетян более всего соблюдавшее заветы боггов и имевшее справедливое вечевое управление. Называлось государство - Славия, а его наследником, как я понял, стал Великий Новгород. Отсюда и нелюбовь такая к Великому Новгороду была у всех диктаторских режимов, как царей, так и генеральных секретарей.
   - Ну, а Киевская Русь, про которую мы в школе учили, как же? - спросил генерал.
   - Из того экскурса в историю, что преподали инопланетяне, получается, что Киевская Русь была такой же Византийской провинцией, что и Испания, Британия, Германия, Дакия, Анатолия, Армения и так далее и тому подобное. Поэтому, так называемое, татаро-монгольское нашествие, это не что иное, как карательная экспедиция Византийского императора для подавления парада суверенитетов, наподобие того, свидетелями которого мы с Вами были не так давно. Вот почему это войско дошло до Торжка и дальше не пошло, дальше было уже другое государство и к нему у Византии претензий не было.
   - Понятно, почему у гостей из космоса вызывает недоумение тот факт, что мы ведём свою историю от Киевской Руси, а не от этой самой Славии, - задумчиво произнёс генерал, - а ты Григорий Андреевич, сам то, веришь в то, что говорят инопланетяне?
   - Я - верю, - ответил Виноградов, - вы товарищ генерал с ними пообщаетесь, тоже поверите.

155

   - Ладно, поживём, увидим, - ответил Тачкин, - ну а ещё какие причины их приземления в этих местах?
   - Они говорят, что традиции любого народа хранятся в сёлах, а не в городах, - ответил Виноградов.
   - Ну, здесь я с ними полностью согласен, - ответил Тачкин, - в городе только одна традиция - борьба за существование и, по-возможности, за чужой счёт.
   - И ещё причина, почему они сели именно здесь, думаю, теперь всем понятна, - продолжил Виноградов, - если из этой глухомани мы вывезли сотни погибших и пострадавших, то что бы было, если бы они приземлились в крупном городе?
   - Да, - согласился Тачкин, - было бы Мамаево побоище*.
   - Вот и приехали, - раздался голос Евдокимова.
   Машина въехала на площадь перед правлением агрофирмы. Возле скамеек у здания правления генерал увидел капитана Никандрова, его разведчиков и группу молодёжи, наверное, местных жителей. "Волга" остановилась. Пассажиры выбрались из машины, потягиваясь и разминая ноги. Увидев генерала, капитан Никандров подошёл к нему быстрым шагом, чётко остановился и приложив руку к головному убору доложил:
   - Товарищ генерал-майор! Группа прибыла к месту выполнения задачи. В настоящее время продолжается сбор информации. Командир группы капитан Никандров.
   - Вольно! - ответил генерал и добавил, - Ну как информация, Володя?
   - Я в недоумении, товарищ генерал, - несколько смущённо ответил Никандров, - если всё, что я тут узнал - правда, а, похоже, так оно и есть, то действия местных МВДэшников можно оценить только одним словом - дебилизм.
   - Похоже, так оно и есть, - ответил генерал и обращаясь к Виноградову сказал, - ну Григорий Андреевич, веди нас на встречу с братьями по разуму, хотя, - генерал усмехнулся, - с нашей стороны это выражение звучит несколько нагловато.
   - Луценко, - обратился Никандров к разведчику, - остаёшься для охраны оружия.
   - Есть! - ответил Луценко и взглянув обиженными глазами на Никандрова, спросил, - товарищ капитан, а меня кто нибудь потом подменит?
   - Федотов подменит через два часа, - ответил Никандров.
   - Ну, пошли, - сказал Виноградов и двинулся в сторону развалин храма.
   Десантники во главе с генералом двинулись за ним.
   У храма собирался народ. Генерал внимательно рассматривал собравшихся людей. Люди как люди, но что-то неуловимо отличало их от привычных московских толп. Чем же отличаются они от привычного московского окружения? Этот вопрос гвоздём засел в мозгу генерала. Тачкин пытался отогнать от себя этот настырный вопрос, но он, как заноза не давал думать ни о чём другом. Генерал взглянул на группу местной молодёжи стоящей в пяти шагах от него и перевёл взгляд на свих разведчиков. Вот она разница! Глаза!
  
   * Куликовская битва, состоявшаяся 8 сентября 1380 года. В этой битве войско Дмитрия Донского разгромило так называемые монголо-татарские войска во главе с темником Мамаем, состоящие из фряжской (римской) пехоты, армянской конницы, отдельных шаек донских казаков и прочего сброда европейских наёмников. По данным летописей в этой битве погибло народу на два порядка больше, чем было участников.
  
  

156

   В глазах местных жителей нет чувства страха, нет напряжения во взгляде, который бывает у человека, каждую минуту ожидающего неприятностей от окружающих его существ и живущего во враждебной обстановке. Да, у них весёлые лица уверенных в себе людей, они не носят масок как в той же Москве. Генерал представил московскую толпу. Ну, да, так оно и есть в Москве - люди в масках, маска наглеца, маска шалавы, маска анархиста, маска крутышки, маска безразличного ко всему человека, маска сверх всякой меры занятого бизнесмена, маска непрошибаемого вышибалы, маска великосветского оболтуса, незнамо как очутившегося на улице, маски, маски, маски. Возможно, некоторые владельцы этих масок их и на ночь не снимают, - промелькнула мысль. Ответив себе на свой же вопрос, Тачкин почувствовал явное облегчение. Захотелось рассмеяться. Он улыбнулся смотревшей на него девушке и спросил:
   - Что, красавица, инопланетяне сватов к вам ещё не засылали?
   - Нет, дяденька, - девушка рассмеялась, - у них холостых в космос не пускают.
   - Это почему? - спросил Тачкин.
   - Дело это рискованное, полёты во вселенной, - серьёзно вмешался в шутливый разговор стоящий рядом парень, - поэтому у них принято, что дети должны наследовать дело погибшего отца и беречь память о нём. Вот у них и не пускают холостых.
   - Эх, - мечтательно вздохнула девушка и со смехом добавила, - если бы у них холостяки летали, то желающих выйти замуж ни один звездолёт не вместил бы.
   - Вам что, своих не хватает, - делано возмутился парень, - инопланетян им подавай, вот прилетят ящеры, будут вам инопланетные ценители.
   - Фу на тебя, - рассмеялась девушка, - уже и помечтать нельзя.
   - Летят! - раздался рядом чей-то голос.
   Тачкин поднял взгляд вверх и увидел в небе плавно и бесшумно опускающуюся летающую тарелку.
   - Она одна прилетает? - спросил Тачкин у серьёзного парня.
   - Нет, - ответил тот и, показав в небо добавил, - вон вторая в небе висит.
   Тачкин взглянул по направлению руки парня и увидел неподвижно застывшую в небе вторую летающую тарелку. Между тем первая летающая тарелка выпустила три ажурные ноги и плавно опустилась на землю. Генерал, а за ним и разведчики направились к летающей тарелке. Тачкина несколько удивило то, что спокойно стоящие люди не рвались с целью пробраться поближе или занять место получше, они спокойно расступались, пропуская разведчиков вперёд. При этом Тачкин не заметил даже намёка на какое-то неудовольствие.
   Тачкин как заворожённый смотрел на летающую тарелку. Вот оно чудо, про которое так много говорилось и которое, толком никто не видел. По всей плоскости летающей тарелки пробегали змейки электрических разрядов. Захотелось подойти поближе и дотронуться рукой. Тачкин шагнул было вперёд, но какой-то парень придержал его за руку.
   - Не надо, товарищ генерал, врежет так, что мало не покажется, - сказал он.
   Люк летающей тарелки плавно и бесшумно открылся и из него выдвинулся ажурный, как бы сплетённый из тонких проволочек трап, который казалось, не выдержит и ребёнка. Но под ногами троих рослых мужчин, вышедших из летающей тарелки, он даже не шелохнулся. Тачкин оторвал взгляд от летающей

157

   тарелки и перевёл его на её экипаж. Трое молодых, симпатичных мужиков мало, чем напоминали голливудских уродцев. Если бы не блестящие с зеленоватым отливом костюмы, то и от своих разведчиков не отличил бы. Тачкин сделал шаг вперёд и приложил сжатую в кулак правую руку к левой стороне груди.
   Инопланетяне приветствовали Тачкина таким же жестом. Светло-русый инопланетянин, по-видимому, старший пристально посмотрел несколько секунд на Тачкина и произнёс:
   - Приветствую тебя воевода! Я - Всеволод, воевода арианский.
   - А я..., - начал было Тачкин, но Всеволод не дал ему закончить.
   - А ты - генерал- майор Тачкин Иван Петрович, командир разведчиков, послан, своим неумным начальством узнать, как можно с нами справиться.
   Тачкин оторопело уставился на Всеволода. Тот, глядя на Тачкина, рассмеялся.
   - Ваши головы, - он обвёл рукой стоящий народ, - для нас как раскрытая сшива, книга, по-вашему. У нас на Ариане ложь не в почёте, потому и помыслы свои никто ни от кого не прячет, а вы во лжи рождаетесь, во лжи живёте и во лжи умираете, потому и лишились дара боггов читать мысли друг друга. Ну, а что касаемо твоих вопросов, то слушай и запоминай. Никто на Матери Сырой Земле не имеет какого либо оружия и уряда* его, способного оказать нам какой либо вред. Ваш воинский уряд опасен только для вас самих. Вы совсем беззащитны от любого вселенского вторжения. Самое мощное ваше оружие не способно защитить вас даже от небесного камня. Многие тысячелетия вы жили под покровительством боггов, но не смогли это оценить должным образом, два столетия назад, по вашему летоисчислению богги лишили вас своего покровительства. Теперь вашу защиту осуществляем мы, но уже в высшем совете Арианского Союза стоит вопрос, - нужно ли продолжать эту защиту. Поэтому мы здесь ищем ответ на этот вопрос. Пока ответ не утешителен. Воевать с вами мы не собираемся, генерал. Народ арианский, как ты уже знаешь, живёт на шестнадцати планидах, а будет ли Мать Сыра земля семнадцатой - зависит от вас. Парней ваших для опытов, на нас гнать не надо, - он указал рукой на стоящих за Тачкиным разведчиков, - сколько бы вы их не пригнали, будут выглядеть они, так же как и те, позавчерашние, которых я сейчас пойду исцелять. Передай Иван своему руководству, что бы глупостей с самолётами не устраивали. Ну, на все твои вопросы ответы получил? - закончил свою речь Всеволод и улыбнулся. Всеволод взглянул на Тачкина, улыбнулся и сказал, - вы тут все неисправимые, даже те, кто не утратил способность мыслить без подсказок. На то, о чём ты подумал, нам понадобится один день, а на продолжение еще два дня. Всё, наконец? - спросил он Тачкина.
   - Теперь всё, - ответил Тачкин.
   - Пойдём, воевода Иван, - сказал Всеволод Тачкину дружелюбно, - исцелять ваших воинов.
   Воевода Всеволод направился в сторону пристани, где второй день находились тела омоновцев и собровцев, начинённые едва теплеющими душами. Тачкин со своими разведчиками и группа местных жителей, человек тридцать последовали за ним.
   На пристани их встретила Ленка в белом халате.
  

158

   - Здравствуй Всеволод! - приветствовала она воеводу, приложив руку к груди с поклоном.
   - И ты здравствуй, красавица Елена! - ответил ей Всеволод, - как тут болящие?
   - Как младенцы, только уж больно тяжеловаты ворчать их и постели менять, - ответила Ленка, - устали мы уже.
   - Сейчас мы это поправим, - улыбаясь, ответил Всеволод и прошёл в бывший зал ожидания.
   Тачкин зашёл в бывший зал ожидания вслед за Всеволодом. На застеленных белыми простынями матрацах разложенных рядами на полу зала ожидания, лежало четыре десятка парней в форме ОМОНа и СОБРа, не проявлявшие видимых признаков жизни. Между ними озабочено двигался десяток женщин в белых и синих халатах. Всеволод подошёл к лежащему ближе всех к дверям бойцу, встал на одно колено и опустил руку ему на голову. Минуты через три он встал. Боец открыл глаза, непонимающе обвёл взглядом стоящих вокруг него людей, затем легко встал и, обращаясь к смотрящему на него народу, спросил:
   - Люди, что здесь происходит?
   - Воскрешают вас горемычных, - ответила ему женщина в синем халате.
   Между тем бойцы ОМОНа и СОБРа лежавшие в зале ожидания поднимались на ноги. Через час полтора десятка бойцов уже ходило за Всеволодом, наблюдая, как возвращаются к бытию их товарищи.
   - Ну что ж, Григорий Андреевич, - обратился Тачкин к стоящему рядом Виноградову, - мне пора на связь выходить, время.
   - Только здесь Иван Петрович связь работать не будет, - ответил ему Виноградов, - надо выходить за пределы зоны защиты.
   - А что, она стоит? - спросил генерал, - а то я ничего особенного не заметил.
   - Стоит, - ответил Виноградов, - а не заметили потому, что у вас с собой оружия нет. Был бы у Вас пистолетик в кобуре, то летели бы Вы с ним, сметая сараи и заборы на своём пути.
   - Ну ладно, убедил, - сказал Тачкин, - пойдём, проводишь меня за границу.
   Генерал, разведчики и Виноградов покинув пристань, направились к правлению агрофирмы, где обиженный на весь белый свет караулил имущество рядовой Луценко.
   - Федотов, - сказал капитан Никандров, - бегом смени Луценко, пусть сбегает летающую тарелку посмотрит, а то он нам этого в этой жизни никогда не простит.
   - Есть! - ответил Федотов и бегом кинулся сменять друга на посту.
   - Игнатьев, а ты проследи, чтобы наш Луценко не стал памятником возле летающей тарелки или не уподобился этим мужикам из ОМОНа, - сказал Никандров, обращаясь к сержанту.
   - Есть! - ответил сержант Игнатьев и направился шагом за убежавшим Федотовым.
   Когда Тачкин, Виноградов и разведчики пришли к зданию агрофирмы, на посту возле контейнера стоял улыбающийся Федотов.
  
  
  
   * Уряд (арианск.) Порядок применения (русск.).
  
  
  

159

   - Володя, - обратился Тачкин к Никандрову, - готовь закрытую связь с "конторой", а мы с Григорием Андреевичем один эксперимент проделаем, как говорится лучше один раз увидеть, чем сто раз получить по морде.
   - Что Вы собираетесь делать, товарищ генерал, - настороженно спросил Виноградов.
   - Ну, как что, Григорий Андреевич, - ответил Тачкин, - упереться автоматом в это поле и разок по нему пальнуть.
   - А о результатах подумали, товарищ генерал, - осуждающе сказал Виноградов.
   - Подумал, Григорий Андреевич, подумал, - беря автомат, ответил Тачкин.
   Генерал подошёл к грузовому контейнеру.
   - Володя, - обратился он к Никандрову, - найди-ка мне моток лески из комплекта выживания.
   Когда катушка с леской перекочевала из контейнера в генеральский карман, Тачкин обернулся к Виноградову и сказал: "Ну что, Григорий Андреевич, пошли".
   Генерал двинулся в направлении летающей тарелки с автоматом наперевес.
   - Дайте автомат мне Иван Петрович, - сказал Виноградов и усмехнулся, - у меня опыта больше в этом деле.
   - Не спорю, - ответил генерал, отдавая автомат.
   Виноградов пошёл вперёд, держа автомат за ремень в вытянутой назад руке. Пройдя метров тридцать, Виноградов остановился.
   - Вот оно, Иван Петрович, поле это, - сказал он, обращаясь к Тачкину.
   Глазам генерала предстала картина, достойная лучших иллюзионистов. В воздухе висел автомат, а Виноградов, тащил его за ремень, пытаясь сдвинуть с места. Генерал подошёл к Виноградову и взялся за ремень. Ремень на мгновение ослаб, и автомат скользнул вниз. Генерал потянул ремень на себя. Автомат поднялся выше, но сдвинуть его с места было невозможно. Тачкин отпустил ремень, и автомат упал на землю.
   - Да, - задумчиво произнёс Тачкин, - с таким аттракционом миллиардером мог бы стать.
   Генерал перешёл невидимую границу, поднял автомат и замахнулся им в сторону невидимой преграды.
   - Осторожно! - крикнул Виноградов.
   Реакция Тачкина не подвела. Он мгновенно отскочил в сторону и автомат, пролетев мимо него шлёпнулся на землю в метрах десяти от защитного поля.
   - Чудеса! - довольным тоном произнёс Тачкин, - Ну и последний эксперимент, - сказал он, направляясь к ближайшему забору.
   - Что Вы хотите делать? - спросил у него Виноградов.
   - Ну зачем спрашиваешь, Григорий Андреевич, - ответил генерал, - сам ведь понимаешь, пальнуть хочу.
   Генерал подошёл к забору и с силой загнал автомат в промежуток штакетника палисада. Затем он передёрнул затвор и поставил автомат на предохранитель. Достав из кармана моток лески, Тачкин завязал петлю и одел её на спусковой крючок. Затем, разматывая леску, протянул её вокруг растущей в палисаде рябины и стал уходить на другую сторону улицы, продолжая разматывать катушку.
   - Ну вот, материальная база готова, - сказал он Виноградову, - подержи леску, я сниму автомат с предохранителя.

160

   - Нет уж, держите сами Иван Петрович, - ответил Виноградов с усмешкой, - лучше я пойду, капитанам здесь пока больше везло, чем генералам.
   Когда Виноградов вернулся, генерал глубоко вздохнул и произнёс: "С богом!", с этими словами он потянул за леску. Очередь разворотила угол палисада, автомат отлетел под окна дома. Тачкин только и мог произнести: "Впечатляет!".
   Забрав раскуроченный автомат, Тачкин и Виноградов направились к своему временному пункту базирования у правления агрофирмы.
   - Связь готова, - доложил Тачкину капитан Никандров.
   - Вот и славненько, - ответил генерал, вручая Никандрову разбитый автомат и направляясь к развёрнутому узлу связи.
   Когда генерал подошёл к развёрнутой аппаратуре космической связи, разведчики во главе с капитаном Никандровым дружно отошли от генерала метров на двадцать, Виноградов последовал за ними.
   Генерал взял в руку телефон космической связи и нажав кнопку услышал голос оператора: ""Рубин" слушает".
   - "Ведун" на связи, - произнёс Тачкин, - соедините меня со "Знахарем".
   - Соединяю, - ответил оператор.
   - "Знахарь" слушает, - через несколько секунд услышал голос Сидорчука Тачкин.
   - Здравствуйте, говорит "Ведун", - поздоровался Тачкин и продолжил, - факт приземления летающей тарелки подтверждаю. Наличие защитного поля - подтверждаю. Большое количество жертв - по вине генерала Баклушина. Инопланетяне здесь ни при чём. Звездолёт, находящийся на орбите Земли прибыл из Большого Круга нашей галактики, с планеты Ариана. Инопланетяне выглядят как типичные люди славянской наружности, разговаривают на русском языке. Цель их прибытия - знакомство с нашей жизнью. Нас они считают своими родственниками, поэтому их прибытие можно расценивать как дружеский визит. Летят они в дальнюю командировку за пределы нашей галактики, а здесь совмещают ожидание открытия какого-то окна с изучением нашего бытия. Они имеют совершенно другой уровень технического и морального развития. Как противник, мы для них не представляем никакой угрозы. Определить, каким оружием они обладают, кроме защитных полей, как общих, прикрывающих определённую территорию, так и индивидуальных, на каждого человека, - не представляется возможным. На вопрос, сколько времени им понадобилось бы для завоевания России, они ответили, - "Один день", а всей Земли - "Три дня". Все наши вооружения они квалифицируют как детские игрушки, предназначенные только для самоистребления. Они заявили, что от внешней угрозы, мы совершенно беззащитны и то, что Землю ещё никто не захватил, мы обязаны хозяевам вселенной - боггам, поддерживающим установленный ими порядок, а также обитающему на Земле народу - морянам, у которых есть и летающие тарелки, и прочие инопланетные штуковины. Но они живут в воде, и мы о них ничего не знаем. Но они нас не очень любят, так как мы загрязняем их среду обитания. Нас, обитателей суши, до настоящего времени охраняют ариане, так как богги на нас ещё двести лет назад рукой махнули. Теперь и Высший Арианский Совет обдумывает вопрос, стоим ли мы того, чтобы нас и дальше охранять, ответ напрашивается неутешительный. Вот вроде бы и всё. Да! Их воевода Всеволод просил передать моему начальству,

161

   чтобы мы глупостей с самолётами не устраивали. И ещё, очень большую помощь при выполнении нашего задания нам оказал начальник Мстовского РОВД - капитан Виноградов, ходатайствую о поощрении на высшем уровне.
   - Спасибо "Ведун", - ответил "Знахарь" и продолжил, - похоже на сказку, а что они имели в виду под глупостями с самолётами?
   - Не знаю, передал что попросили, - ответил Тачкин, - какие будут ещё указания?
   - За вами высылаю вертолёт, - ответил Сидорчук, - возвращайтесь, конец связи.
   Квакнув последний раз, трубка замолчала. Генерал положил трубку и повернулся к стоящим неподалёку разведчикам.
   - Всё, ребята, наша миссия закончена, за нами высылают вертолёт, думаю, воевать здесь больше никто не будет, собираем вещи и ждём вертолёт.
   Генерал оглянулся и увидев Виноградова сказал:
   - Ну что, Григорий Андреевич, спасибо тебе за всё, извини за доставленное беспокойство. Дай бог ещё увидимся. Последняя к тебе просьба, составь мне компанию, хочу сходить попрощаться с Всеволодом.
   - Не за что Иван Петрович, - ответил Виноградов, - да и мне пора. В РОВД после этих событий работы хоть отбавляй, а увольнять и судить меня, похоже, теперь некому. Ну, пойдём прощаться. Только дам команду, чтобы машины прислали возрождённых Омоновцев и СОБРовцев возвращать домой надо.
   Телегин с Виноградовым, не торопясь, шли к причалу.
   - А оружия своего они нам так и не показали, - произнёс генерал.
   - Не вы первый интересовались этим вопросом, - ответил Виноградов.
   - Ну и каков был ответ? - поинтересовался генерал.
   - Ну, в общем, дали понять, что они сами - оружие, костюмы, в которых они ходят - оружие, сама летающая тарелка - это тоже оружие, - ответил Виноградов.
   - Нам бы такую летающую тарелку, - произнёс генерал.
   - И такой вопрос задавали, - ответил Виноградов.
   - Ну что они ответили? - спросил Тачкин.
   - Ответили, что в столь порочном обществе и при таком количестве изменников, предателей, корыстолюбцев и откровенных дураков, по совершенному безразличию народа допущенных к власти, передавать такое оружие кому-либо, равносильно подписанию смертного приговора для населения всей Земли.
   - Да уж, - промолвил Тачкин, - пожалуй, как не прискорбно, но придётся с ними согласиться.
   Так неспешно, беседуя о событиях, свидетелями которых они стали Тачкин и Виноградов подошли к причалу. Из дверей зала ожидания показался Всеволод, за ним стали выходить вперемешку бойцы ОМОНа и СОБРа, женщины в белых и синих халатах и просто любопытные. Генерал шагнул навстречу Всеволоду, приветствуя его по ариански.
   - Вот, воевода, проститься пришёл, - сказал Тачкин, - и поблагодарить за науку.
   - И тебе, воевода Иван, спасибо за то, что ум свой в тумане не держишь, - ответил Всеволод.
   - Я вот..., - начал, было, генерал, но Всеволод прервал его.
   - И на эти твои вопросы отвечу. Спасти погибших воинов я к сожалению не смог бы, есть у меня дар исцеления, но невелик он. Я не Гладислава. На второй

162

   вопрос отвечу так, мало найдётся желающих стать палачами для сотен двойных тысяч. Станет, к примеру, прибывший от нас правитель вами править. С молоком матери он впитал в себя неприязнь к порокам и традиции своего народа, говорящие ему о том, что носители порока должны быть казнены, а вы на Матери Сырой Земле порочны поголовно. Для чего вы будете звать новую власть, чтобы власть эта вас всех казнила? И тебя, воевода Иван, казнят, - Всеволод ничего не произнёс, но Тачкин ясно услышал, - за Свету. Прощай генерал, - громко сказал Всеволод, - ты можешь сделать многое, так иди и делай.
   Тачкин пристыжено через силу улыбнулся и повернувшись направился было к оставленным у правления агрофирмы разведчикам, но голос Всеволода заставил его остановиться и вслушаться.
   - Ладно, - произнёс Всеволод, обращаясь к обступившим его людям, - расскажу я вам про Гладиславу. Память о Гладиславе живёт у нашего народа уже двадцать с половиной тысячелетий. В вашем летоисчислении это будет пятьдесят тысяч лет. Была такая целительница. С самых юных лет она от других людей отличалась. Во времена те и у нас войны шли бесконечные, помутнение какое-то народом овладело, вот и воевали. Так вот, выходила Гладислава на поле сражения и исцеляла павших воинов, ставила на место руки, ноги и головы отрубленные, к жизни возвращала, но воины ожившие знали уже только одного воеводу - Гладиславу. Ни один князь или воевода ничего поделать с этим не мог, да и с Гладиславой совладать никто не решался, от пронзительного взгляда Гладиславы самый храбрый воин как бревно замирал, да так и стоял, пока Гладислава на него с добротой не глянет. Вот и представьте себе, как сражение происходило в присутствии Гладиславы. Сошлись две рати, убивают друг друга. Павшим Гладислава жизнь возвращает, и они за ней становятся. Наконец сражение закончилось. Осталась малая кучка победителей, которая побивается войском Гладиславы. Вот и конец битве, сошлись в сече две княжеских рати, а покинуло поле битвы одно войско Гладиславы. Кому при таком раскладе воевать захочется. Жаль у ваших предков своей Гладиславы не оказалось, - закончил Всеволод свой рассказ. - Давайте мы на сегодня расстанемся, - обратился он к собравшимся людям, - устал я, работа целителя тяжелее, чем работа воина, до завтра.
   Всеволод направился в сторону летающей тарелки. Присутствующий при рассказе народ, переговариваясь между собой, двинулся за ним. Тачкин и Виноградов пропустили это шествие, и пошли следом неторопливым шагом. Шли молча, затем Тачкин, как бы выйдя из задумчивости произнёс: "Знаешь Григорий Андреевич, мне сейчас впервые в жизни стыдно стало". Генерал глубоко вздохнул. Дальше собеседники шли молча.
   Из задумчивого молчания Тачкина и Виноградова вывел раздавшийся сзади голос капитана Никандрова: "Смотрите, тарелка улетает". Офицеры подняли головы вверх и увидели, как медленно поднимающаяся тарелка достигла высоты метров пятьдесят, а затем стремительно и беззвучно, превратилась в маленькую точку, а затем совсем растворилась в небе. Висевшая до этого неподвижно в небе вторая летающая тарелка исчезла вслед за ней.
   Время перевалило за полдень. Народ, о чём-то переговариваясь, расходился по своим делам. К молча стоявшим возле здания агрофирмы, Тачкину и Виноградову, подошла нестройная группа бойцов ОМОНа и СОБРа.

163

   Возглавлявшие их подполковник Быков и майор Собчак увидев генерала представились ему и отдали честь.
   - Ну, как дела у воскресших, - спросил их генерал.
   - Если с точки зрения самочувствия, то действительно как заново родились, - ответил Быков, - а если с точки зрения морали, то ощущение такое, что как будто в дерьмо окунули.
   - Вполне разделяю твои чувства подполковник, - ответил генерал и замолчал.
   - Привет, Виноградов! - повернулся Быков к Виноградову.
   - Здравия желаю! Товарищ подполковник! - неприязненно ответил Виноградов.
   - Да не дуйся ты! - дружелюбно обратился к нему Быков, - я сейчас сам на себя смотреть не могу, особенно после того, как узнал, что произошло после того, как мы недоумки, на Всеволода набросились. Ты мне лучше скажи, у меня шестерых бойцов нет и у Игоря четверых нет, где они? И техника наша где?
   - Трое ваших в больнице лежит, двое бойцов временно у нас в РОВД разместили, у них лёгкая контузия была. Пятеро в морге, извини, по памяти фамилии назвать не могу. Шесть "Уралов" на ходу, их скоро сюда пригонят, два БТРа у нас в РОВД стоят и ещё один БТР похоже живой, но с ним сам понимаешь, никто не разбирался. Остальная техника там, где вы её оставили. Время есть сходите, посмотрите.
   - Вот чёрт! - воскликнул Быков и, обращаясь к своим бойцам, сказал, - мужики, у нас пятеро ребят погибло.
   ОМОНовцы и СОБРовцы, до этого весело о чём-то разговаривающие, стянули с голов береты и замолчали.
   - Товарищ генерал! - обратился к Тачкину Быков, - ну хоть Вы скажите, отчего такое происходит? Прилетают к нам нормальные люди, не чета нам, с дружбой прилетают. Что же мы, как скоты какие-то, кидаемся на них, своих гробим, ради чего?
   - Это что, подполковник, вопрос или констатация факта, - вопросом на вопрос ответил Тачкин, - зачем ты на инопланетян кидался?
   - Я приказ выполнял, - поникшим голосом ответил Быков.
   - Спрятался ты за приказ, как и все здесь присутствующие, кроме капитана Виноградова и троих милиционеров, которые показали, что они люди, а не оловянные солдатики, дурацкие приказы выполняющие, вот тебе и ответ на твой вопрос. Я тебя не осуждаю, я сам до сегодняшнего дня тоже занимал соответствующую нишу в коробке для оловянных солдатиков, - сказал генерал и замолчал прислушавшись.
   Постепенно нарастающий гул извещал о том, что к Зелёной Горке подлетает вертолёт. Минут через десять из-за макушек деревьев появился зелёный МИ-8. Сделав круг над селом он плавно приземлился на площади, возле здания правления агрофирмы подняв облака пыли. Открылась дверь, из двери показался трап, за тем по трапу из вертолёта выскочил офицер удерживающий рукой фуражку на голове. Он подбежал к Тачкину и стараясь перекричать рёв двигателей передал генералу приказ Сидорчука о немедленном прибытии в "контору". Генерал отыскал глазами капитана Никандрова и махнул рукой в сторону вертолёта. Никандров с разведчиками спешно начали загружать в вертолёт имущество и оружие. Через пять минут вся группа капитана Никандрова уже находилась в вертолёте. Генерал Тачкин пожал руки

164

   Виноградову, Быкову и Собчаку и слегка наклонившись вперёд, быстрым шагом направился к вертолёту. За ним, также удерживая фуражку на голове устремился офицер связи. Через минуту вертолёт взмыл в воздух, а через пять минут о нём напоминала только клубившаяся по селу пыль да группа детворы и молодёжи, следившая за историческим событием. Вертолёт в Зелёной Горке прилетел первый раз за более чем тысячелетнюю историю села.
  
   Капитан Виноградов направился к стоящей неподалёку "Волге", обернувшись к Быкову он спросил: "Если кому надо побыстрее в райцентр, могу троих подбросить, "Уралы" будут минут через сорок.
   - Лейтенант Петрухин, - крикнул Быков, - с капитаном Виноградовым, в райцентр, на опознание.
   - Лейтенант Кириченко, - раздался голос Собчака, - вперёд вместе с Петрухиным, на опознание.
   Полученный приказ лейтенантам крайне не понравился, но на то он и приказ, чтобы не нравиться и они понуро поплелись за Виноградовым. Через минуту "Волга исчезла за поворотом.
   - Так, громким голосом произнёс Быков, - Петров, Драницын топайте в село, там наше бывшее оружие в виде шара лежало, найдите его, да с местными мужиками переговорите, как нам его в "Урал" затащить и закрепить, в нём весу, как я полагаю килограмм сто - сто пятьдесят будет. Отчитываться всё равно придётся, что мы оружие врагу не оставили и бандитам не продали.
   Повернувшись к Собчаку, он сказал: "Игорь, пошли с ними пару человек, а мы пойдём смотреть, что с нашей техникой стало". Вслед за Быковым спецназовцы двинулись на окраину села.
  
   Получив доклад от Тачкина, генерал Сидорчук немедленно позвонил начальнику генерального штаба и был немедленно приглашён для доклада. Едва он вошёл в приёмную, как выскочивший из-за стола адъютант, не обращая внимания на сидевщих в приёмной офицеров и генералов, открыл перед Сидорчуком дверь и произнёс: "Вас ждут".
   Войдя в кабинет, Сидорчук увидел поднимающегося ему навстречу начальника генерального штаба. Нетерпение читалось как в выражении лица генерала Сонькина, так и в его движении и жестах.
   - Здравия желаю! Товарищ генерал, - поздоровался Сидорчук.
   - Здравствуй, здравствуй, Сергей Петрович, - нетерпеливо поздоровался Сонькин, - давай, не тяни, присаживайся, - при этом Сонькин указал генералу на кресло, - рассказывай.
   - Получено донесение от генерала Тачкина, - начал Сидорчук, усаживаясь в кресло, - факт приземления летающей тарелки он подтвердил, факт непроницаемого для оружия защитного поля он тоже подтвердил. Причастность инопланетян к избиению спецназа МВД он отрицает. Вся эта заваруха произошла по вине генерала Баклушина, вздумал в атаку пойти как в сорок первом под Москвой, несмотря на то, что его об этом предупреждал капитан Виноградов из местного РОВД. Кстати, генерал Тачкин очень хвалил этого Виноградова за содействие и ходатайствовал о поощрении.
   - Хорошо, - ответил Сонькин, что-то чиркнув в лежащем на столе блокноте, - продолжай.

165

   - Что касается этих инопланетян, - продолжил Сидорчук, - прибыли они из какого-то Большого Круга нашей галактики, с планеты Ариана. Внешностью не отличаются от нас, разговаривают на нашем языке и говорят, что являются нашими дальними родственниками. Залетели они к нам попутно, летят они куда-то далеко по своим делам. Они ждут открытия какого-то окна в космосе, а чтобы время зря не терять, решили за нами понаблюдать. Уровень развития у них совершенно другой, гораздо выше нашего. Тачкин говорит, что мы для них не противники, при желании они могли бы завоевать Россию за один день, а весь мир за три дня. Все наши вооружения они оценивают как детские игрушки. Говорят, что мы абсолютно беззащитны, и в состоянии только друг друга убивать. Ещё они сказали очень интересную вещь, оказывается на Земле мы не одни. На Земле, а вернее в воде живут некие моряне, так вот, у этих самых морян и летающие тарелки есть и разное там сверхоружие и другие вещи, о которых мы и не мечтали. Но моряне эти нас недолюбливают.
   - А что мы им плохого сделали и почему именно нас? - спросил Сонькин.
   - Ну, нас это в смысле всё человечество, а не любят по причине того, что живут они в воде, а мы эту воду загрязняем, - ответил Сидорчук.
   - А эти - моряне для нас не опасны? - спросил Сонькин.
   - Ну, наверное, они могли бы нас ликвидировать, чтобы воду не пачкали, - ответил Сидорчук, - но по словам инопланетян, нашей вселенной управляют некие богги, так вот эти богги самоуправства не допускают. Правда, двести лет тому назад они на нас рукой махнули.
   - Это почему? - заинтересованно спросил Сонькин.
   - Вроде как ценности мы никакой для вселенной не представляем, - ответил Сидорчук и продолжил, - теперь нас защищают только ариане, по родственному, как я понимаю. Но уже и у них, их правительство рассматривает вопрос об отмене этой охраны. Исходя из того, что в этой Зелёной Горке произошло, наверное, и они на нас рукой махнут. Лично мне, Фёдор Васильевич, кажется, что это очень серьёзное предупреждение, если отбросить всю раздутую нами шелуху о том, что мы цари природы и покорители вселенной, а задуматься и понять, что дети мы малые в этой самой вселенной, которая, наверное, и называется - Вселенная, потому, что густо заселена. При таком раскладе, мы - клоуны во вселенной. Значит нечего там, в Зелёной Горке, больше экспериментировать, а надо направлять туда президента и пусть он с ними общается на высшем уровне. Ещё инопланетяне просили Телегина передать начальству, чтобы мы глупостей с самолётами не устраивали. Короче военный этап операции надо немедленно завершать и направлять туда политиков. У меня всё.
   - Та-а-а-к, - задумчиво протянул Сонькин, - ну а какое у них оружие и на что оно способно?
   - Это выяснить не удалось, - ответил Сидорчук.
   - Ну, а пробить эту защиту мы можем, чем нибудь?
   - Скорее всего - нет.
   - Ну, а если они такие сильные и храбрые, почему они за этой защитой прячутся?
   - Не знаю.
   - Та-а-а-к, - протянул Сонькин, - значит, реальных данных о вооружениях инопланетян мы не имеем.

166

   - Товарищ генерал армии! - вставая, обратился Сидорчук к Сонькину, - не о том надо думать. Надо договариваться с ними о сотрудничестве, а не в военные игры играть.
   - Товарищ генерал-лейтенант! - с кирпичом в голосе, который он считал сталью, Сонькин обратился к Сидорчуку, - не надо меня учить, о чём мне думать, разведка произведена - весьма неудовлетворительно. Мне идти на доклад к министру обороны, по сути, не с чем. Вы - свободны.
   Подчинённый выполнил свою работу и теперь с ним можно не церемониться.
   Сидорчук развернулся и пошёл к выходу не глядя на Сонькина, удивляясь сам себе, что ожидал разумного мышления от этого лизоблюда и дурака, ставленника Дубины.
   Когда дверь за Сидорчуком закрылась, Сонькин вернулся на своё место, глубоко вздохнул и поднял трубку телефона. Услышав голос Дубины, Сонькин сказал:
   - Товарищ министр обороны! Предварительные разведданные об инопланетянах получены.
   - Давай мухой ко мне, - ответил министр Дубина, - обсудим сначала между собой эту проблему и поедем на доклад к премьеру.
   Через тридцать минут Сонькин переступил порог кабинета министра обороны.
   - Здравия желаю! Товарищ министр обороны! - громко поприветствовал Дубину.
   - Ладно, - ответил министр, - кончай эти ваши военные заморочки, докладывай по делу. Проходи, садись.
   Сонькин не очень уверенными шагами прошёл через огромный кабинет министра, по направлению к указанному креслу и осторожно сел.
   - Ну, слушаю, - произнёс министр.
   - Значит так, - начал Сонькин, - то, что в Зелёной Горке ежедневно приземляется летающая тарелка - это факт, что инопланетяне используют какую то нам неизвестную защиту - это тоже факт. Своё оружие они не демонстрировали, и демонстрировать отказываются. Находятся они у нас как бы сказать - проездом. По-видимому, они имеют сильное гипнотическое воздействие на наших людей, отсюда и всеобщая поддержка населения и посланные мной разведчики ГРУ, тоже попали под их влияние, болтают о мирных переговорах. Хотя эти инопланетяне пытаются воздействовать и на руководство страны, внушая мысль, что оккупировать Россию, они могут за один день. Нашу армию они характеризуют как детский сад, а наше оружие называют детскими игрушками. Кроме того, они заявляют, что они нас до настоящего времени охраняют.
   - От кого это они нас охраняют? - прервал доклад начальника генерального штаба Дубина.
   - Говорят, от инопланетного нападения, - ответил Дубина.
   - Говорят, говорят, - недовольно пробурчал Дубина, - а факты где?
   - Какие факты? - переспросил Сонькин.
   - Ну, что на нас нападают какие-то там пришельцы, а эти нас охраняют. Я ничего подобного пока не видел. А ты видел? - спросил он Сонькина.
  

167

   - Н-у-у-у, я сам лично не видел..., - начал было Сонькин, но Дубина его прервал.
   - И никто не видел, а раз никто не видел, то всё это трёп.
   - Но то, что они есть, это факт, - попытался возразить Сонькин.
   - Факт это то, что есть какая-то летающая тарелка и летают в ней ушлые ребята, обладающие гипнозом, и есть у них какая-то электрическая сетка-рабица, которой они ваших бравых вояк пугают. Но не факт что всё это имеет космическое, а не земное происхождение. Может какие-то яйцеголовые у нас это всё придумали и теперь пытаются давить на правительство. Можешь ты это отрицать, я тебя спрашиваю.
   - Ну, полностью это я отрицать не могу ..., - начал было Сонькин, но Дубина его прервал.
   - А раз не можешь, значит твоё хвалёное ГРУ ни хрена не узнало ничего толкового. Что ещё можешь сказать?
   - Ещё эти инопланетяне сказали, что на Земле живут какие-то моряне, они живут в воде и у них тоже есть летающие тарелки, - сказал Сонькин.
   - Эта сказка кочует с тех времён, когда якобы кто-то американцев у Анктартиды потрепал, - ответил Дубина, - но, сколько полярников в Антарктиде не побывало, никто ничего не видел. Ну, у тебя всё?
   - Ещё, через генерала Тачкина, инопланетяне просили передать начальству, чтобы мы глупостей с самолётами не устраивали, - придавленным голосом произнёс Сонькин.
   - Ну теперь всё понятно, - радостным голосом провозгласил Дубина, - едем к премьеру!
   Министру Дубине всегда и всё было понятно, особенно в вещах, весьма далёких от его понимания. Жаль, конечно, что вероятный противник подобных Дубин к руководству не допускает, в противном случае уже давно бы все армии мира разбежались бы по материальной нужде и моральной несостоятельности. В результате все мировые сражения документировались бы только в полицейских сводках и милицейских отчётах.
  
   Ровно в четырнадцать часов Дубина и Сонькин переступили порог кабинета премьер-министра в загородной резиденции.
   - Здравия желаю! Товарищ премьер-министр! - поприветствовал премьера Сонькин, от чего премьер поморщился.
   - Здравствуйте, - произнёс Пудрин, - проходите, присаживайтесь.
   Когда вошедшие уселись на указанные им места, премьер сказал:
   - Я вас внимательно слушаю.
   - Значит так, - начал Дубина, - всё, что наша разведка смогла узнать, выглядит так. В селе Зелёная Горка Мстовского района Старогородской области действительно утром прилетает, а вечером улетает летающая тарелка. После посадки они устанавливают какой-то электрический забор, от которого по докладу военных отскакивают пистолеты, автоматы и выпущенные по этому забору пули. Люди, которые выдают себя за инопланетян, по-видимому, хорошие гипнотизёры, так как они внушают всем, что они сверхчеловеки, и могут завоевать Россию за один день, а вся наша армия - детский сад с игрушечными пистолетами. Что бы завоевать симпатии местного населения они утверждают, что именно они охраняют нашу планету от каких то

168

   инопланетных посягательств. Кроме того, они внушают сказки о том, что на Земле живут ещё какие-то морские жители, которые летают на летающих тарелках. Я считаю это бредом. Скорее какая-то группировка рвущаяся к власти, получила в своё распоряжение летающую тарелку и электрический забор, сделанные какими-то народными умельцами и теперь пытается перейти к шантажу правительства.
   - А как они общаются с местным населением? - спросил премьер.
   Дубина взглянул на Сонькина. Тот произнёс: "На русском".
   - Вот видите? - подхватил Дубина, - похоже, нас дурачат.
   - Ну, а Вы что скажете, Фёдор Васильевич? - обратился премьер к Сонькину.
   - По докладу генерала Тачкина, лично побывавшего в районе приземления летающей тарелки и беседовавшего с инопланетянами, они прилетели с планеты Ариана, какого-то Большого Круга, таких названий в нашей астрономии нет. Инопланетяне заявляют, что они у нас проездом, а пока есть время решили посмотреть, как мы тут живём.
   Оружие своё они не показали, но сказали, что его вполне достаточно, что бы завоевать всю Землю за три дня. Ещё они заявляют, что являются нашими дальними родственниками, но отзываются о нас весьма не лицеприятно. Через генерала Тачкина они передали, чтобы мы глупостей с самолётами не устраивали.
   - И что это означает? - спросил премьер.
   - Не могу знать! - ответил начальник генерального штаба.
   - Я могу знать, - вмешался в разговор Дубина, - боятся они этого самого авиационного удара.
   - Итак, подведём итоги, - сказал Пудрин, - что у нас имеется.
   - Есть летающая тарелка, - встрял в разговор Дубина, - но неизвестно её происхождение.
   - Есть инопланетяне, - продолжил Пудрин, - но неизвестно, кто они, пришельцы или наши доморощенные умельцы. В любом случае надо с ними познакомиться.
   - Есть электрозабор, - подсказал Сонькин, - нам бы не мешало иметь его на вооружении, тогда и армию и пограничников можно будет сократить в четыре раза.
   - Неизвестно, как этот забор себя поведёт, когда в него попадёт не пуля, а к примеру снаряд или ракета, - многозначительно заметил Дубина.
   - Какие будут предложения? - спросил премьер, - обращаясь к Сонькину.
   - Я собственно ..., - замямлил Сонькин, но его прервал Дубина.
   - Я предлагаю дать команду главкому ВВС нанести воздушный удар по этой летающей тарелке. Вот тогда всё станет ясно. Если авиация её раздолбит, то она попадёт к нам в руки вместе с этими "инопланетянами" и этим хвалёным электрическим забором. Ну, а если не раздолбит, то Михаил Михайлович, придётся, видимо Вам, вступать с ними в переговоры. Не думаю, что до этого дело дойдёт, но как вариант будем иметь ввиду.
   - Да, но в этом селе могут пострадать люди, - заметил премьер.
   - Когда генерал Сидорчук докладывал результаты разведки, - вступил в разговор Сонькин, - то упомянул исполняющего обязанности начальника Мстовского РОВД капитана Виноградова, охарактеризовав его как очень толкового человека. Этот Виноградов знает всё, что там творится. Вот ему

169

   можно и поручить эвакуировать население, под предлогом проведения учений.
   - А что бы ему лучше работалось, - встрял в разговор Дубина, - надо прислать ему приказ о назначении и приказ на майора или досрочно подполковника. Пусть тогда отрабатывает. И за людей тогда будет, кому отвечать.
   - Хорошо, - произнёс Пудрин, - поставьте задачу главкому ВВС о нанесении удара по неопознанным летающим объектам. Только я вас обоих очень прошу, всё должно быть сделано очень аккуратно. Значит, удар должен быть нанесён завтра в десять часов утра. Ну, а с Иваном Каримовичем я сейчас переговорю насчёт этого Виноградова. Ещё раз обращаю ваше внимание, всё должно быть сделано очень аккуратно.
   - Не волнуйтесь, Михаил Михайлович, будет нанесён точечный удар, - заверил премьера Дубина.
   - Ну, ладно, с богом, - сказал Пудрин, - я на вас надеюсь. Больше не задерживаю.
   Дубина и Сонькин вышли из кабинета, прошли без остановки через кордон многочисленной охраны премьера и двинулись на автостоянку.
   - Кто должен отдавать приказ главкому ВВС? - спросил Дубина.
   - Вы, товарищ министр обороны, - ответил Сонькин.
   - Ладно, - недовольным голосом произнёс Дубина, - приказ я отдам, а за разными там уточнениями, я его к тебе отправлю. Скажешь ему кого, где и как бомбить. Понял?
   - Так точно! - ответил Сонькин, поняв, что все шишки в случае неудачи абсолютно гарантированы лично ему.
   - Да! Этого генерала спецназа, Тачкина кажется, отправь обратно в Зелёную Горку. Пусть наблюдают и собирают данные на инопланетян. Мне надо знать их реакцию на нашу авиацию.
   - Есть! - ответил Сонькин.
  
