Велена: другие произведения.

Я доберусь до правды

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фанфиков на Фикомании
Продавай произведения на
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Орден охотников - сила, призванная для борьбы с тьмой. Но зло является не только извне. Нечисть - не единственный противник. Только ордену по силам справиться с черными магами, магами-преступниками, и только орден имеет право на их суд. Но куда сложнее для охотника становится дело, когда покарать нужно не движимую инстинктами нечисть, а человека... Выяснить все - вот главная задача. И охотник доберется до правды, какой бы она ни оказалась. (P.S.Мир Скелибар)

  "Я ненавижу дождь".
  Только вязкая грязь, с чавканьем прилипающая к сапогам, только холодная вода - и больше ничего.
  Охотник застыл без движения, лишь медленно поворачивая головой. Внимательный взгляд сканировал пространство, готовый мгновенно отреагировать на малейшее подозрительное движение. А вот на слух полагаться не приходилось. Шелестящая, навязчивая стихия наступала со всех сторон, скрадывая звуки чужих шагов.
  Он успел заметить движение наверху, на камнях и нарочито сгорбился, зажимая одной рукой раненный бок. Тварь, конечно же, заметила долгожданную слабость противника. Она выдала себя радостным стрекотанием и спрыгнула.
  Изломанное, похожее на человеческое, тело распласталось в воздухе, изогнув и вытянув вперед когтистые руки-лапы. Но вражеской спины в этом месте уже не было.
  Охотник встретил ее ударом сапога с разворота, с омерзением отшвырнув спиной на валуны. Существо не сразу смогло вскочить на тонкие ноги и замешкалось. Тут же последовал второй удар, который сбил уже на землю. Едва успев извернуться и перевернуться на живот, особь оказалась пронзена мечом, так что кончик лезвия уткнулся в саму землю.
  Можно было ударить сталью еще после первого пинка - но тогда, столкнувшись с камнем, пострадала бы заточка оружия.
  Охотник знал, что тверги часто работают парами. Но не успел среагировать, когда поднял голову и увидел прыжок второй особи. Не успел вытащить меч, застрявший в теле первой, и смог лишь выставить руку вперед.
  Она вцепилась ему в плечи и щелкнула пастью, но хватка на горле не дала откусить голову настырному человеку. Противники опрокинулись на землю и покатились со склона, но он быстро выхватил из-за пояса кинжал и полоснул ее по локтевому суставу.
  На что получил вопль и плевок прямо в лицо.
  -Паскуда! - Он с ожесточением отшвырнул ее, добавив пинка ногой, и поспешил протереть глаза. Вязкая слюна, будто смола, вмиг залепила веки. Пока он был занят, тварь повторила попытку нападения, но охотник был начеку. Перекатившись, он оказался на ногах и сумел на звук отмахнуться кинжалом.
  Не попал. Но она отпрыгнула назад и раздраженно заклекотала, чтобы сразу умолкнуть и словно раствориться в дожде.
  Он кое-как открыл глаза и попытался поморгать, чтобы вернуть ясность зрения. Но окружающее предстало перед ним темной пеленой.
  Охотник снова выругался, но гораздо тише и сквозь зубы. И замер, напрягая слух.
  Проклятый дождь...
  Шорох, шуршание, стук капель, бульканье в лужах - со всех сторон. И раньше ничего было не разобрать. Но теперь, когда зрение уже не работало на него, впору занервничать. Хорошо хоть, что в начале зимы не бывает грома.
  Шорох. Стук. Шелест. И тихие-тихие шлепки, будто на самой грани слышимости.
  У нее длинные пальцы на ногах, стопа при беге опирается лишь на передние фаланги. Точка опоры очень мала, зато весь вес приходится на нее. Тварь не шлепает по лужам как человек, но бесшумно бегать у нее все равно не получится.
  А вот по камням...
  Он несознательно поднял голову, пытаясь рассмотреть хоть что-то. Бесполезно. Даже пелена перед глазами ушла, уступив кромешной темноте.
  Шлеп-шлеп-шлеп...
  Где? Справа? Нет. Уже не там. Быстро перемещается... Нужно было бить по нижней, а не верхней лапе: тогда бы тверга хромала.
  Она налетела сзади, когда он сам разворачивался и чавкнул ногой в очередной луже. Издала победное верещание и тут же заткнулась, напоровшись головой точно на острие. Охотнику даже не потребовалось размаха - только вскинуть на звук руку с кинжалом, зажатым обратным хватом. Тварь обмякла и повисла на лезвии всем весом.
  Он пошатнулся, удерживая равновесие. Протянул другую руку, ощупал голову тверги. Зараза... Вместо уязвимой точки над местом, где у человека находится переносица, он попал ей в левый глаз. Конечно, и так сойдет. Но рисковать не хочется - эти твари до безобразия живучи.
  С усилием выдернул кинжал, и длинное тело с шумом плюхнулось в грязь. Охотник присел и на ощупь нашел тонкую шею. Пропальпировал пальцами, определяя позвонки. И всадив острие кинжала аккурат между ними, отделил голову от тела.
  Тело первой осталось... кажется, слева. Он столько раз оборачивался на месте, когда слушал шаги второй тверги, что почти потерял ориентацию в пространстве. Неуверенно ступая, чтобы не споткнуться об очередной булыжник или выступ, дошел до второй и наконец-то вернул себе меч. После чего перерезал шею и этой особи.
  "Головы ему, вишь, подавай. Мол, а ну как обману. Времена нынче такие, никому нельзя верить... Вот ведь скотина. Ну да я лично прослежу, чтоб ты эти самые головы у себя в зале над камином прибил, и не снимал месяца два! И только попробуй пожаловаться на дурно пахнущие трофеи!"
  Усмехнувшись, он упал на одно колено и со стоном ухватился за бок.
  "Кого я обманываю..."
  Первая тверга оказалась сильней и проворней, так что ощутимо задела его когтями по ребрам. И еще оцарапала предплечье. Досадно, что она будто знала, как продраться между пластин, вшитых в куртку. Что поделать, в вопросе с броней он как и многие, сделал упор на легкость и сохранение скорости движений. Что сегодня не очень-то помогло.
  Раны, конечно, получились не смертельные... Если получить их недалеко от жилья, или хотя бы со снадобьями под рукой.
  Он помнил, что когда настиг тварей, то взбегая на камни, сбросил сумку с плеча, чтобы не мешалась. Да только она упала неудачно, прямиком в щель между двумя валунами. Охотник решил, что достанет ее потом, на крайний случай соорудит для этого шест.
  Но сейчас, в кромешной темноте...
  Даже будь у него зрение, даже будь сейчас солнечный день, то и с возвышения не будет видно поселка, из которого он ушел вчерашним вечером. В пути минула почти вся ночь. Сколько ему теперь добираться до жилья? Пешему, слепому, по глухому лесу?
  Кровь продолжала сочиться сквозь прижатый к боку, скомканный край рубашки. Кажется, он поспешил называть рану пустячной. В горячке боя и не такое мимо внимания проходит, но сейчас стало отпускать. А кровь не спешила останавливаться. С одной стороны хорошо, из раны вымоется больше яда, но и сам он порядком ослабеет.
  В какую сторону идти?
  Он постарался вспомнить. Дошел до валуна, ощупал его. Вспомнил как выглядел этот гранитный обломок: с какой стороны он его видел, когда пришел сюда.
  Наверное, идти туда. И лучше не думать, сколько раз он петлял по следам тварей.
  Склонившись у подножия камней и попытавшись нащупать в щели сумку, он не нашел ничего. Пальцы натыкались только на холодную грязь. Он и сам уже порядком продрог, так что не смог заставить себя попытаться еще раз. Мысленно махнул рукой и развернулся в предполагаемом направлении.
  Это движение едва не швырнуло его на землю. Спотыкающимися шагами миновав каменные развалы, он уткнулся в первое же дерево и вцепился в него, переводя дух. Голова шла кругом, а руки понемногу немели.
  В боку продолжало резать, будто тверга забыла там обломок своего когтя. Он развернулся, прижался к дереву спиной. Далеким вчерашним утром он покупал ткань для бинтования... Куда он тогда ее положил?
  Руки лихорадочно шарили по внутренним карманам. Такой маленький, тугой сверток, стоит всего монетку... Высшие силы, хоть бы он забыл переложить его в сумку! Хоть бы...
  Охотник едва не упал, слишком сильно наклонившись вбок. Но зато в боковом кармане штанов нашел злополучный сверток и бессильно выругался: верхние слои промокли. Ладно! Ладно. Главное перетянуть бок, станет меньше течь.
  Он решил пару минут перевести дух. Необходимо переждать хотя бы несколько минут. Иначе, разгоняя кровь быстрой ходьбой, он попросту сам себя доконает.
  Но охотник уже потерял ее достаточно, пока расправлялся со своим заказом. Сейчас уже с трудом удавалось держаться на ногах.
  Амулет... Браслет из кожаных ремешков с каменными бусинами, главная ценность охотника после оружия - вот что могло спасти его. Окропить кровью темно-красную бусину: позвать на помощь соратников. Он бы и на ощупь ее нашел: вторая слева от узла. Да вот только браслет, порванный когтем тверги, еще в начале драки слетел с руки и скрылся в темноте. Искать его сейчас - значит, остаться здесь навсегда.
  Подумать только. Тверги. Степень опасности - третья, просто смешно... Он-то думал, что если его кто и доконает, то это будет как минимум стая снежных загрызней.
  Охотник пошел, спотыкаясь на каждом шагу. Одна рука, вытянутая вперед, проверяла, нет ли преград на пути. Другая зажимала бок, на сей раз уже не притворно.
  Одно утешало - дождь утихал. Он хотя бы услышит, когда кто-то еще на него кинется.
  Дорога во мраке растянулась будто бы на целую вечность. Деревья внезапно вставали перед ним, будто выскочившие из-за угла грабители. Ноги скользили по грязи, так что мешающее деревце или попавшая в лицо ветка тут же превращались в желанную опору.
  Со временем он приноровился, хотя пришлось сбавить шаг. Дорога слилась в сплошную пытку из темноты и кочек, ям, упавших деревьев или камней, которые лес будто нарочно подсовывал ему под ноги. Только темнота, только осторожные шаги и попытки сохранить равновесие.
  Впереди раздалось отчетливое чавканье: с таким звуком нога вырывается из вязкой грязи. Нога - или крупная лапа. Охотник превратился в изваяние, снова напрягая слух. Левая рука прекратила прижимать рану, медленно скользнула к рукояти кинжала.
  Он мог бы поклясться, что впереди кто-то стоит. Испытующий взгляд ощущался всей кожей, как нечто тяжелое, давящее на плечи. В какой-то момент слух отчетливо уловил похрапывающее дыхание, после чего неведомый зверь вроде как облизнулся, словно запыхавшаяся собака. Или это где-то обломилась ветка и упала на влажную землю?
  Ощущение пропало так же внезапно, как появилось. Охотник какое-то время продолжал слушать, но теперь понимал, что стоит один. Показалось ли ему, или его и вправду видел какой-то лесной хищник, оказавшийся недостаточно голодным и любопытным? Понять сложно.
  Нужно идти - стукнула в висок навязчивая мысль, возвращая его к действительности. Идти, пока еще есть силы.
  И снова путь через кромешную темноту, навязчиво лезущие под ноги препятствия и холодные капли, иногда падающие на лицо. Уже не дождь, а только срывающиеся с веток остатки.
  В первый раз, когда торчащий из земли корень превратился в петлю, ухватившую его за сапог и повалившую на землю - он сумел подняться на ноги. Во второй пришлось ползти до ближайшего дерева и хвататься за него, скрипя зубами и костеря весь Западный лес на чем свет стоит. Силы покидали его, как вода - продырявленный кувшин.
  В третий раз упав, он даже не смог пошевелиться.
  Охотник выдохнул, чувствуя щекой плотный, слежавшийся ковер из палых листьев и мелких веточек. И темнота заняла все его мысли.
  
   ***
  Вдох. Выдох.
  Он еще жив. Он еще дышит.
  Кажется, даже способен пошевелиться.
  Открыв глаза, он по-прежнему не увидел ничего. А ведь должно было начать светать. Весной уже пели бы первые птицы.
  Дрогнувшие пальцы ощутили тонкий, хрустнувший пласт на листьях. Что за холера? Он слышал какое-то трепыхание краем уха. Не сразу понял, что слышит сам себя - его попросту бьет дрожью от озноба. Стало быть, уже наступило утро. Назавтра селянская ведунья предрекала мороз; что ж, вот он и наступил, сковав наледью лес, еще вчера вымоченный до последней веточки.
  -Холера... - Простонал охотник. Мало было ему той кучи, в которую уже успел вляпаться. Так теперь получите, распишитесь: гололед.
  "Погода Турнора не устает меня удивлять".
  Организм, похоже, нашел в себе сил еще немного побороться. Все еще дрожа и клацая зубами, он вполне успешно сумел оттолкнуться от земли руками и сесть. Раны перестали кровоточить, но проверять он не стал: одежда тоже пропиталась и прилипла к ним поверх, так что отодрав ее можно сделать только хуже. Плотные штаны из кожи, как и куртка на спине, тоже покрылись ледяной корочкой. Зато трехслойная тканевая подкладка оставалась сухой, благодаря чему он еще не загнулся от переохлаждения.
  Ночью он не задумывался об опасности с этой стороны.
  Охотник постарался аккуратно расстегнуть куртку, не тревожа раненный бок. Пролез пальцами в боковой внутренний карман и среди мягкой подкладки, компенсирующей выпуклости содержимого тайничков, нащупал маленькую фляжку.
  -Твое здоровье, наставник. - Отсалютовал он в пустоту и запрокинул голову, разом прикончив половину фляжки. И едва не согнулся в рвотном позыве, до того обожгло горло и желудок. Зато все тело моментально бросило в жар.
  А ведь когда-то недоумевал, зачем помимо снадобий, наставник требовал брать с собой еще и самогон. Ну не пить же на охоте, в самом деле!?
  "Чего разлегся, как палая кобыла?" - Передразнил он учителя и вцепился в ближайшее деревце. Протер глаза, поморгал. Но по-прежнему видел одну темноту.
  Яд тверги вреден, но не смертелен для человека. Однако если попал на кожу или слизистую - гарантирован ожог. И смывается это пакость хуже смолы. А уж глаза... У него есть примерно сутки, чтобы попасть к обученному, дипломированному Целителю и восстановить зрение - потом может оказаться поздно.
  "Ну что, марш-бросок за день до города?" - Подбодрил он себя, почти веселясь. - "Да хоть три раза!"
  И отпустив опору, проверил, насколько хорошо его держат ноги.
  Он понятия не имел, куда пойдет. Сколько раз его шатало, сколько раз он сбивался с прямого курса? Но лучше двигаться, разгонять отравленную кровь и дурные мысли. От сидения на месте его шансы уж точно не возрастут.
  Или может, лесной хозяин сжалится и спрямит дорожку? Ведь помог ему охотник, извел тварей, опасных для природного равновесия.
  -Не грех бы... и спасибо сказать... - Пробормотал он. Но лес остался глух.
  Пришлось взбираться на какое-то возвышение. Он не помнил, встречался ли ему ночью такой крутой склон. Но если в окружную обходить препятствие, то неизвестно, куда он в итоге доберется.
  -Мореход... не спеши, посмотри... на воду. В руки шкот, и трави... не гневи погоду... - Попытка петь немного помогала, хотя и сбивалось дыхание. Но с каждым словом голос становился слабее. В какой-то момент он осознал, что способен только сипеть. Больное горло не могло выдавить звука.
  Нужно остановиться... Он в который раз привалился к дереву. Тепла... где найти тепла? Огниво осталось в сумке, так что о костре можно забыть. И ведь предлагали огненный эликсир, с которым можно хоть на камнях разжечь огонь. Так нет же, дурак, места в карманах пожалел...
  И толку теперь, что куртка забита ножами и амулетами?
  Нужно согреться... Срочно. Просто необходимо. Где эта фляжка?
  Принялся искать по карманам. В нагрудных нет. Во внутренних... пусто. В карманах штанов, нашитых впереди и по бокам, тоже не нашлось ничего, кроме крохотного кусочка сыровяленой колбасы, которым он накануне собирался угостить хозяйскую псину на привязи.
  -Идиот... - выдохнул он в пустоту. Точнее, попытался сказать, но его бы не услышали и с двух шагов.
  Фляжка осталась лежать на месте "привала". Он это точно знал. Помнил, как вздрогнул от глотка и упустил ее, а руками ухватился за горло. И когда вставал, то попросту забыл подобрать.
  Ну вот и приплыли.
  Эта мелочь начисто лишила его сил. Он закрыл глаза - все равно нет разницы, открыты они или нет. Ноги едва могли его держать, а подступающий холод снова заставлял подрагивать все тело.
  Почему так... холодно? Ведь днем должно светить солнце, погода обещала быть ясной, так говорила ведунья, разве нет?..
  И тут, впервые за долгое время он услышал посвист, сменившийся уханьем. Турнорская неясыть. Маленькая, ушастая сова.
  -Уже... вечер? - Просипел он.
  Вечер! Охотник не знал уже, злиться ему или смеяться. Вечер... Он пролежал в беспамятстве не пару часов, как ему казалось, а весь день! Солнце если и было, то теперь скрылось за горизонтом, раз проснулась неясыть. Вокруг будет становиться только холоднее.
  Он бы много отдал за вчерашний дождь. Ливень сейчас казался ему теплым, едва ли не блаженным явлением, по сравнению с тем, что происходило сейчас. Казалось, что мороз наступает на пятки и дыша в затылок, идет позади как загоняющий добычу следопыт. И больше некуда скрыться.
  Он стащил с правой ладони перчатку и поднял ее открытой, чтобы проверить догадку. Две холодные пушинки клюнули в руку, моментально обратившись парой холодных капелек.
  Пошел снег.
  Со стоном охотник оттолкнул от себя древесный ствол. Едва не упал, снова ухватился за опору. Кое-как надел перчатку, протянул руку вперед в поисках возможной преграды, и сделал первый шаг.
  Только в этих шагах был весь смысл. Ради них он еще пытался дышать, двигаться, на них зациклилось сознание. Единственной задачей стало пройти еще немного. И еще немного. Ну, хоть сколько-нибудь.
  Что угодно, только не останавливаться.
  Холод убивает медленно. Сначала изматывает до подкашивающихся ног, отнимает силы, уходящие на дрожь и поддержание тепла. Потом добирается до отдаленных участков тела: ладоней, ступней, носа. Натянутый по самые глаза шарф и перчатки спасают лишь поначалу. Если долго не получать тепла, то своего собственного уже не хватает чтобы бороться.
  Потом холод мучает усталостью и соблазняет мыслями всего-то немного отдохнуть, не поспать конечно, но присесть хотя бы на ту кочку, только минутку перевести дух...
  После чего добивает погружением в сон.
  Орденский охотник, закаленный как обучением, так и практикой, предпочел упрямо тащиться вперед, вознамерившись вымотаться и упасть как загнанная лошадь, нежели поддаваться слабости.
  Но этот момент наступил раньше, чем он ожидал. Охотник отстраненно думал, что его хватит, пожалуй, еще на целую версту, когда незаметно для себя запнулся и снова упал.
  Все. На этот раз точно - все.
  Он понимал, что приземлился на что-то неудобное, каменистый пригорок или корягу. В ребра даже через куртку впивались неровности. Вот зараза... Может, получится переползти на более удобное место? А там уж не грех и попытаться встать.
  Охотник усилием воли заставил раненную руку шевелиться - на другую он попросту упал, придавив боком. Протянул перед собой, попытался понять, везде ли вокруг лежат камни, или ему посчастливилось найти единственную россыпь на всю округу?
  Пальцы бездумно щупали ровный край, более всего похожий не на камень, а на плохо струганную древесину. Провели вдоль прямой грани, наткнулись на вбитый штырь.
  Ступени...
  Помирать буквально в шаге от спасения сразу расхотелось. Но ведь нет спасения.
  Нет лая собак, отдаленных голосов, нет мычания скота в хлевах - это не деревня. Только одинокая избушка лесника. А вблизи, он знал от местных, нет жилых одиночек. Все их в свое время позабросили, побоявшись коротать зимние ночи в лесу.
  Только весной и осенью приходят следопыты за дичью. Но не сейчас. Не в мороз.
  Последним усилием он протянул руку вперед. На удачу постучать - а вдруг... Пальцы уперлись в дверь. Провели по ней, и ладонь обессилено упала.
  Охотник окончательно замер.
  
   ***
  -Марик, да ты бери еще. Чего как в гостях, в самом деле? - Тепло улыбается бабушка. Одной рукой двигает поближе тарелку с горой дымящихся вареников.
  -Да я лопну. - Смущенно ворчит охотник.
  -Лопнет он, не смеши! Да ты ж только глянь на себя, щеки пропали, одни глаза на лице видны! Рубашка как на палке болтается, ой горе мое... Что ж ты, вовсе не ешь там, в ордене своем?
  -Да кормят нас, кормят! Только не на убой.
  Он сдается и нагребает себе добавки. Бабушкины вареники с козьим сыром... Ему иногда смешно становилось, что в обучении, тоскуя по дому и северу, он прежде всего вспоминал не красоту небесных огней, запах костров на зимних праздниках, или верных собак, таскающих упряжки вместо лошадей, не родительские объятия - а вареники!
  Сзади с кухни доносилась возня и гремела посуда. Наверное, мама убирается.
  -А я еще горяченького принесу! - Радуется тетка Элана. Женщина в летах, так и не сумевшая выйти замуж, обожала племянников вместо детей. Так что охотник мог с уверенностью говорить, что матери у него было две.
  Тетушка встает и ворошит ему макушку, растрепав волосы.
  -Ты ведь взрослый уже, можно вместо чаю и медовухи плеснуть!
  -Да я...
  -Сейчас-сейчас принесу! - Непреклонно доносится уже из коридора.
  -Ага, в ордене такого, небось, к столу не подадут! - Смеется юноша, сидящий напротив.
  Охотник растерялся. Откуда здесь взялся Ритан? Он ведь никогда не был на севере, кроме... того раза. Первого и единственного - когда молодой наемник, спеша добраться до жилья напрямик, заблудился и замерз в ночь зимнего солнцестояния. Его тело нашли только спустя две недели.
  Иней и сейчас покрывает его с ног до головы, несмотря на жар в помещении.
  -Не зря мы братья названые. - Юноша знакомым жестом перебирает бледными пальцами по столу. - И участь у нас, выходит, одна.
  -Ну и правильно. Наконец-то отдохнешь. - Воркует бабуля. Она склонилась над длинным шарфом и проворно орудует спицами. - Поди, скитался по всему свету, покоя не знал. Хватит. Наслужился. И без тебя там хватает.
  -Но я еще не... - Он растерялся.
  Бабушка подняла глаза, покрытые белесой пленкой.
  -С нами пойдешь. - Заключила она.
  Охотник похолодел.
  -Ты ведь тоже умерла. Восемь лет назад.
  Вот почему он не увидел здесь ни отца, ни матери, ни младших сестер.
  Его коснулась теткина рука. Хрустнули поломанные пальцы, когда нежно сжали плечо любимого племянника. Если бабушка отошла во сне, то ее дочери не так повезло... Он не мог обернуться и посмотреть на нее.
  -Тебя убили волкулаки, тетушка Элана. - Прошептал охотник.
  На его плечах оказалось множество рук. За спиной стояло уже с десяток мертвецов.
  -Не бойся, сынок... - шептала тетя.
  -Братишка...
  -Внучек, дорогой... - доносилось с разных сторон. Бабушка встала.
  -Не бойся. - Она снова стала прежней, румяной и с ясными глазами цвета янтаря, который передавался в их роду. Улыбнулась и развела руками. - Просто пришла пора.
  -Пора... пора... - эхом откликнулись за спиной.
  -Идем с нами... - Просипел один из голосов. Снова тетин, но искаженный до неузнаваемости. Рука вцепилась в его плечо.
  -Нет! - Раздался новый голос.
  Охотнику не хотелось видеть ее, он даже зажмурился, умоляя вернуть себе слепоту. По полу застучали маленькие сапожки - он помнил, красные с вышивкой. Детские, которые можно было легко уместить на ладони. Это все, что он смог принести ее родителям. Он прекрасно помнил, как ее зовут, но с таким же успехом мог назвать "девочка-что-я-не-смог-спасти".
  -Рано ему! - Звонко заявила она и стукнула кулачком по столу.
  -Маркус, слышишь? Тебе еще рано с нами. Рано...
  Ты только спи.
  Спи...
  Только спи...
  
   ***
  -Спи... спи себе...
  Голос раздавался где-то высоко. Лоб ощущал поглаживающие прикосновения ледяной ладони.
  Это не она холодна - понял Маркус. Это у него жар.
  Или бред.
  Он постарался пошевелиться, но тело слушалось из рук вон плохо. Не удалось даже дернуть пальцем. Удался лишь беспокойный вздох. Ладонь сбилась с ритма и плотно легла на лоб, проверяя, насколько усилился жар.
  -Сарита... - Просипел он имя погибшей девочки.
  -Нет, опять не угадал. - Ответил тихий голос.
  Он чувствовал, что понемногу приходит в себя. Ощущение дикого холода осталось где-то позади, так же как мертвые голоса. А сейчас, несмотря на явную лихорадку, ему становилось легче. Мышцы расслаблялись, тело окутывало блаженство от долгожданного тепла. Даже раны...
  Стоило о них подумать, как напомнили, сволочи. Тут же откликнулась рука: почти все предплечье стянуло ноющей болью. А в левый бок словно вцепились невидимые зубы и стали медленно пережевывать, добираясь до самого нутра. Он выдохнул и попытался открыть глаза, в который раз не сообразив, что о зрении можно позабыть. Но не смог даже поднять веки.
  Левая рука уже слушалась и метнулась к голове, проверить догадку. Но была перехвачена чужой ладонью, вцепившейся в запястье.
  -Повязку не трожь. Сколько можно дергаться?
  Охотник не мог вспомнить, чтобы и раньше дергался, а тугую повязку заметил только сейчас. Но голос явно устал его предостерегать.
  Он повернул голову на слух, втянул воздух. Нос пощекотало обилие травяных запахов, как от целой груды заготовок. Аромат томящегося рагу в горшочке. И свежей крови. Неожиданно резануло в боку, и охотник вздрогнул, потревожив повязку. Явственно запахло заживляющим снадобьем, которое он мог узнать даже спросонья или спьяну.
  -Что... Где я? - Прохрипел он еле слышно. Его легче было понять по губам, нежели услышать.
  Голос ответил неприветливо, будто отмахиваясь.
  -В безопасности. А теперь спи.
  -Но...
  -Пей.
  К губам прикоснулся край глиняной кружки. Он хотел сказать, что пить не хочет, но тут же захотел. Да так, словно бежал не по зимнему лесу, а раскаленной солнцем пустыне. Даже в горле сушило как после сильной жары. Так что вцепившись в край кружки зубами, он с ходу выпил все разом.
  -А теперь спи.
  Маркус хотел усмехнуться и заявить, что успокоительное снадобье действует на него куда медленнее, чем можно предположить. Но к своему удивлению, не смог этого сделать. Накатила еще одна волна расслабления, и он будто медленно провалился сквозь мягкую перину.
  
   ***
  -...а уж, меня тебе не ...нач... как судьба послала... - Бормотал голос сквозь неясное бульканье. Он доносился будто бы сквозь прижатую к лицу подушку, но постепенно становился более ясным. Незнакомка будто рассуждала вслух, разговаривая сама с собой.
  -У, как вспомню так вздрогну, как я защищала эту дипломную... А магистр Шанер только глаза и щурил, только и думал, как бы это меня позаковыристей спросить. - Она будто с усилием надавила на что-то, послышался хруст от чего-то твердого, разрезаемого ножом. Незнакомка с недовольством запыхтела, продолжая рассуждать: - Еще и Велемира ему поддакивала. Тоже мне, научный руководитель... Зато теперь как от зубов отскакивает...
  -Дипломная работа?
  Охотник понял, что она вздрогнула. Сам не ожидал, что после ее питья голос так быстро вернется в норму. Не звучный приказ конечно, но хотя бы и не шепот умирающего.
  -Тема была: "Ядовитые вещества органического происхождения, имеющие своим действием нарушение работы глазного нерва и лишение объекта зрения". Вроде, дословно вспомнила. - Кровать рядом с ним покачнулась, принимая на себя еще один вес. - Ну-ка, что сегодня?
  Прохладная ладонь легонько коснулась лба.
  -Лучше. - Удивленно отметила она. - Жар заметно спал. Ничего себе здоровье, скажу я. В предках орков не было?
  -Нет. Только северяне.
  -Никогда не видела черноволосых северян.
  -Я ведь не говорил, что чистокровный. - Слабо улыбнулся охотник. Его бабка была из пустынников, отчего дети в их семье являли собой интересную комбинацию между белокожими северянами и смуглыми южанами. К примеру, самому Маркусу не был страшен ни холод, ни палящий солнечный зной, не оставляющий на нем ожогов.
  -Тогда понятно.
  -Где я? - Он снова повернул голову на голос.
  -В безопасности. - Повторила она, словно это все объясняло.
  -Это все еще округ Турнора?
  -Что значит "все еще"?
  Он недовольно вздохнул.
  -Я понятия не имею, сколько шел и в какую сторону. Не удивлюсь, если окажется что мы на западе Антарии.
  Она хмыкнула, но ничего не ответила.
  -Так что это за место?
  -Лес. - Сухо ответила она.
  -Но что за лес? - Терпеливо допытывался охотник.
  На что невидимая собеседница встала и, судя по шуршанию, стала копаться на полках.
  -Ты будешь отвечать?
  -А ты меня заставь. - Пробормотала она под нос. Щелкнули ножницы, отмеряя какую-то ткань. - Любопытный какой...
  -Я ведь должен знать, куда меня занесло.
  -Говорю же, в лес. - Будто несмышленому ребенку, пояснила она. - Большего знать и незачем.
  Он помолчал, осмысливая, что успел понять. Это знахарка, судя по голосу не больше восемнадцати-двадцати трех лет. Рост средний. Телосложение тоже. Проживает в заброшенной избушке среди дремучего леса, и даже местные - хотя бы в посещенной им деревне - о ней не знают. Хотя она не самоучка, повязки сделаны опытными руками, не слишком тугие, и при этом крепко зафиксированы. И к тому же с дипломом Магика - раз защитила итоговую работу.
  Но ведь обученные лекари, хоть Целители хоть ведуны, обязаны отработать шесть лет после выпуска в назначенных лечебницах. Конечно, могут и не работать, если способны сразу оплатить все пять курсов обучения. Но что бы дочь богатых родителей забыла в такой глухомани?
  Того, что он пока знает, явно недостаточно. Всего одного взгляда на внутреннее убранство помещения хватило бы, чтобы составить множество выводов. Но придется довольствоваться теми способами добычи информации, что у него есть.
  Он поднял руку и ощупал повязку. Ткань оказалась обильно пропитана вязким веществом, так что будь у него способность видеть, все равно свет не добрался бы сквозь плотные слои.
  -Да ну не трожь! - Она наверняка всплеснула руками. - Тебя снова связать, что ли?
  -Но я же осторожно. - Оправдался Маркус. - А что значит "снова"?
  -То и значит. - Ворчливо отозвалась она и застучала ложкой, что-то размешивая. - То к печи рвался как сумасшедший. Я уже и сверху навалилась, да куда там, со мной на хребту и пополз! Кричу мол, дурень, нельзя тебе сразу в тепло - а кто бы там слушал. Синяков еще наставила из-за тебя, стервец... То повязку на глаза не давал положить, отбивался. Можно подумать, я к тебе не с лекарством подошла, а чтобы их выколупать!
  Кажется, и правда смутно что-то вспомнилось. Как его торопливо обкладывали снегом и укутывали поверх плотным покрывалом, а в горло, разжимая зубы, вливали нечто, не уступающее крепостью самогону. Будь он тогда в состоянии разумно мыслить, то и сам бы понял, что нельзя слишком быстро греть кожу снаружи, пока не отошли от холода нижние ткани и мышцы. При таком обморожении согреваться необходимо в первую очередь изнутри, так что наверняка его пустили ближе к печи лишь после того, как снег растаял от его собственного тепла. Но можно представить, каким издевательством это ему казалось, и как он сопротивлялся из последних сил.
  Возможно, его тогда тормошили, допытывались "Ты чувствуешь свои ноги!?", на что он не мог ответить. Только дернулся в ответ на укол в стопу, после чего мучитель констатировал: "Чувствуешь". Странно, что он не постарался никого придушить. Возможно, потому что уже был связан?
  Охотник поджал губы.
  -Ничего толком не помню. Прости, если причинил неудобства. Я заплачу за помощь... - Он осекся, вспомнив что деньги тоже остались со злосчастной сумкой. Странно, что голову он там не оставил!
  -Да не надо мне ничего. - Теперь она смутилась. - Сама недавно хандрила, что скучно. Вот и доскучалась: открываю дверь, а там такой подснежник. На ловца и зверь бежит, а на лекаря работа.
  Он старался, чтобы его голос был мягче: так лучше вызвать расположение собеседника, нежели хриплым карканьем.
  -Все равно. Если бы не ты, то я до утра не дожил. Правда, спасибо тебе.
  Она говорила слегка отстраненно, явно при этом отмеряя что-то:
  -Так вам же, охотникам, смерть не страшна. Как сгинете, так и вернетесь. Разве нет?
  -Далеко не всем так везет. Некоторым просто не суждено возродиться. И заранее никогда не знаешь.
  Она помолчала, наверняка глядя на него. Маркус повернул голову и слегка улыбнулся.
  -Что охотник, по метке поняла?
  Она присела рядом, перемешивая содержимое глиняной емкости.
  -Конечно. Я ведь эту руку зашивала. Кто тебя так оприходовал? Раны сильно воспалились.
  -Тверги. Эти пакости со всех сторон ядовиты. Не смертельно, конечно. - Он усмехнулся, потрогав повязку. - Но с последствиями.
  -Да ты подожди с глазами своими прощаться.
  -То есть... - Оторопел Маркус. - Ведь больше суток минуло... Сколько я у тебя?
  -Третий день как, но ты не переживай. Есть вероятность, что мое снадобье поможет. Только раньше времени не снимай повязку.
  Он поднес к носу пальцы, что касались лекарства, но сочетание запахов оказалось совершенно незнакомым.
  -Что это?
  -Экспериментальная вещь. Тебе в любом случае хуже не станет.
  -Разве у вас, лекарей, не утверждены основные составы уже лет как пятьдесят?
  -А разве стандартные зелья тут помогут? - Отпарировала она и потянула на себя одеяло, открывая его до пояса. - А теперь не мешай. Нужно сменить повязки, им уже больше восьми часов. Только... потерпеть придется. - Добавила она, извиняясь.
  Он постарался не кривиться, когда она разрезала бинты и отогнула перевязку. Присохшее зелье едва не отодрало верхний слой кожи.
  Первое время она работала в тишине, осторожно промокала края раны от остатков старого лекарства и наносила новое какой-то лопаточкой. Но судя по всему, ей долго не приходилось с кем-то контактировать, и лекарша истосковалась по общению.
  -Как же тебя так угораздило? - Поинтересовалась она, когда закончила смазывание. Рану сильно щипало, так что он ответил не сразу.
  -Да как-то... не повезло. С самого начала: мне и староста не понравился, и погода выдалась мерзкая, и запас снадобий давно не пополнял. Сдуру решил идти в ночь, хотя до того сутки был в дороге.
  Она приложила первый бинт, и он дернулся, с трудом переведя дух.
  -Это сейчас я такой умный, понимаю, что мне попросту на жалость надавили. Но ведь как ныли, хитрые черти! Всей деревней сбежались; а деревня там, я тебе скажу... Кстати, надо нанять кого из них, чтобы нашли и вернули мою сумку.
  -Сначала их еще найти надо. - Хмыкнула она, аккуратно разглаживая накладку.
  -Как придут за лекарствами, можно нанять от моего имени.
  -Да кто сюда явится?
  -Но ты ведь лекарша. - Нахмурился Маркус. - Наверняка нужна всем нарасхват. И к тому же должна пополнять запасы. Муку, крупу, ведь не за избушкой выращиваешь? У местных, скорее всего, меняешь?
  Чтобы обвязать его кругом, закрепляя накладку, она просунула ладонь со свертком бинта под его спиной, передавая из руки в руку.
  -Да, но я сама за ними хожу. - Пропыхтела она. - Тут же чаща глухая. Ко мне даже случайно никто не зайдет, слишком далеко. - Она затянула потуже, но потом немного ослабила. - Это тебе уж больно повезло.
  -"Повезло" это точно. А... - Он вдохнул для следующего вопроса, но демонстративно поджал губы, словно бы рукой махнув: мол, ладно, лучше промолчу. Она заметила.
  -Что? Что такое?
  Продолжая перевязку, она снова попыталась просунуть руку с бинтом.
  -Да спросить хотел... Впрочем, неважно. Ну-ка подожди. - Он постарался приподнять торс на локтях. - Так тебе удобней будет.
  -А ну, улегся! - Она звонко шлепнула его по животу. - Еще швы разойдутся! Так справлюсь.
  Охотнику пришлось повиноваться. Но пропустить бинт под спиной лекарша все равно успела.
  -Так а что спросить хотел? - Не выдержала она. Маркус чуть помедлил.
  -Если тут такая глушь, что до людей полдня пути будет, как ты живешь одна? И... - он снова сделал паузу. - Зачем?
  Голос у него был немного сочувствующим, так что она не стала огрызаться, только проронила спокойно.
  -С твоим боком я закончила. Давай теперь руку.
  И как-то поспешно накрыла его одеялом до самого подбородка. Сверху пристроила правую руку и снова защелкала ножницами, снимая бинты. Он снова подал голос.
  -Сколько повязок ты на меня уже извела?
  -Эта порция с другим составом, она вся впитается. Так что бинты менять придется уже не так часто. К тому же я их прокипячу и снова можно использовать. И вообще. Ты бы еще посетовал, что я на тебя дрова в печке перевожу, или что много воздуха употребил.
  Он усмехнулся.
  -Узнаю слова лекаря.
  Она протирала кожу вокруг раны, придерживая его за запястье. Охотник вздохнул.
  -Ты не очень любишь отвечать на вопросы, да?
  -А ты слишком любишь их задавать.
  Ему захотелось успокаивающе погладить пальцами ее кожу. Но хотя ее рука находилась совсем близко, делать этого он не стал.
  Пока она заканчивала возиться с предплечьем, его сознание медленно уплывало в темноту. Охотник не мог сопротивляться этой сонливости, вызванной ощущением тепла и непривычного уюта. Но зелье на ранах иногда принималось щипать, отчего он вздрагивал и вырывался из дремоты. В очередной раз он очнулся потому, что кровать рядом толчком выровнялась - лекарша встала и отошла куда-то.
  За стенами избушки завывала свирепая вьюга, а внутри печь исходила жаром, гулко потрескивая поленьями в своем нутре. По звуку он понял, что печь совсем рядом, у него в головах. Наверное, на печи девушка и спит.
  -Который час, интересно... - Пробормотал он.
  -Полночь, не меньше. - Тихо отозвалась она. Он не слышал, чтобы она что-то делала: ни убирала, ни возилась с посудой. Только тихое-тихое ритмичное поскрипывание.
  Кресло-качалка.
  Надо же, а она не брезгует комфортом.
  Шелестнула страница, и он понял, что лекарша уселась за книгу. Боль потихоньку отступала, и он снова начал придремывать, чувствуя что даже разговор отнял у него много сил. Устроив поудобнее больную руку, охотник некоторое время не слышал ни ветра за окном, ни гула в печи. Но в очередной раз придя в себя, повернул голову и поинтересовался?
  -Не спится?
  -Тут только одна кровать. - Отстраненно отозвалась она, наверняка едва ли не носом уткнувшись в свою книгу.
  -А печь?
  -А там у меня сушатся важные заготовки.
  Маркус подождал, но продолжения не последовало.
  -И?
  -И спи.
  Он с досадой вздохнул. Вот бабы, придумают себе трудностей - даже там, где их нет.
  -Поправь, если ошибаюсь, но я валяюсь здесь уже три дня? Тебе пришлось меня переодевать. И ты где-то спала все это время - не думаю, что на полу. Так в чем сейчас проблема?
  -Ты тогда был бревно бревном.
  Охотник поджал губы.
  -А сейчас бревно заговорило? Какой ужас... - Сонно вздохнул он.
  Она возмущенно засопела. Маркус пробормотал:
  -В таком состоянии тебе уж точно... от меня не грозит никакой опасности. Мне вообще все равно. К тому же... - Он зевнул и сделал максимально серьезный тон. - Ты наверняка страшная и с бородавкой на носу. Так что можешь не беспокоиться.
  Удивило, что она на это лишь прыснула смехом из своего кресла. И судя по резкому скрипу, встала.
  Охотник был честен, когда говорил о том, что для него не имеет значения, если рядом будет лежать кто-то еще - лишь бы не толкнули во сне по больному боку и не отняли одеяло. Так что он начал снова погружаться в пограничное состояние между сном и явью.
  Но когда слева прогнулась кровать, моментально проснулся. Сам не зная почему, он внимательно прислушивался к ее действиям. Хотя девушка еще не легла, а только оперлась на матрац коленом и что-то прикидывала.
  -Где тебе менее больно? - Поинтересовалась она.
  -Думаю, справа. - Охотник сделал свой голос максимально сонным и отстраненным.
  Он и не врал - справа у него пострадала только рука, и ее было жалко не так сильно, как вспоротый левый бок. Но втайне он еще и порадовался такому стечению обстоятельств. Справа кровать примыкала к стене, и девушке пришлось, встав на нее, быстро переступить через пациента. Нерешительно потоптавшись, она обмоталась каким-то покрывалом как гусеница, и осторожно улеглась рядом.
  Да она тоненькая, как тростинка - изумился охотник. Даже не заняла всего места между ним и стеной. К тому же еще и легла набок.
  -Не придумывай. - Пробормотал он как бы в полусне. - У меня одеяло куда теплее.
  -А я не замерзну. - Упрямо прошептала она. Впрочем, упрямства хватило минут на пять. Убедившись, что больной и вправду ведет себя прилично - вообще не шевелится - она привстала, подняла угол его одеяла и забралась под бок, явно привычным движением поправив больную руку, чтобы не давить на нее. Сразу стало еще теплее и уютнее.
  Правда, она сразу приподнялась на локте и отогнув одеяло, приложила ухо к его груди, так что он даже не успел отреагировать.
  -Плохо. - Недовольно подытожила девушка и улеглась обратно.
  -М-м? - Не понял Маркус. Он было, подумал что она решила поймать его на учащенном сердцебиении. Но она лишь прислушивалась к хрипам в легких.
  -Плохо, что ты не кашляешь. - Пояснила она.
  -Разве?
  -Так выводится зараза. Ты ведь сильно перемерз. Простудил горло, а затем легкие. Но за все это время даже не кашлянул.
  -Да ладно. Зато не помешаю спать. - Пробормотал он. Отчего-то помедлил, но спросил:
  -Как тебя зовут, спасительница?
  -Инари. - Сонно отозвалась она, но после паузы. Может, осмысливала вопрос. А может, придумывала как соврать.
  Он не стал настаивать.
  -Я Маркус.
  -Вот и познакомились, венатор Маркус... - Отозвалась лекарша еле слышно.
  "Надо же. Не помню, кто в последний раз называл венатором охотника на нечисть. Девочка хорошо знает историю" - Отметил он про себя.
  А усталая лекарша уже уплыла в сон и засопев, уткнулась носом в его укрытое плечо - ведь он всего лишь больной, ничего такого.
  Но вот охотник уже не был ни в чем уверен.
  Он лежал и прикидывал, сколько времени прошло с тех пор, как некая девица, не то из благодарности за помощь, не то просто положив глаз на гостя с ореолом героя-спасителя, затащила его в свою спальню. Кажется, пара месяцев минула, и все это время Маркус засыпал один. Вот зараза...
  Правая рука так и норовила перебрать пальцами - тогда они наверняка коснулись бы ее бедра. Охотник непреклонно скрестил руки на животе, прижав левой сверху правую - чтобы не своевольничала. И заставил себя не обращать внимания на теплое дыхание, щекочущее шею.
  "Она твой лекарь! Прояви уважение".
  Еле заметно вздохнув, он отвернул голову влево и постарался не думать ни о чем вообще. На сей раз слабость помогла, и не прошло и пяти минут, как охотник тоже уснул.
  
