Волгина Алёна: другие произведения.

Убийца - садовник?

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Новинки на КНИГОМАН!



Оценка: 8.51*38  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    неторопливый, душевный детектив с пятью трупами в финале. Шутка. На самом деле это стопроцентный, махровый женский роман из серии, где есть Он - знатный-обаятельный красавец, и Она - серая мышка, которая к концу повествования вдруг оказывается не такой уж серой и совсем не мышкой. Все штампы, присущие данному жанру, бережно сохранены. P.S. Это НЕ исторический детектив!! Но если вам настолько понравится атмосфера повести, что захочется побольше узнать об истории Европы 2-й половины XIX века, значит, история удалась ))


Убийца - садовник?

  
  

Основные действующие лица и их родственники

  
   Элизабет Гордон - главная героиня; энергичная неглупая девушка, всегда точно знает, чего хочет, но может резко сменить курс и так же уверенно начать хотеть чего-то совсем иного.
   Лорд Алекс Рэндон - знатный дворянин из верховных лордов, правая рука короля; очень ответственный молодой человек; пользуется уважением даже у альвов, давших ему имя Аксара (Молния).
   Иннелин - бродячий торговец (хокермен) из альвов; странник, поэт, в общем, это Снусмумрик из "Муми-троллей", только красивый.
   Альвы - блондинистые (название происходит от лат. Alba - белый) существа с чистой душой и богатыми творческими задатками, в настоящее время тихо мигрирующие в область преданий.
   Розалинда Райд - тётка Элизабет; добрая и заботливая женщина, которая Всегда Знает, Как Лучше.
   Эмилия Райд - двоюродная сестра Элизабет; милая и обаятельная девушка, эпизодическое лицо.
   Капитан Джеймс Хейворд - муж Эмилии, появляется только в конце повествования, зато очень вовремя.
   Демьюр - кот Элизабет (англ. demure - тихоня); толст, пушист, любитель пожрать; "серый кардинал" и незаметный герой, без которого в конце не было бы свадьбы, одни только похороны.
  
   P.S. Городок Илсбери со всеми обитателями выдуман, все совпадения случайны )
  
   P.S.2. Все достижения человеческой мысли, упомянутые в повести, существуют в действительности. Ткацкий станок Жаккара под управлением перфокарт был изобретён в начале XIX века, а тридцать лет спустя математику Чарльзу Бэббиджу пришла мысль использовать перфокарты для своей счётно-аналитической машины.
  
   Глава 1
   Всё началось с того происшествия на дороге. Нет, не так. Всё началось с бескомпромиссного желания тёти Роуз выдать меня замуж и моих робких попыток отстоять свою независимость.
   Полагаю, в жизни каждой девушки рано или поздно наступает момент, когда старшие родственницы вдруг принимаются хлопотать о том, чтобы устроить её личную жизнь. Мнение самой девушки при этом никого не волнует. Хочешь ты или не хочешь, а колесо уже закрутилось: перетряхивается твой немудрёный гардероб, шьётся новое платье, добываются приглашения на приёмы - один скучнее другого. И все разговоры за чаем теперь ведутся о новоприбывшем мистере Таком-то, о сыновьях какой-нибудь миссис Зануды и о нахальстве некоей мисс Бесцеремонность, на последнем приёме свистнувшей кавалера у тебя из-под носа.
   Обычно эта скорбная перемена в жизни случается, когда твоя ближайшая родственница или подруга вдруг выходит замуж. Со мной получилось так же. Моя кузина Эмили, подружка с раннего детства, в прошлом году выпорхнула в свет, а через полгода уже клялась в верности своему новоприобретенному супругу - капитану Хейворду. Я желала им всяческого счастья, но, честное слово, ради меня могли бы затянуть помолвку подольше! Ибо тётя Роуз, устроив будущее любимой дочери, тут же принялась за меня. До этого времени мы десять лет жили с ней душа в душу, с тех пор, как умерли мои родители, и тётя взяла меня к себе. Однако с начала нынешнего сезона между нами шла мягкая, незаметная чужому глазу война.
   - Не планируй ничего на завтра, Элизабет, - произнесла тётя за вечерним чаем. - Я получила сегодня письмо от миссис Колтон, мы приглашены на обед в Уайтхед.
   Уайтхед - небольшое поместье недалеко от нашего городка, но по тётиным интонациям можно было предположить, что нас ожидает приём у Его величества.
   - Давно ли вы знакомы с миссис Колтон, тётя? - подозрительно осведомилась я. Солнце, проникшее в комнату сквозь лёгкие занавески, играло с чайными приборами, бросая на скатерть радужные брызги. Чай был свежим и крепким. Мэри, наша горничная, внесла в столовую блюдо с рассыпчатым печеньем, распространившее по комнате нежный аромат. Было так уютно, что ссориться не хотелось.
   - Иногда достаточно одной хорошей беседы, чтобы почувствовать родственную душу, - тётя поджала губы. - Между прочим, её сын, мистер Ричард Колтон, очень тепло о тебе отзывался. Он был представлен нам на приёме у Конноров, помнишь?
   Всё ясно. Видимо, на фоне мнимого "интереса" упомянутого господина и обнаружилась родственность душ этих двух кумушек. Вот кстати, с чего вдруг пожилым леди приходит мысль, что всякий джентельмен по достижении определенного возраста немедленно начинает мечтать о жене?! Непонятно.
   Огромный рыжий кот, наш домашний любимец, в этот момент решил напомнить о себе, попытавшись запрыгнуть мне на колени. Я мягко отодвинула его ногой. Кошан недовольно повёл ушами и мстительно обшерстил хвостом мою юбку.
   Глядя на это чудо, величиной с хорошего бульдога, трудно было поверить, что когда-то я принесла его с улицы на ладони. Попав в дом, кот быстро округлился благодаря щедрости нашей кухарки и своему таланту красиво упасть в голодный обморок поближе к кухне. Вот уже пять лет он радовал нас своим цветущим видом. Мяукать кошан с рождения не умел или на улице отучился, за что и получил от меня кличку Демьюр. Домашним случалось использовать в зависимости от обстоятельств запасные прозвища - Паразит, Обжора и Где-Эта-Сволочь? В общем, кот был богат именами, как испанский аристократ. Кстати, несмотря на немоту, бурчальник у кота работал исправно, по вечерам заглушая даже храп тёти Роуз. Ой, забудьте, что я об этом проговорилась.
   - Как насчёт танцев у миссис Лейн в субботу вместо завтрашнего обеда? - попыталась я поторговаться. Там хотя бы будет не так скучно.
   Не то чтобы я была принципиальной противницей брака - вовсе нет. Просто в моём случае считаю нерациональным тратить столько времени и сил на заведомо безнадёжную затею. Я небогата: денег, оставшихся мне от отца, не хватит даже на очень скромную жизнь. Неземной красотой тоже не блещу. Рядом с кузиной Эмили я всегда казалась себе слишком длинной и неизящной. Волосы кузины легко укладывались в аккуратные локоны - мою рыжую гриву с трудом можно было просто расчесать; Эмили очаровывала всех своими голубыми глазами - мой пристальный тёмный взгляд мало кто мог выдержать. В детстве меня дразнили из-за веснушек, с возрастом они исчезли, но красоты мне это не добавило. Увлечения у нас тоже с детства были разные. Я любила придумывать всякие истории, а Эмили - играть в них главную роль. Пока кузина, вся в кружевах и кудряшках, изображала фею цветов, я обычно сидела где-нибудь с книжкой и фантазировала. Благо от папы мне достался целый шкаф этих книг. Папина коллекция знаний была несколько бессистемной: авантюрные романы чередовались с научными трудами по медицине, географии и математике. Я читала всё подряд. Когда я добралась до книг по химии, тётя Роуз отдала в перетяжку испорченный диван, заперла книжный шкаф на ключ и отвела меня за ручку в пансион, где мне пришлось проскучать целых четыре года. И надо же, стоило только вырваться оттуда, как меня впрягли в этот утомительный матримониальный марафон. И вообще, у меня имеются свои, вполне определенные планы на будущее. Но тётке я о них даже не заикалась, а то рискую вторично осиротеть.
   - Хорошо, тётя, - ну как можно отказать, глядя на это сердито-обиженное лицо? - Если хочешь, поедем завтра в гости. Надо же расширять свой кругозор, - я поцеловала старую даму и ушла к себе.
   В конце концов, если сегодня посидеть над книгами подольше, с одним потерянным днём можно будет смириться. Может, мне ещё повезёт и назавтра будет дождь.
  
