Табаков Владимир: другие произведения.

Сказки пустыни

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
Оценка: 8.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Отрывок. (черновик)

  
  
  
  
  Человечество столетиями уничтожало природу. Технологии развивались с бешеной скоростью, такими же темпами росла численность населения планеты, увеличивая спрос на продукты, товары и энергоносители в геометрической прогрессии, тем самым, подталкивая еще более бурное развитие науки и промышленности. Земель, пригодных для классического земледелия, становилось все меньше, почвы истощались, а запасы пресной воды таяли на глазах. В 2034 году началось строительство высотных аграрных заводов. Стеклянные конусовидные полностью автономные теплицы высотой с двадцатиэтажный дом стали появляться по всему миру: за полярным кругом, в пустынях, на океанских платформах. В те годы мир вздохнул с облегчением, проблема голода, висевшая над ним, словно занесенный топор, была решена.
  Но радость продлилась недолго, спустя пять лет, начиная с 2039 года, планету захлестнула череда природных катаклизмов. Засухи, длившиеся годами, сменялись ливнями, затапливающими города. Когда ледяные шапки основных горных систем растаяли, а ледяной панцирь Северного полюса уменьшился в восемь раз, океанские течения замедлились, тем самым сделав большую часть северного полушария слабо пригодной для жизни. Европа, Россия, Канада, переживали новый ледниковый период. Зимой температура падала до минус пятидесяти, а летом редко поднималась до плюс пятнадцати. При этом на юге, ближе к экватору, начался обратный процесс, среднесуточные температуры неумолимо росли, а пустыни захватывали все новые и новые территории.
  В 2050 году, группа ученых из разных стран разработала теорию, согласно которой регулировать климат было бы возможно искусственно. Ее суть заключалась в управление подводными течениями с помощью магнитных полей. Были предложены проекты электромагнитных установок, которые должны были ускорять поток, не давая ему остыть, и позволяя достичь северного полушария. Проект получил название 'Деметра'. В связи с тем, что климат на Земле продолжал становиться все менее пригодным для выживания человечества, на внеочередном заседании ООН большинством участников было принято решение отказаться от этапа опытной обкатки системы и сразу приступить к реализации проекта.
  Началась глобальная стройка. Электромагнитные установки возводились на океанском дне по всей планете. На проект были брошены все ресурсы, три года общих усилий, и он был завершен. Торжественный запуск системы организовали с помпой. Лидеры государств собрались в Риме, чтобы объявить человечеству о новой вехе развития. Все мировые СМИ транслировали происходящее событие - начало окончательной победы человека над климатом. И в самый торжественный момент произошло то, что, по расчетам ученых и инженеров 'Деметры', произойти совершенно не могло. Через секунду после запуска системы, все электроприборы на планете вышли из строя. Электродвигатели, питающие все, от автомобилей до фабрик, остановились. Автоматические системы управления промышленными, энергетическими и, наконец, военными объектами в один миг перестали работать. Прервалась связь со спутниками, отключились все навигационные системы, глобальная сеть исчезла, цифровая и электронная техника в считанные секунды превратилась в бессмысленную груду металла и пластика. В тот злополучный день погибли миллионы жителей Земли. А вся ирония ситуации была в том, что утратив доступ к технологиям, люди потеряли возможность добраться до расположенных на океанском дне установок 'Деметры'. Они так и продолжали функционировать, препятствуя работе электроники.
  Производство встало, а все автономные теплицы, которые не так давно символизировали победу над голодом, стали походить на огромные высокотехнологические компостные кучи. Мировых запасов продовольствия хватило на три месяца. Уже через полгода начался мировой голод, охвативший всю планету. Для экономии ресурсов были затоплены города, построенные Азиатским союзом на платформах в тихом океане. В результате за пару часов численность населения сократилась на полтора миллиарда человек. Техногенные катастрофы и эпидемии сменяли друг друга. Цивилизация стремительно катилась вниз по отвесной скале, и уже ничто не могло остановить ее падение. Первые десять лет хаоса и смерти сократили население планеты в десять раз до двух миллиардов, технологии откатились на полтора века назад. Прошло еще пять лет и без обслуживания и ремонта электромагнитные установки стали отключаться.
  Надо отдать должное создателям 'Деметры', теория оказалась верна, и в северное полушарие постепенно стало возвращаться тепло, но на сколько все восстановится и, самое главное, на какое время, никто не знал.
  Возникшие новые государства и государственные образования стали постепенно восстанавливать производство, промышленность и сельское хозяйство. Физический труд вновь стал основой экономики. А забытые некогда ресурсы, такие как плодородные земли, уголь и нефть, вновь стали предметом споров между сильными мира сего. Даже с учетом того, что население планеты многократно сократилось, оружия и боеприпасов осталось не столь много, как могли на то рассчитывать новые правители и военачальники. А возобновление производства новых единиц техники, оружия и, что самое главное, боеприпасов требовало все тех же ресурсов. Так наступила эпоха войн, когда-то позабытых и канувших в историю.
  
  I
  15 мая 2075 г. Военный госпиталь Ноэва Рейноса, в десяти километрах южнее линии фронта.
  
  - Сеньор Ерраро, вас ждут в операционной, прибыл новый эшелон с ранеными.
  - Спасибо, сестра Рамона, уже иду. Скажите, кто мне сегодня ассистирует?
  - Я и сестра Филиппа, сеньор.
  - Хорошо, знаете уже кто у нас сегодня?
  - Ой, сегодня много сеньор. Три ампутации, два ранения в грудь, один в шею, но он безнадежен, и пять легких: руки, ноги.
  - Тяжелый день предстоит, сестра, готовьтесь.
  Госпиталь Ноэва Рейноса, раньше располагался в одноименном городе, но после того, как Техасская Республика заключила союз с Конфедерацией северных штатов и получила от них подкрепление, линия фронта сместилась на юг и сейчас проходила по берегам Рио-Гранде. Госпиталь эвакуировали на ранчо 'Роза', что на шоссе Эстамаль-Тамаулипас, которое стало главной артерией снабжающей фронт.
  Служба здесь, конечно, разительно отличалась от передовой, но тоже была не сахар. Раненые поступали каждый день и это при всем том, что активных военных действий сейчас никто не вел, но работы у врачей не убавлялось Гринго окопались на северном берегу, а мы на южном, ситуация была патовой ни у одних из сторон не было достаточных сил, чтобы форсировать водную преграду и линию фронта.
  Война началась шесть лет назад, в тот год, когда Мануель Ерраро учился на последнем курсе медицинского в Мехико. Он должен был стать окулистом, а стал хирургом. В армию его призвали прямо со студенческой скамьи. Всему учиться приходилось уже на месте. Говорят, что у каждого врача есть свое маленькое кладбище, так вот у Мануеля оно занимало уже не один гектар, как и у других фронтовых врачей. В первые годы, которые Генералы пафосно называли 'Великим наступлением', на одного врача в сутки приходилось по два десятка раненых. Хорошо если удавалось помочь половине из них. Оперировали в те годы круглыми сутками, люди засыпали прямо при проведении операции. Сейчас и война затихла, и мы еще вчера бывшие студенты научились с первого взгляда определять, выживет ли пациент или не стоит тратить на него время.
  И вот сегодня беглого осмотра хватило, чтобы из одиннадцати раненых отсеять троих безнадежных. С одной стороны это верх цинизма - не пытаться помочь, с другой стороны помощь им это трата медикаментов и времени, а ни того, ни другого сейчас у врачей нет. Поговаривают, что в госпитале восьмой армии, на западе, в Дюранго, даже ввели должность 'палачей', которые заканчивали страдания безнадежных раненых, но Мануэлю, к счастью или, к сожалению, пока не довелось работать с такими 'специалистами'. Страдания и смерть безнадежных пациентов оставались на его совести.
  - Сестра, этого в первую очередь, потом с раздробленным бедром, а дальше без разницы, остальные не серьезные.
  - Хорошо, доктор, - ответила сестра Рамона.
  Ей было уже шестьдесят лет, но она обладала невероятной жизненной силой, позволявшей делать невообразимые вещи. Она могла сутки простоять у операционного стола не отходя ни на минуту, в одиночку перетаскивать раненых с коек на каталку, которые были вдвое тяжелее нее. А самое главное, она разбиралась в своей работе зачастую лучше многих врачей. Ей не составляло труда, извлечь пулю или осколок, обработать рану или наложить швы.
  За день нам удалось прооперировать пятерых, серьезных было двое, одного удалось спасти, а у второго во время ампутации остановилось сердце, реанимировать его не смогли. Троих легкораненых решили прооперировать завтра утром, их жизни ничего не угрожает и они могут подождать. Они и сами рады, с легкими ранениями в госпитале держат не дольше двух недель после операции, а потом снова отправляют назад на фронт. Здесь они вроде как в отпуске: питание лучше, нормальные кровати, можно спать хоть целыми днями, а главное, тут нет войны. Некоторые из них попадают к нам не первый раз, порой кажется, что они специально высовывают руки из окоп, чтобы их подстрелили. Раньше были самострелы, но их было видно сразу, стоило извлечь пулю. Гринго используют калибр 6мм., а мы 7мм. После того, как трех таких деятелей публично расстреляли, любителей отдыха в госпитале поубавилось и они стали хитрее.
  - Спасибо, сеньоры, вы сегодня славно потрудились. Давайте перенесем рядового Альвареса в палату, и сегодня можете отдыхать, - обратился Мануэль к сестрам.
  - Да, доктор, спасибо, - ответила сестра Филиппа.
  - Сеньор Ерраро, мы завтра тоже с вами. Во сколько начинаем, - уточнила сестра Рамона.
  - Давайте так, если новых раненых не будет, то первую операцию проведем в восемь утра, если прибудет очередной эшелон, тогда начинаем в шесть.
  - Хорошо доктор, хорошего вечера.
  - И вам, сеньоры.
  Мануэль забежал в свой кабинет, скинул в металлическую корзину перемазанный кровью халат, его утром заберут сестры в стирку, и направился к небольшому умывальнику, подвешенному на стене. Над ним висело маленькое, почерневшее в углах зеркало. Мануэль всегда смотрел в него и каждый раз удивлялся своему виду. Лицо осунулось, мешки под глазами, а теперь и седая прядь на виске, которую он наблюдал уже месяц. 'Во что я превратился на этой войне? Мне двадцать девять, а выгляжу на пятьдесят', - произнес он вслух и опустил руки под тонкую струйку холодной воды. Кровь плохо оттиралась от рук, окрашивая воду, которая в полутьме казалась буро-коричневой. Мытье рук стало ритуалом, знаменовавшим конец рабочего дня, после которого Мануэль всегда посещал 'Офицерский клуб', за исключением тех дней, когда сил оставалось только на то, чтобы добраться до кровати.
  'Офицерским клубом', как его называли местные врачи, была небольшая комнатка на втором этаже, где можно было в тишине выкурить сигару и пропустить рюмку другую самогона из кукурузы, который гнал местный повар, на чем собственно имел неплохой приработок к жалованию.
  - Добрый вечер, Луис, Гаспар, Фернандо, - поприветствовал находящихся в комнате врачей Мануэль.
  - Добрый вечер, Мануэль, - ответили ему почти хором.
  - Как у тебя сегодня? - задал вопрос Луис.
  - Трое. А у вас?
  - Ни одного, - гордо первым ответил Гаспар, а потом добавил, - Из восьми.
  - Да у тебя одни 'легкие' были, нашел, чем гордиться, - парировал Фернандо.
  - У нас с Фернандо по двое, - сразу дополнил коллегу, Луис. - Так что, Мануэль, сегодня ты платишь за самогон Хорхе.
  - А где доктор Урбано? - спросил Мануэль, имея в виду пятого хирурга в их госпитале.
  - Он еще оперирует, у него какой-то парень, которого сильно посекло осколками, он его пятый час пытается вытащить. Думаю, сегодня он не придет, - ответил на вопрос Гаспар.
  - Ну, тогда наливайте! Какие сегодня новости? - спросил Мануэль и достал серебреный портсигар, из которого вынул тонкую сигариллу и прикурил ее старой стальной натертой до блеска зажигалкой 'Зиппо', сделанную еще 'тогда', в старые времена, задолго до войны и катастрофы.
  - Говорят, грядет большое наступление, сказал Луис.
  - Так об этом уже полгода твердят. Чуть ли не завтра мы возьмем Остин, а мы все в тех же окопах, - отмахнулся Гаспар, - Вот то, что гринго новые винтовки получили, это правда, я сегодня пулю доставал, но не их обычную 6мм., а 7мм., как у нас, только более короткую. Вроде, ходят слухи, что они по старым чертежам восстановили и наладили производство автоматических винтовок, которыми они в первой половине прошлого века пользовались, М14 вроде называлась.
  - Да нам-то что? Все равно, какие вытаскивать, - Фернандо не успел закончить фразу, как все помещение наполнило громкое завывание сирены.
  - Опять налет, давненько их не было. Ну, что достопочтенные синьоры, продолжим вечер в подвале? - Сказал Мануэль и первым вышел из комнаты. Остальные последовали за ним.
  Налеты в последние три месяца происходили крайне редко. После того, как на заводе 'Хольман и Торрес' в Веракрусе наладили производство новых 12мм. зенитных пулеметов 'Арма антиаэрия модело 3 'Колумб', гринго перестали без острой нужды залетать за линию фронта.
  Вечер продолжился в подвале, в котором раньше располагались винные погреба. Под сводчатым потолком из красного старого кирпича, которому уже не одна сотня лет, собрался весь персонал госпиталя и те раненые, которые смогли спуститься самостоятельно. Хотя помещение было просторным, находиться в нем было неуютно. Во-первых, оно вызывало ассоциации со смертью и разрушениями, а во-вторых здесь было очень душно, рубашки моментально становились мокрыми, и порой в этой невыносимой духоте и влажности приходилось проводить целые часы. Но на этот раз сирена отключилась через двадцать минут. За время, проведенное в подвале, мы не услышали ни одного разрыва. Либо бомбы разорвались далеко от госпиталя, либо это был просто разведчик.
  - Ну, вроде на сегодня все, - сказал Фернандо.
  - Вернемся к нашей беседе? - спросил Луис, на что Мануэль и Гаспар ответили отказом, сославшись на усталость.
  Мануэль вернулся в свою комнатку, в которую вела дверь прямо из его кабинета. Единственное окно было заложено кирпичной кладкой, и освещалась она только светом двух керосиновых ламп. Электричество еще до войны было роскошью, а теперь и подавно. Скинув с себя рубашку, он упал на кровать и в ту же минуту заснул.
   Мануэль не понял, что разбудило его - звуки рвущихся снарядов, доносившихся откуда то из далека, или сильные удары в дверь и голос сестры Рамоны.
  'Доктор, доктор, проснитесь', - кричала она.
  Мануэль с трудом оторвал голову от подушки и, еще не успевший окончательно проснуться, подошел к двери.
  - Сестра, что случилось, уже прибыли раненые? - не открывая глаз, спросил доктор.
  - Нет, доктор, нас срочно эвакуируют. Гринго ночью пошли в наступление, они в пяти километрах от нас. Госпиталь переводят.
  - Куда?
  - Я не знаю, нам дали двадцать минут, - ответила Рамона, и в этот момент раздался разрыв снаряда, который упал совсем рядом. По полу прошла легкая вибрация, сотрясая стеклянные колбы в комоде у стены.
  - Займитесь нашими пациентами, я буду через пару минут, - ответил Мануэль и на ходу натянул на себя рубашку. Он уже привык к неожиданным переездам и поэтому делал все на автомате, не задумываясь ни на минуту. Те немногие вещи, которые были у него, отправились в потертый рюкзак, сделанный из полимеров, еще до катастрофы. Затем за пару минут он собрал в докторский кожаный саквояж самые необходимые лекарства, свои инструменты, и перевязочный материал. Туда же он положил положенный ему по службе 10мм. револьвер 'Кавалерист', который за все годы войны он ни разу не применил.
  Внизу, на усыпанной гравием пыльной дороге, стояло десять грузовиков Вольво, еще из 'старых', которые восстановили после катастрофы, заменив электронику простейшей катушкой зажигания. Вокруг машин толпились явно нервничающие солдаты. Судя по нашивкам из третей армии генерала Атеро.
  Оглядевшись по сторонам, Мануэль выделил из толпы человека с капральскими нашивками и прямиком направился к нему:
  - Капрал, кто командует эвакуацией?
  Капрал оценивающе осмотрел снизу вверх подошедшего к нему доктора и пренебрежительно бросил в ответ:
   - А что? Допустим, я здесь командую.
  - Капрал, ответьте по форме, - сказал Мануэль, загнув край лацкана, своего медицинского халата, обнажив капитанскую нашивку, в виде орла с двумя звездами под ним.
  - Простите, синьор, - сказал капрал, вытянувшись по стойке смирно, - Капрал пятой роты первого батальона третьей республиканской армии, Рауль Мисонеро, откомандирован в расположение госпиталя Ноэва Рейноса для обеспечения его эвакуации.
  - Вольно, капрал! Почему ваши люди не помогаю грузить раненых?
  - Сеньор капитан, мне было приказано только обеспечить транспорт и водителей.
  - Так вот, капрал, вы сейчас дадите указание своим людям приступить к погрузке людей и имущества.
  - Сеньор, я не могу этого сделать без приказа командира роты.
  - Капрал, я, конечно, могу отправить посыльного за приказом для вас, но это было бы не разумно. Насколько я осведомлен о ситуации, войска противника неумолимо движутся к нам и с минуты на минуту будут здесь. Мы не уедем отсюда, пока мы не закончим погрузку раненых, оборудования и лекарств, а теперь вы сами решайте, сделаем мы это вместе или же дождемся прихода американцев, синьор.
  Капрал засопел, отдал честь и, не произнося больше ни слова, направился к одному из грузовиков. После этого, стоявшие без дела солдаты приступили к работе.
  За тот предрассветный час, который ушел на погрузку, линия фронта переместилась еще ближе. Это было отчетливо слышно и уже даже видно. Пылевые облака поднимались над горизонтом. Сквозь них пробивались яркие вспышки, которые сопровождались раскатами артиллеристских выстрелов и разрывами снарядов.
  Как это обычно бывает, людей было слишком много, а транспорта слишком мало. Грузовики были под завязку забиты ранеными и персоналом, для имущества и лекарств попросту не осталось места, и их пришлось бросить.
  В тот момент, когда колонна покинула территорию госпиталя, в небе послышался вой двигателей. Через пару минут из облаков на движущиеся грузовики буквально свалилось звено из трех истребителей. Один за другим они заходили поперек движения колонны, атакуя грузовики. До того, как их отогнала наша авиация, они успели вывести из строя семь грузовиков из десяти, два из которых горели.
  Мануэль выпрыгнул из кузова в тот момент, когда прогремел взрыв. Удар чудовищной силы толкнул его в спину и отбросил в придорожный овраг. Он попытался подняться, но мир вокруг расплывался, он упал на сухую пыльную землю и потерял сознание.
  Доктор очнулся от боли, пронизывающей все его тело. Он лежал на старой телеге. Его руки были туго связаны веревкой, слева и справа от него находились раненые. Когда он попытался подняться, один из них, в изорванной форме кавалериста, тихо, практически шепотом сказал: 'Не надо'. Но доктор сделал вид, что не услышал. В тот момент, когда его голова оказалась над бортом телеги, резкий удар прикладом сверху в грудь повалил его назад. Этого оказалось достаточно, что бы Мануэль прекратил дальнейшие попытки. Он лежал молча и смотрел на небо, окрашенное в красно-оранжевые полутона. День клонился к закату. Со стороны сквозь скрип колес и редкое фырканье лошадей доносились обрывки фраз на английском. Где он находится, и кто вокруг, вопросов не вызывало, а вот куда их везли и, самое главное, зачем оставалось загадкой.
  Спустя несколько часов, когда солнце скрылось за горизонтом, телега остановилась. Его и еще четверых бесцеремонно вытащили из повозки и бросили вниз. Оказавшись на земле, Мануэль оглянулся вокруг, сквозь ночную мглу, разорванную редким светом масляных ламп, были различимы силуэты вооруженных людей, стоящих в паре метров от них. Один из них скомандовал: 'Тащите их!', - и через мгновение нас подхватили под руки и, практически проволочив несколько десятков метров, втолкнули через деревянные, построенные на скорую руку, ворота.
  На небольшой площадке кроме нас, тех, кого только привезли, находилось несколько десятков человек. Кто-то спал, кто-то сидел, обхватив руками коленки и уткнувшись в них головой. Мануэль отряхнулся и шатающейся походкой направился к навесу у дальней стены. Под ним лежали двое в офицерских куртках с сорванными погонами. Когда он приблизился, один из офицеров повернулся в его сторону и окинул Мануеля безучастным взглядом.
  - Не помешаю, сеньор? - Спросил доктор.
  - Располагайтесь, сеньор, - ответил офицер.
  - Доктор Ерраро, - представился Мануэль.
  - Доктор? - немного удивился собеседник и, помедлив минуту, назвал себя, - капитан Родриго Веласко.
  - Сеньор Веласко, извините мою назойливость, но где мы? - спросил Мануэль.
  - Доктор, мы в лагере для военнопленных недалеко от Хуареса.
  - Хуарес? Это же наша территория.
  - Больше нет, - безразличным голосом, сказал Родриго.
  - И что теперь? - растеряно, спросил Мануэль.
  - А ничего, для нас война закончилась, отдыхайте доктор.
  После пережитого за этот безумный день, Мануэль так и не смог заснуть до самого утра.
  