   ***
  На следующее утро он кашлял так, что не мог даже набрать в грудь воздуха и спросить: "Ну что, теперь ты рада?".
  Она же то и дело отрывалась от своих занятий и бегала проверять, не пострадают ли швы от постоянного напряжения мышц. Охотник уж думал, что содрал себе все горло и теперь не сможет говорить - но к полудню стал откашливаться и почувствовал себя еще хуже. Инари пришлось постоянно подавать ему новые платочки.
  -Мерзость какая. - Скривился Маркус, в очередной раз откашлявшись, и откинулся на подушки, подпирающие его спину в полусидящем положении. Она тут же присела рядом с кружкой густого бульона.
  -Держи. А эту вот стеснительность брось. - Приказала она. - Нормальная реакция организма, чем раньше все выйдет, тем лучше. Да и я такого в лечебнице успела навидаться, что можешь не переживать за мою впечатлительность и нервы.
  Собака в таких случаях делает охотничью стойку; он лишь внутренне насторожился.
  -В лечебнице? - Небрежно переспросил охотник, принимаясь за бульон.
  -Угу. А ты думал? У меня и диплом имеется. С отличием, между прочим. Так что не переживай, я знаю что делаю.
  Стоило сделать первый глоток, как о себе дал знать голод. Кружки сразу показалось очень мало. Тут бы кастрюлю.
  -Это как же тебя довели больные в городе, что после отработки убежала сразу в лес? - Весело спросил он. Это был вроде как и риторический вопрос, но у нее как раз было хорошее настроение. Так что ответила:
  -Я вообще-то с отработкой даже не успела закончить.
  -Да ладно? - С сомнением пробулькал охотник, почти не отрываясь от кружки.
  -И двух лет не отработала. А у меня такая научная работа писалась... - Вздохнула она с явным сожалением. - Допил?
  -Угу. А больше нет?
  -Пока тебе не стоит наедаться. Перегрузишь желудок. - Наставительно сказала лекарша. - Как там рука?
  Он приподнял указанную конечность.
  -Почти не болит. А бока совсем не чувствую.
  -И не почувствуешь; там добавлено много обезболивающего. А вот руку потревожил. - С укоризной добавила девушка. - Сейчас снова сменю повязку. Надо бы вечером по расписанию, но и сейчас можно.
  Маркус хотел сказать, что руку уж точно не тревожил - потому что всю ночь проспал, держа ее другой рукой. Но согнулся в новом порыве кашля и долго не мог остановиться. Лишь когда воздуха стало мучительно не хватать, приступ отступил.
  Вернулась Инари.
  -Руку, больной. - Строго потребовала она. На сей раз не стала разрезать бинты, а только развязывала узлы.
  -Вот сколько у тебя развлечений прибавилось. - Попытался пошутить охотник. - И раны с воспалением, и слепота, и обморожение плюс больные легкие - на любой вкус. Сама же сказала, что скучно без работы.
  -Вот и накаркала. - Со смешком отозвалась она. - В следующий раз буду жаловаться на жизнь обдуманней.
  -Например?
  -Например: высшие силы, как же скучно без блестящих монеток! Сойдет, как думаешь? Выйду, а у меня на пороге котелок с золотом.
  -Ты мне расскажи, если сработает. - Попросил охотник. - Тоже так сделаю.
  Она только хихикнула, занятая бинтами. Охотник замялся со следующим вопросом, чтобы она заметила паузу. Заметила. И купилась.
  -Ну? Что ты там опять спросить хочешь? - Нарочито сварливо поинтересовалась она.
  -Ты не сочти за наглость, но... Как же вышло, что подающая надежды лекарша, милая молодая девушка, бросила все и сделалась отшельницей?
  -Милая? - Инари весело шлепнула его по руке выше локтя. - А как же моя бородавка на носу, забыл?
  Маркус растянул губы в хитрой улыбке.
  -Нету у тебя бородавки. А я женский знаток и определил это по голосу. - Мурлыкнул он. Лекарша снова развеселилась, но отчего-то быстро притихла. Только руки продолжали работать.
  -С сыном градоправителя поссорилась. - Призналась она.
  -По какому поводу?
  Охотник почувствовал, что у нее окончательно испортилось настроение.
  -Догадайся. - Отрезала девушка.
  Он снова подумал о том, чтобы погладить пальцем ее руку.
  -Ты, должно быть, красивая... - Тихо сказал охотник. - А таким трудно без защиты.
  Она хмыкнула с напускным пренебрежением.
  -Ты про бородавку-то не забывай.
  Помолчав, добавила:
  -Он просто был любитель всего подряд, что движется и имеет сиськи. А отказов не любил.
  -А твой руководитель, куда он смотрел?
  -Да ему лет под девяносто. - Фыркнула Инари. - И забыл уже давно, какие там проблемы бывают между полами. Отмахивался и все. Мол, сама разберусь со своими ухажерами.
  -И что же ты, в самом деле...
  -Ты серьезно!? - Она от возмущения аж затянула узел до скрипа - скрипа его зубов. Опомнилась и ослабила, но тут же напустилась на него: - Знал бы, о чем говоришь! Он же с охраной ходил, а те мне руки хвать, и что ты тут сделаешь? Может, если легла бы под него добровольно, так отстал, но я кто по-твоему? Меня его люди и в переулках ловили, жизни поучить, и дома страшно ночевать было...
  Она осеклась и поежилась. Охотник посуровел.
  -Вот гнида... Но как же местный представитель Ковена? Он почему ничего с этим не сделал? Ведь они обязаны регулировать такие случаи и докладывать наверх.
  -Представителю Ковена, говоришь? Который его двоюродный брат?
  -Вот черт. - Вздохнул Маркус.
  -Да мне и тут хорошо. Спокойно. Сижу, книги изучаю, рецепты пробую...
  -Неужели сама придумываешь? - Удивился он. Она наверняка улыбнулась, смущенно ответив:
  -Да куда мне с моим опытом. Из старых фолиантов выписываю.
  -Из старых? - Многозначительно переспросил он. Инари застыла. Отложила его перевязанную руку и встала.
  -Вот кто меня за язык тянул... - Пробормотала она. А у него будто в голове щелкнуло.
  Вот откуда запах крови. Она применялась в старых ритуалах и методиках, что разрабатывались еще на заре этого мира. Многие из методов приводили к ужасным ошибкам: отсюда когда-то пошла и красная лихорадка, и так же появились стригои. Те же тверги к слову, появились из-за неудачного эксперимента с ритуалами телепортации, и вполне успешно прижились. В основном в пещерах, но бывает, что добыча с поверхности им кажется куда слаще.
  Запретная магия. Оттого она и запретна. Безопасные методики были проверены и утверждены. Все, что сейчас изобреталось нового, проходило тщательную проверку перед тем, как перекочевать в учебники и применяться на практике. А старые книги хранились только в закрытых отделах библиотек, куда не каждый архимаг имеет доступ.
  -Ты гляди, напрягся-то как. Я же говорила: будешь дергаться - швы разойдутся. - Устало заметила она. Судя по звукам, принялась убирать со стола.
  -И кого ты заморила на это зелье? - Он указал на свою голову.
  От стола донеслось фырканье.
  -Из этого кролика я и суп сварила потом. И рагу сделала. Какая я ужасная женщина...
  -Практикующие запретную магию используют не только кроликов.
  -Да ты... - Она беспомощно запнулась. - Я что, на голову больная? Я тут никого не режу, кошек не варю. Ну, может только крыс... не важно! Не хватало мне еще проблем с орденом! Это не запрещенное колдовство, если ты об этом. А просто забытое. Оно никому плохого не делает.
  -Тогда тебе и скрываться нечего. - Постановил охотник. - Но стоит дать о себе знать, чтобы у моих коллег таких же вопросов не возникло. А побег с отработки - это штраф немалый. Оно тебе нужно?
  -Не нужно. Потому здесь и сижу.
  Он повернул голову к ней.
  -Да что за глупости? Подать прошение о переводе в другой город гордость не позволяла?
  -Там причину указать надо.
  -Ну и укажи как есть. Не ты одна такая.
  -Ага. А против меня полгорода свидетелей купленных, которые в подробностях доложат, как я развратничала с пациентами на каждой койке. Вот ты кому поверишь, почтенным чинам с многолетним стажем службы, десятку свидетелей - или безродной лекарше на побегушках, у которой по слухам, ноги вместе и во сне не сходятся? Тебе и присягу дадут, что я попросту решила захомутать выгодного холостяка и сама на него вешалась при первом удобном случае. А как отказ получила, так занялась шантажом и вымогательством.
  Маркус заговорил ровно, четко проговаривая каждое слово, но дал просочиться в голос сарказму.
  -Конечно, горожанам. Это же в конце концов, не моя забота - собирать какие-то там факты, доказательства. Меня не учили вытягивать из людей правду, так что откуда знать, врут свидетели или нет? И какое мне дело, что у лекарши за характеристика из Магика? И что странного в том, что надзирающий маг - родственник одной из сторон конфликта? Не кумовство же тут подозревать, в самом деле?
  -Тогда жаль, что подобные дела рассматривает не ваш орден. - Огрызнулась Инари. - Потому что на мое прошение даже не прислали ответа.
  -Мы занимаемся лишь преступлениями. А твое дело касается светского суда и Ковена.
  -Тогда и не лезь в него.
  Оба замолчали. Она раздраженно брякала посудой и шуршала тряпкой, сметающей что-то с поверхности. Маркус же понял, что переоценил свои силы, и даже разговор измотал его до головокружения. Уже не было сил поднять руку - и спорить тоже расхотелось.
  Она продолжала возиться спиной к нему, нарезая что-то на доске. Ритмично стучал нож.
  -Инари... - Позвал он.
  -Угу. - Хмуро отозвалась она.
  -Прости, если обидел. - Попросил охотник. - У меня просто... не знаю. Привычка расспрашивать. И сомневаться. Это моя работа.
  Он помолчал.
  -Но ты не думай...
  -Что "не думай"?
  -Что я не благодарен тебе. - Искренне признался Маркус.
  Она промолчала. Если и хотела разозлиться на него, то не смогла. Даже ножом по доске стала стучать гораздо тише.
  -Ладно... - Наконец, вздохнула Инари. - Пора принять отвар.
   ***
  -И хорошенько укутайся шарфом.
  -Угу.
  -Возьми мой, он очень теплый.
  -Хорошо. - Отозвалась она с неохотой.
  -Надеюсь, у тебя есть съемные накладки на обувь от гололеда? Возьми.
  -Угу.
  -И мой амулет, что в левом нагрудном кармане. Он отпугивает нежить - только надо надеть на шею, чтобы активировать теплом тела.
  -Поняла.
  -И постарайся не задерживаться. Не найдешь - и шхур с ней.
  -А вот тут ты не прав.
  Охотник с обессиленным вздохом откинулся на подушки.
  Его раны заживали плохо. Пошел уже пятый день, а края упорно не хотели срастаться. Охотник больше времени проводил во сне или болезненном бреду, чем наяву. После разговора о запретной магии и его извинений, он почти сразу отключился - а очнулся от хлопков по щекам и резкого запаха снадобья, сунутого под нос. Как оказалось, он потерял сознание и долго не приходил в себя.
  Перепугавшись за состояние пациента, Инари без споров спала рядом, а когда думала, что он уснул, то клала руку ему на грудь. Чистая практичность - лекарша даже во сне следила за частотой его дыхания.
  Он чувствовал себя вполне способным встать и пройтись, но раздирающий горло кашель и постоянная резь в потревоженном боку держали в постели не хуже привязи. И хотя снадобья явно действовали - его рука все же понемногу затягивалась, в отличие от бока - охотник оставался беспомощным, как котенок.
  О состоянии глаз он даже не спрашивал. По ее мрачному молчанию понимал, что положение практически безнадежное. Яд до сих пор бродил в его теле, и тем хуже было, что его никак не вытянуть. Лишь надеяться, что со временем выйдет сам.
  Или вернуть его сумку.
  Инари естественно, знала о существовании "драконьей крови". Снадобье с уникальными свойствами, состав которого сохранялся орденом в строжайшем секрете. Собственно, кроме охотников, оно не годилось больше никому.
  Орденцы приучались к нему постепенно, по мельчайшим дозам на протяжении всего обучения. В итоге "драконья кровь" была для них незаменимым восполнителем сил, способным поднять на ноги даже полумертвого. И к тому же, резко повышая сопротивляемость организма, она выступала хоть и слабым, но универсальным противоядием, что могло бороться даже со старыми отравлениями.
  Потому наутро пятого дня Инари твердо вознамерилась добыть это снадобье. А оно осталось в злополучной сумке.
  Маркус бы и на смертном одре не выдал рецепта лекарю, не являющемуся официальным помощником ордена. Но уступив ее доводам, заставил для начала вслух перечислить все имеющиеся у нее средства. После чего признал, что необходимых компонентов Инари все равно не имеет. Думал, что она на том и успокоится, но лекарша стала собираться в дорогу.
  -Можно обойтись и без этого. - Безнадежно повторил охотник в который раз.
  -Ты хочешь проваляться в постели еще месяц?
  -У тебя? Хм-м... - С улыбкой протянул он. Девушка привычно шлепнула его по руке - хорошо хоть, по левой.
  -Не строй из себя неуязвимого. Тебе нужно это зелье, и хватит спорить. Я-то могу подержать тебя здесь, запасов хватит. Но кроме простого заживления ран, хочу вернуть тебе еще и глаза. Для этого нужна твоя же помощь, помощь твоего организма. А он вместо этого борется с воспалением легких, и на другое ресурсов не хватает.
  Маркус мрачно молчал. Заяви он, что ему не так уж нужны глаза, то соврал бы. Она это знала и не уставала применять данный аргумент.
  -Если деревня близко, нужно попросить помощи оттуда. - Сказал он.
  -Я ведь уже говорила. Туда идти несколько часов. И совсем в другую сторону.
  -И как ты тут только одна справляешься? Небось, воду из колодца сама таскаешь, и колешь дрова? Какая самостоятельная. - Маркус с укоризной покачал головой. - Не думала перебраться ближе к людям? У них можно просить не только крупы, но и помощь взамен за лекарские услуги. Многие ведуньи, живущие в поселениях, так и делают. У них вся работа по дому на плечах клиентов.
  -Может, еще что посоветуешь? - Невинным тоном спросила она. Явно пропустив мимо ушей каждое слово.
  -Возьми с собой ту настойку на клюкве, она хорошо согревает. - Безнадежным тоном напомнил охотник.
  Она хмыкнула и вернулась к полкам, проворчав "То-то же".
  -И варежки, и носки из овечьей шерсти. - Мстительно добавил он.
  -Да ты мне пациент или бабушка!? - Возмутилась лекарша. Стук ее сапожек с накладками проследовал к порогу.
  -Ты кстати так и не рассказала, как собираешься найти дорогу. Внученька.
  -У меня свои методы. - Отозвалась она, судя по всему напоследок застегиваясь и затягивая шарф.
  Маркус не ответил, а только нахмурился. Она будто почувствовала.
  -Не запретная магия, успокойся.
  -Тогда что.
  Она открыла дверь.
  -Считай это моей женской хитростью. - Лукаво сказала Инари. И дверь закрылась.
  Охотник медленно улегся, расслабив спину.
  Он с утра успел вспомнить, обдумать и проанализировать свой путь к ее избушке, начиная от того места, где осталась сумка. Отметить повороты, возможные отклонения от маршрута. Прикинуть время, которое потребуется для прохождения этого пути. Вычесть погрешности вроде его спотыканий, прочих задержек или очень медленной ходьбы. Сейчас в уме у охотника возникла карта с двумя четко отмеченными точками - избушка и каменные развалы.
  Представляя, как идет Инари, запомнив ритм ее шагов, он видел воображаемую точку на маршруте, медленно перемещающуюся по линии. Мысленно, можно сказать, он шел вместе с ней.
  Хотя она настоятельно рекомендовала подремать, Маркус точно знал, что не уснет до ее возвращения. Ему омерзительно было отлеживаться в теплой кровати у растопленной печи, пока вместо него хрупкая девушка бредет в снегу по дремучему лесу, преодолевая наметенные сугробы, ветер и мороз. Хотя она и заверила его, что на дворе ранее утро, светит солнце, а небо ясное. Так что по ее словам, это была лишь прогулка. Но он запомнил эту дорогу совершенно иначе и не мог относиться так же легко.
  Это ведь лес. Зимний лес. Нечисть в большинстве своем спит, но никуда не денутся простые звери. У волков голодная пора и одинокая путница будет гораздо более легкой добычей, чем тяжелый лось. Медведи спят по берлогам, но случись одному проснуться - и злее, опаснее противника трудно представить.
  А еще снежные загрызни. Плевать было рассудку, что эти твари обитают гораздо дальше к северу - ведь случалось, что такой зверь зимой уходил далеко на юг, превосходно чувствуя себя до тех пор, пока вокруг есть сугробы. Одного такого в незапамятные времена поймали в дневном переходе от селения, где Маркус получил заказ на твергов!
  Минуты проходили ужасающе медленно, складываясь в тягучие часы. Больше всего томила невозможность отслеживать время, и приходилось отсчитывать его про себя. Сознание постепенно стало туманиться, мысли замедлялись. Охотник не давал себе уснуть, изредка пощипывая за кожу на здоровой руке - будто верил, что его мысленное присутствие поможет Инари. Отгонит от нее опасность, поможет заметить коварные кочки и ямы, укрытые снегом и зашлифованные поверху ветром.
  Она уже должна была добраться до тех камней. Охотник представлял, как девушка ходит вокруг них, ищет описанную им расселину. Подходит, нагибается, заглядывает в нее. Пытается просунуть руку, протиснуться вся - но наверняка у нее не получится. Высшие силы, только бы она не надумала полезть туда и застрять в своем толстом полушубке!
  Ей придется взять длинную палку. Наверняка она так и сделает. Отойдет к деревьям, поищет подходящую ветку. С громким треском, что разнесется по округе, ей придется выломать себе подобие шеста.
  Он будто воочию увидел, как Инари возвращается к камням. Снова нагибается, разгребает рукой сугроб, помогает веткой. Хотя между камней вряд ли нанесло много снега. Может, ей даже удастся сразу увидеть сумку. Да она же ведунья - одернул он себя. Ей даже не обязательно видеть. Она просто будет знать, где нужная вещь.
  Девушке наверняка придется повозиться, пытаясь поддеть ремень концом ветки. Она будет пытаться медленно поднять импровизированный шест, потянет к себе. Может, даже палка обломается и ей придется идти за новой.
  А это лишние минуты. И все это время она будет там одна.
  -Холера. - Бессильно выругался охотник. Его работа, нет, его долг - не допускать таких ситуаций. А он сам отправил ее в опасное место! Глаза - не большая цена за ее сохраненную жизнь. Более того, жизнь лекаря, которая подразумевает под собой еще и судьбы спасенных ею людей!
  Дурак!
  Не надо было говорить ей про "драконью кровь". Соврал бы, что у него кончился запас этого снадобья. И все.
  Маркус не знал, куда себя девать. Лучше пройти тот путь по морозу еще раз, да хоть десять раз, чем ждать в неведении и накручивать себя с каждым часом все больше!
  Итак... Даже если ей потребовалось три раза менять сломанные палки, она должна была уже достать сумку. Может, она остановится согреться наливкой - хотя нет, она и так должна была распариться от таких упражнений. Так что теперь девушка должна идти обратно. Стало быть, с этого момента большая половина пути пройдена, и с каждой минутой будет оставаться все меньше.
  Он с подобием облегчения откинулся на подушки, будто лично увидел, как она, с довольным видом закинув его сумку на плечо, вышагивает между деревьями.
  Осталось уже меньше времени, чем прошло.
  Точка на его воображаемой карте становилась все ближе. Он старался не торопить ее, помня, что человек не сможет идти по нетореным местам с той же скоростью, что и по расчищенной дороге.
  Вот она еще ближе.
  И еще.
  Хоть бы было чем еще себя занять, чем вот так изводить самого себя! Отполировать оружие, засесть с ножом над деревяшкой, вырезая фигурку, полистать книгу, перешнуровать ботинки - однако для всего этого нужны глаза. Он мог бы начать считать вслух на мертвом языке, который лишь частично использовался в ордене - заодно напряг бы память.
  Но отвлекаться в то же время не хотелось - словно если он потеряет сосредоточенность, лекарша лишится поддержки и тут же, как минимум споткнется.
  Время тянулось невыразимо медленно.
  Усталость начала брать свое. Маркус чувствовал некоторую степень облегчения, зная что Инари уже возвращается, и ей осталось немного. Пожалуй, не больше версты. Это облегчение и сыграло с ним злую шутку. Позволив себе коснуться затылком подушки, он сам не заметил, как моментально отключился.
  
   ***
  Он проснулся резко, будто от кошмара и со свистом втянул воздух. Чтобы тут же зайтись в приступе жесткого кашля. Нащупав платочек, охотник сплюнул в него, и с досадой поджав губы, кинул в печь. За прошедшее время он изучил, на каком расстоянии и высоте находится горнило, и без помощи лекарши избавлялся от использованных платков.
  -Сколько мне еще придется кашлять? - Мрачно поинтересовался Маркус.
  Но никто не ответил на вопрос.
  -Инари?
  Единственным звуком был лишь гул в печи. Причем гул этот был куда тише, нежели раньше. Охотник уперся локтями в кровать, поднимая себя в сидячее положение и понял, что у него сильно затекла левая рука, которую положил под голову.
  Сколько же он проспал!?
  -Ты должна была уже давно прийти. - Пробормотал охотник.
  Зараза. Вот этого-то он и боялся.
  Случилась какая-то задержка. Может, она не нашла сумку и потратила уйму времени, обыскивая весь холм. Может, почувствовала кого-то голодного на пути - она же ведунья, в конце концов - и свернула в сторону, обходя опасность кругом.
  Хотелось бы надеяться, что не кто-то ее задержал.
  Поймав себя на том, что не может перестать нервно перебирать пальцами, он сел на кровати. Прислушался к ощущениям и откинув одеяло, осторожно опустил ноги на пол.
  Нет, он еще не настолько сошел с ума, чтобы пойти искать лекаршу. Она могла вернуться в любой миг, а он, если слепым кротом уползет в лес, то жизни ей не облегчит. Его заставила подняться более примитивная потребность.
  Еще в первый раз почувствовав такой позыв, охотник категорически - и очень экспрессивно - отказался от ее помощи. Он и слышать не хотел ни о каком ее опыте в лечебнице, горшках и прочей ерунде, а приказал не мельтешить и не мешать. Ведь ноги у него целы, а это все что нужно. Позволил лишь помочь ему одеться и провести за руку к строению за избушкой, откуда со скандалом решил вернуться в избу самостоятельно.
  Быстро привыкнув ориентироваться в кромешной темноте, которой для него стал весь мир, он в тот раз безошибочно пришел к двери по стенке избы, и так отвоевал себе право самостоятельно отлучаться на улицу.
  Само собой, после того как укутается потеплее.
  Не желая заболеть еще больше и добавить ей забот, он стал послушно одеваться. Вещи лежали там же где он помнил, и добравшись до табурета, он обессилено упал на него и потянулся к вешалке. Тут был ее длиннополый тулуп, выменянный в деревне у какой-то вдовы. Будучи мужским, на Инари он висел балахоном и годился лишь для укутывания поверх полушубка, а вот охотнику пришелся впору. У порога стояли и сапоги. А штаны на нем уже были - правда, не плотные верхние, а те что поддевались под низ и обеспечивали сохранность тепла.
  Так что много времени сборы не заняли. Утвердившись на ногах, охотник потянул на себя дверь.
  Ледяной воздух моментально обжег лицо и горло. Маркус поспешил поднять воротник, придерживая рукой. Его шарф унесла Инари, так что больше нечем было укутаться.
  Кое-как добравшись туда и обратно, он вернулся к лестнице, опираясь на стенку избушки. Пока ноги двигались независимо от него, охотник не мог не думать о лекарше. Леший, да где же она? С поправкой на все придуманные безобидные задержки, она уже должна была прийти!
  С ней что-то случилось.
  Глухо застонав, он не смог подняться по ступеням. Пошатнулся и сел на пороге. Тулуп подогнувшись, послужил хорошей подстилкой, да и вообще охотнику стало плевать на холод.
  Что-то случилось с Инари.
  Он раздраженно коснулся повязки на глазах. Если бы он мог хотя бы немного различать свет, то понял, сколько времени прошло! Уж сумерки от ясного дня можно отличить. Ему хотелось верить, что он проспал каких-то пару минут, и вокруг стоит день. И девушка еще идет, но уже приближается к избе, вот-вот выйдет на поляну (тут ведь должна быть поляна, да?) и окликнет его.
  И тут заворковала, а затем заухала неясыть.
  -Если верну себе зрение, то первым делом пристрелю тебя из арбалета. - Угрюмо пообещал охотник.
  Значит, уже вечер.
  Мысль о том, чтобы пойти в лес, уже не казалась такой неудачной. Надо лишь найти в себе силы встать. Он уже одет, обут, холод не страшен. Дорогу если попытаться, может быть, даже удастся найти...
  Маркус собрался с силами, и тут до его ушей донесся другой, долгожданный звук. Скрип-скрип - по снегу. Тот самый ритм шагов, что он отчитывал про себя.
  -Инари?
  Скрип остановился. Похоже, она смотрела себе под ноги, или на небо. Сейчас ведь должен быть закат. А услышав его голос, только сейчас увидела, что пациент сидит на пороге.
  -Ты чего... - Растерялась лекарша и пошла к нему. Снег быстро-быстро сминался под ее сапожками. - Ты куда вылез-то!?
  -Инари... - С облегчением улыбнулся охотник, поднимаясь на ноги. Одной рукой, отведенной назад, он опирался о дверной косяк.
  Лекарша налетела на него, как ураганный порыв.
  -Я тебя для этого лечу!? Я для этого зелья тебе варила, для этого в снегу ковырялась, чтоб ты все равно у меня на пороге околел, да!? - Девушка позабыла, что ее собеседник слепой, и не отступит назад при ее приближении, так что разогнавшись, врезалась в него. На что охотник сграбастал ее в объятия и крепко-крепко прижал к себе.
  Полузадушенная девушка, уткнутая лицом в мех тулупа на уровне его шеи, только пискнула. А Маркус понял, что зря отклонился назад и оперся спиной о дверь. Та подалась, гостеприимно распахнулась, и они оба упали на пол.
  -Шхарову мать! - Не выдержал он, когда удар о пол выбил из него весь воздух, а в левый бок словно кто-то с размаху воткнул зазубренный нож.
  -Ой! Я тебя ударила? - Переполошилась девушка. Охотник позволил себе обнимать ее еще миг, после чего отпустил.
  -Где ж тебя черти носили? - С искренней радостью выдохнул он.
  -Я можжевельник собирала... Там такие кусты-трехлетки, ягодами обсыпанные, ты мимо них тогда прошел. Ну а я не прошла... Тебе, между прочим, средство от простуды ими усилить хочу, бестолочь! - Она стукнула кулачком по полу и вскочила. - Ну-ка ноги убери!
  С усилием закрыв тяжелые двери, она для надежности щелкнула засовом. Охотник вздохнул и расслабился в мягком, плотном меху.
  -Поперся он, вместо того чтобы как положено, у печи греться... - Гневалась она, сбрасывая полушубок и сапожки. Несмотря на эмоции, не забывала возиться с вешалкой, аккуратно развешивая все по местам. Похоже, бросила взгляд на печь и ахнула. - Ой, да она ж почти прогорела!
  Он продолжал лежать, с умилением слушая ее речь. Ему в свете облегчения, что с Инари все в порядке, все подряд казалось милым и умиротворяющим.
  -Пожалуй, здесь я и усну. - Признался он.
  -Ага, щас! Дай гляну, что со швами... - Она торопливо плюхнулась рядом, принявшись расстегивать тулуп. Охотник решил пошутить:
  -Ох, если бы меня в каждой избе так неистово валили на пол и раздевали...
  Лекарша передумала.
  -Перевязывать все равно здесь не буду. Сначала в кровать.
  -Вот это правильно!
  -Тьфу, дурак! Давай руку.
  -Я и сам прекрасно встану - Прокряхтела оскорбленная мужская гордость. Лекарша издала звук, похожий на рычание, но довольно забавный в ее исполнении.
  -Тогда тебе задание встать и добраться до кровати, пока я разжигаю печь! - И унеслась в ту сторону. - Хорошо, дрова внутрь с утра занесла, уже сухие...
  Маркус подумал-подумал и постановил - надо и вправду вставать. В избушке все еще комфортно, но по полу явно тянет холодом: открытая дверь успела высосать много тепла. Так что он стал расстегивать крючки-застежки. Разделаться с ними было куда легче, нежели вслепую застегивать. Потом выпростав левую руку, он ею оттолкнулся от пола и постарался принять положение сидя.
  Положение показалось шатким, и ухватившись за первое, что попало под руку - рукав ее полушубка - охотник уронил на себя целый ворох одежды, оборвав прибитую к стене вешалку.
  -Зараза. - Приглушенно заключил он.
  -Да что ж ты будешь делать... - Простонала лекарша откуда-то сверху. Он успел сам раскопаться из меховых завалов, когда она схватила его за руку.
  -Хватит, давай помогу.
   Он не стал спорить, но упрямо поднялся собственными силами, предоставив ей скорее роль проводника, нежели помощника. Понял, что дошел до кровати (три его шага) развернулся и сел, почти упал на одеяло.
  -Подожди, еще сапоги остались. - Она отпустила его руку, сделав шаг к изножью кровати.
  -Так, это я точно сам! - Поднялся охотник, несмотря на резь в боку.
  Лекарша не меньше трех раз хлестанула его по голове полотенцем.
  -Да что ж такое!! - Взорвалась она. - Боги, у меня никогда в жизни не было таких мерзких пациентов! Ты успокоишься или мне тебя стукнуть по голове!?
  Окончательно потеряв желание спорить, Маркус улегся. Ему показалось, что несмотря на показную ругань, девушка... побаивается его? Она явно держится иначе.
  Этого еще не хватало.
  -Шнуровка какая неудобная... - Продолжала ругаться Инари. Наконец, сдернула первый сапог. - Та-ак! А чего это ты, голубь сизый, без носков удумал ходить!?
  Он едва не уткнулся лицом в ладони. Когда выходил на улицу, то признаться, ему было не до подробных сборов. К тому же ее рядом не было - думал, что не заметит. А сейчас он чувствовал себя все более и более виноватым.
  И полным дураком. Экий медведь, взял да сгреб ее в охапку. Еще бы под рубашку залез! Не стоило давать такую волю эмоциям. Чем он в ее глазах будет отличаться от того сынка градоправителя, что вынудил покинуть город?
  Она сжала его ступню ладонями, и охотника перекосило от боли в окоченевших пальцах, вызванной резким перепадом температуры.
  -Ага! - Со злорадством заметила она и стала ожесточенно расшнуровывать второй сапог. - Точно тебя к кровати привяжу!
  "Обязательно привяжешь, вообще что хочешь делай, дай только поправиться". Подумал он, но вслух шутить не стал. У нее терпение и так было на исходе.
  -Виноват - Он натянул на себя одеяло и вскинул ладони. - Осознал. Обещаю стать самым послушным и молчаливым пациентом. Представь, что я снова бревно.
  -Это вызывает лишь желание сбегать за топором. - Съязвила она но, кажется, уже начала остывать. - Не хочешь поинтересоваться, что же с твоей сумкой?
  -А я по твоему тону понял, что нашла. Вот и потянулся сразу к ней, она ведь у тебя за спиной висела. Тебе, правда, могло показаться, что я просто схватил и втащил тебя внутрь. Но нет, я обрадовался родимой сумке. - Не удержался он от шпильки.
  Она даже не фыркнула, хотя он рассчитывал на новую волну возмущения в стиле "Да ты не охотник, а шут!" Лекарша только хмыкнула еле слышно. И едва не уронила что-то на пол.
  -Я сейчас проверю повязку, потом мы поужинаем. Потом уже поищу лекарство: сумка во льду аж задубела. Идет?
  -Идет. - Кивнул он. - Раз оно уже здесь, то полчаса ничего плохого не сделают. И его тем более рекомендуется принимать на полный желудок.
  -Вот и ладно. - Суховато отозвалась она, и какое-то время прошло в молчании. Назвать бы это тишиной, да только Маркуса снова скрутил кашель.
  Она помогла поправить подушки, чтобы он свободно сел, поставила на колени импровизированный поднос из разделочной доски.
  -Ты опять хочешь есть сам? - Настороженно уточнила она.
  -Мы ведь это обсуждали! - Вымученно выдохнул охотник. - Достаточно просто дать мне чашку и ложку. А где расположен мой рот, я как-нибудь сам вспомню.
  -Ладно. - Еле слышно пробурчала она.
  Ужин тоже прошел в тишине.
  Маркус старался двигаться осторожно, не желая резким движением промазать и ткнуть ложкой в щеку, тем самым уронив свой авторитет в ее глазах. Хотя, похоже, и без того постарался. Несмотря на то, что она расправилась с ужином куда раньше, лекарша продолжала молчать, убираясь на столе. Но он чувствовал, как она порой бросает на него пристальные взгляды.
  Девушка так же молча унесла его чашку и какое-то время гремела посудой. Потом затихла, и пару минут он ничего не слышал. Она что-то размешала и тщательно постучала ложечкой о край, чтобы стряхнуть все остатки.
  -Что ты делаешь?
  -Снадобье на глаза. Думаю, пора сменить повязку. Я раньше делала это, когда ты был без сознания, а сейчас... тебе это не понравится.
  -И что тут страшного?
  Он почти сразу пожалел о своем вопросе. На который она, кстати, снова не ответила.
  Мало того, что прежняя повязка отодралась от его лица едва ли не с кожей. Так еще и снадобье, как оказалось, накладывалось непосредственно на глаза и запихивалось лопаточкой прямо под веки.
  Маркус только шипел и пытался не дергаться, вцепившись в края кровати. Глаза не воспринимали света, но чувствительность восстановилась, и ощущения были не из приятных. Когда она закончила и перемотала голову новыми бинтами, он еще долго ощущал под веками движения серебряной лопаточки.
  -Ты пригасила свет, когда меняла снадобье? - Без особой надежды спросил он. Лекарша ответила после задумчивой паузы.
  -Нет.
  Он лишь усмехнулся.
  -Тогда у меня плохие новости.
  Она вздохнула.
  -Рано отчаиваться. Лекарство накопилось в организме. Ему мешает яд, но "драконья кровь" должна помочь, и будем надеяться, после нее случится эффект "рывка". В смысле, что все примененные дозы лекарства начнут работать разом.
  "Будем надеяться". - Мрачно подумал он. - "Хорошо. Что же еще остается?"
  Неожиданно возникла у кровати и присев рядом, откинула его одеяло. Аккуратно отогнув повязку, проверила рану.
  -В принципе, швы в порядке. Только немного раздражена рана. - Заключила она отстраненно, и если бы охотник мог видеть, она сейчас бы избегала смотреть ему в глаза.
  -Инари, что не так? - Прямо спросил он.
  Девушка смущенно кашлянула и не ответила.
  -С тех пор как ты пришла, ведешь себя странно. Нервничаешь. Я что-то не так сделал, обидел тебя? Скажи сразу.
  -Ты... - Она нерешительно заговорила. - Ты что, вправду... один? Один убил тех... тварей? - Последнее она сказала шепотом.
  Он с недоумением нахмурился.
  -Ты поэтому смотришь на меня так?
  -Откуда тебе знать, как я смотрю!? - Она опомнилась. - Ой. То есть... Извини.
  -Чувствую. - Терпеливо ответил он. - Да и по тебе нетрудно понять. Так что же, тебя испугали тверги?
  Инари молча перевела дух. Маркус устало помассировал висок.
  -Кстати, не думал, что ты их увидишь. Там все должно быть засыпано снегом.
  -Оно и засыпано. - Признала лекарша. - Только ветром уже размело, и стало видно... некоторые части. Я не удержалась, подошла и копнула. А там... Это кошмар. Это просто оживший кошмар!
  -Это тверги. - Он нашел и осторожно сжал ее руку. - Это всего лишь на вид отвратительные, но примитивные существа. Не опаснее волка.
  -Они неестественны. - Вырвалось у нее. - Как изуродованные люди. Эти челюсти, эти их изувеченные ноги... А ты... Ночью? Ты наткнулся на них один, да еще и ночью!?
  -Я не наткнулся. Я преследовал их от деревни.
  Она, кажется, пристально смотрела на него.
  -Да кто ты такой? - Вырвалось у нее. - Кто вы, охотники, вообще такие? Как вы... Как вы ломаете себя, переучиваетесь, как только можете... не бояться!? Ты ведь еще и головы им отрезал, да?
  -Так... - Он вздохнул. - Ты раньше не сталкивалась с нашей работой, как я понимаю?
  -Только раз... Охотник допрашивал одного мага по делу, а маг лечился у нас. И я видела их в коридоре.
  -И все?
  Судя по движению, она кивнула.
  -Я не думала, как это выглядит.
  Он едва снова не вздохнул. Но стоило понять и ее оторопь - девочка попросту не имеет его опыта, она заточена совсем под иное ремесло. И понятное дело, для нее это неприятные впечатления.
  -Инари, ты ведь работала в лечебнице, а до того проходила практику. Вскрывала трупы, видела жертв нападения диких зверей, открытые переломы. Ассистировала Целителям, которые лечат собственной силой и делают это необыкновенно быстро, но при этом не умеют обезболивать. Приходилось держать пациента, когда ему сращивают кость?
  -Допустим. - Она хмурилась. - Ты к чему ведешь?
  -Найдутся люди - и их много, поверь мне - которые не смогут тебя понять. Кровь, болезни, гноящиеся раны им не просто противны, а пугают до потери сознания. И ты, подобные тебе, тоже покажутся им немного... сумасшедшими. Ведь как вы можете, как вы способны заглушить в себе этот страх, это отвращение, сострадание - и просто работать, как бесчувственные големы?
  -Да ведь это совсем другое.
  -Другое. - Он кивнул. - Но достаточно похоже, чтобы провести параллель. Ты понимаешь меня?
  Она задумалась.
  -Это просто работа?
  -Это просто работа.
  Девушка продолжала молчать. Он легонько постучал пальцем по ее руке, привлекая внимание - как если бы похлопал по плечу.
  -Так ты все еще меня боишься?
  -Нет... - Ответил приглушенный голос.
  -Тогда что же?
  -Мне тебя жаль... - прошептала Инари.
  -Ты сбиваешь меня с толку.
  -Просто... - Она снова запнулась. - Что же с вами делали, чтобы так воспитать? Что делали с тобой?
  Маркус задумался, не зная еще, что много лет спустя этими словами будут объясняться его ученики:
  -Нас учат по-иному смотреть на существ. Они так же живут и едят, как мы. Спят. Они уязвимы. Упыри, тверги, химеры, варлаки - все имеют слабость. Каждое существо можно убить. И если можно, то найдется и тот, кто способен это сделать. Так почему это, к примеру, не могу быть я?
  Он сделал паузу, еле заметно поглаживая ее ладонь указательным пальцем. Она то ли не замечала, поглощенная его словами, то ли принимала успокаивающее движение.
  -В итоге страх теряется. Потому что теряется неизвестность. Любой монстр становится понятен и предсказуем. Он превращается в задачу: как ее решить? Возможно ли ее решить в конкретной ситуации и теми средствами, что у меня на руках? Что может помочь в этом: засада, атака в лоб, особенное оружие, отвлекающий прием? Или использование рельефа местности? Допустимо ли открытое нападение, или стоит измотать слишком сильного противника? А может, задача слишком сложна и нужно подкрепление? Вот так я мыслю. Так мы все мыслим. Но мы такие же люди, Инари.
  -Ну... убедил. - С неохотой признала девушка и неожиданно пожала его руку в ответ. - Ты не подумай, что я неженка. Не смейся... но мы просто не изучали нечисть. То есть, проходили кратко, но больше разбирали виды повреждений, и как их лечить... А у твергов даже не было иллюстрации в учебнике!
  Он все-таки улыбнулся, и тут она его снова удивила.
  Девушка неожиданно подалась вперед и прильнула губами к его губам. Все его тело подалось ей навстречу. Ее губы распахнулись, пылко прижались еще ближе, выдавая неопытность. Он нежно и дразняще провел по ним языком, заставив прерывисто вздохнуть. Снова подался вперед, приподнялся на локте, тихо застонал, и... Она отодвинулась и вскочила с кровати.
  -Все! - Выдохнула она и даже хихикнула, пытаясь отдышаться. - Теперь точно убедил. Ты человек!
  -Ах ты... - Охотник остался недовольным, и у него заметно кружилась голова. Но он тут же развеселился и наставил на нее палец, угадав направление. - Стервозная девчонка, что еще ты планируешь со мной проделать из любопытства? Говори сразу, я должен морально подготовиться.
  Она даже дышать не могла от смеха.
  -Пока не знаю... - Выдавила она. - Что, не по себе стало? То-то же! Грозный охотник, ха!
  Она явно хорохорилась и получала удовольствие, почувствовав себя хозяйкой положения. Зато уже не боялась, что радовало. А нервным смехом сбросила окончательное напряжение.
  -Так что следующее на очереди? - Терпеливо поинтересовался он. - Не хочешь сразу рискнуть и напоить меня некой ядреной гадостью, которая похожа на кислоту? Ты ведь за этим и ходила.
  -Точно!
  Лекарша отошла к вешалке, где оставила вещи, и стала там копаться. Не сразу, но нашла искомое.
  -А как она развязывается? - Деловито спросила она. Инари предпочла сделать вид, что все как обычно. Маркус решил идти по ее сценарию, все еще чувствуя себя немного виноватым. Так что попросил спокойно:
  -Долго объяснять, подай сюда.
  Нащупав горловину, он потянул за нужный конец узла, и тот буквально развалился, позволив поднять нашивку, которая служила своеобразной крышкой, закрывая сумку. Под ней был еще один узел, стягивающий уже саму горловину, но и там был тот же самый узел.
  -Там, поищи внутри. - Попросил он, обессилено укладываясь обратно. - В плотно закрытом флаконе темного стекла.
  Она засопела.
  -В котором именно? Тут их много.
  -А. В плотно закрытом, с черной пробкой. Она из особого материала. Только осторожно! - Предупредил он. - Оно обожжет тебя, если попадет на кожу.
  -Я просто человек, Инари. - Передразнила она, забавно имитируя его голос.
  -Ты ведь в курсе, что любое лекарство будет ядом, если увеличить дозировку? - Иронично поинтересовался охотник.
  -Нет, конечно, я ведь совсем не на лекарское дело училась.
  -Тогда поясню тебе еще и то, что для меня этот концентрат привычен, а ты просто к нему не подготовлена.
  -Тебе тогда какую дозировку?
  -А сколько там осталось?
  Она, судя по всему, потрясла пузырек и проверила на свету.
  -Почти полный.
  -Тогда отмерь половину. Остальное позже, можно с утра.
  -Этого хватит? Тут всего на несколько глотков.
  -Этого достаточно.
  Она отмерила нужное количество и ткнула кружку ему в ладонь. Охотник сделал первый глоток, и у него снова закружилась голова - настолько стремительно "драконья кровь" принялась за дело. Второй глоток принес за собой волну одуряющего тепла и покалывания, что пронеслась по мышцам. Остальное он допивал аккуратно и по чайной ложке, смакуя не только родной вкус, но и эффект.
  В голове прояснялось. Заживающий шов на предплечье защипал, потом принялся зудеть и тут же утих. Тепло добралось до этого места. Рана на боку еще сопротивлялась, но он уже готов был признать себя едва ли не счастливым, оттого что она хотя бы стала меньше ныть.
  "Лечебный бальзам на душу" - так высказался когда-то знакомый охотник. И точнее выразиться Маркус бы не смог.
  Отставив пустую кружку, он снова закашлялся, мучительно долго прочищая горло и пытаясь вдохнуть. Привычно метнул кусочек ткани в огонь и выпрямился, вздохнув свободно. Несмотря на приступ, горло уже почти не першило.
  -Это стоило того? - Осторожно спросила Инари, сидящая где-то у изножья кровати и глядящая на него с явным любопытством. Охотник блаженно вздохнул, растягиваясь во весь рост.
  -Я все еще так не думаю. Но мне давно не было так хорошо.
  -Приму это за спасибо. - Она фыркнула и забрала у него кружку.
  -Конечно, спасибо. - Он обернулся на звук голоса. - Ты что, решила, что я не ценю твоих усилий?
  Она смущенно пробурчала что-то под нос, вроде: "Да ладно".
  По его внутренним часам, пора было ложиться спать. Вечер успел перетечь в ночь. Зимой темнеет быстро. За порогом снова поднялся ветер, швыряя в стену пригоршни снега.
  -После "драконьей крови" клонит в сон, если не двигаться. - Проронил он, уже начиная присыпать. - Если начнешь меня будить и добудишься не сразу, то не пугайся. В моем состоянии это вполне нормально.
  -Угу.
  -Зато теперь станет лучше. Утром увидишь.
  Она все еще возилась у стола, переставляла какую-то посуду, шуршала тряпкой, протирая поверхность уже в третий раз.
  -Инари.
  -А?
  -Не выдумывай, ложись спать.
  -У меня еще куча дел! - Отмахнулась лекарша. Охотник только губы поджал. Разумеется, после поцелуя и его реакции, она снова трусила ложиться рядом. Типичная молоденькая девушка - сначала ляпнет не думая, или даст намек, а потом сразу пугается и отступает в глухую защиту.
  -Как знаешь. А я с твоего позволения, превращусь обратно в бревно на несколько часов. - Пробормотал он и отвернул голову к стене. Сонливость наползла на него сразу, однако он продолжал краешком сознания следить за Инари.
  Она еще минутку повозилась у стола. Потом ушла в дальний угол, где наверняка висела занавеска. Некоторое время оттуда доносился плеск воды, потом по полу прошлепали босые ноги. Дошлепали до печи.
  Девушка переступила с ноги на ногу, натягивая теплые носки, и наконец-то забралась на кровать. Переступила через него и медленно-медленно, стараясь не разбудить, улеглась. Немного подождала и вздохнув, забралась под одеяло.
  Он понимал, что Инари не спит, а задумчиво смотрит на него, но не стал обращать на это внимания, забываясь глубоким сном. Снадобье сказалось.
  
   ***
  -В жизни такого не видела. Просто чертовщина. - С чувством заключила она, убирая разрезанные бинты.
  -Я же говорил, мне станет лучше.
  -Но не настолько же!
  С утра, после приема второй половины "драконьей крови" и завтрака, лекарша взялась проверить его раны. Почти зажившая рука ее не удивила, потому что и раньше затягивалась успешно, пусть и медленно. А вот увидев, что на его боку рана превратилась в зарубцевавшуюся ткань, Инари чуть не заругалась от изумления.
  -Да такую скорость только у оборотней увидеть можно! - Продолжала она. Маркус рассмеялся.
  -Я понял уже! Понял, что ты впечатлена. Только сама говорила про эффект "рывка". Орденское снадобье помогло мне, скажем так, сдвинуться с места. А твои лекарства, которые все это время толкали в спину, придали такого ускорения, что его можно сравнить с пинком. Вот и я и побежал на поправку.
  Он снова усмехнулся.
  -Кстати не припомню, чтобы раньше слышал об эффекте "рывка". Если ты его на ходу выдумала, можешь написать что-нибудь вроде научного доклада. В Магике оценят. Если конечно, ты рискнешь там объявиться.
  Его замечание, вроде как несерьезное, попало в цель. Она притихла и судя по всему, задумалась. Охотник очень сильно жалел, что не может видеть ее. Поведение очень много сказало бы ему: направление взгляда, осанка, жесты, выражение лица. А так оставалось лишь догадываться.
  -Я думала над твоими словами... Насчет глуши. И что плохо жить здесь одной.
  -И что теперь ты думаешь по этому поводу? - Спокойно спросил Маркус.
  Инари села на табурет, едва слышно скрипнувший ножками по полу.
  -У меня есть отец... Он не последний человек в одном поселении. Это место находится далеко от крупных городов, и там мне будет безопасно. Он знает мою ситуацию. Его тоже беспокоит, что я живу в лесу с одними волками, и он не раз писал, что будет рад видеть у себя. Я могу... - Задумалась она. - Могу представиться там как самоучка, спрятать диплом. Лечить и без него можно, если есть умения.
  Он говорил медленно, взвешивая каждое слово.
  -Твоя ситуация не в сфере полномочий ордена, потому приказывать я не стану. Но посоветовать могу. Не прячься. Обратись в Ковен. Не к местному представителю, а через его голову пошли письмо сразу в столицу.
  -Думаешь, стоит это делать? - Хмуро раздалось с табурета.
  -Думаю, стоит. Тебе возможно, даже придется явиться на разбирательство. Но с твоей стороны всегда будут преподаватели Магика, которые знали тебя еще с малолетства, и легко опровергнут любую ложь. Поверь, на каждого адепта составляется подробная характеристика, суммирующая отзывы всего преподавательского состава. И в подобных ситуациях суд эту характеристику может запросить. К тому же суд будет не полностью светским, а с представителями от Ковена: ими дураков не делают. Они разберутся в ситуации.
  -Посмотрим.
  -Ты ведь меня не послушаешь. - Заключил он.
  -Давай закроем эту тему. - Слышно было, что ей неприятно и кажется, даже стыдно за свои опасения. Как же ее успел запугать своими связями тот человек?
  -В каком городе, кстати, ты проходила практику? - Небрежно спросил он.
  -В городе с названием "Неважно".
  -Боишься, что я стану выпытывать о сбежавшей практикантке и узнаю твое настоящее имя?
  Ответом было лишь очередное фырканье - она даже не стала отрицать. Лекарша встала, снова скрипнув табуретом, и ушла в угол, где неожиданно хлопнула дверью.
  Что еще за дверь? Шкаф, что ли?
  Ага, и она не иначе как в этом шкафу спряталась - съязвил про себя Маркус. Шагов больше не было слышно, только приглушенная возня.
  Он вздохнул и несознательно поскреб почти зажившую правую руку. Если провести пальцами, то на коже остался лишь рубец. Таким он и останется, со временем только выровняется и побелеет. Конечно, как охотник он имеет право на некоторые привилегии, и по его желанию Целители могут убрать даже шрам. Но он не видел смысла в такой процедуре.
  Как и вообще в том, чтобы обращаться к Целителям. Сквозь повязку по-прежнему ничего невозможно было различить, хотя на сей раз ткань была не плотной. Стало быть...
  Вернулась лекарша.
  -Зато у меня для тебя хорошая новость. - Заявила она, отвлекая его от хмурых мыслей.
  -Ну, удиви меня.
  -А ты сам ничего не заметил?
  Он лишь красноречиво пожевал губами, надеясь, что она сама поймет, что ему не до игры в угадывание.
  -Ты с самого утра не кашлял. - Пояснила она. Подошла ближе и положила ладонь ему на лоб. - И от жара ничего не осталось. Стало быть, твои легкие практически полностью здоровы.
  -Тогда почему я себя чувствую как после похмелья? Разве что голова не болит.
  -Не после похмелья, а после болезни. - Она цокнула языком. - А ты хотел сразу в пляс пойти? Конечно, придется еще набираться сил и отъедаться. Ты пока тут лежал, потерял наверное, фунтов шесть. А то и все десять.
  -Ладно, с этим понятно. Что там о хорошей новости?
  -Ты можешь идти в баню.
  -Что, настолько надоел? - Засмеялся Маркус, на что получил шлепок ладонью по лбу.
  -Я в прямом смысле! Я ее уже затопила.
  Он не поверил ушам.
  -Баня... здесь!?
  -Ага. - Она наверняка сияла улыбкой до ушей. - Я же говорила, папа мне помогает. Он летом прислал денег, я наняла местных, и они сделали пристройку к избе. С печью и лавкой, как положено. Не стирать же в проруби? Там сейчас даже веники есть, и вода подогрета. Или не хочешь?
  -Скажешь тоже! - Маркус рывком отбросил одеяло и спустил ноги на пол. - Лучшая новость за весь месяц.
  Теперь он понял, с чем именно она возилась за дверью - с огнивом. А сейчас, несмотря на закрытую дверь, послышался с детства знакомый запах разогретых сосновых досок.
  -Куда идти?
  -Давай проведу. - Ее рука взяла его за локоть. - Два шага вперед, теперь налево. Протяни руку.
  Дверь подалась, и его лицо обдало жарким воздухом с терпким привкусом хвои и можжевельника. Или доски были обработаны, или она только что обдала их целебным отваром, чтобы даже воздух приобрел лечебное действие. Охотник с наслаждением втянул воздух полной грудью. Будто оказался дома.
  -Осторожно, тут высокий порог. - Предупредила Инари. - И за ним три ступени вниз, высокие. Аккуратно.
  Она отпустила его руку и прошмыгнула вперед.
  -Печь в дальнем правом углу. Лавка слева от тебя. Сейчас, пару минут подожди.
  Она щедро плеснула чем-то на угли. К можжевельнику добавился неповторимый аромат свежеиспеченного хлеба. Маркус знал, что вызывает такой эффект.
  -У тебя все это время было пиво?
  -Какое кощунство, да? - Развеселилась она.
  -Женщины... - Показушно вздохнул охотник. - Один перевод продукта. Дай-ка сюда кружку!
  -Да бери. Только она пустая! - Хихикнула лекарша. Обошла его, оказавшись у дверей. - Я пойду. Ушат возле тебя, ковш и веник в нем, полотенца и халат на полке у двери. Что делать - ты знаешь. Если что, стучись.
  И прикрыла двери. Наверняка здесь не было светильника, и вокруг воцарилась кромешная темнота, но ему теперь все было равно, и день и ночь. Охотник пару минут сидел, просто глубоко дыша, чтобы прогреть легкие. Потом потянулся всем телом, аккуратно пробуя напрягать мышцы живота. И стал не спеша раздеваться.
  
   ***
  Ничего лучше в его ситуации лекарша не смогла бы придумать. Слабость в теле перестала быть болезненной, а превратилась в приятную расслабленность мышц. А насыщенный запах будто бы очистил разум, вернув охотнику уверенность в собственных силах. Он открыл дверь только через час. Прислонившись к ней спиной, блаженно вздохнул:
  -Лучший день рождения.
  -А что, он у тебя сегодня? - Удивилась Инари.
  -Нет. Я просто будто родился заново. - Усмехнулся Маркус. И сообразив, в какую сторону идти, добрался до кровати.
  -Отлично. - Она подала ему кружку. - Теперь выпей это для закрепления эффекта. Что с боком?
  Охотник отодвинул край халата над поясом, показывая, что с его боком все в порядке. Швы еще прощупывались, но лекарская нить не сразу рассасывается. Зато можно было успокоиться насчет того, что края разойдутся.
  Запрокинув кружку, он в три глотка осушил ее. Во рту остался смолянистый привкус: лекарство тоже было на сосновом масле и с можжевельником.
  -Там в ушате еще оставалась вода? - Спросила она.
  -Вроде бы, да. Ты что, сама поднимала эту тяжесть?
  -Нет конечно, он же огромный. Ведерками натаскала. - Она прошла мимо, с любопытством приоткрыла дверь. - Хм, как раз что надо. Я не очень люблю сильный жар.
  Зашуршала какая-то ткань.
  -Теперь моя очередь. - Сообщила Инари. - А ты переодевайся и полезай под одеяло. Я его сменила на свежее.
  И скрылась за дверью.
  От постельного белья тоже пахло хвоей. Она похоже, всю одежду и ткань полоскала не то с отваром иголок, не то с вытяжкой. Маркус медленно улегся. Казалось, что он растечется под одеялом, как подогретое сливочное масло - до того расслабила баня. Так что, выпив горячего лекарства, как раз хорошо было вздремнуть.
  Охотник постарался расслабиться.
  Ему совершенно неважно, что Инари делает за дверью.
  Он совершенно не думает об этом... Ему нет дела до того, как она, моментально взмокнув от горячего воздуха и пара, выскальзывает из одежды. Распускает длинные волосы по плечам и спине, зачерпывает ковшом воду, опрокидывает на себя...
  "Прекратить!" - Прикрикнул он на себя. - "Будто больше думать не о чем!"
  Он вспомнил о собственных глазах и тут же помрачнел.
  Все это время он старался не думать, а что будет, если лечение не поможет. Но всегда есть вероятность, что орган поврежден настолько, и так долго, что не поможет ни один Целитель.
  Целители работают с так называемым энергетическим полем пациента. Им не обязательно представлять себе, как восстанавливаются сосуды и связки, срастаются кости, останавливается кровь и рассасывается опухоль. Организм сам помнит, каковым должно быть его идеальное, здоровое состояние. Так что Целитель лишь помогает ему восстановиться, направляя и подстегивая процесс собственной силой.
  Охотник понимал одно. Глаза связаны с мозгом слишком тонким, сложным образом, не всякий даже возьмется их лечить. И каждый час промедления может дорого стоить.
  "Будем надеяться" - сказала Инари вчера. Не слишком уверенным тоном.
  Но что если надежда не оправдается?
  Разумеется, орден сделает все, чтобы помочь. Вопрос о деньгах даже не стоит. Каждый охотник слишком ценен, чтобы им разбрасываться. Так что возможно, кое-как видеть он все же сможет, даже если ради этого придется рискнуть и перепробовать все, вплоть до приращивания чужих глаз.
  Только кое-как.
  Но этого недостаточно! Полуслепой охотник немногим лучше слепого. Ему могут определить помощника. Или даже напарника в виде другого охотника. Двойкой тоже можно работать, только напарнику придется видеть за двоих. Но представив себя такой обузой, он почувствовал, как холодеет.
  Не такой участи себе хотел охотник с красноречивой кличкой "Ястреб".
  Или его сделают легатом. Помощники ордена тоже ценны - они собирают информацию, хранят запасы оружия и необходимых ценностей, выступают посредниками, представителями и многое другое. Их тоже мало, они незаменимы.
  Но пожелай он быть легатом, то стал им сразу, а не шел на многолетнее обучение!
  Охотник скрипнул зубами и изнеможенно откинул голову на подушку. Что ж, одно у него точно получилось. С такими мыслями о бесславном будущем, стало совсем не до Инари.
  
