Груэ Владислава: другие произведения.

Зита. Дорога в небо

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фанфиков на Фикомании
Продавай произведения на
Peклaмa
Оценка: 9.68*9  Ваша оценка:

1

Сначала вернулось зрение. И сразу больно ударило по глазам кричаще яркое окружение: костюмчики, платьица, блузки, юбки... Понятно. Торговый центр, зал детской одежды для девочек, продукция текстильно-швейного комбината "Полярное сияние" из Девятки, только там технологи упорно считают, что в условиях Крайнего Севера расцветки должны приближаться к попугайным... А вот эта темноволосая молодая женщина напротив - что она делает, сидя на полу в явно недешевом брючном костюме? Судя по военно-гражданским погонам - аж целая госпожа майор, что соответствует уровню руководителя нехилого такого предприятия с численностью личного состава под пару сотен человек...

- Госпожа майор, вам плохо? - донесся обеспокоенный голос продавщицы-консультанта. Ага, и слух возвращается.

Она отрицательно качнула головой, и женщина напротив повторила движение. З-зараза, это же она сама в примерочном проекторе! Ну, раз осознала, значит, и соображалка по частям занимает положенное место. Так. И что произошло только что? Почему-то же она расположилась на полу?

Она аккуратно поднялась на ноги, отряхнула брючину. Упс, голова кружится. Слегка, но тем не менее.

- Ничего страшного, ортостатическая гипотензия, бывает от переутомления, - тихо успокоила она продавщицу, забросила ремень сумки на плечо и потихоньку пошла к выходу из торгового центра.

И что же произошло? Не переутомление, точно. Она зашла после работы присмотреть для Майки что-нибудь, тянется девочка страшно, как будто задалась целью маму перерасти... и? Ну и все. Наклонилась к нижней полке, дальше провал. Значит, на мгновение потеряла сознание. Здорово. А не рано ли - в двадцать семь лет? Или?.. Или она что-то подобное ожидала, а?

Она остановилась, задумчиво тронула сумку. Что-то же связано с ней, какое-то воспоминание... Ах да, пирожное. Наверно, раздавила, корова.

Она открыла сумочку. Посмотрела на целенькое пирожное в салфетке. Чуть-чуть надкушенное с самого краешка. Так. Заходила перед посещением торгового центра в кафе "Мандаринчики". Но пирожное не съела, хотя сладкое обожает. А почему не съела? Мало того, еще и с собой прихватила? Не понравилось поведение официантки? Не напряженность, нет, наоборот, какая-то наигранность... которой не должно быть у девушки, пятый час работающей на потоке с людьми. На пятом часу работы так устаешь, что не до игр. Вообще-то большинство кафешек обходятся автоматами самообслуживания, но "Мандаринчики" - брендовая сеть, у них официантки скорее психологи-собеседницы-завлекальщицы, просто подать выбранные товары автоматизированная система продаж умеет гораздо лучше... Плохо. Чего-то такого она и ожидала, не просто же так пистолет в кобуре скрытого ношения снят с предохранителя, и финка в набедренном креплении тоже не от юной романтики. Как сказано в апокрифических трудах по теории социализма, с укреплением социализма классовая борьба будет только возрастать. Единственное, чего не сделали в апокрифах - не дали определения классам в социалистическом обществе, отчего пошла такая путаница, что до сих пор не разобрались... Но чем же таким убойным спрыснули пирожное, что она от одного нюха чуть не загнулась?!

Она многообещающе покосилась на террасу с мандариновыми деревцами в кадках. Найдет она сейчас ту официантку? Второй час дня, пересменка, так что вряд ли. Сменилась и уже ушла. Сейчас не найдет, но вообще - куда она денется с подводной лодки, а? Номерные города уже третий год работают в открытом режиме, но закрыть их - минутное дело. Причем - буквально минутное.

Она нахмурилась и взялась за телефон вызывающе красного цвета. Тут, правда, без выбора - лучшие ученики школ получают в подарок телефоны красного цвета, и это на всю жизнь. Заслужил - носи и гордись, и пусть все завидуют, но главное, понимают, с кем имеют дело. Не менее важная вещь, чем система военно-гражданских званий.

Ее по-прежнему слегка мутило и покачивало, потому она сначала хотела вызвать медбригаду. И оперативников МВД. Но, подумав, от мысли вызвать медиков она отказалась. А потом и вовсе убрала телефон обратно в карман. Прежде чем обнародовать факт неудачного покушения на себя любимую, следовало обозначить круг подозреваемых. Начальник городского отдела МВД вполне мог там оказаться. Много кто еще, конечно, но он - в первую очередь. Если принять во внимание очевидный факт, что одним из главных врагов социалистического государства является собственная бюрократическая машина, а силовики по сути ее силовое крыло. А медики... обратиться к ним - это то же самое, что сообщить о произошедшем в горотдел МВД. Информация у медиков течет со страшной силой. Так что обойдется госпожа майор без помощи врачей, тем более что сама в какой-то степени из их числа. Если сразу не умерла, значит, до дома продержится, а там еще с войны лежит упаковка неиспользованных антидотов, и они даже не просрочены.

Она переоценила свои силы. Площадь у Торгового центра еще пересекла кое-как на ватных ногах, но сразу за тепловой завесой словно вынули штырек крепления, и повисла она позорно на первом же деревце. Сама же их и садила, но это вовсе не извиняет обломанных веточек. Впрочем, сознание не улетело, она даже отстраненно следила за временем, проверяла эффективность работы штурмовых отрядов. Среднее время реакции штурмовиков на нестандартную ситуацию - в пределах пяти минут, в зависимости от расписания занятий ближайшей школы. Ближайшей к Торговому центру числилась, правда, категорийная школа, а там штурмовые отряды не в почете, там, как и прежде, правили "Соколы России", которые в происходящее на улицах подкупольника принципиально не вмешивались...

Помощь подоспела через три минуты по ее внутренним ощущениям. Остановились два подростка, деловито осмотрели дуру-тетеньку, нюхнули по инструкции на предмет алкогольного отравления, выслушали ее косноязычные распоряжения и потащили вялую тушку в тихий рай центрального сектора. И даже дверь помогли разблокировать ее личной карточкой. Молодцы ребята, и вежливые на удивление. "Выздоравливайте, Лия Сергеевна!" Вот так вот, информацию в тайне сохранить не удалось, глазастики сразу прочитали данные на квартирной табличке. И запомнили. Она, правда, очень просила их не болтать, но для штурмовиков она вовсе не авторитет, так, одна из военно-гражданских майоров.

Дома она вкатила себе на всякий случай два антидота с разными формами протекции. Видимо, угадала, потому что стало намного лучше. Вот, значит, каково действие яда: дает возможность добраться до дома, чтоб там окочуриться, не пугая случайных свидетелей! До дома - или до приемного отделения ближайшего госпиталя, финал все равно одинаков. Вряд ли в госпитале готовы экстренно купировать поражения боевыми отравляющими. И принятая доза, получается, не так уж важна, ей просто повезло, что в квартире хранилась упаковка с полным набором полевых антидотов.

Что хорошо в майорском звании - рабочий день не регламентирован. Хочешь - работай хоть ночью, а не хочешь - никто заставлять не станет. Проведут по представлению общественных организаций контроля, тех же штурмовиков, например, негласную проверку, и полетишь с должности с разжалованием, только и всего, а так да, можно не работать. Так что она напилась очищающих составов и зарылась под одеяло отлеживаться до вечера. Сквозь дрему заметила, как на мгновение сунулась в комнату и тут же исчезла темная копешка волос Майки. Заботливая дочка сделала правильный вывод, что маме не до детей, и отправилась на летнюю площадку за младшим, а оттуда вместе с ним наверняка в любимый бассейн. Ну а из бассейна, нагулявши зверский аппетит, поведет братика в круглосуточную столовую сектора - то есть до времени, когда детям пора спать, на глаза мамочке не попадутся. Очень самостоятельная девочка, совсем как мама в детстве. Хотя вроде никаких прадедов у нее в голове не водится. А водятся всякие нехорошие идеи во всем походить на маму. А еще - найти папу...

Так что она без помех долежала до вечера, а вечером почувствовала себя настолько хорошо, что поднялась, переоделась в полевую форму и дошла до категорийной школы, тем более что расстояние смешное, всего пересечь зимний сад. Как, впрочем, и все расстояния в подкупольнике.

В начале лета занятия в школе, естественно, не проводились, но тем не менее там кипела жизнь. Светились окна лабораторий, в спортзале что-то бухало и хлопало, и в холле первого этажа мелькали шустрые фигурки. Еще бы, категорийные школы - кузницы интеллектуальных кадров, чтоб соответствовать высоким требованиям, педагоги работали и на страх, и на совесть. Можно, конечно, не работать, летние отпуска никто не отменял. Но если ежегодная проверка установит низкий уровень подготовки, к примеру, физматклассов, то педагогам - и директору - предложат поучаствовать в программе продуктовой безопасности "Атомного пояса Сибири". Проще говоря, отправят кидать навоз на пригородные фермы. А на их места и их социальные карточки желающих много найдется, местный педвуз каждый год выпускает по три десятка соискателей тепленьких местечек.

В административном крыле в отличие от учебного царили тишина и безлюдность, дежурный наверняка дремал на посту. Она решила тишину не тревожить, сладкий сон дежурного не прерывать, прошла через грузовой терминал к неприметной дверце, открыла ее личной карточкой и оказалась в святая святых детской патриотической организации "Соколы России" - в центре связи. Причем с обратной его стороны, в комнатке, о существовании которой руководители организации не подозревали.

Знакомый пост из темной монодревесины принял ее в свое уютное нутро. Она посидела, прикрыв глаза и прикидывая свои дальнейшие действия, потом включила консоль. Пожилой мужчина на экране оторвался от работы, недовольно поморщился и сказал:

- Привет, черноглазая. Что у тебя?

- Я тоже очень рада вас видеть, - тепло улыбнулась она. - Здравствуйте, Владимир Данилович. По работе у меня ничего срочного. Разве что вышли на устойчивый уровень продуктовой самодостаточности. Вот уже вторую неделю как. Так что измором подкупольники больше не взять.

Мужчина устало потер виски.

- Неужели смогли? - пробормотал он. - Я, честно говоря, даже не надеялся, представляешь? Если б не твоя безграничная уверенность... Зита, ты... хочешь, представим к званию "Герой Сибири", ко всем четырем степеням сразу? Мы в любом случае представим, но ты - хочешь?

- Если никак нельзя иначе, то только секретным приказом, - вздохнула она. - С необязательностью ношения на парадной форме.

- Не хочешь, - удовлетворенно кивнул Каллистратов. - Зита, душа моя, тогда какого черта ты отвлекаешь меня от работы?

- Меня сегодня пытались отравить, Владимир Данилович, - сказала она. И впервые в жизни увидела, что ее личный бог, ее учитель и непосредственный начальник испугался. Испугался до мертвенной бледности.

Она рассказала о случившемся, коротко и бесстрастно. А чего там растягивать? Была настороже, отраву слегка прикусила, до антидота с помощью, но успела добраться. Майор... генерал-майор, конечно, Каллистратов тоскливо морщился от ее рассказа.

- Значит, безопасников и медицину в известность не поставила, - буркнул он. - Это хорошо, это ты правильно сообразила... И в химлабораторию не обращалась? У вас же при агрокомплексе неплохая сейчас, проверь свое пирожное в частном порядке. Сможешь без регистрации? М-да, лишний вопрос, там мужики работают, а ты среди них как рыбка в мутной водичке, хотя вроде и не шлюха... Слушай, а это точно не токсикоз? Может, ты просто беременная?

- Владимир Данилович! - возмутилась она.

- Что - Владимир Данилович? - желчно огрызнулся он. - У кого двое детей и ни одного мужа, у меня, что ли? Кто с задания возвращается залетевшей, а? С задания! Туда отбывает со снайперкой, возвращается с пузом! Не ты?!

- Не переживайте, Владимир Данилович, - тихонько попросила она. - Мы найдем гада. Найдем, спросим. И уберем. Справимся своими силами.

Мужчина поглядел на нее, как будто хотел выматериться, но сдержался в последний момент.

- Ты не понимаешь, - тоскливо сказал он. - Не понимаешь! Удар от кого-то из наших! Наших, понятно?! Кто ты такая, знает очень узкий круг лиц - очень узкий! И все они - мои или твои друзья! Уберете вы... А я вот не уверен, смогу ли!

- А кто я такая? - осторожно поинтересовалась она.

- Дура в первую очередь! - проворчал генерал-майор. - Все твои друзья догадываются, что ты моя преемница, одна Зита хлопает черными глазками!

- Не, это я знаю! - отмахнулась она. - Преемница, и ничего кроме? Не возлюбленная?

- Я не педофил, понятно?

- Так я и спрашиваю сейчас, а не пятнадцать лет назад! Тогда я и так знала, что вы меня любите.

- Я не педофил!

- Владимир Данилович... ну вы можете хоть раз в жизни посмотреть в глаза правде?

- Тебе, что ли, в глаза посмотреть? - хмыкнул мужчина. - Ну, возлюбленная. Довольна, добилась своего?

Она открыла и закрыла рот. Похлопала глазами...

- Вот разрыдайся еще мне тут! - поморщился генерал-майор. - Двое детей на руках, а ведешь себя, как девчонка!

- Буду взрослой прямо с этого момента! - жарко заверила она, даже руки на коленках сложила, как примерная ученица. - Мы остановились на том, что меня пытались отравить мои друзья. Это чушь, конечно, но вы продолжайте, очень интересно!

- Не сияй! - буркнул генерал-майор. - Сам понимаю, что чушь, но кто еще? Кому нужна заурядная директриса заурядной школы в обычном номерном подкупольнике? Ну пусть ты еще и главный администратор проекта по продовольственной самодостаточности, все равно - кому? Кому из тех, кто имеет доступ к отравляющим веществам и, главное, к лабораториям и специалистам? А вот преемница лидера республики - это уже цель... вокруг тебя никаких странных движений не было последнее время? Ты упомянула, что была настороже, потому засекла неадекватное поведение официантки?

- Да движений больше, чем хотелось бы. У нас в подкупольниках вообще веселая жизнь. Вот неделю назад глава городского магистрата, например, грозился меня убить.

- Знаю, уже жаловался! - поморщился генерал-майор. - Я его за протекционизм самого пообещал убить, так что забыли и проехали... Еще?

- Две недели назад давили бунт принудработников на агрокомплексе, - подумав, сообщила она. - Но там... обиженных много, но серьезных - никого. Одной гвардией справились. Еще... инспекция видеоконтроля, которая бывшая служба наблюдения ГБ...

- Тоже грозились убить? - язвительно поинтересовался генерал-майор.

- Они закрыли свободный доступ к видеоархиву!

- Но они - грозились?

- Ну... косвенно.

- Пообещали в унитазе утопить, знаю я их любимые угрозы... понятно. Надеюсь, хотя бы гвардия тебя не обещала убить?

- Вот чтоб прямо по имени - нет. Но того, кто организовал им проверку боеготовности силами штурмовых отрядов - обещали, и самыми изощренными способами! С фантазией ребята. И это из серьезных - всё. Остальные - на личном уровне, у частников ни военной химлаборатории, ни профессиональной агентуры в городе быть не может.