  17 мая. Лагерь для военнопленных недалеко от Сьюдад-Хуареса.
  
  Утром всех вновь прибывших стали одного за другим отводить на допрос. Доктор Ерраро был последним. В небольшом сарае, сколоченном на скорую руку, за грубым самодельным столом, пахнущим древесиной и смолой, сидел усатый капитан. Его лицо, высушенное жарким южным солнцем, было покрыто глубокими морщинами. Он взглянул на вошедшего под конвоем Мануэля усталым безразличным взглядом, перевернул лист блокнота и без прелюдий начал допрос.
  - Имя, звание? - произнес он на испанском.
  - Мануэль Ерраро, капитан.
  - Род войск, полк?
  - Медицинская служба, госпиталь Ноэва Рейноса, приписан к восьмому пехотному полку.
  - Врач? - немного удивился ответу офицер, проводивший допрос.
  - Да.
  - Хорошо, мне меньше работы, ведите его назад в клетку, - обратился он уже к конвоирам.
  Спустя три минуты Мануэль вновь оказался под замком. Поднявшееся уже высоко солнце беспощадно палило. 'Температура, наверное, уже выше тридцати градусов', - подумал доктор. Все пленники разбежались по углам, прячась от палящего солнца под любым укрытием, дававшим хоть какую-то тень. Доктор окинул взглядом лагерь. Ночью он казался больше, сейчас же Мануэль видел, что вся территория не больше пятисот метров в окружности, и находятся здесь двадцать пять человек, включая самого доктора. Ограда была сделана из грубо наструганных деревянных столбов, между которыми была натянута колючая проволока. По четырем углам стояли вышки с навесами для часовых, две из них сейчас были пусты. Все укрытия от солнца были сделаны самими пленниками из толстых веток с натянутой на них разодранной формой, и рубашками. В середине площадки одиноко стояла колонка, с ручной помпой. Конечно, не понятно какая вода оттуда течет, но лучше уж так, чем совсем без воды. Мануэль подошел к навесу, под которым он провел ночь, сидевший там Родриго, молча, подвинулся в сторону, освобождая место для доктора.
  - Быстро, - вдруг произнес он.
  - Врачи им не интересны, - ответил Мануэль.
  - Ну как сказать, кто вас допрашивал?
  - Не знаю, усатый в звании капитана.
  - А, Корнуэл, - протянул Родриго, - Этому вообще на все наплевать, вот был бы майор Томпсон, так он всю душу вытрясет, расскажешь даже то, чего и не знал.
  - То есть, я легко отделался? - как бы в шутку спросил Мануэль. На что получил утвердительный ответ.
  Прошло, наверное, еще часа два, и на территорию вкатили повозку, на которой располагалась 'кухня', как ее назвал Родриго. По факту на старой телеге стояло два железных бидона. Из них по деревянным мискам разливали какую-то мутноватую жидкость, которую рядовой на раздаче именовал супом. К нему прилагался ломоть хлеба размером с кулак и четвертинка помидора. Миски и ложки, они, кстати, тоже были деревянными, было предписано сдать под отчет после дневной трапезы. На все было отведено двадцать минут.
  Мануэль взял миску и встал в очередь. Получив свою порцию, он отошел в сторону и брезгливым взглядом посмотрел на ее содержимое. 'Если, не будешь есть, отдай мне', - послышался из-за спины голос Родриго. Мануэль лишь кивнул в ответ, а затем уселся по-турецки на землю и поднес ложку ко рту. 'Суп' совсем не имел запаха, да и на вкус был похож на воду, в которую бросили щепотку острого перца. Хлеб был из кукурузной муки и уже заметно зачерствевший, вероятно, остатки из солдатской столовой. Единственное из обеда, что имело вкус, оказалась четвертинка помидора. Мануэль откусывал от нее маленькими кусочками, стараясь, чтобы его вкус как можно дольше оставался во рту. Начиная с обеда до заката, день прошел в бездельном лежании под навесом. Беседовать в лагере никто особенно не хотел. И его обитатели бесцельно молча слонялись от одного укрытия до другого. Следующий день полностью повторил первый. Обед, безделье, ужин, сон. Мануэль перекидывался короткими фразами с другими пленниками, но не более того. Из коротких бесед он узнал, что это лагерь для офицеров, лагеря для солдат еще хуже, кроме того пленных там еще и заставляют работать на тяжелых работах.
  Вечером, впервые за эти дни, на все четыре вышки заступили часовые.
  - Наверное, очередная проверка, - предположил Родриго.
  - С чего взял? - спросил Мануэль.
  - Так уже было на моей памяти дважды, вы не переживайте, до нас им дела нет. Сидим и сидим.
  Родриго оказался прав, после заката за забором зажглись керосиновые походные лампы, началась несвойственная для этого времени суток кутерьма. Американцы бегали и суетились, усатый капитан ходил из стороны в стороны, периодически нервно покрикивая на солдат. Уже когда ночь вступила в свои права, вдали послышался звук двигателей, который по мере приближения все больше заглушал стрекот цикад.
  Сколько машин и кто приехал из лагеря, было не видно, собственно, кроме Мануэля, остальным пленникам происходящее было не интересно, они занимались повседневными делами, то есть бездельем. Из-за построек, загораживавших вид на плац, доносились команды и топот сотен солдатских сапог. Спустя пару минут, после начала построения, а на плацу было именно оно, раздались первые выстрелы. Пленники повставали со своих мест, часовые, не понимая, что происходит, напряженно стали всматриваться в темные силуэты, мелькающие со стороны плаца. Через минуту, после очередного выстрела, первый из них упал с вышки на территорию лагеря.
  'Доктор, не спи!' - крикнул Родриго. Он первым подбежал к телу охранника и, вытащив из-под него карабин, передернул затвор. Родриго захватил в прицел второго растерявшегося часового и медленно потянул за спусковой крючок. Карабин дернулся в руках, осветив пространство вокруг стрелка вспышкой, грохот выстрела затерялся на общем фоне усилившейся стрельбы. Оставшиеся двое часовых были застрелены практически сразу неизвестными нападавшими. Над казармами поднималось алое зарево разгоравшихся пожаров.
  'Давайте, помогите нам, это наш шанс!' - выкрикнул один из группы пленников, пытавшихся сбить запирающий ворота висящий замок. Мануэль подбежал к ним, в растерянности мечась из стороны в сторону, не понимая, что от него требуется и как он может помочь. Когда ворота, наконец, открылись, пленники выскочили из лагеря и разбежались по округе.
  Родриго, словно призрак, возник из темноты и схватил доктора за рукав, потянув его в узкий проход между двумя хозяйственными постройками.
  - Тихо доктор, идите за мной, я знаю дорогу, - шепотом произнес он.
  - Хорошо, я сразу за вами, - ответил Мануэль.
  Буквально протискиваясь между постройками, двое пленников выбрались на дорогу и, пригнувшись, перебежали на другую сторону. Мануэль бежал не разбирая дороги и пытаясь не потерять из виду силуэт Родриго. В какой-то момент нога доктора потеряла землю под собой, он оступился и кубарем покатился в канаву, ломая ветки кустарника на своем пути. Мануэль вскрикнул, но его напарник в туже секунду закрыл ему рот ладонью, и вместо крика, пространство вокруг наполнил скрипучих хрип.
  Родриго помог ему встать на ноги и, поддерживая хромающего доктора, направился по известному только ему одному маршруту, пролегающему среди камней и кустарников. Мануэль не понимал, как у его нового знакомого так ловко выходит бежать в кромешной тьме и обходить возникающие на пути препятствия. Они шли несколько часов до того, как Родриго остановился.
  'Скоро передохнем, доктор. Ждите здесь и никуда не уходите', - сказал он и растворился в ночи. Мануэль не успел произнести ни звука, он только слышал отдаляющиеся тихие шаги во мраке.
  Родриго Веласко появился спустя минут двадцать также неожиданно, как и исчез. 'Доктор, за мной, не отставайте', - сказал он и отправился вперед. Родриго шел очень быстро и, Мануэлю стоило больших усилий поддерживать такой темп, чтобы не отстать и не свалиться по пути, налетев на камень или куст. Наконец, Веласко вывел его к входу в пещеру, который казался еще более темным, чем все вокруг. 'Вот здесь, мой друг, внимательно', - предупредил Родриго и схватил Мануеля за рукав. В пещере было холодно и влажно, из ее глубин доносился, отражающийся от ее сводов, звук капающий воды и непонятные шорохи, которые могли быть, чем угодно: порывами сквозняка, перекатывающими сухую траву, или же просто игрой воображения.
  'Мы на месте', - вдруг объявил Родриго. Он усадил доктора на что-то мягкое, а отойдя в сторону и, выбив камнем искры, подпалил пучок сухой травы, от которой зажег масляную лампу, взявшуюся неизвестно откуда. В ней мгновенно заиграл маленький язычок пламени, колыхающийся на сквозняке.
  - Где мы? - спросил Доктор
  - Ла куэва де лас кабрас - ответил Родриго и сразу пояснил, - мы тут еще детьми играли, а как началась война, контрабандисты стали использовали пещеру как перевалочный пункт при вылазках к Гринго, тут есть вода и небольшие запасы вяленого мяса. Отдохнем здесь пару дней, пока все не уляжется, а дальше решим, куда нам лучше отправиться.
  - Нас здесь не найдут? - спросил Мануэль.
  - Не думаю, гринго сюда не суются, а если и наткнутся случайно, то из пещеры есть второй выход, не такой удобный, как этот, но если нас найдут, то выбора у нас все равно не будет.
  
  17 мая. Партизанский отряд Los espiritus . Тереза Рубио.
  
  Терезе Рубио, было двадцать семь лет. Когда случилась катастрофа, она была всего лишь пятилетним ребенком, и о былой жизни знала больше из рассказов родителей. Все сознательное детство она провела в борьбе за выживание: продукты, одежда, вода, все было в страшном дефиците. После того, как жизнь более-менее устроилась, она нашла работу небольшой цветочной лавке. Работа была скучной и низкооплачиваемой, денег хватало ровным счетом только на то, чтобы не умереть с голоду. Тереза ненавидела свое серое полуголодное существование, и когда началась война, она пришла на вербовочный пункт, чтобы записаться добровольцем. Но ей отказали по одной простой причине - она была женщиной, а в первые годы войны их на службу не принимали. Наплевав на условности, Тереза выгребла все деньги из кассы цветочной лавки, где она работала и, никому не сказав, самостоятельно отправилась в прифронтовые районы, где в деревушке Эль Кларо и познакомилась с Артуро Диасом, бывшим контрабандистом, который вместе с подельниками после начала войны занялся налетами и разграблениями ферм на территории Техасской Республики, называя откровенный разбой партизанской войной. Когда ситуация ухудшилась, ближайшие фермы до которых мог дотянуться Артуро были давно разорены и брошены, судьба преподнесла ему подарок. В баре в Хуаресе, где Артуро просаживал последние деньги, он встретил бывшего одноклассника, который за короткий срок дослужился до майора в армии. Он то и предложил Артуро поработать на 'благо страны'.
  Старый контрабандист не раздумывая согласился и стал получать информацию от военных о конвоях гринго и дела снова пошли в гору. Тереза сначала была наблюдателем в банде, то есть в партизанском отряде, а потом, спустя полгода, стала непосредственно участвовать в нападениях. Вот так флорист Тереза, сначала став любовницей контрабандиста и налетчицей, перепрофилировалась в активного участника партизанского движения.
  Последним заданием группы стал захват генерала Конфедерации северных штатов, который следовал на фронт и должен был остановиться в регионе деятельности отряда Артуро.
  В этот раз на долю Терезы и девяти бойцов при ней выпала задача по разведке местности и сбору информации о потенциальном месте остановки колонны, сопровождавшей генерала.
  - Пабло, будь ты трижды проклят, где ты шлялся? - выкрикнула Тереза. В тот момент она выглядела как цербер, сорвавшийся с цепи.
  - Прости, Терезита, мы нарвались на патруль, пришлось отсиживаться в старом участке федеральной полиции на сорок пятом шоссе, - опустив глаза, ответил низкорослый коренастый парень, с очень смуглым даже для мексиканца лицом, которое еще и затеняла панама песочного цвета.
  - Да как вы там вообще оказались, если Артуро узнает, вам несдобровать, - уже более мягким тоном продолжила Тереза.
  - Ты же ему не расскажешь? - Пабло посмотрел на нее невинными взглядом.
  - Не расскажу. А теперь выкладывай, что выяснили?
  - База гринго на 'Подветренной ферме'. Мы насчитали сорок-пятьдесят человек. На территории, помимо старых фермерских построек, возвели лагерь для военнопленных, он около конюшен, и два сарая, там у них казармы. Сторожевые вышки только вокруг лагеря. Они, видимо, считают себя в глубоком тылу.
  - Не отвлекайся, что еще?
  - Извини, Тереза, так вот, тяжелого вооружения у них нет, из транспорта командирский джип и два грузовика. Горючее хранится в пристройке к главному дому.
  - Это все?
  - Да, Терезита, все.
  - Ладно, Пабло, немедленно отправляйся к Артуро, расскажи ему все, что только что рассказал мне и передай, что мы готовы и ждем приказа.
  Пабло отвязал серую коротконогую кобылу и умчался, поднимая за собой облако пыли.
  У отряда уже были трофейные автомобили и мотоциклы, но использовать технику Артуро не любил. Поскольку местные фермеры в основном использовали для передвижений лошадей, одинокий всадник не привлечет столько внимания, как, например, пылящий по дороге автомобиль. Да и звук работающего двигателя разносится на километры, особенно ночью, а тишина это половина успеха любого налета.
  Пабло вернулся где-то через час.
  - Тереза! - выкрикнул, спрыгивая с взмокшей кобылы, Пабло.
  - Что раскричался, - сухо ответила она.
  - Артуро, приказал нам быть на востоке на свалке автомобилей на 'старой дороге' до заката, и там ждать его с ребятами.
  Тереза достала, старые механические часы, подаренные еще ее отцом, посмотрела на стрелки, и, переведя взгляд на палящее солнце, жмурясь, скомандовала: 'Собирайтесь, у нас не больше трех часов, а дорога не близкая'.
  
  17 мая. Вечер. Партизанский отряд Los espiritus. 'Старая дорога'. Тереза Рубио.
  
  Кроваво-красное солнце медленно скрывалось за горизонтом. Десять всадников, закрыв лица плотно прилегающими хлопковыми платками, скакали по выжженной беспощадным южным солнцем земле, оставляя за собой пыльное облако. Поднявшись на невысокий холм, Тереза дала сигнал остановиться. Она спрыгнула с лошади, достала бинокль и устремила свой взгляд на восток. Среди низкого кустарника, сквозь вечернюю дымку она внимательно всматривалась в груду искореженных автомобилей, брошенных в пустыне. Десять минут она изучала свалку, и, наконец, не обнаружив ничего подозрительного, отправилась вперед.
  Когда-то давно свалку окружал забор, от которого остались лишь столбы. Причудливый лабиринт из проржавевшего металла был единственным укрытием на десятки километров. 'Старая дорога' проходила в стороне от основных магистралей, на протяжении семидесяти километров на ней не было ни одного колодца, ни одного места, где можно было бы остановиться, не говоря уже о заправках и мастерских. Местные старались избегать этих мест из-за суеверий. Кто-то говорил, что здесь обитают призраки, кто-то, что здесь до войны были лаборатории, в которых растили невиданных монстров. На деле здесь ровным счетом ни чего не было, только раскалённая как адская сковородка равнина, единственными обитателями который были ящерицы и скорпионы.
  Как только Тереза и ее люди скрылись в чреве железного лабиринта, она спрыгнула с лошади и направилась к груде металлолома в северном углу свалки для того, чтобы вывесить синюю тряпку - знак для Артуро, информирующий, что они уже здесь. Металлические остовы за жаркий день раскалились до такой степени, что даже притронуться к ним голой ладонью было невозможно. Тереза вынула из-за пояса пару кожаных грубых перчаток и стремительно вскарабкалась наверх. Пара минут и дело было сделано, теперь до прибытия Артуро можно было отдохнуть.
  Диас с основным отрядом прибыл, когда солнце опустилось за горизонт. С ним было тридцать пять человек, практически все его люди. Он спешился и подошел к Терезе.
  - Здравствуй, сокровище мое, ты готова? - сказал Артуро, подойдя к ней вплотную и обхватив ее ладонь. Он посмотрел на нее сверху вниз.
  - Да, Артуро, - тихо ответила она, не поднимая головы, уставившись на покрытые дорожной пылью ботинки из кожи змеи.
  - Ты чем-то расстроена? - участливо спросил Диас.
  - Нет, что ты, все в порядке.
  - Ты уверена?
  - Да, черт возьми, - выпалила Тереза.
  - Ладно, не горячить. Антонио и Карлос наблюдают за лагерем. Не будем заставлять их ждать. По коням, ребята устроим гринго ад! - Выкрикнул Артуро, развернувшись лицом к всадникам.
  Дорога на север заняла больше часа. На подъезде к небольшому ущелью на встречу Диасу выехал одинокий всадник. Это был Карлос, он подскакал к возглавляющему колонну Артуру.
  - Команданте, цель уже на месте, сейчас инспектирует лагерь, он построил на плацу гарнизон, проводит смотр, - с нескрываемой улыбкой доложил Карлос.
  - Эти гринго вечно все превращают в цирк, но главный номер еще впереди. За дело 'Guerreros' !
  - Постой, командир, - остановил его Карлос, - с генералом прибыло больше людей, чем мы думали.
  - Что ты сразу не сказал, идиот!
  - Артуро, ты сам не дал мне договорить.
  - Сколько? - задал вопрос Диас, пропустив мимо ушей упрек в свой адрес.
  - Мы насчитали тридцать человек.
  - То есть их теперь практически вдвое больше, чем нас, это плохо.
  Тереза, до этого слушавшая разговор в стороне, не спеша подъехала к Артуро и наклонилась к нему.
  - Артуро, давай перехватим его по дороге, нападать на лагерь слишком опасно, - сказала она тихим голосом.
  - Что за чушь ты несешь, женщина! - прикрикнул Диас, - Мы не будем менять наш план.
  - Артуро!
  - Замолчи! Я сказал, что мы действуем, как и планировали.
  Атака началась спустя двадцать минут. Двое партизан прокрались мимо скучающих часовых и подожгли склад с горючим, когда прогремел взрыв, Тереза с небольшим отрядом начала обстреливать позиции американцев с холма, а Диас с основными силами пошел в кавалеристскую атаку через главные ворота лагеря. Ночную тишину разорвал треск винтовок. Небо осветили сотни вспышек. Благодаря эффекту неожиданности первая атака прошла более чем успешно, отряд пересек лагерь и, спешившись, начал окружать здание штаба, который расположился в двухэтажном каменном доме, построенном еще до катастрофы. Одну из деревянных казарм охватило пламя. Поджечь вторую не дали солдаты, укрывшиеся внутри. При попытке подойти ближе, солдаты открывали шквальный огонь, заставляя людей Диаса вернуться в свои укрытия.
  - Команданте, мы не можем подойти ко второй казарме, - сообщил Диасу один из его бойцов, Алехандро.
  - Черт с ними, главное не дайте выйти оттуда солдатам. Карлос, подойди! Карлос! - выкрикнул Артуро.
  - Карлос убит, - послышалось из темноты.
  - Ах тыж... Святая Дева Мария, - Артуро сплюнул на сухую пыльную землю, - Слушайте меня! Амадо, возьми двадцать парней и иди на штурм дома! Керро, а ты обойди его справа и попробуй забраться на крышу! Остальные прижмите огнем сраных гринго внутри!
  В тот момент, когда штурмовой отряд пересекал плац, деревянные створки одного из окон на втором этаже распахнулись, в проем высунулся стрелок с пулеметом и открыл огонь длинной на всю ленту очередью. Прежде чем его удалось достать, пулеметчик уничтожил штурмовой отряд практически полностью.
  Когда пулеметный огонь прекратился, Артуро выкрикнул - 'Вперед', и первым побежал к дому, стоявшие рядом с ним люди бросились следом за ним. Оказавшись у дверей под навесом здания, Артуро услышал стрельбу, доносившуюся изнутри.
  'Быстрее, поддержим Керро!'. Заложив у дверей связку динамита, Артуро и его люди разбежались в стороны в поисках укрытия. Взрыв разнес двери в щепки и разрушил часть стены. Диас прошел сквозь облако пыли внутрь. На первом этаже был только один охранник, и его убило взрывом. А вот на второй этаж пробиться получилось только благодаря Керро, который отвлек на себя большую часть защитников.
  'Не пристрелите генерала!' - выкрикнул Диас и первым вбежал на лестницу. Оказавшись на площадке между этажами, где лестница делала крутой поворот на девяносто градусов, он резко остановился и вскинул револьвер. Прозвучал выстрел, Артуро отбросило к стенке, рука сжимающая револьвер опустилась, и он стал заваливаться на бок. Следовавшие за ним бойцы, подхватили своего командира и на руках вынесли его из дома. Что происходило дальше, Артуро только слышал. Его усадили на улице у взорванной двери, откуда он тихим голосом раздавал указания. 'Где генерал?' - неустанно повторял он. К нему подбежал Антонио и наклонившись сказал:
  - Генерал у нас, что дальше, командир?
  - Прекрасно, - почти шепотом ответил Артуро, изобразив на лице некое подобие улыбки, - Уходим, к 'Пещере коз'.
  - Но это на север, - возразил Антонио.
  - Плевать.
  После атаки на лагерь от отряда осталось шестнадцать человек, если считать Терезу и пятерых стрелков, которые были с ней. Люди Артуро уходили пешком, таща на себе еле дышащего командира и захваченного генерала. Потери 'Духов' были настолько велики, что о проведении новых операций не могло быть и речи. Оставалось надеяться только на то, что за пленника хорошо заплатят, и полученных денег хватит, чтобы протянуть до того, как удастся собрать новый отряд.
  
