Осипцов Владимир Terramorpher: другие произведения.

Реинкарнация, Часть 2 - "Броня Молчания", глава 2, "Цитадель"

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние конкурсы на ПродаМан
Открой свой Выход в нереальность
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Peклaмa
 Ваша оценка:

  

Запись 15-я - Глава 2. "Цитадель"

  "Озаряет поле сраженья
  Месяц - туго натянутый лук"
   Хэё-но цубане
  "Сердце в себе убил
   Сжилась рука с "ледяным клинком"
  Или это - "единственный свет"?"
   Сайгё
  
  >Новое лицо
  
   Чистый, с лёгкой полупрозрачнинкой снег, сверкал серебром до самого горизонта. К нему удивительно плохо прилипала грязь - подчас, единственное, что ложилось на ряды сугробов, это бледный отсвет летящего демона или кошмарная тень химеры... Небо было тёмно-тёмно-синим, с огромными, настоящими и искусственными звёздами, с бесцветной планетой за горизонтом (если взлететь, то можно заметить и её и её маленькую луну полностью), а между звёздами и снежной равниной рукотворным горизонтом возвышалась на западе крепость Коцит.
  Вот уже три месяца, как карательная армия Тардеша разбилась о серо-голубые стены этой цитадели, и, к радости мятежников, остановила своё двухлетнее победное шествие. С самого Амаля присылали три корабля золота (из такого количества не то что купить - можно СДЕЛАТЬ небольшую планету!), для подкупа гарнизона - но яркий луч с Воротной башни, разбивший на атомы столь грандиозное предложение, был единственным ответом призракам - повстанцы гордились своей крепостью, по праву снискавшей славу лучшей в Аду...
  ...В погожий день гигантские, с выгибом наклонённые "на себя" двухкилометровые стены, громоздились почти настоящей горной цепью по всему горизонту - изредка разрезавшие ее, прилизанные полукругами башенки лишь усиливали впечатление. На закате, когда яростная звезда Гудешии касалась края их, окрашивая окаём неба в цвета зари - как невыносимо прекрасны становились постоянно кружащиеся над нею патрули химер и высших демонов! Зато в снегопад, когда башни до половины терялись в клубящихся облаках, и, надо было взмыть над их слоем, рискнуть опасностью встречи с патрулём и неизбежных противозенитных маневров, насладиться совершенной красотой этого чуда строителей Амаля. Было что-то завораживающее в идеально решенном завершении стен, в чёткой геометрии планов недоступного города, с этой странной, притягательной и приятной глазу ассиметрией, в слаженной работе защитных механизмов, отслеживающих твои эволюции - они, конечно, могут сбить тебя, но сделают это настолько красиво, что за такую смерть не жалко отдать жизнь. Многие демоны погибли в небе над Коцитом только потому, что засмотрелись на эту красоту... Неудивительно, что Сенат призраков тоже запретил драгонарию бомбить крепость - по не требующей обсуждения директиве, она должна была быть взята с земли, не считаясь ни с какими потерями, и с наименьшим уроном для защитных сооружений и оборудования.
  Что ж... Осаду этот город имени планеты мог держать бесконечно - даже, несмотря на то, что инженеры людей отвели от него реку, и выкачали подземное озеро, заменив жидкий метан ядовитой для местных жителей водой, моментально схватившейся в каменной твёрдости лёд, перерезавший многие важные коммуникации. А в лоб штурмовать - было ещё глупее. Не зря же среди демонов и ракшасов Первого Туземного Корпуса ходила одна поговорка: "На свете есть лишь две цитадели - первая это Коцит, вторая - сердце нашего генерала"...
  
  ...Генерал Явара Кадомацу, конечно, слышала эту присказку, и ей льстило, что её повторяли, говоря о невыполнимом задании. Впрочем, она давно отвечала мягкой улыбкой на любую, даже откровенную грубость солдат, её армии, хотя амальский обычай - "на удачу", перед боем, ругать своих командиров, на чём свет стоит, под её началом не поощрялся. Принцесса сохранила свою дворцовую репутацию "недотроги", но сейчас, смысл, вкладываемый в это слово, стал совсем иным. Если раньше зыбкая стена мечтаний и несбыточных надежд охраняла на самом деле чуть тёплое и хрупкое сердце маленькой принцессы от жестоких сил внешнего мира, то сейчас лёд молчания, холод отчуждённости и слепящее бесстрашие ограждали мир от доменного жара чувств, разрывающих душу корпусного стратига Явары Метеа. Она просто не могла позволить себе быть нежной, чувствительной, капризной и инфантильной - как закаляют руку, перед тем как крушить металл, ударяя о деревянные доски и камни, так она закаляла сердце перед ежедневной схваткой чувств с Судьбой, бросая его на лезвия мечей и острия копий.
  Мацуко сильно изменилась за год, прошедший с похорон Мамору. Начать с того, что она вытянулась вверх на целую голову, что сделало ещё более карикатурным постоянное сопровождение из суккубов (те тоже подросли - было заметно по одежде. Тардеш говорил, что это от невесомости - слишком часто летали на кораблях. Знатоки замечали, что демоны вообще-то не имеют пределов роста - и границы им ставят только обычаи и питание). В осанке и движениях появилось что-то взрослое, воинское, но одновременно безвозвратно исчезла часть женственности, никому не нужной на войне. Она похудела, потеряв детскую пухлость - но мамина широкая кость заставила раздаться её плечи и бёдра - никто ничего не сказал, конечно, но доспехи пришлось заказывать на размер больше. Она теперь могла не переживать, что у неё где-то лишняя капля жира - весь вес забрали могучие, железной твёрдости мускулы Демона Разрушения, при каждом движении красиво прорисовывающиеся под кожей на зависть даже некоторым мужчинам. Только девичья краса - высокая грудь, на такой мощной опоре уже становилась причиной беспокойства - на заседаниях штаба отвлекая истосковавшихся по дому генералов от дел, а перед боем с трудом помещаясь под нагрудник. С ностальгией теперь вспоминала девушка свои детские переживания о полноте и диеты - давно уже, она приняла как данность происшедший с её телом метаморфоз, поняв, что даже так остаётся и женственной и красивой - просто по другим канонам красоты. И в самом деле, укрепившийся костяк излечил так волновавшую её диспропорцию плеч и бедер, и теперь на принцессу заглядывались не только в лицо, но и в спину, провожая почтительным полушепотом: "Ара, что за женщина!".
  Лицо... было бы глупо отрицать, что в зеркале она видела ту же девочку, которая решилась бежать со свадьбы. Лицо похудело, черты заострились, скулы и подбородок - зеркало плеч и бёдер, сделались чуть (совсем чуть), крепче, на впалых щеках, когда она стискивала зубы, иногда стали проступать очертания клыков, больше не подпиливаемых по обычаям знати, но кожа, чуть покрывшаяся оранжевым загаром, была всё ещё по-детски нежна и без единой морщинки - разве что в уголках глаз, из-за её любви не прятать взгляд, а лишь прищуриваться, когда в лицо вдруг ударит резкий ветер или озарит улыбка...
  Её глаза... даже её глаза не остались прежними - тот же разрез глаз, выдававший значительную примесь северной крови, что делал её лицо полнее на вид всё детство, теперь, на лице похудевшем, длинноносом, заставлял казаться их ещё больше, порой пугая саму их обладательницу бездонной глубиной цвета тёмной сосновой хвои. И порой, глядясь в зеркала, эта всё ещё юная девушка, задавалась вопросом - во что вырастает нежная бабочка из-за Девятивратной Ограды, вскормленная на крови убийц её брата?.. И тяжело вздохнув и закрыв ставшие такими красивыми глаза, сама себе молча и отвечала: "В волчицу..."... Я же, в свою очередь, никогда больше не назову её "маленькой принцессой"...
  
   Это Азер убедила дочь императора принять произошедшие с той физические изменения как данность. Была годовщина смерти брата, второй день после Танабата. Хозяйка стояла перед зеркалом и ощупывала свои раздавшиеся бёдра, опять не влезшие в доспех. Охраннице это надоело, и она, походя, закрыла зеркало покрывалом.
   - Ну, хватит радоваться.
   - Радоваться?! Я как корова...
   - Очень стройна и красивая коровка. Тёлочка.
   - Азер!!!! Коровы - толстые.
   - У людей сравнение с коровой - комплимент.
   - Они про походку говорят. У человеков женщин не развозит к старости.
   - Развозит, развозит. Ты не только на принцев и принцесс смотри. И какая старость в двадцать один год? Побойся богов.
   - Нет, ну посмотри на меня! В какой наряд я теперь влезу?! И под доспехами всё торчит и колыхается...
   Она осеклась, вспомнив такой же разговор с Мамору в шлюзе сторожевой башни Иваоропенерега год назад.
   - Да где у тебя колыхается? Это у тебя кость растёт, ей расти и положено! А всё остальное - мясо, как оно не нарастёт, если тебе нужно и доспех носить и мечом махать! Не хочешь, чтобы росло - не ходи на войну.
   - Колыхается. Тут колыхается.
   - Сиськи, когда они большие, они и должны колыхаться, иначе это не сиськи! И, я тебе тыщу раз говорила, затягиваться поплотнее.
   - Да ну. Мне не нравится.
   - О дэвы и ашуры! Мацуко, родненькая, да что ты не поймёшь, что ты красивая женщина с широкой костью! Ты по сторонам поглядывай, что мужики делают, когда ты мимо проходишь - раньше они только на твоё лицо заглядывались, а теперь и в спину провожают!
   - Да ну, скажешь тоже. Они просто год женщин не видели.
   - Те, мимо которых ты ходишь - женщину видели. Не беспокойся. И не года назад, а каждую ночь.
   Хозяйка рассмеялась:
   - Раздолбайки... Ты вот скажи, разве тебе было приятно, когда ты растолстела?!
   - Да я обрадовалась! Знаешь, мне как-то естественнее быть толстушкой. Я сама этого и хотела... У меня маму в двадцать пять развезло, я ещё на два года отстала - ещё боялась, что рожать тяжело будет... А у тебя где жирок, найди?!
   Принцесса указала пальчиком на себя.
   - Вот нашла. Видишь? Меня скоро как твою маму развезёт.
   - Дурочка! На свою маму смотри! Ничего у тебя нет, и не будет, как у неё - на пятом десятке будешь осиной талией щеголять. Слава прародительнице Лилит, или извини, твоим богам, что у тебя хоть этот жирок остался! А то будешь, вся в узлах от бицепсов-трицепсов, мужикам не на что и посмотреть будет!
   - Ну, знаешь... мускулы-мускулы, какие у меня мускулы? Жир растёт.
   - Не смеши. Ты монеты пальцами гнёшь, всадника в доспехах с размаху разрубаешь, скромница нашлась. А Афсане не слушай - она всех на свой калибр меряет! А её калибр не наш! Ты - красивая!
   Со старшей сестрой Ануш в таком настроении было спорить бесполезно. Дочь Императора отворачивалась от зеркала, и смотрела в окно где в черном небе, над белыми полями снега, разбросав ярко-оранжевые крылья зари, восходило удивительно маленькое солнце...
  
  ... Не только природа Коцита - вся эта кампания располагала к сравнениям в контрастах. Неопытный полководец-женщина, за пол-года завоевала больше планет, чем все учёные-переучёные мужчины. Конечно, она не хотела присваивать все заслуги себе - повстанцы почти что играли в поддавки: стратегический план Тардеша, начать захват с научной бесцветной Яншишмы, где были основные научные лаборатории, атомные и ядерные арсеналы, продолжить Акбузатом с его магическими ресурсами, давал плоды - им становилось нечем воевать и нечего взрывать. После "ловушки Тыгрынкээва" на Яншишме, после катастрофы на Акбузате, обескровившей их ряды, они ни разу больше не решались на генеральное сражение, предпочитая сдать без боя пять планет из восьми (считая и Акбузат с бесцветной). Но и другая удача - страх и ужас карательный войск, отважный Тыгрынкээв - умер, побеждённый принцессой, своей смертью посеяв раздор в рядах неприятеля. Но, опять контраст - воевать, стало ещё тяжелее. Тыгрынкээв хоть придерживался амальских правил ведения войны, а оставшиеся полководцы повстанцев были кто во что горазд. Но генерал Явара тоже воевала по-своему... И природа Коцита тоже говорила своё последнее, немаленькое слово...
  Своим главным оплотом мятежники выбрали три самые богатые и населённые планеты: Шульген - столицу системы, с её деньгами и заграничными связями, Диззамаль - с её верфями и оружейными заводами, и Коцит - образцовую военную базу Республики Амаль. План кампании намечал после захвата богатой топливом и ресурсами планеты Нэркес, следующий удар по промышленному Диззамалю (вернее писать Диз"Амаль, но апострофы давно не в ходу в республиканской орфографии), и лишение врага притока оружия, но на драгонария надавил Сенат, и... приказ есть приказ.
  
  Коцит... Целая планета - одна огромная военная база. Расточительство, немыслимое в Крае Последнего рассвета, но необходимое государству призраков, широко раскинувшему меж звёзд свои границы. Сердце её - неприступная цитадель "Ледяное Озеро", иначе именуемая по имени планеты - "Коцит". Трудно было представить, что система, удерживаемая таким "кулаком", смогла восстать, но не трудно понять, почему повстанцы так успешно сопротивлялись. (Как объяснил потом Тардеш, снизойдя до союзников, с Коцита-то восстание и началось, и лишь потом его поддержал наместник). Родина талантливого Тыгрынкээва, страна солдат, страна контрастов...
  Огромное, чёрное небо, (чуть-чуть синеющее днём) вверху - и поля белого снега внизу. Необозримые просторы, отданные сугробам - и тесные города-крепости, в которых даже богачи живут как в казармах, в одной комнате по трое-пятеро. Невероятное чудо - скалы, горные цепи из прозрачного, как хрусталь льда - и цепочки огненных демонов, движущихся вдоль них. И принцесса-демон - добившаяся своей цели - быть рядом с Тардешем. И Тардеш, отгородившийся от неё неожиданной стеной холодности и отчуждения... И сердце бывшей маленькой Мацуко - теперь по-настоящему горячее, но закованное в лёд молчания...
  Слово "бесстрашие", привычно звучавшее вслед за именем генерала-принцессы было не просто лестью. Слухи твердили, что она и правда ничего не боялась. То, что командующий возглавляет авангард, даже теперь вошло в привычку, стало обычаем, хотя и удивляло в первые дни после смерти Мамору. Но, начав с башибузуков, она научилась ценить лёгкую пехоту, (первое, что она сделала после Дней Удаления - явилась к Азиз-паше: "Смотрите, и никто не будет вас заменять!" - тот посмотрел на неё и промолчал. Но остался в её друзьях), да к тому же, в этих самоубийственных стычках девушка разряжала то отчаяние, которое, дай она ему накопиться, бросило бы её без сил на колени перед несбыточностью своей цели жизни, стоило влюблённой демонице в очередной раз разбить свою радость об стену отчуждения, окружавшую Тардеша.
  
  ...Был первый день вторжения на Коцит. Кадомацу, высадившаяся с передовыми силами десантом (мятежники, превосходящие флот Тардеша по числу магов, вблизи крепости вполне удачно могли препятствовать открытию "связок", были в силах оставить огромный крейсер без энергии, но были бессильны перед почти невидимыми маленькими челноками, сбрасывающими крылатых демонов в верхней тропосфере) возглавила захват плацдарма для портала, и, едва дождавшись открытия "связки", оседлала коня и помчалась к передовым частям авангарда.
  Нет, теперь под её седлом была не маленькая, верная, Повелитель Кошек, а могучий вороной, хоть и не зря носивший имя "Глупыш", конь брата. Повелитель Кошек, несмотря на все свои замечательные качества, была всё-таки лошадкой-игрушкой, предназначенной для увеселения знатных дам, воображающих себя великими воительницами, но настоящим воительницам и генералам, нужен был настоящий боевой конь, способный держаться в конном строю и не боящийся даже атомного взрыва. Изредка, в короткие мгновения мира, младшая дочь императора позволяла себе расслабиться и покататься на бессловесной четырёхногой подруге, но брать её в бой - ни-ни. Она понимала, как была смешна, рвясь в сражение на своей детской лошадке. Вот Глупыш - совсем другое дело, это была не игрушка, это был настоящий воин, обученный глядеть в лицо смерти и участвовать в её играх. Он осознавал свою вину в смерти прежнего хозяина, и, получив вдруг столь незаслуженное доверие, теперь старался оправдать его изо всех сил, буквально по-родительски, оберегая в любой схватке свою новую, ослепительно-красивую наездницу. Небесные Кони ведь не животные, а ещё одна разумная, пусть и необычная раса Вселенной - и поэтому способны и понимать свои ошибки и делать выводы... Для Мацуко же, Глупыш был и всегда будет кусочком сердца брата, который он, уходя, оставил на память своей младшей сестрёнке...
  Даже сама поездка на настоящем боевом коне давала совсем другие ощущения. Сильный, но приятный ветер в лицо, земля, убегающая из-под копыт с такой скоростью, что вниз не смотри! - голова закружится. Невероятное ощущение мощи в твоих руках - даже ростом боевой конь в полтора раза выше Повелитель Кошек, тут, в самом деле, почувствуешь себя способной бросить вызов мужчинам! Настоящие боевые кони редко прыгают на "связки" - во-первых, не хотят терять скорость (по Небесному Пути конь не бежит, он летит как в прыжке, медленно перебирая копытами), а во-вторых - так труднее. А настоящий воин не боится выбрать трудный путь.
  
  ...На разведку авангарда они свалились всё-таки со "связки". Молодой полковник-копейщик опешил от удивления, да и с перепугу тоже - когда буквально в шаге от него из воздуха материализовался огромный чёрный конь с желтоволосой наездницей. Но потом узнал своё начальство:
  - Командир 8-го полка копейщиков бригады Мацукавы, Итиро Тацукава, Ваше Высочество! Ведём наблюдение за передислокацией противника!
  - Отлично - похвалила его выправку принцесса, без помощи крыльев спрыгивая с коня: - Какие новости, полковник?
  - Мы... начал тот и сразу запнулся: - Мы... о, боги! - прошептал, и попытался отвести взгляд.
  Демонесса улыбнулась и чуть приподняла ворот кимоно рулевыми крыльями. Это была её маленькая месть всем мужчинам за холодность Тардеша, и она неизбежно срабатывала. Она не носила нагрудник постоянно, поэтому сейчас была одета в чёрное, выгодно оттенявшее её сумахового цвета кожу. Покрой одежд, подразумевавший нарочито небрежно запахнутый ворот и тщательно подобранный на пару с хихикавшими суккубами орнамент, который гарантированно ловил любые мужские взгляды и направлял в вырез груди. Дальше достаточно было слегка шевельнуть спрятанными под плащом рулевыми крыльями, и любой, даже самый стойкий генерал оказывался в ловушке. На скучных заседаниях штаба её любимым развлечением было ловить на неподобающих взглядах убелённых сединами полководцев, так что же говорить о юном тюдзё?
  Хотя, этот юноша ещё ничем не провинился. Поэтому Метеа оправила как бы случайно распоясавшуюся одежду, и искоса заглянув ему в лицо, спросила:
  - Господин тюдзё? Я вас сбила с мысли?
  - Нет... ой, да что вы, Ваше Высочество!
  - Тогда продолжайте.
  - Мы... (долгий вдох через нос). Мы обнаружили вражескую колонну, двигающуюся в То-Та. Известили командование и ждём ударных частей.
  - Командование уже тут. Далеко колонна?!
  - Десять минут лёта на север.
  Кадомацу задумалась. То-Та, или Толтынташ был целью первого удара её армии, и любые колонны - подкрепления ли, припасы ли, в эту сторону были крайне нежелательны.
  - Большая колонна?
  - Около трёх полков.
  - Воздушное прикрытие?
  - Не уверен...
  - Не уверен?!
  - Ну, мы его не видели, но вполне может быть, что летуны спешились...
  - Пошли, покажешь.
  - Что?
  - Ну, ты же сам сказал, что десять минут лёту, - принцесса со щелчком распахнула крылья и скомандовала: - Летим на доразведку. Азер, девочки, за мной. Господин Сакагучи, с конями следуйте в отдалении, найдите для них укрытие, на случай если понадобится преследование, - повернулась к полковнику: - не берите с собой больше десятерых, и то только самых отборных из разведки.
  Осторожный офицер пробормотал что-то невразумительное, убежал... и вдруг, к немалому удивлению Метеа вернулся в полном доспехе в сопровождении ровно десяти угрюмых самураев. Когда он только успел переодеться?! Гюльдан их надоело ждать, и она поднялась выше, откуда что-то увидела и отчаянно замахала руками, едва не свалившись в штопор:
  - Противник в той стороне? - спросила готовившего крылья к полёту тюдзё зависшая рядом принцесса.
  Тот проследил взгляд девушки:
  - Да, госпожа.
  - Значит, они ближе, чем в десяти минутах. Вы скоро?!
  
   >Налет демонов
  
   ...Они полетели, прижимаясь к земле, делая резкие виражи от одного укрытия к другому, чтобы показывать дорогу следовавшим за ним конным телохранителям. Мятежники действительно были ближе, чем ожидалось. Вытянувшаяся идеально ровной линией-мишенью колонна, состоящая в основном из аборигенов - косматых как якши, шерстистых бескрылых демонов-раху неторопливо двигала по едва видимой снежной дороге. Они были родом с Коцита - создания из льда и снега, отлично чувствующие себя в морозных метелях этой планеты. Лишенные крыльев, взамен были награждены большой силой и ловкими руками, позволяющими использовать даже автоматы и другое опасное оружие людей и призраков. Но из опасных для демонов Разрушения угроз виднелись только две зачехленные зенитки - в голове и хвосте колонны. Достаточно далеко, чтобы не успеть придти на помощь друг другу. Автоматы, болтающиеся на груди мохнатых повстанцев, можно было не брать в расчет - они не были столь искусны с этим оружием, как легионеры. Один из разведчиков указал подходящее место для посадки, и принцесса сделала знак приземляться:
   - Ну что, господин тюдзё, могли вы разведать получше?!
   - Прошу прощения, Ваше Высочество...
   - Могли адекватно оценить численность? Вы считать дальше десяти умеете?
   - Ваше высочество...
   - Под вашим командованием достаточно сил, чтобы разгромить их наголову! Это ваша обязанность! Не отводите взгляд!- она опёрлась рукой о крутое бедро, и прямо подставила по спешно отведённый взгляд юноши вырез ворота: - Я смущаю вас?! Запомните - это признак того, что я недовольна! Доспехи мне! - она хлопнула крыльями, переложив их для боя, и плотно зашнуровала одежды, не оставив дразнящего мужчин выреза.
   Подъехавший с конями Сакагучи снял с сёдел доспехи, передавая готовым одевать госпожу суккубам нагрудник и набёдренники.
   - Собирайте полк, рассылайте вестовых. Пусть собираются тремя группами за тем гребнем по движению каравана. Пойдём тремя волнами - первой я, второй вы, третьей самый головастый из ваших замов. На нашей стороне будет внезапность, так что много времени нам не потребуется. Я сомну охранение, вы разгромите колонну, третья волна добьёт выживших.
   - Вы сами полетите в бой?!
   - Разумеется. Я же ваш командир. Азер, дай мне копейный нагрудник!
  
   Демонесса передёрнула тесёмки на ножнах 'Сосновой Ветки' и крепко привязала их к бедру. Да, этот клинок до сих пор оставался с нею, и стал вдесятеро ценнее, для младшей сестрёнки Мамору, после того, как отомстил за смерть брата. У неё теперь был ещё один - большой меч для конной рубки - 'Воротный столб', но молодой девушке не хватало длины ног, чтобы, как мужчины, носить его на поясе, поэтому тот навсегда прописался на седле Глупыша, оставив пояс и перевязь хозяйки зелёному блеску почти что тёзки третьей дочери императора.
   - Не стоит тебе соваться в эту мясорубку, - проворчала Азер, за эти два года отрастившая ещё больше свой 'ирокез'.
   - Не я, так они обязательно что-нибудь напутают. Смотри, ровно сидит?
   - Попрыгай. (Суккуб указала взглядом) Это плечо.
   - М-м-м... - Метеа поморщилась от натуги, затягивая непокорную пряжку: - Не путайтесь у меня в крыльях, не суйтесь в строй. С чем бы то ни было в воздухе, я сама справлюсь. Ваша забота - если меня собьют на землю. Держитесь повыше и позади рядов, чтобы меж вами и стрелками всегда был строй солдат. Ну и зовите господина Сакагучи, если что сразу.
   - Понятно, - кивнула телохранитель, и, запихнув свою 'причёску' в островерхий шлем, с лязгом опустила лицевую маску.
   К принцессе подошел зелёноволосый самурай:
   - Госпожа, - чрезмерно учтиво поклонился он: - Я помощник тюдзё Тацукавы, командую одной из приданных вам сотен. Мы готовы. Командир выделил вам три сотни - первую, шестую и девятую.
   - Много... - недовольно покачала головой принцесса: - Впрочем... ладно, можно и тремя, - он посмотрела в лицо собеседника и вдруг улыбнулась, узнав.
   - Госпожа?
   - Скажите, господин помощник командира, у вас никогда неизвестные злоумышленники рис не воровали?
   Тот замолчал, не поняв намёка. Она же, сохраняя улыбку, прошла мужским шагом к ожидавшим её сотням:
   - Так, объясняю задачу ещё раз: в Тю-Та движется вражеская колонна с подкреплением для гарнизона. Там и так хорошие укрепления, так что мы не должны допустить усиления обороняющихся. Наш противник - пещерные демоны. Они неуклюжи, но очень сильны. Полагайтесь в рукопашной больше на ловкость и владение оружием, а не на свой рост и силу, как в схватках с ракшасами и призраками. Каждая следующая волна должна подниматься в момент удара предыдущей - когда им некогда будет смотреть на небо и готовиться отразить новый удар. Но всё-таки, постарайтесь избежать поединков.
   - Бить один раз, но насмерть! - проскандировал строй.
   К ней подошел помощник:
   - Ваше Высочество желает подготовить змеев?!
   - Зачем?! Ветра нет. И так много времени потеряли... Так, кто летит со мной - запомните мои сигналы! - девушка повернулась спиной и, сложив на груди руки, распахнула крылья. В морозном воздухе прозвучало удивительно чётко:
   - Разойтись... Сомкнуть ряды... Разбиться на пары... 'Водоворот'... Спешиться... В высоту... Отступаем... Делай как я... Понятно?! - нет, для всей армии семафор был единым, и дочь императора и мысли не могла допустить, что кто-то, а тем более самураи, не могут знак какой-то из его сигналов. Но вот особенность женской фигуры и сильные её отличия от мужской, не раз уже подводили девушку-генерала в бою, и теперь она всегда старалась повторить перед новыми бойцами хотя бы восемь самых трудных.
   - Готовы?!
   - Госпожа, ваша нагината.
   - Нет, дайте мне копьё. Спасибо, - принцессу сразу зауважали. Копьё - значит, она полетит в первом, самом опасном ряду. Только Азер сокрушенно покачала головой. 'Выпендрёжница' - это от Златы её суккубы понахватались таких ехидных слов.
  
   ...Копейщики. Одна из основных ударных сил младших демонов Разрушения. Идея проста - в инстинктах жителей Края Последнего Рассвета, заложена привычка охотиться, пикируя на жертву с большой высоты, или хватая с разгона. Ну, возьмём тех же 'похитителей невест'. Древним только осталось развить эту склонность - и вооружиться оружием. Получился очень эффективный род войск, а после того, как император Итиро ввёл в войска нагинату - почти незаменимый в их войнах. Самое главное, что мало кто из летающих существ мог перенять их опыт - главный недостаток их расы, жесткая фиксация рук в полёте, которой не было ни у кого из других видов, и обеспечивал сокращающую таранную мощь удара.
   Вообще-то 'копейщиками' этот род войск назывался уже только по традиции. Со времён Вторжения, только один (у отца и старшего брата) или два (у младшей принцессы) ряда в построении вооружались копьями. У отца и его любимой дочери, было пять рядов, у Мамору - четыре (но у него и сотня была в 120 солдат), и они вооружались теперь нагинатами, позволявшими атаковать не столько развёрнутым, но и плотным строем, рубить на излёте и в отступлении, отбиваться в воздушной рукопашной от существ, владеющих руками в полёте.
   Кавалеристы всегда считались благородными, ибо им приходилось смирять свою гордыню с нравом другого существа и вечного партнёра - лошади, мечники - сильными, ибо, в чём цена твоего искусства, если ты не сможешь разрубить доспех? Лучники - меткими и хладнокровными, ибо надо иметь не только твёрдую руку, чтобы выпустить стрелу, но и холодный ум, чтобы выпустить её в нужный момент, а копейщики - бесстрашными. Ибо чего стоит твоя сила, твой доспех, твой разум, твоё искусство полёта, если ты не достаточно смел, чтобы приблизиться к врагу на длину копья? Если ты не смог разогнаться достаточно быстро, чтобы твоё копьё пронзило броню?! И, наконец, если ты в последний момент отвернул или ослабил руку, пустив прахом всё свою предыдущую храбрость...
   Сам их доспех казался издевательством над военной наукой, прикрывая только самую верхнюю часть плеч и груди, оставляя самые уязвимые - спину и бока открытыми, всё ради быстроты полёта. Даже доспех для борьбы, и то прикрывал больше, хотя и ковался в первую очередь для демонстрации борцовской стати, а не защиты от стрел. Нагрудник принцессы был немножко побольше - за счёт прихотливо изогнутой пластины, прошнурованной к поясу, закрывавшему живот от выстрела снизу. Кадомацу не любила его, он делал негнущейся поясницу, но Сакагучи и Азер были в один голос непреклонны - к тому же, принцессе, как женщине было неудобно носить нормальный нагрудник копейщика, из-за анатомических особенностей. Поэтому оружейники придумали такой своеобразный противовес.
   О негибкой пояснице в тот момент думалось меньше всего. Взлететь им удалось удачно - их заметили только тогда, когда демоны почти полностью охватили голову колонны. Мохнатые враги закопошились в панике, но Метеа только довольно улыбнулась - поздно... 'Увеличить скорость' - 'Разделиться' - 'Внимание' - 'Горная лавина' - 'Делай как я' - и, сложив крылья, во главе роя падающих звёзд, в которых обратились её демоны, обрушилась на вражеские ряды!
  
   Мимо уха прострочила трассирующая очередь - противозенитный маневр, только что чёткие фигуры на земле слились в волнистые линии, все, кроме одной, которую она избрала своей целью - низкорослый красноглазый офицер в хвосте колонны. Ещё выстрелы - дьяволица играючи избежала их. Будь у неё хоть половина теперешнего опыта на бесцветной планете - она бы долетела с Тардешем без единой царапины.
   Враг всё ближе, упругий удар, шипение плоти, зажарившейся на копье. Демонесса сразу же рванула вверх, прямо вместе со своей жертвой, и с точно смертельной высоты, сбросила пещерного демона на землю, с удовлетворением отметив, что стекленеющие глаза узнали в ней женщину.
   Точка разворота - небольшой скальный обломок, принцесса дала сигнал всем приземляться - нет смысла утомлять полётом крылатые войска. Руки и крылья гудели от натуги - да и ей самой надо было отдышаться. Полёт со скоростью урагана требовал дьявольского количества сил - радовало, что и мужчины выглядели не лучше. Но... если они всё сделали правильно, где вторая и третья волны?!
   Тяжело топнув, приземлилась Азер. На такой работе она утратила часть своей полноты, и внезапно стала пользоваться ещё большим вниманием мужчин, что суккубе только на пользу. Она с придирчивым и забавным вниманием осмотрела свою хозяйку, и только после двойной проверки успокоилась и отошла.
   Метеа, не замечая её, прищурилась, рассматривая поле боя. Над вражеской колонной, которая уже должна была превратиться в разбросанные по снегу трупы, всё ещё кружился "водоворот" второй волны, почему-то завязшей в обороне...
   - Эй, где помощник командира полка?..
   - Убит...
   - Кто-нибудь, все ко мне! Где третья волна?!
   - Они вместе со второй, сражаются, госпожа!
   - Нет, ну надо где-нибудь накосячить, так кто-нибудь и накосячит... ПОЛК! НА КРЫЛО! - и под шорох синхронно распахнувшихся сотен крыльев: - Выручаем тюдзё! ЗАНЯТЬ ВЕРХНИЙ ЭШЕЛОН И АТАКОВАТЬ ВРАГА!
   Земля рывком ушла из-под ног, и вдруг глухо забухала зенитка.
   - Проклятье! - подозвав летевшую рядом Азер, приказала, прерывая свист ветра:
   - Лети к Сакагучи, и передай, чтобы прорывался к сторожевой пушке! Быстро!!! У нас вообще нет времени, если хотим спасти этого недотёпу... - семафором она приказала: ВСЕ ВНИЗ.
   ...Крылья с натугой перемалывали воздух. Колени, порой, чуть ли не чудом не чиркали по снегу. Сзади раздался крик - кто-то всё-таки въехал на всём разгоне в сугроб. Кадомацу сжала зубы и заложила вираж - ещё паре неудачников досталась снежная ванна, но она всё-таки лучше, чем кровавая, которая явно светила им, пойди они по первоначальному плану - с высоты на зенитку.
   Для атаки с воздуха существовало несколько каноничных тактик, по которым самураи не один раз сдавали экзамены в своих школах: "дождь" - самая простая и самая глупая, подняться повыше и упасть вертикально. Такой удар убьёт даже полубога, но отдаст приказ его выполнить только самый отчаявшийся командир - для выполнившего его нет спасения, врага ты убьешь, но и сам погибнешь, разбившись о землю. А сдержаться - значит лишить удар разящей мощи. Его иногда применяли ронины или самураи бунтующих наместников - способ и убить врага и сохранить свою честь. Тот способ, который применил Тацукава, был осторожным вариантом тактики - "водоворот", когда подразделение демонов кружит над целью в карусели, и от них по очереди отделяются двойки-тройки, поражая цель по своему выбору. Но она-то ясно требовала другого! "Горную лавину" или "камнепад", атаку по горизонтали! Она предпочитала "лавину" - когда лидер пролетает над головой и атакует задние ряды, а замыкающие - передние - так можно было добиться сокрушающей атаки, но подошел бы и "камнепад" - когда лидер атакует передних, а остальные сминают выживших. "Камнепад" считался более удобным, если нужно было устроить панику, но дочь императора не раз убеждалась, что и у врага в солдатах могут оказаться бесстрашные воины, и в этом случае задержка в атаке "камнепадом" могла быть фатальна. Но горе-полковник не сделал даже этого! А крутился на виду у стрелков, да ещё и опомнившихся, расчехливших зенитку...
   Принцесса увидела свой чёрный флаг за спиной у Сакагучи - и повернула, показывая ему дорогу. Слишком медленно для настоящего удара.... "Набрать высоту" - "Плотнее" - "Внимание" - "Набрать высоту" - "Внимание" - "Камнепад" - "Атака"!
   Зенитка смолкла в тот момент, когда они врезались во внешнее охранение. Хотя, "охранением" называть рассыпавшуюся по снегу цепь стрелков было большой лестью - девушка ещё укорила себя, что помедлила с набором высоты - с такого угла многие из копейных рядов промахнулись. Она взяла чуть правее, направляя наконечник с ещё кипящей на нём кровью в ближайшего из зенитчиков - тот чудом успел закрыться цинкой с патронами, но напрасно - боеприпасы рванули, пещерного демона убило, а Демоницу Разрушения, закрутив, только подбросило вверх.
   Невредимая, оглушенная больше перегрузкой, чем взрывом, девушка быстро поймала ветер в крылья, и, увидев рядом какого-то самурая, крикнула ему: "Нагинату!" - они ловко обменялись оружием, и вместе рухнули на смертельно опасную для находящихся в воздухе солдат зенитку. Сами солдаты, похоже, разглядели фигуру отчаянной генеральши, и покинули самоубийственную "карусель" навязывая бой на земле.
   Окровавленный снег приблизился рывком - у пещерных демонов кровь синяя, у демонов Разрушения - золотая, падая, прожигает снег до скального камня, как и трупы лишившихся после смерти "изоляции" самураев. Вот их заметили - началась стрельба - глупо, так они ни в кого не попадут. Копейщики (один сломал оружие) снесли самых неудачливых - прибрав крылья, демонесса вступает в бой. Вот чья-то голова покатилась, отскакивая - кровь жутко шкворчит на изогнутом клинке. Вот кто-то обнаглел выстрелить - и лишился половины ружья и руки. Вот, совсем рядом, никем не охраняемая зенитка - дьяволица, улыбнулась, и с развороту обрубила один из стволов. Правда, когда она закончила движение, перед её лицом оказалась весьма недовольная рожа мохнатого зенитчика, который рискнул - и ударил красавицу в лоб огроменным кулачищем.
   ...Когда искры из её глаз стали сыпаться реже, она увидела перед собой громадное, прыгающее от боли чудище, обиженно дующее на обожженный кулак. Сверху, сломав ногами какой-то хлипкий ящик (хорошо, что не наоборот!), свалилась Азер, и моментально бросилась на пещерного демона. Мацуко - следом, с трудом встав из-за негнущейся в этом доспехе поясницы. Враг, несмотря на обожженный кулак, успел схватить в здоровую руку торчащий из снега гарпун, а в больную - висевший на груди автомат, успел заблокировать удар шемшира суккуба, и встретить принцессу очередью в упор. Хорошо, что не Азер - та была всего лишь в кольчуге, а её хозяйку взвизгнувшие рикошеты от брони только отбросили на пятую точку. "Ну ладно!" - зло подумала она, поднимаясь с помощью нагинаты...
   ...Результат первого синхронного выпада обеих подруг чуть не стоил зенитчику оружия - он сам порвал ремень, пытаясь сорвать автомат с шеи. Со вторым выпадом (вернее, когда Мацуко смогла, наконец, размахнуться в этой куче хлама своей нагинатой, - Азер всё это время приставала и отвлекала) - он лишился и автомата, разрубленного надвое, а Азер, умело вскарабкавшаяся по огромной руке, несколько раз метко всадила маленький кулачок в глазницу монстра. Суккубе мешали "фальшивые крылья" противника - два куска брони забавно прикреплённые за плечами, при движениях как гигантская пелеринка, закрывающие то щеки то плечи, и не дающие в полную силу нанести удар. Он отбросил бесполезное теперь ружьё, и суккубу, так сексуально оседлавшую его плечо, и перехватил гарпун в обе руки. Ситуация стала опаснее - гарпунами эти демоны владели получше автоматов (таким же Тыгрынкээв чуть не убил принцессу), а смелость, с которой противник рвался в безнадёжный бой против вражеского генерала, делала его опасным противником. Азер куда-то пропала, пока принцесса оглядывалась в её поисках, он уровнял шансы, пинком сломав её нагинату. Рассвирепев, девушка всадила тупой конец расщепом ему подмышку - без результата, здоровенная "заноза" просто исчезла в длинной белой шерсти. Видать, он настолько сильно обжег кулак, что эта половина ничего не чувствовала. Удар в ответ - невесть откуда появившаяся сестра Ануш отбила его, Метеа махнула вслед за ней лезвием, целясь в колени демона, но огромная гора меха просто небрежно двинула ручищей, и опять усадила девушку в сугроб на пятую точку! Обломок алебарды выскочил из её пальцев, оставив только стружку на когтях, и звякнул о железяку где-то по другую сторону зенитки. Кадомацу вскочила, выхватывая меч и целясь им прямо в горло, но враг защитился, как щитом, спиной Азер, вновь повисшей на его плече, и вместо клинка дьяволице пришлось угостить его хорошим пинком, специально понизив изоляцию - пусть прожарится, гадина!
  
   Соблазнительница, наконец, отцепилась от него, сорвав одну из пластин импровизированной брони, последовало несколько яростных атак то одной, то другой, то третьей стороны - ни мужчина, ни две женщины не могли добиться успеха. Обезумевшему демону мешала развернуться какая-нибудь их подруг, а демонице, размахнуться - стволы сторожевой пушки, торчащие над головой, из-за которых она не могла рубануть изо всех сил - тогда бы и гарпун не спас!
   Понемногу, девушки стали отступать, выманивая противника на открытое место. Он вначале осторожничал, потом понадеялся на свою мужскую силу, и торжествующе заревев, прыгнул, схватился за ствол зенитки, и, раскачавшись, взмыл в воздух, хоть и без крыльев. Демонессы прыгнули в сторону, Азер перехватив шемшир в крыло, отвела им удар гарпуна, закручивая несущуюся с невероятной инерцией огромную тушу в струну под удар своей госпожи - а та, взмахнув обнаженным зелёным клинком под чистым небом, рассекла вытянувшуюся перед ней мохнатую шею.
   Умолкшая навеки голова, разбрызгивая кровь, покатилась по снегу. Подружки переглянулись:
   - Силен был.
   - Не спорю.
   - Госпожа, знаете, у них там, есть специальная кость... - сказала суккуб, кончиком сабли поддевая ширинку его штанов: - Говорят, что после смерти сохраняется и форма и размер...
   - Азер!.. - принцесса покачала головой: - Спасибо что помогла.
   - Да ерунда!
   Сзади них раздался очередной рёв, потом удар стрелы - и тишина. Старшая телохранительница, которую отвлекли от важного исследования в области анатомии, посмотрела вверх и помахала рукой:
   - Спасибо, девочки!
   Принцесса не успела заметить, кто это был, и какое оперение было на стреле - зелёное или розовое, как через станину орудия перебрались и, махая словно большими ушами, воротниками брони, бросились на них очередные мохнатые комки. Одного она отбросила магическим вихрем - слабо, только зря потратила время на мантру. Второй, шарахнулся от её катаны - и получил в спину от материализовавшейся за ним Азер.
   - Вот не дадут же, - похоже, она не успела извлечь интересующий её орган из трофея. Вместе с госпожой они перемахнули через станину, и разметали ещё пару-тройку пушистых гор меха с автоматами, прорываясь к спешившимся самураям Тацукавы, пока за их спинами не раздался всхрап коня. Девушки обернулись - господин Сакагучи, красиво отряхнув меч от крови, осторожно попридержал кончиком тушу обезглавленного демона, дабы она упала фонтанирующей кровью в сторону от дочери императора.
   - Вы не пострадали? - осведомился он.
   - Ничего, размяла косточки, - улыбнулась принцесса.
   - Простите за опоздание, Госпожа Третья. Глубокий снег.
   - Понятно. Ты не видел господина тюдзё?
   - Господина полковника? - дочь императора могла путать гвардейские и армейские титулы. Её хатамото - никогда: - Нет. Найти?!
   - Да. Найди и арестуй. Ох, я и злая!
   Бывший телохранитель брата чуть улыбнулся красной половиной лица, и, кивнув, тронул прочь своего белого, в красно-серых разводах, Небесного Коня.
  
   Бой скоро закончился, великанов-хатамото свиты главнокомандующей как раз и не хватало, чтобы поставить точку в сражении. Таких силачей, как в отряде Сакагучи ещё поискать, каждый как второй Каминакабаро, что доспехи, что масло - всё не глядя, рубят. У мятежников к тому же иссякли патроны, растраченные ещё на бессмысленный заградительный огонь в первой половине боя - единственное, что могло спасти их в безнадежной схватке с демоном-мечником. Самих повстанцев осталось с три десятка - спешившиеся копейщики согнали их в кучу, на виду у принцессы, и теперь изредка пугали их нагинатами. Мальчишки.
   Метеа отряхнула обувь от снега об станину орудия и, сложив руки и крылья на груди, смотрела, как к ней ведут полковника. Сакагучи рывком бросил его на колени, Азер подала хозяйке шлем и медленно потянула из ножен шемшир, но дочь императора, чуть приоткрыв крылья, остановила её движение:
   - Полковник Тацукава! Почему ты повёл своих солдат на верную смерть, а не в битву? - грозно хмуря брови, спросила она.
   Он долго молчал, таращась куда-то в сторону её левого бедра.
   - Простите, Ваше Высочество, я слишком увлёкся...
   - Увлёкся?! - нет, с самураями надо говорить более простым языком.
   - Да, госпожа, - он говорил медленно, будто с трудом вспоминая обороты почтительной речи: - Понимаете, горячка боя... я захотел личной славы, сам убить множество противников, и... - он упал лицом в снег, и заревел.
   - Да даже я, хоть в десятки раз знатнее, чем ты по сравнению с простым солдатом, за свою атаку убила только одного. Ты хотел меня превзойти?
   - Но... - он посмотрел на разбросанные по снегу трупы со следами ударов 'Сосновой ветки'.
   - А этих мне пришлось убить, потому что ТЫ не выполнил свою часть, погнавшись за подвигами! Кто ты, командир или простой солдат?
   - Командир... - прохрипел он.
   - Больше нет. Я разжалую тебя в самый низший разряд рядовых. Сорвите с него все знаки отличия, и позовите остальных офицеров! За то, что ты опозорился под моим командованием - ты останешься в своём полку, чтобы каждый видел и знал, какая чаша позора ждёт того, кто предпочел жажду убийства - своим обязанностям командира! - ошельмованный полковник поднял взгляд - только для того, чтобы увидеть, как она грациозно повернулась, и по-женски вильнув бёдрами, вышла из его поля зрения. Ну вот, а хотел...
  
  >Военачальница
  
  ...Один из демонов-телохранителей могуче повернулся в седле, и поманил рукой выстроившихся неподалёку офицеров. Генерал Метеа оглянулась, и по-суккубьи покачивая бёдрами, пошла к ним навстречу, мысленно отвергая тех, кто слишком очевидно реагировал на женские чары.
  Они выровнялись, и юная воительница, перейдя на мужской шаг, прошла вдоль строя, заглядывая в лица.
  - Кто?
  - Акира Оно, командир десятой сотни!
  - Как получил ранение?
  - Убил троих одним ударом - двух сразу насмерть, а третьего не совсем! Вот он и достал!
  - Ладно, ври дальше... Кто?!
  - Сабуро Кавабата, командир третьей!
  - Родственник?!
  - Никак нет, я из Нагасаки, с Западных Островов!
  - Что с рукой?!
  - А это вы меня, Ваше Высочество, нагинатой, когда махали!
  Все рассмеялись, даже принцесса.
  - Извини... Ты кто?
  - Кодзи Ибараки, временный командир седьмой сотни.
  - Временный?
  - Ну, настоящего командира вчера убило, а меня ещё не назначили.
  - Назначаю. Где оружие?
  - Пытался дуло пушке заткнуть, да вот, промахнулся...
  - Хм... Молодец. Не врёшь?!
  - Никак нет, Ваше Величество!
  - Ну, так я тебе и поверила... Ладно, слушайте, восьмой полк! Назначаю Кодзи Ибараки вашим новым командиром! - и самому счастливому самураю: - Как только вас сменят, подходи к Мацукаве за приказом. Обещаю, что уже сегодня вечером будет. Ладно! Коня мне! - приказала она суккубам, и, отдав последние распоряжения, покинула копейщиков вместе с эскортом.
  Полку приказали перегородить дорогу блокпостом и разбить лагерь - крылатая часть могла патрулями накрыть большой район, так что их одних было более чем достаточно. Оставалось подтянуть к ним в пределы досягаемости тяжелые части авангарда, чтобы, если враг пойдёт на прорыв, было кому выдержать удар. Связь слегка барахлила (флот, затруднённый работающей планетарной обороной, с трудом вставал на стационар), поэтому, решив отдохнуть в седле, а пообедать в следующей части, Мацуко отправилась лично.
  Всю дорогу и короткие остановки с ориентированием в гладкой, белоснежной пустыне, Сакагучи был молчалив более чем обычно, и, наконец, когда они закончили турне по передовой, и взяли курс на наконец-то организовавшуюся Ставку, бывшая маленькая принцесса подвела к нему коня и прямо спросила, глядя в лицо снизу:
  - Ты чем-то недоволен во мне, так?!
  Глаз с оранжевой половины лица смотрел осуждающе.
  - Нет, ты говори! Я опять 'плохо себя вела'?!
  - Вы мой командир. Вы не можете 'плохо себя вести'.
  - Ха! Тоже мне нашел... - она осеклась, с ужасом услышав, что говорит маминым голосом! Даже руку подняла, будто в ней веер! Может...
  - Нет, не говори, что пойдёшь исполнять мой любой приказ. А вдруг я прикажу резать и топтать младенцев?!
  Воин с жутким равнодушием посмотрел на своего генерала:
  - Плёвое дело...
  Кадомацу покачала головой:
  - Нет, ну... знаешь-таки... Ладно, сотник или полковник?!
  - Полковник.
  - И что с ним? Я не Злата, мыслей читать не умею!
  - Это ваше право.
  - Что мне надо было, голову ему рубить, что ли? Говори! Можешь на 'ты', разрешаю!
  - Вскружить голову юному мальцу, а потом негодовать, что он решил отличиться на твоих глазах. Это - несправедливость.
  - То есть... - Глупыш встал как вкопанный.
  - Вы чересчур жестоки.
  - 'Ты'... - снова попросила резко растерявшая задор девушка: - Я же просила тебя: 'ты'! - Она опустила голову и вздохнула: - Ты прав... Я опять сама же и виновата. Повела себя как девчонка, не выдержала...Может и не стоит позорить его так, а отвести в тыл... Эй! Ты слушаешь?
  Сакагучи опять молчал, погрузившись в свою обычную отрешенность. Обиженная в самых лучших чувствах, в момент раскаяния, принцесса надула губки, и хлестнула его плёткой по нечувствительной пластине доспеха:
  - Опять 'отключился'! Афсане, хоть бы ты его развлекала!
  Смеющаяся лучница-подружка, только сокрушенно развела руками - после ранения, характер спасителя принца изменился в какую-то 'не такую' сторону...
  
  ...Когда белый стяг золотой луны принца Мамору сменился чёрным флагом с новогодними соснами Третьей Принцессы, почти все битвы носили такой же характер. Дочь императора быстро поняла, что в случае большого сражения, ей не хватит ни опыта, чтобы обхитрить прожженных тактиков и стратегов мятежников, ни авторитета, чтобы воспользоваться опытом и потребовать подвигов от генералов, и так оскорблённых её женским полом. А вот внезапный налёт на что-нибудь незащищенное, быстрый удар и отход при поддержке какого-нибудь очарованного генерала-мальчишки или соскучившегося старика - у неё отлично получались. Тардеш, качая головой, называл эту тактику 'разбойничьей' - ну, что ж, раз так сказал Тардеш, Метеа была согласна. Тем более что на этих бандитских вылазках она и набиралась столь необходимого ей полководческого опыта, отыскивала молодых талантливых и влюблённых в неё мальчишек, из которых собирала новый штаб, и учила много забытых в умных книгах мелочей военной науки, чтобы, собрав всё это воедино, здесь, на Коците, развернуть армию демонов во всю её устрашающую мощь...
  
  Землетрясение на Акбузате, убившее её брата, войскам не нанесло особого ущерба. В основном пострадали призраки - к Тардешу даже прилетал какой-то 'особо вредный тип', контролировал. Ну, ещё людям досталось - но их спасла привычка не полагаться на магию, а на свои машины и крепость доспехов. Многих заживо погребло тогда, но, защищённые бронёй солдаты и механизмы стойко перенесли несчастье, и спасённые с помощью хитроумной дажанальской техники, снова вернулись в строй. Небольшие потери были у ракшасов - несчастный 26-й полк дивизии Азиз-паши, оставленный братом на передовой ради неё, любимой сестрёнки. Ну а демоны-воины оказались удивительно находчивы - расступилась земля под ногами - они расправили крылья и взлетели. Даже жидкой атмосферы Акбузата хватило крылатой расе героини, чтобы избежать гибели таким образом. Тем более жуткой и направляемой рукой самих богов, выглядела смерть принца и шрамы, и участь героически вынесших его из ядерного пламени телохранителей. Сакагучи сам до сих пор изводил себя вопросами правильности своих поступков, а дочь микадо ничего не могла, и не знала, как помочь заслужившему всех немыслимых благодарностей слуге брата...
  Ей и так хватало забот, придя к командованию, что на чувства близких и просто хороших друзей из окружения не оставалось времени. После того, как вволю наревелась, и получила разрешение отца и письмо матери, которое так и не читала - оказалось, что от неё зависит столько маленьких рычажков и великих свершений, что образ жизни любимицы дворца и вечной бунтарки пришлось забыть навсегда. Ну, как ты прикажешь себе вспоминать о сезонных цветах и чужих днях рождений, когда на носу кризис с нехваткой лошадей? Обычных лошадей, массово погибших при землетрясении (если всадники могли спастись своими крыльями, то простые, не небесные кони, оставались наедине со смертоносным катаклизмом) - их не заменишь Небесными, слишком дорого, их быстро не привезёшь - слишком далеко до родины, до планет, где могут жить скакуны, способные нести на себе Демона Разрушения. Даже трупы не похоронишь - столько вопросов утилизации конины, как в то время, Мацуко, наверное, не изучала никогда в жизни. Спешивались целые дивизии, привыкшие к благородной службе конники, преодолев предубеждения, переучивались на пехоту или летунов, что тоже накладывало отпечаток на отношения бывшей маленькой принцессы к генералитету и тактике...
  Первое, что сделала Маршал Метеа в начале своего командования - это кардинально перестроила организацию армии. Мамору, несмотря на законченную им Академию, был традиционалистом - большие дивизии по родам войск и провинциям, наследственные командиры, которых перемещали вместе с их армией, то его сестре это было неудобно. Невозможно юной девушке, даже со всем авторитетом происхождения, спорить с упёртым и уверенным в своей правоте воякой, да ещё поддержанным тысячами мечей. Невозможно и сдержать порывы какого-нибудь горячего поклонника опьянённого успехом. Поэтому, она перешла на смешанную систему формирования - дивизии стали конными, меченосными и лучными только по названию. Вперёд вышли не старшие генералы, командовавшие целыми корпусами, а молодые, которым принцесса вручала то полк, то два, или три порой, чуть ли не лично ею собранные из сотен разных родов войск - но именно тех, кого нужно. Очень это напоминало то, как призраки формируют свои легионы, что вызывало ропот со стороны привычных к старине ветеранов, но принцесса и сама уже поняла, сколько можно хлебнуть горя, когда тысячное войско копейщиков спотыкается об десяток миномётчиков и некому ответить - теперь такого не повторялось. Призраки тоже ворчали, но по другой причине - считали, что воруют их изобретения. Особенно вредный был один - Кверкеш, говоривший, что она своими мотаниями родов войск туда-сюда вечно сбивает ему расчёты. Мамору использовал амальскую систему в полках, у него на нижнем уровне было больше мелких подразделений, принцессе это было неудобно - проще ведь иметь сто, а не сто двадцать сотен в двойном полку. Она и сократила, сделав из лишних сотен новые полки. А призраки, которые вели расчёты посотенно, из-за этого упрощения сбились в счёте сил демонов где-то на порядок - и им пришлось прибегать к помощи счётных машин, чтобы просто вспомнить, сколько сил у союзников есть в наличии. Вот Кверкеш и ругался...
  Хотя, этот внезапный 'перерасчёт полков' ей ведь и на самом деле помог - у повстанцев тоже был счёт по амальской системе, по ней они ставили ловушки, которые не только не смогли сработать, но и привели к гибели самого Тыгрынкээва... а всего-то - две лишних сотни...
  
  Сейчас, на Коците, война изменилась - отошли на задний план по эффективности 'разбойничьи' налёты зеленоглазой принцессы, карательные войска утратили в большей мере превосходство в воздухе, наконец-то встретившись с крылатыми войсками повстанцев, начались осады, большие сражения, штурмы крепостей... Но юная военачальница побеждала! Скорость, маневр, умение предугадать события - то, чему её научил 'разбойничий' год, она пустила в ход, опережая врага на шаг или два в любом сражении. Отчаянные, 'неразумные' атаки в лоб, вместо острожных обходов во фланги, атаки до построения, неожиданные десанты - она поняла, как важно быть первой, как важна скорость и инициатива. 'Железная Волчица', 'Огненная Лиса Снегов', 'Крылатая Ведьма' - это ещё самые ласковые эпитеты, которые звучали в её адрес в перехваченных депешах повстанцев. И в самом деле, зря она, что ли учила своих копейщиков выравнивать строй на подлёте, чтобы тратить драгоценные минуты боя на построение? Зря они, что ли в союзе с призраками, если не пользоваться их замечательными летающими машинами? Если колесницы людей имеют возможность стрелять за горизонт, то зря, что ли, даны демонам крылья, чтобы не навести удар?
  Она никогда не ждала, она всегда ударяла первой, бой должен быть либо на её условиях, либо происходить в другом месте. Генералы, выдвинутые ею, боготворили её, баловали больше, чем при дворце, готовые на любой подвиг, а она строго требовала с них, сразу ставя условия: 'Я дам в твою армию все, что потребуется для твоей задачи. Я могу даже сама присоединиться к тебе. Но ты, должен знать одно - если я потребую невозможного, ты сделаешь невозможное'.
  И так армия начала побеждать. Повстанцы, в своих передачах по дальневизорам и дальнеговорникам, исходившие ядом и насмешками в адрес 'глупых и неподготовленных атак без построения принцессы-мясника' вскоре начали бояться этих атак. Бояться ударов мечников из засады, ставших её стилем, (Тыгрынкээв даже издавал 'указ о предупредительных ударах по лесным массивам в зоне соприкосновения с противником'), а отход конницы с линии фронта (кавалерия так и не стала для сестры Мамору любимой), стало для них тревожной приметой, предвещающей немыслимые бедствия и демонов, обрушивающихся с небес...
  Метеа обожала сражение в авангарде. Очень часто ещё готовящийся к бою противник оказывался рассечён на части, и окружен ещё до того, как увидел бой, и оставалось только добить, не затевая большого сражения. Передовые части получали самых опытных офицеров и солдат, умеющих воевать так, как следовало, они быстрее набирались опыта, и, разумеется, вместе с ними набирался опыта и славы командир авангарда корпуса - генерал Макото Мацукава...
  ...самурай Эйро Кирэюме из Нагадо...
  Бывшего жениха принцессы.
  