- Да и перечисленные - не совсем серьезные силы, - задумчиво пробормотал генерал-майор. - Как они тебя подловили - тоже ведь вопрос. "Мандаринчики", говоришь? Это ж надо было знать твои пристрастия, то есть подвести исполнительницу сильно заранее...

Взгляд мужчины внезапно остановился, лицо затвердело.

- "Мандаринчики", - повторил он и криво усмехнулся. - Что-то я замотался. Ведь сразу название показалось знакомым, а сообразил только сейчас. Это ведь в "Мандаринчиках" проходят полевую практику девочки из службы собственной безопасности штурмовых отрядов? Так, нет?

Она заторможенно кивнула. История с покушением внезапно развернулась новой, неожиданной и очень страшной стороной.

- Вот тебе, Зита, и профессиональная исполнительница. Вот тебе и доступ к военной химлаборатории. Вот тебе вполне серьезная сила, не то что фантазеры из горгвардии. Это тебе, Зита, привет от старых друзей. Чего я и боялся.

- Владимир Данилович, этого не может быть, - тихо сказала она.

- Мы ожидали подобного, - бесстрастно сказал генерал-майор. - Мы оба - ожидали. У меня ведь тоже... пистолет снят с предохранителя. Мы победили, справились с военной разрухой, заново установили производственные связи. Пришло время делить власть! А в этом деле... друзей нет. Глава вашего городского магистрата, между прочим, мой ставленник. Мой! А как на себя власть потянул! Он, видите ли, нашел ход - покупать дешевые продукты! Хвастался, сука, передо мной хвастался! Наш убыточный агропром ему теперь никаким боком, а некая главный администратор проекта - вредительница и идейный враг! Он и группу поддержки в магистрате сколотил! Забыл только, гаденыш, упомянуть, что все продажи оформлены на торговые точки, принадлежащие- вот чисто случайно! - брату его жены! Как он зубы на тебя скалил! Такого не остановить - скоро и мне зубки покажет! Но ему-то я лично их выбью, все до единого... Так. Ищи предателя, Зита! Среди своих ищи! Среди тех, кто тебя знает лично и давно! Я тебе в помощь отправлю надежного паренька инструктором в штурмовые отряды, но только одного. Людей не хватает катастрофически, проклятая война выбила лучшие кадры! Найдете - не убивайте сразу, хочу лично заглянуть иуде в глаза...

Она грустно глядела в погасший экран. Сейчас там, на другой стороне линии, Владимир Данилович страшно кривится, матерится и хрипит в бессильной ярости, довелось ей как-то случайно подсмотреть сцену еще в детстве... потому и отключился поспешно, что сдерживаться не хватило сил. Штурмовые отряды. Именно с их стороны они не ожидали предательства. Вернее - не ожидала она. А генерал-майор Каллистратов, получается, ожидал - но в последнюю очередь... Кто? Кто из друзей решил освободить место рядом с лидером республики? Кто?!

Она ушла в подавленном состоянии, настолько не в себе, что случись именно сейчас нападение - прозевала бы, как будто не диверсантка. И в сквере подходяще стемнело, прямо ну подходи и бей по голове. Она по привычке отметила, что надо бы проверить, действительно лампы перегорели или им кто-то помог, но потом махнула рукой. Какие лампы, когда рушится мир?!

Из темноты на нее все же напали. Наскочили какие-то юные придурки с воплями, потом разглядели ее майорские военные погоны, ойкнули, извинились и исчезли. Понятно, перепутали в темноте с одной из своих подружек. Стройность и легкость походки сбили их с толку. Она так и не растолстела, как опасалась, а танцы потихоньку все же практиковала, вот и... чуть не зацеловали, идиоты. И даже не заметили, что им в ребра смотрит дуло малошумного пистолета разведчика. Вот было б кисло, если б она их перестреляла.

Конечно, безусловную правоту старших офицеров в бытовых конфликтах никто не отменял, хотя пытались неоднократно, но... За последний год она успела наступить на ногу всем без исключения ветвям власти, прав дяденька Каллистратов в своей язвительности. И теперь они ждут от нее серьезной ошибки. Расстрел малолетних обалдуев вполне мог обернуться для нее обвинением в психической ненормальности и принудительным лечением. Официально она - всего лишь директриса школы, на нее решения магистрата хватит. Ближайшая психушка где? Кажется, в Тройке. Пока Владимир Данилович нашел бы ее, пока вытащил - ей бы там все мозги поправили... безвозвратно. С самыми лучшими намерениями. Медицина - по сути тоже одна из силовых структур, лучше этого не забывать...

В квартиру она вошла на цыпочках. Заглянула в детскую - пусто. Понятно, снова заснули на ее кровати. Дети никогда не жаловались на ее отсутствие. Не жаловались, не капризничали. Только не играли, забирались в ее кровать и ждали... Она посмотрела на милые, припухшие во сне личики, и острая жалость подступила к сердцу. К черту работу! Она тоже мама, у нее тоже есть сердце, и оно разрывается! Имеет она право на тихое семейное счастье или нет?!

Она тихонько присела на краешек кровати, поплакала беззвучно. Майка, чуткая душа, тут же проснулась, распахнула свои темные глазищи. Посмотрела серьезно, вцепилась в ее руку, отвернулась... и заснула. Все в порядке, мама рядом, можно баиньки. А до ее прихода, получается, не спала, ждала...

Она свободной рукой утерла набежавшие слезы и прилегла рядом не раздеваясь. К черту работу. К черту.

2

В ее второй - снова второй! - школе, только подкупольного города номер девять летом занятий не проводили. Штурмовики готовятся к полевым учениям, старшие классы на обязательных подработках, младшие поголовно на морских курортах союзной Грузии... но это вовсе не значило, что директору школы нечем было заняться.

Она задумчиво смотрела в окно на спортплощадку, очередная папка с личным делом застыла на первой странице с изображением школьницы, но мысли ее были очень далеко от работы.

Владимир Данилович. Ее бог, учитель, ее мужчина. Очень странные ощущения остались после разговора с ним. Вроде бы добилась своего, вынудила мужчину признаться в чувствах? Вроде да, победила. А почему тогда четкое ощущение неудовлетворенности? Но любовь - всего лишь одна из сторон разговора, были и другие. Тем более что с любовью между ними давным-давно все понятно, и взаимные подначки и наскоки скорее развлечение. Она прекрасно знала, что очаровала своего начальника еще в далеком детстве. И так же прекрасно знала, что никогда не станет его женщиной. Почему - представления не имела. Просто принимала как данность. Да и ценность физической близости - такая сомнительная вещь... Генерал-майор Каллистратов - ее, и только ее мужчина, и точка, вот что на самом деле важно. И в этом отношении ничего не изменилось, открытое признание в чувствах лишь добавило капельку радости. А вот другие стороны разговора... Вдруг оказалось, что Владимир Данилович знал о службе собственной безопасности "Спартака". Знал тогда, знает и сейчас, причем в подробностях. Очень неприятное открытие. Она была уверена, что работала аккуратно, уверена и сейчас. Но Владимир Данилович - знает. Из чего следовало, что в службе собственной безопасности имеются информаторы... Само по себе не катастрофа, было бы странно обыграть на профессиональном поле матерого разведчика и организатора успешного государственного переворота, просто... СБ "Спартака" - очень личное, очень особое дело. Суд чести, суд совести. Это - внутрисемейное, генерал-майору Каллистратову там места нет. И тем не менее высшее начальство прекрасно осведомлено, следовательно, имеет способы воздействовать и руководить... Но и это не самое плохое. Подумаешь, переоценила себя. Поражения она признавать умеет. Но вот готовность лидера новой республики проводить кровавые чистки среди своих испугала. Сергей, Лена, Светка... и все четыре десятка оставшихся в живых спартаковцев. Погибавших вместе с ней под ударами "Алсучек", умиравших с голода, хоронивших товарищей... Вытаскивавших с боем майора Каллистратова из столицы, а позже ее саму из Грузии... уходивших вместе с ней на спецоперации и в Москву, и за рубеж... И теперь генерал-майор подозрительно рассматривает их в качестве мишеней. История, совершив крутой зигзаг, упорно возвращалась к той же самой кровавой форме режима Ивана Ферра, от которой всеми силами старались уйти... Или старалась только она? Ариа Кахиани, нежная поэтесса, ее подруга, ее верный "белый сокол", узница ленской каторги, беспримерно честная, мудрая, отчаянно храбрая женщина - не встанет ли на ее место вскоре кто-то из своих, из близких? Ленка, Кира?

Она отогнала тяжелые мысли и все же открыла личное дело. Последнее из двух десятков уже просмотренных. Два десятка новичков. Ну, как новичков... На самом деле - отбросы образовательной системы из других школ подкупольника. Сама напросилась, некого винить. Как с детства ее ужаснула жестокость наказаний нового социалистического государства, так никуда из сердца и не делась. Стала директрисой и внесла, на свою голову, предложение давать ученикам последний шанс. Не сразу отправлять на принудительные работы на вредные химпроизводства, например, а с отсрочкой на год. Случаи, как известно, бывают всякие, вдруг оболтус проникнется и признает нормы человеческого общежития? Потому что после принудработ, а уж тем более после ленской каторги вернуть человека в гражданскую жизнь практически невозможно, там уголовным, звериным образом жизни пропитываются раз и навсегда. Добрый дяденька Каллистратов тут же поддержал ее невидимой могучей рукой, но со своим непредсказуемым своеобразием. Так что вот, нате вам, Лия Сергеевна Бериа, два десятка придурков под годичный надзор. Контролируйте их силами лучшего в подкупольнике школьного штурмового отряда, воспитывайте личным примером, а когда не справитесь - сами отправляйте их на объекты Химмаша. Или не отправляйте - но только в случае несомненного педагогического успеха. Все по закону, но... несправедливо. Остальные директора, получается, все в белом, и лишь она педагогическое ничтожество и садистка. Ненавистные ей чиновничьи интриги во всей красе.

Она в задумчивости просмотрела видеозапись школьного педсовещания с виновницей по центру. Симпатичная рослая девочка, лицо "эльфийского" игрового типа, то есть огромные глаза и крохотная челюсть. Огрызается уверенно, с цинизмом и презрением, слабых мест не демонстрирует. Полностью сформировавшаяся личность. Воровка, стерва, конченая эгоистка. Если сделать максимальное приближение, становится видно, что еще и неряха. Если оценить шире - лентяйка. Школьная форма явно замусолена, в тринадцать-то лет, наверно, и самой можно постирать? Тем более что в каждой квартире предустановлены стиральные автоматы. Ну и как ее вразумить? Воровала и воровать будет. Не училась и не будет учиться, ибо лень и эгоистка. И мнит себя хитрее всех. Последнее, к сожалению, близко к правде. Тупа, но хитра невероятно, феномен природы какой-то. Успешно воровать при тотальном видеоконтроле! В пятой школе ее даже не пытались перевоспитать. Тем более что социализм задачи перевоспитания вовсе и не ставит ввиду полной бессмысленности. Социализм - не рай на земле, а всего лишь государство для всех. Как любое государство - жесткое, часто жестокое к тем, кто не подчиняется. Не хочешь соблюдать правила общежития - заставим, не подчиняешься - запугаем, а в крайнем случае спишем в запланированные отходы, вредных производств в подкупольниках хватает... Социализм - государство для всех, да, но имеется в виду - для всех людей. Социальным паразитам места не предусмотрено. С другой стороны - девочка. В жестокостях и унижениях не замечена. Просто хитренькая дрянь обеспечивала себе сладкую жизнь за счет других при минимуме усилий. Что она таскала? Социальные карточки, личные вещи - в общем, мелочовку, но воры и есть мелочовщики по сути... И сидит эта мелочовщица сейчас в приемной, ожидает решения своей участи с самым безмятежным видом. Все же есть в тупости своя прелесть. Девица просто не способна представить всех ужасов дальнейшего существования и живет себе в счастливом неведении. Кстати, наверняка не девица. Чтоб она да ни разу не воспользовалась своим природным оружием в деле добывания средств у мужчин? Слишком любит сладкую жизнь.

Она снова задумчиво уставилась через окно на внутренний школьный двор, где готовились к пересдаче зачетов по гражданской обороне лодыри, толстяки и дохляки под присмотром пары штурмовиков. Все верно, за безопасность на спортплощадке отвечают они. Предал кто-то из своих... кто? Кто-то, стоящий достаточно близко к центру принятия решений... Кто?! Разум решительно отказывался признавать очевидное.

- Нет, Владимир Данилович! - сказала она зло и выключила экран. - Не может такого быть! И боги ошибаются!

В красном телефоне, естественно, хранились номера всех учеников школы. Удобная в работе вещь - красный телефон, особенно в сочетании с майорским допуском.

- Костя, срочно к директору!

Один из штурмовиков на спортплощадке оглянулся на окна ее кабинета и побежал ко входу. Через минуту она уже изучала его настороженное лицо. Ну да, внимание начальства - не к добру, и еще как не к добру!

Костя Любимов. Умница, аккуратист, рослый, взрослый не по годам, феноменально честный парень. Командир школьного штурмового отряда. Он же - руководитель службы собственной безопасности штурмовых отрядов Девятки. Тот, кто, скорее всего, давал задание так быстро исчезнувшей официантке из кафе "Мандаринчики". Почти стопроцентно - враг. За которым, по всем законам оперативного ремесла, стоило последить, чтоб выявить все связи, контакты... По законам - так, а как по велению сердца, а? Пристрелить его прямо здесь?

- Костя, каковы задачи штурмовых отрядов?

- Вам все перечислить? - осторожно уточнил парень.

- Что сразу вспомнишь.

- Штурмовые отряды - молодежное крыло политических войск, - сказал штурмовик, взвешивая каждое слово. - Основная задача - силовое и идеологическое противодействие молодежным группировкам уголовной направленности. В общем и целом - стоим на страже завоеваний социализма. А что, у кого-то появились сомнения?

- Представь себе, появились, - усмехнулась она. - Вот я, например, каким боком отношусь к молодежным группировкам уголовной направленности, можешь объяснить?

Штурмовик мгновенно подобрался и до боли сильно напомнил ей этим последнего командира "Спартака", Сергея Кунгурцева. Ну да, тоже боксер, и так же прячет челюсть за плечом. Еле заметно, но опытным глазом выделяется.

- Штурмовые отряды в своем праве! - твердо заявил штурмовик.

- Что, уже и политические убийства в вашей компетенции? - тихо изумилась она.

- Ну, если вы это вот так остро воспринимаете, то да, - осторожно, но твердо ответил парень.

Она смотрела на его еще детское, побледневшее от волнения лицо и четко ощущала неправильность разговора. Как будто они говорят на разных языках. Или о разных вещах, кстати.

Она подумала. И еще подумала. Бросила искоса прицельный взгляд на штурмовика. И приняла решение. Ох, что-то сейчас будет...

Парень почему-то смутился и опустил глаза. Ах да, семнадцать же лет, а директрисе напротив двадцать семь, но выглядит по уверениям подхалимов на двадцать, да еще глазками на мальчика стреляет, как тут не смутиться.

- Костя, что ты можешь мне сообщить о кафе "Мандаринчики" в связи с деятельностью штурмовых отрядов?

- Мы не подчиняемся руководству школы, - напомнил штурмовик. - Следовательно, не обязаны что-то сообщать помимо предусмотренного учебным процессом.