   Глава 2
   Завтрашний день осчастливил нас чудесной солнечной погодой, что вообще типично для июля. Таким образом, благодаря тётушкиной инициативе, половину этого дня мы провели в поместье Уайтхед. Наш визит несколько затянулся, так как у обеих старших дам обнаружился ещё один общий интерес - садоводство. Мы подробно осмотрели сад с аккуратными лужайками, огороженные грядки и оранжерею, которую миссис Колтон забавно называла "ананасницей". Дамы зашли в своей дружбе настолько далеко, что миссис Колтон презентовала тёте семена своих лучших левкоев, а тётя Роуз в ответ пообещала той свои знаменитые махровые розы. Я мысленно поздравила тётю, что хотя бы в этом смысле наш визит не был совсем бесполезен. Впрочем, это я так бурчу по привычке, на самом деле я тоже люблю посмотреть разные новые места, а сад в Уайтхеде был действительно хорош и заслуживал внимания. И Ричард Колтон, хоть и не разделял увлечений своей матери, оказался неплохим экскурсоводом. По этой причине возвращались мы уже вечером. К счастью, в июле темнеет поздно, так что солнце всё ещё низко висело над тёмными холмами. Наша коляска неторопливо катила по пыльной дороге, изредка слышалось бормотание старого Питера - тётиного кучера, будто он разговаривал с лошадьми. Мне всегда казалось, что с лошадьми этот нелюдим действительно чувствовал себя куда более свободно, так-то у него была репутация человека замкнутого и угрюмого. Впереди уже показались серые и красные крыши Илсбери, поместье Уайтхед находилось совсем недалеко от города. Несмотря на это, мистер Ричард настоял, чтобы сопровождать нас в обратном пути (тётя при этом незаметно толкнула меня локтем), так что его лошадь то отставала, то опережала наш экипаж. Иногда мы с ним могли переброситься парой слов. Тетушка не принимала в разговоре никакого участия, она сидела с мечтательным видом, облокотясь на подушку, и я могла бы поклясться, что все её мысли заняты флердоранжем и свадебным завтраком. Вообще-то я ничего не имею против мистера Колтона. У него приятная внешность, хотя растрёпанные волосы придают ему несколько простоватый вид. Он вежлив, добросердечен, разве что немного застенчив. За обедом он явно не знал, чем меня развлечь, так что усиленно подкладывал мне разные угощения. В результате я оказалась в неловком положении: слева мне украдкой хмурила брови тётя Роуз, уверенная, что настоящая леди ест не больше птички, а с другой стороны косилась миссис Колтон, которой хотелось, чтобы мы в должной степени оценили её хозяйственные хлопоты. Я была рада, когда обед, наконец, закончился.
   Вдруг наша коляска резко остановилась, отвлекая меня от этих мыслей. Я огляделась по сторонам. На обочине, слегка покосившись, стоял чей-то экипаж. Лошадей поблизости не было.
   - Похоже на ограбление, - заметил кучер. Мужчины подошли поближе, чтобы оценить ситуацию.
   Ричард крикнул нам с тётей, чтобы мы оставались в коляске. Конечно же, я вышла наружу.
   Чужой экипаж был самым обычным - простая почтовая карета, обитая тёмной кожей. Из приоткрытой дверцы внизу виднелась чья-то рука, и было сразу понятно, что живой человек лежать так не может.  Я сглотнула. В жизни не видела более жуткого зрелища. Питер с Колтоном осторожно прикрыли дверцу, я расслышала в их разговоре слово "убийство". Я так и стояла столбом, пока мистер Колтон не развернул меня за плечи.
   - Прошу вас, мисс Гордон, вернитесь в карету, - сказал он с неожиданной твёрдостью.
   И тут из кустов боярышника, густо растущих на обочине, послышался стон. Мы все бросились туда. В кустах навзничь лежал человек в простой грубой куртке. Когда Колтон осторожно перевернул его, Питер вполголоса выругался, а подошедшая сзади тётя Роуз со слабым возгласом осела на землю. У человека (вероятно, он был кучером той злосчастной кареты) на голове зияла большая рана, половина лица была залита кровью.
   Я подумала, что моя медицинская практика, о которой я тайком мечтала, началась как-то уж очень неожиданно. Вдвоём с Колтоном мы кое-как обмыли пострадавшему лицо. Питер тем временем пытался успокоить тётю. Чтобы наложить повязку, мне пришлось пожертвовать куском своей муслиновой шали. Руки у меня дрожали, в конце концов, это был мой первый настоящий пациент. Я даже порадовалась, что человек был без сознания, так что мои неумелые манипуляции вряд ли могли причинить ему ещё больше страданий.
   - Помогите мне, - сказала я Колтону, который показал себя вполне приличным медбратом, - надо уложить его на бок. И хорошо бы найти что-нибудь холодное, приложить ему к голове.
   - Отрадно видеть, что некоторым леди не чужд здравый смысл и практичное образование, - послышалось вдруг сзади. Я даже подскочила.
   Непонятно, как он мог подъехать так тихо. Позади нас возвышался всадник на огромном вороном коне довольно мрачного вида. Он был закутан в тёмный плащ, за ним маячили ещё двое верховых в форме королевской гвардии. По его манере держаться можно было безошибочно определить человека знатного и влиятельного, что тут же подтвердилось.
   Всадник легко спешился, несмотря на свой зрелый возраст. Плащ распахнулся, и я заметила, что фигура у него была юношески стройной, он был выше и шире в плечах, чем мистер Колтон.
   - Лорд Рэндон, - представился неожиданный путник, внимательно оглядев сначала нашу группу, а потом - стоявший в отдалении страшный экипаж с ... телом. Голос у него был глубокий и сильный, впору полками командовать. Мы трое почтительно поклонились. Пока мистер Колтон представлял нас с тётей, я пыталась собраться с мыслями.
   Один из верховных лордов - здесь, в нашей глуши? Интересно... что же здесь такое случилось? Всем известно, что эти господа - ближайшие советники короля. Их крайне редко можно встретить в глухой провинции, и они занимаются только серьезными делами, не размениваясь на мелочи вроде банального ограбления!
   Его светлость тоже не терял времени даром и быстро оценил обстановку:
   - Как я понимаю, вы подъехали позже и самого происшествия не видели. Этот человек, конечно, кучер, - он наклонился к раненому, - и, получается, наш единственный свидетель? Что с ним?
   - Лучше попросите ваших людей поскорее доставить его в госпиталь, если не хотите лишиться единственного свидетеля, - недружелюбно заметила я. Дело делом, но разве не следовало прежде всего позаботиться об этом несчастном? Расследование могло подождать, тому человеку в карете уже некуда спешить...
   Лорд бросил на меня острый взгляд, а тётя сзади дёрнула меня за юбку. Точно, я опять забыла о манерах, чтоб их. Молодая девушка не должна даже смотреть на знатного джентельмена, не то что заговаривать с ним. Тем более, если это один из верховных лордов. Говорят, они владеют какой-то магией. Если смотреть ему в глаза, он заворожит тебя и превратит в своего послушного слугу. Сомнительно как-то, но проверять на себе этот факт не хотелось. Я только мельком успела увидеть строгую физиономию сиятельного лорда, и она вовсе не располагала к задушевной беседе. Его светлость вполголоса отдал распоряжения своим людям, а также посоветовал мистеру Колтону "поскорее увезти отсюда обеих леди", после чего так же бесшумно испарился. Кажется, даже его подчиненные вздохнули с облегчением.
   Наш экипаж уже трогался, когда помощники лорда погрузили раненого в карету. Надеюсь, они его не угробят, пока довезут до города. Не похоже, чтобы эти ребята что-то смыслили в медицине.
   Дома меня, конечно же, ждала выволочка от тёти Роуз за поведение, недостойное леди. Я-то полагала, что потрясение от жестокого зрелища, которому мы стали невольными свидетелями, уложит её в постель - но нет! Беспокойство за моё будущее оказалось важнее её слабых нервов. Ни один джентельмен, - заявила тётка, - ни за что не женится на девушке, которая настолько груба, что вмешивается в мужской разговор, и настолько бесчувственна, что хладнокровно возится с раненым. Я ответила, что у меня всегда остаётся запасной вариант: миссис Холланд, директриса нашей местной школы для девочек, в любой момент готова принять меня в качестве учительницы. Тётка разохалась, что не позволит мне гробить свою молодость на "этих вертихвосток". Я ловко перевела разговор на её собственные школьные воспоминания, и вечер прошёл очень душевно. Мы разошлись по спальням уже заполночь, вполне довольные друг другом.
  