  
  

Глава восьмая

   Смутные слухи об инопланетянах и летающих тарелках, якобы появившихся в Зелёной Горке, блуждавшие по Старогороду, старогородские журналисты как ни странно, пропустили мимо ушей. Как авторитетно выразился по этому поводу главный редактор "Старогродской Правды" Максим Аполинарьевич Жульнов, слухи распускаются зеленогорцами для получения прибыли. Едут же туристы посмотреть на несуществующее Лох-Несское чудище, так почему зеленогорцам не подработать на желающих посмотреть на несуществующие летающие тарелки. Опыт у зеленогорцев уже есть, к лечебно-чугунному Феликсу Дзержинскому народ едет постоянно, но этого им видимо показалось мало. Опровергать авторитет Жульнова, пользующегося большим авторитетом в журналистских кругах, желающих, не нашлось, поэтому ранее описанные события в областной прессе своего отражения не получили.
   Но если и можно пропустить мимо ушей слухи об инопланетянах, то пропустить движение военной колонны в сторону Зелёной Горки и движение колонн с убитыми и ранеными в обратном направлении для журналистов

170

   районной газеты с устрашающим названием "Мстовское время"*, было уже невозможно. В связи с этим вся редакция "Мстовского времени" во главе с главным редактором Игорем Владимировиче Лясовым была мобилизована на сбор информации. Для сбора информации непосредственно в Зелёной Горке, выбор пал, при полном отсутствии конкуренции, на Владика Круглова. Работу свою Владик любил, то, что он едет туда, откуда привезли десятки трупов, его не смущало, и в отличие от своих коллег по редакции, Владик особого страха не испытывал. Самое сильное чувство, которое испытывал Владик Круглов в настоящий момент, было страстное любопытство и поэтому редакционная "Нива", ловко объезжая колдобины и ухабы несла Владика Круглова навстречу неизвестному.
   Подъезжая к Зелёной Горке, Владик увидел скопище покорёженной и обгоревшей техники. Остановив "Ниву" на обочине, Владик вышел ил машины и, прихватив с собой фотоаппарат, направился осматривать место боевых действий. Увиденное, Владика потрясло. Искорёженные машины, разбросанные окровавленные бинты и перевязочные пакеты, какие то окровавленные тряпки, разбросанные бумаги выглядели устрашающе. Пощёлкав затвором фотоаппарата, Владик вернулся к "Ниве". Он закрепил на лобовом стекле табличку "Пресса" и переложил из нагрудного кармана в карман куртки редакционное удостоверение, предвидя объяснения с милицейским оцеплением. Он ещё раз взглянул на место побоища и, вздохнув, продолжил свой путь. "Нива" въехала в село, но никакого оцепления Владик не обнаружил. Проехав по пустынным улицам, Владик, наконец, увидел большую толпу народа возле живописных развалин бывшего храма. Остановив машину, Владик ещё раз огляделся, ища взглядом милицию, но, так и не увидев, вышел из машины. Подойдя к толпившимся людям, Владик поздоровался и спросил:
   - Что тут у вас происходит?
   - У нас ничего, - ответил стоящий рядом мужик.
   - А машины побитые, а кровища кругом, это откуда? - спросил Владик.
   - Это милицейский генерал решил с Всеволодом повоевать, вот и повоевал на свою голову, - ответил мужик.
   - С каким это Всеволодом? - спросил Владик, чувствуя, что держит сенсацию за хвост.
   - Да ты что, ничего не знаешь, - уставился на него мужик, - ты откуда такой?
   - Я из райцентра, - ответил Владик, - а что я должен знать?
   - Что, что, - передразнил его мужик, - гости к нам прилетели из космоса, - а наши дураки с ними повоевать решили, вот и погубил этот генерал-дурак милицейский ребят ни за что ни про что.
   - А кто такой Всеволод? - спросил Владик.
   - Всеволод, это воевода ихний, - ответил мужик.
   - А кто они такие? - спросил Владик, - Всеволод, воевода, уж больно всё по-нашему звучит.
   - Так они и говорят, что они наши родственники, только арианами себя зовут, с планеты Арианы они прилетели, с добрыми намерениями, - ответил мужик.
   - Ничего себе, добрые намерения, - возразил Владик, - сколько они народу перебили.
  
   * Мста (старославянск.) - месть. Иными словами "Время мести", правда, в связи полным отсутствием интереса к родному языку, об этом мало кто догадывался.

171

   - Никого они не били, - ответил мужик, - зная о наших дуризмах, они поле защитное установили, от оружия оно защищает, вот с этим полем, генерал-дурак и повоевал, да и сам пулю в лоб заработал.
   - А я вот ехал, никакого поля не видел, - ответил Владик.
   - А оружие у тебя есть? - спросил мужик.
   - Откуда? - вопросом на вопрос ответил Владик.
   - Потому и не заметил, - наставительно сказал мужик, - а было бы, так ты бы это сразу заметил.
   - Ну и где же эти инопланетяне? - спросил Владик.
   По обернувшимся в его сторону нескольким десяткам улыбающихся лиц, Владик понял, что ляпнул что-то не то и вопросительно посмотрел на улыбающихся людей.
   - Становись вот, - сказал мужик, показывая на лежащий возле стены храма кусок отвалившейся кладки, - давай подсоблю.
   Владик, опираясь на руку мужика, взобрался на кусок кладки, взглянул поверх голов собравшегося народа и остолбенел. Окружённая полукругом собравшихся людей, на площади стояла летающая тарелка, а возле неё в блестящих с зеленоватым отливом скафандрах стояло трое инопланетян. Выйдя из ступора, в который Владик вошёл от увиденного, он достал фотоаппарат и навёл визир на летающую тарелку. В визире стоял народ, но никакой летающей тарелки в нём не было. Владик оторвал взгляд от визира и глянул вперёд, летающая тарелка стояла на месте. Проделав ещё ряд манипуляций с фотоаппаратом, и не добившись никакого результата, Владик понял, перед ним настоящие инопланетяне, и летающая тарелка у них настоящая, и слухи об инопланетянах не слухи, а самая настоящая, правда. Владик вспомнил ироничные высказывания своих коллег по редакции по поводу слухов об инопланетянах и обозвал в душе себя и их самовлюблёнными козлами с болезненным самомнением.
   - Слушай, - обратился он к мужику, спрыгнув вниз, - а поговорить с ними можно?
   - Иди и говори, кто тебе не даёт, только руки не протягивай, а то ноги протянешь, - мужик засмеялся, - здороваются они так, - сказал мужик, - приложив руку к груди.
   Не совсем веря сам себе, Владик двинулся сквозь толпящийся народ в сторону инопланетян и летающей тарелки. В каком бы возбуждённом состоянии Владик не находился, но он заметил необычность поведения собравшегося народа. Во-первых, совершенно не было пьяных. Во-вторых, никто никуда не рвался и никого не отпихивал. В-третьих, не видно ни одного грустного и безразличного лица. Такие лица, да и то не все Владик видел только раз, когда в райцентр приезжала группа "Пижама" из Москвы. Продвигаться по направлению к летающей тарелке Владику никто не мешал. Владик тоже старался никого не толкать. Он прошёл через толпу и остановился в пяти шагах от глядящего на него с любопытством инопланетянина. Вспомнив про приветствие, Владик приложил руку к груди и почему-то поклонился. Инопланетянин ответил таким же приветствием, но без поклона.
   - О чем Владислав хочешь спросить? - обратился к Владику инопланетянин.
   Владик оторопел. Откуда инопланетянам известно его имя? Из оторопи его вывел голос инопланетянина.

172

   - Не ломай голову, Владислав, я всё о тебе знаю, даже о том, что ты в глубине души скрываешь, - инопланетянин усмехнулся, - о клевете на людей, например, за которую тебе платят и о рассказах выдуманных, которые ты за правду выдавал, а ведь слово тоже оружие, так Владислав?
   Владик остолбенело, уставился на инопланетянина, слова застыли у него в горле. Инопланетянин шагнул к Владику и положил ему руку на голову. Глаза Вадика закрылись.
   - Давай-ка я тебе голову прочищу, от этого польза будет не только для тебя, сказал он.
   Туман, окутавший Владика, во время этой процедуры рассеялся. Владик открыл глаза. Инопланетянин стоял перед ним и улыбался. Владик ощутил необыкновенную лёгкость, как в голове, так и во всём теле. Даже нервный тик, заставлявший постоянно дёргаться веко левого глаза, появившийся после того, как в подъезде своего дома Владика избили герои его очередного репортажа, исчез.
   - Какие чувства испытываешь? - спросил его инопланетянин.
   - Стыд, - смущённо ответил Владик.
   - Это полезное чувство, - сказал инопланетянин с усмешкой, - у твоих соотечественников оно редко встречается.
   - Что да то да, - согласился Владик, - только меня, похоже, с этим чувством с работы выгонят, журналист со стыдом и совестью это нонсенс.
   - Скажи, Владислав, почему ты, народный осведомитель, речь свою инородными словами перемежаешь? - спросил инопланетянин.
   - Ну как сказать, - неуверенно ответил Владик, - за иностранными словами смысл спрятать можно, скажешь кому нибудь, что его поведение - нонсенс, человек не обидится, а скажешь по русски - нелепица, приобретёшь врага. Назовёшь жулика - бизнесменом, всё нормально, а назовёшь - деловым человеком или делягой, по судам затаскают. Или вот, репортаж, извиняюсь, обзор, ведёшь по криминальной, извиняюсь, преступной, тематике, извиняюсь направлению. Если напишешь, что судят киллера, то всё в порядке вещей, а напишешь наёмный убийца, убивающий за деньги, то адвокаты, извиняюсь, платные защитники преступника, самого по судам затаскают за давление на суд. Это у нас традиция такая, стыдливо смысл за иностранными словами прятать, а если кто начнёт вещи своими именами называть, неприятности ему гарантированы, то есть обеспечены.
   - А ты - Владислав, как к этому относишься? - спросил инопланетянин.
   - Не знаю, что Вы со мной сейчас сделали, но, похоже, буду готовиться к неприятностям, - ответил Владислав.
   - Думаю, осилишь, - ответил инопланетянин, - драться ты хорошо умеешь.
   Владислав решил, что довольно удивляться знаниям инопланетянина о своей персоне, то есть личности и пора перейти к вопросам для осведомления народа Мстовского района о происходящих событиях.
   - Скажите, Всеволод, - Владислав вопросительно взглянул на инопланетянина, тот утвердительно кивнул головой, как Вы относитесь к тому, что здесь произошло? - указывая в сторону окраины села, где стояла побитая техника.
   - Как можно относиться к полной глупости и безответственности воеводы и тех властителей кто его сюда послал, - вопросом на вопрос ответил Всеволод.
  

173

   - Как Вы думаете, после случившейся трагедии, извиняюсь, бедствия, наши власти вступят с Вами в переговоры?
   - Думаю, что вступят, - ответил Всеволод, - но перед этим сотворят ещё пару-тройку глупостей, наследие у вас такое, воевать с друзьями и дружить с врагами.
   - Скажите, Всеволод, я правильно понял, что Вы знаете о нас гораздо больше, чем мы сами о себе? - спросил Владик.
   - Это верно, - ответил Всеволод, - но ты правильно вывел, что мы не дружим с ложью, поэтому не теряй время и задавай свои вопросы.
   Владик благодарно взглянул на Всеволода, избавившего его от поиска дипломатических, то есть хитроумных фраз и, уверовав в то, что такого источника информации в этой жизни он больше не встретит, набрал побольше воздуха в лёгкие, с силой выдохнул и начал:
   - Бог есть?
   - Выдуманных вами богов, которых некоторые побаиваются - нет. Великие Богги - властители Вселенной - есть. Боггов - тройные тысячи. Что понимают богги под высшей силой - это и для нас - тайна.
   - Были ли богги на Земле?
   - Да, были, и ваши предки благодарно поклонялись им до тех пор, пока проатлантами созданное христианство силой не вытерло их имена и заслуги из памяти народа.
   - А могут ли богги нам снова помочь?
   - Нет, богги отвернули свой взгляд от вас, ибо вы этого не достойны.
   - Не буду спрашивать почему, - смущённо пробормотал Владик, - это и козе понятно, но есть ли у нас выход?
   - Выход есть всегда, - с улыбкой ответил Всеволод, - вопрос только в том, успеете ли вы до него добраться.
   - Это путь научного развития?
   - Это один из путей, но по нему вы уж точно никуда не успеете.
   - Почему?
   - Хотя бы потому, что самым тяжёлым трудом совершенствуя плот, никогда не построишь ладью и не переплывёшь океан.
   - А при чём тут плот?
   - Минуло половина столетия с тех пор, как вы в утлой скорлупке забросили живое существо за пределы воздушной оболочки Матери Сырой Земли, и что же изменилось за это время? Ровным счётом ничего. Те же утлые скорлупки вертятся вокруг земли, полёт этих скорлупок за пределами планиды вызывает уважение у части вселенского сообщества к тем, кто, рискуя жизнью, долетел до Луны. Даже помогли им вернуться, ибо после злой шутки ящеров, вряд ли бы они, когда-нибудь снова ступили бы на Мать Сыру Землю. Но эти полёты вызывают неуважение к тем, кто посылает на погибель этих смельчаков. Поэтому и отругали вас при посещении Луны как детей неразумных, решивших переплыть море на надувной подушке. Летать во вселенной нужно в звездолётах, а не в скорлупках. Но звездолёты вы не создаёте. Так же, как уже несколько десятилетий ваши повозки ладьи и самолёты должны питаться водой. Вы же продолжаете сжигать почвенное масло*, о котором будете
  
   * Нефть (турецк.).

174

   проливать горючие слёзы по прошествии нескольких десятилетий, когда научитесь делать из него материалы, в тысячи раз прочнее широко используемой вами стали и недоступные рже.
   - Но наши учёные работают над всеми этими проблемами и делают научные открытия, - попытался слабо возразить Владик.
   - Как показывают наши исследования, на одного вашего учёного или розмысла приходится до полутора сотен самозванцев, считающими и объявляющими себя учёными и розмыслами. Ради того, чтобы показать окружающим свою значимость в науке, они делают то, что больше напоминает игры маленьких детей с огнём. Нельзя идти безоглядно в глухой лес, не проторив себе обратную дорогу. Но именно так поступает ваша наука, поставившая человечество на Матери Сырой Земле на грань вымирания, а слабые голоса людей, призывающих одуматься, почти не слышны. Мало открыть какое либо явление, его ещё необходимо понять, надо уяснить его место в окружающем мире, надо познать, как оно управляется. Вы же случайные открытия объявляете научными победами, не поясняя кого над кем или над чем, очередной раз бежите в дремучий лес, не зная обратной дороги.
   - Что верно, то верно, - произнёс Владик, - а что делать? Наука - вещь не предсказуемая. То нет ничего, а то раз и открыли. Как этим можно управлять?
   - В любом уважающем себя обществе, - с усмешкой произнёс Всеволод, - наука замышляема, предсказуема и управляема. Если наука живёт сама по себе, то общество, частью жизни, которого является наука, тоже не управляемо, а любое неуправляемое или дурно управляемое общество обречено на погибель.
   - Кто же должен управлять наукой, если не сами учёные? - недоумённо спросил Владик.
   - Наукой должно управлять общество, - ответил Всеволод, - если общество разрушено или немощно, то наукой должна управлять правящая верхушка государства, если правящая верхушка на это не способна, то должен управлять правитель. Если и он на это не способен, то общество должно найти в себе силы вновь стать народом, если нет, то можно больше не морочить голову управлением наукой, жизнь этого общества угасает и оно обречено.
   - Ну, а может ли, к примеру, возглавить общество искусственный интеллект, свободный от пороков человечества? - задал каверзный вопрос Владик, вопрос, горячо обсуждаемый среди представителей круга общения Владика и его коллег.
   - Не может, - как-то равнодушно ответил Всеволод и взглянул на Владика в ожидании следующего вопроса.
   - Почему? - спросил Владик, удивлённый такой слабой реакцией Всеволода на такой широко обсуждаемый в обществе вопрос.
   - Искусственным разумом, как и наукой надо руководить, - ответил Всеволод тоном, каким взрослые объясняют детям прописные истины, - а если кто-то додумался поручить искусственному разуму, управлять своим обществом, то, прежде всего, он должен ответить на вопрос, зачем искусственному разуму нужно это общество?
   - Ну-у-у, - невнятно начал Владик, - общество будет обеспечивать этот искусственный разум ресурсами, а искусственный разум будет управлять всем обществом.
  

175

   - И будет давать человечеству советы, как более успешно обеспечивать его, искусственного разума потребности, средствами существования, - с издёвкой продолжил Всеволод.
  
   Владику как-то сразу стала понятна вся глупость самой идеи управления человечеством неким искусственным разумом. Никому во всей вселенной это человечество не нужно более, чем самому себе. И никакой искусственный интеллект не будет думать о пользе человечества, если им, этим искусственным интеллектом не будет управлять само человечество, при том, как выразился Всеволод о науке, управлению должен предшествовать замысел, а само управление должно быть предсказуемым. Ещё более понятно стало Владику то, что сама подобная идея могла появиться в неуправляемом обществе, где иллюзию управления создаёт объединённая группа помешавшихся на всевластии субъектов, паразитирующих на теле общества. Притом уровень вожделений рвущихся к власти субъектов не поднимается выше уровня золотого унитаза, постоянно-доступной проститутки и преданного дебила-охранника. В таком обществе может произойти всё что угодно. Исходя из этого, Владик задал следующий вопрос:
   - А могут ли роботы захватить власть?
   - В уважающих себя сообществах - никогда! В таком сообществе как ваше, к власти может прийти даже объёмное изображение сказочной личины, не говоря уже о рабочих устройствах. Но власть рабочих устройств, как правило, длится не долго.
   - Человечество одумается и вернёт себе власть? - с надеждой взглянув на Всеволода спросил Владик.
   - Нет, - ответил Всеволод, - рабочие устройства - это инструмент, если человечество утратит над ними контроль, то очень быстро найдутся те, кто установит контроль и над рабочими устройствами и над человечеством, участь которого будет участью скота на скотобойне.
   - А кто это - другие? - спросил Владик настороженно.
   - Это те разумные существа, которые в силу своего строения, не могут сами создавать устройства и приспособления для работы и перемещения, строить звездолёты для достижения других планид. Вы стремитесь к тому, что бы управление вашим сообществом осуществлялось искро-счётными устройствами* при помощи голоса, что бы производство осуществлялось рабочими устройствами под контролем искро-счётных устройств. Кроме того, ваша необъяснимая тяга к очеловечиванию рабочих устройств не приведёт ни к чему хорошему. Это и есть лакомая добыча для них, тех, у кого нет рук, но есть разум. Ты Владислав и сам уже понял, что те, у кого есть руки, но нет разума, будут либо рабами, либо пищей, либо и тем и другим.
   - Я правильно понял, - спросил Владик, - что научный путь развития мы сами себе закрыли и развиваемся куда-то в сторону не потому, что мы глупы, а потому, что система нашего государственного управления обрекает нас на упадок и вырождение?
   - Ты всё правильно понял, Владислав, - ответил Всеволод, - даже в преддверии страшнейших бедствий для государства и народа, ваши правящие чины, как и
  
   * искро-счётные устройства ИСУ (арианск). - электронно-вычислительные машины ЭВМ
   (греч.,франц.)

176

   все остальные правящие чины вашей планиды не привлекут к власти способных людей, которые могут предотвратить бедствие, они допустят к
   власти только себе подобных и от них зависимых. Ваша правящая верхушка предпочтёт гибель государства и народа, чем потерю власти. Поэтому все преуспевающие сообщества вселенной управляются самими народами.
   - Я этого тоже не понимаю, - произнёс Владик, - власть имущие как бы тоже люди и вроде бы должны понимать, что без народа и страны им тоже не жить.
   - Тут Владислав и понимать нечего, - усмехнувшись, сказал Всеволод, - рабское миропонимание человеческому мышлению противно, да и раб это не человек.
   - Итак, путь науки мы сами себе закрыли, превратив научную дорогу в завал из околонаучных субъектов со странными наименованиями - доктора наук и бурелома из совсем далекоотнаучных субъектов с ещё более странными наименованиями - кандидаты наук, - как бы сам себе подвёл итог Владик и взглянув на Всеволода и спросил:
   - Ну а другой выход у нас есть?
   - Есть, - ответил Всеволод, - духовный.
   - Понятно, - задумчиво промолвил Владик, - правители с рабской психологией будут разбивать носы о брусчатку Красной площади, умоляя народ забрать у них власть, воры будут валяться в ногах у БОМЖей*, умоляя забрать у них ранее наворованные миллиарды, чиновники будут рыдать от горя, если никто не согласится принять от них безвозмездную помощь, а достойного человека будут всем миром уговаривать стать депутатом.
  
   Владик задумчиво помолчал, после чего произнёс как бы сам себе: "Это выход ещё дальше, чем первый". Помолчав немного, он поднял глаза на Всеволода и спросил:
   - А больше выходов нет?
   - Нет, - ответил Всеволод.
   - Тогда у меня такой вопрос, - изобразив бодрость в голосе, произнёс Владик, - что такое "число зверя" - 666? Много болтают, а объяснить не могут.
   - Видимо тебе Владислав, как и большинству твоих соотечественников, мышление представляется тяжким трудом, - укоризненно ответил Всеволод. И тебе, и всем здесь присутствующим известно, что человек состоит из двух ипостасей - духовной и животной. Эти ипостаси должны быть соразмерны, то есть в человеке должно быть пятьсот частей духовности и пятьсот частей телесности. Если соразмерность нарушается, то человек вырождается. Шестьсот шестьдесят шесть частей, это граница необратимости. Если в человеке духовности становится вдвое больше чем телесности, то он станет калекой и не даст здорового потомства, а если телесности будет вдвое больше, чем духовности, то человек выродится в животное. И то и другое губительно для человечества. Видимо я не открою великой тайны, если скажу, что этой границы необратимости вы уже достигли, и лишь малый шаг остался вам, чтобы её переступить.
   - Дабы не прослыть тугодумом, - с грустью в голосе произнёс Владик, - я даже спрашивать не буду, в какой стороне мы стоим на границе.
  
   * Без Определённого Места Жительства (Аббревиатура), - стыдливая замена слова -
   бездомный.

177

   - Это радует, - с усмешкой ответил Всеволод, - если кто-то осознаёт опасность, то ещё не всё потеряно.
   - Хотелось бы так думать, - произнёс Владик уныло, - но, по моему мнению, как говорят - глуши мотор - приехали.
   - Не ожидал я увидеть в тебе нытика, - с усмешкой сказал Всеволод.
   - А чему, собственно радоваться? - ответил Владик.
   - Радоваться, конечно, с точки зрения народа, стремящегося к бессмертию, нечему. А вот с точки зрения отдельно взятого человекоподобного существа, хорошо пристроившегося к безбедной жизни за счёт себе подобных, не отягощённого нравственными устоями, жизнь очень даже не плоха, с точки зрения животного, конечно. Правда эта жизнь до первого планетарного бедствия или первого встречного разбойника, который, основываясь на своих умозаключениях, решит, что это существо уже достаточно пожило на белом свете и пора пожить другим, - смеясь, произнёс Всеволод.
   - Издеваетесь? - укоризненно спросил Владик Всеволода.
   - Так издеваться над вами, как вы сами над собой издеваетесь, даже ящерам не под силу, - уже серьёзно ответил Всеволод.
   - Ну, с этим спорить невозможно, - согласился Владик, - войны, революции, наркотики, техногенные катастрофы, терроризм, плохая экология, плохая наследственность, пьянство наконец. Всё это для народа губительно, это факт, но вот про водку даже в святых писаниях написано.
   - Это, в каких же священных писаниях ты про водку вычитал? - с удивлением спросил Всеволод.
   - Ну, не я лично, а вот кто читал, то говорили, что даже в библии про огненную воду написано, а что это как не водка.
   - Вот ты о чём! - засмеялся Всеволод, - это очередное перевирание мирового суждения о жизни во вселенной, которыми и библия богата, а к водке это не имеет никакого отношения. Кроме того, не огненная вода, а кипящая вода.
   - И что это означает? - с интересом спросил Владик.
   - Означает это то, что устойчиво развиваться может только всё человеческое, да и не только человеческое, сообщество. Развитие отдельных существ конечно важно, но не решающе. Поэтому любая попытка отдельных, более развитых в той или иной области существ, отделить себя от недоразвитого, по их мнению, большинства, неизбежно приводит к упадку и вырождению этой части общества. Поэтому и существует суждение о том, что общество, стремящееся к развитию, должно быть подобно кипящей воде. В кипящей воде нет места для заразы и гниения, поэтому и общество - здорово. Если же общество поделено на сословия, то это больше похоже на болото и будущего у такого общества - нет.
   Владик стоял в глубокой задумчивости.
   Всеволод внимательно посмотрел на Владика и спросил:
   - О чём ещё спросить хотел?
   - Честно говоря, я даже не знаю о чём спрашивать, - грустно ответил Владик, - я узнал много больше, чем хотел услышать, это, наверное, ваши инопланетные технологии, то есть возможности, по борьбе с неграмотностью. Но я сейчас как никогда понял древнее выражение - "Знание порождает печаль, большое знание порождает большую печаль".
   - Ты, Владислав, всегда стремился узнать что-то новое, - спокойным голосом

178

   ответил Всеволод, - сегодня ты узнал много нового. Что же тебя опечалило.
   - Сразу и не объяснишь, - задумчиво произнёс Владик, - попробую сформулировать, то есть образовать - он помолчал наморщив лоб и наконец произнёс, - утеря своего завышенного статуса, то есть положения, в связи со вновь открывшимися обстоятельствами, - он грустно улыбнулся и продолжил, - если говорить по-русски, то чувство похмелья после никому не нужной пьянки. Спасибо, воевода Всеволод за науку. Пойду я, ты и так на меня уйму времени потратил, ещё раз спасибо! До свидания!
   - До свидания, Владислав! - ответил Всеволод, - а что до времени, то не на одного тебя я время тратил, - и он указал на собравшихся возле них людей.
   Владик взглянул на окружающих, поймав на себе сотни благожелательных взглядов, он вдруг понял, что всё это не пройдёт даром, что эти люди - другие, и он Эдик - совсем другой, совершенно не такой, каким он был несколько часов назад. Уныние исчезло. Эдик нашёл взглядом Всеволода, улыбнулся, помахал приветственно рукой и, повернувшись, направился без оглядки к редакционной "Ниве". Через несколько минут "Нива", объезжая знакомые ухабы и колдобины, двигалась по направлению к районному центру.
   Какое бы сильное моральное потрясение человек не получил, оно не может быть вечным. Натуру слабую такое потрясение может и в психиатричку загнать, но Владик не был слабой натурой - профессия обязывала. Поэтому управление "Нивой" Владик Круглов, репортёр "Мстовского времени" совмещал с обдумыванием будущей статьи - "Мечта сбылась: к нам из вселенной прибыли братья по разуму. Не пришёл на встречу только наш разум". Было только семнадцать часов пятнадцать минут, поэтому Владик направил "Ниву" прямиком во двор редакции. Выйдя из машины, Владик взглянул вверх. В окнах кабинета главного редактора горел свет.
   Войдя в кабинет главного редактора "Мстовского времени" Владик застал там практически всю редакционную коллегию и какого-то мужчину лет сорока, сидевшего за столом главного редактора. Владик видел его первый раз в жизни, но что это "человек в штатском"* он понял сразу.
   - Вот, Михаил Сергеевич, - обратился главный редактор Игорь Владимирович Лясов к "человеку в штатском", это наш корреспондент Владислав Семёнович Круглов, золотое так сказать наше перо.
   - Я майор ФСБ** Репьёв Михаил Сергеевич, - представился "человек в штатском" и продолжил, обращаясь к Владику, - всё, что накопали в Зелёной Горке, гражданин Круглов, живо на стол.
   Владик ещё раз осознал, что его поездка не прошла даром и он, Вадик Круглов, это не тот Вадик Круглов, который утром уезжал в Зелёную Горку. И если бы утром угрожающий тон майора ФСБ мог бы разбудить в нём какие-то опасения, то сейчас майор ФСБ в табели о рангах Вадика Круглова занимал уровень какого-нибудь карикатурного персонажа.
   Владик весело взглянул на "человека в штатском", встал, демонстративно торопливо подошёл к столу главного редактора, принял стойку "Смирно" и произнёс:
  
   * "человек в штатском" - ироническое обозначение работников спецслужб, наряженных в
   гражданскую одежду, якобы для маскировки, что говорит о недостатке профессионализма
   спецслужб, т.к. человек в камуфляже в наше время вызывает меньше подозрений.
   ** Федеральная Служба Безопасности (Аббревиатура)

179

   - Гражданин майор! Докладываю, в селе Зелёная Горка было обнаружено только это!
   При этом Владик несколько секунд выразительно шевелил губами, после чего направил смачный плевок точно в центр стола главного редактора. От неожиданности майор вскочил из-за стола, все присутствующие замерли.
   - Ты, ты, ты, что себе позволяешь, - взревел пришедший в себя "человек в штатском".
   - Позволяю себе, майор вручить то, что ты потребовал, ибо всё, что я накопал в Зелёной Горке, это этот самый плевок от инопланетян, был он, правда гораздо крупнее и более смачным, но извиняюсь, не довёз, дорога сам знаешь какая, - спокойно ответил Владик.
   Как ни странно это было для присутствующих, после Владикова демарша, майор не взревел, не взорвался, не выхватил из кармана табельный пистолет, не кинулся на Владика с намерением его убить. Майор просто успокоился. Он встал из-за стола и, указав на него главному редактору Лясову, уселся на стул за стол-приставку рядом с Владиком. То ли его отталкивал плевок, который по-прежнему красовался посреди стола главного редактора, толи личность Владика стала для него притягательной, осталось неизвестным, но майор, проявив недюжинные театральные качества, спокойно и почти весело произнёс:
   - Ну, Владислав Семёнович, заждались мы Вас, нервы как видите, сдавать стали, ну да, наконец-то Вы среди нас, мы все абсолютное внимание.
   Присутствующие, включая и Владика с удивлением, смешанным с восторгом посмотрели на "человека в штатском".
   - Ну, раз вы все меня заждались, - спокойным голосом начал Владик, - то слушайте.
   Владик внимательно посмотрел на собравшихся, остановил свой взгляд на главном редакторе, который, вооружившись салфеткой, боролся с вышеназванным плевком. Улыбнулся и продолжил:
   - В Зелёной Горке, господа журналисты, свершилось событие мирового масштаба. Там свершилось то, о чём человечество мечтало столетия. В Зелёной Горке совершил посадку инопланетный корабль.
   Ощутив на себе недоумённо-недоверчивые взгляды собравшихся, Владик победоносно окинул всех взглядом профессора, адресованным студентам первокурсникам, и продолжил:
   - Да, да, самый настоящий инопланетный корабль. Сам звездолёт, как называют его наши инопланетные гости, прибывшие с планеты Мать Ариана, находится на орбите Земли, или как называют нашу планету инопланетяне Мать Сыра Земля, ну а посадку произвела летающая тарелка, или как инопланетяне её называют - ладья. Мало того, прибывшие являются нашими ближайшими родственниками, разговаривают на нашем языке, правда называют они себя ариане и язык свой - арианским. Находятся они у нас в гостях уже пять дней. Свободно общаются с местным населением и занимаются своими делами.
   - Так это событие мирового масштаба! - буквально выкрикнула журналистка Любочка.
   - Непонятно! - вмешался в повествование Игорь Владимирович Лясов, - пять дней на территории нашего района разгуливают спокойно инопланетяне, а с нашей стороны никакой реакции!

180

   - Ну, почему же, - возразил Владик, - реакция была.
   - Какая? - спросил Лясов.
   - Ужасная! - ответил Владик, и, указывая пальцем на майора продолжил, - коллеги нашего гостя, решили немного-немало, взять инопланетян в плен, а летающую тарелку захватить. Их, - палец Владика почти упёрся в майора, - ввело в заблуждение то, что инопланетяне очень благожелательно к нам относятся. Вывод достоин наших "людей в штатском", раз не бьют, значит, они слабы. Вот эта военная колонна и была нашей реакцией на появление инопланетян.
   - Так это инопланетяне устроили погром нашим военным? - спросил друг и коллега Владика Игорь Свистунов.
   - Нет, - ответил Владик, - инопланетяне даже пальцем не шевельнули, - наши вояки во главе с генералом Баклушиным воевали сами с собой и расстреливали сами себя.
   - Это как? - спросил Игорь.
   - А вот так! - ответил Владик и продолжил, - встреча братьев по разуму с российской спецификой. Прилетают к нам братья по разуму, их встречает группа нетрезвых людей, и что бы с этими людьми пообщаться, инопланетяне вынуждены сначала набить им морды, а затем заняться их излечением от пьянства. На настоящий момент всё население Зелёной Горки и тысячи наших земляков сбежавшиеся туда не пьют и не курят. Теперь они досаждают инопланетян вопросами о том, чем им теперь заняться, так как те лишили их основного занятия - пьянства. Учитывая такую нашу специфику, то есть особенности, наши гости установили вокруг села защитное поле, вот с ним-то наши военные и воевали. Поле это невидимо и неслышимо, оружие и его компоненты через себя не пропускает, а отбрасывает туда, откуда это пришло или прилетело и с той же скоростью.
   - Значит, наших военных никто не предупредил об этой ловушке, - подал голос "человек в штатском".
   - Нет, - ответил Владик, - предупреждали и даже демонстрировали.
   - Тогда почему же это произошло? - несколько растерянно спросил "человек в штатском".
   - Причину назвали жители Зелёной Горки, присвоив покойному генералу Баклушину звание генерал-дурак, - ответил Владик, - и как мне кажется это основная причина наших бедствий во всех войнах и во все времена.
   - Ну, а власти что? - задал вопрос Лясов.
   - Как Вы догадываетесь, Игорь Владимирович, - ответил Владик, - местные власти, какой либо реакцией себя не утруждали и не утруждают до сих пор, а областные и московские власти решили устроить маленькую и очень глупую войну. Так что с точки зрения инопланетян на планете Земля они встретили братьев без разума, вот такой расклад. Реакцию местных властей как я понимаю, нам доведёт товарищ майор.
   Все собравшиеся уставились на "человека в штатском". Майор Репьёв окинул взглядом собравшихся и с некоторой тенью смущения в голосе произнёс:
   - Поймите меня правильно, я выполняю приказ.
   - И в чём же он заключается? - спросил Владик.
  

181

   - Вы должны на некоторое время воздержаться от публикации любых материалов по тематике пришельцев, во избежание кривотолков и паники среди местного населения, - ответил "человек в штатском", - и поймите, я только выполняю приказ.
   - И Вы поймите! - возмутился Владик, - что умолчание того, о чём уже судачит вся область и Интернет, приведёт к обратному результату! А что касается паники среди местного населения, то это полнейшая чушь, так как рейтинг инопланетян у местного населения на порядок выше, чем у президента России, не говоря уже про местные власти. Что касается кривотолков, то материал в прессе их только и может развеять.
   - Ещё раз повторяю, - в голосе "человека в штатском" звучали смущение и обида, я и мои коллеги только выполняем приказ, - по-видимому, на этом аргументы "человека в штатском" иссякли. Решив поставить точку в диспуте и оставить последнее слово за собой, "человек в штатском" встал, и, устремив взгляд на главного редактора "Мстовского времени" произнёс:
   - Будем считать разговор оконченным. Материал об инопланетянах в печать допущен не будет. Материал о спецоперации и потерях также до особого указания печати не подлежит. Наш человек в типографии за этим проследит. На этом до свидания. Майор Репьёв ещё раз окинул собравшихся взглядом и направился к двери. Открыв дверь, он оглянулся, многозначительно взглянул на Лясова, нервно кивнул и ушёл, о чём свидетельствовал топот его ног на лестнице и громкий хлопок входной двери.
   - Ну и что будем делать? - спросил Игорь Свистунов, - печатать нельзя, Интернет в райцентре не работает.
   - А что, если я отправлю журналиста Владислава Семёновича Круглова в командировку в Старгород, - тихо промолвил главный редактор Игорь Владимирович Лясов. И обращаясь как бы сам к себе, добавил, - в Старгородском районе фермер Тельцов Иван Захарович добился замечательных результатов в разведении крупного рогатого скота, а у нас на Мстовщине климат такой же, а скота нет. Думаю, материал будет полезен. Ну а если наш любимец Вадик Круглов попутно заедет в гости к своим друзьям по институту и заберётся в Интернет или найдёт редакцию, которую не зажали "люди в штатском", то откуда нам было знать о его намерениях.
   Владик с уважением взглянул на главного редактора. Правы инопланетяне, мало мы знаем и самих себя и окружающих.
   - Когда ехать, Игорь Владимирович? - спросил он.
   - Да сейчас и ехать, правда командировку Леночка оформит тебе с завтрашнего числа, а где ты был, спал дома или в электричке, это уже не моё дело, - закончил Ляхов сердито.
   Спустя сорок пять минут лёгкий на подъём, Владик Круглов смотрел на пробегающие в сумраке столбы из окна последней электрички на Старгород. В вагоне было свободно. Трое мужиков в брезентовых плащах и с удочками, живо обсуждали проблему капризного токарного станка времён царя Гороха, с биением которого можно бороться только путём подкладывания в шпиндель бумажных прокладок. Владик сделал вывод, что мужики, скорее всего, едут на рыбалку в ночь, а разбитый станок занимает довольно высокое место в иерархии производства, на котором, скорее всего, трудятся мужики, уступая, судя по всему в рейтинге только генеральному директору, его секретарше и главному бухгалтеру. 182
   Зная своих знакомых любителей порыбачить, Владик был явно удивлён такой реакцией. Рыбаки, как правило, говорят о рыбалке на работе. Но чтобы рыбаки говорили о работе, направляясь на рыбалку, это было что-то. Поэтому Владик, как человек общительный и любознательный, вклинился в разговор:
   - Первый раз в жизни вижу, как люди, направляющиеся на рыбалку, говорят не о рыбалке и о рыбе, а про работу.
   Мужики ненадолго замолчали, изучая Владика взглядами. Затем мужик, который сидел лицом к Владику, хмуро произнёс:
   - Тебя бы на наш завод, сразу бы понял.
   - На какой завод? - спросил Владик.
   - Да на наш, Мстовский механический, - ответил мужик.
   - А он что, работает? - удивлённо спросил Владик, - насколько я помню, он обанкротился и его купил бывший первый секретарь райкома комсомола Мальков, заделавшийся местным мафиози, если мне память не изменяет. Станки он распродал, и завод окончательно помер.
   - Значит, ты не знаешь, - вступил в разговор другой мужик, - Мальков купил себе виллу в Испании и жил там с семьёй. Только месяца три назад он там утонул. А его жена Елена решила завод продать. Среди денежных тузов желающих не нашлось, вот тогда бывший главный инженер завода Петров Николай Иванович и сторговался с ней за пять миллионов в рассрочку.
   - Ну, а долг выплачивать нужно, надо что бы завод работал, - вступил в разговор третий мужик, - а на заводе полный разгром. Николай Петрович нашёл заказы какие-то, делать ворота и заборы. Газорезку на свалке нашли, два сварочных трансформатора нашли, три "Болгарки" * купили, начали делать заборы и ворота. Ну а петли-то как сделаешь? - обратился он к Владику.
   - Вот Семёнович, - вступил в разговор второй мужик, указывая на первого, - нашёл в бывшей ремонтной мастерской этот К-162**, теперь всё благосостояние нашего инвалидного завода на нём держится.
   - Ну и как успехи? - спросил Владик.
   - Зарплату стали получать, - ответил Семёнович, - а это по нынешним временам уже не мало.
   - Ну вот, к Калите подъезжаем, - громко сказал второй мужик, - собираемся.
   - Понял теперь, - обратился к Владику третий мужик, - почему даже на рыбалке про станок говорим?
   - Куда понятней, - ответил Владик направляющимся к выходу мужикам, - ни пуха ни пера!
   - К чёрту! - ответили они дружно, скрываясь в тамбуре.
   Два представителя Средней Азии сидевшие через проход и наискосок от Владика о чём-то негромко разговаривали по-своему и в собеседники к Владику явно не напрашивались. Из остальных полутора десятков пассажиров электрички, судя по хмурым лицам, никто в собеседники не годился. Электричка остановилась. В окно Владик увидел трёх знакомых мужиков, направлявшихся куда-то по перрону. Хриплый голос из динамика предупредил, что двери закрываются и электричка, набирая скорость, двинулась дальше.
  
   * ручное приспособление для резки металла.
   ** универсальный токарный станок.
  

183

   Минут через пять спокойной поездки двери тамбура с шумом распахнулись, и в вагон ворвалась базарно-орущая компания подростков лет четырнадцати - шестнадцати. Было их человек восемь, последним вошёл парень призывного возраста, он, по-видимому, эту компанию и возглавлял.
   Пацаны окинули взглядом присутствующих в вагоне и у всех как по команде глаза остановились на представителях Средней Азии.
   - Россия для русских! - хором закричали пацаны.
   Два, как потом выяснил Владик, таджика замолчали и вжались в скамью, как бы уменьшившись в размерах. Орущая компания, окружив затравленно озиравшихся на пассажиров электрички таджиков, подогревала себя оскорблениями в их адрес.
   - Россия для русских! Понятно вам - чурки? - заорал парень лет шестнадцати.
   - Мне не понятно! - громко сказал Владик.
   - Ты - русский? - спросил парень, повернувшись к Владику.
   - Тебе что, - ответил Владик, - паспорт показать?
   - В паспорте не написано, - ответил парень.
   - Ну, тогда и у меня большие сомнения, что ты русский, - с усмешкой сказал Владик, - ты больше со своими джигитами на англичан или америкосов похож.
   - Это чем же? - неприязненно спросил парень.
   - Своей воинственностью при подавляющем численном преимуществе, - ответил Владик.
   - Ты что, лох*, выступаешь? - подошёл к Владику парень призывного возраста, - если хочешь по роже заработать, то так и скажи, это мы мигом устроим.
   - Прежде чем чужие рожи коверкать, надо на свою страховку оформить, - с ухмылкой ответил Владик, - а пока ты свою морду не застраховал, то валил бы ты отсюда со своими шакалятами. Ура - патриоты раскопались, смотреть на вас тошно.
   - Интересный у нас разговор получается, - с угрозой в голосе произнёс парень, - ты что же, падла, считаешь, что Россия не для русских?
   Забыв про таджиков, вся компания собралась вокруг Владика. Краем глаза Владик увидел, как таджики исчезают в двери тамбура, из которой совсем недавно появилась воинственная компания.
   - Это, смотря для каких русских, - задумчиво произнёс Владик.
   - Для русского народа! - выкрикнул в лицо Владику парень.
   - Вот и я говорю, - улыбаясь, спросил Владик, - какой русский народ вы имеете в виду?
   - Ты что, козёл, дураком прикидываешься? - заорал парень, брызгая слюной, - русский народ - один!
   - Ну, в этом ты глубоко ошибаешься, - спокойно ответил Владик, - я, по крайней мере, четыре русских народа знаю.
   - Это, какие же ты там русские народы придумал? - громко, но уже без ора и слюны спросил парень, озадаченно посмотрев на Владика, набить морду которому мешали два обстоятельства. Первое - уж больно спокоен мужик, значит, в себе уверен, и потому, при драке могут быть потери, в результате
  
   * простофиля, лопух, недотёпа (Сленг) - кличка присваемая каждым первым каждому второму на том же основании, на котором якобы цивилизованные древние греки, промышлявшие в основном пиратством и грабежами, называли весь остальной мир - варварами.

184

   которых и без того небольшая компания станет ещё меньше. Второе - уж больно эта морда, которую он, Максим Безбородов, обещал набить,
   символизирует славянский тип лица, а потому будет выглядеть не очень убедительно в глазах всей компании поездка с целью проучить чёрных, в
   результате которой проучили русского мужика.
   - А мне-то что придумывать, - ответил Владик, - это уже столетия как придумано.
   - Ну, - парень пристально смотрел на Владика, - говори, раз начал, а мы послушаем, так братаны? - и он деловито подмигнул внимательно слушавшей разговор компании.
   - Пусть поговорит. Нам не к спеху. Может, что путное скажет, - загалдели пацаны.
   - Помните, наверное, - обращаясь к столпившейся вокруг него компании, спросил Владик, - чем управлял русский царь, немецкого происхождения, Николай второй?
   - Ну, там великия и малыя и белыя Руси, - проявив эрудицию, сказал один из пацанов.
   - Ну вот, молодец, - похвалил его Владик, - а была ещё Червонная Русь, но она во времена Николая второго между чехами и венграми была поделена. Так вот, орлы, и в Великой, и в Малой, и в Белой, и в Червонной Руси, жили и живут до сих пор - русские.
   - Что-то я не понял, - произнёс старший парень, - что и хохлы и белорусы - русские?
   - Именно так! - ответил Владик, - и русины в Западной Украине тоже.
   - Что-то тут не лепится, - задумчиво произнёс старший парень, - ты уж будь добр, растолкуй, а то мы с пацанами не совсем врубились.
   - Растолковываю, - ответил с улыбкой Владик, - в Великой Руси жили великороссы, в Малой Руси жили малороссы, в Белой Руси жили белороссы, в Червонной Руси жили русины. Малороссам стало досадно, что они МАЛО россы, и придумали себе прозвище - украинцы. Белороссы стали белорусами, что один чёрт, а русины русинами и остались.
   - А великороссы? - спросил заинтересованно один из пацанов.
   - А великороссы до восемнадцатого года прошлого века были великороссами, пока господин Ульянов, или как его по кличке звали - Ленин, не переименовал их в русских.
   - А зачем? - спросил старший парень.
   - Ленин, будучи евреем, писал свою национальность - великоросс, но великороссов люто ненавидел. Вот добрался до власти и отомстил.
   - А за что? - спросил один из пацанов.
   - Да ни за что, - ответил Владик, - комплексовал наверное, вот и ненавидел.
   - И что же, - спросил рыжий пацан, - великороссы дали спокойно себя переименовать?
   - Ну, это ребята вопрос не ко мне, - ответил Владик, - это вопрос к вашим прадедушкам и прабабушкам, ну и к моим в том числе.
   - А я то иногда задумывался, но значения не придавал, - задумчиво сказал старший парень, - тот татарин, тот белорус, тот француз, тот немец, тот англичанин, а я - русский. Оказывается, я - великоросс. Братва, поняли кто мы такие? Мы - великороссы!