- Гладко говоришь! - похвалила она. - Судьей будешь!

- Для офицерского состава штурмовых отрядов юридическая подготовка обязательна.

- Да знаю я... у вас в штабе кто сейчас оперативным дежурным? Капитан Чернобровцев? Звони ему, пусть назовет код доверия, он знает, что это и для чего. Ничего не объясняй. Просто пусть назовет код, он обязан.

Она с удовольствием последила за нелегкими переговорами. Потом озвучила код доверия. Надо же, в лице почти не изменился. Из парня явно получится отличный контактер!

И кто вы, Лия Сергеевна? - вежливо поинтересовался штурмовик. - Или мне не положено знать?

- Не положено, - вздохнула она. - Но узнаешь. Командир отдельной диверсионно-разведывательной роты "Спартак" Зита Лебедь. Майор политических войск. И негласный куратор штурмовых отрядов Девятки от Особого Заполярного военного округа. Присаживайся. Так что ты можешь мне сообщить... нет, давай начнем с легкого. Чего вы там мне предъявляете, если не секрет?

- Чрезмерную жестокость по отношению к ученикам, - сказал штурмовик с трудом. - Обусловленную... национальными особенностями характера.

Под ее ироничным взглядом он чувствовал себя очень неуютно.

- А конкретно? Что-то же вы прикрепили к представлению в Конфликтную комиссию?

- Во второй школе самый высокий процент учащихся на принудительных работах, - хмуро сказал штурмовик. - Это, знаете ли, заметно!

- Так. И вы решили, что жестокая грачка, движимая кавказской кровожадностью и врожденным презрением к русскому населению... вы случаем сейчас на закрытых лекциях не Сталина ли изучаете, а?

- Случаем изучаем, - буркнул штурмовик. - И антропогенетику тоже. И чем прославились носители вашей фамилии - знаем прекрасно.

- М-да? - рассеянно удивилась она. - Так и я знаю. Один - Герой Социалистического Труда, знатный колхозник, всю жизнь на пастбищах в горах, в снег и дождь, под ветром, солнцем и туманами. Еще - Героиня Социалистического Труда, знатная колхозница. С юности и на всю жизнь опухшие руки от работы на траншейных плантациях мандаринов. Еще академик есть, разные деятели районного масштаба, но в основном, конечно, обычные трудяги... Я, Костя, фамилию взяла в знак благодарности простым людям, которые выходили меня после ранения. И ношу ее с гордостью. Что же касается самого высокого процента наказаний... видел в приемной девочку? Что о ней скажешь?

- Красивая, - пожал плечами штурмовик.

- Ах, так вот почему она не переживает о своей судьбе! Уверена, что везде устроится за счет мужчин! Ну, хитра... На самом деле, Костя, она отчислена из пятой школы за антисоциальные проступки. Воровка она и двоечница, хитрая ленивая дрянь. И таких к нам ежегодно отправляют два-три десятка. На перевоспитание. На основании того, что в нашей школе - лучший в городе штурмовой отряд и соответственно железная школьная дисциплина. Ну и директриса грачка, что тоже немаловажно, устроить ей гадость каждому приятно. Но наш "лучший в городе" с отбросами школьного производства справиться не способен, и приходится жестокой директрисе брать грязную работу на себя и подставляться под расследование Конфликтной комиссии - по представлению все того же "лучшего в городе штурмового отряда", представляешь? Вот откуда берутся твои страшные проценты.

Она с удовольствием полюбовалась штурмовиком. Блеск перьев великолепного командира великолепного отряда заметно поугас. Ага, и бурые пятна по лицу пошли. Дошло наконец, что штурмовики в своих же ляпах обвинили директрису и вообще тупо подыграли ее противникам. Повелись, как дети, на жестокую кавказскую "грачку". Даже расследования толком не провели. Им, видите ли, "заметно"!

- Доложишь капитану Чернобровцеву суть, пусть сам решает, что делать с вашим уровнем профессионализма, - усмехнулась она. - Ну и я вас вниманием не обижу. Возьмешь эту девицу в персональную обработку. Делай с ней что хочешь, но чтоб она к концу учебного года влилась в стройные ряды граждан первого в мире истинно социалистического государства. Понижай страшные проценты. Понял?

- Понял, - вздохнул парень. - Понял, что мне это дело еще долго будет аукаться. И икаться.

- Подумаешь, всего лишь сдашь пост командира по ротации! - отмахнулась она. - Это все хиханьки. А серьезное дело вот какое: вчера меня пытались отравить. В кафе "Мандаринчики". В исконной, можно сказать, вотчине службы собственной безопасности штурмовых отрядов. Исполнительница прекрасно знала мой распорядок дня, вкусовые предпочтения и имела в распоряжении надежное боевое вещество. Вот видеозапись инцидента. Что можешь сказать по поводу?

Штурмовик внимательно просмотрел запись. И еще раз.

- Почему я? - осторожно спросил он. - Разве это не обязанность ГБ? Или следователей горотдела МВД? Я как раз первый подозреваемый получаюсь...

- Знаешь, Костя, какой яд самый сильный? - серьезно спросила она. - Яд недоверия. Разъедает любое сообщество, любое великое дело. Я не верю, что ты причастен к политическим убийствам. Я - не верю! А вот и ГБ, и МВД на этом поле отметились не единожды. Будем исходить из этого. Итак?

- Значит, по поводу инцидента... - пробормотал штурмовик. - Она не из наших. Что еще... как раз в связи с ней мы готовили еще одно представление, возможно, такое же дурацкое...

Парень мучительно покраснел, но сумел поднять голову и твердо посмотреть на нее.

- Она - из центрального сектора. А работала в "Мандаринчиках" на подхвате, не официанткой даже. Нашим девочкам это показалось странным. Центральный сектор, как понимаете, у нас не подрабатывает, им и так всего хватает. Было высказано предположение, что она оперативница другой структуры, очень уж место подходящее. А вот от кого именно... МВД вроде бы нелегалов в подкупольниках не практикует, ГБ оно тоже без надобности, у них и так весь город под видеоконтролем. В общем, решили проследить связи и обломались. Центральный сектор закрыт, пропускная система, а у нее все контакты там. Утром выходит, после пересменки заходит - и с концами. Мы подготовили представление на открытый режим для центрального сектора, этот забор в центре многих вообще-то раздражает. Что такого можно прятать от чужих глаз? Роскошь, элитные условия жизни, бассейн? Так если положены по должности - зачем прятать? В школах же административные сектора не закрыты!

- Не закрыты последние пару лет, - задумчиво уточнила она. - Раньше охранник сидел. Но представление в целом разумное. Только в магистрате к рассмотрению не примут. Отговорятся условиями безопасности. В центральном секторе проживают семьи руководства школ, например, и опасность мести со стороны побывавших на принудительных работах не нулевая...

Штурмовик принял абсолютно бесстрастный вид.

- Лицо попроще сделай! - посоветовала она насмешливо. - Знаю, что ты думаешь! Что штурмовики воюют со шпаной, рискуют побольше прочих, но за охранными периметрами не прячутся, так?

- А что, неправда? - хмуро осведомился парень.

- Правда. Но лицо все равно попроще сделай. Костя, мы не рай строим, а вполне себе обычное государство, в котором статусные цацки по-прежнему в почете. Любое начальство мечтает отгородиться и возвыситься. Мы хотя бы обеспечили всех жильем и качественной социалкой, добились обогрева подкупольников - уже огромное достижение! Не думай, что нам это далось - и дается - просто. Касаемо нашей фигурантки... а почему поиск по видеоархиву не использовали?

- Сами попробуйте, - угрюмо посоветовал штурмовик.

Она нахмурилась, нашла архив видеоконтроля города, выделила центральный сектор... и полюбовалась требованием ввести код допуска.

- Вот, значит, как? - процедила она. - Вот, значит, вы как... Вам, значит, прямого распоряжения лидера республики недостаточно? У вас, значит, там свои жуткие тайны... Так... Костя, скинь-ка мне номера карточек пятерки надежных ребят! Есть у тебя пятерка надежных? Вот и скинь. Я им оформлю гостевой допуск в центральный сектор на свое имя. И... разломайте этот забор к чертовой матери. Как обойти видеоконтроль, подсказать или сами знаете?

- Сообразим. Но... это ведь означает начало войны с ГБ?

- Означает, - вздохнула она. - Только она и не кончалась. Это мы так, замечтались на пару лет, расслабились. И вот еще что...

- Что? - спросил штурмовик, встревоженный ее странным видом.

- Ничего, - с трудом улыбнулась она. - Судьбы нет, понятно? Судьбы нет! Вот, пистолет разведчика малошумный. Возьми.

Парень неотрывно смотрел на оружие, вдруг появившееся на столе. Боевое оружие.

- Меня с ним первый же патруль гвардии свинтит, - пробормотал он.

- Носи так, чтоб не свинтили. Он в варианте скрытого ношения. Технику скоротечных огневых контактов уже изучали?

Парень отрицательно покачал головой, не отрывая взгляда от оружия.

- Изучайте срочно. Капитана Чернобровцева я предупрежу, чтоб поменял учебные планы. Но главный принцип там один - стреляй без сомнений, первым.

Она поднялась из кресла и подошла вплотную к парню.

- Можешь отказаться, - предложила она тихо. - Не осужу.

- Не затем в штурмовой отряд пришел, чтоб отступать, - сказал парень спокойно и забрал со стола пистолет. - Нам в будущем держать республику. Мы не дети, Лия Сергеевна, можете на нас рассчитывать.

Он вскинул голову и вдруг оказался выше ее.

- Белые звезды, чистые сердца - это ведь про вас? - спросил он. - Про "Спартак"?

И четко кинул ладонь к черному берету. Оскалился, сверкнул на солнце белый полярный волк.

3

Она спешила домой - пообедать самой, детишек накормить, сами-то они без строгой мамы весь день на кусочках готовы пробегать. Сияло солнце над прозрачными, промытыми до блеска куполами. Плыли по синему небу редкие белые облачка. Из створов вентиляционной системы тянуло запахами разогретых трав, влажной земли и немножко - крепким сосновым духом. Лето. Если смотреть из-под куполов - очень приятное время года. Без мошки, без комарья, без удушающей духоты на болотах. В Девятке - искусственный микроклимат. Даже воздух в город поступает не напрямую из пригородных воздухозаборников, а из огромного оранжерейного комплекса под всем городом. Сорок пять квадратных метров на жителя - минимально необходимая площадь для обеспечения горожан всеми необходимыми продуктами питания. Цифра неоднократно проверена в экспериментах по самообеспечению космических станций. Но сорок пять квадратов пока что не хватает. Космонавтам почему-то достаточно, а Девятка еле укладывается в девяносто. Причин... много. Насколько было б проще, если б проблема была одна! Поставил, например, надежную автоматизированную систему типа условный "Лоток-45" - и все заработало. Ага, как бы не так. К системе еще квалифицированные, опытные операторы нужны в количествах, завод по производству комплектующих, удобрения очень высокого качества, семеноводческое хозяйство на солидной научной базе с грамотными специалистами, собственная научно-производственная группа для решения текущих проблем, мощная биохимическая лаборатория, опять же с хорошими специалистами... Зите, чтоб только вникнуть в тонкости проблем, пришлось получить два дополнительных высших образования. За три года. Не отрываясь от основной директорской работы. Как говорится, как вспомнишь, так вздрогнешь...

И все равно она шагала по городу с улыбкой, трепетала на ветерках изящная учительская форма, и встречные мужчины невольно провожали счастливую женщину взглядами. Она не ошиблась в штурмовиках. Какое счастье, что не придется подозревать своих, вглядываться недоверчиво в родные лица! Да, враг остался неизвестен, ушел в тень и оттуда снова ударит, но... враг же, не свои! А с врагами она справится.

Она стояла у пропускного пункта в центральный сектор и явно кого-то ждала. Высоченная нескладная девушка в до боли знакомом "хамелеоне", с небольшим тактическим рюкзаком за спиной и еще одним, поменьше, на груди. С двумя пистолетами в набедренных кобурах. Вот она шагнула размеренно, развернулась, сверкнул знакомо белый волк на черном берете...

- Светка! - завопила Зита восторженно и побежала навстречу подруге.

Девушка неловко улыбнулась ей и почему-то развернулась боком, как будто препятствовала прыжку на шею. И тут же стало понятно, почему. В аккуратной подвеске посапывал носиком маленький ребенок.

- Уй ты, какой грачонок! - умилилась она. - Света!..

Мальчик действительно очень походил на представителей хитрого и шкодливого птичьего племени. Такой же черненький и горбоносый.

Светка Летяга неуверенно улыбалась и хлопала выгоревшими на солнце ресницами. И вообще выглядела как-то... как не подруга.

- Света?! - строго вопросила она. И с изумлением увидела, как где-то в уголках глаз подруги заблестела подозрительная влага. Чтоб Светка - и плакала? Скорее все вокруг урыдаются!

- А ну-ка пойдем! - деловито приказала она. - Давай-давай, не топчись! Вперед, капитан!

В проходе пропускного пункта встал охранник в черной форме бойцов спецназа ГБ, безликой, без знаков различия, как во время спецоперации.

- У вас превышен лимит гостевых допусков, - вежливо сообщил он и расставил ноги в высоких берцах пошире. - Пять человек в сутки. Всё, что свыше - только после просьбы в письменном виде. Форма заявления - у старшего дежурного.

- Отодвинься немножко, я ему что-нибудь отстрелю! - сказала из-за спины удивленная Светка.

Она подняла руку в условном знаке - не вмешиваться.

- Рядовой, только один вопрос: кто подписал распоряжение? Фамилия долдона?

- Таковы правила, - усмехнулся явно не рядовой.

- Ты мог просто сделать видеофиксацию, - серьезно сказала она. - Ты - мог. Твой выбор.

И выстрелила два раза. Охранник схватился за бедро, скривился от боли, попробовал шагнуть и тяжело упал на бок. Его напарника развернуло и опрокинуло на турникет. Она крутнула в ладони трубку самодельного, еще спартаковских времен травмата и убрала в кармашек. Два заряда. Тогда они искренне считали, что двух выстрелов достаточно для разрешения любой конфликтной ситуации. Выходит, правильно считали. Главное - стрелять метко. Нацепили наколенники, уроды, и думают, у них болевых мест не осталось.

- А наглая у вас охрана, как будто не в подкупольнике! - озадаченно сказала Светка. - Видели же мой берет! Сейчас набегут... А у меня запасные обоймы в рюкзаке.

- Плюнь и забудь! - успокоила она, спихнула охранника с турникета и пропустила подругу вперед. - К вечеру их здесь не будет. И будочки, и забора тоже!

Светка недоверчиво покосилась на нее, но промолчала.

- Слушай, ты как меня нашла? - спохватилась она. - Я же здесь под другой фамилией!

Подруга ухмыльнулась и наконец стала похожа на Светку-Халду из детства.

- Ты бы еще Джугашвили назвалась! Ты вообще чем думала, подруга? Выхожу я, значит, на станции, ловлю первых встречных штурмовиков и объясняю задачу: мол, так и так, где-то тут у вас проживает симпатичная грузиночка лет тридцати, как бы ее найти? А мальчики этак переглядываются и в один голос: "А, это директриса из второй, кровавый палач Берия!" На мелочи не размениваешься, ага, собственная фамилия уже не устраивает?