   ***
  Она поняла, что что-то изменилось, когда вернулась в комнату. Он слышал, как открылась дверь, как в комнату ворвался горячий смолянистый воздух, и слышал ее тихие шаги. Девушка остановилась, вытирая волосы полотенцем, и пытливо посмотрела на него.
  Она могла бы спросить, о чем он так задумался, но и так поняла. Еле слышно вздохнула и бросила полотенце на табурет - сказать ей было нечего.
  Охотник лежал, заложив руки за голову, и мечтал уставиться в потолок. Мелькнула мысль, а не пользуется ли девушка его слепотой, чтобы не спешить с одеванием после парилки, и он сам себе удивился. После чего сам же себя обругал и попытался вспомнить другие темы, о которых можно подумать.
  Она сама предоставила ему такую тему, пусть и нечаянно. Убирая что-то на верхние полки, лекарша, судя по звукам, пошатнулась на табуретке, ухватилась за хлипко прибитую полочку и грохнулась на пол вместе с ней.
  -Вот зараза! - Простонала она.
  -Что такое!? - Маркус уже сидел напрягшись, будто собрался кинуться ей на помощь. Вообще-то действительно собирался, да опомнился, что от него не будет толку. - Как ты?
  Она снова простонала, но уже с отчетливой досадой.
  -Столько хранила и тут на тебе... - Пробормотала Инари.
  -Что у тебя случилось!?
  Она ответила не сразу. Чем то звякнула, будто собирала глиняные черепки, и печально вздохнула.
  -Разбила одну ракушку.
  -Что-что разбила? - Переспросил охотник, хотя прекрасно все расслышал и удивился лишь самому слову.
  -Да так, не страшно. - Глухо ответила девушка, продолжая собирать осколки. Или же она просто перебирала их в ладонях, продолжая сидеть на полу. - Не ушиблась. - Снова вздохнула. - Но упала неудачно.
  Он повернул голову, желая получше расслышать ее подавленный, тихий голос.
  -Что, это не просто ракушка?
  Инари будто стеснялась, боясь, что он посмеется над ее переживаниями, но все же заговорила:
  -Мне ее подарила одна подруга. Близкая подруга, хоть мы с ней уже долго не виделись. Она... знала, что я мечтаю увидеть море, но никак не могу попасть туда. А сама была с побережья. И когда вернулась с каникул, привезла с собой раковину лерийской улитки. Они такие, знаешь, большие вырастают, фунтов до пяти. И домики выращивают под стать.
  -Это значит, память о подруге? - Осторожно спросил он.
  -Да. И не совсем... Понимаешь, она не просто мне ее подарила, а сказала что это как амулет-заклинатель. Ракушка тянется обратно к морю, и с ней я точно туда попаду. И заставила пообещать, что я отвезу раковину на берег и опущу в воду, чтобы какой-нибудь рак-отшельник взял ее себе. Ведь она не украшение, она чей-то дом. Так что... я верну раковину на родину, и сама ее наконец-то увижу.
  Девушка помолчала, тихо добавив:
  -Она бы точно расстроилась, если бы узнала...
  Он не стал переспрашивать, жалела бы подруга разбитую раковину или испорченную лекарскую стезю.
  -Жаль твою ракушку. - Признал он. - Только это всего лишь она разбилась, а не твоя судьба увидеть море. Не надумывай. Это никакой не знак судьбы. Ты можешь поехать туда сама, просто чтобы сдержать слово. И увидеть подругу. Такого стимула ведь тоже хватит?
  -Ага. - Хмыкнула она и встала, принявшись убирать упавшее. - Отсюда да пешком до самого побережья, то еще будет путешествие.
  -Оплата торговцам, караванщикам или другим путникам, чтобы взяли тебя с собой, будет стоить недорого. Лекаря же вообще бесплатно повезут, еще и приплатят: он при крупном караване так же ценен, как и сильное сопровождение. - Маркус постарался улыбнуться ободряюще, будь возможность то и подмигнул бы. - Как наступят теплые дни, и потянет тебя к югу, то и выступай. А если пешком идти придется, без лошади, то не так уж трудно. Поверь моему опыту.
  -А ты там был!? - Она снова едва не упала с табуретки, но сумела выровняться.
  -Конечно.
  Табуретка скрипнула по полу: девушка плюхнулась на нее в изножье кровати.
  -Расскажи - Попросила она с такой надеждой, будто говорила о телепортационном амулете, уже настроенном на морской берег.
  Маркус немного растерялся.
  -Я как-то не знаю, о чем рассказывать. Вряд ли о морской нежити тебе будет интересно слушать. А больше ничего не припомню.
  -Кому что! - Проворчала она, но подвинула стул ближе. - Ну Маркус! Ты же видел море! Какое оно? Правда, что другого берега не видно? А вода там сильно соленая? А... - Она аж дыхание затаила. - Ты видел рыб-крылаток?
  Охотник потер подбородок. Признаться, он и сам смутился, поняв что кроме здоровенной рантуги, чьи слизистые ошметки двое суток отскребали от верфи, да пары-тройки морских хватальщиков, ему действительно нечего вспомнить. Если судить по тону девушки, то он будто побывал в прекрасном храме, но запомнил лишь бегающих по полу тараканов.
  Но вот крылаток он тоже видел, и теперь вспомнил.
  Маркус стал, аккуратно подбирая слова, рассказывать.
  ...После охоты он сидел на краю пристани, переводя дух. Позади суетились осмелевшие люди, утаскивающие студенистые щупальца и отчищающие деревянные мостки. Охотник не смотрел в ту сторону. У него даже не было настроения чистить оружие, так что испачканный меч валялся рядом, дожидаясь когда у хозяина появятся силы шевелиться. А пока тот взирал на заходящее солнце, которое будто напитанная краской кисть, коснувшись тонкого слоя облаков на горизонте, моментально пропитало их золотым светом, переходящим в персиковый - еще и на море хватило.
  На поверхности плясали блики, будто бы там, вдалеке вода сменила цвет или обратилась в жидкое золото. Поверхность успокаивалась, волны под вечер утихали, и охотник отрешился от происходящего за спиной, наслаждаясь минутами отдыха.
  И тут из воды выпрыгнула первая рыбка. Распахнув длинные крылья-плавники, ярко-алые в прозрачно-белую крапинку, она пролетела над водной гладью, легонько коснувшись ее кончиком плавника, будто птица пером. И ударив хвостом в последний раз, скрылась в хрустальном всплеске, оставив после себя опадающие капли, отразившие закат и нежно-голубое небо.
  Конечно, он слышал об этих рыбках: что под вечер над водой, подобно речным стрекозам, носятся мелкие местные жучки, которыми и питаются крылатки. Вырываясь из воды, рыбка расправляет плавники и будто воробей "перепархивает" с волны на волну. Она может взлетать на целых два локтя вверх, а нырнуть в сажени от места "взлета". Плавники будто крылья парящего сокола, удерживают ее в воздухе, а удар хвоста толкает вперед не хуже чем камушек в рогатке.
  Увидев, как следом за первой взлетают десятки ярких, пятнистых рыбок, будто громадные бабочки, Маркус даже позабыл о том, как у него все болит и ноет обожженная рантугой нога. Охота еще никогда не выглядела так захватывающе: подойдя едва ли не к самым мосткам, громадная стая крылаток на добрых полчаса окрасила воду у пристани в брызги белого, алого и вишневого. С шелестом, подобным сильному дождю, рыбки-бабочки летали во все стороны, отражаясь в воде у его ног, а над ними пылало зарево заката и тоже понемногу окрашивалось в алый.
  Помнится, даже команды и ругань за его спиной если не притихли, то хотя бы стали более редкими. Местные привыкли к ежевечернему зрелищу и мало интересовались несъедобными рыбками, но кроме них на пристани было достаточно чужаков. Те, даже если были здесь не впервые, во все глаза уставились на происходящее; кто-то получал эстетическое наслаждение, у кого-то руки чесались схватить сачок...
  Инари слушала его, не перебивая и кажется, даже затаив дыхание. Он сам удивился, что смог так красочно и ясно говорить. Воскресив в памяти описываемые картины, он будто поймал вдохновение. Вспомнились кроме крылаток и дикие галечные берега, усыпанные раковинами и осколками высохших кораллов самых причудливых форм. И скалы, нависшие над берегом и укрытые поверх цветущим миртом и барбарисом.
  Он рассказал, как во время отлива улучил момент и прошелся по бывшему морскому дну, перепрыгивая по валунам, обросшим водорослями и разглядывая глубокие лужи во впадинах. Местные жители высыпали следом за ним с корзинами: в лужах пестрили опоздавшие рыбки, ползали мелкие морские звездочки, а между укрытиями перебегали крабы, угрожающе растопыривая деликатесные клешни.
  Охотник вспомнил запах соли и водорослей, который донесся до него еще за несколько верст до того, как впереди показался синий краешек бескрайнего моря в обрамлении горных склонов и выбеленных солнцем скал. И жаркий, влажный воздух будто снова коснулся его лица, а до ушей донесся мерный, рокочущий шум, с которым волны неустанно вспенивались на берегу...
  Он потянулся до хруста в костях, с наслаждением размял шею и подытожил:
  -Я могу говорить сколь угодно, но это слабая замена увиденному лично.
  Инари хмыкнула.
  -Поняла, сейчас соберу сумку и побегу. Там-то рукой подать... Ладно-ладно, я поняла, что ты имеешь в виду. Подумаю над этим.
  -А вот я сам хоть сейчас бы вышел в дорогу, пусть и пешком.
  -Что, так захотелось вернуться на побережье?
  -Неважно куда. Очень хочется размяться. - Честно сказал охотник. - Я давно так долго не бездельничал.
  -Тебе рановато разминаться. Нужно полежать еще с недельку.
  -Еще неделю!?
  Она запустила в него скомканным полотенцем, но он успел поймать, предугадав ее реакцию.
  -Интересно, лечить охотников всегда так трудно!?
  Маркус решил, что ему довольно жарко, и откинув одеяло до пояса, потянулся, чувствуя как с удовольствием напрягаются мышцы. Было очевидно, что силы к нему понемногу возвращаются.
  -В общем-то да. - Признал он. - Когда я оказался в лазарете Магика с больной ногой, то все норовил забыть костыль, так и прихрамывал по корпусу. А лекарь вылавливал меня по коридорам и прямо как ты, злился, доказывал что мне нужно беречься. В итоге я сбежал на три дня раньше положенного, пока он был в столовой. - Охотник рассмеялся, укладывая подушку позади спины. - Он и через год мне это припомнил, когда я пожаловался, что на непогоду ноет в лодыжке.
  -Как я его понимаю. - С чувством сказала лекарша. - А до сих пор ноет, или ты ее долечил?
  Не услышав ее вопроса, охотник замер. Медленно вдохнул, пытаясь угомонить застучавшее в волнении сердце.
  -Инари, ты что-то сейчас сделала? - Хрипло спросил он. Девушка поняла не сразу.
  -Взяла с полки светильник. - До нее дошло. - Ты что...
  Он выставил вперед ладонь.
  -Погоди. Ты сейчас держишь его в руке?
  -Да.
  -Передай в другую руку и спрячь за спиной. А потом протяни вправо.
  Она молча сделала, как он велел. Перед его глазами, пробившись сквозь веки, промелькнуло красное пятно.
  Свет.
  -Ты видишь!? - Она перешла на шепот.
  -Кажется...
  Он потянулся к повязке в стремлении сдернуть со своей головы.
  -Стой, подожди! - Она подскочила к нему. - Еще рано ее снимать!
  -Но я уже вижу.
  -Я поняла. - Она со стуком поставила светильник на пол. - Давай попробуем проверить чувствительность, но пообещай, что не будешь открывать глаз.
  -И как же я узнаю наверняка, вернул зрение или нет?
  -Узнаешь.
  Он с нетерпением вздохнул. Девушка осторожно развязала узел над его правым ухом и сняла первый слой. Кажется, стало немного светлее. Инари аккуратно потянула вверх, окончательно убирая бинт.
  -Не открывай глаз. - Строго напомнила она.
  Он едва успел понять, что к его лицу явно приблизился свет, как от глазниц до затылка стрельнула острая боль, словно кто-то вбил туда два гвоздя. Схватившись за глаза руками, он зашипел и согнулся.
  -Получилось!! - Радостно запрыгала девушка. - Получилось-получилось!! Ты будешь видеть, Маркус! Понимаешь!?
  -Трудно радоваться, когда раскалывается голова. - Простонал он. Голова не просто болела, она стала пульсировать, словно воображаемые гвозди забивали молотком и острия вот-вот проткнут затылок изнутри.
  -Это нормальная реакция. - Затараторила она и стала метаться вдоль полок. - Ты столько провел в темноте! Мозг просто отвык, и еще не все восстановилось, это ведь постепенный процесс! Но начало положено! Ты будешь видеть, теперь это точно! - Лекарша радовалась, со стуком и шелестом переворачивая свои запасы.
  Он все же попробовал открыть глаза и поспешил снова закрыть ладонями. Сознание успело выхватить картинку деревянного пола и его собственных ног.
  Он это увидел.
  Правда, как в густом тумане, лишь цветные пятна. Но сам факт будто вернул ему сил, несмотря на то, что боль вернулась снова.
  -Подними голову. - Приказала она.
  -Снова будешь залезать мне в мозг? - Съязвил он, опасаясь, что если снова откроет глаза, то от света ослепнет во второй раз.
  -Нет, на сами глаза не надо. Только поверх.
  Он выпрямил спину и шею. Свет, пробивающийся сквозь веки, быстро заглушил толстый слой густого снадобья. Сверху легли новые бинты, и лекарша быстро-быстро обвязала его голову в три слоя, вернув темноту. На сей раз блаженную. Мигрень понемногу стала отступать.
  -За это стоило бы выпить! - Радостно отметила она. И хихикнула. - Хотя ты, считай, и выпил. Носом. Все то пиво, что испарилось на углях.
  Он улыбнулся.
  -Боюсь, пива тут будет мало. Ты не представляешь, что я уже успел себе надумать... - Он сделал паузу. - Инари. Ты точно уверена, что зрение ко мне вернется? И в какой степени оно восстановится.
  -Будешь видеть почти как прежде. - Легкомысленно отмахнулась она.
  Маркус пошатнулся и ухватился за край кровати, чтобы не свалиться. Лучше бы она его ударила.
  -Почти!?..
  -В худшем случае не сможешь читать в глухих сумерках. - Быстро поправилась она. - В самом худшем. Зуб даю!
  -Не думаю, что он мне пригодится. - С сарказмом заметил охотник. - Я просто не хотел бы разочароваться, когда сниму повязку окончательно.
  -Это снадобье просто не может не сработать. - Серьезно заявила она.
  Маркус отметил это про себя, но уже не стал спрашивать, отчего она так уверена. По опыту он знал, что на подобные вопросы Инари не отвечает.
  Какой-то умник говорил, что в женщине всегда должна быть загадка? В этой их хватает. Лекарша загадками просто переполнена, как улей пчелами.
  Но охотник еще доберется до них.
  
   ***
  Он вынырнул из глубокого сна, который остался в сознании глубоким омутом, из которого никак не получалось выплыть. Что его разбудило, он не имел ни малейшего понятия. Дыхание охотника, благодаря тренировкам, ничуть не изменилось в ритме. Однако ему было отчего сбиться.
  В комнате стояла жара: при открытой двери в парную изба прогрелась так, что закрыв глаза можно было вообразить себя летом на побережье. Во сне он сбил с себя одеяло, оставив где-то в ногах, наверняка раскрыв и лекаршу. Может, поэтому она не спала?
  Думая, что остается незамеченной, она приткнулась рядом, а ее ладошка легонько гладила его грудь, словно изучая рельеф мышц под кожей. Опустилась на живот, очертив круг, и поднялась вверх. Это было касание даже не руки, а лишь кончиков пальцев, но хватило, чтобы вырвать его из сна.
  Он перехватил ее руку, взяв за запястье.
  -Я думала, ты спишь. - Вздрогнула девушка.
  -Инари. - Хрипло сказал Маркус. - Я конечно, могу быть пациентом. Могу быть охотником, который держит себя в руках. Но вспомни, что я еще и мужчина.
  Она ответила не сразу. Плечом, к которому прижималась ее грудь, охотник слышал, как забилось быстрее ее сердце.
  -А я помню... - Тихо ответила она.
  Он не понял, кто именно потянулся первым. Но в какой-то момент их губы встретились, и он совершенно потерял голову. С глухим стоном он повернулся набок и прижал ее к себе. Отшвырнул одеяло и прильнул губами к шее, одной рукой нащупав край ее рубашки. Девушка застонала в ответ, когда его рука медленно и ласково стала скользить по ее коже, поднимаясь все выше и выше...
  Все перестало существовать, кроме нее и ее дыхания. Маркуса буквально рвало на части противоречивыми желаниями, пока он томил и себя и ее, не спеша смакуя ее тело. Одна часть желала ласкать и целовать, гладить ее волосы и нежно-нежно касаться... Другая требовала сорваться, броситься на нее голодным зверем, с урчанием порвать тонкую рубашку и подмять под себя.
  Воздух, жадно втянутый сквозь сжатые зубы... Горячая, нежная кожа, от которой он не мог оторваться...
  Стон наслаждения, вырывающийся из ее груди, изгибающееся девичье тело...
  Прижавшись друг к другу, цепляясь друг за друга, распаленные тела сплелись между собой, на долгую ночь позабыв об окружающем мире.
  
   ***
  Сквозь повязку все еще не пробивалось света, но Маркус понял, что наступило утро. Для этого не требовалось зрения; сработали внутренние часы, благодаря которым он всегда просыпался в одно и то же время. Даже если уснул лишь пару часов назад.
  Девушка продолжала сопеть ему в плечо, в уютном укрытии из разбросанных подушек и скомканного одеяла.
  Все еще в полудреме, охотник медленно провел рукой по ее спине. Он даже не понимал, насколько сильно ждал, желал ее все это время. А сейчас хотелось обнять и медленно целовать, выводя из сна. Но и тревожить было жалко.
  Маркус легонько прижался губами к ее лбу и еле слышно вздохнул. Став ее первым мужчиной, он еще ни разу не увидел лица Инари. В этом было что-то неправильное.
  Он отодвинулся и протянул руку к своему виску, где находился узел. Провел по нему пальцами, определяя вид узла, и распустив его, стащил повязку с головы. На его лицо упал свет, и охотник только сейчас понял, что все это время кровать стояла у окна. Подняв веки, он прищурился.
  Смутные пятна... Это окно? Тусклые лучи света падают на груду белоснежных подушек, на вставший дыбом уголок одеяла над девичьим плечиком и искрятся в золотистых, пшеничного цвета волосах, раскинувшихся рядом с ним по подушке...
  Это было все, что он успел увидеть.
  Вчерашняя боль показалась слабым отголоском: сейчас в голову ударило так, что охотник едва не рехнулся. Он не удержался от вымученного ругательства, прижимая ладонь к глазам. Затылок будто пронзило раскаленной кочергой, а в глаза вцепились невидимые когти.
  Инари подскочила, не сразу сообразив, что происходит.
  -Ты... что, снял повязку!? - Ахнула она.
  -Знаю, я дурак... - Только и простонал охотник.
  -Дубина! - В сердцах добавила лекарша и перескочила через него. - Тебе же еще рано открывать глаза!!
  Он не слышал, что она делает. Маркус честно пытался не скулить, хотя боль не отступала. Она лишь снова стала пульсировать, что оказалось ничуть не лучше. Даже закрыв глаза ладонями, он не чувствовал себя лучше и даже не мог ругаться на самого себя - ведь для этого нужно хоть сколько-нибудь соображать.
  -Пей. Быстро. - Приказал ее голос. Она прижала к его губам край кружки, втиснула между сжатыми зубами и влила какой-то холодный отвар.
  Новая повязка петлей захлестнула его голову и отсекла свет.
  -Я не знал, что так... - Попытался сказать Маркус. Получилось плохо, и он скривился, пережидая новую волну боли. Которая впрочем, быстро стала спадать. Он отдышался.
  -Что ты мне дала? - Спросил охотник.
  Инари не ответила.
  Он попытался подняться на локте и не смог этого сделать. Руки словно немели, а ноги уже отказали ему. Маркус дернулся снова, приняв эту слабость за что-то другое - может, он просто не успел проснуться, может это из-за приступа... Но тут же понял, в чем причина.
  Он бессильно обмяк, выдохнув:
  -Что... ты... сделала...
  И не услышал ответа, надолго потеряв сознание.
  
   ***
  Резко повернувшись, судорожным движением он сбил что-то с тумбочки, стоящей справа у кровати. По полу глухо застучало, зажурчала разлитая вода.
  Сознание будто зажглось по щелчку. Охотник попытался встать, быстро соображая, что происходит. На глазах прежняя повязка, пропитанная снадобьем, он полностью одет и укрыт тяжелым шерстяным покрывалом, руки-ноги вполне слушаются. Воздух пахнет какими-то приправами, смородиновым вареньем и слегка подгорелой выпечкой.
  -Ой! - Раздалось где-то впереди, с расстояния не меньше восьми шагов. - Проснулся!
  -Позовите Марушу! - Закричал оттуда же другой голос. Похоже, они находятся в коридоре.
  Он поднес руку к повязке, но не стал с этим спешить. Сознание еще не оправилось от того приступа. Охотник подобрался, готовясь к действию.
  -Где я? - Резко спросил он.
  К нему направились мелкие шажки.
  -Господин охотник, а вы говорить умеете? - Наивно удивился первый голос. Ребенок. Мальчик. От семи до десяти лет.
  Подбежав к двери, кто-то другой зашипел девичьим голоском:
  -Руш, он не глухонемой, просто не видит! Ну-ка брысь отсюда!
  Она с шумом утащила мальчика за собой по коридору, будто схватила за ногу и настроилась пересчитать его головой все ступени. Ну, по крайней мере ступени там точно были, судя по удаляющемуся топоту. Тут же сменив их, пришло третье лицо.
  -Господин охотник? - Осторожно спросила женщина на расстоянии пары шагов. - Как здоровье ваше?
  -Скажите, где я и кто вы. - Спокойно сказал он, взяв себя в руки. Невозможность видеть собеседника неожиданно оказалась очень нервирующей.
  -Это Враново, селение в округе славного города Турнора. - Она наверняка еще и поклон обозначила. - Я Маруша, жена старосты. Досматриваю за вами замест нашего лекаря. Он вчера ушел в соседнюю деревню, там детишкам присмотр его нужен. Наказал следить за вами, как и что делать надобно, вот мы и доглядываем. - Отчиталась она и добавила участливо:
  -Вы долго без памяти лежали. Скажите, как чувствуете себя?
  Маркус поджал губы и попытался сесть. Получилось с первой попытки. Он еще чувствовал слабость, но какую-то остаточную. Она почти не мешала.
  Он мягко улыбнулся хозяйке дома, которая немного нервничала в разговоре с непривычным гостем.
  -Чувствую себя гораздо лучше. У вас очень тепло. - Охотник повел рукой в сторону тумбочки. - Прошу прощения, задел кувшин.
  -А, да ничего. - Маруша беспечно отмахнулась. - Дочка принесет еще воды. Или вы может, голодны будете?
  -Пожалуй, да... - Признал он, прислушавшись к собственным ощущениям. - Скажите, а как вы нашли меня? Как я оказался здесь?
  Она уже собралась уходить, и вопрос застал ее врасплох.
  -Хм... А вы не помните?
  -Не помню, чтобы пришел к вам своими ногами. - Он снова улыбнулся с видом немного растерянного человека.
  -Я давайте-ка за обедом вам все расскажу, и муж подскажет, вдруг я чего забыла? Сейчас подам на стол. - Пообещала она и ушла. Оставшись один, Маркус сжал кулак и бессильно опустил на одеяло.
  
   ***
   Проводить его на обед явился сам староста, представившись Тироном. По голосу немолодой мужчина, под стать Маруше, но крепкого здоровья и с уверенной походкой. От предложенной им помощи в виде руки охотник вежливо отказался и предоставил идти впереди, заверив, что вполне сориентируется. К его собственному облегчению, Тирон громко топал, так что Маркус без запинок и спотыканий спустился вместе с ним по лестнице и спокойно сел за стол, найдя ладонью спинку стула.
  Возможно, он занял чье-то место, но тут уж не обессудьте. Впрочем, хозяева этого не сказали. Они вполне радушно уставили стол горячими блюдами, хозяйка без вопросов положила гостю всего и понемногу. Не роняя авторитета, он с достоинством принялся за обед, бдительно следя за координацией собственных рук. Со стороны им могло показаться, что он как дракон, видит даже сквозь повязку. Даже кружку со сбитнем, поставленную рядом, взял безошибочно.
  Охотник догадывался, что любопытные хозяева ждут, пока он подаст голос. Им тоже хотелось его порасспрашивать.
  -На вас напали разбойники? - С опаской спросила Маруша, когда он еще дожевывал вареник. К большому сожалению, с картофелем, а не сыром.
  -Нет. - Успокоил он. - Случилась трудность на заказе. Но я его выполнил.
  -А как же вы тут очутились, да еще...
  -Погодите. - Он вежливо вскинул ладонь. - Расскажите вы мне, как я вообще здесь оказался.
  Они наверняка переглянулись. Заговорил Тирон. Точнее загудел, степенно отмеряя каждое слово.
  -Вас нашли на околице следопыты, что за дичью в лес ходили. Притащил вас кто-то на связке веток еловых, как на волокуше. Лежали вы, значится, одетым и обутым, в тулуп завернутым. Рядом нашли мужики оружие, суму вашу и пару горшочков со снадобьем, в ткань упрятанную. Там же и листок пергаменту, где расписано было, что лечить вас надлежит от хвори с глазами. И рассказано, как именно лечить. Листок мы лекарю передали. Как вернется, можем у него спросить - наверняка сохранил. Отдаст.
  Маркус задумчиво массировал подбородок, внешне оставаясь абсолютно невозмутимым. Даже расслабленным.
  -На меня наткнулись случайно?
  -Думали мы что да, однако ж теперь вспоминаю, и сомнения берут. - Признался староста. - Вроде и не на дороге вас оставили. И все равно как нарочно, будто знали, что той дорогой наши следопыты с промысла вернутся, чтоб дорогу срезать. Нельзя им было вас не увидеть.
  -Давно это было?
  -Второго дня как. Под вечер. - Староста не видел взгляда охотника, но чувствовал его внимание даже сквозь повязку. Потому сделав лишь короткую паузу, продолжил рассказывать: - Вы ночь без движения лежали, потом днем пытались дергаться и вставать. Однако от снадобья, по указанию в листке данного, снова притихли. Другой ночью подле вас дежурил помощник лекаря, говорил, что все спокойно было. А сегодня вот, к полудню вы в себя пришли. К нам сразу Риш прибежал, сынок наш, и все доложил.
  -Кто ваш лекарь?
  -Господин Ирнат. - Ответила старостина жена.
  -Он давно исполняет здесь свои обязанности?
  Кажется, они снова переглянулись. Недоумевали, почему охотника интересует этот вопрос.
  -Лет двенадцать как. - Прикинул староста. - Милсдарь Ирнат раньше в лечебнице при городе работал, да как возраст свое дал знать, он сюда и перебрался.
  -Помимо него в округе нет никаких лекарей?
  -Нет. - Отозвалась уже Маруша. - В соседней Осиновке жила еще лекарша, Ирната раза в два младше, да лет как шесть... или семь... нет, все-таки шесть, вышла замуж во второй раз и уехала. С тех пор Ирнат один на всю округу. Уже и помощника себе взял, ремеслу обучать.
  -А если взять расстояние... к примеру, в день пути? - Поинтересовался охотник. - В избушках на отшибе имеются у вас отшельники, лесники, или другие лекари?
  -Да кто же зимой в нашем-то лесу один останется? - С сомнением пробасил староста.
  Его поддержала жена.
  -Никто про такое не слыхивал. Лесников у нас отродясь не было, нужды в них нет. Отшельников тоже не знаем никаких. Были бы такие, то к нам бы все равно ходили, продукты да новости менять.
  -И то верно. Мы бы так и знали. - Согласился Тирон.
  -Понял. Спасибо вам, и за приют тоже. - Снова улыбнулся охотник. - Плеснете еще вашего сбитня?
  -Отчего же не плеснуть. - Заулыбалась и Маруша, перестав побаиваться гостя. - Может, блинчиков еще хотите?
  -И хотел бы, да не влезет. - Маркус развел руками. - Может, позже.
  -Как имя ваше, господин охотник? - Поинтересовался староста.
  -Маркус. - С кивком представился охотник. - А на юге Мареком зовут, если вам так будет удобней.
  -А спросить вас можно... - Начала Маруша. - Кто же это вас приволок, да нам под опеку передал-то? Никак, все же поселился у нас новый лекарь? А мы и знать не знаем.
  -Сожалею, но я ничего не помню. - Охотник сокрушенно покачал головой. Мог бы ответить, что это не ее дело, но Маруша искренне сопереживала ему и на такой ответ могла обидеться. А ему не хотелось обижать хорошего человека.
  -Как понимаю, мне придется занимать вашу комнату еще какое-то время. - Добавил он. - В листке не было указано срока, сколько меня еще нужно лечить?
  -Не припомню. - Признался староста. - Ну да лекарь завтра прибудет, у него спросим. А вы не думайте, оставайтесь сколько нужно. Ордену мы рады всегда.
  -Как оправлюсь, вам нужна будет моя помощь? - Уточнил Маркус на всякий случай. Староста задумался.
  -Признаться, господин Марек, у нас зима спокойной выдалась. Еще поглядим, конечно, как она дальше пойдет, но пока - тьфу-тьфу! - ничего не случалось. Однако ж все спокойней, когда орденский охотник под одной крышей. Так что считайте себя как дома.
  -Хорошо. - Кивнул гость.
  
   ***
  -Рыба.
  -Аромат.
  -Это что такое?
  -Запах, иначе говоря. Говори дальше.
  -Э... Терем!
  -Можжевельник.
  -Клюв?
  -Ветер.
  -Хм... - Мальчик придумывал ответ, болтая ногами. - Рапс!
  -Сон. - Вздохнул охотник, в который раз замечая, что его ответы подбираются, будто созвучно мыслям.
  Старостин сын был единственным, кто не запинался и не терялся при разговоре с Маркусом. То ли статус охотника внушал уважение пополам с опаской. То ли смущал вид самого охотника с завязанными глазами, который поворачивая голову, будто следил за окружающими и передвигался, не ощупывая пространство перед собой.
  Конечно, следить за собеседником было у него в привычке, а расположение мебели и лестниц в старостином доме не так уж трудно выучить, как и все что во дворе. Но окружающих это немного нервировало.
  Впрочем, ничего. Зато авторитет ордена в их глазах еще больше поднимется.
  Один Риш с радостью таскался за гостем, явно скучая без сверстников. Ребятишек его возраста в деревне почти не было, а те что были, слегли вместе со взрослыми после тяжелой простуды. Им все внимание и уделял лекарь, приходя к охотнику только по утрам. Так что Риш и Маркус в основном были предоставлены сами себе. Родители мальчика были не против такого рода няньки - ведь пока рядом орденец, мальчик никуда не улизнет со двора.
  А тот, называя себя помощником, носил оружие следом за охотником, когда тот дважды в день выходил во двор на короткую разминку. Или приносил кружку отвара, к примеру.
  К сожалению, в основном заняться было нечем. Ни в карты, ни в клетки охотник играть не мог по понятным причинам. Историй не рассказывал, сказав что во-первых, не умеет, во-вторых и рассказать особо нечего. Оставалось лишь иногда играть в слова - часами подряд.
  -Нос! - Обрадовался Риш, быстро найдясь с ответом.
  -А? - Охотник будто бы очнулся. - На "с"? Снадобье.
  -На "е", значит... - Призадумался мальчик.
  В дверь бодро постучали. Не дожидаясь ответа, пришедший открыл сам и отряхнув сапоги на пороге, прошел в горницу, где закинув ноги на лавку, расположились охотник с Ришем.
  -День добрый. - Сухо поприветствовал старик. - Смотрю, вам уже девать себя некуда?
  Маркус только пожал плечами.
  -Что ж еще делать? Доброго дня, господин Ирнат.
  -Этот уж точно добрее остальных. - Заметил лекарь, со стуком ставя на стол сумку. - Риш, плесни чаю. И принеси ковш с теплой водой.
  -Угу. - Мальчик слез с лавки, все еще бормоча про себя: "Ежевика была, еда была, ель тоже была..."
  -Чем он лучше? - Маркус опустил ноги на пол и подвинулся ближе к столу. Лекарь хмыкнул.
  -Так ведь сегодня пора снимать повязку, юноша! Или ты уже позабыл?
  -Сегодня уже среда? - Спросил сбитый с толку охотник. - Я совсем потерял счет времени.
  -Неудивительно. Ну да ничего, сейчас... - Ирнат обошел стол. - Подвинься к краю лавки. Голову подними. И замри.
  Маркус молча сделал как велено. Он напряженно слушал, как лекарь со знакомым уже звуком щелкает ножницами, срезая ненужные, старые бинты.
  -Сразу не открывай глаза. - Предупредил он.
  Охотник не стал, наученный опытом.
  Лекарь методично стал протирать от остатков лекарства веки, переносицу, лоб пациента. За все это время Маркус больше привык к повязке, нежели к ее отсутствию. И сейчас, нервничая, несознательно барабанил пальцами по столешнице.
  -Спокойно. - Заметил лекарь. - У тебя там все должно быть в порядке.
  "Должно быть, вот именно. Никто не говорил наверняка".
  Лекарь отошел к окну и задернул занавески.
  -Все. - Постановил он. - Здесь темно, так что сможешь смотреть. Надо привыкать постепенно.
  Маркус открыл глаза.
  Кроме легкой, ноющей боли он не почувствовал никакого неудобства. Роговица казалась сухой, так что хотелось проморгаться, и под веки будто сыпанули песком. Но такое состояние бывало и с недосыпа. Снадобья завершили свое действие.
  Ирнат оказался таким, как он и думал: высокий, сухощавый старик с копной густых, седых волос стоял у окна. С кустистыми бровями, длинным носом и узким подбородком, укутанный в толстый темный шарф, он был похож на нахохлившегося грифа.
  -Сколько? - Спросил он, дежурно вскидывая руку с двумя поднятыми пальцами.
  -Два. - Ровно ответил охотник. Он снова словно разделился надвое: одна половина готова была завопить от ликования, а другая совершенно не разделяла таких эмоций. Победила пока первая: охотник сгорбился и растер глаза пальцами, после чего уставился на собственные руки, будто не видел их лет десять.
  -О, так ты уже видишь!? - Обрадовался с порога Риш.
  Ирнат уже собирался.
  -Чай принеси ему, заодно успокоится. - Обратился он к мальчику. - А мне пора.
  И широким шагом вышел наружу. Если для охотника прозрение стало событием, то лекарю было уже попросту неинтересно. Его куда больше волновали болеющие селяне.
  -Ну-ка кинь мне сушку. - Попросил Маркус. Риш запустил руки в чашку с печеными кругляшками и запустил в него целых два, один за другим.
  -Поймал! - Восторженно запрыгал он. - Ух ты, как получилось!
  Маркус повернулся к окну и осторожно отвел занавеску в сторону. Реакция была такой же, как если из темного коридора выскочить днем на заснеженную улицу. Сначала свет ударил по глазам, но стоило подождать и поморгать, как они привыкли.
  -Риш, где моя куртка, в коридоре? Давай-ка выйдем на улицу. - Предложил охотник. - Только захвати с собой пару яблок. Тех моченых, что твоя мама подавала вчера.
  
   ***
  Посторонний бы не понял, что творится у него на душе. А он был попросту ошарашен ворохом зрительных образов, что сыпались на его сознание, сонное после долгой темноты.
  Застыв на пороге, он повел взглядом по сторонам, отслеживая любое движение: кошка прошла по крыше, на ветках дерева вспорхнула стайка воробьев, за домом с красными ставнями скрылся прохожий в меховой шапке. Риш озадаченно поглядывал на мрачного охотника, который строго нахмурил брови и прищурившись, осматривал деревню с видом инквизитора, подозревающего что погреба кишат упырями, черными колдунами и вурдалаками.
  А Маркус никак не мог поверить, что видит.
  Моментально ожили вещи, предметы, даже люди, которых раньше он мог только слышать или представлять. Что-то оказалось таким, как он и думал. А что-то удивило. К примеру, красующиеся на заборе коровьи черепа вместо горшков. Некромант им что ли, как обереги посоветовал? Если не некромант, то однозначно какой-то юморист.
  Охотнику впору было вести себя по примеру вечно позитивного Риша, нарезая хороводы вокруг каждого столбца или бочки. Еще и напевать от невыразимого облегчения. Он вылез сухим из воды, он снова может видеть - несмотря на все опасения. Маркус чувствовал себя человеком, который рискнул прыгнуть через пропасть и удачно приземлился на другой стороне.
  Хотя пропасть была шириной саженей в шесть.
  -Пойдем-ка осмотримся? - Предложил он мальчику. И направился за угол дома, где как он помнил, со двора был выход на огороды. Укрывший землю снежок бодро похрустывал под ногами. Похоже, недавно была оттепель, а теперь мороз прихватил ледяной окантовкой ветки, забор с черепами, и обвешал сосульками крыши.
  Однако в полях ветер постарался над снежным покровом, рассеял и наметал сугробы у деревьев, оставив на вспаханной земле лишь тонкий полог, из которого кое-где выглядывал чернозем.
  Охотник укусил яблоко за красный бок и осмотрелся.
  -Вон те столбики подойдут. - Заключил он. - Которыми твой отец поле отмерял. Положи яблоки на них.
  Он протянул откусанное мальчику. У того фрукт в руках тоже носил на себе следы зубов.
  -Ага. - Беспечно отозвался помощник и вприпрыжку направился вперед.
  -Дальше. - Сказал Маркус, когда Риш остановился у столбика в десяти саженях. Тот пожал плечами и пошел к следующему по вытоптанной в снегу тропинке.
  -Дальше.
  Мальчик оглянулся, но послушался.
  -Дальше. - Охотник чуть повысил голос, чтобы быть услышанным.
  Когда Риш сам стал казаться не больше яблочного черенка, Маркус вскинул руку, делая знак остановиться. Продублировал голосом:
  -Здесь. Клади на оба, и ваш, и соседский.
  Оставив яблоки, помощник так же вприпрыжку вернулся. Маркус подождал, пока тот остановится рядом и снова оглянулся, убеждаясь, что в той стороне никого нет.
  ..."Ты смотри! Глаз как у ястреба!" - Удовлетворенно отмечает наставник, глядя на мишень из под приставленной ко лбу ладони. - "Меткости тебе не занимать. И то хорошо"...
  ..."Ага, Маркусу-то хорошо, он зоркий как зараза! А нам тут до морковкина заговенья торчать" - С досадой комментируют его одногодки, тренируясь в стрельбе во внутреннем дворе замка. Он тогда и не обиделся, посчитав комплиментом и похвалой собственному упорству. Зоркость зоркостью, но без тренировок с детства, к которым его приучил дед-следопыт, вряд ли охотник так легко сдавал бы зачеты на меткость...
  Зарядив арбалет, он поднял его и прицелился в первое яблоко.
  "Будешь видеть почти как прежде". - Звучал в его ушах голос лекарши.
  "В худшем случае не сможешь читать в глухих сумерках". - Мысленно процитировал он.
  Охотник медлил, глядя на красную точку. Наконец, выдохнул и нажал на спуск.
  Яблоко пропало.
  -Ну ты даешь! - Цокнул мальчишка, сидя на заборе. Он болтал ногами и кусал третье яблоко. Никак, сразу запасся ими, когда выходил. Надо же, а вчера вечером ни в какую не хотел их есть.
  Охотник не отреагировал на его замечание. Он тяжело раздумывал. Опустив арбалет, он развернулся и уставившись в землю, какое-то время снова медлил. Посторонний мог бы подумать, что он ведет про себя внутренний счет. А в его разуме звучал хлесткий звук, с которым в воздух запускались набитые тряпками мешочки-мишени из небольшой катапульты. Их нужно было сбивать в воздухе, но чем дальше при этом успевал отлететь снаряд, тем лучше.
  Сколько раз он переслушал этот звук на тренировках, сколько раз ходил собирать мишени и вытаскивать стрелы - не то что сосчитать, трудно и представить.
  Он в один миг обернулся. Снова вскинул оружие и выстрелил сразу, не целясь.
  Второе яблоко пропало, унесенное стрелой в сугроб.
  -А вот это уж совсем! - Риш присвистнул. - И мне так надо научиться! - Постановил он.
  Маркус снова опустил руку и задумчиво пожевал губами.
  Ничего не изменилось.
  Его зрение восстановилось полностью. Абсолютно. Впору только радоваться. Часть сознания и захлебывалась восторгом, не в силах думать ни о чем другом и ликуя от каждой увиденной мелочи. А вот другая не могла не анализировать.
  Это просто ненормально.
  Ирнат тоже сказал бы это, если бы узнал вид яда и давность отравления. Такого попросту не бывает - точно заявил бы старик. Средства по лекарским рецептам не способны на такое, да ему и вовсе не известно, какие вообще зелья могли бы тут помочь.
  Он видел как раньше, как она и обещала. Хотя тогда принял эти слова за утешение. Но не должно быть такого результата у простой ведуньи. Всего лишь - по ее словам - применяющей старые рецепты.
  Он развернулся и спешно направился в дом. Предстояли сборы.
  
   ***
  -Свежий хлеб и соль? - Недоуменно переспросила Маруша. Она еще не пришла в себя от удивления, когда на кухню явился внезапно зрячий гость, а он еще и с ходу озадачил ее странной просьбой. Да и взгляд у охотника оказался очень уж пристальным, пронзительным, даже вкупе с мирным выражением лица: слишком светлые карие глаза смахивали на волчьи. Ну или ястребиные, учитывая кличку.
  -Мне не гостей встречать. - Хмыкнул Маркус. - Но очень нужно. И если вдобавок найдете вино, то вообще отлично.
  Женщина явно заподозрила, что орденец попросту решил отметить свое прозрение. И сейчас прикидывала, не грозит ли это чем-то ее дому. На осенние праздники вон, сосед напился и гонял чертей кочергой, выбив два окна и перебив все горшки на заборе. Еле его утихомирили. И то был щуплый столяр! А если буянить начнет охотник!?
  -Да зачем вам? - Упиралась она.
  -Это очень поможет мне, хозяйка. - С чувством сообщил охотник, приложив руку к сердцу, так что убежденная его тоном женщина не сообразила, что он не ответил на вопрос. И всплеснула руками, оглядываясь.
  -Целого каравая у нас не будет, но вот початый... Он еще теплый, в печи стоял. Соль в мешочек могу собрать. А вина немного... у вас при себе фляжка какая есть?
  -Есть. - Кивнул Маркус. Это была та самая фляжка, что он потерял в лесу. Уже здесь, придя в себя и копаясь в сумке, он к своему изумлению наткнулся на нее. Вывод был один - лекарша нашла ее, когда ходила за сумкой.
  Но во-первых, она не должна была найти ее, оставленную в низине и в глубоком снегу. Не должна была вообще искать, потому что охотник ничего об этом не говорил.
  И во-вторых, она молча положила находку в сумку, не обмолвившись ни словом.
  Почему? - ответа нет. И это добавляло подозрительности к общей картине.
  Как она без описания вообще смогла пройти по его маршруту, как по нитке? Ведунья, не ведунья, а на такое способен лишь натасканный на поиск маг третьего ранга. Или Видящий, которых раз-два и обчелся - и все на королевской службе.
  Все это требовало разбирательства.
  Потому собрав в отдельную котомку продукты, прихватив оружие и на совесть укутав лицо, охотник покинул дом, а спустя минуту - и само селение.
  
   ***
  Промерзшая земля с трудом поддавалась. Но упрямство победило, и довольно скоро на площадке, расчищенной от снега, красовался ровный круг, вырезанный ножом. Воткнув лезвие в предполагаемый центр, Маркус быстро собрал пригоршню мелких веточек, с которых ветром стряхнуло снег. Они почти сразу занялись огнем, стоило лишь раздуть пламя.
  Охотник преклонил колени возле костерка, присев на собственные пятки, и продолжил приготовления. Положил рядом хлеб на расстеленном полотенце. Бросил в огонь щепотку соли. Тонкой струйкой вина очертил вокруг себя новый контур, охвативший и его, и костерок с подношениями.
  Спрятав фляжку, Маркус на миг задумался. А затем заговорил на эльфийском.
  Это было не заклинание, а лишь просьба на том языке, который приятней для слуха лесного хозяина. Охотник, представившись, просил его явиться и просил о помощи.
  Здесь главным было не то, что гость говорит вслух - а что у него на уме. Задумай Маркус недоброе, или солги хоть одним словом, то никакой круг бы его не защитил от потревоженного и разгневанного лешего. Только с непритворным уважением к лесному хозяину, только с уверенностью в своем деле, можно было его о чем-то просить.
  С последним словом воцарилась звенящая тишина. Умолкли совы, притих ветер, даже мелкий снежок разом иссяк.
  Маркус неотрывно смотрел на пламя и все равно едва не пропустил нужный момент. На короткий миг, такой короткий, что легко списать на собственное воображение, пламя сменило цвет на ярко-зеленый.
  Его заметили и приняли.
  Подняв глаза, охотник едва удержался от того, чтобы не вздрогнуть. Он ожидал увидеть мантихору в облике маленькой кошки или крупной рыси. Эти животные издавна выступали как голос лешего, передавая послания и донося его волю. Но тварей, подобных увиденной, он не помнил ни в одной из книг и легенд.
  По ту сторону круга сидело существо, более всего похожее на собаку. Поджарое, стройное, покрытое гладкой черной шерстью, оно лоснилось так, будто его обмазали маслом. Передние лапы, упирающиеся в снег, заканчивались такими же черными ладонями с длинными пальцами и не то желтоватыми когтями, не то острыми костями.
  Маркуса поразила голова: ее заменял зубастый череп. Просто голая кость, будто "собаке" содрали кожу с морды до самых ушей. Но в глазницах светились слабые огоньки, будто гнилушки, и тяжелый, разумный взгляд создания ощущался всем естеством.
  Мантихоры "говорили", обращаясь сразу к разуму собеседника. Это же существо, открыв пасть, заговорило вслух каким-то искаженным человеческим голосом.
  -Хозяин леса услышал тебя. Но рад ли ты будешь этому? - Злорадно поинтересовалось оно.
  -Я уверен в своих словах. - Твердо ответил охотник.
  Тварь не шевельнулась, но он готов был поклясться, что она окинула его взглядом с ног до головы, подсчитала все оружие и вдобавок покопалась у него в голове.
  -Твоего подношения будет недостаточно. - Заключила она.
  Он дернул уголком рта. Это не редкость. Лесной хозяин любит, когда уважение к нему проявляют, расставаясь с чем-то дорогим. При этом речь не о деньгах. Хоть бы меч не потребовали, а уж от всего остального он мог себе позволить отказаться.
  -Что нужно вам?
  Свет в глазницах лесного посланника на миг загорелся ярче.
  -Твоя семейная память. - Озадачила она охотника.
  Тот в замешательстве поднял руку и провел пальцами по короткой косичке за правым ухом. Северяне, как бы ни стриглись, по давнему обычаю всегда отращивали небольшую прядь, в которую вплетали что-то от семьи: другую косичку из волос родителей, нитку с гербового полотна или домашнего оберега.
  У Маркуса была нитка с семейного гобелена, всегда напоминающая ему о корнях. Она заменяла все амулеты, обереги и кольца. Такую памятку трудно потерять.
  А леший требовал принести ее в жертву.
  Охотник на какой-то миг замешкался. Но быстро вытащил один из ножей и оттянув косичку, отрезал под самый корень.
  "Память не зависит от вещей; я и без того знаю, кто я и где мой дом".
  Лесная тварь снова не шевелилась, но оскалилась, слегка распахнув пасть. Невозможно представить живое существо, которому эти клыки-кинжалы пришлись бы в пору.
  -Говори, о чем просишь. Мы поможем лишь раз.
  -Покажи мне дорогу. - Сказал Маркус. - Покажи, где дом девушки, что лечила меня и называла себя как Инари.
  Существо поднялось на ноги, оказавшись ростом ему почти по грудь. Оно снова усмехнулось; глаза полыхнули. Но вслух сказало лишь:
  -Просьба принята. Следуй за мной.
  Охотник переступил линию круга, последовав за проводником в непроглядную чащу. Считалось неуважением зажигать факел, активные амулеты лесному хозяину тоже были не по душе. Но глаза быстро привыкли к лесной полутьме, и ему вполне хватало света от зарождающейся луны, отраженного снегом.
  Так что Маркус поспешил за лесным посланником, приноравливаясь к быстрому темпу и мысленно перебрав имеющийся при себе оружейный арсенал.
  Он поднимал из памяти все, что знал о старинных, забытых фолиантах и заклинаниях, что в них содержались. Факты, заключения теоретиков. Возможная опасность. Ранние прецеденты, описанные в архивных отчетах. Их последствия. Предписания, которыми надлежит руководствоваться в случаях столкновения с использованием запретной магии. Которые в большинстве своем оставляли решение за охотником, а ему сейчас меньше всего хотелось делать выводы.
  И он не хотел признаваться себе, что больше всего просто хочет увидеть ее лицо.
  ...Зверь вел его невыносимо долго. Миновал один томительный час, другой. Едва оправившийся от болезни, охотник стал быстро уставать, и долгое время думал лишь о том, как экономить дыхание. Одолевал холод, и Маркус на ходу отпивал из фляжки с остатками вина, стараясь сохранить и тепло, и ясность разума.
  Деревья в какой-то момент расступились, открыв небольшую долину между холмами, свободную от деревьев и поросли, но занятую кое-чем иным. Ему пришлось задрать голову, чтобы охватить взглядом каменные громады, что будто копья в незапамятные времена вырвались из земли и застыли, как диковинный лес. Или не копья - когти. Многие скалы застыли в хищном изгибе, нацелив в небо острые верхушки. Все они, как заметил охотник, были нацелены в середину впадины, будто стрелки моряцкого компаса.
  Зверь не стал вести его между камней, а обогнул долину по краю. Но Маркус и здесь почувствовал, как ощутимо нагрелись все имеющиеся при нем амулеты и обереги. Будь у него с собой охотничий амулет, тот самый в виде браслета с каменными бусинами, то наверняка синяя бусина сейчас светилась бы вовсю, давая понять хозяину о сильном магическом всплеске. Или - что крайне редко - о природном источнике.
  Он лишь отметил про себя факт наличия древнего капища. Можно быть уверенным, что пожелай он вернуться снова, чтобы отыскать и показать место, то будет бродить кругами неделю, но никто его сюда не пустит. Может, это было своего рода проверкой от лесного хозяина. Может, тот хочет узнать, побежит ли Маркус с докладом о новом найденном источнике, или догадается промолчать?
  В любом случае, сейчас он здесь не за этим. Потому не задерживаясь с разглядыванием, он снова поспешил за невозмутимым зверем, который никак не проявил себя вблизи мощного потока силы.
  Пробираясь следом за ним по овражкам, охотник не мог отделаться от чувства повторения. У него закралось подозрение, что леший уже вел его однажды, когда раненный охотник смог точно найти дом Инари. Очень уж трудно поверить, что он по чистой случайности набрел на жилище единственной на всю округу лекарши, о которой даже не в каждой деревне знали, и которая специализировалась на ослепляющих ядах. Кого именно Маркус тогда услышал в лесу? Уж не это ли существо смотрело в темноте на слепого охотника? Зверь вполне мог увлечь его за собой, изменяя дорогу, и заодно распугав всех окрестных хищников.
  Спросить бы, но уже нет особой разницы. А лишний раз лесных созданий лучше не окликать.
  Следить за временем было нетрудно, поглядывая на то как звезды и серп месяца перемещаются по небу. Уже миновала полночь. За плечами осталось небольшое озеро, которое они пересекли по льду, и высокая скала посреди леса, указующая на небо как обвинительный перст. Охотник устал, он замерзал и уже был зол на свою затею, как неожиданно понял, что видит впереди избушку.
  Как он и представлял, она стояла посреди поляны, приткнувшись к лесу задней стеной и небольшой пристройкой. Условный двор был отмечен несколькими колышками и только, а над крышей, изогнувшись, раскрыла крону старая лиственница.
  Ставни оказались закрыты, но ступени не были заметены снегом. Обогнав замедлившегося проводника, охотник пересек двор, поднялся по ступеням и осторожно толкнул дверь. Которая оказалась незапертой.
   Он медленно осмотрелся, стоя на пороге.
  Хозяйственная девушка навела идеальный порядок: скрученные валиком одеяла и подушки уложила на печь, посуду на полках выстроила аккуратными рядами и стопочками, все травяные заготовки под зелья убрала в отдельный шкаф; каждый горшочек помечен и подписан. В лунном свете было видно, что она и пол вымыла. Даже дрова горкой сложила у остывшей печи, чтобы если кто набредет на избушку, он мог переночевать с комфортом.
  Сама же она вряд ли собиралась возвращаться.
  Он подошел к печи и отодвинув заслонку, потрогал оставшиеся угли. Хотя и без того, лишь по холодному воздуху можно понять, что здесь никого не было не меньше четырех-пяти дней. Избушка успела промерзнуть насквозь.
  Он снова осмотрелся. Полный порядок и чистота. Ни на полках, ни на столе, шкафу, нигде - не осталось ее личных вещей. Только шапка, не пришедшаяся по размеру, осталась на пустой вешалке, кое-как прибитой обратно. Он вспомнил, как она возмущалась, стуча молотком и не попадая по гвоздю.
   Неизвестно, как девушка потащила на себе остальной необходимый минимум вещей. Если вспомнить, что старые фолианты не назовешь тоненькими и легкими. А она взяла их с собой, не оставив даже записной книжки и убрав все следы. В воздухе еще угадывался запах жженого пергамента.
  Шагнув, он наступил на что-то необычное и наклонившись, поднял. Пригляделся, оторопело заморгал.
  Красная бусина.
  С орденского амулета.
  -Ты и его нашла. - Мрачно заключил охотник.
  Уже не заботясь о чувствах проводника, он активировал один из амулетов, призванный служить источником света. И обыскал помещение, повторно убедившись, что лекарша не оставила ничего своего, и даже бусину обронила случайно. Нашел только осколок ракушки, до которого в углу не добрался веник, но толку с него?
  Он рассеянно провел кончиками пальцев по столешнице.
  Больше здесь было нечего делать.
  Зверь все еще сидел у частокола, так же чинно скрестив передние лапы и навострив острые шакальи уши, как при первом появлении.
  -Ты меня обманул. - Мрачно обвинил охотник, но уже на первом слове спохватился и договорил лишь по инерции. На самом деле никто ему был не виноват. Нужно уметь формулировать свои желания.
  Зверь, как и ожидалось, распахнул пасть и расхохотался, так что эхо отдалось в дальних горных склонах.
  -Ты просил показать дом. - Протянул он, и если бы умел, то растянул бы ухмылку до самых ушей. Особенной ноткой издевки прозвучало знание зверем того, что охотник и сам понял, что дурак.
  Маркус не узнавал себя. Он пытался вернуть остатки спокойствия и хладнокровия, способность думать. Но казалось, что кто-то другой спускается по ступеням и говорит за него, не отрывая глаз от лесного посланника.
  -Что еще. - Отчеканил он. - Что еще я могу дать? Чтобы ты показал мне, где она?
  Зверь снова сверкнул глазницами.
  -Если бы и мог, охотник... ты бы ничего не получил. Ни за какие сокровища. Потому что она уже просила нас первой. - Он сделал паузу.
  -Просила, чтобы ты ее не нашел.
  И на последних словах существо испарилось в воздухе, оставив охотника одного.
  