185

   - Максим! - обратился к старшему парню один из пацанов, - станция, выходим, а то на обратную опоздаем.
   - Так, все на выход, - командирским тоном сказал Максим, и обращаясь к Владику добавил, - ну ты там извини как, заморочка получилась, а за науку спасибо.
   - Ладно, проехали, - ответил Владик, - только ты своих пацанов на таких как тут сидели азиатов не натравливай, они на работу приехали, значит пользу приносят, а если уж не в моготу станет, то бездельников и вредителей бить надо, не взирая на национальность.
   - Ладно, - ответил Максим, - разберёмся, - и неспешной походкой крупного руководителя направился в тамбур.
   Электричка остановилась. Знакомая шумная компания вывалилась на перрон.
   - Россия - для великороссов! - раздался дружный крик за окном вагона.
   Хриплый голос из динамика предупредил о том, что двери закрываются и электричка стремительно набирая скорость понеслась к Старгороду. Дальнейший путь проходил спокойно. Дверь тамбура раскрылась и из неё, осторожно вышли два представителя Средней Азии. Осмотревшись, они направились к Владику.
   - Здравствуй! - поздоровались они, усаживаясь на скамью напротив Владика.
   - Здравствуйте! - ответил Владик.
   Обоим попутчикам было на первый взгляд лет по сорок, но один держался старшим.
   - Меня Хабибула звать, - сказал он, - мы из Таджикистана, на работу приехали. В Мстовском вокзале ремонт делали. Теперь работа нет. Едем в Старгород, там говорят - есть. Спасибо тебе, что бить не дал, - сказал он и протянул Владику тысячную купюру.
   - Спасибо, не надо, - сказал Владик, отодвигая от себя руку с деньгами, - любой бы на моём месте так поступил.
   - Любой сидел, совсем не шевелился, - ответил Хабибула, - осторожно показывая глазами на остальных пассажиров. А тебе - спасибо! Дай аллах тебе успехов!
   Таджики встали и, сделав полупоклон Владику, пошли на то место, где сидели до этого. До самого Старгорода Владик ехал молча. Минут за двадцать до прибытия электрички в Старгород он позвонил по мобильнику Саше Абросимову, другу и однокурснику, поставив его в известность о своём прибытии в Старгород и желании с ним встретиться завтра с утра. Электричка остановилась у перрона Старгорода точно по расписанию. Владик вышел на перрон и сопровождаемый воспоминаниями о студенческой юности, неспеша направился в сторону всегда выручавшей его, беззвёздочной, как называли её постояльцы, гостинице "Колос". Выходя из здания вокзала, он вдруг услышал окрик: "Владик". Владик остановился и огляделся по сторонам. По ступенькам вокзала к нему стремительно приближался Саша Абросимов. Через пару секунд Владик был накрепко зажат в Сашкиных объятиях.
   - Задушишь! - шутливо закричал Владик, - да ты батенька с годами всё здоровее становишься. Что ты здесь делаешь? На завтра ведь договорились.
   - Ну да! - грозно зарычал Сашка, - друг приехал, и я позволю ему тараканов в "Колосе" развлекать. Едем ко мне, и никаких возражений, Лидка

186

   торжественный ужин готовит. Почему заранее не предупредил? Я бы всех ребят обзвонил.
   - Да тут такое дело, Саша, ещё четыре часа назад я был в мире фантастики и ни о каких поездках не помышлял, а тут произошло такое, что в типографии ФСБшник сидит, материалы проверяет и Мстовский райцентр от Интернета вырублен. Вот меня Игорь Владимирович и откомандировал к знатному фермеру Тельцову Ивану Захаровичу интервью брать, ну а остальное - частная инициатива.
   - Ну, к Тельцову я тебя свожу, поработаешь, лопатой навоз поковыряешь, ибо Иван Захарович мужик принципиальный, интервью белоручкам не даёт. Но зато интервью у него брать, одно удовольствие, и баня, и выпить, и закусить. Но сначала лопата!
   - Тогда сначала частная инициатива, - сказал Владик, - а потом к Тельцову. Слушай, а куда мы идём?
   - Ах да, - ответил Сашка, - ты не знаешь, тётя Рая, ну помнишь, что пирожками нас подкармливала, умерла весной, ну а квартиру мне по завещанию отписала, Сашка, сын её в Чечне погиб, ты ведь знаешь, а квартира в квартале от вокзала.
   - Жалко, хорошая женщина была, - сказал Владик, - до сих пор помню её пирожки. А что случилось? Она ведь не очень старая была.
   - Да медицина наша, не к ночи будь помянута, - ответил Сашка, - лечили от бронхита, а оказалось - мененгит. Написал я статью про наших лекарей, да в набор не пустили. Сам знаешь, главврач - жена генерала.
   - Вот с этим генералом, дело и связано, - сказал Владик.
   - Тут какие-то слухи непонятные ходят, что вроде бы Баклушин погиб. Потом ещё несколько человек с ним погибло, а что и как не говорят. Уж не ты ли нам разъяснишь, что происходит? - Сашка вопросительно посмотрел на Владика, - Ведь опять по слухам погиб он где-то в ваших краях.
   - Вот по этому делу я Саша и приехал, - ответил Владик.
   - Так что же произошло? - Сашка умоляюще посмотрел на Владика.
   - А произошло у нас дорогой мой Сашенька то, что не в сказке сказать, ни пером описать, - Владик улыбаясь смотрел в умоляющие глаза друга, - такое, что поверить в это невозможно.
   - Владька, чёрт безрогий! - взмолился Сашка, - кончай издеваться, а то умру от нетерпенья и будешь ты всю жизнь мучиться оттого, что угробил друга из-за неудовлетворённого любопытства. Считаться будет убийством с особой жестокостью, так как ты знаешь, что друг работает журналистом.
   - Ладно, Саша, - смеясь ответил Владик, - исправляюсь, грех на душу брать не буду. Всё началось с того, что в селе Зелёная Горка нашего Мстовского района приземлилась летающая тарелка с инопланетянами.
   - Ну, ты Владя неисправим, - возмущённо завопил Сашка, - имей совесть.
   - Саша, - серьёзным голосом сказал Владик остановившись, - я твой друг Владислав Круглов, тебе вполне серьёзно заявляю, что в селе Зелёная Горка нашего Мстовского района приземлилась летающая тарелка с инопланетянами. То, о чём мечтало человечество - свершилось. Мало того, они, инопланетяне эти, разговаривают на нашем языке, знают о нас больше, чем мы о себе знаем. Настроены к нам, в общем-то, по-доброму, но наши вооружённые болваны, во главе с генералом Баклушиным организовали на них нападение. В результате более ста убитых и почти двести раненых.

187

   Сашка остолбенело стоял, глядя на Владика широко открытыми глазами.
   - Так это правда? - тихим голосом спросил он Владика.
   - Абсолютная, то есть безусловная, как говорят инопланетяне, правда, - ответил Владик, - и я беседовал с их воеводой так же, как сейчас беседую с тобой.
   - Значит это не слухи, у нас тут тоже про инопланетян народ что-то рассказывал, но Жульнов, ты же его знаешь, объявил всё чушью, а спорить с ним - бесполезно. Но, похоже, Максим Аполинарьевич крепко промахнулся. Ну, рассказывай, как там наши власти с братьями по разуму встречались? Как прошла встреча?
   - Саша! - внимательно посмотрел на друга Владик, - ты что, ничего не понял?
   - А что я должен понять? - возмущённо ответил Сашка, - прилетели братья по разуму, значит должна быть встреча. Хлеб-соль там, речи всякие. Я прямо обалдел от этого.
   - Сашка! - Владик тряхнул друга за плечо, - нечего балдеть, не было никакого хлеба-соли. Первые, кого инопланетяне встретили, была группа нетрезвых мужиков. Когда инопланетяне протрезвили эту братию, что бы поговорить с кем-то было на трезвую голову, появился Баклушин, начальник Старогородского ГУВД с батальоном спецназа и организовал на инопланетян нападение.
   - Как нападение? - недоумённо спросил Сашка, - Зачем?
   - Так я тебе об этом уже пять минут талдычу, - сказал Владик, - напали они на инопланетян, несмотря на предупреждение, ну и поплатились.
   - Не понимаю! Зачем? Не понимаю! Зачем? - как заведённый повторял Сашка.
   - Знаешь, Саша, давай отложим этот разговор на завтра, - сказал Владик.
   - Давай, - как-то устало сказал Сашка, - от этого чокнуться можно.
   Дальше друзья шли молча.
   - Вот и пришли! - сказал Сашка, указывая на крупнопанельную серую пятиэтажку, - Дом в котором я живу! И в этом доме, в этот вечер, ни слова больше об инопланетянах, иначе про торжественный ужин можно будет забыть.
   - Замётано, - с деланной весёлостью ответил Владик.
   В этот вечер тема инопланетян больше не поднималась. Друзьям и без этого было о чём поговорить.
  
   В кабинете главного редактора "Старогородской правды" повисла гнетущая тишина. Главный редактор Максим Аполинарьевич Жульнов задумчиво ходил по кабинету. Вся редколлегия газеты молча сопровождала перемещения главного редактора взглядом.
   - Ну, что я могу сказать, - наконец раздался голос Максима Аполинарьевича, - и на старуху бывает проруха, сами понимаете, поверить в такое довольно тяжко. Как я понимаю из того, что нам поведал Владислав Семёнович, - Жульнов уважительно посмотрел на Владика, - "люди в штатском" скоро будут у нас в гостях. Поэтому ребятки ныряйте в Интернет, вы знаете что делать. Думаю "Старогородская правда" не должна остаться в стороне, иначе мы сами себе этого никогда не простим. Даёте сообщение в Интернет, а затем Саша Абросимов и Игорь Рукавичников в творческую командировку в Зелёную Горку.
  

188

   - Максим Аполинарьевич, - встал из-за стола Сашка, - можно отъезд на завтра перенести?
   - Почему? - недоумённо спросил Жульнов.
   - Да вот, Владислава Семёновича, - Сашка кивнул головой в сторону Владика, - главный редактор отправил к нам под предлогом интервью с Тельцовым Иваном Захаровичем, поэтому алиби должно быть безукоризненным, мало ли что "люди в штатском" ещё придумают.
   - Согласен, - ответил Жульнов, - от Ивана Захаровича просто так не уедете, ну успехов в труде. Оформляйте командировки и вперёд. Все по местам. Разговора этого - не было. Владислав Семёнович - к нам не заезжал. Никто ничего - не слышал.
  
   Областное управление ФСБ ничего подозрительного не обнаружило. Главный редактор "Старогородской правды" на вопрос о слухах про летающие тарелки разразился громким смехом. Пропавший журналист Круглов из "Мстовского времени" исправно ворочал центнеры навоза в фермерском хозяйстве Тельцова Ивана Захаровича.
  
   Следующий день ознаменовался появлением в Интернете целой грозди сообщений о событиях в Зелёной Горке: "Мечта человечества сбылась - встреча Земных дураков с братьями по разуму состоялась", "Инопланетяне на Земле ищут людей", "Первая межпланетная война - не в нашу пользу", "Тяжкая миссия инопланетян - поиск разума на Земле", "Люди на планете обезьян (обезьяны - это мы)", "Кто нами правит?" и так далее и тому подобное. Обозлённые журналисты стремились выложить всё, что скопилось у них в душе за десятилетия продажного унижения, оплачиваемой клеветы и поощряемой продажности.
  
  

Глава девятая

   Безоружный генерал Тачкин со своей группой вернулся в Зелёную Горку рано утром. Неспешно генерал двигался в направлении развалин храма.
   - Как, Володя, тебе это нравится? - обратился генерал к идущему рядом с ним капитану Никандрову, - мы идём на встречу с инопланетянами и при этом уже не удивляемся подобным обстоятельствам.
   - Если честно, Иван Петрович, я это Вам не как генералу, а как человеку, с которым не раз жизнью рисковал, скажу, - ответил Никандров, - мне это совсем не нравится.
   - Это почему же? - спросил генерал.
   - Потому, Иван Петрович, - ответил Никандров, - что вот идём мы на встречу с пришельцами с другой планеты, они, пришельцы эти, на десятки порядков выше нас в развитии. Они могут нас стереть в порошок, захватить всю Землю, сделать с нами всё, что им заблагорассудится. Но я им верю больше, чем руководителям своей собственной страны и уверен, что от них нам вреда не будет. Здесь и сейчас президент с министрами должен идти на встречу, а не мы. Вот сейчас произведут посадку ответы на все наши вопросы, в том числе и традиционные "Кто виноват?" и "Что делать?". Сейчас произведут посадку

189

   инновации, которые нам и не снились, технологии которые нам не ведомы, в том числе и на-на, или как их там технологии, которые под руководством Абрама Чудилса могут стать только дай-дай технологиями. И вот вместо президента, учёных, политиков, на худой конец, на встречу с ними идём мы, что бы задать идиотский вопрос: "Дяденька, а что вы сделаете с нашим самолётом, если он на Вас нападёт?"
   - Что я тебе Володя могу сказать по этому поводу, - после долгого раздумья ответил Тачкин, - все мы виноваты в том, что честь променяли на карьеру, достоинство на должности, любовь к Родине на личное благополучие. Да что об этом говорить, мы на службе, сейчас прилетит Всеволод и мы его спросим, что он сделает с нашей авиацией, которая получит глупый приказ о нападении на инопланетян.
   - Вы что, товарищ генерал, думаете, что нападут? - спросил Никандров.
   - Уверен, Володя, - грустно сказал Тачкин и, усмехнувшись, добавил, - не будь я генералом.
   - Иван Петрович! - взволнованно обратился капитан Никандров к генералу, - так может мы, что-нибудь можем сделать, что бы это предотвратить.
   - Лучшее, что мы можем сделать, - ответил генерал, - дать понять нашим правящим муравьям, что организованная ими охота на муравьеда, будет успешна при любом раскладе только для муравьеда.
   Преодолев расстояние до развалин храма, Тачкин, Никандров и пятеро спецназовцев слились с толпой. Генерал вслушался в разговоры вокруг себя. Тематика была разной, но разговоры об организации работы, о предстоящем ремонте, о начале строительства, об образовании, о семье и детях, о забытых стариках преобладали. Отвыкший от самоуправления и свободного труда народ спешил наверстать упущенное. Толпа народа разрослась до нескольких десятков тысяч. Десяток самостоятельно образовавшихся секретариатов собирали и группировали вопросы к арианам, а также отвечали на вопросы ответы, на которые уже были известны. У Тачкина мелькнула мысль, что по большому счёту это уже не толпа, а народное собрание, решающее жизненно важные вопросы. У генерала возникло какое-то радостное чувство уважения к этим людям, которые ещё вчера, чего греха таить, были ему равнодушны. Поэтому генерал как-то по-мальчишески улыбнулся и обращаясь ко всем окружающим произнёс:
   - Земляки! Я, генерал Тачкин Иван Петрович, понимаю, что те вопросы, которые вы хотите задать воеводе Всеволоду, куда более важны, чем те, которые хочу задать я. Но я прошу вашего разрешения задать их вне очереди, потому что вы были свидетелями одного побоища, сейчас готовится другое, и мне очень бы хотелось, что бы не было третьего. Мы все понимаем, что всё то, что сделано сотнями тысяч людей в течение десятилетий, в напряжённом труде, как руками, так и головой, может быть уничтожено одним безголовым дураком с бомбой в одно мгновение.
   Тачкин оглянулся на окружающих его людей. После нескольких секунд молчания со всех сторон раздались спокойные голоса: "Говори, генерал, вопрос важный", "Мы не против, спрашивай", "А есть оказывается генералы, которые с головой", "Пусть спрашивает".
   Народ расступился, давая Тачкину возможность пройти вперёд.
   - Летят! - раздался детский крик.

190

   Все присутствующие, задрав головы вверх, наблюдали как бесшумно опускается вниз летающая тарелка. Едва опоры арианской ладьи коснулись земли, как в небе раздался раскатистый гул реактивного самолёта. На высоте около километра, над селом пронёсся военный самолёт.
   - Неужто бомбить будет? - раздался чей-то взволнованный голос.
   - Не будет, - ответил Тачкин, успевший рассмотреть в пролетевшем самолёте Су-24МР, - это разведчик.
   - Хорошо бы, - ответил кто-то.
   Наблюдавшие за самолётом люди видели, как самолёт сделал разворот и опять направился в сторону села. Между тем из открытого люка ладьи вышел воевода Всеволод и Криворог. Самолёт с грохотом пронёсся над селом. Всеволод проводил его взглядом и, заметив Тачкина спросил:
   - Что воевода Иван, опять свиделись, да ты не смущайся, понимаю, что не твоё это измышление. На твои размышления могу ответить только одно, главная вина умного человека заключается в том, что, зная об этом, дураку служит.
   Заглушая голос воеводы разведчик очередной раз пронёсся над селом.
   - Этот самолёт, - Всеволод указал на делающий разворот разведчик, - сейчас представляет опасность для лётчиков, которые в нём находятся, наши данные наблюдения говорят о том, что из-за неисправности летать ему осталось недолго. Спасём лётчиков и поможем тебе воевода Иван выполнить приказ начальства.
   Всеволод направился к развалинам храма. Народ расступился, с интересом наблюдая за происходящим. Всеволод подошёл к развалинам и поднял с земли кусок кладки, состоящий из двух кирпичей, намертво соединённых между собой яично-известковым раствором. Не догадываясь о своей предстоящей участи, разведчик с рёвом пронёсся над селом и пошёл на очередной разворот. Когда разведчик вновь взял курс на село, Всеволод с кирпичами в руке направил взгляд на самолёт и голосом командира, не терпящим возражений, произнёс: "Лётчики, немедленно покиньте самолёт". Самолёт изменил курс, приняв в сторону от села, блеснул на солнце отлетевший фонарь кабины, следом за фонарём вверх взмыли два катапультных кресла. Экипаж покинул самолёт. Всеволод, как бы взвешивая, подкинул вверх кирпичи и протянул руку в сторону пролетающего мимо села самолёта. Кирпичи исчезли. Через мгновение раздался звук удара, и самолёт, разваливаясь в воздухе на части, стал падать на землю. О недавно рассекающем с рёвом воздух разведчике теперь напоминали только два белых купола парашютов приближающихся к земле в районе пристани, куда помчалась кричащая ватага мальчишек.
   - Да-а-а! - протяжно выдавил из себя Тачкин, - что угодно ожидал увидеть, только не это.
   - Товарищ генерал! - непонятно чему, улыбаясь, произнёс капитан Никандров, - тут только в этом храме кирпичей столько, что всех наших ВВС не хватит.
   - Спасибо воевода, - повернувшись к Всеволоду сказал Тачкин, - более доходчивого пояснения и быть не может.
   - Товарищ генерал! - обратился капитан Никандров к генералу, - А начальство поверит? Я бы не поверил ни за что, что современный самолёт можно сбить куском кирпича, как воробья из рогатки.
   - Скажи, воевода, - обратился Тачкин к Всеволоду, - а обезвредить наш самолёт ты можешь, что бы самолёт и лётчики целыми остались?

191

   - А что их обезвреживать, - ответил Всеволод, - они и так никакого вреда нам нанести не могут, а вот спасти их от самоубийства я тебе воевода Иван обещаю.
   - Спасибо тебе Всеволод! - сказал генерал и приложил руку к груди на арианский манер.
   - Не сомневайся воевода Иван, учитывая вашу бедность, о чём ты вслух не сказал, - со смехом произнёс Всеволод, - лётчиков и их самолёты мы вам сохраним.
   - Ладно, пойдём докладывать начальству, - ответил генерал, направляясь в сторону правления агрофирмы, - надеюсь, что воздушная война на этом закончилась.
   - Не думаю, - ответил капитан Никандров и со смехом добавил, - не будь Вы генералом.
   - Ладно, пошли, остряк самоучка, - добродушно ответил генерал.
  
   Подходя к зданию правления агрофирмы, спецназовцы во главе с генералом встретились с понуро идущими им навстречу лётчиками со сбитого разведчика. Их окружала толпа ребятни, громко обсуждавшая только что увиденное. Группа мальчишек тащила парашюты. Увидев идущего навстречу генерала. лётчики направились к Тачкину.
   - Здравия желаю, товарищ генерал! - обратился идущий первым лётчик, - командир звена войсковой части 21012 майор Волков.
   - Старший лейтенант Сергеев! - представился второй лётчик.
   - Здравия желаю! - ответил Тачкин и пожав руки лётчикам добавил, - с благополучным приземлением!
   - Спасибо товарищ генерал! - ответил майор Волков и спросил, - а кто и зачем нас выгнал из самолёта, и чем сбили самолёт, ведь взрыва не было, а самолёт разлетелся на куски, что это было?
   - Выгнал вас из самолёта воевода Всеволод с планеты Мать Ариана для того, чтобы сохранить вам жизнь. Сбил он ваш самолёт куском кладки из того разваленного храма, - при этом генерал полуобернулся и указал рукой на развалины храма, - что для вас должно быть почётно, так как храм посвящён Александру Невскому. Сбили ваш самолёт можно сказать по просьбе нашего Генштаба, которому очень хочется узнать возможности инопланетян. Ещё инопланетяне сказали, что летать самолёту этому осталось несколько часов, потому и сбить его не жалко.
   - Шутить изволите, товарищ генерал? - обиженно спросил майор Волков, - а нам не до шуток, да меня в дурдом отправят, если я доложу, что мой Су-24МР, под управлением лётчика первого класса, сбит куском кирпича на высоте девятьсот метров.
   - Детвора! - обратился Тачкин к обступившим их со всех сторон детям, - ведите наших лётчиков к Всеволоду, он их сбил, вот пускай он им и отвечает.
   Поднялся детский гвалт, и ватага детворы двинулась в сторону храма. В центре группы возвышались два понурых лётчика.
   - Иван Петрович! - обратился капитан Никандров к генералу, - а майор отчасти прав, поверить в это начальству не дано.
   - Ладно, живы будем, не помрём, - вроде как сам себе ответил генерал, и офицеры в сопровождении пятерых солдат зашагали дальше.
  

192

   Доклад Тачкина генералу Сидорчуку о том, что самолёт-разведчик Су-24МР был сбит кирпичом, брошенным рукой инопланетянина, привёл того в бешенство.
   - Вам что там, товарищ генерал-майор, - заорал Сидорчук, - инопланетяне совсем мозги запудрили, мне что, начальнику Генштаба эту ахинею докладывать? Оставайтесь там и уж постарайтесь увидеть, что нибудь более реальное, а не дешёвые фокусы с кирпичами. У меня всё! Конец связи!
   - Ну что, Володя, - обращаясь к Никандрову, произнёс Тачкин, - пойдём смотреть спектакль под названием "Воздушное нападение".
   - Что, не поверили? - спросил Никандров.
   - Не поверили, - ответил грустно генерал, - да ещё и обиделись.
   - На что?
   - На кирпичи, - ответил с тоскою в голосе генерал и зашагал в сторону центра села.
  
   Приближался полдень. Полётный день в Н-ском, гвардейском, орденов Кутузова и Богдана Хмельницкого Задунайском бомбардировочном полку приближался к завершению. Бомбардировщики СУ-24М, отбомбившись и отстрелявшись на полигоне, один за другим заходили на посадку. Зарулив на стоянки и сдав техническому составу самолёты, лётчики неспешно, как и положено людям после успешно выполненной работы, направились в пункт предполётной подготовки, освобождаться от высотного снаряжения. Руководитель полётов гвардии подполковник Званцев был доволен, лётный день проходил на редкость гладко, даже молодёжь отлетала упражнения почти без замечаний. Командир полка гвардии полковник Дроздов тоже был доволен, полк отлетал упражнение на отлично, так что ему, гвардии полковнику Дроздову, половину дня пришлось выполнять обязанности наблюдателя. Вверенный ему бомбардировочный авиаполк работал как отлаженная машина и в его, гвардии полковника Дроздова, дополнительных ценных указаниях, не нуждался.
   Полётный день завершался в штатном режиме. На пульте управления руководителя полётов зазвонил телефон внутренней связи.
   - Гвардии подполковник Званцев, - ответил руководитель полётов и обернувшись к командиру полка произнёс, - Вас товарищ гвардии полковник.
   - Слушаю, Дроздов, - произнёс полковник.
   Несколько минут полковник стоял неподвижно с прижатой к уху трубкой телефона.
   - Значит так, Званцев, не знаю, что там за заморочки начальник ВВС округа привёз, но никого не отпускай, дай команду на подготовку к повторным вылетам и оружейники пусть будут наготове. Если будет отбой, то я сообщу. Ну, давай, действуй! Я в штаб поехал.
   - Товарищ гвардии полковник! - обратился руководитель полётов, - первая эскадрилья уже отлетала, может вторую готовить?
   - Нет, не надо, пока ничего не известно, посидят мужики на аэродроме час-полтора, да на этом дело и кончится, а если вдруг ночные полёты, то сам понимаешь, лучше первой эскадрильи ещё поискать надо. Ладно, я в штаб.
   Командир полка покинул пункт управления полётов и направился на автостоянку. Гвардии подполковник Званцев тяжело вздохнул - "Похоже, сглазил". 193
   Гвардии полковник Дроздов вошёл в здание штаба. Навстречу ему из помещения дежурного по полку выскочил капитан Шутов и, приложив руку к фуражке, доложил:
   - Товарищ гвардии полковник! Прибыл командующий ВВС округа генерал Чуднов, заместитель начальника оперативного отдела Генштаба генерал Свечкин и полковник Боголюбов из ГРУ. Они сейчас с начальником штаба в комнате оперативного отдела.
   - Хорошо, - ответил гвардии полковник, понимая, что от такого набора прибывших лиц, как правило ничего хорошего ожидать не приходится.
   Войдя в помещение оперативного отдела, полковник увидел прибывших офицеров, а также начальника штаба, начальников оперативного и особого отделов и начальника разведки полка, которые рассматривали оперативную карту, расстеленную на столе посреди комнаты.
   - Гвардии полковник Дроздов! - отдав честь представился полковник прибывшим офицерам.
   - Здравствуй Сергей Алексеевич! - обратился к нему начальник ВВС округа генерал Чуднов, - проходи поближе. Как полёты прошли?
   - Отлично, товарищ генерал, - ответил Дроздов.
   - Вот и чудненько, вот и ладненько, - пытаясь шутить, произнёс генерал, - есть возможность показать себя в реальном деле.
   Дроздов прошёл к столу и поздоровался с прибывшими офицерами. Высказывание о реальном деле настроение гвардии полковника испортило окончательно. Все реальные дела последних лет были неразрывно связаны с Кавказом. Дроздов взглянул на начальника штаба. Гвардии подполковника Сурикова, отличного лётчика и грамотного офицера, если что и связывало с его знаменитым однофамильцем, художником Суриковым, то исключительная выразительность его лица, не уступающая по выразительности картинам его великого однофамильца. Сейчас лицо гвардии подполковника Сурикова выражало недоумение и растерянность. Гвардии полковник Дроздов понял, не Кавказ. Кавказом Сурикова не смутишь. Значит надо готовиться к худшему. С таким неутешительным выводом гвардии полковник подошёл к карте. Увидев перед собой карту северной части России, масштабом 1:1000000, гвардии полковник был удивлён ещё больше.
   - Сейчас полковник Боголюбов доведёт до вас имеющуюся на данный момент информацию ГРУ, - произнёс генерал Свечкин и кивнул прибывшему с ним полковнику, - а дальше будем принимать решение на проведение операции.
   - На настоящий момент, - начал слегка прокашлявшись, полковник Боголюбов, - нам известно следующее. Четыре дня назад в селе Зелёная Горка произвела посадку летающая тарелка инопланетного происхождения. Инопланетяне свободно владеют русским языком и используя свои способности гипноза воздействуют на местное население, по-видимому, для подавления попыток сопротивления. Была предпринята попытка силами МВД произвести захват инопланетян и летающей тарелки, в результате чего милиция понесла крупные потери, около двух сотен убитых и трёх сотен раненых. Очевидцы, присутствующие при этом говорят, что сами инопланетяне якобы участия в этом бою не принимали.
   - Как доложила наша разведка, - продолжил полковник, - инопланетяне установили некое электрическое поле, которое якобы пропускает через себя

194

   всё, кроме оружия и боеприпасов. Так что получается, что МВДшники перестреляли сами себя. Наша разведгруппа этот факт тоже подтвердила. По косвенным фактам, руководство Генштаба установило, что инопланетяне опасаются нашей авиации. Поэтому принято решение о нанесении по ним авиационного удара.
   Полковник ткнул карандашом в центр точки, изображающей на карте Зелёную Горку.
   - Летающая тарелка приземляется всегда в этом месте, - полковник кашлянул и продолжил, - необходимо нанести внезапный удар по этой летающей тарелке.
   - Товарищ полковник, - подал голос начальник штаба полка гвардии подполковник Суриков, - а для какой цели нужно наносить авиаудар? Может сначала авиаразведку провести?
   - Что касается зачем, то это защита суверенитета и безопасности государства и это не обсуждается, - назидательно ответил полковник Боголюбов, - а что касается авиаразведки, то её уже провели, - сказал он слегка поперхнулся, поняв, что ляпнул лишнего.
   - Тогда почему нас не знакомят с данными авиаразведки? - спросил гвардии подполковник Суриков, шестым чувством почувствовавший предстоящую подставу*.
   - Н-у-у, - несколько неуверенно ответил полковник Боголюбов, - по докладу нашей разведки, разведчик СУ-24МР был сбит над селом Зелёная Горка. Лётчики катапультировались, с ними всё в порядке. Есть предположение, что самолёт упал по техническим причинам.
   - Там что, связи нет, чтобы узнать что случилось? - задал вопрос гвардии полковник Дроздов, вслед за начальником штаба почувствовавший подставу.
   - Связь есть, - слегка раздражаясь, ответил полковник Боголюбов, - но как я довёл вначале, эти инопланетяне обладают гипнотическим воздействием, поэтому разведка доложила, что самолёт-разведчик был сбит куском кирпичной кладки, который в самолёт рукой бросил инопланетянин. Учитывая то, что внешне инопланетяне ничем от нас с вами не отличаются, то эти россказни о кирпичах не что иное, как плод больной фантазии под воздействием гипнотического воздействия и ничего более. Кстати, ваши коллеги, лётчики с самолёта-разведчика, по-видимому, в плену у инопланетян.
   - А как же быть с местным населением? - задал вопрос гвардии полковник Дроздов, - ведь при нанесении удара могут пострадать невинные люди.
   - В общем, так, - заговорил молчавший до этого генерал Свечкин, - мы, прежде всего солдаты, а раз так, то наша задача выполнять приказы, а не думать, что там да как там. Инопланетяне - это захватчики, а местные жители, перешедшие на их сторону - это враги. Поэтому товарищ гвардии полковник Дроздов получите приказ начальника Генштаба от имени министра обороны о нанесении воздушного удара по вторгшимся на нашу территорию инопланетянам. Срок исполнения, - подвернув рукав мундира он взглянул на часы "Омега" и произнёс, - три часа. Время пошло. Письменное распоряжение на нанесение воздушного удара поручено оформить командующему ВВС округа генералу Чуднову.
  
   * подстава, - распространённое среди разного уровня руководителей Древней Руси,
   России, Советского Союза и РФ явление, когда за глупые или преступные распоряжения
   руководителей, заведомо обречены, расплачиваться их подчинённые.

195

   При этих словах генерал Чуднов вздрогнул, и ему срочно захотелось на пенсию.
   - Есть! - ответил гвардии полковник Дроздов генералу Свечкину, затем взглянул на начальника штаба Сурикова и отдал команду: "Боевая тревога".
   Начальник оперативного отдела выбежал из комнаты. Через несколько секунд за окном раздался вой сирены, а ещё через несколько мгновений раздался всё нарастающий и нарастающий топот сотен ног.
   - На этом наша миссия закончилась, - довольно произнёс генерал Свечкин, - пойдём, слегка перекусим в столовую лётного состава.
   - Да, не помешало бы, - ответил генерал Чуднов и направился за Свечкиным. Но его остановил гвардии полковник Дроздов.
   - Товарищ генерал, приказ на нанесение удара по селу Зелёная Горка, начальник штаба в Вашем распоряжении, как Вы понимаете, без приказа ни один самолёт в воздух не поднимется.
   - Помню, помню, - недовольно произнёс командующий ВВС округа, проклиная в душе и Свечкина и командующего округом и Генштаб и министра обороны.
  
   День в военном городке и на территории части перевалил во вторую половину. С учётом того, что первая эскадрилья сегодня летает, а командир полка находится на полётах, жизнь гарнизоне переходила на сентиментальный лад. Обед закончился, в офицерском общежитии началось некое движение по организации послеполётных вечеринок. Члены лётного и технического состава неприсоединившиеся к этому движению занимались кто чем. Кто-то играл в шахматы, кто-то спал, кто-то читал Устав внутренней службы, кто-то готовился к заступлению в наряд. И все вместе, как присоединившиеся, так и неприсоединившиеся убивали время до начала танцев в доме офицеров.
   В два часа дня, неожиданно и некстати проснулась ГГС*. Из динамиков спокойный голос объявил: "Тревога. Отъезд от жилой зоны через десять минут". Никому не надо было объяснять, что "Тревога" - это боевая тревога, а "Сбор по тревоге" - это учебная. Поэтому весь гарнизон вмиг превратился в копошащийся муравейник. Из общежития, казарм и гостиницы, бежали к выходу из жилой зоны переодетые в технуру** солдаты, прапорщики и офицеры с болтающимися сумками противогазов и ОЗК*** и с тревожными чемоданами в руках. За воротами жилой зоны уже стояли тентованные "Уралы", развернувшись кузовами в сторону ворот. Подбегая к машинам личный состав, увидел перед собой начальника автотракторной службы майора Швачко, который скомандовал: "Загружаться в первую машину". Когда на взгляд майора машина утратила возможности к дальнейшему заполнению, он скомандовал: "Во вторую машину", а водителю первой машины махнул рукой "Пошёл". Загруженные "Уралы" уходили один за другим, никто никого не ждал и не искал, всё двигалось непрерывным потоком. От ДОСов в сторону аэродрома отъезжали три автобуса с лётчиками. В кузовах машин весь путь стояло гробовое молчание.
  
   * ГГС (аббревиатура) - Громко Говорящая Связь.
   ** Технура (Сленг) - Техическое обмундирование.
   *** ОЗК (аббревиатура) - Общевойсковой Защитный Комплект.
  

196

   Машины прибывающие на аэродром проезжали по установленному маршруту через ТЭЧ*, КП**, ЗКП***, стоянки первой, второй и третьей эскадрилий, ненадолго останавливаясь для высадки солдат, офицеров и прапорщиков. Над аэродромом барражировало дежурное звено первой эскадрильи, прикрывая его от воздушного нападения. Вся первая эскадрилья была уже на взлётной полосе. Самолёты, с подвешенными ракетами "воздух-поверхность" и "воздух-воздух" были готовы идти на взлёт.
   Освободившиеся "Уралы" вытягивали самолёты второй и третьей эскадрилий к ЦЗ****, тревожные группы сразу же по прибытии включились в работу по подготовке авиатехники для выполнения боевой задачи. Во время предполётной подготовки дежурный по полку со своим помощником раздавал по карточкам-заместителям оружие и боеприпасы, а начальник особого отдела по спискам проверял наличие личного состава. Предполётная подготовка завершена. Специалисты ИАС***** отгазовали самолёты, ещё раз проверив функционирование всех систем. Все системы работоспособны. Техника была дозаправлена и стояла подключенная к АПА ******, на самописцах выставлены номера вылетов.
   Прибыло мотострелковое отделение на БТР-60ПБ и три танка Т-72 для усиления группы прикрытия. Командир группы быстро распределил всех по аэродрому.
   Всё, полк затих в ожидании приказа для дальнейших действий. Если технические службы со своей задачей справились блестяще и находились только в догадках, что последует дальше, вылеты на боевое задание или отбой, то в классе предполётной подготовки обстановка была прямо скажем напряжённой. Как и подобает нормальным людям, лётный состав воспринял слова командира полка, о боевой задаче по поражению инопланетной летающей тарелки как шутку и было встречно дружным смехом. Но когда начальник штаба Суриков принёс подписанный командующим ВВС округа приказ на боевое применение оружия по летающим тарелкам на земле и в воздухе, настроение лётчиков изменилось не в лучшую сторону. Даже из слышанных каждым лётчиком легенд о летающих тарелках было ясно, что гоняться за летающими тарелками на самолёте, тоже, что гнаться за гоночным болидом на дорожном катке. Данные о гибели двух сотен милиционеров и о большом количестве летающих тарелок радости не вызывало.
   Туманно приведённые данные о том, что самолёт-разведчик СУ-24МР, родной брат их бомбардировщиков СУ-24М был сбит брошенным в него инопланетянином кирпичом, энтузиазма не прибавили. Никто из присутствующих в классе, опытом борьбы с летающими тарелками не обладал. Возможности вероятного противника не знал и как воевать с таким противником, понятия не имел. Но приказ есть приказ. Недалеко от своих подчинённых в понимании создавшейся ситуации ушёл и командир полка, но должность командира обязывала командовать. Гвардии полковник Дроздов
   поднял руку вверх, призывая к тишине.
  
   * ТЭЧ (аббревиатура) - Технико-Эксплуатационная Часть.
   ** КП (аббревиатура) - Командный Пункт.
   *** ЗКП (аббревиатура) - Запасной Командный Пункт.
   **** ЦЗ (аббревиатура) - Централизованная Заправка.
   ***** ИАС (аббревиатура) - Инженерная Авиационная Служба.

****** АПА (аббревиатура) - Аэродромный передвижной Агрегат. 197

   - Товарищи офицеры! - раздался в меру уверенный голос командира полка, - Слушай приказ! Командиру первой АЭ* гвардии подполковнику Ершову, силами двух звеньев, провести разведку квадрата 147-286 село Зелёная Горка, при обнаружении целей, так называемых летающих тарелок, произвести ракетную атаку. Действовать по обстоятельствам. На связи находиться постоянно. В случае боевого сопротивления со стороны летающих тарелок, на рожон не лезть и уходить в сторону аэродрома. Командиру второй АЭ гвардии майору Кулешову сменить дежурное звено прикрытия аэродрома и быть к готовности к вылету через тридцать минут, задача та же. Командиру третьей АЭ гвардии майору Бабенко, быть в готовности к вылету через сорок пять минут для нанесения удара по цели или целям. Командиру первой АЭ гвардии подполковнику Ершову, после нанесения удара по целям и прибытия на аэродром, дозаправить самолёты и обеспечить всеми силами эскадрильи защиту аэродрома и возвращение второй и третьей АЭ. Я не исключаю нанесение ответного удара. Время, - гвардии полковник Дроздов посмотрел на часы, - четырнадцать часов двадцать одна минута. Первая эскадрилья - по машинам! Доложить о готовности! Вторая и третья АЭ - дежурная готовность!
   Загремели стулья, лётный состав бомбардировочного полка, уступая дорогу лётчикам первой эскадрильи, двинулся к выходу. Через несколько минут на КП полка посыпались доклады: "Одиннадцатый к вылету готов!", "Тринадцатый к вылету готов!", "Четырнадцатый к вылету готов!", "Восемнадцатый к вылету готов!", ... .
   - Я - одиннадцатый, разрешите взлёт, - раздался на КП голос гвардии подполковника Ершова.
   - Одиннадцатый, - ответил командир полка, - вылет разрешаю. И совсем не по уставу добавил, - удачи тебе Лёша.
  
   Жизнь в Зелёной Горке текла своим чередом. Как сам для себя назвал происходящее генерал Телегин, день вопросов и ответов. Тачкин был весьма смущён, когда как бы внутри себя услышал голос воеводы Всеволода: "В этом и твоя вина воевода Иван, что народ твой годами не может получить ответы на свои довольно простые вопросы".
   - Воевода Иван! - голос Всеволода вывел его из размышлений.
   - Слушаю тебя воевода Всеволод, - ответил Тачкин.
   - Готовься принимать гостей, - сказал Всеволод и указал рукой в юго-западном направлении.
   В указанном направлении Тачкин ничего не увидел, но подняв взгляд вверх, в направлении где постоянно висела вторая летающая тарелка, увидел строй из четырнадцати летающих тарелок.
   - Они все твои, воевода? - спросил он Всеволода.
   - Да, - коротко ответил Всеволод.
   - Внушает уважение, - произнёс Тачкин, - хотел бы я увидеть звездолёт, на котором помещается полтора десятка таких летающих ладей.
   - Такой звездолёт, воевода Иван, я тебе показать не смог бы, если бы и захотел, - ответил Всеволод, - ибо на моём звездолёте таких ладей больше шести десятков.
  
  
   * АЭ (аббревиатура) - Авиационная Эскадрилья.

198

   - Да-а-а! - протянул Тачкин, - впечатляет!
   Тачкин поднял голову вверх, что бы ещё раз взглянуть на строй летающих тарелок, но увидел только одну, неподвижно застывшую в небе. Он собрался задать вопрос Всеволоду, но переведя взгляд в указанном ранее Всеволодом направлении, увидел строй боевых ладей ариан. Десять ладей двигались в направлении села, образовав в небе идеальный круг, одиннадцатая ладья находилась в центре круга. Когда строй боевых ладей приблизился, Тачкин увидел, что снизу под ладьями неизвестно на чём висят самолёты. Скоро Тачкин уже мог определить, что это бомбардировщики СУ-24М с подвешенными ракетами.
  
   Первая АЭ легла на боевой курс, местонахождение предполагаемой цели стремительно приближалось, но локатор показывал полное отсутствие каких либо целей.
   - Я - одиннадцатый, - доложил гвардии подполковник Ершов на КП, - цели не обнаружено.
   - Я - первый, - ответил КП, - Вас понял, если цели не обнаружено, совершите облёт квадрата, может визуально, что увидите.
   - Вас понял, - ответил Ершов.
   - Командир!!! - раздался в эфире голос ведомого, гвардии капитана Маркина.
   - Что случилось, Коля? - но вопрос остался без ответа.
   Связь не работала. Гвардии подполковник Ершов не сразу понял, что произошло. Спустя несколько секунд он понял что. Он взглянул на своего напарника, гвардии капитана Нефёдова, глаза Сергея выражали полное недоумение происходящим. Вокруг самолёта повисла полная тишина. Двигатели не работали, как не работал ни один прибор в кабине.
   - Что это? - взволнованным голосом спросил Нефёдов.
   - Кабы знать, что это та... - начал, было, Ершов, но взглянув в зеркало обзора задней полусферы осёкся на полуслове.
   Над самолётом ведомого, капитана Маркина, висела летающая тарелка. Ершов взглянул вверх и над собой увидел круглый диск диаметром метров пятнадцать. Нижняя часть сферы диска находилась в двух с половиной - трёх метрах от фонаря кабины. Но самолёт не падал, и точка нанесения предполагаемого удара стремительно приближалась.
   - Командир, что это? - услышал он голос Нефёдова.
   - Это Серёга летающие тарелки, с которыми мы летели воевать, - сам удивляясь своему спокойствию ответил Ершов, - но у них, по-видимому, хорошее настроение и они взяли нас в плен.
   - Может, катапультируемся? - как бы сам себя спросил Нефёдов.
   - Ты вверх посмотри, - ответил Ершов, - это одно и то же, что застрелиться.
   - А зачем мы им? - не унимался Нефёдов.
   - Ну, как зачем, - рассудительно ответил Ершов, - как объект передовой техники мы им явно не нужны, значит в музей или на детскую площадку. Да не расстраивайся ты, Сергей, если нас с собой заберут, то посмотрим, как на других планетах люди живут. Что нам терять, от меня жена сбежала, ты ещё не женился.
   - А вы мне нравитесь, - раздался явно посторонний голос. Ершов с Нефёдовым переглянулись, хозяина голоса в кабине не было, - я бы вас в свой десяток взял бы, да жаль, места нет. 199
   - Так куда мы летим? - спросил у голоса Ершов.
   - Уже прилетели, - ответил голос, - идём на посадку.
   Ершов взглянул вниз, земля стремительно приближалась, вот наверное это село Зелёная Горка, улицы, дома, развалины храма, здоровенная толпа народа, летающая тарелка, самолёт мягко коснулся земли. Ершов взглянул вверх, над ним сияло солнце в безоблачном небе.
   - Прибыли, - произнёс Нефёдов, - что будем делать, командир?
   - Пойдём в гости, - ответил Ершов, открывая фонарь кабины, - или у тебя есть другие предложения?
   Рядом с ними производили посадку остальные самолёты эскадрильи, а доставившие их летающие тарелки стремительно исчезали в небе. К самолёту подошли двое в лётных комбинезонах, с собой они принесли деревянную лестницу. Установив лестницу, они помогли Ершову и Нефёдову выбраться из самолёта.
   - А вы кто такие? - спросил Ершов вступив на землю.
   - Мы из Н-ского разведывательного полка, майор Волков, - представился один.
   - Старший лейтенант Сергеев, - представился второй.
   - Гвардии подполковник Ершов, - представился Ершов и спросил, - так это вас сбили?
   - Нас, - грустно ответил майор, - это с вами они так вежливо обошлись.
   - А как, - заинтересованно спросил Ершов.
   Старший лейтенант Сергеев открыл, было, рот, но майор цыкнул на него и сказал:
   - Иди-ка, лучше помоги остальным выбраться, бери лестницу и вперёд.
   Явно недовольный старший лейтенант с лестницей ушёл. Майор Волков помолчал немного, тяжело вздохнул и произнёс:
   - Воевода ихний, Всеволод, взял кусок кирпичной кладки и сбил наш самолёт.
   - Так вот взял и сбил? - недоверчиво спросил Ершов.
   - Так вот взял и сбил, - недовольно ответил Волков, - не веришь мне, спроси у других, это тысячи людей видели, а нам со старлеем, он приказал самолёт покинуть, и выскочили мы как миленькие. Можешь генерала Тачкина из ГРУ спросить, он тоже это избиение младенцев видел. Ты, подполковник, наверное, считаешь, что сбить нас куском кирпича - это диво дивное, а посадить твою эскадрилью бомбардировщиков посреди деревни - это само собой разумеющееся.
   - А что генерал ГРУ здесь делает? - спросил Ершов майора, что бы погасить возникшее в разговоре напряжение.
   - Генерал мне свои планы не доводил, - сердито ответил майор, - но кажется, он пытается довести до своего командования, что воевать с ними бессмысленно и бесполезно. В эту зону нельзя даже газовый пистолет пронести.
   - А как же ракеты, пушки, личные пистолеты наконец, - потянулся он к кобуре?
   - Если они здесь, в зоне, - ответил майор Волков, - то это уже не ракеты, пушки и пистолеты.
   Ершов достал из кобуры пистолет, попытался передёрнуть затвор. Затвор не поддался. Попытка сдвинуть защёлку магазина ни к чему не привела. Ершов направил ствол пистолета вниз и попытался нажать курок, курок не поддался.