- Ну, Деканозишвили тоже не из простых! - усмехнулась она. Светка недоуменно моргнула. Понятно, в глубины истории подружка донырнула только до Берии.

Ребенок в подвеске проснулся, заворочался, уставился любопытными черными глазками на окружающий мир.

- Нана...

Светка тут же потеряла воинственный вид, в одно мгновение превратилась в любящую маму и заворковала на грузинском с абсолютно счастливой физиономией. Зита даже позавидовала ее идеальному произношению. Вот что значит - погружение в языковую среду!

- Сейчас, уже подходим! - улыбнулась Зита. - Будет вам и кашка, будет и горшок!

Подруга благодарно кивнула и на входе в подъезд все же не выдержала, оглянулась, как будто в ожидании погони. Понятно, мама же, беспокоится за ребенка. А ГБ, по ее воспоминаниям - не те ребята, которые прощают стрельбу из травмата по конечностям.

Дверь в квартиру им открыла Майка, округлила глаза при виде малыша, громко позвала младшенького, Дениска высунулся, открыл рот от изумления - и понеслось и завертелось. Заботы, обихаживания, кормления и поения, охи, ахи и вопли. И только через час подруги смогли более-менее спокойно устроиться на кухне под грохот трех детишек из соседней комнаты.

- Ну, рассказывай, как вы там, - улыбнулась Зита. Подумала и добавила:

- И почему ты здесь.

Светка мгновенно помрачнела:

- Умная ты, подружка, мне иногда страшно рядом с тобой. Как мы там... а рассказывать особо нечего. Когда ты разругалась с Давидом и уехала, я же вместо тебя осталась. Руководила его службой охраны. Ну и вот. Шесть покушений, два ранения у меня и у него. И... Георгий Давидович у нас. Как-то так, случайно...

И Светка подарила ей виноватый взгляд.

- А потом... - задумчиво пробормотала Зита.

- А потом стало заметно, что тебя из сердца он убрать не может, - вздохнула Светка. - И ему заметно. И мне. А у меня, знаешь ли, своя гордость. Взяла Гогика на руки и домой. Ну, решила еще к тебе заехать. Чтоб расставить все точки над ё. Что ж мы, одного мужчину не сможем поделить? А, Зита?

- Понятно, - рассеянно качнула она головой.

Понятно было, что подружка врет. Нет, что к Давиду в постель залезла, как раз могло быть правдой, она с Копейки по нему сохла и страдала. А остальное - вранье. Причем опасное. Для ребенка опасное.

- Не годится, - оценила она негромко. - Медицинские карты "Спартака" - документы не высшего уровня секретности. Кому надо, запросто узнают, что ты детей иметь не можешь. Я, например, помню личные данные всех спартаковцев. И Каллистратов тоже. У тебя неизлечимое бесплодие, Света. Так чей он?

Светка замерла. Скорее всего, побледнела, но под южным загаром как определить? Зато непроизвольно переместила ладонь поближе к оружию - тоже очень характерный знак. На войне спартаковцы нахватались мелких, но привязчивых привычек. Зита, когда нервничала, начинала щелкать финкой. А Светка, вот, тянется к пистолету.

- Сын Давида, - прошептала Светка. - Правда. Он женился, Зита. Она из тбилисских Багратидов, царского рода. Ты же сама знаешь, какое значение там придают происхождению. Она всегда с Давидом ездила, храбрая дурочка... Ну, ее и убили, Давид тогда тоже пулю словил, а Гогика я вытащила. Но противники не успокоятся, очень там все боятся восстановления монархии. Давид - он ведь тоже не из простого рода. Там сейчас творятся страшные дела, только на курортах спокойно...

И он попросил Светку сберечь сына, закончила за нее Зита мысленно. И простая, как автомат, Светка прикипела к малышу всем сердцем. И перегрызет за него горло любому.

- У нас в Девятке не самое безопасное место, - заметила Зита.

- Да уж заметила! - криво усмехнулась спартаковка. - А где оно, безопасное? Для нас - безопасное? Мы же на всю жизнь в политике. В Копейку нельзя, там меня полгорода знает, врачи могут быть в курсе, что не мой ребенок, да и кавказская община из города никуда не делась. Они-то точно моего Гогика заметят и разболтают по всему миру!

На кухню с топотом ворвалась Майка, сноровисто полезла под стол, следом за ней Дениска. Потом в дверях появился восторженный карапуз с мячиком в ручонке. Дети радостно завизжали и бросились на карачках по углам.

- Можно, я здесь останусь? - жалобно сказала Светка. - Я только рядом с тобой чувствую себя в безопасности! Будет твоей дочке родной братик...

- Не родной, - меланхолично отметила Зита.

Глаза подружки тут же зажглись ненасытным женским любопытством.

- А чья она тогда?!

- А не твое дело, - любезно ответила Зита. - И ничье вообще. Только мое - и дочки. Оставайся, конечно. Каллистратов будет счастлив, надежных людей дико не хватает. И отстреливаться в четыре ствола всяко легче, чем в два. Если вдруг что.

Светка непроизвольно посмотрела в окно, не берет ли спецназ в оцепление дом.

- Про ГБ не беспокойся, - усмехнулась Зита и потянулась к телефону. - Этих-то я сейчас на место поставлю. Ребята просто не знают, перед кем решили проявить свою жлобскую сущность.

- Не думаю, что власти директрисы школы достаточно, чтоб остановить ГБ! - засомневалась Светка.

- А я, Светочка, не только директриса, - рассеянно отозвалась Зита и набрала первый номер. - Я еще и главный координатор проекта по продовольственной безопасности республики. И довеском - полномочный представитель лидера республики в подкупольном городе Љ9. ГБ у меня в прямом подчинении. Теоретически. Просто Владимир Данилович считает, что афишировать свои полномочия без крайней необходимости неразумно. А я думаю - он ошибается. И сейчас что-то будет. Мы, Света, даже спартаковцами никогда в масках не ходили.

Ей хватило одного звонка. Оперативный дежурный ГБ не смог объяснить полномочному представителю лидера республики, с какого бодуна спецназ госбезопасности занимается охраной обычных придомовых территорий. Соединить с начальником городского управления ГБ дежурный не захотел, но зато, видимо, поднял панику, в результате подруги вскоре полюбовались в окно, как подъехала оперативка и забрала хромающих бойцов. Вместо них притопали почему-то два охранника Торгового центра. Зита озадаченно покрутила в руках телефон. Это следовало обдумать. В городе вдруг обнаружились какие-то странные связи между неродственными структурами. Где ГБ и где Торговый центр, который вообще частная лавочка? И что хозяевам ТЦ в охране центрального сектора? Головной офис у них, насколько знала Зита, находится в Копейке, явно и проживают там же. И еще что-то крутилось, свербело занозой в голове, что-то недавно слышанное мельком. Но что именно? С детьми, шумихой, ворохом новых сведений так сразу не вспомнить. Тем более что детки быстро наигрались, залезли к ней на колени и притихли, вполне себе довольные. И Гогик-колобок заполз по ноге на коленки к своей Нане, гукнул два раза - и заснул с блаженным видом. Она зарылась лицом в пушистые волосы дочки и закрыла глаза. К черту работу. К черту. Дети... они не плачут. Они просто каждый раз провожают ее такими взглядами, что выть охота.

- Как вовремя ты приехала, - прошептала она. - С моими нагрузками они у меня совсем брошенные. Днем работа, ночью работа...

- Давид такой же, - сочувственно сказала Светка и шмыгнула носом. - Разрывается между семьей и долгом. Вы очень похожи, непонятно, чего вообще разругались, а?

- Да не ругались мы, - улыбнулась Зита и откинулась на спинку кресла. - Он просто всучил мне Майку в руки, развернул в направлении подкупольников и дал пинка для скорости. Как и тебе, подруга, никакой разницы. Вот ты с ним ругалась?

- Ну, я - всего лишь я, - смущенно сказала Светка. - Ну кто я такая? А вот ты...

- Сейчас скажешь - принцесса, или хуже того - грузинка! - буркнула Зита. - Света, ты же там жила! Ну вот скажи сама, может ли чужая для Грузии женщина быть рядом с Давидом? С их тысячелетним национализмом, с их сложнозапутанными межсемейными отношениями? Мало ли что он меня любит, что я была его ближайшей помощницей? Он - мужчина! На нем страна! Развернул и дал пинка под зад, хотя и плакал при этом, и правильно сделал. И вообще, подруга, я все больше убеждаюсь - или государственная служба, или женщина с детьми! Или - или! Мне вот в посту сейчас работать, а у меня дети на руках! Каждый раз ухожу - сердце рвется! Но я сама вляпалась, никто не толкал, а вот ты, Света, извини, но будешь у меня исключительно мамой, понятно? Пока Георгий на ноги не встанет - никаких ответственных постов!

- Да я только за! - хмыкнула Светка. - А на что жить будем? У нас как бы социализм, даром разве что покормят, на остальное надо зарабатывать!

- С завтрашнего дня ты вообще-то инструктор по стрельбе у штурмовиков, - сообщила Зита и осторожно сняла детей с коленок. - Скоротечные огневые контакты и стрельба спецбоеприпасами по средневысотным воздушным целям, на полевых учениях пусть мужики пока за тебя побегают. Капитанского аттестата от Особого Заполярного и четырех часов подработки за глаза хватит. Гогика на летнюю площадку определим, Майка там за ним присмотрит... Всё, карапузики, ухожу, тетю Свету оставляю на вас, не забудьте накормить!

В дверях она вдруг остановилась.

- Что? - мгновенно забеспокоилась Светка.

- Ничего, - через силу улыбнулась она. - Судьбы нет, сколько можно себе повторять... Света, я совсем забыла: тут меня отравить пытались, а кто, пока что непонятно, так что ты поглядывай по сторонам, ага?

И она вышла, оставив возмущенные комментарии подруги за стальной плитой двери.

Пост в центре связи встретил ее привычной прохладой и кучей сводок по агрокомплексам всей сети подкупольников. Она запустила служебные программы и с наслаждением погрузилась в работу. Ну, вот так странно у нее устроена голова! Кому-то нравится петь или заниматься спортом, а вот ей - связывать в один мощно функционирующий организм сложнейшие производства и процессы. Так же, как и генерал-майору Каллистратову.

Кстати, Каллистратов. Как бы доложить Владимиру Даниловичу свое самораскрытие перед ГБ, чтоб не сильно ругался? Она подумала и пришла к грустному выводу, что никак. И решительно включила прямой вызов. Зачем оттягивать неизбежное?

Генерал-майор разворачивал голову в сторону заработавшей секции поста, когда ее сильно толкнуло в сердце. И внезапно пришло понимание.

- Бойцы спецназа ГБ - не наши, - прошептала она онемевшими губами. - Светка сказала, а я, дура, пропустила... Владимир Данилович, в Девятке чужие бойцы!

И прыжком выкинула себя из поста. Хлопнула, защелкнулась на замок секретка, она развернулась, прислушалась... и поняла, что опоздала. Рядом с ее домом сухо щелкали выстрелы, и гулко ахнул разрыв подствольной гранаты. Термобарическая, с ужасом поняла она.

Наверно, она никогда не бежала так быстро. Мелькнули низенькие посадки юного сквера, кто-то шарахнулся из-под ног, боевым зрением она вычленила кучку сцепившихся в рукопашной бойцов, на ходу влепила с двадцати шагов двойку в чей-то черный шлем, махнула стволом штурмовикам, чтоб не отвлекались, и прыжками взлетела по лестнице наверх, к своей квартире...

- Кто? - раздался из-за двери глухой голос.

- Здесь "Спартак"! - крикнула она с облегчением.

Светка сидела на полу, подперев спиной дверь в ванную. Два ствола настороженно смотрели на входную дверь.

- Дети там, - бледно улыбнулась она. - Тихо сидят, молодцы. Правильная у тебя ванная, с несущими стенами, я сразу заценила...

Она аккуратно опустилась рядом, тронула капельку крови на ее виске.

- Зацепило, - прошептала Светка. - Снова голову... И снова ты накаркала. Дать бы в ухо за твои предчувствия, да люблю я тебя, дурочку...

И подняла пистолет. Зита плавно, но стремительно развернулась... На площадку поднялся командир штурмовиков, покосился на оружие в ее руке и осторожно вошел.

- Хорошая у вас дверь, - хрипло сообщил он. - Пули из табельного держит!

Штурмовик с болезненным видом потер грудь.

- Быстро бегал, сука! - пожаловался он непонятно на кого. - Чуть не сдох, пока догнал. И вообще как-то оно... быстро. Война всегда такая, да?

4

Офицеры с белыми звездами на рукавах передвигались короткими перебежками, занимали более-менее подходящие для стрельбы позиции. С тихим урчанием высунулась из-за угла и замерла огневая платформа. Гулко пробежали по верхним техническим переходам и затаились в переплетении металла снайпера. Сводная рота офицеров Особого Заполярного, спешно снятая с курсов, замыкала кольцо вокруг городского управления ГБ.

- Дать бы фугасным в окно! - шепеляво помечтал стоящий рядом с Зитой штурмовик. - Да нельзя, здание опорное под купола, порушатся к черту.

Она покосилась на подростка. Все лицо опухшее, челюсть выбита, а туда же - дал бы он. Но герои. С голыми руками бросились на спецназовца ГБ! Естественно, здоровенный бугай чуть не забил их до смерти всех троих. Хорошо, она успела влепить ему по шлему. Но мысль, конечно, завлекательная, насчет фугаса. Штурмовать готовое к бою здание управления, да еще в подкупольнике... то-то офицеры бледные. Они ведь даже не в броне, прямо из аудиторий прибежали.

- Ждем, - ответил на ее взгляд пожилой полковник. - Лидер республики прибудет в течении часа. После чего начнем штурм.

Внезапно дернулся в кармане телефон. Кому это невтерпеж в самый разгар операции? Весь город уже в курсе, что вот-вот начнется стрельба, убрались в квартиры и подальше от окон...

Полковник ГБ смотрел на нее с экрана телефона угрюмо и напряженно.

- Предлагаю поговорить, - хрипло сказал мужчина. Прокашлялся и повторил более четко:

- Приглашаю вас, госпожа майор. Безопасность гарантирую лично.

- У тебя была возможность поговорить! - напомнила она безжалостно. - Когда я звонила сама. Ты ее упустил. Ты поднял руку на моих детей! Теперь - в любом случае не жить. В любом.

- Понимаю, - спокойно сказал полковник. - Разговор не обо мне, а о моих ребятах. Они точно ни при чем.

- Пусть выходят без оружия, - пожала она плечами.

- Э, нет! Я Особый Заполярный знаю! Охрана концлагерей стреляет с удовольствием! Мне нужны гарантии, госпожа майор.

- Там, возле моего дома, лежат твои якобы "непричастные гарантии", - тихо заметила она. - Один стрелял термобарическим по окнам моей квартиры. Промахнулся, потому что за руки его схватили. Если б не храбрость трех пацанов, мои дети сгорели бы. Еще двое - на лестнице. Штурмовали квартиру, но слабаки оказались против капитана "Спартака". Последнего пристрелили около Торгового, хорошо бегал, сука. И все четверо - спецназ ГБ. Ты о какой непричастности говоришь, полковник? Я вас сейчас всех сожгу.