   >Держи врага ближе
  
   ...Они помирились (если не сказать - подружились) в день, когда юная принцесса меньше всего хотела его видеть. Только что Сакагучи принёс её в ставку после схватки с Тыгрынкээвом, раненую, но как победительницу. От лекарств и голода ещё кружилась голова (её готовили к операции), да и от усталости тоже. Бедная девушка только что сделала грандиозный разнос нескольким своим офицерам, что болезненно отдавалось в продырявленном животе, и тут поднялся один из подопечных Сакагучи, и доложил, что доставлен сам генерал Мацукава...
   ...Это была последняя перед Коцитом планета, сданная повстанцами почти без боя. В местах, которые видела Мацуко, планету покрывал огромный лес - даже в городах деревья и лианы чувствовали себя вольготно, маскируя поселения не хуже, чем любой камуфляж. И ещё постоянно лил дождь. Это была не вода, и не жидкий метан, и не жидкий металл, как дома, а какая-то грязно-зелёная жижа, которую люди опасались больше, чем вражеских пуль - их неприкрытые магией механизмы она разъедала как снег - кипятком. Собственно из-за этого... ну ладно, позднее. Ставка размещалась в зданиях неплохо сохранившегося института по исследованию высокотемпературных форм жизни. В его помещениях поддерживалась температура поздней осени в Столице, и соратники девушки-генерала был донельзя рады, что можно погрузиться в почти домашний комфорт.
   Дочь Императора заняла верхний этаж главного здания. По крутым лестницам со слишком мелкими ступенями было слишком тяжело подниматься, но эта верхотура имела одно несомненное преимущество - огромное панорамное окно во всю стену, даже сквозь потоки зеленоватого ливня, открывавшее красивейший вид на залитые дождём джунгли. Впрочем, сейчас его открытость только мешала - прозрачную стену до половины завесили тканью шатра - до половины, потому что генератор, обслуживающий освещение, повстанцы спёрли позавчера, прямо из-под носа командующей, к большому неудовольствию последней.
   Метеа сидела, закутавшись в крылья, с перевязанным животом, как раз на границе меж светом и тенью, и собираясь с мыслями, выдержала такую паузу, что Сакагучи и Азер наперебой забеспокоились:
   - Вам нужно его... целиком?..
   - ...или... только голову?!
   Девушка покачала своей головой:
   - Нет, пусть заходит. Оставьте все нас. Азер, дай мне "Сосновую Ветку".
   Телохранители согласно кивнули и исчезли в тёмных углах комнаты: Немного времени прошло, и, оскальзываясь на мелких ступенях узкой лестницы, к ней поднялся генерал Мацукава.
   Это был близкого к пожилому возрасту багровокожий демон с желтыми глазами, и почти полностью седыми волосами, в которых нет-нет, да и вспыхивал огонёк прежней голубизны. Его длинное узкое лицо не назовёшь особо приятным, но что-то в нём было, по чему можно было судить, что в молодости он не засиделся в холостяках. Правда, впечатление здорово портили изъеденные оспинами щёки, и крупные поры, но высокий лоб с широкой переносицей выдавал недюжинный ум, крепкая, выдающаяся вперёд челюсть - сильную волю, а редкие морщины свидетельствовали о воинских доблестях, а не о пороках мирной жизни. Безукоризненно горбатый нос имел ту же форму, что у правящего императора - вполне возможно, что если как следует покопаться в прошлом этого самурая, то он окажется каким-нибудь пятиюродным дядюшкой своей собеседницы, ведя свое происхождения от романических историй любовных подвигов кого-нибудь из беспутных принцев клана Явара.
   Одет он был в какие-то грязно-алые одежды, и чуть менее помятые, чем обычно, доспехи. Принцессу, кстати, сначала шокировала его привычка напяливать какие-то невыразительные лохмотья и щеголять в латаной-перелатаной броне, но потом девушка быстро раскусила, что причина вовсе не в дурном вкусе, а в дешевой попытке завоевать расположение простых солдат, и перестала обращать на это внимание. В конце концов, до сегодняшнего утра Мацукава был достаточно хорошим генералом, чтобы прощать ему всякие странности... Но только до сегодняшнего утра... Кстати, что странно - до сегодняшнего дня, цвета клана Хакамада - красный и чёрный, самураем которых он оставался до сих пор, при Третьей Принцессе командир авангарда не надевал ни разу...
   ...Метеа вздрогнула, когда опустившийся перед ней на колени генерал не только склонил голову, но и протянул ей оба своих меча. Она помедлила немного, отпустила рукоять лежавшей у бедра "Сосновой Ветки", и вдруг резко, как превращение, раскрыв сложенные на груди крылья, мягким движением приняла его оружие, сама не поняв - случайно или намеренно коснувшись руки самурая.
   Его руки, оставшись пусты, на некоторое время задержались в том же положении, потом он медленно поднял взгляд:
   - Простите меня, Ваше Высочество...
   - Ты собирался сегодня убить меня, - к удивлению, к большому удивлению, принцесса услышала нотки искреннего раскаяния, но уже настроила себя на этот тон, и теперь не могла остановиться:
   - Или - ты полагаешь, что раз я не дала никому совершить харакири за это время, то это спасёт и тебя?! Можешь отчаиваться - я сегодня исполнила обет.
   Мацукава ещё раз поклонился:
   - Ваши покорный слуга (Кадомацу всю передёрнуло), не просит о милости. Ваш покорный слуга не просит даже о жизни. Вашему покорному слуге нужно только прощение - он полностью осознал свою вину, и хочет умереть хотя бы с чистой совестью.
   - Перестань называть себя "покорным слугой"! - сквозь зубы процедила дочь императора: - Нам обоим известно, что никогда ты им не являлся.
   Генерал поднял глаза, но не выдержал зелёного пламени во взгляде принцессы:
   - Во Вселенной нет существа, более запутавшегося, чем ничтожество, лежавшее сейчас перед вами, Ваше Высочество.
   - Воистину...
   - Я был примерно вашего возраста, госпожа, когда вместе со младшими Цукимура попали в ловушку на Даэне...
   - Зачем ты мне рассказываешь это?!
   - ..."Лысые обезьяны" соблазнили наших генералов, и устроили кровавую баню солдатам. Я, и моя полусотня были единственными, кто выбрался оттуда. Тогда-то я и понял, что боги не зря позволили мне не только спасти жизнь, но и сохранить лицо - я нужен был им для каких-то великих событий! Но, на моё горе, я неправильно использовал их благосклонность...
   Девушка заинтересовалась. В сущности, провинившийся военачальник избрал правильную тактику. Она и не подозревала, что рядом с ней находится демон со столь интересной судьбой.
   - Вначале был старый Хакамада, которому я посвятил десять лет своей жизни. Напрасно я считал, что раз он был моим господином, когда я счастливо спасся, то и моё предназначение связано со служением ему... Напрасно... Потом его любимец - Эйро Киреюмэ, обучая его военной науке, я страстно желал поучаствовать в осуществлении его тщеславной мечты... Потом, появились вы, госпожа...
   (Это что, признание в любви?!)
   - Небесный Государь был прав, что устроил ваше сватовство в Нагадо. Страшнее гвардейских мечей, омывших нашей кровью ваше обручение, нас сразили ваши зелёные глаза. Эйро, став вашим женихом, прямо нам приказал убить Императора. Но... мы упустили момент! Всё сорвалось из-за того, что мы загляделись на Вас, о госпожа! Вы вошли в мою жизнь, убив моего друга...
   - Которого? В Столице или в Нагадо?!
   - Да... Простите, я понимаю, что у вас есть поводы для ненависти... Я тогда ощущал себя точно так же. Я поклялся перед всеми божествами всех храмов, что попадались мне на пути в столицу, что найду вас, где бы вы ни спрятались... но, клятва всегда обрывалась на слове "найду"... Теперь я благодарен богам, что они не давали продолжать её дальше! Потому, что сегодня утром, когда мне наконец-то выпал шанс покончить с Вами, я ощутил такую боль здесь... будто обрекаю на смерть собственную дочь. И, когда вы вернулись, да ещё с победою, я почувствовал не страх перед наказанием, а радость за мою прекрасную, смелую, молодую госпожу...
   (Мацуко сделала непроизвольное движение, но хорошо, что под крыльями его не было видно!)
   - ...И час назад я понял - боги для того наградили меня удачей, талантами и отвагой, чтобы участвовать в осуществлении Вашей судьбы! И если это участие заключается в том, чтобы пасть от Вашего справедливого гнева... Я пришел принять свой жребий... - старый самурай склонился перед девушкой, показав затылок, слегка прикрытый косичкой.
   Метеа тоже опустила глаза. 'Что ты знаешь о моей судьбе, старик! К твоему несчастию, это битва, которую я должна выиграть в одиночку... Почему же все так рвутся мне в помощники?!' - на зелёные огни её взгляда навернулась слеза, она подняла голову и увидела, как в одном из углов сверкнули глаза суккуба. Девушка покачала головой: 'Нет':
   - Не думайте, что этим признанием вы заслужили моё доверие. Но жизнь себе вы заработали. Я с интересом понаблюдаю, по силам ли будет вам сдержать свои клятвы, но кровь - моя кровь, кровь дочери Императора, пролитая по Вашей Вине остаётся вашей виной.
   Самурай молчал. Её Высочество выпрямилась и презрительно прищурилась:
   - Ваша философия - то один идеал и господин, то другой, заставляет меня глубоко задуматься, прежде чем снова использовать ваши умения. А вдруг вы найдёте ещё одного господина и предадите меня так же, как только что предали бывшего наместника Нагадо?!
   (Мацукава аж стукнулся лбом об пол)
   - Но всё же, - она протянула ему его мечи, рукоятками вперёд: - Я подумаю над вашим предложением. На месяц вы отстраняетесь от командования, ронин Мацукава. Я должна подумать. Такие решения сложно принять и мужчинам, а я - женщина, я беззащитна перед своими эмоциями и гневом. Оставайтесь в пределах досягаемости.
   Самурай принял оружие, и, униженно пятясь задом, на коленях дополз до порога, и исчез за дверью.
   Кадомацу вздохнула, и сразу же из своих углов появилась охрана:
   - А я бы не стал ему доверять ему даже на месте Хакамады, - подал голос господин Сакагучи.
   - Почему?!
   - У него 'глаза предателя'.
   - А у тебя - чужая кожа на лице. А Азер - вообще... Вообще, Азер, что скажешь?!
   Полная соблазнительница была странно задумчива:
   - Знаете... Это по моей вине он тогда выжил... На Даэне...
  
   >Виноватая
  
   ...Сегодня что, день откровений?! Гюльдан понимающе воздела брови и кивнула, Афсане просто спокойно посмотрела на сестру, а Сакагучи (иногда сегодняшний спаситель принцессы был не менее язвителен, чем Злата), которому было что сказать, предпочёл оставить свои слова при себе. Принцесса угостила его благодарным взглядом, и, поддерживая повязки, подсела к подруге:
   'Рассказывай' - 'Я тогда была совсем салагой. Девчонкой, которая даже мужика как следует, не попробовала - только целоваться научилась' - Азер повторила этот рассказ два раза (один на дне рожденья), поэтому в памяти дочери императора он отложился в гораздо более складном варианте: 'И мама в первый раз доверила мне целый отряд! Правда... ну естественно, такие же нецелованные. И, конечно, все на взводе донельзя от предстоящей драки. Нашей задачей было сидеть в засаде и ждать, когда ваши бросятся наутёк, ну и наподдать им так, чтобы не бегали. Возбуждение, я уже говорила, было жуткое. А дело, как вы помните, длилось десять дней, из которых мы целую неделю - моя главная ошибка! - не снимали тетивы с луков. Да что там тетивы, мы даже не мылись целую неделю, потому как у половины течка началась, и мы стали с надеждой глядеть не только на каждый косо торчащий сучок, но и на хвосты друг друга. Раздеваться нам было вообще опасно. Словом к концу от нас разило такое амбре, что мать, когда нас увидела, предложила в качестве химических бомб сбрасывать. Сейчас - смешно, но как вспомню своих 'грязнуль'... Ну, как резня началась - помню, страшно, кругом миллионы крыльев, руку, ног, мечей, стрел, - взлёт армии тучи разогнал! Звон тетивы, когда залпом стреляет сразу тысяча - будто гром! Сейчас так не воюют, устарело уже... Мы из своей засады видели, как в атаку пошли гвардейцы, всю эту кровищу... Когда режешь ваших, нужно бить со всей силы и тотчас же уворачиваться от брызг крови, иначе сгоришь мгновенно - мы тогда впервые об этом узнали, много наших подруг, сестёр, матерей, поэтому погибло... А мы сидели с приказом ждать, глядели на это... и упустили этого Мацукаву с её мечниками. Его полк разрезала надвое 'Рука Ахуров' - подразделение, в котором я потом служила. Нет, он не струсил, его отступление очень умно прикрыли - наверное, за помощью отправляли. Но про нас-то никто не знал! Только мы, дурочки, не в ту сторону смотрели... Мне кричат: 'смотри!' - я поднимаю всех в воздух, стреляем, как сумасшедшие летим вдогонку - а, бесполезно. Луки ослабли, постоянные недолёты, и время пропустили, а догнать - уже никак, у ваших всегда скорость... Ну, не догнали, короче. С тех пор, я луком не пользуюсь...'
   Гюльдан сказала на это:
   'Э-эх, вот маленько бы!..'
   Господин Сакагучи встал, и ушел, бросив через спину:
   'Знать бы, где упадёшь...'
   Метеа попросила старшую телохранительницу повторить этот рассказ после операции.
   А Афсане ничего не сказала. А, да, в последнее время она вообще не подавала голоса, если дело не касалось нарядов и диет...
  
   Суккубы так и остались лучшими подругами бывшей маленькой принцессы во всём этом сумасшествии войны. Чуть заметная холодность в отношениях с Азер, которая всё же чувствовалась до смерти брата, после объяснилась легкой обидой за недоверие, и тем, что телохранительница непонятно почему, считала Сэнсея виновным в гибели любимой сестры, а хозяйку - причиной его действий. Теперь она переменила своё мнение, поместив хозяйку в число жертв коварного наставника-ксенофоба. Объяснять другое положение дел ей было бесполезно - эта женщина не хуже самой принцессы была искусна в создании нор для тараканов в голове, и культивировании оных.
   Конечно, тайна чувств принцессы к Тардешу не осталась от них всех секретом, но даже болтушка Гюльдан, с каждым днём становящаяся всё больше похожей характером на Ануш, умела держать язык за зубами, жалея свою глупую хозяйку и искренне желая, чтобы её сердце завоевал кто-нибудь более доступный - вроде того же господина Сакагучи... Или Томинары...
   Сакагучи, кстати, начал с того, что смертельно разругался с суккубами. Это было ещё на Акбузате, его только что назначили главой охраны принцессы, ну он и завалился к ней в шатёр для разговора и грубо попросил оттуда всех троих сестрёнок. Но 'разговора' не вышло - Метеа заступилась за подружек - такой скандал закатила, что кони с коновязи сбежали!
   Воспитанник приюта, как оказалось, был совершенно несведущ в женских потребностях, и просто не подозревал, что девушке нужна не только охрана, но и помощницы. Они потом с месяц друг на друга рычали, но впоследствии удачно разделили сферы влияния.
   Азер... Всё такая же полная, нет, не толстая, скорее широко сложенная, хоть и любящая называть себя 'толстушкой'. Нынешняя работа на 'свежем воздухе' пошла ей на пользу - она стала и стройнее, и выглядеть моложе! Её всегда отличала прямо-таки материнская забота о сёстрах, в число которых она теперь включила и свою красавицу-хозяйку. А может, вырастившая целый выводок и сестрёнок (из которых Гюльдан отнюдь не была самой младшей ни даже следующей за Афсане), и племянниц, госпожа второй тюдзё Правого Полка Личной Охраны просто не могла иначе?!
  
   Она рассказывала раньше:
   - А ведь я тоже думала когда-то - скорей бы ты померла.
   - Желала мне смерти?
   - Да... дэвы попутали. Когда тебя замуж выдавать водили - помнишь того монаха?
   Девушка вспомнила когда-то самый страшный момент своего прошлого. Столько всего случилось...
   - А я и подумала - ведь если тебя тут зарубят, то мы же вернемся домой... и удержала Ануш. А потом подумала, что нас всех зарубят и это глупо.
   Она уселась по-суккубьи, широко расставив ноги:
   - Плохая я тогда была телохранительница. Потом стыдно было - напилась, и в жилетку Ануш плакалась за всё.
   - Мне бы сказала. Вы же не пленницы, а мои солдаты.
   - Я - пленница. Сестренки - твоя собственность. Ты не знала?
   - Ты скучаешь по дому? (Азер помотала головой с ирокезом) Ты же очень мало говоришь. Попробуй, догадайся! Я бы - тебя отпустила.
   - Да ты тоже такая же... - усмехнулась старшая суккуба: - Попробуй из тебя слово вытянуть.
   Обе девушки рассмеялись.
   - Да нет... - продолжила потом мысль сестра Ануш: - Не скучаю ни капельки. Никогда не скучала. Просто иногда... Как залезет какая-нибудь мысль в голову, и мучаешь её мучаешь, не в силах выкинуть. Хотя понимаешь, змеиный яд, что мысль-то дурная, не надо так... С тобой такое бывает?
   Принцесса задумалась:
   - Ну, может быть.
   - Бывает. Я же знаю, что мы с тобой похожи. А чтобы лечиться от этой чуши надо какую-нибудь болтушку, вроде Ануш. Мы же её иногда с двух сторон доставали - сначала я, потом ты. Как только у неё сил хватало, покойницы?
   - Ты так сказала...
   - Мы же с тобой обе зимние. Мама говорила... зимние девочки рождаются, чтобы ждать, когда их кто-то согреет. А весенние - чтобы согреть весь мир. Вот нас и тянет к таким как сестра...
   - Не береди раны.. мне ещё операция, а потом разговор с Мацукавой...
  - Ну... в общем, прости за тот случай. Просто... Сердилась на этого генерала, а вдруг - сама-то, змеиный яд, что чуть не сотворила? И могу ли я теперь сердиться? А Ануш нет, чтобы поболтать...
  - Поболтай со мной.
  - Эх, тебе сказать - как бы хуже не сделать. Ты ж, как за этого желтоглазого, за меня переживать начнешь, а не за себя.
   - Вы же мои подруги...
   - Я про это и забыла в тот день. А потом вспомнила. Хорошо, что Афсане такая умница - сообразила его щенка за горло взять.
   - Твердина у нас умница, рот бы почаще только закрывала...
  
   Афсане... Прозвище 'твердина' приклеилось к самой изящной из сестёр до самого Коцита. Под конец она перестала даже отшучиваться, просто отмахивалась. Их роман с Сакагучи увял после его выписки - по его вине. Суккубы, в общем-то, безразличны к подобным вещам, сердце им разбить трудно, только вот почему-то самая умница из сестёр Ануш стала до глупости легкомысленна... Изящная, остроносая, с тонким нервным лицом, не лезущая в карман за словом, знающая толк и в прическе и украшениях - одним движением тонкой брови она могла без хатаки заполучить любого мужчину, но вот что-то совсем не по-суккубьи прикипела сердцем к неулыбчивому хатамото, который, наверное считал, что слишком явная связь с суккубой может быть воспринята неподобающе. "А ведь у него ещё невеста была" - напоминала Гюльдан.
   И Гюльдан... Она выросла - уже не девочка, а красивая женщина, совершенно непохожая на других сестёр. Смуглая, "шоколадка" как её прозвала "Азер", без комплексов, как и положенно суккубе, она грозила стать, и уже стала настоящей погибелью для неосторожных мужчин. Срезавшая в этом году косу, которую она после Акбузата ленилась заплетать даже в 'хвост', своей речью, манерами, мимикой лица, порой до того напоминала покойницу Ануш, что сердце, бывало, ёкало не только у бедной принцессы, но и у её родственниц. А внешне - была полной её противоположностью: высокая, поджарая (Анусико была скорее костлявой), с тёмными волосами и карими глазами. Что-то в лице было общее... наверное, улыбка, или очертания рта?! Азер хотела ей сделать татуировку обезьянки, как у Ануш - но Мацуко отговорила её - ведь Гюльдан родилась в Год Змеи. Да и каково бы им было смотреть на знак, столь живо напоминающий о безвозвратно ушедшей?
   Кадомацу хватало и одного меча...
  
   >Награда Кодзи Ибараки
  
   ...Господин Сакагучи окончательно перестал ворчать на суккуб, когда они вытащили принцессу из первого боя с химерами. И это произошло так...
   Первая стычка с этими тварями случилась без её участия. Это было на следующий день после высадки на Коцит. Метеа зашла к Мацукаве, и за рутиной повседневных дел спросила, получил ли назначение Кодзи Ибараки. Тот удивлённо поднял брови и, проверив донесения, сказал, что 8-й полк вообще на связь не выходил... Оба полководца забеспокоились - ладно несправедливо обойдённый самурай, но пропажа целого полка?! Последнее донесение датировалось Часом Собаки, и только подтверждало распоряжения принцессы. Обоз, посланный ему сразу, так и не вернулся, дальнеговорник призраков молчал - хотя, молодой самурай мог просто не знать, как включать его - но принцесса и генерал, поторопились оседлать коней и помчаться на выяснение, не дожидаясь снимков с орбиты.
   ...Восходило солнце. Пушистый ночной снег начинал плавиться под его лучами, прямо на глазах спекаясь в ноздреватый наст, который, вместе с бьющим в глаза сиянием местной зари, так и норовил задержать скачущую кавалькаду. Первыми они отыскали обоз - груда досок, разбросанных вдоль дороги, обломки машин. Трупы лошадей и демонов, протаяли жуткие трафаретные колодцы до самого грунта, и туда мягко сыпался снег, потревоженный всадниками. Бой был жарким - капли крови, щедро пролитой неведомым врагом, превратили укатанный снежный тракт в хитрую ловушку, в которой, поторопившаяся спешиться Метеа, едва не сломала ногу. Мацукава поторопил её, и она согласилась - действительно, надо было посмотреть, что стало с лагерем...
   ...А лагеря не было! Вокруг точки, которую вчера указала принцесса, были разбросаны блоки льда, служившего временными стенами. Внутри валялись разорванные флаги, клочки палаток, негодное оружие, и много, много чёрных ям от трупов... Крови, правда, было меньше, чем в обозе. Мацукава, прищурясь, осмотрел горизонт, и мрачно констатировал:
   - Обоз успел дойти до лагеря и возвращался. На лагерь они напали неожиданно и превосходящим числом. Наши были не готовы, но сражались яростно, прикрывая обоз, а когда те его заметили - остатки полка сражались над ним.
   Её Высочество, не слушая предупреждений суккубов, вдруг расправила крылья и сделала круг над руинами.
   - Вы правы. Те, кто это сделал, были размером с лошадь, летали и не пользовались оружием.
   Дальневизор на её поясе ожил, и заговорил голосом ученика Тардеша:
   - Чёрт, пока оптику настраивал, вы уже там появились! Ну что там у вас?
   - Смотри, - демонесса наклонила аппарат над незнакомым следом:
   - Ух, ты! Ментор, что скажете?
   Метеа быстро загнула голову, чтобы увидеть на миг мелькнувшее на экранчике полупрозрачное лицо Тардеша:
   - Химеры... - сказал драгонарий...
  
   ...Химеры... Нет, не те недоразумения с бесцветной планеты, - настоящие, стопроцентные уроженки Коцита. Ростом в холке примерно по грудь принцессе, голова ещё выше, на задних ногах - раздвоенные копытца, на передних - здоровенные когти, не всякая броня людских машин её выдерживает. Сзади - львиный хвост с кисточкой, спереди - красные огни дышавших расчётливой испепеляющей злобой умных глаз, бывших единственным украшением кошмарной гривастой и клыкастой морды. Нечто среднее между львом, волком и козой. Посредине корпуса - уродливый горб, образованный мускулатурой крыльев. Третья пара конечностей переродилась в нечто напоминающее крылья демонов, но не столь изящное - они росли почти из брюха, и, чтобы приблизить их к спине, матери-природе пришлось сложить несчастное животное чуть ли не втрое. Злата правильно сказала, впервые увидев труп этой твари: "Создатель был дюже с бодуна, когда придумывал ТАКОЕ..." . Что такое "бодун", принцесса так и не узнала, но что-то не очень способствующее эстетическому восприятию. Но самое противное у химер была их шкура, поросшая серыми кристаллами льда - её не жгла даже кровь младших демонов Разрушения! Если остальные существа известной Вселенной даже опасались прикасаться к соплеменникам демонической принцессы, в чьей крови текло жидкое золото, то химеры и касались и грызли и бодались...
   Вот так Кадомацу с ними познакомилась...
  
   ...Прошла неделя, нет, две. Что ей рассказывали - она не помнила, но к позициям Янагисавы она подъехала весёлой и скалящей зубы:
   - Добрый день, полковник. Девочки, перестаньте! Знаете, я всегда считала самураев образцом дисциплинированности, и уж где-где, а у вас таких проблем не ожидала, полковник.
   - Извините, госпожа Главнокомандующая.
   - Ладно! В конце концов, я приехала сюда не по своей, а по вашей инициативе. Что у вас случилось?!
   Полковник молча показал на облако, медленно плывущее над горизонтом. Метеа проследила жест, и прищурила глаза, всматриваясь:
   - Молодец. Наконец-то встретили этих неуловимых химер!.. Они обходят ваши позиции, вам так не кажется, полковник?!
   - Да, госпожа.
   Она закинула ногу на седло и повернулась к нему корпусом. Девушку обуревала какая-то весёлая злость, её сейчас не быть-не встать захватило непреодолимое желание довести ближайшего мужика до такого состояния, чтобы он на луну выл! (После боя перед ним было жутко стыдно - ох, с суккубами да Златой только плохому научишься!)
   - А если они обойдут вас, то зайдут во фланг к генералу Томинаре... Мы же не хотим этого допустить? - красавица вздела одну бровь: - Значит, готовьтесь к бою. Я сейчас подтяну сюда ещё пару дивизий... - и гибко потянулась, хрустнув каждой косточкой.
   Янагисава даже глазами не отреагировал на её старания, а сразу помчался в свой лагерь. 'Вот молодец!' - мысленно похвалила его Кадомацу, и, связалась по дальневизору с Томинарой и Мацукавой.
   От первого был нужен он сам и часть войск, от второго - удар в спину неприятеля. Старый самурай обманул её ожидания - повстанцы, глубоко вклинившиеся между авангардом и основными силами, обезопасили себя с тыла, выставив летучие отряды на коммуникациях, которые задержали авангард. Ну, она сама виновата - не нужно было оставлять эту выпуклость в фронте. Зато начальник штаба пришел раньше войск - по бездорожью, измучив сугробами своего Небесного Коня.
   Мацуко встретила его косой улыбкой, сама смотря на тревожное облако:
   - Уважаемый господин младший брат госпожи Фу-но Найси, сегодня разбил по дороге парфюмерную лавку?
   - А? Что? Нет, ну маленько...
   - Для моего 'длинного носа' совсем не маленько.
   Юный франт-генерал обиженно замолчал, поняв, что предмет его обожания, слышала вчерашнюю неловкую шутку. Потом еле-еле выдавил из себя:
   - Вы ненавидите меня, госпожа?!
   - Нет, ну что вы, 'уважаемый господин младший брат госпожи Фу-но найси'! Если бы я ненавидела вас, я бы вышла за вас замуж! - и, бросив взгляд помягче, добавила: - Но я не Злата.
   Бедный юноша даже... побледнел!
   - Ненавижу вас, когда вы в таком настроении!
   - Оно скоро пройдёт, бой на носу... Итак, сколько войск в нашем распоряжении?!.. У них было много моментов в этой войне, и не всегда были справедливы к друг другу, но оба умели забывать про шутки вовремя...
  
   ...Позиция была хуже некуда. Абсолютно ровная тундра, укрытая ровным пластом инея, да ещё и с выгодным для противника уклоном в сторону войск демонов. Метеа тщетно искала взглядом хоть какую-то зацепку, хоть что-нибудь, что может послужить укрытием, для войск, которые не могут вечно летать в вышине - ничего, кроме лагеря меченосцев Янагисавы. Умница Томинара, вместе со своими нарядами не забыл прихватить самые свежие карты и расставить на них положение войск. Некоторых не было даже на дальневизоре - большая часть флота сосредоточилась на другой стороне планеты, где сейчас Сидзука брал одну из ключевых железнодорожных станций.
   - Так, у нас, кроме полка господина Янагисавы, ещё пять полков мечников, пять - копьеносцев, три полка лёгкой кавалерии, шесть - лучников, и один - конных лучников. Кроме того, на подходе ещё дивизия янычар, и, если ничего не помешает - дивизия Инамото с тяжелой кавалерией, копейщиками и лучниками. Есть ещё ашигари в городе, но это на самый крайний случай.
   - Как думаешь, что же они сегодня-то высунулись?
   - Ну что сказать... Вы были правы, госпожа. Надо было ещё Сидзуке развивать наступление отсюда, вернее вдоль железнодорожной ветки, а не пытаться организовать котёл.
   - Молодец. Слёзки вытри. Вытри, вытри, а то все белила потекут. Они специально ждали когда я Сидзуку перекину на другую сторону планеты. Думаешь, согласятся на драку?!
   - Ну, уйти точно не уйдут. Как бы не обошли... А, пусть обходят! У нас с одной стороны город - там Сидзука всю артиллерию нетронутой взял, а с вашей - если и обойдут, им же хуже - Инамото им в спину зайдёт!
   Сакагучи мрачно усмехнулся:
   - То бранятся, то хохочут...
   - Где мы бранимся?! Ни капельки! Мы с ним как старшая сестра и младший брат! Правда?!
   Томинара сразу сделал себе лицо Сакагучи (мрачное):
   - Правда... - грустно всхлипнув носом, прошептал он.
   - Ну вот! - она похлопала по рукам, вовремя увернувшись от пальцев, сделавших движение её поймать: - А вы, господин Сакагучи, вообще сегодня возглавляете конницу!
   - Нет, госпожа, я... - и встретил взгляд принцессы: - Как прикажете, Ваше Высочество.
   - Так, я а беру полк Янагисавы... Господин полковник, придите сюда! ...и попытаюсь пошуровать у них в тылу и на флангах... Общее командование, остаётся, значит, на тебя, Томинара. Смотри, не подведи!
   Юный генерал не успел ответить - со стороны спустившихся к земле противников раздались глухие разрывы.
   - Что это?! - не выдержал кто-то из свиты. Однако непонятное ещё продолжалось
   Странные, слишком медленно летящие снаряды с тихим хлопком разрывались в вышине и осыпались на разделявший армии белый снег ровными кругами чёрной краски.
   - Что это? Химия? - с лёгкой паникой спросил Янагисава, к которому спрыгнула с коня принцесса.
   - Отнюдь. Это то, о чём мы с вами говорили, генерал.
   - Да, - согласился Томинара.
   - Простите, госпожа?!
   - Господин полковник, вы хорошо летаете?!
   - Не особенно, но хватит для солдата...
   - Про восходящие потоки в курсе? Ну, так вот, снег вокруг - белый, краска чёрная. Он холодный, она нагревается, даже тут. Над снегом нисходящий - над краской восходящий поток.
   'Воздушные ямы', восходящие и нисходящие потоки, которые любители крылатых машин сочли бы за простую неприятность, для тех, кто летал на своих собственных крыльях, были не меньшим препятствием, чем колдобины или гололёд на дороге, для путешествующих ногами. Учитывая, что для смертельного удара многим частям демонов надо было разгоняться по прямой, пара восходящих от тёмных кругов потоков могли здорово испортить атаку.
   - Надеюсь, что у них не слишком много этих зарядов. Сейчас ведь и боковой ветер будет. Кстати, очень бестолково делают - так, с учётом более тёплого города, роза ветров выгодная для нас получается.
   - Я, госпожа Третья, боюсь, как бы в эту 'розу' для полноты букета не добавили фугас или шрапнель и не поднесли нам. Кавалерию или копейщиков?
   - Подожди... тебе не кажется?.. Почему они садятся?
   - Проклятье! - Томинара с коня разглядел раньше своей командирши: каждая химера везла по паре пехотинцев! Которые сейчас спешно спрыгивали в снег, и строились в правильные квадраты. Один несчастный полк превращался в три. И так десять раз. Похоже, даже что-то вроде артиллерии так привезли.
   - Госпожа, мы попались, как дети. Отходим?!
   - Дай карту... Нет, - нельзя - потеряем город, а тогда твои ударные корпуса и Мацукаву, можно прямо сейчас хоронить. Тем сейчас одного провианта для половины фронта!
   - Но госпожа Третья!
   - Не реви. Лучше поинтересуйся, что молчит наша артиллерия?
   - Так точно, Госпожа Третья, - начальник штаба вернулся к своему дальневизору
   - Им пора начинать, раз они сели. Ещё что...
   - Артиллерия пока не сможет.
   - Почему?
   - Мы взяли пушки, но артиллеристов ещё нет.
   - Проклятье. Пусть лучники не медлят, хоть что-то. Так, где сейчас ближайшие союзники?!
   - Так. Подождите. Когда я уходил из штаба, вот здесь, в южном углу проходил отряд бхут. Правда совсем маленький... В городе находятся два мага на лечении - Злата нам обоим про них говорила. Всё-таки кое-что. А, нашел! Вот, в десяти минутах лёта три легиона призраков, во главе с самим Кверкешем, и люди - два колесничных и один светомётный. Позвать господина полустратига?
   - Нет! Дай частоту связи людей.
   - Но у призраков... - она так яростно взглянула на мальчишку, что тот предпочёл за лучшее заткнуться. Неужели она должна объяснять ему, что беря помощь у легионеров, придётся обратиться к Тардешу! А его она беспокоить из-за всякой ерунды... Другое дело бы он... Но он всё реже удостаивал девушку-демона своим вниманием, и она, понимая свою никчёмность, считала себя недостойной мешаться Единственному...
  
   ...Так случилось, что она сегодня в первый раз увидела принца Стхана без шлема
   - О, маршал Явара! Ну, прямо-таки меня в таком положении застали!
   - Извините, Стхан-доно. У меня дело не терпит... отлагательств?!
   - Правильно, - кивнул принц (разговорный людей всё-таки чуть-чуть отличался от классического санскрита), спешно чтобы не попасть в кадр, запахиваясь в халат: - Что там?
   Принцесса кратко изложила обстановку.
   - Правильно. Сейчас, подождите. А, что? (кто-то говорил с ним из-за края экрана)... Так эти части у нас... А, Кверкеш брал! Ему какое-то золото доставить нужно, вот и попросил транспорт и охранение... Думаю, что хватит, наигралась! (это он опять кому-то за край экрана)
   - Мне только светомётчиков - больше не прошу.
   - А вы берите всех! И даже Кверкеша - мне не жалко. Светомётчики-то своим ходом до вас сутки идти будут. Там снега по пояс. А на колесницах - с ветерком за несколько минут!
   - Не нужны нам тут колесницы, - вслух подумал Томинара: - Химеры их на раз-два разберут...
   - А вы их пехотой прикройте! - посоветовал услышавший его командир человеков.
   Томинара чуть усмехнулся - они со Стханом были побратимами, и старший по возрасту человек порой вкладывал долю юмора в отношения с большим на целую голову демоном.
   - Пехоту придётся всю в атаку кинуть - он тоже включился со своим дальнеговорником в их диалог:
   - Конницей прикрывать без толку, а лучники наши по земле лучше отработают, чем по воздуху - это не ваши...
   - Ну, я и говорю, чтобы брали вместе с Кверкешем!
   - Нет! - отрезала Метеа.
   - Нет, - констатировал её генерал: - Извини, моя принцесса опять боится Тардеша о помощи просить.
   Дьяволица бросила на него испепеляющий взгляд:
   - Там всего три полка! Нас вдвое больше! У призраков на полк один легион сражаться выходит, кем я буду выглядеть?
   - Полководцем, осознающим техническое превосходство противника, - пожал плечами Томинара: - У них скорострельное ручное оружие, у нас только холодное и нет артиллерии - какие могут быть церемонии?!
   - В точку! - улыбнулся, близоруко щуря голубые глаза, с экрана принц Стхан: - Маршал, извините, но мне люди дороги. Вам ведь драгонарий никогда не откажет, попросите! Или, может, мне обратиться?!
   - Нет! - и, отрубив связь с человечьей ставкой, на миг закрыла глаза, набралась храбрости и следом - набрала код Тардеша:
   - Драгонарий-доно...
  
  >"Она-никогда-не-попросит-о-помощи-завр"
  
   ...Тардеш вздрогнул, неожиданно увидев лицо девушки-демона на экране связи. Странно, его только что грызло какое-то скверное предчувствие насчёт неё... Да, долго они не виделись. Неделю, может две назад, сунула ему в лицо след химеры по видеофону, а сама даже не показалась! Интересно, за что она дуется - за то, что плохо благодарил за спасение жизни, или за то, что косвенно, но всё-таки виноват в смерти брата?! За то что не передал ей забытую благодарность Сената?! О, чёрт, у неё и лицо какое-то напуганное...
  
   ...Демонессе показалось, что Тардеш вздрогнул, её увидев - неужели помешала?!
   - Драгонарий-доно... - повторила она и опять замолчала, чувствуя, как щёки заливает краска неудержимая стыда: Ну, зачем она их всех слушалась! Теперь ещё...
   - О, боги! Рожай скорее! - в сердцах сказала Азер, выдернув на вершок и с силой вогнав по рукоять шемшир в ножны. Метеа посмотрела на неё - но без гнева, взгляд был ещё тот, что предназначался Тардешу, мужчине, а не женщине.
   - Извините, хозяйка...
   - Спасибо... Драгонарий-доно, нам необходимы войска, находящиеся в этом квадрате под командованием субстратига Кверкеша! И самого уважаемого субстратига-доно, пожалуйста...
  
   ...Ох уж этот певучий акцент! Одного его достаточно чтобы потерять голову. Что странно - ведь раньше она при нём говорила более-менее чисто... он даже при Злате проболтался как-то, что акцент демонов ему нравится, но у принцессы его нет.... А она говорила, что старательно работают над дикцией. Ох уж эти женщины... Предала ведь, змеюка. Тардеш невидимо улыбнулся. Умеет она приятно разыгрывать, не отнимаешь.
   Пока девушка вводила в курс дела, её начальник штаба рисовал на карте видеофона положение вещей. Молодец. Надо послать туда 'Дабию' - а то над ними один 'Арреш' с бесполезной сейчас орбитальной гауптвахтой вместо пушек. Драгонарий бросил взгляд налево, на экран канонира, который сейчас вовсю глушил вражеские тылы - черти, что со мной делают, самому под этот сводящий с ума голос, взывающий о помощи, охота бросить всё, и спешить на тот край планеты...
  
   ...Она терпеливо молчала, ожидая ответа призрака. Ну, конечно же, влезла, когда не надо со своими 'проблемами'. Вот он вбок посмотрел - конечно, же, он на орбите, ему сверху видно какая огромная у неё армия, а она жалуется что 'не справляется', от орбитальной поддержки Сидзуки отвлекает! А ведь там куда более важное сражение. А он вдруг спокойно сказал:
   - Я соединяю вашего начштаба с Кверкешем. Оставайтесь на линии.
   Демонесса удивлённо подняла взгляд на экран...
  
   ...А Тардешу нравилось, когда она так смотрела. Видеофон, видать, висел у неё сбоку седла - вровень с лицом, очень хороший ракурс. Красавица широко раскрыла свои чуть узковатые, потрясающе серые глаза без зрачков - ага, не ожидала помощи, гордячка! - смотрела вполоборота, очень красивая линия плеч, крыльев... Он откровенно любовался ею - поэтому-то и попросил не отключаться. Сражение не требовало его участия, ещё бы 'Шайтан' на её половину планеты перетащить!
  
   ...Принцессу заливала неудержимая краска стыда - что он так смотрит, ну да, она неопытный командир, завела армию в беду, теперь и его отвлекает! Стыдобище... О, боги, не дайте мне сегодня опозориться перед ним, я пойду в самую гущу боя, я искуплю свои поступки! Канал связи ненадолго прервался...
  
   ...Кверкеш включил шифрование и обратился к драгонарию:
   - Товарищ драгонарий, я не могу так всё бросить. У меня здесь Центральный Банк Коцита, на кого я эти богатства оставлю?
   - Бросай всё и лети на помощь. Если принцессу сомнут - вам тем более не выбраться. У тебя полный боекомплект?!
   - Но, товарищ драгонарий... - Тардеш выразительно поднял на него взгляд: - Есть...
   - Сколько у тебя челноков? Шесть?! Посылай светомётчиков на броне колесниц, сам дуй сюда. Снимешь с "Арреша" 18-й легион, да и заберёшь этих... ну, которые у меня в атриуме в "малый мяч" играют. Хватит им "Шайтан" доламывать. Сколько будет, шесть или семь когорт?
   - Шесть. В 4-м десантном недостаток велитов. Да и до "Шайтана" не ближний свет лететь.
   - Ну, это твоя проблема. Не лично же ты вызывать будешь, видеофон изобрели как бы. Пусть уже собираются. Как раз вернётесь вместе с колесницами. Ну, там... Будешь в распоряжении генерала Явары или её помощника Томинары. Опять ведь сама в бой сунется! Убереги её от этого, пожалуйста...
   - Есть, товарищ по партии драгонарий!
  
   ...Тюремная палуба десантно-штурмового крейсера "Арреш" - тихое место. Арестованный за аморалку 18-й легион пребывал под арестом с оружием, запертым в стеллажах и опечатанным центурионами, и снаряжением, аккуратно сложенным в изголовьях двухэтажных кроватей.
   Сигнал открывающегося замка выдернул задремавшего дежурного из-за видеостолика.
   - Смирно!
   - Товарищ стратиг! 18-й десантный легион отбывает дисциплинарное наказание! Личный состав раскаялся в поведении и морально готов служить Республике! Дежурный по гауптвахте Фракас Куиданеш!
   - Вольно. Трибуна и легата ко мне. Поднять личный состав! Боевая тревога!
   - Слушаюсь! - дежурный повернулся кругом и нажал кнопку на видеостолике.
   Взревели ревуны. Под потолком загорелись и закрутились красные мигалки, над кроватями вспыхнули яркие лампы дневного света.
   - Подъём! Подъём! Десантура, вперёд!
   - Шевелитесь шкуры каторжные!
   - Боевая, не шмон! Что разжирели на губе-то? Всё своё бери! Полную выкладку!
   - Ты мне ещё скажи, что забыл, как линоторакс застёгивается! Не позорь легион, салага!
   Кверкеш прошел мимо рядов моментально одевшихся легионеров, выстроившихся вдоль своих кроватей.
   - Значит так, десантура. Приказом Архидрагонария Республики с вас снято взыскание. На поверхности срочно нужны ваши кровь, кишки и автоматы. Центурионы - снять печати, выдать оружие! Слава Республике!
   - Служу Республике Амаль! - хором проревел благодарный легион.
  
   ...Метеа выключила дальнеговорник, получив подтверждение отбытия союзников, и, решительно скинув искрящийся сероватыми огнями меховой плащ, сцепила на груди планки доспеха:
   - Азер, мечевой нагрудник! Господин Янагисава, ваши самураи готовы?!!
   - Так точно! Ждут в лагере!
   - Хорошо. Кстати, о лагере, господин Томинара, неплохо бы было там спрятать лучников.
   - Замётано, Ваше Высочество.
   - Хотя... дождитесь светомётчиков и колесниц. Я зайду к ним с высоты в центр или тыл. Где у них командующий? Опять перестраиваются? Давай быстро один полк копейщиков в воздух, сбивай с позиции, разрушай построение!
   - Есть!
   - Ну, удачи! Девочки, со мной! - и уже издали:
   - Поднять мой флаг!
  
   ...Сакагучи взглянул на Томинару:
   - Пойдём по центру?
   - Нет, я ещё недостаточно сумасшедший для этого. Попробуем-ка развернуть их спиной к Инамото! Пойду левым флангом, если поведутся, то ещё и союзники им во фланг въедут...
   - Мои директивы?!
   - А... берите всю конницу, господин хатамото, и давайте по земле за Её Высочеством! Не хватало только, чтобы она опять куда-нибудь влипла!
  
   ...Принцесса, чуть не загнав своих спутников, стремительно набрала высоту, и, поймав в крылья восходящий поток, оглядела оттуда панораму сражения. Трюк с чёрными пятнами на снегу плохо работал, если солнце невысоко - им надо было нагреться. К счастью, повстанцы этого не знали. Томинара умница, правильно делал, наступая левым флангом - город получался в тылу, а уже видимые вдали жучки колесниц можно было бы пустить и в спину противникам. Только в воздухе опять мало народу у Томинары...
   Девушка дождалась чуть тяжеловатых самураев Янагисавы, и указала на видимый отсюда флаг вражеского полководца. Полковник сделал согласный жест крыльями и перестроил своих воинов для атаки. Правда, облачко какого-то подразделения химер поднималось на пересекающийся курс, но тут всё зависело от ветра, а не от них... В крайнем случае можно встретить их на земле, где мечники сильнее этих тварей.
   ...Конечно, было бы слишком, если бы даже ветры были на стороне юной воительницы - их всё-таки перехватили. Ученица божественного Каминакабаро выгадала несколько минут на перестроение, воспользовавшись циркуляцией воздуха над линией воронок от первых залпов, химерам пришлось сделать лишний круг и потерять высоту, и полк встретил их на виражах...
   Двух крайних самураев играючи, как осенние листья разбросала тварь, кинувшаяся на принцессу. Так же играючи, Метеа увернулась от её атаки - не зря же она Мастер Полёта! Ещё вираж, переложила крен, чисто борцовский приём - вражеские полупрозрачные когти пронеслись в опасной близости от лица - и чудище, потеряв ветер из крыльев, свалилось в безнадёжный штопор. Принцесса резко сбросила скорость - что-то больно много врагов пытались спикировать на неё. Краем глаза она увидела, как полковник Янагисава расправляется со своей жертвой - правильно, взял выше неё, сложил крылья, обнажил меч, по-гвардейски рубанул из ножен, отряхнул клинок, вложил обратно, и снова распахнул крылья - а говорил, что плохо умеет летать. Ох уж эта скромность!.. Удар, к сожалению, не попал ни по шее, ни по лапе, что тоже было бы полезно - там где-то крупная артерия у химер. Фонтана крови вроде не было, но лапа обвисла, и что-то шею и без того уродливой твари скукожило набок. Кадомацу пришла на помощь, хорошенько разогнавшись по горизонтали, и, уже без крыльев, выхватив свой зеленоватый клинок, одним взмахом отрубила крыло монстра. Так же - со сложенными основными, одними рулевыми развернувшись в полёте, указала полковнику сажать самураев, и взмыла вверх одним мощным взмахом.
  
   Тут-то её и достали. Генеральша тогда больше беспокоилась о мечниках - они в воздухе почти беспомощны, с их-то, определённым природой выбором: 'либо руки либо крылья', вся надежда на скорость и броню. А если догоняли, мало, кто мог провернуть в полёте трюки, что показывали принцесса и Янагисава - нужно было снижаться, и на подходящий грунт. Вот как раз мысль об этом и была в голове у принцессы, когда на неё саму навалились враги...
   Первой, суккубы подрезали перепонки на крыльях - эта полого ухнула вниз, Мацуко только поджала ноги, чтобы не задеть колючую шкуру. Но вот ведомую телохранители упустили - и она обрушилась на девушку, как снежный обвал, обдав холодом и тошнотворным запахом чужого дыхания.
   Крылья зелёноглазой принцессы хлопнули на ветру, как бессильные флаги, не удержав десятерной вес. Ледяные когти химеры, по счастью, не одолели брони, но намертво запутались в сложных лямках панциря, вовсе не желая таять, как про то любили приврать некоторые хвастуны.
   Тварь неудержимо влекла её к земле, видать, решив отдать свою жизнь за вражеского полководца. Метеа ужом вертелась в её лапах, сверкая доспехами и неприкрытой, светящейся кожей, пытаясь хоть ногой достать противницу, но удары не находили даже брюха... Проклятье...
   Совсем неожиданно шею монстра обняли коленки суккуба. Над рогами мелькнуло лезвие шемшира - непонятно, рога она рубит, что ли?! - потом пухлые ладошки Азер закрыли глаза монстра.
   Вовремя! - уродина от неожиданности распахнула крылья, вывернувшись из пике над самой поверхностью земли. Коготки крыльев принцессы со свистом и болью, чиркнули по насту, оставив полоски золотистой крови, мимо её лица пронеслась фигура всадника с черным флагом - господин Сакагучи?!
   Азер перевернулась на шее химеры, лицом к морде, закрыв той обзор земли, и вынудив на рефлексе набрать высоту. Хозяйка закричала ей, что не может отцепиться, та примерилась шемширом в лапу, но не смогла достать, даже взяв в крыло - спрыгнула, едва не сев своей шикарной задницей на лицо собственной госпожи. На время пропала из виду - и демонесса вновь увидела безбрежное синее небо, в которое её поднимала химера. Она, набрав воздуха, сняла с себя всякую изоляцию, окутавшись, синим факелом мгновенно вспыхнувшего метана - может так хоть проймёт! Тварь терпела, делая резкие виражи и бочки со своей огненной ношей - чтобы сбить пламя. И в один из рывков, когда она почти легла на спину, в её брюхо упёрлись острые каблучки маленьких сапожков суккуба, и Азер, необычайно гибко для своего веса выгнувшись в пояснице, единым взмахом перерубила обе лапищи, державшие молодую хозяйку.
   Их обдало фонтаном чёрной крови, брызнувшей из обрубков. Метеа, которая оказалась над химерой, получив свободу, согнула ноги, и резко толкнувшись коленями, перевернулась через спину, в противоположную направлению полёта чудища сторону. Хвост и обрубленные лапы химеры пролетели рядом, демонесса развернулась "бочкой", и распахнула крылья, дождавшись Азер. Даже успев обменяться какими-то шутками насчёт задержки, подруги нырнули в пике к земле, где, уже выстроившись в атакующий клин, атаковал врага полк Янагисавы.
   Две химеры заходили на полк, угрожая смять его столь чёткое построение. Приземлившись, принцесса, восстановив дыхание и изоляцию, подняла руку и произнесла огненную мантру - волна пламени, пронесшаяся над головами солдат, превратила ближнюю в визжащий живой костер, запрыгавший по снегу, не дающему ей спасения. Вторая резко вильнула, не желая повторить судьбу лидера. Полковник Янагисава оглянулся при виде столь неожиданной помощи и увидел Её Высочество. Девушка, поймав его взгляд, тоже оглянулась и к ещё большему удивлению увидела за своей спиной бесшумно подошедшего господина Сакагучи во главе всей остальной армии... Он взял копьё у Сакакибары и метким броском прикончил вторую химеру.
  
   ...Тардеш, наконец, решился, и щелчком пальцев привлёк внимание занятого на капитанском месте ученика:
   - Бэла, снимай 'Шайтана' с орбиты, идём на помощь генералу Явара.
   - Э-э-э, ментор, 'Дабия' уже там.
   - А теперь уходит и 'Шайтан'.
   - Но, ментор, вы что, оставляете генерала Сидзуку без орбитальной поддержки?
   - Нет, я просто увожу 'Шайтан'.
   - Но без 'Шайтана' вся группировка... ментор?!
   - Я говорю только о 'Шайтане', Бэла! Только о нём! Снимай корабль с орбиты, передавай руководство орбитальному командиру, мы идём без боевого охранения!
   - Без охранения?
   - Да. Кто нам может угрожать? Если раньше закончится бой здесь, охранение придёт к 'Шайтану", если там - вернём 'Шайтан' в построение. Отдавай приказы. Мне связь с Сидзукой и орбитальным командиром...
  
   ...Удивление принцессы не уменьшилось, когда невесть как взявшийся здесь телохранитель подъехал настолько, что можно было разговаривать:
   - Где мы?!!
   - На левом фланге, Ваше Высочество!
   - Нашем, или противника?
   - Противника! Ну, вы и напугали нас всех!
   - Спасибо Азер, выручила... (соблазнительница что-то неразборчиво хмыкнула под лицевой маской)... Однако... Как ты сюда добрался с такою толпой? Вы растоптали целый полк!
   Сакагучи оглянулся, и сам удивился количеству следовавших за ним войск:
   - Я шел за вами. Они за флагом. Так и получилось.
   Кадомацу усмехнулась:
   - Ладно, спасибо за подкрепление. Господин Янагисава! - молодой меченосец подошел ближе: - Вы помните, где мы видели знаки командующего? Если бы нам дали ещё чуть пролететь... Значит, теперь у нас есть конница - дайте ей несколько минут чтобы разогнаться и пропустите сквозь ваш строй. Потом поднимаемся в воздух и... да, я знаю, я тоже устала, и знаю что солдаты устали ещё больше. Но победа нужна - конница сомнёт их строй, а мы обрушимся на стрелков. Я очень рассчитываю на ваши мечи.
   Раздался грохот орудий. Принцесса вздрогнула:
   - Что это?!
   - Люди. Томинара ввёл в сражение колесницы. Да и призраки на подходе...
   Метеа оглянулась: по всем сторонам света с небес спускались шесть бирюзовых звёздочек десантных челноков. Земля дрогнула, небесный свод разверзся - на помощь демонам пришел флот призраков...
  
   Бой продолжался ещё три часа, но в основном был решен двумя ударами светомётчиков - первым, сразившим львиную долю химер, и вторым, лишившим повстанцев возможности с честью отступить. А между ними была и артиллерийская перестрелка, и грандиозная битва копейщиков-демонов с химерами, и схватка охраны Главнокомандующей с полком высших демонов Хаоса...
  
   Во вселенной существует 8400000 видов жизни, из которых 40 десятков тысяч - разумные. Эти сорок неровно распределяются по адским, средним и райским планетам, но только пятая часть обитателей Ада имеет право называться 'демонами', и лишь восемь из них умеют летать - Демоны Разрушения, высшие и низшие, демоны Хаоса высшие и низшие, Демоны Убийства, высшие и низшие, суккубы (демоны Разврата), и Настоящие Асуры. (Ложные Асуры - это все другие виды демонов, в том числе и род зелёноглазой принцессы). Каждая разновидность демонов (не только летающих) имеет два варианта - холодный и огненный, для обеих разделов Ада. Исключение составляют три расы: Настоящие Асуры, для которых любые условия будут подходящими, как и для полубогов, младшие демоны Разрушения - ибо рождены из огненного семени Шивы, которое не могло быть холодным, и суккубы, дочери Лилит, для которых 'горячей парой' были апсары, райский бескрылый аналог.
   В армии Амаля служили два вида из них - младшие демоны Разрушения, (из края Последнего Рассвета и ещё пары колоний) и Высшие демоны Хаоса с Коцита. Вообще в иерархии рудр Разрушение сильнее Хаоса - как выразилась Злата: 'вам надо наводить бардак, а им только поддерживать', но разница 'младший-высший' более чем серьёзная вещь.
   Это были высоченные твари раза в два-полтора больше принцессы, блестящими, как зеркало глазами и огненно-рыжими шевелюрами, собранными, однако во вполне самурайскую косичку, или бритыми так, что одна косичка и остаётся. Многие самураи переняли обычай - бритьё наголо было практичнее в походе, чем укладывание причёски. Демонов Хаоса отличала великолепно развитая мускулатура тела и конечностей, гармоничная почти как у людей, без бугристой гипертрофированности, которой отличались силачи из старших и младших Демонов Разрушения. Они любили, как щеголять ею на поле боя, (морозы Коцита, как и суккубам, были им летней прохладою) так не чурались надеть хороший доспех, что делало их вдвойне опасными. Как и суккубы, они сохранили хвост, но намного более короткий, но рулили в основном не им, а перепонкой между ногами. Это было их слабым местом - при всей своей пафосности, в бой им приходилось идти либо без штанов, в длиннополой одежде, либо в каких-то мешковатых шароварах, которые сильно снижали способности к маневру. В крыльях и руках у них было по шесть пальцев, а не пять, как у принцессы, но самое главное - обслуживающая их мускулатура была независима от крыльевой, что давало возможность пользоваться в полёте оружием. Причем не только мечами и луками, как суккубы, но и примитивными, но огромными ружьями и пистолетами, чьей пули было достаточно, чтобы пробить доспех. Поэтому-то из-за высших демонов вкупе с химерами, воздух-то и перестал быть 'родной стихией' для карательных войск, и, теперь, при столкновении в небе, на землю слишком часто первыми летели головы самураев дочери императора...
  
   ...Сакагучи неважно командовал большим количеством войск. Мацуко продрогла - она хоть и поставила изоляцию обратно, но добравшийся до костей адский холод Била-сварги никак не желал отпускать, и поэтому не все сразу поняли команду снижаться (В этот день она вообще потеряла голос), Никто не ожидал, что в охранении важного полководца окажутся высшие демоны с огнестрельным оружием. Их там было... ну не совсем полк, но вполне хватило на мечников Янагисавы. В бой шли измученные, в том числе и Метеа - и за полёт и за взмах меча отвечает одна и та же мышца, следовательно, чем дольше летишь, тем слабее бьёшь. Отчасти помог Сакагучи, додумавшийся разделить наземную атаку на несколько волн, очень сильно связавших противника, но основной успех был всё-таки за тем ударом светомётчиков, чудом не зацепившим поднявшихся на перегруппировку демонов, ну и самой принцессы, в горячке боя не заметившей, как снесла голову вражескому генералу. А потом подоспели автоматчики Кверкеша и, заменив падавших от переутомления самураев, ссадили на землю, думавших было удрать по воздуху отступавших повстанцев. А потом был ещё тот, второй удар светомётчиков и Томинара для страховки пустил в ход только что подошедшие летающие колесницы людей, завершившие разгром.
  
   >Странности человеческие
  
   После боя, безголосая Кадомацу, бросив телохранителей, занявшихся вдруг выяснением отношений, отправилась погостить к людям. Сакагучи про что-то торжественно парил Азер, пользуясь высоким столичным слогом - ну честно, не дослушала их принцесса, но всё закончилось хорошо, и Афсане ходила весь следующий день счастливая в обнимку с родственником супруги погибшего принца. А любопытная принцесса, вместо вникания в суть отношений меж подчинёнными, поспешила поинтересоваться устройством снизившихся неподалёку летающих колесниц людей.
   Ей всегда была интересна раса Сэнсея, ещё со времён детских сказок, а теперь, имея все возможности, никогда не упускала случая познакомиться с ними поближе. Хорошо, что возницы поняли её без слов и жестов - горло девушки издавало только какой-то змеиный шип, а руки и крылья, намаявшиеся за сегодняшний день, просились отдельно от неё в тёплую кроватку - словом хорошо и то, что Глупыш оказался неподалёку, и она смогла полюбоваться творениями людских инженеров, не утруждая хотя бы ноги... Хотя, слово 'инженер', для этой расы, рождающей настоящих художников от механики, было чересчур грубым.
   Людская планета Джаханаль была драгоценной жемчужиной в венце Амаля. По техническому развитию она превосходила и метрополию, и вообще все миры призраков. Недаром, в любом краю огромной родины Тардеша слово 'джаханальский' было синонимом качества. Мамору рассказывал, что Джаханаль - очень горячая планета, похожая на Край Последнего Рассвета. Людям - хрупким существам, там было очень тяжело, и их выживание полностью зависело от механизмов - неудивительно, что в области изготовления машин и хитроумных игрушек, работающих на электричестве, они достигли подлинного Мастерства.
   Взять, например, два прибора, неизменных спутника любого полководца в этой кампании - дальнеговорник и дальневизор. Дальнеговорник полтора года назад начинал свой путь довольно массивным неудобным предметом амальского производства, пользоваться которым можно было только в специальных перчатках, и хранить в специальной шкатулке. А теперь, после того как он прошел через руки джаханальских мастеров, это небольшое, довольно изящное украшение одежды, абсолютно огнеупорное и нетеплопроводное - демонесса могла, наговорившись, бросить его суккубе, и не волноваться, что та обожжется нагретым её руками прибором.
   Или, например, дальневизор - он не претерпел таких радикальных изменений (шкатулочка под него сделалась одним из обязательных атрибутов конской сбруи), но само это устройство было просто замечательным - связь с любым дальнеговорником ли, дальневизором в пределах досягаемости, связь со флотом, любая карта местности сразу со значками находящихся там частей, причём, если у командира этой части есть такой же дальневизор, то приказы можно отдавать, просто двигая пальчиком картинку по карте (эти движущиеся картинки в первые дни больше всего занимали маленькую принцессу - забавно!). Люди, говорят, совершили настоящее научное открытие, придумав как сделать экран невосприимчивым к рукам демона. Плюс любые вычисления и расчеты, ответы на любые вопросы, которые имелись в библиотеках флота - умное устройство само умело находить книги и извлекать справки и цитаты. Единственным минусом дальневизора было то, что он работал, только если на орбите в нужном месте находился какой-нибудь пригодный для связи корабль (о том, сколько ресурсов занимало использование подобных игрушек, свидетельствовали не раз оброненные Тардешем фразы, что некоторые 'старые' корабли не могли стрелять, если им приходилось поддерживать связь), да при том, как поняла демонесса путаные объяснения Бэлы о 'секторах', 'геостационарах' и 'радиогоризонтах', имело значение и положение звёзд, и воля Небес, и какие-то сложные законы астрологии.
   А вот дальнеговорник обеспечивал связь всегда - если только повстанцы не забивали канал помехами. О том, что волшебную дальнюю связь, оказывается можно глушить, перехватывать, шифровать и посылать направленным лучом подданные императора Явара узнали только в этой кампании.
   Или же эти летающие колесницы. Люди обожали сражаться один на один, в любой стихии - поэтому у них было столько вариантов колесниц, что другая раса и трети их разновидностей применения бы не нашла. Они даже в космос вылетали порой на одноместных лодках, ища славы в открытии новых земель или сражении - хотя, в больших сражениях космические колесницы обычно прибывали на знаменитых ещё со времён Бали Махараджи, кораблях-ульях, до сих пор, страшивших воображение тех, кто рассуждал о возможности противостоять этой расе (у Тардеша во флоте таких не было - он, как адмирал призраков, предпочитал разить в космосе издалека, невидимыми снарядами). Принц Стхан переживал, что секрет этого оружия похищен демонами - и, говоря о подобных кораблях скорее вспомнят Флот Белых Звезд Вельзевула, а не мастерство и храбрость воинов древнего царя людей.
   Летучие колесницы только по названию могли напоминать летающие лодки родины демонов - но обычно даже не рассчитывались на перевозку солдат и пассажиров, и имели всего одного возницу, по совместительству стрелка. Чтобы проще управляться, оружие в такой колеснице закрепляли неподвижно, и меткость стрельбы зависела исключительно от владения пилотом Искуства Полёта. По маневренности такие штуки соперничали с живыми летунами, с рождения имеющими крылья, а по скорости... куда там! Люди, хвастаясь, говорили о боях на скорости в два раза быстрее звука, и даже самые отважные самураи содрогались, представляя, какой ловкостью и глазомером надо обладать, чтобы два таких быстрых противника просто смогли нанести удар.
   Кадомацу в тот день очень заинтересовалась устройством, которое защищало колесницы, создавая вихрь вокруг них, отбрасывающий пули и стрелы - потом два дня думала, можно ли такое же сделать с живыми самураями, но ничего не придумав, отдала идею людским инженерам - нет, мозг демонов не создан для таких усилий. Это человеческая работа и человеческое искусство.
  