200

   - Я же говорю, - повеселевшим голосом сказал майор Волков, - это уже дрова, а не оружие.
   - М-м-м да, - произнёс Ершов, - круто! Ну а увидеть их можно?
   - Кого? - спросил Волков.
   - Ну, инопланетян этих, - сказал Ершов.
   - А кто тебе не даёт, - произнёс Волков, - строй свою эскадрилью и веди представляться воеводе арианскому Всеволоду по случаю окончания очередной войны местного масштаба.
  
   На КП бомбардировочного полка царило напряжение. Первая АЭ приближалась к цели.
   - Я - одиннадцатый, - раздался голос Ершова по громкоговорящей связи на КП, - цели не обнаружено.
   - Я - первый, - ответил командир полка, - Вас понял, если цели не обнаружено, совершите облёт квадрата, может визуально что увидите.
   - Вас понял, - ответил Ершов.
   - Командир!!! - вдруг раздался в эфире голос ведомого, гвардии капитана Маркина, после чего на КП наступила тишина.
   - Они пропали с локатора! - доложил диспетчер.
   - Одиннадцатый, ответьте, двенадцатый, ответьте, тринадцатый, ответьте, ..., - взывал к синему небу командный пункт. Эфир молчал. На КП наступила гробовая тишина.
   - Командир! - прервал тишину гвардии подполковник Званцев, - Они что, погибли?
   - Не пори чушь! - закричал Дроздов и тут же уже спокойным голосом добавил, - извини, сорвался, не будем хоронить раньше времени. Может у нас, что нибудь со связью.
   - Двадцать первый, ответьте, - произнёс Званцев.
   - Слушаю, двадцать первый, - раздался показавшийся на КП очень громким голос командира второй АЭ гвардии майора Кулешова.
   - Отбой, - произнёс командир полка.
  
   Лётчики первой АЭ, переговариваясь между собой, в сопровождении местных мальчишек направились смотреть на победителей этого несостоявшегося воздушного боя. Летающая тарелка была настоящая, инопланетяне были настоящие, и стыд за авантюру устроенную руководством вооружённых сил тоже был настоящий.
   - Воевода, - обратился Ершов к Всеволоду, - можно мне с полком связаться? Места ведь в селе мало, если ты все наши воздушные силы здесь посадишь.
   - Я не мешаю, - ответил Всеволод, - связывайся.
   - Так не работает же ничего, - возразил Ершов.
   - Всё работает, что не стреляет, - смеясь, ответил Всеволод.
   Ершов почти бегом помчался к самолёту, вместе с Нефёдовым они приставили деревянную лестницу, по которой Ершов буквально взлетел в кабину. Надел Шлем и включил рацию, рация работала.
   - Первый, я одиннадцатый! - громом раздался голос гвардии подполковника Ершова на КП.
  

201

   - Одиннадцатый, я первый! - услышал Ершов взволнованный голос командира полка, - где вы, что с вами, почему на связь не выходили?
   - Мы у объекта, совершили экскурсию к летающей тарелке, - ответил Ершов, - впечатляет!
   - Лёша, вас что, сбили? - спросил Дроздов.
   - Нет, командир, - ответил Ершов, - сбили разведчиков, как и говорили, кирпичом, а нас пожалели, нас как бы сказать, спустили с небес на грешную землю.
   - Лёша, - голос Дроздова выдавал волнение, - у вас было какое-то боестолкновение?
   - Ну, если можно назвать боестолкновением действия бабы Насти в отношении разбежавшихся из корзинки инкубаторских цыплят, которых баба Настя пособирала и опять засунула в корзинку, - ответил Ершов, - то было.
   - Лёша, вы все живы? - спросил Дроздов.
   - Не волнуйся командир, - весело ответил Ершов, - не только живы, но и до упора здоровы, все прошли послеполётную медицинскую профилактику.
   - У кого? - ничего не понимая, спросил дроздов.
   - Как у кого, - ответил Ершов, - у инопланетян, разумеется.
   - Они вас что, лечили? - с недоумением спросил Дроздов.
   - Да, командир, лечили, как физически, так и душевно, исходя из того, что вооружённый дурак опасен, а воздушный дурак опасен вдвойне, - ответил Ершов, - да ещё и лекцию прочитали о тактике воздушного боя против летающих тарелок.
   - Они что же, учили вас как с ними воевать? - удивлённо спросил Дроздов.
   - Ну, с этими-то однозначно не повоюешь, - ответил Ершов, - а если, к примеру, прилетит повоевать какая-то другая, не дружественная летающая тарелка, из тех, которые может засечь локатор, то эскадрильей её можно попытаться сбить.
   - Лёша, ну а самолёты где? - спросил Дроздов.
   - Самолёты, командир, в целости и сохранности, стоят посреди села, местный авиасалон, летающие тарелки местным приелись, так что теперь народ знакомится с нашей техникой, - ответил Ершов.
   - Лёша! - почти закричал Дроздов, - отгони всех немедленно, ты что, забыл, что с ракет все чеки сняты, не дай бог какой-нибудь пацан залезет, разнесёт всё к чертям!
   - Не волнуйся командир, - спокойно ответил Ершов, - наши инопланетные друзья уже обо всём позаботились, наши ракеты уже можно безбоязненно забивать кувалдой в землю, а мой личный пистолет годится только на роль молотка.
   - Лёша, что дальше делать собираетесь? - неуверенным голосом спросил Дроздов.
   - Нам проще, командир, чем тебе, - ответил Ершов, - мы ждём твоих указаний. Одно что могу сказать, вторую и третью АЭ не посылай, места в деревне мало.
   - Понял тебя Лёша, спасибо вам всем, конец связи, - ответил Дроздов.
  
   Прошло два часа с начала выполнения Н-ским, гвардейским, орденов Кутузова и Богдана Хмельницкого Задунайским бомбардировочным полком поставленной боевой задачи. Прибывшая в полк делегация, во главе с

202

   генералом Свечкиным, видя полное отсутствие ответного удара со стороны инопланетян, а так же полное отсутствие информации и интереса к себе со стороны командира полка, решила выдвинуться на аэродром. Через двадцать минут Уазик остановился возле КП. Командующий ВВС округа генерал Чуднов, заместитель начальника оперативного отдела Генштаба генерал Свечкин и полковник ГРУ Боголюбов направились в помещение управления полётами. Тишину, царившую на КП после окончания сеанса связи с Ершовым, потревожила команда: "Товарищи офицеры!".
   - Товарищи офицеры! - ответил генерал Чуднов, кивнув головой и обращаясь к Дроздову уверенным голосом сказал, - Докладывайте!
   Гвардии полковник Дроздов, приложив правую руку к фуражке, отрапортовал:
   - В соответствии с Вашим приказом, первая АЭ сделала попытку поражения указанного объекта. В ходе выполнения задания все самолёты эскадрильи были изловлены инопланетянами в воздухе и посажены в селе Зелёная Горка. Личный состав жив и после прохождения послеполётного медицинского обследования со стороны инопланетян находится на месте вынужденной посадки. Самолёты исправны, но подлежат эвакуации. Оружие приведено в полную непригодность. У меня всё.
   В помещении пункта управления полётами повисла гнетущая тишина.
  

Глава десятая

   В кремлёвском кабинете президента Российской Федерации напряжение стояло такое, что казалось его можно пощупать рукой. В центре кабинета стоял возмущённый президент Кошкин Пётр Алексеевич и несколько обиженный и обескураженный премьер-министр Пудрин Михаил Михайлович. На повышенных тонах с премьер-министром в стране никто ещё не разговаривал, а тут президент время от времени даже срывался на крик. Это было с точки зрения премьер-министра вдвойне возмутительно. Во-первых они с президентом были старыми друзьями, а во-вторых президент стал президентом только благодаря ему, Пудрину Михаилу Михайловичу. Но вот приходится стоять и слушать крики президента.
   - Ну, скажите, Михаил Михайлович, - громким голосом с надрывом спросил президент, - как Вы, неглупый человек, могли до такого додуматься? К нам прилетели представители дружественной цивилизации, а мы по неподдающейся измерению глупости и тупости развязали военные действия. Не знаю как Вам, а мне страшно становится от одной мысли о том, что было бы, если бы на Землю прилетели не очень дружественные пришельцы. Вы Михаил Михайлович, вошли бы в историю, если бы она после этого была, как разжигатель первой космической войны!
   - Не надо делать из меня Гитлера*, - огрызнулся премьер-министр.
  
   * Адольф Шикльгрубер (он же Гитлер) - глава фашистского движения в Германии. Премьер-министр Пудрин имел ввиду келейно согласованную союзниками по антигитлеровской коалиции версию о Гитлере как главном и единственном разжигателе 2-й мировой войны. В настоящее время западные "демократы" в компанию к Гитлеру усиленно пытаются добавить Иосифа Джугашвили (кличка Сталин), под руководством которого гитлеровский фашизм и был уничтожен.

203

   Западная "демократическая" пропаганда навязала всему миру версию о том, что Вторая мировая война началась 1 сентября 1939 года с нападения фашистской Германии на Польшу. Однако это далеко не так. Вторая мировая война началась значительно раньше, и сил на её развязывание у Гитлера не было. Начать войну с ограниченной по Версальскому договору 1919 года армией, не превышающей 100 тысяч голодных солдат, без единого танка, без единого военного самолёта, без флота, без ресурсов, которые нещадно изымались странами победительницами, несмотря на начавшийся в Германии голод, мог только конченый дурак, а Гитлер, судя по всему таковым не являлся. Страны Версальско-Вашингтонской системы (Англия, Франция, США и Япония) поделившие весь мир на сферы своего влияния после 1-й мировой войны, не могли поделить только 1\6 часть суши, т.к. на этой территории располагался Советский Союз, вот против него, что бы там не говорили западные "демократы" и продажные российские интеллигенты, была нацелена будущая 2-я мировая война. Планирование 2-й мировой войны началось непосредственно после окончания 1-й мировой войны, также как (для тех, кто не в курсе) планирование 3-й мировой войны началось непосредственно после окончания 2-й мировой войны (и цели те же). Но у всех стран Версальско-Вашингтонской системы, несмотря на всю циничность их политики, имелось одно хорошее качество, они берегли своих солдат, а при походе на Россию этих самых солдат должно было там полечь великое множество, десятки миллионов, что никак не допустимо. Одной только Польши, готовой в любой момент броситься на Россию с целью присоединения к себе Украины, Белоруссии и Литвы, было явно недостаточно. В качестве тарана нужно было что-то помощнее, и тут вспомнили об избитой, ограбленной и безоружной Германии, сводящей концы с концами только за счёт России, которую господин Ульянов (кличка Ленин), отрабатывая германские кредиты, умудрился сделать проигравшей проигравшему в войне. Вот и гнал господин Ленин со своими подручными продовольствие в Германию, в то время как в Поволжье, в Средней Азии, на Украине, в Белоруссии и в Сибири от голода умирали миллионы. Что бы сделать Германию мощной военной машиной, необходимо было снять с неё Версальские кандалы и поставить у власти диктатора. Западные "демократы" прекрасно знали, что в любой стране, доведённой до краха, рано или поздно появится диктатор. Он и появился. Немцы готовы были проголосовать за кого угодно, лишь бы он спас их от голода и национального унижения, в чём англичане и французы - большие мастера. Итак, план 2-й мировой войны готов. Используя в качестве тарана Германию, страны Версальско-Вашингтонской системы уничтожают ненавистную Россию, делят её на свои вотчины и устанавливают мировое господство. Осталось только поставить на военные ноги Германию и натравить её на Россию. Но битая Германия требует гарантий, и они были ей даны. Осторожно, с оглядкой на Англию и Францию, Гитлер перестал выплачивать репарации, - прошло. Осторожно с помощью Советского Союза началось строительство танков, самолётов, кораблей и подводных лодок, разработка химического оружия, увеличение численности вермахта, - прошло. Вошли в демилитаризованную зону - прошло. Гитлер понял, что бывшие противники не блефуют, и дал им понять, что готов к переговорам. Переговоры, как и следует ожидать, состоялись. С 29 по 30 сентября 1938 года в Мюнхене, премьер-министр Великобритании Невилл Чемберлен, премьер-министр Франции Эдуард Даладье раскрыли карты перед Адольфом Гитлером и Бенито Муссолини. Чтобы втянуть Германию в войну против России, ей были обещаны территории на востоке, как в своё время для того, чтобы втянуть Россию в войну против Германии, ей были обещаны проливы Босфор и Дарданеллы, а Италии дарили Эфиопию, мнение эфиопов не учитывалось. Итого, против России и дружественной ей Монголии собиралась коалиция в составе: сочувствующая нацизму Великобритания, профашистская Франция, "демократические" США, фашистская Германия, фашистская Италия, профашистская Польша, фашистская Болгария, фашистская Румыния, фашистская Венгрия, фашистская Испания, "демократическая" Финляндия, "демократическая" Турция, императорская Япония. В качестве доказательств, о серьёзности намерений, англичане и французы сдали Гитлеру Австрию, а собравшейся было воевать с поддержкой СССР Чехословакии, путём выкручивания рук запретили сопротивляться. Так что началась 2-я мировая война 30 сентября 1938 года, а разжигатели этой войны, Англия и Франция, признавать это категорически не хотят. Мало того, англичане и французы всерьёз считают
  

204

   - Я не делаю из тебя Михаил Михайлович не Гитлера не Наполеона, - воскликнул президент, - я просто не могу понять, как ты до этого додумался, это же уму не постижимо. Столетиями земляне мечтали встретиться с братьями по разуму, вот оно - свершилось! И вместо встречи, бои местного значения! Я бы на месте инопланетян уже бы заинтересовался теми, кто это устроил, и отнюдь не для вручения подарков! Надо, пока не поздно, ситуацию исправлять! Я приказываю срочно собрать совет безопасности. Министрам обороны и внутренних дел, а также начальнику генштаба прибыть со своими первыми заместителями! Сбор немедленно!
  
   Члены Совета безопасности России, спешно собранные в Кремле, негромко переговариваясь, пытались выяснить причину столь поспешного сбора. Секретарь Совета безопасности Сергей Афанасьевич Лопушенко, дабы скрыть внутреннее волнение, которое охватывает любого чиновника в обстановке неведения, ещё раз проверил списочный состав членов совета безопасности. Все на месте. Члены Совбеза, негромко переговариваясь между собой, пытались выяснить причины спешного сбора. Вопросительные взгляды членов Совбеза, бросаемые в сторону премьер-министра натыкались на каменное выражение лица Пудрина. Внутреннее волнение председателя Совбеза постепенно начало передаваться и остальнвм членам Совбеза. Поэтому приглушённые голоса и шёпот постепенно замолкали. Открылась дверь и в висящую в кабинете атмосферу всеобщей озабоченности и непонимания, бодрым шагом вошёл Президент России. Члены Совбеза встали.
   - Прошу садиться, - сказал президент.
   После того, как члены Совбеза сели и вопросительными глазами уставились на президента, Кошкин изучающим взглядом обвёл глазами сидящих перед ним чиновников. Чиновники чувствовали себя крайне неуютно и старались взглядом с президентом не встречаться. Внутренним чутьём опытных придворных члены Совбеза чувствовали, что произошло что-то из рук вон выходящее, но, не зная своей роли в этом, испытывали внутренний дискомфорт.
   - Господа! - обратился к собравшимся чиновникам президент, - сегодня утром, я - Гарант конституции, Верховный Главнокомандующий, Президент Российской Федерации Кошкин Пётр Алексеевич, с удивлением узнал из Интернета о том, что пять дней тому назад, на территории Российской Федерации произвёл посадку инопланетный космический корабль!
   Члены Совбеза уяснив, что к их персоналиям инопланетяне не клеются, вздохнули с облегчением. Нависшая было тишина, стала нарушаться репликами: "Не может быть!", "Неужели свершилось", "К чему бы это?", "Что теперь будет?", "Вот это да!".
  
   себя жертвами агрессии. Франция получила 22 июня 1940 году нокаут, а Англия в мае 1941 нокдаун от Германии потому, что не учли одного единственного фактора, немцы не могли
   простить англичанам и французам полтора десятилетия унижений и травли, с чем Гитлер вынужден был считаться. Поэтому война пошла по другому сценарию. Хотя сами англичане и французы готовы были простить Германии всё, лишь бы натравить её на СССР. Стоило бы Гитлеру вывести войска из Франции и извиниться перед Англией, как войска этих "демократических" стран наверняка оказались бы на восточном фронте, но это уже только предположение.

205

  
   - Да, - продолжил президент, - это свершилось, но не только это. Свершилось то, чего не должно было случиться ни в коем случае!
   В кабинете нависла тишина. Появившееся было расслабление, уступило место напряжённой настороженности. Министры внутренних дел и обороны, опустив головы, внимательно рассматривали столешницу, начальник генштаба заинтересованно рассматривал свои ногти, а премьер-министр с застывшим лицом смотрел куда-то внутрь себя.
   - К нам прилетели не какие-то там инопланетяне, а наши прямые родственники, - продолжил президент, - но вместо того, что бы встретить их хлебом-солью, наш министр внутренних дел Муратов Иван Каримович, со своим заместителем Чудиловым Романом Ивановичем устроили на месте высадки военную операцию, стоившую нашей стране двух сотен погибших и трёх сотен раненых наших солдат. Я попрошу почтить их память минутой молчания!
   Все встали.
   - Прошу садиться, - произнёс президент и, обращаясь к министру Муратову продолжил, - а Вас Иван Каримович и Вашего заместителя Чудилова я попрошу немедленно подать прошения об отставке, и если через час я не увижу от Вас этого заявления, то Вы увидите от меня приказ об увольнении по статье. Всякой глупости и безответственности должен быть всё-таки предел.
   - Разрешите выполнять, товарищ Верховный Главнокомандующий? - произнёс побелевший Каримов, вставая из-за стола.
   - Да, выполняйте, - ответил президент и обратился к генералу Кольчугину, сидевшему у стены с другими приглашёнными, не входившими в состав совета безопасности, - Товарищ генерал-полковник!
   - Первый заместитель министра внутренних дел генерал- полковник Кольчугин! - представился Кольчугин вставая и не зная, что ответить на вопросительный взгляд президента, добавил, - Василий Геннадьевич.
   - Товарищ генерал! - произнёс президент, - вы назначаетесь исполняющим обязанности министра внутренних дел. И я очень надеюсь, что последствия деятельности Вашего предшественника будут устранены в ближайшее время, кроме того, что погибших солдат уже не вернуть.
  
   - Есть! - ответил генерал-полковник Кольчугин.
   - И ещё я очень надеюсь, Василий Геннадьевич, - доверительно произнёс президент, - что Вы в корне пересмотрите кадровую политику, проводимую Вашими предшественниками, надеюсь, Вы понимаете, как опасно держать на ответственных должностях безответственных и некомпетентных людей?
   - Так точно! - ответил генерал-полковник Кольчугин, уже продумывая, кого из каримовских ставленников, он заменил бы на своих друзей и прихлебателей.
   - На сегодня Вы свободны! - сказал президент.
   - Есть! - ответил генерал-полковник Кольчугин и направился к выходу.
   Наблюдая эту экзекуцию, министр обороны Дубина пытался вжаться в кресло, но голос президента выставил его на всеобщее обозрение. Все члены Совбеза уставились на Дубину.
   - Нашему Министру Обороны Дубине Анатолию Анатольевичу, побоища, устроенного министерством внутренних дел, показалось мало, - продолжил президент, - и он, вместе с начальником Генштаба генералом Сонькиным

206

   Фёдором Васильевичем решили поиграть в войну по-крупному. В результате чего один самолёт сбит брошенным в него кирпичом, а остальные переловлены в воздухе и расставлены по улицам села Зелёная Горка Мстовского района Старогородской области.
   Президент перевёл взгляд с Дубины на Сонькина. Сонькин зачем-то встал.
   - Товарищ генерал! - обратился к нему президент, - каковы были данные разведки?
   - Ну, - неуверенно начал Сонькин, - разведка докладывала о разных там системах защиты, но мы в это поверить не могли, потому, как уж больно фантастически всё звучало.
   - Я Вас попрошу господа, - обратился президент к Дубине и Сонькину, - немедленно присоединиться к господину Муратову, ибо ваше пребывание на этих должностях это гарантия нового 22 июня*.
   - Разрешите идти? - пролепетал Сонькин.
   - Идите, - ответил президент.
   Ссутулившийся Сонькин направился к двери. За ним молча проследовал Дубина. Спина уходящего Дубины выражала крайнее возмущение происходящим. Даже упитанный затылок как будто кричал: "Вы ещё обо мне пожалеете". Как и все бездари, Дубина считал себя гениальным руководителем. Полное отсутствие каких либо знаний по основам военного дела и военному строительству его не мало не смущало. После того, как дверь кабинета закрылась за ушедшими, президент обратился к генералу армии Пряхину Валерию Геннадьевичу и генерал-лейтенанту Журавлёву Сергею Николаевичу.
   - Господа, вы назначаетесь исполняющими обязанности министра обороны и начальника Генерального штаба. Я убедительно прошу принять срочные меры по устранению последствий деятельности ваших предшественников. Сегодня вечером я жду Вас с докладами о проделанной работе и с планами на будущее. Указания о времени встречи вы получите из администрации президента. Сейчас Вы свободны.
   Генералы Пряхин и Журавлёв синхронно ответили "Есть!", развернулись кругом и направились к выходу. Когда дверь за ними закрылась, президент обратился к оставшимся членам Совбеза.
   - Наши доблестные силовики, это воплощение классического народного фольклора "Сила есть, ума не надо". Я не собираюсь драматизировать ситуацию, но что-то ведь надо делать. Надо как-то сломать эту порочную традицию по комплектации силовых структур дураками. Это далеко не безобидно. Если взглянуть в наше прошлое, как далёкое, так и не очень, то картина получается совершенно удручающая. Наша страна никогда не была готова ни к какой войне. К хазарским и половецким набегам - не готова, к монгольскому нашествию - не готова, к польским и немецким нашествиям - не готова, к первой мировой войне - не готова, ко второй мировой войне - не готова. Единственный раз в истории на финнов сами напали, да и то оказались не готовы. Я жду от Совета безопасности конкретных предложений по наведению порядка в силовых структурах. Завтра утром я жду Ваши предложения. Вы меня поняли Сергей Афанасьевич?
  
   * Президент имел в виду 22 июня 1941 года, день нападения фашистской Германии на СССР. В то время в данные разведки не верили по политическим мотивам Нарком обороны Ворошилов и начальник Генштаба Жуков соответственно.

207

   - Да, понял, - ответил Лопушенко.
   - Работайте! - сказал президент и, повернувшись к министру иностранных дел, произнёс, - а Вас Сергей Петрович, прошу следовать за мной.
  
   Войдя в кремлёвский кабинет президента, президент и министр иностранных дел уселись за известный всей стране по выпускам новостей столик.
   - Не стану я, Сергей Петрович, повторяться, Вы в целом уже сами понимаете сложившуюся ситуацию. Делегация инопланетных родственников прибыла из-за границы солнечной системы. С прибывшими инопланетянами нужно вести переговоры и устранять последствия конфликта. Вот Вам и карты в руки.
   - Кстати, о картах, Пётр Алексеевич, - ответил Осинин, - на сколько распространяются мои полномочия и какова будет линия поведения руководства нашей страны в отношении инопланетян.
   - Любые, Сергей Петрович, - ответил президент, - вплоть до заключения договора о дружбе, сотрудничестве и взаимопомощи. Вы сами-то уяснили, что они нам на десять порядков нужнее, чем мы им?
   - Да уяснить-то я уяснил, - ответил министр, - но если честно, Пётр Алексеевич, то я не совсем представляю, о чём мне с ними разговаривать. По моим данным, врать им бесполезно.
   Президент с неприкрытым изумлением, так, как будто впервые его увидел, пристально стал рассматривать министра иностранных дел. Какие мысли при этом обуревали президента, осталось неизвестным, но лицо президента выражало крайнюю степень возмущения. Впрочем, свои эмоции президент вслух не продемонстрировал, и диалог был продолжен.
   - Ну, так и не врите! - воскликнул президент.
   - Если честно, - ответил Осинин, - то не врущий дипломат это нонсенс. Суть дипломатии как раз и заключается во вранье. Кто больше и правдоподобней врёт, тот и более уважаемый в мире дипломат. К примеру, Великобритания и Соединённые штаты, ни единого слова правды за всю свою историю не произнесли, однако весь мир смотрит на них с уважением.
   - В данном случае, Сергей Петрович, Вам придётся себя пересилить, - ответил президент, - Вы честно ответите на все вопросы, которые они Вам возможно зададут. Мне только непонятно, к чему эти Ваши разоблачения дипломатии.
   - Если честно, - ответил Осинин, - то мне немного не по себе от этих предстоящих переговоров. Ну, а всё-таки, Пётр Алексеевич, что мы от них хотим? Что мы хотим узнать?
   - Мы, Сергей Петрович, хотим получить от них помощь в развитии нашей промышленности, мы хотим получить доступ к новым технологиям во всех областях деятельности. Мы хотим узнать, как они живут у себя на Ариане. Мы хотим узнать какой у них политический строй. Мы хотим узнать, зачем мы им понадобились. Мы хотим узнать, что они о нас думают. В конце концов, мы хотим получить от них советы, как нам жить дальше.
   - М-м-м-да, - протянул министр иностранных дел, - а о переговорах на высшем уровне разговор вести?
   - Обязательно, Сергей Петрович! - ответил президент.
   - Ещё вопрос, Пётр Алексеевич, - задумчиво произнёс Осинин, - как быть с протоколом?

208

   - Да какой там протокол, Сергей Петрович! - возмущённо воскликнул президент, - У нас уникальная возможность узнать что-то реальное о вселенной, о том кто в ней живёт, о своём будущем, в конце концов. Никакого протокола, если они будут согласны на встречу со мной, то я сам полечу в эту Зелёную Горку!
   - А кого кроме меня Вы планируете включить в состав делегации? - спросил Осинин.
   - Что-то я не могу понять природы и причины Вашей заторможенности Сергей Петрович, - с несколько скрытым возмущением произнёс президент, - какая делегация, какой состав. Вы, Вы лично Сергей Петрович немедленно вылетаете в эту Зелёную Горку и к середине дня сообщаете мне лично, что Вам удалось узнать и с какими руководителями ведомств эти инопланетяне согласятся встретиться для обсуждения интересующих нас вопросов. Вы - свободны!
  
   Президент встал из-за стола, всем своим видом показывая, что разговор окончен. Министр иностранных дел несколько неуверенно встал из-за стола, взглянул на президента, но, не увидев возможности продолжить разговор, неуверенной походкой направился к выходу из кабинета.
  
   После того, как дверь за министром иностранных дел закрылась, президент ещё минут пятнадцать бродил в глубокой задумчивости по кабинету. Мысли хаотично роились в голове. Но линия поведения руководства страны, о которой упомянул Осинин, никак не складывалась. Полученная информация никак не укладывалась в привычные рамки. Кошкин представил себя трудолюбивым овощеводом, вырастившим рекордный урожай морковки. Вот, наконец, его, то есть овощевода, труд будет вознаграждён, забудутся проблемы предыдущих неурожаев. Всё складывается как нельзя лучше. Но вдруг на плантации морковки появляется дружелюбный и радостный слон, не имеющий против него, овощевода, ничего плохого. И этот слон радостно сожрал всё морковку и, уходя дружелюбно помахал хоботом. Так и эти инопланетяне, не имея ничего плохого в отношении страны, опустили рейтинг руководства, если верить Интернету, ниже канализации. Надо срочно исправлять ситуацию, но как? Так и не выработав линию поведения, Кошкин устало плюхнулся в кресло. "Вот жизнь, - подумал он, - предполагал же, что Пудрин всю свою шайку недоумков потянет на следующий срок, а теперь даже посоветоваться не с кем. Правительство называется. Ну да жаловаться не на кого, сам согласился побыть президентом - перемычкой". От невесёлых раздумий Кошкина отвлёк голос заглянувшего в кабинет секретаря.
   - Пётр Алексеевич, к Вам Рабинович прорывается.
   - А, пусть проходит, - ответил Кошкин.
  
   Скользящей походкой в кабинет проскользнул помощник президента Эдуард Иосифович Рабинович. Подойдя к столу, за которым сидел Кошкин с угрюмой задумчивостью на лице, он изобразил радостную улыбку и спросил:
   - Пётр Алексеевич, в связи с открывшимися обстоятельствами, у Вас будут распоряжения?
   - Да, Эдуард, будут, - ответил президент.
   - Слушаю Вас, - изобразив полную сосредоточенность, произнёс Рабинович.

209

   - Первое, срочно подготовить распоряжение главе правительства о направлении правительственной делегации в село Зелёная Горка для проведения переговоров с инопланетянами. Второе, срочно подготовьте распоряжение в академию наук о направлении делегации ведущих учёных на встречу с инопланетянами для проведения консультаций по научным вопросам. Третье, свяжитесь с общественными организациями по своему усмотрению, пусть пообщаются, может какая польза будет. Четвёртое, подготовьте распоряжение исполняющему обязанности министра обороны генералу Пряхину об организации доставки всех этих делегаций в Зелёную Горку. И последнее, свяжитесь с Патриархом, я думаю, ему стоит пообщаться с обитателями иных миров.
   - Понял Вас, Пётр Алексеевич, - улыбаясь, ответил Рабинович, - разрешите выполнять?
   - Да Эдуард, - поднял взгляд на своего помощника президент, - встреча всех этих делегаций с инопланетянами должна состояться не позднее завтрашнего дня. Инопланетяне живут по своим планам и наша нерасторопность им, как я думаю - по барабану.
   - Всё будет сделано, Пётр Алексеевич, - ответил Рабинович, - если других распоряжений нет, то я иду работать.
   - Пока нет, иди, - ответил президент.
  
   После того как Рабинович исчез за дверью, Кошкин поудобнее расположился в кресле и в течение получаса сосредоточенно изучал лепнину на потолке. Линия поведения категорически не желала проявляться. "Ладно, появилась спасительная мысль, получим информацию от Осинина, тогда и будем думать о линии поведения, а пока ознакомлюсь с мнением Интернет - сообщества". Пришедшая мысль явно пошла на пользу, настроение Кошкина стало заметно улучшаться. Чем хорош компьютер вообще и Интернет в частности, так это тем, что создаёт идеальную имитацию бурной деятельности при сокрытии безделья в реальной жизни. Есть, конечно, и обратная сторона медали - компьютер за оказание вышеуказанной услуги отнимает жизнь, но на это, как правило, никто внимания не обращает. Интернет особенно ценен тем, что создавая иллюзию нахождения в центре происходящих в мире событий, он позволяет укрыться от окружающей жизни вообще и этих самых событий в частности. Этой возможностью в ближайшие часы, остающиеся до доклада Осинина, Кошкин и решил воспользоваться в полной мере. Поверьте, часами копаться в Интернете, занятие гораздо более приятное, чем работать ничего не гарантирующим "Гарантом конституции" и являться "Верховным главнокомандующим" полувоенной организации, внушающей страх и ужас призывникам и их мамам. Эта полувоенная организация представляла собой разветвлённую сеть разномастных штабов, занимающихся планированием военных столкновений исключительно по своим сценариям, не мало не считаясь со сценариями своих коллег. Эта контора имела в своём составе массу подразделений для обеспечения штабов и проведения торжественных мероприятий, полторы сотни усиленных батальонов, названных бригадами, постепенно ветшающие воздушный-космический и ядерный "щиты", доставшиеся от уничтоженного Советского Союза, бригаду "менджеров по распродаже военного имущества" и всё это громко именовалось "армией".

210

Глава одиннадцатая

   Вертолёт с министром иностранных дел Российской Федерации Осининым Сергеем Петровичем был на подлёте к Зелёной Горке, когда в салон зашёл командир экипажа и доложил: "Господин Министр иностранных дел Российской Федерации! Поступило сообщение от генерала Тачкина. Он рекомендует произвести посадку за пределами села, либо полностью освободить вертолёт от оружия. Ваша полная безопасность в Зелёной Горке - гарантируется".
   - Не знаю, как там с гарантиями безопасности, но я Вас Сергей Петрович, без охраны не могу оставить, - заявил начальник охраны.
   - Нет, Олег Петрович, - ответил Осинин, - вы останетесь вне этого инопланетного защитного поля, ибо по моим сведениям, в этом конкретном случае, от вооружённых "силовиков"* нужно держаться как можно дальше.
   - Тогда мы пойдём с Вами без оружия, - ответил начальник охраны.
   - Только в том случае, - ответил Осинин, - если будете держаться от меня не ближе пятидесяти метров.
   - Но Сергей Петрович! - решил было возразить начальник охраны, - я не могу допустить... .
   - Я всё сказал, - прервал его Осинин, - ко мне не приближаться.
  
   Между тем вертолёт, подняв вокруг себя облако пыли и мусора, произвёл посадку рядом с развороченным Уазиком, недалеко от которого сидел на пеньке Игорь Ефимочкин, охраняющий оставленное оружие. Бортмеханик открыл дверь и установил трап. Два охранника, опередив членов экипажа, быстро выбрались наружу и заняли позиции с двух сторон от трапа. На милиционера, сидящего на пеньке, это движение охраны никакого влияние не оказало, что несколько озадачило телохранителей министра. Милиция, в присутствии чиновников столь высокого уровня должна вести себя иначе, то есть проявлять вежливое подобострастие, а этот даже задницу от пня не оторвал.
   - Первый, - произнёс охранник в микрофон мобильной рации, - подозрительный объект в милицейской форме, возле него большое количество оружия!
   - Понял, третий, - раздался голос начальника охраны в наушнике, - проверить объект.
   - Вас понял, - ответил охранник и скользяще-пружинистой походкой направился к сидящему на пеньке Игорю Ефимочкину.
  
   На манипуляции охранника "объект" в лице Ефимочкина никак не прореагировал.
  
   * "Силовики" (Сленг) - организации, получившие право бряцать оружием в мирное время, занимаются в основном охраной одной части общества от другой, к защите общества от внешних угроз они, как правило, не бывают готовы никогда. Вооружённые формирования другой части общества именуются "террористами, экстремистами, националистами, фашистами, провокаторами, организованными преступными группировками и просто бандитами". И те и другие тесно взаимодействуют между собой и к защите народа, о котором все они постоянно упоминают, не имеют никакого отношения.

211

   - Кто такой? - ткнув в Ефимочкина пистолетом, грубо спросил охранник.
   - А сам то ты кто будешь? - не двинувшись с места, спросил Ефимочкин.
   - Я - старший лейтенант ФСО* Буркеев, - ответил охранник.
   - Ну, теперь полный комплект, - не меняя позы, произнёс Ефимочкин, - спецназ МВД был, спецназ ГРУ был, ФСБ был, а теперь и ФСО пожаловала. Ну, так чего ты от меня хочешь, старший лейтенант ФСО Буркеев?
   - Мы охраняем Министра иностранных дел Российской Федерации, - с чувством превосходства произнёс Буркеев.
   - Ну, так иди и охраняй своего министра, - ответил Ефимочкин, - и не маши пистолетом, желающих пострелять, тут уже не водится. Вам туда, - указал Ефимочкин рукой в сторону села. Да пушки свои не забудьте в вертушке оставить. Никому вы тут не нужны, не ты, не твой министр. Никто на вас нападать не собирается.
   - Третий, что там у тебя, - раздался голос начальника охраны в наушнике.
   - Одичавший мент с горой оружия, - ответил охранник.
   - Опасность представляет? - спросил начальник охраны.
   - Да вроде нет, - ответил охранник.
   - Блокируй его, мы выходим, - распорядился начальник охраны.
   - Понял, - ответил охранник, занимая позицию между Ефимочкиным и вертолётом.
   По трапу спустился Осинин. Он огляделся по сторонам и увидев сидящего Ефимочкина направился к нему. Узнав неоднократно показанного по телевизору министра, Ефимочкин встал с пенька и представился: "Сержант милиции Ефимочкин! Охраняю сданное оружие".
   - Кто это сдал такую гору оружия? - спросил Осинин.
   - Так служивых там, - Ефимочкин указал в сторону села, - мама не горюй, а с оружием ни-ни, вот и сижу.
   - Так нам туда? - спросил Осинин.
   - Туда, - с улыбкой ответил Ефимочкин, - всем туда, публичная порка без выходных с семи утра и до восьми вечера.
   - А почему порка, да ещё и публичная? - спросил Осинин.
   - Так они не врут и другим не дают, мало того, они и мысли читают как по- писаному. Вот и прикиньте, что ответить на вопросы, кто ты такой и какая от тебя польза народу. Вот и получает народ свои характеристики, да не всем это нравится. А особо заблудшим и мозги прочищают, только после этого жить становится невмоготу. Правду говорят, дуракам легче живётся.
   - Ну ладно, порка так порка, не привыкать, - произнёс Осинин и в окружении охраны, так и не прореагировавшей ни на слова министра, ни на слова Ефимочкина, направился в сторону села.
   Осинин шёл спокойным шагом, размышляя о только что услышанным. От размышления его отвлёк звук падения и ругань. Оглянувшись, он увидел свою распростёртую на земле в живописных позах охрану, трущую ушибленные места и помогающую друг другу подняться с земли.
   - Надо уважать чужое мнение, - сказал он спокойным голосом, обращаясь к начальнику охраны, - идите в вертолёт, без вас спокойнее.
   Сопровождаемый тенью референта Осинин пошёл в село.
  
   * ФСО (Аббревиатура) - Федеральная служба охраны.

212

   Чем ближе подходил Осинин к центру села, тем больше у него портилось настроение. Причиной этого был всё нарастающий гул людских голосов. Когда Осинин достиг окраины села, его взору предстала картина, очень напоминающая авиасалон. Площадь перед правлением агрофирмы была заставлена бомбардировщиками СУ-24М с подвешенными под крыльями ракетами. Вокруг самолётов радостно бегала детвора. Миновав Зеленогорский "авиасалон", Осинин остановился от неожиданности. Перед ним было целое людское море. Несколько десятков тысяч человек с увлечением что-то обсуждали, разговаривали между собой, но внимание всех было обращено куда-то в центр этого людского сборища. Что такое оказаться узнаваемому чиновнику высокого ранга перед не профильтрованной спецслужбами толпой Осинин знал. Это, как правило, целая лавина критики и недовольства, а зачастую и ничем не прикрытой агрессии. Причины этого чиновники, в общем-то, знали, но предпочитали об этом не задумываться, тем более что спецслужбы ограждали их от разъярённого народа довольно профессионально. И вот на тебе, перед ним, Осининым многотысячная "не фильтрованная" толпа. Несколько десятков человек оглянулись на министра, и Осинин понял, что его узнали. Но активно-агрессивного интереса к своей персоне он не почувствовал. Чем-то это народное море отличалось от тех народных толп, на которые успел за свою жизнь насмотреться Осинин по всему миру. Понемногу Осинин начал понимать отличие, в этом людском море напрочь отсутствовали агрессия и безразличие, а его предположение, что его не узнали, сразу же было опровергнуто.
   - Ну, вот, наконец-то и министр иностранных дел пожаловал.
   - Давно пора.
   - Целую неделю раскачивались.
   - С этого надо было и начинать, а то развоевались тут.
   Слышалось со всех сторон.
   - Да пропустите же министра, - раздался чей-то голос, - министры чай так попусту не ходят, глядишь, до чего-нибудь путного договорятся.
   Народ стал неторопливо расступаться, и Осинин двинулся по образовавшемуся живому коридору к тому, о чём читал, о чём слышал, но никогда не видел. Людской коридор вывел смотрящего себе под ноги Осинина на небольшую сельскую площадь. Что-то внутри подсказало Осинину остановиться. Он остановился и поднял глаза. Прямо перед ним, на расстоянии чуть больше вытянутой руки стоял молодой человек в странном, блестящем каким-то зеленоватым отливом комбинезоне и с интересом смотрел на него.
   За спиной молодого человека стояла настоящая летающая тарелка, от созерцания которой Осинина оторвал голос молодого человека.
   - Ну, рассказывай Сергей, какими судьбами сюда попал? Желания общаться, похоже, за тобой не просматривается, - с усмешкой произнёс молодой человек.
   - Ну, почему-же..., - неуверенно начал Осинин.
   - Да мысли твои уж больно ясно читаются, - смеясь, ответил молодой человек в комбинезоне, - так что на главный твой вопрос я отвечу, через три дня улетаем.
   - Ай, да министр у нас! - громко произнёс стоящий недалеко коренастый мужик, - что чудило из анекдота, который задал золотой рыбке три вопроса: "Правда-ли, что получу три ответа?" "Сколько осталось ответов?" "Разве это последний ответ?"

213

   Стоящий рядом народ дружно рассмеялся, но агрессии, своей чувствительной шкурой дипломата, Осинин не почувствовал.
   - Как же ты Сергей обязанности посланника выполнять будешь? - с грустной улыбкой спросил молодой человек в комбинезоне, - интересы твоей страны тебе безразличны, за это время ты о них ни разу не вспомнил, народ свой ты не представляешь, потому народ над тобой и смеётся. У вас что, вся правящая верхушка такая?
   - Ну, в общем-целом, да, - вымучено ответил Осинин, почувствовав, за своей спиной напряжённую тишину.
   - Ну а премьер, президент, они что же, такие же, как и ты? - раздался, чей то спокойный голос за спиной, - отвечай!
   - Мы - одна команда, - натужно ответил Осинин.
   - Ну вот, - воскликнул коренастый мужик, к кому-то обращаясь, - кто кому лапшу на уши вешал? Это наши деятели такие! Это в Старгороде и Москве об их художествах не знают!! Вот приедет Пудрин, Пудрин нас рассудит, - передразнил он кого-то и добавил, - все они одним мирром* мазаны!
   - Так зачем же ты приехал Сергей? - спросил Осинина молодой человек в комбинезоне.
   - Президент прислал, вот и приехал, - вздохнув, ответил Осинин.
   - Зачем прислал? - с сожалением посмотрев на Осинина спросил молодой человек в комбинезоне.
   - Президент хотел бы знать, - начал Осинин, - какую помощь Вы можете нам оказать в вопросах развития нашей промышленности, обороны, освоения космоса и так далее.
   - Отвечаю, - произнёс молодой человек в комбинезоне, - никакой!
   - Но почему? - вопросительно взглянул Осинин на молодого человека в комбинезоне, - мы же, кажется родственники.
   - Потому, - ответил молодой человек в комбинезоне, - что нет смысла помогать тому, кто сам себе не желает помогать.
   - Но может быть Ваша помощь и позволит нам перейти к развитию! - воскликнул Осинин.
   - Нет! Не позволит! - ответил молодой человек в комбинезоне, - свою промышленность вы старательно уничтожаете сами. Какие новые способы труда вам не передавай, они будут в лучшем случае забыты, а в худшем проданы вашим недругам. Касаемо помощи в вооружении, то, во-первых, это запрещено боггами, а во-вторых, в стране, где каждый второй - вор, каждый третий - предатель, а мнения остальных десяти никто не спрашивает, эта помощь будет опасна в первую очередь для вас самих. Касаемо освоения межзвёздного пространства, то это скорее ваша выдумка, чем естество. Не готовы вы к этому. О себе вы разнесли слухи даже за пределы вселенной, а сами ничего не знаете о собственной планиде. При установленных вами порядках на Матери Сырой Земле, во Вселенной вас никто не ждёт, а попытки что-то освоить, присвоить или завоевать будут немедленно пресечены.
   - Так нас услышали в космосе? - спросил Осинин.
   - Услышали, - насмешливо произнёс молодой человек в комбинезоне, - в этих ваших посланиях только способа вашего приготовления не указано.
  
   * Мирра (греч.) - ароматическая смола, добываемая из тропических растений, применяется
   при культовых религиозных обрядах.

214

   - То-есть как? - спросил Осинин.
   - Всё просто, - ответил молодой человек в комбинезоне, - наиболее развитые народы, живущие во Вселенной, знают всё и обо всех, и про вас тоже, а уступающие им в развитии народы бывают разные. Одни живут за счёт постоянного развития, а другие за счёт грабежа. Вот им-то вы весточку о себе послали напрасно. Прилетят и начнут перерабатывать вас в живую массу, если для других целей вы им не понадобитесь.
   - А для чего мы им ещё можем понадобиться? - спросил Осинин и нервно передёрнул плечами, представив себя переработанной биомассой.
   - Мало ли для чего, - ответил молодой человек в комбинезоне, - как рабы, например, или в качестве среды размножения, если эти народы утратили способность делать это естественным путём.
   - А зачем им рабы, - спросил Осинин, - если они такие продвинутые, что сами в космосе летают?
   - Не каждый народ имеет строение тела, позволяющее самостоятельно изготавливать приспособления и звездолёты, - ответил молодой человек в комбинезоне, - а время идёт везде и жить все хотят. Вот и выжидает такой народ появления на своей планиде звездолёта ленивого сообщества, свёдшего всё управление своим производством к голосовому и мысленному воздействию. А когда война переходит на уровень мысленного воздействия, за её исход никто не поручится. Вот такие народы, подменив собой бывших хозяев, и путешествуют по Вселенной. Им то и нужны рабочие руки и по возможности без мозгов, в противном случае возможно обратное движение.
   - Ну, как, Сергей, ответил Криворог на все твои вопросы? - спросил Осокина подошедший откуда то, другой инопланетянин в таком же комбинезоне.
   - Нет, - ответил Осокин, - пока мне показали видение человечества из космоса.
   - И что? - спросил подошедший.
   - Довольно жалкое зрелище, - ответил Осокин.
   - И это жалкое состояние устраивает правящую верхушку вашей страны? - спросил Всеволод.
   - Нет, конечно, - ответил Осинин, - кого такое может устроить, но поделать с этим ничего невозможно.
   - Почему же? - изобразив недоумение, спросил Всеволод.
   - Вот из-за ответов на такие вопросы я и не хотел сюда ехать, - произнёс уныло Осинин, - ну да ладно, отвечу. Общество, которое у нас образовалось, существует исключительно на паритетных условиях и довольно шатких компромиссах, что означает принятие только тех решений, которые устраивают всех.
   - Всех ли? - насмешливо спросил Всеволод.
   - Н-у-у-у, - протянул Осинин, чувствуя себя расколотым подследственным, напрочь лишённым спасительного дара вранья. Он покрутил головой по сторонам, увидел и физически ощутил на себе многочисленные взгляды окружающего его народа и продолжил, - кроме народа, конечно, его мнения никто не спрашивает.
   - А как же понимать заявления власть имущих о том, что они дни и ночи напролёт пашут как волы, исключительно в интересах народа? - с издёвкой спросил Всеволод.
   - Ну, это правила игры такие, - ответил Осинин.