  17 мая. Ночь. 'Пещера коз'. Тереза Рубио.
  
  Об укрытии контрабандистов среди холмов слышал весь криминальный мир Хуареса, примерное место нахождения знали немногие, а дорогу только единицы. Артуро, был одним из тех, кто мог найти путь к пещере с завязанными глазами, он знал каждый камень в округе, и если бы не его рана, он уже бы довел своих людей до укрытия.
  Петляя среди оврагов и холмов, усталые и израненные 'партизаны' старались как можно дальше убраться от лагеря американцев. Когда до пещеры оставалось меньше половины пути, пленник вырвался и попытался сбежать, далеко ему уйти не удалось, в темноте он налетел на камень и свалился в овраг, по которому когда-то с холмов спускался ручей. После неудачного падения идти самостоятельно генерал не смог и его пришлось тащить, взяв под руки.
  Трех часовой переход стоил членам отряда последних сил. Запал боя прошел, место него навалилась жуткая усталость. Хуже всего было Артуро, он потерял много крови и был очень слаб.
  - Как ты, Артуро? - тихим голосом спросила Тереза.
  - Еще повоюем, Терезита, еще повоюем, - ответил он шепотом, - Антонио, - прохрипел он следом.
  - Команданте, не говори, береги силы.
  - Не могу больше, остановись.
  Тереза поднесла к пересохшим губам Артуро, флягу с водой, он сделал пару глотков и закашлял. Антонио опустил, полусознательного командира на, еще не остывшей после дневного зноя, камень и скомандовал всей группе 'привал'. Диас завалился на спину и, словно находясь под гипнозом, уставился на звездное небо. Тереза склонилась над ним и попыталась расстегнуть куртку, чтобы осмотреть рану, но Артуро из последних сил левой рукой оттолкнул ее в сторону и жестом подозвал Антонио, который стоял в стороне, не отводя взгляда от своего командира.
  - Антонио, слушай и запоминай. Видишь созвездие скорпиона? - практически неслышно спросил Артуро.
  - Да, команданте.
  - Смотри на звезду в его хвосте, иди на нее. Когда пересечешь высохшее русло, держись правого склона холма, ищи там место, где сошел оползень. Как найдешь, спускайся по слону, там внизу в зарослях акации и будет вход в пещеру. И еще, если я не переживу эту ночь переходите границу найдите в Колумбусе антиквара, его лавка напротив почтового отделения, скажите, что вы от меня, дальше он знает что делать.
  - Артуро... - начал, Антонио, но Диас прервал его на полуслове, - Молчи, подними меня и идем дальше.
  Диас, повиснув на плечах Антонио и Терезы, еле перебирая ногами, продолжал указывать путь ровно столько, насколько хватило сил. Когда до пещеры оставалось не больше пары сотен метров, он сделал глубокий вздох и отключился.
  - Аккуратней, аккуратней, заносите его, - эхом отразились от сводов пещеры слова Терезы. Артуро положили на разбросанную по земле солому, Тереза опустилась на колено и попыталась нащепать пульс, но ей это никак не удавалось.
  'Тереза, он мертв', - сказал Антонио, подойдя и положив ей руку на плечо. Она повернула голову, по ее щеке катилась слеза. Тереза всегда знала, что рано или поздно их авантюра будет иметь именно такой конец. Она провела грязной рукой по щеке, смахивая слезу, и, поднявшись, молча вышла на улицу.
  Ночь в этих местах это время жизни, прохладный ветерок трепал ее волосы, в кустах стрекотали цикады, из-за холмов доносился приглушенный вой койота. Она стояла и смотрела вдаль, вдыхая ночной воздух, наполненный едва уловимым запахом акации, растущей среди камней и скрывающей вход в пещеру.
  
  17 мая. Ночь. 'Пещера коз'. Доктор Мануэль Ерраро.
  
  - Родриго, проснись, - затараторил Мануэль, тряся спящего товарища за плечи.
  - Что слу...? - выпалил Родриго, вскочив, с разбросанной по земле соломы. Закончить фразу ему не позволил Мануэль, закрыв рот.
  - Тише, там кто-то идет.
  Родриго прислушался и действительно со стороны входа в пещеру доносились едва различимые обрывки фраз.
  - Доктор, быстрее берите лампу и давайте за мной ко второму выходу.
  Мануель, неуклюже развернувшись, последовал за товарищем. К их несчастью, место выхода из пещеры они наткнулись на завал из камней.
  - Видимо со времен вашего детства, здесь многое изменилось, сеньор Веласко, - съязвил Мануэль.
  - Тсс... доктор, - приложив палец к губам, сказал Родриго, - К тем валунам, быстро, и погасите пламя.
  Мануэль хлопнул ладонью по маленькому язычку пламени, тени, отбрасываемые на огромные валуны, в одно мгновение исчезли, и вокруг наступила непроглядная темнота, было только слышно, как в углу монотонно разбиваются о камень капли воды, падающие со свода пещеры вниз. Будто загнанные звери, двое, еще два дня назад не знавших друг друга солдат вжались в холодную сырую каменную стену, боясь даже лишний раз вздохнуть.
  Сначала они только слышали голоса, о чем разговаривали незваные гости, было не разобрать, звук отражался от каменных стен и искажался. С уверенностью можно было сказать только то, что говорили визитеры по-испански и, скорее всего, являлись контрабандистами.
  Спустя пару минут в той части пещеры, где еще пять минут назад находились доктор с сотоварищем, зажглись лампы. Языки пламени играли с тенями и рисовали причудливые узоры на стенах, и после кромешной тьмы казались ярче солнца. Мануэль потерял счет времени, ему казалось, что он сидит неподвижно уже несколько часов, хотя, скорее всего, прошло не больше получаса, еще он чувствовал, как немеет нога, которую он очень неудобно подвернул под себя. Доктор, попытался сменить позу, он медленно начал приподниматься, но затекшее тело отказывалось его слушаться, на мгновение он потерял равновесие, и чтобы не завалиться назад ухватился рукой за край валуна, за которым он скрывался. Небольшой камень, с глухими ударами отскакивая от покатой поверхности, скатился на землю. Спустя секунду наступила тишина, разговоры прекратились, даже казалось, что вода перестала капать с потолка. Сразу после этого по стене заметались тени и послышались приближающие шаги. Родриго с упреком посмотрел на доктора и первым вышел из укрытия, подняв вверх руки. 'No dispare ! No dispare!' - выкрикнул Веласко, - 'Мы не гринго, мы мексиканские солдаты, не стреляйте!'.
  
  17 мая. Ночь. 'Пещера коз'. Тереза Рубио.
  
  'Тереза, зайди внутрь!' - послышался голос Антонио, доносившийся из пещеры. Девушка, взглянула на звезды, за тем зачем-то на часы и, развернувшись, вошла в темный проход. Внутри, освещенные тусклыми огоньками стояли двое мужчин, с поднятыми руками, на которых был направлен десяток стволов.
  - Что здесь происходит, кто они такие? - спросила удивленная Тереза. Один из мужчин открыл рот, чтобы ответить, то ему не дали произнести ни слова. С криком 'заткнись!' к нему подбежал Пабло и упер ствол револьвера ему в лоб.
  - Говорят, что военные, а так хрен их знает. Что будем делать с ними Терезита? - спросил Антонио.
  - Пристрелим их! - Вмешался в разговор Пабло.
  - Нет, нет! - процедил сквозь зубы, испуганный Мануэль, - У вас раненые, я доктор, я помогу.
  - Заткнись, врач! - выкрикнула Тереза, - Пабло, Антонио, хватит смертей на сегодня, давайте свяжем их, а утром уже решим, как с ними поступить.
  - Это нам теперь их еще и сторожить, - возмутился Пабло.
  - Тебе все равно этого сторожить, уймись, - ответила Тереза, показывая пальцем на сидящего в углу пленника.
  Всю троицу усадили в дальнем углу пещеры, приставив к ним двух охранников. У входа в пещеру посадили часового, а остальные разместились кто где, и спустя полчаса, все пространство пещеры заполнил храп и сопение, доносящиеся со всех сторон.
  Тереза поднялась с первыми лучами солнца и, пнув задремавшего на посту часового, выбралась из убежища. Воздух был еще пропитан ночной прохладой, на той малочисленной растительности, которой могли похвастаться эти пустынные земли, появились маленькие капли росы. На большом, гладком камне сошлись в смертельной схватке два скорпиона. Тереза закинула голову и, закрыв глаза, сделала большой вдох. 'Здравствуй новый день, что ты принесешь нам?' - тихо произнесла она и достала из поясной сумки, тонкую скрученную сигарету. Она каждый раз обещала себе бросить, но вредная привычка раз за разом брала верх. Сегодня Тереза оправдывала свою слабость тяжестью прошедшего дня. Закурив, она села на камень, обхватив рукой правое колено, и выпуская клубы дыма, слушала ветер. Из головы не выходила смерть Артуро, она не любила его, скорее для нее он был символом той свободной жизни, которой она жила последние годы. Еще ее пугала неизвестность, у их командира всегда был план, даже когда ситуация казалась безнадежной. А теперь, что будет дальше с отрядом, с ней? Как дальше действовать? Куда им податься? - на эти вопросы у Терезы не было ответа, и это наводило тоску. Не докурив, она бросила сигарету на землю и направилась поднимать остальных.
  Со словами: 'Подъем, утро на дворе', Тереза вошла в прохладную пещеру. Бойцы, отряда нехотя ворочались и потягивались, недовольно бормоча что-то себе под нос. Антонио приоткрыл один глаз, взглянул на возвышающуюся над ним фигуру Терезы и, зевая во весь рот, стал медленно подниматься.
  - Тереза, ну зачем ты так громко кричишь, ребята устали, мы никуда не спешим. Еще пару часов могли поспать, - возмутился Антонио, разминая затекшую спину.
  - Нам отсюда убираться надо куда подальше, а тебе лишь бы поспать.
  - Сон - это единственное, что у нас осталось, - парировал Антонио, - если уж у тебя шило в заднице, то буди своего друга Пабло и посмотрите, что твориться на втором шоссе.
  - Я не поняла, а что это ты тут вдруг раскомандовался?
  - Ой, извини, не знал, что тебя назначили тут главной, - засмеялся Антонио и сместил правую руку ближе к револьверу на поясе. Тереза, сделала вид, что не заметила это, молча отвернулась и подошла к Пабло. 'Жду тебя на воздухе', - сухо произнесла она. Пабло кивнул и, поправив кобуру на поясе, пошел следом за девушкой.
  'Это мы еще посмотрим, кто тут главный, дай только время!' - еле слышно, сквозь зубы произнесла разъяренная Тереза.
  - Терезита, что это было? - шепотом спросил Пабло, когда они вышли из пещеры.
  - Антонио забылся, по-моему, - злобно ответила она.
  - Что будем делать, с ним? Я точно могу сказать, что братья Рамос и Матео поддержат тебя, ну и я.
  - Спасибо, Пабло, но пока рано, пусть этот индюк думает, что он командует. Выберемся из этого переплета, а там уже и посмотрим. А сейчас давай пока не навалилась жара, проверим шоссе на севере и взглянем на город-призрак.
  - Ты дорогу-то найдешь? - в шутку спросил Пабло. Тереза бросила на него недобрый взгляд, и как нерадивому ученику ответила:
  - Паблито, солнце, где встает? Правильно на востоке. Это вот там, а значит на север вон туда, между холмов, усек.
  - Тереза, да я так просто...
  - Помолчи лучше, просто он, - огрызнулась девушка и, замотав лицо хлопковым платком, пошла вперед.
  Путь занял полтора часа. Шоссе номер два пролегало по долине с востока на запад. Когда-то в уже забытые времена в десяти километрах севернее проходила граница двух государств. Впереди лежала высушенная солнцем долина, даже скорее пустыня, единственным местом, где можно было бы найти укрытие, был город-призрак Лос Триос. Конечно, можно было попытать счастья в разрушенной вертикальной ферме, которая даже отсюда, сквозь дневное марево, играла на солнце своим полированным скелетом. Или на брошенном таможенном терминале на 'старой' границе. Проблема заключалась лишь в том, что они были далеко и в отсутствии транспорта путь до них становился серьезным испытанием.
  - Пабло, ты слышишь? - настороженно спросила Тереза.
  - Не уверен, но, кажется, да.
  - Бегом, к тем кустам! - подтолкнув Пабло в сторону зарослей агавы, выкрикнула Тереза.
  Шум усилился, теперь уже можно с уверенностью сказать, что это был звук двигателя. Через пять минут на горизонте показалось блестящее на солнце темное пятно, а спустя еще минут десять по дороге на большой скорости проехал грузовик в сопровождении двух автомобилей охраны. Все бы ничего, только ни Пабло, ни Тереза никогда не видели таких. Огромная махина, метров пятнадцать длиной, с полированным обтекаемым кузовом, без единого окна.
  - Ты видела? - с интонацией восторженного ребенка спросил Пабло.
  - Да. Понятия не имею что это, если ты об этом, - как-то совсем буднично ответила Тереза.
  - Не ну ты же видела это тоже, это же не мираж? - не успокаивался Пабло.
  - Да, Пабло я это видела, ты удовлетворился?
  - Вот это да, вот расскажем кому, ведь скажут, что мы напились или перегрелись на солнце.
  - Послушай, мы не будем об этом никому рассказывать, пока. Ты меня понял?
  - Хорошо, хорошо Терезита, но...
  - Все закрыли тему, 'но' здесь быть не может.
  - Все, все молчу. Пойдем дальше? - задал вопрос Пабло, поднимаясь из кустов. Но Тереза дернула его за рукав, потянув к земле. - Стой, не спеши, давай подождем.
  Тереза лежала с часами в руках и погладывала то на них, то на дорогу, за сорок минут, что они провели в кустах, по дороге проехало два патруля, с промежутком в пятнадцать минут.
  'Ждем третий и идем в Лос Триос', - сказала Тереза, не отрывая взгляда от дороги. Следующий патруль появился на горизонте через двенадцать минут. Дождавшись, когда машина исчезла из виду, двое уже заметно взмокших товарища выбрались из кустов и, вернувшись на несколько сотен метров назад, направились на запад, двигаясь параллельно шоссе.
  Лос Трио, хоть и звался городом-призраком, брошенным, назвать было нельзя. Этот, скорее поселок, облюбовали бандиты и контрабандисты всех мастей с обеих сторон границы. Случались здесь и перестрелки, так что следовало держать ухо востро. Артуро иногда, использовал его для отдыха, поэтому общая планировка и расположение зданий были знакомы Терезе и Пабло.
  Они аккуратно прошли между зданием почты и школой, добежали до стоянки грузовиков, внимательно осмотрели дорогу, занесенную песком, в поисках свежих следов, а затем побежали, к одноэтажному одиноко стоящему дому, с частично обрушенной стеной, в подвале которого Артуро обычно устраивал лагерь. Осмотревшись по сторонам, Пабло откопал из горячего песка веревку и, перебросив ее через плечо, оттащил тяжелый лист фанеры, открывая спуск в подвал. Тереза вынула из кобуры револьвер и, перехватив его поудобней, первой спустилась вниз. После палящего солнца, темный, прохладный подвал казался настоящим раем. Бросив на грубо сколоченную лавку шляпу и сняв с головы шарф, закрывавший лицо, она подошла к дальней от входа стене, у которой стоял стеллаж. Отодвинув его, Тереза открыла проход во второе помещение подвала, нащупав на стене выключатель, она щелкнула им, тусклая лампа зажглась под потолком и тут же погасла. 'Вот черт, панели занесло песком, проклятая пустыня', - подумала она.
  - Пабло, поднимись наверх, очисть солнечные панели на крыше.
  - Сделаю Терезита, - послышалось из темноты.
  Спустя полчаса, батареи подзарядились, и тусклый свет осветил небольшую комнатку в подвале. Все пространство вдоль стен заняли верстак и широкие лавки, на которых можно было даже спать.
  Пабло достал из-за пазухи тряпичный кулек и развернул его на лавке.
  - Перекусим? - спросил он.
  - Не откажусь, - Тереза уселась рядом, и, схватив кусок вяленой козлятины, начала медленно его разжевывать.
  - Пабло, у меня появилась безумная идея, - продолжая жевать, сказала Тереза, - Без машины мы далеко не уйдем, верно?
  - Скорее всего, ты права.
  - Хорошо, идем дальше. Где нам взять машину?
  - Ты у меня спрашиваешь? - испугано ответил вопросом на вопрос Пабло.
  - У тебя, ты видишь здесь кого-то еще?
  - Понятия не имею.
  - Эх, Пабло, как тебе не хватает фантазии. Ты сегодня видел аж целых три патруля гринго. Чем тебе не транспорт?
  - Ты предлагаешь напасть на патруль?
  - Ну, наконец, дошло.
  - Ты с ума сошла! - выкрикнул Пабло, - у них наверняка в машинах стоят рации, не пройдет и часа, как нас найдут и всех перестреляют.
  - Значит надо сработать настолько быстро, чтобы они не успели ею воспользоваться.
  - Проще сказать, чем сделать.
  - Все просто, у меня уже есть план. А пока возвращайся в пещеру и приведи сюда этого кретина Антонио и остальных ребят, я останусь здесь. Дорогу, надеюсь, сможешь найти?
  - Найду, - ответил Пабло.
  - Вот и славно.
  
  18 мая. Лос Триос.
  