   ...А вот, что и, правда, выделяло людей из общей массы - это их упорное нежелание пользоваться магической изоляцией, и расчет на глухие металлические доспехи, в которых они носили и родной им воздух и тепло родного мира. Это порой серьезно сковывало их, в общем-то, мощную армию, и вызывало недовольство не только Главнокомандующей демонов, но и амальских начальников. Кадомацу как-то спросила принца Стхана об этом - кажется, это было на её дне рождения, вроде после спора с Мацукавой... или до?! Нет, скорее после.
   Принц Стхан, этот великан своей расы - почти роста демонессы, широкоплечий богатырь с руками в рубцах от тетивы, голубоглазый весёлый блондин, слегка страдающий близорукостью - в другой расе бы этот недуг навсегда бы закрыл карьеру воина, но мастера Джаханаля сделали чудесные очки для сына махараджи - и вот он стал непревзойденным стрелком, лучшим, чем многие зрячие. Белокурые волосы по кшатрийскому обычаю он укладывал в косичку на макушке - что опять-таки делало его похожим на самурая.
   Итак, весьма прельщённый оказанным ему вниманием (принц был полной противоположностью стеснительного и романтичного Томинары - бабником, каких свет не видывал! Он даже к Злате клинья подбивал), он живописно развалился на диване и отвечал:
   - Понимаете, девушки... Надеюсь, вы не поставите меня в положение уважаемого Мацукавы-сана, который только что, еле-еле от вас отбился?
   - Он и не отбился, - улыбаясь, показала зубки именинница.
   - Ну, как посмотреть... С помощью нашей любимой хитроумной Златы, мы уже знаем, что магию незаслуженно ставят на более низкое место в воинских искусствах, чем более привычные науки. Ну, я могу сказать, это, наверное, не случайно - например, наука Амаля говорит, что сначала все войны были нужны для продолжения рода, и поэтому у всех рас выживали самые сильные и самые живучие...
   - А почему не самые умные?!
   - ...самцы. С другой стороны, что бы вы ни говорили, мой зелёноглазый дьявол, огреть дубиной всё-таки проще, чем произнести хотя бы Огненную мантру...
   - Спасибо... - поблагодарил всё ещё удрученный Мацукава: - раньше не могли сказать, Стхан-доно?! - все удостоили генерала короткого внимания, а потом вернулись к принцу.
   - У нас же такой проблемы никогда не стояло, - продолжал наследник Джаханаля: - Мы считаем, что право на самооборону дано каждому существу, созданному Всевышним, и поэтому Всевышний создал разные виды оружия для разных видов разума - если совсем ничего нет, то используй когти и зубы, чуть поумнее - дубину, дальше мечи, потом лук, колесница, звездолёт, а самым умным - тонкое оружие в виде магии... - Злата незаметно превратилась в человеческую женщину и подсела рядом.
   На этот раз в слове "спасибо" Мацукавы звучало куда больше сарказма. Взрыв громогласного хохота был ему ответом и маленько сбил оратора с мысли.
   - Однако, изоляция, - напомнила Метеа: - Вы что, считаете себя недостойными подобной чести?
   - Отнюдь. Мы отлично знаем про защитную магию, и часто пользуемся ею, например, сейчас, но не в бою.
   - О, опять "мужской комплекс"! Понятно! - Злата сделала себе удивительно красивое лицо, сохранив янтарные змеиные глаза, и провела пальчиком по груди, материализовав красивое ожерелье из камней всех цветов радуги.
   - Нет, просто не хотим утомлять солдат в бою.
   - Заставляя носить такую тяжесть?
   - Он совсем лёгкий. Вы, наверное, не знаете всех нюансов защитной магии, позвольте прояснить...
   - Спасибо, может я и не маг, как некоторые, но в изоляции-то уж разбираюсь!
   - Ну вот, обиделась... Нет, понимаете, секрет изоляции - в том, что она держится сама, это расходование жизненных сил организма, в том числе и воздушных потоков, отвечающих за здоровье, глазомер и трезвый ум. Потери, конечно, невеликие... - Злата сбила его с мысли, сменив человеческое сари на более откровенные шортики суккубы, и сверкнув коленками: - ...но когда ты отвечаешь за сложное оборудование, любое возб... то есть любое утомление, может быть фатальным не только для тебя, но и для окружающих... Нет, хитроумная, не думай! - это Злате, которая вздумала залезть ему на коленки: - Слишком молодо выглядишь!
   - А так? - колдунья на вдохе вытянулась вверх и прибавила в женских формах.
   - О! Давай-давай! - он хлопнул по колену, но известная обманщица только звонко рассмеялась и, погрозив пальчиком, распалась на змеиные кольца.
   - Вот так они всегда! - с досадой констатировал человек: - Пообещают, и... Правда, брат Томинара?!
   Вот такой он был в молодости, махараджа Стхан...
  
   ...Люди не использовали животных для езды и перевозки грузов - считали такое их применение на войне слишком жестоким. На Джаханале выгнать на улицу какое-нибудь животное из тех, что люди привезли с Земли - значит, обречь на верную смерть. Поэтому они и заменили их на работе механизмами, а к животным относились как к членам семьи и любимцам, а не как к рабам и пище.
   Кадомацу спрашивала - а что, на Джаханале нет собственных, не земных животных - но принц отвечал, что есть, но не слишком крупные и отнюдь не полезные. Бали Махараджа, захватив планету, использовал оружие, испаряющее океаны, что тут говорить о каких-то зверях?! Неудивительно, что выжила только всякая мерзость. Вроде червяков поедающих даже огнеупорную сталь. Демонесса как-то попробовала эту сталь, чтобы узнать, что там такого - ну неудивительно, что там червяки заводятся, они же сладкий леденец сварили!
   Нет, дома люди катались и на Небесных Конях, и на лошадках, и даже на слонах (удивительно! На родине принцессы водилась своя разновидность этих исполинов, но секрет их приручения был утерян как демонами, так и ракшасами. На Даэне в ходу были маленькие мохнатые слоники, но кто же будет учиться у суккубов!) - но на войну выходили на самодвижущихся колесницах, летающих лодках и янтрах. Янтры были самыми ужасающими средствами уничтожения - огромные механические исполины на двух или более ногах, увешанные самым чудовищным оружием - правда, использовать их получалось очень редко, мало какое поле боя на Акбузате или Коците позволяло развернуть такую громадину и пустить в бой. Да и мало их было - всего 300 штук, как кораблей Тардеша.
   Основную часть механизированных войск карателей составляли наземные колесницы - любимый вид оружия людей. И если призраки по части механизмов ограничивались только дальнобойной артиллерией и сторожевыми, противовоздушными установками (именно такие машины в основном и были у повстанцев), то люди тут проявляли удивительную фантазию и изобретательность. На одной основе они умудрялись воткнуть такое количество разных систем и вооружений, что Метеа до конца жизни не разобралась во всех возможных комбинациях. Каждый раз, когда башня поднималась, превращаясь в ритуальный зонт, ни один враг не знал, чем по нему ударит человеческий махаратха - то ли меткой стрелой, то ли снопом пуль, то ли самой неожиданной стихией, о возможном применении на войне которых ты даже не помышляешь. Мало им вооружения - не каждая колесница была на колёсах! Были колесницы катающиеся, колесницы шагающие, колесницы прыгающие, колесницы, парящие над землёй, колесницы на лыжах, колесницы на ходулях, колесницы даже на щётках! Принцессе больше понравились колесницы, у которых колёса были обмотаны лентой, на бездорожье служившей чем-то бесконечной дороги - они почти нигде не застревали. Была бы её воля, она бы все только такими и делала. Правда, они были достаточно медленными относительно других.
   - Удивительно, - сказала она в тот день махаратхе, познакомившему его со своей колесницей: - Такие ровные линии, словно их рисовали каллиграфы.
   - А их и рисуют каллиграфы. Циркулем и линейкой. Чертежи, знаете?
   Принцесса задумалась. На их родине создание механизмов и кораблей считалось актом искусства. А чертежи полагались только для дворцов и планов городов.
   А вот Тардеш не любил колесницы - он ценил их пехоту, светомётчиков, самый сильный род войск, от удара которых не спасали никакие броня и укрепления. Кадомацу обожала авиацию, которая так же как колесницы на земле, поддерживала её любимых копейщиков в воздухе. Но так вышло, что несколько месяцев назад, победить непобедимого Тыгрынкээва помогли всё-таки те самые, наземные колесницы...
  
   >Младшая сестра
  
   ...Красные и оранжевые листья дрожали под непрерывным дождём. Тяжелые, густые зеленоватые капли, попадая на пластины доспехов, тут же испарялись желто-зелёным дымом, в фильтре которого демоны охраны казались замарашками, а суккубы - тяжело больными желудком и печенью. Кадомацу притормозила Глупыша, и подняла ладонь от радужной гривы, ловя неприятные дождинки. Коготь на мизинце был сегодня сломан во время тренировки с Сакагучи - клинок соскочил. Ну, оставалось надеяться, что сегодня не придётся царапаться... Капли, не коснувшись кожи, соскальзывали, оставив за собой мертвенно-бледный след на прозрачной 'изоляции', и испарялись, едва коснувшись манжеты рукава. Надо будет подзарядить защитные чары. А то этот дождь их скоро просадит...
   Это была Нэркэс. Планета между Акбузатом и Коцитом. Стхан рассказывал красивую легенду о её названии - имя любимой дочери Шульгена, брошенной им на Земле. Теперешний предводитель повстанцев и бывший наместник системы Гудешия был беглым нагом-колонистом с Земли, изгнанный оттуда не без участия родной дочери. И была красивая легенда о любви человека и нагини, под слова которой непутёвый блондин подбирался к Злате... Метеа усмехнулась, вспомнив, чем это закончилось, и повторила приказ двигаться побыстрей.
   Неизвестно, как легенда, но у неё эта планета ассоциировалась с джунглями и дождём. Конечно, где-то на ней были и более умеренные пояса, и тундры, и даже пустыни (Сидзука в одной такой едва не погиб), но на её долю такого не выпадало. Повстанцы утекали как вода сквозь пальцы, используя густые джунгли экваториального пояса как превосходное укрытие для мелких групп разрозненной армии - кое-чему научила сестра Мамору Тыгрынкээва! Конечно, ни о какой линии фронта при её тактике и речи не было, однако она старалась окружать их в котлах и громить по мере обнаружения, пока они пытались вывезти всех, кто был им сколь-нибудь ценен с этой планеты. Мятежники превосходили карателей по количеству магов, но Злата была талантливым тактиком (если к магии может быть применён этот термин) и не давала им пользоваться мелкими порталами, заставляя сводить все силы в один общий, к которому, надеясь на новое генеральное сражение, и гнали врагов демоны и призраки. К тому же, Нэркес была добывающей планетой, богатой топливом и ресурсами, опутанной сетью огромных транспортных труб, рассекающих бесконечные леса на мелкие квадраты и линии, и мятежников проще было гнать вдоль них в одно место. И это к счастью - иначе был бы тот же ад, что на Даэне во времена восстания матери Ануш - ведь только за столом переговоров и удалось их одолеть...
   Сегодня она ехала к Мацукаве на 'передний край'. Зеленоглазая принцесса была им недовольна - двадцать дней, опытнейший генерал, отправленный перерезать очередную ветку трубы, не мог взять какой-то захудалый городишко, отговариваясь всякой ерундой. Кадомацу эти две с половиной недели была занята на флангах, пытаясь замаскировать окружение, и вот теперь, чтобы очередное крыло главных сил не ушло из ловушки, ей потребовался решительный удар авангарда.
   Она поднесла к губам дальнеговорник:
   - Генерал. Мы в получасе пути от вас. Начинайте построение для атаки.
   - Не торопитесь, командующий. Мои самураи из металла попроще, чем вы - дайте им отдохнуть до побудки.
   - Ладно. Но я недовольна вами, генерал.
   Сакагучи заметил:
   - Странно... Они что, дров не рубят, совсем?!
   Метеа оглянулась. В самом деле, не было никаких признаков приближающейся армии - даже дорога выглядела так, будто по ней неделю не ездили. Слишком для маскировки. Хотя... на войне бывает всякое. Может, какие партизаны здесь бродили - вот и разогнали всех лесорубов... Девушка тогда не знала, что Мацукава предал её - ушел с центра, куда она направлялась, пустив на свои позиции авангард Тыгрынкээва. Если бы... Но тогда она этого не знала, и нарождавшиеся мысли прервал неожиданный вызов по дальнеговорнику:
   - Приём. Приём, - говорили с явным человеческим акцентом: - Все кто меня слышит, требуется помощь!
   - Говорит маршал Явара и генерал Мацукава. Назовите себя.
   - Арджун Сингх, махаратха 1-й чамы 8-й аникини четвёртой акшаухини, боевые колесницы.
   - В чём дело, командир?
   - Застряли. Кислота разъела схемы, нам бы хотя бы захудалого мага поставить зонтик для починки.
   - Ну... - принцесса улыбнулась: - Захудалый маг для вас найдётся. Какое у вас было задание?
   - Выдвинуться на скрытую позицию возле Мацукавы, и поддержать атаку артиллерией.
   - Да, но... Стхан сказал, что вы у него все заняты.
   - Сюрприз хотел сделать. Поймите нашего принца...
   - Ох уж эти мужчины... Ладно, используйте частоту Ставки Главнокомандующего, дайте пеленг дальневизором, и помогите проложить курс. Иду на помощь.
   На экране дальневизора (с которым пришлось повозиться, тоже прикрывая от капель дождя) появилась карта местности и наилучший, по мнению хитроумного устройства, путь.
   - Генерал, мы их выручим, продолжайте подготовку к атаке.
   Мацукава промолчал...
  
   ...Спустя несколько минут - а может полчаса путешествия по непроходимой красно-оранжевой заросли, ветви деревьев разошлись и эскорт принцессы, подуставший прокладывать дорогу, выехал на косой перекрёсток с главной дорогой. И как раз на нём умудрились застрять неуклюжие колесницы! Причём все сразу! По сияющим колпакам и инкрустациям из золота и драгоценных камней стекали жалобные потоки ржавчины. Пара ещё могла вертеть башнями, кое-кто урчал моторами, но бесполезно - вся мудрость человеческих механиков тут была бессильна.
   Метеа усмехнулась, видя эти жалкие потуги:
   - Мы прибыли. Не высовывайтесь, пока мы не осмотримся вокруг.
   - Вас понял, - ответил махатартха, и внезапно добавил на санскрите: - Осторожнее, девочка.
   Принцесса мысленно поблагодарила его. По голосу солдат был ровесником его отца.
   Они осмотрелись с опушки. Сразу стало ясно, что одной поломкой проблема не ограничивается - судя по всему, колёсные колесницы сначала застряли в грязи, вездеходные их начали вытягивать - и сломались. То есть даже если люди починят их, сразу в бой подразделение вступить не сможет - по крайней мере, пока не минует этот увязший в едкой грязи перекрёсток. Азер и Сакагучи одновременно привлекли внимание к фигурам, мелькнувшим на другом конце дороги:
   - Не похожи на наших.
   - Господин Сакагучи прав. Может из-за них дорога такая нехоженая?
   - Ненадолго. Генерал Мацукава, ну и развели вы партизан!
   - Это не партизаны, госпожа...
   Она не поняла:
   - Генерал?
   - Они приближаются, - предупредил Сакагучи.
   - Прячутся?
   - Нет, идут в открытую. Похоже, что нас пока не заметили. Уведите Небесных Коней. Афсане, Гюльдан, на деревья! И не шумите сильно!
   Неожиданно дальнеговорник прервал молчание голосом Мацукавы:
   - Простите, госпожа. Я предал вас, уходите! Там, куда вы идёте, там нет моих частей, там Тыгрынкээв! Я ушел оттуда неделю назад, сдав свои позиции противникам. Я договорился с ними... Извините, у меня был приказ от моего бывшего хозяина...Вы должны были попасть в плен. Уходите по дороге влево, там вас встретит Огава, с его силами вы вполне сможете отбить позиции обратно...
   Дальневизор замигал, подсказывая новый путь. Метеа помрачнела
   - Уходите, госпожа, я вовсе не хочу вашей смерти!
   Девушка спросила, словно у самой себя:
   - Как вы думаете, кого Тыгрынкээв мог послать для моего пленения?!
   - Я бы пошел сам.
   Принцесса оглянулась - обе половинки лица Сакагучи были совершенно серьёзны.
   - Я бы тоже. Внимание всем! Наши частоты дискредитированы, переходим на запасные, - она очертила когтем на экране дальневизора полудугу между собой и вражескими позициями. Теперь умные приборы считали все дальнеговорники, расположенные за нею - вражескими и отключили их от связи.
   - Генерал, ваше последнее задание - если вы на флангах, немедленно ударяйте! (Сакагучи смотрел на неё с нескрываемым удивлением - она приказывала предателю! Но дочь императора сама потом не понимала, почему она решила, что Мацукава ей подчинится). Если не сможете их сбросить с позиций - окружайте их там! Что бы со мной ни случилось - надо взять Тыгрынкээва!
   - Есть!
   - И ещё... Генерал, я хочу, при следующей нашей встрече, видеть вашу голову отдельно от плеч.
   - Слушаюсь.
  
   Кадомацу перевела дух. Если людям удастся починить колесницы, их отряд будет представлять собой внушительную боевую силу, и можно будет поддержать благородные порывы раскаявшегося изменника.
   - Господин Арджун Сингх, сейчас возможно будет небольшая стычка. Не выходите из-за брони, мы справимся.
   - Понял. Наша артиллерия действует, просто не подпускайте их слишком близко - и мы вам поможем.
   Смутные фигуры выступили из пелены дождя. Широкоплечие всадники с длиной белой шерстью, нет, не просто широкоплечие, а гипертрофированно широкоплечие - две громадных мохнатых руки, прикреплённые к непропорционально маленькому телу с крохотной головой и широкой пастью. Квадратные куски брони "ложных крыльев", торчащие над плечами, словно огромные уши. Пещерные демоны. Тардеш говорил, что маленькие девочки на Амале любят игрушки, сделанные в виде них.
   Ну что же. Одна девочка как раз давно не видела новых игрушек...
   Один из них был заметно ниже ростом - и как знак отличия носил амальский шлем с высочайшим гребнем - как у Тардеша. Только один повстанец, только один пещерный демон мог носить столь неудобный и столь ненавистный для них знак отличия враждебной армии:
   - Тыгрынкээв!
   Их ещё не заметили: трое из его эскорта спрыгнули с коней, и, держа автоматы в одной руке, поспешили проверять колесницы. Сестра Мамору стиснула челюсти.
   - Госпожа?!
   Убийца брата не должен уйти!
   - Тетивы на луки!..
  
   >Лишь шум дождя
  
   ...Сакагучи, взяв с собой таких же хреновых стрелков, как он сам, ушел в лес, выбирать место для засады, оставив лучших стрелков с госпожой. Та отправила Небесных Коней на 'связку', и, расставив за колесницами оставшихся пятерых телохранителей, сама передвинула колчан поудобнее, и положила на тетиву своего северного лука 'гудящую стрелу'.
   ...Вообще, это была авантюра чистой воды. Телохранители Тыгрынкээва вдвое-втрое превосходили эскорт принцессы по численности - восемь телохранителей, три суккубы, и она сама. Но 'она сама' постеснялась бы носить имя, подаренное Тардешем, если бы не рискнула отомстить на Мамору...
   ...Всё началось того, что их заметили. Правда, ненадолго - обоих сняли суккубы. И, если Афсане это удалось сделать элегантно и незаметно, то жертва Гюльдан выкатилась, чуть ли не под ноги лидеру мятежников. Но зато это была такая даль и темень, что хотелось прямо-таки зааплодировать девчонке - на вскрик стреляла. Повстанцы удивительно быстро поняли, в чём дело, и, видать, разглядев за завесой дождя вспышки изоляции на лицах, грамотно разошлись и бросились в молчаливую атаку. Метеа вначале держала на прицеле шею Тыгрынкээва, но его всё время загораживала бегущая впереди фигура, и, выругавшись, она потратила первую стрелу на неё.
   'Гудящая стрела' прорезала воздух с диким воем, оставляя за собой след желто-зелёного дыма среди струй дождя, и, словно удар молота, отбросила переломившегося надвое невезунчика под колёса ближайшей машины. Это послужило сигналом остальным хатамото - зазвенели тетивы по сторонам Мацуко, и очередные дымные следы выдали спрятавшихся стрелков. Без промаха! Им ответили автоматные очереди. Пули рикошетили от брони колесниц намного выше голов, так что, отвечая, сначала даже никто не прятался.
   Трое или четверо бросились назад - к лошадям. Зеленоглазая дьяволица крикнула суккубам: 'Достать!', и сама, встав с колен, занялась еле видимыми конями. Расстояние, правда, было великовато для неё, и ни черта не видно, но лошадь - мишень хорошая, и принцессе удалось если не перестрелять животных, то распугать - точно. А потом с той стороны ударил Сакагучи, и началась самая главная драка.
  
   Две цепочки сцепленных меж собой колесниц и опушка леса превращали поле боя в три коридора, чуть короче полёта стрелы. Кадомацу перекрыла все три, правда неравномерно - в левом, самом дальнем от Тыгрынкээва, остался один Уэмацу, в правом - двое, а с ней, напротив Тыгрынкээва, остальные двое, не считая Азер, не вооруженную луком. Сакагучи ударил справа, перекрёстным огнём зачистив тот фланг, сразу сразив солдат с тяжелым оружием, и, каждый, кроме Уэмацу, снял по одному противнику, а их принцесса - двух. Уже было достаточно близко. Тыгрынкээв что-то крикнул своим, и они, отстреливаясь, стали отступать. Сакагучи их хорошо терзал сбоку, вынося по двое бойцов за залп - кто-то у него хорошо мазал (наверное, сам Сакагучи). Огонь по отряду принцессы поредел, очереди пуль не находили цель. Принцесса приказала наступать.
   Северный лук дочери императора тратил стрелы в два раза быстрее, чем армейские - телохранителей. Вот уже один колчан, опустев, полетел в грязь, да и в другом осталась только половина привычной тяжести...
  
   Окрик Уэмацу напомнил об ошибке - левая группа! Первый (или последний в строю - непонятно в какую именно сторону они шли) пал от стрелы отставшего телохранителя, другой, спрыгнув с недвижной колесницы, набросился на принцессу, но Азер его оттащила - вовремя, у девушки, кроме лука, ничего в руках не было. Она вынула из колчана очередную стрелу, и тотчас же заметила третьего - он прыгал с башни напротив, но тут вмешались люди - колпак под его ногами неожиданно повернулся, скинув под колёса, и демонесса с нескрываемым злорадством добила его на земле.
   - Начальник убегает! - Метеа, матерясь, обернулась, и успела увидеть только мохнатую ногу, исчезающую за левым рядом машин. Сакагучи, наконец-то истратив свои стрелы, с рёвом выскочил из-за правого ряда, из ножен рубанув первого попавшегося на пути противника. С отмашки, одной рукой, располовинив другого, кинулся дальше.
   Принцесса демонов задрала голову - почему на неё дождь не капает? - увидела над собой ствол пушки, сообразила, подпрыгнула, ухватилась за него, махнула рукой, как бы командуя "Вперёд!". Её поняли, и перевезли на другую сторону.
   Чуть не зацепило очередью, пущенной наверняка вслепую. Кадомацу спрыгнула быстрее пуль, ответила стрелой - кажется, мимо, увидела выпрыгивающего впереди Сакагучи, ещё раз прицелилась - не время сейчас стрелы зря тратить! - и не поняла, их же вроде уже должно быть пятеро-шестеро! А из леса на опушку выкатывалось больше полусотни...
   Девушка испугалась за сестёр Азер - неужели не смогли перехватить гонцов? Но вспомнила про дальнеговорники. В самом деле, пора привыкать к войне в условиях повсеместной дальней связи. Зря только она распылила силы...
   - Все сюда! Собирайте стрелы! - если успеть, то и с полусотней справятся. Только бы не больше!
   Над её головой раздалось мягкое жужжание - про кого-то все забыли - колесница прицелилась, и оглушительный грохот пушечного выстрела швырнул миниатюрную принцессу на землю.
   Когда временная тугоухость и двоение в глазах малость прекратились, она увидела в стене джунглей большой проём, только начавший затягиваться нитками дождя. Даже размокшие в мочалку листья уцелевших деревьев занялись чадным пламенем. Остатки подкреплений мятежников расползались на четвереньках по огроменной воронке. Дуло пушки судорожно дёрнулось, беря новый прицел - Метеа похлопала по броне, пытаясь остановить человеческого стрелка. К счастью её не услышали, и продолжили стрелять. Как объяснил Арджун на следующий день - он боялся наличия бронебойного оружия у пехоты и решил не рисковать. А Её Высочеству пришлось добивать Тыгрынкээва и его телохранителей под грохот канонады. Их всё равно осталось восемь плюс сам Тыгрынкээв - столько же, сколько у неё. Она сбросила ненужную теперь стрелковую амуницию и сломанный лук, и обнажила алчно сверкнувшую под дождём "Сосновую Ветку". Настало время для мести...
   ...Постепенно, между раскатами выстрелов орудий, подтягивались остальные хатамото. Почти все несли собранные по её приказу стрелы - в том числе короткие, для лука принцессы. Она показала взглядом на сломанное оружие - и эти стрелы снова полетели в грязь. Подошел Уэмацу - второй колчан ещё полон, в первом две стрелы - солидный боезапас. Автоматчики Тыгрынкээва, выжившие после пушек, залегли вдоль дороги и за сваленными деревьями - вначале пытались разместиться в воронке, но что-то быстро сбежали оттуда - горячо, что ли? Значит, скоро остынет, а там дальше среди трупов ржавели тяжелые ружья, надо отогнать от них, а то вооружатся и оттуда их и даже пушками колесниц не выкурить. Сам Тыгрынкээв со своими телохранителями оказался отрезан по другую сторону колесниц - и из-за машин и ближних к лесу деревьев пытался взять еле видимых в дожде демонов в перекрестный огонь. Кадомацу приказала отдать стрелы лучшим лучникам - ей тоже протянули с поклоном лук и перчатку, но она отрицательно покачала головой - нет, не от стрелы умрёт убийца брата... Всего набралось на троих где-то полтора колчана. Двое хатамото и Азер где-то застряли.
   Она подползла к Сакагучи и между вспышками человеческих пушек устроила краткий военный совет:
   - Госпожа?!
   - Я не уйду отсюда без его головы.
   - Трудно сделать... - старший хатамото посмотрел в сторону. С этой позиции их видел только один автоматчик, но он постоянно бил выше голов: - Но и колесницы бросать нельзя... Госпожа, там, - он постучал по гулкой колеснице: - Ведь неплохие воины сидят. Может, попросим о помощи?
   - Месть за моего брата и твоего господина - наше личное дело, тебе не кажется?
   - Вы правы, извините. Какие приказы?
   - Лучники постараются прижать к земле его телохранителей, а мы обойдём с фланга, где лес погуще.
   - У вас нет нагрудника, госпожа. Это сейчас они мажут, но если подойдём ближе - плохо вам придётся.
   - Значит так - я беру Пака и иду в лоб. Вы берёте Такахаши и обходите сбоку. Подходит?
   - Удачи.
   Они встали с корточек, вызвав краткий переполох в стане противника, объяснили своим солдатам задачу. Кто-то из мятежников со стороны Тыгрынкээва стал стрелять трассирующими пулями - намного метче, но всё равно без особого вреда. Лучники подняли луки и заставили смельчака поглубже вжаться в грязь. Метеа пробежала длину одной колесницы рядом с Сакагучи, потом перепрыгнула на другую сторону.
   В центральном коридоре всё ещё шел бой - пропавшие Азер и два телохранителя-демона рубились с отставшими телохранителями Тыгрынкээва. На глазах у Мацуко один из них покончил со своим противником и присоединился к принцессе, так и не отряхнув свой меч. Она сразу же вернула Такахаши на помощь Сакагучи - ему лишний клинок сейчас не помешает.
   Грязь скользила под пятками и замедляла бег. Принцесса больше всего сейчас боялась как-нибудь поскользнуться и измазаться - а вовсе не пуль, ожидающих за поворотом. Рядом пыхтел под тяжестью доспехов седеющий телохранитель - изо всех сил пытался не отстать от лёгконогой девушки! Из-за ближайшей колесницы пьяной походкой вывалился какой-то очумелый пещерный демон, машущий автоматом, как дубиной, встретил бессмысленным взглядом приближающуюся демонессу - и "Сосновая Ветка" впервые испила крови... С другой стороны колесницы раздался боевой клич Сакагучи - они прибавили ходу, и выскочили, проскользив на каблуках, мятежникам в тыл, как раз в тот момент, когда старший хатамото поднял их с земли своею атакой.
   Пак-южанин, без меча, одними ногами, так хорошо отметелил своего первого противника, что тот упал и больше не поднимался, а сам красиво прыгнул на следующего. Сакагучи очередью в упор отбросили в грязюку, он медленно поднимался, пряча крылья за спину, а Такахаши, с пронзительным визгом иззубривал бешено сверкающим мечом гарпун своего менее расторопного противника.
   Остальные четверо охранников Тыгрынкээва спешили увести своего генерала прочь, но столкнулись лицом к лицу с самой Главнокомадующей армии демонов...
   Она синхронно с телохранителем врубилась в каре повстанцев, сначала одна на четверых, потом телохранитель оттянул их на себя, и сестра Мамору, вдруг, неожиданно для себя, увидела драпающую спину убийцы брата...
   Метеа в шикарном прыжке попробовала его достать, но с неё в этот момент то ли выстрелом, то ли ударом сшибли шлем - башка сначала задралась в небо, а потом волосы упали на лицо - она вместо черепа раскрошила роскошный плюмаж полководца.
   Кто-то бросился на неё сбоку, но гибкая девушка, не глядя, вывернулась из-под удара, распахнула крылья, и, в два толчка разогнавшись, взмыла вверх, навстречу колючим каплям дождя, огляделась...
   Стрелки побросали луки, и, уже с обнаженными мечами подбегали к схватке. Такахаши, загнав под колесницу, бросил своего противника на милость Сакагучи, и побежал на помощь седому хатамото, что по вине принцессы остался один на четверых. А Тыгрынкээв, бросил автомат и подбежал к Небесному Коню, внезапно появившемуся за крайней колесницей. 'Врёшь, не уйдёшь!..' - прищурила зелёные глаза дочь императора демонов, и, сложив крылья, пала с высоты, ударом ноги сломав животному хребёт...
   Серебристо-серая красавица-лошадь мелодично заржала, умирая, и, переломившись надвое, забила слабеющими копытами по земле, взбивая в сметану жидкую грязь. Тыгрынкээв споткнулся на бегу, и испуганными глазами измерял погибающую надежду на спасение. Потом посмотрел на Мацуко.
   Та, сжимая в одной руке меч, окруженная, развевающимися, как знамёна, облаками зелёноватого пара от испаряющегося дождя, перешагнула через всё ещё дёргающийся труп, и встала в стойку. Она дала врагу время выпутать из своей шерсти шипастый гарпун, потом - напала. Молча и яростно.
   - Стой! - крикнул мятежник, неплохо отбивая удары. Но она его не слушала. Не место сейчас для разговоров. И уж тем более не время.
   - Да погоди... - вместо ответа дьяволица вывернула у него из рук оружие, и самого его бросила на колени жестоким приёмом - не обезоружила, нет, гарпун был привязан верёвочкой к его руке, и вскоре Тыгрынкээв опять был вооружен и на ногах.
   - Слушай, я... - она заблокировала его острогу, и пинком ноги в живот швырнула на опадающее брюхо дохлой лошади. Ждала, когда он встанет, но мятежник вдруг выхватил пистолет, и неожиданная для этого вида оружия очередь, как десять ударов молота, отбросила девушку на броню колесницы.
   Пули, противно зашипев на пластинах доспеха, посыпались на землю, потеряв смертоносную силу на броне. Кадомацу со злобой сверкнула глазами исподлобья - Тыгрынкээв поднял ствол к её лицу.
   - Пули, может быть, вам даже и не поцарапают кожу, но запросто оглушат, или сломают шейные позвонки. Поэтому - слушай. Ты ведь дочь императора Итиро, так? - перешел он на язык Края Последнего Рассвета. Принцесса ответила ему пронзительно-зелёной ненавистью, озвученной шипением испаряющихся дождевых капель. Лапа с пистолетом слегка дрогнула:
   - Послушай, девочка, что нам с тобой делить! Не я твой враг, а они! - он выразительно ткнул в небо: - Мы все рабы Амаля, неужто ты прожила хоть день без проклятий в адрес этой ненасытной утробы!
   Он смел охаивать Тардеша! Ладно, пусть подойдёт поближе... Хорошо, что сразу не бросила меч, а он, дурак, и не пробует... "Ну почему я всегда так медленно соображаю!". Их обоих оглушил очередной выстрел пушки.
   - Я знаю, на что вас купили. 'Независимость'! Нет и не будет такого слова, пока жива эта ненасытная гидра! Вы добились всего лишь видимости, иллюзии, всего лишь до первой крупной войны! Им и ваша независимость нужна только для будущих войн - чтобы соблазнить Вельзевула или Красного Императора решиться напасть уже не на провинцию Амаля, а на ваше, 'независимое' королевство! Чтобы потом, когда он выдохнется в сражениях, растеряет напор, вернуться как избавителям, сокрушить его на ваших мирах, и присоединить вас к себе снова - уже навсегда! Не двигаться!.. Так было с Коцитом - мы когда-то тоже праздновали независимость и свободу, а потом Республика заманила своих врагов на наши земли, и мы вынуждены были с ними подружиться - так, что даже теперь, после революции, у нас и шагу не ступить, чтобы не наткнуться на легионера! Смотри! Цвет вашей нации гибнет в боях, а те, кто не погибнут, кто победит - лучшие, отправятся как заложники на Амаль! Республика затребует всех - лучших солдат, лучших учёных, лучших строителей и танцоров, как залог вашей покорности, оставив вас - ни с чем! Даже тебя, может, этот кровосос Тардеш заберёт к себе, будет держать в клетке как диковинную птичку, чтобы манипулировать твоим отцом! (Метеа вспыхнула ярко-ярко, и обречённый Тыгрынкээв не почувствовал надвигающейся беды) Разве стоят ваши жертвы такой цены?! Разве за то умирал твой брат Мамору?!
   Циничное упоминание о его же руками умерщвленном брате, спустило тугую пружину истинно демонической ярости. Дьяволица, магией, вдруг уменьшилась раза в три, взмахнула вдруг ставшим тяжеленным мечом - по пистолету, полоснула по ноге, моментально окрасившейся кровью, выросла, и опять принялась срывать зазубринки с гарпуна.
   В голубых глазах Тыгрынкээва отразились ужас и непонимание - он боялся, и не понимал причин столь слепой ярости. А Кадомацу просто мстила - мстила за поруганную смерть старшего брата, за охаянную мечту отца, за обидные слова про Тардеша... Да пусть он хоть десять тысяч раз посадит меня в клетку - если я буду с ним, это и будет моя мечта!.. Где-то Тыгрынкээв поскользнулся - он был фехтовальщиком высокого уровня, но она лучше - и демонесса, ухватив его огненной рукой за жалкие остатки когда-то роскошного гребня, с размаху ударила его лицом об деталь вездеходного движителя колесницы. Раз - "получай, гадина!" Два - "ты смел..." Три - негодяй! Четыре - за Тардеша! Пять! Шесть! Семь! - за отца, за брата, за меня! Одиннадцать! Двенадцать! - бедная принцесса перестала считать, из её глаз брызнули слёзы, да как он смеет жить на свете после Мамору, да ещё его охаивать! - неожиданная боль пронзила живот, она остановилась, и обнаружила, что бьёт о железо уже пустой шлем, а сам Тыгрынкээв стоит с разбитым лицом и держится за воткнутый в неё гарпун. Ноги странно ослабели, она покачнулась...
   - Мы могли бы быть отличными союзниками, отважная девочка. Но ты почему-то не слушаешь голоса разума...
   'Союзниками!' - огненная демоница взглянула на него исподлобья, ненависть придала сил, и вдруг, неожиданно, с каким-то животным рёвом, насадив себя ещё сильнее на древко, рубанула когтями по его предплечью. Сломанный коготь сразу заныл по всей длине - наверное, расколола... Громом в вышине раскатилось эхо выстрела колесницы. Земля оказалась близко-близко - ноги не удержали стойку, и она села в грязь, широко раскинув полы одежд...
   Тыгрынкэв с невероятным изумлением поднял к лицу изуродованные руки, а Кадомацу, одной рукой удерживая в животе гарпун, другой нащупала в грязи 'Сосновую Ветку', и грозно поднимаясь, наконец, ответила на все его вопросы:
   - Твой голос для меня - лишь шум дождя...
   И срубила ему голову...
   И опустилась на колени...
   И закрыла глаза.
   И подумала...
   Правильно. Он опоздал со своей мудростью - на целую жизнь, родившись убийцей Мамору, и других - Теймура, Касима, Калима, того хорошего бхуты - телохранителя Тардеша. А она сама, она кем родилась - неужели тоже убийцей?! Нет... А кем?! Единственной любовью Тардеша?! Смешно... Она к нему и прикоснуться не может... 'А разве ты можешь полюбить кого-то другого?!' - Ни за что! - "Ну вот, не спорь, всё равно твоя судьба - идти за ним, идти... и быть на его стороне, даже если в словах негодяя есть доля правды... Путь даже в птичьей клетке..."...
   Она открыла глаза и увидела Сакагучи - интересно, сколько он там стоял, видел ли поединок? Колпак колесницы поднялся вверх на четырёх колоннах - оттуда выскочил в блистающем золотом скафандре человек, но Сакагучи опередил его - подхватил падающую принцессу на руки, древко гарпуна дёрнулось, хрустнуло, полегчало - она уже не на коленях, не на земле, а в могучих руках телохранителя, почему-то вокруг много-много самураев. Колесницы вдруг взревели своими двигателями, подошла Ануш со своими сёстрами... нет, всего лишь Азер, целая и невредимая, Афсане и Гюльдан - тоже... 'Тише, тише' - говорит Сакагучи: 'Всё будет в порядке, сестрёнка' - и несёт, несёт её на руках...
  
   ...Так и запомнилась это победа - стрельба, схватка, гнев, сильные и заботливые руки Сакагучи... и шум дождя, столь громкий и надоедливый, что не давал слушать последних слов Тыгрынкээва... заглушал их...
   И господин Сакагучи, по ошибке назвавший её 'сестрой'...
  
  >Лицо с ожогом
  
  ...Интересно, с какой стороны он был роднёй Ёси? Что-то она никогда не задумывалась об этом, а ведь... на свою погибшую родственницу он вовсе не похож. Впрочем, всякие личные вопросы было бесполезно у него выяснять - господин Сакагучи в обычное время был разговорчив, как предмет мебели. Принцесса так и не узнала, как долго он там стоял - лишь со слов остальных слушала, что искали её достаточно долго...
  В столице он не был в числе знакомцев Третьей Принцессы - так, один из свиты брата, что-то там какая-то родня его жене - ровесник Сабуро, день рождения празднует через две недели после Мамору - кстати, по этому факту-то и запомнила его имя! Так, было там кое-что... Здесь же, многое изменилось... После похорон Мамору, бывший глава хатамото Хасимото счёл себя опозоренным, раз не смог уберечь наследника, и, отдав дела его спасителю - Сакагучи, увёз ставшего инвалидом Миямото на родину, где, говорят, постригся в монахи. Таким образом, и получилось восемь телохранителей вместо десяти. Кадомацу их унаследовала против своего желания - у неё и так ведь были суккубы, но господин Сакагучи, а впоследствии и грозное отцовское письмо, сумели настоять на своём. Мацуко подчинилась, но не было и дня, чтобы она не сбежала от собственного эскорта или бы не разослала его куда подальше!
  Господин Сакагучи оправдывал поговорку, что верные слуги всегда похожи на своего господина. Сестра Мамору часто находила в нём какие-то черты старшего брата - ну неудивительно, иначе бы он не кинулся ему на помощь! После операции его лицо стало ещё замечательнее - хирурги не нашли кожи нужного оттенка, и использовали наиболее совместимую - принцессы. Таким он и вышел - левой половиной лица алый, своего натурального цвета, а правой - оранжево-желтый, цвета принцессы. Причем оранжевая кожа, как часто бывает, была ещё нежна (женская же) не загрубела, и это выглядело так, как будто с сурового хатамото малость сколупнули старую краску. Ещё был участки на правой руке, Афсане говорила, что и на груди, и... ну будем пересказывать сплетни урождённых развратниц... Более тонкая новая кожа не скрывала обычно незаметных эмоций этого завзятого молчуна, выдавая каждое незаметное движение лица, и поэтому казалось, что обе половины живут каждая своей жизнью - спокойная уравновешенная алая, и нервная, эмоциональная оранжевая. Принцессе нравилась считать, что ему пересадили не просто кожу, но и частичку её самой, которая теперь рассказывает все секреты этого буки. Но за то, что этот угрюмый самурай дал ей проститься с братом, ей было не жалко и кусочка себя. И поэтому она никогда не рассказывала, откуда у неё взяли кусочки кожи для его лица - нечего уподобляться болтливым суккубам...
  
  ...Но началось всё с большой ругани...
  ...Это был Акбузат, пятый день после похорон принца. Метеа только-только приняла командование и с сумасшедшей скоростью носилась по планете, вникая во все дела, которые вскоре оказались совершенно неважными для Главнокомандующей. Сакагучи только-только выздоровел, только-только-только получил повышение, и теперь тоже носился по всей планете - за нею, чтобы поступить на службу. Ну и разумеется, не нашел ничего лучше, чтобы догнать поздним вечером, когда усталая девушка с подругами занималась последним туалетом.
  
  Она еле-еле успела запахнуть полы халата и прикрыться крыльями, когда в её шатёр, синхронно пригнувшись, шагнули три здоровенных мужика. Сакагучи втянул носом воздух, и уничтожающе посмотрев на суккуб, провёл рукой:
  - Так, обезьянки, кыш отсюда!
  - Чиво?! - прищурив глаза, спросила Гюльдан (ну точно, характер Ануш!), из глаз Афсане брызнули слезы, а Азер схватилась за оружие - кто знает, что на уме у этих мужиков?
  Одна Кадомацу не дрогнула. Сама маленькая, она смерила наглецов таким взглядом, что оба спутника Сакагучи невольно попятились.
  - Кругом! - скомандовала она: - Сам кыш отсюда!
  Он вместо этого опустился в поклоне на колено:
  - Ваше Третье Высочество, по высочайшему повелению, теперь мы - ваши телохранители! - и протянул написанный чёрным по золоту свиток императорского приказа.
  - Ну и что?! Глупее повода для подглядывания я ещё не видывала!
  - Извините, это моя вина, Госпожа Третья.
  - Разумеется, твоя, а теперь кыш отсюда, пока я в тебя чем-нибудь не запустила!
  - Но Государь Император...
  - Ты не понял? Пошел отсюда, или нужно, чтобы я до тебя дотянулась?
  - Госпожа, мы должны охранять вас!
  - Сейчас кому-то ВАС от МЕНЯ придётся охранять! - и, подняв магией ближайший меч, сделала выразительный замах. Халат на груди распахнулся и Сакагучи со товарищами, моментально отвернувшись, пулей вылетел на улицу. Суккубы хохотали. Мацуко, торжествуя, подбоченилась, и только сейчас заметила, что халат-то развязался. И густо-густо покраснела.
  На следующий день пунктуальный хатамото явился снова - на этот раз в урочный час, и они неспешно выяснили все вопросы. Ну, тут многое было на его стороне - Главнокомандующему не след ходить в сопровождении всего трёх суккубов, это просто-напросто опасно, не говоря уж об отсутствии престижа. Принцессе же, как женщине, не хотелось, чтобы за нею везде топало восемь мужиков - мало ли что... Война, всё-таки... Сакагучи выражал недоверие её суккубам, как солдатам - кстати, напрасно, Азер временами не хуже него фехтовала. Метеа же, с визгом и шипом защищала подруг. Остановились на среднем варианте, который сформулировали со слов Сакагучи:
  'Ладно, раз Ваше Высочество не доверяет мужчинам, мужчины не будут настаивать на охране в те моменты, когда достаточно женщин или мартышек. (Афсане там не было, она в тот день, в первый раз услышав слово 'мартышка' из его уст, ушла в себя и плакала). Я согласен на их охрану в лагере или во время сна - всё равно ни один мужчина мимо них не пройдёт, а с женщиной и вы сами справитесь. Но на поле боя - с вами будем мы. Настоящие воины!'
  'Только в бою?!'
  'Да, и разумеется - во всех переходах.'
  'Ну не охрана, а прямо-таки личный отряд спецназначения получается'
  'Называйте, как вам будет угодно. Император приказал мне быть рядом - и я буду рядом. Чтобы не повторилось то, что было с вашим братом'
  'С тобой - не повторится. Я уверена'
  'Спасибо, я оправдаю ваше доверие, госпожа'
  'Вот мой флаг - чёрный фон и зелёные сосны.'
  
  Вот так всё и начиналось. Честно - тяжелее характера Третьей Принцессе встречать не приходилось. Господин Сакагучи мало того, что был молчалив и нелюдим, столь гипертрофированного чувства справедливости, наверное, не было ни на одной из планет Адских миров. Он был строг и к себе и к окружающим - любое нарушение правил, сколь-нибудь малость неподобающее поведение вызывали у него резко отрицательную реакцию. И не то что бы он начинал кричать и указывать - нет, для этого он был слишком уравновешен, нет, узрев порок и небрежение, он замыкался в себе и ходил следом за грешницей этакой молчаливой горой, объявляя бойкот всему миру. Ладно бы ничего, если бы он был просто знакомым, но от этой молчаливой горы порой зависели ежедневные планы и сама жизнь! Одним фактом своего присутствия господин Сакагучи сделал примерным поведение маленькой принцессы. Её эта его бескомпромиссность просто из себя выводила, - а суккубы смеялись, говорили: 'Сама же такая!'. 'Вовсе нет!' - конечно, дочь императора старалась серьёзно относиться к делам, но всё же любила находить во время них повод для маленьких слабостей, которые совершенно не понимал суровый старший хатамото.
  Генерала Мацукаву он так и не простил, в отличие от своей госпожи. Метеа примирилась и часто беседовала с этим опытным воином в последние недели на Нэркэс - а он всякий раз демонстративно покидал помещение, едва только бывший предатель показывался на пороге, причем, уходя, специально старался задеть самурая ножнами, наступить на ногу - ради повода к драке, которого не страдающий вспыльчивостью Мацукава ему никак не давал. И только по-доброму посмеивался над всеми попытками его разозлить. (Разумеется, принцесса бы им не дала - генерал нужен был ей как полководец, а Сакагучи - как верный меч, и ни тем, ни тем, жертвовать она была несогласна. Хотя, поставила бы на Сакагучи, который на мечах уступал только Мамору и Императору) В конце концов, хатамото понял тщетность своих усилий, и стал просто игнорировать командира авангарда, не забывая, впрочем, буравить осуждающим взглядом свою госпожу, едва та обращалась за советом к Мацукаве.
  А что должна была объяснять ему бедная принцесса? Что она простила предателя только потому, что он показался ей похожим на неё - своим этим бесконечным поиском судьбы, предназначения, метаниям от одного хозяина к другому?! Просто ему не повезло, как ей, и он не встретил свой единственный путеводный свет... Сказать - и рассказать про Тардеша, про ЕЁ Путь, её глупые мечты?.. Бросьте... Она не сумасшедшая... Он на то, что она Дни Удаления не особо строго соблюдать стала, уже косо смотрит, а что он сотворит с её нежными сердечными тайнами?!
  Подружки-суккубы смеялись, когда она сталкивалась с ним по вопросам, касающимся драгонария - оба молчат, набычившись, ни слова! - ну разве не может он понять, что если она поступает так, а не иначе, то у неё свои причины, которые она не может объяснить! А он обижается... После таких сцен, стократ тяжелющих, чем любое сражение, она сидела, переживала, покрывалась пятнами и спрашивала у телохранительниц: 'Ну что же с ним делать!'. А сёстры Ануш, для которых, со стороны, это всё было безумно смешно, (а может, и правда так), шутили: 'Выходи за него замуж!'.
  Нет... Если уж мерить, то в очереди господин Сакагучи был предпоследним мужчиной на эту роль - как сама определила принцесса, за то, что слишком был на неё похож. Первым же, конечно, стоял Тардеш. Вообще, эту очередь и номера в ней придумали суккубы, и их рекомендации носили столь же дразнительный характер, как и подначки фрейлин дома. Они вообще, без каких-либо стеснений сватали ей всех мужчин, сколь-нибудь подходящих по возрасту (и неподходящих тоже!), нисколь не стесняясь даже наличием в поле зрения возможных соперников. Хотя, чаще всего доставалось Сакагучи и Томинаре. И если Сакагучи в своём мнении насчёт целомудрия был даже принципиальнее объекта сватовства, и просто цыкал зубом на все попытки, то вот Томинара...
  ...Томинара - это была проблема...
  
  >Юный генерал
  
  ...Изучая бумаги брата, Кадомацу заметила чёткую тенденцию к замене молодёжи на более опытных, старших по возрасту командиров. Один лишь уважаемый сын казначея нарушал её, поднимаясь с младшего командира до генерала рода войск - что, кстати, удивительно для столько короткой кампании. Но неудивительно для такой фамилии...
  ...В истории Края Последнего Рассвета со времён Первой Династии всего четыре рода давали полководцев, за всю жизнь не проигравших ни одного сражения - Цукимура, Явара, Томинара и Ояма. Род первых императоров - Идзумо, даже и близко к ним не стоял. Конечно, по 'качеству' военачальников трудно было сравнивать между собой, потому что они по большей части не воевали между собой (разве что Явара и Ояма - при объединении планеты), но дом Томинара заметно выделялся среди них одной особенностью, вызывавшей минимум удивление, а то и смех, если вы были особо невоспитанны...
  По легенде, один из предков этого рода не пожалел головы собственной дочери, чтобы обрести силы отомстить своему врагу. Силы он обрел, но дочери воскресить не смог. Неизвестно, насколь это правда, но, в самом деле, все женщины Томинара с незапамятных времён отличаются неизменной, вошедшей в поговорку глупостью, из-за которой они превратились в нечто вроде наследственных шутов, при свите знатных дам (взять, к примеру, супругу господина Кавабаты, наместника Осаки, бывшую фрейлину императрицы Ритто, или Фу-но-найси из свиты Мацуко, - сестру 'этого' Томинары - она, правда, не самый тяжелый случай), а вот среди мужчин Томинара с неизбежностью смены времён года каждое третье поколение рождались великолепные полководцы.
  Младший сын господина казначея как раз и был таким - генералом с пелёнок. Его прадедушка - Цуёси Итиро Томинара умер во время Вторжения, как и полагается великому полководцу - непобеждённым, от сердечного приступа, когда узнал, что младшие Цукимура попали в ловушку. Зато не нарушил традицию. С новыми войнами развеялся юмористический ореол, окружавший фамилию великих полководцев государства, покоящегося в мире. Наконец-то оказалось, что военачальники нужны, и внезапно все оценили заслуги упрямого рода, хранившего, казалось бы, отживающие традиции - и именно эти традиции, как раз и спасали армию Империи от вырождения. А теперь армия платила долг государству, отдавая свои жизни и кровь за независимость.
  До войны, всё, что Мацуко могла сказать об "этом" Томинаре - "избалованный, очень красивый и умный мальчик". Он вырос на глазах у Третьей Принцессы - постоянно бегал к Фу-но найси, боится мышей, очень обидчив. Однако командовать умеет, став у неё начальником штаба, живо заставил себя слушаться даже старших по возрасту и куда более сурово выглядевших генералов. Он родился в тот же год Дракона, что и младшая дочь императора, даже раньше, в четвёртую луну (Кадомацу - в последнюю), но стал моложе её на три года, за время наместничества его отца на Пороге Удачи - там время идёт намного медленнее Края Последнего Рассвета. Честно - зелёноглазой демонессе было бы намного легче, будь он хоть на три года постарше...
  
  ...Его звали Синдзиру Синобу Томинара, и он был безнадёжно влюблён в своего генерала...
  Он взрослел вместе с нею и её фрейлинами, мог остановиться на любой, но почему-то выбрал себе самую необычную из женщин. Ещё во дворце заметили, что он "неровно дышит" к принцессе - ну это было неудивительно, кое-кто за такие мечты к тому времени уже и жизнью успел поплатиться, но он ещё и безумно ревновал свой предмет обожания ко всему, что двигалось - за что и был отставлен от дворца по достижении пятнадцатилетнего возраста, а к моменту её замужества послан в далёкие края с подаренной Республике Амаль армией... Ну кто знал, что он и там встретится с принцессой!
  Мацуко была сильно удивлена, встретив здесь Томинару. Он сильно возмужал. То, что за два месяца, пока она командовала ракшасами, он никак себя не проявил, как раз не было удивительным - как обычно, сгорал от смущения. На совете, когда решалась судьба армии, вместе с Мацукавой сказал решительное слово в пользу кандидатуры принцессы - как выяснила та, вопрос мог встать таким образом, чтобы её силком отправить домой, если бы не эти двое.... Мацукава умолчал о своём участии - а вот он пришел требовать благодарностей.
  Трудно сказать, как Метеа к нему относилась. Ну, знакомы с детства... С одной стороны ей были глубоко неприятны приставания любых мужчин, если это не Тардеш - как грязью измажешься. Хотя, всё чаще бывало, что она их провоцировала... Пусть и Злата, и суккубы в один голос утверждали, что это нормально - маленько пофлиртовать с противоположным полом, сделать и себе и им приятно, но она всё мерила отношениями с Тардешем - если он не может дотронуться до неё, то значит и другим нечего мечтать об этом! Если она сегодня Ему не улыбалась - бесполезно тратиться на шутки и комплименты, если... В этих ненормальных отношениях меж драгонарием и принцессой было чересчур много ограничений, чтобы нормальным мужикам ничего не светило. Неудивительно, что она каждый день нарывалась на драку.
  
  С другой стороны - ей было и жалко Томинару, он так напоминал непутёвой принцессе её саму! Тоже влюблён в своего начальника... И начальник не отвечает ему взаимностью! А может, так и с Тардешем?! Глупости... Он самый главный - какой может быть над ним начальник!.. Злата? - нет, колдунья относилась к тем, с кем мужчины охотно флиртуют, но боятся вступать в более близкие отношения. Да и ей самой больно это надо! - Кадомацу давно её раскусила. Жена?! - нет, Злата сказала, что он не женат. Наверное, причина в ней самой, глупой девочке с зелёными глазами... И вовсе Томинара на неё не похож! - вот сейчас сыплет красивыми словами и высокопарными цитатами, и так естественно волнуется, а уйди она - так сразу же, как ни в чём ни бывало, займётся повседневными делами! А она, к примеру, оставшись без Тардеша, ещё с полчаса на стену лезет, если не весь час... Нет, Синдзиру определённо не влюблён в неё, а что-то выдумывает... Создавая очень большие проблемы.
   А с третьей стороны - Третья Принцесса просто не могла обойтись без него в таком сложном деле, как управление десятисотенмиллионой армией. На работе он был старателен, внимателен, чудовищно работоспособен - врождённый талант, что скажешь. Правда, несколько медлителен и порой чересчур осторожен - натыкаясь на части под командованием Тыгрынкээва или Кахкхасы, Метеа предпочитала бросать на них более быстрого в решениях Мацукаву или Сидзуку, иначе со своей осторожностью Томинара вполне мог растянуть пустяковое сражение на неделю, если не больше.
  
  Ах, да, Сидзука... Начальник штаба 1-го Туземного Корпуса как-то не воспринимался в одиночку, без Коичи Сидзуки. Да и внешне они были похожие - оба невысокие, Томинара был родственником Императору по деду Итиро, а Сидзука - Куродзаки, которые, как известно, близкая родня Цукимура. Правда, если Синдзиру Синобу был хоть ещё и по-юношески свеж, но обещал вырасти в крепкого, широкого костью мужчину, то его лучший друг был на десять лет постарше, и уже сформировавшимся сухощавым, жилистым и подвижным как ртуть дядькой. Номинально его должность была командующий левого фланга - у Метеа, и правая рука - у Томинары. Они составляли приятный контраст - рано поседевший, зелёноглазый (!) Сидзука, с немного нездоровым цветом лица, и яркий, всегда тщательно следящий за собой щеголь Синобу (кстати, это имя он присвоил себе специально для принцессы) - с кожей цвета тёмного золота, волосами цвета лепестков, и глазами цвета плодов вишни. Прямо две куколки - на принцессу даже наговаривали, что она набрала себе красавцев поразвлекаться, но в первые же недели все злые языки прикусили даже самые лютые сплетники - ибо симпатичные обладатели красивых глаз, доказали, что не за красивые глаза занимают свои посты. Томинара воевал от 'обороны', упирая на лучников, из числа которых выдвинулся. Сидзука, оправдывая свою фамилию, обожал тихие, незаметные ходы, удары в спину, превращающие организованный рубеж обороны в паникующую толпу без оружия и патронов, а грозные боевые машины - в беспомощные груды железа. Предпочитал всем видам войск ракшасов - спахов и янычар. А Метеа была ответственной во всех штурмах и наступлениях - когда надо было не медлить и хитрить, а взламывать оборону, внушая в сердца врагов ужас перед армией демонов. А когда войска попадали в частые, но без Тыгрынкээва уже безыскусные, ловушки и окружения - на выручку шел Мацукава, как никто другой умеющий находить решения для безнадёжных положений с неизвестным количеством сил, но ненадежный, когда его ставили в ситуацию с известной и запланированной диспозицией, которую надо было разыграть согласно плану, ничего не изобретая.
  Эх, если бы можно было с ними ограничиться только работой, без этих надламывающих личных отношений!..
  ...Как бы было замечательно...
  