   ***
  Почти три года спустя.
  Запад Антарии, деревня Солонь.
  Дом старосты, выстроенный еще в незапамятные времена и переживший два пожара с наводнением, высился над улицей в два этажа с чердаком, как непоколебимая скала. Стены этого дома повидали разных гостей и могли рассказать немало интересного - если бы умели и считали нужным.
  Сейчас второй этаж уже несколько дней как имел статус лазарета.
  Ни двор, ни дом не встретили незваного гостя препятствиями. Дворовый пес Клык, здоровенный зверь, растянувшийся на солнце, не услышал, как отворилась калитка. А подняв левое ухо на шаги, только лениво буркнул и отвернул морду; ходит тут всякая мелюзга.
  Клык знал посетителя с самого его детства и вполне мог считать "щенком". По человеческим меркам пес был стариком уже давным-давно.
  Юноша, открыв дверь, нерешительно топтался на пороге минуты две. Он редко бывал здесь, и еще реже - по приглашению. Так что не видя хозяев и не дозвавшись их, он не знал, стоит ли входить. Наконец решил, что раз нет сурового хозяина, способного одной рукой выкинуть его с порога за вторжение, то нечего и бояться. Он прошел в горницу. Оглянулся и набрав воздуха в грудь, хотел снова позвать, но тихие шаги с лестницы перебили его. В горницу спускалась старостина дочь
  -Нейла! - Обрадовался он слишком уж рьяно, и тут же себя одернул, сделав серьезное лицо.
  Впрочем, девушка не заметила. Она смотрела себе под ноги, ступая так заторможенно, словно лунатик. Ее руки сжимали ведерко с водой, распространяющее как ни странно, цветочно-травяной запах.
  -А? - Будто бы очнулась она, когда спустившись, подняла глаза и наткнулась на гостя. - Незим? Случилось чего?
  -Нет-нет, все спокойно. Я зашел узнать, как дела. У детишек.
  Она обернулась в сторону лестницы, закусив губу.
  -Ни лучше, ни хуже.
  -С ними остался кто-нибудь?
  -Мать нашей Даренки.
  -Поди, все время там с тобой кто-то сидит?
  -Они не мешают. - Качнула головой девушка.
  -Ты полы там лекарством мыла, что ли? - Он принюхался.
  -Я говорила, что у тебя как у собаки нос? - Она даже на миг улыбнулась. Но только на миг. - Просто держу комнату в чистоте, а отвар долго стоял, уже не пригоден для питья. Только убрать заразу в комнате.
  -Я еще что спросить хотел... - Парень мялся, но выговорил. - У отца твоего удочки были, и прочие снасти рыболовные. Ты не обижайся, но... чего им без дела пылиться? Дядька твой взять не захотел, может, мне отдашь?
  Она задумчиво смотрела на него.
  -Я не требую! - Он выставил ладонь, решив, что все-таки ее обидел упоминанием умершего старосты. - И тебе часть улова буду приносить, как это... оплату за пользование, вот! Не самой же тебе с удилом сидеть или сетки мотать, ну?
  -Бери. - Она махнула рукой в сторону кладовой. - Только сам найдешь? Я не помню.
  Со второго этажа донесся приглушенный кашель. Нейла помрачнела и пройдя мимо, толкнула дверь. Паренек последовал за ней.
  Аккуратно вылив воду под частокол, за небольшой клумбой с бархатцами, она решила минутку передохнуть. Выпрямила спину, расправила плечи и вздохнула. Заходящее солнце озарило правильные черты лица, милый вздернутый нос и ямочку на подбородке, вызолотив волосы на макушке. Она будто и не заметила, как Незим любуется ею.
  -Думаешь, это с ними сделала Мельора? - Брякнул он. Девушка тут же открыла глаза и нахмурилась, уставившись на клумбу с таким видом, будто собралась похоронить там заклятого врага.
  -Она же ведьма. Настоящая ведьма, не как эти обученные маги, что по законам живут.
  -Ну... - Он жалел, что не заговорил о чем-то другом. Надо же было так испортить тему! Впрочем, Нейле и так не до приятных бесед, куда бы он эту беседу ни завернул. - Мне говорили, что таких и нет уже давно.
  -А эта осталась. Мы же не знаем, сколько ей на самом деле лет? Она занимается запрещенной магией. - Девушка понизила голос. - А это не шутки. Это страшные вещи, принесение жертв, гадание на всяком... ливере. Не след таким заниматься.
  -А ты откуда знаешь?
  -Наслышана. - Как-то уклончиво ответила она. - И Мельора последней сюда приходила, перед тем как детям стало плохо. Они едва не умерли... Так что больше некому, кроме нее.
  Незим помрачнел.
  -Думаешь, она и Бажену похитила?
  -Она-то могла. Хотя... не знаю. - Нейла махнула рукой и опустив ведерко, стала переплетать распустившуюся косу. - Я вообще не о том думать должна. У меня дети, целых трое, все болеют тяжело. А я что ни сделаю, как ни бьюсь, помочь им не могу!
  Она с трудом выдохнула.
  Обычно мягкая, милая девушка, сейчас готова была заорать. Ее так и переполняли чувства, выдавая себя дрожанием пальцев, нахмуренными бровями и нервным покусыванием внутренней стороны щеки. Он подумал, что Нейла едва сдерживается, чтобы не ударить забор.
  -Не надо так себя ругать. - Юноша с мягким укором посмотрел на собеседницу. - Ты с ними ночи напролет сидишь, не смыкая глаз дежуришь. Только и делаешь, что готовишь лекарства. Ты ведь стараешься, и ты очень хорошо умеешь лечить. Не волнуйся, все наладится еще.
  -Я ведь не Целитель. - Вырвалось у нее со вздохом. - Да если бы им и была. Дело не в болезни. Это больше похоже на порчу. А с таким я уже не справлюсь, Незим. Какие бы снадобья ни приготовила. А ведь раньше думала, что все лечить умею!
  -Но ведь ты и вправду много умеешь! И сейчас справишься.
  Она невесело усмехнулась.
  -Она все равно сильнее меня. Гораздо сильнее. Куда я со своими травками-зельями, против древнего колдовства?
  -Хорошо тогда, что за помощью в город послали, да? - Попытался приободрить он. - Гонцу сказали любые деньги обещать, только бы приехал из лечебницы лекарь обученный... Ты не обижайся, Нейла! - Поспешил он добавить. - Ты тоже хороший лекарь. Только сама же сказала...
  -Я от своих слов не отказываюсь. - Улыбнулась девушка. Но глаза ее оставались серьезными, и похоже, что радости она не испытывала.
  Она позволила проводить себя до порога, мягко отказалась от помощи и захлопнула дверь, позабыв об обещанных рыбацких снастях. Пройдя в горницу, лекарша брякнула ведро на пол и покосилась в окно, машинально проводя Незима взглядом.
  -Эта ведьма... - Вырвалось у нее со стоном. - Только бы ее тут не стало! Только тогда я, наверное, вздохну спокойно.
  Она направилась на кухню, пробурчав:
  -И кто только ляпнул, что мы с ней похожи...
  
   ***
  Сгорбленная ведьма, знать не желая, как ее поминают, сидела над каракулями в старой книжке, свесив на стол лохматые волосы. Она увлеченно писала что-то гусиным пером, макая его в чернильницу и старательно выводя каждую букву.
  Подняв голову, она метнула взгляд из под бровей на печь. Заслонка была открыта и в пламени между углей догорали чьи-то косточки. Не вставая с табурета, ведьма потянулась и поворошила их кочергой. Постучала, чтобы раскололись и быстрее прогорели.
  -Все бы ладно, но вот с костями часами возиться! Терпеть не могу. - Хмуро пробурчала она.
  И тут ее позвали с улицы.
  Ведьма отложила исписанные листы, убрала перо, встала. Наклонилась над столом, прищурилась, высматривая в грязном окошке, и заухмылялась. Нагнувшись к сундучку под столом, откинула крышку и достала хранящийся там предмет.
  Не выпуская его из рук, толкнула дверь и вышла на крыльцо. Снова прищурилась от яркого солнца. В черном балахоне, черных штанах и черными растрепанными волосами она кисло скривилась и стала окончательно похожа на превращенного в человека ворона.
  -Что, ведьма, поди знаешь уже беду нашу? - Напустился на нее впереди стоящий.
  -Детки, детки наши! - Женщина за его спиной размазывала по лицу слезы.
  -Дети болеют! - Крикнули из середины.
  Ведьма обвела толпу тяжелым взглядом.
  -А меня вы просите, чтобы я их полечила? - Поинтересовалась она.
  Люди взорвались ругательствами:
  -Мы тебя к ним и на версту не пустим, кровопийца поганая!
  -Ну а ко мне тогда чего приперлись!? - Рявкнула ведьма.
  -Куда Бажену дела, змеюка!? - Обвинительно ткнул в нее местный пастух.
  -Да, да! Поди заморила девочку, сволочь!? - Раздалось со всех сторон.
  -А теперь и за остальных детей принялась!
  -Да! Прекращай немедля, ведьма! Мы знаем все!
  -Мы тебе живые души губить не дадим!
  -Там дети чахнут да мрут! - Возмущались люди. - А она вон, еще насмехается!
  Ведьма подняла брови.
  -А что, это я их морю? - Делано удивилась она. - А доказать?
  -А ты у меня черных петухов покупала! - Закричала одна селянка. Мельора сдвинула брови.
  -Да может, я их на суп пустила?
  -Ага, а Бажену поди, на котлеты! - Донеслось из толпы.
  Женщина впереди побледнела и едва не потеряла сознание.
  -Сдавайся, Мельора! - Сурово выступил вперед пастух. Точнее, попытался сделать вид, что сам вышел, а не пихнули в спину. - Сдавайся, пока просим. На честный народный суд.
  -Ха! - Подбоченилась та с наглым видом. - Орден мне судья! Только что-то его тут не вижу. Так что пшли вон, пока я не разозлилась!
  И достала из складок балахона идеально круглый шар, выполненный из розового оникса и отполированный до зеркального блеска. Тот казалось, отразив солнечный свет, засветился будто сам по себе.
  Толпа ахнула.
  Историю этого шара знали все. Это был артефакт невиданной силы, способный защитить от чего угодно, даже драконьего пламени. Не только защитить, но и мощно атаковать в ответ, поразив всех противников вокруг. В последний раз его держал в руках Лиар, ныне покойный староста. Тогда он был еще молод и защищал деревню от толпы разбойников.
  Он один остался невредим, а его неприятелей потом ошметками снимали с ближайших крыш.
  -Это ж... Лиаров щит! - Дошло до кого-то в задних рядах, хотя правильней было назвать предмет "пульсаром".
  -Он у Лиара до его смерти был!
  -Украла! Она его украла! - Охнул пастух.
  -Ага. - Саркастично ухмыльнулась Мельора.
  -Отдавай, проклятая!
  Она заломила бровь.
  -Отними.
  Толпа шумела еще долго. Толпа обвиняла, толпа требовала справедливости и оставить в покое детей, которые ни в чем не виноваты. Толпа взывала к совести ведьмы и угрожала. Но ничего сделать эта толпа не могла. Пока Мельора держала в руках артефакт, к ней опасно было даже приближаться.
  Потому, как ни стыдно было от собственного бессилия, людям пришлось уходить. Последним, скрипнув зубами, развернулся и ушел пастух, придерживая за локоть плачущую мать Бажены.
  
   ***
  Следующим днем ситуация изменилась.
  Ведьме впрочем, до того не было дела. Встав ранним утром, она лишь раз глянула в сторону деревни, на место где виднелась старостина крыша с окном чердака, между двух приметных елок.
  Ничего. Ну конечно.
  И больше не удостаивая взглядом окно, стала возиться со своими зельями. В печи побулькивал котелок, в который она аккуратно ссыпала пепел из костей, наконец-то прогоревших ко вчерашней полуночи. Напевая себе под нос, Мельора периодически доставала зелье из печи и помешивала, в перерывах тонко нарезая костяным ножом стружку из какого-то корня.
  Очередной зов с улицы сбил ее с ритма, и ведьма едва не отхватила кусок собственного пальца.
  -Да провались вы все!
  На улице ждал только один человек. Со смертью Лиара деревне нужен был новый староста, и выбор населения пал на его хорошего друга. А во дворе сейчас переминался с ноги на ногу сынок нового главы, скучающе попинывая камушек сапогом.
  -Чего надо? - Неприветливо спросила Мельора.
  Парень поднял глаза.
  -Поговорить. - Мирно сказал Растен. И подмигнул.
  С интересом подняв бровь, она решила-таки спуститься. Он заметил, что она явно прихрамывает на левую ногу.
  -У меня к тебе предложение есть, Мельора.
  -Угу.
  -Тебе самой не осточертела такая жизнь? - Он обвел рукой двор, крыльцо и ветхий домик, оставшийся здесь некогда от нелюдимого отшельника, не пожелавшего селиться и строиться рядом с людьми. Прохудившиеся стены, как он знал, зимой приходилось законопачивать двумя мешками пакли. И все равно дуло - из подпола. А уровень воды в колодце летом падал так, что ведро зачерпывало глину на дне.
  Она молча ждала, выжидательно глядя на него из под смоляных бровей.
  -Тебе разве нравится, когда тебя изводят? Мешаются под ногами, не дают толком... э... работать?
  -А ты можешь это изменить? - Удивилась ведьма.
  Растен широко улыбнулся.
  -Конечно. - Он довольно окинул ее взглядом. - Тебе и шар будет не нужен, Мельора. Отцу моему год-два протянуть, и власть ко мне перейдет. По наследству. Так что полезно будет тебе мне помочь, чтоб и я потом добром отплатил. А там чем хочешь занимайся, мне все равно. Я беспокойства улажу. И наместника привлекать к нашей деревне не буду, и о тебе слова не скажу.
  -А от меня что надо?
  -Приворожить мне Нейлу. - Парень прикинул. - Сказывали, ты приворот на крови можешь сделать. Сильный, темный. На кого угодно сработает, даже на эту лекаршу. Оно тем и лучше, что девка после него протянет недолго. Зато никто и не подумает спорить, что моя семья тут держит власть, потому что Лиарова наследница моей семьей станет.
  Он успокаивающе улыбнулся.
  -Я ее замуж возьму. Я ж не зверь какой, чтоб залез, слез и бросил? И жена-лекарша кого угодно рядом с собой уважаемым мужем сделает. И мне заодно удобней, что она дома ночевать не будет, а по больным шататься.
  Он шагнул ближе; статный, смуглый красавец, глядящий на нее так, что любая особь женского полу растеклась бы у его ног.
  -Так что тебе просто надо мне помочь... и быть со мной поласковее. И будь спокойна. Никто тебя не достанет.
  -Поласковее? - Задумчиво уточнила она.
  Растен довольно улыбнулся.
  -Именно. Ты не зря столько девиц заморила: теперь и глаз не отвести. Так что зря в лесу прячешься. Со мной прятаться не надо. А я дам тебе полную свободу. Только попрошу в открытую не попадаться.
  -А Нейлу к бесам? - Усмехнулась ведьма, польщенно сверкнув глазами.
  -Ну, не сразу конечно. Пусть для вида поживет, как счастливая жена. Нам ведь надо, чтобы все правдиво смотрелось? Но как надо будет, ты мне поможешь. Так, чтобы ей уже никакие травки не помогли. - Он недовольно дернул уголком рта. - Больно она умная, чтобы до старости доживать.
  -Хм... - Ведьма вроде как задумалась.
  -Соглашайся, Мельора. - Растен был уже на расстоянии вытянутой руки, гипнотизируя взглядом... голосом, тихим и хрипловатым...
  Она протянула руку и с силой толкнула его в грудь.
  Не ожидающий подвоха парень спиной вперед опрокинулся через низкий плетень и так ударился о каменистую землю, что выбило весь воздух.
  Ведьма с проворством кошки перепрыгнула через забор и придавила его коленом, усевшись сверху и прижав невесть откуда взявшийся нож к самому уязвимому органу.
  -К дьяволу можешь идти со своими наместниками, тупой ублюдок! - Зашипела она как придавленная змеюка. Нож прижался к штанине, заставив его проглотить ругательства. - Но если скопцом остаться не хочешь... - Лезвие разрезало ткань, почти коснувшись кожи. - То забудь сюда дорогу!
  Она убрала нож, и он толчком спихнул с себя безумную ведьму.
  -Сука! - Выплюнул он, отскочив на безопасное расстояние. Мельора провожала его взглядом лесной химеры.
  Растен отряхнулся, выругавшись еще раз, и злорадно закричал:
  -Ну тогда погибель свою жди, старая дура! Отходила ты по этой земле! Пришел-таки охотник по твою душу!
  Она застыла, как будто к этой самой земле прибитая. Но тут же рассвирепела. Даже черные космы будто зашевелились на голове, как змеиное кубло.
  -А ну поди сюда, шхуров сын!!
  Не дожидаясь, пока она додумается кинуть нож, Растен скрылся в лесу, удирая по тропке, ведущей к деревне.
  Она осталась у плетня, нервно перебирая длинными пальцами четки-бусы. Потом выругавшись, опрометью кинулась к дому.
  Ведьма шваркнула дверью о косяк и заметалась внутри как игральная кость во встряхиваемом стакане, то принимаясь собирать вещи, то хватаясь за голову, то спеша припрятать кое-что. Порой ведьма замирала и что-то прикидывала про себя, осматривая имеющиеся зелья. Тогда на ее лице даже мелькало нечто, похожее на усмешку.
  В итоге она осталась сидеть за столом, невидяще уставясь в окно. На ее коленях, крепко сжатый в ладонях, слабо светился ониксовый шар.
  "За все платить приходится" - Злорадно напомнил внутренний голосок.
  -Все сделала правильно. Случись еще раз, повторила бы. - Хрипло отозвалась ведьма, невесть кого пытаясь убедить. - Я не ошибалась!
  "Ну-ну". - Хмыкнул голосок.
  
   ***
  Охотник выказал желание поселиться в подобии корчмы, где собственно, от корчмы присутствовал только общий зал на пять столов и небольшая кухня, устроенные во второй половине дома местного пивовара. Когда Растен вернулся в деревню, орденский гость уже сидел за столом, неторопливо обедая, и слушал сбивчивый рассказ местных старших, что кольцом собрались у стола.
  Ему будто плевать было на то, что люди нависают кругом, едва не садясь ему на голову.
  -Взбесилась наша ведьма! - Прижав ладонь к груди, клялся впереди стоящий. - Как есть взбесилась, будто подменил кто!
  -Сначала добренькой прикидывалась! - Подхватила тетка с задних рядов; пробиться не смогла, а вот докричаться пыталась постоянно. - Как поселилась, так обещалась помогать, по домам ходила, лечила... И волосы у всех тишком стригла!!
  -Ага, сказала, мол, для оберегов пригодится. Только не видать что-то тех оберегов!! Уже который год пошел, как она их принести обещалась!
  -А я говорил! - Доказывал пастух, тыча пальцем в потолок. - Говорил, что бесов огонь это был, красный, что у нее в полдень над головой видели! Вы помните же, помните!?
  -Так она выходит, извести вас решила? - Спокойно спросил охотник, рассеянно комкая хлебный мякиш, перед тем как отправить в рот.
  -Как есть решила! - Подхватили со всех сторон. - И дождь с градом вызывала!
  -Да ее полдеревни на холме видело, как она руками махала, да тучи с севера гнала!
  -Лет десять такого ненастья не видели, весь урожай побило! - Ухватился за сердце пивовар. Хотя ему-то как раз тужить не особо приходилось.
  -И кошек местных она изловила. - Сурово добавил басом новый староста. Он возвышался впереди, скрестив на груди могучие руки: по роду занятий он был кузнецом.
  -Черных? - Уточнил охотник.
  -Всех! - Доложили справа. - Сначала черные пропадали, это да... А потом ей и тех мало стало!
  -И петухов, петухов черных у меня всех скупила! - Не унималась тетка с задних рядов.
  -А потом взялась за детей. - Отрезал староста как ножом, и на миг все притихло. Глаза охотника блеснули ледяным.
  -Теперь подробнее. - Напомнил он.
  -Дети на речку купаться пошли, да вода по осени холодная уже. Приболели. Помнится нам, что ведьма со старшим накануне говорила, и как раз про закаливание что-то. - Начал говорить староста, жестом заткнув набравшего воздух пастуха. - Видать, науськивала поплавать. Мы не знали, что она задумала. Сами позвали ее. Она и пришла их лечить.
  -И совсем заморила! - Гавкнул таки пастух. Разошедшийся парень так и сверкал глазами, пылая праведным гневом. - Они с того дня и слегли, так что Нейла их никак вытащить не может! Говорил я, не зовите ведьму, подождите как лекарша из Зорек вернется, так нет же! И Бажена с ведьмой тогда увязалась, да с тех пор ее и не видели!
  -Бажена? - Орденец вскинул брови.
  -Дочка моя! - Со всхлипом донеслось справа. Женщину тут же поддержали под руку сбоку, другая тетка принялась ей что-то успокаивающе нашептывать.
  -Девочка моя маленькая... - Простонала мать. - Неужто сгубила ее ведьма, да за что же...
  Под внимательным взглядом охотника распереживавшуюся мать все же увели. Остался лишь бледный мужик, что раньше стоял за ее спиной. Очевидно, отец.
  -А нам к ней и не сунуться. - Мрачно напомнил сосед крикливого пастуха.
  -Она же все волосы у себя держит, вмиг захочет, и хоть на всю деревню порчу наведет! - Тут же подхватил тот. - И щит эта змеюка уперла!
  Староста вновь жестом попросил их притихнуть.
  -Шар это, силы немалой. - Пояснил он в ответ на вопросительный взгляд охотника. - Защиту дает, доколе его держишь в руках. И сейчас он у ведьмы в доме. Она без него на улицу не выходит.
  Уточнив цвет и историю "шара" охотник с удивлением для себя узнал по описанию легендарный "драконий зрачок". Он пропал из поля зрения ордена почти два века назад. Как сюда попал - загадка. Впрочем, не самая важная.
  Хотя может оказаться серьезной угрозой.
  -Значит, будем разбираться с вашей проблемой. - Постановил он вслух. Жители с облегчением выдохнули, тихонечко, но зато все разом. Так что охотник удивился, как его еще не сдуло со стула.
  -В город за лекарем послали? - Спросил он.
  -Ага, вчера как раз!
  -Знаю. Меня ваш гонец нашел раньше лекаря. Но почему только вчера? - Охотник нахмурился. - Он и так может оказаться занят, прийти не сразу, а то и вовсе окажется в отлучке по похожей проблеме. Раньше вы что, на авось надеялись!?
  -Дак ведь у нас Нейла есть. - Оправдался староста и поневоле оглянулся на окно. Но лекарша, буквально только что мелькавшая в толпе на улице, как сквозь землю провалилась.
  -Что за Нейла?
  -Да дочка старосты нашего покойного. Замест ведуньи у нас, по книге лечит. Сил той ведьмы нет у нее, но и зла тоже нет.
  -Понятно. - Неопределенно хмыкнул охотник, мысленно сделав отметку.
  
   ***
  Нейла тем временем наблюдала за корчмой с другого края улицы, облокотившись о забор и снова нахмурив брови. Незим был тут как тут, думая, что играет для девушки роль успокоительного. Он едва уговорил ее пройтись, да глянуть на орденского охотника. Девушка бы не согласилась, пока не пришла ее тетка и почти взашей вытолкала лекаршу на свежий воздух, сказав что до вечера сама подежурит.
  Так что Нейле попросту некуда больше было деваться. Развлечение в деревне сейчас осталось лишь одно.
  Изогнув стройную спину, она вполоборота примостилась у опоры, повернув голову в сторону пивной как завороженная. Ветер тихонько перебирал золотистые волосы с необычным, платиновым отливом. Такую "масть" передавали только в роду Лиара, и среди местных она поневоле выделялась. Так что издалека можно угадать, кто тут старостина дочь.
  -Ты волнуешься отчего-то? - Удивился парень, заметив, как девушка перебирает пальцами по верхушке плетня.
  -Нет. - Она тут же прекратила и как-то натянуто улыбнулась. - Просто у нас наконец-то есть надежда.
  Тут впереди заволновались и зашушукались, усиленно делая вид, что не просто так собрались, а чем-то заняты. Похоже, что охотник вышел наружу.
  Незим встал на цыпочки, высматривая подробности. Высокий незнакомец, строго уставившись на вышедшего следом старосту, отдал какие-то распоряжения. Чуть повысив голос, чтоб и остальные слышали, напомнил не лезть в дело ордена. Даже если хотят помочь. Особенно - если хотят помочь. Как понадобятся, он сообщит сам.
  Кивнув на жадно пьющего жеребца у коновязи, очевидно отдав его на попечение, он целеустремленно зашагал в сторону приветственной арки на въезде в деревню, все еще разговаривая о чем-то со старостой.
  Незим не знал, что оглянись охотник на толпу, и заметь его спутницу, то вряд ли бы ушел так быстро. Но орденец не смотрел в их сторону.
  
   ***
  Мельора засидевшись, даже не заметила, как подгорело оставленное на углях зелье. По избе распространился резкий запах, будто сожгли пук перьев. Сейчас ругаясь, ведьма перекладывала вязкое месиво в другой котелок, отскребая ложкой со стенок.
  Ведьма нервничала, как мышь в закрытом сундуке. Она не сбежала лишь потому, что понимала - это бесполезно. У нее не было методов скрыть свои следы. Оставалось лишь надеяться, что кое-что остальное удастся скрыть.
  Тут, в который раз ее позвали с улицы.
  Находись рядом посторонний, то наверняка услышал бы, как у нее непривычно колотится сердце. Осторожно подкравшись к окну, она выглянула в него и тут же отскочила, приложив ладонь к груди.
  "Не отсидишься" - Напомнил злорадный внутренний голосок. Пришлось идти к двери.
  В корзине под рогожей, задвинутой в угол, что-то зашевелилось в ответ на голос со двора. Послышалось не то скуление, не то тихое хныканье. Между краем корзинки и тканью мелькнула серая шкура.
  -Цыц! - Грозно прошипела ведьма, взявшись за ручку двери. Скулеж затих.
  Отряхнув руки и нервно пригладив волосы, она вышла на крыльцо.
  Охотник обнаружился спокойно стоящим за плетнем, что был ему по пояс. Он оперся на калитку, расслабленно прищурился под солнцем, и производил впечатление вежливого, мирного и совсем безобидного.
  -На пару слов, хозяйка. - Он чуть улыбнулся. Ни дать ни взять, пришедший просто поболтать о погоде посетитель.
  Ведьма едва не начала истерично смеяться. Но справилась с собой и спустившись, лишь скрестила руки на груди.
  -Ты гляди. Все-таки пожаловались, да быстро-то как! - Ехидно сказала она и тут же пожалела, что вообще открыла рот.
  Маркус резко выпрямился.
  -Ты. - Произнес он.
  Она запоздало поняла, что он не сразу ее узнал. Опознал лишь сейчас, по голосу.
  Вот и притворилась бы, дура, немой!!
  Ведьма спрятала руки в карманы рабочего балахона, пытаясь выглядеть уверенной.
  -Или ты... пришел меня лично поблагодарить за свои глаза?
  Он без скрипа отворил калитку, приблизился, не отрывая пристального взгляда от нее. И только ей почудилось, что он возьмет ее лицо в ладони и вопьется поцелуем, как охотник хищно прищурился и вмиг преобразился.
  -Значит, Мельора. - Неторопливо протянул он. - Забавно... Здесь тоже имя выдумала?
  -А есть разница? - Огрызнулась она.
  Маркус стал медленно обходить ее кругом, заставляя нервничать еще больше.
  -Отсутствие официального прошлого. - Начал он. - Подозрительные опыты в глуши, вдали от властей. Небывалые результаты опытов: превышение всех потенциальных возможностей. Предпосылки: сбор человеческих волос, кошек и петухов. Результаты: вызов непогоды и детский мор. Подозрительная пропажа одного ребенка. Таковы свидетельские показания. Может, я что-то пропустил?
  -Что это более всего похоже на деяния чернокнижника, призывающего тьму в помощь?
  -Именно. - Он остановился слева от нее в каком-то шаге. - Ты наверняка могла и раньше где-то попасться. Наружность по этой причине пришлось сменить?
  Она несознательно пригладила волосы. Еще недавно смоляные, они постепенно отмывались от зелья "вороново перо", обесцвечивались. Если не красить их два-три месяца, снова обретут прежний цвет. А пока на солнце уже отливали багрянцем.
  -Красный огонь. - Пробормотал охотник. И усмехнулся.
  Ведьма снова скрестила руки, будто ей стало холодно.
  -Приговор уже вынесен? - Хрипло спросила она.
  Маркус помолчал первые пару ударов сердца, отслеживая ее реакцию, направление взгляда, подрагивание пальцев и изменения мимики.
  -Тебе есть что добавить - так говори.
  -Я ничего этого не делала.
  -Не делала?
  -Нет.
  -То есть невиновна?
  -Да. - Скрипнула она зубами.
  -Тогда отчего невиновная ведет себя так, будто вот-вот не выдержит и свалится в обмороке?
  "Да пошел бы ты!"
  -А много ли вашему брату надо, чтобы судить? Поди, три десятка свидетелей против одной. И разбираться не надо. На плаху за детей - и дело закрыто.
  -Кажется, у тебя сохранилось превратное мнение о работе ордена, Мельора - Сухо ответил он.
  Развернувшись, наглец без разрешения направился в ее дом, явно не ради чаепития.
  -А ведьминого удара в спину не боишься? - Съязвила она. Остановившись уже на ступенях, он обернулся и показал ей правое запястье, скрытое под орденским амулетом. Набранные на ремешки бусины были выполнены в виде грубо обработанных клыков, и один "зуб" блестел зеленоватым металлом. Нитрановый элемент отвел бы в сторону любую активную магию.
  -Это взамен того, что ты стащила.
  Ведьма оторопело заморгала.
  -Я ничего не брала!
  Одной заломленной бровью он выразил большие сомнения на этот счет.
  -Я не помню, чтобы брала с собой что-то подобное! - Настаивала она с оскорбленным видом. - Лучше надо было в той избушке искать!
  -Я перерыл там все. - Сурово ответил охотник.
  Она уже и сама сомневалась в собственном рассудке.
  -Может, в спешке прихватила... и забыла.
  -Это сколько времени прошло? - Небрежно поинтересовался он.
  Оба прекрасно знали, что минуло два года и десять месяцев, и оба прикинулись, что не могут вспомнить.
  -Хочешь - отыщи да забирай. Нужен он мне больно. - Проворчала ведьма.
  -Спасибо за разрешение. - С сарказмом отозвался охотник уже на пороге.
  Печь, располагавшаяся напротив двери, горнилом смотрела на выход. Так что ведьма застала охотника уже с обломком недогоревшей косточки, которую тот задумчиво вертел в пальцах.
  "Голубиная" - определил Маркус.
  -Сядь. - Отстраненно распорядился он, оглядывая помещение. Ведьма бочком пробралась мимо него к столу, от нервозности прихрамывая особенно сильно. Она понятия не имела, чего от него ожидать, и потому косилась с огромным подозрением, решив ожидать вообще чего угодно. Усевшись на табурет, она прижалась спиной к стене и приготовилась к долгой защите.
  В углу снова завозилось и захныкало. Хозяйка не успела и вдохнуть, чтобы предостерегающе окликнуть любопытного гостя, как рогожка оказалась отброшенной в сторону.
  На охотника уставились желтовато-карие глаза, совсем как у него, только звериные. Щенок прижал серые ушки, поджал хвост и неуверенно заворчал. Обычно звереныш был куда активней, защищая свою неприкосновенность, но тут даже он сообразил, что лучше не отсвечивать.
  Досадливо дернув уголком рта, охотник прикрыл его обратно, получив порцию нового, еще более недовольного ворчания.
  -Что в котелке? - Спросил он, вставая и оборачиваясь. И кивнул в сторону стола.
  -Зелье. - Неуверенно ответила она, словно сомневаясь в его рассудке. Мол, что, и так не видно?
  -И что ты с ним собралась делать?
  -На голову себе намазать. - Мрачно ответила ведьма.
  Она причем, не шутила.
  Снова покосившись на ее макушку, он вернулся к осмотру, задумчиво вопросив пространство перед собой:
  -Интересно, зачем может понадобиться так скрывать свою наружность? Ты и брови в один цвет подвела?
  Ответа он не дождался - это ведь законом, в принципе, не запрещено.
  Она следила за тем как он, мысленно поделив хижину на сектора, бегло осматривал: полки, шкафы, заготовки, высушенные корешки, целую батарею склянок и ретортов, и даже кастрюльку с котлетами. Не из человечины разумеется, а куриными.
  Маркус действовал так, будто находился совершенно один. Периодически насвистывал, оглядывался, что-то прикидывал про себя - в общем, с головой ушел в работу. Зыркающая на него ведьма совершенно не мешала, и вообще будто превратилась в невидимку.
  По нему не было заметно, но результаты обыска сбивали с толку.
  Все заготовки - стандартные. Склянки и колбы тоже. Ряд книг на полке вполне настоящий, все помечены библиотечным штампом, и содержимое соответствует обложкам. Он даже свой потерянный амулет нашел среди кучи прочих подвесок, браслетов и пустых заготовок под амулеты, так что, похоже, его действительно второпях кинули сюда, да так и забыли.
  И с остальным все оказалось так же: самым подозрительным здесь было только приготовленное зелье "вороново крыло", но его повсеместно для таких целей использовали. Да-да, с использованием животного праха - так эффективнее.
  Разумеется, когда обыск помещения проводится в присутствии его хозяина, то куда полезней его тоже задействовать. Поглядывать на реакцию, периодически провоцировать, выводить из равновесия и следить, не метнется ли куда нервный взгляд.
  Но ему даже в ее сторону смотреть не хотелось.
  Остановившись у полок с ретортами, он подытожил: ничего подозрительного. Есть книжки, есть заметки в записках, есть опытные склянки со стандартным для лекаря содержимым, и с десяток глиняных горшочков с готовыми лекарствами, выстроенных по алфавиту. Впрочем, заметив, как он на них уставился, Мельора скривилась:
  -Можешь конфисковать. Мне уже не пригодятся.
  -То есть? - Подначил он продолжать.
  Ведьма кивнула на окно. Оттуда как раз открывался вид на две приметные, высокие елки, как сестры-близнецы. Между ними краснела верхушка дома старосты.
  -Чтобы позвать меня раньше, там вывешивали желтое полотно. А недавно жердину сломали, чтобы мне и повода не было сунуть в деревню нос.
  -С тех пор ты и не выходишь без шара?
  Он прислонился спиной к печи и скрестил на груди руки. Не сочетаясь со спокойным видом, пристальный взгляд казалось, пронизывал ее насквозь. И наверняка понял, что одной рукой, спрятанной под столом, она поглаживает тот самый шар, успев достать из сундука когда только присела.
  Ведьма мысленно признала, что незрячим он ей куда больше нравился.
  -Откуда "драконов зрачок" у тебя? - Маркус слегка склонил голову набок.
  -По наследству. - Ответила напряженная девушка. Судя по лицу, не соврала. Или невероятно искусно притворилась.
  Неуловимым движением он оказался у стола и упершись в него руками, навис над бледной подозреваемой, проницательно взглянув в перепуганные серые глаза.
  -Тебе лучше ничего от меня не прятать. - Заверил он.
  Она выдержала прямой взгляд, но с трудом.
  -Я и не прячу.
  -Тогда перестань так трястись. - Хмуро ответил охотник, выпрямляясь.
  -Я не трясусь!
  Это он оставил без ответа. Опустился на табурет напротив, и вытянув ноги, словно невзначай поинтересовался:
  -Если не ты, тогда кто?
  Он заметил, как дрогнули ее пальцы. Но ведьма скорей задумалась, чем придумывала правдоподобный ответ, судя по движению ее взгляда.
  -Самой бы знать. - Она хмуро уставилась в пол. - Я сразу их предупредила: мне не мешать, но если помощь нужна то помогу. Я же лекарь как-никак.
  -У них есть Нейла. - Передразнил он. Ведьма скривилась.
  -Дурочка-самоучка? Она в жизни ничего страшнее простуды или пальца порезанного, не видела. Начиталась книжек, что после прежнего ведуна остались, и возомнила себе... - Она оборвала себя, вернувшись к сути разговора.
  -В общем, не думала я, что так меня здесь невзлюбят. Но они ничего мне сделать не могут, и я им ничего не делала. Так что не знаю, кто здесь бедокурит. Но грозу я вызвать не могла. Не те силы. А дети, когда я приходила, были легко простужены. Носами хлюпали, кашляли и только. Я поручила этой девчонке приготовить лекарство, оставила рецепт и ушла.
  -Так значит, она их заморила? - С едва уловимым сарказмом уточнил Маркус. Она тряхнула головой, сердито уставившись на него.
  -Хотела бы я сказать что "да", но Нейле и в голову бы такого не пришло. Не тот она человек, чтобы делать другим плохо.
  -Честное мнение. - Оценил охотник, нагибаясь и заглядывая под стол. Но подавшись туда же, она поняла, что к Маркусу всего лишь подкрался щенок, выбравшийся из корзины, и припав к земле, азартно дергает его за штанину.
  "Главное, невесть кому он руки облизывает, а мне все пальцы изгрыз. А ведь я его кормлю!" - Мысленно возмутилась ведьма. И несознательно покосилась на открытый сундучок. Раньше шар покоился на ткани под самой крышкой, упираясь в нее верхушкой, когда Мельора закрывала тайничок. Но сейчас, если вернуть "зрачок" на место, он ляжет на самое дно.
  -Что, настолько скучно без работы? - Спросил охотник, аккуратно отцепляя острые зубки. Щенок ворчал и недовольно мотал головой. Ему даже не мешал забинтованный бок.
  -Нет, просто как-то ляпнула вслух, что люблю животных. - Хмуро отозвалась она. - С тех пор таких вот подранков и нахожу.
  Маркус хотел спросить, не пробовала ли она по его совету вслух жаловаться на отсутствие золота, но напомнил себе, что здесь не дружеская беседа. Мягко, но непреклонно отстранив щенка, он встал.
  -Надеюсь, ты понимаешь, что лучше тебе оставаться на месте. - Сказал он невозмутимо, толкая дверь. Она только зубами скрипнула и стала нетерпеливо притопывать ногой в ожидании когда он осмотрит двор и вернется. Озадаченно наклонилась, погладила левую лодыжку, только сейчас сообразив, что нигде не спотыкалась и не ранилась, а нога ноет. С чего бы это... Бросила взгляд в окно, пытаясь рассмотреть, нет ли там движения.
  Кто бы знал, что из всего ордена деревенский гонец (посланный между прочим, за лекарем!) наткнется именно на этого охотника!? Хотя... Кто-кто. Она и знала. Догадалась, когда только услышала слова Растена, и предчувствие ее не обмануло.
  Инари подтянула ноги, почти уткнувшись подбородком в колени, и нервно притопывая, стала убеждать себя успокоиться. Даже сама почти поверила в то, что это всего лишь охотник, это ничего не значит, и вообще это не его заштопанная рубашка уже который год валяется у нее на полке среди других вещей. Подумаешь, надела ее вместо ночной пару раз... и все руки не доходили выкинуть... Хорошо хоть, он свою вещь не узнал. Ткань нередкая, покрой тоже, да и он осматривая полки вещи не разворачивал.
  Она придумывала про себя аргументы в предстоящем разговоре. Подбирала, как именно ответить на его возможные обвинения. Мысленно прикидывала, а все ли сделала как надо?
  Но спустя минут десять до нее дошло, что охотник просто ушел, оставив за собой последнее слово. И оставив ее нервничать впустую.
  Шлепнув себя по лбу, застонала.
  Это будет очень нелегко!
  
   ***
  Маркус же, удаляясь от хижины, мрачно размышлял, глядя под ноги. Сказать, что он был сбит с толку - ничего не сказать.
  Столько времени помнить голос, столько раз ловить себя на мысли, что он поневоле присматривается к светловолосым девицам: а вдруг? Месяц посылать запросы в архив Магика в городе Левен, наиболее удаленном от побережья, с тем чтобы не получить никаких толковых ответов. Сначала он хотел ее найти, потом пытался выкинуть из головы, даже сумел это сделать... вроде бы. Почти.
  И тут как гром среди ясного неба!
  Дело перестало быть таким простым, как вначале показалось.
  В этих местах действовал кто-то владеющий магией, сомневаться не приходится, но... что-то нечисто. Потому что кроме нее все это творить вроде бы некому. И свидетели не лгали. Но она ничего не делала. Охотник был в этом твердо уверен.
  Так же как и в том, что он - сентиментальный идиот.
  Задержавшись на возвышении, он перебрал бусины на кожаном браслете и сжал в пальцах ту, что отблескивала темно-изумрудным. Наполненный заклинаниями "клык" отозвался вспышкой тепла.
  Точно так же должна затеплиться аналогичная бусина у ближайшего на многие версты соратника, обладающего магическим даром. Потому что в охоте на мага не обойтись без другого мага. Особенно специально обученного и натасканного на охоту за себе подобными.
  А пока коллега не прибудет, Маркус должен узнать все подробности дела.
  