  Пленников, связанных между собой, вели по ухабистой равнине. Первым в линии шел американец, сильно хромающий на левую ногу, за ним следовали доктор и Родриго. После часового перехода под палящим солнцем, Мануэль почувствовал себя дурно: перед глазами замерцали звезды, появился шум в ушах, ноги стали ватными. Поначалу он держался, старательно переставлял ноги, стараясь не оступиться на камнях, но в какой-то момент земля перед ним стала расплываться, он, уже не контролируя свое тело, стал заваливаться на бок. Родриго среагировал практически мгновенно, он подскочил к товарищу и, схватив доктора связанными руками, смягчил падение.
  'Воды, дайте ему воды', - Выкрикнул Родриго, охрипшим от пересохшего горла, голосом. Шедший справа, охранник со словами - 'две минуты, иначе пристрелю', небрежно бросил флягу с водой. Родриго, дрожащими руками открутил крышку и, достав из бокового кармана изорванного кителя шелковый платок, вылил на него часть содержимого фляжки и стал смачивать лоб Мануэль. 'Доктор, только не отключайся, слушай мой голос' - приговаривал Родриго. Он усадил Мануэля и поднес к его губам флягу с водой. 'Не спешите, сеньор Доктор, маленькими глотками', - продолжал он. - Вам сейчас надо подняться и идти дальше, вы меня понимаете?
  - Понимаю, - еле складывая буквы в слова, ответил Мануэль и, опираясь на Родриго, начал подниматься на ноги. Дальнейшую дорогу он не помнил, перед глазами стояла, слившаяся воедино, полоса из песка и камней. Первое, что начал осознавать Мануэль, было то, что он сидит на полу в прохладном темном помещении. Голова раскалывалась от боли, ощущение было такое, будто ей весь день заколачивали гвозди. В стене справа был проход, из которого пробивался свет и доносились голоса. Находящиеся там люди ругались, временами переходя на крик. Доктор огляделся, выхватив взглядом из полутьмы силуэт человека напротив.
  - Сеньор Родриго? - испуганным, по-детски высоким голосом спросил он.
  - Да, доктор, вам полегчало?
  - Где мы?
  Родриго не успел ответить, в помещение вошел один из бандитов и, с криком 'А ну заткнулись!', ударил ногой по лавке, на которой тот сидел.
  В соседнем помещении разгорался спор. Тереза, переходя на крик, настаивала, что предлагаемый ею план, это единственная возможность выбраться. Антонио, наоборот называл его откровенным безумством, подвергавшим опасности всю группу. После двадцати минут безрезультатной ругани Антонио сдался, и обратился к собравшимся: 'Есть тут идиоты, готовые идите за этой дурной бабой!'. Наступила тишина, только один единственный Пабло сделал шаг вперед, со словами: 'Я идиот, но я ей доверяю'.
  'Еще есть желающие?' - с явным удовольствием выкрикнул Антонио.
  'Да, есть! Я и еще доктор!' - разнесся приглушенный ответ из соседней комнаты.
  В этот момент Антонио и стоящие рядом с ним 'партизаны' разразились громким смехом.
  - Смотри Тереза, тебе повезло. У тебя теперь целая 'команда' добровольцев, - сквозь смех, произнес Антонио.
  - Да даже с ними, шансов выжить больше, чем оставаясь в этой дыре, - выпалила Тереза, показывая рукой на соседнюю комнату. Плюнув под ноги, она развернулась и уверенно вышла в соседнее помещение. Пабло, подхватив стоящий у стены карабин, направился к выходу. Уже находясь в проходе, он оглянулся, посмотрел на ухмыляющиеся лица и, с досадой выдохнув, последовал за Терезой.
  'Пабло, отвяжи их', - сказала она, поднимаясь по ступеням, ведущим из подвала.
  Мануэль, потирая затекшие кисти, неуверенно поднялся по ступеням. Яркий свет резал, глаза. Голова еще кружилась, и он неуверенно стоял на ногах, но едва уловимое чувство свободы придавало ему сил. 'Спасибо', - тихо произнес он. Тереза обреченно посмотрела на его бледное худое лицо и произнесла что-то очень тихо и неразборчиво.
  Мануэль будто завороженный следовал за впереди идущей девушкой, он с трудом выдерживал заданный ею темп и вкладывал остатки сил в каждый свой шаг, только бы не отстать. Чуть позади шел Родриго, а замыкал процессию, похожий на загорелого гнома, коротышка с карабином на перевес.
  'Привал!' - скомандовала Тереза. Услышать эти слова Мануэль мечтал последний час. Он буквально свалился на землю. Родриго сел рядом, и оглядываясь по сторонам, спросил:
  - Доктор, вы как? Выдержите, не большой забег? - шепотом произнес он. Мануэль отрицательно покачал головой.
  - Хватит шушукаться, - выкрикнул Пабло, - Тереза, на кой они нам сдались? Пусть валят на все четыре стороны. Девушка сделала останавливающий жест и обратилась к Родриго:
  - Эй, здоровяк, стрелять умеешь?
  - Умею, причем не плохо.
  - А ты задохлик-доктор?
  - На учениях стрелял, - тихо ответил Мануэль.
  - Ясно. Здоровяк, возьми, покажи, что умеешь, - с этими словами Тереза протянула Родриго револьвер. Пабло сделал шаг в сторону и взял в прицел карабина капитана Веласко.
  - Видишь те кактусы? - спросила Тереза.
  - Вижу.
  - Пять из шести попадешь, и мы поговорим. Если нет, вы мне не нужны.
  Родриго взвел курок, поднял револьвер на уровень глаз и, сделав выдох, произвел шесть выстрелов. Все шесть пуль достигли своей цели. Капитан взял револьвер за ствол и протянул его Терезе, - Так нормально?
  - Сойдет для любителя. А теперь слушай, за этим склоном шоссе, по нему каждые пятнадцать минут катаются патрули. От дороги до ближайшего укрытия восемьсот метром ровной как стекло поверхности. Я лягу на дорогу, тебя здоровяк закапаем в песок у обочины. Когда очередной патруль остановиться и гринго выйдут из машины, Пабло выстрелит из укрытия - это и будет сигнал для тебя. Ты должен не дать им вернуться в машину, так что не промахивайся. И еще один момент, доктор останется с Пабло, вздумаешь глупить, и он его пристрелит, ну а потом и тебя. Все понятно?
  - А если они не остановятся?
  - Если не остановятся, то не остановятся, что об этом говорить.
  - Теперь в части засады все понятно, а вот что будет потом не совсем.
  - О чем ты?
  - Что будет со мной и доктором, если мы вам поможем?
  - Хм... Мы довезем вас до ближайшего населенного пункта, а дальше вы будете предоставлены сами себе. Устроит?
  - Более чем.
  - Вот и отлично. Что вы расселись, идем, - сказала Тереза, заботливо складывая гильзы, извлеченные из револьвера, в поясную сумку.
  До места засады было полчаса пути. Вся четверка укрылась в зарослях агавы, где этим утром прятались Пабло и Тереза. Пропустив два патруля, чтобы еще раз замерить промежутки времени между ними, Тереза сняла с себя кожаное короткое пальто, оставшись в белой тонкой льняной рубашке, и распустила пучок, черных как уголь волос. Затем она одной рукой схватила за запястье доктора, а быстрым движением второй, достала из сапога небольшой нож и разрезала ладонь доктора. Он дернулся, попытался убрать руку, но безуспешно, Тереза держала его мертвой хваткой. Со словами 'должна же от тебя быть хоть какая-то польза', она прижала окровавленную руку белой рубашке в районе груди и сильно сжала ладонь, чтобы усилить ток крови. Закончив, она отпустила руку доктора, повернулась к Родриго и сказала 'теперь идем'.
  Добежав почти до самой обочины, Тереза отдала револьвер капитану. Родриго лег на горячую землю, накинув сверху на голову, куртку Терезы, а она начала набрасывать на него сверху песок. Получилось не очень, но расчет был таков, что из машины, еще и на приличной скорости, патруль не сможет разглядеть неладное. Сама она легла посередине дороги, таким образом, чтобы первое, что увидели солдаты из патруля, была ее перепачканная кровью грудь.
  Патруль показался через три минуты, новый большой четырехместный пикап 'Бизон', из тех, что недавно стали поступать на вооружение техасцев, несся со скоростью 50 миль в час, стремительно приближаясь. Сердце Терезы безудержно билось в груди, норовя вырваться из груди. От страха она закрыла глаза и задержала дыхание. Когда, она уже реши, что это конец, раздался скрип тормозов. Машина остановилась, она услышала, как открылись двери, а затем удары тяжелых ботинок об асфальт.
  Из машины вышли двое. Солдат, сидевший на пассажирском сидении, направил винтовку на лежащую на дороги девушку и медленно, оглядываясь по сторонам, пошел в ее сторону. Водитель, прикрывшись открытой дверью, страховал напарника. Когда расстояние между Терезой и патрульным составило меньше метра, раздался выстрел. В тоже мгновение Родриго выскочил из укрытия и сделал два выстрела в водителя. Тот выронил винтовку и завалился на водительское сидение. Второй солдат развернулся на звук выстрела, но было поздно, Родриго уже поймал его голову в прицел и нажал на спусковой крючок. Тяжелая пуля ударила в лоб над правым глазом, отбросим несчастно на обочину.
  Тереза вскочила с асфальта, подбежала к лежащему рядом бездыханному телу и отточенными движениями начала обшаривать карманы убитого. 'Что застыл, обыщи водителя и закидывай его тело в кузов!' - бросила она Родриго. Собрав с тел убитых оружие, патроны, и немного денег, незадачливые налетчики закинули трупы в кузов и поспешили убраться с дороги до появления очередного патруля.
  Родриго усадили за руль, рядом села Тереза, а Пабло и Мануель залезли на заднее сидение.
  - Куда? - спросил Родриго.
  - Поезжай по дороге, через два километра сверни с нее на север.
  Родриго нажал на педаль газа и автомобиль, легко и непринужденно набрав скорость, устремился вперед.
  По дороге трехтонная махина ехала, как по рельсам, но оказавшись на бездорожье, ее начало нещадно трясти. Родриго сжимал руль обеими руками, лавируя между камнями. Через двадцать минут заговорила рация: 'Койот двенадцать, Вегасу, прием!', доносилось раз за разом из динамика. Рация не унималась, запрос повторялся каждые две минуты.
  - Здоровяк, ты вроде военный? - спросил Пабло.
  - Вроде военный, - ответил Родриго.
  - Тогда скажи, могут наше местоположение вычислить по рации?
  - Думаю, нет, мы таки штуки делать не умеем.
  - А гринго?
  - Откуда мне знать, может быть, сам у них спросишь, - ответил раздражено Родриго, ткнув пальцем в рацию.
  - А ты тут ... давай, не выступай.
  - Закончили? - строго спросила Тереза, посмотрев пронзительным взглядом сначала на Пабло, а затем на Родриго, - Здоровяк, рули к тем руинам, и выруби ты эту рацию.
  На горизонте, словно гора, возвышалась разрушенная ферма. От нее осталось только бетонное основание и каркас из стали и полимеров, остальное десятилетиями растаскивалось местными жителями и заезжими искателями артефактов. После того, как установки 'Деметры' отключились, в мире появились целые банды занимающиеся поисками технологий и устройств, которые можно восстановить.
  Чем ближе они подъезжали к руинам, тем выше и выше они казались. Веласко, аккуратно лавируя между камней и завалами из обрушившихся конструкций, медленно закатил внедорожник во чрево стального чудовища.
  Несмотря на то, что от фермы остался фактически один каркас, изнутри строение производило неизгладимое впечатление. Сводчатые пролеты полированного металла образовывали рвущиеся ввысь своды, увенчанные на самом верху конусовидным куполом. В самом центре постройки, будто стальной змей, вырвавшийся из земной тверди и устремившийся к облакам, высилось то, что осталось от шахты лифтов. В северной части фермы раскинулся сад из сухих стволов погибших более двадцати лет назад плодовых деревьев. На двух из них, неизвестные, то ли в шутку, то ли для чего-то еще, развесили разноцветные лоскуты. На некоторых этажах, бывших этажах, сохранились остатки полов, видимо мародеры не смогли до них добраться. Как рассказывал, Артуро, севернее Финикса половина домов перестраивалось из материалов добытых с промышленных объектов, построенных до катаклизма. Особенно ценились керамические плиты, и мультиаксиальное углеродное волокно - карбоновая ткань. И тот, и другой материал использовался при строительстве ферм, и когда-то здесь его было в изобилии. Керамические плиты, из которых здесь были сделаны межэтажные перекрытия и полы, шли на строительство стен, и очень ценились за прочность и небольшой вес. Вся четверка выбралась из машины, разминаясь и потягиваясь, после поездки по пустыне, которую сложно назвать приятной.
  Тереза, уже вжившись в роль лидера группы, приступила к раздаче указаний. Первому досталось Пабло, которого она отправила в 'сухой сад' собрать веток для костра. А Мануэлю и Родриго досталась работенка погрязнее.
  - Здоровяк, держи, - с этими словами Тереза всучила в руки Родриго складную саперную лопату, которую она нашла в кузове.
  - И что мне с этим делать? - недоуменно спросил капитал Веласко.
  - Вот ты ... тупой! Бери доходягу доктора и бегом закапывать трупы патрульных, они к утру уже начнут вонять.
  Родриго посмотрел на нее исподлобья, уже приоткрыл рот, чтобы сказать, что он обо всем этом и о ней, в частности, думает, но в последнюю секунду решил промолчать, и молча взяв под локоть доктора, подошел к заднему борту внедорожника.
  Вроде бы и пустыня, а сухая земля поддавалась с большим трудом. Копал в основном Родриго, Мануель сменял его редко и ненадолго. Могила получилась неглубокой, примерно сантиметров шестьдесят, на большее уже не хватало сил, да и не нужно это было. Тела сбросили вниз и присыпали сверху небольшим слоем песка вперемешку с серой землей.
  Под небольшим навесом и кусков пластика, разгорался маленький костерок. Тереза, усевшись на капот, чистила револьвер, а Пабло устроил тщательный обыск автомобиля.
  - Терезита, ты только взгляни на это чудо, - восторженно выкрикнул Пабло, доставая из ящика в кузове что-то тяжелое. Тереза спрыгнула с капота, и обошла машину.
  - Что там? - спросила она.
  - Новенький 'Громовержец', да еще и с оптикой, - сиял от радости Пабло, - Смотри! - он, откинув сошки, поставил на крышу единый ротный пулемет, который стоял на вооружении у американцев.
  - Сколько за такой дадут? - первым делом спросила Тереза.
  - Да такой даже продавать жалко. Из него и не стреляли толком.
  - И все же...
  - Если сдать Гильермо, то думаю тысяч десять песо. А если самим поискать покупателя, думаю, можно и унций пять серебра выторговать.
  - Большие деньги, - резюмировала Тереза.
  - Угу ..., только жалко такую машинку отдавать, смотри все ровненько, ни одного зазора, с любовью сделано, - продолжил восхищаться пулеметом Пабло.
  - Ладно, рано еще прибыли считать, мы еще не выбрались.
  - И я о том же, Терезита. Он нам еще послужит. Да я ..., да из такого ..., - не унимался переполненный эмоциями Пабло.
  - Ладно, ладно, Паблито, я тебя поняла, что там еще интересного?
  - Патроны! Ящик 6-милиметровых! Аптечка, две канистры с водой, иии ..., ужин! - Пабло вытащил картонную коробку с шестью дневными рационами внутри, - Вот это прям праздник сегодня какой-то. Тут курятина с бобами! Лучше и быть не могло!
  Пабло выбрался из кузова и бегом направился к костру, одной рукой обхватив картонную коробку с рационами, а во второй неся канистру с водой. Тем временем, Тереза, выудив из ящика аптечку, подошла к сидящему в сторонке доктору.
  - Перевяжи ладонь. Сам, надеюсь, справишься? - девушка протянула аптечку и, не дожидаясь ответа, развернулась и пошла назад к машине.
  У костра колдовал Пабло, через двадцать минут он, в свойственной ему манере, пригласил всех испробовать приготовленный им ужин. В обычной ситуации, баланду из фасоли с маленькими кусочками курицы, обильно приправленных острым кайенским перцем, сложно было назвать кулинарным шедевром, но после дня, полного беготни с пустым желудком под испепеляющим солнцем, они готовы были съесть все что угодно.
  Ночью, над фермой дважды пролетал самолет, заставляя вскакивать и хвататься за оружие. Уже к утру, когда солнце еще не встало, а воздух был наполнен ночной прохладой, Тереза разбудила своих спутников.
  - Хватит дрыхнуть, пора выдвигаться, - крикнула она, а потом, для пущего эффекта еще и свистнула. Девушка, вытащила из-за пазухи старую, полную пометок карту и разложила ее на земле.
  - Здоровяк, мы примерно здесь, плюс-минус пара километров, а нужно нам вот сюда, - Тереза ткнула пальцем на небольшой городок Колумбус.
  - Терезита, - вмешался, сонный Пабло, - Это на северо-западе. Зачем нам углубляться в территорию гринго? И машину тогда придется бросить, а она не малую ценность представляет.
  - Во-первых, как ты на ней предлагаешь пересечь линию фронта? А во-вторых, Артуро перед смертью сказал Антонио, что пленного генерала надо передать какому-то антиквару, в Колумбусе. Думаю, этот антиквар и есть наш шанс выбраться из этой переделки.
  За руль снова посадили Родриго, он не спеша вел, автомобиль в предрассветной мгле, фары он не стал включать, боясь быть обнаруженным с воздуха. Спустя четыре часа пути в машине кончился бензин. Раздосадованный Пабло водрузил себе на плечи трофейные пулемет и винтовку. Ящик с патронами пришлось нести на себе Родриго, ну а доктор, как самый не подготовленный нес провиант и канистру с водой. Тереза, на правах старшей, взяв карту, шла впереди налегке. Группа, шла с частыми остановками на отдых, и хотя до города оставалось километров двадцать, путь до него занял весь оставшейся день. Последний привал они сделали у заброшенного карьера, в паре километрах от города.
  - Здоровяк, доктор, - крикнула Тереза, - Вот населенный пункт, можете быть свободны, дальше каждый сам по себе. Валите!
  Дождавшись, когда Родриго и Мануэль отошли на достаточное расстояние, Тереза сказала, Пабло чтобы он спрятал оружие и патроны.
  Укромных мест в карьере было немало, на поиск подходящего и маскировку схрона ушел примерно час. Умаявшейся за день Пабло пыхтел как паровоз, орудуя лопатой и засыпая трофеи. - Ну как так можно поступать с отличным оружием, - причитал он на протяжении всего процесса, но место сочувствия и поддержки он слышал только нагоняй от Терезы, которая стояла на возвышенности и рассматривала город через бинокль.
  - Вух... Закончил, - сказал Пабло, вытирая грязным рукавом пот со лба.
  - Умница, поцеловала бы тебя, если бы ты не вонял как ослица, - шутливым тоном, сказала девушка, заставив покраснеть даже смуглого мексиканца, - Пабло, кстати, твой золотой запас еще с тобой?
  - А где же ему еще быть, - похлопал он себя по поясу.
  - Хорошо, он скоро понадобиться.
  Мысль о том, что придется расстаться со своими накоплениями сильно коробила Пабло. Он помрачнел и за весь путь до города не проронил ни слова.
  
  19 мая. Колумбус, Техасская Республика. Мануэль Ерраро.
  