   Глава 3
   Утром, когда я спустилась к завтраку, рядом с моей любимой веджвудской чашкой обнаружился какой-то листок с фамилиями. Как пояснила сияющая тётя Роуз, это перечень приглашенных на мою свадьбу, и она собиралась немедленно его со мной обсудить. Чтобы избежать дальнейших поползновений, я сбежала в сад с этюдником, притворившись, будто меня вдруг настигло вдохновение художника. Но и там меня отыскала Мери, которая передала тётушкину просьбу одеться понаряднее. Тётя Роуз была уверена, что мистер Колтон сегодня же наверняка нанесет нам визит.
   Колтон, однако, так и не появился, а жаль: я надеялась, ему известно что-нибудь о вчерашнем случае. Кто был тот убитый в карете? Очнулся ли кучер? Почему в наших краях объявился верховный лорд? Я решилась даже наведаться в лавку миссис Томсон, которая, казалось, знала всю подноготную каждого жителя Илсбери, и всегда готова была щедро делиться своими знаниями. Пусть мне пришлось бы выслушать мутный поток сплетен, я бы выудила из него интересующие меня факты. Однако тётя упёрлась и ни за что не хотела выходить, чтобы не пропустить интересующего её визитёра. Пришлось смириться.
   На следующий день нам прислали письмо. Мистер Колтон сообщал, что неотложные дела вынуждают его покинуть Илсбери, но он надеется когда-нибудь возобновить столь приятное общение, и так далее, и тому подобное. В общем, всё было ясно. Мой будущий предполагаемый жених растворился в туманной дали. Тётушка от такого горького разочарования слегла в постель, так что мне пришлось принести ей поднос с ромашковым чаем и стоически вытерпеть её причитания о моей загубленной женской доле. Я немного почитала тёте из её любимой книги и, когда старая дама заснула, на цыпочках ушла к себе.
   Только здесь, в безопасном уединении своей комнаты, можно было, наконец, расслабиться. Я со вздохом упала в старое уютное кресло, стоящее у стола, опустила голову на руки. Демьюр тут же запрыгнул мне на колени, тёрся головой о мои руки и мягко урчал - старался утешить. Хотя зачем меня утешать? Не могу сказать, что я жалела о несбывшейся свадьбе. Ричард Колтон не пробудил во мне никаких романтических чувств, а проживание в одном доме с его строгой мамашей привлекало не больше, чем жизнь в серпентарии. Хотя мне действительно показалось, что этот джентельмен был внимателен ко мне чуть более, чем его обязывала вежливость. Не иначе как от тётки заразилась. Нет, пора кончать с этой свадебной лихорадкой! Я переложила кота на ближайший пуфик, достала письменный прибор и принялась сочинять письмо к миссис Холланд, директрисе женской школы в Илсбери.
   Я уже заканчивала письмо, когда в дверь робко стукнули, и в проеме показалась взволнованная мордашка Мэри:
   - Мисс, там пришли, такой важный господин, и спрашивают вас! - выпалила она возбужденно.
   Визитеров у нас всегда принимала тетушка, так было заведено. Но сейчас старая леди была явно не в состоянии выполнять светские обязанности. Кроме того, я подумала, что это, вероятно, мистер Колтон решил проявить избыточную вежливость, и помимо письма, объясниться лично. Так что я спустилась вниз, прихватив широкую вазу с нелюбимыми лилиями. Мери вечно притащит в мою комнату какой-нибудь лишний веник для пущей романтичности обстановки. Если наш чересчур учтивый джентельмен начнет слишком досаждать мне оправданиями - с удовольствием надену этот цветочный горшок ему на уши.
   Когда я появилась на пороге гостиной, высокий мужчина, стоявший у окна, резко обернулся, и я чуть не выпустила вазу из рук. Лорд Рэндон! К счастью, реакция у этого столичного сноба была получше моей: пока я стояла столбом, он успел перехватить злополучную вазу, пристроил её на цветочную полку, затем подал мне руку и проводил к креслу.
   - Мисс Гордон, - поклонился лорд, - надеюсь, позавчерашнее происшествие не слишком сказалось на вашем самочувствии.
   - Нисколько, уверяю вас. А что с тем несчастным, он жив? Он что-нибудь сказал?
   - К сожалению, он скончался в госпитале. Но благодаря вашей помощи, он успел повидаться со священником и очиститься от грехов.
   Лучше бы инспектора позвали, - подумала я с досадой. - Для дела пользы было бы больше... Но, конечно же, я не сказала этого вслух.
   - Забудьте об этом происшествии, мы сами разберёмся. Вообще-то я хотел поговорить о вас.
   Я насторожилась. Не к добру мы позавчера наткнулись на ту злосчастную карету! Во что ещё мы с тёткой впутались? Не хотелось бы оказаться объектом внимания королевской тайной канцелярии. Я постаралась сделать невинное лицо. Может быть, он примет меня за дурочку и отстанет?
   - Я знаю, что вы сирота, что вас здесь ничто не удерживает...
   Точно, влипли. Уже и справки обо мне навели. Представляю, как увлеченно все кумушки Илсбери будут перемывать мне кости! Я щедро наделила их пищей для сплетен на пару недель вперед!
   - ... так что я возвращаюсь завтра в Спленфилд и предлагаю вам ехать со мной.
   Вот тут мне даже притворяться не пришлось - наверняка видок и так был достаточно глупый. В каком качестве, сэр? - спросила бы я, но от изумления у меня закончились слова. Забыв о правилах приличия, я уставилась на своего собеседника. Хм... а он гораздо моложе, чем мне показалось вчера. Наверное, около тридцати, хотя кто их знает, этих верховных лордов с их загадочным волшебством! Чёткое, резко очерченное лицо, густая грива тёмных волос. Везёт мне в последние дни на лохматых джентельменов! Хотя Колтон рядом с этим аристократом выглядел бы как птенец рядом с матёрым стервятником. Серые внимательные глаза, строго сжатые губы. Такая, знаете ли, самоуверенность и властность в каждой черте. В общем, тот тип людей, от которых я стараюсь держаться подальше. Они меня подавляют и без всякой магии.
   Лорд Рэндон небрежно придвинул ещё одно кресло, уселся рядом и каким-то собственническим жестом накрыл мои ладони своей ручищей:
   - Что вам делать здесь? Зевать на чаепитиях, вытирать носы чужим детишкам - скука! Вы молоды, умны, энергичны - в столице для девушки вроде вас откроется множество возможностей! Вы могли бы учиться...
   Угу, для одинокой девушки в чужом городе откроются богатые перспективы, я даже догадываюсь, какого рода!
   - А в свободное от учебы время я, вероятно, должна буду развлекать вашу светлость? - сухо спросила я, едва сдерживая гнев.
   - Смею надеяться, мои желания не покажутся вам чрезмерными, - ответил этот самовлюбленный, высокомерный тип. Возмущение уже бурлило во мне вовсю.
   - ...Эх, и вазы под рукой нет... - пробормотала я, осторожно высвобождая руки.
   - Что, простите?
   Всё, с меня хватит. Я резко поднялась:
   - Прошу меня простить, милорд, у меня дела. Мэри вас проводит. Возможно, где-нибудь в другом доме вы найдёте достаточно наивную девушку, которую заинтересует покровительство такого бесспорно надёжного и обаятельного человека, как вы. Хотя я сомневаюсь. Всего доброго.
   Выпалив всё это, я быстро направилась обратно к лестнице, щёки мои пылали. Что я наговорила! А вдруг этот холёный аристократ обидится, нажалуется тётке... Да моё позавчерашнее "нескромное поведение" по сравнению с сегодняшним покажется им просто ерундой! Интересно, что по закону полагается за оскорбление одного из верховных лордов?
   Уже на пороге комнаты я вдруг услышала за спиной смех. Негодяй стоял с перчатками в руках и ... смеялся! Увидев, что я обернулась, он издевательски низко поклонился мне и вышел. Когда он спускался с крыльца, я всё ещё слышала его смех.
  