   ***
  Нейла оказалась меланхоличного вида девицей с усталым лицом, неприветливо глядящей на охотника с видом: "А от меня-то чего тебе надо!?"
  -Симптомы не показались вам похожими на обычное отравление? - Закинул он пробный шар, дабы проверить уровень ее теоретической подготовки.
  Девушка убрала за ухо выбившуюся из косы прядь.
  -Нет. - Неубедительно отозвалась она. - Если бы отравились, они на второй день бы уже отошли. А сейчас уже пятый минул, а они совсем слабые. Есть не хотят. Только бульоном их поддерживаю, да отваром с медом.
  -Давно практикуете лекарское дело?
  Отметил про себя ее привычку в задумчивости поджимать губы. Он уже видел сегодня такую же привычку - у Мельоры.
  -Я не то чтобы практикую. - Оправдалась Нейла. - Меня еще в детстве воспитывали как помощницу ведуньи. Папа говорил, это доброе дело. Но наш лекарь переехал к соседям, в Дубравную. Так что и я ремесло позабыла. Потом лекарь и вовсе умер, а я вышла замуж, уехала в город... - Она снова поджала губы, но уже в сожалении. - Овдовела и вернулась сюда, два года назад, но тут уже поселилась Мельора. Во мне как в лекаре потребности не было.
  Она печально уставилась на собственные руки.
  -Отец мой и полугода после не прожил, скончался от сердечного удара. Еще месяц где-то минул, и началась та история. То петухи пропадали, то кошки... Ну да вам рассказали уже.
  -И как это заставило вас снова лечить?
  -Мельору звать перестали, побаивались ее тут. Только совсем если беда приключится, а я справиться не могу, тогда шли к ней на поклон. Но то нечасто. В основном, я тут за лекаря стала.
  -Она на вас за то не злилась? Ведь клиентов у нее почитай, сманили. - Усмехнулся Маркус.
  Нейла скривилась.
  -Да ей все равно было. Я видела с чердака порой, как у нее за полночь свет в окошке не гаснет. У меня самой после смерти мужа бессонница бывает - Пояснила она. - Вот и заметила, что ведьме и без нас есть чем заняться.
  О Мельоре девушка отзывалась с явной опаской, едва не оглядываясь через плечо. Но охотнику это не показалось похожим на страх за свою жизнь или чужую. Скорее что-то, замешанное на глубокой неприязни.
  -А как лекарь, Мельора сильнее вас, я правильно понимаю? - Он откровенно подначил ее. Нейла снова едва заметно, на миг скривилась, будто гнилое яблоко надкусила.
  -Да, сильнее. - С неохотой признала она. И тут же словно спохватившись, добавила. - С магией-то черной, отчего сильнее не быть?
  Итак, самоучка явно имела на ведьму зуб. Но в этом с ходу, естественно, не признавалась. Только сплетала и расплетала кончик золотистой, длинной косы. Маркус задумчиво смотрел на ее пальцы, перебирающие прядки волос: тот самый оттенок...
  -У вас нет братьев или сестер? - Неожиданно спросил он.
  -Нет. - Она даже удивилась вопросу.
  -Ясно... Живете, стало быть, одна?
  -Да. Как папы не стало. Только я и пес мой. И детки сейчас еще.
  -Собаке вашей много уже лет?
  -За пятнадцать минуло. - Улыбнулась девушка. Он тоже улыбнулся, как можно обаятельней.
  -Как его зовут?
  -Клык. - С готовностью ответила она. - Папа мой назвал.
  -Щенком его взяли, или уже взрослым? Он кажется хорошо воспитанным.
  -Щенком брали, махоньким совсем. - Она показала руками размер с небольшую дыньку, явно обрадовавшись смене темы.
  -Поди, много ваших туфель погрыз? - Весело спросил охотник.
  -Да пары три, поди! - Рассмеялась она.
  -Уверены, что на детях порча?
  -Нет. То есть... - Спохватилась Нейла. - Я же не ведьма вам! Откуда мне знать, как та порча выглядит?
  Изначально он вообще спросил про отравление наобум, лишь бы отследить ее реакцию. Но сейчас уже заинтересовался. Девушка слабо разбиралась в болезнях и симптоматике, но продолжала упорно утверждать, что имеет дело с порчей. На самом деле совсем не будучи в этом уверенной.
  В чем причина - в предубеждении против ведьмы? Или что-то иное?
  Она снова хмуро косилась на него, внутренне собравшись и готовая к любому допросу. Поэтому охотник и не стал продолжать разговор.
  -Я ненадолго навещу детей. - Улыбнувшись, он встал. Казалось, Нейле это не нравится, но в то же время не нашлось аргументов против. Потому она тоже встала, чтобы не то его проводить, не то проконтролировать. Будто боялась, что он окажет на детей дурное влияние, ей-богу.
  Трое ребятишек лежали в кроватях с измученным видом и бледными лицами, но умирающими все же не выглядели. Когда открылась дверь, в комнате повисла неестественная тишина: до появления взрослых дети активно что-то обсуждали со стариком, сидящим на стуле у стены.
  -Приветствую, господин охотник. - Чинно кивнул тот с искренним уважением.
  -Доброго дня. - Склонил Маркус голову. - Прошу прощения за незваный визит. Меня зовут Маркус. Можно "Марек".
  -Гордий. - Представился старик.
  -Вы здесь дежурите?
  -Он к нам пришел. - Просипела девочка тихонько - Это дедушка мальчиков, он знает много сказок.
  -Детки наши всей деревней почитай, любимы. - Улыбнулся Гордий. - Без внимания их не оставляем. Все время кто-то приходит.
  Охотник уже понял, что это единственные маленькие дети в Солони. Старшему мальчику было около восьми лет, девочке не больше пяти. У окна сопел, разглядывая свой амулет в виде деревянного кругляшка с руной, двухлетний малыш, двоюродный брат старшего.
  -Вы и есть охотник? - Спросил старший мальчик.
  -Живой! - Восхищенно протянула девочка, будто в их комнатку явился как минимум дракон, сунув голову в двери. - Прям настоящий!
   -Умеете страшилищ убивать? - Снова подал голос старший.
  Маркус слитным движением подсел рядом на другой стул, приветливо и искренне улыбнувшись любознательным взглядам. Неудивительно, если им сказки на ночь рассказывают с героями-охотниками, оттого так и смотрят.
  -Умею, конечно.
  -И колдовать умеете? - Подхватила девочка.
  -Нет. - Снова улыбнулся охотник, и будто бы из воздуха достал монетку, ловко перебрав между костяшками пальцев. Магу бы такая шутка далась без труда, а ему пришлось долго учиться ловкости рук. Зато дети и девушки на такие фокусы ловились.
  -Ух ты, как ты это сделал? Где спрятал? - Оживились они, со свойственной им непосредственностью перейдя на "ты" и даже не заметив этого. Даже старик заинтересованно блеснул глазами.
  -Что спрятал? - Удивленный охотник показал пустую ладонь.
  Мелюзга тут же прониклась к нему симпатией, представившись как Даренка и Рикас. Младший промолчал, стеснительно прикрыв ручонками лицо.
  -А что еще охотники умеют? - Любопытно блеснул глазами Рикас.
  -Много. - Подмигнул Маркус. - Из лука стрелять, на лошади ездить, плавать должны хорошо.
  -И я умею! - Обрадовался мальчик. - А они нет, а я их учил-учил!
  -Правда, умеешь? - Усомнился охотник.
  -Правда, я как в последний раз купался, реку до половины переплыл, и обратно! И не устал даже! - Разошелся мальчуган. Детишкам нравилось, когда есть чем похвастать перед взрослым дядькой-охотником. Да тот еще и слушает внимательно, как равных.
  -А братишка твой не захотел?
  Рикас только рукой в ту сторону махнул. Девочка же поджала губы.
  -А мне и не хочется плавать! В женщине - Она старательно выговорила последнее слово, пытаясь не свистеть через дырочку от выпавшего зуба - ...Это не главное. Мне наша ведьма сказала, вот!
  -Ваша ведьма? - Маркус только радовался, как легко они идут по нужным темам. - Вы про тетю Нейлу, что ли?
  -Не! Про Ме-ль-о-ру. - Тщательно проговорила девочка. - Она меня учила косу заплетать, и сказала что в женщине сила не главное. Это мужское дело силой хвастать. А женщина - должна быть муд-рее! - Даренка тоже старательно принимала умный вид, деловито рассуждая перед благодарной публикой.
  -Ну ладно, Мельоре лучше знать. - Признал мальчик. - Она все знает!
  Детишки оказывается, ведьме вполне симпатизировали. Даже младшенький заинтересовался, вытянув голову из укрытия. Только Нейла в ответ на это запыхтела из-за спины, не вмешиваясь, но и не одобряя.
  -Что, ученая она что ли? - Поднял брови Маркус.
  -Да! - Подхватили детешки, перебивая друг друга. Будь они здоровенькими и полными сил, в комнате поднялся бы галдеж. - Она и про ягоды рассказывала, какие полезные, какие надо варить а какие сырыми есть! И зайца нам показывала!
  -Такой хорошенький! - Вздохнула Даренка.
  -Жирненький! - Подтвердил Рикас.
  -И погоду всегда наперед знает!
  -А мне она коленку за день залечила!
  -А меня закаляться научила!
  Охотник уделил внимание последнему, переведя взгляд на мальчика.
  -И ты поэтому в реку полез?
  -Не, я ж говорю, я этих купаться учил!
  -Так ведь тетя-ведьма тебе купаться подсказала.
  Мальчик недоуменно уставился на охотника.
  -Да не! Про закаливание, это ж совсем другое. Она говорила холодной водой умываться! Ну и обливаться можно, но только через год и по чуть-чуть. А мы не поду... - Он оглянулся на мелких и мужественно поправился: - Я не подумал. Последние же дни солнечные, когда еще учиться?
  -Понял теперь, что вредно сразу будет к обливаниям переходить? - С укоризной спросил охотник. Мальчик насупился и кивнул.
  -Понял.
  -Вот и хорошо. А то тетя Нейла уже устала вас лечить, поди.
  С этим они не спорили, виновато притихнув.
  -Извини, тетя Нейла. - Послушно пробубнил мальчик. - Я тебе потом свою кроличью лапку подарю.
  -Спасибо, Рикас. - Вздохнула "тетя Нейла".
  -Ну что детишки, выздоравливайте. - Улыбнулся охотник. - Вам еще по ягоды в лес ходить! Вы же пропустить сбор не хотите?
  Дети заверили, что не хотят, и будут послушно выздоравливать.
  -До встречи, господин Гордий. - Снова кивнул Маркус, вставая. Польщенный старик улыбнулся в густые усы. Слово "господин" конечно, давно не имело отношения к происхождению или статусу, но превратилось в приставку, демонстрирующую уважительное отношение.
  В принципе - заключил охотник, спускаясь по лестнице - хоть по этому вопросу полегчало. Дети были еще слабы, но держались молодцом. Несмотря на отчаянье Нейлы, не привыкшей к тяжелым больным, они явно шли на поправку. И ходили бы уже сами, если бы девушка как наседка, не тряслась над ними.
  Хотя детишки просто чем-то приболели или отравились; мало ли что за вода в местной реке. Охотничий амулет молчал, даже вплотную к Рикасу.
  И значит, никакой порчи не было.
  
   ***
  Не ждавшая под вечер гостей, Мельора едва не взвилась под потолок, услышав нахальный стук в дверь.
  Оценив вид перепуганной ведьмы, застывшей посреди комнаты с пустой чашкой из под каши в руках, охотник сочувственно сложил брови домиком.
  -Я на пару слов. - Успокоил он, садясь на стул ближе к двери.
  -Как к подозреваемой? - Напряженно уточнила она.
  -Как к ученому. Ты присядь.
  Нехотя послушавшись, она спряталась за другим концом стола, сложив руки на коленях, и постаралась сделаться меньше, ссутулив спину.
  -Для чего кстати, тебе были их волосы?
  Ее удалось сбить с толку.
  -Какие волосы? Ах, да... - Она покосилась на учебники. - Глупо получилось. Прочитала, что на их основе можно сделать хорошие обереги, защищающие жителей деревни. Старый-старый способ, его когда-то слишком трудоемким признали, и заменили на вкапывание в землю мешочков с заговоренной солью. Ну, ты знаешь, когда в каждый мешочек вкладывают по угольку...
  Она встала и поставила на стол пару кружек; кособокую глиняную и большую деревянную. Очевидно, решила вспомнить о приличиях, или просто хотела занять руки.
  -А я решила попробовать, вдруг сработает? - Продолжала она, наливая из чайника отвар, исходящий паром и источающий аромат чабреца и малины. - Ведь пользовались же.
  -И как, сработало?
  Она смущенно кашлянула.
  -Что обереги, что семена пустые, никакой пользы. Или миф дурацкий, или описание неверное.
  Деревянная кружка наверняка принадлежала ей, но предлагать гостю меньшую порцию, да еще из такого непотребства, ей показалось некрасиво. Потому девушка взяла глиняную кружку, повернув к гостю более ровной стороной.
  -Только зря заготовки перевела. - Добавила она. - И в деревне все на ушах стояли месяца два. Все ждали, когда я наведу на них порчу...
  Он поймал себя на том, что по большей части не вникает в смысл ее слов, а слушает знакомый голос. Все еще не верилось, что Инари, во плоти и крови, сидит на расстоянии протянутой руки.
  "Не упусти ее, дурак!" - Волновалась часть его сознания.
  "Не верь ей". - Твердила другая.
  Будь он наемником без обязательств, послушался бы первого голоса. Но орденец выбрал второй вариант и принимая кружку, улыбнулся ей одними лишь губами.
  -Я хотел спросить, чем болеют дети.
  -Сильно болеют? До сих пор? - Она стукнула кружку обратно на стол. - Так и знала. Ты их видел? Какие симптомы?
  Охотник задумался на миг, изучая ее лицо. Напряженное, в глазах тревожность, уголок рта в досаде искривился - она уже ожидала плохих новостей. И сейчас даже забыла о том, что надо бояться.
  -Они бледные и слабые. Внешне обычные дети, ни сыпи, ни отеков. Нейла говорит, их тошнило, болели животы, голова. Сначала мучались жаром, потом наоборот температура упала, и их пришлось отогревать. У детишек был плохой сон, и до сих пор нет аппетита. - Он продолжал внимательно следить за ее реакцией даже боковым зрением, делая вид что изучает, как оседая на дно, плавают травинки в кружке. - Она там старается, кстати. То бульон им таскает, то яблоки запеченные, то отварами моет от заразы полы...
  -Моим лекарством - полы!? - Ошарашенно переспросила Инари. - Вот идиотка!
  -Ну, давать это пить она никому не собирается. Хотя явно уверена, что там не отрава.
  -Если бы меня пустили к детям, я могла помочь... - Пробормотала она. - Но Нейла первой заявила, что они пострадали от моего лекарства. Что ж она меня так не любит-то?
  -У сестер такое случается. - Поддакнул Маркус, отпивая из кружки.
  Ведьма немедленно приняла прежний, испуганно-изумленный облик.
  -Ты думала, я не пойму сходства? - Устало спросил охотник свою кружку. - Нейла явно пошла характером в мать; неудивительно, что от такой замкнутой, себе на уме жены Лиар загулял. Как я понимаю, в открытую он тебя признать не мог? Репутация примерного семьянина, и тому подобное. - Он поднял глаза. - Но как же не позаботиться о старшей дочке? Потому и поселил под боком.
  Она нервно усмехнулась.
  -Да от тебя гляжу, ничего не скроешь.
  -Волосы из-за него перекрасила? - Маркус кивнул на ее макушку. - Цвет редкий в этих краях. Могли догадаться.
  Ведьма, судя по нахмуренным бровям, пыталась вспомнить, а когда же это охотник, на тот момент слепой, мог узнать о родном цвете ее шевелюры.
  -Не подставлять же его было. - Печально отозвалась она. - Отец и так сделал для меня все, что мог. Я просто отплатила тем же.
  Он лишь кивнул. Что бы ни думали в Солони, обвиняя ведьму в воровстве, а такую вещь как Драконий зрачок, стащить почти невозможно. Лиар сам отдал артефакт внебрачной дочке.
  -Нейла, похоже, считает тебя Лиаровой любовницей, ты в курсе?
  -Что!? - Едва не подавилась она.
  Он пожал плечами.
  -Ей же надо было самой себе объяснить такую привязанность. А он не мог не рассказывать о тебе.
  -Все равно дура. - В сердцах бросила девушка и махом прикончила свой отвар с таким лицом, словно там было налито нечто куда крепче.
  -А ты, Мельора - трусиха.
  -В смысле!? - Тут же насупилась она; с этим взглядом исподлобья и копной смоляных волос, она была больше похожа на ведьму из страшных сказок, нежели лекаршу.
  -Поеду к папе, прикинусь неучем, спрячу диплом, а он прикроет... - Передразнил он.
  Ух, как ей это понравилось! Она аж спину выпрямила, а глаза нахально засверкали и в ее голосе охотник уловил знакомые нотки. "Что, испугался? Неустрашимый охотник, ха!"
  -Вот как! - Торжествующе заявила она. - Уже решил, что все знаешь? А я взяла тогда и послушалась твоего совета! Приехала в Магик и подала заявление!
  -Да ну. - Недоверчиво скривился Маркус, и она, конечно же, купилась.
  -Именно! И суд был. Коллегию для этого заседания созвали. Часа три разбирались, уйму свидетелей пригласили. Но меня признали правой! - Назидательно кивнула она. - Так что от штрафа избавили, и позволили вернуться на отработку. Я подала прошение проходить ее при городе моего Магика. Потом указала, что могу помогать в сборе и заготовке лекарств для лечебницы. Вот и сижу здесь, готовлю снадобья и заготовки, на удаленной отработке.
  -Маловато их у тебя для лечебницы. - Охотник смотрел на полки.
  -Недели две назад очередной партией отправила, по расписанию и через курьерскую службу. А новый запас только начала собирать. Видишь, тут в основном лисья полынь и смелютка? Как раз на зиму от простуды. И попутно занимаюсь теорией, тут как раз никто не мешает.
  Она с ехидством уставилась на охотника, но нарвавшись на ответный внимательный взгляд, смутилась и потупилась в кружку. Принялась ковырять ложкой оставшиеся на дне травинки.
  -Какой же теорией? - Насмешливо поддел он. Инари зыркнула на него и поднявшись, молча предъявила толстенный старый том, плюхнув его на стол.
  -"Ухаживание за собою, молодостью и здоровьем" - Разочарованно прочел он. - Третий век. Бытовые, косметические и лекарственные средства, ритуалы и заговоры. - И подняв взгляд на нее: - Серьезно!?
  Ведьма равнодушно пожала плечами, глядя на книжку, будто оценивала ветхий переплет.
  -Выдана в библиотеке под изучение, имеет штамп. - Скучающе добавила она. - Я ее испытываю: перевожу каракули на адекватный язык, проверяю составы и записываю. Не одно эффективное средство уже получила.
  "Не верь ей".
  Объяснение было настолько убедительно, что дальше некуда. Охотник смотрел на обтрепанную обложку, обтянутую ветхой воловьей кожей, и чувствовал, что устал как собака, чтобы нормально думать. И спорить тоже. Ему просто вспомнилось, что он не спал больше суток.
  -Все это, наверное, безумно интересно. - Кисло отозвался он. Допил остатки чая и встал, собравшись уходить. Она наоборот, села со вздохом то ли облегчения, то ли - не показалось ли ему? - разочарования.
  -Напоминаю тебе никуда не деваться во время расследования, Инари. - Со сдержанной насмешкой улыбнулся он от двери и вышел за порог. Запоздало отметил ее вытянувшееся лицо и красные щеки, и со вздохом растер лицо ладонями, направляясь к тропе. И ведь сам не заметил, как впервые за все время вслух назвал ее именно этим именем.
  "Нужно отдохнуть, а то совсем рехнусь".
  Все, что о ней удалось выяснить, все, что она говорит, было настолько безобидно и убедительно, что пора оставить ведьму в покое. Но его не оставляло чувство, что он кое-что упускает. Что-то все равно не так.
   "Или я зациклен" - признал Маркус, глядя на темный лес.
  
   ***
  С утра его подняли два перепуганных местных следопыта. Взирая на злого и помятого охотника, с трудом уснувшего под самое утро, мужики похоже, почти пожалели о своем поступке и даже устрашились.
  Почти.
  -Мы по раннему утру ходили зайцев поднимать. - Правый мужик, с рыжеватыми усами, качнул сжатым в руке луком. - Ходили к югу, и туда, дальше от холма.
  -И нашли Бажену в яме. - Добавил второй, молодой и до зелени бледный.
  -Жива?
  -Мертвая, как есть мертвая! - Заверили они. Как бы ни выглядел охотник, а мертвая Бажена напугала их куда сильнее.
  "Ну и отчего она тогда не могла подождать пару часов?" - Едва не ляпнул Маркус, и тут же своих мыслей устыдился. Поднялся и поправил перевязь с ножами на поясе, с которой решил не расставаться даже во сне.
  -Что за яма?
  -Да мы... - Усач нерешительно, но все же закончил. - Мы покажем. Там так-то не объяснишь... Там знать надо.
  -Подождите две минуты. - Распорядился Марек и направился к бадейке с холодной водой.
  
   ***
   "Яма" оказалась живописным карстовым колодцем. В диаметре саженей тридцать, не меньше. Отвесные стены из слоистых скальных пород слегка нависали над дном, свесив вниз растительные "гребешки". Подземная река, веками размывающая эту бывшую пещеру, протекала не по всему дну, а лишь с правого края, где оно углублялось. Река, похоже, со временем сменила русло, потому показывалась наружу лишь частично, как змея, что показала изгиб на поверхности и тут же ушла вниз по норе. Сбросить тело в эту воду - было бы идеальным вариантом от него избавиться.
  Но убийца не счел нужным что-то прятать.
  Посреди колодца дно возвышалось небольшим холмиком из намытых камней, и было абсолютно сухим. На его верхушке, на самом видном месте и лежала Бажена.
  Скорее всего, она.
  Руки и ноги убитой были раскинуты по сторонам, лицо отвернуто в сторону и наполовину скрыто волосами. Платье задрано у подола и перепуталось вокруг бедер. На груди ткань порвана до самого пояса, и там от тела не осталось живого места после ударов ножа. Так же искромсаны открытые участки рук и ног. На первый взгляд хаотично, но охотник сразу понял, что линии складываются в некие символы.
  "Да ведь мы имеем дело с чернокнижником". - Признал он. Ему показалось на миг, что на солнце набежали тучи; так сразу стало пасмурно.
  Была раньше надежда, что преступления в Солони ограничатся лишь вредительством, которое не влечет за собой ни смертной казни, ни тяжелой каторги. Кошки, гроза с градом - это не такое уж редкое явление, неразумная проба сил.
  Охотник полагал, что пропавшая найдется живой и заблудившейся. В крайнем случае окажется убита лесным зверем или обычной нечистью. Но та не оставляет на жертве ритуальных знаков. Хотя здесь их наносили довольно грубо, через сопротивление еще живой девушки.
  Да, именно девушки! Маркусу и в голову не пришло уточнить возраст пропавшей. Сейчас, глядя вниз с отвесной стены, он чувствовал себя полным дураком. Снова. "Маленькая девочка, малютка-Бажена..." Тьфу.
  -Веревку. - Распорядился он. Следопыты переглянулись.
  -Мы не брали.
  Теперь дураками почувствовали себя уже они, под его уничижительным взглядом.
  -А вы господа, думали, что я притащился с вами из любопытства? Просто поглазеть и уйти? - Ядовито поинтересовался он.
  -Ну... - начал самый смелый. Охотник фыркнул, утвердив их в статусе идиотов окончательно.
  -Я запомню, что впредь вам надо разжевывать очевидные вещи. В следующий раз скажу обуться перед выходом из дома, или как передвигать ноги при ходьбе. Но сейчас надеюсь, вы и сами додумаетесь? - Дождавшись кивка, он отрезал: - Марш за веревкой, рогожей и двумя крепкими палками. Подойдут и древки от граблей.
  Проводив взглядом людей, скрывшихся в перелеске, он тихо вздохнул. Разумеется, это был и его просчет, не уточнить место нахождения тела. Но не бить же себя по лбу на публике.
  Без особой надежды, чтобы не терять времени, обошел колодец кругом, присматриваясь к следам поблизости и рельефу стен. То тут, то там между трещин проросли небольшие кустарниковые породы, активно изгибающиеся на отвесных стенах и тянущиеся наверх, к солнцу. Ни одного поврежденного или сломанного среди них не нашлось. Так же как и вокруг, по всему периметру. На камнях же, к сожалению, следов не остается.
  Единственное, что можно было утверждать точно - Бажену убили внизу, а не принесли труп и сбросили в колодец. Крови на камнях осталось как после двух человек, брызги застыли даже в четырех локтях от тела. Стало быть, жертва истекла кровью именно здесь. У ее ног камни оказались раскиданы, в отличие от остальной поверхности, одна ступня даже осталась упираться в крупный булыжник.
  Но как они оба - и жертва, и убийца - спустились вниз?
  Охотник сделал второй круг. На сей раз уже прицельно высматривая комбинацию выступов и выемок, которая более всего могла быть похожа на пригодную. Дожидаться следопытов не хотелось. А что если...
   Сняв арбалет с крепления на спине, он устроил его возле приметной коряги, там же оставил сумку с тяжелым снаряжением. И вернулся к краю с двумя толстыми арбалетными стрелами.
  Подергав за ближайший к краю куст и убедившись в надежности его корней, охотник развернулся к обрыву спиной и зажав одну стрелу в зубах, уперся ногой в первый выступ. Перенес вес на эту ногу, подался вниз и самым краешком носка нащупал узкую выемку. Вонзил в щель рядом вторую стрелу и отпустив куст, частично оперся на нее.
  Внимательно следя за тем, чтобы не повиснуть всем весом на одной опорной точке, он медленно, но упорно спускался. Тут главное - не торопиться и нервничать. Слушать успокаивающее журчание воды внизу (саженях так в десяти), нащупывать новую опору (размером с яблоко) и вгонять стрелы в новые и новые, попадающиеся на пути трещины (главное, чтобы древко не подвело).
  Водяной плеск приближался. Марек не торопился смотреть вниз. Прилипнув к стене всем телом, ощущая каждый чертов выступ собственными ребрами, он мысленно насвистывал. Вслух этого делать не хотелось: резко вдохнет, расширит грудную клетку и оттолкнется ею от стены, потеряв хрупкое равновесие. И в лучшем случае отделается купанием в ледяной воде и вывихнутой лодыжкой.
  Когда слева, на уровне его лица оказался приметный, заранее замеченный камень, выпирающий из стены как рогатая улитка из раковины, охотник выдохнул. И позволил себе, отпустив древки стрел, с силой оттолкнуться. Погасив инерцию переворотом, он с хрустом приземлился на ноги у самой кромки подземной реки. Хорошо, что хрустнули только камушки, принимая на себя непривычный вес.
  Отряхнув куртку и штаны спереди от мелкой крошки, Маркус выдохнул и задрал голову, прикинув преодоленное расстояние. Недурно.
  И вернулся к работе, направившись к мертвому телу.
  Вблизи девушка показалась еще более изуродованной. Распахнутые глаза уставились в никуда, затянутые мутной пленкой. Когда-то красивое лицо было перекошено и бледное, как мел.
  Нужно будет распорядиться, чтобы родителей не пускали к телу. Незачем на такое смотреть.
  Вернувшись, следопыты застали его за осмотром. Маркус как раз переносил в записную книжку едва различимые символы, вырезанные на девушке. Он уже успел провести первичный осмотр, убедиться, что причиной смерти с наибольшей вероятностью стала потеря крови, и определить время смерти в четыре дня, с погрешностью в двенадцать часов. Это учитывая холод, царящий на дне колодца и замедляющий процесс разложения. Еще он успел заметить прядь волос, зажатую в еще окоченевшей ладони. Находка не порадовала от слова "совсем".
  -Господин охотник? - Неуверенно окликнул один мужик, что держал в руке моток пеньковой веревки. - А чего же вы... сами уже... А зачем мы тогда веревку несли?
  Обернувшись и выразительно покосившись наверх, Маркус напомнил им без слов, что они идиоты.
  -Веревка для вас. - Разжевал он, казалось бы, очевидную истину. - Тело нужно поднимать. Вы думаете, мне легче будет сделать это, раскрутив ее за ногу и попросту забросив наверх?
  Левому следопыту, судя по зеленому лицу, живо представился данный способ транспортировки. Без лишних вопросов, хоть и с крайней неохотой, они принялись крепить свой страховочный трос к ближайшему достаточно крепкому дереву.
  
   ***
  Тело долго, со скрипом поднимали на сооруженных носилках, обвязав веревкой. Охотник поднялся по ней последним, но с таким невозмутимым лицом, что у мужиков и тени сомнений не возникло: не окажись троса, он бы прекрасно без него вылез, так же как и спустился.
  -Эх, самое веселье пропустим... - Разочарованно вздохнул тот, что помоложе, оглядываясь на деревню.
  -Пропускать там нечего. - Буркнул второй. - Ведьму может, и выкурят, да сами разве целы останутся?
  Переговаривались они тихо, но охотник обернулся моментально, как почуявшая дичь гончая.
  -Вы что - Тихо начал он, но таким тоном, что следопытам стоило начать закапываться самостоятельно. - ...За пару минут успели растрепать всей деревне о том, что здесь нашли?
  -Дак пастух как раз навстречь попался, ну и спросил, а чего не отве... - Запнулся старший. Не дослушав, орденец сорвался с места и кинулся в чащу по направлению к деревне. Да так точно, будто у него при себе был моряцкий компас.
  Переглянувшись, следопыты поняли, что труп им тащить придется самостоятельно.
  ...У корчмы, являющейся местным центром, уже собралась клокочущая недовольством толпа. С каждым криком ее злоба только набирала обороты. Уже звучали угрозы и призывы "забить эту поганую ведьму" и "нечего ждать, люди добрые".
  При появлении недоброго охотника, сделали милость - немного притихли. Уверенным жестом разогнав людей с краю, он прошел к очагу действия и лицом к лицу столкнулся с раскрасневшимся пастухом в странной шапке с торчащими "ушами". Голосистый активист снова вместо того, чтобы исполнять свои прямые обязанности, оказался в гуще событий.
  Тому хватило ума сориентироваться и попытаться "присоединить" его к общему веселью.
  -Вот, люди добрые, и охотник с нами, пора выкурить эту гадину из ее кубла!!
  -Назад и заткнуться. - Отчеканил Маркус. Высокий рост сыграл ему в плюс: на пастуха он уставился сверху вниз, волком. Пастуху осталась роль визгливой собачонки, приплясывающей рядом с оскаленной пастью.
  Маркус обвел взглядом собравшихся людей.
  -Что случилось? - Спросил он.
  По выкрикам стало понятно, что Мельору едва ли не застукали над телом с ножом в руке, а уж кровавый след от колодца к ее хижине видели уже человек десять. Только эти "свидетели" куда-то подевались; все на них ссылались, но никто не видел.
  -Вы уже в курсе, где нашли тело. Что, тощей ведунье хватило бы на такое сил?
  -А темные силы ей помогали! - Выкрикнул кто-то. Не сказать, чтобы совсем необоснованно, но охотник все равно разозлился.
  -Неужели кто-то здесь разбирается в темных силах лучше моего? - Ядовито поинтересовался он, чуть склонив голову набок. - Может, расскажете, научите меня?
  Народ опомнился и чуть притих, "вспомнив" кто собственно, с ними говорит. Но пастух вернулся к теме добровольческой помощи, поправляя шапку, как если бы приглаживал волосы.
  -Да мы же в подспорье, аки помощники ваши! Дурного не хотим!
  -Отлично, в случае надобности буду знать, куда обращаться. - Кивнул орденец. Пастух от негодования аж пошатнулся. Кажется, едва уловимый сарказм он один принял на свой счет, хотя остальные даже не заметили.
  -Уж извиняйте, господин Марек, но вы дела-то всего видать, не понимаете! Надо давить заразу, пока совсем не осмелела, а не ждать неведомо чего! Правильно, люди!? - Щедрым жестом обратился он к публике. Та с оглядкой на охотника, все же поддержала воинствующими криками.
  -Вмешательство в дело ордена, в обход прямого запрета - Мрачно напомнил Маркус. - Карается так же, как и совершенное в рамках дела преступление.
  Однако в столь отдаленных местах, как забытая богами и сборщиками податей Солонь, орден казался далеким-далеким и не таким уж страшным. Люди стали возбужденно перешептываться, а пастух вообще пошел напролом.
  Он развернулся к охотнику и с потрясением ткнул в него пальцем.
  -Да она... да она никак зазноба твоя, что так выгораживаешь!
  Маркусу хватило сил удержаться от точного удара в челюсть. Он мысленно уже слышал, как хрустят зубы и как пастух падает на землю, сплевывая кровью. По крайней мере, это бы точно его заткнуло.
  Вместо этого охотник, скрестив руки на груди, уставился на парня с таким недоумением, словно Мельора была уродливой старухой лет за двести, или даже старцем.
  -А! - "Понял" он. - Так это местный дурачок? Что ж вы сразу не сказали, а я тут распинаюсь перед блаженным!
  Из толпы кто-то хихикнул. Уже хорошо. Общий накал удалось снизить: в личную заинтересованность Маркуса не поверил никто. Хорошо, что никто здесь не был телепатом.
  Но пастух, даже без активной поддержки со всех сторон, не унимался и продолжал кукарекать:
  -А что ж тогда ее не казнили еще!?
  -Виновный не уйдет. - Мрачно заверил охотник. - Не сомневайтесь.
  Пастух оступился и нервно сплюнул. Но сбоку его все же поддержали:
  -Так она виновная-то!
  -Это дело ордена. А не ваше.
  -Да она... да она ж заколдовала его, голову заморочила! Ведьма же! - Нашелся неугомонный скотник, тыча в него пальцем. - Вот он и не может сам справиться!
  -Конечно. - С сарказмом усмехнулся Маркус. - У меня же нет с собой средств защиты от магии. Зачем она охотнику?
  Кто-то снова сдержанно хихикнул. Но люди, хоть и порядком усомнились в идее самосуда, не спешили расходиться.
  -Да ты никак издеваешься!? - Вскипел пастух, не заметив, как перешел на личности. - При оружии, так сразу самый умный и главный!?
  И решив что поза охотника говорит о расслабленности, расхабрившийся скотник кинулся на него с кулаками, надеясь застать врасплох.
  Тот пропустил дурака мимо, в последний момент увернувшись и ладонью подтолкнув в спину, так что наглец едва не растянулся в пыли. Толпа жадно глазела на это со всех сторон, готовая вмиг сожрать более слабого. Так что на лице Маркуса сохранилась невозмутимость и лишь легкое раздражение, как если бы его трепал за штанину щенок.
  -Ага, видите... - Сумевший сохранить равновесие пастух укрепился на двух ногах как железных опорах моста и снова обратился к людям. - Точно слепец, дела толком разглядеть не может, только невесть чем бахвалится!
  "Ну ты, идиот, сам хоть понял, что сказал?" - можно было прочитать по лицу охотника. Это оказалось куда эффективнее, чем вступать в спор и доказывать что-то.
  -Талас, да ты его как коровы твои, забодай! - Хохотнул кто-то, явно подначивая пастуха еще разочек опозориться. Тот будто шкурный интерес в этом деле имел (билеты на сожжение ведьмы продавал, что ли?) сразу же повелся.
  -Да что болтать тут! - Возопил неугомонный Талас. - Идти надо, люди добрые, самим себе помогать, коли этот пустобрех...
  Точный удар кнута, выдернутого из-за пояса невнимательного скотника, сбил с того нелепую шапку. Пастух и не понял, что произошло, оглянувшись себе за спину, а половина кнута, змеей вильнув по земле, вернулась к охотнику и оказалась скрученной в его руке. Было очевидно, что цель он мог выбрать и совсем другую.
  -Смотри не наговори лишнего. - Процедил охотник. - Или я решу, что ты ставишь действия ордена под сомнение.
  -Да я лично тебе, а не ордену, сейчас морду набью! - Ощетинился пастух и сделал новую попытку, но охотник снова не стал применять оружие. Он только увернулся и перехватив петлей кнута шею нападавшего, крутанул и отбросил на землю. Тот пытался извернуться и упасть на вытянутые руки, но левая не успела выпрямиться, подогнулась и пастух приземлился на нее животом.
  Охотник по себе знал, как бывает после удара в солнечное сплетение: спазм в животе и ужас от невозможности сделать хоть малейший вдох, пока не расслабятся легкие. Но человека ему было совершенно не жаль. Он перевел взгляд на толпу и поинтересовался:
  -Еще вопросы?
  Пастуху попытались помочь встать, но тот в запале отпихнул от себя первую руку и кое-как поднялся сам, скрывшись среди односельчан. Кто-то из них и вправду попытался неразборчиво вякнуть в возмущении. Маркус в ответ на это медленно перебрал пальцами по рукояти кнута. На том вопросы толпы и закончились.
  -Разойтись! - Резко приказал он.
  Неизвестно, что бы ему пришлось делать, если бы они сообразили не послушаться. Но потеряв главного барана, отара мигом присмирела. И ворча как рой пчел, переваривая усвоенный урок, стала понемногу рассасываться.
  "Остолопы".
  Задумчиво похлопывая себя свернутым кнутом по ноге, охотник постоял у дверей пивной, провожая их взглядом. И только тут заметил незнакомца.
  Тот стоял в десяти саженях у заборчика, примыкающего к стене корчмы, и прислонившись к нему, любовался бегущими по небу облаками. На первый взгляд не бросающийся в глаза, обычный путник с шапкой русых волос и с заплечной сумой, лежащей у ног. Только закинутая на плечо куртка выдавала себя покроем и качеством, и многочисленные карманы на штанах тоже не для всех характерны. Да еще ботинки кроме тяжелой подошвы прятали в голенищах пару ножей, чьи рукояти можно было угадать по утолщениям у швов.
  Почуяв взгляд Маркуса, незнакомец отмер и легко подняв свою ношу, деловитым шагом направился к нему.
  -Приветствую, коллега! - Радушно улыбнулся он, и протягивая руку для пожатия, блеснул на миг засветившимися синими глазами.
  
   ***
  "Вот показушник". - Хмыкнул охотник, пожимая его руку в ответ. Впрочем, Маркус не ожидал, что помощь прибудет настолько скоро и приветствовал соратника, не скрывая радости, едва по ошибке не протянув ему кнут вместо руки.
  -Марек. - Кратко представился он. Это имя ему было уже привычней, чем данное при рождении.
  -Вархарт. - Назвался другой охотник, и тоже сократил: - Просто Харт. Ничего, что я не вмешался? - Осторожно уточнил он.
  Марек оглянулся на последних растворяющихся зевак.
  -Им сейчас и одного орденца хватило.
  -Я тоже так подумал. К тебе они присматриваются. Если решат, что в одиночку охотник-воин с толпой справиться не способен, раз ему на выручку прибежал маг, то это будет не очень хорошо для дела. И для нашей репутации. Я бы подстраховал, но подумал, что ты и сам прекрасно справляешься. - Харт хмыкнул. - И я о тебе уже наслышан, Марек-Ястреб.
  Маркус покосился на кнут, который все еще держал в руке, и отбросил в пыль. Если надо, подберут.
  -Голоден с дороги? - Спросил он.
  Маг сдержанно кивнул, но его выдало урчание в животе. Очевидно кинувшись на подмогу, он решил обойтись без перерывов на завтрак. А судя по покрасневшим глазам, не спал эту ночь.
  Кивком пригласив следовать за собой, воин открыл дверь в зал таверны, где оказалось пусто, как на кладбище. Впрочем, на столе уже стоял завтрак Маркуса, который он вчера просил оставить к этому часу. Как раз коллега сейчас и подкрепится.
  -Пешком что ли? - Спросил он, садясь и подвигая тарелку к другому краю.
  -Нет, лошадь устала. Я не хотел ее загонять и оставил в паре верст отсюда. На околице заплатил мальчишкам, чтобы привели и позаботились. Она спокойная, так что в руки им дастся. - Выдохнул Харт, с явным наслаждением опускаясь на другой стул, и посмотрел на него. - Не знаю, почему так спешил. Но чутье не обещало мне ничего хорошего.
  Это Маркус предпочел оставить без комментария, дабы еще не сглазить.
  -Каков твой ранг, как охотника? - Спросил он.
  -Восьмой. - Маг понял, что еду предлагают ему, и схватил вилку.
  Воин про себя усмехнулся: они оказались равны. Седьмой ранг охотник получал, выходя на практику, а восьмой и девятый уже в поле, за опыт. Ни статуса, ни привилегий это не добавляло, а лишь помогало определиться с командованием при сборе в группу: при совместной работе важна координация.
  Впрочем, в паре "воин-маг" важна как раз совместная работа и дополнение друг друга по специализации, по примеру связки "щит-меч". Так что ранг в их ситуации не играет роли: задачи разные.
  -А как мага? - Счел он нужным уточнить.
  -Второй. Но уровень силы равен третьему. - Ответил коллега, как голодный зубарь вгрызаясь в куриную ножку.
  Маркус поневоле взглянул на него с уважением.
  Первого ранга среди магов хватало: ведуны, пророки, Видящие - уровень их внешнего воздействия довольно слаб. Сильнее всех среди них Целители, но их воздействие имеет строго определенное назначение, и атаковать они тоже не способны. Первый ранг предназначен больше видеть, чем бить.
  Третий - совсем другое дело: считывать следы и энергетику они тоже могут, но только после обучения, а сильны как раз в вопросе внешнего воздействия. Некроманты, стихийники, бестии - каждый сам по себе внушительная боевая единица.
  Второй же ранг был, как говорится, ни рыба ни мясо: ясновидящие универсалы с изначально небольшим резервом. С одной стороны, у них был выбор и равные возможности как видеть, так и воздействовать. В плане силы эти маги тоже были всеядны и могли "подпитаться" как от бегущей воды, так и кладбища.
  Но если третий ранг по умолчанию обладает резервом не меньше условных тысячи единиц, то для второрангового это результат многолетнего труда и постоянных тренировок.
  Так что сам факт уже говорил о коллеге многое - упрямства и целеустремленности ему не занимать.
  Пока тот расправлялся с разогретым вчерашним ужином, Маркус кратко обрисовал ему суть дела, не сообщая своих мыслей по этому поводу. Только сухие, пока что краткие факты: совершенные, по словам свидетелей, деяния, наличие в деле подозреваемой, но недостаточность доказательств, и факт обнаружения тела, которое и вызвало такие народные волнения. К этому он присовокупил все, что узнал в разговорах с местными, а так же что против этого сказала Ина..., тьфу, то есть Мельора.
  -Потом подробности расскажешь? - С набитым ртом уточнил Харт.
  -Все, что знаю. - Согласился его коллега.
  -Тело убитой осмотреть еще можно?
  Воин поднял подбородок от сцепленных в замок рук, и покосился в окно на пустую улицу. "Носильщиков" еще не было и в помине.
  -Оно в пути. - Заключил он.
  -Место убийства?
  -В трех верстах к юго-востоку, если по прямой. Стоит тебе осмотреть его и попробовать поднять след. - Охотник задумался. - Если это был кто-то из местных, то след, конечно, приведет сюда и затеряется на улице. Тем более, что ему не меньше четырех дней. Но попробовать нужно.
  Тихонько приотворив дверь, внутрь просочился хозяин таверны, наболтавшись с соседями и хорошенько обмыв косточки охотнику, так что у того уши горели. Но обсуждения не прошли без пользы, потому как мужик косился на них едва ли не с благоговейным ужасом: "Тут один чего стоит, а их уже двое!?". Оба орденца как раз от жары закатили рукава, и метки-татуировки чуть ниже локтей были прекрасно видны.
   Робко покосившись на стол и спросив, не нужно ли чего еще, хозяин хотел обойти их за стойкой, но был остановлен обернувшимся Хартом. Маг уже успел подмести все, что было на тарелках, до последней крошки и похлопал по своей сумке, лежащей на лавке рядом.
  -Я здесь пока вещи оставлю, пока ночлега не нашел. Идет?
  Мужик кивнул и поспешно скрылся в коридоре. Маркус спохватился, пощупал лавку рядом с собой и понял, что забыл и сумку, и арбалет у памятного колодца, когда бросился в деревню.
  "Да с каких пор я стал таким рассеянным!?" - Он мысленно дал себе затрещину, вставая из-за стола.
  Но на выходе из корчмы на глаза как раз попались носильщики с телом, укрытым вторым куском мешковины. Вниз свесилась рука убитой, и Марек про себя отметил, что на нижней стороне почти нет синюшных пятен от стекшей в теле крови.
  -Господин охотник! - Окликнул следопыт, идущий вторым, и остановкой стопорнул товарища, у которого едва не вырвало носилки из рук. - Мы поняли, что вещи ваши надобно захватить. - Похвастался он, дергая за ремень перекинутую через плечо сумку. За спиной у его товарища болтался арбалет, постукивая крылом по пояснице и наверняка причиняя массу неудобств. Так что он расстался с ним довольно охотно.
  Маркус, естественно, сделал вид, что так и было задумано.
  -Молодцы. - Сухо похвалил он и обернулся к Харту, который задумчиво смотрел на тело. - Тогда сначала осмотрим ее.
  ...Для дел ордена староста еще вчера выделил бывший сеновал на отшибе, в котором теперь хранился сломанный огородный инвертарь. Стены пропускали столько лучей через щели, что даже светильник не нужен, но Маркус распорядился все же его принести. Тело устроили на трех поставленных рядом табуретах, на которых положили доски. Досок хозяйке было особенно жалко, но спорить с орденцем она не стала. Так что довольно скоро они собрали все необходимое и смогли приступить к вскрытию.
  -Эх, работонька любимая... Только приехал, и сразу на самое интересное! - Харт размял пальцы и шею, надев передник, и сразу стал похож на повара из любимого Маркусом трактира. Будто сейчас закончит смазывать руки растительным маслом от липкости, и примется за кусок теста перед ним. Только масло сейчас заменял обеззараживающий раствор, а тесто... ну, понятно.
  Маркус усмехнулся, прекрасно понимая причину такого сарказма. Несмотря на практику и стаж, трупы прекратили вызывать отвращение, но ни на йоту не стали приятнее.
  -Обрати внимание на символы. Встречал такие раньше?
  Харт наклонился поближе, убедившись, что раствор уже застыл на его коже непроницаемой пленкой.
  -Этот кажется знакомым. - Маг ткнул пальцем в плечо жертвы. - Он используется как ключ. Сам по себе безобиден. Этот - Он указал на ее левое бедро. - Служит связующим, и обозначает принадлежность кому-то. - Выпрямившись, он окинул взглядом все тело и нахмурил брови.
  -Больше ни одного не узнаю.
  -Тогда приступаем к первичному осмотру.
  Маркус помог срезать с трупа изорванную одежду, открывая взгляду все нанесенные раны. Некоторые из них окружали слабые кровоподтеки: нож всаживали в плоть с такой силой, что рукоять оставляла следы.
  -Окоченение не успело пройти до конца. - Отстраненно заметил маг, приподнимая ее голову и поворачивая из стороны в сторону, чтобы осмотреть шею и убедиться в наличии следов удушения. - Но если на месте обнаружения холодный и влажный воздух, то естественно, что процесс замедлился. Кожа и слизистые бледные, малокровные. Но есть точечные кровоизлияния: шок.
  Он приподнял ее плечо, затем руку, приподнял и осмотрел спину.
  -Трупные пятна практически отсутствуют, в теле осталось слишком мало крови... - Он поднял глаза на Маркуса. - А ты что думаешь?
  -Я уже проводил первичный осмотр и хочу послушать твои выводы. - Пояснил охотник, наблюдающий за ним со стороны.
  Харт пожал плечами.
  -Я сразу могу сказать о больших потерях крови, которые, скорее всего, и стали причиной смерти. Там где ее нашли, было сильно забрызгано?
  Марек кивнул.
  -Но крупные артерии не повреждены. Кровопотеря не была быстрой... - Размышлял второй охотник. - Порезы на плечах нанесены нарочно, но на внутренней стороне предплечий хаотичны и неглубоки. Она закрывалась руками и мешала убийце. Стало быть, он был один. Иначе сообщник держал бы за руки... Он мог разозлиться и придушить ее до потери сознания, чтобы не сопротивлялась, а потом наносить нужные знаки. Но на шее следы удушения слишком слабы...
  Харт вернулся к голове девушки и снова аккуратно взял ее в ладони, на сей раз наоборот, прикрыв глаза. Они засветились синим, а лицо мага отрешенно застыло: в получении информации он применял все доступные методы.
  -...Нет, воздействовали как-то еще. - Медленно проговорил он. - Грубой силой, не заклинанием, ударив через ладони прямо в шею и позвоночник... Мозгу перекрыли возможность контролировать тело. Ее обездвижили, но не вырубили.
  Маркус мрачно поджал губы и тоже потянулся за тонким ножом. Вскрытие они проводили уже вместе.
  Спустя какое-то время, сменив несколько инструментов, маг снова заговорил:
  -Кровоизлияния на внутренней стороне сердца, под левым желудочком.
  -Признак смерти от кровопотери. - Кивнул Маркус. - Плюс мало крови в полостях сердца, но при этом на внутренних органах капилляры не пусты.
  -Шок.
  Почти сразу оба убедились в наличии "шоковой почки", и заключение сделать было легко.
  -Все-таки шок. Кровопотеря лишь сопутствовала. - Заключил Харт, сливая воду из ковшика на руки коллеги.
  Тот снова кивнул.
  -Раны нанесены грубо. - Добавил он. - Символы кривые. Резал не просто дилетант, а полный неуч.
  -Что ж, мы имеем дело с чернокнижником. Не имеющим образования и понятия, как действовать аккуратно. Что кстати, противоречит подозрениям по поводу лесной ведьмы. - Заметил маг. - Ведь знающий человек нашел бы способ обездвижить жертву аккуратно и точно.
  -У ведьмы есть диплом Магика.
  -Да? - Присвистнул Харт. - Тогда тем более. - Он встряхнул мокрыми руками, поискав взглядом полотенце, но им-то как раз забыли запастись.
  В дверь несмело постучали.
  -Входите. - С сарказмом отозвался Маркус.
  Староста заглянул в дверь, но расчлененки не обнаружил. Охотники, закончив со вскрытием, уже "собрали" все как было и укрыли плотной мешковиной, как простыней.
  -Господа. - Нерешительно начал он. - Вы хоть сообщите, какие результаты там у вас. Народ волнуется.
  Харт отреагировал первым.
  -Не припомню, уважаемый - Улыбнулся он - ...Предписаний, которые обязывают нас отчитываться перед светскими властями. Представителем которых вы и являетесь.
  -По-человечески прошу, скажите, кто убил? - Пробасил бывший кузнец. Орденцы переглянулись.
  -Когда выясним, обязательно скажем. - Оскалился Маркус. - А пока прошу не мешаться.
  -Надеюсь, вы знаете, что делаете.
  Оба охотника уставились на него так, что здоровяк резко перестал чувствовать себя таковым.
  -То есть, уверен, что знаете. - Поправился он и исчез, забыв закрыть за собой дверь.
  -Ага. - Удовлетворенно сказал Харт. - Вспомнил: так вот почему я не люблю работать в глуши!
  
   ***
  -Итак, подробности дела. - Напомнил маг, присев тут же, на ближайшую удобную бочку.
  Маркус поведал о своих разговорах с жителями, детьми и Нейлой, а так же свои выводы относительно них.
  -Лекарша неумеха, хоть и старается, доказывает свою полезность. Детей она держит в постелях, перестраховывается. Они очень медленно идут на поправку, отчего она не находит себе места и похоже, не знает что с ними делать.
  -Я на них тоже должен взглянуть. - Подметил Харт. - Что по поводу этой Мельоры?
  -От рождения ведунья. Обученный, дипломированный лекарь. Имеет стаж работы в городской лечебнице. - На этих словах второй охотник тихо присвистнул. - О ее прошлом известно мало; это внебрачная дочь старосты Лиара и сводная сестра Нейлы, но об этом кроме нее самой никто не знает. Уровень силы невелик, но лично я этого проверить не мог. Уровень теоретической подготовки весьма и весьма высок. В том числе и вне учебной программы.
  -И что ты о ней думаешь?
  -Что я о ней думаю, лучше держать при себе. Это субъективно.
  -Почему?
  -Я с ней спал. - Бесхитростно признался Маркус.
  Стоит признать, Харт почти не выказал своего изумления. Он лишь откинулся спиной назад и миг переваривал услышанное.
  -Когда ты успел!?
  Воин сложил руки на груди.
  -Мы пересеклись около трех лет назад. Меня тверги поцарапали, одна еще и повредила глаза - Он повел плечами, стараясь избавиться от неприятных воспоминаний. - Она меня лечила, ну а там сам понимаешь: избушка среди леса, одиночество.
  -Хм. - Только и ответил соратник.
  -Я не знал, что снова встречу ее здесь. - Охотник задумался, глядя себе под ноги. - Потому я не могу полагаться на собственное мнение. Может, я вижу какие-то доказательства ее невиновности. А может, хочу их видеть? В конце концов - Он указал на свое лицо. - ...Своими глазами я обязан ей, как минимум.
  -Тесен мир. - С чувством сказал маг. И на том счел тему личных отношений закрытой. - Тогда расскажи факты, чтобы я имел о ней хоть примерное представление.
  -Помни, что она непроста. Подозреваю, что у нее есть альтернативные источники знаний, возможно даже запретные. На это очень многое указывает. Сам факт моего излечения хотя бы. Тверга плюнула мне прямо в глаза, а Мельора сумела вылечить более суток спустя, причем идеально.
  Маг с пониманием кивнул.
  -Рецептики у нее явно не традиционные.
  -И еще. Я подстраховался от местных, которые и так взвинчены, чтобы они не заметили. Но вот что я еще нашел в руке Бажены.
  Маркус достал из кармана листок, вырванный из блокнота и сложенный конвертом. Развернув его, Харт увидел прядь смольно-черных волос.
  -Как я понимаю, Мельора брюнетка?
  -Крашеная. - Невесело усмехнулся Марек. - От природы она в одну масть с Нейлой, но скрывает от местных как происхождение, так и волосы. Но факт есть факт.
  Мага, похоже, порадовал его самоконтроль - ведь улику мог бы и скрыть. Но коснувшись волос и задумчиво перебрав их в пальцах, он непонимающе нахмурился.
  -Я сейчас могу тебя одновременно обрадовать и озадачить. Эти волосы мертвые.
  Маркус с таким же непониманием уставился на него.
  -То есть... потому что давно вырваны?
  -"Давно" это не меньше года назад.
  -Значит - Неуверенно проговорил охотник - Они или срезаны год назад, или взяты у годичного трупа?
  -Несомненно.
  Маркус потер ладонью затылок, будто хотел снять с него ощущение невидимого груза. Он опасался окончательно запутаться, потому вообще запретил себе формировать выводы.
  -Что ж. - Харт свернул конверт, спрятав пока что в карман, и встал. - Это все добавило мне желания пообщаться с этой ведьмой. Но сначала взглянем на место, где нашли жертву.
  