- Зита, это не мы, - серьезно сказал полковник. - Ты же всегда была умненькой девочкой. Ну подумай сама! Если б мы решили кого-то убить, то убили бы. Мы все же профессионалы. Я понимаю, что у нас шансов мало что-то доказать, но хотя бы попробуй разобраться! Мне ребят надо спасти! Я Каллистратова знаю получше, чем ты, он нас жалеть не станет! Сначала перестреляет, а потом будет проводить расследование! Вон, уже огневую платформу подогнал!

Она невольно покосилась на избитого штурмовика. Полковник ловко задел струнку сомнения в ее сердце. Ее и саму смущала придурковатость исполнителей. Спецназ, устраивающий кулачные потасовки? А потом улепетывающий от одного штурмовика с малокалиберным пистолетом? ГБ можно не уважать, но убивать они умеют, это точно.

- Зита, я тебя прошу, - тихо сказал полковник. - Ты же была доброй девочкой. Не допусти смерти невинных.

- Откуда знаешь меня, полковник?

Офицер ГБ криво усмехнулся. Достал откуда-то офицерскую фуражку, вскинул голову по-особому, с гордостью и благородным высокомерием...

- А так? Узнаешь? Давненько, правда, встречались, в Копейке еще, и была ты тогда совсем малявкой, а мы молодыми и глупыми офицерами службы наблюдения...

- "Черные ангелы"?! - ахнула она. Отодвинула руку начальника курсов и решительно зашагала ко входу в управление.

За дверью ее встретили двое бойцов в "Ратниках".

- Сдайте оружие, госпожа майор! - гулко заявил один.

- Вы это серьезно? - удивилась она.

Бойцы замерли, похожие в своей броне на бездушных киборгов. Потом, видимо, получили краткий эмоциональный приказ, потому что извинились и расступились.

Она шла по управлению в сопровождении бойца охраны, и ее встречали хмурыми взглядами. Сотрудники управления с автоматами в руках группировались на лестницах и в коридорах, под защитой несущих стен. Все явно были в курсе о появлении огневой платформы. В холле у окна пристроились два снайпера, выискивали своих оппонентов в хитросплетениях технических переходов под куполом.

Полковник встретил ее в своем кабинете бледной улыбкой.

- Я верил в твою благоразумность, Зита.

- И зря, - заметила она хмуро. - Ну, давайте разбираться, товарищ старый знакомый. И - с самого начала. Вы почему не ответили на звонок полномочного представителя лидера республики?

Полковник неуловимо поморщился.

- Работал я, представляешь? Ра-бо-тал. Ну, давай накажу дежурного. Хотя он действовал правильно. Звонит с частного телефона, не с правительственной связи даже, какой-то хрен с бугра... извини, какая-то директриса общеобразовательной школы, причем со скандальной славой директриса, в унитаз бы ее макнуть за бабью дурь, чтоб приостыла! Звонит, значит, этакая особа и заявляет, что она - представитель! Что дежурный должен был предпринять? Нам каждый день сумасшедшие звонят!

- Я предполагала, ГБ в курсе, кто у нас представитель! - буркнула неловко она.

- ГБ - в курсе! А оперативный дежурный - нет. Званием не вышел такое знать. У нас - секретность! И архив видеонаблюдений, кстати, не по своей прихоти закрываем, а по приказу из центра! Что касается дежурного - он обратился к моему заместителю, тот вопрос решил. Ведь решил?

- Вот мы и подошли к главному, - вздохнула она. - И как вы будете объясняться, я не представляю. Что делали ваши люди на охране центрального сектора? Что? У спецназа ГБ важней работы не нашлось? Если это не спецоперация, то что?

- Спецоперация, - угрюмо сказал полковник. - Только там были не мои люди. Наши - но не мои.

- Не поняла! - призналась она.

- А ты точно полномочный представитель? - усмехнулся полковник. - Должна бы знать, что система госбезопасности "Атомного пояса Сибири" и материковой России по договоренностям остается единой. Как, кстати, и погранслужба. Не знала? Интересно девки пляшут...

- Я больше по управленческим вопросам, - пояснила она. - Агрокомплекс, транспорт частично... ГБ и МВД - в ведении Владимира Даниловича.

- Понятно, не заслужила еще доверия. Тогда слушай. С материка к нам прибывают время от времени... всякие. Иногда - не очень похожие на сотрудников спецслужб. Но мы делаем вид, что верим документам. Нам не докладываются, это все решается там, рядом с троном. Делают свои дела и убывают. Контролировать их мы не имеем права. Вот так на самом деле выглядит правда. Можешь верить или нет, но это - правда. Ну, могу представить списки личного состава, мои все на месте. Хотя списки, конечно, не аргумент, их поправить несложно...

- Я вам верю, - ответила она просто.

- Вот так сразу? - удивился полковник. - Какая ты еще молодая и наивная! Людям веришь! Тебя обмануть - как нечего делать!

- Попробуйте, - усмехнулась она.

Полковник подумал и отрицательно покачал головой:

- Не рискну на всякий случай. Тех, кто пробовал, ты еще в детстве перебила, лично наблюдал. У вас, подкупольных, доброта такая... специфическая. С руками по локоть в крови. Так что делать будем, госпожа полномочный представитель? Без штурма - никак?

- Есть еще вопрос, товарищ полковник. Меня пытались отравить недавно. А я этого очень не люблю.

Полковник болезненно дернул щекой.

- Так... а вслух?

- Возможно, мы обеспечивали, - неохотно сказал он. - Возможно. Но это - чистое предположение. Пробегала тут одна... загадочная особь. Наша задача была - обеспечить ей свободное прибытие и убытие. Без лишних вопросов. Что мы и сделали.

- Больше ничего не можете сказать?

- А эти вопросы надо не мне задавать, - неприятно улыбнулся полковник.

- А кому?

- Тем, кто выше. Гораздо выше. Совсем рядом с троном.

- Например, Владимиру Даниловичу? - спросила она без всякого выражения.

- Ему - правильней всего, - твердо сказал полковник.

Она подумала - и поднялась со стула.

- Ничего не обещаю, - сухо сказала она. - Я тоже хорошо знаю генерал-майора Каллистратова. Его... трудно переубедить.

- Особенно когда покушаются на его любовницу, - усмехнулся полковник и тоже встал. - И вообще на что-то его личное. Я понимаю. Подожди секундочку, я с тобой. Заодно скажу снайперам, чтоб отошли от окон, нам еще тут дуэлей не хватало.

Лидер республики появился буднично. Просто вдруг оказался рядом, как будто давно тут стоял. Выслушал доклад начальника офицерских курсов с непроницаемым лицом, подчеркнуто не замечая стоящего поодаль полковника ГБ.

- Владимир Данилович, - робко сказала она. - Снимите оцепление. Я разобралась, ГБ непричастна.

- Всего лишь оцепление? - язвительно осведомился он. - А что так скромно? Может, еще что-нибудь снять?

- Владимир Данилович! - возмутилась она.

Начальник офицерских курсов тут же умело исчез из поля зрения подальше от ссоры начальствующих субъектов.

- Не лезь в дела, в которых ничего не соображаешь! - прошипел генерал-майор. - Не лезь! Тебя дважды чуть не убили! А ты выслушала сказочку и всех простила! Повзрослей сначала!

- Если я ничего не соображаю, может, и должность полномочного представителя для меня великовата? - разозлилась она.

- Может, и великовата! Я подумаю над предложением!

Обида на обожаемого мужчину накатила волной.

- Товарищ генерал-майор, - с горечью сказала она. - А нет ли случайно рядом с вашим троном одного человечка? Случайно? Такого... который и с ГБ связан, и с фирмами-субподрядчиками при агрокомплексе, и с сетью кафе "Мандаринчики" заодно? Как бы вариантов немного, а? Которого трогать нельзя по договоренностям с материком, проще убить непричастных?

Генерал-майор как будто почернел лицом.

- Они причастны, - глухо сказал он и отвернулся.

- Но трогать - нельзя?

- Я кого угодно могу тронуть, - угрюмо сказал генерал-майор. - И трону.

- Владимир Данилович! - с отчаянием сказала она. - Ну что вы творите? Полковник готов свою жизнь за сотрудников отдать! Он готов! Он меня всю жизнь прикрывал, и в Копейке, и здесь! Что, социалистическому государству такие люди больше не нужны?!

- Так, стоп. При чем тут Копейка? Ты что, его знаешь?

- Знаю, - виновато улыбнулась она. - С детства.

- Не может этого быть, - медленно сказал генерал-майор. - Этого - не может - быть! Здесь не может быть людей, знающих тебя по спартаковским делам. Мы проверили всех.

- Мы с ним раньше познакомились, еще до "Спартака". А потом у него закончилась командировка, и он вернулся на материк.

- П-с-ш-ш! - с шумом выдохнул генерал-майор. - Вот вроде знаю тебя с детства как облупленную, но... ну что ты за феноменальная шлюха, а? Ну как, скажи, как в десять лет ты могла снюхаться с офицером ГБ? Да еще чтоб он тебя прикрывал?! Или не в десять, раньше?

- В шесть, - вздохнула она.

Генерал-майор коротко хохотнул. Повернулся и поманил полковника ГБ пальцем.

- Пусть живет, заслужил, - буркнул он. - Продолжай службу, полковник, защищай безопасность республики, как и прежде защищал. А ты, Л-лиана Сергеевна...

- Зита, - сказала она твердо. - Зита, Владимир Данилович. Спартаковцы под масками никогда не прятались! Толку с вашей секретности, если меня чуть не убил ваш же помощник... или кто он там?

- Не твое дело, - угрюмо заметил генерал-майор. - Без обид - действительно не твое. Пока есть возможность, не лезь в эту грязь. Сам разберусь. И, пожалуй, действительно должность полномочного представителя лидера республики для тебя пока что великовата, выпрыгиваешь из нее. И бегаешь потом, как голая...

- Да Владимир Данилович!.. - счастливо возопила она.

Генерал-майор, не слушая ее, коротко переговорил с начальником курсов и ушел не прощаясь. Встречаться с ней взглядом он не пожелал. Зато подошел полковник ГБ и обнял при всех.

- Спасибо, черноглазая! - шепнул он ей в ухо. - Сегодня ты спасла нам всем жизнь, а своему начальнику - репутацию.

- Владимир Данилович и сам бы разобрался! - уверенно возразила она.

Полковник ГБ вздохнул. Аккуратно поцеловал ее в кончик носа.

- Дурочка, - сказал он проникновенно. - Ты совсем не знаешь своего начальника. А я - знаю, и очень хорошо. Он - жестокий зверь, Сталин на его фоне - бледная тень, не более. Опасайся его. Опасайся каждую секунду, вот мой единственный совет.

- Глупости! - легко отмахнулась она. - Давайте наконец познакомимся, а то все по званиям, как не родные! Я - Зита.

- Коля! - улыбнулся полковник. - Просто Коля.

-=-=

Корпоративчик гремел музыкой. Министр экономического развития собрал близких и друзей по случаю дня рождения дочери. Близких и друзей набралось столько, что еле вместились в трехэтажный дворец. Веселились от души. На английской лужайке перед фасадом из итальянского мрамора голосили приглашенные артисты, в двух залах танцевали по-мелкому, в малом зале играли играли по-крупному, и везде пили по-черному...

- Привет, Миша! - улыбнулась женщина и присела к мужчине за столик. - Хорошо запрятался, еле нашла!

Лысый Миша уставился настороженно и зло.

- И много заплатила, чтоб найти? - осведомился он.

- Много, - равнодушно сказала женщина. - Списком кадровых перестановок в "Атомном поясе Сибири".

- Списочек и я бы купил! - завистливо сказал Миша. - Если он, конечно, от Первого Лица. Ну, нашла, дальше что? В нумера не поведу, и не надейся. Меня старые облезлые балерины не привлекают. Потом пропахли, мозоли, синяки - фу!

- Миша, ну ты же старая умная сволочь! - грустно сказала женщина. - Ну зачем ты на нее разинул пащечку, а? Одного раза не хватило? Ведь уделался тогда от страха, еле папиком откупился! А сейчас, Миша, тебе откупаться некем, сейчас ты сам коренной!

Мужчина дрогнул и еле заметно сгорбился.

- Недоказуемо, - глухо сказал он.

- Кому недоказуемо, Миша? Главному? А ему доказательства не нужны, ему подозрений достаточно. А подозрения есть.

- А что мне оставалось? - зло сказал Миша. - Она все мои фирмы из схем вычистила!

- Значит, лишние там были твои фирмы, - равнодушно сказала женщина. - Она профессионал, Миша, как и ты. Ты запихивал, она вычищала, дела житейские. Это всего лишь деньги. Тебе что, мало было места у трона? Тайный экономический советник, представитель силового блока России, ну куда еще больше, Миша? Ну зачем ты на любовницу Главного замахнулся, а? Где был твой ум?

- Да не любовница она! - раздраженно сказал мужчина. - И не была ей никогда! Это мы в первую очередь проверили! Физически невозможно, понимаешь - физически!

- Она любовница, и не спорь, - вздохнула женщина. - Как-то у нее и без интимной близости получается, всегда ей завидовала! А за любовницу Главный тебе голову открутит. Медленно.

- Знаю, - подавленно сказал мужчина. - Мне конец, да?

- Пойдем, потанцуем? - предложила женщина. - Как в юности? Ты тогда прекрасно танцевал. Да и я была свежей и невинной...

- Где ты и где невинность? - буркнул Миша. - Это, как их... антонимы, вот. Ну, пойдем танцевать, конец-то один. Мне теперь все равно.

Они кружили по залу в перекрестье завистливых взглядов. Она вальсировала воздушно, слегка откинувшись в его руках, опустив свои руки расслабленно вниз.

- Эх, Миша-Миша! - с сожалением прошептала она. - Мне жаль тебя, действительно жаль!

- У меня не оставалось выбора! - отчаянно прошептал Миша. - Ты говоришь - у трона! Эта дрянь черномазая меня и от трона начала теснить! В двадцать семь - уже полномочный представитель лидера! И говорят, что даже преемница! Что мне оставалось делать? Фирмы вычистили, с должности давят! С другой стороны - тоже давят, требуют! Куда мне было деваться? В Россию? Так там таких, как я, своих с избытком, у трона все не прочь потолкаться! Управляющим "Мандаринчиков" прозябать?! Я жить хочу, Алика, и жить хорошо!

- Это вряд ли, - равнодушно заметила женщина.

- Сделай это быстро, - тихо сказал мужчина. - Не хочу попасть в его руки. Боюсь боли.

- Я бы тебя застрелила. Она ведь моя сестра.

- Чушь! - криво улыбнулся мужчина. - Тебя проверяли при поступлении в школу ГБ, тщательно проверяли, я заглянул в результаты. У тебя нет сестер.

- Ну, с генеалогией не все складно, - признала женщина. - Но во всем остальном она - моя любимая сестра. Единственная. И очень-очень любимая. Понял?

- Понял, - тоскливо сказал Миша.

- Ничего ты не понял. Я и тебя люблю. Друзей детства со временем, знаешь ли, больше не становится. Беги, Миша. Куда ты любишь убегать, на Мальдивы? Вот туда и беги. И не высовывайся оттуда. Счастья тебе в банановом раю, и чтоб больше я тебя не видела. Благодарить не надо.