   Глава 4
   Женская школа в Илсбери представляет собой несколько кирпичных разномастных строений, окруженных внушительным забором, который должен был удерживать предприимчивых школьниц в пределах отведённой им территории. У какого-нибудь ценителя архитектуры этот своеобразный строительный ансамбль вызвал бы головную боль, но как же мне там нравилось! Я полюбила светлые классы с аккуратными рядами парт и грифельными досками, извилистые дорожки, посыпанные гравием, учительский корпус, в котором мне полагалась целая отдельная комната. Моя собственная комната, которую я могу украсить, как захочется! В первый же вечер я развесила по стенам самые удачные свои рисунки, а Демьюр облюбовал небольшое мягкое кресло в углу и больше никого к нему не подпускал.
   Я научилась укладывать свои кудри в строгую прическу и заказала у модистки мисс Вайль тёмно-синее платье с глубокими карманами, такого же фасона, как у директрисы. Я провела у девочек несколько занятий по рисунку и уже чувствовала себя опытной классной дамой. Миссис Холланд, невысокая энергичная леди в больших очках, делавших её похожей на стрекозу, была со мной очень приветлива. Миссис Клапп, учившая девочек домоводству, всегда норовила угостить меня чем-нибудь вкусненьким. Некоторые наши школьные дамы, опасаясь за свои фигуры, старались пореже попадаться ей на глаза. Все преподавательницы в школе были старше меня, относились ко мне немного покровительственно и охотно готовы были делиться опытом. Только одна из них держалась прохладно и отстранённо - мисс Сноу, наша учительница музыки. Поначалу я размечталась было о приятном совместном пении по вечерам, но эта леди явно была из тех, кто предпочитает выступать соло.
   В теплый августовский вечер я сидела за новеньким письменным столом и составляла конспекты занятий. С осени я должна буду вести в среднем звене математику и географию, а у старших барышень - ещё и рисование. Мне дали понять, что всё это следует преподавать в самом лёгком изложении. К чему скромным девицам знать о других странах, если за всю жизнь им вряд ли придётся отъехать дальше, чем за двадцать миль от Илсбери? Зачем им уравнения и функции, когда их самой сложной математической задачей будет свести семейный бюджет за месяц? Я прикидывала, как лучше раскидать темы по семестру, когда за окном послышался шорох, и на мой ковёр приземлился спутанный клубок из юбок и белокурых локонов. Я вздрогнула и оглянулась.
   - Кэти! - так и знала, что это она. Кто ещё здесь может предпочесть окно нормальной двери? - Инфаркт из-за тебя схвачу!
   - Привет, - светло улыбнулась девочка. Кэтрин Бейль в свои тринадцать лет обладала внешностью ангела и характером проказливого бесёнка. Она была сиротой, как и многие другие воспитанницы в нашей школе, но, видимо, никакие невзгоды не смогли омрачить её неунывающий дух. Мы с ней как-то быстро сдружились. Вообще-то я намеревалась держать определённую дистанцию со своими будущими ученицами, но обаяние Кэти сметало все преграды, ему невозможно было противиться.
   - Ты опять бегала на озеро? - я нарочито нахмурилась, заметив мокрый подол её платья. - Ох, Кэти! Тебе мало было наказаний на прошлой неделе?
   - Миссис Касл дремлет сегодня в кресле весь день, она меня и не заметила. А на озере такая красота!
   - Снимай давай верхнюю юбку, а я схожу за утюгом к миссис Клапп. Она, наверное, уже считает меня законченной франтихой, ежедневно наглаживающей свои оборки.
   Пока мы проводили операцию по спасению платья, девочка трещала без умолку. Волей-неволей я была в курсе всех её шалостей. И не думайте, что все они были безобидны! Могу рассказать один случай.
   Наш местный мясник, мистер Хоппер, как-то завёл поросёнка. Маленький Паштет тут же стал любимцем детворы, а уж Кэтрин в нём просто души не чаяла, и даже научила его всяким уморительным фокусам. Мясник, однако, кормил животину не развлечения ради, так что, несмотря на мольбы Кэти, Паштет оправдал своё имя и был подан к столу. Месть девочки была скорой и по-своему изящной. Придя рано утром в лавку, Хоппер впотьмах увидел, как с прилавка на него грустно смотрит поросячья морда, окружённая призрачно-зелёным светом (Кэти накануне наломала в трухлявом пне хороших гнилушек). Спрятанные в стене чердака бутылки заодно с ветром создали дополнительный звуковой эффект. Мясник аж протрезвел и потом ещё неделю слегка заикался. Кэтрин он с тех пор крепко невзлюбил.
   К счастью, в нашей школе не приветствовали физических наказаний. Строгие внушения миссис Холланд, материнские наставления миссис Касл и ледяные нотации мисс Сноу - всё это отлетало от Кэти, как от стенки горох. Я тихо надеялась, что мягкость и доверительное отношение скорее помогут разбудить лучшие стороны её живой натуры. Непоседливость также мешала девочке стать хорошей ученицей, исключая разве что рукоделие. Невероятно, но подвижная, как ртуть, девчонка могла пару часов возиться с горсткой бусин, чтобы порадовать новым браслетом подругу или миссис Касл.
   Переодевшись в сухое платье, девочка убежала. Напоследок она обняла меня и, прошептав "это вам", вложила что-то в руку. На моей ладони осталась крошечная шкатулка, сплетённая из тростника и отделанная ракушками. Я осторожно поставила её на каминную полку, где уже красовались несколько других вещиц от Кэтрин. Меня охватило тёплое чувство. В этом и будет отныне заключаться моя жизнь, подумала я, подойдя к окну и любуясь сиреневыми красками летнего вечера. Подарить этим обездоленным девочкам хоть немного радости, исподволь воспитывая их характер. Разве я сама не сирота? Кто, как не я, сможет понять их и помочь! К тому же, на личные переживания времени не останется, вот и хорошо, а то что-то никак не удаётся изгнать из своих фантазий лорда Рэндона с его нескромными предложениями.
   Как мало мы можем повлиять на своё будущее! Стоило мне настроиться на тихую самоотверженную жизнь учительницы, как вдруг одно непредвиденное обстоятельство нарушило мои планы.
  