   ***
  Если взглянуть на местность с высоты птичьего полета, отметив как на карте, положение деревни, злополучного колодца и хижины Мельоры, то они выстроились бы вершинами вытянутого треугольника с тупым углом. На вершине тупого угла оказывалась хижина ведьмы, так что решив начать с колодца, охотники делали большой крюк. Но возможные остатки следов, оставленных убийцей, были важнее.
  Харт едва ли не уткнувшись носом в землю, долго исследовал почву вокруг, напряженно сверкая глазами и наговаривая под нос заклинания.
  -Шхурня какая-то! - С досадой заявил маг, подходя к краю. - Как будто они по воздуху прилетели, и так же он потом улетел. Я спущусь, пожалуй.
  Не дожидаясь ответа, он оттолкнулся от края и спрыгнул вниз. Замедлил падение и в конце мягко коснулся ногами земли, словно лишь соскочил с высокого стула.
  Маркус хоть и захватил с собой веревку, присел рядом с краем и поудобней скрестив ноги, решил немного передохнуть. Он пожалел, что не потребовал в таверне принести еды и себе тоже, потому сейчас грыз сорванные по дороге яблоки. Приторно-медовые, с суховатой мякотью, они были почти как сладкий вареный картофель.
  Тем временем маг задумчиво обошел дно колодца, присматриваясь к стенам: очевидно, тоже искал подходящее место для подъема-спуска. Он остановился там же, где утром лез Маркус. Помассировал подбородок и потом только заметил две торчащие из стены стрелы. Перепутать их с оружием возможного убийцы было сложно: приметное оперение.
  Хмыкнув, маг развернулся и направился к центру. Осмотрел темные потеки, по ним наверняка прикинул положение тела. Присел на корточки, поднес ладонь к камням, на которых лежала девушка и осторожно, едва касаясь, провел по ним кончиками пальцев. Настороженно переместил руку немного влево и положил полностью, прижав к неровной поверхности.
  Маркус отсюда не видел его глаз, но знал что у мага они сейчас стали пустые-пустые, как у куклы. Харт так и застыл, таращась в пустоту, и только судорожно сглатывал, а потом часто задышал, будто весь путь до колодца проделал бегом.
  Это насторожило.
  -Вархарт? - Окликнул Марек, отбрасывая в сторону огрызок. Ответ последовал незамедлительно: по телу соратника прошла судорога и переросла в крупную дрожь, как в припадке.
  -Харт!!
  Охотник сильно пожалел, что не может так же быстро слевитировать вниз, в спешке закидывая веревку петлей вокруг древесного ствола. Быстро затянув узел, он подбежал к обрыву и спрыгнул. Вокруг засвистел воздух, но веревка как живая, рванула ладони, и налетев ногами на стену, Маркус оттолкнулся и стал спускаться. Одно хорошо: в отличие от медленного и сосредоточенного спуска со стрелами, он мог оглядываться назад и следить за магом. Он видел, как Харт, понемногу отклоняясь назад, теряет равновесие и падает на спину, после чего его заколотило гораздо сильнее. Пальцы рывками сгребали камни в горсти, а глаза закатились, оставив лишь белки.
  Последний толчок-прыжок окончился приземлением ногами в ледяную воду. Разбросав тучу брызг по сторонам, охотник выскочил на берег, и тут Харт рывком поднялся на колени, будто его вздернули за грудки.
  Маркус напряженно замер. Маг, застывший с безвольно повисшими руками, уставился куда-то сквозь него. Губы еле заметно шевелились, как в бреду, и стало понятно, что происходит.
  На профессиональном языке магов-практиков, Харт "попал в колею". Как тележное колесо, и теперь поневоле следует по чужой дороге. Но чей отпечаток он подхватил?
  Маг "ответил" на этот вопрос, медленно поднимая правую руку и сжимая пальцы в кулак, будто держал в ней рукоять ножа. Снова застыв, уставился уже вниз, и его лицо приняло такое выражение, что если бы на камнях кто-то лежал, ему оставалось лишь заорать от страха. Левой рукой Харт словно прижимал что-то к камням: чье-то горло. Ладонь с "ножом" поднялась еще выше, и после паузы резко сорвалась вниз.
  Чернокнижник должен был читать заклинание-призыв, когда наносил удары; маг просто хрипел как придушенный. Прервать это было невозможно, только ждать, но Маркус не желал видеть, как соратник борется неведомо с чем - с явными усилиями сдерживая свою руку, так что та двигалась дергано, словно у марионетки.
  Он вытащил кинжал с массивным основанием рукояти, намереваясь оглушить мага и оборвать тем самым связь, но когда до него оставался один шаг, Харт сумел вырваться сам. Он пошатнулся, со стоном ухватился за горло и оторопело заморгал, уже вполне осмысленно глядя на встревоженного соратника, замершего в полушаге. Впрочем, тот сразу поменял выражение лица и присел, опершись на одно колено.
  -Это был он. - Сказал Маркус скорее утвердительно, чем спрашивая. - Я видел.
  -А я видел ее. - Прохрипел маг, еще не отошедший от приступа, и пошатнулся. - Я видел, как она сопротивлялась и умирала. Здесь... под моей рукой.
  Он с трудом встал, старательно отряхиваясь, и несознательно провел ладонями по лицу, чтобы стереть с него "кровь", что наверняка после убийства покрывала чернокнижника с головы до пояса. Выдохнул раз, еще раз, прикрыл глаза и со следующим выдохом плавно опустил руки.
  -Никогда не привыкну. - Пробормотал.
  -И не надо.
  Харт открыл глаза.
  -Привыкнуть, значит принять за должное. - Пояснил Маркус. - А пока ты можешь что-то чувствовать, значит живой. - И протянул ему свою фляжку.
  Маг без вопросов выпил половину. Ему не очень понравилось, что кто-то видел его в таком состоянии, но коллега догадливо не стал на него таращиться и лезть с дурацким: "Ты как? Все в порядке?".
  И так ясно, что не в порядке.
  Вместо этого Маркус спокойно отряхивался и убирал со штанин ниже колен налипшие водоросли, ошметки которых плавали в воде. Эти водоросли навели его на некую мысль, которую стоило уточнить у местных.
  Харт довольно быстро пришел в себя, так что подобный приступ у него явно был не первый. Он лишь хмуро оттолкнул один камешек ногой и поднял голову.
  -Удивительно везучий чернокнижник. - Сухо сказал он, поглядев на высокие стены. - Идеальное место для подобных ритуалов. Вроде как и под землей в пещере, и при этом есть доступ для лунного или звездного света. К тому же здесь его бы точно не застали, даже вздумай он развести ритуальный огонь. Хотя он не разводил... все происходило при свете луны.
  -Мне показалось странным, что он не захотел избавиться от тела. - Маркус указал на реку, которая показывала блестящий бок с правого края колодца и после поворота скрывалась под камнями. - Сбросил бы туда и конец истории.
  -Кстати, да. Неужели настолько поверил в свою безнаказанность?
  -И я так подумал. Но ты глянь. - Маркус показал на водоросли, валяющиеся у его ног. - Речные. Сдается мне, что сброшенное тело могло выплыть у мостков в деревне, или в любом другом месте, где бы его быстрее обнаружили. Может, эта подземная река соединяется с местной, черт знает как...
  Маг лишь кивнул, принимая догадку. Он имел пришибленный вид и все еще помнил перехваченные видения глазами убийцы. Признаться, Маркус никогда не видел вживую такого погружения. Как и магов, умеющих считывать энергетику не хуже Видящих. Но сейчас Харту он сочувствовал.
  Тот сморгнул и посмотрел на веревку, свисающую сверху.
  -Вот ее ты приготовил как раз. - Заключил он. - Думаю, здесь ловить больше нечего. Полезай-ка первым, мне нужно будет помочь. - И пояснил: - Я весь резерв сжег, когда пытался очнуться.
  -Тогда перейдем к следующему пункту в списке посещений. - Маркус вошел обратно в воду по щиколотку и взялся за веревку. Ему тоже не хотелось здесь больше оставаться.
  
   ***
  -Да прекрати ты... - Раздраженно бормотала ведьма. - А ну, лапы опустил! Лапы, говорю, убери, скотина. - Она запыхтела, перехватывая поудобней как орудие пытки, так и страдальца и неубедительно заворковала: - Ну давай уже, открывай рот! За маму.... за папу...
  Щенок упирался, как кошка, которую макают мордой в сделанную лужу. Передними лапами - в ложку, задними в ее колени. Мотая мордой, он сжимал слабые челюсти и сопротивлялся каждой порции каши, заваренной с мясом и прогорклой от добавленного лекарства.
  Ведьма очень жалела, что у нее нет поршневого шприца - дорогая штука - чтобы влить лекарство ему сразу в горло. Приходилось действовать, как есть.
  -Да что ж это такое... - Она одной рукой перехватила его морду и пальцами пыталась раздвинуть челюсти. Когда это удалось, быстро впихнула внутрь полную ложку и захлопнула ему пасть, придержав обеими руками.
  Щенок уставился на нее с усталой обидой и спустя какое-то время вынужден был сглотнуть. Он совершенно отказывался понимать, что противная бурда спасла ему жизнь, а предпочитал помереть в комфорте.
  -Вот! - Обрадовалась ведунья. - Осталось всего лишь пол-чашки!
  -Хозяйка! - Мерзко донеслось со двора. Голос-то на самом деле приятный, причем до волнительного знакомый, но настолько не вовремя!
  Продолжая цепко держать пациента, она поднялась и пристроила его хвостатой задницей на бедре. Толкнула дверь коленом и уставилась уже на двух охотников, разных внешне, но чем-то неуловимо похожих между собой как братья.
  -Вы никак, почкованием размножились!? - Опешила она.
  Незнакомец справа рассмеялся. Маркус только невозмутимо глянул, покосившись на вяло отбрыкивающегося щенка. Впрочем, он отметил про себя, что сменив балахон на свободные штаны и светлую рубашку с шитьем, ведьма стала выглядеть куда лучше.
  -Думаю, не стоит ходить вокруг да около: нужно кое-что узнать. - Сказал он.
  Она покосилась на их руки. Обеззараживающий раствор не смывался простой водой, а долго намыливаться им сегодня было некогда. Сейчас пленка начала сходить сама, и казалось, что охотники сбрасывают кожу, как ящерицы.
  Синхронно опустив взгляды, они принялись отряхивать ошметки с ладоней. Закончив с этим первым, Маркус направился к ступеням. Ей пришлось посторониться, чтобы он чего доброго, не налетел на нее.
  "Ладно, сегодня твои мучения окончены, везучий мерзавец" - Она повернулась и посадила щенка в корзину. Тот не пожелал там оставаться и запрыгнув на край, вовсю обтявкал посетителей.
  Мельора пригрозила ему измазанной в каше ложкой, и звереныш, устрашившись продолжения обеда, уполз на дно корзины.
  -Чего вам еще? - Неприветливо спросила она, оборачиваясь.
  Маркус остался стоять у стены, а второй, усевшись, осматривался, словно покупатель на рынке.
  -Поговорить о Бажене. - Сказал воин. Ведьма не стала подходить к столу, а села рядом с корзиной на сложенную стопку дровишек с другой стороны от входа. Несознательно потерла левую лодыжку, которая продолжала отчего-то ныть.
  -А что Бажена? - Довольно спокойно отреагировала она. - Таскалась за мной, спрашивала про приворотные и отворотные зелья. Но у меня вы ее уж точно не найдете.
  -Уже нашли.
  -Да? И как она вам?
  -Внутри или снаружи? - Отстраненно спросил Вархарт, вместе с коллегой проследив, как вытянулось ее лицо.
  -Это такой своеобразный юмор? - Не поняла она.
  -Вашу Бажену - Пояснил Маркус. - ...Нашли искромсанную ножом, как тренировочную мишень.
  Инари побледнела. Сидящая комочком, с поджатыми ногами в коротких брюках, открывающих тонкие лодыжки, она стала похожа на испуганного подростка.
  -Кто ее убил? - Сдавленным голосом спросила она и тут же натянуто усмехнулась. - А, ну да. Конечно же, я.
  -Люблю чистосердечные признания, но можно как-нибудь поискренней? Или вообще тогда не молоть чепухи. - Отрезал Маркус. - Когда ты видела ее в последний раз?
  Харт в это время исподлобья оглядывал помещение. Ему не нужно было открывать сундучки или припрятанные ниши в стенах, а только скользнуть взглядом, убеждаясь в отсутствии темной энергетики. Но к разговору маг прислушивался очень внимательно.
  -Когда ходила осматривать заболевших детей.
  -К слову, о детях. - Вмешался Вархарт, не поворачивая головы и не отрывая взгляда от книжных полом. - Я еще не в курсе, так что повторите для меня: как они заболели и чем?
  -Они всего лишь простудились. - Вздохнула Мельора. - Дети купались на реке и переохладились, после чего начали кашлять. Меня позвали тогда помочь, потому что в деревне не было Нейлы. Но она вернулась как раз, когда я была у заболевших, так что в моем присутствии нужда отпала. Я отдала ей рецепт и вышла, а Бажена ждала меня на улице. Она просила рецепт приворотного зелья, или хотя бы того, что замутит рассудок, да прямо как репей прицепилась. Я в конце концов отругала ее и отправила обратно.
  -Кто-нибудь вас в этот момент видел?
  -Нет. Она дошла со мной почти до самого дома, а когда разозлилась, то свернула с тропинки и пошла в деревню напрямик.
  -Почему она могла так сделать?
  -Пойти напрямик, или интересоваться приворотами?
  Маркус красноречиво поджал губы.
  -Про второе в случае пятнадцатилетней соплюшки и так все понятно.
  -Она могла оскорбиться и показать мне... ну, свою самостоятельность что ли. Или решила заглянуть на какую-нибудь ягодную поляну по пути. Их как раз там хватает. А может, она только сделала вид, что ушла в лес, а потом вернулась на тропу и ушла нормальной дорогой. - Инари с сожалением пожала плечами. - Тут я ручаться не могу.
  Харт закончил с осмотром и с безобидным видом обернулся к ней.
  -Скажите, Мельора. - Начал он. - Как специалист, вы можете рассказать нам, каким способом можно обездвижить человека?
  -Могу предложить на выбор. - Мрачно ответила она. - Есть три зелья с такими свойствами, есть "Гарцева пыль" которую нужно сдуть человеку в лицо, есть точка на шее, на которую можно надавить или ударить.
  -А как насчет блокировать его движение одним касанием к голове или шее?
  -Маг второго или третьего ранга мог бы ударом силы на время перекрыть работу нервной системы. Но силы требуется много. Вы не просто же так спрашиваете?
  -Ну почему же? - Обаятельно улыбнулся маг, показав ямочки на щеках. - Как раз просто так!
  Она запыхтела, про себя решив, что второй охотник ей не нравится еще больше.
  -А как к примеру, можно отменить, или наоборот призвать надвигающийся дождь? - Маркус тут же в ее глазах поменялся с ним местами.
  Она усмехнулась и развела руками.
  -Извините, господин охотник. Это не ко мне! Спросите у своего спутника, он бы уже смог.
  Вархарт изучал свои ногти с невозмутимым видом.
  -Неужто утверждаете, что на холме таки были не вы? - Уточнил он.
  -Да не знаю я, что там видели местные! - Рассердилась она. - У них и спрашивайте. И вообще, господа добрые охотники! Мне кажется, что вы здесь ничего интересного не нашли и уже не найдете. Так что пока нету на ваших руках доказательств, добро пожаловать отсюда!
  Маркус встал со снисходительной усмешкой, и уверенно направился к ней. Девушка спиной вжалась в стену, видя как он наклоняется, но охотник потянулся к корзине и погладил высунувшуюся оттуда любопытную мордочку. Щенок зажмурился и снова чихнул.
  -Симпатичный малыш. - Признал Маркус. - Пойдем, Харт.
  Маг проследовал за ним с улыбкой, но быстро ее спрятал.
  
   ***
  -Если поразмыслить теоретически... - Начал Вархарт, когда они отошли достаточно далеко.
  -Это никогда не бывает лишним. - Согласился Маркус. - Что именно ты прикидываешь?
  -Мельора довольно слаба. Я имею в виду, магически. Ее возможностей хватит на то, чтобы ускорить рост растения или усилить свойства лекарства, но гроза с градом... такое ей не по плечу.
  "Черная магия делает сильными всех". - Подумалось Маркусу, но он не хотел оказывать влияния на мысли соратника.
  Тот словно угадал его мысли.
  -Ни я, ни наши амулеты не уловили ничего подозрительного. Ни от нее, ни в доме.
  Какое-то время маг думал, про себя воспроизводя рассказанное Маркусом.
  -Как именно говорили местные, когда видели колдующую ведьму на холме? Кстати, с какого расстояния ее могли видеть?
  -Если это ближний холм с лысой верхушкой, что над дорогой, то не меньше сорока саженей и не больше шестидесяти.
  -Допустим, даже сорок. С такого расстояния нелегко угадать лицо, ведь так?
  Маркус замялся, но ответа Харту не требовалось, он просто хотел порассуждать вслух.
  -Я к тому, что местные могли видеть кого-то в балахоне с капюшоном, какие продаются на любой ярмарке.
  -Местные были твердо уверены, что это она.
  -Возможно, успели сами себя убедить. А возможно... - Он постучал себя по карману. - Видели черные волосы. В деревне я кстати, не заметил других женщин с косами такого цвета.
  Марек согласился. Они как раз уже шли по улице, и редкие прохожие были русыми, по крайней мере, женщины.
  -Но маскировка была бы неплохой. - Продолжал Вархарт. - Кстати, волосы можно приспособить чужие.
  -Но где их взять? На ярмарках таким добром не торгуют.
  -Взять у кого-то.
  -У кого? - Усомнился Маркус.
  -Кто согласится продать, к примеру?
  -Волосы-то? Да ни одна девка пока жива, не даст резать свою гордость.
  Охотники застыли и переглянулись, придя к одной и той же мысли.
  
   ***
  -А я раньше думал... - Пропыхтел Маркус, откидывая в сторону поди, уже трехсотую лопату земли. - ...какого черта нам давали задания типа "копать канаву отсюда и до обеда"?
  -А после обеда закапывать. - Согласился маг, вогнал лопату в землю и прервался, утирая лоб. Будь сейчас зима, от них валил бы пар, но сверху светило обычное осеннее солнышко, ощутимо припекая плечи.
  -Не думал кстати, что навык копателя пригодится. - Маркус парой движений размял ноющую спину. - За всю практику это моя первая эксгумация.
  -У меня вторая. - Признался маг. Вспомнил что-то и усмехнулся. - В тот раз я кстати, тоже "завис", когда открыл крышку гроба. Зато сразу узнал, что настоящей причиной смерти было парализующее заклинание, которое перекрыло способность дышать.
  -А какой была официальная весия?
  -Пожар. Убийца заметал следы.
  Маркус решил на минутку прерваться, сложив руки на древке лопаты и положив на них подбородок.
  -Ты сопротивлялся. - Негромко заметил он. - Поэтому так трясло?
  Харт мрачно посмотрел на землю.
  -Да. - Просто ответил он.
  Воин не хотел дальше лезть ему в душу и допытываться, но соратник сам заговорил:
  -Обычно это проходит легко и быстро, так что я вполне свыкся. Но как правило, я вижу глазами жертвы. Это служит... еще одним стимулом раскрыть дело. Сплю я потом нормально. - Усмехнулся он. - Но здесь, во-первых, это не особо помогло. Чернокнижник правша, дилетант; это мы и так знали...
  Маг снова утер влажный лоб.
  -...И во-вторых я не хотел на это смотреть.
  Маркус внимательно смотрел на него, но лишь с пониманием, а не жалостью. Что магу, похоже, и требовалось, вместо попыток утешения.
  -На самом деле неплохой способ быстро выяснить, что мне нужно. - Добавил он. - И погружение редко бывает глубоким. Просто сейчас неожиданно случилось.
  Воин молча кивнул, а маг тряхнул головой и решил переменить тему: покосился на соратника и прищурился.
  -Это тебя вурдалак, что ли, укусил? - Вскинув бровь, заметил он. Маркус в который раз с чувством пообещал себе, что доберется до Целителя и сведет следы, оставленные над ключицей зубами кровопийцы.
  В тот раз все обошлось, противоядие подействовало, а за это дело ему и присвоили восьмой ранг; сохранив ясную голову, охотник ухитрился добить двух зубастых сволочей. Но у знающих людей, которыми бывали не только охотники, эти шрамы вызывали слишком уж много вопросов, а то и шуточек.
  -Мне может, спросить тебя про вон то безобразие? - Едко спросил он, указав на рубец, белеющий совсем рядом с сердцем мага. Казалось, будто того насадили на пику, копье а то и ударили острым хвостом. - Ты как выжил-то вообще?
  Тот развел руками.
  -Мне тоже повезло. В том же торговом караване был Целитель, который почему-то не остался работать в лечебнице. Наверное, среди людей не прижился: сам-то он эльф. В общем, как видишь, он постарался как следует, сам чуть следом за мной не отправился, еще и денег не взял.
  -Гордый они народ, просто. - Заметил Марек. - Эльф наверняка считал, что исполнил, что должен, а ты своей платой только баланс нарушаешь. Если тебя встретит, наверняка сделает вид, что не узнал.
  -Посмотрим. Ты копай кстати, не отвлекайся. Вспомним молодость, в самом деле.
  -Сказал седой старец лет под тридцать. - Съехидничал воин.
  Солнце уже клонилось к закату, пока охотники работали вовсю.
  От местных во время опроса удалось узнать, что черноволосым здесь было лишь одно семейство, от которого осталась лишь убеленная сединами бабка и ее тридцатилетний внук. Сестра же данного внука, имевшая косу до пояса, упокоилась прошлым летом, по глупости отравившись грибами.
  Наткнувшись на крышку гроба, лопаты заработали охотнее, как почуявшие добычу зубари. Быстро очистили края, Маркус поддел крышку и с хрустом отковырнув ее, выпустил наружу облако смрада.
  Охотники поневоле отшатнулись в разные стороны, прижавшись спинами к земляным стенкам. Но тут же с азартом склонились обратно, уставившись на голову усохшего трупа.
  -Ее нашли не сразу, потому похоронили в закрытом гробу... - Напомнил Маркус.
  -...И когда его опускали в землю, никто не даст гарантии, что волосы еще были на месте. - Подхватил Вархарт.
  -Думаешь, обрезали еще до похорон?
  -Я бы так и сделал, а не дожидался погребения, чтобы потом корячиться с лопатой.
  -К тому же с нами понятно, а как бы человек объяснил поиски кладбищенских сокровищ? Попадись он кому на глаза...
  -Я же говорил, это может быть удачная маскировка. - Заключил Харт. - Парик из волос сделать, и все. Готово прикрытие. Хоть с бубном танцуй по округе, никому и в голову не придут варианты кроме Мельоры.
  Он выпрямился, разминая спину.
  -Коллега, позвольте обратиться к вам с дельным предложением: пошли уже отдохнем, а? - Харт с неприязнью взглянул на открытый гроб. - Я согласен потом вернуться и закопать ее, но - потом.
  Маркус, опершись руками и подбородком на черенок лопаты, прикинул время по солнцу.
  -В принципе, я и один справлюсь. - Предложил он.
  -Вот и отличненько! - Обрадовался маг и, упершись ногой в другую стену, одним прыжком выбрался из ямы.
  -А как же поломаться хотя бы для вида? - "Оскорбился" Маркус, всплескивая руками.
  -Чтобы ты взял и передумал? Нет уж, я ловлю свой шанс! - С озорным видом откликнулся коллега и скрылся из вида. Усмехнувшись, Марек вернул крышку на место и повторил финт с толчком, выбравшись наружу.
  Отряхнувшись, размял шею и принялся возвращать в яму все, что они успели извлечь. Простая физическая работа обычно помогала ему отвлечься от ненужных мыслей, особенно если при этом считать про себя количество земли в лопатах. Но занятие оказалось слишком монотонным, чтобы забрать на себя все его внимание.
  Он старался никак не влиять на ход мыслей соратника, но Харт будто не стал долго держать Инари в подозреваемых. Радоваться надо - два независимых мнения сошлись! По крайней мере, одно из них очень старается быть независимым.
  Но ему что-то в ее поведении продолжало не нравиться, и сам факт этих сомнений не нравился тоже. Неужели он хочет, чтобы она все же оказалась преступницей? Нет, совершенно не хочет. Тогда почему никак не успокоится?
  А шхар его знает! Он с ожесточением забросил в яму очередную порцию земли. Как же все не вовремя! Черт его дернул соваться в эту дыру. Пусть бы другие охотники разбирались, а ему может, лучше было оставаться в неведении!
  
   ***
  На ужин он явился затемно, удивившись многолюдному залу маленькой корчмы. Местные немного осмелели и к вечеру стянулись в любимое место, нуждаясь в хоть какой-то отдушине в виде пива, вареных раков и сплетен. Кроме мужиков, даже пара женщин обнаружилась. По недовольным лицам сразу непонятно, то ли жены то ли тещи, решившие проконтролировать процесс злоупотребления, дабы он не зашел за пределы разумного.
  Стол у окна остался незанятым. Из-за него лишь минуту назад встал Вархарт, убравшись отсыпаться. Ближайшие мужики, болтавшие с пивоваром за стойкой, только хотели налететь на свободное место, как стая воронья на труп, как его беспрекословно оккупировал второй орденец.
  Не обратив внимания на групповой вздох, он жестом дал знать хозяину, что тому лучше подойти самому, а не ждать пока у гостя лопнет терпение. Узнав, что из еды остался только вчерашний хлеб с сыром, Маркус кивнул. Ему бы и просто хлеб сошел, а сыр так вообще приятный бонус.
  Сменив хозяина таверны, в стол ткнулся чей-то кафтан. Охотнику пришлось поднять голову, чтобы увидеть над могучими плечами веселое лицо.
  -Вечер добрый, господин охотник! - Приветствовал детина, сильно похожий на медведя, в том числе и голосом. Старостин племянник вроде бы, или еще более дальний родственник. А может, еще один внебрачный ребенок по традиции местных старост. Родной-то на отца получился совсем не похож.
  Жующий охотник красноречиво вскинул брови. Мол, чего надо?
  -Да вот спросить хочу - Разулыбался парень. - ...честь мне не окажете? Уж сколько лет как хочу силу свою проверить, да с настоящим охотником побороться! Согласитесь?
  Собеседник уставился на него снизу вверх как на больного, не сразу оценив ситуацию.
  "Ага, да вы тут на зрелище собрались!" - Понял он. Мнимое самоуправство Маркуса не давало покоя местным. Вот дождались, пока не будет рядом ни мага, ни грозного кнута, и решили снова попробовать его на зубок. На вид охотник сильно уступал в габаритах этому детине, так что тот уже сейчас не сдерживал снисходительной усмешки.
  Можно послать "борцуна" куда подальше, но авторитета после этого уже не будет. О применении серьезного оружия против людей и речи не идет. Тогда настороженность и недоверие сменятся откровенным страхом и озлобленностью.
  Маркус с неохотой пожал плечами и поставил локоть на столешницу, приглашающе открыв ладонь.
  Здоровяк довольно плюхнулся на стул, поставленный спинкой вперед, и протянув свою ладонь, похоронил в ней руку охотника.
  -Ну что! - Начал считать он. - Раз! Два! Т...-А-А-А!!!
  Он сорвался на вопль. Слегка изогнувшись, неожиданно цепкая ладонь сжала его возле запястья и скрутила в болевой прием, начисто отбив желание соревноваться - так что описав дугу, рука борца шлепнулась о стол. Взвыв, парень согнулся вслед за ней в несознательном порыве ослабить давление на сухожилия.
  Охотник откусил от бутерброда и продолжая жевать, приподнялся со стула чтобы ближе наклониться к лицу человека.
  -Признавайся. - Скучающе сказал он. - Кто тебя надоумил?
  Он оставался спокойным и на вид даже расслабленным, будто лишь лениво наблюдал со стороны, и совсем не его рука держала парня. Тот заскулил, от боли не сообразив действовать второй, свободной рукой, а только вцепился ею в столешницу.
  -Пусти-и-и!!
  Окружающие застыли, не ожидав такого поворота. Спокойный охотник, снова откусивший от бутерброда, вызывал у них оторопь даже больше, нежели вид скрученного здоровяка. Только за стойкой двое переглянулись и один с досадливой физиономией перебросил монету довольному: проспорил.
  -Так кто? - Невозмутимый Маркус повторил вопрос.
  -Да с Таласом я поспорил, а-а-а-а! Ну в смысле, с пастухом нашим!
  -Я почему-то так и подумал. - Заключил охотник и разжал захват. Парень согнулся, с гримасой разминая руку.
  -Передай, что я интересовался: как он там поживает? - С деланным участием добавил охотник, и парень поспешил убраться, как если бы и правда рванул к пастуху с этим важным посланием.
  -Скучно. - Пробормотал будто бы про себя Маркус, и прожевав, обернулся к толпе. Откинулся на спинку стула и прикинув что-то, ехидно поинтересовался.
  -Кто-нибудь еще хочет?
  Желающих не нашлось, и публика рассосалась за каких-то полминуты. Довольными здесь пожалуй, остались только жены-тещи, чьи подопечные, сопровождаемые под локоть позабыли про недопитое пиво.
  
   ***
  -Что за дурацкая традиция? Закопали бы и дело с концом. - Маг во время завтрака то и дело поглядывал в окно, откуда как раз открывался вид на дом Бажены. Что во дворе, что в доме толпилась куча людей, пришедших утешить ее родителей. - В моей стране покойника как можно скорее хоронят, а уж потом организуют поминки, прощальные речи, раздачу вещей и так далее.
  Харт был родом из суровой Иллории, где за долгие годы гражданских войн люди привыкли больше слушаться прагматизма, нежели эмоций. Потому принцип "избавиться от тела поскорее" был вполне понятен.
  -А в моих краях тела до самой весны хранят, пока земля не растает и ее можно будет вскопать. - Усмехнулся Маркус, отпивая квас.
  Харт явно представил себе чинно уложенного в кладовой покойника, в саване, веночке и окружении бочек с соленьями.
  -В избушке в лесу? - Неуверенно уточнил он. - Мне когда-то об этом рассказывали.
  -Именно. А здесь они считают нужным два дня прощаться с покойным.
  -Ее как ту вдову, будут хоронить в закрытом гробу. С крышкой что ли, будут прощаться?
  Теперь уже Маркус представил себе вереницу плакальщиков, что стучат головами о гроб. В принципе, он разделял циничный подход соратника, но везде свои обычаи. Орки вообще своих не хоронят, отдавая степи и падальщикам (тело для них только бренная оболочка души), а эльфы сжигают дотла.
  -Главное, чтобы к нам не лезли. - Заключил он.
  -А они все-таки здесь дружны. - Харт подпер подобородок кулаком, глядя как меняются местами люди из дома и с улицы. - Пришли едва не всей деревней. И у детей вечно кто-нибудь сидит, даже не родственники. Да еще вчера в поход против ведьмы тоже легко собрались. Прямо не деревня, а какой-то гномий клан.
  Насчет детей - маг успел уже проведать их, пока Маркус с утра соскабливал со щек пробивающуюся щетину. Пациенты Нейлы еще спали, но Харту достаточно было просто взглянуть на них и на всякий случай коснуться лба Рикаса, лежащего ближе всех к двери. Этим он лишь подтвердил ранние подозрения об отсутствии магического воздействия.
  Так что маг вернулся довольно быстро, когда воин только сел за стол, и вернулся с бодрым и довольным видом.
  -Что будем делать дальше? - Спросил его хмурый коллега, накануне опять уснувший только после приема успокоительного, и после того как все оружие при нем было перечищено до блеска. Доведись ему думать над делом еще хоть минуту, охотник бы точно совершил что-нибудь глупое, так что предпочел зелье.
  Вархарт сложил руки в замок, уткнувшись в него подбородком, и задумался.
  -Нужно поразмыслить. - Сказал он. - Что мы уже знаем: убийца правша, обладает достаточной физической силой, чтобы утащить с собой молодую девку, и магической силой, чтобы обездвижить ее.
  Оба подумали примерно одно и то же: Мельора тоже была правшой, Бажену она могла попросту сманить, пообещав какое-нибудь косметическое зелье, а с поддержкой сил хаоса обездвиживание под силу и простому человеку. В том же, что чернокнижнику уже помогают, можно быть уверенным. Пресловутые кошки не пропадают массово просто так; в деревне их не осталось ни одной. Так что ритуалом с человеческой жертвой он только увеличил свои силы, а не приобрел их.
  -Знаешь, даже наши вчерашние раскопки ни о чем точно не говорят. - Задумчиво сказал Харт. - Ведьмочка показалась мне довольно умной и сообразительной. С ее стороны было бы довольно находчиво прикинуться кем-то, кто прикидывается ею. Мы находим мертвые волосы, находим их владелицу, и круг подозреваемых разом разрастается до всех взрослых в этой деревне, а то и в соседней. Причем обоего пола.
  Маркус в ответ на это подавил волну злости и постарался честно представить себе Инари, воровато склонившуюся над гробом с острыми ножницами. Или размахивающую руками на холме, чтобы призвать на головы людей жестокий град.
  Видя, как он перебирает пальцами по столешнице, маг напомнил:
  -Просто порассуждаем теоретически.
  Прикинув, могла ли Мельора действительно совершить то, в чем ее здесь обвиняли, Маркус мрачнел с каждой минутой.
  Могла начать с малого, то есть с животных. Могла проверять собственные силы, для начала просто управляя непогодой. Могла заморочить голову Бажене, уведя за собой, чтобы с человеческой жертвой разом перескочить на иной уровень. Ей ведь еще три года назад удавалось невозможное; вспомнить лишь найденный под снегом охотничий амулет наряду с остальными вещами.
  Особой физической силой она тоже, на первый взгляд, не обладала. Но утащить на волокушах взрослого мужика без сознания, вместе с его арсеналом и прочими вещами, причем утащить на огромное расстояние - для этого нужна и сила и выносливость, сравнимые с нечеловеческой.
  Такой человек смог бы побороть отчаянное сопротивление Бажены.
  Захотела бы Инари все это делать? Маркус был уверен, что нет, но тут он не доверял уже сам себе. И ведь они сейчас рассуждали лишь о возможности, а не мотивах и желании.
  Ему снова пришлось сделать над собой усилие.
  -Да. - Сказал он. - Возможность у нее была.
  Маг разминал пальцы, хмуро уставившись на них, словно ему самому не нравилась эта версия по причине своей очевидности. А Марек понял, что его настораживало.
  -И она нас боится. Слишком боится для невиновной.
  -Не нас. - Сказал Вархарт после паузы. - Тебя.
  Воин нахмурился.
  -По ней сразу видно. - Пояснил его соратник. - Помнишь, как она реагировала на твои реплики? А когда ты додумался к ней подойти? Да она чуть в стену спиной не влипла! Но когда мимо прошел я, причем близко, она осталась спокойной. Только за тобой следила.
  -Ты к чему ведешь? - Не понял Маркус.
  -Возможно ли, что она опасается тебя не как охотника, а просто как мужчину? Вас, как ни крути, связывает прошлое. Может, ей не по себе от твоего внезапного появления?
  Пришлось обдумать и это.
  -Причина не только в прошлом. - Медленно проговорил воин вслух, и с каждым словом убеждался, что не ошибается. - Слишком яркая и резкая реакция. Она просто меня боится. Как охотника в том числе. Особенно как охотника.
  Он мысленно воспроизвел все разговоры с ведьмой, стараясь понять, что за эмоции она выказывала, и в ответ на какие реплики.
  -Тебя она не знает, видит в первый раз. - Продолжил Маркус. - Да ты еще и пришел после истощения и едва держался на ногах: не самая большая угроза. А меня она знает. И сталкивалась с моей работой. И опасается, что зная ее, я могу узнать и ее слабости, и ход мыслей, потому я более опасен.
  Харт не спорил. Только рассеянно крутил в руках мелкий амулет-накопитель, с которым не расставался с самого утра.
  -Она что-то скрывает. - С непроницаемым лицом постановил Маркус. - Тут нужен допрос. Настоящий.
  "Ну что ж, раз ты сам это предложил..." - Читалось на лице мага.
  Предложил. Потому что хочет разобраться с этим раз и навсегда, а не топтаться и придумывать оправдания то ли ей, то ли себе.
  
   ***
  Естественно, каким-то образом она догадалась об их намерениях, открыв двери и насмешливо махнув рукой внутрь.
  -Чувствуйте себя как дома. - Ядовито приветствовала ведьма. - Раз уж вы сюда как к себе домой зачастили.
  А может, заранее настроилась на худший вариант и в этот раз не ошиблась.
  -У тебя есть возможность сознаться заранее. - Предложил Маркус, стараясь казаться не разозленным, а даже наоборот, будто явился с выгодным деловым предложением.
  -Потом чистосердечно раскаяться будет поздно. - С каким-то сочувствием добавил Харт.
  Мельора уже заняла глухую оборону в прямом смысле, с ногами забравшись на застеленную кровать, что стояла у самой дальней стены. Она устроилась спиной к стене с видом хозяйки поверженной крепости, которая ничего не может поделать с орудующими в ее доме дикарями, но морально будет выше этого.
  -Мне не в чем раскаиваться.
  "Врет" - безжалостно определили оба охотника. Даже слегка волнуясь, ведьма становилась как открытая книга, очень плохо контролируя лицо и руки.
  Маг неодобрительно цокнул языком и поведя плечами, сбросил куртку на табурет, принявшись закатывать рукава. Маркус не торопился следовать его примеру, пристально глядя на ведьму, пока та не опустила глаза.
  "Что-то не так".
  -Если бы я знал, что в мой дом придут с обыском. - Сказал он. - Я бы уж точно подготовился.
  Харт с любопытством обернулся.
  -Как именно?
  -Думаю, нет смысла искать в доме. - Он видел, как несмотря на скучающий вид, Инари бледнеет. - Я бы точно позаботился о том, чтобы в самом очевидном месте не было даже следа того, что может не понравиться гостям. Там может остаться лишь артефакт, о котором и так все знают, и который своим излучением прекрасно замаскирует следы чего-то другого.
  -Мне поискать по-иному? - Тихо уточнил маг. Воин выдал кривую усмешку.
  -Присмотри за ней. - Сказал он. - Внимательно.
  И вышел за порог, непреклонно закрыв за собой дверь.
  Харт вздохнул и пока что присел за стол, устало прикрыв глаза, но из под ресниц испытующе смотрел на хозяйку.
  -Неужели вы совершили нечто настолько дурное? - Устало спросил он, видя что ведьмочка сжалась и застыла, как полумертвая. Ее выдавал пульс, судорожно бьющийся жилкой на виске.
  Она разомкнула губы, хрипло выдав:
  -Я никому не делала зла.
  -Тогда вам не о чем и волноваться. - Спокойно отозвался маг.
  Она только скривилась. Но хорошо хоть, убегать не стала. Ему не хотелось активировать невидимую удавку, которую он с самого порога набросил на ее шею. Мельора не казалась второму охотнику опасной, и вообще способной на дурной поступок, не говоря об убийстве. Но если бы на лбу у всех чернокнижников было написано об их грехах, то не нужен был тогда и орден.
  Неизвестно, заметила ли она его заклинание. Если даже и заметила, то виду не подала. Харт снова вздохнул и решил промолчать. Сказать ей ни в утешение, ни в поддержку было нечего. Если это и вправду она убивала, ему ничуть не было ее жаль. Только не после увиденного в колодце.
  Вернулся Маркус.
  Он с неопределенным выражением лица, в полном молчании подошел к столу и бухнул на его столешницу стопку толстенных томов, каждым из которых можно было проломить череп.
  -Хоть бы веткой следы замела. - Заметил он. И отряхнув верхний том от земли, вместе с магом склонился, изучая плохо сохранившуюся обложку.
  Это было как раз то, что следовало подозревать, и что он рассчитывал найти еще три года назад. Книги минимум восьмивековой давности, сохранившие внешний облик исключительно благодаря пропитке и обработке заклинаниями, содержащие опыт древних магов, не чуравшихся никаких методов.
  Признанные опасными, такие труды еще много лет назад изымались повсюду, запирались и запечатывались магией, дабы не попасть не в те руки. Однако до сих пор нет-нет да и всплывет где-нибудь томик, "нечаянно" припрятанный в фамильной библиотеке или найденный при разборах конфискованного имущества.
  Но не шесть томов сразу!
  Заметив, что две книги написаны на драконьем языке, охотники переглянулись. Это вообще было странным: достать такие можно было лишь у эльфов, но это не легче, чем выцарапать кость из зубов голодной химеры. Ушастые не отрицали, что наткнувшись на следы древних цивилизаций, присвоили все найденное себе. В том числе и книги, написанные неизвестной расой, которая жила на материке задолго до появления людей, эльфов, орков - и говорила с драконами на одном наречии.
  То есть этим книгам вообще стукнуло не меньше трех тысяч лет. И помыслить о такой древности трудно, а уж увидеть наяву, прикоснуться...
  Харт, наверное, думал так же, заворожено уставившись на инкрустированные хризолитом обложки.
  Маркус устало оперся ладонями о стол, переведя взгляд на сжавшуюся в углу ведьму. Та виновато смотрела вниз, на свои сцепленные в замок ладони.
  -Откуда у тебя эти книги? - Спокойно спросил охотник.
  Белая как мел, она похоже, поняла, что деваться ей уже некуда. Хотя еще попыталась усмехнуться, выпрямив спину, но с таким обреченным лицом люди уже восходили на эшафот, а не отпирались.
  -Это долгая история...
  -Никто никуда не торопится. - Заверил Харт. Маркус молча скрестил руки, также показывая, что готов простоять здесь не меньше суток.
  -Еще когда я сбежала в лес... ну, когда бросила отработку, у меня была при себе старая книжка из выделенных библиотекой, разрешенная к использованию. - Она кивнула на полку, где стояло "Ухаживание за собою, молодостью и здоровьем". - Я увлекалась переводами со старых языков, и по своей инициативе просила у Магика внерабочее задание. Потом уже из лесу через знакомых передала рукопись с результатами, вдруг теоретикам пригодится?
  Она пожала плечами и продолжила:
  -Возможно, это письмо прочел кто-то помимо адресата, потому что ко мне скоро явился заказчик. Он принес на пробу пару отрывков и попросил перевести: хотел увидеть, как я справлюсь. Результат его устроил, и он предложил мне работу по переводу, оставил как раз тот, верхний том и двадцать золотых. Пообещал вдвое больше за готовый перевод. - Она запнулась, добавив: - Его тоже не устроило, что я кукую в лесу в одиночестве, вдруг что случится? Или со мной, или с книгами. И как бонус, он рассказал мне, как можно задобрить лешего.
  Воин ожидаемо насторожился.
  -Вот здесь поподробней.
  Мельора хмуро зыркнула на него, но пояснила:
  -Ритуал по призыву и задабриванию лесного духа, просьба о его покровительстве. Помощники лешего обещали содействовать мне. К примеру, спрямить дорогу... найти утерянную вещь... или нести тяжести.
  -Что ж это за заказчик такой? - Подавшись вперед, хищно уточнил маг. Она запнулась, не понимая отчего интерес второго охотника вызвала именно эта часть рассказа, в то время как Марек куда внимательней слушал про лешего.
  -Да эльф. - Она пожала плечами, будто объясняла очевидное, и кивнула на книги. - Это ведь из их хранилищ. Сама я такого даже лично бы не увидела, не то что раздобыть.
  -Эльф... - С сомнением повторил Маркус. - Они не самые словоохотливые существа, и не любят делиться секретами. Почему он сам не взялся за перевод? Не думаю, что для него это представило бы трудность.
  -Потому что эльф. - Ведьма развела руками. - Они еще и ведут, и ставят себя как царственные особы. Ему наверняка было лень возиться со старыми книжками, разбирать перепутанные страницы, выцветшие чернила и чужие каракули. Потому скинул на меня черновую работу.
  Она помрачнела:
  -А когда явился за результатом, то и рассказал, что укрытие у себя подобных книг и любая работа с ними карается как занятия черной магией. Совсем другую песню запел, нежели вначале. Теперь он уже не описывал, как я его спасу этим переводом, и даже не собирался приносить всю обещанную плату. А открыл мне глаза на то, чем я в действительности занималась.
  Мельора скривилась, кивнув на книги.
  -Он сказал, что придется работать и молчать, иначе эльф объявит книги украденными, и тогда мне точно не поздоровится. Перевод написан моей рукой, книги тоже у меня... Так что поверят точно не мне. Незнание закона же не делает кого-то невиновным. Вот я и подумала, что нет иного выхода. Положение мое и так было к тому времени испорчено. Правда теперь, раз уж не получаю денег, я оставляла себе интересные рецепты и испробовала их. Только лекарства конечно, но... Они взяты именно оттуда.
  Закончив, она на миг обреченно зажмурилась, словно ее должны были казнить тут же на месте. Потом взяла себя в руки, собралась с силами и подняла голову, больше всего боясь посмотреть в глаза Маркусу.
  Но охотники оба как по команде уставились в пол. Маркуса будто привлекли древесные узоры на досках, и он едва заметно кусал внутреннюю поверхность щеки, стараясь держать невозмутимое лицо. А маг медленно закрыл рукой глаза, будто ему самому стало стыдно, и затрясся в мелких конвульсиях.
  Озадаченная Мельора не сразу поняла, что он бессовестно ржет.
  -Вот остроухий! - Выдавил из себя Харт. - Но ведь каков хитрец, а!?
  -А что это вам так весело? - Возмутилась ведьма. - Или вы, господа, меня за шутиху-лицедейку приняли!?
  Маркус взял себя в руки первым, только кашлянул разок.
  -Тебя... обманули. - Объяснил он. - Мягко говоря, твой заказчик решил сэкономить.
  -Но ведь... - Она беспомощно махнула рукой в сторону фолиантов. - Но ведь запретные книги...
  -Строго говоря - Хитро улыбнулся Вархарт. - ...Книги из эльфийских библиотек вообще не подпадают под определение "запретных", ибо оценить их опасность не представлялось возможным, когда писался этот закон. Потому теперь, если эльфы решают проверить написанное в них, то действуют на свой страх и риск.
  -Вольное обращение с этими фолиантами, разумеется, может привести к последствиям. - Добавил Маркус. - Но наказание назначается за последствия в результате преступления, а не само обращение. С таким же успехом можно карать за некромантию или просто магию, независимо от того, в каких целях она используется.
  Покрасневшая как вареный рак, девушка только переводила растерянный взгляд с одного на другого.
  -Конечно, книги подлежат изъятию. - Напустив на себя суровый вид, изрек Харт. - Оригиналы следует передать в хранилище, потому как они сами по себе, зачарованные со всех сторон, могут представлять опасность для чтеца.
  -Вам, переводчица, при соглашении с Ковеном о переводе, предоставят копии. Разумеется, владельцу книг перевод тоже нужно предоставить, но за этим ему придется обращаться туда же, в Ковен. - Маркус сдержанно улыбнулся, явно представив себе взбешенную эльфийскую морду, до которой дойдет что знаниями, раз уж вытащил их наружу, придется поделиться.
  -Это не будет нарушением договора, ведь свою сторону заказчик не выполнил. - Маг разделил ехидную улыбку коллеги. - И обвинить лично вас ему не в чем: вы как законопослушная подданная просто передали книги куда нужно. Хотя и вам придется явиться пред глаза ковенского совета, рассказать все и получить должное наказание за то, что заявили не сразу.
  -Наказанием является строгий выговор. - Добавил Маркус. - Но мы можем вынести его и на месте. - Он поднял палец, с серьезным видом погрозив ей. - Ай-яй-яй, ведьма.
  -Вот выблядок!! - Наконец, взорвалась Инари, подскочив на ноги. - Ушастый шхур!!
  Она бы забегала по хижине как укушенная, но мешали охотники, так что Мельора ограничилась лишь разбитой глиняной кружкой. Впрочем, о чем сразу пожалела, уставившись на осколки будто на памятную ракушку. Будь на месте стены голова эльфа, то еще ладно, а вот сделанную собственными руками вещь оказалось жалко.
  -Незнание закона не освобождает ни от наказания, ни от таких вот ситуаций. - Назидательно подчеркнул Маркус, вздохнул и уже от себя лично в сердцах добавил: - Почитала бы ты уже внимательно ваш Свод законов, в самом деле!
  -Обязательно почитаю. - Так ядовито ответила ведьма, будто намеревалась от злости еще и сжевать пресловутый Свод до последнего листика. А следом за ним и ушастого, который попросту сыграл на страхах доверчивой ведуньи.
  Тут же ее лицо вытянулось, осененное догадкой.
  -Так вот почему он так здесь в первый раз увивался! - Ахнула она. - То ритуал показал, то меня нахвалил, то ночевать напросился... Всю ночь из-за него за столом пришлось просидеть. И ушел недовольный, как будто не на матраце, а на помойке спать пришлось. А он выходит, еще и намекал на оплату натурой!?
  На этом Харт снова не выдержал и расхохотался.
  -Не то чтобы я не любил эльфов; не все они снобы. - Пояснил он сквозь смех. - Но видеть бы его лицо... когда на него не то что не польстились, а даже не... не поняли... Вот это была наверняка обида!
  -Было бы на что льститься - Прошипела ведьма как гадюка и напоследок пнула стул. Уселась, уставившись на мага. - Говоришь, в Ковен отчитаться надо? Я так отчитаюсь, все распишу, что у этого шхура уши будут гореть неделю! - Она напоследок выругалась еще раз, помянув не только заказчика, но и его родню, путем долгих кровосмешений и связей с животными породивших данного индивида.
  Маркус только бровь поднял. Он помнил, как Инари на эмоциях могла назвать его максимум балбесом, и теперешняя тирада могла лишь натолкнуть на мысль, что ведьма таки побывала на побережье. Где наслушалась местного моряцкого наречия, ухватив особо заковыристые обороты на лету.
  -Успокоилась? - Уточнил он.
  -Нет!! - Она снова пнула стул и выдохнув, села обратно. - Теперь почти.
  Маркусу в голову как раз пришла мысль, и чтобы проверить ее, нужна была адекватная ведьма. Убедившись, что она не вцепится с желанием уничтожить, в любой попавшийся под руку предмет, он открыл свою записную книжку и положил на стол.
  Харт покосился на изображенные там символы и тоже с интересом уставился на Мельору.
  -Тебе приходилось встречать подобное? - Спросил воин.
  Ей пришлось встать и подойти к столу, чтобы рассмотреть начертанное. Нахмурив лоб, ведьма перевернула страницу, рассмотрев там еще четыре символа и пометки к ним.
  -Кажется, видела... - Все еще мрачно пробормотала она и потянулась к ближайшей книге. - Да, точно видела, когда делала пометки. Сейчас найду.
  