  Город, к которому в своих злоключениях приближались двое товарищей, был отстроен недавно, как говориться в чистом поле.
  После землетрясения 2045 года, 'старый' Колумбус был полностью разрушен. Тогда власти решили, что отстроить город заново будет выгоднее, чем восстанавливать старый. Хотя он и считался небольшим и предполагал, что всем будут жить не более двухсот тысяч жителей, по меркам старого мира это было очень мало, новый город строили с размахом, используя самые последние технологии того времени. Вся инфраструктура города была выстроена под землей, на поверхности были только пешеходные бульвары и парки. Дома строились из расчета на полную автономность, стены представляли собой солнечные панели, а на последних этажах располагались оранжереи. После катастрофы подземную часть города занесло, оранжереи погибли, а современные панели, напичканные электроникой, не подлежали восстановлению. Город бы погиб, если бы не местный герой, памятник которому теперь установлен в центре.
  Генри Итэнхор, был в городе главным инженером, и когда случился коллапс, он с группой инициативных граждан, по старым картам и чертежам, хранившимся в городской библиотеке, начал восстанавливать инфраструктуру. Первым делом они стали рыть колодцы, и вместе с водой в город вернулась надежда.
  Сейчас Колумбус разделен на три условные части, 'Старый город', в котором живет преимущественно местная элита, и располагаются административные службы, район 'Грейсэндс' и совсем молодой одноэтажный пригород, застроенный хаотично, без какого-либо плана - 'Стиллгрув', как его еще называли местные 'Район красных фонарей'. Весь криминальный и полукриминальный мир сконцентрировался именно там. И именно с него и началось знакомство Мануэля и Родриго с этим, надо сказать не самым плохим, городом нового мира.
  Население города было разношерстным. В нем жили и гринго, и мексиканцы и индейцы. Так что, два латиноса не выделялись из общей массы. Единственное, что Родриго снял с себя армейскую куртку, которая могла их выдать.
  Жизнь в городе кипела. Вечерние часы, приносящие прохладу, были тем временем, когда город оживал. По улицам прогуливался разномастный люд, открытые террасы заведений заполнялись посетителями, из окон доносились крики и смех гуляющей толпы.
  После безжизненной пустыни, город казался центром цивилизации. Двое товарищей бесцельно бродили по его улочкам. Проходя мимо ресторанчиков, запахи из которых вызывали обильное слюноотделение. Даже обычно назойливые проститутки, брезгливо отворачивались от них. О том чтобы зайти в таверну или гостиницу они даже не помышляли, платить им было все равно нечем, и существовала опасность, что бдительный метрдотель сообщит о двух подозрительных мексиканцах местным властям. Они сами не заметили, как покинули район красных фонарей, и вышли к железной дороге. С обеих сторон к ней примыкали склады, мастерские, грузовые дворы и сараи. Улица была пуста и не освещалась, помимо Мануэля и Родриго, единственным живым существом в зоне видимости был блохастый пес, развалившийся на пыльной дороге около синих железных ворот.
  - Переночуем здесь! - уверенно сказал Мануэль.
  - Здесь ..., - развел руками Родриго, - где?
  - Да вот хоть в том сарае, - доктор показал в сторону ближайшего строения.
  - Сеньор, предлагаете вломиться на чужую территорию? - с улыбкой на лице спросил Родриго.
  - Именно это я предлагаю, капитан Веласко.
  - Ну что же, доктор, хуже уже вряд ли будет, видите! - Родриго пропустил Мануэля вперед, а сам пошел следом.
  Перелезть через забор большого труда не составило, вот только сам сарай или склад, был заперт, а на территории кроме навеса, под которым были свалены деревянные паллеты, ничего не было.
  - Что-то мне подсказывает, доктор, что вы выбрали не тот дом, - усмехнулся Родриго.
  - Ха, ха, сеньор капитан, тогда может быть вы готовы поделиться со мной своими измышлениями на тему, где нам провести ночь?
  - Еще бы неделю назад, я, не колеблясь, ответил бы, что в борделе, но учитывая новые обстоятельства, предлагаю вернуть на улицу и попытать счастье за другим забором.
  Место для ночлега нашлось случайно. Вклинившись между двух складов, стояло узкое одноэтажное здание, на фасаде которого красовалась поблекшая вывеска 'Ткацкая Фабрика А.Уильямса'. Здание явно было заброшенным, двери приоткрыты, стекла выбиты, а крыша просела. Внутри, среди пустых деревянных ящиков и гор мусора на старом топчане двое путников и заночевали.
  
  19 мая. Колумбус. Техасская Республика. Тереза Рубио
  
  - Пабло, что ты там плетешься, давай быстрее, - подгоняла Тереза своего спутника. Пабло не ответив, слегка ускорился, вид у него был, будто он добровольно идет на эшафот.
  Несмотря на то что, долги годы шла война, а недалеко проходила линия фронта, город вел мирную жизнь, будто бы ничего и не происходило вокруг. Ни постов, ни патрулей в городе не было. Улицы были полны людей и бурили жизнью. Тереза, прикрыв курткой, багровое пятно на рубашке, которое она сама же вчера и 'нарисовала' кровью несчастного доктора, зашла в первое по пути, явно мексиканское заведения. Увидев ее, бармен оживился и расплылся в улыбке, - Сеньорита... проходите, проходите.
  - Четыре текилы, - затребовала Тереза, устроившись на высоком стуле. Справа от нее взгромоздился Пабло. Бармен просканировал его брезгливым недоверчивым взглядом, но промолчал и налил четыре рюмки.
  Тереза и Пабло синхронно, залпом выпили сначала по первой, а затем сразу и по второй.
  - Слушай, приятель... - обратился Пабло к бармену, - у тебя же тут и комнаты сдаются?
  В ответ бармен лишь кивнул головой в сторону темного коридора. Пабло закряхтел, заелозил на стуле, и через мгновение достал из скрытой полости ремня серебренную монету, - На трое суток... пока.
  Бармен недоверчиво посмотрел на, лежащую на стойке, монету, а затем накрыл ее полотенцем. - Мы принимает, только техасские доллары! - громко он произнес на английском.
  - Ты в этом уверен? - спросила Тереза и сдвинув в сторону полу куртки, обнажив рукоятку револьвера.
  - Две! - мгновенно среагировал бармен.
  Пабло печальным взглядом посмотрел на Терезу, и проделал второй раз все то же самое со второй монетой. Бармен сгреб серебро в ладонь и достал из кармана ключ.
  - Третья дверь справа.
  Пабло спрыгнул со стула, посмотрел своими черными глазами в опухшее лицо бармена и сказал:
  - Выпивка была за счет заведения! Пойдем Тереза.
  Комната была больше похожа на грязный чулан. Она была узкая и вытянутая, окон в ней не было. В углу стояла односпальная кровать, а напротив рассохшейся стол с приставленным к нему стулом.
  - Да, я ему яйца отрежу! - вырвалось у Пабло.
  - Успокойся, Пабло. Лучше чем в пустыне, - с этими словами Тереза подошла к столу и бросила на него куртку.
  Поскольку кровать в комнате была только одна, Пабло уступил ее Терезе и сказал что ему хорошо и на полу.
  
  II
  
  20 мая. Колумбус. Техасская Республика. Тереза Рубио
  
  Несмотря на опасения, ночь прошла спокойно. Тереза ночью все же уступила кровать, ворочающемуся на полу Пабло, а сама уселась на стуле, положив револьвер на стол перед собой, и задремала.
  Снилось ей: что военные, выследив их, начали ломиться в дверь. Она схватила револьвер, взвела курок и, когда нажала на спусковой крючок, курок щелкнул, а выстрела не произошло. Тереза заглянула в каморы, они были пусты. Под глухие удары в дверь, дрожащими руками она начала заряжать барабан. Наконец, закончив, прозвучал выстрел. И в момент, когда пуля ударила в деревянную дверь, девушка проснулась, чуть не упав со стула. Лампа уже потухла, в комнате стояла темнота, только через щель под дверью пробивалась узкая полоска света.
  - Пабло, - едва слышно обратилась Тереза к товарищу. Он, посапывая, произнес что-то нечленораздельное, и, перевернувшись на другой бок, захрапел.
  - Пабло! - выкрикнула она.
  - А..., где? - Пабло подскочил с кровати, в попытке понять, что происходит и где он?
  - Подъем, нам пора.
  Подняв свои вещи, двое друзей вышли из своей темной, неуютной комнаты. За стойкой стоял все тот же бармен:
  - Как прошла ночь? - с издевательской ухмылкой обратился он к Пабло. Но место ответа, получил ледяной взгляд девушки. Продолжения не последовало, он резко умолк, блеск в глазах пропал и он, отвернувшись в другую сторону, начал расставлять что-то под стойкой.
  На улице от вечерней суеты остались лишь горы мусора, которые лениво, убирала группа из трех негров в оранжевых комбинезонах, на спине которых красовалась надпись 'исправительные работы'. Чуть в стороне в широкополой шляпе, закинув карабин на плечо, курил, охраняющий их, представитель местной власти.
  Как ни в чем не бывало, Тереза в сопровождении Пабло уверенным шагом прошла мимо. Оставив позади скучающего охранника, она свернула в ближайший переулок.
  Со словами: 'Пабло, жди здесь', она остановилась и, развернувшись, направилась назад на улицу.
  - Доброе утро, офицер, - обратилась она к охраннику. Он смерил ее оценивающим взглядом, и, остановив взгляд на груди, поздоровался:
  - И вам доброе утро, мисс.
  - Офицер, это прозвучит глупо, но..., даже не знаю, как сказать..., - Тереза сделала паузу и как бы невзначай начала накручивать локон волос на палец, - я заблудилась, никак не могу найти почтовое отделение.
  - Мисс, тут все просто. Идите вниз по улице, как только пересечете железнодорожные пути, сверните налево на 15-ю улицу и около лавки мясника направо, а там уже увидите вывеску.
  - Спасибо, офицер, вы так мне сейчас помогли.
  - Пожалуйста, это же наш долг помогать гражданам, мисс.
  - Хорошего вам дня, - Тереза развернулась и, покачивая бедрами, направилась в сторону, железной дороги.
  - И вам, мисс, - не отводя взгляда от виляющего зада, произнес служитель закона.
  Тереза, проходя мимо переулка, в котором ждал Пабло, повернула голову и, подмигнув товарищу, проследовала дальше. Пабло вышел из-за угла и пошел следом на некотором отдалении.
  Почтовое отделение располагалось в одноэтажном здании, из новых, построенных уже после катастрофы. Кирпичное здание, каких сейчас много, выделялось старыми атермальными окнами. Над входом, как и полагается, весел флаг Техасской Конфедерации. Пабло осмотрелся по сторонам:
  - Ну и где это антиквар?
  - Сейчас узнаем, жди здесь.
  Тереза, с усилием толкнула деревянную дверь и вошла внутрь, а ее спутник, расположившись на ступенях, достал из поясной сумки горсть табака и нежно выложил щепотку на лист папиросной бумаги.
  Внутри почтового отделения было на удивление прохладно, вдоль стен стояли деревянные лавки для посетителей, у правой стены расположились кабинки с телефонными автоматами внутри и пустующий стол, за которым должен был сидеть телеграфист. Напротив входа было два окна, в одном из них копошилась толстая тетка, с необычно бледной кожей. Создавалось впечатление, что она вообще не выходила за пределы своей комнатушке, иным объяснить полное отсутствие загара было не возможно.
  Когда Тереза подошла к окошку, женщина-почтальон, не отрываясь от раскладывания конвертов по разным ящичкам, писклявым голосом спросила:
  - Вам отправить, или получить?
  - Мне уточнить, - ответила Тереза. Услышав ответ, не вписывавший в обычные алгоритмы, заставили женщину оторваться от ее занятия. Она испугано повернулась, вытаращим и без того большие серые глаза и после секундной паузы, вышла из ступора.
  - Я вас слушаю, - прозвучал надменно, писклявый голос.
  - Я ищу антикварную лавку, офицер сказал мне, что она напротив почты, - спокойным голосом, сделав акцент, на слове 'офицер', сказала Тереза.
  - Напротив здание вход из переулка справа, - сказала почтальонша и, отмахнувшись от Терезы, вернулась к своему занятию, при этом продолжая бубнить себе под нос что-то про всяких шастающих и отвлекающих.
  В узком проулке, между двух одинаковых зданий, находилась неприметная дверь, не зная, что она там есть, так и не найдешь ее сроду. Пабло встал справа от двери, прижавшись спиной к стене, и вытащил из-за пояса пистолет. Тереза что было сил затарабанила кулаком в дверь. Через пару минут за ней послушались тихие шаги.
  - Кто? - раздался скрипучий голос.
  - Я от Артуро, - ответила девушка.
  - А коротышка за углом?
  Тереза удивилась, и немного растерявшись, ответила - Он тоже.
  - Пусть уходит, заходи одна.
  Пабло посмотрел на Терезу и с напряженным взглядом отрицательно покачал головой. Она положила свою руку ему на плече и тихо сказала:
  - Иди Пабло, выбора у нас все равно нет. Жди меня у почты.
  - Двадцать минут, если не выходишь, я еду за тобой, - Пабло нехотя повернулся и, оглядываясь, направился из переулка.
  Было слышно, как кто-то отодвинул тяжелый засов, дверь открылась, выпуская в мрачный темный переулок пятно искусственного белого света. За ней стоял высокий человек, лицо которого невозможно было разглядеть. Он сделал шаг в сторону, освобождая проход: 'Входи, что застыла!'.
  Тереза сделала шаг вперед. Когда ее глаза немного привыкли к яркому слепящему свету, она увидела направленные на нее стволы обреза.
  - Оружие! - сказал незнакомец, показывая рукой на стоящий у входа стол. Тереза выложила на него револьвер.
  - Еще! - также сухо без эмоций, приказал мужчина.
  Девушка нагнулась и достала из-за голенища сапога небольшой нож:
  - Больше ничего, нет, - сказала она.
  - Сними куртку!
  Тереза покорно выполнила указание, кинув куртку поверх револьвера и ножа.
  - Что это за пятно на рубашке?
  - Кровь.
  - Вижу, что кровь, чья? Откуда?
  - Это так важно?
  - Отвечай!
  - Претворялась мертвой, - голос Терезы стал нервным и агрессивным.
  - Повернись!
  - Зачем? - спросила она, одновременно выполняя требование.
  - Не задавай вопросов..., - незнакомец окинул ее взглядом с ног до головы, - садись на стул справа от тебя.
  Не опуская обрез, мужчина обошел витрину, описав полукруг по комнате, и оказавшись за стойкой, продолжил свой допрос.
  - Имя?
  - Тереза.
  - Просто Тереза?
  - Тереза Рубио.
  - Ты говоришь, что от Артуро, я про тебя не слышал ни разу.
  В ответ Тереза только пожала плечами.
  - Почему он сам не пришел, а отправил посыльного?
  - Он мертв, - ответила Тереза, не спуская глаз с направленных на нее стволов.
  - Тогда нам не о чем говорить, - лицо незнакомца напряглось, глаза промелькнула едва уловимая искра, ствол обреза немного наклонился вниз.
  - Постой, постой, пленник, - выкрикнула Тереза.
  - Как пленник? - все тем же монотонным голосом спросил незнакомец.
  - Американец..., офицер..., генерал, - начала судорожно перечислять первые, всплывшие в голове слова, Тереза.
  - Что с ним?
  - Мы его захватили он у нас, - продолжала девушка, ясно осознавая, что каждая неверно сказанная фраза, может сейчас стать последней.
  - Протяни правую руку!
  Тереза посмотрел, недоумевая от странного требования.
  - Девочка, ты плохо слышишь, вытяни правую руку, - повторил мужчина.
  Тереза подчинилась, когда ее рука оказалась над витриной, незнакомец молниеносно, одним движением вытащил откуда-то справа железный браслет на цепи и защелкнул его на запястье Терезы.
  - Жди здесь..., и без глупостей, пристрелю, - с этими словами, он вышел в соседнюю комнату.
  Спустя минут десять, из той комнаты вышел старик, он сильно хромал и при каждом шаге, с усилием опирался на трость. Его седые волосы были стянуты сзади в хвост, а гладкое, смуглое лицо испещрено морщинами.
  - Здравствуй, Тереза, - когда Тереза открыла рот, он замахал рукой из стороны в сторону, - ничего не говори, не утруждай себя.
  Он поправил, очки в серебряной оправе и внимательно, присмотрелся к Терезе.
  - Сейчас ты будешь лишь слушать, говорить будешь, когда я разрешу. Я Антиквар, с моим помощником ты уже познакомилась. Твой рассказ оказался очень занятным. Нестрастный Артуро все-таки нашел свою смерть, - потирая подбородок, старик достал из кармана маленький блокнот, и перелистнув на чистую страницу продолжил, - Практически все, что ты рассказала правда, кроме..., - он театрально выдержал паузу, - Кроме, пожалуй той части про пленника.
  К явному удовольствию старика, на лице Терезы разом проявился целый шквал эмоций: и удивление, и услуг, и страх. Она попыталась заговорить, но он остановил ее, поднеся палец к ее губам.
  - Рано. Еще успеешь. Значит на чем я остановился..., ах, да, бедный Артуро, отважный безумец. Знаешь, он мне даже нравился, его неутолимая жадность всегда была его благословение и проклятьем одновременно. Толкала его на необдуманные поступки, а еще он был упертым как баран... Ну хватит о нем, что-то отвлекся от темы. Вернемся к нашему пленнику, расскажите, как вы его потеряли и где.
  Тереза начала свой рассказ. Старик часто останавливал ее, задавая уточняющие вопросы. Потом вынес карту и попросил показать на ней то место, где она видела пленника в последний раз. Какие-то вещи Антиквар записывал в блокнот, про какие-то спрашивал по два-три раза. Беседу прервал бесцеремонный стук в дверь.
  - Кто там, Карлос? - выкрикнул Антиквар.
  - Коротышка, который был с девкой. Не понимает с первого раза, - ответил из боковой комнаты помощник.
  - Так пристрели его.
  - Нет, прошу, я поговорю с ним, - молящим голосом произнесла Тереза.
  - А ты неплохо играешь, девочка, столько эмоций в голосе, а этот взгляд, - хитро прищурив один глаз, с улыбкой сказал Антиквар. Скажи своему другу, чтобы убирался.
  Тереза подтянула к себе руку, натянув держащую ее цепь, - Я с радостью, только вот..., - она тряхнула рукой, заставив, звенья цепи задребезжать. В этот момент, из двери показался помощник, держа в руке ключ. Он подошел вплотную к девушке, бесцеремонно схватил ее пристегнутую руку мертвой хваткой, и отщелкнул замок оков.
  - Если ты только подумаешь совершить какую-либо глупость, я убью сначала тебя, а потом и твоего друга-коротышку, - все тем же железным, ровным голосом произнес Карлос.
  Освободив руку, Тереза, потирая запястье, подошла к двери и сказала:
  - Пабло, все в порядке, уходи, жди у почты.
  - Терезита, я уйду только с тобой.
  - Пабло, - строго, переходя на крик, сказал Тереза, - Вали! Жди меня, где я тебе сказала, идиот.
  Последняя фраза, по видимому оскорбила Пабло, он ничего не ответил, а с улицы послышались удаляющиеся шаги.
  Антиквар стоял, опершись обеими руками на трость, и заливался смехом: 'Вот тебе и девочка... Карлос'. На лице помощника за это время не дрогнул ни один мускул, оно оставалось все таким же сосредоточенным и непроницаемым, будто было сделано из камня.
  - Девочка, продолжим нашу беседу, от которой нас так бестактно отвлекли. Если с пленником все более-менее ясно, то вот с тобой делать я пока не знаю что. Ответь мне, зачем ты заявилась ко мне?
  - Я думала, вы поможете нам вернутся в Мексику.
  - Она думала..., только послушай Карлос, она думала. Тереза, если Артуро иногда работал на меня, это совсем не означает, что я стану помогать его подручным.
  Разговор снова прервал стук в дверь.
  - Карлос, посмотри, кого там принесло, если опять этот..., - Антиквар посмотрел в глаза Терезы, в которых читался неприкрытый ужас, - пристрели наглеца. Помощник быстрым шагом направился с соседнюю комнату. У Терезы сердце ушло в пятки, она проклинала упрямство Пабло и себя за то, что его сюда притащила. Сейчас она уже в полной мере осознавала, что все это предприятие было большой ошибкой, и последствия своей самонадеянности придется еще долго расхлебывать, если, конечно, удастся уйти отсюда живыми.
  - Антиквар, там не коротышка, другой латинос, - донеслось из комнаты. После этих слов Тереза выдохнула с облегчением.
  - Девочка, у тебя там еще друзья?
  - Нет, можете сразу его пристрелить, - ответила Тереза.
  - Какая ты кровожадная, - вновь засмеялся Антиквар, - ты вообще меня сегодня повеселила. Пойдем, посмотрим, - он взял девушку за руку и увлек за собой в соседнюю комнату.
  Только переступив порог, Тереза впала в оцепенение, вся комната была заполнена мониторами, транслирующими изображение со всех близлежащий улиц. Она слышала рассказы про такое, но видела в первый раз и не могла поверить в реальность происходящего.
  - Что это? Откуда?
  - Ты же искала Антиквара, вот он я - Антиквар, а это мой антиквариат. Посмотри на этот монитор, узнаешь?
  - Это же Антонио.
  - Давай проясним, это Антонио, про которого ты рассказывала, и у которого остался пленник, верно?
  - Да, да, верно.
  - Прекрасно, сегодня день сюрпризов, не так ли, Карлос?
  - И не говори, Антиквар. Запустить этого? - Карлос ткнул пальцем в монитор.
  - Давай, только поаккуратней с ним, видишь, он умнее нашей девочки, своих людей оставил за углом.
  - Как скажешь, Антиквар, - ответил Карлос, уже направляясь к двери.
  - Тереза, ты же не горишь желанием общаться со своим старым приятелем? - задал вопрос Антиквар. Тереза отрицательно замотала головой. - Так я и думай, тогда будь хорошей девочкой, седи тут как мышка, - с этими словами, Антиквар вышел из комнаты и закрыл за собой дверь, оставив Терезу наедине с добрым десятком мониторов.
  Карлос, перед тем как ответить на непрекращающейся стук в дверь, предусмотрительно убрал вещи Терезы со столика, и подойдя к двери в свойственной ему манере спросил: 'Кто?'.
  - Я ищу антиквара.
  - Многие ищут антиквара, кто ты? - прокричал помощник, через закрытую дверь.
  - Меня зовут Антонио, я от Артуро.
  - Какого еще Артуро? - продолжил играть свою роль Карлос, несомненно получая от этого удовольствие.
  - Артуро Диаса, - ответил голос за дверью.
  - Слушай внимательно Антонио от Артура Диаса, скажи своим людям за углом, чтобы убрались в конец улицы, после этого мы, возможно, поговорим.
  Антонио не понимал, как человек за дверью умудрился рассмотреть его людей, стоящих за углом, он крутил головой по сторонам, в надежде увидеть зеркало или окно.
  - Я жду, - выкрикнул Карлос,
  - Матео, Рауль, прогуляйтесь.
  Как только люди Антонио ушли, Карлос включил яркую лампу, направленную на дверь, и скомандовал гостю сделать шаг назад. Дальше все происходило по отработанному годами сценарию: дверь, яркий свет, обрез. Правда в этот раз обошлось без наручников.
  - Сеньор Антонио, никак не ожидал вас так скоро, - медленной хромающей походкой Антиквар вышел из-за угла, расплывшись в улыбке и раскинув в стороны руки.
  - Мы знакомы, сеньор? - настороженно спросил Антонио. Все только что произошедшие события наталкивало на мысль, что он угодил в засаду, устроенную гринго.
  - О, Антонио..., меня, конечно же, вы не знаете, зато я о вас что-то уже слышал. Вы привезли пленника, надеюсь, он цел и невредим?
  - Пленник у меня, я продам вам его, - сходу ответил Антонио.
  - Эх, мой жадный друг, сразу о деньгах, даже не справились о здоровье старика, или хотя бы о том, откуда я о вас знаю, сеньор, - все с той же лучезарной улыбкой, продолжал играть Антиквар.
  - Да мне собственно, наплевать и на твое здоровье старик, и на то откуда ты про меня узнал, я деловой человек, у меня есть то, что тебе нужно, теперь я хочу услышать, что ты мне за это можешь предложить.
  - Грубо, бестактно, даже Артуро был сдержанней. Кстати, Антонио, а кто тебе сказал, что ты отсюда выйдешь живым? - улыбка в одно мгновение исчезла с лица Антиквара, голос перестал звучать задорно и весело, превратившись в сухой и размеренный.
  - Получу, это мой город, я сейчас позвоню шерифу и сообщу ему, что у меня есть информация о мексиканских террористах, захвативших высокопоставленного офицера. Как думаешь, скоро ли после этого здесь окажется расквартированный около города полк?
  - Мне плевать! Если меня убьют или арестуют, пленник умрет! - уже не так уверенно ответил Антонио.
  - Хм... Тут ты не прав. Как только твои люди окажутся в местных застенках уверен, что они очень быстро расскажут, где пленник. Так что, ты мне особо не нужен. Это так к слову, чтобы тебе не казалось, что ты бога за яйца поймал, - Антиквар повернулся к Антонио спиной и поднял правую руку вверх, тем самым дав команду Карлосу. Помощник в туже секунду поднес обрез к голове Антонио и с щелчком взвел курок.
  - Погоди, давай договоримся, - выкрикнул Антонио, теперь его голос стал высоким, вся уверенность рассеялась. Он с ужасом уставился в спину старику.
  - Непостоянство - плохое качество Антонио. Минуту тебе все были обязаны, а теперь ты решил договориться? - смягчил голос Антиквар, - тогда вот тебе мое предложение, ты передаешь мне пленника, а я дам тебе и твоим людям уйти из города.
  - А мне-то с этого, какая выгода?
  - Ты медленно соображаешь Антонио - жизнь! Я отпущу тебя. Карлос сеньору дай бумагу, а ты Антонию напиши записку своим ребятам, чтобы приводили пленника к полудню к ветряку на западе города. Читать-то они умеют?
  Антонио дрожащей рукой написал все то, что от него потребовал старик и когда он закончил. Карлос схватил лежащую под столом резиновую дубинку и наотмашь ударил Антонио по затылку. Его голова дернулась, по инерции ударившись еще и о торец витрины, и тело мешком завалилось на пол.
  - Ты его там не убил? - спросил Антиквар.
  - Да что ты, так приложил слегка, очнется через минут десять.
  - В подвал его.
  - Да босс. А что с девчонкой?
  - А ничего, на ее счет у меня родилась одна мысль.
  Взяв записку, Антиквар, прокручивая зреющий в голове план, направился к Терезе.
  