  ...Если честно, то во многих своих теперешних проблемах с мужчинами девушка-генерал была виновата сама - бывали дни, когда она вела себя хуже, чем суккубы (те хоть дают, что обещали), а потом приходило раскаяние, и она превращалась в холодную, ничего не воспринимающую стерву, от которой всякий, у кого была хоть капля разума, моментально шарахался. Но она-то этого не понимала, думала, что просто старается вести себя прилично или благодарно, а на самом деле кидалась из крайности в крайность. И поэтому, когда после неосторожной шутки Томинары про неё поползли разные слухи, она была не просто удивлена и обижена, а... восприняла это как удар в спину.
  День был, неприятный с самого начала. Она чувствовала нездоровье, да ещё и с утра устала, разбирая навалившиеся армейские дела на крейсере Тардеша. Могло быть и хуже. Всё началось с того, что Сакагучи подверг её необъяснимому остракизму. Это было так неожиданно и несправедливо, что зеленоглазая принцесса на некоторое время опешила и смотрела на него невероятно округлившимися глазами:
  - В чём дело, господин Сакагучи?
  Старший хатамото не ответил, и продолжал, как ни в чём ни бывало, смазывать своё 'Пушечное Лезвие'. По комнате разносился приятный аромат гвоздики.
  - Господин Сакагучи, я приказываю вам ответить! - как она припоминала, ничего такого, что могло бы вызвать такую реакцию, даже не задумывала - от напряжения у неё даже заболела голова, чего раньше не случалось с ней в такие дни.
  Он вдвинул меч в ножны, и, положив его перед собой, обратился... к Уэмацу:
  - Передайте Госпоже Третьей, что пусть она у своих суккубов спросит, почему к ней относятся так, как ей подобает.
  Тот попытался передать. Даже открыл рот. Но Метеа таким выразительным взглядом заставила его заткнуться, что он предпочёл лучше забыть о своей идее.
  Она повернулась к присутствующим здесь демонам Разврата и чуть ли не накричала на них спокойным тоном:
  - Так, раздолбайки, сознавайтесь, что натворили! Быстро!
  Девочки переглядывались, пытались улыбнуться, но улыбка моментально сходила с их лиц, едва они натыкались на испепеляющий зелёный ад взгляда хозяйки.
  - Ну?! Что все молчат?!!!
  Азер начала делать какие-то знаки руками, принцесса не поняла, вернее даже не увидела рук, и той пришлось стукнуть кулачком об пол и указать на выход. Тогда они согласно кивнули и вместе вышли в другое помещение.
  - В чём дело?! - начала Кадомацу.
  - Я так и говорила 'твёрдине', что всё это ерунда и сплетни, а она поверила, дурочка, так радовалась за тебя!
  - Так погоди. Как я сказала - с самого начала, я ничего не понимаю. Что за сплетни, что случилось?
  Вошла Афсане, и, увидев взгляды подруг, стразу попятилась, но Метеа глазами приказала: 'Стоять!'.
  - Вот сама докажет - я то же самое говорила. А она как услышала про тебя и Томинару, ночь не спала, противозачаточное готовила. Ну, Сакагучи от неё и узнал... А...
  - Стоп. Что про меня и Томинару?
  - Да вся армия про это говорит! Он сказал, что ты пообещала ему, если он возьмёт этот город без единой потери, отдаться ему прямо на карте города. Ну, вот он и выполнил условие. Я сначала не верила, на 'твёрдина' (она погрозила сестре кулаком) нас всех убедила. Мы даже радовались - ну, в самом деле, больно видеть, как ты без мужика мучаешься...
  Мацуко взялась, словно за чужую голову, и, прикрыв глаза, попыталась унять дыхание. Щеки, шея, и плечи против её воли наливались жгучим пламенем. Она отняла ладонь от больного лба, и, чуть ли не столкнув с дороги несчастную Афсане (та отпрыгнула до стенки, чуть не ударившись локтём, с такими испуганными глазами, что её стало жалко), вернулась к Сакагучи:
  - Господин Сакагучи, извините за резкость тона, но я просто была не в курсе последних слухов. Теперь, я могу сказать вам, что всё, что вы слышали - неправда, и виновные (она сверкнула взглядом в сторону его любовницы), вскоре неминуемо получат наказание. В любом случае, вы вели себя правильно. Я бы тоже так к себе относилась, будь это правдой... - и, почувствовав, что неминуемо покрывается пятнами, выскочила прочь - на улицу...
  ...Неизвестно, как Афсане, но Томинара сегодня получит!..
  
  >Мальчик с розовыми волосами
  
  На занятой ею вилле было непривычно много солдат - ах да, она сама же просила расквартировать рядом два полка. Пока принцесса бежала через аллею, её сопровождал какой-то неясный шум и тысячи пытливых взглядов, но только у ворот она чётко расслышала брошенную кем-то из болтунов обидную фразу:
  - О, смотри, долг отдавать пошла...
  Девушка-демон вспыхнула ярко-алым цветком гнева и стыда, но когда она обернулась, оказалось, что собственные ноги уже далеко унесли её от забитой солдатами аллеи перед виллой. Она и не подозревала, что слух успел распространиться так широко. Хотя, не зная о нем, она могла и пропускать намёки мимо ушей, но теперь-то, чувствуя себя выставленной на поругание, ей казался укором и насмешкой любой шорох... Город они взяли вчера, а Томинара, у которого в военных делах, в отличие от сердечных, всегда царили порядок и уверенность, вполне мог похвастаться заранее.
  К счастью, на извилистой тропинке, проложенной от её резиденции к главной дороге, никто не встретился и никто не слышал, чего она понаобещала в сердцах своему полководцу. По главной маршировала колонна башибузуков, синхронно отдавшая честь пролетевшей над ними принцессе-генералу. Кто-то свистнул 'гляди под юбку!', сотник заорал на шутника. Это ничего, ракшасы всегда такие. Она облетела их и, подбирая крылья, поспешила очередной извилистой тропинкой к ставке Томинары....
  Взятый вчера, действительно без единой потери, город, был поселением призраков - и, согласно их привычкам, был окружен кольцом дорогих вилл и легких загородных домиков (именно благодаря ним несдержанный на язык полководец сумел обойтись без потерь). Сейчас в тех домах, что подороже и пошикарнее, разместили высшее руководство, в простых домиках - офицеров, а в город отправились ночевать рядовые. Дочь императора была против такого разделения - но ладно, пусть у ребят будет хоть иллюзия комфорта. Хотя, собери она штаб под одной крышей, ей бы не прошлось проделывать этот унизительный путь...
  ...По пути встретились двое солдат, тащивших какую-то громоздкую деталь. Уже обогнав их, Метеа услышала в спину:
  - Зырь! - и обернулась, кипя от гнева, пальцами судорожно ища рукоять меча. Почему-то на перевязи были только ножны. И хорошо - солдаты указывали не на неё, а на цепочку следов, протянувшихся от дороги. Пристыженная, Кадомацу поникла головой и побежала дальше.
  
  ...Вилла Томинары была меньше и неудобнее. Если у себя она могла пробежать по аллее меж безлиственных деревьев так, что не все и заметили, то здесь, вместо аллеи был открытый и широкий двор, обильно посыпанный свежим снегом и окруженный конюшнями, открывающимися прямо в него. И как назло, те, кто не попались по дороге, сидели в этих конюшнях и пялились во двор! Шум, обрывки фраз, и неприятные взгляды, моментально окружили девушку:
  - Добавки захотела...
  - Интересно, а карту она с собой принёсет?!..
  - Цыц!.. Я...
  И совсем уж добил развязный монолог одного франта на крыльце, на беду того, чётко расслышанный дочерью императора:
  - ...И вовсе не девка, а баба! Вот увидите, её сейчас понесет, и только успевай, в фавориты записывайся! Я что баб не знаю?! Вот погодите, завтра всё увидим - спорим, что следующий после генерала буду?!
  - А если 'не даст', умник?!
  - После генерала? Тогда себе вскрою живот!
  Метеа уже сжала кулаки, чтобы врезать, но опять, как и в случае с воротами, ноги уже пронесли мимо, и фингалы достались двум ни в чём неповинным охранникам, за подобострастные взгляды, которые показались обозлённой девушке 'раздевающими'. Но эта разрядка помогла ей взять себя в руки. Смахнув слёзы и дыхательной гимнастикой вернув себе нормальный цвет кожи, она прошла атриум с холодной головой, тщательно планируя свою месть несчастному молокососу...
  ...Злата её научила куче магических фокусов, в том числе из тех, что исполняются без помощи мантр, одним усилием воли. Эх, знай бы она их одиннадцать месяцев назад, ой как тяжко бы пришлось тому ниндзя! Вот и сейчас она тщательно выбирала среди них наиболее подходящий для Томинары... Усиливающаяся головная боль мешала думать, но именно она и подкинула ей замечательную идею: 'Головная боль? Прекрасно!' - и зелёноглазая дьяволица подобающе улыбнулась...
  
  ...Томинара вздрогнул, когда она, чуть не порвав занавеску, ворвалась в его комнату. Он как раз возился над картой города с циркулем и линейкой, и целой коробкой игрушечных солдатиков, обозначающих разные части. (Несмотря на доступность голограмм, перегружать корабельные вычислители считалось непристойным делом) Эта-то карта и вывела окончательно Кадомацу из себя...
  Синдзиру выпрямился, хотел что-то сказать, но она моментально 'схватила' его своей магией и сделала очень-очень больно. Юноша упал на колени, хватаясь за виски, а она обошла стол и забралась с ногами на злополучную карту.
  Некоторое время они молчали, почти с одинаково страдальческим выражением лиц смотря друг на друга. Разве что в зелёных глазах было больше злости, чем в вишнёвых. Наконец до дочери императора дошло, что это больше похоже на садизм, и она спохватилась выразиться:
  - Вы считаете, что раз мы настолько хорошие знакомые, то вы имеете право...
  - Ваше Высочество!!
  - Имеете право, как попало склонять имя дочери Императора? Моё имя?!
  - Да что вы, Госпожа Третья! Я хотел... Ой-ой-ой... - он дёрнулся обеими ладошками схватиться за голову, закачался плача и скрежеща зубами, но природная скромность удержала от телодвижений. Принцесса с интересом искоса разглядывала его - она не усиливала боль, а транслировала собственную, неужели он такой неженка? Вид у брата Фу-но найси был до того жалок, что она сжалилась и сняла заклинание.
  - Отец тебе за длинный язык голову снимет. Лично. Ты выйди во двор - посмотри, что с армией творится! Ты каждого солдата, что любил тебя или меня, превратил в похотливого дурака, делающего ставку на нашу честь! Где теперь дисциплина? Где уважение?! Знаешь, через что я прошла?!! - она так заорала, что фигурки, дребезжа, посыпались на пол.
  Мальчишка плакал. Его мужская причёска рассыпалась по плечам красивыми волнами, а теперь ещё и слёзы смывали с лица косметику.
  - Простите, госпожа... Я... Я не знал, что они так всё переврут... Я.. я... я просто пошутил... а...
  - Пошутил! Именем дочери Небесного Государя!
  - Я пошутил! Я хотел их воодушевить перед боем, а потом вышло... Простите меня, пожалуйста...
  - Ладно... - она вздохнула, мстительность улетучилась, но злость и обида ещё не прошла: - Рассказывай, что ты наговорил...
  Он подтёр сопли и начал:
  - Всё неправда... Я не хотел вас обижать. Знаете, бывает такое, кто-то хочет тебе помочь, а на самом деле только хуже делает...
  - Злата говорит про такое: "Медвежья услуга".
  - Вот-вот, правильно говорит. Я толкал речь перед войском, ну там, о долге... о битве... Объяснял, что если по уму и по карте действовать, то можно обойтись без потерь. Не помню, что я там привёл в пример, но в ответ меня спросили: "А что наша Главнокомандующая говорит?" То есть - вы... Ну, я пошутил, сказал, что как обычно, обещает родить ребёнка, если получится... Ну мы же с вами всегда так шутим!
  Кадомацу отвела глаза и усмехнулась в пустоту. Скорее всего, это так и было. В честности младшего Томинары, не уступавшей одержимости всем правильным Сакагучи, она имела возможность убедиться ещё дома. Молодой генерал был любимцем армии - как необстрелянных новобранцев, так и седых ветеранов. Ну, видать, и решили, порадоваться за него как следует. Тем более что о чувствах его к Главнокомандующей было известно ещё как широко - по молодости своей он плохо умел скрываться. А из-за патологической честности даже спешил признаться в действиях, по его мнению, требующих благодарности. А то, что это обернулось таким ударом по ней, это она, скорее сама виновата... (Вот! Докатилась...) Разве могут мужики простить единственную среди них девку, дразнящую и недоступную?! Тем более, у Мацуко дома была ведь не очень благовидная репутация среди простонародья - говорили и что она неблагодарна и что у неё ледяное сердце, и что предпочитает любовь женщин, а не мужчин. Сейчас, когда вся так случилось, ей стало вдруг очень стыдно перед Тардешем: "До чего довела, дурочка!.. Нет, давно было пора браться за ум!".
  
  Она прищурилась, вдруг улыбнувшись Томинаре, и неожиданно сказала:
  - Знаешь, как они переврали твоё хвастовство?! Теперь, вся армия ожидает, что я отдамся тебе прямо на карте города... Даже мои суккубы поверили - всю ночь противозачаточное варили!
  Синдзиру Синобу вздрогнув, испуганно глянул сначала на неё, а потом - на злополучную карту. А принцесса неожиданно, явно провоцируя, как-то плавно откинулась назад и развела колени. Минуту они оба пребывали в состоянии молчаливой рассеянности. Потом она, которой это понравилось ещё меньше, чем так и не двинувшемуся Томинаре, резко сдвинула колени, пружинисто села, и спрыгнула на пол:
  - Давай решим раз и навсегда: мне глубоко неприятны все твои любезности и приставания. Единственное, чего ты добился - это жалости. Поверь, больно смотреть, как ты буквально из шкуры вон лезешь, и всё - я-то уж точно знаю - напрасно...
  - Напрасно?!
  - Да... Мне жалко тебя - тебе такое говорить, мне трудно тебе такое говорить, но... Всё не из-за ответных к тебе чувств... Понимаешь, и отец, и брат, доверили мне и армию, и ведение войны, и я не смогу оправдать их доверие, ни без тебя, ни без твоей дружбы. А и то и это я боюсь потерять, рассказав откровенно о своих к тебе чувствах. Понимаешь меня, Синдзиро?!
  Юный полководец вздохнул, и пробурчал что-то извинительно-почтительное в настояще-будущем времени. Мацуко не смогла удержаться от охватившего её умиления, и, сев рядом, неожиданно даже для самой себя обняла его и крепко прижала к себе по-матерински:
  - Бедный Синдзиру, да поверь, что тебе со мной ничего не светит! Я не говорю - "один из десяти тысяч", потому что знаю - есть такие дураки, для которых и это шанс. Знаю, потому, что сама такая... - она положила ему голову на плечо, а он отвёл крыло, чтобы ей было удобнее: - Синдзиро, моё глупое сердце уже отдано одному мужчине, и это не ты... Ну, хочешь, я буду считать тебя младшим братом, а ты - можешь звать меня "сестрой"?!
  - У меня все сёстры - дурочки... - неожиданно ответил тот. За время её монолога он настойчиво подкрадывался к её бюсту, но, смутившись, в последний момент одёрнул лапку.
  - А я буду единственной умной! - рассмеялась Кадомацу, и звонко чмокнув в щёку, отпустила расстроенного красавца, вскочила на ноги, и, уже оправляя одежду, добавила:
  - Хотя, знаешь... иногда я бываю дурочкой почище твоих сестёр! Ну что? Как ты? Не держи на меня обиды, ладно?
  Томинара с видимым огорчением стёр рукавом след её поцелуя и поклонился:
  - Ладно... - только поклон был слишком учтив для такого ответа.
  - Теперь нам надо... Я ведь у тебя всю диспозицию развалила...
  - Ничего, госпожа, поправлю...
  - Так... Сначала, пойдём поправлять моральный дух армии! Пошли-пошли, я тут кое-чего придумала, приберись только.
  Она подождала, пока он приведёт себя в порядок, откинула занавеску, угостила фингалами в здоровый глаз слишком любопытного охранника, и вывела Томинару во двор.
  Вся улица моментально затихла, увидев долгожданную пару. Метеа огляделась - тот франт всё ещё был на крыльце, какой-то поблекший, рядом с блистательным Синдзиру Синобу Томинарой. Она взглядом приказала франту подойти, тот подошел, сначала развратной, потом всё более строгой, скованной походкой, на последних шагах падая на колени и отбивая поклоны.
  Принцесса ногой ткнула в рукоять его короткого меча - тот вздрогнул, схватился за оружие, поднял глаза - там блеснули слёзы, размазывая тушь, но дочь императора кивнула, и он стал спешно развязывать пояс. Девушка взглянула на одного из его друзей - тот поспешил, обнажая меч и занимая подобающую позицию сбоку. Стараясь, чтобы в голосе звучал холод и металл, она повернулась к Томинаре:
  - Вы опередили график. То есть, время операции, оговорённое нами, ещё не вышло. Одного вы не уберегли, - раздался удар, она сделала шажок маленькой ножкой, избегая расплывающейся золотистой лужи: - Не имеет значения причина потерь. Солдат, растерявший уважение к полководцу - всё равно, что мёртвый! - и, резко отвернувшись всем телом, сошла со ступенек.
  Позади рухнуло и скатилось по лестнице обливающееся кровью тело франта. Двор молчал, и только у самых ворот до неё донёсся испуганно-восторженный шепот:
  - Ара, что за девка! Не девка, а...
  - Цитадель! - закончил кто-то другой.
  Кадомацу горько улыбнулась.
  
  >Инициативная подружка
  
  ...На этот или на следующий же день её нашла Злата, и как бы, между прочим, заметила:
  - ...А хорошо ты вчера курносого на место поставила...
  Метеа вздрогнула, оторвалась от книги и только потом успокоилась:
  - А-а, и до тебя дошло...
  Нагиня промолчала, потом вздохнув, призналась:
  - Да нет, не так "дошло"... Понимаешь, только ты одна "блокировку" делаешь...
  Демоница закрыла том, заложив палец. Нет, если Злата начинает болтать о постороннем, заниматься с ней невозможно. Порой она сомневалась - действительно ли подруга-обманщица не может преодолеть её "блок"?! Она так точно угадывала настроение...
  - Ну ладно. Что тебе не нравится?
  - Да нет. Всё в порядке. Правда, концовка вышла чересчур кровавой, но для вас, демонов, это вполне нормально.
  - А разве был другой выход, чтобы спасти и его и своё лицо? Подскажи!
  - Снова ты меня с кем-то путаешь. Я же тебе никакой не Учитель с Дюжей Буквой - чтобы вот так вот дюже дать буквой и решить все проблемы. Я просто твоя подруга... мне ли тебя судить! - она положила свою треугольную голову на кольца своего тела, и, глядя в пустоту, добавила: - Вообще все эти армейские дела - твое личное дело. По амальским законам даже не то, что Тардеш - даже сам Сенат не имеет права вмешиваться в то, какими средствами полководец восстанавливает дисциплину. Так что и ты не должна никому ни в чём оправдываться.
  - Хорошо. Тогда ты зачем завела этот разговор?
  - Захотелось посплетничать. По-девчоночьи.
  Кадомацу смерила её недовольным взглядом - не разберёшь, когда она шутит, а когда говорит серьёзно. Даже Тардеш её предупреждал, что его главная колдунья постоянно ведёт какую-то свою игру, целью которой являются шикарные розыгрыши над друзьями и знакомыми. "Что она сейчас задумала?" - принцесса серьёзно сомневалась магической обороны своих тайн, если она возьмётся за дело по-настоящему. В конце концов, обещала же Злата как-то, уложить её в постель к Томинаре - вдруг возьмёт, сейчас загипнотизирует...
  - Даже и не думай, - предостерегла она.
  Змея рассмеялась:
  - Ты о чём?!
  - Что, загипнотизировать меня хочешь?
  - Я?! Ни капельки.
  - Так я тебе и поверила!
  - Ну, всегда так! Никто-то мне, бедной, не верит!
  - Естественно... Тебе поверь...
  Они переглянулись и вместе расхохотались. Потом, нага набралась серьезности, сделала более-менее выражение лица, и спросила:
  - А, правда, что у тебя скоро День Рожденья?!
  - Да. Почти что перед Новым Годом.
  - Постой, да ведь Новый Год послезавтра!
  - Это у вас. А у нас его ещё ждать три, нет, уже две недели.
  - Что же ты молчала! Сколько тебе, двадцать?!
  - Двадцать один.
  - Тем более, надо же на пол-планеты праздник закатывать!
  - Ещё нигде не победили, а праздновать...
  - Вот именно! И - надо всё организовать!
  - Смысл?! Ведь всё-таки, это война...
  - А главный-то кто?! Мы! Я сегодня с Тардешем свяжусь, генеральные планы подобьём, пусть попой пошевелит, сидень костлявый!
  - Зачем его беспокоить?! Всё равно всей армией будем Новый Год отмечать, вот и свой проведу тогда же...
  - А зачем устраивать один праздник, когда можно два?! Сама ведь молвила же - война, может, кто из нас эту неделю не переживёт. Слушай, вообще, доверься мне - я-таки закачу - обалдеешь! Я спец по праздникам, честно.
  - Довериться? Ладно, делай, как знаешь...
  И вот так вот началась та авантюра, больше известная под названием "день рождения принцессы". Именно "авантюра", потому, что при участии Златы Новак, ничего отродясь путного не выходило. Просто удивительно как остальные генералы, более трезво мыслящие, позволили себя втянуть в это! Ну... наги умеют уговаривать...
  
  ...Нет, Злата никогда не менялась. Дальше было просто некуда - в ней и так уживались словно две разных личности. Одна - очень уверенная, непререкаемая профессионалка, никогда не обращающаяся за помощью, и другая - юморная притворщица-провокаторша, постоянно балансирующая на грани горячей дружбы и окончательной ссоры. А может, народу в ней сидело ещё больше - стоило только посмотреть на колдунью в минуты её плохого настроения, когда она (в разных смыслах) мечет громы и молнии, и все-то у неё "ладейники", "черти собачьи", "черти полосатые"...
  
  Кадомацу как-то спросила у неё: кто такие эти черти?! 'Вы и ракшасы' - не дрогнув и секунды, ответила змеюка: 'Хотя, скорее ракшасы, чем вы. Вы, наверное, уже 'дьяволы'". Дьяволица в ответ промолчала - полосатого ракшаса было легко представить, а вот собачьего... А Злата тем временем продолжала: 'Ну, чем не дьяволы: злые, кусачие, живут в Пекле!.. Ну, чем, скажи, ваша планета не Пекло?!' - 'Ты ведь у нас не была, не знаешь...' - 'И больно-то надо! Моря лавы, реки железа и золота... У вас там, говорят, солнце в пол-неба..." - "...и дневной свет - как стена за границей тени.' - подхватывала принцесса: 'И я, когда была маленькой, всё искала край седзи, на этой стене. Мне казалось, что если их раздвинуть, то я увижу то место, где сбываются мечты!.. А что у вас?! - холод, темень, одни и те же звёзды постоянно и ваше солнце - одна из них. Что за радость жить в норах?!' - 'Дома мы все носим светящиеся короны. Зачем нам общее солнце, когда каждый - Солнце сам по себе?! А если тебе надоело одиночество - приглуши свет - и к твоим услугам не одна звезда-эгоистка, затмившая всех, а мириады всех вечных звёзд небосклона. И если одна из них ожила и спустилась - то знай, это друг спешит тебе на помощь, увидев, что твоё сияние потускнело...' - и так, соревнуясь в метафорах, они способны были продолжать долго-долго, пока не срывались на девичий смех. Метеа обещала ей, что после войны покажет Край Последнего Рассвета во всей красе, а златоглазая нага твердила, что обязательно отвезёт её на Крапивницу, и покажет самое удивительное место во всей Била-сварге.
  Продолжение демонологического вопроса приплыло к ним во время подготовке к празднику. По настоянию Златы, они вытребовали у отца две настоящие сосны для Нового Года, и кучу веток, и когда, по всем правилам (праздника и пожарной безопасности) развешивали их (до приезда гостей оставалось буквально несколько часов), нага вдруг приостановилась, и совсем неожиданно спросила:
  - Слушай, извини, а где твои рожки?
  - Рожки?
  - Ну да, у тебя же должны быть рожки!
  - С чего это? - именинница даже маленько обиделась.
  - У нас так всех чертей рисуют с рожками! А Дьявол сам - совсем как ты: крылатый, рогатый, с трезубцем. У вас же шлемы рогатые есть!
  - Шлемы - это одно, а голова - это совсем другое. Я же кто, корова, что ли, с рогами ходить?
  - Коза, - утвердительно кивнула обманщица: - Кстати, знаешь, апсару или человечицу назови 'коровой' - они будут считать это комплиментом.
  - Ну, я не апсара и не человек... Я демон! Сейчас завяжу узлом-то, за козу и за корову, - принцесса надулась и, сложив ручки и крылья, демонстративно не прикасалась к работе, пока они обе, не вытерпев, не рассмеялись, а потом стали гонять друг друга вениками.
  
  К религии Злата относилась подчёркнуто внимательно - каждый седьмой день, как требовал их обычай, поднималась на корабль, в церковь, часто крестилась кончиком хвоста, носила амулет в виде крестика, (Тардеш всё время пытался выяснить, где она его прячет в змеиной форме. Кадомацу узнала, но это была их со Златой тайна, которую они обещали не рассказывать), и, как все наги, боготворила людей. Для нагов, человеческий облик был больше чем святыней - на Акбузате, бывало, целые полки змеев сдавались без выстрела, едва завидев полк людей. Такие вот межрасовые отношения. Принципиальность в этом вопросе здорово ей мешала при общении с такими персонами, как, например, принц Стхан, ('Ну не может она тебе отказать!' - втолковывали друзья непутёвому водителю тысяч колесниц - 'Но и не хочет тебя. Что же ты её мучаешь!' - принц был хорошим парнем, сразу отставал, но, не встречая положенного сопротивления при следующей попытке, влипал с ней в историю по-новому. Правда, колдунья стоила таких усилий - по собственным нескромным замечаниям), но Злата, не была бы Златой, если бы не превращала свои сложности в замечательные и весёлые розыгрыши...
  Как-то, её спросили, почему она так редко раздувает капюшон. Она рассмеялась и сказала:
  'Зачем? Я же добрая.' - и тут же пояснила: 'Вот вы, когда рассердитесь, как себя ведёте?'
  'Я бью в морду', - сказала Кадомацу.
  'А я - по столу' - сказал более гуманный принц Стхан (он тоже что-то тут делал)
  'Ну вот, а мы капюшон раскрываем. Вот представь, что бы было, если бы войдя в комнату, вы бы сразу начали бить в морды, стучать по столам?..'
  'Эффективное командование' - нашелся командир людей.
  Все рассмеялись.
  'Ну вот, а для нас, раскрыть капюшон - это то же самое. Мы его раскрываем только во время сильных эмоций - когда рассержены, или 'забалдеем' от чего-нибудь - от алкоголя, наркотиков, музыки... Напоите меня до усрачки, и увидите, какой рисунок на моём капюшоне!'
  'Ты ещё, когда колдуешь, его раскрываешь!'
  'Да, и это тоже.'
  'Азер, а ты что делаешь, когда рассержена?'
  'Письки...'
  'Что?!..'
  'Отрываю...' - и продемонстрировала процесс непристойным телодвижением.
  Хотя... Кажись, это случилось не 'когда-то', а как раз на дне рождения принцессы!
  
  ...Подготовка к нему действительно была шикарная. Непоседливая колдунья добралась и до Тардеша, и до мелких генералов, тринадцать армий - сто дивизий, развернули в другую сторону, перетасовали, да так, что виновница торжества до самого Дня Девочек разбиралась в этом ералаше, но всё-таки праздник стоил таких усилий.
  Дни рождения в Крае Последнего Рассвета были сравнительно недавней модой, завезённой с Амаля, и уж конечно, в организации их демоны не могли похвастаться таким богатством обычаев, как призраки или наги, утверждающие, что они и придумали этот праздник. А Злата как раз и была из тех, кто это утверждал, и гордилась этим фактом, как и своим знанием нюансов.
  Местом проведения она избрала город Легадаль - дорогой, богатый зимний курорт, застроенный красивыми виллами. Перед этим, нага на два дня обложилась туристическими путеводителями и справочниками, и тщательно подбирала подходящую "картинку". Поэтому-то её не было на Новом Году у призраков. (Кадомацу туда тоже не попала - у неё в ту ночь было тяжелейшее сражение на железнодорожной станции вблизи Коцита, да, впрочем, и не жалела - Тардеша, как оказалось, тоже не было). Потом, змея, вся заспанная, ползала рывками, как гость "с того света", но когда она привела "новорожденную" в тот дом, принцесса аж закричала от удовольствия - до того всё было здорово!
  Укрытая сугробами вилла какого-то местного начальника, видать, большого поклонника Края Последнего Рассвета, причудливо сочетала в себе архитектуру призраков и последние моды младших демонов Разрушения. Она была настолько удачно вписана в склон холма, что и домашним мастерам бы послужило неплохим уроком. Подъём туда начинался с любимой привидениями извилистой тропинки (что самое смешное - отличная дорога для тяжелых машин начиналась с чёрного хода!), незаметно переходящую в широкую пологую лестницу, резко обрывающуюся в прямую, как ладонь, амальскую террасу, усаженную стройными деревьями, названия которых Метеа не знала.
  Сами здания имели привычные по Столице демонические, вернее, сиддхские очертания, с загнутыми карнизами, но чрезмерно широкие крыши, поддерживались амальскими колоннами.
  Внутри всё-таки чувствовалась скорее родина Тардеша, чем Мацуко. Нечастые колонны, хоть и соответствующе расписанные, поддерживали непривычный полукруглый свод, потолочные балки несли чисто декоративную роль, а часто попадающиеся раздвижные сёдзи были скорее тяжелыми раздвижными дверьми, чем привычными лёгкими ширмами.
  Конечно, работы по приборке было невпроворот. Нагиня и демонесса переложили часть своих обязанностей на заместителей, а сами, взяв в помощь команду инвалидов, принялись наводить порядок.
  Полы, выложенные чёрным мрамором, были изгажены, там, где сохранились татами, солома из них торчала чуть ли не вертикально - будто что-то искали. Сёдзи - если бумажные, то разодраны, если стеклянные - то разбиты, пришлось повозиться, их восстанавливая. Везде полно мусора, кучи сломанных мелких домашних предметов, столь обожаемых призраками, (кто-то уже похозяйничал здесь до них - кучки раздвинуты по углам), а одна из комнат выгорела так, что осталась без одной из стен. Злата сказала, что здесь была библиотека. "Воинствующее невежество" - прокомментировала она эти сведения.
  Они долго спорили, стелить или нет татами - наконец, остановились на голом полу. Для многих гостей демонические татами были бы слишком горячим сиденьем, и размеры комнат в стандарт не вписывались. Да и давно уже, даже самые дремучие провинциалы привыкли сидеть на амальских стульях.
  Пока инвалиды чистили бассейн в атриуме, девушки с интересом рылись в мусоре, иногда вытягивая оттуда удивительные вещи - то меч великолепной работы, то неплохо сохранившуюся картину, то куски ширмы, которую можно было восстановить, то занавеску, которой нужна только стирка. Техник быстро наладили не тронутую вандалами систему климата, а когда инвалиды закончили с бассейном, туда залили воду и прикрыли щитами до праздников. Конечно, экзотичнее было бы залить туда жидкое золото, но облицовка бы не выдержала, а местную "воду" - метан, было неразумно использовать, его пары действовали на призраков так же, как алкоголь на людей, или золото на демонов.
  Потом, они вместе ходили с уборщиками, указывая, что куда поставить (Злата помогала калекам магией), и весело шутили на разные темы, в том числе и про чертей. Сами навели окончательный марафет, (Азер с сёстрами в то время несли наружную охрану, чтобы никто ненароком не испортил себе сюрприз, и стали первыми критиками), еле-еле успели сами нарядиться к первым гостям.
  
  >Дорогие гости
  
  ...Кадомацу надела двенадцать прозрачных платьев, с плавным переходом тонов зелёного и желтого, с синим поддёвом для плавности, так, что когда она двигалась, по одеждам пробегала золотистая волна, а когда останавливалась - тени темнели, синея, делая фигуру ещё изящнее. Одежды создавали впечатление искрящегося изумрудного тумана, в котором легким намёком угадывались контуры её тела - всё с расчётом, что оранжевые кисти рук и шея нигде не соседствовали с контрастным платьем цвета хвои, столь выразительно подчёркивающим необыкновенные глаза своей хозяйки. Руки она одела в браслеты чуть золотистого металла, на коготки крыльев - перстни с прозрачными камнями, шею и грудь украсили ожерелья из желтых камней, а голову - заколки в виде звезд. Трудно было сделать что-то со всё ещё короткими волосами, (эх, Чертов Угол бы сюда!), но после полутора часов мучений, до неё дошло отцепиться от вариантов самурайской причёски и просто красиво уложить чёлку. А с диадемой длинная чёлка смотрелась вообще великолепно!
  Плечи принцесса укутала тёплым плащом из дымчатого, светящегося меха - пусть это немного разбивало, для спектра зрения демона, цветовую гамму, но нагиня, умевшая видеть с точки зрения любых рас, сказала, что для взгляда призрака это будет приятное сочетание - а ведь именно для глаз Тардеша в первую очередь наряжалась счастливая именинница. И его встречать и вышла вместе со Златой.
  Злата тоже нарядилась - несмотря на полную физическую невозможность такого действа для змеи. Но всё-таки: она сменила кожу, оказавшись в тёмно-серой, с золотистым брюхом, с узором из широких золотых прямоугольников, окантованных светло-серыми чешуйками на спине. Щитки на лице были золотистыми, с чёрной окантовкой, лоб и темя - чёрные, виски - тёмно-серые, но не такие серые, как на спине. Старую кожу - зелёную с золотом, пока Кадомацу переодевалась, она распорола, отделив маску головы, и расстелила по краю бассейна, свесив чуть-чуть в воду. Через четверть часа, намокнув, старая кожа обрела глубокий насыщенный цвет и живой блеск, став воистину великолепнейшим завершением интерьера, которому бы позавидовал бы иной дворец.
  На голову Злата надела маленькую изящную диадему с невыносимо блистающими каменьями. Когда они вышли на тёмную улицу, кристаллы разгорелись ещё ярче, осветив пол-двора - без магии или какой-то технической хитрости дело явно не обошлось. Они немного прорепетировали - как встать, чтобы свет от короны наги выгодно оттенял виновницу торжества, и вот тогда время и кончилось...
  
  Настал Час Дракона - время, когда обычно уже рассвет, но здесь, на Коците его не требовалось. Вспыхнули сотни светильников, заставшие заблестеть и заискриться снега, словно драгоценности скряги. "А у вас в это время бывает снег?" - "Да, только не столь прозрачный," - "Блестящий?!" - "Нет, не очень..." - "Но ведь у вас, наверное, железо вместо него падает." - "Нет, что ты, он лёгкий!..". Злата напустила в безлистные кроны деревьев облака магических огоньков, а в изгибы тропинки - огоньки побольше, и они принялись ждать...
  
  ...Первым, на крыльях, прибыл господин Сакагучи. Собственно, он должен был быть в числе организаторов, а не гостей, как и все остальные хатамото, но суккубы в последний момент воспротивились мужской помощи, поэтому-то старшему из них и пришлось летать за подарком.
  Красиво спланировав, он пробежался по дорожке, прямо с ходу опустился на колени, протянул свой подарок - принцессе. Та поклонилась в ответ, как хозяйка - гостю. Тот воспротивился: "Ну что вы, госпожа!", она ответила: "Брось. Когда ещё тебе поклонится принцесса?!".
  Подошли остальные - Кисадзе, Уэмацу, Сакихабара, Пак-южанин, Такахаши, Наора, Надзима, их командир дождался их всех, потом построил строем и проследовал в дом чуть ли не строевым шагом, совершенно не заметив обидевшуюся на это Афсане, с такой радостью выбежавшую его встречать!
  Подъехали оба Намуры - младший преподнёс законченный портрет именинницы. Явился Огава, роняя свой меч, который никак не хотел держаться за поясом, следом ещё несколько генералов и младших командиров, имён которых не сохранила история.
  Наконец, пришел Мацукава - на этот раз, ради праздника, в чистом и глаженом. Осведомился, не холодно ли девушкам, и его под руку увела Азер - эту персону надо было провести так, чтобы во время праздника он не пересёкся с Сакагучи.
  Обдав запахами чеснока, конского пота и кумыса, подъехали дядья и племянники из числа северян - с них "плату за вход" взяли как раз этим кумысом. Злата уже начала шутить с магией со скуки, когда, наконец, появились Томинара с Сидзукой.
  Оба были расфранчены дальше некуда. И если Сидзука, в соответствии своей фамилии был в скромных нарядах "алой сливы", то Томинара разоделся в красное и чёрное с серебряными узорами, а как напомажен... Опоздать у них была уважительная причина - с другой стороны планеты не так просто долететь, но, наверное, большую часть этого времени они потратили на наведение марафета, да и пилоту, наверное, пришлось их везти без лишних перегрузок, чтобы пудра и тушь знатных дворян не потекла при резких маневрах.
  Синдзиру прочитал ей целое стихотворение, весьма пафосно всё обставив. Злата заметила: "Нельзя, чтобы подобная красота пропадала. Может, напустим на него суккубов?!" - а он обиделся. В подарке Сидзуки тоже было письмо с пятью столбцами иероглифов, но он попросил прочитать его попозже, не при всех. Кадомацу взглядом поблагодарила его.
  С грохотом и лязгом подкатил принц Стхан, на самой мощной колеснице, какую только смог найти - ну не мог он без этого! Как оказалось - не один. Вместе с ним из недр машины вылез коренастый полупрозрачный силуэт - Кверкеш, "Томинара у призраков".
  Настоящий, не призрачный, Томинара успел предупредить девушек, что по дороге тащится начальник людей, и они успели, малость отрепетировать его встречу:
  - Пан Стхан, зачем вам такая большая машина для путешествий?! Самомнение не довезти?!
  - О, Злата! Извини, не заметил. Фонарным столбом работаешь?!
  - Где Тардеш!.. и Бэла?! - накинулась на призрака Метеа.
  - Не знаю... Они на крыльях - должны были вперёд нас придти.
  - Пан Стхан, а зачем вам лук?!
  - Хвастаться, - ответил человек, и, сняв с плеча своё оружие с трёхрядной тетивой, показал на все стороны света: - Видели?! Вот. Ни у кого такого больше нет.
  - Только бы ничего не случилось, - переживала о своём Кадомацу.
  - Да ничего не случится, - воспринял на свой счёт человек: - Я - сама надёжность.
  - Ладно, вы у нас предпоследние, так что поможете - взяла дело в свои руки Злата: - Возьмите все подарки, и сложите их в комнате с большой птицей на двери. А когда они ушли с первой ходкой, нага сказала подруге: - Не беспокойся. Сегодня ничего плохого ни с кем не произойдёт. Я точно знаю.
  Зелёноглазая принцесса посмотрела на колдунью:
  - Как я хочу тебе верить... Очень!..
  
  ...Тардеш явился только к началу следующего часа. Метеа нервничала, ходила взад-вперёд вдоль Златы, та что-то говорила о ракшасах, но больше самой себе - так как ясно видела, что подруга не слушает. Наконец - в небе вспыхнула бледно-зелёная звезда подлетающего шаттла. Кадомацу до боли в груди обрадовалась её появлению, и честно - не будь у неё рулевые крылья подвязаны под одеждой - полетела бы навстречу.
  Самолётик, покачав крыльями, чётко, с первого раза, зашел на маленькую площадочку в углу аллеи, поднял целый буран своим двигателем - принцесса хоть бы лицо прикрыла, как старшая колдунья. Нет, как же так можно - она моргнула, и то чуть не пропустила момент, когда Он появился на пандусе!
  Девушка с минуту боролась с двумя побуждениями - кинуться ему навстречу, или склониться в подобающем поклоне. Наконец, скромность победила, и она дождалась драгонария чуть ли не лёжа на снегу. Злата рядом хихикала.
  Тардеша эта поза смутила: что делать-то?! Не на голову же наступать? Или поднять самому? Мацуко разрешила все противоречия, сама, поднявшись и поприветствовав:
  - Добрый день, драгонарий-доно. Добро пожаловать.
  - Здравствуй, Падающая Звезда. С Днём Рожденья. Вот тебе мой подарок. Как говорится, расти большой и...
  - Что вы, драгонарий-сама... мне вполне хватило подаренного вами имени...
  Призрак залюбовался ею. Она мило склонила голову и неуверенно начала вертеть в длинных пальцах с заметными мозолями от меча, коробочку с бантом. Как-то виновато вздохнула. Он сказал:
  - Я ваш должник на всю жизнь. Неужели мне будет жалко какой-то безделушки?!
  Она так тепло взглянула на него своими серыми глазами, что аж сердце защемило. И неужели они не видят его глаза? Сейчас она точно поймала его взгляд.
  Откуда-то сверху вмешалась Злата:
  - ...И в следующий раз не опаздывай так! Она тут так нервничала, что мне весь бок прожарила!
  - Нервничала?!..
  Принцесса на миг отвлеклась от драгонария, чтобы сказать подруге:
  - Извини, я о тебе не подумала.
  - Да ладно, я не тупая, додумалась вертеться. Зато у меня теперь никогда не будет радикулита! Как в следующий раз простыну, обязательно тебя позову, ты лучше любых горчичников будешь!.. - но конца её фразы ни он, ни она не слышали, потому, как опять посмотрели друг на друга. Нага что-то скомандовала Бэле, и повела его внутрь, отвлекая разговором.
  "Ну, давай, дерзай, друг-драгонарий!"
  "Кыш из моей головы."
  "Вон, смотри, как она вся тает. Возьми, да поцелуй!"
  "Я всегда подозревал, что ты хочешь моей смерти."
  "Да ничего не будет. Я ей сегодня специальную изоляцию на губы и полость рта накладывала. Она, конечно, не сказала, зачем ей это, но..."
  "Помолчи."
  "Да ладно тебе. Ничего страшно - минутка боли ради недели радости хорошей девчонки."
  "Я же сказал!"
  "Ой, напугал!.."
  Мысленная трепотня с колдуньей слегка вывела его из себя. Он не смог больше выдерживать взгляд сероглазой принцессы и отвёл глаза. Та истолковала его поведение по-своему, и мягко взяв призрака под локоть, повела к дому:
  - Вы переживаете, что вскоре не сможете оказывать мне поддержку из-за близости Коцита?! Не волнуйтесь, после нашего Нового Года мы соединяемся на том направлении с принцем Стханом, его артиллерия вполне заменит ваши корабли...
  Над изоляцией действительно поработали великолепно - от неё шло почти что женское тепло, а не колючий жар, как обычно. Только вот рука намного сильнее, чем надо, сжимала локоть...
  - Зато на экваторе мы с вами будем встречаться чуть ли не каждый день. Вот уж где я не смогу обойтись без вашей помощи!.. Вам... Извините... Вот мы и пришли. Полюбуйтесь - это всё мы со Златой восстановили...
  Но он, вместо безусловно красивого интерьера, смотрел в её, освещённое светом счастливых глаз лицо... Чёрт... Господи... Бедная девочка...
  
   ...Кадомацу под торжественное "Та-да!" Златы, сняла пушистый плащ и в блистающем наряде сделалась настоящей царицей праздника. Мужчины мгновенно забыли даже о чересчур откровенно разряженных суккубах. Внесли угощение, они все вместе посидели за столом, (время было раннее, никто из присутствующих не успел даже позавтракать), посмотрели на магические фокусы Златы, Метеа немного потанцевала для всех под аккомпанементы Уэмацу, потом её сменили суккубы - изящная Афсане, страстная Гюльдан, и толстая, смешная Азер. Понемногу, гости, как и полагается на вечеринках, стали разбиваться на отдельные кружки, в которых обсуждались различные темы. Как и было уговорено, виновница торжества, Азер и Злата с привязавшимся к ней Стханом, принялись курсировать между разными группами, выдёргивая из них по одной-две персоны и вводя в другие.
  Когда в первый раз они все сошлись, тогда-то и произошел, тот разговор, о капюшоне Златы. Принц Стхан тогда нашел чем подколоть колдунью:
  - Ага, значит, раз ты нас всех сегодня с раскрытым капюшоном встречала, выходит, ты нам всем как бы в морду дала?!
  - Нет, я обалдела от твоего великолепия!
  Начальник людей, явно зазнаваясь, продемонстрировал окружающим своё "великолепие", в бицепсах и трицепсах.
  - А если продолжить серьёзно, - продолжила девушка-змея: - То у нас самый вежливый титул, который может заслужить уважаемый гражданин - это "гладкошеий", "тот, кто никогда не расправляет свой капюшон"... Репутация нашей расы ведь заслужена за древние грехи нескольких ископаемых негодяев, а сейчас-то мы совсем другие... - все прислушались. Как-то странно было слушать печальные нотки в обычно весёлом голосе известной юмористки:
  - ...Да, мы любим шутку, обман, но давно не столь коварны, как первые дети Кадру времён её ссоры с Винатой... Я в детстве всегда плакала над Библией, когда змея называли "врагом рода человеческого". Всё ведь это неправда! Как мы, змеи, можем быть врагами роду Астики?! Всё обман... Куда худший, чем прославленное коварство нагов... Ведь даже возьми ближайшую нашу родственницу из животного царства - кобру, ведь безопаснее нет змеи!
  - Ну, уж не скажи!.. - возмутился Стхан.
  - Что "не скажи"?! Перед тем как напасть, кобра раздувает капюшон, шипит, даёт время отойти, не связываясь, оставить в покое! И даже если вынуждена - сначала бьёт мордой, не кусает, даёт время одуматься...
  - У меня мама умерла от укуса кобры, - закончил свою фразу человек.
  - Прости... Среди всех психи бывают...
  - Злата, - вмешалась в разговор именинница: - Послушай, а вот я сколько раз слышала о многоголовых змеях, но ни одной не видела: скажи, это сказка или правда?!
  - Правда. Есть такие.
  - Такими рождаются или становятся?!
  - И так и так. Это у нас такая способность - отращивать лишние головы.
  - Ой, как интересно... Расскажи! А ты можешь так?!
  - Разумеется. Я, наверное, годам к сорока отращу себе парочку - для работы понадобится. Пока не буду - многоголовой девушке у нас трудно выйти замуж, да и растить их одна морока - они ведь сквозь кожу прорезываются глупые, как только что из яйца, а я и так у вас дурочка, а если ещё и в детство впаду...
  - Так, как же это будет?! Ну, предположим, отрастишь ты себе ещё две головы, и станешь трёхголовой Златой, или тремя разными девочками в одном теле?
  Нага звонко рассмеялась:
  - Нет, так все думают. Иностранцы, я имею в виду - они, как встретят многоголового деда, и что-нибудь с ним не поделят, всё пытаются с ним помириться посредством другой головы. А ведь душа-то, одна, как бы науки и партия пана драгонария не отрицали её существования!.. Нет, сколько бы я голов не отрастила, это всегда буду я, ну может, голос немного будет различаться, - она кокетливо моргнула накладными ресницами: - Их, правда неправильно называть "головы" - они растут не от шеи, а от поясницы, и имеют каждая своё лёгкое, сердце, пищеварение, только вот жаль печень одна на всех, как и органы размножения... (все выдали лёгкий смешок) - Самое интересное, это наблюдать за теми, кто эти головы себе отращивает - я говорила, в детство впадают... Голова-то, пока растёт, детская, и мысли в ней детские, о шалостях, а память и опыт - взрослые, представляете, что можно натворить?! Ладно, там две или три, ну максимум пять штук - это ещё можно проконтролировать, если ты сама взрослая, а всякие там политики и военные, которым почти по полсотни требуется?! Я вам расскажу анекдот...
  - У наг, слово 'умный' даже не считается комплиментом.
  - Угу. Потому что любой балда и дурачина может отрастить себе с десяток голов и стать умнее профессора. Поэтому у нас и ценятся не ум, а остроумие, сообразительность - мозгов ты может себе и добавишь, но то, насколько ты сможешь ими правильно пользоваться, покажет только то, над чем ты смеёшься, и можешь ли шутить над самим собой...
  - Эх... у нас то же самое, - вздохнул Стхан, приобняв расслабившуюся Злату: - Слово 'мудрец' или 'эрудит' тоже не в чести с новыми веяниями...
  - Да-да, да, я видела! Представляю, какие рожи были у ваших гуру, когда оказалось что теперь любая джаханальская фифа может достать из сари видеофон, и без проблем процитировать любую их драгоценную Веду, на выбор, не утруждая себя столетиями заучивания наизусть!
  - Сейчас даже доставать необязательно. Есть новая модель - пульт в браслете, проектор в серёжке. Ну, прямо как твоя диадема, но не только светить, но и показывать может.
  - Ой, а почему у нас таких ещё нет?
  - Флотские вычислители не тянут. Поэтому только в пределах Джаханаля. Если Сенат со следующими консулами одобрит переход с ламповых схем на кристаллические - то может и в остальной Республике будет...
  - Все "шайтаны" уже на полупроводниковых системах. Так что вне плана перейдём. Фракас ещё диктатор.
  - Ой, слушайте, вспомнила анекдот про трибуна и ламповый компьютер! Как раз про наши головы!..
  
   >Дорогой подарок
  
   ...Кадомацу после этого подошла к Тардешу и заметила:
   - Да. Вот, оказывается, почему наша Злата такая неугомонная.
   - Она такая... - ответил драгонарий, и искренней теплотой любуясь нагой: - Иногда, знаете, охота её прибить гвоздями, или узлом завязать! - а иногда... - он вздохнул: - Хорошая девка. Но со слишком ценными для государства недостатками.
   Демонесса посмотрела прямо в кажущиеся пустыми глазницы призрака:
   - А как вы с ней познакомились? Не расскажете? А то она всё время избегает этой темы.
   Они пошли краем бассейна, иногда наступая на пружинящую под ногами змеиную кожу, устилавшую его борта.
   - Как?! Начать с того, что происходило шесть лет назад. Я тогда только получил полного драгонария и назначение в число ректоров Академии. Зав кафедрой орбитальной тактики! Сейчас я вообще руковожу всеми космическими направлениями. Ну вот, Злата - она умудрилась попасть ко мне на приём. В первый же мой рабочий день на новом месте! Вы бы её видели! Тогда она ещё не была такой красавицей, как сейчас - сущий заморыш, я на её примере моментально понял, как выглядит "костлявый наг". Вообще, как она добралась до Амаля из своей глуши - ума не приложу, и не удивлюсь, если это окажется какой-нибудь оригинальный путь - например, в письме по почте.
   Мацуко улыбнулась. Тардеш продолжал:
   - Меня она вычислила правильно - я как раз тогда курировал во флоте вопросы прикладной магии, а она уже тогда была сильная телепатка - и предложила оплатить её обучение в школе Майи Данавы. Ну, не мне предложила, а Флоту и Академии. У нас же нет денег в ходу - только у государства.
   - Неужели? А, да я помню, читала...
   - Ну да, Республика даёт нам всё необходимое без них. Но Майя Данава берёт золотом, а его на руки без государственного поручения не выдают. Я маленько, для виду, поломался, а потом согласился - понимаете, очень удачно всё сложилось. И Флоту были необходимы по-настоящему подготовленные маги-наги, и Академия планировала свою магическую кафедру открыть, да и качество подготовки специалистов в техникумах Вельзевула перестало нас удовлетворять, тем более что с ним обострились отношения... Словом, я уломал в отношении неё и своего предшественника, и ректорат, и Корнолеша, - хотя не все ей верили. Знаете, такое дело, что всех нагов из Школы Данавы вербует Бхоговати, ну столица Убежища, но наша Злата смогла, кого надо, очаровать...
   Они опять посмотрели в сторону колдуньи. Та, видать, поняла, что о ней разговоры, и время от времени обеспокоено поглядывала в сторону этой парочки.
   - В позапрошлом году она вернулась, и это у неё уже вторая кампания. Мы использовали этот опыт и посылаем в Тартар каждый сезон две центурии кандидатов. Большинство из них уже под её командованием. Время-то там идёт в шесть раз быстрее...
   - Подожди... ей ведь двадцать пять, как... Сколько ей было, когда она поступала?!
   - Тринадцать. Она там не всё время провела - ещё стажировалась у Индры и сиддхов.
   - А я-то, ждала, когда вырасту до двадцати!
   - Постойте, госпожа ведьма, так вам сколько?..
   - Двадцать один с Часу Дракона. Ай-яй-яй, господин шпион, какой же вы шпион, когда не знаете, сколько лет виновнице торжества?!
   - Ой... Так вы совсем взрослая... А я-то думал, что вам около семнадцати!..
   - Спасибо за комплименты. Я просто маленькая. Ростом маленькая, - она показала ладошкой.
   - Да нет, это не комплимент. От вас просто веет такой свежестью и юностью... - они взглянули друг на друга, умолкли, потом одновременно шумно вздохнули и отвели глаза. Получилось даже как-то чересчур.
   - Итак, Злата... - напомнила Мацуко.
   - Да, - драгонарий, кажется, смутился: - Злата у нас совсем молодец. Мало того, что она - лучшая ученица школы Майи за это тысячелетие, она ещё, как и вы, умудрилась в первом же бою спасти архистратига. Так что ей теперь обязано жизнью первое лицо государства.
   - Правда?! Она никогда не говорила. Расскажи!
   - С удовольствием. Тем более что был этому свидетелем, да и она, и Фракас Корнолеш - мои большие друзья...
   - Ага! Сплетничаете! - вмешалась их предмет разговора.
   - Уйди, не мешай, я ещё не всё выведала, - махнула на неё рукой Метеа.
   - Нетушки, он ведь тебе сплетни про меня и пана Фракаса собирается рассказывать?! Нет, и ни за что, и лучше не слушай это историю в его исполнении - а то ещё подумаешь, что я в него влюблена.
   - В кого?! - возник Стхан.
   - Ни в чего, ни в кого... - слушай, "твоё высочество", ты лук приволок, хоть покажи нам, как ты из него стреляешь!..
   - Прошу прощения, мне надо переодеться... - извинилась Кадомацу...
  
   ...Демонесса переоделась в комнате с подарками в черное кимоно с зелёными драконами. Из-за двери некоторое время доносился низкий звон тетивы могучего человеческого лука, потом стихло, и начались какие-то непонятные ритмические вскрики гостей. Принцесса прислушалась - вроде что-то считали хором... Вот снова с единицы...
   Движимая любопытством, она вернулась в атриум.
   Гости стояли достаточно тесной группой и над чем-то смеялись. Вот затихло - и опять смех и считают: "раз! два! три!". Злата чуть в сторонке и явно этим руководит.
   - Они разыгрывают поцелуи суккубов, - пояснил Синдзиру, проходивший мимо с Сидзукой.
   Интересно. Мацуко пошла туда, пытаясь представить, по каким правилам они могли бы это организовать. "Ну, выбирают девушку, ну количество поцелуев... а по какому принципу?"- она в этот момент обогнула угол бассейна и стена гостей как бы распахнулась перед нею. Она увидела немного смущенного Тардеша, к которому уже подходила, игриво оглаживая себя хвостиком по голым ножкам, пьяненькая Гюльдан...
   Ревность колючей варежкой погладила и взялась за сердце. Кадомацу почувствовала, как изменяется цвет её кожи, она сделала шаг, и остановилась...
   Нет, нельзя так - Гюльдан ведь её подруга...
   А великан-призрак уже подхватил маленькую соблазнительницу на руки, та чувственно обняла его правой рукой за шею, провела по спине хвостом...
   Именинница отвела глаза...
   Почувствовала, что Злата смотрит на неё, подняла взгляд, хотела: "Ну что ты!"...
   ...И вдруг увидела рядом-рядом лицо Тардеша. Оно оказалось вовсе не столь прозрачным, как всегда. Он держал её на руках, да столь ловко, что она сидела коленками на сгибе, слегка обнимая его за шею. Их головы сближались, он была жутко пьяна, её прямо-таки разрывало от небывалого желания, вокруг сиял необычно яркий свет, и она, как глазами, кожей чувствовала на себе взгляды всех мужчин и знала, кто куда смотрит. Близость Тардеша окончательно лишала остатков разума, она закрыла глаза и попыталась дотянуться хвостом.... "Хвостом?!!!" - Метеа моментально протрезвела и, открыв глаза, вставила непривычно маленькую ладошку меж своими и его губами! Раздался всеобщий гул недовольства, драгонарий чуть не уронил её, а принцесса с недоумением посмотрела на свою руку. Да полно, свою ли? Смуглая кожа, без свечения, ногти вместо когтей, она, чуть не сверзившись с рук любимого, оглядела своё тело - и хвостик, и крылья, и это дьявольское вожделение, с которым, просто нет сил спорить! Она оказалась в теле суккуба!
   - Ну что же ты, Гюльдан! - кричали ей.
   Хмель, изрядное количество которого было употреблено предыдущей обладательницей тела, мешали говорить и думать, вожделение поддакивало её лучшей мечте, а чужая память стремительно стирала пути к отступлению. "Гюльдан? Гюльдан? Да, я же Гюльдан, почему я вообразила себя принцессой? Я же суккуба, хи-хи, что же я вообразила себя принцессой? Целоваться с мужчинами - это нормально, я для этого и рождена...."- той же самой ладошкой, что остановила поцелуй, ("вот трусиха-то!), она ухватилась за тунику, потянулась губами... "Ну что же!" - он открыла глаза и встретилась взглядом с Тардешем.
   - Госпожа ведьма? - вдруг спросил он и сам отстранился.
   Гюльдан фыркнула. Гюльдан разозлилась. Ещё никто на её памяти не отказывал ей! Гюльдан крепче прижалась. На её памяти? Призрак смотрел как-то странно... и как-то знакомо, но почему знакомо, Гюльдан не помнила. Она обвела комнату взглядом - вот госпожа принцесса странно глядит на свои руки, вот Злата так пристально и испытующе смотрит на неё... Гюльдан - проиграла! Гюльдан должна целоваться!..
   - Злата! - прогремел командный голос: - Узлом завяжу...
   ...Послышался звонкий, но усталый смех колдуньи...
  