   ***
  Полчаса спустя охотники устали смотреть, как она упорно перелистывает книги по второму кругу с недоумением счетовода, у которого не сошелся бюджет, но все ведомости при этом чистые. Мельора даже успела остыть от новости, что все это время зря нервничала и боялась - или отложила мысли об этом на более удобный день. Она будто и самих охотников не видела, бормоча себе что-то под нос, пока переворачивала страницы.
  -Вы уверены, что видели эти знаки именно здесь? - Подал голос Харт. Она не поднимая взгляда, фыркнула.
  -Мне не приходится жаловаться на память. Я еще не переводила эту книгу, но пролистывала навскидку, и точно видела парочку...
  -Стоп. - Маркус подался вперед, протянул руку и провел пальцами между листов у корешка, где едва различимыми остались обрывки пергамента. - Здесь страницы были вырваны.
  Он ненароком коснулся ее пальцев, и вздрогнувшая ведьма ответила не сразу. А охотник присмотрелся и добавил:
  -Нумерация страниц плохо читается, но тут она явно оборвалась.
  -Похоже, кто-то умудрился вас обокрасть. - Заключил Харт по растерянному лицу Мельоры. Она уставилась на книгу так, будто та ее чем-то оскорбила.
  -Быть такого не может!
  -Это говорите вы, или ваша самоуверенность?
  Судя по ее взгляду, книга едва не отправилась в полет по направлению к голове мага. Но тот сам протянул руку, и тяжелый фолиант пришлось отдать. Харт повторил движение с ощупыванием остатков страниц, и ушел в себя.
  -Можешь описать, что именно видела на этих страницах? - Повернулся к ней Маркус.
  Она равнодушно пожала плечами.
  -Гравюра изображала заклинателя и его длинную, корявую тень с огромными зубищами. И в заглавии тоже было что-то сказано о приручении тени, но подробно я не вчитывалась. Только пометки сделала, для будущего перевода. Руки не дошли еще.
  Она ощетинилась, злобно добавив:
  -И не дойдут, хрен ему а не перевод! - Словно заказчик мог ее услышать и обидеться.
  Маркус хотел добавить еще что-то, но обернулся на соратника. Тот продолжал сидеть с ладонью на страницах, стеклянными глазами уставившись на столешницу.
  -Харт.
  Маг тут же встрепенулся, вернув взгляду осмысленность. Но остался хмурым.
  -То же самое. - Сообщил он. - Как в колодце. Это мужская рука.
  "Убийца был и здесь?" Хотел уточнить Маркус, но это стало бы риторическим вопросом. Как душегуб узнал о книгах Мельоры, умудрился стащить нужные страницы, понять написанное, и почему толком не замел следов, хотя бы подпалив хижину - было еще непонятно. Но подозрения с ведьмы можно окончательно снимать.
  -Тогда с этим понятно. - Заключил он, и снова посмотрел на Мельору. - А ты собери лекарства; пойдешь с нами.
  Ведьма оказалась сбитой с толку.
  -Куда?
  -В дом старосты. - Пояснил Харт, догадавшись о мыслях Маркуса. Ведь болезнь детей оставалась одной из их проблем.
  -Ты говорила, что могла бы определить болезнь, окажись рядом. - Напомнил Маркус.
  -Вот мы и предоставим такую возможность. - Подтвердил маг.
  Инари поневоле заподозрила, что они общаются телепатически, и насупилась, словно они между собой еще и сговорились над ней подшутить.
  -Что, захотелось вызвать всенародный гнев? - Сухо поинтересовалась она. Тут уже ни маг не стал терпеть, раздраженно полыхнув синими глазами, ни Маркус, который отчеканил:
  -Еще не хватало, чтобы местные решали, что нам делать.
  Спорить она не стала. Бросив несознательный взгляд на окно, где так и не появилось призывного флажка, Инари быстро нашла небольшую сумку с длинным ремешком, и запихнув туда четыре маленьких горшочка с лекарствами, добавила сушеные заготовки и повесила себе на плечо. А под мышкой зажала три толстые книжки, неизвестно зачем прихваченные с полки.
  
   ***
  Выходящий на улицу Незим, с удочками наперевес, даже не сразу узнал ведьму без привычного черного наряда, а в блузке и длинной юбке. Не скрывающей, впрочем, дорожных туфель на толстой подошве, больше похожих на короткие сапоги. Но тем не менее, в сочетании с заплетенной косой вид у нее стал очень женственный.
  Не зря Маркус, слегка поморщившись, посоветовал ей оставить дома рабочий балахон: парень даже улыбнулся в первый миг красавице, только потом с узнаванием вытаращив глаза:
  -Мельора!? А ты что тут...
  -Прибыла по поручению ордена. - Оскалился стоящий сзади Вархарт. - Не беспокойтесь, юноша. Мы присмотрим.
  На самом деле, конечно, охотники сопровождали ведьму караулом не столько ради спокойствия местных (мол, мы уж проследим, чтобы мерзавка не вытворила лишнего!) а в качестве необходимой охраны. Но никто из встреченных по дороге людей не решился открыто возразить.
  Кроме Нейлы, которая увидела входящую во двор ведьму и тут же раскорячилась в дверном проеме, как последний защитник павшего бастиона.
  -Прочь поди! - Ощетинилась она, и ее беспомощно-испуганное лицо стало до того похожим на Мельору, которая утром строила из себя уверенность во плоти, что Маркусу даже стало смешно. Он хотел уже вмешаться, осадив пыл девушки и напомнив, что ведьма является опытной лекаршей. А уж такие услуги здесь нужны, раз из города до сих пор никто не приехал. Но Инари справилась сама.
  Поднимаясь по ступеням, она усмехнулась и выпростав руку из кармана, теряющегося в складках юбки, показала Нейле открытую ладонь, на которой отполированными камушками блестели ягоды жавельника. По крайней мере, охотник определил это как жавельник, хотя познания в растениях у него были не самые обширные.
  -Угостишься? - Многозначительно поинтересовалась Инари. Учитывая, что красные ягоды жавельника, в отличие от желтых, были ядовитыми, хозяйка дома должна была принять это за неуместную шутку или оскорбление, и постараться выкинуть гостей со двора. Однако вместо этого Нейла побледнела и подавшись назад, будто собралась падать в обморок, молча пропустила незваную гостью.
  Охотники непонимающе переглянулись, но последовали за ней.
  Уверенно ступая, словно (хотя почему же "словно"?) у себя дома, ведьма поднялась по лестнице и открыла дверь, поразив своим появлением еще одну девушку, сидящую у постели Даренки. Зато дети обрадовались ей как хорошей подружке:
  -О, наша ведьма! - Подскочили они. Прозвучало совсем не обидно, и даже душевно. - Тетя Мельора, вы надолго?
  -Я по поручению ордена, Мирена. - Только и сказала "тетя ведьма" в ответ на открытый рот Даренкиной матери. Хорошо, ей не пришло в голову торжествующе оскалиться, а только кивнуть с деловым видом. После чего Инари развернулась к детям и расцвела улыбкой:
  -Что, еще лежите, проказники? Ну-ка рассказывайте, как у вас дела. - И присела на краешек кровати Рикаса, стоящей ближе всего к двери.
  Выслушивая задорный щебет детишек, наперебой докладывающих о том, как они совсем не испугались и слушались тетю Нейлу, как она им и наказала - ведьма открыла свою сумку и извлекла один из горшочков. Открыла, сыпанула туда одного, другого порошка, какую-то вытяжку и стала замешивать деревянной ложкой. Мирена с подозрением уставилась на ее руки, но спокойный вид охотников, вставших по обе стороны двери, убедил ее в том, что не происходит ничего опасного.
  -А у тебя болела голова, Огонек? - Ласково поинтересовалась Мельора у младшенького, который тоже подался вперед, поддакивая Даренке, но оставался молчаливым. На вопрос он задумался, а потом робко кивнул.
  -Долго? - Сочувственно уточнила она. Малыш снова закивал:
  -Тва тня! - Пожаловался он. С кудряшками, еще по-детски светлыми, он и вправду будто был окружен ореолом, как свечной огонек.
  -А как же ты спал?
  -Воосе не спал. - Прошепелявил ребенок.
  Пока таким образом ведьма расспрашивала их (скорей, чтобы лишний раз убедиться в своей правоте, нежели выяснить симптомы, ибо компоненты для лекарства она подобрала еще дома) и замешивала зелье, Маркус решил, что его присутствие не обязательно. Улыбчивого Харта хватит, чтобы и успокоить следящую за всем женщину, и в случае чего осадить ее.
  Он неслышно развернулся и вышел.
  Охотник сам не знал, что сейчас тяготит его. Кроме того, что в их деле до сих пор нет заметных продвижений, и что орденцам предстоит долгое выяснение и опрос местных... кое-что еще давило на него.
  Никакой логики в этом чувстве не было. Ведь она не обвиняла его, ни словом ни взглядом. Ни разу не упрекнула прошлым, ни разу не напомнила, что он ей чем-то обязан, не возразила против обыска или допроса. Даже держаться старалась по-деловому отстраненно, покорно приняв роль подозреваемой.
  Вздумай она наоборот, истерично скандалить или давить на жалость, то разом облегчила бы ему задачу. От нее стало бы легче отстраниться, взглянуть как на чужого, неприятного человека. Но не облегчила...
  Так что Маркус хоть убей, не мог избавиться от чувства, что что-то сделал неправильно...
  "А вот кому, пожалуй, гораздо хуже" - Признал он, спускаясь в горницу.
  За столом сидела потерянная Нейла, запустив руки в волосы и упершись локтями в столешницу. Ягоды жавельника лежали перед ней, и девушка покрасневшими от слез глазами уставилась на них так, будто вознамерилась сама съесть всю горсть, а потом для верности пойти и вздернуться в сарае.
  Он сел напротив, скрестив на столе руки, на что девушка почти никак не отреагировала, только покосившись с непонятной горечью. Что-то подобное, обреченное, он видел в глазах у Мельоры, когда принес из леса спрятанные книги.
  -Местные хвалят тебя и как лекаршу, и как человека. - Негромко сказал он. - Говорят, ты стараешься. Это и вправду видно. Не сомневаюсь, что оставшуюся от старого лекаря книгу ты изучила вдоль и поперек, и чуть что сверяешься с ней.
  Он сделал паузу, протянул руку и взяв в пальцы одну из ягод, покатал между пальцами.
  -Одно только жаль, что гравюры в таких книгах со временем теряют краски. Так сразу и не разберешь, что за растение хотели нарисовать, и какого оно цвета...
  Она вскинула голову и уставилась на него с настороженностью кошки, загнанной в угол. Охотник вернул ягодку к остальным и усмехнулся.
  -Она оставила тебе список, а ты решила перепроверить, так? Сочла заготовленный ею сок жавельника застоявшимся, решила заменить свежим. Но зелье из лекарства превратилось в замедленный яд. Как скоро ты, кстати, это поняла?
  -Когда Дарена стала терять сознание. - Вымолвила девушка с трудом. - И когда тошнота не прошла, даже после очищающего отвара. На второй день.
  -И на кого же лучше всего свалить вину? - Усмехнулся Маркус. - Когда родители видят состояние своих детей, наверняка лучше ткнуть пальцем в местного изгоя, что и у тебя самой вызывает неприязнь? Тогда у Мельоры не будет возможности увидеть детей, понять в чем дело и выдать тебя. И у тебя будет время исправить вред, что ты успела им нанести, и никто потом не догадается.
  -Мне некуда было бы идти... - Выдавила она, но закусив губу, передумала оправдываться. Сглотнула и снова подняла взгляд, на сей раз обреченно-усталый. - Что мне за это грозит?
  Марек не сдержался от усмешки. Жалко ему лекаршу не было, уже за одну только бессовестную клевету. Но ее бессонные ночи над детьми, искреннее беспокойство (пополам со страхом за свою шкуру, но все же) да избранный еще в детстве путь лекарши... можно сказать, служили не смягчающими, а уравнивающими обстоятельствами. Если кратко: дурочка не виновата что дурочка.
  -Спроси у нее. - Он кивнул наверх, первым услышав, как открылась и закрылась дверь в "детскую". На лестнице показалась задумчивая Мельора в сопровождении мага. Нейла вжалась в стул как нашкодившая кошка, которую застигли у хозяйской тарелки, когда ведьма, не сбавляя шага, подошла к столу.
  Та мрачно уставилась на младшую сестру и стала очень похожа на сказочную злую ведьму, готовую сожрать человека заживо вместе со всеми его потрохами. Харта, судя по опущенному взгляду, внимательно изучающему собственные сапоги, это лишь забавляло. Зато на лекаршу произвело впечатление. Так что когда после паузы Инари, точь-в-точь как Маркус, грохнула на стол книги - младшенькая едва не подпрыгнула.
  -Это теперь твои. - Сухо пояснила ведьма и подвинула стопу к ней. - Справочник по растениям этой местности, том с описанием болезней и симптомов, и строение человеческого тела.
  Нейла с полным непониманием уставилась сначала на книги, а потом на их бывшую хозяйку, будто сомневалась в собственном психическом здоровье. Похоже, она вправду ожидала, что разозленная чужой безалаберностью Мельора кинется и вцепится ей в горло.
  -Квалификация. - Та постучала себя по виску. - Тебе не хватает знаний, в отличие от стремления. Потому пока я буду здесь, можешь уточнять, что не понятно. А потом я уеду, и ты останешься за лекаря.
  -Я!?
  -Среди местного сброда - Ведунья сложила руки на груди и фыркнула. - ...никто лучше не сгодится. Можешь считать, что я тебя назначила заменой.
  Нейла нерешительно протянула руку по столу к первой книге, но наткнулась на забытые ягоды и отдернула.
  -Но ведь я... - Запнулась она. Но Мельора сурово взглянула на нее.
  -А этот урок ты усвоишь до конца своих дней. - Отрезала она, будто заклинание. И не дожидаясь ответа, развернулась и вышла.
  Харт бросил вопросительный взгляд на Маркуса и тот кивнул в сторону двери, сделав едва заметный жест ладонью. Маг вышел из комнаты следом: охотники еще до визита понимали, что ведьму нужно будет отвести обратно. Но убедившись, что ее появление не вызвало переполоха на улице, решили не терять времени и пока один сопроводит Мельору, другой должен был сразу взяться за опрос местных.
  Оставив Нейлу наедине с ее мыслями и новыми книгами, Маркус тоже покинул дом. Надо сосредоточиться на деле. Думать только о деле.
  Остановившись во дворе, устало растер лицо ладонями, "предвкушая" разговоры с людьми, которые каждый раз придется начинать с продавливания собеседника, чтобы тот сначала не наглел, а затем не запирался.
  Круг подозреваемых сузился до мужской половины местного населения, включая ближайшую Дубравную, откуда добираться не больше часа пешим ходом. "Поздравляю, всего-то человек пятьдесят, из которых каждый может оказаться чернокнижником, и при этом еще не факт, что выдаст себя".
  Маркусу предстояло начать, по возможности вычеркнув из списка явных невиновных (у кого не было возможности) а маг должен был обойти остальных, внимательно присматриваясь к каждому. У охотника было ощущение, что ему предстоит разгрузить два битком забитых корабельных трюма.
  
   ***
  Вечерело. В углу тоненько тявкал во сне щенок, накормленный на этот раз на совесть, вдобавок за хорошее поведение награжденный котлетой. Ему, похоже, снилась погоня или азартная игра с братьями и сестрами, так что задняя лапка, торчащая над бортом корзины, периодически подрагивала.
  Одинокий свечной огонек дрожал на столе посреди чашки с маслом, на конце толстого фитиля. Отблески плясали на стенах, оживляя меленько дрожащие тени по углам, и играли на задумчивом лице ведьмы. Скрестив на столешнице руки и уткнувшись в них подбородком, она уже долгое время смотрела в огонь, словно надеялась научиться гадать на нем.
  Пространство за спиной казалось пустым и потерявшим уют. Последние дни лишь подтолкнули Инари к мысли о том, что это место давно перестало быть ей домом. Не удавалось ни вспомнить, ни придумать, что ее здесь держит.
  Стало быть, уже ничего.
  Гадательных способностей не понадобилось: огонек и так известил о госте, затрепыхавшись и забившись над маслом из-за сквозняка, ринувшегося от открытой двери.
  -Я не по делу ордена. - Сказал Маркус, видя, как она с тревогой встала. И прикрыл дверь.
  -Что случилось? - Насторожилась она. Глаза охотника, отражая пламя, переливались своими огнями, но понять что-то по ним было трудно.
  -Я пришел... просить прощения. - Тихо сказал он. - Не как охотник; лично. За то, что тебя подозревал.
  Ведьма взглянула на него с недоверчивым удивлением. Но он похоже, не шутил.
  -Как охотнику, мне извиняться не за что, я делал, что должен. - Хмыкнул он и снова посерьезнел. - Мне просто жаль, что так вышло. И я хочу, чтобы ты это знала.
  Мельора озадаченно кивнула, хотя даже не думала, что здесь стоит извиняться, и что его вообще заботит ее мнение.
  -Не надо думать, что на тебе висит какой-то долг. - Отозвалась она. - Ты ни чем не был мне обязан.
  Маркус лишь уголком рта дернул, не став спорить.
  -Я все равно должен был это сказать.
  Инари неуверенно потупилась, не в силах долго выдерживать его прямой взгляд.
  -Это просто работа. - Пожала она плечами.
  -Это просто работа. - Кивнул Марек, и она увидела, как охотник взялся за ручку двери.
  Он что же, возьмет и уйдет!?
  -А... -Окликнула она, невольно подавшись вперед, и ляпнула, что первое в голову пришло: - Может, чаю?
  Маркус остановился, поднял взгляд и какое-то время смотрел на нее, а потом шагнул вперед, приблизился и сделал то, что она ожидала еще при первой встрече.
  Пошатнувшаяся ведьма несмело обняла его за шею, а потом будто кинувшись в омут, прильнула ближе, отвечая на поцелуй. И в этот омут они сорвались оба.
  Сдавленно простонавший охотник прижал ее к себе, впился в шею, вызвав ответный стон, одним рывком распустил шнуровку на спине ее рубашки и потянул вниз. Поцеловал плечо, немного прикусил его и девушка ахнула, едва удержавшись на ногах.
  Инари не осознавала, что почти задыхается, когда его рука оказалась под ее рубашкой на животе, томительно медленно поднимаясь к груди. Не заметив, как наткнулась на стол, в следующий миг она оказалась на нем сидящей, и уже сама принялась за его одежду. Скинула с плеч и так расстегнутую куртку, потащила вверх рубашку, и оставшийся полураздетым, Маркус вновь притянул ее к себе.
  В какой-то миг в разгоряченном сознании вспышкой мелькнула мысль, попытка вспомнить некую мелочь... Она не глядя потянулась ко все еще горящему светильнику, но наткнулась на его ладонь.
  -Нет, Инари... - Прошептал охотник. - Я хочу тебя видеть.
  
   ***
  -Нильса.
  -Хм-м?
  -Ни-ильса. - Судя по тону, она скривилась с таким отвращением, словно откусила от яблока и обнаружила в мякоти половину упитанного червяка. - Мое имя от рождения. Но если вздумаешь так меня назвать, стукну.
  Он поневоле представил, как она хмурится.
  -Хм. Ниль... Ай!
  -Я предупреждала. - Проворчала ведьма, снова укладываясь на бок, и натянула одеяло повыше.
  -Больше не буду! - С такой готовностью согласился Маркус, что понятно: еще как будет, просто из желания посмотреть, как она забавно негодует, или если решит вывести ее из себя.
  Светильник уже погас, небо еще не рассвело, и в темноте мало что можно было различить. Так что она догадалась о его смешке лишь движению воздуха, пощекотавшем кожу возле ключицы.
  -Тогда понятно, почему в городе Левен поиск не дал результата. Хотя я думал, что на обучении ты уже стала называть себя Инари. Это ведь от Ina"ris, из пустынного наречия?
  -Да. - С удивлением признала она. - Означает "ремесленник". Я решила, что люблю свое ремесло, так что это было бы логично...
  -Откуда тогда взялась "Мельора"?
  -Тебе не нравится, да?
  -Не то что бы... Просто те же пустынники называют "мелорой" особо опасную ядовитую змею, которая любит заползать в обувь, так что...
  -Я в курсе. Из ее яда между прочим, отличное омолаживающее средство получается. И заживляющее тоже, если брать по капле.
  -А, и здесь есть смысл? - Он снова улыбнулся. - В малых дозах ты безвредна, но по сути змеючка?
  -Я вообще тяжелый человек, еще увидишь. - Засопела Инари, и задумавшись, совсем другим тоном тихо добавила: - Мне ведь тоже есть за что извиниться.
  Возможно, она намекала и на свое недоверие, помешавшее сразу рассказать о книгах, после чего он не терял бы времени на досмотры. Или вспомнила, как испугавшись, опоила его и бросила на морозе, все решив за них обоих. Или за минувшее время успела выдумать еще невесть что, накручивая себя
  -Да плевать. - Честно сказал охотник, поворачиваясь и удобней обнимая ее.
  -Я еще совсем забыла о шаре. Его тоже нужно передать в Ковен?
  У него невольно дрогнула рука, перебиравшая ее волосы. Маркус осознал, что не будь у нее такой мощной защиты, то еще в первый день он мог обнаружить на месте хижины пепелище. Он бы даже не узнал...
  -Нет.
  -Точно? - Она все же что-то уловила в его голосе. Охотник вздохнул и добавил:
  -Артефакт был утерян слишком давно. Согласно вашему Своду, его лишь рекомендуется вернуть в случае находки за небольшое вознаграждение. Но ты получила его от родного отца. Потому если захочешь, можешь оставить себе. - После паузы он с досадой добавил: - Только об этом тоже нужно отчитаться письменно, добавив заявление и еще хоть что-то, подтверждающее ваше родство.
  -О, бюрократия. Отлично. - С иронией отозвалась ведьма.
  -Я тоже терпеть не могу эту возню с отчетами, расписками...
  -А тебя-то она как касается? Собираешь с волкулаков расписки в благонадежности, или у упырей требуешь свидетельство о похоронах?
  -О! - Усмехнулся Маркус. - Это ты еще не знакома с самой страшной стороной работы в ордене.
  -Какой это?
  -Отчеты. - Обреченно ответил он. - Сколько и каких тварей пришлось истребить, почему именно этими средствами, сколько оплаты было получено, какие амулеты/оружие/деньги были взяты у орденского легата и почему именно столько.
  -Жуть какая. - Рассмеялась она и запнулась. - По этому делу тоже потребуется отчет?
  -С чернокнижником и древними книгами с артефактами? Разумеется.
  -И как ты это опишешь? - Осторожно спросила она.
  -Как есть. - Спокойно ответил он, и проведя пальцем по ее щеке, добавил: - Но мои личные дела касаются лишь меня, пока я справляюсь со своей работой.
  -Как вижу, последствия этой "работы" орден уже не так интересуют. - После паузы с укором заметила Инари и назидательно постучала его пальцем по коже чуть выше ключицы: она успела разглядеть шрамы, появившиеся за эти три года. Да там попробуй не разгляди: вурдалак тогда вцепился как следует.
  -Точно сведу. - С чувством пообещал сам себе Маркус. - Как попаду в город, первым делом к Целителю.
  Ведьма задумалась.
  -Знаешь, а тут и я тебе могу помочь. - Она лукаво прижалась к нему и провела кончиком пальца по продолговатому рваному шраму, линия которого шла от сонной артерии. - Или думаешь, какой-то шрам для моих лекарств проблема?
  -Хм... - не позволил сбить себя с толку охотник, хотя приятные мурашки от ее движения по коже пробежали. - А могу я узнать, что будет входить в состав такого лекарства?
  -Хочешь сказать, что боишься? - Она тоже усмехнулась, положив подбородок ему на грудь, и ее взгляд ощущался даже в темноте. Пальцы продолжали задумчиво поглаживать шею.
  -Пожалуй... - задумался он. - Пожалуй, ты права, состав меня не интересует. Уже.
  И опустив голову, прижался губами к ее губам.
  ...Уже перед самым рассветом он покосился на окно, предчувствуя скорое посветление неба. И решил, что ложиться спать сегодня не имеет смысла. Что ж, в его запасах всегда есть бодрящее зелье. Конечно, недосып последних дней впоследствии скажется, но на сегодняшнюю ночь он бы точно не жаловался.
  -Не думаю, что это хорошая идея. - Сонно отозвалась Инари, будто прочитавшая его мысли. Неужели он что-то сказал вслух?
  -Бодрящего зелья хватает на несколько часов. - Оправдался он. - Хоть два дня можно не спать. Мне не привыкать. Сейчас... еще немного полежу... и...
  Не договорив, и даже не додумав эту мысль, Маркус провалился в глубокий сон. Рука Инари, будто невзначай поглаживающая его висок, расслабилась. Ведьма с довольной улыбкой улеглась рядом, прикрыв глаза. Сил ведуньи вполне хватает, чтобы подтолкнуть в сон и так усталого человека. А до того как покажется солнце, его напарник тоже не проснется, так что есть смысл отдохнуть хотя бы немного.
  
   ***
  Вархарт то ли успел уже позавтракать и убрать за собой, то ли еще не заходил на кухню. Перед ним стояла только кружка с отваром, в которой он рассеянно помешивал ложкой сахар, глядя на улицу.
  -Ты хоть лицо попроще сделай. - Посоветовал он. - А то каждая встречная собака догадается, где ты был.
  -Где я был, сейчас только мое дело. - Отбил Маркус, присаживаясь напротив с полной тарелкой: первым делом он заглянул на хозяйскую кухню. Нашел лишь холодную кашу с остатками мяса и каким-то овощем, но это уже казалось роскошным пиром. Хозяин ведь сказал еще в первый день "чувствуйте себя как дома", вот он и решил не тревожить его по поводу завтрака, а раздобыть самостоятельно. Причем голод заставил обыскать все полки.
  ...Наутро ведьма почти не отреагировала на его подъем, только приоткрыла один глаз, прищурилась от света и с сонным "Мм-хмм" накрылась одеялом с головой. Это было еще одним теплым воспоминанием, что осталось с ним, и делиться он уж точно ни с кем не собирался.
  -Да ладно. - Отозвался маг. - Я тоже рад, что она оказалась ни при чем. Не принимай на свой счет, но настроение у меня с самого утра...
  Он со вздохом растер виски.
  -Не очень хорошее предчувствие. Не могу понять, с чем связано.
  Маркус нахмурился.
  -Мы ведь собирались наведаться в Дубравную.
  -Да, помню... - Вархарт убрал ложку и отхлебнул отвара, сморщившись: - Может, там мы наткнемся на что-то, что нам не понравится.
  Воин согласно кивнул. Расспрашивая местных, вскользь осматривая дома (где-то говорили, что ищут следы сглаза, где-то быстрей было напроситься на чай) они оказались завалены ворохом совершенно ненужной информации. Если обычно орденцу торопились рассказать все самое подозрительное, вплоть до странных подвываний ветра в печной трубе, а то и сдать всех соседей как шайку вурдалаков - то здесь каждый горой стоял, и едва не рубаху на себе рвал, что никто из его соседей, или родни, уж точно не способен на дурное. Вот уж точно, гномий клан какой-то.
  Даже с учетом того, что охотники ближе к вечеру разделились, экономя время, казалось, что в болтовне миновала целая вечность. Они побывали и у старосты, и у тех самых следопытов, обнаруживших тело, у родителей болеющих детей. Заглядывали даже к пастуху под самые сумерки, когда тот вернулся с выпаса. Последний не особо рвался поговорить, неприязненно зыркая в сторону охотников, что только подстегивало их назло затянуть осмотр. Но ничего путного выяснить и найти пока не удалось.
  Вархарт уходил спать едва ли не ползком: выдохся так, что даже амулеты-накопители опустошил почти полностью. Так что наутро они решили посетить Дубравную в надежде хоть там наткнуться на что-нибудь путное. Как говорится, со стороны виднее. Если кто из местных зарекомендовал себя человеком "со странностями", то соседи точно его запомнят. И в случае чего, укажут первым делом.
  -Думаешь, стоит ехать обоим? - Спросил Маркус.
  -Да. - Кивнул Вархарт. - Я как маг, способен учуять что-нибудь важное, а ты привык полагаться на собственные глаза и можешь заметить то, что ускользнет от меня. Ведь высока вероятность, что убийца оттуда, просто предпочитает гадить подальше от дома.
  -Будь я убийцей. - Прикинул Маркус. - То зная это убеждение, "гадил" бы едва не у собственного порога, чтобы уж точно никто на меня не подумал. - Но тоже встал вместе с соратником.
  Уже на улице маг внезапно остановился и поднял голову. То ли отразив голубое небо, то ли засветившись сами по себе, его глаза опять сверкнули.
  -Что такое?
  Харт с сомнением покачал головой, глядя на то, как разрываемые ветром, облака в невообразимой выси перетекают из одной формы в другую. Сморгнул и с досадой признался:
  -Мне с утра отчего-то даже солнце не нравится. Терпеть не могу такие ощущения.
  -Я думал, ты ценишь свое чутье.
  -Когда оно дает озарения. А иногда предчувствия лишь мешают. Отвлекают, а ответа все равно не дают. Лучше бы и не раздражали, раз ничего непонятно. Ладно... Куда там определили наших лошадей?
  
   ***
  Путь занял не больше пятнадцати минут, при том, что охотники не сильно торопились. Похоже, "час пути" на местном языке означал "не спеша, пешком и с двумя привалами на обед". Причем это если идти по основной, кружной и накатанной телегами дороге.
  А уж по узкой тропе напрямик через лес и поле - и того меньше. Жаль, о существовании тропы они узнали лишь в Дубравной.
  Там, к слову, свидетели развернулись во всю ширь человеческой фантазии. Еще от первых встреченных на околице женщин стало известно, что вся Солонь являет собой кодло черных колдунов, на которых уже который год нет управы. Вот как хорошо, что охотники явились, уж они там наведут порядок!
  Спросив, чем именно те населили дубравинцам, Маркус тут же пожалел об этом. Даже его конь занервничал, всхрапнул и попятился от оживившихся женщин. А те как упыри, почуявшие кровь, двинулись на него угрожающим полукругом.
  -Да урожай у них лучше с каждым годом, а ведь рядом наши поля-то! Только у нас пшеница жучком побита, а у них вся целая, ведь неспроста!
  -Коровы на лучших лугах пасутся, а наши как с весны повымерли полстада, так и все, а остальные полстада молока почти не дают! Еще чего доброго, у них скоро придется покупать!
  -Грозу нагнали давеча, последнее что было на полях побили, да еще жалуются, мол, сами пострадали не меньше нашего! А вот только знаем мы, как у них амбары едва не ломятся, то и дело печеным хлебом пахнет!
  -Да мало того что урожай попортили, еще и крыс напустили, лет десять столько их не видели! А кошек наших едва не извели, ироды!
  Тут уж и Харт насторожился, подавшись вперед.
  -Кошек? Черных?
  -Да всех! Своих, небось, не жалко было, а наших так тем более! Ничего, шиш им, мы своих мурлык по ночам теперь в домах запираем, а то ишь! Думают, мы и не догадаемся, чьих это рук дело?
  -Чьих? - Вкрадчиво уточнил маг, едва не свесившийся с лошади.
  -Так Баженки этой клятой! - Хором постановили тетки, моментально вернув его в прежнее, вертикальное положение силой звука.
  -Ага, так и шастает сюда, так и шастает!
  -Лиса шалапутная! - Резко постановила самая младшая, на вид не старше двадцати, перекидывая косу с плеча за спину.
  Охотники переглянулись. Это было что-то неожиданное.
  -Думаете, она ходила сюда за кошками? - Уточнил Маркус. Женщины уставились на него снисходительно. Как на мальчика, спросившего чего это там молодая парочка шуршала на сеновале, не иголку ли искала?
  -Да и за этим тоже, но! - Назидательно ткнула пальцем вверх старшая тетка. - И распутничать сюда бегала! Это дома она цветочек цветочком, и глаза хитрые в пол, а тут махнула через поля и к ухажеру!
  -Да каждый раз новому! - Возмущенно добавила младшая, сверкнув глазами.
  -Хотите сказать - С сомнением начал Харт - ...Что девица давно уж не девица?
  -Да еще какая! - Взорвались тетки. - Уже хотели сами ей косы повыдергать, чтоб у себя мужиков искала, а не по чужим бегала! А она вишь, почуяла и носа не кажет! Тьфу!
  Слушать их расхотелось окончательно. Все равно, что стоять посреди взбудораженного курятника, пытаясь уловить в поднявшемся гвалте что-нибудь полезное.
  -Бажена была убита. - Сурово осадил их Маркус: все равно рано или поздно узнают. - Так что от дурного в сторону умерших советовал бы вам отказаться.
  Притихшие и озадаченные женщины проводили охотников взглядами, пока те проезжали под приветственной аркой.
  Куда стоит направляться первым делом, если нужно собрать сведения о жителях деревни? Нет, не к бабкам на лавках, хотя те порой способны выдавать такие интриги, что остается лишь за голову хвататься от их гениальности. Нет, сначала следует завернуть к старосте. Должность обязывает его знать все о своих людях, местные новости и тонкости взаимоотношений. А старостины жены, так уж вышло, тоже вращаются в этом обществе и уровнем осведомленности могут поспорить с упомянутыми бабками.
  К Дубравной, правда, последнее не относилось. Тихая-тихая женщина, встретившая их у крыльца с покрытой головой и потупленным взглядом, сначала показалась бедной родственницей или вовсе соседкой. Потом уж, когда она провела их в горницу, пригласив подождать пока придет муж, стало ясно что хозяйка дома просто скромна по натуре и вряд ли отличается общительностью.
  Мужа правда, она держала в жестких рукавицах. Поднятый с постели мужчина явился сразу, стоило им лишь присесть и парой взглядов оценить обстановку, полную резных деревянных вещиц и крашеных фигурок. Наверняка их делали не столько для себя, сколько для продажи на ярмарках. Парочку вещиц Маркус даже задумался купить, племянникам в подарок. Потом задумался, давно ли был там в гостях, прикинул перспективы на ближайшее посещение и помрачнел.
  Охотника ждали еще как минимум в трех местах к югу от города. Насколько он знал, такие заказы в отдаленных деревнях часто тянут за собой цепочку других. Стоит людям узнать, что в окрестностях появился охотник, как он сразу становится нужен всем позарез: особенно если сам при этом торопится. Такими темпами дотянет до зимы, а в морозы двигаться на север - не самое умное дело. Не таскать же с собой сувениры до самой весны?
  Тем временем староста, плюхнувшись на лавку напротив, заплетающимся языком (хотя и старался говорить уверенно) представился Шуваром и спросил, не желают ли гости чаю. И озадаченно уставился на собственный подол рубахи, которую судя по швам, впопыхах натянул наизнанку.
  Харт усмехнулся Маркусу и украдкой сделал характерный жест, щелкнув себя по горлу. То кивнул. Староста вчера изрядно наклюкался, и сейчас, замерев с прямой спиной, старался не дышать на охотников, не дышать в сторону и почти не дышать вообще.
  -У нас есть несколько вопросов, и вы можете облегчить нам дело. - Начал Маркус, скрестил руки в замок на столешнице и подался вперед. - Для начала вкратце, расскажите о последних событиях в вашей деревне. Нам стало известно о несчастьях, которые кажутся не случайными. Что думаете по этому поводу?
  -Да я-то... - Растерянный Шувар потер затылок, отчаянно желая, чтобы гости оказались порождением его бреда. - ...И не знаю даже, что сказать вам. Гроза у нас случилась страшная, река из берегов едва не вышла, пару крыш сорвало, да град урожай побил. Но мы-то урожай энтот и так почти весь собрали, так что не сильно потеряли... И ненастья такие, пусть и редко, а все ж случаются. Что ж нам, любого дождичка бояться теперь? Мы и готовы к ним, если чего. У нас вон, дома над землей высоко стоят, и крыши крепкие. И быстро их можем подлатать, хватает умельцев...
  Хозяин дома чувствовал себя очень неловко, стараясь словами заткнуть тишину. А гости не собирались облегчать ему задачу. Люди его типажа лучше разговариваются, если не чувствуют под ногами твердой опоры. Они говорят и говорят, поневоле сообщая все что знают, будто стараются такой платой вернуть уверенность в себе.
  -Что вам известно о пропадавших кошках? - Строго спросил Вархарт, будто подозревал, что староста лично изловил бедных хвостатых. Тот икнул, запнулся и сбивчиво признал, что да, это странность.
  -...И ведь бывало, что нечисть животину подворовывает, но тогда собаки на окраине первыми страдают, что от привязи убежать не могут никуда. А у нас псы целы, зато котов вполовину меньше стало, за какую-то неделю. И мертвыми их никто не находил. Люди уж и задумались, что колдовство тут проглядывается дурное, ибо первыми черные кошки пропали, вот! - Он вздел палец, подчеркивая важность информации, да и собственную тоже.
  Охотники продолжали держать его в перекрестье внимательных взглядов, и мужчина продолжал:
  -...Вот не ведаю никого, кто бы мог колдовством заниматься. Я ведь и сам подумал вначале, грешным делом, на своих. Вон там - Он ткнул пальцем на окно, подразумевая улицу. - ...Дежурил порой за двором, смотрел да слушал, все ли спят по ночам. Меня-то все равно под осень бессонница одолевает... Да ничего и никого подозрительного не увидел. Хотя и по улице ходил, и за ворота выглядывал - никого!
  ...А если сейчас одобрительно улыбнуться старосте или участливо поинтересоваться о самочувствии, как того требует простая вежливость, то хозяин дома быстро опомнится и может решить, что не обязан отвечать. Как минимум, уже не будет выкладывать подряд все, что знает. А из опаски ляпнуть лишнего при суровых гостях, может и вовсе начать замыкаться. Юлить, отвечать вопросами на вопрос, снисходительно поглядывая на слишком молодых, по его мнению, орденцев.
  -Вы дежурили один?
  -Да. А чего ж людей поднимать, коли нет ничего? Я ж не думал и вправду колдуна за шкирку поймать, просто проверить хотел...
  Маркус едва удерживался от того, чтобы перебрать пальцами по столу, выдавая недовольство и напряжение. Все рассказанное старостой давало мало нового. Проскочить мимо старика при желании мог кто угодно, обойдя его околицей. Этот "кто угодно" мог отлучиться еще на закате, найти Бажену, привести ее в лес уже в сумерках и убить ночью. И спокойно вернуться в Дубравную за полночь, не будучи замеченным.
  Харт не то уловил настроение соратника, не то сам решил перевести тему на интересующий вопрос:
  -Но ведь молодежь иногда бегает в соседние деревни погулять, неужто между вашими деревнями нет такого обмена?
  Шувар поморщился.
  -Молодежи у нас, раз-два и обчелся. Да и не ходят они в Солонь. Там по прямой дороге, в часе-другом пути деревня Подгрозная, на самом тракте стоит. И людей там больше, и девок молодых. Вот наши парни туда и глядят, по выходным да праздникам в гости ездят. Берут телегу, лошадь впрягают и в дорогу! Эх, и сам так по молодости ездил... пить еще в дороге начинали... А девки, что были, все уже замужем наши! Остальные не доросли еще.
  -А из Солони?
  -Вы про Бажену что ли? - Опомнился старик и снова скривился. - Да то отдельная история. Она-то этим летом частая гостья; совести нет, а ноги длинные. Вот и бегает.
  -Ее родители понятия не имели ни о каких отлучках. К кому же она могла бегать, так старательно скрываясь?
  -Да раньше не знаю, к кому... - Почесал староста голову. - Но той неделей за полночь, видел я, как из дома Рувата выходила.
  -Он местный лекарь? - Харт похоже, склонялся к мысли, что не раздобыв приворотного зелья у Мельоры, убитая приходила за ним сюда.
  -Не, нету у нас своего лекаря. Как старый Ковыль помер лет шесть назад, так и нету... А что до Рувата, так гончар он. - Шувар пожал плечами. - На месте отца ее, я давно бы прибежал морду бить ее ухажерам, или погнал бы под венец. Ну негоже девке к парням шастать! Да видать, он и не в курсе, слепец какой-то...
  -Где живет этот ваш гончар? - Не дослушав, перебил Маркус.
  -Да на второй улице, третий дом от края. У него еще ворота сняты на ремонт, двор открытый...
  Староста запнулся: не дослушав его, охотники встали.
  -Благодарим за помощь. - Кивнул Маркус, пока озадаченный Харт уже первым выскочил на улицу. Там он едва дождался его, нервно притопывая ногой и оглядываясь на любопытных прохожих, которые скучковались у колодца. Женщины шушукались о чем-то, так часто оглядываясь на мага, что в теме их разговора сомневаться не приходилось.
  -Это шхурня какая-то. - Заявил он, когда воин вышел наружу. - Не могла она оказаться гулящей.
  Марек оглянулся на людей и решил, что охотники и сами прекрасно найдут дорогу к дому гончара. Не хватало еще увязнуть в этом собрании, отбиваясь от любопытных вопросов. Если так хотят узнать новости, пусть налаживают общение с соседями. А то расстояние смешное, а отчуждение как у соседних государств.
  -Думаешь, она бегала сюда просто пококетничать? - Предположил он. - Таким многие балуются, но...
  -Меня заботит не ее моральный облик. - Вархарт пошел следом, понизив голос. - Ритуал, Маркус. Он не может быть нарушен. А чистота жертвы одно из обязательных условий для призыва и подчинения! Я ведь, исходя из этого, даже не проверял ее при вскрытии!
  Он сделал паузу, оглядываясь в поисках прохода на соседнюю улицу.
  Маркус тоже знал теорию магии, но в тонкостях и разнообразии ритуалов разбирался уже не так хорошо: не та специализация. Случаи, с которыми он сталкивался (их было целых два, так что можно спокойно говорить о них во множественном числе) являлись примитивными ритуалами, где не важна ни чистота, ни возраст, ни пол.
  -Подчинение тени, по словам Мельоры, так? - Продолжал маг. - Здесь должен быть призыв сущности и заключение с ней некоего соглашения. Взамен на помощь, сущность нужно кормить. Лучше жертва - больше силы, все просто. Сначала - Харт рубанул ладонью воздух - Он призвал это существо. Не с первого раза, заметь, ведь сколько ему пришлось извести кошек! Потом испытывал силы, проверял этой грозой. И решил связать себя договором.
  -Поправь, если я ошибаюсь, но на службе ордена тоже есть призванные сущности. И никаких жертв для их вызова не требуется. Только правильно начертанный рисунок.
  -Это другое. - Покачал головой Вархарт. - Эти духи слабы, помогают по большей части информативно. И к тому же они совсем другого вида. Это как... как с рыбалкой: от наживки зависит добыча. И на кровь "приманивается" совершенно иное. Сильное и своенравное. И очень прожорливое.
  Они свернули на соседнюю улицу, и маг продолжил увлеченно втолковывать молчаливому спутнику то, что успел понять:
  -Если Бажена и вправду была не девицей, то ритуал оказался сорван! Он проведен неверно, нарушено главное из условий! Сущность хотела кормиться, хотела установить связь с жертвой, а это невозможно! То, что призвал чернокнижник, должно было очень разозлиться. Оно выполнило свою часть "договора" и пока не получит обещанного, вцепится в заклинателя. И если не будет жертвы, сущность сожрет его самого.
  -Он как крыса в ловушке. - Сообразил Маркус. - А ловушку бросили в огонь. Ему нужно искать выход, искать новую жертву, да получше. А лучшими жертвами у чернокнижников являются...
  -...дети. - Застыл Харт. С тревогой посмотрел на соратника.
  Маркус постарался прикинуть.
  -Эта сущность, она способна дать ему какой-то срок?
  -Скорее всего. Ритуал был проведен... - Маг прикинул, вспоминая, что видел. - В полнолуние. Стало быть, у чернокнижника еще неполный месяц как максимум. Но это слишком вольное предположение. Может, сущность удовольствуется ритуалом на другую фазу.
  -Или вообще наплюет на время, лишь бы получить свое. Даже если потеряет много энергии в процессе. - Добавил мрачный воин. - Ведь от времени проведения ритуала зависит лишь эффективность, насколько я помню.
  Вархарт обернулся на чей-то любопытный взгляд через забор, заставив от неожиданности с ойканьем спрятаться. И посмотрел на коллегу.
  -Насколько же удачно случилось это отравление. - Вздохнул он. - Если бы захотел, чернокнижник не смог похитить никого из детей. Они все время под присмотром, пока им нужен внимательный уход.
  -Но уже выздоравливают. И скоро окажутся в еще большей опасности. - Констатировал Марек.
  -Скоро... - Маг остановился напротив открытого двора без ворот, рассеянно глядя на работающего внутри человека. - Но давай-ка узнаем, как дело было. Может, все это лишь догадки.
  -Только давай не затягивать. Мне что-то не нравится, что в Солони сейчас не осталось ни одного охотника.
  -Мне тоже. Но дети не одни. Он днем не осмелится их тронуть.
  Они оба снова одновременно уставились на пересекающего двор гончара - наверняка это был он. Будто почуяв их внимание, тот обернулся через плечо и явно напрягся, увидев двух незнакомых и вооруженных типов.
  Для охотника же явно нервничающий человек - что бегущая дичь для собаки. Они тоже насторожились, хотя внешне наоборот, вразвалочку и со скучающим видом, едва не насвистывая, направились к нему.
  -День добрый. Господин Руват, если не ошибаюсь? - С жизнерадостной улыбкой приветствовал Харт.
  -Допустим. А чего? - Насупился паренек, на вид не старше восемнадцати лет. Даже щетина толком расти не начала.
  -Мы к вам с парой вопросов о некоей Бажене Смольской. Знали такую?
  Гончар сорвался с места и с прытью зайца рванул... в дом. Маркус, было, дернулся следом, но вовремя опомнился: он же не один. Так что к дому они пошли так же, вдвоем и неторопливо.
  Руват хотел выскочить через кухонное окно. Наверняка бы вместе с рамой его высадил, но невидимая петля еще на пороге захлестнула шею и опрокинула спиной на пол. Несмотря на "всеядность" второранговых магов, Вархарт явно предпочитал стихию воздуха.
  Прищелкнув пальцами (снятие петли) он подошел к парню, что пытался собрать себя и встать, и участливо похлопал по плечу.
  -Небось, вспомнил что-то важное? Вроде забытого жаркого в печи, да?
  -Да вы кто такие!? - Растерянно спросил гончар, переводя взгляд с одного на другого. Кто именно "поймал" его, парень так и не понял.
  -Орден охотников на нечисть. - Маркус приподнял рукав, демонстрируя татуированную кожу ниже локтя. - А кого ожидал ты?
  -Охотники!? Ну и дела... А кого ждал-то, н-ну... не знаю. Родню ее. Бажены, в смысле. Или вы родня и есть!?
  -Боишься получить по морде за разврат? - Маг наградил паренька снисходительной усмешкой.
  -Ага, да кабы я еще там первым был... И вообще, сама ко мне ходила! Но жениться я не собираюсь! Ежели она там у себя вдруг обрюхатеть умудрилась, так то не я!
  -"Обрюхатеть", значит. - Задумчиво протянул Маркус. - А с чего взял, что не ты?
  -Я настой специальный пью, чай не дурак. - Побагровел юноша. - Так что пусть не думает себе там, что раз с журавлем в небе не вышло, то я как синица в руках сгожусь.
  -С каким это еще "журавлем"? - Тут же поймал его за рукав Вархарт.
  -А вы правда, просто охотники? Не от родителей ее пришли? - Чуть осмелев, парень таки поднялся на ноги. Выглядел он все еще сконфуженным, но вместе с тем и обнадеженным.
  Охотники прошли мимо него вглубь дома. Вархарт быстро осматривал помещение, иногда сверкая глазами, Маркус же обернулся и ответил:
  -Нет. Но нам нужно было знать, в каких отношениях ты с ней состоял.
  -А нахрена ж вам наши отношения? - Озадачился гончар, проходя следом в подобие горницы, уставленной заготовками.
  -Мил человек. - Ласково обратился к нему воин. - Ты не испытывай нашего терпения. Говори прямо, как есть.
  -Ну... в каких значится, отношениях... Да в близких! А до меня она еще с двоими миловалась, с них еще спросите, чего я-то сразу?
  -Потому что из всей деревни ты одним из последних видел ее живой.
  Руват где стоял там и сел, прямо на кривую табуретку. Которая не выдержав, крякнула и покосилась, заставив его пошатнуться и снова подскочить. Гончар захлопал глазами, как разбуженная сова.
  -То есть как это? Живой... А что случилось-то!? - Кажется, до него стало доходить, что если Баженой интересуется орден, то дело дурное.
  -К делу. - Поморщился Марек. - Мой коллега спросил, о каком "журавле в небе" ты упоминал.
  -Да замуж она хочет... Хотела. - Махнул парень рукой. - Только не за меня, хвала богам. На кой мне такая жена!? Да и вообще жениться не хочу... Понравился ей там кто-то из своих, все уши прожужжала. Иной раз лежит и ноет, какой ее Ясень красивый, какой загадочный да все ее в упор не видит! Надоела с этим.
  -Ясень?
  -Прозвище, она по имени его не звала. Я вот, как вы заявились, и подумал... боги, да как же так-то? Я думал, она ходить перестала, потому что захомутала того парня! А оно вот как...
  -Как она собиралась замуж с такой репутацией? - Обернулся Харт, не обнаруживший в доме ничего интересного.
  -А?
  -С пятном на имени. Ведь сам говоришь, мало кому нужна гулящая жена.
  -Так это здесь ее гулящей знают. Знали, то есть. Тьфу, зараза, никак не соображу... - Паренек потер взмокший лоб. - А в Солони никому невдомек. Баженка умеет прятаться. - Улыбнулся он и снова опомнился, согнав улыбку. - Да уж... После свадьбы конечно, кабы дошли до них слухи, то были б у нее проблемы. Но она бы нашла способ отпереться, ей доверяли...
  -Выходит. - Настороженно перебил Вархарт. - Что этот "Ясень" был убежден в ее невинности?
  -Конечно. Она сама мне говорила, что собирается его одурманить. Или на худой конец споить, чтобы на первую ночь ничего не понял...
  Выходит, их предположения оказались верны.
  Маг напряженно выпрямился, будто заранее услышав удар. И тут в окно с улицы будто кто-то врезался. Все обернулись. В слюдяную перегородку снова ударили две ладони, и раздался отчаянный женский голос:
  -Господа охотники! Вы здесь!? Ну хоть кто-нибудь, пожалуйста...
  Не сговариваясь, Марек с Хартом дернулись к двери, но та уже распахнулась сама. В коридор, задыхаясь и спотыкаясь, вошла молодая девушка с растрепанной косой. В ней далеко не сразу удалось узнать Мирену, мать заболевшей Даренки.
  -...Едва нашла вас... - Простонала она, изнеможенно сползая спиной по стене, на еще один косоногий табурет (этот хотя бы выдержал). - Господа охотники, там беда!
  Это "господа охотники", настороженно застывшие напротив нее, и так уже прекрасно поняли. Осталось лишь узнать подробности.
  -Говорите спокойней. Что случилось? - Успокаивающе протянул руку Маркус, хотя его самого едва не пошатнуло от тревоги.
  -Гроб с Баженкой... поутру открытым оказался. - Прижав ладонь к груди, начала она, не обращая внимания на открывшего рот гончара. - Мать с сестрой увидели и в крик. Что там было... Слово за слово, возлютовали все, такое начали кричать! Они на ведьму, на Мельору собрались идти, извести ее. Ведь в ладошке Бажениной черный волос нашли...
  Охотники лишь переглянулись. О волосах знал лишь чернокнижник, знал, что их убрали, ему было где взять новые и вложить в мертвые пальцы - ему нужен новый бунт.
  -У нее есть шар для защиты. - Возразил Вархарт не то Мирене, не то мыслям Маркуса.
  Девушка с жалостью покачала головой.
  -Я не знаю, что там было дальше, когда я убежала. Но они сильно разозлились, страшно смотреть. Талас уже додумался до факела в крышу. А там уж остается только не выпускать наружу...
  Какие мотивы вели Мирену, когда она решила остановить самосуд - выяснять было некогда. Когда женщина договаривала последние слова, охотники уже скрылись за порогом.
  