  20 мая. Колумбус. Техасская Республика. Мануэль Ерраро.
  
  Мануэль провел ночь в полудреме, постоянно просыпаясь, будучи разбуженным то шумом драки, то пьяными возгласами, то воем собак. В отличие от него, Родриго беспробудно проспал всю сном младенца, временами похрапывая на всю округу, что тоже будило Мануэля. И проснулся он от дичайшего чувства голода.
  - Доктор, доброго утра, что у нас на завтрак? - зевая, спросил Родриго. Урчащий живот Мануэля не позволил оценить шутку товарища по достоинству. Доктор не стал отвечать и, неспешно шаркая ногами по грязному бетонному полу, вышел на улицу. День только начинался, до жары было еще часа полтора относительно прохладного утра. По улицам вдоль железной дороги уже шел рабочий люд, по дороге проехало пара машин, начинался обычный мирный трудовой день. Родриго вышел следом, поднял руки, зажатые в замок, кверху и, покачиваясь, прогнулся назад, - Сегодня опять не единого облачка на небе. Доктор я думаю нам надо позавтракать.
  - Сеньор капитан, вы издеваетесь?
  - Ну почему же сеньор доктор, говорю вполне серьезно.
  - И простите мое любопытство, чем вы собираетесь расплачиваться?
  - Я вообще-то не собирался платить за завтрак.
  - Теперь я совсем вас не понимаю, неужели вы рассчитываете, что платить буду я?
  - Хм..., а это был бы выход, если бы у вас было чем заплатить. Скажем так, я предлагаю альтернативный способ, как достать нам завтрак.
  - Сеньор хватит уже ходить вокруг да около, с вашими глумливыми намеками!
  - Вы ей богу как ребенок, доктор. Мы украдем еду. Вчера, когда мы шлялись по городу, я приметил бакалейную лавку, в одном из переулков. Место даже вечером было немноголюдным, а утром так и там вообще никого не будет.
  - Я надеюсь, это очередная шутка, офицер Веласко? - вытаращив глаза, спросил Мануэль.
  - Отнюдь, я говорю на полном серьезе, что вас удивило доктор?
  - Но мы же не преступники, я категорически против, лучше умереть с голоду!
  - Смерть никогда не была лучшим из выходов, так что хватит говорить глупости. Мы в глубоком тылу врага, относитесь к этому как к диверсионной операции.
  - Но... Родриго!
  - Доктор, успокойтесь, вам вообще практически ничего не продеться делать. Слушайте внимательно, сейчас вы умоетесь, приведете себя в более-менее благовидный вид, затем зайдете в ту лавку, и уверенно попросите пару фунтов не знаю чего, лучше какой-нибудь ветчины, потом симулируете приступ, начнете терять сознание. Вы врач, вас виднее как лучше это сделать. Когда, продавец отвлечётся на вас, в дело вступлю я.
  - Мне все это не нравиться!
  - Мне тоже, но не забывайте мы в тылу врага, они убивают наших друзей и близких, и на этом фоне это всего лишь маленькая шалость. А теперь давайте приведите себя в порядок и начнем.
  Переулок, в котором находилась лавка, был узким и темным, на что рассчитывал владелец, когда открывал его здесь не понятно. Родриго три раза прошел переулок от начала до конца и за все это время не встретил ни одного человека на своем пути. Мануэль собравшись с духом, поправил помятую хлопковую рубашку, зализал растрепанные волосы и вошел в переулок. Колокольчик на двери веселым звоном оповестил хозяина о новом клиенте. Из задней комнаты донеслось чье-то кряхтение и через минуту, на свет вышел толстый красномордый продавец, он был больше похож на борова, а запах перегара, исходящий от него быстро заполнил все помещение. 'Тут и претворяться не надо, от такого запаха кто угодно сознание потеряет', - подумал Мануэль. Продавец уставился на него затуманенными серыми глазами: - Чего изволите, сэр?
  - Четыре фунта копченого окорока, - сказал доктор, показывая пальцем на перетянутый бечевкой кусок мяса. Лавочник взглянул на рубашку доктора с подозрением, и со словами 'Тяжелая ночка?', стал отрезать большим тесаком ломоть от окорока. Мануэль ничего не ответил и уставился на дальнюю витрину, изучая ассортимент сыров. Продавец пыхтя нагнулся, чтобы достать из-под прилавка лист оберточной бумаги и в этот момент Мануэль сам того не понимая, схватил лежащий на весах кусок окорока и выбежал на улицу. За спиной он слышал только сиплый голос продавца, разразившийся проклятьями в адрес вора. Доктор бежал сломя голову. Остановил его Родриго, схватив за плечо, Мануэль дернулся в испуге, развернулся и, прижимая окорок к груди, взвизгнул. Глаза у него были как у загнанного зверя, а руки тряслись.
  - Доктор, доктор, успокойтесь, это я Родриго, за нами никто не гонится все в порядке, - начал н успокаивать Мануэля, - все сделана, у вас получилось, а теперь давайте вернемся в наше укрытие, - капитан подхватил товарища за локоть и увлек его за собой.
  Мануэль пришел в себя через полчаса и жадно отрывал куски от своей добычи, тщательно прожевывая каждый.
  - Сеньор доктор, я не ожидал от вас такой прыти, вы полны сюрпризов, - Родриго с довольным видом развалился в углу развалившегося дома.
  - Это был первый и последний раз..., - не отрываясь от трапезы, произнес с набитым ртом доктор.
  - Не зарекайтесь, доктор. Вы молодец, у вас талант.
  - Все издеваетесь, капитан.
  - Ничуть, вы молодец, я восхищаюсь вашим поступком, сеньор доктор, - засмеялся Родрига, - Так и вижу заголовки в 'Herald' и 'El Periodico': 'Сегодня, благодаря отважноым действиям доктора Ерраро, снабжение вражеских войск было нарушено!'.
  Мануэль схватил деревяшку и запульнул ее в сторону заливающегося хохотом Родриго.
  - Не злитесь, доктор. Просто тому, как вы бежали утром, позавидовали даже спортсмены, мне с трудом удалось вас догнать, - со смешком произнес Родриго.
  - Капитан, я рад, что вас это так позабавило, но будьте добры заткнитесь уже!
  - Все, все, молчу! - приложил он палец к губам.
  - Вот и хорошо! - огрызнулся Мануэль.
  После сытного завтрака товарищи выбрались из своего укрытия и бездельно бродили по городу. Старых знакомых первым увидел Мануэль, он рывком дернул идущего перед ним Родриго и затащил его за стоящий на дороге фургон.
  - Смотри, эта та стерва со своими бандитами, - на ходу сказал доктор.
  - А вы глазастый, доктор, - ответил капитан, - Посмотрим, куда они идут.
  Далеко идти не пришлось, четверо контрабандистов завернули за угол и остановились. Родриго видел, как Пабло достал револьвер и направил его в спины двух мужчин, следовавших за Терезой. Их беседа была не долгой, и участники разошлись в разные стороны спустя пару минут.
  - За кем пойдем? - спросил Родриго.
  - Давай за бабой.
  
  20 мая. Колумбус. Техасская Республика. Тереза Рубио
  
  - Тереза, у меня родилась идея, как мы можем помочь друг другу, - Антиквар, протянул ей клочок бумаги, - Ты сейчас пойдешь к своим бывшим друзьям, они ошиваются на соседней улице, и передашь им эту записку. Условия следующие - до конца дня они передают пленника мне, а я дам машину и покажу на карте безопасный маршрут.
  - А если откажутся?
  - Не откажутся, возможно, по выкобениваются немного, но ты же их убедишь?
  - Тогда, две машины, одну для меня местные документы для меня и Пабло!
  - Девочка, а тебе палец в рот не клади, - усмехнулся Антиквар, - будет тебе машина, насчет документов подумаю. А теперь иди, я провожу к выходу.
  Забрав свои вещи и оказавшись на улице, девушка без оглядки направилась к почте, на ступеньках которой должен был ждать Пабло. Из-за угла раздался свист, Тереза повернула голову, стоящий в тени Пабло замахал рукой, подзывая ее к себе.
  - Терезита, быстрее, тут рядом крутятся Матео и Рауль.
  - Где?
  - Пошли вверх по улице, минут десять назад.
  - Мне нужно с ними переговорить, подстрахуй меня.
  - Ты с ума сошла!
  - Если тебе от этого легче, считай что да. Позже все объясню, идем.
  Двух нервничающих и озирающихся по сторонам мексиканцев трудно было не заметить. Тереза, наклонила шляпу вперед, так чтобы тень падала на лицо, и прямиком направилась к ним.
  - Рауль, не говори ни слова, следуй за мной, - сказала она, проходя мимо. Пара мексиканцев, встрепенулись от неожиданности, и пошли следом. Тереза завернула за угол и, убедившись, что вокруг нет посторонних, резко развернулась, выхватывая револьвер.
  - Тереза, твою мать, какого хрена ты делаешь? - выставив ладони вперед, вскрикнул Матео.
  - Что разорался? - донесся голос подоспевшего Пабло. Рауль и Матео дружно повернулись на голос. Первое, что они увидели, было дуло пистолета.
  - Да какого... - забухтел Рауль.
  - Не шуми, мы поговорить, - Тереза протянула сложенный пополам листок бумаги.
  - Что это? - спросил Рауль.
  - Записка от Антонио.
  - А где он сам?
  - Договаривается с Антикваром.
  Рауль развернул записку, внимательно вчитался в ее содержимое, - Это бред какой-то, - скомкав клочок бумаги, выпалил он.
  - Не бред, Антиквар обеспечит нам транспорт и покажет безопасный маршрут через границу в обмен на пленного.
  - Это всего лишь слова, и уберите нахрен пушки.
  - Хорошо только без глупостей, ты знаешь Пабло, он хоть и не вышел ростом, но стрелять умеет лучше всех нас вместе взятых, - Тереза опустила пистолет и уже мягким, даже просящим голосом, обратилась к Раулю и Матео, - Это ваш, да и наш шанс выбраться из переплета, лучшего нам пока никто не предлагает. Подумайте, если местные вас накроют с пленным генералом, что они сделают?
  - Почему мы должны верить тебе? Ты больше не с нами.
  - Это было не мое решение.
  - Смотри Тереза, если это очередная твоя уловка...
  - Рауль, сейчас мы в одной лодке, я не меньше вашего хочу отсюда выбраться.
  - Мы будем на месте. Знай, будешь глупить, и мы пристрелим пленника.
  - Я тебя услышала, Рауль.
  Оставив Пабло опять ждать на улице, Тереза вернулась к Антиквару. В этот раз разговор занял не больше минуты. У двери ее встретил Карлос, получив подтверждение того, что записка нашла своего адресата, он дал указание ждать его в шесть вечера у железнодорожной станции и сразу после этого выпроводил Терезу за дверь.
  'До встречи оставалось еще шесть с половиной часов, надо себя чем-то занять и лучше в прохладном месте, начинается самая жара, да и перекусить было бы неплохо', - думала Тереза, выходя из переулка. В этот раз Пабло сидел на ступеньках почты, рисуя веткой круги на пыльном асфальте.
  - Ну как прошло? - спросил он.
  - Нормально, нас используют, особо этого не стесняясь.
  - И как поступим? Еще есть шанс свалить.
  - Раз уж ввязались, надо идти до конца, к тому же мне интересно из-за чего такая суматоха. Кстати, забыла сказать, Антонио у них в подвале, - Тереза показала себе за спину.
  - Ха, интересный поворот.
  - И не говори. Пойдем в таверну, в животе урчит.
  - Тереза, тут такое дело, с деньгами дела обстоят совсем плохо, - добавив грусти в голосе, заявил Пабло.
  - Да не жмись ты, обещаю, вся прибыль от продажи пулемета пойдет на компенсацию твоих издержек.
  - Не подумай, что я ною, на самом деле, денег осталось мало.
  - Я и не думала, что ты ноешь, я это знаю наверняка.
  - Тереза...
  - Все, Пабло, разговор окончен, должен радоваться, что тебе выпала честь угостить девушку обедом.
  Пабло заметно погрустнел, так всегда происходит, когда ему приходиться за что-то платить. Место выбирала Тереза, еще больше расстроив своего друга, он рассчитывал найти заведение поскромнее. Таверна 'Друг охотника' располагалась на центральной улице района красных фонарей. Забегаловка как забегаловка, деревянная грубая мебель, на окнах ставни, пропускающие только узкие полоски света в помещение. В дальнем углу расположилась пара бильярдных столов. Занят был всего один стол, посетителями явно бандитского вида, которые или готовились перед вечером, или лечились после вчерашнего. Пабло, озираясь по сторонам, первым проследовал к дальнему столу и уселся лицом к входу. Когда он и Тереза уселись на лавки, из кухни выбежала смуглая официантка и, поприветствовав гостей, положила два меню в кожаном переплете.
  - Может быть, желаете воды? - спросила смуглянка.
  - Неси, - ответил Пабло. Официантка кивнула и исчезла за дверьми кухни. Меню, было напечатано на английском и испанском языках, преобладали в нем мясные блюда. Помимо стандартной для практически всех заведений по обе стороны границы - буйволятины, здесь можно было попробовать запеченную игуану и паштет из змеи, знать бы еще, что это за деликатес такой. Официантка принесла графин с водой и, поставив его на стол, достала блокнотик и карандаш:
  - Что желаете? - спросила она.
  - Курицу с соусом из халапеньо и чеснока, кукурузные лепешки и чечевичный суп, - перечислила Тереза.
  - А вы, сеньор?
  - Стейк из буйволятины, только хорошо прожарьте, с вареным картофелем.
  Пока друзья ожидали, когда приготовят обед, в другом конце зала назревал конфликт. Изрядно набравшиеся гости, сначала, были чем-то недовольны, потом начали хватать официантку и пытаться усадить ее на колени. Закончилось все тем, что когда управляющий заведения вышел к ним и пытался урезонить, в лицо ему полетела тарелка с объедками, под залихватский смех пьяных посетителей. Они уже уходили, и можно было сказать, что в конфликте пострадало только самолюбие администратора, если бы не официантка, которая вынесла обед для Пабло и Терезы, и тем самым привлекла внимание дебоширов. Один из них, здоровенный как медведь гринго, пошатывая, направился в сторону стола их стола.
  'Тереза, будь готова', - прошептал Пабло, а сам взвел курок револьвера. - Заблудился, друг? - обратился он к незваному гостю.
  - О..., а это что еще у нас тут такое..., исчезни пока цел, frijolero , - заплетающимся языком ответил гринго. Ладонь Терезы обхватила рукоятку пистолета, и когда громила сделал следующий шаг, она развернулась в пол-оборота, и направила на него ствол. Пабло тем временем взял на прицел второго. В воздухе повисло напряженное молчание, у обоих разгоряченных гринго бурлила кровь, но против пистолетов им нечего было противопоставить. Собутыльник громилы, окликнул товарища: 'Эй, Реджи, пойдем, не связывайся'.
  - Да, Реджи вали, пока твое хозяйство при тебе, - тут же добавил Пабло.
  Глаза гринго, налились кровью, он был готов броситься в драку, если бы его собутыльник не подошел и, взяв под руку, не вывел из таверны. Уходя громила развернулся и буркнул: 'Я вас найду мартышки!'.
  - Вот так всегда, неполный день в городе, а уже завели новых друзей, - сказала Тереза, убирая оружие за пояс.
  - Не смотри на меня так, не я же начал.
  - Я тебя и не виню, просто нам везет.
  В зал вбежал управляющий, с криками размахивающий руками, - Что вы устроили! Это же люди из гаража Джерома! Они же меня теперь сожгут! - расстроенно причитал администратор, - Уходите отсюда!
  - С чего это вдруг, - возмутился Пабло, - мы пришли пообедать и пока не закончим трапезу, с места не сдвинемся.
  - Мы уйдем, - вмешалась Тереза, - но..., обед за счет заведения, упакуйте.
  - Саманта! Заверни обед, гости уходят! - выкрикнул управляющий.
  Официантка выскочила из кухни как ошпаренная, держа в руках две картонные коробочки с отпечатанным на боку названием таверны. Она судорожно стала перекладывать еду из тарелок, и когда дело дошло до тарелки с супом, она словно в ступор впала.
  - А...,- протянула она, показывая я него, - как же я его...
  - Ничего страшного, Саманта, - мягко произнесла Тереза, улыбнувшись официантки, - я обойдусь без супа. Девушка улыбнулась в ответ и, закивав головой, пожелала приятного аппетита.
  При выходе из таверны, Пабло огляделся по сторонам, бандитов и след простыл. На всякий случай, они с Терезой решили попетлять по переулкам, что они и сделали. Найдя на очередной узкой улочке скамейку под навесом, они, наконец, приступили к своему обеду.
  - Вот ведь мы олухи, про приборы забыли, - воскликнула Тереза.
  - Да ладно, так даже вкуснее, - Пабло взял обеими руками еще горячий кусок мяса, и впился в него зубами.
  - Варвар, - буднично прореагировала Тереза.
  После обеда, они направились в центр. Старый город разительно отличался от, рабочего и бедного района красных фонарей. Там и публика была солидней, лавки сменили магазины. Место развозных грузовиков на улицах занял частный автотранспорт, даже по маршруту ходил автобус, что вообще можно было считать верхом цивилизации и городского устройства.
  Ровно в шесть вечера Тереза подошла к железнодорожной станции, оставив напарника наблюдать в стороне. Карлос возник за спиной как призрак. 'Иди за мной', - механически произнес он, проходя мимо. Тереза чуть не подпрыгнула от неожиданности.
  Помощник антиквара подошел к двум одинаковым внедорожника, припаркованным у здания напротив станции, и, открыв заднюю дверь, пропустил Терезу внутрь. Сам же сел во вторую машину. Колонна тронулась, Пабло только и оставалось смотреть с открытым ртом на удаляющие, поднимающие облако пыли машины.
  До места встречи оказалось совсем недалеко. Спустя пять минут колонна вынырнула из города и направилась по высушенной равнине к виднеющемуся на горизонте, кажущемуся размытым от горячего воздуха, шпилю.
  Люди Антонио были уже на месте, их было пятеро Матео, трое братьев Рамос и Рауль во главе своры. Пленник с мешком голове сидел, оперившись спиной на остатки ветряка. Карлос выбрался из машины и направился в сторону скучающей пятерки. Следом за ним из машин вышли Тереза и четверо боевиков, вооруженных автоматическими винтовками, каких она до этого никогда не видела.
  - Давайте его сюда? - выкрикнул Карлос.
  - Сначала выполните свою часть сделки - не очень уверенно ответил Рауль.
  - Пленник, - повторил помощник Антиквара.
  - Рауль, не спорь, сделай, что он хочет, - вмешалась Тереза.
  Рауль кивнул головой и младший из Рамосов, Диего, схватил пленника за шиворот и, подталкивая его в спину, повел к машине. Как только, боевики Карлоса усадили пленника на заднее сидение, он кинул на землю ключ, - Транспорт в гараже на пересечении шестой и Аризона-стрит. Карта с маршрутом внутри.
  Машина с пленником и Карлосом сорвалась с места и направилась в сторону города. Выждав десять минут, Тереза и трое боевиков погрузились во вторую машину и поехали следом.
  Терезу высадили на станции. Инструкции, что делать дальше она получила еще по дороге.
  Как и следовало ожидать, Пабло уже на месте не было. Тереза настолько привыкла, что он рядом и всегда под рукой, что до сего момента ей и в голову не приходила мысль о том, что было бы неплохо условиться о месте встречи, на случай если им придется разделиться. Смысла стоять здесь и ждать чуда, не было, поэтому Тереза направилась в сторону бара, где они с товарищем остановились на постой.
  