Женщина легко коснулась ладошкой его щеки и ушла. Лысый Миша тоскливо посмотрел ей вслед.

- Беги, - пробормотал он. - А с чем?! Мальдивы, как и Париж, любят богатых! А со сраным миллионом зеленых там делать нечего...

Он поискал глазами, поймал за руку знакомого.

- Слышь, как тебя там... пистолет есть? - осведомился он.

- Я Руслан, - вежливо напомнил парень. - Мы на такие праздники с оружием не ходим.

- А кто ходит?

Руслан неуверенно пожал плечами. Разговор принимал какой-то нехороший окрас. Такой, предскандальный.

- У охраны есть, - все же сообщил он. - У девушки, с тобой танцевала, тоже есть. Красивая, да? Кто она? Познакомишь?

- А смерть, - пьяно улыбнулся Миша. - Такая красивая, личная смерть. Придет, сам познакомишься, и бежать некуда будет. Значит, у охраны...

Выстрел прогремел через несколько минут. День рождения дочери министра экономического развития в результате удался. С интересными событиями, с изюминкой, так сказать. Если, конечно, в качестве изюминки считать мозги Миши на безукоризненном резном мраморе колонны в древнегреческом стиле.

-=-=

Зита кружилась по комнате и напевала. Света поглядывала на нее с ироничной улыбкой и собирала тактический рюкзачок. Предстоял вывод детей на рыбалку - ответственное, сложное мероприятие, в котором нельзя ошибаться. Потому что как понравится детям природа - так и останется с ними на всю жизнь. А не понравится - останутся городскими страдальцами.

- Жизнь прекрасна, Света! - пропела Зита и крутанулась на одной ноге. - Агрокомплекс оптимизирован и вышел на режим, должность главного администратора закрыта! На штурмовые отряды тебя поставят! И у меня осталась всего одна работа, впереди отпуск! Можно ходить на рыбалку, шить, гулять с детьми, в бассейне плавать... Света, это счастье!

- И с Владимиром Даниловичем поругалась! - в тон ей поддакнула подруга.

- Обиделся! - с удовольствием подтвердила Зита. - Мужчина! Со всех постов снял, на звонки не отвечает! Я на его - тоже! Свобода!

- Владимиру Даниловичу нужны надежные помощники! - осуждающе сказала Света.

- Зачем? - удивилась Зита. - Социализм - построен! Промышленность - работает! Рудники стучат, горнообогатительные комплексы дымят, дирижабли летят! Продовольственная безопасность - обеспечена! Социальные гарантии - соблюдаются! Образование, жилье, медицина - бесплатные! Даже карточки снова ввели, чтоб дать гарантированный минимум всем без исключения! Социальные лифты работают со свистом! Миллиардеров нет и не будет! Штурмовые отряды малочисленны и зубасты! И даже забор вокруг центрального сектора снесли!

- И рабочий день - десять часов! - язвительно напомнила подруга. - Ай да социализм.

- Социализм! - твердо сказала Зита, перестав кружиться. - Миша, конечно, сволочь, но - умная сволочь! Теперь я с ним согласна - люди должны много работать! Иначе - деградация до животных! Мы в республике сделали, что смогли - разделили работу на обязательную и дополнительную. И вместо дополнительной можно или учиться, или заниматься в другой сфере деятельности. В общем, у кого есть желание и силы, прыгает в социальный лифт, остальные пусть пашут! Мы рождены, чтоб сказку сделать былью? Ну вот пусть делают! Человек рожден, чтобы трудиться! А мы, Света, свое дело сделали. Независимость республики отстояли с оружием в руках, социальную структуру построили, отладили и поддерживаем в рабочем состоянии! И теперь я хочу просто жить, радоваться детям, работать обычным директором школы или вообще свою швейную мастерскую открою! Или и то и другое сразу!

- Сама-то веришь? - с любопытством спросила подруга и засунула в карман полевой формы запасную обойму.

- Неа, - с сожалением вздохнула Зита. - Любое общество движется от кризиса к кризису, чем наше отличается? Ничем. Так что ждут нас в будущем войны, коллапсы производства, молодежные волнения и прочие "черные лебеди" детского периода государственности. И как припрет дяденьку Каллистратова, он тут же забудет прошлые обиды, дунет в серебряную трубу, и наденет снова "Спартак" черные береты...

Она осеклась и помрачнела, припомнив, сколько друзей в черных беретах оставила в горах Кавказа.

- И я так же считаю, - серьезно сказала Света.

Дверной звонок резко прервал их разговор.

- Ну вот, явилась суровая действительность! - проворчала Зита. - Сейчас ругаться начнет, обзываться...

Покосилась на Свету, привычно занявшую удобную позицию у стены, и пошлепала открывать.

Лена прошла в комнату неторопливо, глазами пересчитала любопытные головенки в дверях детской, удивленно приподняла бровь, но никак не прокомментировала. Кивком ответила на уставное приветствие Светы, полковничьи погоны как бы обязывают. Перевела взгляд на подругу.

- Довольна, мерзавка, - брюзгливо констатировала Лена. - Ты хоть понимаешь, что натворила?

- Думаю, что да, - осторожно сказала Зита.

- Ну и... хрен с ним тогда, - равнодушно сказала Лена. - Главное - Владимир Данилович тебя не прибил. Хотя мог. И наверняка хотел. Следовательно, он твои действия одобрил. Ну, в итоге. И ожидают нас теперь ба-альшие проблемы с родственным соседом, а ты как бы ни при чем. Допросишься, я тебя сама прибью когда-нибудь... Ладно. Выбор сделан, нет больше у нас иного пути. Так дальше и продолжай, подруга. Кровавый параноик и доверчивая девчонка - в сумме, может, и получится один более-менее адекватный руководитель первого в мире социалистического государства! А? Как думаешь? "Спартак" тебя поддержит.

- Владимир Данилович снял меня со всех должностей, - напомнила Зита. - Не отвечает на звонки и отказывает в личном приеме. Я сейчас - директриса общеобразовательной школы, не более.

- Никуда он не денется, - так же равнодушно бросила Лена. - Уж я тебя знаю. Меня сейчас другое интересует - мы идем на рыбалку или нет? Давно хотела узнать, что такого интересного ты в ней находишь, почему не сейчас?

Зита с сомнением покосилась на ее парадную форму.

- А насрать, - пожала плечами Лена. - Имеет право полковник политических войск сходить на рыбалку в парадной форме или нет?

- Ну какая рыбалка? - улыбнулась Зита. - С детьми идем. Там один Гогик всё на километр распугает.

- Но рыба - будет? - уточнила Лена.

- Ну... смотря какая.

- Рыба - это хвост и плавники! - убежденно сказала Лена.

- Хвост и плавники будут! - заверила Зита.

- Ну так - чего ждем, подруги? Одеваем детей, плюем на мировые проблемы и марш на рыбалку! Иначе я никогда в жизни на нее не попаду. А по дороге вы мне честно расскажете, как это вы ухитряетесь - мужчин нет, а дети прибавляются?!

И они действительно плюнули на все проблемы и пошли шумной толпой на рыбалку.

5

- Вы мои хорошие! - проворковала Зита.

"Хорошие" немедленно начали толкаться за лучшее место на ее коленках. Гогик как природный кавказец растолкал всех и залез первым. Она подмигнула огорченной дочке, подхватила ее одной рукой и устроила поближе к сердцу...

Дверь открылась медленно и бесшумно, Света вошла на цыпочках, чтоб не разбудить детей, замерла, повернулась... увидела на кухне Зиту со всеми тремя на коленках и осуждающе покачала головой.

- Моего не приманивай, не приманивай! - ревниво заметила она.

- Нана! - завопил Гогик и как настоящий кавказец полез вниз через всех. Света тут же положила на пол сбрую с оружием и охотно раскинула руки, в которые толстячок благополучно закатился и торжествующе оглядел всех с высоты маминого роста.

- А позволь мне как главе магистрата поинтересоваться - нафига тебе дубинка и шокер в деле руководства агрокомплексом Девятки? - с искренним любопытством спросила Зита. - Или кто-то из инженеров прибежит ко мне завтра жаловаться на именной фингал?

- Иногда пригождаются, - уклончиво ответствовала подруга. - Не цепляйся, лучше поздравь! Я все же разобралась с третьей фермой! Поставила временную контрольку - и попались, как миленькие!

- И кто пакостил?

- Ты не поверишь - сами доярки! Гадючки - пробы ставить негде! Задавили всех! Молодежь выжили, инспектора по контролю запугали! Они ему камеры каждую смену загораживали, так он сделал вид, что не замечает, лишь бы с бабами не связываться! А они там творили без контроля, что хотели!

- И что они хотели? - мрачно осведомилась Зита, уже предполагая ответ.

- Разбираюсь. Но знаешь, складывается впечатление, что не в материальных выгодах дело! Не только в них. Подворовывали-то по-мелкому! Вот ощущение, что им просто нравилось всех давить! Надои упали, в молоке грязь, третьим классом еле-еле проходит, а им хорошо! Работают меньше всех, получают с учетом сворованного больше всех, и ходят королевами! Хорошо устроились, дряни! Молоко в общий танкер идет, без временной контрольки фиг бы я их поймала!

- А чем инспектора запугали? - спохватилась Зита. - У него как бы власти хватает? На доярок - точно хватает, с избытком!

- А это самое интересное! - хмыкнула Светка и потащилась с Гогиком на кухню. - Штурмовиками запугали! Хитрые твари, у них у всех сыновья в штурмовом отряде! Инспектор слабак, даже не стал проверять, вмешаются ли штурмовики, сдулся! И вот тут встает очень интересный вопрос - что мне с ними со всеми делать...

Светка заглянула в кастрюльку на плите, зачем-то понюхала, на всякий случай приподняла крышку сковородки.

- ... очень интересный вопрос, Зита. Я их выгнала, конечно, причем не к чертовой матери, а на расчистку трассы под объездную дорогу. Полгода принудительных работ, честно заслужили по совокупности. Но для своих детей они - любимые мамы, а сыновья у нас где? В штурмовиках. И как бы это не аукнулось... Я их выгнала, конечно, но руки подрагивали, честно.

- И ты взяла на работу дубинку, шокер и парочку травматов, - усмехнулась Зита. - Так, на всякий случай.

- По привычке, - ответно усмехнулась подруга. - И теперь у меня вопрос. Скажи как глава магистрата - во что выродится руководство, когда мы с тобой уйдем, а? Подкупольник - небольшой город, здесь все или друзья-знакомые-соседи, или вообще родня. Что, Костя свою маму за воровство на лесоповал отправит? Вот в жизни не поверю! А не отправит - конец нашему социализму. Во времена нашей юности все было просто и понятно: вот вольняшки на руководстве, а вот пораженные в правах, которых можно загонять на ленские шахты без раздумий. А сейчас? Ладно, сейчас мы с тобой на страже справедливости. Но мы же когда-то уйдем? И даже не когда-то, а на ближайших выборах выпнут с руководства некую шибко принципиальную Зиту вместе с простой подкупольной девочкой Светой, и? Вернемся во времена Советского Союза, что ли?

Светка рассеянно достала из сковороды кусок мяса, подержала в руке и отдала Гогику. Тот подумал и положил кусок обратно в сковородку. Мясо он почему-то не любил.

- Ненавидела в детстве подкупольник именно за жестокую жизнь, - мрачно сказала Светка. - За положенцев в школе, за драки двор на двор, за поражение в правах, за недоедание наше вечное! Центральный сектор с вольняшками ненавидела особенно! А сейчас вот столкнулась сама с проблемами руководства, и поняла, что жестокость очень облегчает жизнь начальству. И не просто облегчает, а... а возможно ли без жестокости решать все вопросы построения социализма? А, подруга? Как бороться без условной ленской каторги с уголовщиной, с саботажниками, ворами и любителями статусных игр? С бездельниками и психопатами? Как, но еще важнее - кому?

- Ты от меня ожидаешь немедленного ответа? - удивилась Зита.

- А от кого еще? - раздраженно сказала Света. - Ты же у нас принцесса, не я! Ты должна все знать! Ну или в крайнем случае Каллистратов! Кстати, подруга - вы когда кончите маяться дурью и поженитесь, а? И сразу все встанет на свои места: царь, царица, монархическое правление, единовластие! Все подкупольники ждут!

- Ты ешь, - сочувственно сказала Зита. - И Гогика накорми, что он у тебя всегда голодный? С такой мамой скоро на мячик перестанет походить! Ешь, спи, отдыхай. А потом готовь вопросы к партийной дискуссии. Будем вырабатывать линию.

Светка недовольно махнула рукой. Партийные дискуссии она считала пустой болтовней. Зита даже немножко позавидовала ее простоте: никакой теорией девушка не заморачивается! Каллистратов сказал - значит, так оно и есть! Ну и Зита авторитет, ибо принцесса, и фиг переубедишь!

- О, а давай я зацапаю твоих деток, а ты на рыбалку слетаешь? - оживилась Светка. - Вернешься с рыбкой, спокойная, отдохнувшая, а тут детки меня мамой называют! Здорово, да? Я бы сама, но ненавижу мошку! Как ты ее терпишь, не представляю! Действительно слетай, хоть хорошей рыбки нажарим!

Зита подумала, пожала плечами и легко поднялась. Почему бы не слетать? Рыбацкая сумочка всегда готова, рабочий день закончен, ЧП вроде не предвидится, а если что, телефон всегда на связи...

Блокиратор легко щелкнул, она поднялась на крышу и отправилась к пункту проката "Стрекоз". Как все же изменилась жизнь в подкупольниках за последние несколько лет! Вот, вертолеты спасательной службы в свободном доступе для граждан! По цене - вполне подъемно для любого офицера. Сдавай летную практику, плати почасовую и лети куда хочешь в соответствии с полетными коридорами, разрешенными эшелонами и сводками метеослужбы!

Знакомое предвкушение рыбалки охватило ее еще в воздухе. Сейчас она прилетит на озеро, пшикнет по-быстрому надувную лодочку из аварийного комплекта, выгребет за камыши, выставит поплавки на полтора метра, забросит удочки - и сразу мощно потянет вглубь...

Так она и сделала. Только предварительно накинула на голову сетку-капюшон верного "хамелеона" и натянула камуфляжные перчатки. Тут Светка полностью права: мошка - это... бр-р-р! Но в "хамелеоне" уже терпимо. Закинула удочки... Как и ожидалось, поплавок дрогнул и мощно пошел вбок, в камыши. Она азартно подсекла, потащила... ага! Карасей она не очень любила за их непомерно большое брюхо, вроде тащишь на кило, а почистишь, и остались одни ребра, но вкус неплох, Светка оценит...

Она так увлеклась, что шелест винтов отметила с большим запозданием. Ай как нехорошо для опытной диверсантки. Обернулась - генерал-майор Каллистратов с недовольным видом натягивал на голову москитную сетку, винты его "Стрекозы" медленно заканчивали стремительное призрачное вращение. Какой человек, да без охраны! Натуральный колобок в "хамелеоне". С автоматом на плече. Понятно, кончилась рыбалка. Хорошо, карасей успела наловить. Она вздохнула, свернула снасти, вытащила садок из воды и погребла к топкому берегу.