   ...Если долго смотреть на большое количество воды, то это успокаивает... Может быть, дело в цвете?! Может быть - она дура, что не сумела воспользоваться шансом? Получив своё тело обратно, Кадомацу опустилась на пол у края бассейна и долго-долго смотрела на волны...
   Это была самая дорогая и шикарная шутка Златы... Она даже жалела, что так сорвала всё... Но... он узнал её даже в чужом теле!.. Что это, если не?! Может, стоило остаться, и плевать на судьбу принцессы, судьбу воительницы, армии и государства - лишь бы иметь шанс быть не просто с ним рядом, но и обнимать, целовать, даже рожать детей от него пусть и сплошняком девочек... А Гюльдан пусть наслаждается царской роскошью, не жалко... Эх, не была бы она такой пьяницей, была бы возможность в тот миг подумать...
   Блин, Злата с её дурацкими шуточками!..
   Очень заметно пошатываясь, подошла Гюльдан. Вроде как она ещё приняла после всего этого. Чуть не упав, села на пол:
   - Блин... Злата с её дурацкими шуточками!.. Ты на меня не в обиде, да?! - нет, её даже лёжа будет шатать! Когда принцесса была в ней, язык слушался только чудом. А сейчас? А она ещё продолжала:
   - Ну, пожалуйста, скажи... или ты в обиде?!
   - Да нет, что ты, дурочка. Ни в жизнь! Тем более, сейчас...
   - Ну и хорошо!.. Слюшай, а что, у тебя всегда так крылья болят?!
   Мацуко прислушалась к своим ощущениям:
   - Нет, не болят.
   - Да нет же, болят, когда сложенн...ны! Ой, до чего же я пьяная! Я... я, когда в тебе оказалась, первым делом подумала выпить, чтобы успокоиться, да вовремя вспомнила, как на тебя это действует... Ой, как же мне стыдно-о!.. Ты такая умная... Вот поверь, ты такая умная!.. Я тебя уважаю!
   - Ладно-ладно... - Кадомацу подманила кого-то из хатамото, и отдала ему на руки разоткровенничавшуюся соблазнительницу.
  
   А ведь она права - действительно, на Третью Принцессу алкоголь действовал угнетающе - она становилась жалостливой плаксой и нисколь не веселилась - её тянуло ко сну. А, будучи в теле Гюльдан, она чувствовала радость и веселье, правда пьяное... Интересное наблюдение... А вот и Злата ползёт. Тоже, что ли, извиняться?!
   - Извини, - ну, как угадала! А голос ужасно усталый: - Ты, я вижу, обиделась?!
   - В первый раз вижу, как ты извиняешься за свои шутки.
   Нага, в ответ, очень внимательно посмотрела на неё:
   - Ну... ты же сегодня именинница... Я хотела, как лучше, а вышло, кажется, что-то не так...
   - Нет, что ты, я не обиделась нисколечко! Знаешь... Потом, наверное, это будет самым весёлым воспоминанием!
   - Да уж... Чего-то я не видела на твоём лица радости...
   - Ворчунья! Погоди, ещё появится!.. Ты чего, такая вялая?!
   - Перешутила.
   - Пойдём, отдохнём. В следующий раз не в такую пьянь меня переселяй!..
   - В том-то и была вся фишка!..
  
   ...Конечно же, она никуда не пошла отдыхать, а осталась с гостями. Метеа беспокоилась за неё - уж больно усталой выглядела, но постепенно, в течение праздника, к колдунье возвратилась обычная энергия.
   А ведь обмен телами - штука сложная, насколько разбиралась в магии юная принцесса. До неё это спустя несколько дней дошло - а ведь вроде недавно в книге читала, что эта магия даже в ответственейшие моменты истории не всегда получалась, а тут - шутка... Ещё и дважды - туда и обратно. Да, о своей подруге зелёноглазая демонесса много не знала... И неудивительно, что та так устала - колдовство серьёзное, из тех, что во времена великих катаклизмов вызывают, - хотя, кажется, она начала повторяться в своих размышления... Да, усталость должна быть дьявольской... Перешутила, в самом деле...
  
   ...Гости собирались в другом углу атриума. Кадомацу, заметив это, встала, и, помахав рукой, пошла к ним, сопровождаемая почти незаметной Златой:
   - Что же вы так от меня сторонитесь, а?
   - Как же, госпожа Третья, все были у вас на совещаниях, знаем, как близко нужно держаться, когда вы в плохом настроении! - ответил чей-то весёлый голос.
   - Да и ну? - она сложила руки на груди, обняв свой высокий бюст, сразу став из грозной победительницы врагов уютной, мягкой и домашней. Замедлила шаг, склонила голову, подумала: - Мне лично кажется, что у меня с настроением все замечательно. Что-то не так с лицом?
   Бассейн был рядом, придерживая волосы, она заглянула, но мешавшаяся сзади Злата решительно оттолкнула её от воды и пихнула головой промеж крыльев в круг гостей:
   - Да красивая-красивая, сама же села в сторонке! Иди ко всем!
   Все рассмеялись. Тардеш о чём-то беседовал с Томинарой, (разумеется, и с Сидзукой тоже), Стхан опять полез приставать к Злате, а повеселевшая именинница подошла к безнадёжно опиравшейся о стену Афсане, почему-то бывшей в одиночестве.
   - Где Азер?!
   Хрупкая суккуб была пьяна, но не так, как всегда, лишь настолько, чтобы огорчённо изгибать брови.
   - Увела Гюльдан... Ей на сегодня хватило, - ответила она, выпячивая нижнюю губу.
   - Постой, увела?! А где же господин Сакагучи?!
   Этот вопрос выбил слёзы из глаз хрупкой соблазнительницы:
   - Да вот он! - яростно ткнула она подбородком, и, отвернувшись, обратилась к первому попавшемуся мужчине: - Господин Намура, до вас ведь не дошла очередь в Игре? Дайте, я вас поцелую. Ну, считайте, что выиграли. Сколько вы хотите, два, три?.. Нет, вы выиграли шесть! Раз... Что?! Ха-ха! Два...
   Принцесса прошла мимо них и сделала знак Злате. Колдунья подняла голову, ничего не понимая, но подползла, и та ей шепнула: "Азер нет. Сакагучи" - этого было достаточно. Праздник рисковал быть серьёзно испорченным, если встретятся начальник хатамото и командир авангарда. Если со стороны Мацукавы трудно ожидать чего-то возмутительного - даже Сакагучи имел неоднократные возможности убедиться в том, что раскаялся он искренне, то вот сам господин Сакагучи... Ведь бывшего предателя он так и не простил. И вечно пытался как-то задеть генерала, ладно, что тот не замечал - а если ссора начнётся на празднике, случай уже будет не замять, иначе Макото Мацукава просто потеряет лицо. А драка таких воинов неизбежно закончится, либо потерей отлично полководца, либо - отличного телохранителя...
   ... Конечно, самое разумно было их вовсе не приглашать, таких задиристых и неуживчивых, или обойтись одним из них - но Мацукава брал этот город, было бы просто неблагодарно со стороны принцессы обойти его вниманием, да и Злата сказала, что Тардеш не придёт, если Мацукавы не будет. А Сакагучи - он же её телохранитель, спасал её сотни раз, да и ради Афсане следовало. Да и честно сказать - самой принцессе этот угрюмый молчун был симпатичен. С кусочками её кожи на лице... Поэтому они с нагой и Азер разработали целую схему с картами и диспозициями, как держать его подальше от Мацукавы, (вначале главную роль играла Афсане, но у её любовника в преддверии праздников опять взыграла совесть - и бедная девушка вновь получила 'отставку' - пришлось импровизировать), да вот, кажется, что их затея провалилась...
   - Может, ещё не поздно! - чуть ли не плюясь языком, прошептала Злата: - Где пан генерал? Мне с пола не видно!
   - Вот он! - врагов разделяла лишь широченная спина тёмника-северянина: - Дядюшка Наран-бей, не двигайтесь!
   - Что?! - не расслышал тёмник, и сделал шаг навстречу, к племяннице...
   ...Мацукава и Сакагучи увидели друг друга...
  
   >Перевод темы
  
   ...На счастье - они замерли от неожиданности. На секунду, не больше, что самое удивительное - в очень красивых позах. Генерал от разведки выглядел достаточно строго в этом свитере - есть всё-таки какой-то шарм в изъеденных оспинами щёках. Он стоял, чуть наклонив голову, пока ещё как равный смотря на хатамото, но уже опуская руки для вежливого поклона. Кадомацу заметила, что они оба были одинакового роста, а Сакагучи - почему-то сильней похож на брата. У него тоже двигалась рука - к мечу, роняя чашку...
   - Извините, дядюшка, дайте руку! - и, схватив огромную, как квадрат татами, ладонь Наран-хана втиснула огромного северянина живой ширмой межу родственником покойной жены покойного принца и его жертвой. Благо, великан-тёмник как нельзя лучше подходил для этой роли - ростом он был с Божественного Каминакабаро, а в плечах - вдвое шире знаменитого борца.
   - Дорогуша, что случилось?! - не понимал тот: - Да, я тебя сегодня уже поздравлял?!
   - Разумеется, дядя Наран, - нервно ответила принцесса, и вздрогнула - упала и разбилась чашка Сакагучи: - Вы играли в лотерею Златы? И кто вам достался?!
   - Ну что ты, девочка, какие мои годы, я же женат!
   - А вы, господин Сакагучи?! Чей бы вы поцелуй больше всего хотели бы получить?!
   'Да хоть мой!' - лихорадочно думала она: 'Главное, сбить его с толку, а потом разведём!' - и ощутила на себе чей-то взгляд.
   Обернулась. Афсане, повесившись на шее у младшего Намуры (художник который), изгибая брови, смотрела на своего любовника, но иногда, из-за движений её опоры, на линию взгляда попадало плечо, крыло или шея её хозяйки. Девушка отвернулась обратно - Сакагучи нервно снимал защёлку с ножен.
   - Вот как на вас моя охранница смотрит. Наверное, плохо поцеловал. Или наоборот, хорошо, так, что никак не может забыть?! - а сама так крепко сжала локоть дяди, что даже он почуял неладное, и взглянул на именинницу.
   - Простите, Госпожа Третья, - наконец подал голос начальник хатамото: - Но среди нас есть некоторые, кто приложил все усилия, чтобы этот праздник не состоялся!
   Все притихли и переглянулись. Мацукава поднял подбородок.
   - Некоторые, - крепнувшим голосом продолжал демон: - ...для кого нарушить слово - раз плюнуть, для кого вероломство - образ жизни, кто недостоин чести называться мужчиной, и, я... - он, стараясь сохранить торжественность момента, плавно потянул оружие из ножен.
   - Ну, всё про меня рассказал! - всплеснула руками именинница (вот так, он удивился!): - Ну что тут добавить... Ну да, я не мужчина, я слабая и хитрая женщина - а что мне остаётся делать? Уж простите меня... Да, я обманула и отца и мать, сбежала из-под венца, пряталась среди ракшасов - но иначе, было бы нам так весело?! Жаль, никто не пришел из моих друзей-ашигари, много бы сплетен наслушались! И честное слово: да, это я была против того, чтобы этот праздник состоялся, и изо всех сил отговаривала Злату-тян, но большое спасибо, что это не удалось! Господин Сакагучи?!
   - Да, но... - он уже вытянул клинок до половины.
   - О, ваш знаменитый меч! Не разрешите посмотреть?! - он не хотел его отдавать сначала, но зелёноглазая демонесса так посмотрела на него, что пришлось подчиниться.
   - Как он называется?
   - 'Пушечное Лезвие', госпожа.
   - Интересно. Всегда хотела спросить, почему?! - меч был широковат и тяжеловат, из породы тех длинных клинков, которые изматеришься из ножен доставать. На лезвии были непривычные фигурные наплывы, слегка меняющие баланс для удобства обнажения и одновременно могущие служить ловушками для вражеского оружия.
   - Наверное, за звук при взмахе. Похож на свист летящего снаряда.
   - А может, потому, что он тяжелённый, как пушка?! Очень непривычная форма лезвия. Кто его изготовил?
   - Мастер Кен Нарита.
   - О, да, у нас оказывается мечи-родственники! И мою 'Сосновую Ветку' и 'Воротный Столб', тоже изготовил высокочтимый господин Нарита.
   - Нет, только 'Воротный Столб', госпожа. 'Сосновая Ветка' - это работа его отца.
   - Правда?! И тот, и другой - Кен, неудивительно, что я перепутала... - ей уже легче удавалось сохранять непринуждённость разговора. Разумеется, знаменитейших в Империи кузнецов-оружейников, она перепутала специально: - Всё-таки, немного странный меч. Тяжело его чистить после боя?!
   - Госпожа, я воин, а это - моё оружие. Чтобы с честью исполнять своё предназначение, я должен относиться к нему нежнее, чем к женщине.
   - Интересная фраза... Афсане, ты слышала?! Кажется, у тебя появился повод для ревности... - и, не отдавая оружия, повернулась к генералу Мацукаве: - Господин генерал, а вы, согласны с утверждением господина начальника хатамото?!
   Самурай первым делом вежливо поклонился:
   - Госпожа, вы такой же воин, как и все мы, и не мне вам объяснять...
   - Но всё-таки!..
   - Госпожа, оружие спасает жизнь друзьям и отнимает её у врагов. Уже за одно это оно достойно уважения. К тому же, где вы видели столяра с тупым рубанком, кузнеца со ржавым молотом, рыбака с дырявой сетью?! А война - это такое же ремесло, и инструмент воина - меч.
   - Знаете, господин Мацукава, горестно слышать в мирное время, что война стала ремеслом.
   - Госпожа, Ваше Высочество, а разве сейчас не война?!
   - Война, но чужая, генерал. А в Крае Последнего Рассвета под благословленным правлением Избранника Аматэрасу - моего высочайшего отца, пока что царят мир и процветание. Разве не так?!
   - Что ж, если вам так угодно думать (эта фраза была намного тише и сказана в намного менее вежливом стиле, чем остальная речь старого солдата)... Но и в мирное время бывает необходимо защищать жизнь и честь своего господина, охранять его земли и богатства...
   - ...а если не хватает - захватывать у тех, кто послабее! - раздраженно закончила за него принцесса. Окружающие с удивлением посмотрели на девушку: - Нет, мой отец был прав, в отношении вас, самураев - может вы и хороши на войне, но в мирное время - только источник беспорядка и разбоя на дорогах!
   - Госпожа...
   - Возьмите свой меч, господин Сакагучи! Господин Макото, то, что я сказала, не имеет отношения к вам, вы... вы уже доказали, что относитесь к лучшей части своего сословия, просто... - она попыталась сделать весёлое выражение лица, встряхнула головой:
   - Извините... - и сразу же: - Как вам понравилась последняя шутка госпожи Златы?! Мацукава посмотрел в сторону, но вынужденный отвечать, разомкнул губы:
   - Простите, госпожа, это магия, а я - солдат. Я предпочитаю честный бой обману, - ответил нагадец после долгой паузы.
   Сакагучи раздраженно фыркнул за спиной принцессы.
   - Обману?! Господин генерал, но ведь это всё-таки была шутка, а когда шутят, и надо обманывать!
   - Нет, Ваше Величество, я имел в виду не шутку, а магию, говоря об обмане.
   - Магию?! Как вы можете называть её 'обманом'?!
   - Ну, скажем, не обманом, а нечестным приёмом, недопустимым на войне. Заранее извините, уважаемая госпожа Злата. Просто, понимаете в сражении, всё должно решаться честной силой - оружием, голыми руками, боевыми машинами... а магия - она всё путает. Это уловка трусливых.
   - Почему вы так думаете? - усталым голосом спросила колдунья
   - Ну... тот, кто силён, не станет пользоваться всякими там штучками. Он возьмёт меч, и решит всё в честном бою. К тому же магия - это ведь не для каждого, не так ли?!
   - Подобные рассуждения я слышала у гандхаравов против боевых машин, - прокомментировала нага.
   - Погодите, - вмешалась Метеа: - А с чего вы взяли, что искусство воины - проще магии?!
   - Ну, госпожа... это же и так видно! - не выдержав, заступился за своего врага Сакагучи.
   - Почему же 'видно'?! Господин Сакагучи, неужели вы тоже считаете, что... Нет, давайте по-другому: возьмём обыкновенного крестьянина и дадим ему меч. Как скоро он станет солдатом?
   - Ну, где-то три месяца тренировок и пара настоящих сражений, - самурай опередил хатамото.
   - А до этого, он опасный противник?
   - Вы смеётесь? В руках новобранца меч даже оружием назвать стыдно - как бы себя не поранил!
   - А хотите, я любого из вас за час научу вас паре заклинаний, которые сделают вас опаснейшим из противников?!
   - Ну... я тоже знаю пару фехтовальных приёмов, которым можно научиться за это время, - пожал плечами невозмутимый хатамото.
   - Во, - взяла в поддержку телохранителя принцесса: - Значит, магия не так сложна?! Наоборот - действительно хороших фехтовальщиков порой бывает сложнее найти, чем хороших магов... Так что теперь вас не устраивает в волшебстве?!
   - Не знаю даже, госпожа... С грубой силою проще - знаешь сразу, что, куда, и как будет... А с магией - на что напорешься - неизвестно никогда. Больше располагает к обману...
   - Так значит, - заключила Злата: - В вас говорит просто мужской шовинизм: 'Что не могу завоевать - отрицаю'. Жаль. Я была лучшего мнения о вас пан генерал.
   - Господин Мацукава, - дополнила именинница: - Выбор: сила или магия - это выбор того же оружия. Кто-то предпочитает лук, кто-то - меч, кто-то - волшебство. Уверяю вас, в благородном искусстве войны в сотни миллионов раз больше узаконенного обмана, чем в тайной науке колдовства. Поверьте мне...
   ...Потом, оправдываясь, генерал-самурай ненароком сослался на людей - что, мол, вот тоже, магии не признают, даже изоляцией не пользуются, и девушки ещё и накинулись на Стхана, еле от них отбившегося...
  
   ...Где-то во время, или после этого разговора, Мацуко сходила, в третий раз переоделась - несмотря на малое количество происшествий, дело клонилось к закату. На этот раз на ней были многоцветные, летящие одежды, по моде апсар, с декольте и разрезанным подолом, и в разрезе юбки нет-нет, да и проглядывала стройная нога. Принц Стхан заметил по этому поводу:
   - Вы замечаете, что как наша 'новорожденная' переодевается в более скромные наряды, разговоры становятся гораздо конструктивнее?!
   - На что это вы намекаете? - заступилась за подругу Злата.
   - Ну, понимаете, прозрачные платья эти... а тут все мужчины...
   - И что?
   - Ну, определённо, это мешает думать. Ну, сами понимаете, зрелище даже кусочка обнаженной женщины у здорового мужчины вызывает к жизни совсем не те резервы...
   - Понятненько... - протянула колдунья, и быстрым движением хвоста вдруг сняла с себя корону: - Пожалуйста! Ну что пробудили ваши резервы? Смелее, перед вами же полностью обнаженная, красивая, стройная девушка - целиком, а не по кусочкам!
   - Э-э...
   - Вас мало, пан принц? Ха, друг-Метеа, ну-ка задери подол!
   Принцесса смерила её взглядом.
   - Ну что смотришь? Не видишь - другу-Стхану нужно 'резервы' включить!
   - Так это проще можно сделать. Азер, у тебя хатака ещё осталась?!
   - Уйдите, вы, дурочки! - возмущался начальник человеков, отталкивая от себя суккубу, уже развинтившую флакончик: - И пошутить с вами нельзя!
   Нага весело прощёлкала что-то на своём языке. Принц ответил: 'Вот именно'. Кадомацу вздохнула и сказала:
   - Ладно, я пойду, пока, переоденусь! Без меня никакой аморалки не устраивайте! (вот тогда и сменила платье - после, а не до разговора! Её ещё провожали удивлёнными взглядами - откуда она амальское слово 'аморалка' узнала?)
   Переодевшись, дочь императора зашла на кухню. Там было холоднее, чем в атриуме, превращённом в гостиную, но у некоторых печей можно было согреться. Инвалиды под руководством присланного отцом повара уже вовсю готовили ужин. Девушка походила между столов и плит, отдавая кое-какие приказания - главное было, чтоб и инвалиды, и повара и техники присоединились к ним за праздничным столом, а то ведь ещё хватит скромности здесь поужинать. Ну и что скромничать - в кулинарии она понимала не хуже некоторых, и её советы и правда были только на пользу угощению.
  
   ...Разобравшись с делами и донельзя очаровав несчастных инвалидов, Мацуко вышла с кухни, и внезапно, лоб в лоб, столкнулась с Тардешем. Она подняла, защищаясь руку, но потом испугалась, что поранит его, отвела, и вышло так, что они на миг чуть ли не обнялись.
   - Госпожа ведьма?!
   - Извините, драгонарий-сама, я вас не заметила.
   - Ничего... Я вам ничего не ушиб, не отдавил?! - потом, после паузы: - А вам идёт это платье.
   Демонесса стыдливо опустила глаза долу, заметила выглянувшее в разрез бедро, первым побуждением было его прикрыть, потом сообразила - 'чего это я!' - и постаралась произвести противоположное действие.
   - Господин драгонарий, ну... прямо вы...
   - Да ничего... - потом, после опять паузы: - Вы не обиделись на меня за то, что я испортил всю затею Златы?!
   - Да... что вы! Я вам, наоборот, должна сказать спасибо, что не воспользовались положением!
   - 'Воспользовался положением'?!
   - Ну, драгонарий-сама, вы же видели, в каком Гюльдан состоянии! А она ещё суккуб, с рождения к этому привычная... Для меня такой коктейль из алкоголя и гормонов был явно передозом. Не знаю, ещё чуть-чуть, - и я бы поцелуем не ограничилась...
   Она прикусила губу и побледнела. Проговорилась! Но господин драгонарий пришел на помощь:
   - Да, разило от неё... хоть табличку ставь: 'Огнеопасно'! - кивнул призрак: - Вы...
   Они смотрели друг на друга и стояли близко-близко, так что она могла почувствовать его холод, а он - её жар. Метеа вздохнула - вздохнул и Тардеш, Тардеш выдохнул - так же, осторожно, выдохнула и Метеа... Её грудь буквально на длину ресницы не касалась его наградных лент, они ещё раз вместе вздохнули, потом драгонарий предложил:
   - Пойдём, выйдем, а то нас, наверное, уже потеряли...
  
   >Жестокая религия
  
   ...Эти проклятые короткие коридоры в домах призраков! Вроде только они сделали вместе первый шаг, только девушка собралась с духом разомкнуть губы - как занавеска, и они уже в атриуме, на глазах у гостей! Ну, в конце концов, может хозяйка праздника получить минутку для разговора наедине с самым дорогим гостем?!
   Они пошли дальней дорогой, минуя кружок суккубов и Сакагучи.
   - Драгонарий-сама...
   - Да?
   (Он слишком быстро ответил... не надо было так...)
   - Дра... Драгонарий-доно, а почему вы всё-таки не 'воспользовались положением'?!
   Она ощутила его взгляд:
   - Не знаю, госпожа ведьма... Мне показалось, что вам это будет неприятно. Хотя... Постойте, вы же закричали: 'нет'?!
   - Ничего я не кричала.
   - Как 'не кричала'? Вы сначала вставили ладошку, - он взял её за руку и бережно расправил пальцы: - между нами, а потом закричали что-то вроде 'нет!', 'не надо!' Я и подумал что что-то неладно...
   - Совсем не помню. Надо Злату спросить. Скажите, а вы сразу поняли, что это я, или только после этого крика?!
   - Не знаю. Это могла и Злата подстроить - она же телепатка! Хотя, конечно, мне приятно бы было б думать, что я сам догадался.
   - Конечно...
   - Что я точно заметил - это момент, когда вас подменили. Девушка стала на миг такой холодной и тяжелой, а потом - как-то изменилась, не знаю, симпатичнее, что ли стала. У меня не было опыта с суккубами, и поэтому подумал спервоначалу, что это так их легендарное обаяние действует...
   - Ну, опыт не проблема, если драгонарий-сама того пожелает, я попрошу девочек... без подвоха!
   Призрак странно посмотрел на неё:
   - Простите, не понял?!
   - Ну, девочки не откажут... если вам надо... ой, простите, драгонарий-сама! Я говорю глупости. Я и забыла, что к вопросам любви на вашей родине относятся строго.
   - Да, в самом деле. У нас... Простите, чуть не начал цитировать глупости, которыми меня пичкали в детстве...
   - А вы простите, что я веду себя порой как девчонка.
   - Да нет, простите меня, что... - они взглянули друг на друга, и Мацуко тихонько засмеялась:
   - Так и будем говорить друг другу 'простите'?!
   - Да, в самом деле... А я буду ещё говорить: 'да, в самом деле'... Извините, - он выпрямился и четко поклонился: - С Днём Рождения, Ваше Высочество. Желаю в этом году только побед.
   - Ну, погодите, куда вы! - она сжала его ускользающую руку в своей, и подхватила под локоть: - Давайте вместе дойдём хоть до Златы... - счастливая, она вела его и поглядывала. В глаза.
   ...Нага спорила со Стханом:
   - Младшие рудры разрушения - необыкновенно вежливая раса.
   - Ага, пан принц, так и представляется: разрушается мир, горят города, а они заходят в каждый дом и спрашивают: 'Извините, можно разрушить и сжечь вашу планету?! При всём уважении!'
   Подошедшую демонессу она встретила вопросом:
   - Друг-Метеа, скажи, у вас ещё много праздников будет?
   - Да почти всю оставшуюся луну. Один Новый год чего стоит! А потом каждый день до полнолуния. За Девятивратной Оградой так и праздновали - начиная с моего дня рождения, и кончая Старым Новым Годом.
   - Вы скучаете по ним, госпожа ведьма?
   - Не очень, - ответила она ему (и только ему!): - Этот день рождения намного шикарнее, чем все предыдущие, спасибо Злате.
   - Пожалуйста!
   - А с Новым Годом у меня просто связана куча плохих воспоминаний... Так что хорошо, что вы уговорили меня устроить этот день рождения.
   - А-а, - протянул драгонарий: - Плохие воспоминания - это ваше замужество?!
   Демоница долго соображала, что он имел в виду, потом вспомнила своего жениха и расхохоталась:
   - Нет, что вы! На меня в Новогоднюю Ночь было совершено покушение. Как раз перед вашим приездом, разве вы не знали?!
   ...К счастью, никто не заметил удивления и тревоги, промелькнувших на невидимом лице призрака...
  
   ..."Друг-командир, что сидишь в сторонке, что отпустил именинницу? Смотри, она тоже загрустила!"
   "Не знаю, Злата, не знаю, дорогуша..."
   "Спасибо за "дорогушу". Ну, чего ты, в самом деле?! Это - праздник, нечего его портить своим квёлым видом!"
   "А-а, отстань! Ничего. Ладно..."
   "Говорит "ничего" а сам выпрямляется и смотрит в другую сторону. Что ты пытаешься скрыть друг-драгонарий?! Ты забыл, что от меня не существует тайн? Смотри..."
   "Не надо, Злата, пожалуйста..."
   "Ладно. Тогда - будь вежливым гостем. Пойди, развесели "новорожденную"!"
  
   ...Мацуко сидела у края бассейна - и опять смотрела на воду. Как совсем недавно - после обмена телами. Воспоминания потом путались, но на этот раз это была другая, южная скамья. Что её вынудило опять усесться смотреть на воду? Она уже не помнила... Со спины подошел Тардеш:
   - ... - девушка-демон не расслышала фразу, а ответила в тон своей мысли:
   - Если долго смотреть на большое количество воды, это успокаивает... Может, всё дело в цвете? Или всё-таки в волнах?! У нас, моря не такие, гораздо плотнее... Нужен сильный ветер, чтобы разбудить волнение... И когда волны движутся, они почти не переливаются. В шторм получить такой волной удар - страшное дело. А здесь, на Била-сварге, моря - наоборот, лёгкие, волны частые, мелькают, не успокаивают, а вызывают головную боль... По-настоящему успокаивает только вода... - она повернула голову к призраку: - Может, быть, поэтому вы такие уравновешенные?! У вас ведь на Амале океаны из воды?!
   - Ну не только на Амале. У людей, у сиддхов - тоже водные моря...
   - Призраки, сиддхи, люди... Все очень разумные, уравновешенные расы, правившие вселенной... Может быть, всё дело именно в воде?!
   - Ну, мы-то Вселенную всю никогда не завоёвывали. Как и сиддхи тоже. Только делили пополам, и то не самую большую часть. Что вас навело на такие размышления?
   - Не знаю... Вода, наверное... Скажите, драгонарий-доно, вам приятно здесь?..
   Он почувствовал ниточку тепла в груди, и с видимым усилием погасил её:
   - Да, госпожа ведьма. Вы отличная хозяйка.
   Она посмотрела на воду:
   - Такое впечатление, что вы чем-то напуганы. Держитесь настороже.
   - Не от вас, - она быстро повернула голову, и адмирал с трудом подавил в голосе нотки симпатии:
   - Просто, понимаете, вы рассказали о покушении... Это рок какой-то...
   - Не волнуйтесь, - красавица коснулась его прозрачной руки, но он по-прежнему оставался холоден ко всем потокам нежности и теплоты, которые она посылала: - Это уже давно прошло.
   - Нет, вы не поняли. Это от меня зависит. Понимаете, - он спрятал левую руку, со шрамом, которого коснулась демонесса: - Это какой-то рок: когда я приезжаю на какую-нибудь планету, там умирает какая-нибудь женщина. Глупо, совпадения, да... я думал, что на вашей планете это закончилось. А вот как оказалось - нет. Или не совсем. Суеверие, это не подобает.
   - Не совсем и миновал. Умерла моя служанка, Рейко. Убийца ждал меня, но промахнулся. Знаете, - она сделала паузу: - А я впервые встречаю суеверного призрака. Что боится рока и предвестников. Необычно для воина.
   - А я и не должен был быть воином. Просто у нас без гребня на шлеме невозможно сделать карьеру. Я и начал помаленьку... Потом увлёкся...
   Они оба улыбнулись этой фразе: призрак - невидимо, а демонесса - явственно, с чувством, слегка подвинувшись к желанному:
   - Знаете... Давайте, я вам расскажу одну притчу! Однажды к Будде пришла убитая горем женщина, у которой умер ребёнок. Она просила воскресить ребёнка, и он... он сказал, что сможет, но только для этого нужна щепотка золы из дома, где никто не умирал. Она обошла всю деревню, с надеждой... но вернулась с пустыми руками...
   - Там не было новых домов?!
   - Нет, смысл в другом... - Кадомацу посмотрела на воду: - Смерть - закон этого мира, всё, что рождается - умирает, и в ней нет ничего страшного, наоборот - она справедлива. Каждую секунду умирают тысячи и рождаются миллионы... Те женщины, скорее всего, виновны только в том, что невовремя подошел их срок.
   - Страшная философия... Я понимаю, почему ваши планеты называют "Адом".
   - Не знаю... Но я, когда в детстве слышала эту притчу, представляла всё по-другому - что та женщина, не остановилась, она пошла дальше, по всем городам, по всем странам, другим планетам, - искать пепел из счастливого дома, который спас бы её сына... По крайней мере, я бы поступила так... - в этот момент Метеа почувствовала ответный импульс тепла и задохнулась на середине фразы - а слёзы бежали у неё уже давно.
   - Это называется "надежда". Хорошее чувство. На языке джиннов "надежда" звучит как "амаль". Кстати раз ваш настоящий цвет глаз - зелёный, то это цвет надежды.
   - Как много совпадений. Только на нашем языке "зелёный" и "голубой" цвета называются одним словом, но характеры совсем разные. Поэтому для моих глаз пришлось придумывать новое слово.
   - Цвет глаз влияет на характер, госпожа ведьма? Я думал это тоже суеверие, как "приносит несчастье мужчинам".
   - Нет-нет, правда. У нас это сразу видно, не скроешься. Чем дальше в Ад, тем трудней обманывать - у Высших демонов характер ещё сильнее отражается на внешности, а нам ещё повезло, только глаза! - она утёрла их рукавом:
   - Тейтоку-сама, мне будет очень приятно, если вы удостоите меня чести сесть рядом во время ужина.
   - С искренней радостью соглашусь, госпожа ведьма, - ответил он вычурно-вежливо на своём языке.
   Принцесса отпустила его и, отвернувшись ото всех, улыбнулась. Однако надеждам не суждено было сбыться....
  
   ...Неизвестно как, но повстанцы узнали о проводимом празднике, и то, что там собралась вся руководящая верхушка карателей. К счастью для них, руководитель местного подполья и собранные им остатки партизанских отрядов, не поставили в известность своё командование, решив провести операцию своими силами. Иначе бы... их идея могла бы закончиться более трагично.
  
   Это случилось перед самым ужином. Ещё сервировали столы в глубине атриума (каждой расе по отдельному, за исключением стола именинницы), когда дверь распахнулась, и в сопровождении десяти легионеров вошел призрак-курьер, с малым пучком веток, подтверждающих его полномочия:
   - Ахваль Мудареш Фуэреш, вестовой 7-го десантного легиона! Срочное сообщение для товарища драгонария!
   Его раскусили моментально - Томинара на той стороне бассейна и Злата на этой:
   - Седьмой легион? Да не шутите....
   - Он не может отправить вестовых, он на орбите.
   - Стоять!
   - Всё равно, это была глупая идея, - заметил самозванец, и, выхватив автоматический пистолет, крикнул, падая за колонну:
   - За свободу! Смерть карателям! Браа-а!
   Именинницу, которой в подарок досталась первая обойма, спасло только то, что на оружии не было дульной насадки, которую недавно выдумали, чтобы пулями пробивать кожу демонов. Но всё равно, это было больно!
   Эскорт 'курьера', быстро перемешавшись и перестреляв светящие им в спину светильник, рассыпался в тенях за колоннами, открыв огонь из автоматов. Одновременно раздался взрыв - крышу вывернуло в пролом, на фоне звёзд появились тёмные личности в чёрном - чтобы тотчас же вспыхнуть - как оказалось, они не учли, что на время дня рождения принцессы демонов, в доме будет атмосфера её родины, и раскалённый воздух Края Последнего Рассвета, взметнувшись над домом огромным, ясно видимым факелом, слизнул и испепелил непрошеных гостей, созданных из ненадёжных материалов.
   Следующий ход был за Златой - увидев, что стало со второй группой, она сорвала изоляцию с ближайших, самых невезучих из диверсантов. Призраки вспыхнули синим пламенем, четырёхрукие демоны - желтым и красным, красивенько так, цветасто, расцветив потемневший атриум. Остальные гости - военачальники, генералы, известные бойцы, оказались вооруженными, и открыли огонь по высветившимся в тенях врагам.
   Тардеш снял двоих из своего пистолета, потом увидел как над бассейном, отразившись огненным метеором в тёмных волнах, пролетела принцесса, сверкнув голыми бёдрами в своем модном платье, и сшибла с ног лже-вестового, одним ударом когтей оторвав ему пол-черепа. Ой, не надо злить эту девушку. Он задержал дыхание, уйдя в невидимость сквозь колонну - очередь амальского автомата раздробила камень в том месте, где он стоял. Однако. Досчитав двенадцать ударов сердца, сделал шаг в сторону и выдохнул - внезапно появившись перед уже замахнувшимся коротким ножом, одетого в термомаскирующий линторакс, повстанческим велитом. Он не успел снова набрать воздух, чувствуя, что попался, но вдруг, велит дернулся, и, вытягиваясь в судороге, развалился надвое - один из демонов-телохранителей принцессы встряхнул меч, сбрасывая капли крови со своего клинка. Драгонарий поблагодарил его взглядом и потянулся рукой ко вдетому в ухо радиофону...
   ...Метеа конкретно разозлилась на непрошеных гостей - завалились без приглашения, не дали посидеть с Тардешем, испортили праздник! Крылья её сами метнули через бассейн, и она даже не ожидала, что череп повстанца разлетится вдребезги от простого удара рукой. А потом, она оказалась среди колонн, и устроила с оставшимися игру в прятки - наносила удары кулаками или ногами, исчезала в тенях, выталкивала их под пули и стрелы нашедших в этом бою развлечение гостей. Незаметно как-то рядом с ней оказалась Злата, и две подружки, спина к спине, загоняли и первых диверсантов и подбежавшее следом подкрепление до седьмого пота.
   Кто-то из суккубов кинул ей меч, она взмахнула им, расчищая свободное место для себя и наги, и только встала в стойку, как ведь дом неожиданно потряс мощный взрыв.
   В пролом крыши посыпались снег, обломки черепицы и куски трупов, края пролома осветились бледно-зелёным пламенем двигателей корабля, а побежавшие к дверям мятежники, полетели наземь от очередей в спину. На том бой и закончился - неожиданными помощниками оказались телохранители Тардеша и его челнок, о котором все забыли:
   - Здравствуйте, генерал Явара. Извините, что задержались - они сломали корабельный вычислитель, и он запер нас в трюме. Пришлось сразиться с роботом. Товарищ драгонарий цел?!
   Зелёноглазая принцесса обернулась: да, с ним всё было в порядке. Никто из гостей даже не был ранен, и сейчас, не растеряв праздничного настроения, они вязали редких пленных, словно это было частью представления перед ужином...
   Осветив падающий в дыры снег, ещё раз прошел корабль, и кто-то грозным голосом сказал по-амальски в репродуктор:
   - Ну, Злата, если только узнаю, что так и было задумано!..
   Колдунья звонко рассмеялась - она-то узнала голос драгонария!..
  
  
***

  
  >Увидеть стены
  
  ...Больше, до самого штурма Коцита (в пятую луну), демонессе не удалось переговорить с Тардешем ни разу. Даже увидеть. Первый сон года у неё был страшный: она блуждала в тумане, похожем на 'Небесный Путь', совершенно одна, искала хоть кого-то знакомого, но не находила - только огромные тени далеко на горизонте: Сакагучи, суккубы, Хасан, ещё кто-то... Она их звала, и они вроде откликались, шли навстречу, уменьшаясь до обычного роста, но вдруг исчезали за пару шагов, и она бежала к ним навстречу сквозь туман - но никого не находила... Потом, совершенно неожиданно, из тумана вышла живая Ануш - целая и невредимая, очень счастливая, и невероятно красивая - она при жизни не была такой красивой! На ней не было оружия, и был наряд, соблазнительный для мужского взгляда. Она подошла к подруге, положила руки ей на плечи, (Мацуко запомнила, какая она непривычно высокая - суккубы не бывают такими высокими!), и, заставив слегка склонить к ней ухо, что-то прошептала одними губами... Кадомацу проснулась в холодном поту. Был первый день Нового Года на Коците, и рядом с ней лежала Гюльдан, и с испугом смотрела на хозяйку.
  - Что, в чём дело? - задыхаясь, и вырываясь из неожиданных объятий подруги, спросила она.
  - Ты звала меня во сне... - ответила та с изголовья.
  - Правда?!.. - скинув одеяло, она успокоилась: - Вполне может быть...
  - Страшный сон?!
  - Не знаю, - демонесса откинулась на ложе: - Я видела Ануш, и...
  - И она тебя звала?! - с тревогой спросила суккуб.
  - Нет... Просто пришла, и что-то сказала на ушко. Не помню... Ах, она была такая красивая во сне!
  - Разумеется. Инкубов только самые красивые рожают, - грациозная соблазнительница подняла одеяло и бережно укрыла ноги хозяйке. Звёздный свет подчеркнул красивые мускулы тонкой руки.
  - Да нет, я... Ты скучаешь по ней?!
  - Очень! Хотя из всех сестёр у меня любимая Азер. А Ануш... Понимаешь, мы с ней всегда были очень похожи...- Гюльдан, наверное, ещё очень долго продолжала, но её собеседница уже задремала, и где-то на полпути между явью и сном вдруг поняла - покойная подруга явилась к ней отнюдь не суккубом, а женщиной другой расы, только вот кем... кем... кем...
  А Гюльдан поцеловав её спящую в нос, посмотрела на часы и быстренько выскользнула из хозяйской постели. Кода Азер проверяла караул, она уже сидела правильная, одетая, вооруженная, и к спящей принцессе не приставала...
  
  ...Первую битву в этом году - в День Начала Дел, Метеа проиграла, в первый раз за всю кампанию. Было очень плохое настроение. Искала Тардеша для орбитальной поддержки, попала даже не на Бэлу - на какого-то совершенно незнакомого призрака, разговаривающего с непонятным акцентом. Наката - один из генералов Центрального Фронта, не пришел вовремя с подкреплениями, да и она сама была злая - послала мечников пешком вверх по почти неприступному, заледенелому склону. Повстанцы, не будь дураки, дождались, пока те донекуда больше вымотаются, и дружным огнём заставили их бежать, бросая оружие и доспехи. Дочь императора сумела реорганизовать бегство в планомерное отступление, но поле сражения она потеряла... Отступая, они встретили злосчастного Накату, и девушка, явно злорадствуя, отправила его в арьергард - искупить свою вину кровью. Или 'искупать в крови'... невелика разница для разъяренной женщины...
  На следующий день Мацукава с теми же войсками, с теми же солдатами, захватил эту несчастную высоту без единой капли крови... А Мацуко... Мацуко хотела хотя бы в своём позоре отчитаться перед Тардешем - но опять не сумела его найти...
  ...с недосыпа она присутствовала на советах только номинально - не подавая голос, никак не участвуя в обсуждениях. Генералы, привыкшие к её командирскому стилю, с легкими издёвками и провокациями, к настырности и любви влазить во все, даже самые мельчайшие подробности, побаивались такой новой начальницы и тоже сидели тише воды ниже травы. Как выяснилось - не зря. Перемучавшись так неделю, демонесса решила, что всё-таки переживает из-за ерунды, просто на дне рожденья было слишком много Тардеша, она растратила на встречи с ним всю свою удачу, и вот высшие силы компенсируют избыток радости. После этого она с удвоенной энергией и усердием взялась за своих перетрусивших генералов - и так накинулась на штаб...
  ...Но Тардеш...
  
  ...Всё равно было горько и обидно. Здесь, на заснеженном Коците, среди бескрайних равнин и хрустальных скал, под огромными звёздами, казалось, специально созданными для романтических свиданий, хотелось... Но, жизнь постоянно опускала принцессу на грешную землю... Тардеш ни разу, с момента как она приняла командование, не говорил с ней просто так, без повода - выходя на связь лишь тогда, когда возникала уж действительно большая необходимость. А она сама - стеснялась, и тоже лишний раз боялась его побеспокоить. И каким же счастьем для зелёноглазой демонессы были те дни, когда происходили собрания Генерального Штаба, на которых присутствовали все военачальники, а главное - и Он, и она!
  На совещаниях он держался подчёркнуто-холодно, но это ничего, он большой и сильный мужчина, ему и надо быть таким. Она так же старалась ему быть достойной парой - никого не перебивала, не придиралась к мелочам, это она успеет позже, на своём Собрании Штаба (это любимое ёе занятие у себя - обычно планируя операции, она знала задействованных там офицеров вплоть до уровня десятника - да что там, она даже знала, как и насколько тщательно в выбранных ею подразделениях следят за оружием и чем кормят солдат!), и многие подчинённые спасительницы драгонария генералы тоже полюбили сборы Верховной Ставки. Там с их энергичной начальницей хоть можно было нормально поговорить.
  Злата как-то проговорилась при Мацуко, что Тардешу очень нравится акцент женщин-демонов. Что же, дело нетрудное, не зря она тренировалась на колдунью, и умеет любое слово произносить с сотней разных интонаций! А уж расставить привычные по родной речи ударения в амальской фразе - нет ничего проще! И Метеа несколько месяцев старательно картавила, едва завидев адмирала. Хорошо, что никто из её подчинённых не был настолько силён в амальском, чтобы замечать наличие акцента! Потом, после дня рождения, она проговорилась, и Тардеш поднял её на смех. А Мацуко обиделась на Злату. Тоже мне, пошутила...
  Может, холодность Тардеша объяснялась тем, что он с самого начала был против её участия в кампании?! И когда она только нашлась, хотел отправить её домой, и после смерти Мамору... С одной стороны, это могла быть простая благодарность спасительнице, нежелание рисковать её жизнью, а может и непростая? Может быть, он так скрывал ответное чувство, которое мешало ему сконцентрироваться на деле, и та взаимность, которой хотела девушка-демон ему бы только мешала, вот он и пытался отправить её домой?! И желание держать её подальше от смертельной опасности - это и есть те чувства и любовь, которых она жаждет?! Ну, любой бы так же поступил со своею женой - хотя насчёт этого, глупая принцесса, кажется, слишком размечталась.
  Но кто бы, если не она, справился бы с такой армией? Мацукава?! - да его бы слушать не стали в штабе, плебей, наёмник, ронин... Томинара? - нет, несмотря на свои полководческие таланты, слишком молод, побеждает, да - но как игрок, а не как воин... Вот годик пройдёт, может и будет годен нести на себе ответственность, а не только правила игр. А она сама? - ведь залог её побед всё-таки в этих, только что раскритикованных в её мыслях, её генералах. Ну, уж нет, уже не только... Ведь даже дома, в шутливых сражениях, она проигрывала только отцу - и то, лишь до тех пор, пока не поняла, что против сильного врага на войне бьются 'нечестно' - все на одного, а не один на один.... А здесь только одно сражение, и эти три неудачных штурма - но самого Коцита....
  ...Тем более что тогда она опять встретилась с Тардешем...
  
  ...Была пятая луна года, несколько дней спустя после Дня мальчиков. Кадомацу хотела приурочить взятие крепости к самому празднику, но повстанцы вцепились в землю отчаянно, и только ценой миллионных потерь ей удалось подойти к предместьям в первой половине месяца...
  ...Принцесса недвижно возвышалась на Глупыше, и вечная заря местной весны светила ей в спину. Сапёры почти закончили свою работу - маленькие города-спутники и дачные посёлки мятежники с недавних пор сдавали без боя, (Томинара научил их бояться сельской застройки!), но, уходя, оставляли такое невообразимое количество мин и прочих ловушек, что разминирование требовало больше времени, чем десяток сражений. Обозлённая этими задержками Метеа, после праздников уже оставила в тылу нетронутыми несколько городов - всё равно никто оттуда носа не покажет...
  Мягко спрыгнув со 'связки', на своём белом, с синими разводами Небесном Коне подъехал Мацукава.
  - Госпожа...
  - Доброе утро, генерал. Что расскажете?
  - Слишком быстро идём. Резервы не поспевают.
  Она покачала головой:
  - Смешно. Мне всегда казалось, будто мы идём всё ещё медленно.
  - Авангарды несут большие потери и выдыхаются. Дороги перегружены. Часть маршевых полков подняли на крыло и пустили воздухом, но им нужны регулярные привалы в безопасных точках, и хотя бы пол-дня отдыха после такой гонки.
  - Как там ваши партизаны? Справились с ними?!
  - Да не партизаны это были. Остатки арьергарда. Немного помечтали, что могут нам помешать. Ни укреплений, ни укрытий - одни в тундре против летающих войск... Даже стыдно считать это победой. Вот южнее - в горах, будут у нас проблемы. Там дыр, как в сыре, заберётся кто - никогда не выкурим. Полезно заранее туда какой-нибудь полк, а то и дивизию законопатить...
   Кадомацу в первый раз посмотрела на генерала. Посмотрела с интересом:
  - Мне нравится ход ваших мыслей, господин генерал. Планы Коцита пришли?
  - Они должны быть у вас раньше меня.
  - Нет, ещё нет. Что-то драгонарий-доно не торопится, - и сглотнула комок. Видят боги, каких усилий ей стоило произнести эту видимо-равнодушную фразу равнодушным тоном!
  - Может, они сами будут брать крепость?!
  - Не-ет. Арифметика - им просто не хватит сил. А что говорит ваша разведка?
  - Сейчас созову, - и углубился в свой дальневизор.
  Метеа сняла шлем и, встряхнув головой, красиво рассыпала пламенеющие желтым огнём волосы по плечам. Наконец-то они отрасли. Правда, жалко, что придётся вскоре опять обрезать - на войне за ними следить некогда. Она машинально погладила сияющую копну - нет, прежде чем резать, она сделает из этого что-то, как можно более похожее на женскую причёску.
  Из-за спины раздался стук копыт, всхрап лошадей, и голос:
  - Госпожа ведьма, не двигайтесь, вы сейчас так приятно контрастируете с небом!..
  Тардеш! Девушка моментально обернулась, несмотря на просьбу, о, боги, если это обман...
  - А ваши глаза - с зарёю... - закончил драгонарий.
  Это действительно был он! Впервые она увидела его верхом, его Небесный Конь был толст и головаст, и всё время что-то жевал, но адмирал держался на нём уверенно, вопреки амальской поговорке, что 'моряк на коне - что пёс на заборе'. О, боги, что случилось, о Каннон, неужто ты услышала молитвы глупой принцессы?!
  - Вы же говорили, господин драгонарий, что видите мои глаза серыми! - улыбаясь, упрекнула она.
  - А кто вам сказал, что я вижу зарю - красной?! - и подъехал ближе. Глупыш, завидев то, вечножующее чудовище, на котором передвигался Тардеш, и то, что оно к нему приближается, попытался сохранить дистанцию, за что и получил от своей хозяйки.
  - А если честно - я постарался представить, как это выглядит вашими глазами, - добавил призрак шепотом.
  Кадомацу чуть не выронила шлем...
  
  ...Сакагучи негромко кашлянул - что странно, во время предыдущего разговора с Мацукавой он впервые никак не вмешивался - неужели научился вежливости?! Принцесса повернулась, чтобы сделать ему замечание - но тут заметила и Бэлу, и Кверкеша, и её Томинару, и... ой, сколько же их много!
  - Что случилось, драгонарий-доно?!
  - Вы подошли к Коциту, маршал Метеа. Думаю, это повод для совещания Штаба на поле боя.
  Она опять поискала глазами Томинару - вот уж кто точно не на своём месте! Он должен быть на левом фланге, вместе с Сидзукой:
  - Господин Синдзиру, как обстановка на Юге?!
  - Взяли мы эти горы. Там одна зелень была, мальчишки да девчонки - нас в жизни не видели. Как увидели - побежали с перепугу, бросив оружие. Я бы и раньше доложил, если бы не вызов господина драгонария.
  - Мы с генералом Мацукавой, решили, что там стоило бы оставить несколько подразделений в пещерах.
  - Ага. Сидзука как раз туда заколачивает. Ашигари. Подъехал Кверкеш:
  - Маршал Явара, эти дома можно занимать?
  - Сама не знаю, подождите... Эй, господин Ямасита, как ваша работа?!
  Из тени донёсся голос:
  - В тот и два соседних можете заезжать, Ваше Высочество. Только руками лишний раз ничего не трогайте! Остальную деревню мы закончим где-то, через час-полтора.
  - Спасибо, нам только один дом и нужен!
  - Намного лучше будет говорить под крышей, чем на открытом воздухе, - заметил чей-то незнакомый мужской голос.
  
  ...Над покрытым мраморной доской столом, отражаясь в золотых инкрустациях, задрожала, рисуясь, объёмная карта Коцита.
  - Наконец хоть какая-то карта, как надоело воевать вслепую! - кто это сказал, никто не заметил - все так думали.
  - Избаловались с нашим флотом?!
  - Господин Томинара, немедленно вызывайте господина Сидзуку, скажите - он нужен срочно!
  - Да, госпожа.
  - Арслан-ага здесь?!
  - Да, шайтан-ханум.
  - Напомните мне потом, что я хотела с вами поговорить.
  - Маршал Метеа, вы закончили?!
  - Я ещё только начала.
  - Но нам бы хотелось начать заседание.
  - Разумеется.
  - Что?!
  - Я слушаю.
  Все рассмеялись.
  - Хм... Итак, товарищи по партии и союзники, вот цель завершающей фазы военной кампании на этой планете. Крепость 'Коцит', или 'Ледяное Озеро'. По ширине занимает пространство между шестидесятой и семидесятой параллелями, по долготе - угол в 30R от радиуса планеты. В мирное время гарнизон в 75 миллионов, 10 миллионов орудий и прочих установок, минные поля, инженерные заграждения, два рва - с перегретой кислотой и радиоактивным таллием, газовая завеса, три ряда стен, стоит на нейтронно-уплотнённой плите, заякоренной к ядру планеты. Сохранит боеспособность даже в случае уничтожения оной.
  - Минутку, минуточку! Карта не соответствует местности!
  - Простите?
  - Посмотрите в окно! А мы здесь, проклятье, здесь даже эта деревня не указана, вот видите на карте высоту 203? А где она в окне?
  - Карта десятилетней давности. Никто не думал, что надо будет брать наш же Коцит.
  - А вот здесь, я помню, должен быть небольшой холм! Генерал Мацукава, прикажите своим проверить его, вдруг это замаскированный дот?!
  - Не надо, маршал, генерал, не торопитесь, там сейчас проходит разведка 7-го легиона, они лучше справятся.
  - 7-й легион? Тот самый?!
  - Ну что же. Как заметила маршал Явара, этой карте можно верить с большой натяжкой... Что же будем делать?!
  - У меня есть один выход. Генерал Мацукава?
  - Да.
  - Ваши разведчики готовы?
  - Сейчас, дорисовывают.
  - Что, "дорисовывают"?
  
  ...Огромный рулон бумаги развернулся по инкрустированному золотом мрамору стола прямо под сияющей голограммой. Все ахнули - на простой бумаге, простой тушью и иероглифами, руками и кистями была нарисована настолько подробная карта, что по точности не уступала голографической.
  - Вот. К сожалению, только запад, юг, и немного северо-запада. Восток и северо-восток пока недоступны.
  - И это хорошо. Что это за сетка?!
  - Каналы. Вблизи стен сливаются в мелкий третий ров.
  - Каналы?!
  - Было такое предложение усилить защиту Крепости. Сенат тогда не выделил средств. Очевидно, повстанцы его реализовали.
  - Будем тогда штурмовать Коцит на лодках, - невесело улыбнулась Мацуко.
  - Скорее всего, к узлам "сети" они уже давно пристрелялись. А то и по всему протяжению каналов.
  - Ну, я это догадалась... Что же ещё нас ждёт новенького, кроме третьего рва?..
  
  ...А сюрпризов оказалось предостаточно: внешние батареи, новые укрепления, совершенно неизвестные теперь минные поля...
  - Что здесь делает эта электростанция? А? Ну, отвечайте, строители!
  - Хм... Тоже не знаем... Не могут же они строить целую электростанцию только для поддержания тока в заграждениях?
  - Может, и могут. Заграждения-то ненамного короче экватора планеты.
  - Но не снаружи стен же!
  - От вас дождёшься ответа... Ладно, снесём её на подходе - не будем так по-дурацки подставляться. Меня вот что интересует - где радиус поражения крепостных орудий?!
  - Светомёты - до горизонта, энергетические разрядники и прочее - пока в зоне видимости. Обычные баллистические пушки и ракеты - до синего пунктира на карте. Запас ракет, кстати, израсходован, насколько помню.
  - Интересно. В таком случае мы в зоне поражения. Почему по нам до сих пор не пальнули?!
  - Во время восстания канониры-комендоры остались верны Республике, и их всех расстреляли, - все призраки как по сигналу встали, вытянулись по струнке и на секунду замерли в стойке "смирно": - Так что, теперь у них, за прицелами, младший расчёт - заряжающие, подаватели, замковые... Неизвестно, удалось ли павшим героям вывести из строя Централь Управления огнём, но скоро узнаем - и если нет - лучше сразу молитесь своим богам...
  - Не пугайте... Что можно сделать для защиты?! Я не могу располагать лагеря за синим пунктиром - это слишком далеко, полдня пешком, механизации у нас нет.
  - Мы окружим Коцит кольцом из антигравов. Они создадут поля переменной гравитации, и ни один баллистический боеприпас не попадёт в цель за его границами.
  - Отлично. Где?
  - Зависит от вас. Насколько близко вы сможете подойти к стенам.
  - Хорошо... Господин Томинара, какие у вас мысли насчёт предстоящего боя?
  - Зря мы влезли на эту планету.
  - Хм... Согласна. Дальше?
  - Это работа по вашей специальности - для неудовлетворённых девиц с манией самоубийства. (Все посмотрели на начальника штаба): - Тут понадобится не меньше месяца даже не на сапёрные работы, а на банальную расчистку дороги перед разминированием. А потом и разминирование, и инженерные работы - и всё это под огнём со стен! Скорее всего, придётся атаковать с воздуха, но, во-первых, там вероятно плотнейший сторожевой огонь. Странно, кстати, почему сектора противовоздушной обороны не указаны на чертежах? И что это за "газовая завеса"? Отрава? Изоляция от неё спасёт?
  - Скорее всего, нет. Амальцы - спецы по способностям отравлять другим жизнь.
  - Смешно. Надо будет проконсультироваться у госпожи Златы - может вопрос решается средствами магии. Но в целом - внешнюю стену взять нетрудно. Нужны будут все виды войск. Призраки - я имею в виду элитные когорты, уничтожат внешние электростанции, наши копейщики уничтожат полевые батареи, каналы заморозим, люди со своей артиллерией пробьют брешь, а лучше - несколько, туда по воздуху бросим меченосцев. А может и лучников - если позволит противовоздушная оборона. Ну, часть, как резерв пойдёт по земле, стена высокая, дальности даже наших луков не хватит на всю высоту. Минные поля можно разминировать ракшасами - пустим их в несколько волн и дело завершено. Тем более что на данном этапе они свою роль уже сыграли.
  - Не хотелось бы вас разочаровывать, но против такой глупой тактики придуманы системы дистанционного минирования. Один залп - и все ваши жертвы напрасны, минное поле восстановлено.
  - Ашигари обучены для такого случая, поверьте, они знают, как использовать такие мины. Спахов будем придерживать на случай встречи с окопавшимся противником, а свою кавалерию введём последний момент, по дорогам, как только передовые откроют ворота. Как только подавим сторожевые пушки - на челноках спустим в город легионеров и янычар, для завершающей фазы уличных боёв. Ну вот, пожалуй, и всё. Хотя, госпожа, думаю, вы уже имеете лучший вариант?!
  - Не смеши меня. Всё правильно, только ашигари жалко. Ведь всё здесь лягут - под ногами мины, а в лоб - огонь.
  - Ну, можно пустить вместо них сапёров - тот же эффект. Я не верю, что под обстрелом они успеют что-то там разминировать. К тому же, ашигари у нас несравненно больше.
  - Ладно... Да, ты прав - если плотность сторожевого и заградительного огня будет выше, то придётся ломать стену. Принц Стхан, как быстро вы сможете это сделать?
  - Постойте! - воскликнул Тардеш: - Этого нельзя!
  - Что?!
  - Приказ Сената: "Крепость "Ледяное Озеро", должна быть захвачена работоспособной и с минимумом повреждений оружия, механизмов, и прочего имущества". Извините, но это для нас закон...
  