215

   - Что же это за игра такая? А почему это на народ плевать можно? И что это за власть у нас такая, что мнение народа для неё не обязательно? Вы что, про нас только перед выборами вспоминаете? Так вы что, нас за быдло считаете? - посыпались на Осинина вопросы от окружающих.
   Паника, было охватившая Осинина, неожиданно для него самого вдруг исчезла и её место заняла бурно закипающая злость. Он повернулся к окружающим его людям и громко заговорил:
   - А сами себя вы кем считаете? Неужели людьми? Власть вам не нравится, так выберете свою. Что, слабо? Вы в этом селе, где добрая половина народа - родственники, не в состоянии сами собой управлять. Или у вас тут местный выборный глава администрации?
   - Да нет, привозной, - ответил кто-то.
   - Ну, так кто вы такие? - продолжил Осинин, - и стоит ли с вами считаться. Ноют по всей стране, ЖКХ* у них плохое, так берите сами и управляйте, всего-то надо, собрались, выбрали управляющий совет и руководите сами своим домом, а на вырученные деньги хоть новый дом постройте для своих детей. Так нет же вы и на это не способны. Передал вам Горбачёв по глупости ваши же предприятия в вашу же собственность, ну и где эти предприятия? Даже с глупыми чубансовскими ваучерами, вы эти предприятия в своей собственности могли оставить, ну так, где ваша собственность? Что, нет среди вас умных и честных людей, которым можно доверить управление? Ах, они не дураки, что бы такой хомут себе на шею вешать. Ну так придите к ним всем миром, и уговорите хомут этот на себя одеть и поклянитесь помогать им в этом. Так нет, вы и на это не способны, и ведь знаете почему, да потому, что Иван Иванович начальником будет, а вам уже завидно, ну так сами становитесь, ан нет, сами мы не могём, да и лень нам этим заниматься. Так кто же вы такие?
   Осокин молча обвёл глазами молчаливо глядящих на него людей. Тишина была ему ответом. Осокин набрал полную грудь воздуха, с шумом выдохнул, вспомнив о сигаретах, и уже менее эмоционально продолжил:
   - Вот вы мечтаете, что инопланетяне у нас тут порядок наведут, или с собой заберут. Ну подумайте сами, если мы все друг другу не нужны, друг с другом не считаемся, то кому мы нужны во всём космосе. Да что тут говорить, не полные дураки ведь, сами понимаете.
   Запал кончился, и Осинин как-то сразу успокоившийся обратился к Всеволоду.
   - Всё, с карьерой покончено, правда, это тяжёлая вещь, с ней хорошо не поживёшь.
   - У вас да, у нас без правды нельзя, - ответил Всеволод, - но ты Сергей ещё не безнадёжен. Так что отвечу тебе на твои вопросы. За пост свой не переживай, если он тебе ещё не надоел, то никто у тебя, его отнимать не будет.
  
   * ЖКХ (аббревиатура) - жилищно - коммунальное хозяйство. Создано для обслуживания государственного жилого фонда, предоставляемого населению на правах квартиросъёмщиков. В советские времена создание ЖКХ хотя бы отвечало логике, хозяин (государство) следил за состоянием СВОЕЙ собственности. В настоящее время государство пытается совместить несовместимое - сторонний субъект (государство) вместе со своими организациями (ДЭЗы, МУРЭПы и т.д.) пытается следить за состоянием ЧУЖОЙ собственности, что выливается в грабёж СОБСТВЕННИКОВ ЖИЛЬЯ, принуждением платить за то, что не делается и в чём не нуждаются.

216

   - Что касается твоих вопросов, то ответы на них будут весьма краткие, -продолжил Всеволод, - государства в вашем понимании у нас нет. Есть у нас планида Мать Ариана и на ней живёт народ ариан восемнадцати родов и есть ещё пятнадцать планид на которых живут ариане и все мы арианское братство. Высшая власть у ариан принадлежит народу.
   - Ну, а правительство у вас есть? - спросил Осинин. - У нас ведь тоже не более как два десятилетия назад тоже говорили, что власть принадлежит народу, но это было не более чем красивая фраза.
   - В вашем понимании правительства у нас нет. Вся власть принадлежит народному вече* которое назначает управляющие советы и наделяет их соответствующими полномочиями.
   - Но не может ведь вече собираться по каждому поводу, да и собрать весь народ даже по важному поводу довольно затруднительно.
   - В этом нет необходимости, - ответил Всеволод, - в сёлах и посёлках вече назначает совет и собирается только тогда, когда необходимо вмешаться в его деятельность. Учитывая то, что в совет назначают лучших людей, то вмешательство в деятельность совета, дело крайне редкое. В округах на вече собираются только вечевые сотники, выбираемые сельскими вече. В краях на вече собираются только вечевые тысячники, выбираемые окружными вече. Ну а общенародное вече представляют краевые и окружные вечевые старосты, но это событие редкое, поэтому верховную власть у нас представляет верховный совет, назначенный общенародным вече.
   - Оно конечно так, - промолвил Осинин, - но не может ведь ваш верховный совет буквально во всём разбираться и абсолютно всем руководить. Ведь промышленность и медицина, наука и образование, оборона, в конце концов, требуют специалистов. Да и вашу летающую тарелку не под руководством совета делали.
   - Верховному совету нет нужды этим заниматься, - ответил Всеволод, - Верховный совет определяет направления и пути развития нашего общества. Если на этом пути перед обществом возникла задача, то Верховный совет находит среди народа того, кто может решить эту задачу или, по крайней мере, определить направления её решения, наделяет его полномочиями, выделяет средства и обеспечивает всем необходимым. Как правило, это даёт нужный результат.
   - Ну а министры, или им подобные у вас есть? - спросил Осинин.
   - Нет, ни министров, ни им подобных у нас нет, - усмехнувшись, ответил Всеволод, - уж больно это разорительно. И, несмотря на то, что мы в двойные тысячи раз богаче, чем вы, терпеть такого разорения народного богатства мы не можем. На один твой вопрос Сергей я ответил. Теперь отвечу на второй. Для нас во Вселенной самой большой ценностью, помимо любви боггов, являются люди живущие по заветам боггов. Таковых на Матери Сырой Земле мы видим несколько десятков двойных тысяч. Вселенная находится в постоянном движении, миры рождаются и умирают, но главная цель нашего народа должна выполняться всеми поколениями, это - бессмертие арианского народа.
  
   * Вече - народное собрание, обладающее всей полнотой власти. Единственно законный и легитимный обладатель власти, исключающий её узурпацию под любым предлогом. Вече - истинная причина ненависти московских и киевских князей, царей и генеральных секретарей к Великому Новгороду, Пскову и Вятским землям.

217

   Мы открываем новые миры, новые планиды, а их надо осваивать и заселять, что бы они стали новым домом для ариан, если случится очередное вселенское бедствие. Для этого нужны люди, много людей. Мы определяем, сколько с терпящей бедствие Матери Сырой Земли мы заберём людей и зверей на другие планиды.
   - Вы что же, можете забрать все шесть миллиардов? - спросил Осинин.
   - Количество не имеет значения, - ответил Всеволод, - можем и больше, но только нам нужны люди в нравственном понимании этого слова, такие люди которые не предадут свой народ.
   - А что же будет с остальными? - с неприкрытым волнением спросил Осинин.
   - Читайте в библии раздел про страшный суд, - вмешался в разговор Криворог.
   - И вот так спокойно вы будете смотреть как погибают люди? - обращаясь к Всеволоду спросил Осинин.
   - Если следовать нашим традициям, - ответил Всеволод, - то людей мы спасём, а те, что останутся это не совсем люди. Люди в нашем понимании пороков иметь не могут.
   - Ну а если, к примеру, - спросил Осокин, - есть какой то специалист, очень нужный на новом месте и тётка беспорочная, которая ничего толкового сделать не может, кого вы выберете?
   - Даже думать не будем, - ответил Всеволод, - заберём жёнку беспорочную, а забот у неё будет немало.
   - Каких же, если не секрет? - спросил Осинин.
   - Детей воспитывать! - тоном человека, объясняющего прописные истины, ответил Всеволод, - две трети спасённых будут составлять дети! Но, похоже, это вне вашего понимания, если вы своих детей распродаёте за границу!
   - Ну, - смущённо произнёс Осинин, - это вынужденная мера.
   - По правилам Вселенной, общество, торгующее своими детьми не достойно существования, - жёстко ответил Всеволод. Я, Сергей, ответил на твои вопросы, в том числе и на те которые ты задать забыл. Теперь иди и передай своему правителю, что встретиться мы можем, но если он думает, что наше взаимодействие зависит от нас, он глубоко ошибается, первый шаг за вами. Шаг реальный, а не глупый, наподобие ваших воплей во Вселенную, звучащих как - "Приди и съешь меня!". Иди! Разговор окончен.
   Пробираясь через молчаливо расступившуюся толпу Осинин задумчиво двигался в обратном направлении. "А тягостно, наверное, не только мне, - подумал он, - похоже, и у собравшихся людей и даже у инопланетян наш разговор вызвал уныние, а как нам жить дальше нужно, я пожалуй уже сейчас могу сказать. Да толку от этого не будет". Мысли крутились в голове министра иностранных дел одна другой причудливей и фантастичней, но становилось от этого ещё тоскливей. "Вот же чёрт! - подумал Осинин, - они у меня в голове как в справочнике копались! А там такое море дряни, что неудивительно нежелание их воеводы дальше со мной общаться. Если ответить, положа руку на сердце, то я и сам от себя далеко не в восторге. Меня всю жизнь учили, что раз ты в команде, то правила игры нарушать нельзя не в коем случае, иначе ты уже не член команды. А что делать, если эти правила позорны? Похоже, пора уходить в отставку. Я давно уже не вижу какой либо реальной возможности что-то изменить в происходящем в стране". Так в тоскливом состоянии Осинин и проделал обратный путь до кремлёвского кабинета президента.

218

   Уныния убывшего министра иностранных дел народ не разделял. Во- первых, чувство единения и ощущения себя народом необычайно бодрило после столетия революций, войн, преступлений и разобщённости. Во-вторых, пусть и временно, но присутствие дружественных инопланетян вселяло чувство уверенности в своём будущем. И в-третьих, сегодня все идут на свадьбы, а их в Зелёной Горке аж две. "Купец" Илья собирается за своим бесценным "товаром" Ленкой. "Купец" Вовка уже направился за "товаром" к дому Любкиных родителей. И не будет скоро в Зелёной Горке всем привычных молодых ребят и девчат Илюши, Вовки, Ленки и Любки, а будут в соответствии с дедовскими традициями нынешние молодожёны зваться Ильёй Петровичем, Владимиром Ивановичем, Еленой Ивановной и Любовью Семёновной. Так как люди семейные в ответе и за свою семью, и за детей, и за стариков, и за своё село и за свою страну. Семья - основа общества, нет семьи и общества нет, сколько на эту тему не веди пустых разговоров. Потому и гости на свадьбу идут не только погулять, повеселиться и за молодожёнов порадоваться, а прежде всего засвидетельствовать своё согласие, что теперь эта вчерашняя молодёжь имеет право по отчеству зваться. Это чай не блуд и сожительство, стыдливо прячущиеся от людей за глуповатым словосочетанием - "гражданский брак". Потому народ на свадьбы в Зелёной Горке и идёт как на праздник, а отсутствие спиртного, потребление которого в селе как-то само собой померло, никому настроения не портит. Тем более кто ещё может в этой жизни похвастаться, что был на свадьбе с инопланетянами. Приглашение воевода Всеволод принял и поблагодарил, потому в Зелёной Горке вопрос номер один - что инопланетяне, в соответствии с традицией молодым подарят? У каждого свой интерес, в Зелёной Горке - свой, в Москве - свой.
  
   Итак, Сергей Петрович, я весь внимание, - нетерпеливо произнёс Президент, глядя на задумчиво сидящего напротив министра иностранных дел, - слушаю Вас внимательно.
   - Не думаю, Пётр Алексеевич, что мой рассказ Вам понравится, - начал Осинин.
   - Вы, Сергей Петрович, оставьте аналитическую часть за мной, - ответил Кошкин, - я сам разберусь, что мне нравится, а что нет. Вы просто рассказывайте, что вы узнали о инопланетянах в ходе своей поездки.
   - Хо-ро-шо, - как-то раздельно произнёс Осинин и глубоко вздохнув начал своё повествование, время от времени поднимая взгляд на Кошкина.
   - Государственное устройство у них, Пётр Алексеевич, на мой взгляд, несколько примитивное.
   Поймав на себе недоумённый взгляд президента, он пояснил: - Ну как-то у них всё просто.
   - Что-то в этом мне уже знакомо, - с явственным сарказмом в голосе сказал Кошкин, - они тупо делают примитивные космические корабли, на которых по-дурацки летают по всей вселенной и недоразвито используют элементарные технологии, до которых нам осталось идти каких-то пару тысячелетий, если мы конечно туда дойдём.
   - Я вообще-то не это хотел сказать, - угрюмо промолвил Осинин, - как эти инопланетяне говорят, набив свой язык чужеродными словами, мы перестали понимать и окружающих и самих себя. Я имел ввиду простоту их управления.

219

   Осинин взглянул на президента и продолжил:
   - Верховная власть у них принадлежит народу, - и помолчав несколько секунд, добавил, - реально народу. Верховная власть как законодательная, так и судебная у них принадлежит - вече. Исполнительная власть принадлежит назначенным на вече советам, которые вече как назначает, так и распускает вне всяких сроков, сугубо по своему усмотрению. Решения вече на местах не может оспорить никто, включая и верховный совет Арианского содружества. Все сельские и поселковые вече избирают по одному вечевому сотнику, который и представляет свою деревню в окружном вече. Города приравнены к округам, там свои сотники. Каждый округ назначает трёх вечевых тысячников в краевое вече. Ну, а в общенародном вече участвуют все вечевые старосты и вечевые тысячники, но событие это крайне редкое. Общенародное вече назначает членов Верховного совета по три человека от каждого из шестидесяти пяти краёв и планет Арианского союза.
   - Так у них край и планета это одно и тоже? - спросил Кошкин.
   - Нет, на некоторых планетах до нескольких десятков краёв, а на восьми планетах по одному краю, всё зависит от размеров планеты и численности населения.
   - Продолжайте, Сергей Петрович, - сказал Кошкин.
   - Так вот, - кашлянув продолжил Осинин, - правительства, как мы понимаем у них тоже нет. Министерств тоже нет. Если у Арианского сообщества возникает необходимость в решении каких либо вопросов, от разведения цветов до межзвёздных отношений, включая образование, медицину, промышленность и оборону, то по всей стране проводят поиск подходящих для этого людей и поручают им эти вопросы решать. Что они и делают, время от времени советуясь с народом и советами. У них все проблемы неизбежно становятся проблемами всего народа.
   - Ну, так ведь есть и закрытые темы, которые нельзя кому не попадя открывать, - прервал Осинина Кошкин.
   - А у них такого понятия нет, - ответил Осинин, - даже представить тяжело, несколько десятков миллиардов народа и не одного предателя и вора. А у нас, они говорят, каждый второй - вор, а каждый третий - предатель, а остальные этим не занимаются только потому, что всё уже украдено, и предавать больше некого и нечего.
   - Да, - задумчиво произнёс Кошкин, - невысокого прямо скажем мнения они о нас с Вами Сергей Петрович.
   - Я, Пётр Алексеевич, - ответил Осинин, - не нашёл достаточных аргументов, что бы их в этом переубедить.
   - Ну, а помочь нам они, чем-либо, могут? - спросил Кошкин.
   - Ответ я получил однозначный, - ответил Осинин, - нет. Они крайне возмущены действиями власти в отношении народа. Они не скрывают, что заинтересованы в наших людях, которых при определённых обстоятельствах они заберут с Земли, причём две трети будут дети, но нас как государство они не признают. Они не отрицают встреч с руководителями нашего государства всех уровней. Они отвечают в основном на все вопросы. Они не возражают встретиться с Вами. Но всерьёз они нас не воспринимают.
   - А американцев воспринимают? - спросил Кошкин.
  

220

   - Воспринимают, - с лёгкой иронией ответил Осинин, - как последователей атлантского мироустройства, что для ариан - неприемлемо. Так что американцам в нынешнем виде, путь за пределы Земли - заказан. Да, ещё, чуть было не забыл. Они пробудут на Земле ещё три дня, а потом улетают куда-то очень далеко, говорят за пределы нашей вселенной. Так что мы можем головы себе особо не забивать. Через три дня не будет ни инопланетян, ни их пропаганды, ни их электрозаграждений, о которые наши военные головой бились, ни народных выступлений местного масштаба.
   - Ни развития, ни прорывных технологий, ни собратьев по вселенной, ни спасения в случае космической катастрофы, - продолжил Кошкин.
   - Ну, это Пётр Алексеевич, у Вас есть возможность обсудить с ними в ходе личной встречи, время есть, - ответил Осинин, - а мне после общения с "Родителями по разуму" очень захотелось в отставку.
   - Это почему? - удивлённо спросил Кошкин.
   - Затрудняюсь ответить, но очень захотелось.
   - Я Вас Сергей Петрович больше не задерживаю, - сказал Кошкин вставая из-за стола.
   Осинин встал и молча направился к двери.
   - Рабиновича ко мне, немедленно! - услышал Осинин голос президента, закрывая за собой дверь.
  
   Рабинович с выражением крайней озабоченности на лице сидел за столом, изображая из себя абсолютный слух, а Кошкин с каким-то ожесточением на лице нарезал круги по кабинету.
   - Такое дело Эдуард, действовать надо очень быстро, - прервал тишину президент Кошкин, - у нас осталось всего три дня. Организуй от моего имени отправку в эту Зелёную Горку всех кого можно. Премьера с его правительством, Патриарха с синодом, учёных с космонавтами, общественность с право- и лево- защитниками. Ну не может быть, что никто ничего полезного не услышит и не увидит. Господи! Это же надо так облажаться. Мы будем посмешищем всего цивилизованного мира! И ещё Эдуард, надо передать им, инопланетянам, само собой разумеется, приглашение в Кремль. Я надеюсь, что ты сделаешь всё как надо, и они будут здесь, тогда хотя бы всемирного позора удастся избежать. Иди!
   Рабинович крадущейся походкой исчез за дверью, а Кошкин устало упал в кресло и невидящими глазами уставился в пространство кабинета.
  
   В отличие от Москвы, в Зелёной Горке политические страсти не кипели. Но шума было немало. Веселье било через край, и скажи кому ещё неделю назад, что такое веселье возможно без наливки и самогона, сказавшего, непременно осмеяли бы. Как же не хотелось всем присутствующим на свадьбах думать о том, что закончится этот светлый и яркий праздник и потянутся своей чередой скучные и тусклые десятилетия доморощенного капитализма с воровским уклоном и мало кому понятной демократии с невесть откуда взявшимися олигархами, бандитами, спекулянтами и продажными чиновниками. Но сегодня был праздник, светлый праздник продолжения жизни на Матери Сырой Земле, праздник надежды, и души народа отдыхали.
  

221

Глава двенадцатая

  
   Над селом Зелёная Горка занимался рассвет. Седьмой рассвет новой эры для человечества, получившего весомые доказательства того, что оно, человечество, очень даже не одиноко во Вселенной, как и сама Вселенная не одинока в бесконечном пространстве. Кроме всего прочего человечество узнало, что взгляды вселенского сообщества на землян весьма разнятся с собственной самооценкой обитателей земной поверхности, в отличие от землян подводного базирования, о существовании которых человечество с удивлением узнало, но до конца в это не поверило. Не поверило главным образом потому, что поставило себя на их место. То есть живут две цивилизации, одна развитая, с летающими тарелками и сказочными технологиями, другая недоразвитая с воровством, грабежами и кучами мусора, и если развитая цивилизация сливает на голову недоразвитой цивилизации отходы своей жизнедеятельности, то это нормальное явление для наследников колониального владычества, поклонников силы и наследников рабовладельцев. Ну а если наоборот? Если недоразвитая цивилизация сливает продукты своей жизнедеятельности на голову развитой цивилизации, то, следуя недоразвитой логике, именуемой у нас - западным мышлением, развитая цивилизация должна наказать недоразвитую, а если не наказывает, то значит, она слаба и считаться с ней нечего. Потому как недоразвитое "западное" мышление такими понятиями как любовь, доброта, справедливость, честность, жалость и законность никогда не оперировало и отсутствие синяков на своей морде воспринимало исключительно как слабость оппонента. Этим и объясняется тот факт, что как бы не унижались нынешние, якобы народные "демокрозазнайносамодержавнопопрошайные" правительства некогда якобы социалистических стран перед нынешним полусекретным "финансоиудоанглосакским", якобы правительством, якобы Земли, кроме презрительного унижения и жалких подачек на личные нужды получить никому из них ничего не удалось. За исключением конечно обещаний, которые раздаются пригоршнями, и выполнять которые никто конечно не собирается.
   Судьбе было угодно, чтобы это историческое событие произошло в России, мало того, инопланетяне оказались родственниками некогда великоросского народа, кроме того, прибывшие инопланетяне категорически не разделяют американо-НАТО-израильских поползновений на мировое господство. И если народ, сначала в Зелёной Горке, потом и в Мстовском райцентре, а затем в Старогородской области и далее по всей России воспринял это событие на "Ура!", то кривая дремучих троп российской политики, доставшейся по наследству от Византии, вывела для начала на боевые действия, затем на полное бессилие в руководстве сложившейся ситуацией, а затем и на полное пренебрежение инопланетян к институтам российской власти. И вот спустя неделю, как бы спохватившись, правительственная делегация России во главе с премьер-министром Пудриным покинув вертолёты, входила в Зелёную Горку.
   Не будем останавливаться на муках работников ФСО, на довольно прохладную встречу народом столь представительной делегации, на мыслях настойчиво крутящихся в головах членов высокой делегации, содержание которых известно лишь самим правительственным мыслителям да с усмешкой глядящих на них инопланетянам. Остановимся на главном, полномочная делегация России на встречу с братьями по разуму всё-таки прибыла.

222

   Михаил Михайлович Пудрин - Председатель Правительства Российской Федерации, глядя себе под ноги, шёл по расступившемуся перед ним людскому коридору. За спиной были слышны шаги следующей за Пудриным правительственной делегации. Почувствовав перед собой какую-то невидимую преграду, Пудрин остановился и поднял голову. Прямо перед ним стоял молодой человек в блестящем комбинезоне с каким-то мерцающим зеленоватым отливом и с интересом смотрел на Пудрина.
   - Здравствуйте, - как-то автоматически произнёс Пудрин.
   - И тебе Михаил не болеть, - улыбнувшись, ответил молодой человек.
   - Скажите, пожалуйста, каков уровень Ваших полномочий по ведению переговоров? - с тайной надеждой на недостаточно высокий уровень спросил Пудрин.
   - Самый высокий, - усмехнувшись, ответил молодой человек, - я, Всеволод, воевода небесных сил Арианского Содружества могу вести любые переговоры с представителями любых миров и любых народов, принимать единоличное решение на использование воинской силы в случае опасности, как своим воинам, так и всему Арианскому Содружеству. А вот ты, Михаил, приняв глупое решение о военном столкновении, передал жизнь своего народа в полное моё распоряжение, так как нападения на представителей инопланидных сообществ, в нашей Вселенной карается очень жестоко. Я принял решение не наказывать этот родственный народ. Причиной оправдания послужит то, что этим безропотным народом правят властолюбивые глупцы, за свои действия не отвечающие. Любая другая причина ненаказания нападавших, Верховным Советом Арианского Содружества принята не будет. Вот и делай вывод Михаил, что мы о вас думаем и на каком уровне мы можем общаться и сотрудничать. На моём месте мог быть и ящер, вот он бы порадовался от души.
   - Понятно, - произнёс Пудрин, - связываться с нами вы не хотите.
   - Вывод не верен, - возразил Всеволод, - не хотели бы, нас здесь не было бы.
   - В таком случае, что мешает нашему сотрудничеству? - спросил Пудрин.
   - Нашему сотрудничеству, - ответил Всеволод, - мешает многое.
   - Что же? - спросил Пудрин.
   - Неясности, - улыбнувшись, ответил Всеволод и, критически взглянув на Пудрина продолжил, - с кем сотрудничать? С нашей стороны всё понятно, сорок два арианских рода, живущих на шестнадцати планидах, представляют единый арианский народ, и я воевода Всеволод его представляю. Мои полномочия подтверждены Верховным Советом Арианского Содружества. Кого же представляешь ты, Михаил?
   - Я глава Правительства Российской Федерации, второе после президента лицо в государстве и имею все полномочия для переговоров. Я же представляю и российский народ.
   - Вот тут-то первая неясность, - произнёс Всеволод, - у нас народом называется общность разумных существ имеющих единый язык, единую веру, единые традиции, единые уложения, единый уряд и единые цели. Внешние признаки каждого отдельного представителя народа значения не имеют. Не обязательно это будут люди, но по наличию указанных мною признаков - это народ. Если нет хотя бы одного признака, то это не народ. Народ, это большая семья, где каждый уважает и любит каждого.
  

223

   Вы же называете народом живущих на одной площади людей, говорящих на разных языках, причащающих себя к разным богам, проповедующих различные ценности, имеющих различные традиции, применяющих различные уложения, не соблюдающие никакой уряд и имеющие противоположные друг другу цели. При этом некоторые части вашего населения люто ненавидят другие части населения, не стесняясь эту ненависть показывать. Говоря иначе, народа у тебя за спиной, Михаил, нет. Мы готовы сотрудничать с любым народом, но сотрудничать со сборищем, люто ненавидящем самое себя, мы не будем. Договорённости с тобой, Михаил, тоже мало чего стоят потому, что назначил тебя глава государства, которого с тобой вместе поддерживает лишь четверть населения, а остальным ты либо безразличен, либо неприемлем, такая вот вторая неясность.
   - Тогда неясен Ваш интерес к нам, - произнёс Пудрин, - если Вы, как я понял нас и за людей-то не считаете.
   - Интерес наш в том, что на Матери Сырой Земле живут ещё потомки одиннадцати арианских родов, говорящих на арианском языке и могущих при определённых условиях снова стать людьми в нашем понимании. Они то, и являются нашей целью. Слишком дорог каждый человек во Вселенной, что бы смотреть, как их тройные тысячи гибнут вместе с планидами. Если мы увидим, что на Матери Сырой Земле началось движение в сторону очеловечивания, тогда и будем сотрудничать. Именно дела, пустые обещания у нас не в цене.
   - Так сотрудничество, как я понял, возможно? - спросил Пудрин.
   - Да, возможно, - ответил Всеволод, - если вы сойдёте с гибельного пути, по которому вы идёте сейчас в никуда. В противном случае вы погибнете вместе со своей планидой.
   - Так что же Вы нам посоветуете в первую очередь? - спросил Пудрин.
   - Если это вам невдомёк, - произнёс Всеволод с сожалением посмотрев на Пудрина, - то посоветую, начинайте битву за детей. Они ваше спасение.
   - Мы принимаем меры к стимулированию рождаемости, - сказал Пудрин.
   - Ты не понял меня, Михаил, - серьёзно глядя на Пудрина, произнёс Всеволод, - ваши дети сейчас окружены ложью, мнимыми ценностями, болезнями, плохим воспитанием, плохим обучением, безответственностью, неуважением всех и вся и бездельем. Если хотите жить, то готовьте из ваших детей ваших спасителей. Готовьте тех, кто будет вашим маяком во вселенской ночи, кому будет подвластно то, о чём вы и мечтать не можете.
   - Мы выделяем в бюджете средства на работу с молодёжью и на образование ..., - начал было Пудрин, но Всеволод жестом руки его остановил.
   - Довольно, Михаил, как ты не понимаешь простейших вещей, у тебя что, совсем нет дара управления государством, ты не замечаешь мрачных туч, сгущающихся над твоим государством, твоё незнание и неумение опасно как для тебя, так и для твоего отечества. Великие государства гибли, когда правители в высокомерии своём пренебрегали народом. Ты, Михаил, любишь себя больше чем свой народ и своё государство. Считая себя единственным и незаменимым спасителем своей страны, ты сам стал той опасностью, которая ей грозит. Все великие правители былых времён, когда решали вопросы улучшения жизни своих подданных, всегда к этим подданным и обращались за советом, ибо никто более не заинтересован в этом вопросе как они сами. Решать судьбу народов без участия народов могут только рабовладельцы.

224

   - Да, я конечно не Пётр Великий*, который всё создал заново, но я не допустил развала страны....
   - К развалу страны ведёт только плохое управление, - прервал Всеволод Пудрина, - а все те, кто находился у власти в те времена, о которых ты вспоминаешь, и ныне у власти, и страна всё ещё идёт по этому гиблому пути. Вы, причастные к власти, как я посмотрю, любите тешить себя небылицами о великих правителях, великих народах и великих бедствиях. Да только правды о себе боитесь как огня, потому и живёте в воображаемом мире, в который уверовали больше, чем в тот, осязаемый, в котором живёте. Потому ты и не можешь понять, почему надо биться за детей. А всё ведь очень просто - дети ещё не научились лгать. Скажи мне, Михаил, зачем построенное вами образование учит детей лгать?
   - Я точно не могу сказать, - как-то невнятно произнёс Пудрин, - но некоторые влиятельные люди, положительно отозвались о нынешней реформе образования.
   - А имена этих влиятельных людей ты Михаил, назвать можешь? - с усмешкой спросил Всеволод.
   - Ну, я не имею права называть их имён, - произнёс Пудрин с жалким видом.
   - Мне эти имена не нужны, - жёстко произнёс Всеволод, и, указывая рукой на окружающих, продолжил, - это люди должны понять, что им лгут, что тот, кто именует себя независимым руководителем, на самом деле зависит от группы самовлюблённых корыстолюбцев атлантского толка, помешанных на мировом господстве. Потому пора тем, кто чтит в себе человеческие чувства, подумать о себе самостоятельно.
  
   * Царь Московии Пётр-I (1672-1725) - реальный прототип мифологического правителя Московии, совершившего ВСЁ! По глуповатой традиции российских (и мировых) историков, идеализируются некие персонажи с присвоением им титула ВЕЛИКИЙ. Например: Князь Киевский Владимир Красное Солнышко. По версии историков любимец народа и создатель Киевской Руси. На самом деле ставленник Византии, ради власти подло убивший своих братьев и поддерживаемый только греческими монахами и скандинавскими наёмниками дважды кровью крестил Русь, что описывается как великое благо, а период до Владимира сплошная чернота. Так и Пётр- I назначен очередным просветителем и реформатором России, и ВСЁ! что было до Петра - это - ПЛОХО! (включая того же Владимира Святого, и Владимира Мономаха, и Александра Невского, и Дмитрия Донского), а ВСЁ что после Петра - ХОРОШО! Правда, тут наши историки, похоже, сами себя перехитрили, ибо ВСЁ!, что приписано Петру, кроме Всепьянейшего собора, было создано ДО ПЕТРА! Именно ВСЁ создано при его деде Михаиле и его отце Алексее Романовых. И полки иноземного строя, с маеорами, капитанами, поручиками и сержантами появились в Московии за 40 лет до рождения Петра, и флот, и широко распахнутые ворота в Европу и даже картофель и кукуруза, и театры, и живопись, и учебные заведения и всё остальное. Не было, правда, ненасытной европейской бюрократии, вот её Пётр подарил своей стране, став по сути марионеткой в руках европейского ставленника Лефорта. Ну, ещё повальное пьянство и курение табака - его заслуга. Даже трёхцветный российский флаг, якобы по-пьяни перевёрнутый Петром голландский флаг, был принят в Московии в 1669 году за три года до его рождения, Красно-сине-белые цвета триколора были приняты повелением царя Алексея Михайловича и приговором боярской думы как цвета государственного флага, священной хоругви и знамён полков иноземного строя. К сожалению, недобрая традиция корректировки истории продолжается. Совсем недавно историки авторитетно вещали, что ВСЁ, что было до Ленина, было ПЛОХО, а ВСЁ, что сделал Ленин - ХОРОШО! История продолжается, а потому, ВСЁ, что сделал (выбирайте сами: Горбачёв, Ельцин, Путин, Медведев) - хорошо, а ВСЁ, что было до него\них - ПЛОХО. Короче, обладателям мозгов есть, над чем подумать.

225

   - Может, кто нибудь ответить на вопрос, - продолжил Всеволод, - почему вы так плохо учите детей?
   - Вот ты и отвечай! - полуобернувшись к членам делегации, обиженный Пудрин кивнул министру образования Феклушину.
   - Мы проводим реформу образования по западному образцу, - начал было Феклушин, но Всеволод остановил его вопросом.
   - Скажи Фаддей, ты и впрямь не понимаешь, что делаешь? Я что-то не чувствую в тебе скрытого врага, недоумка чувствую, а вот врага - нет. Наука и образование, если тебе невдомёк, бывают различными по своей сути. Одни предназначаются для полноценных людей и дают всеобъемлющие знания окружающего мира, достижений науки, знания прошлого и знакомят с путями развития и целями своего народа, с ремёслами и делами своих отцов. Суть этого вида ученья в создании продолжателей дела всего народа, для чего выстроены пути выявления одарённых детей, выявления их особых способностей. Другие же предназначаются для рабов и дают знания, позволяющие обслуживать хозяев и не более того, им преподают ложные ценности, лживые знания и полное безразличие к своей стране и своему народу. Суть такого учения в создании послушной толпы безродных болванов, не помнящих родства, для чего выстроены пути уравнения всех до единого низкого уровня и способы устранения и изведения способных и одарённых детей. Вот именно эту суть и приобрело обучение в результате твоей деятельности Фаддей.
   - Мы исходили из того, что все дети должны иметь равные возможности и самостоятельный выбор предметов обучения, - с неуверенной обидой произнёс Феклушин.
   - И напрочь забыли о неравных способностях и даже о том, что это ещё дети, которые ещё не в состоянии сделать выбор, потому что своих способностей и наклонностей они ещё не знают, а выбор своего пути, дело ох какое нелёгкое. Потому и учат в детских познанках* детей всему, что известно народу, чтобы открылись перед ребёнком все пути науки и развития, - с жалостью и презрением глядя на Феклушина сказал Всеволод, - чтобы выбор у детей был - о с о з н а н н ы й.
   - Вот мы и пытаемся сделать так, чтобы дети сами выбирали, что они хотят учить! - воскликнул Феклушин.
   - Это полное искажение самого понятия выбора, - ответил Всеволод, - для того, чтобы что-то, осознанно выбрать, надо, прежде знать, из чего выбирать.
   Откуда отрок Мезислав узнает, что есть такое увлекательное дело - строить звездолёты, а отроковица Милослава знать не знает, что её пытливый ум сделает её выдающимся природоведом. Откуда узнает отрок Боруслав о такой науке как материаловедение, а отроковица Лебедь о науке счёта. Откуда узнает отрок Гореслав о своём даре учителя, а отроковица Слава о своём даре целительницы. Кто объяснит отроку Кию каким сводом знаний он должен обладать, что бы стать звездолётчиком, а отроковице Роси откроет путь к химическим превращениям. Как отрок Моск может найти дело всей своей жизни - обработку металлов, а отроковица Любава найдёт себя в вышивании. Откуда тихий и спокойный отрок Белояр узнает о своём даре великого воина, а взбалмошная отроковица Жива о том, что станет мудрой правительницей.
  
   * Познанка (арианск.) - школа (греч., лат.)

226

   - Ну, у детей ведь есть родители, - подал реплику Феклушин, - пусть они и думают, куда направить своих чад.
   - Наши учителя, услышь они такое от человека, ответственного за образование, потребовали бы для него и того, кто его к этому делу приставил - смертной казни через кнут. Вот так то Фаддей! - откликнулся Всеволод.
   - Ну, ведь невозможно научить человека, да ещё и ребёнка всему! - воскликнул Феклушин и зябко повёл плечами, представив приведение в исполнение приговора арианских учителей, - да и ознакомить буквально со всем тоже затруднительно.
   - Почему же? - спросил Всеволод, - у нас это возможно, а у вас нет.
   - Ну, в общем, я затрудняюсь ответить, - промямлил Фееклушин.
   - А вам самим не горестно будет от сознания того, что отрок Добрыня всю свою жизнь будет разводить скот, считая это своим призванием, а страна лишится выдающегося переговорщика с иными державами, так как он и не узнает никогда о том, что есть такое дело. Не горестно ли будет вам, что отроковица Умила вырастет и проживёт свою счастливую жизнь в окружении своих детей, внуков, правнуков и праправнуков, но так и не сделает выдающегося открытия в области управления звёздным ветром. Не узнает она того, что спасёт жизни многих народов и станет гордостью научного мира всей Вселенной только потому, что так и не узнает, что есть такое дело и оно для всего народа очень важно. Вот для того, что бы отроки Бобрец, Путята, Бравлин, Избор и Зорян, а отроковицы Лада, Радмила, Красава, Звенислава и Любомира смогли найти предназначенное именно им место в обществе и наиболее полно послужили бы своему народу и предназначена познанка. Каждый выявленный особо одарённый отрок, для нас - праздник, радость всего народа. Вот тут и наступает время для учителя показать свои способности и убедить маленького человека в том, что выделывать свои любимые изделия из глины он сможет в качестве отдыха, а весь народ ждёт от него открытия в области искристости и счётной науки. Вот это и есть по ариански - осознанный выбор. Вы же извратили само понятие обучения, одни учат непонятно чему, другие учатся непонятно зачем. Вы сильно отстали в развитии, но по глупости своей ваши учителя видят в своих учениках не спасителей своих, а способ личного обогащения, расхваливая богатых бездарей и отбивая желание учиться у способных детей. Я знаком с построением вашего обучения, это не путь к спасению, это - путь к гибели вашего сообщества. Хотел бы я только понять, почему вы, говоря о будущем, делаете всё для того, что бы оно никогда не наступило? Ответь мне Фаддей.
   - Ну, - начал неуверенно Феклушин, - под таким углом зрения мы этот вопрос не рассматривали.
   - А как вы это рассматривали? - с усмешкой спросил Всеволод.
   - Ну-у, - как то неуверенно начал Феклушин, - мы строим демократическое общество, поэтому каждый человек должен быть свободным.
   - Свободным от чего? - спросил Всеволод.
   - Ну-у, - протянул Феклушин, - каждый может делать то, что ему нравится.
   - Значит, если я тебя правильно понял, - недобро глядя на Феклушина, произнёс Всеволод, - нравится тебе бездельничать - бездельничай, нравится тебе воровать - воруй, нравится тебе разбойничать - разбойничай?
   - Ну-у, - неуверенно промямлил Феклушин, - это не совсем так.

227

   - А как? - спросил Всеволод.
   - Имеются и обязанности, в соответствии с законом.
   - А как же обязанности сочетаются с урядом и свободой, про которую вы так много говорите?
   - Ну-у, - затравленно озираясь и ища поддержки у окружающих сказал не впопад Феклушин, - демократия, это власть народа.
   - Вот как! - откровенно смеясь произнёс Всеволод, - если какая-нибудь бездарь, похожая на тебя будет руководить обучением, а отвечать за это обязан народ? Если я правильно тебя понял, то народ ваш весьма странен.
   - Почему же? - неуверенно спросил Феклушин.
   - Да потому! - смеясь, ответил Всеволод, - что исходя из того, что ты сказал, народ ваш, почему-то хочет, чтобы его плохо учили, плохо лечили, жить по-людски не давали, не в грош не ставили, к управлению не допускали и при этом народ должен отвечать за всё, что такие правители как ты натворили.
   - А у вас по-другому? - с опаской спросил Феклушин.
   - Да, - ответил Всеволод, - у нас по-другому. У нас, таких как ты, отлучило бы от одной мысли о власти сельское вече. У нас нет правителей ради правления. У нас вече выбирает достойного и поручает ему выполнить реальную работу, за выполнение которой и награждает и наказывает, если назначенец рвения в работе не проявил, хотя я таких случаев не помню. Скажи мне, Фаддей, кто таких бездарей, похожих на тебя на такие посты назначает, тоже народ?
   - Меня назначил премьер-министр, - невнятно промямлил Феклушин.
   - Михаил, - обратился Всеволод к Пудрину, - зачем ты этого бездаря, на сей пост назначил?
   - Другие ещё хуже были, - недовольно буркнул Пудрин.
   - Значит не там искал, - глядя на Пудрина, произнёс Всеволод, - а ты ещё не соглашался с тем, что для твоей страны ты одна из основных опасностей.
   - Это ещё не известно, что для нас большая опасность, - огрызнулся Пудрин.
   - А что же тут неизвестного, - усмехнулся Всеволод, - во всей Вселенной будущее любого народа и любого государства - это его дети. Дабы будущее было светлым и радостным, дети должны расти в неге и радости, в любви и честности. Дети должны быть здоровы, подвижны и любознательны. Обучение детей, иными словами обустройство будущего своего народа доверяют только проверенным представителям общества. Кого попало к воспитанию и обучению детей не допустит ни один разумный народ во Вселенной. Только по этому признаку вы - неразумное сообщество. Я видел уже ваших учителей, у нас на Матери Ариане к детям их однозначно не допустили бы. От таких руководителей и следствие печальное. Дети учиться не хотят, учителей не уважают, семьи слабы, беспризорников развелось, где и сколько не ведомо, малые дети преступниками становятся. Мало того, вы своих детей в другие страны продаёте. Вот Михаил ваше будущее, и будущее это печальное. Взращиваешь ты, ставя на ответственные посты таких вот Фаддеев. Судя по деятельности твоего правительства, Михаил, дело у тебя одно, разрушение ранее построенного и обещание что-нибудь построить взамен.
   - Критиковать и у нас каждый может, вот взяли бы и сделали как надо, - огрызнулся Пудрин.
   - Тебя Михаил послушать, так с таким подходом к образованию у вас и несогласных нет? - спросил Всеволод.

228

   - Есть, конечно, куда от них денешься, - вздохнув ответил Пудрин.
   - Коль такие люди есть, то дай им возможность исправить то, что твоё правительство напортачило, - произнёс Всеволод.
   - Ну да! - воскликнул Пудрин, - наша оппозиция только языком молоть, способна, работать она не приучена.
   - Я, Михаил, другое имею в виду, - серьёзно глядя на Пудрина, сказал Всеволод, - если обратиться к людям и сказать, что не получилось у правительства обустроить образование в стране, давайте сделаем это вместе, неужто никто не откликнется?
   - Может, и откликнутся, - задумчиво произнёс Пудрин, - но это будет не моё правительство.
   - Вот ты и пришёл на развилку Михаил, - с сожалением глядя на Пудрина сказал Всеволод, - если разделяешь пользу стране и своё правление по разным путям. Если принять за основу то, что все твои министры не лучше Фаддея, то и пользы от твоего правления, что бы ты сам о нём не думал, быть не может. Что бы ты не делал, крах твоей страны неизбежен. Люди превращаются в нелюдей буквально на глазах, наши наблюдения двадцатилетней давности это подтверждают. Уровень образования упал до уровня, именуемого безграмотностью, большинство обладает не знаниями, а только видимостью знаний. Подавляющее большинство делает вид, что работает, и даже это они делают настолько плохо, что и называться учителями, целителями, воинами, учёными, воеводами, рабочими и сельскими тружениками не имеют никакого права. Но даже не это самое страшное. Самое страшное то, что гибнет душевное здоровье вашего населения, назвать народом которое язык не поворачивается. Ещё полвека назад люди ваши ещё знали, что такое сострадание и взаимопомощь, а теперь это пустые слова для подавляющего большинства. Скажи, Михаил, кто несёт у вас заботу о духовном здоровье людей?
   Оглядев свою свиту, Пудрин не обнаружил в её составе министров здравоохранения и культуры, правильно оценивших направление диалога и решивших не участвовать в межпланетной дискуссии. Зато взгляд Пудрина упёрся в его святейшество Патриарха Московского и всея Московии, который находился в мучительном раздумье о правильности своего решения по поводу своего присутствия рядом с людьми другого мира, мнение которых о православных ценностях может оказаться весьма неоднозначным и возможно отличным от мнения православной церкви.
   - Вот наш пастырь, его святейшество Мефодий, - услышал патриарх голос премьера сквозь раздумье.
   - Скажи Мефодий или Борис, - обратился Всеволод к патриарху, - что за стадо ты пасёшь, будучи пастырем?
   Каким-то внутренним чутьём Мефодий понял, что он бессилен что-то изменить, он почувствовал, что уйти от этого разговора он не в состоянии. Так же, он почувствовал, что не сможет солгать либо отделаться цитированием фраз из священного писания. "Вот она, моя голгофа!", подумал он и собравшись с силами произнёс первое, что пришло на ум.
   - Волею божьей, я, Мефодий, наставляю народ православный.
   - Скажи, Мефодий, - с хитринкой в глазах спросил Всеволод, - что за боги волю свою тебе объявили?