   Глава 5
   Это случилось, когда в город приехал Иннелин. Он был одним из хокерменов - бродячих торговцев, из народа альвов. Хокермены - явление настолько интересное и оживляющее скучную жизнь в провинциальном городке, что заслуживают более подробного рассказа. Впрочем, как и альвы. Полагаю, альвов прозвали так из-за очень светлых волос - это их главная отличительная черта. Также большинство из них отличаются восприимчивостью к красоте, любовью к изящным искусствам и мастерски владеют разными ремёслами. Когда-то давно семьи альвов селились прямо в наших городах, там же держали свои мастерские и волшебные лавки. Никто уже не помнит, по какой причине они удалились от людей. С тех пор никто не видел женщину или ребёнка альва, только бродячие торговцы-хокермены разъезжали в своих пестрых фургонах, и каких только редкостей у них не водилось! Несмотря на это, ни один разбойник в здравом уме не рискнул бы ограбить или даже просто задеть хокермена - за своих альвы мстили быстро и жестоко.
   Торговля в нашем городке была сосредоточена на рынке, кроме того, была ещё мясная лавка мистера Хоппера, бакалейный магазинчик "Универсальные товары миссис Томсон" - по совместительству, место встреч местных кумушек, модная лавка мисс Вайль и ещё пара-другая мелких лавочек. Но приезд хокермена всегда был событием. Обычно он останавливался в гостинице на пару дней, и по вечерам туда стекались толпы народу, жаждущих узнать новости или отправить срочное письмо. Чаще других к нам в Илсбери приезжал мистер Иннелин - его знали все в городе, от мала до велика. Хокермену можно было заказать необычный товар: если чьей-то жене в деликатном положении вдруг приспичит апельсинов в ноябре месяце, или понадобится редкий шелк на свадьбу любимой дочери - закажи это хокермену, и всё тебе будет доставлено в лучшем виде, причем куда скорее, чем ожидаешь. Никто не знал, как торговцам удаётся обернуться так быстро. Думаю, у них была хорошо налажена система сообщений, и разные торговцы постоянно поддерживали связь между собой. Суеверные люди поговаривали, что альвы продали свои души Сами-Знаете-Кому, за что Они (в смысле, фейри) приютили в своих полых холмах их семьи, открыли им свои тайные дороги, а впридачу подарили вечную молодость. Лично я не верю в этот ненаучный бред. С другой стороны, я помню Иннелина ещё со своих детских лет, и за это время внешне он ничуть не изменился - высокий блондин в неброской тёмной одежде, с такой изящной фигурой, что и не подумаешь о его физической силе, хотя однажды я видела, как он в одиночку вытолкнул свой застрявший в грязи фургон.
   В тот памятный день в середине сентября я была свободна от уроков, так что прямо с утра, прихватив этюдник и свёрток с бутербродами, отправилась порисовать в холмы. Мне давно уже хотелось перенести на бумагу этот призрачный туманный свет, который бывает осенним утром в горах. Что ж, могу засчитать себе ещё одну неудачную попытку. Промучившись напрасно несколько часов, я сложила этюдник и неторопливо двинулась обратно, по пути завернув ещё в лавку миссис Томсон за иголками. Уж если не повезёт с утра, так весь день насмарку! В лавке уже был покупатель - мистер Хоппер. После "поросячьей" шуточки Кэти он меня заочно недолюбливал. Мазнув по мне неприязненным взглядом, толстяк процедил:
   - Всё учительствуете, мисс Гордон? Кстати, эта ваша протеже... как бишь её, Кэтрин? Доигралась-таки. У Иннелина какие-то побрякушки спёрла. Хана теперь девке. С альвами шутки плохи.
   Мне стало плохо. О боже, меня не было всего полдня! На полдня их оставить нельзя! Я кинулась к выходу, иголки были забыты. Мистер Хоппер с удовольствием крикнул мне вслед:
   - Следить надо лучше за девкой! Совсем распустились... - теперь он не успокоится, пока по всему городу эту новость не разнесёт. Вон миссис Шарп, только вошла и уже радостно навострила уши. Тоже сплетница ещё та.
   Я торопливо бежала к школе. Спокойно, Элизабет, мало ли что он там болтает. Просто он до сих пор зол на Кэти... Сейчас приду и сама во всём разберусь.
   То, что Хоппер, к сожалению, не солгал, я поняла сразу, увидев в холле нашей школы самого Иннелина.
   Я забыла рассказать о ещё одной особенности альвов. Якобы те же фейри наделили их народ невероятной привлекательностью для противоположного пола. По крайней мере, сегодня это волшебство сработало на тысячу процентов. Наши дамы, обычно такие исполненные достоинства, сгрудились вокруг пришельца как стайка куриц вокруг кухарки. Воздух вокруг трепетал от приторных улыбок. Миссис Клапп, с невообразимой, украшенной бантиками прической, настойчиво предлагала всем целое блюдо пончиков. Мисс Сноу порывалась ненавязчиво взять хокермена за руку, причем одета она была в такое открытое платье, которое уместно разве что вечером. Было заметно, что Иннелин очень чтит правила вежливого обращения с леди, но не настолько искушён в светской жизни, чтобы от этих леди безболезненно избавиться. Придётся вмешаться, вздохнула я и решительно потеснила окружающий его цветник.
   Заметив среди окружающего благолепия моё хмурое лицо, хокермен обрадовался мне как потерянной сестре:
   - Миледи! Мне необходимо увидеть директора! - его звучный голос легко перекрыл воркование наших дам.
   - Прошу вас, - показала я на лестницу. - Мне тоже это срочно необходимо.
   - Миссис Клапп, - прошептала я на ухо пожилой даме, изобразив озабоченность, - на кухне всё-таки решили приготовить пирог с ревенем, хотя я говорила, что вы против, - мадам, охнув, устремилась в хозяйственное крыло, прихватив с собой своё блюдо.
   - Мисс Сноу, боюсь, старшие школьницы опять без спросу взяли ваши ноты. Моего авторитета явно недостаточно... только, пожалуйста, наденьте пелерину, - добавила я вполголоса.
   Нейтрализовав двух самых настойчивых поклонниц, я всё-таки сумела провести торговца на второй этаж.
   - Кстати, а что случилось? - невинно поинтересовалась я. Теплилась надежда, вдруг мы сумеем решить проблему без привлечения руководства. Мне было жаль Кэти, что бы она ни натворила.
   - Вчера одна из ваших воспитанниц случайно увидела... одну вещь, - строго сказал Иннелин. - Один из наших амулетов. Он для нас очень важен. Девушка, похоже, была просто очарована. Боюсь, эта вещь ей так понравилась, что она решила забрать её себе. Я понимаю, молодым девушкам нравятся красивые игрушки, - торговец улыбнулся, но у меня от этой улыбки мороз по коже прошёл, - и я согласен обменять эту вещь на что-то другое. Но амулет, подчеркиваю, очень нужен нам самим.
   Да, без директора тут не обойдется. По описанию Иннелина, девушка была одета в форменное платье нашей школы. И выглядела точь-в-точь как Кэти. Я распахнула дверь в кабинет и пригласила торговца внутрь.
  