  >Неверующий
  
  ...Кверкеш потом говорил драгонарию:
  - Ты что не понимаешь, что не все идиотские приказы надо выполнять? Это же чистой воды убийство!
  - Во-первых, почем на "ты", товарищ полустратиг?!
  - Ах, извините, товарищ по партии Второй Архидрагонарий Республики, я из простой десантуры и у нас как-то принято с друзьями общаться, не затягиваясь в форму!
  - Не дай бог тебя услышит Злата... Извини.
  - Это, кстати, она меня убедила, и да, пройдя половину кампании рука об руку, может, начнём говорить без формальностей, по-мужски?!
  - Опять ты всё об этом. Я эту Злату когда-нибудь завяжу узлом. Ты же отлично знаешь, что не в нашем положении сопротивляться решениям Сената...
  - Знаю, как не знать... Но... не понимаю! Это - несправедливо! Без артиллерийского подавления до стен дойдут считанные горстки. Это не какая-то там линия обороны - это Коцит! Лёгкую пехоту они всю здесь положат. Да даже ребёнку ясно, что надо сносить стены на два горизонта в обе стороны, и только потом рисковать солдатами!
  - Ты хочешь получить "действительного стратига"?! Хочешь, чтобы твои сыновья твоё имя заучивали в гимназиях и техникумах?! А мне надоело быть "белой вороною" дома! Да, пролив реки крови, но Коцит можно взять! Нельзя нам сейчас спорить с Сенатом. Иначе даже Корнолеш не поможет...
  - Девчонку твою жалко. Она ведь сумасшедшая, не удивлюсь, если не просто возглавит атаку, а поведёт смертников по минным полям. Надеюсь, ей опять повезёт...
  - Это война, товарищ стратиг...
  - Надо же всё-таки иметь сердце, а не только руки и голову.
  - У Сынов Амаля сердце - на третьем месте...
  - Жаль что я не товарищ Злата, чтобы как-то метко пошутить про 'третье место'. Ты слышал у демонов о 'карме'?
  - Это сиддхские верования.
  - Всё равно. Про то, что за всё хорошее и плохое наказывает сам мир - это ведь хорошо придумано. Я слушаю всех - и демонов, и сиддхов, и муллу у ракшасов, даже златиного ксёндза. Зайди как-нибудь. Очень способствует развитию совести.
  - Я атеист.
  - А я нет.
  - Поэтому и сидишь у меня в полустратигах, а не в тёплом месте в Метрополии, которое давно заслужил у Республики.
  - Не поэтому. А потому что знаю, что любая честная работа, а тем более - жертва, всегда вознаграждается, а любая подлость - наказывается и выходит боком подлецу. Ладно. Жду ваших дальнейших распоряжений, товарищ по партии Архидрагонарий!..
  
  ...А тогда была неожиданная пауза:
  - Это как? - наконец спросила принцесса демонов: - Значит, нам нельзя пользоваться артиллерией?
  - Можно, но не по Коциту. Повреждения крепости должны быть минимальны.
  - Нам нужно хотя бы три пролома на тысячу шагов! И этого нельзя?
  - Нет, это слишком. Минимизируйте.
  - Это смешно. Там 75 миллионов только солдат - это население целой страны! Да что страны - некоторые планеты имеют населения поменьше!
  - 75 миллионов - это гарнизон мирного времени. Минимальный. Нам неизвестно, сколько туда повстанцы ещё напихали. Плюс мирные жители, плюс беженцы.
  - Вот видите?! Драгонарий-сама вы слышали?! Мы, даже проломив стены, будем продираться по колено, если не по шею в нашей собственной крови, а через нетронутые укрепления?!
  - Значит надо дольше думать. Это категоричная директива - за нарушение расстрел стратига и децимация всего корпуса.
  - 'Дольше думать'... Ладно, дайте... где тут я видела чертежи стен?! Господа инженеры, подскажите, что можно разрушить правильно...
  В этот момент вползла Злата:
  - Здоровеньки бу!.. - на неё зашикали.
  - А чего творится-то?
  - Мы все думаем. Вместе с маршалом Явара.
  - О, Злата, привет. Скажи, что ты думаешь?!
  - Меня?! В ваше 'думанье'?! Да ни за что, оно вредно для чешуи! - Коцит надо взять, не ломая стен. Кстати, вариант с магией мы ещё не рассматривали...
  - И кто тебе подкинул эту идею, подружка? Друг-Тардеш? Друг-драгонарий, видать забыл, что он не в Академии! О, боже, сколько курсантов на выпускных он завалил этим вопросом!
  - Злата, и правда, помолчи. Что ты скажешь насчёт магии?!
  - В Республике умеют строить. Ближе, чем до этой высоты не навести 'связку', (она показала на голограмме). А через стену - только со сходом в воздухе. Над крышами.
  - Ну, это не проблема. Мы же всё-таки летающие. Главное чтобы сторожевой огонь был приемлем.
  - Но на сход же и второго мага треба. А они у меня нелетучие пока.
  - А изнутри поддерживать, как на Акбузате было?
  - Мы вам что, кони, что ли? На Акбузате был большой конклав, да и время подготовки неограниченное. Тут же вам внезапность нужна. А это значит ... нет, меньше минуты даже. Десятки секунд на открытие - и у нас минус два мага до конца боя.
  - За десять секунд должны успеть. Просто отработайте действие с нашими частями.
  - Есть ведь и подземный ход! Через резервуар метана. Вот здесь источник - до него будет нетрудно добраться. Правда, дыра, скорее всего узкая, и с кучей ловушек, но из резервуара выход на все колодцы!..
  - Неплохо, Злата! Генерал, простите Маршал Метеа, это вроде ещё территория противника?!
  - Теперь ненадолго. Господин Сидзука, изучите этот район и приступайте к операции. Можно прямо сейчас.
  - Слушаюсь, Ваше Высочество!
  - Господин Мацукава, отправьте с ним отряд ваших замечательных картографов. Пусть доразведают квадрат. Злата, так какой глубины можно протянуть 'связки'?
  - Если позволите достаточный запас высоты, то доведу до третьего ряда стен. Ну, это совсем высоко, вы там под ПВО попадете, и долго будете снижаться. Дальше никак. Можно ближе и ниже только. Всё равно очень сильный магический потенциал.
  - Опять этот 'пророк'?!
  - Да нет, я его уже не замечаю с Нэркес... просто много магов. А у меня - нехватка личного состава! Львиная доля моих колдунов торчит на поддержании связок и порталов меж захваченными планетами! Я и пришла просить друга-драгонария закрыть некоторые из них и снять нагрузку и лишние дежурства. Резервов у моей когорты скоро не останется!
  - Наверное, ты права. К тому же уже с Газы переброшены рейсовые транспорты для планетарного сообщения. Да, я согласен - завершаем передислокацию резервов на Коцит, и после расконсервации транспортной сети, сворачиваем гиперпростанственные тоннели. И в самом деле, хватит на магах ездить...
  
   >Снял ответственность
  
   ...Ветер, разогнавшись на голой равнине, ударил в лицо пылью стен Коцита. Плащ сорвало, крылья развернуло, как парус, и Глупыш торопливо попятился, чтобы не потерять свою наездницу. Нет, говорить под такую ветрину было невозможно.
   Кадомацу движением головы подала сигнал своим спутникам, что можно идти в укрытие. Её не поняли - из-за неубранных крыльев. С досадой обернувшись, принцесса сложила их до боли в плечах, и с силою махнула рукой: 'Пошли отсюда!'
   Подъехал Сакагучи, подал плащ - ни снежинки, он что его, на лету поймал, что ли? Ладно. За домами пригорода стало возможно говорить:
   - Ну что?! Какие у кого идеи?!
   - На карте выглядело гораздо лучше.
   - Это же карта... Проклятые каналы! Почему, кстати, они не замерзают?!
   - Там жидкий кислород вместо метана. Эта электростанция специально построена, чтобы его сжижать.
   - Только этой радости не хватало на нашу голову! Пол-жизни бы отдала за пару ниндзя! - она с досадой хлопнула по стене - брёвна зашипели и задымились: - А эту электростанцию взорвать бы неплохо - сколько минных полей бы она расчистила!
   - У нас есть зажигательные снаряды - загнать такой в ров, взрыв будет пострашнее атомного.
   - Правда? Хорошо бы. Правда, думаю, они этот вариант просчитали, так что заставьте инженеров продумать насчёт возможных ловушек. Главный удар будет здесь, принц, подготовьте мне схему артиллерийской подготовки.
   - Без проблем, заодно присмотрю за вами, Метеа-сан. Вы ведь тут будете командовать?
   - Да. Генерал Мацукава, возглавьте наступление на юге, левый фланг. Постарайтесь замкнуть окружение.
   - Да, госпожа. Слушаюсь.
   - Господин Томинара, возьмите правый фланг, с северо-запада. Постарайтесь с наименьшими потерями максимально близко дойти до стен. Ваше направление будет вторым по важности. Если моя атака захлебнётся, вернее, как только моя атака захлебнётся - сразу же ударите, без передышки.
   - Да, я постараюсь.
   - А Сидзуке я уже отдала приказ - он пойдёт по 'водостоку', если нам повезёт - то поддержит изнутри. Как он там, кстати, на связь не выходил?!
   - Долбят мерзлоту. Неглубоко ещё углубились.
   - Вам надо помочь. Давайте я пошлю туда своих инженеров! Коцит же строили не призраки, а человеческие руки - значит, и ломать должны они же!
   - Спасибо. Сами-то вы как расположитесь?
   - Ну, лучников пошлю на левый фланг - пусть Мацукава-сан распоряжается, здесь, я думаю, пехоты не будет - они не идиоты и предоставят нам эксклюзивное право грызть стену своими зубами. Светомётчиков, тяжелую артиллерию - вам, в прорыве нужнее будут, а сам с колесницами пойду на веселье к Синдзиру - ему же окружать такую громадину, нужны быстроходные войска.
   - Про светомётчиков-то ваших я и забыла! Может...
   - Вряд ли. Чтобы вскрыть внешнюю стену, потребуется стационарный, а не ручной излучатель. С парой-тройкой таких электростанций на питании. Наши, ранцевые, его только слегка поцарапают.
   - Досадно. Что ещё можно со стенами сделать?
   - Янтры послать... - улыбнулся человек демону.
   (Они уже обсуждали этот вопрос - послать тяжеленную янтру с десантом легионеров, спрятавшихся 'в структуру' - на задержке дыхания, и пустить так напролом - но это была не менее верная дорога в один конец, чем предстоящий марш ракшасов по минному полю)
   - Нет, я серьёзно.
   - И я серьёзно. Сначала стоит попытаться. Минное поле, по крайней мере, янтры разминируют без потерь. А если ещё им и электронику вырубить глушилкой...
   - (тяжелый вздох) Ладно. Как ты думаешь, господин драгонарий уже добрался до корабля?
   - Проверь. За лишний вызов ведь никто не поругает...
  
   ...Тардеша вызов застал аккурат в момент появления в рубке 'Шайтана'. Он про себя довольно улыбнулся - надо же, как совпало! - и занял своё кресло.
   - Здравствуйте снова, стратиг Метеа. Как прошла разведка на местности? Как вам место командующего стратига?!
   Кадомацу неловко улыбнулась...
  
   ...Это была идея драгонария - как заседание достигло кульминационной точки, и говорили уже все одновременно, он вдруг попросил тишины и слова:
   - Так, все тише, пожалуйста! Прежде, чем мы продолжим, хочу поставить на повестку дня один вопрос: Кто будет командовать наземной операцией? Кто из вас будет самым главным?!
   (пауза)
   - А вы?!
   - Флот не заявлен как узловое стратегическое соединение, поэтому ему отводится лишь вспомогательная тактическая роль. Офицер вспомогательной тактической единицы не может брать на себя верховное командование (он немного покривил душой, Второй Архидрагонарий Республики, но это было по букве закона, поэтому за трусость не считалось). К тому же - здесь есть гораздо более опытные офицеры на роль Командующего Стратига, чем я.
   - Но... как же... Кого?!
   - Вот, давайте и решим!
   - Как решим?
   - Обоюдным согласием. Или голосованием. Вот вы маршал, кого бы хотели видеть на посту командующего стратига?
   - Я?!.. Не знаю... А вы?!
   - Ну, вас.
   - Меня?! Почему?!
   - Вы командуете самым крупным боевым подразделением в составе Экспедиционного флота, у вас наиболее опытные войска, да и, в конце концов, это же вы довели армию до Коцита. Ну, что, согласны?!
   - Ой, что вы... - девушка-демон сделала шаг назад и нерешительно оглянулась, всюду встречая направленные на неё взгляды: - Я... я боюсь, что окажусь недостойна высокой чести...
   - Ну, хорошо. Кого же тогда предложите на это место?!
   - Не знаю... Вас, господин драгонарий.
   - Нет, так нельзя, я только что сказал, что не могу командовать этой операцией. Ну, смелее! Поступило предложение: сделать маршала Метеа командующим стратигом предстоящего штурма. У кого есть встречные предложения?
   - А себя можно выдвинуть?!!
   - Разумеется. Новое предложение: сделать принца Стхана Гандаберунду командующим стратигом. Есть ещё кандидатуры? Нет?! Кверкеш?! Ладно, будем считать за самоотвод. Все, кто за маршала Метеа, прошу за правую сторону стола, все, кто за принца Стхана - за левую.
  
   ...Все разошлись, одна только Мацуко осталась стоять неприкаянная.
   - А ты чего осталась? - зашипели на неё.
   - Не знаю, что делать.
   - Правильно, нельзя за себя голосовать, - похвалила Злата.
   - А почему тогда он? - она ткнула пальцем в Стхана, который в наглую стоял слева от стола.
   - А это не он, - отводя золотые глазки, промурлыкала нага: - Это его самомнение, принявшее человеческий облик.
   - Тогда я тоже к нему!
   - Ну что, результат - при двух голосах за принца Стхана, абсолютное большинство проголосовало за маршала Метеа. Поздравляю, Командующий Стратиг.
   Стхан ткнул металлическим локтём в бок и подмигнул демонице сквозь прозрачное забрало шлема:
   - Ничего, будет и на нашей улице праздник. Ничего не поделаешь - сильная попалась соперница. Она, наверное, всех их чем-то подкупила!..
   - Чем подкупила? - не поняла шутки девушка.
   - Самыми красивыми глазами, самыми длинными ресницами.... - дальше у красавицы начали гореть щёки, уши, да и всё лицо что-то покраснело...
  
   ...А потом, когда уже все расходились, Тардеш подошел к Мацуко: она долго смотрела ему прямо в глаза, ожидая слов, а он всё медлил, не решаясь отвести глаз, чтобы сказать:
   - Знаете... госпожа ведьма. Не позволяйте себя называть 'маршалом Яварой', по фамилии, особенно нашим. Это грубость в ваш адрес, а не комплимент. У вас есть третье имя, и... все наши граждане и солдаты нашими законами обязаны к вам обращаться, используя его. Иначе это является неуважением и к вам и ко мне, как подарившему вам его.... Берегите подарок... И ушел к челноку...
  
   ...А вот сейчас:
   - Спасибо за доверие, - ответила она: - Но чем ближе решительный час, тем больше я боюсь.
   - Скорее 'волнуетесь'. Не представляю, чего можете вы испугаться.
   Демоны потрясающе красиво краснеют! Вот и сейчас, услышав комплимент, принцесса моментально стала столь насыщенно-алой, что драгонарий даже испугался - не плохо ли с ней?
   - Да всего на свете! - стесняясь, рассказала она: - Ночных туманов, теней... одиночества... - добавила одними губами, с лёгкой надеждой: заметит?!
   - Быть не может, - с легким смешком ответил Тардеш. Честно, уж кого-кого, а эту девчонку трусихой не назовёшь. Как это он писал в своих рапортах: '...бой был выигран благодаря личному вмешательству туземного командного состава...' - и не один раз! Вот он, 'туземный командный состав', перед ним - краснеет от комплиментов, греет дыханием замерзшие на морозе красивые пальцы, стреляет серыми молниями из-под длинных ресниц... Да на Амале такой послужной список - прямая дорога в сенаторы, правда то, что она женщина... Ну что же - не даром дочь императора, наверное, потомственный военный род, продукт тысячелетних процессов селекции и естественного отбора варварских войн. Вот ради таких вот сероглазых чудес и существует аристократия на отсталых планетах - недостаток полноценных военных теорий и всеобщего образования восполняют генетикой. А эта её ликвидация Тыгрынкээва! Сенат неделю заседал - только ордена для неё выбирал! Нет, она... она сильная и очень умная... И красивая. Интересно, вроде как огорчилась, почему бы это?
   - Драгонарий-доно, мы начнём через два дня, неприятно похолодев, произнесла она: - Вас эти сроки устраивают?!
   - Делайте, как знаете. Не мне теперь вас торопить, - равнодушно ответил он. И кто бы ответил ему, почему она, обычно такая тёплая и яркая, как огонёк, постоянно закукливается в эту ледяную гордость?!..
  
   >Бессонница
  
   ...-А-а, шайтан! - выругался Коичи Сидзука, выбираясь из узкого лаза. Обычно серьёзный и немногословный, он сыпал ракшасскими и столичными ругательствами, как последний каторжник.
   - В чём дело? - с невинным видом поинтересовалась Злата, с сочувствием глядя на него.
   Генерал не ответил, а, отвернувшись, засунул руку в подземный ход, и помог вылезти следовавшему за ним инженеру.
   - ...........(это всё нецензурные слова), кто тебе сказал, что там будут колодцы?!!!
   - Да никто. Я в голове у одного из ихних офицеров прочитала - он боялся нападения из колодцев.
   - Нет там никаких колодцев. Только пучки верёвок сверху свисают - и всё!
   - Каппилярная система, - подал голос из глубин своего доспеха человек-инженер, стороживший шахтное оборудование: - Вода в колодцы подаётся не насосом, а идёт по каппилярам - никакой энергии, да и для каппиляра нужна вот такая дырочка, а для трубы с насосом - вот такая прореха!
   - Каппиляры, это...
   - Те самые пучки верёвок, о которых вы рассказывали. Над ними - колодцы.
   - А пробить их как-нибудь можно?
   - Можно обрезать каппиляры, а пробить - нет. Нейтринно-уплотнённая плита. Её ничто не берёт. Её такую целиком отливали! Нет, не выйдет...
   - А что делать?!
   - Ну, можно отвести источник. Залить туда вместо во... вернее, метана, какую-нибудь гадость. Но это месяц взрывных работ...
  
   ...Кадомацу с Мацукавой шли в ногу по длинным коридорам очередной шикарной виллы:
   - Где вы сами будете, госпожа?
   - Отправлю ашигари, а потом возглавлю вторую волну.
   - Вторую волну?
   - Ну да, первая с ашигари, связь со мной - через Ояму из Осаки, или Сакагучи.
   - Госпожа, извините, но это - самоубийство.
   - Нет, я же не всю дорогу их поведу. Только до первого рубежа наступления. А дальше - с копейщиками.
   - Зачем так рисковать, Ваше Высочество?! Ракшасы отлично справятся и задачей и без вашего присутствия.
   - Послушайте, им завтра может всем предстоит умереть. Так неужто они не достойны хотя бы воодушевления?!..
  
   ...Сакагучи поговорил с принцессой уже ближе к вечеру:
   - Мы следуем за вами. Это не обсуждается.
   - Послушай, не гробь меня! С вами восьмерыми...
   - ...одиннадцатью...
   - Ладно, пусть одиннадцатью, вы же меня размаскируете. Ну, кто я без вас - маленький всадник, может даже ракшас, а с вами-то, сразу во мне генерала опознают и уж снарядов не пожалеют! Не обижайся, пожалуйста, но вы уж очень заметны. Среди ашигари вас не спрячешь, да и летаете плохо - вы только помешаете мне при штурме. Вот если мы внутрь ворвёмся - вот тогда, пожалуйста, тогда мне без вас не обойтись...
   - Я понял, госпожа. Извините, - и, посмотрев на Азер, сказал той:
   - Следите за ней, обезьянки, не давайте ей делать глупости...
  
   ...Ночь Кадомацу не спала - мысли, шум огроменной армии на улице... Так, забывалась на секунды, а потом в испуге открывала глаза... Под конец ей пришлось расслабиться по способу Сэнсея, медитацией - четверть часа, и она поднялась свежая и полная сил. Раннее утро, поздний вечер, полдень? - здесь не поймёшь, весь месяц - только рассвет... Сегодня она одевает всё самое новое и чисто-белое...
  
   ...Тардеш тоже не спал в эту ночь - после сигнала отбоя долго ходил взад-вперёд по тёмной каюте, пугая рыбок, ложился, опять вставал - думал. Потом включил ночник и вычислитель, считал на бумаге и на машине, пытался лечь, успокоиться, в конце концов, заснул, но так и не выспался к побудке - зарядку смог сделать только после двух-трёх чашек крепчайшего чая...
  
   ...Мацукава тоже провёл эту ночь "на чае" - только ему вообще некогда было спать. У него был самый большой участок, и он должен был наступать ещё до утра. В самое паршивое время, в Час Быка, его передовые части лёгкой кавалерии взяли ближайшие укрепления противника и начали замыкать кольцо вокруг Коцита...
  
   ...На Сидзуку в эту ночь был авианалёт. Ничего интересного...
  
   ...Злата на ночь поднялась на свой корабль, "Отражение", и провела тщательную процедуру восстановления энергии, заодно понежившись в тёплом бассейне. Благо, нагам сон чаще, чем раз в месяц, не требуется...
  
   ...Азер провела ночь в воздержании, заставив и сестёр не принимать на сегодня мужиков. Суккубам дали выспаться - хатамото, подначальные Сакагучи в бой не шли, и они освободили соблазнительниц, заменив их на ночном дежурстве. Наутро Азер лишний раз пробрила голову по бокам ирокеза, и настояла, чтобы Афсане и Гюльдан как следует заплели косы...
  
   ...Сакагучи в эту ночь дежурил у дверей принцессы. При всём оружии. Никто не мог бы сказать по его лицу, о чём он думает, но оранжевая половина слегка дрогнула, когда Уэмацу прошептал:
   - Досадно, что мы всю тут всю битву просидим, в тылу! Как будто, в самом деле, ни на что не годны! Хоть бы ниндзя какой завалящийся прибежал - хоть бы доказали что не зря служим!
   - Ты имеешь в виду, что ради личной славы, ради доказательства твоего рвения, желал бы покушения на нашу госпожу?!
   - Нет, что ты! Я...
   - А я бы не хотел даже думать об этом. Плохая мысль - она зовёт неприятности... Завтра будет тяжелый день... И, тише! - она и без нашего шепота всё никак заснуть не может...
  
  ...Кверкеш тоже был в числе тех, кому не довелось в эту ночь насладиться сном. Тринадцать легионов, сотни распоряжений, сколько народу надо перебудить - за это никто спасибо не скажет, не подумает, что ты тоже не спал... На это у него был свой способ - много кофе и злости, хотя, может, и зря он накричал на этих трибунов...
  
  ...Принц Стхан провёл эту ночь согласно шастрам - отослал от себя женщину, лёг рано, проснулся в благоприятные часы, принял омовение, совершил очистительные ритуалы, и, помолившись перед алтарём Божества, со звуком чистой мантры, надел на себя доспехи и взял верный лук - сегодня будет великая битва! Активировав усилием мысли интерфейс, проверил системы защиты, он вызвал в шлем питательную трубочку, и отпил буквально капельку Божественной Сомы. Ожидания предстоящего боя оранжевым огнём растеклись по жилам - "Поэты будут сражаться, чтобы сложить о нас песни!"...
  
  ...А Синдзиру Синобу Томинара был единственным, кто в полной мере насладился сном этой ночи. Даже его хатамото удивлялись подобной беспечности. Встав, юный полководец, надел нижнее чёрное кимоно с родовым гербом, поверх - тёплое тёмно-красное с золотыми драконами, на него - матовый чёрный доспех с сочленениями, инкрустированными серебряными звёздами, чайного цвета шлем 'Кабанья голова' с рогами. Перед этим уложил волосы в причёску, тщательней, чем обычно выбелил лицо и начернил зубы...
  Войска встретили своего любимца боевым кличем и восторженными криками. Под шлемами трудно было разглядеть лица, но взметнувшееся на фоне зари в приветственном салюте оружие было куда красноречивее.
  - Воины! Самураи! - начал он, и его всё ещё мальчишеский голос грубел и креп с каждым словом: - Мы подошли к стенам одного из чудес Вселенной - цитадели Коцит! Вы знаете, что я вам никогда не врал, не обманывал, даже если это шло во вред делу! Так вот, знайте - это самая неприступная крепость на свете - никто из нас не должен был даже дойти до неё, не то, что взять! Я не буду вселять в ваши сердца надежду на победу - никто из нас в неё не верит... Но вы - вы, солдаты великой Империи, можете вселить её в нас! Покажите, как сражаются Демоны Последнего Рассвета, докажите, нам вашим полководцам, что вы стоите большего, не прошлой, но и будущей, вечной славы - и тогда, вопреки судьбе, вопреки всем пророчествам, мы победим!
  Сила единодушного крика была такова, что посыпался снег с наклонных крыш. Томинара повернулся с конём, и сказал своим подчинённым, чуть хрипя натруженным голосом:
  - Выстраивайте к наступлению...
  
  
   ...Кверкеш с тяжелым лицом, тяжелым шагом, прошел мимо выстроившихся во фрунт тринадцати легионов. Остановился. Едят глазами. Что ж... Пора!
   - Ну что, тыловые крысы, последние из трусов! - джаханальский усилитель эхом разносил голос по огромному ангару: - Настал и наш черёд, показать, на что способны Сыны Амаля! Хватит прятаться за спинами союзников, пора, наконец, и нам сделать шаг из строя и показать истинную мощь Республики! Или вы что думали, здесь зимний курорт?!! Да неужели вам не стыдно, что девка - девка! - одна убила за год больше врагов, чем некоторые наши легионы?! Восстанем же во весь рост, покажем нашу силу, пусть содрогнуться в страхе узревшие нас! Легионеры мы или нет?! В конце концов, это крепость Республики Амаль, никто кроме нас, не сможет её взять! Тяжелым шагом пройдём в бой и, гневом Партии и Сената, стопчем мятежников пятой Республики! Бра-а-а!
   Легионеры нестройно отозвались на боевой клич. Это ничего, отойдут после речи, ещё сильней заведутся. Кверкеш прокашлялся и спросил другим голосом:
   - Партийные есть среди вас?
   Шагнуло примерно две трети.
   - Партийные - в центр, к генералу Явара. Беспартийные - на правый флаг, к Томинаре. Боевые протоколы шифрования загружены у всех? Ну... Именем Республики и Сената! Смирно! На погрузку - шагом марш!..
   Он повернулся кругом, хлопнув плащом. Сотни ног, в подкованных сапогах синхронно грохнули строевым шагом. Обогнавшие свои центурии центурионы заняли посты между десантными кораблями, жестами направляя стройные колонны по разным машинам. Пилоты проверяли рули и дюзы двигателей, последние заправщики оттащили шланги буквально перед носом субстратига.
  
   ...Драгонарий взошел на мостик 'Шайтана', когда Бэла уже сменялся. На лице стажера были явные признаки бессонной ночи.
   - Как вахта?
   - Торчал здесь обе ночных, ментор. Вы сейчас куда?
   - Сигнал по флоту. Общая побудка, готовимся к перестроению.
   Воспитуемый мгновенно занял кресло старшего по вахте.
   - Есть, ментор!
   - Дальняя ракетная бомбардировка, цель - системы ПВО Коцита, заряд - средства электронного подавления. Ракетному дивизиону покинуть построение и выдвинуться для атаки. По выходу на дистанцию эффективного поражения, объявить боевую тревогу. Флагман на 'Неспящем', подготовить мой челнок.
   - Есть, есть... Есть! Есть! - отвечали ему по мере передачи и исполнения приказов: - К выполнению боевой задачи готовы! Ждём приказов, товарищ драгонарий!
   - Триерарху 'Шайтана' Бэле Гавролешу - отоспаться. Всё... Да - связь с планетой!..
  
  >Все слова перед боем
  
  ...Мацуко накрутила на голову приличную чалму из белого шарфа. Крылья покрепче прижала и укрыла под плащом, и повертелась перед зеркалом. Издалека, да на лошади она вполне сойдёт за ракшасского эмира, может только немного горбатого. Стоя на дне пустого бассейна, она проверила, как распахиваются крылья - нет, все-таки, если прижмёт, плащ придётся сбросить, да и 'чалму' тоже - перевешивает. Жалко. Плащ был хороший. Азер настаивала, чтобы она надела шлем, но у неё все шлемы были с гребнями, не подходили по форме. Ладно. Авось пронесёт...
  Снаружи принцессу встретил Ояма из Осаки, и безмолвно пошел следом. Суккубы шли, оглядываясь, пружинистым шагом - старшая сестра Ануш бросила, что все великие дела могут сорваться из-за какой-нибудь глупости. Правда, что она считала 'глупостью' она не уточняла.
  Прямо на центральной улице посёлка выстраивались войска - за околицей грохотали тяжелые колесницы, выходя на позиции, в небесах пролетали целые отряды, загораживая наполовину пригасшие звёзды.
  Метеа обернулась к спутнику:
  - Все готовы?
  - Построение в основном закончено, остались сущие мелочи. В основном - центр, тут была небольшая путаница. Томинара нас обогнал, они уже готовы к наступлению.
  - Хорошо. Возьми дальнеговорник.
  Они оба извлекли и включили свои аппараты.
  - Принц Стхан! Как ваша готовность?!
  - Великолепно! Дайте нам ещё полчаса грязь помесить, и мы им покажем!
  - Не торопитесь, будьте внимательны. Выступаем через 10 минут после утреннего намаза ракшасов.
  - Понял. Рискнём взорвать кислород?!
  - Да. Потом постарайтесь, чтобы ваша авиация не очень-то отрывалась от наши летунов - кто знает, что они ещё приготовили...
  - Понял. Всё?!
  - Пока - да. Господин Ояма, как вы думаете, с этого рубежа атаки копейщики сумеют сохранить скорость до Коцита?
  - Вряд ли, Главнокомандующая.
  - Значит, надо поднимать змеев.
  - Опасно...
  - Перестраховщик. Знаешь, соберите-ка их побольше - противник вечно их принимает за что-то не то. Может, поможет?!..
  
  ...Ракшасы ещё били поклоны, когда Кадомацу дошла до лагерей первой линии. Пока мулла, завывающим голосом повторял имена Аллаха, прошептала последние указания:
  - Не вздумайте наступать без моего приказа. Нам нужна хотя бы половина поля, чтобы просто остаться в живых. Ждите! Сама вернусь!
  - Понял
  - Если меня убьют - командование переходит к Мацукаве. Если и его убьют - к Томинаре. Ладно, свободен, - и зевнула, прикрывая рот ладошкой...
  Мулла окончил и представил башибузуками девушку-генерала. Она внезапно неприятно ощутила, как они её буквально едят глазами. 'Интересно, где сейчас дивизия Азиз-паши?! Ах да, вот же он. О, небеса, до чего же неловко!.. И я должна их уговаривать пойти на самоубийство!?! Судьба, как ты ещё надо мной не издевалась?!'
  
  - Солдаты! - начала она и запнулась. К каким силам взывать ей, глупой девчонке, лишь волей случая ставшей во главе армии?! Брат и отец воззвали бы к преданности, Томинара - к мужеству, а Сидзука, знающий их обычаи - к Аллаху... А она? Кто она такая в их глазах, на какие чувства имеет право? Заслужила ли она это право так грубо распоряжаться их жизнями? Или нет?
  - Наверное, все вы знаете мою историю. Да, я сбежала из-под венца, пряталась под маской башибузука, спасла Тардеш-пашу, командовала полком, а теперь командую всей армией. Многие, может, слышали обо мне, как он Яване - о ракшасе-башибузуке, дослужившемся из рядовых в десятники, до старшего десятника, заместителя командира. Может, кто сражался со мной в той Резне-на-Холмах?! Здесь, - девушка прикоснулась к груди: - Я до сих пор ношу шрам, полученный в той битве... - гул прокатился по шеренгам - видать, об этом слышали, и теперь делились слухами.
  - Многие, - ей пришлось возвысить голос, он зазвенел и стал увереннее: - слышали обо мне как о Метеа-эмир-ханум, которая заставила уважать башибузуков, только с их помощью уничтожив вражескую засаду на Акбузате. (ну о помощи горстки призраков было говорить не время)... А ещё, - она постаралась говорить мягче не с мужскими, а с женскими интонациями: - Я слышала, что меня среди вас называют Щедрой ханум-пашой, ибо ни при каком другом полководце башибузуки не забирали столько трофеев...
  - Воистину! - неожиданно рявкнули первые ряды. Это было столь внезапно, что Глупыш, только что приведённый, выдернул поводья из рук конюха и испуганно заржал. Дочь императора подождала, пока улягутся волнения:
  - Сегодня я пришла к вам для того чтобы потребовать самую тяжкую дань - все ваши жизни!.. Но... я не могу просить этого ради преданности - потому что сама нарушала дочерний долг пред отцом. Не могу просить ради мужества - потому что я женщина, и это будет нечестно. Не могу просить этого именем богов, именем Аллаха - потому что сама неверная и мне стыдно просить сделать это за золото... Но без вас, без вашей жертвы, мы не сможем взять Коцит - не сможем закончить войну, не сможем вернуться домой. Да, мы обещали по золотой монете каждому, чей полк дойдёт сегодня до середины поля - но это не важно. Я обещаю, что плату получат и живые, и родственники мёртвых, но прошу вас - сделайте это не ради денег, а ради скорейшего возвращения домой - обещаю, сегодня будет самый тяжелый бой этой войны, дальше станет намного легче... Помогите мне закончить войну! - это пронеслось над рядами, и дочь императора долго думала, подняла она, или понизила боевой дух? Исподволь, как на море под лёгким бризом началось шевеление, шепот, всё нарастающий и складывающийся в крики: 'Ханум-паша! Аллах Акбар!'.
  Сгибаясь в поясном поклоне, подбежал мулла и сказал:
  - Как говорит наша вера - всё в руках у Аллаха. Он давно распорядился, кому и как умирать, и не прекрасноликой Ханум-паше сожалеть об этом. Мы покорны воле Всемилостивейшего, а он вручил наши судьбы - вам, так что же спорить со Всезнающим?! Ведите нас, о отважнейшая, мы верим, что вы приведёте нас в одно из мест - либо к победе, либо в рай, но никак не к позору!
  - Спасибо... - на глаза навернулись слёзы: - Я постараюсь сделать всё, что могу... - сразу же, развернувшись на пятках, смахнула предательскую влагу с некрашеных ресниц и приказала: - Всем. Сигнал к наступлению. Принц Стхан, вы готовы?!
  - Уговорила-таки?! Начинайте, не торопясь, вскрывайте огневые точки, и будет просто куча сюрпризов!
  - Поняла. Всем силам - в атаку!- и вскочив на коня, приказала: - Сомкнуть фланги! Копья на плечо, мелким шагом, шагом марш!
  Страшно и торжествующе забили барабаны. У ракшасов был другой ритм - мягче, не столь грозный, как у демонов, но не менее воинственный. Принцесса, бывшая Яваном уже и отвыкла от него... Под шагом тысяч ног заскрипел снег, скрадывая строевой шаг - нескончаемые краснокожие ряды вылились между домов последнего посёлка, и вздваиваясь под гортанные команды на ракшасском, раскинули крылья-фланги по белому с синей прозрачнинкой снегу, сливаясь в невообразимое живое море, могучей волной хлынувшее по равнине к неприступным стенам Коцита...
  
  ...Кентарх 'Неспящего' уступил драгонарию своё место - на 'драконах' было плохо с удобствами вроде отдельного пульта для адмирала. Тардеш усмехнулся - 'Неспящий' - как нельзя более подходящее название для этой ночи... Он вызывал принцессу, но она была занята, и его переключили сначала на её заместителя, потом - на принца Стхана. Досадно, конечно, что не работала видеосвязь - к 'горизонту' Коцита нельзя было подвесить ни один спутник из новых, но человек и так всё понял, в то время, пока призрак объяснял ему план, руководя своим флотом.
  
  Тяжелые корабли отошли назад, тринадцать ракетоносцев во главе с 'Неспящим' выдвинулись вперёд, красиво развернувшись сначала в клин, потом в линию. Они повисли на самой границе атмосферы, чуть заметной дугой в этом необычайно сочном цвете вечерней зари, и высотные ветры, обтекая некоторых из них, заставляли светиться обшивку, замки ракетных шахт, и ажурные фермы антенн голубоватыми огнями сверхпроводимости, а то и кружевом молний, нервно дёргавшим картинку на главном экране.
  - Контроль огнём - адмиралу.
  - Есть - контроль огнём - адмиралу.
  - Доложить по соединению о готовности.
  - 'Неспящий' - готов. 'Беззареш' - готов. 'Разумный' - готов. 'Бесстрашный' - готов, 'Бессмертный' - готов, 'Отважный' - готов, 'Вессереш' - готов, 'Гордый' - готов, 'Кравеш' - готов, 'Безжалостный' - готов, 'Угрюмый' - готов, 'Росетреш' - готов, 'Честный' - готов!
  - Внимание, делай как я! Подготовится к планетарной бомбардировке! Цель - Крепость 'Ледяное Озеро', характер цели - поверхностная, фортификационные укрепления, площадная. Заряд на подавление электроники, интервал - две тысячных!
  - Есть готовность!
  - Есть заряд!
  - Есть цель - крепость Коцит, внешние стены, интервал две тысячных!
  - Развёртку наложением на ходовой экран.
  - Есть!
  - Первая-вторая, открыть порты! Пуск!
  Взрезав одеяло атмосферы кудрявыми инверсионными следами, шесть тупоносых ракет диаметром с многоквартирный дом каждая, унеслись к горизонту. Тардеш посмотрел на экран телеметрии - неспокойная гладь тёмного моря неслась под ними, ни одного огонька судов или клочка суши, за которые мог бы зацепиться взгляд. Чтобы долететь до Цитадели, им потребуется ещё три минуты...
  
  ...Главнокомандующая остановилась у кромки минного поля. Рядом с ней проскрипел дымарь, занимающий позицию. Она с интересом посмотрела на механизм: вентилятор работал вовсю, засасывая целую метель снежинок, дымовая завеса никак не желала появляться из промороженного дымохода.
  - Заело?! - участливо поинтересовалась она у кочегара.
  - Быстро только кошки рожают, - угрюмо ответил тот: - Слушайте, Ханум-паша, шли бы вы в другое место, как пить дать же - первым по этой дуре влепят!
  Принцесса кивнула, и отъехала на безопасное расстояние. Достала дальнеговорник:
  - Принц Стхан, как, готовы?!
  - Совсем немного!
  Вдали слабым серовато-голубым сиянием светились неприступные стены Коцита, а перед ними - чётко расчерченное на квадраты полотенце из неглубоких каналов с легко переливающимся жидким кислородом. Почему-то не 'сеть', а 'полотенце' - такое впечатление создавал их нежный рисунок на белом снегу. Метеа опустила руку с дальнеговорником, и в тот момент из него раздалось:
  - Ну, держитесь! Батарея, огонь!
  Грохот сзади - свист над головой, и тоненькие лучики, сверкнувшие со стен цитадели - снаряды разорвались ещё в воздухе, лишь некоторые, упав с недолётом на минное поле, полыхнули на земле яркими шарами, и вызвали кольцевые вспышки коротких цепных реакций среди мин. Да, дело будет намного сложнее, чем казалось...
  - Что будем делать, принц?
  - Подождём немного. Сюрприза.
  - Какого сюрприза?!
  Человек не ответил, и демонесса, явно нервничая, посмотрела на стены крепости. Если они попробуют сейчас ответить...
  Воздух над нею буквально разорвало, сверху вниз обрушился ураган, войска пригибаясь, попятились, чтобы остаться на ногах. Над головами промелькнуло что-то тёмное, гром от его пролёта разодрал крыши на домах посёлка, и понёс гулять обломки на просторы заснеженных полей. Лучи сторожевых светомётов Коцита скрестились на приближающемся теле, но бесполезно - хлопок, вспышка, и стаккато громких взрывов, раскатившееся в обе стороны горизонта. Демонессу ослепило на мгновение, а когда проморгалась, то стена всё равно была целая, только в её голубоватом свечении почему-то виднелась большая серая прореха.
  - Что это было?! - спросила она Стхана с экрана дальневизора - в небесах за её спиной выкристаллизовывался кружевным шлейфом инверсионный след.
  - Тардеш! - с дикой радостью ответил предводитель людей:
  - БАТАРЕЯ! ОГОНЬ!
  Оглушительным залпом рявкнули стволы, снаряды, не перехваченные ничем, чётко легли в перекрестия каналов, взметнувшихся к небу снопами брызг, которые только секунду были прозрачными, а потом превратились в бушующее море огня... Огненный Ад пришел в Ледяной...
  
  Земля заходила ходуном под ногами. Мины на поле перед ними сдетонировали и огненная волна пошла навстречу, утихомирившись буквально в нескольких шагах под ногами. Сразу заработали дымари, скрывая наступающие цепи в клубах тумана - чёрного. В тылу глухо щёлкнуло, и вверху расцвели хризантемы другого тумана - белого. Люди говорили, что сквозь эту маскировку не видят ни механические устройства, ни одарённые необычайным зрением существа.
   Метеа вынула меч, и скомандовала:
  - Вперёд!
  
  >Дойти до стен
  
  ...Тардеш видел с ракет второй волны, что творилось на земле - "что они там взорвали?" - и взял повыше. В первый заход, он, наверное, пол-войска переглушил. Добавив форсажа, он разорвал сиреневую газовую завесу и взорвал боеголовку прямо над стеной.
  - Отлично, со следующей волной заходим ниже зоны дальней ПВО, и с "горки" попытаемся достать вторую стену.
   - Есть, адмирал!
  Плохо то, что каждый чётный залп на четыре ракеты меньше - некоторые старые корабли имели всего две пусковых установки. Драгонарий при этом жертвовал флангами - ни в коем случае не центром, где к чёрту на рога лезла эта отчаянная принцесса. Действительно, надо заниматься вторым кольцом стен - там установки ПВО, к моменту второй фазы штурма они должны замолчать. Иначе, демонам без корабельной брони придётся очень туго.
  - Внимание, товарищи. Помните про приказ Сената - крепость взять целой и невредимой. Не забывайте проверять разлет обломков по вычислителю.
  - Товарищ драгонарий, может, зайдём круче, из космоса? - предложил какой-то молодой голос.
  - Нет. Суборбитальные траектории перехватываются планетарными пушками. Заходим из атмосферы, аккуратно. Пользуйтесь накоплением статики на корпусе во время полёта - она маскирует от радаров.
  - И глушит телеметрию, управление тяжелеет.
  - В этом и есть мастерство ракетчика - учитывать, что важнее на твоём участке, скрытность, или отзывчивое управление...
  
  ...Глупыш осторожно вышагивал в липком дыму - после детонации мин поле стало колдобиной на колдобине. Искусственный туман как-то реагировал с местной атмосферой - соприкасаясь с кожей Кадомацу, он вспыхивал багровым пламенем, и жутковатая огненная волна побегала по телу демонессы - нет, не обжигала, скорее согревала, компенсируя специально ослабленную перед долгой битвой изоляцию - чтобы не уставать, как предупреждал Стхан. И жечь тех, кто вздумает с ней сразиться.
  Дымовая завеса, поставленная людьми, опустилась ветвями плакучих ив далеко за стеной - разумеется, она была предназначена для маскировки тяжелых колесниц, а вовсе не бесполезных башибузуков. Значит, скоро ударят. Ничего не видно. Хорошо, что здесь хоть не заблудишься - плотным строем идут, но это-то и плохо - бей наугад в туман на уровне ног, кого-нибудь да зацепит! А проредить....
  - Рассыпать строй! Шахматный порядок!
  - Строй через один! Шире ряды!
  - Слышь, ты салага, только попробуй мину перешагнуть! Если я взорвусь, тебя урою сразу!
  - Разговорчики!
  - Не уроешь, дубина.
  - Топчи, ты, первый! Не он, так я ввалю!
  Башибузуки оставались башибузуками, несмотря ни на что... Почему повстанцы молчат? Большинство полевых батарей уцелело, их не должно было накрыть детонацией... Или просто ещё далеко?!
  - Азиз-паша! - позвала она. Из тумана рядом возник Али Язид: - Передай ему, чтобы продолжал наступление и был настороже. Мне пора возглавить воздушную атаку.
  
  Противник оказался умнее, чем ожидали. Как раз когда принцесса стала разворачиваться, где-то на полпути к бывшим каналам над головами захлопали разрывы и шелестящим дождём посыпались маленькие - размером с игральную фишку, противопехотные мины. Те самые, что стали роковыми для самураев на Акбузате. Раздались крики. Глупыш всхрапнул, прядая ушами и оглядываясь, боясь ступить копытами - умный конь знал, что это такое. Принцесса поддала пятками, но конь наоборот попятился - и вовремя, разрыв хлопнул прямо над нею, и их, как горохом, засыпало смертельно опасными устройствами. Она запаниковала - показалось, что мины застряли в чалме, закатились за шиворот - а если коснутся волос, то взорвутся! Мотнула головой - и правда, выпало две или три горошинки, но одна отскочив от плечевого щитка, застряла в щели доспеха, меж раструбом перчатки и наручем! Девушку прошиб холодный пот, Небесный конь под ней дёрнулся, невовремя решивший сделать шаг и выбирая место для ноги. Она протянула руку, но поводья мешали достать.
  Послышались крики - к ней подбежали ракшасы, и стали собирать мины. Мацуко смотрела на них с воот такими глазами.
  - Не бойтесь, ханум, им время надо, чтобы взорваться! Мы уже привыкшие!
  - А... - она-то и забыла. В самом деле, эти "горошинки" уж так давно сеют на поле боя, что даже ракшасы их не боятся. Решительно выковыряв злополучную "фишку", Главнокомандующая напугала башибузуков, резко забросив её подальше:
  - Э-э? - отшатнулись они.
  - Ничего. Продолжать движение!
  
  ...Потом подорвался дымарь. Ну, ничто другое не могло с таким лязгом рухнуть! Мгла сразу стала заметно редеть.
  - Шли бы вы в тыл, Ханум-паша, - попросил шагавший мимо сотник: - Паша погибай - всё погибай, оставьте топтать мины башибузукам.
  - Я не боюсь. Что там подорвалось-то?! Дымарь?!
  - Дымарь, ханум-паша! Сейчас колесо заменят, и покатит дальше.
  Метеа прищелкнула языком и достала дальнеговорник:
  - Внимание. Отвести дымари. Принц Стхан, прикрывайте.
  Сотник с испугом посмотрел на принцессу.
  - Их дальше не провести, только задержат и помешают артиллеристам, - оправдываясь, объяснила она...
  Она и сама задерживалась лишнее время...
  
  ...Налетел ветер, сквозь рассеивающеюся мглу на мгновение промелькнула вздыбленная земля - бывшая равнина. Стоило и правда убирать прикрытие - все командиры догадывалась, что сделают самые негодные солдаты, завидев в дыму укрытие от вражеского огня.
  "А они имеют неплохие шансы пройти всю намеченную дистанцию" - думал Али Язид, занявший место эмира в этом бою. Башибузуки откровенно трусили, боясь выходить из спасительного дыма, и, борец, смерив их презрительным взором, ударил коня плеткой, и выскочил на чистый воздух. Он оглянулся - принцесса шайтанов уже была где-то за стеной дыма - белая всадница на чёрном коне, с волочащимся за ней шлейфом туманной мглы, спешащая в новый бой. И огненное дыхание вспыхивает в щелях забрала шлема. Жаль, никто из тех, кто её видит, не доживет до вечера. Его вестовые с такими же шлейфами за спиной догнали эмира, и Али, остановившись, посмотрел на армию, постепенно выходящую из рукотворного тумана.
  Огромное маслянистое чёрное облако вдруг обрело очертания фигур и шагнуло строевым шагом в шахматном строю. Сначала закачались кончики пик, потом нарисовались плечи, головы в фесках - и необозримая, насколько хватает глаз, волна живого моря вышла на равнину. Цвета шаровар различались от полка к полку, но на грудь, уходившие полуголыми на войну солдаты, напяливали что попало - кто-то бравировал мускулами могучего торса на морозе, кто-то модничал в безрукавке, но большинство было в намотанных, как получилось трофеях, не по размеру, весьма пёстрых сочетаний. У многих были ружья, заменяющие привычные пики - их добывали всем правдами и неправдами, учились стрелять, пытались организовывать в полках сотни ружейников, несмотря на все запреты от дочери Императора лично - самопально вооружившиеся ружьями копейщики становились бесполезны в привычной роли, а известить вышестоящее начальство все рационализаторы, как правило, боялись. Вот и сейчас ближайший солдат, увидев эмира, спешно стал прятать пищаль за спиной товарища. Али лишь понадеялся, что он её зарядил... Кстати, о "зарядил" - он развернулся и приказал быстро убраться с холма - грохнула пушка, на месте, где они стояли, взметнулся столб земли и дыма. Захлопали и остальные батареи, вскрываясь для летевших в верхней дымовой завесе мелких механических наблюдателей Стхана.
  - Ускорить шаг! Прибавить ходу! Первые ряды перебежками, остальные в строю, бегом!
  
  Прибавили ходу. Канонада становилась всё яростней, выбивая целые прорехи в затопляющей долину живой волне, снаряды с минами стали взрываться ещё выше, рассыпаясь широким зонтиком - всё набирающей скорость волне атаки стало труднее обходить опасные участки, начались подрывы. Прямо рядом с Али Язидом подорвался сотник - незнакомый. Его ещё живое тело и отдельно - нога ещё долго прыгали над головами, подхваченное тысячами рук и предаваемое эстафетой в тыл. Неприученный к стрельбе конь пронзительно заржал и, испуганно стал тормозить, мешая строю. Разозлившийся Али направил его в подходящее укрытие - за вывороченным пластом мерзлоты, куда несло всю массу торопившихся войск. Вестовые поспешили следом - как оказалось, вовремя, бежавшие следом ракшасы разлетелись в пыль, попав под залп миномётов. Кого-то из офицеров постарше эмира это заметил, и они вызвали артиллерию - на месте злополучных пушек взметнулось грибообразное облако, стало намного тише.
  
  Принцесса уже проходила последние ряды копейщиков, и они при виде военачальницы поддавали ходу. Раздался взрыв за спиной, и зажужжал вызов дальнеговорника.
  Вызвал начальник людей:
  - Командующий стратиг, что мы сейчас взорвали?
  - Пушки, которые минируют.
  - А-а-а... Ерунда-то, какая. Не торопитесь, это наименьшая из проблем - выведите ещё рядов десять, и я смогу перенести позиции светомётчиков - вы обо всей подобной гадости просто забудете.
   Кадомацу немного потрясла эта фраза. Она оглянулась на пройденный путь - дома посёлка уже были почти на горизонте, утопая в тени зари, и всё пространство отсель до сель, и в стороны, насколь хватало зоркого глаза демонов, под небом, расчерченным инверсионными следами, было заполнено лысыми башками башибузуков - а у неё, оказывается, ещё есть десять рядов! И это только ашигари, самая слабая часть её армии! Стало как-то тихо, только шум сотен миллионов ног и ругань десятков миллионов глоток, идущих по её воле на верную гибель.
  Она подняла к губам дальнеговорник:
  - Нет, принц, как раз, я думаю, надо поторопиться. Выводите своих светомётчиков, я прикажу их пропустить.
  - В самом деле?! - по-видимому, он пытался сказать что-то смешное, но не получилось.
  - Давно пора. А то эти пушки всё наше наступление превращают... как там Злата выражается? 'Тришкин кафтан'?! Ну, вот он и получается...
  
  ...Та, о которой она говорила, в этот момент бесплотным духом пролетала у неё над головой. Она почувствовала упоминание о собственной персоне, но некогда было вмешиваться - вражеский колдун-корректировщик, тоже в астрале, пытался добить её экстрасенсорными ударами. Злата с трудом вывернулась, создав 'двойника', и понеслась низко над землёй, вдоль строя, собирая всю доступную энергию. Колдун удивительно быстро раскусил фата-моргану, и кинулся следом, вытягиваясь за нагой гибким лучом, но той хватило короткой передышки - не сбавляя скорости, она упредила его удар своим, да такой силы, что враг замерцал и исчез среди возносящихся к небу сверкающих душ погибших.
  'Врёшь, не уйдёшь!' - с азартной злостью подумала Злата и перешла на другой уровень восприятия. Сразу стали видны стены энергетической 'сетки' планеты - обычно ровные, как бы по линейке прочерченные с севера на юг и с запада на восток, здесь перепутались как колтуны, как строки на экране, к которому поднесли магнит - замкнулись на Коците. Сама крепость выглядела теперь не серой стеной, а иссиня-чёрным куполом, от которого явно веяло отрицательной энергией (как, впрочем, от всех строений призраков). Колдун был тут, засел у 'узле' сетки и качал себе силы - 'минус', для атаки, а не 'плюс' для исцеления. Иначе, может, нага бы его и пожалела...
  Она ударила быстро и неожиданно - его аура сразу покрылась разрывами, через которые потекла, растворяясь в воздухе, живительная энергия. Он ответил - но не пробил её щит, а стал прижимать к земле, к рядам шагающих войск, над которыми возвышались, сверкая недобрым блеском следов многочисленных грехов убийства, наконечники копий. Колдунья с трудом, но вывернулась, и, разозлённая, принялась за негодяя по-настоящему.
  Они ведь ничего ещё не использовали из серьёзной магии - так, экстрасенсорика одна, состязание силы воли. Нага превосходила своего врага и по энергетическому заряду, и по опыту - он попытался слабо оттолкнуть, но она уже решительно, не играя, взяла его под контроль (благо энергии у того осталось совсем малость), оборвала его связь с телом, и, высосав последний заряд в свою пользу, просканировала окружающее пространство - кругом умирали разные существа, царила смерть и разрушение, но вот глубоко под землёй, под слоем мерзлоты, спали, готовясь встретить местное лето тысячи тысяч мелких существ. 'Подходит' - решила Злата, и, повторив магическую формулу, решительно загнала - теперь уже бывшего, колдуна, в тело какой-то насекомой личинки. 'До встречи через сотню реинкарнаций!' - звонко рассмеялась она, и, перейдя на более привычный уровень, где не было видно этих жутких стен, поискала ближайшего медиума. Та ей ответила, что новых врагов не наблюдается. Что же, пока враги догадаются, что их маги в летаргии, будет уйма времени, чтобы осмотреть достопримечательности...
  
  ...Собственно, сражение ещё не началось. Была так, легкая артиллерийская перестрелка на сотню-другую смертей в секунду, ну ещё Тардеш всаживал в крепость ракету за ракетой. Как подозревала колдунья, одна из этих ракет и убила повстанческих медиумов - иначе, как объяснить, что корректировщика никто не поддерживал?! Центр, под командованием принцессы, уже дошагал до дальних каналов - странно, сегодня, вопреки обычной привычке, она не очень-то и торопится, отставая от флангов. Может это потому, что нынче ножками топает, а не на крылышках летает?! Ну, подружка испытывала некую слабость к ракшасам, жалела их - посмотрим, что будет, когда доберутся до стен - тем более что ракшасы уже добегали до середины поля, которая и планировалась как дальний рубеж наступления.
   Мацукава слева уже давно не наступал, а, закрепляясь в рытвинах и воронках, чистил территорию - умелые сотни и полки по одной выманивали вражеские части, под артиллерийский огонь то наступлением то притворным бегством, заманивали их к себе и громили во внезапных засадах. Злата мысленно (а как же ещё?!) пожелала ему удачи, и полетела на правый фланг, к Стхану и Томинаре.
  ...А там ребята развернули бурную деятельность. По концентрации бронетехники и тяжелых видов войск правый фланг был самый насыщенный, (принцесса предпочитала скорость, а не силу, а нагадец Мацукава - земляков), ну и мальчишки-полководцы, не долго думая, бросили всё это в бой. Там грохотало и гремело вовсю, и несколько тяжелых колесниц, добравшихся почти до самого рва, наперегонки лупили в стену. 'Ух, попадёт вам от Тардеша, ребята!' - подумала девушка-змея: 'А и плевать! Разнесём всё! Стойте, я с вами!' - и, послав озорную телепатему, невидимая и неуязвимая, вложила свою лепту в хаос и разрушение!..
  
   >Боги за нас
  
   ...Колесницы смесили грязь в сметану. Ояма из Осаки, выстраивающий демонов-самураев, неодобрительно смотрел на всё это безобразие.
   - Я понимаю ваше беспокойство, генерал, но на этом морозе мы скорее будем беспокоиться о колдобинах, а не грязи.
   Осакец вздохнул:
   - Может быть... Но половину змеев мы уже испортили - он показал на хрупкие конструкции из бамбука и бумаги, из-за вездесущей грязи, превратившиеся в комки мусора.
   - Ну... Поторопились...
   - Ваш же приказ, Ваше Высочество. Мы и спешили со всем тщанием... Простите.
   - Моя вина. Простите.
   Люди и ракшасы ушли вперёд - завершать зачистку поля и устраивать лагеря у стен. Призраки отошли назад - готовиться к погрузке и десанту. Вокруг стояли только ряды крылатых демонов - самураев и дворян, копейщиков и мечников, готовых по первому приказу распахнуть крылья и лететь на штурм цитадели. В небесах стрижами кружили отряды разведчиков и прикрытия - на случай контратаки. Далёкий гул тяжелых моторов возвещал о скором подходе летучих колесниц людей - вот они-то и должны были возглавить атаку. Младшие самурая в это время уже растянули бечеву и готовились поднимать собранных змеев, только и ждущих порыва ветра.
   - Не извиняйтесь передо мной при солдатах. Они должны верить в то, что ваши приказы безупречны, даже если сомневаются в их здравомыслии.
   - Я сама во всех своих приказах сомневаюсь... Как прошла тренировка с меченосцами? Они же не обучены пользоваться змеями?
   - Это не такая сложная наука, госпожа. Вы не передумали участвовать в атаке?
   - Нет, разумеется. Пойду с этими самыми меченосцами. Тебе - остаться на рубеже атаки, распределить подкрепления. Из-за газовой завесы атака всем фронтом срывается, я что-то сомневаюсь, что в прореху даже один полк строем пролетит. Так что будут узкие места, которыми воспользуются вражеские стрелки. Атакуем в несколько волн, поставь наиболее глазастых и надёжных офицеров, чтобы не направляли солдат на простреливаемые участки.
   - Ну, это понятно, но... - и сразу же исправился:
   - Будет исполнено, Ваше Высочество!
  
   Подошли начальники колесниц и светомётчиков:
   - Мы готовы, командующ... командующая. Если хотите - и стены проломим.
   - Нет, не надо, у вас ведь приказ господина драгонария. А перекидным огнём через стену сможете?
   - Не знаю, надо провести вычисления... Мы попробуем.
   - Мы тоже готовы, прекрасная дочь Рудры!
   - Хорошо, только будьте на этот раз осторожнее, я сама буду в воздухе, не поджарьте случаем...
   - Постараемся!..
   Азер с девочками догнали её - оказывается, они заблудились в тумане, и всю дорогу добросовестно охраняли какого-то эмира.
  
   ...Принц Стхан сказал, что авиация на подлёте, и демонесса попросила построиться выбранным ею полкам. Надо же знать, с кем идёшь в бой!
   Построились. В основном - самураи, сильные, наряженные в не без претензий украшенные доспехи, молодые мужчины, зачастую уже с боевыми шрамами и ранней сединой.
   - Здравствуйте, - по-простому начала она: - Не знаю, смогу ли вам сегодня сказать 'Добрый вечер', и не знаю, уместно ли обещать такое на планете где вечер наступит только через полгода - не накликать бы неудачи, но я вложу все силы все старания, чтобы час, когда закончится бой, был добр ко всем нам, и испил бы как можно меньше крови, ожидая своего приближения. Я обещала башибузукам скорее вернуть их домой, но что обещать вам - для которых судьба не мирный дом, а меч - я не знаю. Мне не впервой рисковать жизнью, многие из вас видели меня в бою, но тут - даже я испытываю волнение, готовое убить всю мою решимость. Призраки говорят - эта крепость неприступна, что же посмотрим. Я спорю с ними и ставлю на кон свою жизнь, чтобы доказать, что они неправы! Чтобы ни случилось, я прошу у богов - если я неправа, то пусть сразу заберут мою жизнь! Потому что иначе, я восприму это как знак - что Цитадель может пасть, что взять её - в моих силах, и я не оставлю своих попыток, буду штурмовать её раз за разом, даже если останусь одна, пока она наконец не падет, к моим... к нашим ногам!
   Ей ответили нестройным, но воодушевлённым криком. Спокойный голос принцессы набрал силу, и заставил вслушаться даже суровых ветеранов:
   - Самураи! На этой войне вы заставили уважать своё сословие! Так докажите этой битвой что уважение к вам не напрасно! Нет неприступных крепостей и непобедимых врагов! Я довела вас до этих стен - помогите мне повести вас и дальше!
   Торжественный крик был ей ответом. Командиры и демоны-самураи ряд за рядом поднимали к небу оружие и распахивали крылья перед ликом своей принцессы с пылающим взором, всем этим шумом выражая её поддержку. Азер подошла к ней:
   - ?!
   - Нагинату и копейный нагрудник!
   - Может быть, мечевой?!
   - Если меня в нём скинут со стены, я разобьюсь. Нет, только копейный!
   - Ладно, - круглое лицо телохранительницы не скрывало явного недовольства.
   - Где летучие колесницы?!
   - На подлёте, - невозмутимо ответил принц Стхан...
  