  20 мая. Колумбус. Техасская Республика. Мануэль Ерраро.
  
  Родриго проявлял незаурядные способности в вопросе слежки, он будто чувствовал, куда надо пойти, где встать, а что ни в коем случае делать не следовало. Мануэлю оставалось только слепо следовать за ним, и стараться не мешать. Один раз они потеряли из виду Пабло и Терезу. То ли заметив слежку, то ли почувствовав что-то неладное, они пулей вылетели из таверны и скрылись в переулках, долго петляя и меняя направление. И только благодаря случаю их удалось найти в городских лабиринтах. Слежка продолжалась до самого вечера. Около железнодорожной станции Терезу посадили в машину и увезли в неизвестном направлению.
  - Что теперь? - спросил, уставший от беготни под палящим солнцем, доктор.
  - Подождем, - ответил Родриго.
  Пабло мирно заворачивал табак в папиросную бумагу, когда со стороны станции послышался возглас. 'Рэджи, это же тот обозревший фрихолеро!', - выкрикнул верзила, вышедший из ворот склада в сопровождение двух друзей. Второй из троицы, который вероятно, и был Реджи, словно с цепи сорвался, он выхватил пистолет, довольно редкий кольт 2035 'Челенджер', и рванул в сторону Пабло. Его товарищи чуть менее расторопно бежали следом. Не прошло и минуты, как прозвучал первый выстрел. Тяжелая пуля .45 калибра ударила в кирпичную стену чуть выше головы Пабло. Он от неожиданности поперхнулся, выплюнул самокрутку и, согнувшись, нырнул за угол дома. Вслед за ним бросились двое нападавших, а третий повернул в сторону и бежал параллельно улицы, видимо решив обойти с другой стороны.
  - Ждите тут доктор, я быстро, - сказал Родриго и последовал за отделившимся стрелком.
  'Удивительно, один выстрел и все те немногие пешеходы, которые еще минуту назад сновали по улице, исчезли как по мановению волшебной палочки', - думал капитан, пока перебегал улицу. Стрелка он нагнал в тот момент, когда тот уже прицеливался. Родриго бросился на стрелка, сбив его с ног ударом плеча в спину. Прогремел выстрел, пуля ушла в сторону, выбив искры из металлического мусорного бака. Не давая возможности бандиту очухаться, капитан стал наносить ему удары до тех пор, пока он не потерял сознание. На другом конце улицы уже вовсю шла стрельба. Со своего места Родриго видел засевшего за нагромождением ящиков Пабло, которому не давали высунуть нос. Капитан поднял с земли пистолет и крикнул во все горло: 'Пабло беги сюда, прикрою'. Как только кто-то из бандитов высовывался из-за угла дома, Родриго открывал огонь, заставляя стрелков укрыться. Пабло со всех ног бросился к нему, петляя от стены к стене.
  Он был уже в паре ветров, когда Родриго выпустил последнюю пулю, и только они укрылись за углом здания, как с противоположного конца улицы открыли беглый огонь.
  - Не отставай! - капитан схватил запыхавшегося и хватающего ртом воздух Пабло и потащил его за собой в сторону железной дороги. К счастью, их не преследовали и? отсидевшись полчаса среди скопления ящиков, ожидающих погрузку на поезд, они поспешили убраться подальше от места преступления. Надо отметить, что местные блюстители порядка не спешили выезжать на стрельбу в городе и к тому моменту как, Родриго и компания уходили от станции, полиция так и не появилась.
  Под неодобрительный взгляд, брошенный недовольным красномордым барменом, Тереза прошла к комнате. Она уже схватилась за ручку, как услышала за дверью разговор. Один из голосов она узнала - это был Пабло, но вот кто был с ним, оставалось загадкой. Девушка вытащила из-за пояса пистолет, взвела курок и, прижавшись к стене правее двери, постучала. На первый стук никто не отреагировал, тогда Тереза яростно заколотила в дверь. Вскоре за ней послышались шаркающие шаги и, когда дверь открылась, она направила пистолет в голову, появившегося в проеме силуэта.
  - Спокойно... спокойно, - подняв руки, затарахтел Пабло.
  - Кто это? - перенаправив ствол на двух сидящих мужчин, спросила Тереза. Комната освещалась скудно и лиц она не видела, только две тени возвышающиеся над кроватью.
  - Это наши старые знакомые: здоровяк и доктор, - Пабло положил сверху на руку девушки, сжимающую пистолет, свою ладонь и опустил его вниз, - Я тебе все объясню, заходи скорее.
  - Пабло, надеюсь, у тебя были веские причины, чтобы привезти этих двоих сюда?
  - Конечно, после того, как ты уехала на меня напали тот бык из таверны с дружками. Меня прижали в переулке, а здоровяк мне помог.
  - И как же вы там оказались, скажите на милость, неужели случайно? - Тереза обратилась к молчавшим до этого мужчинам.
  - Не поверите синьорина, случайно! Мы нашли ночлег недалеко, а к станции направились в поисках работы, как раз в тот момент, когда на Пабло напали, - ответил Родриго.
  - Не поверю, вы следили за нами!
  - Ну что вы, упаси бог. Если бы мы встретили вас случайно на улице, то перешли бы другую сторону. Если бы не стрельба, мы бы прошли мимо и не заметили бы Пабло.
  - Спасли - отлично, Пабло выражает вам свою глубочайшую признательность, а теперь валите отсюда!
  - Терезита, - примирительным голосом начал Пабло, - они, правда, спасли меня. Позволь им остаться, у них ни денег не жилья.
  - Здоровяк сказал, что они, где переночевали вот пусть туда и валят! А денег нет, дай им свои! - последние слова привели Пабло в замешательство, он не нашел что ответить. Комнату заполнило неудобное молчание, которое прервал доктор.
  - Ладно, мы уходим, не можем же мы навязываться, удачи, - он встал с кровати и направился к двери.
  - Стойте! - сказал Пабло, - я пойду с вами.
  - Пабло, ты что творишь?
  - Терезита, если бы они мне не помогли, я был бы мертв, я им должен.
  - Не хрена ты им не должен, если бы мы их не взяли с собой, их бы пристрелил Антонио или они погибли в пустыне.
  - Нет, Тереза, я так не могу, надеюсь, свидимся, - с этими словами, Пабло вышел за дверь.
  - Стой, скотина, пусть остаются, но за них отвечаешь ты, хоть малейший повод и я лично пристрелю тебя и их.
  - Спасибо, Терезита, ты просто золото, - Пабло подошел к ней и поцеловал в лоб.
  - Отвали, воняешь хуже осла. Спать будете на полу, понятно?
  - Понятно, - хором ответила троица.
  В комнате, стало совсем тесно и душно, она и двух постояльцев не была рассчитана, ни говоря уже о четверых. Тереза злилась, постоянно упрекая Пабло. Доктор и Родриго, словно растворились в темноте и сидели тише воды, лишь бы лишний раз не попасть под горячую руку разъяренной сеньориты. Пабло же, мечтал об ужине, но боялся даже заикнуться об этом.
  
   III
  
  21 мая. Колумбус. Техасская Республика. Тереза Рубио.
  
  Тереза проснулась в три ночи и до семи утра провалялась в кровати в безуспешных попытках уснуть. Ее одолевали сомнения. Прошедший день был богат на события, нелогичные и необъяснимые. Если спасение Пабло с натяжкой можно считать счастливым стечение обстоятельств, то вся канитель вокруг пленного генерала не укладывалась в голове. 'Кто этот Антиквар?', 'Откуда все то оборудование, которое было в его лавке?', 'Почему, он отпустил ее, а Антонио запер у себя?' - все новые и новые вопросы всплывали в голове, от чего она шла кругом. 'Убивать он меня не собирается, у него было много возможностей это сделать', - рассуждала Тереза, - 'Тогда зачем весь этот цирк? Если бы Антиквар хотел, он бы договорился с Антонио, или его людьми. Зачем он отправил с запиской меня..., его помощник справился бы не хуже. Желанием помочь мне он не горит, а то бы сразу это сделал. И завтрашняя встреча для чего? Людям Антонио он отдал ключи и отпустил на все четыре стороны'. Тревожные размышления о прожитом дне сменились не менее беспокойными мыслями о новых 'старых' вынужденных попутчиках и о том представлении, которое устроил Пабло. Он был всегда предан ее, а тут вдруг начал предъявлять ультиматумы. Ситуация прямо сказать необычная и этой парочки стоит опасаться не меньше Антиквара.
  Утром, когда солнце только поднялось из-за горизонта, Тереза приказала Пабло ждать ее возвращения и не покидать номер. После этого, зевая, она вышла на улицу. До встречи с Антикваром оставалось еще больше двух часов, и она бродила по узким улочкам среди неказистых одно- и двухэтажных домов, полностью погрузившись в свои мысли. На улицах постепенно начали появляться люди. Развозчик пива, выгружал деревянные ящики у задней двери очередной забегаловки. На железнодорожной станции под разгрузкой стоял самый настоящий паровоз, выпускавший в чистое небо круги белого дыма. 'Интересно, откуда его откапали, из музея что ли?' - подумала в тот момент Тереза. Она сама не заметила, как оказалась напротив почтового отделения. Девушка взглянула на часы, стрелки остановились, показывая половину десятого. Решив не дожидаться десяти, Тереза отправилась к лавке Антиквара. Не успела она подойти к входу, как дверь отворилась, отбрасывая на землю узкую полоску холодного света. 'Что ты там плетешься?' - послышался монотонный, почти механический голос Карлоса. Тереза скользнула внутрь.
  'Ты рано! Присядь!' - сказал помощник и вышел из комнаты. Тереза осталась предоставленная сама себе в залитом искусственным светом помещении. Вчера, во всей суматохе у нее не было возможности осмотреть внимательно все вокруг. Вдоль стен, справа и слева от входной двери стояли стеллажи, на которых лежали аккуратно сложенные и подписанные картонные и пластиковые коробки. Напротив двери разместились витрины, по большей части они были пусты, только в двух из них под толстым стеклом лежали блестящие полупрозрачные диски, с тонкими едва заметными золотистыми проволочками внутри.
  Увлекшись рассматриванием загадочный дисков, Тереза не заметила, как за спиной у нее оказался Антиквар.
  - Это голографические диски... не работают, к сожалению, - тихо сказал он. От неожиданности Тереза даже подскочила.
  - А для чего они?
  - Раньше их использовали для создания трехмерных изображений.
  - А сейчас?
  - А сейчас... хм..., если у вас есть лишние триста долларов, вы можете приобрести уникальный декор для вашего дома, - фраза прозвучала скорее как заученная реклама.
  - То есть это просто безделушка?
  - Именно, у меня все же антикварная лавка, - усмехнулся хозяин, - пойдем, Тереза, покажу тебе что-то интересное.
  Антиквар неспешной хромающей походкой завернул за стеллажи, за которыми скрывалась дверь. Он вошел внутрь и растворился в темноте. Через мгновение послышались щелчки, и под потоком зажглось множество ламп. Комната была похожа на склад. Высокое помещение было заставлено рядами деревянных ящиков самых разных размеров и форм под самый потолок.
  Антиквар, прошелся между рядами и остановился около одного из ящиков.
  - Тереза, возьми монтировку у входа, - выкрикнул старик. Девушка взяла прислоненную к стене фомку и подошла к старику.
  - Открывай! - Тереза ловко просунула металлические зубы между деревяшек и подцепив крышку, с треском открыла ящик. Антиквар достал из ящика небольшую пластиковую коробку с выбитым сбоку номером и открыл его. Внутри был зеленый прямоугольник с маленьким полусферическим фиолетовым стеклом в центре.
  - Что это? - спросила изумленная Тереза, раньше она не видела ничего подобного.
  - Терпение... смотри! - старик нажал на полусферу сверху, и когда убрал руку, над коробочкой появилось небольшое трехмерное изображения помещения, и двух человеческих фигурок, - Это полицейский сканер, с помощью ультразвуковых волн он получает информацию о замкнутом объекте и о находящихся внутри живых существах. Эти две фигурки мы.
  Вытаращив глаза на небольшое устройство в руках старика, Тереза не находила слов. Она была удивлена, поражена, шокирована, - Откуда это и почему работает, это же электроника? - наконец, спросила она.
  - Верно электроника, мы нашли эти устройства, на складе в Финиксе в брошенном здании муниципалитета. Почему они импульс не уничтожил их, я не знаю, предполагаю, потому что они были выключены, а источников питания в них не было. Вот посмотри, - Антиквар выключил устройство и, перевернув его, отщелкнул нижнюю пластину, открыв скрывающуюся за ней батарею, - Батарея новодел, их производство наладили в Детройте, - закрыв крышку, он всучил сканер Терезе, - Давай вернемся и поговорим о работе.
  Пропустив девушку вперед, он выключил свет и запер дверь. Одновременно с ними в зал вошел Карлос в медицинской маске на лице, - Босс, все готово.
  - Хорошо, мы сейчас подойдем... Тереза, я показал тебе эту вещицу не просто так, я хочу чтобы ты сейчас пошла со мной вниз и после небольшого представления, согласилась выполнить для меня одну работенку... Предвосхищая твой вопрос, сразу добавлю, что работа будет очень хорошо оплачена.
  Вход 'вниз' оказался в комнате с мониторами. В полу оказался люк, от которого вели ступеньки из красного кирпича. Подвал, казался огромным. У стены намертво прикованный кожаными ремнями к стулу сидел испуганный пленник. Карлос стоял рядом, держа в руке пузырек с прозрачной жидкостью, он уже собирался воткнуть в него через резиновую крышечку иглу, чтобы набрать шприц, как Антиквар остановил его.
  - Постой, чтобы не вызывать лишних вопросов у нашей гостьи, я хотел бы сначала кратко рассказать о предпосылках нашего сегодняшнего представления. Тереза, я не буду долго рассказывать тебе кто мы такие, чем занимаемся, тебе достаточно знать, что мы тесно сотрудничаем с мексиканскими властями и, скажем так, интересы твоей страны, на данном историческом этапе совпадают с интересами нашей организации. Прозвучало немного пафосно, но уж прости старика... и так. У Конфедерации северных штатов в генеральном штабе в Мехико был крот, его, точнее ее ловили пять лет. Долгое время о ней было известно только позывной - 'Сонора'.
  - Как пустыня? - спросила Тереза.
  - Как пустыня. Не перебивай и слушай. КСШ и техасцы, работали с ней через связного, единственного человека, который знал ее в лицо и настоящее имя. Этот 'посредник' сейчас сидит здесь, - Антиквар показал на пленного генерала, - так вот, как я уже только что сказал, связным оказался высокопоставленный офицер, и не простой офицер, а из недавно сформированной службы инновационных разработок КСШ, но об этом позже. Вернемся к Соноре. Ее поймали совершенно случайно. После задержания, сообщения от ее имени отправляла уже служба контрразведки. Последним сообщением был запрос на эвакуацию. Наш генерал должен был идентифицировать Сонору, поскольку только он знал ее в лицо, и вывести в КСШ. Теперь, что я хочу от тебя! Ты сыграешь роль Соноры. Инструкции, и детали своего задания получишь позже.
  - Стоп, стоп, стоп, а с чего вы взяли, что я на это соглашусь?
  - Ты сейчас фактически в безвыходном положении, идти тебе некуда, денег у тебя нет. Да и собственно терять тебе тоже нечего. А мы тебе предлагаем работу, не опаснее, чем та, которой ты занималась с Диасом. Платим мы хорошо, материальное обеспечение берем на себя. Если ты сейчас согласишься, в качестве аванса получишь двадцать унций золота и удостоверения личности КСШ на тебя и твоего друга.
  - Рассказываешь ты складно, только вот самого главного не хочешь говорить, что эта за расчудесная работа.
  - Ты все узнаешь в свое время, не переживай, тебе понравиться.
  Беседу прервал Карлос, громко покашляв, он кивнул в сторону пленника и вопросительно посмотрел на Антиквара.
  - Приступай, - старик кивнул головой. Карлос взял шприц, ввел содержимое пузырька в вену пленнику.
  - Развяжи ему рот, - приказал Антиквар. Карлос, отложив на металлический поднос шприц, вытащил кляп изо рта генерала.
  - Ублюдки! - процедил он.
  - Что за выражения? Вы все же офицер, а тут дама, - умиротворенным, снисходительным тоном начал Антиквар, - Генерал, я вам расскажу, что сейчас произойдет, через полторы минуты вы почувствуете, как тепло растекается по всему телу, возможно, у вас начнет кружиться голова, ощущения будут, будто вы выпили лишнего. А потом вы ответите на мои вопросы.
  - А не пошел бы ты со своей дамой и ручной мартышкой...? - голос генерала дрожал, язык заплетался, а взгляд стал стеклянным.
  - Ничего, подождем, - ответил Антиквар и взглянул на часы.
  Не прошло и минуты, как голова пленника упала на грудь. Карлос подошел, взял его за подбородок и, откинув голову назад, посветил маленьким фонариком в глаза, - Готово, можем начинать. Антиквар, подошел почти вплотную и приступил к допросу. Говорил он на удивление тихо, практически шепотом, так что Тереза слышала вопросы и ответы урывками, многое из того, что говорил пленник, казалось несуразицей. Сначала она пыталась вслушиваться, но спустя пару минут плюнула и абстрагировалась от происходящего, сконцентрировав внимание на оружейной стойке в дальнем углу подвала.
  Допрос занял минут десять. Карлос, наклонив стул, к которому с привязанным к нему пленником, тащил его в сторону. Деревянные ножки, цепляясь за неровный бетон пола, издавали неприятный скрежет. Он то и отвлек Терезу от разглядывания двух десятков карабинов и винтовок.
  - Вы закончили? - тихо спросила девушка.
  - К сожалению, да, - ответил старик, - Карлос, подготовь тело к транспортировке, смерть пленника, еще не повод менять планы. А мы с тобой, Тереза, пойдем наверх и обсудим дальнейшие планы.
  Девушка послушно поднялась по лестнице и уселась на стул, А антиквар продолжил рассказывать про Сонору:
  - Эта Сонора, настоящее имя Франциска Офелия Невис личность незаурядной личностью. Работая в Министерстве обороны в службе внутренней безопасности аналитиком, она имела доступ, в том числе и к секретной информации. Ей удавалось водить разведку за нос практически с самого начала войны. Когда стало ясно, что утечки происходят именно из военного ведомства, она пришла к руководству с инициативой создать специальную группу дабы выявить шпиона своими силами, в состав которой она и вошла. Фактически она начала заниматься охотой на саму себя. Семьи у нее не было. Отец Стюарт Невис - американец и мать Виктория Мария Санчес - колумбийка, оба погибли в первый год катастрофы, как и ее старший брат Бертран.
  Сонора выстроила работу таким образом, чтобы со стороны КШС у нее был единственный контакт, наш покойный генерал Тревор Хьюс. До войны он работал в посольстве в Мехико, посланником по техническому сотрудничеству. Как он познакомился с Сонорой, мы не знаем, но для дела это уже и не важно.
  Сейчас, я расскажу, что требуется от тебя. Бандиты, напавшие на генерала, работали на мексиканскую разведку, что собственно практически является правдой. Кроме генерала они захватили и Сонору. По плану они пытались уйти на юг, но внезапное наступление техасцев при поддержке КШС, спутали им карты. Понеся огромные потери, они были вынуждены направиться на север, и оказались здесь в Колумбусе.
  Поскольку, я являюсь человеком осведомленным, то иногда делюсь информацией с местными властями, за что получаю от них защиту и дружбу... Так вот, мои агенты выяснили, где и по какому маршруту будут перевозить генерала и Сонору, я естественно сообщу эту информацию в местное управление шерифа и отважные рейнджеры освободят пленников. К сожалению, генерал уже будет мертв, но вот Сонору спасут.
  Как ты понимаешь, роль Соноры придется исполнить тебе. Они доставят тебя в Остин, допросят. Поскольку ты ничего не знаешь о Соноре и ее работе, тебя вмиг расколют, чтобы этого не произошло, мы сделаем тебе укол препаратом 'Предсказатель'. В большинстве случаев, его побочным эффектом является потеря памяти, но в твоем -дозировка будет минимальной, но достаточной чтобы анализ показал наличие препарата в крови. Так что не переживай.
  - Погодите...вы, что хотите накачать меня химией и отдать гринго! - выкрикнула, до этого молчавшая Тереза.
  - Химией, громко сказано, препарат растительного происхождения и его дозировка будет не опасна для здоровья.
  - Как в случае с генералом?
  - В его случае мы применяли другой препарат, и его смерть, скорее исключение, вызванное сильным истощением организма.
  - Вы, что издеваетесь... действительно, думаете, что я соглашусь на это?
  - У тебя нет выбора, при всех прочих равных это лучшее предложение. К тому же, ты и твой друг получите столько денег, что за всю жизнь не истратите. Ах да, забыл упомянуть, я предоставлю вам новые документы любой страны, какой попросите, это в дополнение к рабочим ID КШС.
  - Покойникам деньги и документы не нужны!
  - Тереза, тебя никто не собирается убивать, да возможно некоторые детали задание слегка необычные, но в целом оно не сложное... Позволь я продолжу...
  Тереза нехотя кивнула и уставилась на рассказчика, горящими разъяренными глазами.
  - Тебя допросят, когда поймут, что толку от этого нет, начнут думать, как с тобой поступить дальше и вскоре отпустят, конечно, ты будешь под присмотром, но тут уже тебе самой придется выкручиваться. В Остине, на тебя выйдет представитель нашей организации и даст новые указания.
  - Что это за организация, про которую вы говорите?
  - В свое время узнаешь. А пока, у нас немного времени, вот возьми, - Антиквар достал из-под стола саквояж, - Здесь пятьдесят тысяч долларов КШС, десять тысяч техасских долларов, золотые монеты, инструкции для твоего напарника и его новые документы. Я передам это ему, сразу после того как тебя подготовят.
  - Что значит подготовят?
  Вместо ответа Антиквар необычно быстрым для хромого старика движением, подскочил к Терезе и воткнул шприц в ее плечо. Сразу же мир в ее глазах заиграл яркими красками, перед глазами все поплыло, а затем она отключилась.
  В себя она пришла от сильной тряски. Тереза обнаружила, что сидит на деревянной лавке в кузове какого-то грузовика, ее руки и ноги связаны, на полу перед ней лежал связанный труп генерала. Она попыталась подняться, и как раз в этот момент автомобиль резко затормозил и раздалась стрельба.
  