   ***
  Ведьма положила ладони на затылок и размяла себе шею, которая начала уже затекать от долгого сидения над разложенными по столу книгами. Опустила руки вниз, откидываясь на спинку стула, и ее пальцы начал облизывать виляющий хвостом щенок.
  -Здоровенький какой. Больше, чем Клык в его возрасте! - Умилилась Нейла, наклонившись вбок, чтобы разглядеть последнего пациента Мельоры. Та же косилась на животное с подозрением. То ли он и вправду почувствовал себя лучше и решил проявить благодарность, то ли просто чуял, что где-то внутри нее есть кости.
  -...Пиши дальше. - Продолжила она, не сбиваясь с мысли. - Покраснения на тонкой коже век, у губ и ушей. Мелкая дрожь в руках, слабость. Это означает, что болезнь перешла во вторую фазу. Тогда к рецепту лекарства примешивай вытяжку красного сабельника. Можно добавить душицы, тогда получишь еще и успокаивающий эффект.
  Лекарша послушно заскрипела пером. Она явилась утром, когда ведьма только-только проснулась и сидела на пороге с кружкой ароматного отвара, любуясь лесом. Нейла же провела всю ночь в муках совести и еще чего-то, так что примчалась просить прощения и вообще едва на колени не падала перед загадочно молчащей Мельорой.
  Возможно, не самая глупая лекарша многое обдумала этой ночью и пришла к тем же выводам, что и Маркус, о связи ведьмы и бывшего старосты. Прямо спрашивать она не стала, но то и дело косилась на волосы Мельоры, так что догадаться о ее мыслях было нетрудно. Впрочем, пока нет прямого вопроса, та предпочла молчать.
  Итак, послушав Нейлу пару минут, ведьма решила, что раскаяние сестры похоже на искреннее, и сухо ответила "Входи". Хотя оно выглядело бы куда лучше, если бы Нейла заранее не прихватила с собой подаренные книги, перо с чернильницей и почти пустую записную книгу Лиара. А так Инари не могла отделаться от ощущения, что ее приглашение было лишь формальностью: сестренка и так рассчитывала на прощение.
  ...Мельора с опаской погладила щенка и сложила руки на груди, одобрительно взглянув на "адепта". Чувствовать себя преподавателем ей еще не приходилось, и ощущение превосходства в знаниях оказалось приятным. К тому же создание из простого обывателя нового лекаря не могло не радовать.
  -...Третья фаза болезни там описана детально. Если больной перейдет в нее, остается только увеличить дозу лекарства в полтора раза, перестать его кормить, только обильно поить. И ждать.
  -Ждать чего?
  -Пока не переборет заразу. Или отправится на тот свет.
  Лекарша хмуро уставилась на свои записи.
  -Что, вообще никак больше не помочь?
  -Если рядом нет Целителя, то никак. - Мельора пригубила из кружки. - Привыкни к мысли, что ты не всесильна, Нейла. Ты можешь помочь больному, ты можешь подтолкнуть его к выздоровлению, иногда лекарства и усилия лекаря буквально вытаскивают человека с того света. Но бывает, что от тебя перестает что-либо зависеть.
  -И что делать тогда?
  -Говорю же. Ждать. Заставлять больного бороться. Продолжать давать лекарство. И надеяться.
  Нейла тихо вздохнула и поскребла пером кончик носа: еще одна знакомая привычка. После чего пролистала книгу до новой отметки, сделанной вчера ночью в попытках отвлечься от мыслей.
  -Вот еще что мне не совсем понятно: написано, что болотная лихорадка проявляет себя поначалу как обычное "подострое" отравление спорыньей. И только на третий-четвертый день появляются припухлости на теле. А какие симптомы после спорыньи? И что еще за "подострое" отравление? Об этом речи нету.
  -В конце книги, ты наверное, не дочитала... - Рассеянно ответила ведьма, глядя в окно. Нейла зашелестела страницами и стала просматривать написанное с конца, уже через пару минут найдя нужное место. Небольшой кусочек текста не привлекал много внимания, будто речь шла всего лишь об уколотом пальце.
  -Ага... - Пробормотала она. - А почему так мало?
  -Потому что спорыньи не появлялось уже больше трех веков... - Голос ведьмы оставался таким же отстраненным и монотонным. Подняв взгляд, Нейла увидела что та нахмурившись, смотрит в окно.
  -Что такое?
  Ведьма повернулась, растерянно посмотрев на "ученицу".
  -Тебе не показалось, что появился странный шум? Кажется, со стороны деревни...
  
   ***
  Как оказалось, если гнать во весь опор, дорога все равно не делается короче, а подло растягивается с каждой верстой.
  В Солони охотники застали лишь опустевшую улицу и четырех бабулек, все еще активно обсуждающих происходящее на лавке неподалеку от приветственной арки. Пришлось на ходу решать, что делать дальше, и обменявшись парой реплик, они разделились.
  С точки зрения бабулек, выглядело это странно. Один процедил:
  -Отвлекает.
  -Дети. - Подтвердил второй, светловолосый. Оба переглянулись.
  -"Гром" сработает. - Сказал маг, и после кивка спешился, кинувшись к тропе, ведущей в лес. Второй наоборот, пришпорил свою лошадь и понесся вдоль улицы к дому старосты.
  Неизвестно, отчего Мирена, вместо того чтобы присоединиться к большинству, побежала за ними. Может, опасалась последствий от ордена, или просто не хотела терять полезную лекаршу. Но желая спасти чужую жизнь, сама того не зная, она может лишиться собственной дочери.
  Высшие силы, это просто несправедливо...
  
   ***
  Маг бежал через лес напрямик, как по нитке, перепрыгивая через коряги и минуя ямы. Вылетев на тонкую тропку грибников, которую пересекал его маршрут, он едва не сбил с ног замершую Нейлу, которая с испуганным восклицанием отшатнулась и едва не упала сама.
  -А ты что тут делаешь? - Озадачился тяжело дышащий Вархарт, ожидавший увидеть ее в первых рядах поджигателей. Лекарша пожала плечами.
  -Не хочу, чтобы они меня тут увидели. Но послушать интересно, даже сюда слышно. - Она кивнула на лес за своей спиной и обернувшись, вытянулась на цыпочки. - Может, и разгляжу чего...
  -Отрадно видеть такое сочувствие. - С отвращением сплюнул маг и уже хотел продолжить бег, как старостина дочь оскорблено вздернула нос и, прижав к себе книжки, бросила вдогонку:
  -Так ведь ей и не грозит ничего!
  -В смысле!?
  Харта насторожила ее уверенность. А лекарша к тому же и хихикнула.
  -Да нет ее дома! Так что и переживать мне за сестру нечего. - Она блеснула глазами. - Я ведь угадала, она моя сестра? - И видя, что он озадачен, оживилась. - Так и знала! И вы-то оказывается, в курсе! Она сама вам сказала? Или вы так, догадываетесь? А вы тоже заметили, что у нее волосы, похоже, крашеные?
  Маг даже слов не нашел, только окинул взглядом и решил не задерживаться. Лучше самому убедиться, что ничего страшного не случится. Так что махнув рукой, он скрылся в лесу, оставив за спиной странную лекаршу.
  
   ***
  Первым, что Маркус увидел, влетев в комнату на первом этаже - перепуганные глаза Даренки, выглядывающей из-за опрокинутой кровати. Потом - Гордия, лежащего на полу лицом вниз в луже крови. Рана от удара на затылке не оставляла сомнений в том, что пульс уже можно не проверять. А воцарившийся в комнате бардак с разбросанными кроватями дал понять, что чернокнижник не стеснялся использовать магию.
  Не хватало младшего. Маркус даже не помнил, как его зовут.
  -Охотник! - Прошептала девочка и хотела дернуться навстречу, но резкий предостерегающий жест ее остановил. Рядом появилась голова Рикаса. Детишки, похоже, еще не видели, что стало со стариком.
  -Приходил злодей! - Всхлипнула Даренка. - Колдун! Украл нашего Огонька!
  Рикас заторможено кивнул.
  Пытаясь отдышаться, Маркус уперся руками в колени. Нельзя было терять времени, ни одной минуты... Но оставить детей наедине с телом старика он не смог.
  -Тише, тише. - Осадил он и спокойно поднял ладонь. - Послушайте, что я скажу. Вам нужно закрыть глаза.
  -А что такое!? - Встревожился Рикас. Охотник пересек комнату и присел рядом с ними на корточки, ненавязчиво загораживая возможный обзор.
  -Колдун зачаровал эту комнату. - Доверительным тоном признался он. - Если вы посмотрите на нее... то ослепнете на три года. Вы же не хотите ослепнуть?
  Дети испуганно замотали головами.
  -Тогда закрывайте глаза и дайте мне руки. Я вас выведу отсюда.
  -А сами не ослепнете?
  -Нет. - Он слегка усмехнулся. - Я же охотник. На меня не действует.
  Будь они постарше, могли заупрямиться или продолжить расспросы. Но сейчас две ладошки доверчиво протянулись навстречу. Детишки так старательно зажмурились, до морщинок на веках, что в иной ситуации это казалось бы забавным.
  Проходя мимо Гордия, Даренка нечаянно вступила в кровь, и ее мягкий тапочек какое-то время оставлял на полу темные следы. Охотник напомнил еще раз, что им нельзя открывать глаз, и осторожно провел мелких по лестнице, после чего увел в дальнюю комнату.
  -Все. - Успокоил он. - Здесь чары уже не действуют.
  -А дедушка Гордий? Он убежал за помощью, да? - Снизу вверх посмотрела девочка.
  -Не знаю. - Солгал Маркус. - Спрячьтесь в кладовке. Сидите тихо и ждите родителей. Никому кроме них не отзывайтесь, ясно?
  Стоило подстраховаться; если выбор чернокнижника все же пал на девочку, то пропажа младшего может оказаться очередным отвлекающим маневром. Все же девочки "годятся" лучше, так что в действиях колдуна охотник сейчас не видел логики.
  -Хорошо. - Засуетились детишки, окапываясь среди корзин, коробок, кастрюль и прочего хозяйского хлама. Охотник уже закрывал дверь, разворачиваясь к выходу, но все же остановился еще на миг.
  -Вы видели, кто это был?
  -Нет. На нем какой-то балахон страшный... противный! Из головы как будто не волосы, а водоросли висят! И тени от него по стенам бегают. - Вздрогнула Даренка. Но мальчик молчал.
  -Рикас? - Марек тронул его за плечо. - Ты видел его лицо? Ты узнал этого человека?
  Тот кивнул. И сказал.
  
   ***
  Разгневанная толпа, взгретая криками самых ярых активистов, катилась по лесной тропе, вытаптывая траву и молодую поросль, как неумолимый горный оползень. Остановить людей было практически невозможно. Дошедшие до точки кипения, все это время подогреваемые слухами то там, то сям, они потеряли терпение. И уверенные в праведности своего дела, не собирались думать ни о чем ином.
  Они сами верили, что их не способно остановить ничто на свете.
  Но не учли одного варианта.
  ...Когда Вархарт настиг людей, те топтались на пустой поляне как баран, влетевший в морок ворот. Гомонящий народ был сбит с толку и не понимал, что ему теперь делать со своим запалом. Они ожидали чего угодно - но не того, что ведьминой хижины вообще не окажется на месте!
  Поляну покрывала лишь колючая поросль шиповника, не носящая никаких следов человеческих ног. Словно здесь никогда и не было никакого жилья. Будь леший в человечьем теле, он сейчас покатывался бы со смеху, приговаривая что-то вроде: "Это еще цветочки! Видали бы вы, что я еще могу!"
  Однако вылетевший из зарослей охотник, запыхавшийся и разозленный тем, что время и внимание тратится на неугомонных людей, почти не обратил на это внимания. Быстрым взглядом оценив все еще напряженную обстановку, он свел вместе ладони и вскинул их вверх.
  Деревья качнулись, будто разом отшатнувшись в стороны.
  "Гром" и вправду сработал безотказно. Оглушенные люди зашатались, хватаясь за головы, кое-кто и вовсе упал на колени: им показалось, будто все пространство вокруг схлопнулось, лишив их воздуха, а звук едва не лишил слуха. Ступая между скорчившимися телами, Вархарт прошел в середину, где тряс головой староста, пытающийся избавиться от звона в ушах. По пути магу показалось, что кого-то среди людей не хватает.
  Хватать старосту за горло было, наверное, слишком, хотя и очень хотелось. Харт сложил руки на груди и ограничился горящим взглядом, от которого мужчина невольно отступил назад.
  -Когда вам говорят слушаться именем ордена. - Угрюмо напомнил маг. - Нужно заткнуться и слушать.
  -Да вы... - Бывший кузнец поднял руки. - Вы не так поняли! Мы же ведьму эту, к ответу, то есть к вам привлечь хотели! В смысле, привести!
  Харт протянул ладонь в сторону, и уроненный кем-то факел, промасленный на конце, сам скакнул с земли ему в руку. Охотник задумчиво перебросил деревяшку в ладони, крутанул в воздухе и снова посмотрев на старосту, оскалился не хуже иной нечисти.
  -Серьезно?
  -Только припугнуть! - Беспомощно оправдался мужик, да и окружающие, поняв, чем может грозить такая выходка, закивали. - Да вы сами-то поймите! - Взмолился он - Ведь по улицам нашим эта гадина ходит, спит себе спокойно, покуда девчонку молодую, ее руками загубленную, мы в землю хоронить должны! Как родителям ее, родичам, такое терпеть, скажите!?
  -И кто же вам сказал - Прищурился Вархарт - Что виновна Мельора? Неужто кроме нас сыскался тут третий охотник? - Издевка в его голосе медленно перерастала в нечто, похожее на разозленное рычание: - Или вы своих глаз не имеете, раз не уразумели, что лишь мужской рукой такие раны можно нанести?
  -Так ведь силы темные... - Вякнул кто-то и тут же, вспомнив, как на это реагировал Маркус, поспешил замолчать.
  -А волосы-то, волосы! - Нашелся другой голос. Маг оглянулся, снова про себя отметив, что кого-то здесь нет.
  -Как я понимаю, волосы эти волшебным образом появились сегодня? Ведь те, кто вчера готовил тело к погребению, их не заметили?
  Староста замялся. Признаться, еще с час назад выкрикнутое кем-то "Высшие силы на убийцу указывают!", в горячке показавшееся убедительным, сейчас выглядело так глупо, что, пожалуй, лучше промолчать.
  -Кого-то среди вас не хватает... - Тем временем бормотал Вархарт. - Марек говорил, что он не пропускает ни одной сходки...
  И повысив голос, спросил:
  -Где ваш пастух?
  Люди стали переглядываться; среди них не обнаружилось вечной шапки с торчащим ухом. Донеслось недоуменное:
  -Точно, Талас же громче всех возмущался!
  -И про факел идея его была!
  -Да тут был, вот только-только...
  -С нами в деревне был, да куда-то делся...
  Вархарт движением пальцев превратил факел в труху, осыпавшуюся на землю. Его взгляд заледенел.
  -С кем остались ваши дети? - Тихо спросил он. - Они без присмотра?
  Толпа умолкла. В наступившей тишине можно было различить скрип мозгов. Информацию селянам заменяли легенды и страшные сказки, но даже в них дети были вечной приманкой для зла.
  -Это что же выходит... - Начал кто-то недоуменно, но был перебит истошным криком.
  -Рикас! - Из группы женщин вырвалась одна и кинулась бежать обратно по тропе, надрывно крича: - Там мой мальчик!
  -Даренка... - Охнул высокий мужчина, чья жена сейчас в Дубравной приходила в себя после марш-броска. И присоединился к женщине.
  Вархарт не бежал. Он поначалу дернулся первым, мысленно плюнув на этих идиотов, которые по уровню важности скатились ниже уровня земли. Но предчувствие чего-то нехорошего, с самого утра ледяной лапой поглаживающее спину, сейчас обрело новую силу. Оно будто вцепилось когтями, заставив пошатнуться. Маг поднял голову вверх, устремив глаза на небо.
  Люди видели, как на его лице проступили, сменяя друг друга, озадаченность, неверие, шок... ярость.
  Он выругался так, как не ругался уже много месяцев, на двух языках сразу. Перепуганным людям сперва показалось, что он вообще их в сердцах проклял. Но пока они осмысливали сказанное (иные искали на себе признаки болезни или порчи) охотник скрылся в лесу в направлении Солони.
  Только потом остальные увидели то же, что и он. И завыли единым голосом в испуганных причитаниях.
  
   ***
  Человек, посвистывая, шагал по лесу в сторону колодца, прекрасно обходясь без охотничьих троп. Мальчика он держал на руках и тот, плохо понимая, что происходит, сам цеплялся за мешковатый балахон. Огонек с недоумением потрогал свисающие из под капюшона черные волосы, и обернувшийся к нему пастух с улыбкой снял капюшон.
  -Что, забавно смотрится? Издалека так и не отличить. - Он огляделся и тряхнул головой, чтобы пришитые к капюшону космы не цеплялись за его собственные волосы. - Ничего. Сегодня вечером избавлюсь от этого тряпья.
  Мальчик не слышал, чтобы рядом говорил кто-то еще, но человек остановился и повернул голову в сторону, словно его кто-то окликнул.
  -Уже начинается? - Уточнил он.
  Ответа не прозвучало, но Талас с интересом поднял голову. Мальчик на его руках заерзал, с протестующим хныканьем упираясь ладошками в грудь похитителя. Тот похлопал ношу по спине.
  -Ты не ной, а вот куда погляди, дурачок! Больше ведь такого не увидишь.
  Огонек послушался и от изумления открыл рот. Сначала сморщившись от яркого солнечного света, он ничего не понял - но свет тускнел. Скоро стало возможным смотреть прямо на небо, не щурясь. Вокруг словно сгущались стремительные сумерки, растворяя серым окружающие краски.
  Солнце медленно угасало. Будто пожираемое невидимым чудовищем, оно слабело и слабело, пока от него не осталось меньше половины, похожей на полумесяц. Тогда-то и стал виден сам "зверь": кажущееся черным небесное тело, в котором далеко не сразу можно было опознать луну их мира. Она медленно наползала на сияющий диск, будто колпак на фонарь.
  Вокруг продолжало темнеть. Мальчик оглянулся и испугался того, насколько сгустились тени между деревьев. Будто из зарослей на них наступала сама ночь.
  -Надолго это? - Поинтересовался пастух у невидимого собеседника. И удовлетворенно кивнув, зашагал дальше.
  Впереди показался обрывистый край колодца. Мальчик будто почувствовал неладное, или просто испуганный затмением, снова попытался сопротивляться. На что Талас снова усмехнулся, крепко прижимая ребенка к боку.
  -Хочешь увидеть настоящее волшебство? Тогда тихо.
  Малыш доверчиво уставился на него снизу вверх ясными голубыми глазищами. Чернокнижник подмигнул ему и шагнул вперед с края. Воздух вокруг сначала ударил в лицо, а потом будто стихающий ветерок, легонько мазнул по щекам. Падение перешло в плавный спуск, будто кто-то опускал их на веревке.
  Поначалу открыв рот от удивления, Огонек огляделся и его глаза в страхе расширились еще больше. Он закричал и стал вырываться, стуча по плечу похитителя и силясь ударить побольнее ногой в бок.
  -Ах ты ж!.. - Талас перехватил ношу поудобнее. - Ты гляди, будто почуял... Ай!
  Он отцепил ребенка от себя и усадил на землю. Недоуменно нахмурился, прислушиваясь к призрачному голосу.
  -Что, правда?
  Невидимый собеседник ответил, и во взгляде пастуха появился интерес. Он по-иному, оценивающе покосился на мальчика.
  -Надо же. Так я выходит, еще и доброе дело делаю заодно? - Усмехнулся он.
  Огонек замахнулся снова, сжав кулачок, но мужчина перехватил руку. Угрожающе прикрикнул на него, и мальчик захныкал. Пастух решил уж, что сопротивления больше не будет, но малыш схватил камушек другой рукой и ударил его в плечо.
  -Хватит! - Рявкнул Талас, толчком руки опрокидывая пленника на спину и ладонью прижал к камням. Тот попытался ухватить чужую руку и испуганно хныкал. Хмуро прикинув что-то, пастух окинул взглядом будущую жертву. Таким же взглядом он мог смотреть на курицу, которую предстоит разделывать на обед.
  -Не дергайся, и больно не будет. - Соврал он. На что жертва заревела еще громче.
  Поудобней устроившись на коленях, Талас из потайного кармана достал узкий, изогнутый нож, хищно блеснувший в полумраке как осколок зеркала. Пока что опустив оружие, он прикрыл глаза и стал выталкивать из горла чуждые, рокочущие звуки, складывающиеся в слова призыва.
  За его спиной возникла тень, поднявшись из-за дальнего нагромождения камней. Она казалась отражением пастуха на первый взгляд, его странной копией, чем-то неуловимо отличимой от оригинала. На миг она застыла, а потом тихо-тихо, будто не касаясь земли, поплыла в его сторону.
  Пастух продолжал говорить. Его речитатив, поначалу неуверенный, как у заучившего речь адепта-первокурсника, обретал ритм и звучность. Увидев тень позади него, еще громче заплакал испуганный Огонек. Талас не отвлекался, будто ушел в транс.
  Тень приблизилась и подняла руки; сползшие рукава обнажили тонкие запястья, сжимающие... небольшую лопату. Тень размахнулась, вскидывая повыше свое орудие, и с усилием обрушила удар на его голову.
  То есть, хотела обрушить.
  Талас вскинул руку назад, и удар огромной силы выбил из ведьмы воздух, отбросив назад до самой водяной кромки. Тогда только пастух обернулся, но по его ничуть не удивленному лицу стало ясно, что он с самого начала подозревал чужое присутствие.
  -Какая же ты заноза. - С чувством сказал он, поднимаясь на ноги. Оставленный без присмотра Огонек тут же попытался уползти в сторону, но испуганно завертел головой по сторонам, увидев что-то.
  -Что, правда? - Мельора простонала, пытаясь подняться на локтях. - А по-моему я очень тебе пригодилась. Всегда есть на кого спихнуть внимание или вину, так?
  -Ну... - Талас пожал плечами, неторопливо шагая в ее сторону. - Ты ж сама виновата, что вела себя подозрительно. Мне и стараться почти не пришлось.
  Она нецензурно прошипела в его сторону, щупая ноющий затылок. Пальцы окрасились красным, но рана оказалась несерьезной. Повезло, что она ничего себе не сломала.
  -Ты не думай, что я лично против тебя был. - Усмехнулся пастух и остановился над ней. - Просто удобно. Ты ж меня, кстати, прошлой зимой лечила. Жалеешь сейчас, небось?
  -Угу. - Отозвалась ведьма.
  -Ты и правда сама виновата. - Покачал он головой. - И теперь тоже останешься здесь.
  Она извернулась, как ее пустынная тезка, только вместо укуса ядовитых клыков пастух получил удар ножа, метящий в лодыжку. Ей почти удалось, но Талас был настороже и успел отдернуть ногу. И перенеся вес, другой ногой ударил ее в висок.
  Голова ведьмы дернулась в сторону, как у куклы, а следом за ней и все тело. На какой-то миг все вокруг потемнело, но почти сразу она открыла глаза и снова застонала: все очень плохо. В ушах шумело, голова раскалывалась, а перед глазами плыло, так что склонившийся над ней человек поначалу показался лишь размытым пятном. На шее ощутимо нагрелся амулет-накопитель, отдавая ей свою силу, но этого хватило лишь на то, чтобы оставаться в сознании. И ни на что другое.
  Его голос отозвался в ушах неразборчивым, волнообразным гулом, словно она опустила голову под воду. Мельора постаралась дернуться, отползти, но не успела.
  Новая боль отозвалась уже в правом запястье, и она услышала собственный крик. Наступив на руку, сжимавшую нож, Талас без труда вытащил его из ослабевших пальцев.
   -...а что ты надеялась? - Донеслось до нее. В голосе пастуха слышался даже оттенок сочувствия, что казалось еще большим издевательством. Он даже не торопился, зная что подстраховался на все случаи, и прекрасно все успевает. Всего и надо-то принести жертву, что дело недолгое. А уж получив силы, он попросту перенесется отсюда на много верст, и останется непойманным.
  Инари все же сумела оттолкнуться от камней и поднять голову, отыскав взглядом плачущего Огонька.
  -Спрячься! Чтобы он тебя не нашел! - Хрипло крикнула она. Малыш послушался, но Талас лишь проводил его пренебрежительным взглядом.
  -Одно слово: баба. - Постановил он. - Даже ради чужого отпрыска готова расшибиться в лепешку.
  Ведьма ползла от него к воде и за камни, где пряталась с самого начала. Будто надеялась укрыться там и сейчас, но Талас перехватил нож и пошел за ней.
  -Думаешь, я настолько отвлекусь на тебя, что забуду про него?
  Он догнал ее: Инари отвернулась к нему спиной и сгорбилась, сжимаясь в комок, будто прятала от чернокнижника лицо.
  -Только слабая, досадная помеха. - Заключил он и пинком перевернул ее на спину. Успел заметить только свечение в ее ладонях, спрятанных у живота, и злорадный взгляд.
  Вспышка.
  Свет разделил пространство на черное и белое. Казалось, что от него должна была вскипеть вода. Мальчик в своем укрытии за камнем лишь закрыл глаза ладонями, никак не пострадав. А пастуху не так повезло.
  Ведьма упустила шар из рук, и тот укатился в сторону, булькнув в воде. Все равно. Свой заряд он истратил, и долгое время никуда не сгодится. Она от слабости и приступа боли едва не отключилась снова, но сдавленный кашель выдернул ее из забытья.
  Это был чужой кашель.
  От пастуха не должно было остаться ничего кроме мелких частей... но он оказался жив. Инари в ужасе смотрела на человека, который давился воздухом, корчился от боли на коленях, но был абсолютно цел.
  Если он даже это сумел выдержать, если даже от древнего артефакта его защитило нечто... то она совершенно ничего больше не могла сделать.
  Талас с ругательством разогнул спину, и его лицо исказилось от раздавшегося хруста. Но размяв шею и сплюнув кровью, он перевел на ведьму взгляд, не сулящий ничего хорошего.
  -Плохая попытка. - Сорванным голосом прохрипел он и крепче сжал нож. Инари вздрогнула, рванулась в сторону, но пастух настиг ее и ударом сбил на землю.
  -...Но хорошее место, чтобы здесь героически умереть. - Закончил он.
  Явно забавляясь, отмахнулся от ее руки и занес над ведьмой ее же собственный нож лезвием вниз. На лице чернокнижника появилась предвкушающая улыбка и тут же угасла.
  Он дернулся вперед, как от толчка. Упустил нож и озадаченно потянулся к другому плечу. Завел руку за спину, оглянулся и увидел торчащую под лопаткой толстую арбалетную стрелу.
  -А какого... - Простонал он, не сообразив что эта стрела была лишь отвлекающей. Повернулся и поднял голову, увидев наверху движение. Стрелку же только того и надо было.
  Вторая стрела вошла ему аккурат в левый глаз, и тело пастуха мешком упало на камни. Ведьма еле успела прикрыть ладонью лицо от брызг. Выглянувший из-за укрытия мальчик увидел это, тут же спрятался обратно и снова захныкал, невесть кому жалуясь на сегодняшний день.
  -Где твоя веревка? - Раздалось сверху, и Мельора подняла голову, увидев как Маркус вешает арбалет за спину. Охотник хмуро пояснил: - Ты ведь как-то спустилась?
  Она кашлянула, потирая горло, и ткнула пальцем себе за спину. Охотник тоже посматривал на нее как-то нехорошо, скорее всего собираясь если не прямо сейчас, то в скором будущем припомнить ей сегодняшнее самоуправство и риск.
  Вряд ли его устроит довод, что она успешно потянула время. Ведь на самом деле не тянула: ни она, ни даже пастух не могли знать о том, что охотники вернутся из Дубравной раньше времени.
  "Ничего, прикинусь больной и беспомощной, таких ругать все желание отпадает" - Она постаралась встать на ноги и прихрамывая, пошла туда где прятался малыш. Левая нога болела теперь уже по-настоящему: спускаясь в колодец, ведьма упала в воду и таки подвернула ее, лишний раз убедившись в надежности своих предчувствий.
  Маркус же больше думал о том, как при первой встрече едва не протянул кнут Вархарту, но опомнился и отбросил вещь. Иногда глупости бывают полезны. Притронься маг к тому кнуту, сразу же узнал бы следы тех же рук на теле убитой. И все закончилось бы гораздо быстрее.
  А еще мелькнула мысль, что он достаточно натренировался в спуске и еще долго будет ненавидеть пещеры со скалами.
  -Огонек? - Позвала Инари, опускаясь на колени рядом с укрытием. - Выходи ко мне. Злой колдун тебя не достанет.
  Опасливый взгляд мальчика задержался на лежащем вдалеке теле, но с него уже хватило пряток. Выскочив, он подбежал к Мельоре и вцепился в нее как в родную мать, навзрыд выражая все пережитые эмоции. Ведьма лишь успокаивающе гладила его по спине и нашептывала что-то неразборчиво-утешительное, поглядывая на охотника.
  Маркус уже склонился над пастухом, проверяя пульс на шее: привычка. Выпрямившись, он несознательно отряхнул руки и посмотрел на небо, где единственным источником света было лишь тоненькое кольцо, оставшееся от заслоненного солнца.
  -Надо чаще слушать астрологов... - Пробормотал он. - Слышал же, что затмение должно случиться в этом году.
  Инари усмехнулась, снова взглянув на неподвижного пастуха... и время для нее растянулось.
  Пот Таласом растеклась чернильная тень, которой неоткуда было взяться в полутьме. Она была похожа на кровь, или темное масло. А потом эта тень стала исчезать, съеживаться, будто бы... впитывалась.
  Ее окрик запоздал, раздавшись одновременно с броском, но охотников годами учат всегда быть начеку. Марек отработанным движением пропустил пастуха мимо себя, толчком придав движения, и тело неуклюже запнулось, упав на одно колено. Разорвав короткую дистанцию, охотник оказался между ним и ведьмой с ребенком, в движении вооружившись метательным ножом. Перехватил его поудобней, но тут же раздумал бросать.
  -Да что ж за хрень!? - В шоке выдавила ведьма, крепче обняла мальчика и постаралась отползти как можно дальше, несмотря на боль в ноге. Неубиваемый пастух произвел впечатление и на Огонька: тот уже не заревел, а тихо заскулил и спрятал лицо в ладони, боясь привлечь внимание.
  Тело пастуха задергалось, словно по нему то тут, то там пробегали судороги. Оно слепо шарило руками перед собой, после чего подняло их и вцепилось в стрелу, торчащую из глазницы.
  -Это уже не Талас. - Пояснил Маркус, наблюдая за действиями одержимого. Таких ему встречать еще не доводилось, но охотник знал о них предостаточно. В том числе и то, что обычное оружие против одержимого бесполезно, а скоростью он не уступает самой опасной нечисти.
  Тот как раз с мерзким звуком вырвал стрелу, несмотря на зазубренный наконечник, и выронил на камни. Тряхнул головой, словно разминал шею, и вывернул голову, оборачиваясь на них. Из поврежденной глазницы продолжала литься кровь, а уцелевший глаз отблескивал алым.
  Марек не стал говорить вслух, что одержимые куда хуже чернокнижников. То, что живет внутри них, питается не только мясом, но и страхом, болью жертвы. После долгой трапезы остаются лишь куски. Что говорить, если для одного только вызова этой сущности Бажена умерла далеко не сразу.
  Оно улыбнулось: нижнюю половину лица пастуха будто вспороли ножом, обнажая кровоточащую рану и кости. Совсем по-иному, одним плавным движением поднялось на ноги и обернулось.
  -Ты догадливый. - Произнес одержимый мелодичным голосом, похожим на смесь мужского и женского. - Думаю, умен тоже. Ты задумаешься над моим предложением.
  -Ты еще и умеешь говорить: отлично... - Пробормотал тот. Чем разумнее сущность, тем старше, а опыт делает их сильнее. Все интереснее и интереснее.
  -Я предлагаю разойтись миром. - Предложила сущность и снова напрягла лицевые мышцы, отвечающие за улыбку. Получилось так неестественно, словно потянули за крючки, всаженные в кожу по уголкам рта. Голос продолжал менять тональность, словно говорили одновременно два человека:
  -Тебе ведь со мной не справиться. - Напомнил одержимый. - Так что советую и не пытаться.
  Марек перебрал пальцами на рукояти, удобней перехватив оружие. Нападать первым он не видел смысла: только сам подставится под удар.
  Тень досадливо цокнула языком, видя что охотник не сдвигается с места.
  -Ты можешь догнать меня позже. Или поручи это другому. Сразимся тогда на равных. Но сейчас... сегодня... не мешай мне.
  Охотник лишь посмотрел так, что одержимый должен был почувствовать себя на месте давешних следопытов, не захвативших веревку.
  Тело покачало головой.
  -Речь не о ведьме. - Протянуло оно женским голосом опытной соблазнительницы, после чего сменило на хриплый. - Я отпущу ее с тобой. Ты ведь... этого хочешь? Хочешь ее спасти? У тебя есть прекрасный шанс. Отдай мне только ребенка... И никто больше не умрет сегодня.
  За спиной охотника успокаивающе зашептала Инари, убеждая малыша в том, что никто его никуда не отдаст. Так и было, но ведь она даже не видела реакцию Маркуса. Такая вера в него и его принципы не могла не тронуть.
  -...Не надо снова так на меня смотреть. - Одержимый поднял руки и уже правдоподобней, зловеще оскалился. - Ты еще многого не знаешь. Этот мальчик... не простой. Твоя ненаглядная держит на руках будущего некроманта.
  Охотник только усмехнулся краем рта.
  -Надо же, это все меняет. - С сарказмом отозвался он.
  Тень покачала головой с выражением злорадного всезнайства.
  -Ты не знаешь... кем ему суждено стать, когда он вырастет.
  -Мне было суждено умереть обращенным в нечисть. - Спокойно ответил охотник, постучав пальцем себя по шее, где остался шрам. - Но не все пророчества сбываются.
  -Судьбу можно лишь отсрочить. - Сухо сказала тень. - Последний шанс тебе подумать и сохранить две жизни.
  "Нет, не бойся, не слушай, что он говорит..." - Продолжала нашептывать Инари, но ее голос казался слабеющим. Мельком брошенный взгляд назад подтвердил: ведьме хуже. Она уже не сидела, а полулежала спиной на камне, бледная до синевы.
  -...Или ты надеешься что я истеку кровью? - Рассмеялся одержимый. И метнулся в сторону, уходя от брошенного лезвия. Но схитривший охотник держал ножи в обеих ладонях, и отправил второй сразу следом за первым. Кинувшийся в сторону одержимый тем самым лишь подался навстречу второму ножу, поймав его грудью. Булькнул и снова упал на одно колено.
  -Жалкая попытка. - Выдохнул он и сплюнул кровь. Медленно встал, будто красуясь, выгнул спину и ухмыльнулся. О камни звякнул сам по себе выпавший из раны нож. Чуть позже упала и стрела из спины, извлеченная усилием его мысли. А потом его глаз опасно вспыхнул.
  Маркус пошатнулся и отступил на шаг, но устоял на ногах. Синий камень на амулете едва не раскалился, а нитрановый "клык" наоборот заледенел, впитывая активную магию. Одержимый кинулся вперед сразу следом за ментальной атакой и наотмашь резанул подхваченным с земли ножом.
  Мельора плохо понимала, что происходит. Схватившиеся противники слились для нее в одно целое, и разобрать, что происходит и кто берет верх, оказалось непосильным трудом. Она соскальзывала вниз, продолжая одной рукой держать Огонька, и не могла избавиться от нарастающего в ушах шума. Удар по голове не прошел даром. Оставаться в сознании удавалось лишь благодаря обережному амулету, но хватит его ненадолго.
  Кто-то сдавленно вскрикнул, кто-то захрипел. Хруст камней, по которым топтались противники, не стихал, иногда перемежаясь лязгом. Инари постаралась сказать мальчику, чтобы тот снова прятался, и ослабила объятие. Но шевельнувшиеся губы не смогли издать звука.
  Охотнику приходилось трудно. Кроме защиты он пытался не пускать одержимого к потенциальным жертвам. А тот нарочно вертелся, пытался обойти стороной или заставить охотника перейти в кружение, чтобы проскочить мимо. От меча Тень уходила легко, а удачные удары все равно игнорировала. Ведь тело и так уже было мертво.
  Одержимый сумел ранить противника в плечо и тут же отскочил назад, будто наблюдая реакцию. Снова вскинул руку и ударил сырой силой, заставив браслет обжечь кожу. Опять подскочил, сделал выпад, опять не отреагировал на удачный удар лезвия в живот. Наоборот, перехватил запястье и ударив по нему, вырвался вместе с оружием. Снова махнул рукой, уже не силой, а сжатым воздухом откинув охотника назад.
  Мертвый пастух даже на миг залюбовался противником, который оказался еще более слабым противником, чем думала сущность. Потом вырвал лезвие из груди, оскалился и снова ударил силой. Казалось, что сил этих у тени немерено: Маркуса снова толкнуло в грудь, и он все-таки не удержал равновесия. Чужая рука тут же ухватила его за горло и сжала как в тисках. Попытавшись схватить и выкрутить ее, охотник наткнулся лишь на сжатый воздух.
  -Знаешь, может быть, ты и прав. - Протянула тень, медленно склоняясь над ним. - Может, судьбу можно менять. Я вот изменю твою.
  Марек сначала закатил глаза, сделал вид что слабеет, и ударил его ногой в грудь. Тень не ожидала этого и отступив назад, плюхнулась на камни. Хватка невидимой петли на горле тоже ослабла.
  С глухим рыком бывший пастух поднялся, но тут тяжело дышащий охотник вскинул руку, выставив перед собой ладонь.
  -Погоди. - Прохрипел он. - Погоди...
  Одержимый склонил голову набок, оценивающе глядя на противника, и оскалился с настоящим торжеством. Ему ведь хотелось не убивать противника, а сломать его. Это куда интереснее.
  -Слабость... люблю это. Но ты правильно сделал. Нет смысла погибать зря и губить прекрасную ведьмочку.
  -Дай отдышаться... - Попросил Маркус. И тут по обе стороны головы Таласа вспыхнули светящиеся ладони, будто взявшиеся из ниоткуда, заключая в ловушку.
  "И мне подойти" - Выражал злорадный взгляд Вархарта, который последнюю минуту подкрадывался к ним на цыпочках.
  Тень издала надрывный крик, больше похожий на вопль раненной гарпии. Она подняла руки, желая вцепиться в горло мага, но пойманное тело ее уже не слушалось. Оно хаотично дергалось, и неподвижной осталась лишь схваченная голова.
  Маркус мигом оказался на ногах и придавил одержимого к земле. А Харт заговорил на мертвом языке, и с первым словом пастух выгнулся дугой. Следующая судорога едва не сбросила воина на землю.
  Стоит отдать должное магу, он не сбился ни разу. Ни когда его перебивали вопли, ни когда голова в его руках крутанулась и едва не вырвалась. Изгоняющее заклинание все не заканчивалось и не заканчивалось. Судороги тела нарастали, одержимый корчился как оборотень при трансформации, а Маркус с раздражением думал: неужели формулу экзорцизма за столько веков нельзя было сократить!?
  Но вот, с последним словом сущность завыла с выгнутой спиной, замерла и наконец исчезла из этого тела, вернувшись в небытие.
  Охотники успели отскочить от трупа, который тут же размяк и стал распадаться, расслаиваться на куски. Так часто бывало после вселения. Человеческая плоть попросту не выдерживает таких "гостей".
  -Срань какая. - Скривился маг, отряхивая ладони, и помассировал висок; от отдачи моментально заболела голова. Маркус же оглянулся и увидел, что Инари лежит у камней без движения.
  -Твою ж... - И кинулся к ней.
  Ребенок испуганно заорал при их приближении, но его попросту пересадили в сторону, чтобы пока не мешался. Где он возмущался уже не так громко, сообразив, что всем попросту не до него.
  -Что с ней? - Харт окинул ведьму взглядом, не найдя видимых повреждений. Маркус покачал головой: он не застал момента с ударом и не знал причины, по которой девушке могло стать плохо. Быстро проверил пульс и успокоился: жива.
  -Без сил. - Заключил он, подбирая амулет на нитке бусин, выбившийся из ворота ее рубашки. Тот отдал весь запас и остался холодным, как кусочек льда.
  -Попробую помочь. - Маг протянул руку, куда воин вложил амулет. Харт сжал пальцы и прикрыл глаза: передавать силы напрямую не имело смысла. Слишком большой расход при передаче. Зачем выжимать себя, если есть уже готовый накопитель, настроенный на хозяйку?
  Веки ведьмы задрожали, и первым делом замутненный взгляд метнулся по сторонам, отыскивая Огонька. Убедившись, что с ним все в порядке, она так же окинула взглядом орденцев и успокоившись окончательно, вознамерилась вернуться обратно в забытье. Но тут Маркус уже не выдержал, привлек ее к себе и обнял, уткнувшись лицом в растрепанные волосы.
  
   ***
  Как бы они шли до ее хижины, или тем более деревни, неизвестно. Охотники и не задумывались об этом, пока выбирались наверх: Харт из последних сил воспарил с ведьмой на руках, а Маркус выбрался с Огоньком, привязанным за спиной.
  Этот спасенный тоже жизнь не облегчил, наверху с воплем вцепившись в Инари так, что без выдранных кусков балахона не оттянешь. Даже когда ее поили бодрящим зельем, не успокаивался и пытался отпихнуть чужие руки от своей спасительницы.
  -Все же стоит разделиться, а то сама она снова сомлеет. - Заключил Харт, оценивая вид бледной ведьмы. Мельора даже возразить толком не смогла. Охотники только прикинули, что делать с Огоньком, и отдирать ли его все же от ведьмы, как послышался знакомый шум толпы, ломящейся по лесу.
  В свете заново разгорающегося солнце на видное место высыпал с десяток жителей Солони, что оказались выносливей и добрались первыми. Хотя не стоило сомневаться, что остальные, не столь физически развитые, плетутся где-то недалеко и тоже могут скоро явиться.
  -Жив! - Радостно закричал кто-то, первым увидев Огонька.
  -Отлично, сейчас хоть его отдадим. - Махнул рукой маг, уставший как от истощения, так и детского плача. - Эй! Кто там родители?
  Если кто и возмутился тому, что мальчик сидит на руках у ведьмы, то не успел этого выразить. Первым к ней подоспел местный столяр, очень похожий на Таласа и шевелюрой и комплекцией. Увидев его, перепуганный малыш поднял еще больший ор и спрятался за плечом Мельоры с неразборчивым:
  -Не на, не на!
  Это, а так же позы охотников, вставших по обе стороны от Инари, окончательно говорило о ее невиновности - если кто из людей еще сомневался. Парень озадаченно отступил, поднимая ладони и оглянулся.
  -А пастух-то где? - Он заглянул за край колодца и позеленев, попятился.
  Вторыми подскочили две женщины, постарше и помоложе, судя по виду бежавшие изо всех сил.
  -Арис, огонечек! - Первая с ходу потянулась к ребенку, но тот сначала крикнул, а потом лишь узнал родную мать. И жалуясь уже ей, заревел по новой, хотя минуту назад казалось, что громче звука он издать уже не сможет. Женщина приняла мальчика на руки, со слезами запричитав хором со второй: - Огонек, хороший мой, как испугался...
  Остальные, подходя, то умилялись и радовались спасенному, рассыпаясь в благодарностях перед охотниками, то заглядывали вниз и растерянно ругались (кто-то уже убежал в кусты расставаться с завтраком).
  -А там представляете, лекарь из города приехал! Как раз вовремя! - С веселым сарказмом выкрикнула Нейла еще издалека. Лекарша шагала уже без книг: успела заскочить и оставить их дома, но судя по беззаботному взгляду, еще не заглядывала на второй этаж.
  В этот момент Инари отступила в сторону и в приступе тошноты согнулась над кустом.
  -А что это с тобой!? - Опешила Нейла.
  Мельора выпрямилась и постучала пальцем себя по макушке.
  -Сотрясение головы, у тебя об этом немного написано. Учись распознавать. Симптомы: потери сознания, головная боль, тошнота, слабость, иногда небольшая потеря памяти и...
  -Хватит с тебя лекций! - Перебил Маркус и подхватил ведьму на руки. Обернулся к лекарше. - Как раз вовремя он приехал: зови.
  У Нейлы судя по лицу, добавилось еще множество вопросов, но молча послушалась. Вархарт же проводил взглядом группу, обступившую женщин с ребенком на руках.
  -Мальчик... необычный. - Признал он. - Его наверняка выбрали не просто так.
  -Тень сказала, это будущий некромант. - Сказал Марек, перехватывая ношу поудобнее.
  -Надеюсь, это на нем не отразится.
  -Дети плохо себя маленькими помнят. - Вставила Инари отстраненно, закидывая голову и глядя на проясняющееся небо. - Вырастет, забудет.
  -Да уж. Удачи, Арис. - Усмехнулся группе Маркус, и они направились к тропе.
  ...Он так никогда и не узнал, кого именно спас в тот день.
  
   ***
   Недовольный лекарь, которому уже успели сообщить о, скажем так, неактуальности проблемы, обрадовался работе как сытному обеду после двух дней голодовки. Все-таки особенный это народ, хлебом не корми а дай кого-нибудь осмотреть и закидать советами.
  -Как вы сами, наверное, поняли, коллега. - Говорил он, проверяя реакцию зрачков Инари на свет. - ...Вы получили сотрясение мозга вкупе с истощением и прочими, не такими серьезными травмами. Но степень сотрясения близка к тяжелой. Из-за него вам нужно на недельку остаться под присмотром. А лучше отправиться со мной к городскому Целителю.
  -Понимаю. - Вздохнула она. Ведьма сидела на кровати, обложенная подушками, и чувствовала себя все более и более неловко. Болеть ей приходилось нечасто, а уж оказаться пациентом - так и вовсе второй раз за жизнь.
  -Вот и отлично. - Одобрил лекарь, мужчина средних лет, очень неплохо сохранившийся и двигающийся для своего возраста. - Люблю сознательных больных. Жаль, они встречаются нечасто.
  -Угу. - Буркнула она многозначительно.
  -Тогда я договорюсь с местными об одолжении телеги с лошадью. Трясти конечно, вас будет, но если прихватить соломы, и укрыть одеялом... - Мужчина задумался. - Думаю, с ними можно будет договориться об оплате натурой. Наверняка кому-то понадобятся услуги лекаря?
  -О деньгах не беспокойтесь. - Донеслось от стола.
  -Тем более. Тогда соберите необходимые вещи. Хотя нет, лучше сидите! - Осадил он дернувшуюся Мельору. - С этим тоже потом разберемся.
  -Я тоже лекарь и знаю, что мне нужен постельный режим. - Отбила она. - Но одежду-то собрать это не такая уж физическая нагрузка!
  -Тогда слушай меня как старшего, лекарь. - Передразнил мужчина. - А то куратору по практике нажалуюсь на твою некомпетентность.
  Накинув дорожный плащ, он вышел за порог. Ведьма откинула голову назад, прикрыв глаза, но тут же открыла и пожаловалась:
  -На самом деле я себя нормально чувствую.
  -Вот и сама убедишься, как неприятно болеть. - Назидательно заметил Маркус и встал. - Когда кажется, что пошел на поправку, а вокруг тебя бегают и носятся, будто ты при смерти или немощный.
  Она лишь состроила слабую гримаску. Охотник присел перед ней, взяв ее руки в свои.
  -Ты ведь понимаешь, что я тебя найду?
  "Я на это и рассчитываю" - Подумала она.
  -Да от тебя поди скройся.
  -Вот и помни об этом, Нильса.
  -Ну я же просила! - Мигом зашипела ведьма, как рассерженная кошка.
  -Ладно-ладно. Совсем забыл.
  -А я еще припомню.
  Охотник шкодливо усмехнулся и на миг сжал ее ладони, погладив по коже большим пальцем.
  -Мне нужно идти.
  Она кивнула. С убийством чернокнижника закончилась лишь активная часть дела и началась бумажная. От охотников требовалось найти его возможные тайники, где он наверняка прятал и балахон, и оружие, и украденные страницы. Учитывая свободу передвижений пастуха, поиски должны были охватывать приличную территорию полей и пастбищ с лесом. Еще желательно повторно опросить население, чтобы выявить возможных помощников или свидетелей... Плюс требовалось описать и конфисковать все его вещи. Это грозило затянуться на добрые сутки.
  Охотник поднялся на ноги и вышел следом за лекарем. Прикрыв за собой дверь, он позволил себе на миг остановиться и прикрыв глаза, с облегчением вдохнуть свежий с раннего утра воздух с привкусом осени. Но задерживаться не стал, его наверняка уже дожидается Вархарт.
  -Погоди. - Позвала она сзади. Охотник обернулся уже у забора, нахмурив брови; вопреки указаниям лекарша вскочила с кровати. Она стояла в дверях, держа меховой комок в виде щенка. Тот недовольно обвис в ее руках и только слабо ворчал, недовольный неудобным положением.
  -Ты... - Замялась она и протянула увесистого подопечного вперед, так что пришлось подойти и принять на руки. - Возьми его. Мне кажется, так нужно.
  Марек удивленно вскинул брови, поглядев сначала на лизнувшего его в подбородок щенка, потом на смущенную лекаршу. Инари будто опасалась, что охотник откажется, а у нее не найдется доводов убедить. Но он не стал спорить. Сам удивился своей уверенности в ее словах, но кивнул.
  Инари облегченно расправила плечи и улыбнулась.
  -Его зовут Баньяр.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик) К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера 5: Башня Видящих"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"