   Глава 6
   Мы сидели в кабинете вчетвером - я, Иннелин, невозмутимый, как кот в засаде, красная от гнева миссис Холланд и хлюпающая носом Кэтрин. Допрос тянулся уже почти час, а дело не сдвинулось ни на шаг.
   Кэти разрыдалась прямо с порога, не успев дослушать обвинений. Вообще-то, из неё получилась бы превосходная актриса, но в этот раз её поведение показалось мне искренним.
   - Я не делала этого, мисс! Ничего я не брала! Уж вы-то мне верите! - повторяла несчастная девочка, и больше от неё ничего нельзя было добиться.
   Миссис Холланд тоже повела себя нетипично: увидев ослушницу, она так шарахнула рукой по столу, что тяжелые папки подпрыгнули, а от её гневного окрика подпрыгнула на стуле даже я. Директрису можно было понять, Кэти не в первый раз испытывала терпение преподавателей. А сегодняшний случай вообще за гранью - такое пятно на репутации школы! Но с этой девочкой так нельзя, в ответ на любую агрессию она замирает, как кролик перед змеёй, и никаких вразумительных ответов от неё не получишь.
   - Минутку, - вмешалась я. - Давайте спокойно разберёмся. Мистер Иннелин, когда вы обнаружили пропажу?
   - Вечером, часов в десять, - тут же откликнулся торговец. - Но я мог не сразу заметить отсутствие амулета.
   - Кэтрин подошла к Вашему фургону в пять часов, так?
   - Да. Её заинтересовали украшения из цветов. Я, конечно, понимал, что она ничего не будет покупать, но разрешил их примерить.
   - И вы показали ей амулет?
   - Она сама его нашла. - Уничтожающий взгляд директрисы в сторону Кэти. - Он лежал в серебряной шкатулке на самой дальней полке. Это длинная цепь из зелёного золота, с медальоном. На медальоне есть гравировка, восьмилучевая звезда. Амулет в неопытных руках - опасная игрушка, так что я убрал его обратно. Девушка вскоре ушла.
   - А потом, видимо, вернулась, - зло прищурилась директриса, - да?!
   - Нет! - всхлипнула Кэти.
   - Я не говорю даже, что самовольные отлучки из пансиона запрещены, хотя не думай, что я об этом позабыла! За это ты будешь наказана отдельно! Ты присутствовала на вечерней молитве в восемь вечера, это я помню. Где ты была до восьми часов? - спросила миссис Холланд.
   - Я... я... - девочка запнулась и покраснела. Ну ясно, скрывает что-то. Боится признаться. Та-ак, где, интересно, её носило? Рыбачила на озере с приятелями? - вряд ли, за это ей крупно влетело на прошлой неделе, наставления миссис Касл не могли так быстро выветриться из её непутёвой башки. В шляпной лавке у болтушки миссис Ингер? - нет, та уехала на свадьбу к сестре, вернётся через пару дней. А если... ага!
   - Простите, - поднялась я, - мне нужно уточнить один вопрос, - и вышла из кабинета.
   Отсутствовала я недолго, пару минут.
   - Говорят, на этой неделе ночью уже будут заморозки, - произнесла я, вернувшись. На меня озадаченно уставились три пары глаз. Немая сцена.
   - А перед заморозками мистер Хоппер всегда снимает свои лучшие яблоки, так? - я строго посмотрела на Кэти, и она сжалась на стуле. - И укладывает их на чердак. Где ты и проторчала вчера весь вечер. Миссис Грин, медсестра, сказала, что у тебя утром болел живот. Ты объелась яблок, дорогая, не так ли? - Кэти хотела что-то сказать, запнулась и покраснела ещё больше, хотя, казалось, куда уж. Про её непомерную любовь к яблокам знала вся школа.
   Я быстренько прикинула варианты. Мистер Хоппер по вечерам обычно бывает дома. Но если он и заметил Кэтрин, нипочём нам об этом не скажет, он её терпеть не может. Кто ещё мог её увидеть? Кэти наверняка влезла в дом через чердачное окно. Перед самым домом растёт высокий клён, девчонка же лазает по деревьям как белка, ей туда забраться - раз плюнуть. А соседка Хоппера, миссис Шарп, не могла не отметить своим зорким глазом такое восхитительно непристойное зрелище. На неё вся надежда.
   - Так, - сказала я. - Мы с мистером Иннелином идём опрашивать свидителей. - А эту особу, - я взяла Кэти за руку, - если позволите, я отведу в лазарет, - честно говоря, я просто опасалась оставлять её с директрисой наедине.
   - Позволю с удовольствием, - устало сказала миссис Холланд. - А когда вы вернётесь, - последний уничтожающий взгляд на Кэти, - мы продолжим разговор.
  
   ***
   Помощь миссис Шарп нам так и не понадобилась. Завидев нас с Иннелином, мистер Хоппер сам вышел к нам навстречу.
   - Да слышал я, как она шуршит на чердаке, - махнул рукой толстяк. - Там у меня ещё книги старые сложены, от матери остались, вот она сидит, читает и яблоками хрустит себе. А что? Так хоть вреда от неё никому нет. Я уж и лестницу потихоньку к чердачному окну приставил, а то ведь страх один, как она по дереву туда сигает, убьется ещё. Вечером, как колокол к молитве прозвенел, слышу - скатилась она по этой лесенке и дунула к школе, только пятки засверкали.
   Я обернулась к Иннелину. Тот пожал плечами.
   - Полагаю, мисс Кэтрин мы можем исключить из числа подозреваемых, - сказал торговец, с интересом глядя на меня. Он коротко поклонился нам и ушёл.
   Я задержалась. Надо было ещё кое-что прояснить.
   - Вы ведь нарочно не рассказали мне об этом тогда, в лавке? - спросила я у Хоппера, когда мы остались одни. - Хотели её проучить? Чтобы её заподозрили, чтобы она испугалась?
   - А вы думаете, я меньше испугался, когда этого несчастного поросёнка увидел? - вызывающе ответил толстяк. - И вообще, я же говорю - следить надо за девкой! - он махнул рукой и ушёл в дом. А я побежала догонять Иннелина.
   - Кто ещё подходил к Вашему фургону вчера вечером, после Кэти? - выпалила я, слегка запыхавшись.
   - Достаточно много людей, - задумчиво сказал торговец. - Во-первых, ваш мэр, мистер Скорп. Пришел почти сразу, как ушла Кэти. Надо было уладить кое-какие формальности. Миссис Коннор - я привёз ей лекарство, которое она просила. Мистер Хардман, садовник, пришёл за семенами кое-каких редких растений. Были ещё миссис Лейн с дочерью, миссис Райд, ваша тётя.
   - Тётя Роуз?!
   - Не волнуйтесь, - улыбнулся Иннелин, - уверен, что вам неприятности из-за этого дела больше не грозят.
   Я тоже на это надеялась, но мы крупно ошиблись. Неприятности только начались.
  
   Глава 7
   Целую неделю после этого случая Кэти вела себя тише воды, ниже травы. Для меня инцидент тоже даром не прошёл. Я заметила, что некоторые преподавательницы часто перешептывались о чём-то, но в моём присутствии все смущённо умолкали. Миссис Пончики и мисс Декольте разговаривали со мной очень сухо. Тут ещё Иннелин невольно подлил масла в огонь, подкараулив меня возле школы с неожиданным предложением. Нет, не с тем, которое обычно делают молодым девушкам.
   - Я подумываю задержаться здесь на какое-то время, - сказал Иннелин с озабоченным видом. - Открою лавку. Мне нужен помощник: принимать товар, составлять списки закупок, анализировать продажи. Вы согласились бы поработать моим секретарём?
   Я опешила. Честно сказать, даже не знала, какому явлению удивляться сильнее. Что женщина в роли секретаря, что один из альвов, живущий постоянно в городе, - оба эти явления, мягко говоря, необычны. Хотя, возможно, Иннелин решил остаться из-за амулета, который пока так и не нашли.
   - У меня уже есть работа, - я пожала плечами. - Думаю, в городе и помимо меня найдутся дамы, готовые вам помочь.
   - Да, некоторые леди предложили свои услуги, - мне показалось, или на лице торговца действительно мелькнул испуг? - Они были очень... любезны. Но я предпочел бы работать с вами. Видите ли, мой товар очень своеобразен и требует, скажем так, определённой восприимчивости.
   Иннелин мягко улыбнулся, заставив меня вспомнить сказки о волшебной привлекательности альвов. Кстати, может быть, всё дело в этом? Может, ему нужна помощница с "иммунитетом" к альвийской внешности? Я осторожно присмотрелась к Иннелину. Так, на всякий случай. Он, бесспорно, красив - высокий, стройный, волосы длинные и почти белые, как у Кэти, только у него они прямые. Тёмные брови как крылья, да и вообще в его лице есть что-то птичье - острые черты, манера резко поворачивать голову, будто он прислушивается к чему-то. Нет, никаких любовных чувств во мне от его вида не просыпается, и слава богу!
   - Подумайте, мисс Гордон, - настаивал торговец. - Я соглашусь на любые ваши условия.
   На том мы и порешили. В холл я вошла под перекрестным огнем по-женски завистливых взглядов. Стало понятно, что приятельство с Иннелином симпатии среди коллег мне не добавит. Образно говоря, над моей головой сгущались тучи.
   Спустя пару дней, подходя к воротам школы, я увидела отъезжающего всадника в темном плаще. Мне показалось, что со спины он похож на лорда Рэндона, но я тут же обругала себя за мнительность. Во-первых, все согласились, что наша школа не имеет отношения к пропаже альвийского амулета, так что пусть расследует это дело где-нибудь в другом месте. Во-вторых, если вдруг у милорда имеется какая-нибудь малолетняя родственница, которая нуждается в совершенствовании манер, ей нечего делать здесь. Наша школа не для знатных аристократок. Да и вообще, этот господин наверняка давно вернулся в свой Спленфилд и думать про нас забыл, так что пора уже выбросить его из головы и успокоиться.
  