  21 мая Колумбус. Техасская Республика. Мануэль Ерраро.
  
  Мануэль проснулся в тот момент, когда эта стервозная баба - Тереза, давала указания, зевающему Пабло. Доктор поднялся с пола и, размяв затекшие бока, перешагнул через посапывающего во сне Родриго и направился в выходу.
  - Куда это ты направился? - спросил Пабло, закрывая дверь и погружая комнату во тьму.
  - Хочу подышать воздухом, - ответил доктор.
  - Обойдешься! Тереза сказала ждать здесь, так что вернись на место! - убедившись, что доктор вернулся на место, Пабло буквально нырнул в кровать и через мгновение комнату наполнил его раскатистый храп. Бездельное сидение на стуле длилось недолго. Спустя минут пятнадцать проснулся сеньор Веласко, он неуклюже поднялся и, топая как стадо слонов, направился прямиком двери. Пабло, до этого мирно храпевший, вскочил как ужаленный, с криком: 'Стой!'. Даже в темноте было видно, как огромный темный силуэт застыл у самой двери.
  - Что-то не так? - спросил Родриго.
  - Все останутся в комнате до возвращения Терезы, - командным голосов практически прокричал Пабло.
  - Мне вообще-то надо...
  - Всем надо, терпи!
  - Пабло, ты издеваешься? - Родриго открыл дверь, разрезавший темноту свет, освятил напряженное лицо Пабло, который недоумевающе смотрел на капитана, посмевшему ослушаться приказа Терезы. Родриго вышел и вернулся минут через пять, за это время Пабло, бухтя, разжег лампу на столе, которая хоть и слабо, но освещала помещение. И вот так при тусклом свете, под аккомпанементы урчащих животов они просидели до обеда. От мыслей, все больше о еде, их оторвал стук в дверь. Пабло напрягся и, достав револьвер, подошел к двери. Родриго же, оттолкнув огромной рукой доктора ближе к столу, встал правее и направил ствол трофейного пистолета в дверной проем. К слову, магазин в нем был пуст.
  Пабло открыл дверь. В проеме, преграждая выход, возникла огромная тень. Казалось, она нависала сверху, поглощая все вокруг.
  - Кто это? - металлическим голосом произнесла тень.
  - Эти со мной, - В голосе Пабло читалась неуверенность.
  - Это проблема!
  - В чем же?
  Тень отодвину Пабло в сторону и, войдя в комнату, закрыла дверь. Лицо незваного гостя осветил лучи от стоящей на столе лампы. Даже сейчас оно казалось призрачным, не выражающим эмоций, будто бы принадлежало не живому человеку. Высокий гость, не замечая присутствующих в комнате Мануэля и Родриго, подошел к столу и поставил на стол саквояж.
  - Коротышка, слушай внимательно, два раза повторять не буду, - обратился он к Пабло, который стоял с багровым лицом и нервно бегал черными глазками по комнате. - Тереза, завтра отправиться в Остин, ты на это ID купишь билет на поезд, отправляющийся из города в 21:00, - помощник Антиквара протянул кусок пластика на имя Хорхе Мартинеса и с нечеткой фотографией Пабло на реверсе, - Деньги в сумке. Инструкция, что нужно сделать там же. Насчет этих двоих, зайди в салун 'Оливковая ветвь' на 3-й авеню, спроси Чака, или пристрели их, что предпочтительней, - с этими словами Карлос вышел из комнаты. Вся троица, открыв рты, уставилась в открытый дверной проем. Первым заговорил Мануэль.
  - Это кто? Что значит пристрели?
  - То и значит, - очухавшись, ответил Пабло, - Ствол к башке, курок взвел, на спусковой крючок нажал.
  - Не смешно, - открывая саквояж, фыркнул Родриго.
  - Мне тоже... отойди, не для тебя оставили, - Пабло отпихнул капитана и протиснулся к столу. В сумке лежали аккуратно сложенные и перетянутые резинкой пять пачек долларов КШС и одна пачка техасских долларов. На самом дне оказалась шкатулка с золотыми слитками без маркировки, содержимое которой, ушлый мексиканец сразу же спрятал в скрытые полости широкого ремня. Затем он посмотрел ID. Фотография была не очень четкой и взята с камеры видео наблюдения. Листок с инструкциями был вложен в конверт. Достав и развернув его, Пабло внимательно прочитал текст, который сам был на английском, а внизу присутствовал перевод на испанский. Инструкция предписывала по приезду в Остин обратиться в ресторан 'Колодец' на углу Колорадо-стрит и 10-й и спросить госпожу Лорин.
  - До вечера еще куча времени. Зайдем в эту 'Ветвь', может быть там и пожрать можно.
  - Возражать не будем, - хором ответили Родриго и Мануэль.
  Салун 'Оливковая ветвь', располагался в трех кварталах практически на границе города. Салун, а он именно так и именовался на вывески, имел все атрибуты питейного заведения на среднем западе второй половины девятнадцатого века: распашные деревянные створки на ходе место дверей, лампы на потолке в виде колес от телег, черепа буйволов на стенах.
  Внутри пахло прокисшем пивом, по углам и под столами валился мусор, объедки битое стекло и бутылки. 'Похоже, по вечерам тут бывает весело' - тихо произнес доктор, показывая на свежее красно-бурое пятно на полу. За одним из столов сидел, скорее даже лежал, местный забулдыга. За барной стойкой спиной к входу стоял толстый, расплывшийся в боках бармен. Услышав скрип створок, он развернулся и, поправив рукой залысину, уставился черными, слегка заплывшими глазами на посетителей.
  - Мы закрыты, - хриплым низким голосом произнес бармен.
  - Мы к Чаку, - Выпалил в ответ Пабло, сразу пресекая дальнейший диспут на тему: 'чего приперлись, валите'. Бармен, внимательно всмотрелся в лица, почесал бок, и, махнув рукой, направился к двери, справа от стойки. Все трое дружно последовали за ним, через грязную, неопрятную кухню и вышли в переулок между двумя зданиями. Бармен, пройдя пару метров, обтирая жирными боками стены, постучал в дверь. С другой стороны послышались шаги, защелкал замок. Дверь отворилась. У нее стояла низенькая худая китаянка, которая бормоча со скорость пулемета только ей понятные слова, замахала руками, призывая заходить внутрь. Она, не прекращая говорить, забежала по бетонной лестнице на второй этаж и жестами указала на дверь в конце коридора, за которой оказалось большое помещение уставленное столами с сваленными на них картонными папками и пачками бумаги. Кирпичные стены были выкрашены белой краской, свет попадал внутрь через узкие оконца под самым потолком. За одним из столов сидел немолодой худощавый мужчина в толстых очках и твидовом клетчатом пиджаке.
  - Чем могу служить, господа.
  - Мы ищем Чака, - ответил на этот раз Мануэль.
  - Вы его нашли..., так что вы хотели?- этот вопрос поставил всех в тупик, в воздухе повисла неудобная тишина. Молчание нарушил Пабло, - Нас сказали, вы можете помочь, - показал он большим пальцем себе за спину в сторону доктора и Родриго.
  Чак поправил очки, посмотрел на гостей как на идитов, - Так от кого вы, позволю себе уточнить?
  - Помощник Антиквара! - ответил Пабло.
  - От Карлоса значит.
  - От него, от Карлоса.
  Чак вышел из-за стола и подошел сначала к Мануэлю, а затем и Родриго. Он смерил обоих взглядом и спросил:
  - Какие документы вам нужны?
  Все трое пожали плечами. И вдруг, Пабло расплывшись в улыбки, выудил из кармана карточку ID и протянул ее Чаку, - Вот такие!
  - Хм... КШС..., довольно качественно сделано, - бормотал Чак, сосредоточенно вертя в руках кусок пластика, - по тысячи за штуку, не меньше, - резюмировал он.
  Получив молчаливое согласие, работа закипела. Чак увлек в боковую комнату сначала Мануэля, а затем и Родриго и сделал фотографии. После этого он достал амбарную книгу с именами, датами рождения, ростом, цветом кожи и какими-то номерами. Уточнив возраст обоих, Чак начала перелистывать страницы параллельно что-то выписывая на клочок бумаги.
  - Так господа, вы мне больше не нужны, через три часа приходите. Половину суммы заплатите сейчас, половину после того, как я закончу, - он вытянул руку и Пабло с явным нежеланием, читающимся у него в глазах, отсчитал сто купюр по десять техасских долларов.
  Пообедать было решено в другом месте, кухня, да и салун в целом, не внушал доверия. В поисках заведения поприличней пришлось пройти два квартала, под палящим дневным солнцем занятие это изматывающее и мало приятное, поэтому выбор пал на первое более-менее приличное место. В таверне под названием 'Якорь' они и просидели все три часа. Забрав документы и расплатившись за работу с мастером, теперь уже Хорхе Мартинес, Филипп Гранд и Энрике Торрес отправились на вокзал.
  В кассе сотрудник железной дороги проверил документы и, не задавая вопросов, выписал билеты, проинформировав пассажиров, что поезд сегодня будет не раньше 22:00. Пабло, отвечающий теперь за все расчеты, расплатился с кассиром и посмотрел на часы.
  - Еще куча времени, идем в бар, - сказал он.
  - Может в бордель? - шутливо спросил Родриго.
  - Если только ты платишь.
  - Ну нет, так нет.
  Товарищи вернулись на уже знакомую главную улицу района красных фонарей, и зашли в ближайший к вокзалу трактир.
  Поезд прибыл, на станцию в 22:15. Те немногие пассажиры расселись по своим местам за пару минут и поезд тронулся, оставляя позади город, на который уже опустилась ночь.
  
  21 мая. Колумбус. Техасская Республика. Тереза Рубио.
  
  Стрельба продлилась недолго. Сначала длинные очереди сменились одиночными выстрелами, а затем и вовсе прекратилась. То, что происходило после этого, Тереза помнила смутно, все было как в тумане, сказывалось действие той гадости, которую вколол ей Антиквар. Ноги не держали ее, голова кружилась и, когда двое рейнджеров забрались в кузов грузовика, Тереза просто завалилась на бок. Ее подхватили под руки и полусознательную вытащили на дорогу. Еле передвигавшую ноги девушку довели до стоящего чуть в стороне армейского внедорожника и усадили на заднее сидение. Пока ее вели, Тереза успела рассмотреть тела лежащих на земле 'похитителей', ими оказались еще бывшие товарищи из банды Артуро. 'Вот сволочь! Антиквар и вас использовал', - скользнула в голове мысль.
  После того, как тела, в том числе и генерала, загрузили кузов армейского грузовика, стоявшего сразу за внедорожником, колонна из пяти машин развернулась на пустынной дороге и направилась в сторону видневшегося на горизонте города. Тереза сама и не заметила, как отключилась. Очнулась она уже в прохладном помещении, на жесткой кушетке, в руку был воткнут катетер, от которого к установленной на стальной штанге капельнице шел прозрачный шланг. В комнате кроме нее был кто-то еще, она слышала шаги, шорохи, звон стекла. Тереза попыталась повернуть голову, но ее тело словно окаменело, шея отказывалась поворачиваться, тогда она разомкнула сухие губы, и шепотом прохрипела 'дайте воды'.
  - Не двигайтесь, не двигайтесь, - послышался голос откуда-то сверху. Через мгновение к ней подбежала загорелая совсем молоденькая девушка в белом халате, и, придерживая голову Терезы, поднесла к губам стакан с водой.
  - Я сейчас позову доктора, вы главное не пытайтесь подняться.
  - Я бы и рада, да боюсь не смогу, - все также сиплым голосом ответила Тереза.
  Доктор звать не пришлось, уже немолодой, высокий мужчина вошел в комнату и, увидев ассистентку, склонившуюся над пациенткой, сразу же направился к кушетке.
  - Вы очнулись! Прекрасно, - он достал стетоскоп и, взяв в другую руку часы, начал мерять пульс, - Пока не знаю, чем вас накачали, но вы определенно выживите, - улыбнулся доктор, - и начал задавать вопросы: 'Кружиться ли голова?', 'Тошнит ли вас?', 'Немеют ли конечности?' и так далее. Тереза послушно отвечала, а доктор делал пометки в блокноте. Закончив, он обещал зайти через час и, уходя, настрого запретил ассистентке давать пациентке что-либо, кроме воды.
  Доктор, как и обещал, приходил каждый час. После трех часов на жесткой кушетке, Терезе разрешили подняться, а ближе к вечеру даже накормили бульоном. А сразу после этого пришли посетители. Делегация в составе трех человек, двое из которых были в военной форме Техасской Республики, вошли в медпункт. Мужчина в гражданском подошел к доктору и они шептались минуты две. Затем все трое визитеров расселись полукругом около Терезы.
  - Добрый вечер, госпожа Невис, или вы предпочитаете сеньора Невис, - сказал мужчина в гражданском.
  - Как вам будет удобно, - ответила Тереза.
  - Хорошо... Тогда если позволите я представлюсь сам и представлю моих спутников. Френсис Райт - служба специальных операций КШС, а эти достопочтенные господа Уоррен Смит и Найджел Брукс - представители разведслужбы Техасской республики. Доктор разрешил нам немного побеседовать с вами, если вы конечно не возражаете?
  Тереза кивнула в ответ.
  - Начнем с формальностей. Вас зовут Франциска Офелия Невис? - Тереза вновь ответила кивком.
  - Вы родились 15 апреля 2043 года в Санта-Фе штат Нью-Мексико?
  - Да.
  - С 2069 года работали в Министерстве обороны Мексиканской Республики, в службе внутренней безопасности?
  - Возможно.
  - Возможно? Вы не уверены?
  - Я не помню.
  - Хм... Ладно, продолжим. Вы также известны как Сонора?
  - Не знаю.
  - Попробуем по-другому, - мистер Райт начал заметно нервничать, такого развития ситуации он не ожидал, - Вам знаком этот человек, - он достал из папки фотографию генерала и показал ее Терезе.
  - Лицо мне знакомо, но я не помню его имени.
  - Вы с ним общались? - продолжил задавать вопросы Райт, уже начиная выходить из себя.
  - Наверное, я не помню, - тихо ответила Тереза. В этот момент к Райту подошел доктор, показывая какие-то записи и шепотом говоря на ухо Райту, который в ответ только кивал.
  - Госпожа Невис, завтра утром мы отправим вас в госпиталь в Остин. А сейчас не смею вас больше тревожить, желаю вам скорейшей поправки. Всего хорошего.
  - И вам, - совсем тихо произнесла Тереза.
  После того, как гости вышли из медпункта, доктор запер дверь на ключ и подойдя к девушке всучил ее пластиковый пузырек:
  - Сеньора Рубио, - от этих слов Терезу словно током прошибло.
  - Откуда вы знаете мое имя?
  - Не переживайте у нас общие друзья... Завтра вас доставят самолетом в Остин, сначала вас осмотрят местные врачи, а потом отправят на допрос с применением полиграфа.
  - С применением чего?
  - Такой аппарат, это сейчас не важно. Слушайте дальше. Сразу после осмотра, вы себя почувствуете плохо, почувствуете тошноту и вы попроситесь в уборную. Там выпьете содержимое пузырька. Через минуту, ваше сердцебиение и пульс участятся, температура тела немного подниматься. Все это даст вам шанс обмануть машину.
  - Если честно, я ничего не поняла.
  - Просто сделайте так, как вам говорят и все. А теперь отдыхайте, самолет в шесть утра, рекомендую выспаться.
  
Оценка: 8.00*3  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"