229

   - Всевышний, Отец наш, создатель и сын божий Иисусус Христосус, - ответил патриарх.
   - И как же Мефодий, объявили они тебе волю свою? - с совершенно спокойным лицом спросил Всеволод.
   - В моленьях своих, услышал я волю Всевышнего, - пробормотал Патриарх, почувствовав, что покрывается испариной.
   - Ладно, не буду я тебя пытать, - усмехнувшись, произнёс Всеволод, - каждый имеет право верить во что угодно, можно верить в священный дуб, в солнечный луч, в казнённого проповедника, в священную рощу, в священного животного, в приметы, в полёт птиц, да мало ли во что. Но только никто не имеет права навязывать свою веру другому, а если хочешь кого-то к своей вере склонить, то докажи свою правоту, а если не можешь, то это не вера, а суеверие.
   - А сам то ты воевода Всеволод в какого бога веруешь? - воспользовавшись паузой спросил Патриарх, вовремя вспомнив, что лучший способ обороны - это наступление.
   - Я верую в Великого Сварога! - торжественно произнёс Всеволод, - и верую не потому, что мне кто-то сказал, что надо верить. Я верую потому, что деяния его сына Коляды, научившего нас звёздным наукам, хранятся в памяти нашего арианского народа и передаются по наследству. Потому, что у нас каждый ребёнок знает, что если бы не величайшее мужество и воинская доблесть сына сварожьего Перуна, в неравной борьбе победившего царствование Великого Ящера, то мы, Народ Арианский были бы истреблены или влачили бы жалкое существование, наподобие вас. Потому, что в каждом нашем научном центре, свято помнят Хорса, сына сварожьего. Потому, что следуя заветам сына сварожьего Лады, у нас самое справедливое государственное устройство. Потому, что благодаря сыну божьему Стрибогу, мы заранее знаем, чего ждать от природы, а вы узнаёте о бедствиях только тогда, когда они обрушиваются на ваши головы. Потому, что благодаря сыну сварожьему Квасуре, наша почва, хотя и беднее вашей земли, даёт урожай не в пример больший. Потому, что благодаря сыну сварожьему Велесу, наше скотоводство, не в пример вашему лучше устроено. Потому, что благодаря дочери сварожьей Макоши, мы познали, что величайшая ценность народа - его дети. Потому, что благодаря сыну сварожьему Купале, нет у нас хворых. И пусть это великое семейство, из рода Сварога давно покинуло жизненный путь, но наша вера в них открыла путь к сердцам их потомков. Поэтому мы - ариане, не чужие для властелинов Вселенной, великого народа Боггов. Наш путь по дороге жития продолжат наши дети, внуки, правнуки и праправнуки, а отеческую заботу о них возьмут на себя потомки Сварога. Не ведаю, сколько поколений сменилось, но Великая Мать Сва-Слава, покровительствовала нашим предкам, покровительствует нам, и будет покровительствовать нашим потомкам, да и вам, насколько мне известно, она помощь оказывала не раз. Вот на этом Мефодий стоит вера моего народа, а на чём держится вера твоего стада?
   - На святых писаниях, - как-то неуверенно промолвил Патриарх.
   - Сам то ты, Мефодий, веришь в то, что говоришь? - спросил Всеволод.
   Чувствуя на себе взгляды обступившего собеседников народа, Патриарх хотел было сказать "да", но что-то невнятно прохрипел и замолчал. "Да, - подумал Патриарх, - вздумай Всеволод объявить себя богом, пожалуй, никто и не усомнился бы".

230

   - Пусть так, - продолжил Всеволод, - есть у вас преподаватели, ибо учителями их назвать язык не поворачивается, или как сами они себя обзывают на латинский лад - педагоги. Плохо они учат, но чему-то учат, а вот ты со своими подручными, должен духовно народ исцелять, да дело это уж больно на извращение похоже. Наш народ живёт по заповедям боггов, заповеди эти нам передали сами богги. Каждый ребёнок их знает. Скажи мне Мефодий, только не пытайся лгать, не мучай себя, не выйдет, знает ли твоё стадо, хотя бы те семь заповедей, погибшего проповедника?
   - Ну, некоторые знают, - неуверенно промямлил Патриарх.
   - Понял я тебя, - произнёс Всеволод, - мало кто знает и никто не выполняет, включая и твоих подручных священников. Тогда скажи мне Мефодий, ради чего ваша церковь нужна?
   - А что, Всеволод, другие разве лучше? - вопросом на вопрос ответил Патриарх.
   - С другими и разговор другой был бы, - ответил Всеволод.
   - Святая наша церковь Православная, - хмуро ответил Патриарх, - борется за то, что бы царство Диавола не наступило.
   - А что есть этот Дьявол в твоём понимании? - хитро взглянув на Патриарха спросил Всеволод.
   Собравшись с духом, Патриарх хотел, было сказать про низвергнутого господом в геенну огненную оппозиционера, но Всеволод его остановил:
   - Не продолжай, не надо, что под земной корой геенна огненная находится это бесспорно, но дьявол это нечто другое. Дьявол, Мефодий, это - Ложь. И царство его на Матери Сырой Земле вот уже как два тысячелетия процветает. Вы все живёте в окружении лжи, лгут все, даже поговорку придумали "Ложь во благо". Не бывает блага от лжи. Лгут все от мала до велика, с умыслом и просто так, лгут по крупному и по мелочам, услышать слово правды большая редкость. Тех, кто говорит только правду, основная часть твоего стада именует дураками и склочниками. Скажи мне Мефодий, о чём мечтает твоё стадо, осеняя себя крестом и при этом греша безбожно?
   - Они хотят попасть в рай, - ответил Патриарх.
   - Что же у вас понимается под раем? - спросил Всеволод.
   - Ну, - как-то неуверенно начал Патриарх, - это райские сады, райские птицы, другие чудеса божьи, никаких забот земных.
   - А со скуки они там повторно не помрут? - смеясь, спросил Всеволод.
   - Так может ты, воевода, объяснишь, что такое рай? - снова вопросом на вопрос ответил Патриарх.
   - Что ж не объяснить, объясню, но думаю я вас не обрадую, - улыбаясь, ответил Всеволод, - рай это не пристанище для бездельников, спящих в райских кущах и едящих за обе щеки райские плоды. Рай это нечто совершенно иное. Вселенная огромна и бессмертна, она постоянно рождается и умирает, звёзды и планиды так же рождаются и умирают, одни от древности, другие в результате вселенского бедствия. Материя вселенной не умирает, она только меняет свою форму в результате воздействия тех или иных условий. Из одной и той же материи рождается всё во Вселенной, звёзды, планиды и мы с вами. Так что если кто опасается, что кто-то прилетит на Мать Сыру Землю за какими-то полезными ископаемыми, то пусть не беспокоится. Умея, всё можно найти в любой части Вселенной и лететь так далеко, нет надобности.

231

   - Представьте, - обратился Всеволод к собравшимся людям, - что планида, на которой обитает какой-то народ, находится на краю гибели. Если этот народ следовал заповедям боггов, не поддавался порокам и другой скверне, упорно трудился, то этот народ занимает свои места в звездолётах и переселяется на другую, заранее найденную и обжитую планиду. Люди бросают прощальный взгляд на свою гибнущую планиду, представляя, что там будет происходить в скором времени. Теперь представьте себе как эти же люди выходят из звездолётов на новой и безопасной планиде. Представили? Что это будет?
   - Это будет рай! - раздался звонкий женский голос.
   - Правильно, - подтвердил Всеволод, - а теперь представьте себя, в подобном случае на гибнущей планиде, неуклонно идущей к своей гибели, и поделать вы ничего не сможете потому, что тысячелетиями с упорством, достойным лучшего применения убивали, грабили друг друга, с упоением лгали и гонялись за хвостом золотого тельца. Что же это будет?
   - Это будет ад! - воскликнуло сразу несколько женских голосов.
   - Верно! - подтвердил Всеволод.
   - Значит, с Земли никто не спасётся? - грустно спросил мужской голос.
   - Почему же, - ответил Всеволод, - улетят моряне и жители других планид, которых на Матери Сырой Земле немало, а вот вам будет несладко.
   - Всеволод, а страшного суда, значит, не будет? - спросил кто-то.
   - И страшный суд будет, - как-то грустно произнёс Всеволод, - но не над мёртвыми, а над живыми.
   - А судить, кто же будет? - заинтересованно спросил Патриарх.
   - По Вселенскому уложению, установленному боггами, - ответил Всеволод, - родственные народы имеют право забрать своих родственников с погибающей планиды, но только тех, кто чтит заветы боггов и не испорчен пороками, дабы не опоганили новую планиду. Вот и представьте себе звездолёт и открытую дверь к спасению, но вот войти в неё могут только избранные. Никакие ваши заслуги, богатства, чины, звания и другие, ценные только для вас вещи для звездолётчиков значения не имеют. Вот это и будет страшный суд, когда труженик с доброй семьёй войдёт в дверь звездолёта, а чиновник, всю жизнь его обкрадывающий, останется за бортом на гибель и забаву ящерам и вселенским разбойникам. Представьте себе этот ужас, когда ни власть, ни богатство, ни сила, ни сотни слуг и ни великое самомнение не помогут. Только что ты был на вершине славы, и вот ты уже никто. И рай, и ад, и страшный суд, всё это достаточно просто, только вот единомышленники Мефодия уж больно много тумана напустили.
   - Так у нас есть надежда? - спросила женщина с маленьким ребёнком на руках.
   - Надежда есть у всех, - ответил Всеволод, - даже у Мефодия, если он сбросит с себя богатую чешую и займётся исцелением больных душ людских. А у малыша Сергея, - Всеволод указал на ребёнка, - так просто полная уверенность на своё благополучное спасение, а будет ли он на другой планиде сиротой, зависит от его мамы и папы.
   Всеволод провёл рукой по головке ребёнка, маленький Серёжа радостно засмеялся. Всеволод улыбнулся и повернулся к патриарху.
   - Что, Мефодий, удовлетворён ты моими ответами?
   - Оно-то так, да вот жить после этого трудновато будет.
   - Жить в достоинстве в недостойном мире всегда нелегко, - ответил Всеволод.

232

   - Скажите, воевода, - раздался голос Пудрина, - Вы тут говорили о возможных бедствиях на Земле, когда это будет?
   - В течение пятидесяти лет, начиная с года нынешнего по вашему летоисчислению, Мать Сыра Земля, вступает в полосу бедствий. Не надо быть учёным, что бы в этом убедиться. В течение этих пятидесяти лет будут происходить трясения коры Матери Сырой Земли, сопровождаемые выбросом расплавленных недр и губительными наводнениями. В вашем писательстве* есть целое направление о том, как один или несколько человек, попав в прошлое, исправляют будущее. Это конечно сказки, но с намёком. Ты, Михаил, в присутствии представителей своего населения получил предупреждение от внеземного разума, время у тебя есть, спасение нескольких десятков тысяч богатеев - бессмысленно. Спасать надо народ, тогда выживете. Сказка про Адама и Еву всего лишь сказка. Суть надвигающихся бедствий ты знаешь, учёные и розмыслы из тех, кого Фаддей не учил, ещё остались. Тружеников ещё до конца извести твои министры не успели, так действуй, Михаил.
   - Ну, а если мы настроим убежищ, а они не понадобятся, тогда что? - спросил Пудрин.
   - Тогда, Михаил, это будет означать, что твои прихвостни, работать для спасения своего народа не собирались и подсунули на посты руководителей этого дела грамотеев фаддеевского разлива, ибо не один народ во всей Вселенной не строит бесполезных сооружений.
   - А если строит? - спросил Пудрин,
   - То это не народ, а стадо, - ответил Всеволод, - обратись к Мефодию, он похоже готов объяснить в чём разница.
   - Так с чего же нам начать? - растерянно спросил Пудрин.
   - Ты Михаил что, страдаешь беспамятством? - смеясь, спросил Всеволод, - я тебе уже говорил с чего начать - спасайте детей. Учите и лечите своих спасителей, не допускайте к этому делу людей с тёмными душами. Когда на этой основе у вас появятся самоуправляемые союзы учителей и детских целителей, неподвластных Фаддеям, вся страна начнёт стремительно развиваться. Союз действительных учителей, получив задачу по обучению Спасителей, почти сразу станет противником лжи во всех её проявлениях и будет с ней бороться на всех уровнях. Союз действительных детских целителей, получив задание вырастить здоровый народ, сразу же приступит к борьбе за физическое и нравственное здоровье родителей, а так же со всем тем, что этому мешает. А твоя задача Михаил, будет заключаться в том, что бы дети ни в чём не нуждались и никто не смог их обидеть, не сейчас не в будущем.
   - А как быть с тем, что у нас народ многонациональный? - спросил Пудрин.
   - Народ может быть разноплемённым, но требования ко всем племенам должны быть одинаковы, если этого нет, то нет и народа.
   - А на других планетах есть примеры сожительства разных народов? - спросил Пудрин.
   - Есть, конечно, - ответил Всеволод, - но везде есть ведущий народ, к которому примыкают народы-союзники. Если кто-то, по каким либо причинам не желает союза, то живут как вы с морянами, не мешая друг другу.
   - А народы - враги бывают? - спросил Пудрин.
   - Бывает и такое, - ответил Всеволод, - хотя и редко.
  
   * Писательство (арианск.) - литература ( лат.)

233

   - И как в этом случае вы поступаете? - спросил Пудрин.
   - Наши воины объясняют правителям таких народов, что свою враждебность они могут использовать только для внутреннего потребления, - ответил Всеволод, - в противном случае они не смогут объяснить своё существование во Вселенной.
   - А если противник окажется сильнее? - спросил Пудрин.
   - Начало войны - это либо решение всего народа, либо решение его верхушки. Если войну развязала верхушка, значит, она глупа, а в подобном случае, как сказал ваш земляк, маркиз де Гиз: "Войско, состоящее из львов, но во-главе с бараном, слабее, чем войско состоящее из баранов, но во-главе со львом". Прошлое нашего народа не помнит случаев побед над едиными народами.
   - Вот, у меня, - Пудрин замялся, - есть ещё... .
   - Не волнуйся, - ответил Всеволод, - я тебя понимаю. Задай свои вопросы сам себе, и ты получишь ответы на каждый из них. Все эти люди, - Всеволод обвёл рукой собравшихся, - задали сотни тысяч вопросов и получили ответы на них.
   - Да, я как-то забыл, с кем имею дело, - усмехнулся над собой Пудрин, - спасибо за науку. Я бы ещё остался, но в летающую тарелку вы не пускаете, да и нам пора прощаться, обязанности председателя правительства тоже никто не отменил, пока. У меня только два вопроса. Возможна ли встреча с вами нашего президента и могут ли встретиться с вами наши учёные?
   - Да, встреча с главой вашего государства - возможна. Что касается ваших учёных, то здесь, - Всеволод обвёл рукой собравшихся, - может быть любой человек, без ответа на свои вопросы не останется никто.
   - Благодарю тебя воевода Всеволод! - сказал Пудрин и прижав сжатый кулак к левой стороне груди поклонился, с удивлением подумав над тем, откуда это у него взялось, сделав несколько шагов в сторону развалин собора Александра Невского и как будто что-то в нём увидев, он обернулся к Всеволоду.
   - Скажи, воевода, так ли велика опасность стране от меня лично? Я это при людях хочу спросить, чтобы сказки потом не рассказывали.
   - Хвалю за смелость Михаил! - ответил Всеволод.
   - Так велика ли опасность стране, исходящая от меня лично? - повторно спросил Пудрин и продолжил, - я ведь не делаю и не планирую ничего делать во вред стране и народу.
   - Тем ты Михаил и опасен, что ничего не делаешь, - ответил Всеволод, - ведь в бою, неумное действие зачастую безопаснее, чем умное бездействие.
   - А ты, воевода, не мог бы пояснить, в чём это выражается, - спросил Пудрин.
   - То, Михаил, что отсутствие у тебя замысла делать плохое, не даёт надежды спастись от плохого, - ответил Всеволод и продолжил, - я могу привести пример того, как опасное бездействие может перерасти в прямое пособничество врагу. Учёные из стран проатлантского содружества сделали заключение, что в результате предстоящего столкновения Матери Сырой Земли и небесного камня, количество земной тверди, пригодной для проживания значительно сократится. По их предположениям, пригодными для жизни будут Скандинавия, Среднерусская возвышенность, Урал, Восточная Сибирь, Алтай, Дальний Восток, Гималаи, Аляска и Антарктида. Поэтому ваши англосакские друзья, вкупе с вашими жёлтыми соседями вовсю прорабатывают планы завоевания этих территорий ради спасения жизни своих народов.
   - Ну, это ещё неизвестно, - возразил Пудрин, - столкнётся или не столкнётся.

234

   - Может и так, - согласился Всеволод, - да только всё надо осуществить до столкновения, потом поздно будет. А что надо для завоевания? - обратился он к Пудрину.
   - Ну, спланировать боевые действия и оккупировать, - не очень уверенно ответил Пудрин.
   - В целом так, - сказал Всеволод, - но есть и затруднения. У твоей страны есть ядерное оружие. После применения такого оружия ценность такой площади уменьшается многократно. Значит нужно действовать по-другому. Как же? - обратился он к Пудрину.
   - Тогда остаётся обычное вооружение, - неуверенно произнёс Пудрин.
   - Это ничего не меняет, - ответил Всеволод, - при пятнадцатикратном превосходстве вероятных противников, вы всёравно схватитесь за ядерное оружие.
   - Что же тогда? - спросил Пудрин.
   - Тогда надо просто мирно ликвидировать население присмотренных площадей, - спокойно ответил Всеволод.
   - Но кто же это позволит сделать!? - воскликнул Пудрин.
   - Ты и позволишь, - как-то равнодушно ответил Всеволод.
   - Но я же против такого?! - почти закричал Пудрин.
   - Против или не против, какая разница, главное не то, что говорится, а то что делается, - ответил Всеволод, - и никаких препятствий с твоей стороны к этому нет и не просматривается.
   - Ну мы же делаем всё возможное для поднятия рождаемости, - взволнованно заговорил Пудрин, - мы выдаём пособия на детей, ввели материнский капитал, помогаем многодетным семьям.
   - К сожалению, Михаил, - грустно ответил Всеволод, - уничтожать гораздо легче, чем создавать. Такие известные на Матери Сырой Земле изуверы и негодяи, как Ленин и Гитлер уже давали свои советы по уничтожению твоего народа, Михаил. "Никакого ученья, никакого леченья, только водка, водка и ещё раз водка". У них это в полной мере не получилось. Ленин, правда, весь твой народ своего родового имени лишил, переименовал великороссов в русских, чем нанёс сильнейший удар по общерусскому единству. Но о таком уничтожении, что происходит сейчас, они и мечтать не могли. Кроме водки ещё и еда, которую есть опасно, лекарства, которые помогают избавиться только от жизни. На производствах и на дорогах люди гибнут сотнями тысяч, десятки тысяч становятся жертвами безмозглых тварей, которых сотнями двойных тысяч плодят подручные Фаддея Фекленко. Ещё несколько десятилетий, и захватчики получат искомое без всякой войны.
   - Но мы выделяем деньги на развитие медицины и реформу правоохранительных органов, - попытался оправдаться Пудрин.
   - Не могу согласиться, - произнёс Всеволод, - если лекарь, ввиду полного отсутствия знаний и умения в области исцеления, наносит вред больному, он должен быть жестоко наказан и отлучён от этого дела, а если он подарил больному смерть вместо жизни, то он должен сопроводить больного в этот путь. Но в государстве, в котором ты второе лицо, Михаил, этого не происходит. Лекари и разбойники уничтожают людей тысячами и при этом ничего не боятся. Вся твоя чиновничья братия, о которой ты так печёшься, кроме вреда не производит ничего. Не верю я, что это происходит просто так.

235

   - Ну, не ошибается только тот, кто ничего не делает, - попытался возразить Пудрин, - кроме того, не исключаются объективные причины.
   - Главный вред твоего руководства, Михаил, заключается в том, что преступления, с твоей подачи именуются ошибками, а предательство интересов твоего народа - объективными причинами, воровство - бизнесом, грабёж - рэкетом и рейдерством. Народ уже и народом не считают, потому его электоратом дразнят. Ты правитель туманов, - произнёс Всеволод с усмешкой, - и тонет в этом тумане и народ и государство и всё что к ним прилагается.
   "Ну как же это я попался, - думал Пудрин, - ведь хотел же я только хорошего и для народа и для России. Как получилось, что считая себя кукловодом, сам оказался куклой в чужих руках. Как так получилось, что считая себя мудрым политиком, оказался в глазах того же Всеволода каким то наивным простачком?".
  
   По вновь образовавшемуся живому людскому коридору Пудрин направился в обратный путь. Чуть отстав от него, рядом семенил Патриарх. За ними спешила вся правительственная делегация.
   - Господи! - нарушил молчание Патриарх, - как на божьем суде побывал. Ума не приложу, как теперь быть. Мать всего материя, а как быть со Всевышним, как быть с созданием Земли за семь дней? Что делать с Адамом и Евой?
   - Тебе же сказали, кто во Вселенной хозяин, да и космический день, насколько я помню, составляет двадцать четыре тысячи лет, времени достаточно, люди столько не живут, - с улыбкой ответил Пудрин.
   - Тебе хорошо шутить, а мне что делать? - с обидой ответил Патриарх.
   - Это мне хорошо! - возмущённо воскликнул Пудрин, - тут пашешь как вол, ищешь компромиссы между разными группировками, олигархами этими долбанными, силовиками, политиками, правозащитниками, интеллигентами, националистами всех мастей, а в результате - "Ты Михаил, сам по себе представляешь опасность для страны". Как тебе это? Или это, что-то типа - "Это не правительство, а сборище Фаддеев". Да, я понимаю, что мои министры далеко не гении, но какие усилия мне пришлось приложить, чтобы собрать верную мне команду. А тут высекли перед всем народом! А ты говоришь - "Тебе хорошо!". Что же тут хорошего, Борис Моисеевич?
   - Ну, хотя бы то, что теперь ты можешь провозгласить национальную идею - "Взрастим новое поколение умных, образованных и здоровых детей - наше будущее!", - немного обидевшись на напоминание о мирском "Борисе Моисеевиче", ответил Патриарх, - вот мне, что провозглашать, это вопрос вопросов.
   - Тебе ж, тоже национальную идею подкинули, - ответил Пудрин уколом на укол, - тот кто веру в Сварожичей сохранил, тот теперь по вселенной на звездолётах летает, а тот кто Иисусусу Христосусу молится, за пособиями в местной администрации в очереди стоит.
   Патриарх хотел, было ответить, чем нибудь колким, но промолчал. Пропало желание разговаривать и у Пудрина. Вся правительственная делегация в молчании шествовала к вертолёту. Триумфа и радости народа по поводу встречи собратьев по разуму, правительственные чиновники не разделяли, но не это было главной причиной страдания чиновного люда. Причина страданий была в том, что инопланетяне, без какого либо согласования развлеклись.

236

   Грубо поправ права и свободы чиновников, инопланетяне достали глубоко запрятанную, куда надёжнее чем смерть Кощея Бессмертного, замороженную и введённую в кому Совесть. И теперь, грубо разбуженная после многолетнего сна Совесть беспощадно грызла нутро своих хозяев. Испытание было не из лёгких.
   Время между тем подходило к вечеру и к традиционному отлёту ариан на свой звездолёт. Но как-то повелось за прошедшую неделю, провожать исчезающую в небе летающую тарелку и никто не расходился. Поэтому люди занимались привычным делом - спрашивали, уточняли, искали единомышленников, о чём-то договаривались, что-то обсуждали. Обсуждали и посещение Пудрина с министрами.
   - Да-а, - протянул пожилой железнодорожник, - Пудрина то нашего, почитай, как высекли.
   - Да и Патриарху досталось, - сказал кто-то.
   - Да ведь ничего нового Всеволод и не говорил, все это знают, - сказал железнодорожник.
   - Знать то знают, а поделать с этим ничего не могут, - сказала стоящая рядом женщина с ребёнком, - Пудрин - Кошкин, Кошкин - Пудрин, вот и весь выбор.
   - А чем вам Михаил Михайлович не угодил? - с ходу вступила в дискуссию вновь прибывшая группа во главе со здоровенной тёткой, центнера на полтора весом.
   - Тем и не угодил, что не делает того, в чём его америкосы и наши дерьмократы обвиняют, - ответил железнодорожник.
   - Пудрин страну спас, - безапелляционно заявила здоровенная тётка.
   - От кого же он её спас? - ехидно спросил железнодорожник.
   - Знаем от кого! - ответила тётка, - Может министры у него и не того, но сам то он человек хороший, тут и спорить не о чем.
   Обстановка начала накаляться.
   - Тихо! - раздался голос Михаила Парамоновича Гриднева, - В Москве у биотуалета орать будете, а здесь место почти святое.
   - Чем же оно святое? - несколько снизив градус напряжения, спросила здоровенная тётка.
   - Надежду людям это место даёт, - ответил Михаил Парамонович, - души лечит, а что касается того, хорош или плох Пудрин, пусть каждый сам решает. А я лучше вам притчу расскажу про купца, сам придумал.
   - Давай рассказывай Михаил Парамонович, - раздались голоса.
   Михаил Парамонович, взглянул на окружающих и увидев в глазах людей неподдельный интерес начал: "Было это в позапрошлом веке. Ехал богатый владимирский купец с Нижегородской ярмарки через Муромские леса. Поторговал весьма удачно и с большим хабаром домой ехал. Только вдруг посвист молодецкий раздался да разбойнички на обоз купца налетели. В момент, говоря по-нашему всё купеческое богатство - приватизировали, разграбили, иными словами. Вот и сидит купец на пеньке, обхватив голову руками, и горько плачет. Подходит к нему атаман разбойников и спрашивает.
   - Чего это ты мужик здоровый сидишь и рыдаешь как баба?
   - Да как тут не зарыдать, - отвечает купец сквозь слёзы, - четверть часа назад был в десятке самых богатых владимирских купцов, а теперь стал голью перекатною.

237

   - Мужик ты молодой, здоровый, ещё наторгуешь, - отвечает атаман.
   - Не всё так просто, - отвечает купец, - товары мои в кредит покупались, банку деньги надо вернуть, да с возчиками так и так рассчитываться придётся, они не виноваты, что на твоих молодцов налетели. Так что дома всё хозяйство моё за долги опишут и семью мою по миру пустят.
   - Братва! - крикнул атаман, - Сколько у купца золотишка наработали?
   - Да мешка три, атаман, - отвечают разбойнички.
   - А-ну, неси сюда один мешок, - говорит атаман.
   Принесли разбойнички мешок с золотом. Зачерпнул атаман из мешка целую пригоршню золотых монет и ссыпает их купцу в пригоршню со словами:
   - Вот тебе золото купец, хватит и с долгами рассчитаться и вновь с товарами подняться. Бери и помни мою доброту.
   Взял купец своё же золото и сидит.
   - Ну что, купец, сидишь как прикованный? - спрашивает атаман, - Аль свободе и золоту не рад? Иди, я тебя отпускаю.
   - Да куда ж мне идти, - отвечает купец, - пёхом я и за месяц не дойду, а за месяц то ли звери дикие в лесу порвут, то ли на лихих людей наскочу.
   Подумал атаман и спрашивает разбойничков.
   - Братва, а сколько у купчины мы лошадей наработали?
   - Да три десятка, - отвечают разбойнички.
   - Ведите сюда одного, - говорит атаман, - без седла.
   Привели разбойнички лошадь.
   - Вот тебе лошадь купец, - говорит атаман, - садись и скачи себе домой, пока я добрый.
   Сел купец на лошадь и поскакал побыстрее из этих мест. Скачет он на лошади "охлюпкой", без седла, то есть, держит в руке пригоршню золота, что атаман дал и поминает всех святых и нечистых, в связи со своим ограблением.
   - Разбойники, мерзавцы, нехристи, басурмане, да как таких земля носит, да чтоб их гром небесный ударил, да чтоб их огонь небесный в пепел обратил, да чтоб их нечистый в геенну огненную направил без покаяния. А вот атаман у них - святой человек!
   Михаил Парамонович замолчал. Громкий смех окружающих был ему ответом. Смеялись все. Улыбался Всеволод. Тем более, что повод для радости был. Люди оттаивали, через оболочку просвечивали нормальные человеческие души.
   - А я как-то, с этой точки зрения на Пудрина не смотрела, - задумчиво произнесла здоровенная тётка.
   - Я ж тебе и говорю, - сказал Михаил Парамонович, - что место это святое, здесь люди души свои от всякой скверны очищаются. Думаешь Пудрину и Патриарху это всё так просто обойдётся?
   - А что, им инопланетяне, что нибудь сделают? - спросила здоровенная тётка.
   - Они уже сделали, - ответил Михаил Парамонович.
   - Я что-то ничего не заметила, - сказала здоровенная тётка.
   - Скоро заметишь, - улыбнувшись сказал Михаил Парамонович, - совесть наши гости у всех здесь присутствующих пробуждают. Причём раз и навсегда. И что ты потом не будешь делать, всё придётся с совестью согласовывать. Только представь, каково теперь и Пудрину с министрами его, и Патриарху с его анклавом.

238

Глава тринадцатая

   Восьмой день пребывания на Земле инопланетных родственников, пообщавшись с которыми, земляне, обитающие в Старогородской области, уже не решались называть себя братьями по разуму, ознаменовался прибытием в Зелёную Горку крупного сборища граждан, довольно странно смотрящихся в местной обстановке. Наиболее подходящее название всей этой разномастной публике послужило бы определение 18 - 19 веков - разночинцы. Сами же вновь прибывшие именовали себя скромно, элитой. Некоторые именовали себя ещё более скромно, совесть нации. Значительную часть прибывших накануне граждан составляли скоморохи*, забывшие героическое прошлое своей профессии и однозначно поменявших грубую мозолистую руку народа, кормившую их столетиями, на ухоженную мягкую ладошку власти, кормившую их гораздо вкуснее. Дабы, прирученные скоморохи с тонкими душами, вдруг не впали в депрессию, по поводу своего полурабского состояния, власть стала именовать их на французский манер - артистами. Потерю же уважения со стороны народа, власть компенсировала присвоением своим придворным артистам звания - народного, не считаясь с мнением народа, который о некоторых "народных" артистах и слыхом не слыхивал.
   Крупную по численности группировку в составе вновь прибывших граждан составляли люди страной профессии - правозащитники. В стране, где ежедневно нарушаются права миллионов человек, наличие правозащитников возможно и было бы оправдано, если бы не одно но. Защита от прибывших в Зелёную Горку правозащитников, была, скажем так, весьма разборчивой и избирательной. Так главного правозащитника страны Акакия Чеснокова совершено не интересовали судьбы миллионов изгоняемых и преследуемых людей, именуемых русскими, но очень беспокоили судьбы гонителей, живших до этого за счёт русских, а изгнав их, оставшихся без средств существования и толпами поваливших в Россию вслед за теми, кого изгнали. Вот их права Акакия Чеснокова волновали, также как и права воров, убийц, насильников, развратников, предателей и прочей нечисти. Основная масса прибывших правозащитников была верными соратниками не только Акакия Чеснокова, но и зарубежных, а также внутренних политических проходимцев всех мастей. Хоть и были они биты и оплёваны неоднократно, но промысел свой не бросали, уж больно он был прибылен и в отличие от, скажем, промышленности, оплачивался щедро и регулярно.
   Остальную часть прибывших составляли в основном дети и внуки побывавших здесь вчера министров и крупных чиновников, прибывших на необычное шоу** вместе с друзьями и прислугой.
   Были тут и представители различных мелких группировок различной направленности. Кроме любопытства, всех прибывших в Зелёную Горку объединяло неистребимое желание засвидетельствовать как можно ярче свои персоны в этом необычном событии, что бы в будущем иметь возможность расчертить границы между теми кто "там был" и теми кто "там не был".
  
   * Скоморохи - странствующие актёры (певцы, музыканты, острословы, дрессировщики), являлись поистине народными артистами, так как средства к существованию получали из рук народа в соответствии с заслугами. В связи с тем, что скоморохи ориентировались на народ, как на кормильца, то соответственно были гонимы властями и церковью.
   ** Шоу (амер.) - представление (арианск., русск.)

239

   Несмотря на закоренелое хамство, взращённое на почве безнаказанности, гарантируемой должностями пап, мам и других близких родственников и обильно удобренное бездонными финансовыми возможностями, беспощадно разворовываемой богатейшей страны мира, приземление летающей тарелки произошло почти в полнейшей тишине. Было в во внешнем виде опускающейся летающей тарелки что-то такое, что подсознательно заставляло хамов - найти в себе остатки норм приличия, отмороженных - найти внутренний источник тепла, безбашенных - найти и закрепить утраченную башню, обладателей поехавших крыш - вернуть стропила и шифер на место, а весело живущих без царя в голове - вернуть и трон и царя в страдающую опасной пустотой черепную коробку. Исключение составили только несколько десятков дегенератов* , жертв политических и династических браков, как советской, так и РосФейской верхушек, дружно завопивших от восторга.
   - Гля, бля, в натуре, летающая тарелка!
   - А я парился, что за прикол готовят?
   - Надо проверить, может нас, как лохов** разводят!
   - Щас сядут, я шкафа*** своего пошлю их пощупать!
   - Смотри, дверь открывается!
   - Ха, щас гоблины полезут!
   Первым из летающей тарелки появился Комонебранец, за ним вышел Всеволод. Он внимательно посмотрел в сторону галдящих дегенератов, и усмехнувшись сказал стоящему рядом Комонебранцу: "Это прямые наследники здешней правящей верхушки".
   - Боюсь, что унаследовать они мало что успеют, - ответил Комонебранец, - их скорее всего быстро отправят следом за усопшими родителями.
   - У многих из них родители были здесь вчера, - весело произнёс Всеволод, - так пусть они за ними и бегут.
   С этими словами он перевёл взгляд на галдящих молодых людей. Спустя несколько мгновений, группа дегенератов с вытаращенными от ужаса глазами с воплями неслись сквозь поспешно расступающуюся толпу. За ними бежали ничего не понимающие охранники.
   - Воевода! - обратился к Всеволоду Кирилл Анатольевич, для многих так и оставшийся отцом Кириллом, - Разреши вопрос задать?
   - Задавай Кирилл, - ответил Всеволод улыбаясь, - даже без разрешения.
   - А почему, воевода, - несколько смущаясь, спросил Кирилл Анатольевич, - к этим молодым людям, в отличие от других, ты оказался столь нетерпим?
   - Потому, - хмуро посмотрев в сторону, куда удрали дегенераты с охранниками, ответил Всеволод, - что за каждым из них тянется длинный хвост преступлений. Их не учить и лечить надо, а судить и казнить, пока они ещё больших бед не натворили, потому что таких как ты они за людей не считают.
  
   * Дегенераты (Лат.) - вырожденцы (арианск., русск.)
   ** Лох (Сленг.) - не кустарник, встречающийся в Средней Азии и на Кавказе. Лохами, воры презрительно называют обворовываемых ими людей, не имеющих возможности их наказать. Тех, кто может оказать сопротивление - зовут фраерами. Тех, кто обязательно накажет вора - зовут беспредельщиками. Аналогично ворам, объединение Homo sapiens, именующее себя евреями, именует всех остальных - гоями. Ещё раньше, древние греки, промышлявшие также воровством и пиратством, именовали всех остальных - варварами.
   *** Шкаф (Сленг.) - так дегенераты, которых по стоимости состояния родителей зовут "золотой молодёжью" презрительно зовут своих охранников.

240

   Несмотря на впечатляющий забег дегенератов, прибывшие вместе с ними представители РосФейского бомонда с опаской, но целенаправленно двинулись в сторону инопланетян, которые оценивающе смотрели в их сторону без каких либо признаков агрессии.
   - Скажите, воевода, - набравшись храбрости, спросила очень коротко стриженая дама под девицу лет сорока в розовой курточке и потрёпанных джинсах, - как Вы относитесь к деятельности русских националистов?
   - Поведение русских националистов из объединения западных малороссов, именующих себя украинцами, - ответил Всеволод, - вносящих раскол в общерусское единство, и по сути забивающих гвозди в гроб общеславянского единства, лично у меня вызывает презрение.
   - Нет, - воскликнула тётка под девушку, - я имела в виду не украинцев, которые имеют право на самоопределение, а русских скинхедов, которые занимаются погромами.
   - Во-первых, никто не давал права одному западнянину, решать за девятерых не западнян, как им определяться, - ответил Всеволод, - во-вторых, не может быть племенного зазнайства у народа, забывшего свой род и племя. Те, кого вы именуете русскими, это - великороссы, лишённые не только своей государственности, но и своей племенной принадлежности, или как вы любите говорить на латинский манер, национальности. Зато у всех окружающих великороссов народов и народцев, этого племенного зазнайства в купе с гордыней и гроздьями иных пороков, хоть отбавляй, да только видеть и слышать этого вы не желаете. Что касается молодых великоросских парней, которые устраивают драки с инородцами, то это, прежде всего жертвы подстрекателей, толкающих их на преступления для того, чтобы руками неумного правосудия, обезопасить себя в будущем от наиболее деятельных представителей великоросской молодёжи. Ну, а такие как вы, сударыня, как я понимаю, - пристально глядя на молодящуюся тётку, - сказал Всеволод, - являетесь подручными этих подстрекателей. Предательство вами своего народа, как мне кажется, неплохо оплачивается?
   - Мы сами ничего не придумываем, - каким-то мёртвым голосом ответила тётка, уставившись себе под ноги остановившемся взглядом, - нам говорят, что надо делать и говорить и за это платят больше, чем можно заработать на производстве или в какой-нибудь конторе.
   Медленно развернувшись, тётка пошла прочь от места, куда ещё сегодня утром так стремилась. Вместе с ней уходили подальше от этого места ещё несколько десятков людей с помертвевшими взглядами.
   - Что Вы с ними сделали? - спросил Всеволода солидно одетый мужчина.
   - С кем? - вопросом на вопрос ответил Всеволод.
   - С правозащитниками! - воскликнул мужчина, - они с таким подъёмом стремились встретиться с Вами. У них было столько вопросов. Все они очень разносторонне образованные люди. Все они оптимисты. Почему они уходят отсюда как зомби с помертвевшими лицами.
   - Потому, - ответил Всеволод, - что они получили ответы на все свои вопросы, и кроме того, они получили ответы на вопросы, которые они очень не хотели задавать. Помимо прочего, у них неожиданно проснулась совесть, исчезло мнимое убеждение в том, что окружающие не ведают об их истинной деятельности и впервые в жизни они провели самооценку. Им это очень не понравилось, хотя они узнали о себе много нового. 241
   - А скажите, воевода, - продолжил мужчина, - у вас там, - он показал рукой на небо, - есть интеллигенция*?
   - Нет, Геннадий, - ответил Всеволод, - у нас весь народ разумен и всё понимает. Наши ученые, розмыслы, служащие, певцы, лицедеи, музыканты, художники, постановщики зрелищ и даже члены Высшего совета, считают себя народом и отдельных мирков себе не строят.
   - А откуда Вы знаете, как меня зовут? - спросил мужчина.
   - О каждом, здесь присутствующем, - Всеволод обвёл рукой присутствующих людей, - я, Геннадий, знаю больше, чем они знают о себе сами.
   - А как у Вас решается национальный вопрос? - спросил мужчина.
   - Этот вопрос у нас был решён более восьмидесяти тысяч лет тому назад, - усмехнувшись, ответил Всеволод, - когда наши предки стали перед выбором, либо все арианские роды станут единой семьёй и будут бессмертны, либо продолжить вражду и самоистребление и исчезнуть спустя несколько столетий.
   - А переходят у Вас из рода в род? - спросил мужчина.
   - Да, переходят, - с улыбкой взглянув на Комонебранца, ответил Всеволод, и, предваряя следующий вопрос, продолжил, - в основном по любви.
   - А кто у Вас следит за порядком? - опять спросил мужчина.
   - Участковый урядник по решению участкового Вече, - ответил Всеволод.
   - А прокуроры и суды у Вас есть? - не унимался мужчина.
   - Нет у нас ни судов, ни прокуроров, - ответил Всеволод, - надзор за соблюдением правил и уложений проводят местные урядники, а суд вершит местное Вече.
   - И что, - с удивлением спросил мужчина, - ваше вече будет собираться по каждому преступлению?
   - Да, по каждому преступлению - ответил Всеволод, - что тут такого необычного, преступление - это целое событие для всего района, которое не каждый год случается.
   - Воевода, - выступила вперёд стройная женщина из когорты артистов, - мы тут получили сведения о том, как Вы наказываете своих соотечественников за различные пороки. Но ведь это средневековое варварство. У Вас совсем не соблюдаются права человека, забить кнутом до смерти только за то, что он, что-то взял без спроса. Да у Вас там нет никакой свободы.
   - Ну что Вы, сударыня, - глядя на женщину, ответил Всеволод, - права человека у нас соблюдаются неукоснительно. Не только человека, но и животных, а вот у тех, кто не имеет права называться человеком из-за порочного поведения, прав нет. Да и кнутом забивают не человека, ведь вор -не человек. Свободы у нас много, потому и слово "свобода" мало употребляется, ведь каждому известно, что "свобода", любимое слово рабов. Судя по тому, как часто у вас звучит слово "свобода" общество ваше - рабовладельческое. Провозглашаемая вами "демократия" на деле является рабовладением.
  
   * Интеллигент (Лат.) - понимающий, мыслящий, разумный (арианск., русск.) В России, вне зависимости от политического строя и классового наполнения, интеллигенция является самообособленной группировкой морально неустроенных людей, дистанцирующихся от народа, поскольку видят себя правящим классом, а если быть честными до конца, то и рабовладельцами (естественно просвещёнными) и в то же время не принимаемых в правящую верхушку, ввиду полной неспособности, чем либо управлять. Причисление к отряду интеллигенции просто порядочных людей - бесчестное действо.

242

   - Я бы с Вами не согласился, - заявил стоящий рядом мужчина с явно артистической внешностью.
   - С чем именно? - спросил Всеволод.
   - Ну, с тем, что у нас нет демократии.
   - Если она и есть, то далеко спрятана, как смерть Кощея, - смеясь, сказал Всеволод, - мы на Матери Сырой Земле, народа, причастного к власти - не обнаружили.
   - Власть принадлежит демократически избранному президенту, - возразил мужчина с артистической внешностью.
   - Опять "демократично", похоже, это у вас магическое слово, - смеясь, произнёс Всеволод, - а как переводится с греческого слово "демократия"?
   - Ну, это известно каждому ребёнку, - ответил мужчина с артистической внешностью, - это власть народа.
   - Тогда как переводится с греческого слово "демократ"? - спросил Всеволод.
   - Ну-у-у, как бы человек, придерживающийся демократических взглядов..., - начал, было, мужчина с артистической внешностью, - но Всеволод прервал его.
   - Не надо врать себе и людям, - жёстко сказал Всеволод, - слово "демократия" имеет смысл только применительно ко всему народу, а слово "демократ" сродни слову "узурпатор". Или это не так?
   - Так, - глухим голосом произнёс мужчина с артистической внешностью.
   - Скажите, воевода, - обратилась к Всеволоду пробравшаяся в первые ряды симпатичная девица лет двадцати, - а какая у Вас проводится молодёжная политика?
   - У нас, красна девица, - улыбнувшись, ответил Всеволод, - государственная забота в отношении молодёжи довольно проста. Первое - общество обязано довести до подрастающего поколения все виды деятельности народа. Второе - общество через познанку обязано выявить способности и наклонности каждого ребёнка. Третье - каждый молодой человек должен получить знания, соответствующие уровню развития общества. Четвёртое - каждый молодой человек должен в совершенстве освоить избранный род трудовой деятельности. И, наконец, пятое - каждый молодой человек должен стать достойным и полноценным членом общества. Разделения на молодых и старых у нас нет, у нас все живут полноценной жизнью от молочных губ до глубоких седин. Ваш подход к делам молодёжи, наших молодых людей возмутил бы до глубины души своей отчуждённостью от задач всего общества.
   - Я понимаю, господин воевода, что у Вас сложилось несколько негативное мнение о нашем обществе, но мы тоже знаем о наших недостатках, и поверьте, мы стремимся к внедрению в нашу жизнь настоящих западных ценностей, - вступил в разговор представительный мужчина со значком депутата государственной думы.
   - И какие ценности вы там обнаружили? - с усмешкой спросил Всеволод, пристально глядя на собеседника.
   - Ну-у-у, я так сразу не могу сформулировать основополагающие принципы ценностей западной демократии и расставить акценты основных критериев, но то, что у нас нет иной альтернативы кроме демократии западного типа, это очевидный факт, не вызывающий какого либо сомнения в кругах ведущих политологов как у нас, так и за границей.
   - Слушай, Михаил, а ты сам то понял, что сказал? - спросил Всеволод.

243

   - А откуда Вы знаете моё имя? - спросил человек со значком депутата.
   - Я, Михаил, знаю всё, - ответил Всеволод, - и как ты будучи совсем молодым предпочёл комсомольским стройкам, комсомольскую работу. Как всю свою жизнь провёл по партийным кабинетам, бездельничая и мешая работать другим. Как при крахе одной партии срочно перебежал в другую, а затем и в третью. Как не сумел выполнить ни единого поручения и наконец, пристроился в государственную думу, где собираешься отсидеться до пособия по старости.
   Мужчина со значком депутата государственной думы остолбенело уставился на Всеволода. Под смех окружающих он открывал и закрывал рот, пытаясь что-то сказать. Наконец ему удалось собраться с силами и спросить.
   - А что Вы собираетесь сделать с самолётами, которые Вы сюда посадили? Вы знаете, сколько стоят восемь самолётов? Не могли бы вы их вернуть обратно?
   - Ну, молодца! - сказал кто-то из окружающих, - выкрутился!
   - Да, силён! - поддакнул кто-то, - одним словом - депутат!
   - Мы, Михаил, не собираемся грабить ваше государство, - смеясь, произнёс Всеволод, - этим и без нас, есть кому заниматься. Мы, посовещавшись, решили сделать подарок вашей стране и селу Зелёная горка. Эти восемь самолётов нами
   будут восстановлены до изначального состояния, кроме того, на них будут устранены имеющиеся производственные изъяны и недоделки. Иными словами получите в подарок восемь новёхоньких самолётов. Но вывезти их отсюда вы сможете только одним путём - по дороге в районный центр. Поэтому жители Зелёной Горки скоро получат хорошую дорогу в подарок.
   Всеволод поискал кого-то глазами и увидев генерала Тачкина, стоящего с группой прописавшихся и забытых в Зелёной Горке военных обратился к нему.
   - Воевода Иван, предупреждаю, попытка утащить самолёты вертолётом, закончится гибелью, как вертолёта, так и пяти - шести самолётов. Дорога должна быть построена однозначно, как бы кому этого и не хотелось.
   - Понял, воевода Всеволод, - ответил Тачкин, - сделаю всё от меня зависящее.
   - Подольше бы Вам у нас побыть, - обратился к Всеволоду совершенно трезвый и аккуратно одетый Михеич, - глядишь обе российские напасти устранили бы. Как Гоголь сказал, в России две напасти - дураки и дороги.
   - Это не напасти, - ответил ему стоящий рядом Михаил Парамонович, - дураки лечатся, дороги строятся, а если и есть у нас две напасти, то это - безнаказанность и безответственность, они нас и погубят, если за ум не возьмёмся. Вот хрупкая надежда появилась на то, что возьмёмся.
   - От лица Государственной Думы Российской Федерации я хочу Вас поблагодарить за столь дружественный жест, - обращаясь к Всеволоду, торжественно произнёс оправившийся от замешательства мужчина со значком депутата государственной думы, - и хотел бы представиться, депутат Государственной Думы Захребетников Михаил Сергеевич. И ещё, не знаю как Вы на меня воздействовали, ну это, в общем не главное, я бы хотел сказать, - депутат Захребетников смущённо помолчал и продолжил, - мне действительно стыдно за то, что происходит в нашей стране.
   - Скажи, Михаил, зачем в своей речи вы все применяете слова иных языков с сомнительным смыслом, убивая тем самым свой собственный язык? - задал вопрос Всеволод в расчёте на окружающих слушателей, так как ответ ему был и без того ясен.
   - На родном языке не обманешь, - честно ответил депутат Захребетников.