   ***
   Этот сентябрьский вечер выдался неожиданно холодным, но в маленьком трактире на Старой площади было шумно и весело. В глубине зала щедро пылал камин, синие запотевшие окна отгораживали посетителей от осенней слякоти. Вкусно пахло мясными пирогами и жареной рыбой.
   Рэндон и Иннелин расположились за столиком в углу возле окна. Альв явно наслаждался не столько ужином, хотя кормили здесь очень неплохо, сколько покоем. Обычно, стоило ему только показаться в трактире, как кто-нибудь из горожан звал его за свой стол и присаживался на уши с бесконечными просьбами, но в этот раз присутствие верховного лорда вынуждало людей держаться подальше. На всякий случай.
   - Редко когда удаётся так спокойно посидеть, - заметил альв.
   - Это, однако, не способствует нашему расследованию, - Рэндон обвёл рукой окружавшее их свободное пространство. Я уж и забыл, каковы нравы в глубинке. Маленький замкнутый мирок, не слишком жалующий чужаков.
   - Надеюсь, с твоей помощью мы найдём убийцу, - альв внимательно посмотрел на друга. Тот только вздохнул.
   - Не может быть, чтобы ты сам не заметил. Щадишь моё самолюбие? Я перегорел, Иннелин. Последнее дело обошлось мне слишком дорого. Так что, если ты рассчитываешь на магию верховного лорда - напрасно. Я пуст, как курсант перед присягой, - и Рэндон раздражённо плеснул себе ещё вина.
   - Я слышал, твоё последнее дело было громким, - осторожно заметил альв.
   - О да! Можно сказать, я ушёл с музыкой. И фейерверком, - усмехнулся человек.
   - Что значит "ушёл"?
   - Подал в отставку.
   - Уверен, что Георг её не принял.
   - Нет, конечно, - вздохнул лорд. - Знал бы ты, как мне надоели все эти пустые фразы: "ты восстановишься", "всё наладится"... Сочувственные взгляды, перешёптывания за спиной. Я был рад оказаться подальше от столицы. Уехал, как только получил твоё письмо.
   - Как это случилось? Я слышал, это было какое-то тайное общество?
   - Просто невероятно, сколько их развелось в последнее время! Мне кажется, чем активнее мы развиваем науку и промышленность, тем сильнее бродят в некоторых головах мутные суеверия, обрывки древних легенд и таинств. Может, это своего рода противовес? Дань всеобщей гармонии? С одной стороны, за последние годы мы открыли несколько фабрик, запустили железную дорогу, вдвое увеличили объем морских перевозок... С другой - в столице как грибы после дождя вылезли всякие месмеристы, спиритуалисты, Дети света, Внуки Изиды... В общем, можно сказать, в Спленфилде сейчас взошло светило истинного мракобесия. Было бы легче, если бы некоторые из них не заглядывались на кресла в Кабинете. А те, об кого я обломал зубы, - некий Орден Дракона, огнепоклонники, - вообще замахнулись на трон. Мы их накрыли, но там случилось несколько накладок... Результат ты видишь перед собой.
   - Это из-за травмы ты примкнул к прогрессистам? - прямо спросил Иннелин своего друга. - Разочаровавшись в магии традиционной, ищешь теперь смысл в человеческом разуме и магии механической?
   - Да уж, хотелось бы опереться на что-то более прочное, чем непонятная сила, которая рождается под действием присяги и может неожиданно тебя покинуть. Надеюсь, что мои мозги окажутся надёжнее.
   - В нашем деле мы обойдёмся вовсе без магии, - Иннелин, сцепив руки, наклонился над столом. - Достаточно будет твоей интуиции и опыта. В Илсбери нет никаких тайных организаций. Здесь действует одиночка. Какой-то чернокнижник. Я чувствую его жажду, неудовлетворённость... В древности в этих местах обитали жестокие боги, и сейчас ещё находятся безумцы, готовые воскресить их в обмен на силу и могущество. Мы найдём его.
   - Он ведь убивает, Иннелин, - нахмурился Рэндон. - На его счету уже четыре жертвы. Что, если мы не успеем его остановить? Каждое следующее убийство будет на нашей совести. Мне неприятно расписываться в своей беспомощности, но если хочешь, я вызову сюда кого-нибудь из сильных лордов. Форсайта, например...
   Иннелин горячо возразил ему:
   - Ты же знаешь, как сейчас в правительстве относятся к преступлениям, связанным с тёмным колдовством! И как жестко их искореняют! После Форсайта здесь останется пепелище, образно говоря. Может, городок и устоит, но его жители ещё долго будут видеть кошмары по ночам! Этот несчастный город сейчас заражен, но, чтобы вылечить опухоль, необязательно выжигать её кислотой!
   - Ты привёз сюда альвийский амулет, чтобы вычислить место силы этого чернокнижника?
   - Да. Но чего я не ожидал, так это того, что он ухитрится похитить амулет! Дерзкий тип.
   Рэндон взял список людей, отметившихся возле фургона в тот памятный для альва вечер.
   - Ему даже не обязательно было приходить лично... - пробормотал он. - Мог бы послать кого-нибудь. Постой-ка - миссис Райд? Не родственница ли она того Чарльза Гордона, у которого ты изъял некоторые интересные книги по тёмной магии?
   - Она сестра его жены. Мисс Гордон - его дочь. Согласен, некоторые нити расследования ведут к их семье. Поэтому я и рассчитывал привлечь к нашему делу Элизабет.
   - ...А их конюх выглядит так, что я готов поставить свой кинжал против этой вилки, что это он развлекается с ножом в здешних холмах, - продолжал размышлять лорд Рэндон. - Слушай, а юная леди часом не может оказаться...
   - Не может, - отрезал альв. - Эта девушка свежа, как яблоко, и с душой чистой, как откованный в Авеллине клинок.
   - Поэтично звучишь, - усмехнулся Рэндон. - В таком случае, сотрудничество с нами автоматически превратит её в приманку. Ты хоть понимаешь, что собираешься дразнить Чернокнижника этим - как ты там выразился - кусочком яблока на острие альвийского клинка? Надеюсь, ты сумеешь её защитить.
   - Уверен в этом. Иначе бы не предлагал.
   - Это хорошо. Скажу честно, в нашу первую встречу я пытался уговорить мисс Гордон перебраться в столицу. Мне казалось, это дело слишком опасно, чтобы вмешивать сюда леди. Но она отказалась!
   Хокермен поперхнулся вином.
   - Ты предложил ей... что?! - он нахмурился и отложил вилку. - Аксара, могу я спросить, каковы твои намерения относительно этой девушки?
   - Такой вопрос и таким тоном мог бы задать её отец.
   - Будь её отец жив, он спросил бы у тебя то же самое.
   - Не беспокойся, мне сейчас не до интрижек. Чёрт возьми, месяца не прошло после разрыва моей помолвки! И мисс Гордон не настолько тронула моё сердце, чтобы претендовать на роль будущей леди Рэндон. Я устроил бы её в Университет, мне показалось, что такая девушка, как она, была бы рада получить более серьёзное образование. Что ж, я ошибся.
   - Я не знал насчёт твоей помолвки... - обалдело пробормотал Иннелин. - Разве леди Алисия...
   - Леди Алисия сбежала быстрее ветра, как только узнала, что вместо блестящего столичного общества её ожидает глухое родовое поместье, а вместо перспективного мужа - бессильный калека без капли магии. И давай не будем больше о женщинах. Я не против участия мисс Гордон, если ты сумеешь обеспечить её безопасность.
  