   ...Далеко отсюда, Коичи Сидзука рукой и веером подал сигнал остановиться - они подошли к бывшим каналам. Ряды заколыхались, и медленно, как текучая волна, остановили своё движение. Дальше как показывали расчёты, приближаться было опасно даже при полной пассивности обороняющихся - простой камень, сброшенный с верхушки стены, становился бы оружием. Да и газовая стена уже виднелась на дистанции выстрела. В наступившей тишине до ушей генерала донеслись отрывистые слова команд и стихающий ритм барабанов. По шеренгам беззвучно гуляли разноцветные отблески лучей светомётов, перекроивших небо. Он подъехал к самому обрыву и заглянул вниз - обломки обугленной облицовки, вывернутая и обугленная земля, лужи просочившейся жижи, слегка тронутые ледком - жидкий кислород, смешавшись с грязью, превращался в такую же грязь, как и везде. И кучи, словно горох наваленных мин - столько, что можно замостить дорогу. Какое-то орудие вдарило по ракшасам прямой наводкой - вопль ужаса, кровавая клякса на кафеле парапета с визгом прыгающая по луже крови шрапнель - но башибузуки мгновенно затянули прореху в строю. Генерал вытащил дальнеговорник и приказал:
   - Сапёров на передний край! Со стройматериалами и взрывчаткой! Быстро!
   Взрывники толкались где-то в десяти минутах хода отсюда, но добрались быстрее. Под прикрытием ростовых щитов и ружейных залпов попрыгали вниз, и не поднимая голов из-за укрытий на четвереньках, быстро-быстро стали расчищать дорогу от мин и колдобин маленькими совочками и короткими лопатками. Обнаглевшая пушка раз за разом всаживала заряды в строй ракшасов, ракшасы раз за разом затягивали прорехи, расплескивая куски тел и фонтаны крови, пока, наконец, не расступились, и светомётчик с задних рядов не сжег гадину из своёго оружия.
   Взрыв! - от горизонта до горизонта вздыбился вал ошмётков земли, облаков пыли, и, не дожидаясь, пока он уляжется, сапёры снова попрыгали в ров, установили заряды и успели вернуться до падения пыли. Снова взрыв - за это время повстанцы подкатили короткие мортирки к краю рва и стали забрасывать передний край минами. Копейщики пригнулись, ружейные сотни поставили им на спины свои длинные ружья, залп по всему фронту - кудрявые облачка слились в одно, в нём чётко прорисовались забегавшие лучи светомётов, перехватывающие опасные снаряды. Не все - но вреда было намного меньше, чем от шрапнели прямой наводкой. От шальных гранат сдетонировали кучи мин, скопившихся в каналах - и крутые берега, могущие стать ловушкой при отступлении, наконец-то осыпались.
   - Выдвинуть дымари!
   Передовые шеренги опять начало затягивать мглой. Некоторые из аппаратов теперь специально нагнетали дым во всё расширяющийся котлован. Командир светомётчиков пожаловался, что завеса снизит их эффективность, но демон-генерал проигнорировал его - прикрыть подрывников сейчас было важнее, а от пушек на таком расстоянии не спасали ни дым, ни светомёты. Когда же доложили, что основные работы закончены, скомандовал ближайшему полку по-ракшасски 'За мной', и сам первый спустился вниз.
  
   Земля была мягкой и рыхлой, старательно перепаханная огнём и громом. Коню доставало удовольствие ступать по ней, плывя по брюхо в дыму. Правда, умной твари хватало осторожности не торопиться, и интуиции заглядывать под слой дыма при остановках. Пешие башибузуки скрывались по макушку, лишь только лес пик торчал над дымами и эта самая макушка.
   Кто-то из ракшасов обошел строй и занял позицию с неудобным ружьём:
   - Я будь не я, если они сейчас не начнут кусаться!
   Чутьё ветерана не подвело - канонада стихла, и с другой стороны, пользуясь клочками дымовой завесы нападающих, в каналы стали прыгать повстанческие отряды. Сидзука отвел сапёров и вывел на край котлована стрелков - "прыгунов" заметно поубавилось. Зелёноглазый командующий посмотрел на стоявших за ним ракшасов, их эмир понял, и коротко приказал: "Саяш! Салдыры!".
   Первых врагов обнаружил сам генерал - словно почувствовал взгляд. Сотня повстанческих призраков-легионеров - их командир сделал всё правильно, зашел с фланга, но целить по мишени, которая была ему не по зубам - было явной ошибкой. Демон-генерал от пули увернулся, а вот он от его стрелы - нет. Ракшасы сразу же бросились в атаку, застрочившие очереди срезали первых - их трупами закрылись как щитами и смяли строй стрелков. Автоматы немного помогли в драке один против сотни. Сидзука приказал спустить вниз дымари, двигаться, пропуская подкрепления - вовремя, потому что на них в это время, как ноты в гамме посыпались очередные атаки. Призраки, пещерные демоны, наги, четырехрукие существа с бесцветной планеты, был даже один высший демон Хаоса, но и его тоже ракшасская масса сбила с ног и затоптала в грязь. По идее, тут уже пора было вводить тяжелую пехоту - полуголые копейщики двигались дальше только с большими потерями, но тут появился Кверкеш со своими легионерами.
   Он возник, как и полагается призраку - беззвучно, из тумана, застав врасплох генерала демонов и чуть не перепугав лошадей. Довольный произведённым эффектом, полустратиг издал звук, похожий на усмешку (ну, вот почему у них не видно выражения лица!), и заметил:
   - Долго телитесь. У принцессы давно все "кротовые норы" закончились.
   Побратим Томинары вопросительно посмотрел на него:
   - Правда?!
   Призрак вместо ответа повернулся в седле, (а как он сидел! - лучше демонов, которым мешали выпрямиться тяжелые крылья - прямой, как струна!), и приказал:
   - Трибун Милеш! Здесь зона вашей ответственности! Создать периметр безопасности, обеспечить прикрытие фортификационных работ!
  
   - Товарищ Командующий Стратиг! - раздалось непривычно вежливое обращение Кверкеша в дальнеговорнике: - Наземные силы дошли до газовой завесы. Дальше - только по воздуху!
   - Поняла. Ждем ветер и колесницы принца. Пожелайте мне удачи.
   - У нас это плохая примета. Пусть удачи не будет у бунтарей.
   - Ладно... - Кадомацу вздохнула и дала приказ начинать. Самураи ухватили собранные змеи за ручки на углах, и рывком поднялись в воздух. Хрупкая, но массивная конструкция с неохотой оторвалась от земли, но уже на высоте трёх ростов поймала ветер, и чуть не вырвав бечеву из рук прислуги. Подвижно закреплённые в широких пазах деревянных рам бобины с треском стукнулись осями о клинья-стопоры. Развешанные через два локтя флажки на бечевах показывали направление воздушных потоков.
   - Хороший встречный ветер! Боги на нашей стороне!
   Метеа с щелчком распахнула крылья:
   - Полк, через два, на крыло!
  
   >Атака демонов
  
   Линия горизонта с серо-голубой стеной качалась в такт рывкам змея. Здорово качалась. Немного помогало ориентироваться слабое свечение сетки рвов и белесый туман над наступающими линиями ракшасов. Мацуко, хоть это было и нельзя, зацепилась за бамбуковую планку, и лишь поймав одной ногой нижнюю петлю, просунула руку в верхнюю. Ну, ей роста не хватало, чтоб по-самурайски аккуратно влететь в обе петли. В канате были деревянные вставки для когтей, правда опять не под руку принцессы - хоть она и обладала широкой ладонью, до мужской лапы, не знавшей бинтования, ей было далеко - вот и приходилось держаться буквально тремя пальцами, дабы не повредить верёвку. Точно такой же верёвкой к другой руке была примотана нагината - приём, пользующийся презрением в действующей армии, но ей, как женщине было простительно.
   Тяжёлое же оружие.
   Девушка оглянулась: всё равно непривыкшие пользоваться змеями меченосцы неуклюже занимали свои места, свободной рукой нет-нет, да и хватаясь за какую-нибудь деталь доспеха или оружие. С тыла волнами подходили подкрепления, исчезая в тёмном небе, едва покинув полосу рассвета. Здесь же было только видно, как вздрагивали змеи, принимая новых пассажиров.
   Досадно, что речь получилась так себе... Она чувствовала, что что-то недосказала, было ощущение, что не прозвучали те слова, что зажгли бы сердца по-настоящему, а не по обязанности. Было стыдно, что словно намекнула своим солдатам, что они трусы - и уже не исправить, бой начался, и на такой ветрине говорить невозможно... Скорей бы атака, ну где эти летучие колесницы!
   И, как ответ на её молитвы, справа сверкнули и с торжествующим рёвом пролетели расцвеченные разноцветными огнями колесницы людей. Демонесса переменила позу и подала сигнал приготовиться. Сигнальщик, увидев, потянул бечеву, меняя флаги, на соседних змеях ответили. Самолёты сделали круг за их спиною, маленько подождали - небеса разорвала очередная ракета Тардеша. 'Вперёд' - переложила крылья Метеа, и вслед за устремившимися вперёд колесницами, грозной, блистающей оружием тучей, сорвалась с почувствовавших облегчение змеев, её армия...
  
   ...Что такое полководческий талант?! Умение играть в шахматы? Умение выигрывать сражения? Умение выигрывать сражения малыми силами?! Хотя вообще-то бывает и так, что большими силами выиграть в разы тяжелее. Или это умение спасти в бою как можно больше солдатских жизней?! Дочь Явара давно, ещё в детстве поняла, что убийство на войне не главное. Главное - добиться победы, заставить противника признать, что сопротивление бесполезно, а для этого порой бывает совсем необязательно кого-нибудь хоть пальцем трогать. Но только здесь, под командованием Тардеша, она научилась так воевать. Наверное, это и был талант полководца, хотя, иногда, кровь демонов брала своё, и она в ярости вырезала полк за полком. Чем описать его, какими словами? Так же как любой талант - предчувствие, в пылу сражения, куда и кого послать, какие часть готовы сражаться, какие - вот-вот побегут; кто из командиров благословлен удачей, а кто - обречён на поражение. Но, может, это была всего лишь женская интуиция, здравый смысл?! Но тогда, что же талант?..
  
   ...Самолёт возглавлял их строй, широким шлейфом раскинув над головами свой инверсионный след, сливающийся со следом ракеты Тардеша. Им надо будет влететь точно в оставленную ею прореху, но демоница не спешила подниматься - полёт в струе обледенелого дыма - не очень-то приятное занятие. Их обогнали копейщики - действительно, им надо было быть первыми, потому что впереди уже поднимались кошмарными тенями тройки химер. Копейщиками командовал сын Оямы из Осаки - мальчишка уже не раз проявлял себя с лучшей стороны, и командующая всерьёз подумывала взять его в штаб - если выживет в этой битве, придётся исполнять обещание...
   Если они оба выживут...
  
   ...У неё самой в первой волне было три полка - самурайский Янагисавы, регулярный Оно, и, тоже самурайский Ито - последний был нагадец по происхождению, и не попал к Мацукаве, собиравшему себе в авангард все земляков, только потому, что его полк состоял из уроженцев других провинций. В целом - боевые и заслуженные части, гордые тем, что им доверен штурм Коцита и забота о любимой всей армией принцессе. Если бы только не эта её дурацкая 'Воодушевляющая' речь!
  
   ...'Летающая колесница' выпустила две ракеты, взорвавшиеся над стеною, и заложила вираж, обстреливая из своих пушек невидимые отсюда цели. Копейщики уплотнили строй, проходя сквозь прореху в газовой завесе - но всё-таки недостаточно, крайние из них, кажется, даже не задели густой, как студень, туман цвета крови призраков - повалились на землю, без звука, без единого знака - совершенно неожиданно. Изоляция и правда не спасла. Что же это за гадость такая?! Принцесса приказала сомкнуть ряды максимально плотно - мужчины поняли правильно, и её саму и девочек-суккубов чьи-то сильные руки втянули в середину строя и не выпускали из объятий, пока не прошли опасный участок. Она даже не успела возмутиться - потому что сразу же встретилась с другой преградой.
   Бомбардировка кораблей Тардеша и специальные лучи людских колесниц вывели из строя электронные системы защиты и самое новое оружие, вроде светомётов и известных на Крае Последнего рассвета разрядников. Но, осталось в рабочем и убийственно функциональном состоянии та часть систем, которая электроники не требовала - луки, ружья, пушки, пулемёты...
  
   ...Летевших впереди, двух или трёх самураев, облаками шрапнели разорвало в кровавые брызги. Остальные быстро сориентировались, разошлись в разные стороны виражами, благо трассера оживших пушек позволяли успешно избегать опасностей, но принцесса обнаружила что её, во главе строя, несёт прямо на плюющиеся свинцом звёзды пулемётов! Поздно было и поворачивать и тормозить - сейчас, на этой скорости, это требовало бы раскрыть крылья, превратившись в ещё более удобную мишень. Нет, наоборот, она прибавила скорости, сжалась, насколько могла, благо запас высоты позволял идти в пике, и, помогая даже не рулевыми, а движениями ног и корпуса, нырнула навстречу. Воздух засвистел в ушах, она крутанулась вокруг оси, выводя неподвижно закреплённую руку с нагинатой для удара. Оружие слегка дёрнулось, отозвавшись музыкальным гулом по кости, демонесса пролетела стену, заложила вираж, наконец-то широко распахнув крылья, (её армия, как часть тела, повторила маневр), и только на втором заходе, обнаружила на клинке своей алебарды чей-то скальп с волосами. Стряхнула с омерзением.
   Что ж, надо было сажать меченосцев. Часть копейщиков, свободная от воздушного боя, переключилась на огневые точки, отвлекая их от основных сил армии, и принцесса теперь могла окинуть взглядом поле боя.
   Высоченная как гора, в целый ри (три километра!), мягко светящаяся стена завершалась асимметричным грибовидным наростом, с арифметической точностью размеченным пупырчатыми шляпками башен. К счастью в их бойницах не наблюдалось пулемётов. Гребень стены был достаточно широк, чтобы разместить три сотни воинов, но его выпуклая поверхность не была ровной, как половинка яйца круто закругляясь внутрь, а полого - наружу. Во множестве открывающихся створчатых люков и располагались пулемёты повстанцев, после каждой очереди, прячущиеся вглубь стены, чтобы, избегнув ответного удара, появиться вновь из другого люка.
   Метеа выбрала более-менее спокойный участок, по которому прошлась самая плотная волна атаки - там было много открытых люков с убитыми повстанцами и мало сопротивления. Она дала приказ садиться - в этот момент за её спиной раздались взрывы. Она зависла на месте, оглянувшись - это самолёты людей, пробив газовую завесу, вели новые подкрепления. Мысленно переведя дух и поблагодарив за предусмотрительность, девушка сложила крылья и спрыгнула на стену. Полк последовал за ней...
  
   ...Казавшаяся шершавой холодная серая поверхность была скользкая как лёд и масло. Кадомацу поскользнулась, чуть не переломав крылья и больно ударившись коленом, и, вспоминая все ругательства, покатилась со стены, яростно цепляясь нагинатой. Под смех повстанцев из башни, она на коленях въехала пятой точкой в 'кучу-малу' из меченосцев, которые, тоже не стесняясь в выражениях, оружием, доспехами, когтями, зубами, пытались удержаться на стене, но тщетно - и, этаким, матерящимся, лязгающим комком, весь полк свалился вниз, в пропасть. К счастью, они ещё не успели убрать рулевые крылья под нагрудники, поэтому никто не разбился, но стена ниже была густо напичкана пулемётными гнёздами, и из-за них на подъёме они потеряли несколько офицеров и немало солдат.
   Метеа изменила тактику - во-первых, избавилась от верёвки, привязывающую нагинату к ней, с силой выдрав узел из петли. Верёвка зацепилась за сапог и долго болталась следом, как бечева летучего змея. Набрав высоту на третьем заходе, она с мечниками зашла вдоль стены, и солдаты по одному-двое стали прыгать точно на люки. Кому-то везло, люки открывались от удара или нерадивости гарнизона, и они уже начинали бой. Принцесса задержалась, оставив руководство боем, разбившемуся на отдельные схватки, полковникам, а сама, зацепившись за краешек крышки, попыталась оценить сражение.
  
   ...Недолго её дали любоваться окрестностями. Ближайший люк раскрылся и оттуда внезапно выскочил пулемётчик. Неопытный - весь заряд мимо цели в упор. Девушка оттолкнулась, и сидя скользнула ему навстречу - вовсе она не желала садиться на шпагат, ноги сами разъехались! Но получилось красиво - особенно когда она исполнила удар 'возвращающегося дракона", ловко раскрутив древко над головой. Сверху послышались аплодисменты суккубов:
   - Артистка!
   - Давайте, спускайтесь!
   - Не-а, - ответила Гюльдан, выставив язычок (Азер осуждающе смерила сестру взглядом): - Коньков нету! А кататься на пузе ищи других дурочек...
   - Так ведь придётся же... - улыбнулась им Мацуко, и, выдернув с места загоревшийся от прикосновения труп, нырнула в узкий люк.
  
   ...И сразу чуть не пожалела об этом - лаз был узкий и она чуть не застряла там со своими крыльями и в доспехах. Лаз привёл в небольшую каморку, где овальная дверь дрожала от ударов, а два призрака-повстанца, ждали, когда её вышибут, стоя спиной к принцессе. На них обоих хватило одного взмаха нагинаты.
   Услышав стук падающих тел, штурмующие прекратили таранить дверь, и дочь императора открыла им - благо здесь был механический засов, а не электронный. Там оказалось несколько самураев, удивившихся тому, кто вышел из комнаты.
   - Госпожа командующая... - кто-то попытался упасть на колени, но Кадомацу взглядом остановила его:
   - Здесь только выход наружу. Продолжайте движение.
   Это оказалась одна из замыкающих групп, проверяющих незащищенные двери и закоулки. Метеа поспешила вперёд, суккубы - за ней, по потолку, чтобы не путаться под ногами. Догнала основные силы на перекрёстке, штурмующих какую-то баррикаду. Здоровенный тёмноволосый пещерный демон, как пробка, затыкал туннель намертво, огромными обожженными лапищами разбрасывая самураев, пытавшихся добраться до засевших на баррикаде перед ним стрелков.
   Гюльдан и Афсане на ходу тренькнули тетивами, выбив двоих из автоматчиков, их хозяйка, отбив клинком пару пуль, прижала левую лапу чудовища к стене, а в самого него бросила уменьшающее заклятие. В этот момент за её спиной опять тренькнула тетива суккубьего лука, чудовище, вместо того, чтобы уменьшиться, исчезло, а воодушевлённые самураи, перепрыгнули через баррикаду, оттяпывая головы повстанцам.
   - Кто ваш командир? - спросила она, когда всё закончилось.
   Подошел какой-то сотник.
   - А полковник?
   - Он впереди, госпожа. Они шли по параллельному коридору, чтобы зайти им в тыл.
   - Ох... ладно, за мной.
   Для неё сделали специально проход в завале. Побежали вперёд, нарвались на засаду, кто-то сбоку вылез на Мацуко, она не сумела замахнуться, врезала по чьему-то колену, а потом самураи оттолкнули её от опасности. С остальными справились ещё быстрее, правда демонесса со своим длинным оружием мало кого успевала зацепить.
   На первой же поперечной стене висел давнишний пещерный демон, размером с куклу, пришпиленный длиной стрелой Гюльдан. Но девушку заинтересовал не он, а надпись рядом.
   - Госпожа?
   - Здесь написано: "Выключатель пожарной тревоги". В случае пожара здесь перекрываются все двери, и из коридоров выкачивается воздух. Интересно...
   - Госпожа?!
   - Оставьте здесь двоих. Нельзя, чтобы этот рубильник трогали.
   - Медзиро! Сато! Охранять ценой своей жизни!
   - Есть!
  
   ...Начальство они нашли по знакомому грохоту - опять кто-то пытался выбить дверь. Дверь оказалась большим люком в два роста Третьей Принцессы, да и таран под стать - здоровенный монах, с боевой восьмигранной дубиной, который изо всех сил пытался сломать своё оружие об неподдающуюся преграду.
   Полковник Ито грубо схватил зелёноглазую красавицу за локоть:
   - Вам здесь не место, госпожа Третья. Вы нам только помеха.
   Та смерила его испепеляющим взглядом:
   - Ну да?! - он не смутился, но локоть всё-таки отпустил. Девушка красиво выпрямила руку, и подошла к монаху:
   - Постой.
  
   Тот остановился, сняв головную повязку и вытерев ею пот сначала со лба, потом с лысины. Сестра Мамору постукала древком алебарды сначала по двери, потом по стенке рядом, выбрала точку, и с надсадным криком рубанула камень. Посыпалась крошка, ещё удар - выпал кусок, и с той стороны тускло блеснул металл засова.
   - Ну-ка, госпожа, позвольте я! - сказал монах, раскручивая над головой дубину. Стена пошла трещинами, и дверь покачнулась в петлях...
   - Внимание всем! Отступаем! - вдруг приказал Ито. Мацуко не поняла, но её уже схватили в охапку и спрятали за угол. Раздался грохот упавшего люка и стрёкот нескольких пулемётов - самураи переждали чуток и потом всей толпой рванулись на пули. Грохот взрыва, лязг металла - и тишина.
   - Они ставят пулемёты на каждом повороте, за каждой дверью! Задерживают, как могут! - объяснил полковник, когда они рванулись дальше: - Самое досадное - у нас этих пулемётов уже не на один полк, а использовать не можем! Сюда бы хоть призраков, хоть янычар - в разы бы быстрее пошло.
   - Я не могу их вызывать, пока не закрепимся хотя бы на двух стенах. Если нас сбросят - им конец. Но вы правы - я здесь только мешаюсь. Азер! Девочки! Найдите мне путь наверх...
  
   ...Конечно, она обиделась! Ну, как ещё может реагировать настоящая принцесса, когда её так грубо ставят на место! Да ещё и при солдатах... Хотя, со своей дурацкой речью, может, грубостей она и заслужила. И вообще, Ито так выразился, чтобы всё звучало максимально уважительно. Хотя... Он ведь нагадец, а для них понятие "потерять лицо" вошло в обиход только в последние годы - старик Хакамада хвастался, что это заслуга его правления. Вернее, его приёмыша. Так что, возможно, полковник просто не заметил ни своей грубости, ни последующего извинения... Ну а... А, в любом случае, дочь императора имела право дуться на кого ей вздумается, и как ей вздумается, не заботясь о поводах - чем и собиралась заняться на свежем воздухе.
   Выход найти оказалось труднее, чем выломать дверь, но старшая сестра Ануш, имевшая солидный опыт блуждания в подобных лабиринтах, умело вывела их к распахнутому в небо люку. Там она, сначала подсадила и вытолкнула младших, потом сама, цепляясь за треногу пулемёта, вывалилась наружу и съехала на пузе за пределы поля зрения. Кадомацу, рукой в латной перчатке, подтянулась за ту злосчастную треногу, выкинула наверх нагинату, и, подтянувшись на ней, как на турнике, села на край, и, свалившись, покатилась - сначала на пятой точке, потом на корточках, с усилием выпрямившись и сведя ноги - стоя, руля крыльями и алебардой танцевальными взмахами и лихо объезжая комингсы люков и другие препятствия. Как видела она, многие самураи поступили точно так же - не в силах справиться со скользкой поверхностью, превратили её из врага - в друга, скользя на скованного удобными огневыми позициями врага в стремительных атаках.
   Радость принцессы продолжалась недолго - сверху раздался шум могучих крыльев, предупредительный крик суккубов - она огляделась, над ней, закрывая звёзды, чёрной массой неслась химера. Стрелы телохранителей прошли навылет, на удивление, срикошетив от скользкой поверхности - сомнительно, что Азер с Гюльдан промахнулись, просто эти чудища бывали иногда удивительно живучи.
   Другая химера, выдав себя свечением глаз, зашла спереди, подготавливая ловушку. Метеа не стала ждать - развернулась (её занесло), резко, как косой, взмахнула нагинатой - и верхняя тварь, с жалобным рёвом свалилась скользить трупом на серую поверхность. Вторая, уже обнажившая когти, опешила от подобного поворота - на миг, пред тем как кинуться на подставленную ей спину, но этого мига хватило принцессе, чтобы ткнуть комлем, потом - ногой с разворота, и уже вместе сверзившись со стены, пройтись тяжелым лезвием, сокрушая рёбра, череп, и ещё какие-то кости, и с поворотом выдернув застрявшее оружие в конце движения. Распахнув крылья, она с отвращением стряхнула чёрную кровь с клинка, и поискала свою армию...
   Войска сами нашли своего генерала, и радостно приветствовали, не отвлекаясь от битвы. Она рассеяно ответила салютом, и попыталась вытащить дальнеговорник - нужно было поговорить с Оямой, который только что отправил сюда лучников, бесполезных на этой скользкой крыше. На таком ветру и скорости она едва не выронила прибор, укрылась за башней, и, держась за козырёк, заорала:
   - Отзовите лучников! Всех!
   - Что? Госпожа...
   - Верхняя поверхность стены - скользкая, на ней не закрепиться! Отзывайте всех лучников в тыл, нужно больше копейщиков!.. Проклятье... - не замеченная телохранителями химера рухнула на неё с неба, целя рогами, но промахнулась по миниатюрной фигурке, попав в нагрудник сопливым носом.
   Девушка больно ударилась крыльями об стену, ткнула в ответ в глаз чудовищу антенной дальнеговорника, зверюга, хныкающе заревела, смахнув обидчицу с морды, и всхлипывая, схватилась обеими глазами за кровоточащую глазницу. Даже стало жалко... Но всего лишь на мгновение - потом мелькнуло что-то ярко-красное, тяжелый удар - и монстра не стало.
   - Госпожа, я - Каниси Имадзава, десятый полк дивизии Сливовой Долины. К вашим услугам.
   - Очень хорошо. Где ваши солдаты? Вы мне поможете...
  
  >Полезный труд
  
  ...Брёвна передавали по рукам, над головами. Все командиры и штаб разделяли уверенность Командующей, чтобы допускать мысль, что осада продолжится как на самом деле - больше трёх месяцев. Не подозревали и саму осаду. Поэтому Большой лагерь с самого начала был временным укреплением, накопителем для второй волны и складом боеприпасов, и пришлось впоследствии потратить значительные усилия, чтобы превратить его в обжитое место.
  ...А сейчас раздавались такие команды:
  - Разуй глаза! Куда прёшь, дубина!
  - Покучней, покучней, ребята! Навались!!!
  - Если ты не будешь вычёрпывать эту воду, то не только ты - мы все будем по жопу в этой луже! Ты ещё только попробуй, поспорь!
  - Куда так копаешь, дурень! Сегодня к вечеру эту крепость возьмём, тебе же эту яму и закапывать! Или ты что, в поле ночевать собрался?!
  Кстати, свободные от боевых заданий легионеры вкалывали посильней, чем самые презренные из башибузуков первой линии - даже раненые и офицеры. Это было так непривычно взгляду дворянина, что Сидзука вопросительно посмотрел на Кверкеша:
  - Что ж... - ответил он: - Если никто не будет строить укрепления, мы никогда не победим. Даже последний из легионеров Республики знает это, и никогда не чурается грязной работы.
  - Разве солдатам, чтобы воевать, не нужна твёрдая рука и точный глаз?! А что если они устанут?!
  - А ваши башибузуки?
  - Башибузуки совсем другое дело!
  - Почему?! Такие же солдаты.
  - Брёвно из частокола или лопата ничуть не хуже в бою, чем их копьё. А у вас - автоматы, броня! Другое оружие!
  - Немногого будут стоить бронежилет, и автоматы, если не будет огневой позиции. Лопата, кстати - такое же оружие легионера как меч или пистолет.
  - Почему не заставить это делать инженеров?!
  - Инженеры нужны, чтобы проектировать новые укрепления или рассчитывать, как лучше снести вражеские. Для этого мы их и обучаем. А если они окажутся на передовой - будут вкалывать наравне с рядовыми, а не вместо них. А от полезного труда... знаете, не очень-то и устаёшь. Ведь труд сделал нас разумными, ради чего мы должны его стыдиться! - последние слова он аж рявкнул, так что им с демоном пришлось сдержать коней.
  - Да...- хладнокровно сказал Сидзука через некоторое время: - Знаете, у нас в некотором роде подобные традиции существуют среди самураев, но в последнее время они всё больше заражаются худшими из дворянских привычек ...
  - Прискорбно.
  - Думаю, это было у них в подражание вам - трудолюбия, я имею в виду, а не нынешнюю леность.
  - Наверно... Я вот сейчас думаю про другое, генерал... Вот поставьте себя на место командира этой крепости - как бы вы организовали оборону?
  - Я бы подумал насчёт подкопов, - моментально вспомнил свою неудачу Коичи Сидзука.
  - Подкопов?! Развейте свою мысль.
  - Стены высокие, о приступе даже думать глупо, много "сторожевых орудий" - простите, я пользуюсь нашими терминами...
  - Ничего, я понимаю.
  - Лезть через верх, как Её Третье Высочество сейчас - это самоубийство. Весь ведь наш расчёт как раз на то, что мятежники её считают здравомыслящей, и не верят в её силы. На подкуп у нас нет времени, остаётся либо подкоп, либо диверсия.
  - Подкоп сквозь нейтринно-уплотнённую плиту - не самая весёлая идея. А бомбардировка?! Они ведь не знают о приказе Сената?!
  - Да, но... я думаю, что госпожа Главнокомандующая спорила с господином драгонарием скорее из желания поспорить, чем по делу.
  - А вы тоже её защищали!
  - Я же слуга Императора. Вы просто посмотрите на эту громадину! Наивно надеяться - сколько бы мы проломов тут не сделали - это всё по силам будет защитить.
  - Тут нужно обрушивать всю стену, до горизонта, на дистанцию пушечного выстрела - чтобы фланги не могли прикрывать опорные пункты.
  - Да. И бомбить на прострел внутрь, чтобы развить наступление. А там ещё два ряда стен. Нет, подкоп более реалистичен.
  - Да не выйдет. Понимаете - Коцит не просто кольцо из стен, как другие крепости, а чаша из вещества невероятной прочности. На наше счастье, стены сделаны из материала попроще, нейтринно-уплотнённый там только каркас. Но поэтому, толком обрушить их нам и не удастся.
  - Знаю, я же сам рисовал карту. Ну, а если попробовать? Вдруг возьмём?
  - Нейтринно-уплотнённая плита! Во всей Республике нет оружия, способного даже поцарапать её. Нет, подкопов они не боятся - её края специально возвышаются над землёй, если бы не вал, вы бы видели чёрную полосу вдоль основания. Так что это нереалистичная теория
  - А что бы сделали вы? - помощник Томинары был весь внимание.
  - Что бы сделал я... Кстати, у предателей комендантом Коцита служит некто Марчантар Корнеш, я имел честь немного знать его... и вот мои предположения. Представьте, огромная армия подходит к стенам крепости, внешние укрепления сметены... ну почти сметены... Своих за стенами не осталось - только враги. И знаете, что самое умное сделать?
  - Что?
  - Взорвать атомную бомбу, в стиле Тыгрынкээва!
  Сидзука напрягся и стал оглядываться:
  - Бомба просто так не прилетит. Маги больше не пропустят - учёные.
  - Орудия выведены из строя "глушилками". Просто сбросить - светомётчики перехватят. Лучше где-нибудь закопать, причём здоровая же штука это...
  Они переглянулись:
  - Электростанция! - и сразу за дальнеговорник:
  - Ваше Высочество! Госпожа Третья, срочное донесение!
  - Принц Стхан! Ответьте мне! Принц!
  
  ...- Я поклоняюсь Всевышнему Господу Вишну, я пою славу Миродержцу, чья улыбка освещает все три мира, я говорю: О, повелитель Чувств, победитель страха, защитник преданных и убийца демонов, прими мое служение на поле брани, и даруй лучшую жизнь павшим от руки моей, о Всемилостивейший! - раздавалось вместо ответа на частоте начальника людей. Мацуко, Кверкеш и Сидзука, находящиеся на разных флангах улыбнулись одновременно: эти и прочие звуки свидетельствовали, что принц с Томинарой отнюдь не 'медленным и постепенным' продвижением занимаются.
  - Принц Стхан!
  - О, Всезнающий, тебе известно насколько я был верен обетам, насколько был честен и справедлив. Поэтому, если будет на то Твоя Милость, даруй мне или победу по моим заслугам, или смерть - не позорную для нашего рода!.. Тихо! Стоп! (лязг боевой колесницы стих). Командующая-сан? Вызывали?
  - Что это у вас там за шум? Вылазка?
  - Ну... Да-да! Вылазка!
  'Так я ему и поверила' - подумала Метеа, расположившаяся с удобством под открытым люком одной из зачищенных галерей.
  - Принц, до нас только что кое-что дошло насчёт этих электростанций. А если это ловушка? У вас есть что-нибудь, чтобы их быстро разбомбить?
  - Бомбить? Знаете, бомбить, что атомную бомбу, что атомную электростанцию - не самая замечательная идея. Я посоветуюсь со своим штабом, а вы пока Мацукаву-сана предупредите - он мог уже на их приступ пойти, а я тут - бомбить.
  Генерал-самурай согласился с догадками Кверкеша и Сидзуки:
  - Да госпожа Третья, это было бы самым вероятным. Но если помните, они перед любым взрывом всегда отводили всех своих, а этого не видно... ну и взрывать их должны одновременно, иначе немного смысла - крепость круглая, потерю даже целого фланга мы переживем, а потом не дадим повторить.
  - Что-то не вижу, что они желают отступать.
  - Надо бы взять 'языка'.
  - Это мы сейчас устроим, - вмешался полустратиг, и переключил рацию на другую частоту: - Трибун Милеш! А проклятье... Центурион! Найдите мне вашего трибуна!
  
  ...Пленник плевался кровью и неловко держал сломанную руку. Милеш схватил его за волосы и со злостью врезал промеж лопаток, сбросив на колени:
  - Тише! - попросила демонесса, которой из-за шума боя и так было плохо слышно: - Он будет говорить?
  - А? Гнида, отвечай генералу!
  - Без грубостей, трибун, - это Кверкеш, уже успевший сменить фланг: - Это легионер, как и мы. Вы же из служб техническо-нженерного сопровождения седьмого Коцитского легиона?
  - Так точно...
  - Легион отвечает за весь периметр? Или только за электростанции?
  - Допустим...
  - У вас личного состава не хватит на периметр.
  Милеш сцепил в замок руки, замахнувшись, с силой ударил его по спине, поймав за волосы в самый последний момент до того, как его лицо соприкоснулось с полом:
  - Не юлить, повстанческая мразь!
  - Не хватит, вы правы... (Кверкеш остановил руку Милеша, готовую к новому удару): - Я начальник ремонтной бригады, обслуживающей станции первой стены.
  - Первой стены? Внешней?!.. - удивилась принцесса Кадомацу из динамика рации.
  - Нет... Вон там головные ворота, а счёт идёт против часовой стрелки от них, - пояснил полустратиг.
  - Станции заминированы? - опять принцесса.
  - Конечно...
  - Ядерным зарядом? Или взорвёте реактор, как после То-Та?
  - Он и так взорвётся... Вы... вы своей бомбардировкой нарушили систему охлаждения у всех станций, а глуша электронику, не даёте заглушить реактор. Моя бригада сейчас в реакторе, вручную удерживает стержни - там амальская конструкция... Они, конечно, попытаются устроить ядерный взрыв, но... - он сплюнул зубы: - Как получится. Многим ведь жить охота...
  - Мерзавец, ты бросил солдат погибать, а сам спасся?!
  - Я шел передать приказ об отступлении! Никто из наших об аварии не знает! Вы же связь заглушили! Вы приговорили и наших и ваших...
  - Так, - полководцы, игнорируя 'языка', которым занялись кулаки и сапоги Милеша, разложили карты на ближайшей стене (картинки на дальневизоре у принцессы тоже глохли, как электростанции, и она несколько раз постучала по стенке):
  - Нужно захватывать и побыстрее. Только мы контролируем подавление электроники и сможем заглушить реакторы, поменяв интервалы залпов.
  - Принц Стхан, вы ничего не придумали? Товарищ Командующий Стратиг вы его слышите?
  - Нет, - принцесса пощёлкала дальнеговорником, раз дальневизор оказался бесполезен: - Кверкеш-сама?
  - Значит, берём отчёт от драгонария-доно, подрываем завесу, заходим по часам, убиваем всех, и как только кончится подавление - перезапускаем систему и глушим реакторы. Усильте штурмовые центурии специалистами-инженерами.
  - Нужно договориться о связи. Дальше в глубь фронта - и мы, и мятежники глушат много частот.
  - Я вас вообще слышу через раз. Раздался тихий смех пленника. Все обернулись:
  - Вы ведь тоже покойники...Тоже!.. Умрем вместе, душегубы!..
  Кверкеш вздёрнул головой, намереваясь что-то сказать, и в этот момент с отвратительным шипом рванула электростанция. Её крыша взметнулась к небесам, на столбе белого, чуть зеленеющего в основании, радиоактивного пара. На его фоне стало видно, как чёрные стены пошли трещинами, и оттуда полезли сначала отдельные клубы, струйки пара, а потом огромное уродливое облако, рухнувшее с высот крыши станции на позиции повстанцев, которые врассыпную бросились прочь, как и легионеры, атаковавшие их.
  'Язык" смеялся нездоровым смехом. Кадомацу, которую даже на стене тряхнуло, сказала в дальнеговорник:
  - Ветродуи на передовую. Немедленно.
  - Хорошо, что не ядерный взрыв. Всему личному составу принять защитные средства.
  - Одной проблемой меньше.
  - Трибун Милеш, расстрелять мятежника, и...
  - Уже не требуется, - мрачно ответил легионер, вытирая окровавленный кулак.
  - Однако... Тело отдать похоронной команде, чтобы кремировали с воинскими почестями - как-никак, легионер. Сами со своей командой пройдите дезактивацию - он был в активной зоне, мог быть заражен...
  - Служу Республике!
  - Ну что, ваше Величество, думаю, мы сделали все что могли, теперь ваша очередь - покажите, как дерутся демоны!
  - Смотрите. Любуйтесь... - и чарующе улыбнулась с экрана седеющему полководцу...
  
  ...Коиси Имадзава выполнил свое поручение с отличием - солдат набралось на полк, если не больше, но девушка не стала возражать. Пригодится.
  Зря она отвлеклась на сообщение Сидзуки. Они справились и без неё, а атака в настоящий момент завязла на двух внешних стенах. Линия фронта представляла контур трапеции, который никак не желал превращаться в клин, разрезающий укрепления и начинающий прорыв. Разбивала неудержимую силу наступления последняя, несокрушимая третья стена, самая высокая из них. Несколько сегментов первой уже было взято, но только верхушка, а противник контролировал все башни, которые не сообщались со стеной, где продвигалась успешная атака штурмующих. Внутри второй стены не было ни одного солдата дочери императора - в отличие от внешней, следующая стена не имела наружных люков, ощетинившись лишь стволами и смотря на мир сквозь смотровые щели и линзы перископов. В любую подходящую дырочку копейщики заливали кипяток, вскипяченный на кострах, разведенных тут же, в переходах первой стены - впрочем, никто не знал, насколько это было эффективно. И, наконец, третья стена, серая с малиновым оттенком отраженной зари, так и оставалась нетронутой - в ней располагались мощные орудия, напрочь сшибающие всякого, кто осмеливался отлететь от второй стены. Над её гребнем постоянно кружили тучи высших демонов и химер - пусть и, не превосходя численностью войска принцессы, но благодаря такому прикрытию, уравнивая шансы в скоротечных схватках. Самураям же даже отдохнуть было негде из-за скользкого покрытия! Да и само расширение фронта выходило боком карателям - вернее выходило низом, потому что именно снизу чаще всего появлялись неожиданные отряды и ударяли в спину. Где-то там, в основании имелись какие-то скрытые ходы, которые вовсю пользовали защитники, заходя и со стороны второй и даже со стороны первой стены. К тому же, как только началось сражение в воздухе, Тардеш больше не смог достаточно плотно бомбардировать, и крепость иногда оживала, огрызаясь то пусковыми установками, то подобием светомётов (мятежника, как и предсказывал Стхан, перевели их в невидимый демонам спектр, но благодаря предварительной тренировке, это было не так опасно), то электроразрядниками (а вот это было уже опаснее - из-за какой-то особенности законов физики тела демонов притягивали молнии, так что даже явные промахи обороняющихся заканчивались жертвами среди нападавших. Хорошо, что такая же проблема был и у сражавшихся на стороне повстанцев демонов хаоса, поэтому канониры крепости не спешили расчехлять такие пушки во время воздушных схваток). К счастью, пока это случалось редко.
   Метеа решилась штурмовать третью стену где-то ближе к полудню. Вначале в её планы входило ворваться внутрь, найти ближайшую энергоцентраль и обесточить участок, но теперь, глядя как под изматывающими налётами чувствующих себя в безопасности над третьей стеной защитников, из её рук уходит инициатива, понимала - не одна вылазка нужна, а массированный штурм, всем фронтом, который бы опрокинул эти наглые рожи и дал бы им так необходимую опору. В самом деле: если удастся скинуть защитников с третьей стены, у них будет и база для отдыха, и позиция для лучников, заглохнут башенные пушки, ограничивающие 'потолок' полёта над стенами дальностью полёта стрелы. Да что там - можно будет открыть 'связки' вызвать призраков и янычар, ворваться в город! Но сначала была вторая стена...
  Зеленоглазая генеральша вызвала ближайшего генерала-меченосца - Накату, и приказала ворваться туда. Он почесал голову и ответил:
  - Слушаюсь! - и выполнил приказ! Его солдаты нашли уязвимость в плотно запаянном гребне, не имеющем больших люков - ракетные установки. Они включились во время одной из пауз в обстреле, и размещались на подвижных площадках, после выстрела уходящих вглубь стены, на перезарядку. Солдаты Накаты, ловко подгадав момент, оседлали сразу несколько установок после очередного залпа, и въехали на них как на лифтах, в гости к повстанцам. Несколько минут спустя первые смельчаки открыли невидимые прежде люки, и началась схватка внутри второй стены. Благодаря тому, что здесь была задействована целая дивизия, а не отдельные полки, как на внешней стене, огневые точки и узлы сопротивления смолкли довольно быстро, позволив сразу начать подготовку к атаке.
  Кадомацу собрала всех, кто не был занят в схватках и бесполезен в удержании периметра - две дивизии копейщиков, несколько полков, множество неполных сотен меченосцев, даже отдельных воинов, в битве отставших от своих частей - всех, кого успел ей к тому времени послать Ояма, выстроила, грозно развернув тремя линиями навстречу беспорядочно клубящимся химерам и демонам Хаоса, (враги забеспокоились, стягивая силы) - и, возглавив строй живым метеором, бросилась в атаку...
  
  С лёгким креном, отважная принцесса сместилась вверх и в сторону, освобождая дорогу - не хватало, чтобы её раздавили столкнувшиеся армии. Между верхней и средней линией воздушные вихри неприятно трясли и рвали крылья, суккубы поминутно сваливались штопор, уже руками друг другу помогая не падать, и, жалея их, девушка-демон поспешила занять место на фланге - и вовремя, тамошний командир не заметил, что их обходят, и чуть не подставился под удар.
  Столкнулись! Повстанцы до сих пор не имели дела со столь крупными армиями демонов и, видать, не представляли, на что они способны в таких больших количествах. Первые ряды самураев вдруг резко затормозили, подняв крыльями мощнейшую ударную волну, расстроившую ряды защитников и сбившую прицел изготовившимся к стрельбе стрелкам, взяли вверх, и сразу же, из-под них - ударили следующие. Благодаря неожиданности, они в полсекунды врубились до середины строя, но в целом, повстанцы сдержали линию. Потом ударил верхний ряд, где 'камнепадом', где 'лавиной' проутюжив пытавшихся уйти высотой от угрозы с фронта, нижний зашел в тыл, попытавшись ударить снизу 'обратной лавиной' - но переоценил безопасную зону и понёс большие потери от заградительного огня со стен. Правый фланг, где была дочь императора, вынужден был отступить, выманивая врага на себя, от стены, из-за чего принцесса на время потеряла контроль над боем. Но спустя три минуты ничего не изменилось - конечно, Цуэтомо дурак, раз так прижался к стене, но всё равно его ошибку исправлять уже было нечем, как полководец она всё сделала, и теперь только от личного мужества солдат и сообразительности младших командиров зависела судьба боя... Девушка с тайной надеждой посчитала знамёна полков - нет, слава Буддам, все целы, никого заменять не надо - но среди сотников наверняка есть потери! И, сорвавшись под ругань Азер, кинулась в самую гущу сражения...
  
  Повстанцы - Демоны Хаоса атаковали двумя тактиками. Старым знакомым 'камнепадом' в один рад, словно конница, забыв, что строй можно развернуть и в вертикаль, или группами от дюжины до полусотни из засад, внезапно нападая сверху или снизу и сразу окружая со всех сторон, стараясь отсечь части по отдельности и не дать объединиться. Сейчас они пытались применить обе, но безрезультативно - не имеющая эшелонирования в глубину тактика 'камнепада' приводила к окружению более опытными в строевом бою самураями, а попытки разделить окружением из засады правильно построившиеся части, вполне поучительно заканчивались размазыванием напавших об соседа по построению. Но Метеа понимала, что этот успех только временный - имеющие базу для отдыха, огнестрельное оружие и защиту в виде стены повстанцы могли воевать на измор, ловко отступая в случае неудачи, а её солдатам, нужно было проводить всё время на крыле, и рано или поздно должны были устать. И поэтому, карателям была единственная надежда - атаковать, атаковать, атаковать!
  
  Метеа нашла-таки сотню без командира - он пал на её глазах, и, приняв командование, повела окружать слишком врезавшийся в ряды выступ. К счастью, до высших демонов поздно дошло, что надо оглянуться, и были вырезаны практически подчистую. Появилось некоторое пространство между рядами, которое было тотчас же использовано копейщиками для разгона и ещё одного удара. Азер оттяпала голову какому-то генералу противника. Дочь императора ощутила сосредоточенное внимание на себе, и к тому же - их явно теснили назад. Не понимая, в чём дело, она оставила сотню, и поднялась над строем - оглядеться.
  К повстанцам с флангов подходило подкрепление. 'Надо было потребовать, чтобы Мацукава с Томинарой тоже атаковали'. И подходило много. Если бы, одновременно с этим Ояма из Осаки не позаботился о подкреплениях, принцессу бы точно окружили. Но всё равно - под нажимом превосходящих сил, группа, штурмовавшая третью стену, медленно откатывалась до второй. 'А ведь я сражение проиграла' - подумала девушка, и ещё: 'Надо будет эвакуировать мечников из стен' - и в этот момент на неё напали...
  
   >Отступление не поражение
  
   ...Они летели некрасиво - высшие демоны Хаоса, руки в полёте не фиксируются, а некрасиво болтаются, размахивая оружием - десять против четверых, командир - здоровенный самец с выпяченной челюстью под вислыми усами и без шапки на лысой голове. И по снаряжению, и по мускулатуре было видно, что это не рядовые, а какие-то элитные части - да ещё и от стрел уворачивались.
   - Ну вот, дождались! - выругалась Азер.
   - Девочки, не связывайтесь с ними.
   - Что?!
   - До меня им не добраться, а вот если вы с кем сцепитесь, придётся повозиться, чтобы разнять.
   - Понятно. Афсане! Гюльдан! Не отставать!
   Сложив крылья, они вместе спикировали к грохочущей армии. Враги рванулись наперерез, это им даже удалось - встать на дороге, но суккубы ловко ушли в стороны, а принцесса играючи прошла между ними, протащив за собой длинный шлейф матюков на нескольких языках. Потом, из рядов армии их заметили, и послали солдат - те разогнали преследователей, но как устало они летели! Если у всех так обстоят дела, то действительно сражение проиграно. Кадомацу отыскала офицеров и отдала приказ на отступление (в полете руки не шевелятся, дальнеговорник не достать), а потом сама полетела ко второй стене - передать меченосцам. И тут на неё напали во второй раз.
   ...Они держались в тени - по-прежнему десятеро, хоть и казалось, что самураи пару из них зашибли, но могли же они найти подкрепления? Атаковали почти у самой стены - в очень неудобной для защиты позиции. Всё-таки, маневренность у младших демонов лучше - девушка расплющила одного из них о стену, вовремя подобрав ноги, второго оттянула на себя Азер, а вот третьим оказался сам командир - зашел снизу, ухватил за ноги и сложил крылья. Девушка чудом, но выдержала это вес, изо всех сил пнула его по руке, и вырвалась, оставив сапог. Потом помогла Азер - хоть бить в спину и неприлично, но они спешили, ведь Наката без приказа не отступит... Часовой у ракетницы уже заметил Главнокомандующую, но тут опять пристали надоевшие охотники.
   На этот раз на дочь императора обрушились сверху сразу двое. Хорошо, что она оглянулась - и, переложив крылья, неожиданно взлетела промеж них. Нападающих пронесло навстречу друг другу, звонко стукнув лбами. Раздался полукрик-полурёв: 'Эей!' - и в спину девушки прилетел её сапог. Она не успела поймать его, но разозлилась, и под ругань своих девочек, врезалась в строй обидчиков.
   Одного она располовинила, но потом на принцессу навалились сразу со всех сторон. Кто-то протянул руку - и лишился оной. Сразу же другой получил древком в зубы, сверкнувший в свете зари клинок сабли жалобно звякнул и полетел к далёкой земле. Обезоруженный демон рванулся за потерей и освободил дорогу их жертве. Метеа сразу вылетела наружу, прочь, из комка тел, пнув по дороге раскалённой ступнёй чью-то черепушку. Афсане и Гюльдан из луков прикрыли её, правда, жаль, что никого не убили. Лифт - пусковая установка уже был рядом, когда на принцессу обрушилась сверху могучая туша командира охотников. Она с криком врезала ему в поддых башкой, но он не растерялся, а, схватив обеими лапами шлем, стал тянуть её за голову, то ли намереваясь раздеть, то ли оторвать. Ремень не выдержал, и шлем слетел, оставшись у врага, но освободив демонессу, и ее, так и не уложенные в причёску, яркие в тени Стены, волосы.
   Зеленоглазая красавица, закрутив себя взмахом крыльев в пируэт, с развороту врезала ему ногой, и крикнула уже готовившемуся броситься на помощь часовому:
   - Ищи генерала Накату! Приказ - полное отступление! Ломайте... - но недоговорила, недобитый враг снова на неё кинулся. Азер резанула его каблуком по спине - жаль, не шемширом, и он чуть приостановился, выясняя причину. У принцессы появились секунды, чтобы приготовиться. Краем глаза она заметила, что за часовым рванулся один из охотников - но его успела срезать и нашпиговать стрелам Афсане - молодец, девчонка!
   Демон Хаоса схватился за нагинату. "Такое впечатление, что он меня раздеть собирается", - подумала девушка, крутанувшись вокруг своей оси, заставила великана потерять ветер, его крылья схлопнулись, не найдя опоры, он сорвался повиснув на одной руке, а демонесса, со змеиным шипением раскрыв челюсти, укусила его за пальцы.
   Рёв, наверное, был слышен даже Тардешу за пределами атмосферы. Хоть у Мацуко и заломило зубы от холода, ему определённо было намного хуже - зубки у принцессы были немаленькие. Весьма неприятное ощущение, когда тебя кусает существо, в чьей крови течёт жидкое золото и расплавленный металл. Командир охотников явно обиделся, и, выпустив древко, грохнулся о стену, распластавшись кляксой, заскользившей под уклон под ногами девушки. Он зашевелился, ударился об антенну, другую, ухватился за что-то, и тяжело метнул себя в воздух, обнажая саблю, с явным намерением убить.
  
   ...Армия, сверкая железом и гремя боевыми кличами, медленно откатывалась назад, и уже местами достигала второй стены - но, судя по сигналам, это было ещё не отступление, а отход для контратаки. Только бы мятежники дали времени для разгона!
   Метеа летела к внешней стене, поминутно оглядываясь. Высшие демоны Хаоса медленнее набирали скорость, но зато были выносливее её расы. Она хотела к моменту столкновения иметь что-нибудь основательное под ногами, пусть даже скользкую поверхность внешней стены - ведь, хоть её тело химически состояло из большой доли железа, сама-то она была живая, и крылья вполне реально отваливались от почти целого дня работы. Охотники догнали их только тогда, когда принцесса сама этого захотела:
   - Пятеро! - воскликнула Азер: - неужели мы уже половину завалили?!
   - То ли ещё будет, - мрачно пообещала её хозяйка: - Оттягивайте на себя по одному. Я возьму двух.
   - Может, я?!
   - У меня нагината.
   Демоны Хаоса забрали чуть выше и обрушились на них со сложенными крыльями - демоницы этого ожидали. Дочь императора не видела, как там справились её телохранительницы - на неё сначала накинулось сразу трое, потом двое врагов, но, судя по тому, что больше её никто не беспокоил - успешно.
   Командир явно посчитал укус за личное оскорбление, и старался разобраться с зеленоглазой обидчицей сам, криками отгоняя своих подчинённых.
   Столкнулись! Кадомацу не могла рубить как он - в полёте руки в плечах не двигались, не вращались, но защищаться она могла - к удивлению противника, видать не встречавшего никого опытнее пятнадцатилетних самураев первого года службы. Клинки скрестились - и девушка, обманув полуповоротом, ушла от него разворотом на горке. Он ругнулся, упустив её, и, развернувшись, погнался следом, уровнем выше. Ниже, скользя по стене, помчался его солдат - и признаться, гораздо ловчее, чем это делала принцесса. Она перевернулась, чтобы встретить своего главного соперника лицом, но тут получила такой удар в спину, что чуть не выронила оружие. Попыталась повернуться к другому - напал командир, пришлось отбиваться. Солдат-демон, видать, получив строгий приказ, не использовал оружие, зато вовсю толкался, вернее, таранил корпусом и бил ногами бедную девушку. Она пару или больше раз врезала ему древком, но не особенно сильно - надо ведь было отбиваться и от его начальства. А потом пришел удачный порыв ветра, и она красиво вывернулась, с подстановкой крыла, заставив "толкателя" налететь на саблю командира. Они хором выругались с выражением досады. Командир со злости, даже не отряхнув клинок, вдруг переломил древко нагинаты - неожиданно даже для него. Кадомацу попыталась защититься тем, что осталось, но длинные щепы, торчащие из каждого обломка, здорово мешали ей, и она вынуждена была бросить сначала тупой, а потом и обломок с клинком. К счастью, командир охотников тоже выкинул своё оружие, и, с нечленораздельным рыком, накинулся на зеленоглазую генеральшу с голыми руками.
   Она ещё думала, что дистанция достаточная, и не успела понять, как вдруг холоднющие здоровенные лапы сомкнулись на её шее. Её шеи-то ему хватало на два пальца, а он взялся обеими ладонями - только то, что тело и доспехи демонессы имело температуру расплавленного золота, спасло её от отрывания головы - даже в приступе звериной ярости нелегко заставить себя обнять вулканический жар. Дьяволица отчаянно дралась, царапалась, пытаясь вырваться из ледяных объятий, они вместе потеряли ветер из крыльев и свалились со стены. Мацуко, уже не следя за приличиями, обхватила его ногами, чтоб он хотя бы не виснул на ней, и била, била его по локтям, ключицам, по морде, по всем выступающим косточкам, где ещё у этих тварей могут быть болевые точки!.. Лишь бы отпустил! Они перевернулись вниз головами, он приблизил своё лицо к ней и прошипел с сильным акцентом:
   - Теперррррь ты умрррррррешь...
   Метеа чуть полураскрыла крылья (это предсказание немного привело её в чувство), и, набрав ветра, сделала неожиданную полупетлю, в сторону стены. Гладкая поверхность с противным визгом ободрала его лысину, вместе с торчащим посредине клоком волос, он даже не усел вскрикнуть от боли, как стукнулся черепом об торчавшее дуло пушки. Когти свело судорогой, девушка с трудом оторвала их от своих плеч, где они позацеплялись за кольца брони, и сбросила бездыханное тело вниз. Убила или нет - она не знала, бездыханное тело скрылось в морозной дымке, и она взлетела к гребню стены.
  
   Суккубы действительно испугались, потеряв свою хозяйку. Азер даже прочитала нотацию:
   - Дурочка, а если бы ты не смогла с ним расцепиться?!
   - Пустяки!
   - 'Пустяки'?! А что бы без тебя со всей армией стало? Ты же теперь не какая-нибудь шкодливая девчонка, ты - командир, на тебе ответственность! За жизни солдат, за армию, за победу! И вообще, по-моему, тебе давно пора бросить эти дурости с поединками...
   Кадомацу взглянула ей в глаза - ну не могла же она сказать, что вот так, отчаянно рискуя жизнью, она изливала свою тоску по любви и нежности, все свои переживания о такой судьбе, сделавшей невозможным даже прикоснуться к любимому! Хотя, пожившая больше неё на свете соблазнительница, скорее бы всего поняла... Но принцесса опять, как всегда, едва заслушав критику, замкнулась в обидах:
   - ...и Сакагучи с парнями ты зря оставила - они же сыграли на твоей драчливости, убить - не убили, но отвлекли...
   - Сакагучи?! Ха! И что бы он тут делал?! Сестра Ануш показала пальцем:
   - Смотри! Вот зачем они отвлекали тебя от сражения! - Дочь императора гордо повела головой, глянув в ту сторону, и ужаснулась: с правого фланга, разметав неплотный строй копейщиков, враги обходили армии, занимая обильно политые кровью демонов люки на стене, и заставляя оживать уже замолкнувшие было сторожевые установки. Азер была права - её провели как девчонку, отвлекая дурацкими поединками, сами занялись серьезной войной. Правда, не стоило сбрасывать со счетов солидный боевой опыт начальницы охраны, и гордо фыркать на дельные советы... Но сейчас принцесса запаниковала: здесь, на пути врага, у неё в распоряжении были только луки Гюльдан и Афсане, и 'Сосновая Ветка' вкупе с клинком Азер - вот и вся боевая мощь! Из внешней стены она могла поднять только меченосцев - не факт, что их после боёв в стене сейчас достаточно, и для удара по воздуху они неспособны - нужны копейщики.
   'Ну и вот...' - сказала она сама себе: ' И чего ты добилась?! Всё пыталась доказать свои чувства, а доказала свою глупость... Правду говорят, что война не место для любви - и тоску сердца надо не утолять вражеской кровью, и глушить яростью битвы, а давить, там в сердце, чтобы она не мешала трезво судить голове. Ведь сердце - бездонно, его никогда не утолить ни ненавистью, ни любовью, а Совершенный Мир не прощает ошибок и строг с теми, кто не умеет контролировать свои чувства...' - и на миг прикрыв глаза, коротко приказала:
   - Азер, собирай, кого можешь! Девочки! Мне нужно срочно найти место для посадки!.. - что ж, если Провидению нужна 'холодная голова', будет им холодная голова. И замёрзшие уши.
  