244

   - Так что, - с иронией в голосе спросил Всеволод, - основное занятие государственной думы - это обман народов?
   - М-м-м-м, да-а-а, - как то жалобно протянул депутат Захребетников глядя на направленные на него несколько телевизионных камер, и как то отрешённо взглянув на Всеволода ответил, - да, воевода, Государственная Дума Российской Федерации существует исключительно для одурачивания и покрытия ограбления населения России. За всё время своего существования, включая и дореволюционный период, дума не приняла ни единого закона, направленного на народное благо.
   - И что тебе Михаил говорит твоя совесть по этому поводу? - спросил Всеволод.
   - Говорит она вещи очень не лицеприятные, да и не мне одному, - глядя на Всеволода, ответил депутат, - да кто её слушать то будет, если на кону такие бабки* стоят, да льготы поистине царские, да за полное ничегонеделание. Один срок в депутатах отбыл, и на всю жизнь обеспечен, два срока отбыл, и детей и внуков обеспечил, а три срока отбыл, то и праправнукам достанется.
   - Скажи, Михаил, а почему вся ваша верхушка заклинилась на так называемых "западных ценностях"? - смеясь, спросил Всеволод.
   - Ну, спасибо тебе воевода! - картинно низко кланяясь, ответил депутат Захребетников, - мало тебе, что над психикой моей поработал и врать отучил, мало того, что заставил сказать вслух то, что не говорят при людях и что гарантирует вызов в комитет по депутатской этике, так ещё и перед выбором ставишь, самому из Думы уйти или дождаться пока выгонят.
   - Ну а как же должен поступить честный человек? - смеясь, спросил Всеволод.
   - Слово честность у нас, воевода, едва не синоним слова глупость, - ответил Захребетников, - а вот нищета, как её не крути, нищетой и остаётся. Можно работать по двадцать четыре часа в сутки, можно тянуть две или три работы, но если тебе не удалось, хотя бы легонько прислониться к власти, в любом её месте и в любом её закоулке, то единственный твой удел - нищета. Ты работаешь, стараешься, зарабатываешь, и у тебя создаётся иллюзия состоятельности, но стоит тебе запнуться, сорваться или просто устать, как иллюзия тут же растает, и ты опять останешься один на один с нищетой. Можно к ней привыкнуть, как привыкла к ней большая часть нашего народа, но можно ли это назвать жизнью?
   Захребетников ненадолго замолчал, задумавшись, затем с какой то непонятной ухмылкой тряхнул головой и продолжил.
   - Вот и стоишь ты перед выбором, быть честным, принципиальным и нищим, самому себе противным за своё существование, либо быть не совсем честным, не очень принципиальным, не очень хорошего мнения о себе самом, но удовлетворённым тем, что твоя семья живёт вполне прилично, не бедствуя, не считая медяки и не в чём не нуждаясь. Пусть я не очень хороший, но когда- никогда я могу кому нибудь помочь, как депутат и помогаю, а был бы я принципиальным, одним нищим больше или меньше, что от этого изменится? Плохо у нас народ живёт, это факт, но и сам он в этом не меньше виноват, чем мы - депутаты. Вот, к примеру, есть у нас такая бездонная бочка, ЖКХ называется, всего то и надо, дать полномочия группе жителей по контролю над работой и за тарифами, нашли нарушение - пошли в суд или в прокуратуру.
  
   * Бабки (Сленг.) - деньги, как правило, не заработанные.

245

   Захребетников тяжело вздохнул и продолжил. - Если это делать постоянно, то либо эта жилконтора работать начнёт, либо разбежится. И деньги, которые государство выделяет не без участия депутатов, получить можно. Но не выберут они никого и никогда, потому что сами ничего делать не хотят, и другим не дадут, так как друг другу не доверяют. Бывает, на встрече с избирателями засыпают вопросами, надо то, да надо это. Понятно, что надо, но стоит только поднять вопрос о создании инициативной группы или подготовке запроса избирателей, как оказывается, что более занятых людей и найти нельзя кроме как среди собравшихся. Не снимая с себя части вины, за происходящее в нашем государстве, скажу, что ответственность перед "таким" народом, не сильно давит на плечи.
   - Так ли это? - обратился к собравшимся Всеволод.
   Тишина и смущённые взгляды были ему ответом.
   - Да зачем мне врать то, воевода? - прервал неловкую паузу Захребетников, - тем более, что качества этого, на государственной службе очень полезного, ты меня на какое то время лишил, надеюсь ненадолго, иначе мне труба. Вот ты спрашивал о так называемых "западных ценностях" и почему наша элита бредит этими "ценностями". Так я отвечу! Нет там никаких ценностей, есть деньги, деньги и ещё раз деньги! Есть правда сопутствующие деньгам - ложь, спекуляция, грабежи, войны, клевета, двойные стандарты и другие "западные ценности", но что бы признать это ценностями, надо быть либо законченным негодяем, либо отпетым циником, либо просто дураком. А тяга нашей элиты к "западным ценностям" объясняется исключительно тем, что часть нашей элиты находится на содержании запада, за лоббирование* западных интересов, другая часть хранит на западе то, что наворовала здесь, а третья часть по сути является частью запада и живёт там на средства от колониального использования природных богатств России. Всё это существует благодаря всеобъемлющей коррупции**. Есть правда на западе некоторые вещи, вызывающие чувство зависти. Это работа их судов, полиции, прокуратуры, работа коммунальных служб и торговли. Эти конторы у них занимаются именно тем, для чего их создали. Бывают проколы и у них, но это скорее исключение. Почему-то у нас все эти конторы занимаются всем чем угодно, только не тем чем надо, а если вдруг занимаются своим делом, то это скорее исключение, чем правило. Вот именно это и является главной рекламой "западных ценностей". Почему у нас нельзя заставить работать соответствующие конторы, ума не приложу. Чем больше им денег выделяешь, тем хуже они работают. Загадка, какая-то. Я, воевода, каким то шестым чувством ощущаю, что ты над этими людьми поработал, - Захребетников повёл рукой в сторону собравшихся, - может это и хорошо, но я не уверен, что через пару недель после того, как вы улетите, эти люди опять не вернутся к своему привычному состоянию критики власти и благородному ничегонеделанью, обильно поливаемому спиртосодержащими напитками. Нам, я имеею ввиду весь народ, нужна национальная идея, а наша власть и элита сформировать её вот уже двадцать лет не могут. Воевода! Помоги!
   * Лоббирование (Англ.) - кулуарное решение государственных вопросов в пользу
   заинтересованного состоятельного меньшинства. То же самое что и коррупция.
   ** Коррупция (Лат.) - подкуп (Арианск. Русск,) В современной России подкупать уже давно
   никого не нужно, без взятки с тобой попросту и разговаривать не станут, кроме как в
   исключительно показательных случаях.

246

   Всеволод окинул взглядом собравшихся, и увидев явную заинтересованность народа вопросом, поставленным депутатом Захребетниковым, произнёс спокойным голосом.
   - Хорошо, давайте вместе создадим народное осмысление, или как вы привыкли говорить на греческий манер - национальную идею. Вот только для какого народа мы хотим создать это осмысление?
   - Как какого? - произнёс депутат Захребетников, - нашего российского народа.
   - Да только вот беда, - усмехнулся Всеволод, - нет такого народа, и условий для его нарождения тоже нет. Я уже выказал вам наше понимание того, какие условия должны быть соблюдены, чтобы сообщество людей могло называться народом. Основываясь на этом, могу сказать, что в ближайшие столетия, появление "российского народа" - не состоится. В вашем государстве сожительствуют крупные остатки некогда великого народа великороссов и несколько десятков других народов и народцев. Так кому из них нужно народное осмысление?
   - У нас многонациональное государство! - воскликнул Захребетников.
   - Не спорю, - ответил Всеволод, - все в основном государства на Матери Сырой Земле - многоплемённые. Но народов многоплемённых - не бывает.
   - А какже советский народ? - спросил Захребетников.
   - Не вижу никакой разницы, - ответил Всеволод, - в вашем бывшем Советском Союзе заигрывали с малыми народами за счёт великороссов, при этом великороссов не называли даже русскими, а сейчас в Российской Федерации также заигрывают с малыми народами за счёт тех же великороссов, при этом начав их называть русскими. Особой разницы - не просматривается. Поэтому вы и не в состоянии создать народного осмысления, потому, что оно не справедливо по отношению к великороссам и постыдно по отношению к остальным народам и народцам. Поскольку вы не можете объяснить великороссам, почему они должны терпеть создавшееся положение, своё слово - терпение, вы заменили западной - толерантностью.
   - Выходит, каждый народ должен иметь свою национальную идею? - задумчиво спросил депутат Захребетников.
   - Да, Михаил, - твёрдо сказал Всеволод, - каждый народ должен иметь своё осмысление, своё уложение, свой путь развития и свои традиции.
   - Значит, нам надо иметь много национальных идей? - спросил депутат Захребетников.
   - Зачем же, - смеясь, ответил Всеволод, - только три, при этом одна уже разработана и внедрена в жизнь, правда, вы все стараетесь вслух её не произносить в связи с толерантностью.
   - Какая же? - настороженно спросил Захребетников.
   - Очень простая и пользующаяся большим спросом у многих народов, народцев и народностей во всём вашем мире, - ответил, грустно улыбнувшись, Всеволод, - этот вид народного осмысления именуется - нахлебничество. Заключается он в том, чтобы жить за счёт другого, более работоспособного и трудолюбивого народа. Но жить за счёт другого нравственно не уютно, кому понравится осознавать себя бездельником и дармоедом. Поэтому для оправдания этого состояния выдуман целый ряд сказок о маленьких, но гордых народах, которые упорно трудились, создавали народное богатство, но были в своё время порабощены большим и очень плохим народом.

247

   Сказки о необыкновенно умных и бесконечно талантливых малых народах, которые, утратив самостоятельность, утратили и все свои качества. Нахлебнику не надо думать о будущем, он своего счастья уже добился, но оправдаться необходимо, поэтому, не сумев придумать ничего, объясняющего низкий уровень своего состояния и не зная пути своего развития, все малые народы в своих бедах и недостатках обвиняют те большие народы, за счёт которых они живут. Таким народным осмыслением страдают и те десятки народов и народцев, населяющих вашу большую и не дружную страну. Так что им другое народное осмысление уже без надобности.
   - Не буду спорить, - отозвался депутат Захребетников, - такое положение, как говорится, имеет место быть. Ну а две других национальных идеи для кого?
   - Одна, как ты Михаил и сам, наверное, догадался, для великороссов, - ответил Всеволод, - а другая для малых народов, не желающих быть дармоедами и не желающих видеть в великороссах только источник своих бед.
   - Так какая национальная идея должна быть у русских? - нетерпеливо спросил депутат Захребетников.
   - Ну уж нет! - ответил Всеволод, - ваше народное осмысление, вы должны создавать сами, от помощи я не отказываюсь, но автором народного осмысления должен быть сам народ. Поэтому первый вопрос для всех - чего вы от жизни хотите?
   Около пяти минут над собравшимся в этот час народом стояла мёртвая тишина, затем раздался чей-то неуверенный голос: "Чтобы жизнь эта интересная была". "Что б копейки не считать", донеслось из дальних рядов. А затем как прорвало: "Что б болезни не донимали", "Что б с жильём проблем не было", "Что б безработицы не было", неслось со всех сторон. "Что б когда - никогда на курорт съездить можно было бы", "Чтоб жить безопасно было", "Что бы цены не росли", "Что б олигархи наворованное вернули", "Что б власти о народе думали, а не только о себе", "Что бы все хорошо жили", летели пожелания, и так далее, и тому подобное, и в том же духе.
   Список пожеланий к жизни мог бы пополняться ещё долго, если бы Всеволод не поднял вверх руку. Наступила тишина.
   - Если я вас правильно понял, - раскатился над площадью голос Всеволода, - то вы хотите, чтобы ваша власть заботилась о вашем благосостоянии, ваши врачи заботились о вашем здоровье, ваши педагоги заботились о вашем образовании, ваши милиционеры заботились о вашем спокойствии, а вам бы было весело, здорово, сытно и спокойно. Я правильно понял?
   - Ну-у-у, в общем-то, да, - как-то неуверенно ответило несколько голосов одновременно.
   - А не скажете ли вы мне, люди, - окинув взглядом собравшихся, спросил Всеволод, - из каких средств будут обеспечены вам ваша весёлость, здоровость, сытость и спокойствие? Из того, что я только что услышал, про работу не было сказано ни слова.
   - А у нас, воевода, такая ситуация сложилась, - обращаясь к Всеволоду, сказал пожилой мужчина, - что самая тяжёлая, нестабильная, малооплачиваемая, ненадёжная и неуважаемая профессия - это рабочий. Ну, разве что крестьянин может составить в этом конкуренцию. Самая уважаемая профессия, это рубка бабла из воздуха. Вот здесь всё в порядке, здесь всё как надо, или вернее как не надо.

248

   Мужчина тяжело вздохнул и продолжил.
   - Открываешь казино или салон с девочками, вот деньги и посыпались для одних. Это денежное место надо охранять, вот деньги пошли для других. Ну да это аморально, поэтому это надо запрещать и контролировать, поэтому деньги пошли для третьих. Но это, что кроме как бизнесом* и назвать нельзя, даёт хороший доход, поэтому надо защищать от запретителей или как у нас теперь говорят - крышевать, поэтому деньги поплыли уже для четвёртых. Но это надо ещё рекламировать**, поэтому деньги потекли пятым. Этому безобразию надо ещё и имидж*** создать, в результате деньги потекли к шестым, седьмым, восьмым и так далее. Вот потому и развелось, как тараканов, разных юристов, экономистов, имиджмейстеров, дилеров, киллеров, риэлторов, дизайнеров, бизнесменов, олигархов, оппозиционеров, менеджеров и прочей нечисти. Все они вместе, иными словами - похоронная команда для нормального труда.
   - Подобное состояние вызывает сочувствие, - задумчиво произнёс Всеволод, - но без труда хорошая жизнь не мыслима и все ваши мечты останутся только лишь мечтами. Улучшить жизнь может только труд, ничего другого не дано.
   - Воевода! - обратилась к Всеволоду стоящая рядом женщина средних лет, - Ты не подумай, что мы бездельники какие-то тут собрались. Работать то мы готовы, да только смысл той работы должен быть ясен и понятен. У нас ведь как, "Даёшь Беломорканал!". Дали, тысячи жизней угробили, в том числе и прадеда моего Петра Кирилловича, а зачем канал этот, чтобы финны по нему сейчас катались? Или "Даёшь пятилетку!", давали-давали, да не одну, для чего их давали? Для того, что бы шайка жуликов владела тем, что десятки миллионов потом и кровью создавали? Почему мы живём хуже, чем там, где о пятилетках и слыхом не слышали? Или сейчас, президентские программы выдумали, денег море извели, а прок то с них какой? Программа здравоохранения, например. Техники понакупили, а толку, старые врачи ушли, а молодёжь пришла такая, что сначала завещание напиши, а потом уже на приём иди. А программа образования, денег отвалили немеряно, педагогам, согласна я с тобой воевода, учителями их назвать нельзя, зарплаты увеличили, но смотрю я на детей своих и ужасаюсь той глупости и никчёмности нынешнего обучения. А программа доступного жилья, да лучше бы эти деньги взаймы дали тем, кто в жилье нуждался, а то в результате жильё ещё недоступней стало. О сельском хозяйстве я и не говорю, если селяне говорят, что выращивать что нибудь - себе в убыток, притом, что цены на это "что нибудь" - мама не горюй, то и говорить больше не о чем. Так что, воевода, работать мы готовы, да только если нам ясно и понятно объяснят, зачем и для чего это нужно, а не это "Давай!", замучились уже давать.
  
   * Бизнес (англ.) - Занятие, дело (арианск., русск.) Слова "Бизнес" и "Бизнесмен" получили в РФ огромную популярность в связи с тем, что попытка назвать "делом" то, чем занимаются представители нынешней верхушки страны, вызывает смех, а попытка назвать "Людьми дела" тех, кто на глазах превращает великую техническую державу в страну третьего мира, вызывает хохот.
   ** Реклама (лат. - выкрикивание) - Объявление, пояснение (арианск., русск.) У народа, давно составившего для себя устойчивое мнение - "Хорошее рекламировать не будут", возникает вопрос - "Зачем реклама вообще нужна?". Ответ - исключительно для отмывания наворованных денег.
   *** Имидж (лат.) - Образ, вид (арианск., русск.) Скажешь по русски - "творец образа" и сразу понятно, перед тобой - театр. А вот - имиджмейстер - это да! Но тоже - театр.

249

   - Значит, мы с вами договорились до того, - с серьёзным видом произнёс Всеволод, ища глазами депутата Захребетникова, - что народ должен жить хорошо и трудиться для этого он будет, но при условии, если ему объяснят, зачем и для чего это нужно. Так, Михаил?
   - Да вроде так, - не очень уверенно ответил депутат Захребетников.
   - Ну а раз так, - весело произнёс Всеволод, - то ты, как народный избранник и скажи народу, зачем и для чего надо трудиться.
   - Ну, чего-то подобного я ожидал, - задумчиво ответил Захребетников, - да только раздумья мои не очень и весёлые.
   - Да уж колись, депутат ты наш! - крикнул кто-то из толпы.
   - Вы что, - окинув взором собравшихся, воскликнул Захребетников, - на мне отыграться решили? Так не будет этого! Вы для начала сами скажите, что вы понимаете под хорошей жизнью, тогда и будете мне указания давать! Пока ведь никто этого не сказал. Одному хорошая жизнь это работа сторожем при птицефабрике, а другому своих островов в тропиках, яхт с крейсер размером и личных аэробусов мало.
   - Вот что значит депутат, - весело воскликнул кто-то из собравшихся, - опять народ виноват, не может ответить, что такое хорошая жизнь, вот потому её и нет. Давай народ думать, мистика конечно, но может быть нет у нас этой нормальной жизни именно потому, что мы и сами не знаем, что это такое.
   - Да-а-а, - протянул пожилой мужчина, - вопрос то не простой, сколько людей, столько и мнений, попробуй разберись.
   - Давайте люди без трагедий, - выбрался вперёд Мишка, то биш Михаил Николаевич Бахарев, - не будем гадать за всё человечество. Вот у меня есть семья, - он оглянулся, увидел свою молодую жену Любашу, улыбнулся и продолжил, - и я и жена моя, любим друг друга, и родителей наших мы любим, и детей будущих любить будем, и бабу Настю нашу мы любим, да и других родственников, в общем-то, любим. Так вот, исходя из этого, я и делаю вывод, что началом хорошей жизни должна быть семья, за нею род, а если будет род, то будет и народ. Не велик я конечно мастер, разговоры разговаривать, но скажу следующее, за свою семью я и горы сверну и пасть порву любому. А если же я буду знать, что роду моему, в Зелёной Горке живущему, я не безразличен и семья моя в радость, то и за род свой пахать буду и в обиду не дам никому. Только вот с народом надо определиться, этих жуликов правящих, что у нас воруют и за бугор прячут, я за народ не считаю. Потом разных бандитов, воров, мошенников и халтурщиков с югов, кавказов и других палестин я за свой народ тоже не считаю, как не считаю своим народом и русских по рождению прислуживающих правящему жулью. Вот на них я работать - не намерен. Потому я считаю, что абсолютно прав воевода Всеволод и я с ним полностью согласен, что хорошей жизни можно достигнуть, только если ты живёшь со своим народом по вселенским заповедям, безжалостно изгоняя пороки из своей жизни. За всю страну не ручаюсь, а вот за то, чтобы в Зелёной Горке мы все жили хорошо, я никаких сил не пожалею. Да ещё хочу я быть великороссом, от русскости своей не откажусь, но я - великоросс. И как мне кажется, не только у меня такие мысли.
   - Ай да Михаил, не успел человек жениться, как взрослым мужем стал, - слегка ткнув Николая Васильевича Бахарева под бок, произнёс Михаил Парамонович Гриднев, - хорошего ты сына вырастил, Николай Васильевич.

250

   - Рад за тебя Михаил, - с доброй улыбкой на лице сказал Всеволод, - вот и пришли вы к тому, чтобы огласить первый шаг народного осмысления или на греческий манер - национальной идеи, надо стать народом, со своим родовым именем, родовым языком, родовыми традициями и рядовым урядом.
   Всеволод посмотрел на притихших людей, внимательно на него смотрящих и продолжил: - А вот когда вы осознаете себя народом, тогда вы и сможете построить своё народное осмысление. Да и мыслить-то особого труда не составит. Любой народ думает о будущем, о будущем своих детей, внуков, правнуков и прапраправнуков. Единственная-же возможнось, дающая это будущее следующим поколениям, это бессмертие народа. В нашей неустойчивой Вселенной бессмертен только тот народ, который имеет проторённый путь к другим освоенным планидам и возможность движения во Вселенной. Это народ, имеющий связи с другими народами, и не только человеческими, пользующийся уважением у других народов и умеющий за себя постоять.
   - Воевода, - грустно произнёс депутат Захребетников, - как я понимаю, это - совершенно не возможно, это - новая революция и новое самоистребление.
   - Ну, Михаил, - ответил Всеволод, - с такими мыслями действительно мало что получится. Как говорит старая арианская поговорка: "Если дорогая телега застряла в зыбучем песке, то спасай дешёвую лошадь". Если чувствуете себя непригодными к тому, чтобы возродиться как великий народ, то сотворите его заново из своих детей. Найдите для своих детей лучших учителей, лучших целителей, лучших наставников. Обеспечьте вашим детям самые глубокие знания о своём народе, о былом, о природе, о вселенной, о науке, о традициях и научите ваших детей разговаривать на своём родном великоросском языке. Защитие ваших детей ото лжи и других пороков, от лже-учителей - педагогов и лже-целителей - врачей, от растлителей и других негодяев, безжалостно истребляя всех, кто на ваших детей осмелится покуситься.
   - Да это же титанический труд! - воскликнул депутат Захребетников.
   - Да, - ответил Всеволод, - это - не легко, но это единственный путь к вашему дальнейшему существованию. Народное омысление ваше или как вы выражаетесь на греческий манер - национальная идея, такова получается:
   "Отринув ложное представление, о якобы едином российском народе, ВОЗРАДИТЬ ВЕЛИКИЙ НАРОД ВЕЛИКОРОССОВ. В связи с тем, что для большей части нынешних русских это не по силам, ВЗРАСТИТЬ ВЕЛИКОРОССКИЙ НАРОД ИЗ ДЕТЕЙ СВОИХ. Всем окружающим народам предложить принести союзную присягу. Народы, принёсшие союзную присягу и отринувшие племенные размежевания, считать дружественными народами, братьями и союзниками в борьбе за продолжение жизни как на Матери Сырой Земле так и вне её. Народам, присягу не принёсшим, предоставить полную свободу на их исконних жизненных пространствах и забыть навсегда глупое высказывание о том, что многоплемённость - это сила государства. Всё былое вашего государства говорит об обратном опыте, именно разноплемённые образования, шаг за шагом приводят к разрушению государства. ГЛАВНОЙ ЦЕЛЬЮ ВОЗРОЖДЁННОГО НАРОДА ВЕЛИКОРОССОВ И ЕГО СОЮЗНИКОВ ИМЕТЬ - ВОЗМОЖНОСТЬ СПАСЕНИЯ С ГИБНУЩЕЙ ПЛАНИДЫ. Для того, чтобы это произошло, нужен другой уровень вашей науки, но вам, таким какие вы сейчас мы помощь оказать не сможем.

251

   Всеволод с сочувствием в глазах посмотрел на окружающих и продолжил: - Нельзя допускать недостойных к сияющим вершинам большой науки, так как пойдут эти знания только во вред, но направление я могу указать. Учитесь управлять искрением, осваивайте сверхсветовую скорость сигналов, учитесь преобразовывать силу звёздных ветров, осваивайте восстановление и взращивание частей человеческого тела, учитесь сожительствовать и бороться со сверхмалыми существами, учитесь перестраивать и преобразовывать материю, создавайте сверхбыстрые искросчётные устройства.
   Восстанавливайте до приемлемого уровня свои защитные поля, таких слабых
   существ как вы, во вселенной трудно отыскать. НО, ПРЕЖДЕ ВСЕГО, РАБОТАЙТЕ НАД СОБОЙ И БОРИТЕСЬ ЗА ПРАВО ВОЙТИ В СОДРУЖЕСТВО НАРОДОВ ВСЕЛЕННОЙ, КУДА ВХОД ПОРОКАМ ЗАКАЗАН. Забудьте навсегда кумовство, ищите как величайшие драгоценности своих соотечественников, которые могут сотворить то, о чём я сказал, дайте им возможность спокойно работать и берегите их как зеницу ока. БЕЗЖАЛОСТНО ИСТРЕБЛЯЙТЕ ВСЁ, ЧТО БУДЕТ СТОЯТЬ У ВАС НА ПУТИ К ВЕЛИКОЙ ЦЕЛИ БЕССМЕРТИЯ СВОЕГО НАРОДА".
   Над площадью воцарилась тишина, все, независимо от убеждений, убдумывали услышанное.
   - Ну что, соотечественники, может, кто нибудь скажет, как вы воспринимаете такую национальную идею? - раздался голос депутата Захребетникова.
   Ответом депутату Захребетникову была тишина. Всё услышанное шло в разрез с предыдущей жизнью и люди, в общем-то не сомневаясь в сказанном воеводой Всеволодом, молча обдумывали услышанное.
   - Ну вот! - не унимался депутат Захребетников, - не было национальной идеи - плохо, появилась национальная идея - опять плохо, сами же в создании принимали участие, хоть и несколько трусовато....
   - Ладно, разжухарился тут, чай не в Думе, - прервал депутата Захребетникова Мишка, то бишь Михаил Николаевич Бахарев, - мы у себя в Зелёной Горке себя, как народ осознали, мы собственно уже стали другими и по-старому жить не будем, ручаюсь. А вот в стране чтобы это все осознали, это уже твоя забота, господин депутат, потому неча на людей каркать, сам работать начинай.
   - Я то буду работать, не бойтесь, - обиженно ответил депутат Захребетников, - даже если стану первым депутатом Государственной Думы, отправленным в психушку или просто на принудительное лечение.
   - Во как пошло дело, исправляется депутат, - раздался чей-то голос, - уже и за народ пострадать готов. Дела-а-а!
   - Оставляю вас со своими мыслями, - усмехнувшись, произнёс Всеволод, - встретимся завтра, а сейчас будем выполнять обещание. У ариан врать не принято. Уберите детей подальше от самолётов, чтобы ненароком не напугать.
   С этими словами Всеволод направился к летающей тарелке. Поднявшись по трапу, он исчез в люке, за ним поднялся в летающую тарелку Комонебранец. Спустя несколько мгновений, летающая тарелка бесшумно оторвалась от земли и медленно полетела в сторону стоящих на площади возле правления агрофирмы самолётов. От самолётов споро уходили люди с детворой, как не странно детвора вела себя крайне дисциплинировано и не капризничила. Все собравшиеся на площади с интересом наблюдали за происходящим. Все взгляды были направлены на медленно плывущую в небе летающую тарелку.

252

   Вот летающая тарелка застыла над первым самолётом. Минут пять ничего не происходило, но вот над летающей тарелкой возник заметный в вечернем небе луч. Взгляды собравшихся заскользили вверх по лучу. На большой высоте луч насыщенного жёлтого цвета упирался в другую летающую тарелку, а над ней, высоко в небе переливаясь всеми цветами радуги, полыхало ослепительно красивое зарево, соединённое с летающей тарелкой светящемся конусом.
   - Красотища! - воскликнул кто-то.
   - Эта красотища, наверное, помощнее десятка ГЭС будет! - радостно откликнулся молодой парень.
   - А часовой-то на месте остался,- указал пожилой мужчина на неподвижно висящую в небе летающую тарелку, - сколько ж их у Всеволода.
   - Три десятка таких же и десятка три не про нашего ума, - авторитетно сказал стоящий рядом лётчик, - эта под заревом, наверное, одна из них.
   - Ты бы сынок с товарищами своими вперёд проходил бы, - сказала стоящая рядом пожилая женщина, - вам, наверное, важнее знать, что там воевода Всеволод с самолётами вашими делать будет, чем нашим пацанятам.
   - А и в самом деле! - воскликнул лётчик, - спасибо мать, что напомнила, а то от этого всего голова кругом идёт и гудит как котёл.
   Тем временем под летающей тарелкой Всеволода образовалось голубое свечение, время от времени прошиваемое какими-то белыми разрядами. Находящийся под летающей тарелкой самолёт плавно оторвался от земли и завис под летающей тарелкой на высоте пяти-шести метров. Спустя несколько мгновений, собравшиеся увидели, как внутри светящейся сферы стал раскручиваться по спирали многоцветный вихрь. Вихрь всё быстрее набирал обороты и наконец находящийся внутри него самолёт пропал из виду.
   - Дяденька лётчик! - потянул за рукав Алексея Ершова стоящий рядом мальчишка, - может дядя Всеволод из твоего самолёта тоже Лодью сделает.
   - Нет, приятель, к глубочайшему сожалению не сделает, - ответил подполковник Ершов, - очень плохо мы себя вели, не доросли мы до лодьи.
   - А жаль! - произнёс капитан Маркин, он хотел ещё что-то сказать, но всё внимание присутствующих отвлекли падающие из светящегося облака предметы. Падали предметы как-то странно. Не долетая до земли метр-полтора, они опять подлетали до самого светящегося облака и снова падали как на невидимых пружинах. Причём, судя по красно-жёлтому цвету, их температура была не шуточной.
   - Это ракеты, - произнёс подполковник Ершов, - интересно, что с ними делают.
   Наконец, бушующий внутри светящегося облака вихрь стал замедляться и спустя несколько мгновений пропал. Из светящегося облака на землю плавно опустился самолёт. То, что это совершенно новый самолёт, лётчики первой эскадрильи поняли как-то сразу, каким-то шестым чувством. То, что самолёт выглядел как новый, это конечно тоже, но то, что самолёт, верный воздущный соратник, действительно новый, лётчики знали точно, без пояснений. Процедура обновления самолёта заняла не более десяти минут. В течении часа люди наблюдали как поднимаются, исчезают и опять появляются самолёты. Наконец последний восьмой самолёт коснулся земли. Плавно растаял в воздухе жёлтый луч. Растворилось высоко в небе переливающееся свечение. Исчезла летающая тарелка. Повисев несколько минут в воздухе, умчалась ввысь лодья воеводы Всеволода. Растаявшее свечение показало, что наступает ночь.

253

Глава четырнадцатая

   Предпоследний день пребывания ариан во главе с воеводой Всеволодом на Земле начался как обычно, если не считать военных, получивших новые игрушки в виде своих боевых Су 24М. Подполковник Ершов ходил как заведённый вокруг самолётов и на вопросительные взгляды подчинённых молча разводил руками и нежно хлопал по фюзеляжу очередной самолёт. Вы можете, конечно, смеяться сколько угодно, но самолёты по-дружески отвечали на прикосновения к ним лётчиков, а лётчики, причём все до одного, это чувствовали. Каждый из них, обойдя уже по нескольку десятку раз вокруг своих самолётов и не оставив по-видимому не одного места на фюзеляже, где бы не прошлась его крепкая мужская рука, не мог оторваться от этого занятия. От этого наваждения лётчиков оторвал только детский крик: "Летят!!!"
   Подполковник Ершов остановился, оторвал руку от самолёта, взглянул вверх на опускающуюся летающую тарелку и, обращаясь к подчинённым, громко произнёс: "Пойдём мужики! Воеводе спасибо скажем, уж не думал, что в этой жизни на новеньком самолёте, да ещё без брака и заводских недоделок полетать придётся. Чудеса, да и только!" Лётчики вслед за своим командиром неспешно пошли к месту посадки летающей тарелки.
   - Ну что, подполковник, как подарок от внеземной цивилизации? - спросил подошедшего Ершова весело улыбающийся генерал Тачкин, - Сегодня подрядчики уже приедут, проект дороги начнут прорабатывать. Обещают максимум за полтора месяца дорогу сдать.
   - Здравия желаю, товарищ генерал-майор! - ответил подполковник Ершов, и как-то задумчиво улыбнувшись, продолжил, - Факт, товарищ генерал-майор, как говорят, имеет место быть, но поверить в это - не могу и всё тут!
   - Тут я с тобой, коллега, абсолютно согласен, - ответил генерал Тачкин, - сам себя заставляю в это поверить, но иногда такое накатывает, выть хочется.
   - Вот и благодетели прибыли, - произнёс подполковник Ершов.
   - Командир! - окликнул Ершова капитан Маркин, - презент возьми.
   В руках у капитана Маркина сиял новенький лётный шлем, обновлённый вместе с самолётом.
   - Спасибо Коля! - произнёс Ершов, - чтобы я без тебя делал!
   Взяв шлем и держа его перед собой, подполковник Ершов направился к уже покинувшему летающую тарелку воеводе Всеволоду. Остановившись в трёх шагах от Всеволода, Ершов приложил правую руку к груди, как проинструктировали знающие люди, и, протянув лётный шлем Всеволоду, произнёс: "Спасибо тебе воевода Всеволод! Мы пришли отблагодарить вас как лётчики лётчиков! Ещё раз спасибо тебе за столь щедрый подарок и прими, пожалуйста, от нас этот шлем на память. Может, взглянув на него, вспомнишь о тех, кто уж точно тебя не забудет до самой смерти и вспоминать тебя будет только с хорошим чувством!"
   - Спасибо! Я, Алексей, принимаю ваш подарок! - ответил Всеволод, - Это оголовье будет напоминать нам о том, что и на Матери Сырой Земле живут наши друзья, готовые всегда оказать нам помощь в меру своих сил и возможностей!
   Всеволод передал лётный шлем стоящему рядом с ним Комонебранцу, который, взяв подаренный лётный шлем, направился к летающей тарелке.

254

   Подойдя к летающей тарелке, Комонебранец протянул руку со шлемом в сторону открытого люка. Шлем соскользнул с руки Комонебранца и завис в створе люка, медленно поворачиваясь вдоль своей оси. Оставив шлем висеть непонятно на чём в проёме люка, Комонебранец вернулся к Всеволоду.
   Увидев вопросительный взгляд подполковника Ершова, направленный на медленно вращающийся шлем в створе люка летающей тарелки, Всеволод сказал: "Лодья не допустит попадания внутрь инородного предмета без тщательной проверки его безопасности для всего боевого расчёта звездолёта. Люди во Вселенной очень дороги, чтобы ими рисковать по-пустякам или из-за глупости воеводы или иного руководителя. Проверит, очистит и пропустит".
   Заметив взгляд капитана Маркина, направленный на свой комбинезон, Всеволод улыбнулся и, приложив руку к своему комбинезону, ответил: "Мы все, одетые в этот убор, находимся в постоянном состоянии очищения, потому и проходим в лодью без задержки. А вот дарёному шлему пришлось подзадержаться".
   Капитан Маркин перевёл взгляд на входной люк летающей тарелки, но шлема там уже небыло.
   Между тем собравшийся народ по заведённой традиции собирался в группы по интересам, обменивался информацией, здраво рассудив, что в индивидуальном порядке, каждый получить ответы на все свои вопросы навряд ли сможет, поэтому сбор вопросов и выдача ответов шли по обычному сценарию. Зачастую, вновь прибывшие получали ответы на все свои вопросы ещё до того, как добирались до площадки, на которой стояла летающая тарелка. Если они и продолжали свой путь через скопившихся на площади людей, то исключительно ради того, чтобы своими глазами посмотреть на инопланетян и на их лодью, чтобы было что рассказать родным и соседям у себя дома.
   От установившейся деловой активности собравшихся на площади людей оторвал нарастающий с юга гул. Люди, уже не раз убедившиеся в том, что от родного государства можно ожидать любой гадости и в любой момент, настороженно смотрели в южном направлении. Наконец из-за верхушек сосен появились два вертолёта МИ-8, которые, сделав широкий круг вокруг села, пошли на посадку.
   - Кого-то ещё принесло, - сказал кто-то из собравшихся людей.
   - Народ, в общем-то, солидный, - произнёс его сосед, указывая на неспешно приближающуюся группу людей.
   - А я, похоже, знаю, что это за публика, - заявила стоящая рядом женщина, - этого, что впереди идёт, я по телевизору не раз видела, это Президент Академии наук Осипчук, а с ним, наверное, весь президиум наук пожаловал.
   - Не-а, - ответил первый мужчина, - весь президиум не приедет, там такие академики, что их сюда даже на скорых помощах опасно везти, того и гляди помрут. Хоспис, одним словом.
   - Ну, не скажи, - возразил его сосед, - эти вон сами идут.
   - Так президиум академии наук, размером с Государственную думу, а этих идёт два десятка, а остальные - хоспис, - не сдавался первый.
   Между тем, группа людей, прилетевшая на вертолётах, и оказавшаяся действительно частью президиума Академии наук РФ с сопутствующими атрибутами в виде референтов и секретарей неспешно приближалась к месту посадки летающей тарелки. Лица учёных выражали озабоченность.

255

   Прибывшие учёные и сопровождающая их свита продвигалась по живому коридору расступившихся перед ними людей, навстречу с отрицаемыми всей современной нукой инопланетянами, так некстати решившими доказать факт своего существования.
   Шедший впереди Президент АН РФ Осип Осипчук ощутил всем телом какое-то непонятное препятствие и остановился как вкопанный. В нескольких шагах от него стояли два молодых человека в странных, как бы подсвеченных зеленоватым светом комбинезонах и пристально смотрели на него.
   - Здравствуй Осип! - обратился к Осипчуку один из них, - Да это именно мы, выдуманные сказочниками инопланетяне, прилетевшие из созвездия Арианы Среднего Звёздного Круга где находится двенадцать с половиной двойных тысяч обитаемых планид. А если взять ещё и Большой Звёздный Круг, то обитаемых планид будет в десятки тысяч раз больше. Мало того, Осип, что мы есть, мы ещё и на звездолётах летаем во Вселенной со скоростью в тысячи раз превышающей скорость света. Кроме этого, Осип, мы твёрдо знаем, что пока ты и тебе подобные будут зажимать вашу науку своими седалищами*, дорога во Вселенную для вас будет прочно закрыта, так как места во Вселенной не так уж и много, поэтому мы летим за пределы нашей Вселенной, искать подходящие для жизни звёздные круги. Мы один из нескольких тысяч таких походов за пределы Вселенной. Больше вопросов я от тебя Осип не чувствую.
   Молодой человек, а это был воевода Всеволод, молча смотрел на прочно застывшего в ступоре Осипчука. Неловкую паузу нарушил референт, по совместительству личный секретарь Осипчука, как и положено кандидат наук Пётр Ермолаев: "Если я правильно понял, то Вы и есть тот самый инопланетный воевода Всеволод, от которого тащится весь Интернет".
   - А ты, Пётр, какое отношение имеешь к науке? - спросил Ермолаева Комонебранец, стоящий рядом с Всеволодом.
   - Ну, как это, какое, - ответил несколько сбитый с толку Ермолаев, - я кандидат физико-математических наук, я защитил кандидатскую диссертацию по теме: "Приведение к заданной константе математического анализа, обеспеченного методами исследования функций в дефферинциальном и интегральном исчислении, путём арифметического сложения составляющих".
   - Ох-х-ренеть! - только и смог, борясь со смехом, произнести Комонебранец, - если запомню, надо будет занести в раздел "Инопланидные байки".
   - Да-а-а! - протянул Всеволод, - наука у наших родственников не уступает местным врачевателям и педагогикам.
   - Я, Всеволод, наконец-то понял, что тут происходит, - проглотив душивший его смех, сказал Комонбранец, - у целого народа воспитано полное презрение к труду, получение доходного места является главной мечтой для каждого, ну разве что ещё более доходного места. Нахождение в этом доходном месте у них и считается собственно работой. При этом они, ничего не делая сами, обижаются и не любят тех, кто также как и они - ничего не делает, а просто занимает доходное место. При этом совершенно неважно, что это за место, чиновник, врач, педагог, солдат, учёный, повар, маленький заведующий чем-то или большой начальник чего-то, всех их объёдиняет одно - никто из них ни за что не отвечает. Потому их наука и отрицает наше существование. Вот мы тут появились, теперь от науки потребуют что-то далать, а что?
  
   * Седалище (арианск.) - задница (русск.)

256

   - Ну что, учёные, вас, что нибудь интересует из того, чем владеют народы Вселенной? - спросил Всеволод, обращаясь к молча стоящей перед ним делегации от науки.
   - Нас много чего интересует, уважаемый Воевода Всеволод, - раздался звонкий голос Кости Милова, аспиранта Института космических исследований, смело и нахально пробравшегося в вертолёт, едва узнав о том, зачем этот вертолёт сел на территории института и куда он собирается лететь.
   Кто-то из окружающих попытался одёрнуть Костю, но он не сдавался. - Вот в Интернете я прочитал, - продолжил Костя, - по каким направлениям Вы рекомендуете развивать науку, а как это сделать - не сказали.
   - Истинная наука, Константин, - произнёс Всеволод, - не в том, или вернее не только в том, что ты что-то открыл или изобрёл. Настоящая наука заключается в правильном выборе направления развития своего народа в частности и направления развития окружающего общества в целом. Вот вы провозгласили выдающимся достижением науки достижения в области распространения сведений, или как вы любите изъясняться по латински - инфорации. Скажи Константин, стали ли ваши люди лучше жить от этого? Или ваши огненные стрелы, которые вы запускаете каждый день не щадя воздушной оболочки Матери Сырой Земли, благодаря которой вы и живёте. Лучше люди живут от этого? Или горы оружия, которое вы не щадя сил постоянно совершенствуете. Делает ли оно людей более счастливыми? Или полувековые ваши прыжки за пределы воздушного пространства. Стали ли вы ближе хотя бы на один шаг к этому? - при этом Всеволод указал на летающую тарелку.
   - Да нет, Воевода Всеволод, - ответил Костя, - ты прав, народ у нас сам по себе, а наука сама по себе и друг с другом они почти не пересекаются. По большому счёту нет особой разницы в том, что ты пожалуешься на жизнь или маленькую зарплату, зайдя, в гости к другу, или проделаешь то же самое по мобильнику, не заходя к другу годами. Первое возможно даже предпочтительней.
   - Что, господа учёные, никак вы уже всего достигли, если вопросы есть только у юноши, который только стремится стать учёным? - задал Всеволод вопрос молчаливой группе стоящих перед ним людей.
   - Значит это - реальность, - выдавил из себя, фразу академик Козлов.
   - Да Мефодий, - весело ответил Всеволод, - мы - реальность, ущипнуть, правда нельзя, защита сработает и будет больно. Так будут у вас вопросы или нет? Мы конечно не учёные, а воины, но кое-что знаем, по крайней мере, из того, что всей Вселенной известно, за исключением вас, разумеется.
   - Уважаемый Воевода Всеволод, - раздался голос Кости Милова, - расскажите, пожалуйста, как Вы достигаете сверхсветовой скорости, и почему Вы считаете это столь важным?
   - Как я уже сказал, - ответил Всеволод, - освоение сверхсветовых скоростей это важнейшее условие для народа, думающего о будущем. Когда вы смотрите на звёздное небо, задумываетесь ли вы о том, что всего того, что вы видите, уже нет двойные тысячи лет. Или приходила к вам мысль, что вы никогда не достигнете звёзд, свет которых доходит до вас за двойные, а то и тройные тысячи лет. Как вы можете полететь к звезде, которой давно уже нет, а свет от неё будет идти к вам долгие двойные тысячи лет. Но если звездолёты, если это звездолёты, а не парусники, должны летать со скоростью, в двойные тысячи раз превышающие скорость света, то дозорные лучи, в тройные тысячи раз.

257

   - Но это невозможно! - воскликнул академик Козлов, ранее других вышедший из ступора.
   - Для вас - да, - ответил Всеволод, - но наши звездолёты превышают скорсть света в четыре двойных тысячи раз, а скорость дозорных лучей превышает скорость света в восемь тройных тысяч раз. В противном случае, мы далеко не улетели бы, на пути звездолёта двойные тысячи препятствий и искро-счётное устройство, совершающее сотни тройных тысяч действий в мгновение, должно иметь свои, столь же быстрые глаза.
   - Но как вам удалось этого достигнуть? - подал голос, вышедший, наконец, из ступора Осипчук.
   - Я конечно не учёный, а только воевода небесных сил, тонкости этого действа мне не ведомы, - ответил Всеволод, - но попробую объяснить. Вселенная разнородна. В некоторых местах она дрожит от перегруженности силовыми полями, а в некоторых своих пределах - мельчайшая частица вещества - редкость, а силовых полей нет в помине. Поэтому у звездолёта два десятка различных двигателей. В тех местах Вселенной, где нет недостатка в силовых полях, не говоря уже о звёздных ветрах, силовая установка звездолёта расширяет окружающее силовое поле впереди звездолёта по пути движения и сжимает силовое поле сзади, в результате чего взволнованное силовое поле вокруг звездолёта в своём стремлении восстановиться удаляет взволнованный участок силового поля вместе с звездолётом со скоростью в двойные тысячи раз превышающую скорость света. Используя этот силовой двигатель, мы могли бы посадить звездолёт на Мать Сыру Землю и взлететь с неё, но тогда здесь осталось бы мало чего живого. Поэтому звездолёт летает вне пределов Матери Сырой Земли, а мы летаем на лодьях, которые просто скользят по силовому полю Матери Сырой Земли, не вызывая волнения. В случае, когда нет силового поля, на которое мог бы опереться звездолёт, используется двигатель постоянного углублённого взрыва. Под воздействием искрового магнитного поля в щелевых ёмкостях двигателя происходит взрывное расщепление мельчайших частиц вещества. При этом освобождается огромная движущая сила ещё более мелких частиц, которые под воздействием искрового поля в свою очередь взрываются и сила движения становится очень большой, когда это действие повторяется ещё несколько раз подряд, движущая сила движения становится огромной. Взорванные частицы, отдавшие свою силу двигателю корабля, начинают объединяться и превращаться соединение обратное веществу, из которого были выброшены при взрыве - противовещество. Распад противовещества в другом двигателе звездолёта даёт уже такую силу движения, что может разогнать звездолёт до скорости, при которой он сам распадётся на мельчайшие частицы, потому приходится строго отслеживать это действо, чтобы не стать подобием дозорного луча. Дозорные же лучи достигают своей скорости подобным образом, только двигателя они не имеют и скорсть их движения ничем не ограничивается. Разница в том, что дозорный луч из частиц постоянного углублённого взрыва несёт не звездолёт, а неделимые частицы вещества и противовещества удерживаемые узким искро-силовым полем. Неделимые частицы и частицы противовещества при столкновении со встречным телом взаимодействуют друг с другом и под действием узкого искро-силового поля меняют направление движения делимых частиц на обратное. Частицы противовещества отвечают за скорость луча.