- Да, ты была права! - сердито сказал генерал вместо приветствия. - Права, когда очистила агрокомплекс от фирм-посредников из России! Было трудно вначале без спецтехники с материка, без племенного материала, зато избежали огромных проблем в будущем. Которые нас теперь долбят в горнодобывающем секторе... Моя ошибка, не рассчитал. Думал выиграть темп, получил... что есть, то и получил. Коррупцию и бандитизм. Теперь остается только стрелять. Довольна, черноглазая?

Генерал уселся на несущий каркас "Стрекозы" и мрачно уставился на нее.

- Владимир Данилович, я ни о чем стратегическом даже не думала! - жарко заверила она. - Просто оптимизировала работу структуры! Ну лишние там были эти фирмочки-поставщики, мы и сами все нашли и поставили!

- Да? А чего тогда лыбишься?

- Просто радуюсь! - честно сказала она. - Что мы снова вместе, как прежде! Сидим рядом, вода грязная под ногами проступает, "Стрекоза" в болото потихоньку тонет... и мир прекрасен!

- Если бы! - буркнул Каллистратов и отвел глаза, как будто увидел что-то интересное на озере. - Но с горнодобывающим разберусь, сил хватает. Действительно перестреляю, если по-другому никак. Тут другие проблемы подвалили, гораздо серьезней. Как думаешь, что?

Она отрицательно покачала головой. Случиться могло что угодно. Молодая республика, в самом начале пути, командные цепи толком не стабилизировались - рвануть могло в любом месте. В любом. Разве что за штурмовые отряды она была уверена. Пока что уверена, с учетом того, что сообщила Светка. Вот вопрос - она действительно маму командира штурмовиков закатала на очистку просек? И другой вдогонку, как это аукнется...

- Вот и я так же, - признался Каллистратов. - Каждый день гадаю - где порвется? И не угадываю. И тогда бегу к тебе. Ну вот и прибежал. Зита, мне нужна помощь.

- Я готова, - просто сказала она.

- Не твоя, вернее, не только твоя, - сказал генерал и мучительно скривился. - Зита, мне нужен "Спартак". Все, кто остались в живых.

Тревога ударила в сердце. Она с огромным запозданием осознала, что любимый мужчина - с автоматом на плече.

- Мало нас, катастрофически мало! - с горечью сказал Каллистратов. - Все кадры, которых готовил, полегли на войне! Только ты "Спартак" уберегла, а я теперь, как последняя сволочь, должен снова отправлять вас под пули!

- Владимир Данилович, - тихонько сказала она. - Ставьте задачу. Мы все давали клятву в верности социализму.

- Задача, - сказал генерал и вздохнул. - Она вообще-то является следствием того, что ты натворила в агрокомплексе. Не получилось соседям нас пограбить по-родственному, теперь гадят. Блокады устраивают, провокации. В результате у нас сбили дирижабль. Вроде как согласованный маршрут, твердые договоренности, взаимная выгода - но сбили. Вроде как случайно, по ошибке. И даже извинились. А там спецгруз. И он ни в коем случае не должен попасть в чужие руки. Ни в коем случае. Вот такие дела.

- Где? - коротко спросила она.

- За южной границей, - понимающе усмехнулся Каллистратов. - Со своими рубиться вариантов нет, уже хорошо. А остальное плохо.

Генерал встал, брезгливо шевельнул носком сапога болотную грязь.

- Задача - не просто отбить груз. Он, собственно, еще и не захвачен. По данным авиаразведки группа сопровождения засела внутри сектейнера и отбивается. По ним не стреляют, надеются получить трофеи в рабочем состоянии, так что ситуация на время подвисла... А наша задача - не просто отбить груз, но перебить там всех к чертовой матери! Чтоб больше желания не возникало стрелять по собственности республики! Нам нужно раз и навсегда отбить любовь к провокациям, иначе нас задавят! Сумеем достать их оперативный штаб - вообще здорово будет.

- Достанем! - пообещала Зита. - Когда и куда выдвигаться?

- Сейчас, - сказал Каллистратов. - Вызов спартаковцам уже прошел, "Борей" ждет на аэродроме. Надо спешить, возможно, получится спасти ребят из группы сопровождения. У них, кстати, командиром твоя знакомая.

- Кто? - похолодев от нехорошего предчувствия, спросила Зита.

- Ангелина. Ангелина-хохотушка. Это вторая причина, почему я зову на помощь "Спартак". Штурмовики своих в беде не бросают. А первая причина... в армии начался бунт. Порвалось, Зита, там, где даже я не ожидал. Руководство вдруг осознало, что получило в результате переворота вовсе не то, что хотело, ну и... на данный момент в Особом Заполярном брожение, нет ни одного командира, которому можно безусловно доверять. Иначе бы я послал на операцию не остатки диверсионно-разведывательной роты, а парашютно-десантный полк. К сожалению, полка у меня сейчас нет, есть только "Спартак". Вот тебе вся правда, Зита, во всей своей неприглядности.

- Мы справимся, Владимир Данилович! - твердо сказала Зита.

- И вот еще что, - сказал Каллистратов и упрямо поглядел на нее сквозь москитную сетку. - Я иду с вами.

- Владимир Данилович!

- Я иду с вами! - зло сказал генерал. - Зита, это не придурь выжившего из ума старикашки, и не надейся! Командиру нельзя рисковать собой, как простому бойцу, тут ты права, но бывают моменты, когда доверие - важней всего! Я не могу посылать в бой женщин с детьми на руках, а сам стоять в стороне! Не имею права! Я потеряю доверие людей!

- Вы там словите глупую пулю, и что будет тогда с республикой? Здесь же все на вас держится!

- А что будет, если ты словишь случайную пулю, подумала?! Как мне тогда жить? Нахрена сдался республике руководитель, прячущийся в бункере, когда его женщину убивают?! Нет, Зита, я иду с вами!

- Рядовым бойцом! - сердито сказала она.

Генерал несдержанно хрюкнул.

- И чтоб маскировочную сетку с лица не снимал до конца операции!

- Зита, я не дурак подставляться под снайпера...

- И при условии, что прямо сейчас скажешь, почему не хочешь на мне жениться! - выдохнула она.

Каллистратов озадаченно поскреб подбородок сквозь сетку. Подумал, искоса поглядывая на нее. Она постаралась сохранить злой и неприступный вид.

- Не мне нужно! - предупредила она. - У многих уже возникли сомнения по поводу вашей... психической адекватности и сексуальной идентичности!

- Вот это загнула так загнула... То есть байка, что я старый низенький толстячок и комплексую перед красавицами, не пролезет? Как не вовремя-то... Зита, это год подождать не может?

- Год? - недоверчиво уточнила она.

- Через год перестанет быть секретом в любом случае, - вздохнул Каллистратов. - Останемся живы, расскажу без проблем. Кстати, насчет "живы"... Зита, а ты давно прыгала с парашютом? В смысле, со сверхмалых?

Она непроизвольно содрогнулась. Давно... один раз, и как вспомнит, так дурно!

- Нам прыгать со сверхмалых, - поморщился генерал. - По-другому там никак, время поджимает.

- Нет. И еще раз нет.

- Зита...

- Владимир Данилович! - взбесилась она. - Смерти нашей желаете? Мы прыгали один раз! Потому что были молодыми дураками и ни хрена не боялись! И не разбились лишь благодаря запредельному мастерству пилотов и выпускающих! Запредельному! В республике сейчас не найдется таких профессионалов! Владимир Данилович, нет!

- Пешком предлагаешь? - разозлился в свою очередь генерал. - Ну нет у нас других вариантов, нету!

- Как нет? - удивилась она. - А "Стрекозы"?

- Так, "Стрекозы"... Интересный вариант, но не подходит, там от границы лететь...

- С "Борея", - уточнила Зита.

Генерал поперхнулся. Потом задумался.

- А это теоретически вообще возможно? - пробормотал он в затруднении. - Там же нисходящий поток от винтов такой, что машины переворачивает! Машины! А тут фитюлька на трубочках!

- Именно с "Борея" есть шанс, у него винты разнесены.

Генерал посмотрел на свою хрупкую "Стрекозу", что-то представил и побледнел.

- "Стрекозы" несут полтораста кг дополнительно к весу пилота, - серьезно сказала Зита. - Это - ракеты, боезапас, крупнокалиберник. Владимир Данилович, операция проводится без подготовки, без "Стрекоз" у нас нет шансов. Мы со Светкой прикидывали варианты на всякий случай, ну, если еще потребуется срочно куда-то прыгать - без "Стрекоз" никак.

Генерал открыл рот, чтоб выругаться... и подозрительно уставился на нее.

- А ты чего такая уверенная? Уже пробовали, что ли?!

Зита криво улыбнулась и промолчала. Мол, жить захочешь, и в турбулентность полетишь.

- Я твоей Светке ноги выдергаю! - всерьез пообещал генерал. - Будет сидеть в инвалидной коляске и Гогика нянчить, дура отмороженная! Ладно, "Стрекозы"! Сорок штук в Девятке наберется...

- Сто, Владимир Данилович, - тихо сказала Зита. - Сто. Нас слишком мало для такой операции. А в штурмовом отряде Девятки - лучшая пилотажная группа республики. Они не подведут. Ручаюсь.

Генерал как будто разом постарел на десяток лет. Отвернулся от нее и одним движением забросил себя в пилотское кресло.

Две "Стрекозы" подпрыгнули вверх и, словно связанные невидимыми ниточками, согласованно понеслись к далекому аэродрому.

6

Гигантский "Борей" неудержимо рвался сквозь воздушные массы - к южной границе и вдоль нее, с резким снижением в сопки, в невидимую для локаторов зону. И тогда придет время их работы.

Зита оглянулась, оценила состояние бойцов. Транспортный отсек был плотно заставлен "Стрекозами", винты с кольцевыми насадками сложены в стояночное положение, в результате аппараты встали шасси к шасси, без зазоров. Запрещено, опасно, чревато сцепками, но иначе на любом вираже посыплются легкие машинки одна на одну, и тогда конец операции. А так - уперлись друг в дружку и стоят.

Штурмовики-пилоты из передней шеренги "Стрекоз" ответили ей слегка напряженными взглядами. Еще бы, впервые в настоящий бой, да вот так, неподготовленным, ненатренированным десантом на "Стрекозах" на ходу из "Борея" - любой побледнеет. Ребята в целом неплохо держатся. Только крепления ракет проверяют слишком часто и переговариваются с излишним возбуждением. Она и сама гасила возбуждение немалым усилием воли. Не за себя переживала, за ребят. Она-то что? Она первой выкатывается, ей никто не помешает. А они? "Стрекоза" к "Стрекозе", чуть ошибешься с маневром, зацепишься за соседа, и время десанта непоправимо увеличится, разбросает штурмовиков вдоль всей границы... А ошибется кто на выезде, нырнет в нисходящие потоки - мотанет несчастную "Стрекозу" так, что вылетит пилот из кресла, обрывая ремни безопасности. И камнем вниз. Зависнуть бы "Борею", дать мальчикам время на спокойный десант, да нельзя. Пролет "Бореев" должен выглядеть именно пролетом вдоль границы, демонстративно угрожающим, да, но якобы не несущим реальной опасности тем, кто сейчас штурмует контейнеры с секретным грузом...

А еще она заметила, что генерал Каллистратов боялся предательства. Армия ненадежна. Искушение вычеркнуть из раскладов самое преданное режиму подразделение политических войск велико. Тем более вместе с лидером этого самого режима. Не зря он посматривал на нее так беспокойно, когда они спешно вооружались в приграничной части. Доверял ее интуиции, ее умению разбираться в людях. Сам генерал давно не доверял никому, у него взгляд замылен, подозрителен, в любой улыбке мерзкие хари чудятся, вот и поглядывал на нее, спрашивал взглядом - что за офицеры в части, надежны ли? А что она могла ответить? Ничего она не почувствовала. Она не экстрасенс, что бы ни наговаривали друзья. Но командир части ей не понравился. Просто не понравился - и всё. Без объяснений, без причин. Такое с ней редко случалось, чтоб мужчина - и не понравился...

Она постаралась выкинуть тревогу из сердца и задумалась о Каллистратове. О своем мужчине. Если о ком думать перед смертельным боем, так о нем. Вот что он может без проблем сообщить ей через год, но никак - сейчас? Что? Что болен? Какой-нибудь специфически мужской немочью? Допустим, радиационное поражение у него, вполне возможная ситуация в подкупольнике рядом с атомной электростанцией. И что? Детей не будет? Так есть уже дети. Это во-первых. А во-вторых - а через год что изменится? Ладно, пусть не радиационное поражение, так сказать, детородных органов. Допустим, женщина у него. И он ждет ее решения. Типа она подумает и через годик согласится. Может такое быть? Да ни за что. Уж своего мужчину она знает получше, чем он сам себя. Генерал-майор Каллистратов до лжи не унизится, так прямо и скажет, что женщина у него. Это во-первых. А во-вторых - и где он ее тогда прячет? Подкупольники - как одна семья, все друг про друга все знают. Вот начал к ним со Светкой захаживать в гости начальник городской ГБшки, и наверняка новость тут же до Каллистратова докатилась, и подробностями по дороге обросла. Так же и Зита - все знает о своем мужчине. Кто у него в штабе работает, и вообще кто с кем, а кто ни с кем... Так вот - нет у генерал-майора Каллистратова женщины. Кроме нее - нет никого. Все в республике убеждены, что Зита его официальная любовница еще с давних спартаковских времен. Чуть ли не с двенадцати лет. А может, даже раньше. Шушукаются, порицают, осуждают, втихаря желчно завидуют, но твердо сходятся в одном - в постели у Каллистратова можно найти только Зиту...

- "Спартаку" готовность раз! - внезапно раздался в наушнике голос пилота.

Ну вот, за приятными размышлениями и дело подошло, и визжать от ужаса поздно, сейчас пандус откинется...

Она быстро оглянулась на ребят, вскинула вверх сжатый кулак, отследила ответные жесты и полностью сосредоточилась на выкатывании. Тут ошибешься - и саму утянет в турбулентность, только щепочки полетят! Винты в тянущее положение, покатилась, покатилась, и... ух! "Стрекоза" рухнула вниз, выровнялась... она резко крутнулась и напряженно уставилась вверх. Пошли, пошли ребята, да обойдет всех стороной сцепка!

Крохотные вертолетики выпадывали попарно и поодиночке, тут же раскладывались в полетную конфигурацию, уходили к земле, зависали в ожидании... А потом произошло то, чего она опасалась. Штурмовики запутались в очередности выкатывания. Вывалились сразу четверо, крайний, чтоб уйти от столкновения, слишком принял в сторону... "Стрекозу" перевернуло и бросило далеко в сторону, в наушниках раздался многоголосый сдавленный "ох!"... Стиснув зубы, она следила за падением аппарата. Ну же, приди в сознание, пилот!

"Стрекоза" дернулась. Разложила винты в полетную конфигурацию, вильнула, пошла боком... и стабилизировалась чуть ли не между крон деревьев. И замигала габаритами - разобраться по пятеркам!

- Ну, Костя! - выдохнула она. - Вернемся - прибью!

И тоже включила габариты, указывая точку сбора своей пятерки.