   ...Их набралось одиннадцать - шесть копейщиков со знаменосцем, три суккуба и принцесса, одна штука. Последняя повела их не скрываясь, на фоне зари, выбирая место, куда ударить. Прорыв произошел тогда, когда авиация людей ушла на заправку - поредевшим копейщикам младшего Оямы не хватило сил удержать всю линию фронта, вот они и уступили... Мятежники, сейчас хорошо охватившие правый фланг, не особенно-то торопились атаковать, ежеминутно перестраиваясь - ну тут, во-первых, невыгодная была для них позиция, демонам-копейщикам ещё хватало место для разгона, да и с тыла вполне могли подойти неожиданные подкрепления, не говоря о банальном обстреле, вздумай они замкнуть окружение. (Метеа позаботилась и о первом и о втором с помощью дальнеговорника - только это дело было не очень быстрым при таких масштабах сражения). Но в целом, время только играло им на руку - лишь случайно замеченные благодаря внимательности телохранителя Главнокомандующей, они просто ждали, когда к ним подкатит планомерно отступающая, измученная дневным сражением, обессиленная армия. Даже слабый удар с тыла в такой ситуации способен был закончить битву катастрофой для карателей.
  
   >Напрасные усилия
  
   ...Морозный ветер неприятно холодил уши, и путал волосы - свой шлем она так и не нашла. Изредка, заливая мертвенно-бледным светом двигателей, и вспышек взрывов, пролетали ракеты Тардеша, освещая роившихся в тенях Стены повстанцев. Существовала возможность малыми силами расстроить их планы, но для этого они должны были хоть чуть-чуть подставиться. Чуть переложив крылья, девушка полетела вдоль их позиций - тень и доспехи хорошо скрыли свечение её тела, и затаившиеся в засаде враги даже не повели ухом, смотря в ту сторону, где она последний раз собирала свои силы. Ну как бы заставить их оторваться от гребня! Колесницы Стхана были готовы - несколько минут и любая засада, которую они увидят, была бы сметена. Но их не было видно, в том-то и дело...
   Позиция химер и демонов Хаоса, как всегда, не отличалась особым изяществом - словно нелетающие существа, они предпочитали контролировать одну высоту, а не минимум три эшелона, по канонам военной науки Края Последнего Рассвета. В чистом поле это было бы большим недостатком, и при прочих равных дочь императора давно бы их разбила, но с укрытием в виде высоченных стен один ряд превращался в невидимку, на которого чревато было бросаться в необдуманной атаке. Тем более что Высшие демоны были минимум в полтора раза больше младших родственников, и сестре Мамору следовало бы три раза подумать, прежде чем искать с ними боя.
   Они все вместе остановились и полетели обратно - смысла окружать с внешней стороны выступ в позициях не было, могли ещё оказаться на линии огня собственных колесниц, стоило бы посмотреть, насколько глубоко это окружение, может, можно было просто отсечь наглый правый фланг и показательно уничтожить ударом всей армии?! Только бы они не опередили их...
   Копейщик-знаменосец с довольным видом показал своей генеральше, что засада осталась на прежних позициях - они только выслали вперёд, вдоль стены, разведчиков. Метеа взглянула на лучниц - и враг остались без разведки. Небольшая, компактная группа мятежников на передовой, привлекла всеобщее внимание - зелёноглазая демонесса тоже посмотрела туда, и еле сумела сдержать крик восторга: спиной к ним, в окружении где-то двадцати телохранителей с зелёными, как её глаза факелами, за полем боя наблюдал один из высших повстанческих начальников!
   - К бою! - моментально приказала она.
   Азер вопросительно посмотрела на хозяйку.
   - Мы будем бить их же оружием! - объяснила та с каким-то диким восторгом: - Не смотри на меня так, лучше отдай приказ начинать через минуту.
   Старшая телохранительница, у которой теперь был ещё и дальнеговорник, повиновалась с безразличным видом.
   - Девочки, как со стрелами?
   - Плохо, - ответила Гюльдан. У неё оставался всего один колчан, а у менее меткой Афсане - и того меньше. А вылетали с пятью!
   - Ладно... Постарайтесь перебить в первую очередь вестовых, а уж потом телохранителей. Ребята, - для того, чтобы обратиться к самураям, пришлось здорово затормозить: - Мы атакуем вражеского генерала. Генерала буду бить я, а вы - позаботьтесь, чтобы никто не встал на моей дороге. Если расправились с ближайшим телохранителем - сразу ко мне, это не поединок, генерала надо убить - иначе наши не выберутся отсюда. Все поняли?! Азер?!
   - Тебя только могила исправит, сорвиголова несчастная. Обязательно надо выбирать такой вариант, на котором тебе голову сломят?! Ладно, поехали.
   - Я знаю, что делаю - излишне ответила Мацуко, и подала крыльями сигнал: 'В атаку!'.
  
   Лучницы вместо вестовых постарались выбить телохранителей - пока с ними не столкнулись копейщики. Знаменосец погиб сразу же - флаг за спиной помешал ему разогнаться, но своего врага в бездну он всё-таки уволок. Метеа заметила это краем глаза - и тотчас же, сложив крылья, обрушилась на генерала.
   Тот был совсем не готов к атаке - в руках вместо сабли держал короткую дубину, которая моментально проиграла состязание по прочности 'Сосновой Ветке'. Ещё раз хищно блеснул зеленоватый клинок принцессы - враг уклонился, но совсем чуть-чуть, вытащил... кнут! - и звонко хлестнув перед лицом девушки, заставил ту отпрянуть, а потом раскрутил, прозрачным кругом, держа на расстоянии и врагов и друзей. Демонесса пыталась и так и так - но он играючи выписывал вензеля и восьмёрки - и оставался недоступен. Шум привлёк внимание скрывавшееся в тенях Стены армии - и, несмотря на неудачу в поединке, принцесса с затаённой надеждой смотрела, как прежде невидимые части повстанцев отрываются от стены, привлечённые их дракой. Она уже думала метнуть в него меч и попробовать отвлечь за собой, ещё дальше от стены - но в этот момент невесть откуда взялась Азер, и, как обезьяна повисла у него на спине, зажав в болевой крылья. Генерал даже и ойкнуть не успел, как полетел вниз с тёмной соблазнительницей на шее. Метеа видела, как ниже комок расцепился, и, перехватив меч поудобнее, рухнула вниз, разгоняясь...
   Она буквально пробежала по отвесной стене, помогая себе крыльями. Противник поднимался с саблей в одной руке и кнутом в другой, и, увидев свою соперницу, не растерялся, а подсёк её вторым оружием. Кнут обвился вокруг босой ноги девушки, она по инерции пролетела мимо, и чудом избежала удара, оттолкнувшись рукояткой меча от скользкой стены. Генерал сразу дёрнул её назад, она была готова, и с двойного пируэта врезала ему сильной ногой. Он чуть провалился, бросился вперёд, ударил сначала саблей, потом - кнутом, демон-женщина увернулась, и ухитрилась пнуть по руке, вооруженной пастушьим инструментом красивой ногой с чётко прорисовавшимися мускулами. Не попала - да это и не было нужно, как раз в этот момент по всему горизонту загрохотала канонада, и гребень стены вспучился разрывами там, где высунулась заглядевшаяся на поединок своего генерала повстанческая армия, и боевой клич демонов Края Последнего Рассвета возвестил о его поражении. Кадомацу ожидала, что противник набросится на неё, желая хоть так получить реванш, и чуть приподняла клинок, готовясь к защите, но он вместо этого смотал кнут, и, отсалютовав саблей, представился:
   - Гетман Зубило.
   - Кадомацу Явара, Принцесса Третья Края Последнего Рассвета, Метеа.
   - Приятно было познакомиться, Ваше Высочество. Передайте привет отцу. До следующих встреч, - и глубоко вздохнув, одним ударом крылья взвился в темнеющее небо.
   Сверху спустились Афсане и Гюльдан, и двое копейщиков.
   - Догнать?
   - Нет, не надо. А где Азер?!
   ...Старшую телохранительницу нашли под стеной. Она сломала обе ноги, руку и палец на крыле - это, не считая резаных ран. Но выжила. Повстанцы не мешали выносить раненых, как не мешали обустраивать сеть лагерей, позиций и коммуникаций под самой Стеной. Первый штурм Коцита продолжался 8 часов (16 по амальскому счёту, где в часу всего 60 минут), и обошелся принцессе в 20 миллионов только убитыми, несколько сотен пропавших без вести, бессчетное количество раненых и две бессонные ночи... Девушка винила себя во всех неудачах, и хотела измениться, чтобы никогда не позорить Тардеша.
  
   Призраки, по своему обычаю устроили разбор сражения, на котором особенно тяжко пришлось драгонарию. Приехал какой-то шишка с самого Амаля, и свалил всю вину на него. Мацуко сидела, не поднимая глаз, стыд сдавил ей шею тугим шарфом, ей хотелось выскочить, крикнуть: 'Да я во всём виновата, я, я!' - но ей, что странно, никто не давал слова. Тардеш даже не упомянул, что она там командовала, да и правильно - не заслужила она такой части...
   ...Основной причиной неудачи считалось то, что так и не удалось завершить предварительное окружение крепости. (Забегая вперёд - его не удалось завершить до самого падения Коцита). Мацукава, которому было это поручено, успешно взял весь южный фас, оперируя с Подкоцитовых Гор, прошел на запад, но на широте середины четвёртой стены встретил мощнейший вражеский заслон, а оказалось - под командованием одного из лидеров повстанцев, родственника Тыгрынкээва - Умкы, который не дал ему продвинуться дальше, чем буквально на три шага. Атака Стены на участке Мацукавы была слабой из-за большой протяженности фронта - захлебнулась ещё на внешней стене, но он был единственным, чьи части нашли способ проникнуть в башни управления воротами - но не разобрались в системе управления, и не смогли разблокировать вход.
   Томинара же действовал успешнее. Они вместе со Стханом нарушили приказ, и проломили три аккуратных прохода в Стене, засыпали рвы, и предприняли наземную атаку. Правда, оказалось, что в Стене был неразрушимый каркас, на остатках которого повстанцы смогли организовать оборону, да так успешно, что позже выделили с этого участка сводную бригаду гетмана Зубило, для окружения центральной группировки.
   Центральная же группа, под командованием Главнокомандующей Метеа, оказалось, действовала наиболее эффективно. Амальский инспектор сделал реконструкцию сражения и на все лады нахваливал принцессу, а та всё больше краснела от стыда: на реконструкции не была показана позорная для неё возня с прицепившимися из-за её собственной запальчивости убийцами, промедление с отходом выглядело чуть ли не подвигом, а то, как её обошли - прямо шахматной победой. И всё было неправда, если бы только этот ругающий Тардеша призрак видел бы сражение, а не отчёты, он бы знал, что виновата - она, а Тардеш - молодец! Ну а, в общем - она единственная действовала по плану, добралась до внутренней стены, и буквально чуть-чуть не хватило сил, чтобы захватить участок на глубину, достаточную для закрепления линии фронта. Как признало следствие, причиной неудачи было в первую очередь отсутствие достаточных разведданных, без которых и происходило то распыление сил, то запаздывание резервов. С чем и закатили выговор Тардешу. А несчастная кругом виноватая принцесса получила повод вторую ночь подряд выплакивать свои зелёные глазки в подушку и одеяла...
   Все говорили, что она изменилась с тех пор - 'Цитадель' стала мрачнее, ещё неприступнее, ещё холоднее. Она уже больше не шутила, не издевалась над генералами, не бросалась в драку по любому поводу, а терпеливо выжидала, оценивая все возможности и используя своё личное участие лишь как редкий, решающий инструмент. Честно, все признали, что она стала воевать лучше, бить врага сильнее, но... её такую стали бояться даже те генералы, которые прежде страдали от её непристойных шуточек, позаимствованных у Златы.
  
   Повстанцы удивительно спокойно отнеслись к появлению под стенами цитадели Большого Лагеря, оборудованного и укреплённого немногословным и незаметным Сидзукой. Мятежники его почти даже не обстреливали - так, иногда 'для порядка' бросались парой снарядов или мин, чтобы страх не забывали - и успокаивались. Инженеры объясняли тишину нехваткой энергии - само понятие 'полярный круг' подразумевало, что здесь холодно, а за стенами Коцита сейчас собралось такое количество очень теплолюбивых существ, что один обогрев съедал большую часть энергии оборонительных систем. Ну и, разумеется, берегли снаряды на случай штурма - им ведь никто новые не привезёт.
   Второй штурм устроили в день рождения императора. Вернее, Мацуко, рассчитывавшая кампанию на несколько дней, хотела приурочить само взятие к отцовскому празднику, но Тардеш, надеявшийся решить всё дело миром, убедил её дождаться кораблей с выкупом. Так случилось, что они пришли накануне праздника, и после дерзкого ответа повстанцев, каратели атаковали мгновенно - вот такой подарок от любящей дочки...
   Битва продолжалась целые сутки, 12 часов, уставших заменяли свежие, специально перед этим привыкавшие к ночному режиму бодрствования. Они нажали в проёмах, сделанных Томинарой, но повстанцы их там ждали, и сдержали натиски, включив всё своё мужество и защитные механизмы крепости.
   Метеа вся изругалась на этой битве, как последний бандюган (Сакагучи неделю с ней из-за этого не разговаривал!), виданное ли дело - из последний сил захватывает она один участок фронта - а за её спиной отступают, и отдают врагам соседний! В полночь следующего дня, последней покинув Проломы, она отрапортовала Тардешу: штурм сорвался. Надо было ставить туда какого-нибудь более терпеливого, чем она, полководца.
   Результат же этого сражения был более чем удивительным - из дома пришло пространное письмо отца, без определённой темы, и, вопреки договору Империи с Амалем - подкрепления для любимой дочери, доведшие численность её армии до первоначальных десяти сотен миллионов...
  
  >Неприступность
  
  Незадолго до третьего штурма Тардеш вызвал принцессу на свой корабль - причин не объяснял, и, не зная, чего и ждать, она поднялась на 'Шайтан'...
  На орбите было необычайно оживлённо - тут и там висели контейнеры, похожие на связки труб, из которых юркие тягачи вытаскивали огромные ракеты и заряжали их в небольшие неказистые корабли - 'драконы', как объяснил пилот. Внешне, эти потёртые, похожие на амфоры скорлупки, не заслуживали такого наименования. Челнок грубо, с неестественными для летающего существа рывками, маневрировал между ними, отыскивая раскрывающийся бледно-синими фонарями зев ангара флагмана - нашли, и вот, она уже внутри...
  'Шайтан', хоть и построенный руками людей, сохранил планировку корабля призраков - сердцевину его составлял атриум - огромный, пустой колодец, вокруг которого кольцами располагались жилые ярусы. Это была память о тех временах, когда гравитация в кораблях создавалась вращением - столь древних, что корни этого обычая, наверное, были древнее Первой Династии. Сейчас, пустое пространство использовалось экипажем для отдыха, игр и развлечений - в центре царила невесомость, и было так соблазнительно расправить крылья, и сократить путь по воздуху - но атмосфера и притяжение Амаля не давали достаточной опоры крыльям принцессы и её суккубов, да и сам 'Шайтан' не располагал к шалостям - у Кадомацу образ флагмана ассоциировался со многими неприятными воспоминаниями... Поэтому, отпустив девочек проведать Азер, сестра Мамору пошла наверх в одиночестве, борясь по дороге с нахлынувшими мыслями...
  
  ...Она не знала, что 'Шайтан' сделан во многом отличным от канона, что подлинным революционным новшеством были палубы, расположенные параллельно корме, а не стенам, что уменьшенные размеры атриума позволили разместить в два с половиной раза больше оружия и оборудования, что Тардеш чуть не лишился звания драгонария, проталкивая этот проект... Впрочем, если бы она думала, ей бы было лучше - потому что сейчас, проходя по столь памятным галереям, она изо всех сил пыталась отогнать горечь, приходящую с воспоминаниями о брате...
  Но это было невозможно! Казалось, каждый поворот был памятным местом - здесь она блуждала, вспоминая о нём, здесь она блуждала, рыдая о нём; каждая надпись, эти амальские цифры, где 'четвёрка' обозначалась как 'пять минус один', всё, всё будило тяжелые переживания. Поэтому, глотая слёзы и пугая народ, зелёноглазая красавица-демонесса поднялась прежде Тардеша в свою, бывшую Мамору, каюту, и упала на колени пред алтарём, на котором стоял прах брата и его жены.
  'Брат, мой милый старший брат, мой добрый дух-хранитель, посмотри, что стало с твоей глупой сестрой... Я забыла любовь, которая привела меня сюда, забыла свои мечты, стала волчицей в образе прежней Малышки... Впрочем, теперь и лицом не та Малышка, что ты помнишь... я другая смотрю на себя из зеркал... Теперь только холодная ненависть движет моими руками, только месть за тебя... Но я не смогла убить своё сердце, и, живя так, как живу сейчас, становлюсь всё более несчастной. Меня прозвали 'Метеа' - " падающей звездой' Но ведь они никогда не достигают своей цели... Брат, смогу ли я когда-нибудь стать прежней? Или мне суждено прогореть дотла, как падающей звезде, и вспыхнув ярко, так и не увидеть исполнения своих желаний?! О, брат, Ёси, за эти два месяца я ни разу не улыбнулась!..' - она выпрямилась и заплакала. Но духи умерших молчали - видать, там, в лучших мирах, были заботы куда более важные, чем слёзы глупой принцессы... Кадомацу вытерла их, прибралась в каюте, и, наложив макияж, отправилась к Тардешу.
  
  Драгонарий её ждал, накинув на плечи парадный плащ, тяжело ссутулившейся тенью посреди комнаты, напротив сияющего синевой аквариума. Девушка даже подумала, что пришла невовремя, но потом вспомнила короткое 'заходите' у дверей и заинтересовалась: что же случилось?
  Призрак слегка шевельнулся, и она посчитала это позволением говорить:
  - Драгонарий-сама, мои войска уже практически готовы. Мы закончили передислокацию резервов и проводим ежедневные тренировки. Принц Стхан рапортует, что заканчивает фазу снабжения боеприпасами, но его войска, и в особенности - артиллерия полностью боеготовы, и способны выполнить весь спектр задач в штурме даже без полного восстановления резервов. Я, правда, хотела бы дождаться завершения планового ремонта техники, но процент подлежащих обслуживанию и восстановлению боевых единиц абсолютно не критичен для наших боевых планов - они могут быть возвращены в строй и во время сражения, если его начать в условленную дату...
  - Вы по-прежнему настаиваете на этой дате?! - негромко спросил он.
  - Да... - Кадомацу запнулась: - А... что случилось?!
  - Смешно представить, но я как-то не задумывался соотнести время с вашим календарём. Это ведь годовщина гибели вашего брата?!
  - Да. И ещё праздник - День Влюблённых... И ещё его день рожденья...
  - 'Повезло'... Сколько ему бы было?..
  - Тридцать три... у нас у всех по три года разница, между мной и Сабуро - четыре...
  - Тридцать три... Когда мне было тридцать три, я строил этот корабль... У вас будут какие-нибудь по нему поминки?!
  - Да, разумеется...
  - Мне можно поучаствовать?!
  - Конечно. Я думаю, он был бы рад...
  - А как же штурм?
  - Проведём их в Коците.
  Драгонарий усмехнулся:
  - Остроумно. Ах да, извините, я забыл - слышал, вас постигла ещё одна утрата - ваш телохранитель...
  - Ничего, она скоро выздоровеет.
  - Так она не погибла?!
  - Нет, только покалечилась...
  - Извините, если что...
  - Да я же сказала - 'ничего'...
  Они опять продолжительное время молчали:
  
  - А у нас на этот день тоже выпадает праздник, - начал первым драгонарий: - День Десантника. Если будет свободное время, сможете увидеть Кверкеша напившимся. Хотя, вообще-то, он не совсем десантник...
  - Ой, а не...
  - Не бойтесь, если займёте их работой, все будут трезвы как стёклышки. У нас у десанта определённая репутация - считается, что в свой праздник они обязаны устроить либо большую драку, либо большую попойку. Ну, думаю, штурм Коцита их удовлетворит. По части драки.
  Принцесса сдержанно улыбнулась.
  - Хотя, - продолжал Тардеш: - Я вызвал вас обсудить одно предложение насчёт Цитадели. Я обеспокоен, извините... - он явно волновался, жаль, на его невидимом лице не читались эмоции:
  - Извините. Вы хорошо себя чувствуете, госпожа ведьма?!
  - Ну... да. А что вас навело на такую мысль?
  - Ещё раз извините... но видно ведь, что с вами что-то неладно. Вы немного... другая стали после первого штурма. И друзья ваши тоже беспокоятся... Вы меня тоже, считаете другом?!
  - О да, разумеется! - это прозвучало неожиданно слишком пылко.
  - А может, ну его к чёрту, Коцит?! Оставим осадный гарнизон, а сами начнём вторжение на другие планеты? Госпожа ведьма, извините, но мне кажется, вы слишком близко к сердцу принимаете свои неудачи. Зачем так себя изводить? Доведёте себя до какого-нибудь истощения... свалитесь, или подстрелят... Мне будет очень вас не хватать...
  - Нет, господин драгонарий, - девушка выдерживала голос, хоть и слегка заалела от смущения: - Не беспокойтесь за меня. Мне, конечно, стыдно перед вами за две подряд неудачные попытки, это при всём вашем двери, но, я думаю, это не мешает работе. Нас с детства учат переносить всяческие трудности... даже принцесс...
  - Но всё-таки... - вздохнул призрак: - Не держите всё в себе... Вы не сказали, кстати, что вы думаете насчёт идеи оставить пока штурмы Цитадели.
  - Но, драгонарий-сама, я не думаю, что это серьёзно...
  - Я серьёзно. У меня разрешение Сената. Если вы чувствуете, что задание слишком тяжело, можем уже через восемь часов начать вторжение на Диззамаль.
  - Драгонарий-сама... - тут настал её черёд вздыхать: - Я не думаю, что это хорошая идея - бросать дело на полпути. Я попытаюсь взять крепость!
  - Да нет, это от вас зависело... Ничего?! Извините, не хотел вас обидеть...
  - Вы же мой командир, драгонарий-сама.
  - Да... - теперь вздохнул Тардеш: - Можете идти. И, - он бросил вдогонку: - Если что - больше не держите в себе, рассказывайте что беспокоит.
  Эти слова остановили её у двери, и заставил ответить таким взглядом, которого она не ожидала - полным нежности, любви, которой, казалось, у неё уже не могло остаться. Спрятав лицо в крыльях, девушка пулей выскочила из адмиральской каюты, и на ближайшем повороте только схватившись за стену, удержалась на ногах. О, боги, никуда любовь не пропадала! До сих пор, каждый шаг от него - как сквозь стену, а каждая мысль о нём - волна экстаза! 'Тардеш!..' Это, наверное, брат постарался - следил, наверное, с неба за своей глупой сестрёнкой... Девушка подняла глаза и сказала: 'Я не подведу тебя...'...
  
  ...Третий штурм Коцита тоже сорвался, несмотря на все старания...
  
  Основной их целью на этот раз было полное окружение крепости - но даже и оно не удалось. С севера, с "направления Сидзуки" получилось продвинуться дальше третьих ворот по периметру, и самое главное - вглубь вражеской территории. На этот раз была хорошо организована разведка и правильно выбраны места для ударов, но... собственно штурм даже и не начинался. Во-первых, на юге, в "хвосте Мацукавы", насмерть встал Умкы с тремя (всего!) легионами призраков-ренегатов, да и оказалось, что ракеты Тардеша достигают только фронтальных стен - дальше, в тылу, повстанцы свободно оперировали защитными системами, чем, кстати, и объяснялась фантастическая стойкость "заслона Умкы".
  Генерал Метеа носилась по всем фронту, как комета, научившись возникать в самых нужных местах, воодушевляла, рубилась и "Сосновой Веткой" и "Воротным Столбом", у Томинары и Сидзуки - на севере - ходила в разведку, залетела аж в крепость. У Мацукавы на юге - чуть не добралась до самого Умкы, но её отсекли от основных сил, и пришлось вырубаться из окружения, чтобы не попасть в плен... И везде, с каждым ударом, с каждым криком "вперёд!", она повторяла про себя: "За брата. И для Тардеша"...
  
  ...Поздно вечером, когда горящая весь месяц закатная заря приобрела слегка другой оттенок, блуждающая по лагерю принцесса вдруг услышала разговор двух самураев: старого и молодого. Суккубы хотели прогнать их, но она им запретила:
  - Да, это уж крепость, так крепость! - говорил молодой: - Никогда нам не взять её!
  - Цитадель сделана из тех же материалов, что и мы с тобой, - отвечал старый: - А значит, когда-нибудь и не выдержит.
  - Конечно, - усмехнулся молодой: - Нами же командует - "Разрушительница крепостей!".
  - Никогда не говори о ней в таком тоне! - резко оборвал его старый: - Она для тебя - "генерал"!.. И вот что я скажу тебе, - добавил он после некоторой паузы: - даже Коцит может пасть, и падёт со временем, но есть одна крепость, которую не взять никакой армии - это сердце нашего генерала!
  - Да ну? - с усмешкой и сомнением выдавил молодой: - Всем известно, каким местом нужно трудиться третьим дочерям, чтобы получить наследство...
  - Не смей так говорить! Я самурай, у меня ничего нет, кроме меча и собственной жизни, но я с радостью положу и то и другое только за то, чтобы никто больше не называл её "Третьей" - потому, что после своего отца-императора и покойного принца, она первая из семьи Явара по храбрости! Так представь же, куда я пойду по её приказу...
  
  ...Отвернувшись, со слезами благодарности на глазах, Кадомацу медленно удалялась, стараясь не шуметь доспехом... Несмотря на все неудачи, Небеса за что-то поворачивались к ней лицом - "Так дайте же мне сил оправдать ваше доверие!" - взмолилась девушка, и ей показалось, что она произнесла это вслух - потому, что хромавшая рядом Азер приостановилась, и, опершись на костыль, пристально посмотрела на хозяйку... Нет, нет, маленькой принцессе всё это чудится...
  ...Надо ли говорить, что радушным предложением Тардеша - делиться с ним её проблемами, она так никогда и не воспользовалась?!..
  
  >Услуги за 30 серебреников.
  
  ...Кончалось лето, и догорал закат за стенами Коцита. Командующая шла вдоль Большого Лагеря, к участку Томинары, где, как говорили, повстанцы что-то делали в проломах, когда её окликнули:
  - Госпожа Третья! Из штаба передают - господин драгонарий просит вас прибыть к нему! Ваш дальнеговорник не отвечает...
  Она остановилась - это был молодой дворянин из караульной службы - младший командир охраны.
  - Он на планете? - спросила дьяволица глухим голосом, машинально проверяя устройство - индикатор показывал, что сигнал глушится повстанцами.
  - Да, с самого последнего штурма!
  - О, боги, неужели он в Большом Лагере?
  - Нет, госпожа, на дачах. Вон та... - он повернулся, чтобы показать рукой, но она его оборвала:
  - Спасибо, я знаю, где ставка. У вас сейчас нет никаких поручений?! Тогда сходите, предупредите светомётчиков, что я лечу...
  
  ...В здании ставки было гораздо теплее и уютнее, чем в прошлый раз. Стены заняли разнообразные карты и погодные сводки, правда, на этот раз они были повёрнуты лицом к стене, голограммы погашены, громоздкое оборудование, занявшее большую часть объёма комнат - отключено и опечатано. Кадомацу вошла бесшумно и присела рядом с Томинарой. Тот вздрогнул, когда девушка осторожно коснулась его:
  - А, госпожа, извините меня, это моя вина, забыл, что сам вас сегодня вызвал. Господин драгонарий пятерых гонцов послал, прежде чем я вспомнил, что вы на дороге ко мне уже должны находиться.
  - Драгонарий-доно давно здесь? - тоже шепотом осведомилась она.
  - Уже с неделю. Он спустился тогда, когда оказалось, что ракеты не долетают до южного фланга.
  - Почему мне ничего не сказали?
  - Он запретил.
  Принцесса промолчала. Тардеш сидел к ней спиной, а, кроме него - Кверкеш, незнакомый принцессе призрак в тоге вместо мундира или доспехов, Мацукава, и несколько солдат - легионеров и самураев, видать подошедших с докладом или "языком".
  - Что происходит? - наконец спросила она у начальника штаба.
  - Предатель появился. В смысле - перебежчик. Сегодня, в Час Быка, вышел на Сидзуку и потребовал встречи с драгонарием.
  - Правда?! Я подойду, посмотрю, - и, поднявшись, подошла ближе.
  Тардеш почувствовал её по движению воздуха, и сильно подвинулся, освобождая место на скамье рядом с собой. Метеа помедлила, оглядев открывшееся её взору существо, и села рядом.
  Перед ними сидело мерзкое создание человеческой расы. Ничего равного или хотя бы близкого к благородной святости Сэнсея или апофеозу мужества Стхана, - низкорослый плюгавый блондин, весь заросший противнейшей белой щетиной, с влажным, неприятным взглядом светло-карих глаз с провисающим нижним веком. Его треугольное лицо постоянно дёргалось, пыталось улыбаться, но тотчас же искажалось с трудом сдерживаемым страхом. Его маленькие ручки с короткими пальцами никак не находили места, и, наконец, успокоились в рукавах тёмно-синего, испещрённого пуговицами мундира.
  - Это маршал Метеа, командующая наземными силами, - представил её Тардеш: - Повтори, пожалуйста, для неё своё предложение.
  Незнакомец облапал девушку раздевающим взглядом, в котором похоть быстро сменилась испугом:
  - Да, товарищ, товари...
  - Ваше Высочество, - с презрением подсказала ему принцесса.
  - Да, товарищ Ваше Высочество. Я - Каличаран, верный сын Амаля, хоть и джаханалец по рождению! Я ненавижу мятежников, и пришел исполнить свой... долг перед Республикой! Надеюсь, что республика не забудет потом своего скромного слугу... сын...
  - Ближе к делу, - перебили его.
  - Да, ближе к делу... Да-да. Я уже сказал товарищу трибуну и повторю, раз просят - я знаю один ход в Крепость, который не охраняется, и могу за одну маленькую услугу провести доблестные легионы Республики внутрь.
  - Конкретно! Что за ход?!! - допрос вёл в основном тот незнакомый призрак в тоге.
  Предатель весь сжался, испуганно стреляя глазами.
  - Ну, вам не выгодно молчать. Поймите, вы - пока что мятежник, и ничем ещё не доказали верность Республике. Мы вполне можем пренебречь вашим предложением и расстрелять прямо сейчас.
  - Да, - испуганно кивнул тот: - Да, товарищ трибун. Покажите, пожалуйста, карту Северного района.
  Жест рукой - и перед ним зажглась сияющая голограмма.
  - Вот тут. Через... 11-108-й вентиляционный ход...
  Зажглась тоненькая ниточка коммуникации. Перебежчик испуганно одёрнул руку и посмотрел на собственный палец.
  - Вы смеетесь?! - оказалось, здесь был ещё и инженер: - Думаете, мы не пытались воспользоваться вентиляцией?! Там невозможно не то, что атаковать - даже скрытно проникнуть, коридор узейший, изгиб на вертикальный подъем, с покрытием нулевого трения, заканчивается тупиком!
  - Что на нём за форма? - шепотом спросила принцесса.
  - Префектура фрустрации, перевоспитание и экзекуция. Тюремщик, а, может, и палач, - так же тихо ответил Тардеш.
  - Покажите на плане, где находится ваша тюрьма, господин тюремщик, - попросила она.
  Тот, помявшись, поколдовал над схемой и ткнул в группу помещений под Стеной:
  - 6-й гарнизонный следственный изолятор. Мы как бы считаемся находящимися под внутренней стеной, но подземные камеры доходят до средней.
  - И вы, наверное, хотите сказать, что от вентиляционного тоннеля до вашей тюрьмы есть какой-то неуказанный ход сообщения?!
  - Да! - посчитав её за единомышленницу, воодушевился надзиратель: - И об этом почти никто не знает! Вернее, должны были знать, но думают, что его уже нет! Понимаете, у нас сидел какой-то... то ли полубог, то ли асур, и сбежал перед самым восстанием! Прогрыз или пробил нейтринно-уплотнённую плиту! И мне поручили заделать этот ход! И забыли!
  Метеа и Тардеш с сомнением переглянулись. Призрак в тоге вступил в допрос:
  - Вам одному? Ремонт фортификаций вообще-то забота инженерных подразделений и строительных легионов. Это знаете ли, тяжелая работа - камни таскать надо.
  - Нет-нет-нет, конечно же, не одному! Я был уполномочен контролировать ремонтные работы, и мне была придана инженерная команда, но - пришло Восстание, и моего начальника, и выделенную мне ремонтную команду убили, и, похоже, все рапорты затерялись в повстанческой канцелярии.
  - Непохоже на Шульгена - такое забыть.
  - А вот подобная ловушка - вполне похожа. Этот наг хитёр даже для нагов.
  - До Шульгена эта новость даже не дошла! - не выдержал перебежчик: - Иначе бы всех поставили на уши, и не было бы восстания - это же дыра в нейтринной плите! Тут бы был и флот, и лучшие легионы!
  - Да, логично, - согласился призрак в тоге: - На такой ЧП были бы мобилизованы лучшие силы, и возможно, это бы предотвратило восстание. Но в связи с такими подробностями ваша легенда выглядит ещё менее убедительной.
  - Вы не понимаете, это ХОД! Как раз то, что вам нужно! Неизвестный никому, в обход системы шлюзов!
  - Или прямиком в руки гарнизона?!
  - Широкий?! - с сомнением спросила демонесса, окинув взглядом тщедушные размерчики человека: - Я смогу пройти?! Или, - она поискала взглядом Сакагучи, тот встал во весь рост и расправил плечи где-то под потолком: - ...вот он?!
  Человечек замер, переводя взгляд то на призрака, то на демона, то на демонессу, потом быстро-быстро закивал головой:
  - Да-да-да, даже больше! Он шире аварийного хода! Вот... - перебежчик начал разводить руками, примериваясь, то так, то этак, потом вскочил на ноги, стал мерить ногами: - Ага, да, с ваш стол шириной!
  Драгонарий посмотрел на принцессу:
  - Надёжная же единица измерения - в ширинах стола.
  - Неплохо, - шепнула в ответ она: - А вдруг он и не врёт? Где Злата?!
  - А, опять дурью мается. Я её уже всё утро зову!
  Дочь императора сама попробовала прозондировать ренегата, пристально вглядываясь сквозь прищуренные ресницы в его силуэт:
  - Нет... не получается самой. В чём-то он кривит душой, но не пойму в чём, - и полным голосом: - А что вы просите за эту информацию?
  Тот вздрогнул и сказал еле слышно:
  - Убить кое-кого...
  - Что? Громче!
  - Уб... У меня есть враг. Я хочу, чтобы его убили!
  - А сами вы не способны? Вы же на линии фронта. Можно бы было подстроить несчастный случай, а не обращаться ко вражеской армии.
  - Я... я маленький и слабый человек. Я всего лишь скромный слуга Амаля! Я не способен на подвиг, только на предательство!
  - И вы так смело признаётесь? - подняла взгляд принцесса: - Да вы мерзавец.
  - Ну и пусть. Пусть я мерзавец, пусть я ничтожество, но я буду жить, а мои враги - умрут! Это вам, демонам и полубогам, у которых даже женщины в сто раз сильнее наших самых могучих воинов, честь сражаться лицом к лицу, а у нас, людей, принято убивать врагов тем оружием, которое нам по силам. Если бы я мог взять меч - я бы зарезал его! Если бы я лучше него стрелял - я бы застрелил его! Но я могу только предать, поэтому я прошу вас убить его!
  - А больше вам ничего не надо?! Ни денег, ни должности? - продолжал допрос незнакомый призрак.
  - Нет. Я верный Сын Амаля и ратую за возвращение Республики, где гражданам не требуются деньги!
  - Правильно, - похвалил незнакомец.
  - Кто это?! - спросила демонесса драгонария.
  - Трибун флота Прибеш, действительный сенатор. Та ещё заноза в... одно место, - тихо-тихо ответил Тардеш.
  Тот тем временем продолжал:
  - Согласно законам Республики, и заветам боевого братства и союзнического долга Сынов Амаля, в случае, если ваше содействие приведёт к военному успеху Армии и Флота Республики, вам будет дозволено указать от пяти до семнадцати позиций в проскрипционных списках, и получить во владение имущество репрессированных лиц. Это стандартная награда, она полагается каждому агенту Республики и Сената без предварительных условий. Мы рады вашему содействию и рассмотрим предложение на ближайших заседаниях Штаба в наивысочайшем приоритете. Товарищ по партии Второй Архидрагонарий Республики Тардеш?
  - Да, я тоже говорю союзникам, что неплохо бы обдумать это предложение. Центурион, отведите пере... агента в тюрьму и обеспечите надёжную охрану.
  - Нет-нет-нет! - завопил надзиратель, заболтав в воздухе своими короткопалыми ручками: - Меня нельзя в тюрьму! Мне надо через час быть на месте, иначе заменят, и они обнаружат проход!
  Призраки синхронно глянули на часы в своих дальневизорах:
  - Центурион! - опять приказал Тардеш: - Возьмите ближайший транспорт и скрытно доставьте агента на позиции генерала Сидзуки! Там обеспечьте скрытое сопровождение и продолжайте контроль территории до следующего сеанса связи или особых распоряжений!
  - Когда вы сможете вернуться? - спросили у ренегата.
  - Завтра, в двадцатом часу ночи. Но к обеду я должен сдать дежурство!
  - Понятно. Вас снабдят контрольно-следящей аппаратурой, и вживят подрывное устройство, которое сработает, если вы не деактивируете его до двадцати одного часа ночи. Деактивировать его смогут только наши инженеры, не пытайтесь сами, мы это проконтролируем. Вам ясна ситуация?
  - Да, товарищ начальник.
  - Отлично, и перешел на язык демонов: - Он что-то секретное мог увидеть?
  - Кроме вас - ничего, товарищ драгонарий, - ответили ему призраки.
  - Замечательно. Исполняйте приказ, центурион.
  
  >Аюта - необычный воинский чин
  
  Когда за предателем хлопнула дверь, Мацукава заметил:
  - Не думаю, что у нас много времени, чтобы воспользоваться этим предложением.
  Принцесса кинула на него взгляд: на её заседаниях самурай имел последний, наименее важный голос.
  - Почему вы так думаете, генерал?
  - Это существо столь же ненадёжно по части здоровья, как и по части верности. Да и глядя, как его затрясло от радости, я боюсь - не проговорился бы он, лелея мечту о торжестве над заклятым врагом.
  Принцесса фыркнула:
  - И так ясно, что он мерзок.
  А Тардеш заметил:
  - Я бы не стал торопиться ему верить, товарищи союзники.
  - Почему? - удивилась девушка и сразу же сама ответила: - Ах да, всё-таки предатель...
  - Да нет... Просто предположим, что ход существует, какие у него могут быть настоящие размеры, исходя из того, что мы знаем о высших демонах и полубогах? Думаю ситуация намного менее радужная чем он расписывал. Даже имея все технологии Индры, копать, пришлось бы осторожно, чтобы не засекли охранные системы. Большой выброс энергии да ещё возле зоны особого внимания, какой является тюрьма, поднял бы тревогу. Недоучившийся инженер во мне говорит, что дыра должна быть минимальной, впритык по силуэту. Ну и извилистая, наверное - вслепую ведь копал. Много вы войска в наговские норы могли провести, а, маршал?..
  - Вы что, драгонарий-доно, думаете, я всю армию туда запихивать собралась? Нет, это смешно, - она скрестила руки на груди и изобразила смешное надуто-обиженное лицо: - Небольшой отряд ниндзя, который выведет из строя одну из электростанций, а? Какая-нибудь из ваших элитных когорт?!
  Все призраки синхронно покачали головами:
  - Вы неправильно представляете структуру наших войск, маршал Метеа. Элитные когорты - это совсем не ваши ниндзя, это тактические подразделения. Они действуют быстро, эффективно, но грубо и шумно. Когорта, скорее всего, даже не дойдёт до тюрьмы - они не решают задачи скрытного проникновения. Здесь нужны именно диверсанты, а их на эту кампанию Сенат не выделил...
  - Тогда... тогда я попрошу у отца несколько ниндзя!
  - Ваши телохранители добирались сюда две недели, недавнее пополнение - и того дольше. Даже если мы пошлём за ними корабль... не думаю, что тайна продержится столько времени.
  - В крайнем случае, я бы сама могла взять несколько опытных воинов и своих телохранителей, и пробраться в крепость.
  Тардеш вздрогнул:
  - Надеюсь, это только в порядке предположения?! Я думаю, что было бы глупо жертвовать таким офицером, как вы, в такой глупой авантюре, как эта...
  
  Несмотря на резкую отповедь драгонария, упрямая принцесса весь оставшийся день и ночь только и думала, что о последней идее, и, мало-помалу, в конце концов, сама убедила себя в том, что это единственный выход.
  В самом деле, зачем искать ниндзя, если она сама тренировалась у самого знаменитого воина-тени своей страны? Разве она не гордилась своим умением ходить бесшумно, прятаться в тенях? И сёстры Ануш будут с нею - а разве могут быть лучшие лазутчики, чем суккубы? Разве ждут враги, что сам вражеский полководец проникнет в их укрепления?! И разве сложно бы было достать планы и секреты крепости, построенной руками людей, если сами люди были тут, под боком? И, убеждая себя подобными мыслями, девушка-демон сладко заснула, твердя про себя: вот сейчас она Тардешу докажет, докажет...
  
  Наутро её разбудила неугомонная Злата:
  - Привет! Говорят, вчера какого-то мозгляка откопали за тридцать серебряников?
  - Что?! А, да, был перебежчик...
  - 'Был-был'! Что меня не позвали?!
  - Господин драгонарий тебя звал.
  - 'Звал'! Он сказал: 'Злата, бу-бу-бу, приди, бу-бу-бу, в общем, бу-бу-бу-бу, надо...'. Ну, я и подумала - нафиг мне это 'бу-бу-бу', вдруг оно заразно и нестерильно?! Я ж не знала, что у него допрос!
  - Врёшь ты всё. Всё правильно тебе господин драгонарий говорил.
  - О, боже, как ты его называешь! 'Господин драгонарий'! Добре, пошли, показывай своего Иудушку...
  
  ...Вообще-то, до Часа Быка выспаться проблематично - поэтому принцесса и её суккубы (для которых это ещё было и время любовных утех), все запотягивались, выйдя на свежий воздух. Нага посторонилась:
  - Но-но, зашибёте! - на что демонесса, улыбнувшись сквозь зевок, заметила:
  - Знаешь, я бы полетела...
  - А я бы телепортировалась! Ничего, пойдёшь пешочком, мало тебе что я и так пресмыкаюсь, надо ещё, чтобы я, на ночь глядя, ещё и мозги напрягала!
  - Ладно. Только учти, что там, в поле, могут ещё мины оставаться.
  - А мне-то что? Я по своим следам иду, это у тебя проблемы!
  Нашутившись, они некоторое время шли молча, лишь иногда расходясь, встречая большие валуны, или вывороченные пласты земли. Потом не выдержала демоница:
  - Злата, постой, можно тебя спросить? - окликнула она колдунью.
  - Ну что там опять с тобой, неужели уже заблудилась?
  - Да нет, сейчас... - вроде бы невинное ворчание подруги вызвало такой взрыв смеха, что ей пришлось переводить дыхание: - Нет, вот, я хотела спросить, почему тебя всё время называют "аюта"?
  - А тебя что, завидно?
  - Да нет, просто слышу иногда это слово и интересно. В словарях не нашла, или неправильно расслышала? Мне можно так тебя звать?
  - Да, пожалуйста! Делов-то куча... - и после паузы объяснила:
  - "Аюта" - это моё официальное звание в армии Амаля. Аюта второго архидрагонария флота. Я ведь офицер самой армии Республики, а не как ты - какого-то туземного корпуса. А у призраков женщины в армии не служат, как назвать не знали, меня такую замечательную, ну вот и откопали в старых летописях. "Аюта" - помощница, заместитель. Я отвечаю за всякие магические дела и имею доступ к телу товарища нашего драгонария в любое время дня и ночи. Ну и если вопрос касается магии, то моё звание придёт моему слову вес равный приказу самого драгонария.
  - Интересно... "Аюта"?
  - Нет, неправильно. "Аюта", с долгой ударной "ю". Хотя, ты правильно догадалась - это слово из языка апсар, у них так назывался аналог сотника, или центуриона по-амальски. Только не зови меня так, пожалуйста, когда при Тардеше есть какой-то призрак, кроме Бэлы. Понимаешь, после того как друг-Тардеш завёл при себе меня, такую хорошую, другие офицеры тоже решили устроить себе в штабы своих любовниц, и получился небольшой скандальчик...
  
  ...Драгонарий ждал их, не начиная пока допрос покорно вернувшегося тюремщика. На сей раз, в ставке не было никого из генералов-демонов, только призраки, да ещё и принц Стхан, нервно натягивающий и снимающий тетиву со своего могучего лука, и с недоверием, граничащим с отвращением, разглядывающий предателя.
  - Отлично, пришли! Злата, нам так тебя вчера не хватало!
  - Я всегда прихожу по первому внятному и членораздельному требованию, друг-драгонарий. Начнём?!
  - Начнём.
  - Запись идёт?
  - Так точно, товарищ аюта!
  - Объект открыт и не блокируется. В настоящий момент испытывает лёгкий стресс и страх, обусловленный ситуацией. Отмечаю лёгкий шизоидный компонент в психике, и прогрессирующую паранойю. Нет, простите, шизоид отнюдь не "лёгкий"... Начинайте допрос, пан партийный и пан драгонарий.
  - Имя, фамилия, прозвище, род занятий место службы.
  - Каличаран ...., эдил префектуры фрустрации, 6-й гарнизонный изолятор квестуры, крепость "Ледяное Озеро", провинция Гудешия, Коцит.
  - Правильно.
  - Включить карту. Покажите снова нам ваш тоннель.
  - Вот.
  - Убеждён в реальности утверждения.
  - "Убеждён"?!
  - Ну, я же вам не ясновидящая! Говорю только о том, что я нашла в этой башке! Так вот - он верит, что этот тоннель существует.
  - Принято. Объект Каличаран. Никто кроме вас, не знает о его существовании?
  - Ну, я говорил.
  - Правда.
  - Нет, объясните подробно!
  - Зачем, я же сказала: "правда"! Или вы не вели запись предыдущего допроса?
  - Ладно, запишите в протокол, что с товарищем аютой спорить себе дороже. Так сколько времени вы можете скрывать от гарнизона его наличие?
  - Неделю, наверное...
  Призраки переглянулись.
  - Не уверен в точности фразы, назвал наименьшую цифру.
  - Э-э-э... А месяц не продержитесь?
  - Никаких гарантий. Может да, а может, нет.
  - Правда. Уверен.
  - Хм... Мы планируем внедрить в крепость шпиона. Сможете его провести? Через месяц?
  - Только если он сразу убьёт того, кого я укажу!
  - Категорическое условие!
  - Ну, теперь мы ставим условия. Вам же было объяснено насчёт проскрипционных списков. Вы согласились. После факта согласия вступают в действия факторы оперативной и тактической необходимости - если убийство не поставит под угрозу цель миссии, его выполнят, если же нет, то будет произведено в самый оптимальный момент. Республика держит свои обещания, зря вы так напрягаетесь...
  - Ладно (тяжело вздохнув) Смогу...
  Демонесса вмешалась в разговор, склонившись и положив локти на стол, прямо во вращающуюся голограмму:
  - А меня смогли бы с диверсионной группой провести?! Где-нибудь десятерых?! Мы бы стразу и убили, кого вам надо!
  Тардеш вздрогнул, суть не коснувшись красиво расчерченных голограммой волос девушки:
  - Маршал Метеа! Мы же уже обсуждали с вами этот вопрос!
  - Я только в порядке предположения! Должны же мы иметь запасной план! - и взмахнула рукой, пытаясь остановить назревающую перепалку.
  - Ладно, пусть спрашивает.
  - Ну, так как?!
  - Да, пожалуйста! Только по одному - ход в одиночной камере заканчивается, первым должен идти сильный боец, там с вашим ростом... по одному придётся идти. Я замерял, можно, но сложно... товарищ... принцесса?!
  - Спасибо, это приемлемо, - поблагодарила, сверкнув зелёными глазами, принцесса, польщённая тем, что её запомнили. И больше не принимала участия в разговоре.
  
  ...Когда она попросилась сопровождать назад перебежчика, Злата что-то заподозрила, и спросила, гипнотизирующе глядя на подругу:
  - Ты ведь что-то задумала, шалопайка!
  - Допустим, - отводя бедовые глаза, не ответила та.
  - Ох, и влетит тебе... Ладно, я ничего не видела, не слышала, ничего не знаю. Дерзай, не дай призракам и эту удачу утопить в бумагах.
   Демонесса остановилась, и долго-долго с изумлением глядела на нагу: так может она читать её мысли или нет?!
  
   > Решимость открыть дверь
  
   ...Не сразу, как летучий корабль, поднявшись, закачал своих пассажиров, будто в колыбели, а ближе к концу рейса, когда зевающая охрана отползла в другой, конец, отвлечённая науськанными суккубами, Кадомацу, три раза оглядевшись, села напротив, коленками к ренегату:
   - Тс-с, тихо, постарайтесь не подавать вида, что мы разговариваем, - она доверительно склонилась к его голове, но тот наоборот, отпрянул - ой, девушка и забыла, что от неё исходит доменный жар, с трудом переносимый средними расами:
   - Извините, - она выпрямилась, поправив одежды, чтобы не создавать дискомфорта собеседнику температурой своего тела: - Всё нормально?
   - Да! - испуганным шепотом выкрикнул тот.
   - Ещё раз извините, господин Каличаран. Я сама тоже волнуюсь, - она повернулась так, чтобы он мог вовсю любоваться её лицом - иногда улыбка и блеск зелёных глаз оказывались эффективнее всех угроз и уговоров, в чём её когда-то безуспешно пытались убедить подруги детства. Конечно, по части науки очарования ей было далеко до Весёлый Брод или суккуб, но на измученных войной мужчин хватало даже её обычного простого кокетства. А на дрожащего от каждой тени перебежчика - тем более! Надо было только выбрать удачный ракурс, с которого бы её длинный нос не портил всё впечатление.
   - Вас тоже разочаровали, как и меня, правда, Каличаран-сан?
   - Как и вас?! Простите, товарищ начальник?!
   - Разумеется! Вы хотели... ну, давайте говорить честно - убить своего врага. И поскорее. А я - хочу поскорее захватить крепость. И вот, по чужой вине, оказывается надо терпеть ещё месяц! Не кажется ли вам, что нам надо объединить свои усилия?! Нет, господин драгонарий, конечно, хороший командир, и не вздумайте спорить! - но у призраков есть неприятная привычка топить удачу в бумагах. И, похоже, он не может ей сопротивляться.
   - Хе-хе... - попытался усмехнуться перебежчик.
   - Не сметь смеяться, глотку перережу! - сказала демонесса тихим и убедительным голосом.
   - Простите, - улыбку как ветром сдуло.
   - Ну вот, а мы - демоны, действуем быстро, эффективно, и не задаём лишних вопросов.
   - Что вы ходите?!
   - Я всё вам сказала: проводите меня и десять воинов внутрь. Мы убьём вашего врага и... снимем это... - она выразительно ткнула ему в расстёгнутый ворот мундира, где пикало вживлённое в кожу взрывное устройство.
   Человек поёжился:
   - Хорошо бы... А то я даже омовение принять не могу, не то что ванну... И жена вопросы задавать начала. А что на это скажут призраки?!
   Принцесса расправила плечи и заинтересованно наклонила голову:
   - А мы разве собираемся рассказывать им о нашем маленьком секрете?! То, как я буду брать крепость - их совершенно не касается, запомните, господин Каличаран. На земле - я командир!
   - Но колдунья, та змеюка!
   - Во-первых, она - моя подруга, и прошу отзываться о ней уважительно, а во-вторых... я сказала уже, что она моя подруга?
   Тюремщик отвернулся, пытаясь скрыть скользнувшую улыбку. Дьяволица следила за ним довольная-довольная - соблазнился-таки!
   - Ладно, - наконец сказал он (их тряхнуло, аппарат пошел на посадку): - Только мне сейчас приказали являться через три дня, это как?
   - Очень хорошо, мне же надо ещё подготовить группу, а это небыстрое дело... Скажем, на шестой или девятый день, подходит?!
   - По рукам! - воскликнул тот, и хотел уже сделать соответствующий жест, но вовремя вспомнил, кто перед ним, и стыдливо убрал пятерню...
   - Ну, ты! - прикрикнул на него центурион: - Перебежчик! Встать, оправиться, привести себя в порядок! Смотри, не путай ничего у меня!..
  
  ...Кадомацу, прищурив глаза, смотрела из распахнутого люка вдаль, где на конце еле заметной цепочки следов терялась крохотная фигурка предателя. Вот он уменьшился до точки, налетел вихрь - и исчез, оставив только облачко быстро тающего снега, соскользнувшего с двери. Тогда Сакагучи, до этого присутствовавший как предмет интерьера, подал голос: - Что это вы задумали, госпожа?
   - Ты ж догадался. Взять тебя, девочек, твоих ребят, и устроить им маленькую диверсию.
   По оранжевой половине лица командира хатамото скользнула тень недовольства:
   - Немногие из хатамото согласятся выполнять работу ниндзя... Принцесса-генерал посмотрела на него, пропуская возвращающихся стрелков, стряхивающих с маскировочных плащей белые хлопья снега:
   - Тогда мы найдём тех, кто согласится. Так даже лучше - должен же кто-то прикрывать моё отсутствие, ведь ты тоже понимаешь, что господин драгонарий никогда ничего подобного не разрешит... Но прежде... - она вздохнула: - Нам надо узнать, имеет ли смысл лезть внутрь Цитадели... - люк с шипением закрылся, и транспортёр призраков, рывком оторвавшись от белой равнины, взмыл в небо...
  
   ...Инженеру людей не пришлось ничего объяснять - едва увидев зелёные глаза девушки-демона, он сразу же включил на столе голограммы общего плана Коцита и его отдельных участков:
   - Если говорить теоретически, то Цитадель удивительно устойчива против диверсий - если только вы не проберётесь в 'Ледяную Клетку' - централь управления. Если исключать этот вариант остаются только общие централи, которые независимы...
   - Прежде всего, - перебила его демонесса (что-то голос стал пропадать в последнее время. Неужели опять простудилась?!): - Вы должны обещать, что ничего не скажете ни господину драгонарию, ни кому-то ещё!
   - Вы за кого меня принимаете, Ваше Высочество?! - обиделся человек, с силой выкрутив какой-то клапан на своих доспехах: - Я понимаю, конечно же, нет...
   - Очень хорошо. Итак, как я могу вывести из строя защиту Цитадели?
   - Да никак! - чуть ли не с радостью воскликнул человек: - Вы привыкли видеть её на картах, где масштаб всё принижает, и никак не можете понять, что Коцит - это не обычная застава, это даже не город, это целая страна со своими областями и городами!
   - Не забывайся, человек, - грозно предупредил Сакагучи с высоты своего роста: - Моя госпожа трижды штурмовала эту 'Страну'. И даже столь гордое творение вашей расы уже дрогнуло перед её храбростью.
   - Вы не понимаете... я не об этом. Когда-то, совершив большой подвиг, наверное, можно будет, не спорю, но... Восемь поколений гениев, целые планеты рабов, не за тем трудились, чтоб их творение можно было захватить с кавалерийского наскока! Посмотрите, вот запись всех ваших атак - глядите, как крепость, словно живой организм, ослеплённая, оглушенная, парализованная и преданная, отбивает самые яростные штурмы! - над голограммой зажглись цветные тени, повторяя схемы ударов и отступлений, разрушения, и восстановленные огневые точки.
   Принцесса грустно вздохнула, очередной раз поставленная лицом к лицу со своими неудачами.
   - А теперь диверсия, - он сделал движение и один из лучей звезды закрасился красным цветом: - Одиночные удары даже по самым уязвимым местам не убивают её - она слишком большая! Любую выбитую небольшим отрядом систему легко заменит дублирующая, даже если повстанцы довели их до безобразного состояния пренебрежением к тех обслуживанию. А сколь-нибудь ощутимый эффект достигнется при массированном уроне - диверсионной группе не пронести столько взрывчатки для такого множества целей, нужна целая армия! А тогда становятся напрасны усилия товарища драгонария и вас лично по сохранению крепости целой и невредимой - слишком много придётся сломать. А если действовать осторожно - снова вреда не нанести. Ударять его изнутри - это всё равно, что поймать небо в кулаке - как бы широко вы не растопыривали пальцы, оно всё равно туда не поместится!
   Вместо ответа дочь императора опустилась на колени и склонилась в вежливом поклоне перед мастером:
   - Извините, господин инженер, что я не проявила достаточного уважения, штурмуя шедевр рук ваших предков, - проговорила она совершенно серьёзно: - Но моя задача, моя судьба - найти уязвимое место в Цитадели и ударить из всех сил, на которые способна моя слабая женская рука. Я понимаю, что тяжело рушить гордость вашего народа, но прошу - помогите этому свершиться!
   Он потупился, неловко поджал губы, развел руками:
   - Ну что вы... товарищ принцесса... Просто мой отец проектировал защиту энегроцентрали, и перед смертью ещё не успел сделать последние улучшения. 'Ледяное Озеро' - детище нашей семьи, наших дедов и прадедов, наших детей, судьба моего отца... Я должен был занять его место, но пришло восстание... Он был верен Амалю и его убили, - он взмахнул рукой над голограммой и схемы укреплений и редутов сменились паутиной разноцветных, похожих на вены, кабелей и висящими в воздухе электронными таблицами. Он тяжело оперся о стол обоими руками, вглядываясь в непонятное непосвящённым хитросплетение, и закончил: - Я найду вам слабую точку, обещаю...
   Принцесса выпрямилась, поднялась во весь рост и сверкнула зелёными глазами за его спиной:
   - А я обещаю, что чего бы это мне не стоило, я возьму крепость Ледяное Озеро!
  
...И на этом я заканчиваю вторую главу второй части под названием 'Цитадель'. На мой взгляд, четвёртая попытка отчаянной девушки должна быть удачной...

  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com В.Василенко "Смертный 2: Легат"(Боевое фэнтези) Л.Вет., "Мой последний поиск."(Постапокалипсис) П.Лашина "Ребята нашего двора"(Научная фантастика) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) LitaWolf "Любить нельзя забыть"(Любовное фэнтези) Т.Осипова "Коррида"(Антиутопия) О.Герр "Невеста на продажу"(Любовное фэнтези) А.Ардова "Жена по ошибке"(Любовное фэнтези) М.Зайцева "Трое"(Постапокалипсис) А.Ардова "Брак по-драконьи. Новый Год в академии магии"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"