258

   Неделимые частицы несут сведения. При столкновении с приёмником излучающего устройства, неделимые частицы дают полные, скорые и постоянные сведения.
   - Я даже не представляю, с какой стороны подойти к этому вопросу, - растерянно произнёс Осипчук.
   - Оно и не удивительно, - с усмешкой ответил Всеволод, - столько десятилетий ничего не делать. Ищи тех, кто представляет, что делать и при этом не продаст свою страну и свой народ врагам - атлантистам за возможность пожить пару десятилетий в холе, уподобясь сытой обезьяне.
   - Скажите, пожалуйста, Воевода Всеволод, - вновь подал голос Костя Милов, - а что Вы имели ввиду, говоря об управлении искрением?
   - Искрение и искристось, или как вы привыкли их именовать на греческий манер электричеством и электроникой, это основной способ управления всеми действиями во Вселенной, - ответил Всеволод, - богги знают и другие способы, но нам они пока не ведомы. Вы пока не знаете и тысячной доли того, что знают народы нашей Вселенной об этом великом явлении. Вам ведомы простейшие соединители и простенькие преобразователи искровых сигналов, в то время как искристось это громадный океан познания. Вы видели, как может быть сбит куском обожженной глины самолёт, это один из самых простых примеров применения искристости. Искрение может не только разрушать, но и строить.
   Всеволод оглянулся вокруг, взгляд его остановился на развалинах храма Святого Александра Невского. Он что-то негромко сказал Комонебранцу, после чего тот направился к летающей тарелке и исчез в открытом люке. Спустя несколько минут, он вернулся, неся с собой прибор, отдалённо напоминающий старинный фотоаппарат на треноге. Он установил аппарат на треногу, направляя его на развалины храма. Комонебранец оглянулся на Всеволода, и увидев его разрешающий кивок головой, включил прибор. Все присутствующие на площади с интересом следили за происходящим. Вначале ничего не происходило, но затем развалины храма стали озаряться багровым свечением, которое на глазах стало принимать форму православного храма, первоначальный вид которого помнили лишь несколько старух Зелёной Горки. Разбросанные куски стен и перекрытий неведомой силой поднимались в воздух и занимали свои места как в некогда целом храме. Разбросанный повсюду строительный мусор как бы втягивался в светящийся силуэт храма, заполняя просветы между крупными его кусками, висящими в воздухе. Когда вокруг храма осталась только идеально очищенная брусчатка, к храму устремился мусор, ветки деревьев, щепки, брёвна, куски железа, обломки кирпичей с соседних улиц. Просветы между висящими в воздухе обломками храма постепенно исчезали и наконец перед собравшимися встал упираясь в небо куполами, увенчанными крестами корпус собора, собранного из того, что совсем недавно было мусором.
   - Собор из мусора - оригинально, - произнёс академик Павлов.
   - А из чего бы ты, Николай, хотел бы его видеть, - поворачиваясь к нему, спросил Комонебранец.
   - Н-у-у-у,... - начал, было, академик Павлов.
   - Александр Невский был воином, - перебил академика мальчишка лет двенадцати, - поэтому его храм должен быть из гранита, а купол стальной, как шлем воина, а внутри должно быть очень светло и радостно всем.

259

   - Потому внутри, храм должен быть облицован белым мрамором, - продолжал мальчишка, внутренне замирая от собственной храбрости, - и статуя Александра Невского в храме должна стоять на самом почётном месте, а не картинки разные с какими-то дядьками и тётками, - закончил мальчишка и, исчерпав, по-видимому, весь запас храбрости исчез за спинами стоящих людей.
   - Будь, по-твоему, отрок разумный, говорящий истину своими устами, - как-то торжественно произнёс Комонебранец и повернулся к прибору.
   Багровое свечение вокруг храма постепенно стало приобретать золотистый оттенок. На какое-то время храм как бы растворился в золотом свечении, которое как бы набирало силу, светясь всё ярче и ярче. Наконец, когда казалось, что свечение перерастёт в пожар, оно внезапно исчезло. Дружный вздох восхищения пронёсся над многотысячным собранием народа. На площади стоял прекрасный храм из единой глыбы красного гранита, сияющего на солнце своими блестящими как зеркало стенами. Храм венчали пять блестящих, как будто полированных, стальных куполов над каждым из которых, горели багровым пламенем, пронизанным золотистыми лучами остроконечные, четырёхлучевые кресты, похожие на свет ярких звёзд.
   - Из этого храма вы можете воззвать к своим братьям и сёстрам на других планидах, - промолвил Всеволод, - и если слова ваши будут искренни, то вас услышат. Если же в ваших душах не будет искренности, то не теряйте время зря. Вот вам ещё один пример того, что может искристость на должном уровне науки. Это думаю, убедит вас в том, что из-за ископаемых запасов Мать Суру Землю захватывать не стоит. Всё необходимое можно создать из всего в любом месте нашей Вселенной. На войны и захваты идут только недоразвитые народы.
   У вас есть люди, которые правильно мыслят в этом направлении, найдите их и дайте им возможность созидательно работать. Храните их, и жизнь всего народа преобразится.
   - Скажите, воевода, - обратился к Всеволоду академик Мафусаилов, - те направления, на которые вы указали, нам, в общем-то, известны. Непонятно только то, почему вы связали вместе столь разные научные направления.
   - Потому Ибрагим, - спокойно ответил Всеволод, - что перечислен тот самый малый запас знаний и умений, с которым будет возможно отправиться в полёт во Вселенную, не певращая этот полёт в хождение по мукам навстречу гибели.
   - Чем может помешать полёту какая-то бактерия или какой-то вирус, - хмыкнул Мафусаилов.
   - Хотя бы тем, - ответил Всеволод, - что одно такое сверхмалое существо способно погубить весь расчёт звездолёта, а по прибытии на свою планиду, погубить и всё её население, если расчёт звездолёта и население планиды не умеет с ним бороться или сожительствовать. Если говорить образно, - Всеволод улыбнулся, - то перед тем как поплыть далеко, научись плавать у берега и спасать утопающих. Совершая прыжки в межзвёздное пространство, вы ходите по самому краю пропасти, да ещё и без каких-либо средств спасения.
   - Скажите Воевода Всеволод, - ехидным голосом спросил Осипчук, - как можно найти общий язык с бактерий или вирусом?
   - Что же тут такого необычного, - спокойно ответил Всеволод, - они хоть и сверхмалые, но тоже существа, для них, так же как и для всех нас есть хорошие условия жизни и есть плохие. Они также как и мы должны питаться. Также как и мы, они хотят жить. Так же как и мы, они могут начать войну против нас.

260

   - Также как и мы, они ищут средства для победы над своими врагами. И также как и мы не воюют с теми, с кем они договорились. Странно это слышать от вас, людей занимающихся наукой. Разве вам не ведомо, что вы сами являетесь домом для великого множества различных сверхмалых существ, которые являются как вашими союзниками, так и вашими противниками. Странно, что по столь важному для всех людей вопросу у вас не ведётся столь же глубоких исследований. Только из-за этого на Матери Сырой Земле ежегодно умирает людей не меньше, чем на войне. Собственно это и есть война, которую люди проигрывают сверхмалым существам, а вам хочется заполучить ещё и тех, на которых не действует даже ледянящее всё живое межзвёздное пространство. Это - самоубийство для вас и убийство для народа, за счёт которого вы живёте.
   - Ну, если смотреть на сказанное в этом плане, скорее морально-этическом, - глубокомысленно произнёс Осипчук, - то с некоторыми моментами можно и согласиться, но как вы понимаете, научные исследования остановить нельзя.
   - Так уж и нельзя, - с улыбкой произнёс Комонебранец, - ведь старого правила никто не отменял - когда идёшь в лес, помни обратную дорогу. А многие ваши исследования больше напоминают прыжок в пропасть без средств спасения. Потому и исследования ваши большей частью для людей бесполезны, а зачастую вредны и опасны.
   - Как я правильно Вас понял, - произнёс Осипчук, - реальной помощи в получении указанных Вами технологий, мы не получим.
   - Да, не получите, - ответил Всеволод, - по указанным вам причинам.
   - В таком случае мы будем считать, что обмен мнениями по поручению Президента Российской Федерации, нами произведён, - официально-хрипящим голосом произнёс Осипчук, и повернувшись к возглавляемой им делегации, закончил, - думаю, нам коллеги более нет нужды тратить время на философские дискуссии. Благодарю Вас за обмен мнениями, досвидания, или вернее - прощайте! - произнёс он, повернув голову в сторону Всеволода, - мы убедились.... - хотел. было продолжить Осипчук, но был невежливо прерван генералом Тачкиным, который продолжил начатую Осипчуком фразу: "... в том, что Академия наук России набита безмозглыми дураками и карьеристами, как заброшенный амбар крысами".
   - Что Вы себе позволяете, генерал! - гневно воскликнул Осипчук.
   - Позволяю назвать вещи своими именами! - ответил Тачкин, - кроме того, хочу Вас предупредить, что мною, Ваше поведение здесь, рассматривается как государственная измена, Вы своим идиотским поведением свели на нет открывшиеся было перед страной возможности.
   - Вы ещё за это ответите! - зло прохрипел Осипчук и, развернувшись, зашагал в сторону вертолётов. Основная масса делегации засеменила за Осипчуком.
   Уходящие академики ещё не знали, что уносят с собой несколько тех самых сверхмалых существ, неизвестных российской науке, которые и явятся скоро причиной скандала в Академии Наук Российской Федерации. Уже скоро руководство страны с ужасом обнаружит, что большая часть руководства Академии Наук впала в детство и руководство российской наукой осуществляется на уровне детского сада. Но, как и всегда в России, уход признанных гениев подтолкнёт российскую науку к ускоренному развитию.
   Сверхмалые существа были сродни всем известной плесени, в работающем организме они крепко спали, просыпаясьтолько в условиях самоуспокоенности.

261

   - Подумаешь, - возмущался Осип Осипчук, шествуя к вертолётам во главе несколько поредевшей делегации, - мы в тридцатых годах с нуля начинали, и ничего, не пропали. А тут прилетели, на головку сели, голубки раскопались, без них разберёмся, куда и на чём летать. Да если нам выделят запрашиваемое финансирование, то мы летающую тарелку и покруче ихней создадим.
   - Вы совершенно правы Осип Фомич, - поддакнул академик Козлов, - уж больно много они на себя берут.
   Шесть человек из сопровождения Осипчука, оценив глубину только что услышанного диалога, остановились и отправились назад, к летающей тарелке.
   Между тем, часть распавшейся делегации академии наук, в выборе между наукой и карьерой всё же выбравшая науку, всеми силами пыталась пополнить земной багаж знаний за счёт инопланетного разума с родственными узами.
   - Скажите, пожалуйста, воевода Всеволод, - несколько волнуясь, спросил кандидат физико-математических наук Абрикосов, внук того самого, выдающегося советского академика Абрикосова, давшего дорогу в космос советским баллистическим ракетам и умершем в неизвестности для своего народа, - вот Вы сказали, что необходимо строго следить, что бы скорость звездолёта не превысила предел, когда он распадётся на сверхмалые частицы, а известно ли Вам явление телепортации?
   - Да, явление перемещения живых существ и неживых предметов в расщепленном виде нам известно и широко применяется. Всё дело в расстоянии. Если надо провести перемещение на расстояние ста выстрелов, то для этого достаточно силы моего боевого убора, для создания защищённого искро-магнитного пути, так как малейшая инородная частица может привести к непоправимым последствиям. Для перемещения на расстояние тысячи выстрелов понадобится уже сила лодьи. Подобное перемещение во Вселенной нам не по силам. Это поле боггов, а что лежит в основе их способности перемещаться таким способом и со скоростью дозорного луча нам к сожалению не известно. Богги хорошо хранят свои тайны, даже от друзей и союзников.
   - А ваши учёные работают по этой тематике? - спросил Абрикосов.
   - Конечно Евгений, - ответил Всеволод, - то, что у боггов много тайн, совсем не значит, что мы не пытаемся их раскрыть.
   - А как смотрят на это боги? - спросил Абрикосов.
   - Богги - великие труженики, - ответил Всеволод, - потому они всегда ценили чужой труд и уважали чужие открытия. Когда они видят, что планида буквально дрожит от напряжения, передаваемого ей народом, бьющемся над раскрытием какой либо из тайн Вселенной, они и помочь могут тайно. Но мы всегда, достигнув очередного предела, славим боггов за помощь.
   - Значит, если я правильно понял, - произнёс Абрикосов, - если будет превышена скорость Вашего звездолёта, то он рассыпется на мельчайшие частицы и больше не соберётся воедино, а если и соберётся, то это может быть уже чем угодно, но не звездолётом.
   - Да, это так, - ответил Всеволод, - мы пока достигли только этих пределов.
   - И полетят они по-черепашьи, со скорстью в какие-то жалкие четыре миллиона скоростей света, - весело подал голос Костя Милов, обращаясь к Абрикосову, - наш Осипчук с куда большей скоростью в Москву рванул. - За финансированием он рванул, - сказал, что сам летающую тарелку построит, - сказал подошедший академик Петровский.

262

   - Что, так и сказал? - переспросил Абрикосов.
   - Да, именно так и сказал, - подтвердил Петровский, - если, правда, финансирование ему дадут в полном объёме.
   Петровский хотел ещё что-то сказать, но его прервал продолжительный хохот окружающих, включая и самих учёных.
   - Не хорошо смеяться над чужим горем, - вытирая слёзы смеха, произнёс Петровский, - что о нас Воевода подумает, сами над собой смеёмся.
   - Воевода подумает, - ответил Всеволод, - что вы ещё не безнадёжны, если понимаете суть происходящего.
   - Уважаемый Воевода Всеволод! - обратился академик Петровский, - я микробиолог, и меня очень заинтересовало Ваше высказывание о сожительстве с бактериями и вирусами, а также с иными микроорганизмами. Как можно найти общий язык, например с вирусами гриппа? Неужели это возможно?
   - Да Владимир, это возможно, - ответил Всеволод, - для этого надо вспомнить, как ваши предки приручали диких животных. Разве ваше общение со своими домашними животными не является общением и сожительством. Лошадь может запросто убить человека ударом копыта, но она этого не делает, а спасает своего седока не жалея себя. Собака может запросто вас загрызть, но она вас лечит и защищает, порой ценой собственной жизни. Как вы думаете, нужна ли вирусу гриппа, поселившемуся в вашем теле, ваша смерть? Как это, наверное, похоже на то, что нужна ли вам гибель вашей планиды? Скорее нет, чем да, но вы делаете всё возможное для гибели вашей планиды.
   - Если вы не хотите, чтобы ваш козёл объедал ваши ягодные кусты, - белозубо улыбаясь, ввернул реплику Комонебранец, - то приучите его, есть только траву.
   - В целом верно, - улыбнулся Всеволод, - но ваша наука отражает ваши нравы, вы стремитесь уничтожить вирусы гриппа, даже не пытаясь узнать, что им от вас нужно. Что такое для вируса гриппа хорошо и что такое для него - плохо.
   - Я таки начинаю понимать, в чём суть сказанного Воеводой, - задумчиво произнёс академик Петровский, - это совершенно новая философия и новый взгляд на исследования. Спасибо Вам Воевода!
   - Возможно, я задам очень наивный вопрос, - вступил в разговор доктор технических наук Градский, обращаясь к Всеволоду, - но как Вы это сделали? При этом указывая рукой на сияющий храм Александра Невского.
   - Возможно, я тебя Станислав удивлю, - со смехом ответил Всеволод, - но это очень просто. Как вы все знаете, или может быть, не знаете, что всё, что всех нас окружает, включая и нас самих, это разнообразные устойчивые сгустки искровых сил, содержащие в себе частицы материи. Воздействуя на них искровым силовым полем, мы пробуждаем в них память и заставляем занять место, которое они занимали в прошлом. Воздействуя на сгустки сил, образующих разнообразные виды материи, названные Николаем мусором, мы заставили их восполнить недостающие части этого строения. Воздействуя на все виды материи, усилием искрового поля, составленные в строение, мы изменили их структуру и преобразовали её в структуру гранита, мрамора и железа. Теперь собственная структура этого храма будет сохранять этот образ долгие годы, а светящиеся огненные кресты будут самостоятельно питаться от Солнца. Если вдруг кого-то настигнет хворь, то пребывание в этом храме очистит вас и от пороков и от болезни. Но вступление на порочный путь вернёт и хворь и страдания, повторно храм уже не поможет.

263

   - Как жаль, - огорчённо произнёс академик Петровский, - что Вы, Воевода Всеволод, завтра уже нас покидаете. Ведь как у нас бывает, стою я перед Вами, а в голове сумбур, но стоит Вам улететь, как память словно издеваясь начнёт выдавать не заданные вопросы и будет так обидно, что и словами не передать.
   - В малой степени я вам помогу, - ответил Всеволод, - но не забывайте, что ваша сила - в вас самих.
   - Воевода, - тихо обратился Комонебранец, - ты подступаешь к грани запретного действа.
   - Не волнуйся Комонебранец, грань я не переступлю - ответил Всеволод, и, обращаясь к собравшимся людям, громко произнёс: "Все, кто ради бессмертия своего народа готов пожертвовать своей жизнью, подойдите ко мне, но предупреждаю, за ложь наказание будет жестоким".
   Как не станно, но массового движения в многотысячной толпе не последовало. Перед Всеволодом стояла группа молодых зеленогорцев, стоял Михаил Парамонович Гриднев со своей женой Елизаветой Матвеевной, стоял отец Кирилл, стоял генерал Тачкин вместе со своей спецгруппой, стоял подполковник Ершов со своими лётчиками, стояли академики и кандидаты наук, стояло десятка полтора разных людей, сделавших для себя выбор.
   Всеволод окинул взглядом молча стоящую многотысячную толпу. Люди стояли, опустив головы, старательно избегая взгляда Всеволода.
   - Воевода, - тихо произнёс Комонебранец, - их не хватит, чтобы замкнуть круг познания, я не уверен, что из остальных кто нибудь в нужный момент найдётся.
   - Но и улететь, не дав возможности возродиться потомкам арианских родов, - тихо ответил Всеволод, - будет уж слишком малодушно.
   - Согласен с тобой воевода, - так же тихо произнёс Комонебранец.
   - За мной в хоровод! - произнёс Всеволод и, взяв за руку стоящую рядом Елизавету Матвеевну, двинулся по воображаемому кругу вокруг стоящей летающей тарелки. Вся стоящая до этого небольшая группа людей, взявшись за руки, двинулась за воеводой. Когда Всеволод обошёл воображаемый круг, то между ним и уходившим последним капитаном Маркиным образовался разрыв метров в шесть - семь. Хоровод остановился.
   - Я бегу, я сейчас, - раздаля голос из толпы и в хоровод вбежал участковый Стружкин, он схватил за руку капитана Маркина и повернув голову к Всеволоду уверенно произнёс, - я с вами.
   - Пропустие! Дайте дорогу! - раздались крики в толпе.
   Прямо к остановившемуся хороводу бежал через толпу новый начальник РОВД и новый майор Виноградов, а за ним, как боевой отряд нового начальника районной милиции, сержанты Скворцов, Ефимочкин и Евдокимов. Виноградов было протянул руку Всеволоду, но остановился, вопросительно взглянув на воеводу.
   - Давай руку Григорий, - улыбнувшись, сказал Всеволод, - нынче не тот случай.
   Круг замкнулся и в тот же момент все участники хоровода слаженно двинулись по кругу против часовой стрелки. Движение становилось всё быстрее и быстрее, и вдруг всеь хоровод окутался голубой туманной дымкой, скрывшей всех, находящихся в хороводе. Когда дымка развеялась, хоровод уже стоял на месте. Все участники этого действа собрались на том же месте, откуда они начинали вести этот необычный хоровод.

264

   Участники прошедшего хороводного действа несколько ошарашено смотрели друг на друга и на окружающих.
   - Такое ощущение, что только что вышел из жестокого похмелья, - прокомментировал своё состояние Михаил Парамонович Гриднев.
   - Миша! - обратилась к нему Елизавета Матвеевна, - как мы с этим жить-то будем? Не мир вокруг, а сплошная карикатура!
   - Ладно, Лиз, не нагнетай! - ответил Михаил Парамонович, - о том, что живём в карикатуре на страну, мы с тобой уже давно догадывались, ну а теперь ещё и удостоверились, так что ничего по-сути не изменилось. Зато я теперь точно знаю, что надо делать и с чего начать.
   - А я твёрдо знаю, кто у нас будет новым главой администрации, - глядя на Михаила Парамоновича, подал голос Мишка, то есть Михаил Николаевич Бахарев.
   - А я точно знаю, - ответил Михаил Парамонович с несвойственной ему ехидной улыбкой, - что никакого главы администрации здесь больше не будет, а будет председатель совета, избранного народным вече, потому что любая другая власть - от лукавого.
   - Тем более! - радостно согласился Мишка, получивший от односельчан право на отчество.
   - А нам что, переворот в Академии наук совершать? - задал сам себе вопрос академик Петровский.
   - Не волнуйся Владимир, - ответил ему Всеволод, - где-то через десятницу в вашей академии наук начнётся такой раздрай, что и переворот не понадобится.
   - Воевода Всеволод, - а Вам не жалко будет этих заслуженных стариков, - если я правильно Вас понял.
   - Уважать и жалеть стариков, меня обучили с раннего детства, - ответил Всеволод, - но жалеть тех, кто не жалеет свой народ и своё отечество, а норвит ухватить кусок пожирнее от своего народа и плюёт на свою страну, жалости не достоин. Сочувствие к таким деятелям, это не жалость, а соучастие в преступном деянии против своего народа. А вы - готовтесь, вам будет уже не до величальных песен и наград, на ваши плечи ложится тяжкий груз спасения народа и судьи у вас будут самые строгие и непримиримые - вы сами.
   - Ну, чёрт с портянками! - громко произнёс генерал Тачкин, - аккурат попали в ситуацию - "Либо - пан, либо - пропал". Ладно, хоть соратников два десятка набирается. Я правильно понимаю, соратники?
   - Так точно! - смеясь ответил подполковник Ершов, - Как главнокомандующий ВВС Зелёной Горки заявляю, что мы готовы защищать свою больную Родину, до полного её выздоровления.
   - Думаю, вам есть о чём поговорить и без нашего вмешательства, воевода Иван, - произнёс Всеволод, обращаясь к генералу Тачкину, - мы же завтра посетим главу вашего государства, но после полудня вернёмся сюда на несколько часов. Готовьте последние вопросы.
   - А почему так мало, воевода Всеволод? - спросил генерал Тачкин.
   - Потому, воевода Иван, - задумчиво ответил Всеволод, - что завтра к концу дня открывается путь в Неведу, куда мы и следуем по воле боггов и арианского народа. До завтра! - произнёс Всеволод, обращаясь к собравшимся и направлся к летающей тарелке. Следом за ним исчез в люке и Комонебранец.
   Спустя несколько минут, летающая тарелка растворилась в вечернем небе.

265

Глава пятнадцатая

  
   В свой кремлёвский кабинет Президент Российской Федерации Кошкин Пётр Алексеевич прибыл необычно рано, в шесть часов утра он уже мерил кабинет шагами, пытаясь составить хотя бы приблизительный, хотя бы рамочный, хотя бы примитивный план встречи с инопланетянами. Когда вчера вечером он получил информацию лично от начальника ГРУ генерал-лейтенанта Сидорчука Сергея Петровича о том, что инопланетяне намерены с ним встретиться, Пётр Алексеевич впал в некую прострацию. Вечное русское - "Что делать?" стучало в голове как дятел по дереву. Спасительное копание в Интернете не помогло. Кошкину пришлось признать, что первая четверть мировой паутины заполнена глупостью, вторая четверть - ещё большей глупостью, третья четверть представляла из себя различные справочники и рекламу и, наконец, четвёртая четверть была представлена сплетнями об очередных мужьях и очередных жёнах разнокалиберных скоморохов, скромно именующих себя - звёздами. Все эти куски Интернет-информации перемежались финансовыми махинациями и новостями, а также смазывались тягучим раствором оскорблений своих оппонентов и конкурентов. Несмотря на это, Кошкин, Интернет - любил, но Интернет взаимностью не ответил, и собраться с мыслями президенту - не помог. Ровно в восемь часов утра какая-то сила заставила Кошкина остановиться. Пётр Алексеевич каким-то шестым чувством ощутил, гости прибыли. Он медленно подошёл к окну, то, что он увидел, заставило учащённо забиться его сердце, посреди Ивановской площади Кремля стояла летающая тарелка. Вокруг летающей тарелки потихоньку собирался народ, в основном служащие, охранники и солдаты Президенского полка. Инопланетян Кошкин не увидел.
   Между тем, начальник отряда небесной разведки и командир звездолёта воевода Всеволод, командир боевой лодьи Комонебранец и десятник воздушных разведчиков Моск, неторопливо приближались к Большому Кремлёвскому дворцу, будучи совершенно незаметными для окружающих. Подойдя к подъезду, космические гости вернулись в свой видимый облик. Взглянув в округлившиеся от неожиданности глаза стоящего у подъезда охранника, Всеволод, глядя на него, произнёс: "Веди!".
   - Есть! - глухим голосом произнёс охранник и деревянной походкой направился в подъезд.
   Инопланетная делегация неторопливо двигалась по лестницам, залам и коридорам Большого Кремлёвского дворца мимо пребывающих в состоянии манекенов охранников.
   - Красиво! - произнёс Комонебранец, когда инопланетяне проходили очередной зал.
   - Всё бы у них было таким, как этот дворец, - ответил Моск.
   Пройдя ещё несколько лестниц и коридоров, охранник вошёл в приёмную, где за столами неподвижно сидело несколько молодых людей и стояло несколько одеревеневших охранников. Охранник, сопровождающий инопланетян, остановился у высокой двери и произнёс тем же глухим голосом - "Здесь".
   - Спасибо! Неси службу, - сказал Всеволод, открывая дверь.
   - Есть! - ответил охранник и, развернувшись через левое плечо, ушёл.

266

   Президент Кошкин, затылком почувствовав какое-то движение в кабинете, оторвался от созерцания летающей тарелки в самом центре Кремля, столицы и государства и повернул голову в сторону входа. В кабинет входили трое довольно молодых людей в странной одежде, напоминающей комбинезоны.
   - Здрав будь, правитель России! - поприветствовал Кошкина один из них.
   - Здравствуйте! - как-то неуверенно поприветствовал Кошкин гостей.
   - Я, - произнёс один из них, - воевода воздушных сил Арианы - Всеволод, а это мои воины - Комонебранец, (при этом стройный блондин слегка кивнул головой и приложил правую руку к груди) и Моск, (при этом кряжистый брюнет повторил приветствие).
   - А я Президент Российской Федерации - Кошкин Пётр Алексеевич, - приложив по-инопланетному руку к груди, представился Кошкин.
   - Зная о твоём возмущении действиями своих помощников, решили мы с тобой встретиться, получить ответы на некоторые свои вопросы и дать ответы на некоторые твои, - глядя в глаза Кошкину произнёс воевода Всеволод, - твоему первому помощнику Михаилу мы много чего объяснили, но похоже он с тобой своими знаниями не поделился.
   - Да, с момента его поездки в Зелёную Горку, премьер-министр у меня ещё не появлялся, - почему-то смущаясь, ответил Кошкин.
   - Наш самый первый вопрос таков, - пристально глядя на Кошкина, произнёс Всеволод, - зачем без всякой на то необходимости, вы коверкаете свой язык и замещаете ясные и понятные всему народу слова чужеродными зарубежными похожестями, ибо зачастую их даже подобиями нельзя назвать?
   - Ну-у-у, - протянул Кошкин и не очень уверенно продолжил, - тут могут быть различные причины, например информационная революция.
   Кошкин хотел, было ещё что-то сказать, но смех Комонебранца его остановил. Всеволод, услышав всхлипывания за спиной, взглянул на улыбаюшегося Комонебранца, затем перевёл взгляд на раздосадованного Моска, после чего взглянул на ничего не понимающего Кошкина и тоже весело по доброму, улыбнулся.
   - Знаешь, Пётр, во Вселенной есть десятки тысяч правителей, есть двойные тысячи глав и руководителей, есть двойные тысячи председателей советов, объединений и союзов, но только на Матери Сырой Земле единоличные правители именуют себя председателями, или на латинский манер президентами. От таких невеликих несоответствий и начинается великий беспорядок и великая неразбериха. Ничем не руководящие руководители предпочитают именоваться на латинский манер министрами, дуреющие от безделья и безответственности наместники именуют себя губернаторами, хотя в составе вашего государства нет ни единой губернии, Самые откровенные, по сути, мздоимцы, занимающие места градоначальников, именуют себя на французский манер мэрами. Прячутся твои помощники, Пётр, за чужими словами, да и ты прячешься. Отсюда и бедствие великое на твою страну надвигается, утончается та единственная ниточка, которая нас до сих пор связывала - наш общий язык. Ещё десятилетие, и наши вселенские наблюдатели перестанут определять ваш язык как родственный арианскому. Как только это произойдёт, Великий арианский совет отменит охрану Матери Сырой Земли, мы вывезем тех потомков ариан, которые не утратили своей человеческой сути, а оставшиеся получат наименование живых существ.

267

   - Не народа, Пётр, а именно живых существ, уничтожающих свою среду обитания и не представляющих ценности для сообщества Вселенной, в отличие от четверолапых, живущих рядом с вами. После этого на вашем будущем можно поставить большую жирную точку.
   - Мы принимаем меры, - начал было оправдываться Кошкин, - к наведению порядка и улучшению бизнес-климата в стране...
   - Это всё пустые слова, - прервал его Всеволод, - если ты - правитель, то обязан знать, что всё, что тебя окружает, власть, богатства, слуги, готовые выполнить любое твоё желание, будут жить ровно столько, сколько будет жить твой народ. Как только он исчезнет, исчезнет и власть, ибо некем будет править. Исчезнет богатство, потому что его отнимет тот, у кого есть власть, а верные слуги после этого станут злейшими врагами.
   - Я - патриот! - жалобно воскликнул Кошкин, - но мои возможности - не безграничны.
   - Нет, Пётр, ты не отечественник, ты не готов жизнь свою за отечество отдать. Мыслится мне, что и правитель ты подставной. Был бы ты отечественником, или на худой конец по латинскому - патриотом, то давно бы сказал народу, что правят вашим государством те же недобитые атлантисты, свергнувшие век назад слабую, но законную власть и устроившие кровавую резню великорусского народа. Идолы правящих душегубов до сих пор стоят по городам и весям. Что только Иосифу Сталину, до сих пор проклинаемому атлантистами, с трудом держать в руках эту банду удавалось, да и то не всегда. Будь ты отечественником, давно назвал бы всю эту банду поимённо и испарились бы они быстротечно. Атлантисты сильны только исподтишка, из подполья или из-за угла и власть их держится исключительно на продажности окружающих. Нет, Пётр, уважающий себя человек прикрытием для негодяев никогда не станет. Наш вывод прост, правитель ты со своими помощниками отвратительный. Во всей Вселенной правило одно, хороший правитель - хорошо народ живёт, плохой правитель - плохо народ живёт и другого не дано. Все эти ваши объективные причины - словоблудие и ничего более.
   - А почему бы Вам, как родственному народу не возглавить самим наше государство, - неожиданно громко воскликнул Кошкин, - я за власть не держусь и Вам передам её сразу. Раз вы знаете, что надо делать, так и делайте.
   - Не получится, Пётр, - грустно ответил Всеволод.
   - Ну, почему же? - спросил Кошкин.
   - А потому, Пётр, - глядя в глаза Кошкину ответил Всеволод, - что нет самого главного, а без него и мы бессильны.
   - Чего же? - спросил Кошкин.
   - А ты сам, правитель, не догадываешься? - спросил Моск.
   - Нет, - тихо ответил Кошкин.
   - На-ро-да у те-бя нет, правитель, - с жалостью глядя на Кошкина ответил Комонебранец, - а все те люди, которые ходят вокруг, это не народ, это всего навсего - на-се-ле-ни-е!
   - Так что же мне делать? - задал Кошкин извечный русский вопрос.
   - Как это что, - возмутился Комонебранец, - ты что, совсем думать разучился?
   - При чём тут это? - как-то невнятно пробормотал Кошкин.
   - Мы же тебе всё, что могли в мозги вправили, - воскликнул Комонебранец и растерянно посмотрел на смеющегося Всеволода.

268

   - А ничего у них не меняется веками, - сквозь смех произнёс Всеволод, - у власти здесь постоянно те, кто хочет, но не может, при достаточном количестве тех, кто может, но не хочет. Есть и те, кто может и хочет, но к власти их не допустят никогда.
   - Почему? - удивлённо спросил Моск.
   - А что бы потом не завидовать, - с усмешкой ответил Всеволод.
   - Вы что, в натуре считаете нас недоумками? - обиженно спросил Кошкин, обращаясь к Всеволоду.
   - Скажу как есть, - ответил Всеволод, - считаем, и имеем на то полное право. Во-первых, за десятки лет не понять, что государство без народа это всего лишь недоразумение. Доказательство - крах всех государств, где правящая верхушка отгородилась от народа, создав только для себя особые права и привилегии. Во-вторых, так и не понять до сих пор, что такое народ. Была возможность создать новый "советский" народ, но эту возможность сразу же и уничтожили, наделав родовых полугосударственных образований, "советского народа", создаваемого путём уничтожения и унижения великоросского народа - не получилось. Доказательство - великое государство "Советский Союз" группа предателей развалила в один момент исключительно по выдуманным родовым границам, несмотря на то, что народы, по имени которых и были названы родовые образования, как правило, составляли меньшинство. Ваши заклинания о том, что в многонациональности ваша сила, оказались лживы и не смогли вам помочь. Вы оказались настолько глупы, что вместо союза народов, что достаточно часто встречается во Вселенной, устроили сожительство многих народов, живущих за счёт другого народа, заведомо обречённое на развал. Вы уже подорвали жизненную силу великороссов, ваши предки рвали бы волосы на голове, увидев своих потомков - такими.
   - Так что, у нас нет будущего? - уныло спросил Кошкин.
   - Будущее, Пётр, есть у всех, кто создаёт его в настоящем, - ответил Всеволод.
   - Хочешь остаться в памяти своего народа великим правителем - возроди Великую Славию на полночном закате и Великоросский Край на полночном восходе основываясь на вечевом правлении и заветах боггов. Обеспечь им защиту от атлантистов, инородцев и доморощенных недоумков хотя бы на четверть века, дабы они уверенно встали на ноги, претворяя в жизнь своё народное осмысление. Окажи им помощь в спасении от гибели своего народа и они, возродившись, спасут всю страну от неминуемой гибели, которая, благодаря такому правлению - не за горами.
   - А гибель нам грозит из космоса? - спросил Кошкин, надеясь отвлечь инопланетян от анализа стиля своего руководства страной.
   - Нет, из космоса вам пока большой угрозы не предвидится. Свалится на Мать Сыру Землю два - три десятка небесных камней в несколько десятков или даже сотен локтей в поперечнике, кому-то достанется, но это ещё не гибель, а только повод задуматься о своей воздушной обороне. Что касается гибели народа, то гибель народа происходит тихо и незаметно, вот совсем недавно твёрдой поступью шествовали по планиде легионы римлян, и никто не заметил, как римлян подменили другие народы, именующие себя римлянами, а италики - остались. Так и создавшие могучую империю великороссы тихо и незаметно исчезли, лукаво переименованные в русских, а десятки народов живущих в империи - остались. Но без римлян раскрошилась на куски Римская империя.

269

   Также как без великороссов крошится и крошится Российская империя. Мудрый правитель может этому воспрепятствовать, пока жив, но общая то направленность никуда не денется.
   - Я не хочу прикидываться очень мудрым правителем, - как-то обречённо произнёс Кошкин, - поэтому я честно скажу, я не знаю, что нужно делать в данной ситуации. Мы проводим мероприятия по повышению рождаемости, но по вашим словам, русские всё равно вымирают, а рождаются непонятно кто.
   - Пётр, ты меня настораживаешь, - глядя на Кошкина, произнёс Всеволод, - мы пытаемся дать твоему разуму знания государственного управления, но они в твоей голове не задерживаются. Благодаря проводимым вами действиям будет расти численность населения, а умирать будет продолжать народ. Ты что, до сих пор не осознал разницу между народом и населением? Тот край, где проживает народ, именуется государством, а край, где обитает население, именуется местом проживания.
   - Так что же мне делать? - растерянно спросил Кошкин.
   - Ищи тех, кто может и хочет возродить великий народ великороссов и существовавший прежде великий родовой союз. Ищи тех, кто может и хочет воссоздать великое государство. Ищи тех, кто хочет и может возродить ваш язык, вашу науку, ваше образование и вашу культуру. Ищи тех, кто может и хочет вернуть здоровье и силу больному народу. Ищи тех немногих отечественников, которые ещё остались в вашей стране, а когда найдёшь, дай им возможность осуществить ими задуманное и защити их от атлантистов.
   - Я конечно попробую, - очень неуверенно произнёс Кошкин, - но никаких гарантий дать не могу.
   - Нам Пётр, обеспечения твоих слов и дел не надо, - грустно произнёс Всеволод, - речь идёт о гибели не нашего государства, а твоего. Будем считать, что обмен мнениями состоялся. Времени у нас больше нет. Мы сделали только то, на что имели право. Дальнейшее в твоих руках и руках твоего сменщика Михаила. Прощай, правитель России.
   Замолчав, Всеволод развернулся и спокойным шагом направился к выходу, за ним двинулись Комонебранец и Моск.
   - Досвидания, - прозвучал им вслед неуверенный голос президента.
   В состоянии студента, провалившего сессию, Кошкин направился к окну. Летающая тарелка стояла на месте. Дверь кабинета с шумом распахнулась, и в неё вбежал личный секретарь президента и два охранника.
   - Господин Президент! Пётр Алексеевич! С вами всё в порядке?! - громко заголосил секретарь.
   - Да, Игорь. Всё в порядке, - ответил Кошкин и махнул рукой в сторону двери.
   Секретарь пропустил из кабинета охранников, ещё раз взглянул на задумчиво смотрящего в окно президента и вышел сам, закрыв за собой дверь.
   Наконец Кошкин увидел идущих к летающей тарелке космических гостей. Впереди шёл воевода, а за ним, плечом друг к другу Комонебранец и Моск. Вот они подошли к окружающей летающую тарелку толпе. Толпа послушно расступилась и попятилась от летающей тарелки. Вот открылся люк и откинулся ажурный трап. Инопланетяне, ненадолго задерживаясь в открытом проёме, вошли во внутрь, и люк закрылся. Летающая тарелка медленно оторвалась от земли и поднявшись на стометровую высоту, вдруг резко набрала скорость и исчезла в северо-западном направлении.

270

   Кошкин по-прежнему стоял у окна и задумчиво смотрел на толпу бродящую по месту, где только что стояла летающая тарелка и что-то разыскивающая на кремлёвской брусчатке.
   - Ну-ну, ищите, - почему-то с сарказмом подумал Кошкин, - у них как мне думается, гайки на ходу не откручиваются как на "Жигулях".
   Порассуждав ещё немного сам с собой о происшедшем, прейдя к неутешительному выводу о своей, далеко не лучшей роли в этих событиях. Утешив себя тем, что остальные должностные лица Российского государства показали себя отнюдь не лучшим образов, чем он сам, Кошкин вызвал личного секретаря и дал ему команду подготовить кортеж для убытия в президентскую резиденцию Завистниково.
   Диалог цивилизаций, о котором так долго говорили проповедники, так достоверно писали фантасты и так много снимали фильмов режиссёры Голливуда, - не состоялся. Даже с бывшими соотечественниками. Похоже, этот диалог не состоится никогда, кто бы на Землю не прилетел. Завышенное самомнение человечества, по-видимому, зашло так далеко, что лечению уже не подлежит. Невольно вспоминается чьё-то высказывание о том, что даже Вселенная имеет свои пределы, глупость же людская - беспредельна. Хотя, если подумать где-то там живут и другие люди.
  
   Ровно в полдень, над селом Зелёная Горка повисла летающая тарелка. Собравшийся народ радостно её приветствовал. Но в нынешней встрече было и нечто необычное. В первых рядах встречающих стояли уже прозванные народом "посвящённые" и этих мест у них никто не оспаривал. Все присутствующие твёрдо знали, что "посвящённые" это те, кому только и можно верить в этом нелепом мире и что только они будут бороться за их интересы - до конца.
   - Мне нечем вас обрадовать, - ответил на немой вопрос "посвящённых", вышедший из летающей тарелки Всеволод. Возрождения из Москвы - не получится. Вся тяжесть этой работы ложится только на вас. Больше, чем уже сделано, мы не имеем права делать. Установленный боггами вселенский уряд не может быть нарушен теми, кто думает о своём будущем. Прощайте! Двенадцать лет в вашем исчислении - слишком большой срок, что бы можно было что-нибудь загадывать, но если всё пройдёт как надо, то мы ещё увидимся. Успехов вам и удачи. Помните о будущем!
   С этими словами Всеволод развернулся и направился к летающей тарелке.
   - Всеволод! Воевода! Мы будем ждать тебя! Возвращайся! Пусть тебе улыбнётся удача! Тебе не придётся за нас краснеть! Мы станем людьми! - кричал многоголосое людское море. Лица многих были мокры от слёз. Лица "посвящённых" выражали суровую решимость.
   Воевода Всеволод, не оборачиваясь, вошёл в летающую тарелку. Люк тихо закрылся за ним. Тихо оторвавшись от земли, летающая тарелка сделала круг над Зелёной Горкой и вдруг, стремительно набрав громадную скорость, растворилась в небе. Собравшиеся на площади люди молча глядели в небо. Прекрасная сказка о будущем закончилась. Осталось только горечь осознания того, о чём раньше не думалось и на что не обращалось внимание. Каких-то десять дней прошло с той поры, как узнали люди о своих космических родственниках, а вот уже плохо без них, улетевших в эту страшную Неведу.

271

   И слёзы на глазах, и тяжесть в груди, и комок в горле, и голос предательски хрипит. А возвращаться к тому, что было до этого, ой как не хочется. Плохо на душе, ой как плохо!
   - Слушайте все! - раздался голос Михаила Парамоновича Гриднева, - завтра, в девять утра, всем быть здесь - на вече, будем строить будущее. Не хотелось бы воеводе Всеволоду на глаза попасть через двенадцать лет, если у нас всё останется по-прежнему. Прежде всего, совет избирать будем, так что идите по домам и думайте, кого выбирать будете.
   - Так вот всех, кто в хороводе был, тех и в совет выберем, - уверенно сказал Иван Васильевич Бахарев.
   - Нет, батя, не получится, - поправил Илья тестя, - военные поедут армию лечить, милиция свои дела вершить, у учёных своих болячек выше крыши, так что свои проблемы мы будем решать сами и вместе.
   - Да я и не против, - легко согласился Иван Васильевич, - да вот товарища генерала жаль отпускать, больше в Зелёной Горке мы генералов похоже никогда не увидим.
   - Это почему не увидите, - делано возмутился генерал Тачкин, - а в гости приедем, что, на порог не пустите?
   - Пустим! Пустим товарищ генерал! Это я так, по-стариковски, - пытаясь изобразить раскаяние, ответил Иван Васильевич.
  
   Постояв ещё часа полтора на площади, народ стал потихоньку расходиться по домам. Завтра будет начало новой жизни, и хотя верилось в это с трудом, но хотелось то как, и мечталось то как - а вдруг всё получится!
  
   Завтра над селом Зелёная Горка займётся рассвет. Может это будет просто рассвет, рассвет как рассвет, каких уже миллионы прокатились за прошедшие столетия над Зелёной Горкой. Ну, а может это будет рассвет новой жизни. Фантастика! А как хочется, что бы это сбылось.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

272

ВМЕСТО ЭПИЛОГА

ПРИГОВОР В ЛУННУЮ НОЧЬ

   Луч света появился внезапно, откуда он исходил, было понятно и совершенно ясно. Глаза, как и прошлый раз, он не слепил, спящую рядом жену не тревожил, но то, что предстоит "разбор полётов" сомнения не вызывало.
   Неохотно открываю глаза. Те же три пары глаз смотрят на меня. Глаза, как мне кажется, смотрят с укоризной. Да я и сам бы смотрел на себя с укоризной, писать два года то, что можно было написать и за месяц, да и то, что написано, лично у меня положительных эмоций не вызывает. Ну не писатель я! Да, писал, что называется из под палки, потому как обещания надо выполнять, вот и получился некролог по России. Нет, у заказчика моё творение восторга точно не вызовет.
   - Не казнись! Да, ты не великий писатель, но великие писатели о том, что изложено в твоей сшиве, к глубокому сожалению - не задумываются. Мы не будем тебя укорять. Для мыслящего человека, тобой написанного вполне достаточно, чтобы осознать глубину падения и высоту спасения.
   - Да я сам понимаю, что можно было написать и лучше.
   - Ты и сам знаешь, что лучшее - враг хорошего. От тебя требуется только одно, напечатать эту сшиву и направить её людям.
   - А может в Интернете напечатать?
   - Нет. Самая дешёвая сшива у вас живёт в сотни раз дольше, чем в искровой памяти, уж очень она у вас несовершенна.
   - Ладно, напечатаю, вот только денег скоплю. Ну, а за результат я не отвечаю, народ у нас читать разлюбил.
   - Этого тебе в вину никто не поставит. Захотят люди жить достойно, сказанного в сшиве достаточно, не захотят, тут никакой талант не поможет.
   - Значит, ругать не будете?
   - Нет, не будем.
   - Ну, тогда коплю деньги. Напечатаю, и буду распространять.
   - Прощай! Пусть жизнь будет к тебе благосклонна.
   - Благодарю за добрые слова, прощайте.
   Проснулся, чувство реальности происходящего не отпускает. Быль, небыль, да какая разница, всё равно напечатаю я эту сшиву. В конце-то концов, сам себе смогу сказать, что не уподобился десяткам миллионов особей, безразлично наблюдавших гибель своего некогда великого народа - великороссов.
  
   Получится или не получится, не буду гадать, сшива-то фантастическая!
  
  
  
  
  
  
  
   2012 г.
  

273

  
  
  
  
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"