Еще в Девятке на тренировочных полетах обнаружилось неожиданное, крайне ценное для диверсантов свойство "Стрекозы" - возможность летать в редколесье, под кронами деревьев. Понятно, что полетными правилами строго запрещено, но то на гражданке. А на войне правила другие. Скрытность, например, очень хорошее правило. Выживаемость - вообще замечательное. Так что собрались пятерками и полетели низэнько-низэнько, как крокодилы в анекдотах летают. Хищными стайками потянулись к сбитому дирижаблю.

Каллистратов по данным авиаразведки предполагал, а она твердо была уверена, что за небом противник смотрит. Да, военные обещали загасить на время спутниковое слежение. Но кто бы верил обещаниям военных! У них всегда куча случайностей объективно не позволяет ни одну операцию провести по плану. И кроме спутника иные средства контроля пространства имеются. И хотя нырнули "Бореи" в невидимую для локаторов зону за сопками, она не сомневалась - обнаружат все равно. Так что надежды были только на скорость даже не обнаружения, а реакции на угрозу. Потому и прошли "Бореи" вдоль границы не останавливаясь. Хоть на немножко, а задумается противник, что бы это значило. А им много времени не требуется, чтоб выдернуть экипаж с группой охраны. Груз - к черту груз, его и взорвать можно. Еще меньше времени потребуется, чтоб расстрелять всех, попавших в прицел. "Стрекозы" несли на себе для этого достаточно оружия. А генерал-майор Каллистратов в это время с малой группой ветеранов займется оперативным штабом противника, чтоб отбить охоту к провокациям. При наличии хотя бы небольшого запаса времени - стремительная, но вполне реальная операция. В исполнении слаженного, прекрасно скоординированного "Спартака", с хорошей управляемостью и связью - гарантированный успех.

"Стрекозы" вынырнули из леса... и Зита с горечью поняла, что предательство все же было. Как и доложила авиаразведка, рядом с отстреленным сектейнером торчал заглохший танк и копошились крохотные с такого расстояния многочисленные фигурки солдат. А на другой стороне поля раскручивали винты два внушительных транспортника. Она опознала их сразу. "Тсиан", основной транспортный вертолет южного противника, перевозит до роты спецназа с вооружением, сам прекрасно вооружен и напичкан электроникой... И уже ползла от них бронетехника - и ни слова об этом не было в донесении авиаразведки! А ведь они не пару минут назад приземлились! Зита вспомнила неприятное лицо командира приграничной части и стиснула зубы. Выскочила стая мосек на улицу - а там слоны... и ни поменять, ни отменить операцию.

Они могли - и еще как могли! - доставить много неприятностей и "Тсианам", и БМДшкам, ракетные "тубусы" на "Стрекозах" прикручены не для украшения, а как раз для таких дел, но - нет больше перевеса сил, нет подавляющей огневой мощи! А это значит - продолжительный бой и большие потери...

- Лия Сергеевна! - совсем по-школьному подал голос командир штурмовиков. - Как?..

- Держать десант на месте, Костя, вот как! - процедила она. - И не лихачить! Ослепите вертолеты, запустите десяток "Стрекоз" на автопилоте, пусть отвлекутся! Нам нужно время!

Она коротко перераспределила задачи, позиции, выделила пятерки для разблокировки сектейнера и не колеблясь отдала приказ: "Работаем"!

Сорвалась с крепления и понеслась к далеким вертолетам первая ракета...

Им повезло, что противник чувствовал себя как дома и держался соответственно, хотя вовсе не дома находился, а на подмандатной территории, где по положению вообще не должно быть вооруженных сил. Спецназ противника понял, что появились новые участники действия, только когда начала рваться от прямых попаданий бронетехника. Так что везение было на стороне штурмовиков. И еще - тяжелый опыт недавно прошедшей войны. Сделали вывод конструкторы - победителя определяет электроника! И приняли против электроники соответствующие меры. Вот что за восхитительную гадость придумали в КБ Двойки? Летит вроде обычная ракета, взрывается на подлете - и пошло... подрыв за подрывом, все шире и дальше разлет осколков и какой-то специфической взвеси. И - трындец электронике. А без баллистических комплексов попробуй в кого-нибудь попади из крупняка, которым утыкан "Тсиан", на дистанции за километр. Да еще в условиях задымления. Особенно когда летят на тебя "Стрекозы" на автопилоте и непонятно что на себе несут. И стреляют при этом - тоже на автомате, но густо и много. А штурмовики в это время быстро и безжалостно расправляются с оцеплением сектейнера, потому что как была у них снайперская подготовка основной дисциплиной, так и осталась, и даже усилилась, а на каждой "Стрекозе" - пулемет...

Зита подбежала к сектейнеру одной из первых, выкрикнула торопливо "здесь "Спартак"!" и через минуту поняла - вот она, накладка, без которых не обходится ни одна операция. Не было в контейнере охраны, а был дебильный, мать его, секретный груз в виде опечатанных электронных блоков, раненая Ангелина - и два десятка растерянных гражданских специалистов, среди которых почему-то две дамочки в нижнем белье! Понятно, почему не стрелял по контейнеру противник. Специалисты КБ из Двойки намного ценнее любого секретного блока! И всё это следовало срочно вывозить, причем именно всё, ибо специалисты без блоков отказались двигаться с места. А "Стрекоз" на ходу осталось немного. И утащить могла "Стрекоза", кроме пилота, не более полутора сотен килограмм...

Она впервые в жизни материла взрослых, ответственных дядек самыми черными матами, голос на них сорвала. Как же они копошились! Как суетились бестолково, мешали всем и себе, как метались и выдвигали дикие требования! Штурмовики на их месте эвакуировались бы за пару минут! А они... в чем измерить время, когда за спиной подростки-штурмовики Девятки сцепились насмерть с тренированным, суперподготовленным спецназом противника? Только в жизнях. И когда последняя "Стрекоза" тяжело оторвалась от земли, они с Ангелиной проводили ее одинаково ненавидящими взглядами.

Потом они отводили оставшихся в живых штурмовиков в лес. В спины им стреляли, но без азарта и неприцельно - умылся спецназ кровью, зарылся в ямки и кустики и не высовывался. Горели оба "Тсиана", горела броня. Но опыт прошедшей войны подсказывал - следовало спешить. Системы залпового огня никто не отменял, и барражирующие боеприпасы тоже, и дальнобойную артиллерию, как не отменили и авианаводчиков. И когда вздыбилась за их спинами земля, они уже были глубоко в лесу, запрыгивали в транспортные капсулы "Стрекоз" группы генерал-майора Каллистратова...

Зита угрюмо молчала. У нее появились тяжелые вопросы к своему мужчине. Очень тяжелые. Оплаченные жизнями штурмовиков. Почему не предупредил о гражданских специалистах? Почему? Промолчал из своих соображений, и она оказалась не готова к эвакуации некомбатантов. Затянула операцию, потеряла ребят. Больше десятка штурмовиков остались лежать возле сгоревших вертолетов. Война снова забрала лучших из лучших... Так может, и о реальном соотношении сил генерал-майор знал, да помалкивал? И не было предательства военных, а был холодный расчет циника-политика с неясными пока целями? Зачем вообще потребовалось специалистов авторского надзора отправлять в Грузию с подвывертом через левую подмышку на дирижабле, а не просто самолетом гражданских авиалиний? За что погибли штурмовики?

Пока дотянули до своих, она остыла. Все же южная кровь - страшная сила, если забурлит, столько дурных мыслей в голову лезет! Ладно в голову - а на язык?! К счастью, Каллистратов сразу исчез с ее глаз, не успела ему ничего высказать сгоряча. Может, побежал расстреливать авиаразведку. Или пытать командира части. Так что, пока возвращали оружие на хранение, отправляли в госпиталь раненых, подводили итоги операции, она успокоилась окончательно. Потом они долго сидели всем "Спартаком" в эллинге в ожидании борта, все вместе, старый и новый составы, штурмовики бурно переговаривались, делились впечатлениями, а она размышляла. И пришла к выводу, что баба она самая натуральная. Все подозрения сразу на своего мужчину возложила. А на самом деле - пошли бы штурмовики в бой, зная о спецназе? Конечно да, не было других вариантов! И именно тем же самым составом, и здесь не было иных вариантов! Кого успели собрать из надежных, тех и бросили в бой. Остаются два вопроса - о непредусмотренных гражданских специалистах и странном способе их транспортировки. Которые по сути - один вопрос: "Какого хрена эта толпа забыла на транспортном дирижабле?" И задавать его следовало в первую очередь вовсе не Каллистратову. Заполярная республика, конечно, мала, но не настолько, чтоб ее лидер лично утверждал всякие полетные ведомости. А вот кое-кто в этом деле с самого начала и не может не знать подробностей...

Она задумчиво посмотрела на Ангелинку. Спартаковка. Верная, в бою надежная, как пошаговая инструкция по частичной разборке "реактивки". Но в личных делах - ветер от головы до задницы, аж свистит! Хохотушка - она и есть хохотушка. И никакого желания руководить. Одна из немногих, не нашедшая себя в мирной жизни. Поломала юную девочку война и навсегда осталась в ее сердце. И она сама осталась там, на войне. Прибилась к авиационной службе безопасности. Противодействие террористическим угрозам, сопровождение авиационного начальства и ценных грузов. Не то чтобы война, но хотя бы с оружием в руках. Она была на дирижабле с самого начала, и это благодаря ее "реактивке" танк с "переговорщиками" так и не дополз до сектейнера. Царапнуло ее там, и ничего, сидит, хохочет, Светку с завистью расспрашивает, как они расстреливали штаб.

- Геля, я вот чего не пойму, - серьезно сказал Кунгурцев. - Те двадцать мужиков, которых вы с Зитой еле по капсулам распихали - ты зачем их с собой в транспортник потащила? Почему потащила, тут без вопросов - но зачем все двадцать рыл сразу?

Ангелина коротко хихикнула, оценив ситуацию с неожиданной стороны.

- Они сами! - с улыбкой до ушей принялась оправдываться девушка. - И не надо наговаривать, вовсе не в транспортник, все у нас было культурненько, обзавидуешься!..

Сергей Кунгурцев за прошедшие годы заматерел, превратился в мощно скроенного мужчину, и полковничьи знаки различия на открытом клапане вполне соответствовали виду. А навыки - новой работе. Он не сильно распространялся, но очевидно было, что при правительстве Каллистратова бывший командир "Спартака" занимался делами тайными и неприметными. И теперь он аккуратными вопросиками разворачивал Ангелинку в нужную сторону. Подальше от хиханек про мужиков, поближе к дирижаблю и странному его полету. Зита слушала, завидовала его профессионализму - и все больше тревожилась. Оказывается, вовсе не грузовым был тот дирижабль. Один сектейнер - грузовой, да, а вот другой представлял из себя пассажирский салон повышенной комфортности. Очень повышенной. Этакий летающий отель для Очень Важных Персон. Ресторанчик, стюардессы, обзорная площадочка... И, оказывается, не в первый раз летают на нем по своим служебным делам всякие военные и околовоенные руководители. Скорее, такие полеты уже нормой стали. Еще бы, это тебе не тесное кресло в самолете! Тут пара суток неспешного - иногда очень неспешного! - туристического полета с разглядыванием природных красот, с выпивками и закусками, с танцульками на ресторанном пятачке, с маленькими, но роскошными каютками на одного... и развеселая Ангелина в качестве охранницы там пришлась очень к месту. И в этот раз летели не только ведущие инженеры из отдела авторского надзора, отладчики и эксплуатационщики. Летели персоны, облеченные властью ставить очень важные подписи на финансовых документах. Оттого и метались заполошно при эвакуации, что документы те наверняка подрастеряли...

Ангелинка рассказывала с юмором о всяких забавных ситуациях на борту. Когда вместе собираются два десятка подвыпивших мужиков и мало дамочек, много забавного происходит. Зита смотрела на нее, и почему-то думалось не о том, какая она хохотушка, а о том, что девушка по сути в одиночку спасала пьяных придурков. Действовала четко, продуманно, решительно, как и положено службе охраны. Успела загнать всех в грузовой сектейнер, провести безошибочно аварийные действия и отстрелиться до того, как дирижабль взорвался. В одиночку, на высоте. Одна - потому что экипаж погиб сразу, от первого попадания в гондолу... И еще вспомнилось, что Ангелинка - из службы собственной безопасности "Спартака". Всегда состояла там, и мало кто об этом знал. И вот вопрос: а что на самом деле делала беззаботная девица с характерной спецподготовкой на борту элитного, по сути, борделя? И насколько в теме Каллистратов? И не его ли это прямое указание?

- Ты одна, получается, в охране была? - с недоумением спросил кто-то.

- Да не! - отмахнулась Ангелинка. - Нас там была толпа! Три стюардессы, повар, диджей, и все из себя ну очень красивые девочки... да вы их по капсулам пихали, такие, в трусиках! Но по ведомости - охрана!

Штурмовики... кто-то смеялся, кто-то искренне восхищался. Это было ожидаемо, все же они строили социализм, не рай на земле, и любой офицер имел в распоряжении комфорта и жизненных благ побольше, чем условный сержант-сантехник, и если экстраполировать, то вроде роскошный полет-отдых для очень важных персон укладывался в государственную схему. Для политически не очень грамотных пока что штурмовиков мысль, что высокое положение гарантирует высокий уровень роскоши в жизни, была и логичной, и привлекательной, и кое-кто уже наверняка представлял себя танцующим с симпатичной стюардессой, ночью, в свете звезд, в ресторанчике, беззвучно парящем в небесах...

А вот ветераны начали обмениваться недоуменными взглядами. Они-то хорошо понимали разницу между необходимостью и роскошью. И во взглядах засветились очень нехорошие вопросы. Зита подозревала, что примерно те же, что недавно задавала она сама себе. Например, а действительно ли требовалось эвакуировать содержимое вип-борделя ценой жизни, по сути, будущих руководителей государства? Не слишком ли велика цена? И постепенно смешки затихли.

- Не, ребята, вы неправы! - серьезно сказала Ангелина, сразу уловившая перемену настроения. - В этот раз летели вполне порядочные мужики, конструкторы из Двойки, авторский надзор! Держались достойно. Если б вы нас не выдернули, бились бы до конца. Думаете, я одна внизу отстреливалась? Как они за свои блоки уцепились, помните? Настоящие фанаты своего дела! Суетились на эвакуации, что было, то было, нервы нам потрепали, но впервые под огнем любой засуетится.

- Достойно-то оно достойно, - задумчиво пробормотал Кунгурцев. - Но - в вип-борделе...

Пристукнул по старой боксерской привычке кулаком в ладонь и не стал развивать мысль. Но Зита его поняла без слов. Заполярная республика утратила свирепую хватку первых лет существования, расслабилась, и начало вылезать всякое. Вип-бордели у военных появились, туристические полеты с кутежами на борту вместо работы... И бунт Особого Заполярного. У Зиты от нехороших предчувствий сдавило сердце.

- Если мне суждено погибнуть - предупреди, - вдруг еле слышно сказал ей Кунгурцев. - Для меня это важно. Надо закрыть пару дел... Предупредишь?

Она с тревогой уставилась в его лицо. В ответ он молча повел подбородком в сторону входа. Она оглянулась. Там стоял генерал-майор Каллистратов с группой офицеров за спиной. Все - с автоматами.


Оценка: 9.68*9  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"