   Глава 8
   Когда миссис Холланд вызвала меня к себе, я почти не удивилась. Успела уже морально подготовиться. Мы долго говорили, директор передо мной только что не извинялась. Меня не уволили - я ушла сама, "чтобы не провоцировать ссоры и разногласия в коллективе". По словам директрисы, предъявленные мне претензии - "потакание слабостям воспитанниц", "попытки завоевать дешёвый авторитет" - чуть ли не обязательные просчёты для молодого преподавателя, и она ни за что не затеяла бы этого разговора, если бы не сложное положение, в котором оказалась школа... В общем, я не стала тянуть кота за хвост, быстро всё подписала и ушла.
   С учительской квартирой тоже пришлось расстаться, но мне повезло тут же найти себе новое жильё, правда, очень скромное. Конечно, мне нравились главные улицы Илсбери, вымощенные булыжником, освещённые газовыми фонарями. Здесь располагались самые красивые дома, где на первом этаже всегда можно было найти ароматную пекарню, кондитерскую или нарядную модную лавку. Район очень оживлял небольшой сквер со скамейками и тенистыми деревьями, где можно было прогуливаться даже вечером, не опасаясь всяких инцидентов. Однако жильё в престижном месте мне пока не потянуть.
   Так что на следующий день после разговора с директрисой извозчик высадил нас с котом на Сиреневой улице, в тихом местечке недалеко от центра, возле небольшого дома, выкрашенного в синий и зеленый цвет. Я сняла здесь крошечную квартирку на втором этаже. Улицу эту сроду никто не мостил, так что за нашей коляской оседала пушистая желтая пыль. В палисадниках пышно кудрявились сирень и боярышник. Зато местность была достаточно безлюдна, чтобы леди, стесненная в средствах, могла самостоятельно перетаскать в квартиру своё барахло, не привлекая лишнего внимания соседей. Я заплатила хозяйке, миссис Хиггис, за месяц вперед, и это съело почти все мои сбережения.
   Всё-таки самой таскать сундуки мне не пришлось. Пытаясь совладать с неподатливой входной дверью квартиры, я услышала позади себя шорох и, обернувшись, с удивлением увидела на лестничной площадке Иннелина. В руках он легко держал два моих сундука. Как будто они вообще ничего не весили! Вот это точно волшебство.
   - Теперь моя очередь вам помочь, - просто сказал хокермен.
   Мы вошли в квартиру, Демьюр, конечно же, первый. Моему взгляду сразу предстали старые, кое-где отслаивающиеся от стен обои, черный от копоти камин. В слабом луче солнечного света, которому удалось пробиться сквозь грязные стёкла, танцевали пылинки. Да, над обстановкой здесь придётся серьёзно поработать! Кошан сделал пару шагов, брезгливо отряхнул лапы и попросился ко мне на руки, видимо, посчитав меня самым чистым предметом мебели.
   - Я был сегодня в лавке миссис Томсон, - сказал Иннелин, - и узнал, что вы оставили свою прежнюю работу. - Он оглядел комнату и отнёс сундуки в дальний угол, где стояла кровать с древним альковом.
   Я мысленно застонала. Не успели ещё высохнуть чернила на моём приказе об увольнении, а дотошные соседи уже были в курсе дела! Я-то надеялась, что у меня в запасе есть пара дней. Как я на глаза покажусь тётке?
   - ... и ваша тётя тоже была там, - добил меня Иннелин.
   - О, нет! - вырвалось у меня. Я зарылась лицом в кошачью шерсть. Ситуация ухудшалась прямо на глазах.
   - Я взял на себя смелость сказать, что это я уговорил вас оставить место преподавателя ради должности моего секретаря.
   -Что?! Но как же...
   - Интересная работа, двадцать монет в месяц, и два свободных дня каждую неделю. Соглашайтесь, мисс Гордон.
   А моя репутация?! - хотелось завопить мне, но я сдержалась. Похоже, от неё и так остались одни ошмётки. А работа мне действительно нужна. Кстати, в пансионе мои заработки были гораздо скромнее.
   - Вы уверены, что вам настолько необходим секретарь? - грустно спросила я.
   - Совершенно уверен. Вы ответственны, деликатны. Умеете анализировать информацию, знаете своих соседей, их привычки, потребности. Поможете мне составить график закупок, будете вести учёт... Мы прекрасно сработаемся.
   В конце концов, я согласилась. А что? Можно подумать, у меня есть выбор.
  
   ***
   Иннелин был так любезен, что дал мне время обустроиться в новом жилище и даже прислал двоих помощниц, пояснив, что я могу оплатить их услуги позднее. Мне было неловко принимать от него одолжения, но одна я бы не справилась так быстро. Мы спешно развернули ремонтные работы - вымели и вымыли всю грязь, покрасили стены внизу, поклеили новые полосатые обои. Осталась проблема с неработающим камином, но это могло подождать до холодов. Моя квартирная хозаяйка, миссис Хиггис, оказалась приятной дамой с величавыми манерами, управлявшая нашим маленьким хозяйством "твёрдой рукой в бархатных перчатках", то есть мягко, но уверенно. Единственным её недостатком можно было считать разве что любовь к долгим вечерним чаепитиям. Заметив, что по вечерам я обычно бываю дома, она приходила ко мне с чайным подносом и разговорами. С другой стороны, только она в эти дни и скрашивала моё общество. Как-то раз я встретила на улице двух закадычных подруг - миссис Шарп и миссис Коннор. Я уже собиралась поздороваться, но эти достойные дамы меня невозмутимо проигнорировали. В первую минуту я опешила, но потом обругала себя. А чего ты хотела, подруга? Каковы бы не были мои истинные намерения, моё поведение считалось скандальным по меркам нашего общества. Устроиться секретарём к постороннему молодому (молодому, ха! да ему, наверное, лет сто!) мужчине - неприлично. Надеюсь, они не отыграются на тёте Роуз, всё-таки она их старинная подруга, кроме того, тёте в утешение всегда останется Эмили. Уж про мою кузину никто никогда худого слова не скажет!
   Другая встреча гораздо сильнее выбила меня из колеи. Я на минутку забежала в лавку миссис Томсон, а, выходя, увидела, как мне навстречу движется элегантный открытый экипаж, в котором сидит... лорд Рэндон собственной персоной. Напротив него в пене шёлковых юбок расположилась мисс Беатриса Лейн со своей компаньонкой. Эта девушка, кстати, была признанной городской красавицей и наследницей богатого поместья, так что у его светлости, по крайней мере, хороший вкус! Интересно, повернётся ли у него язык озвучить ей такое же предложение, как мне тогда? Как нарочно, я в то утро была причёсана наспех, к тому же нагружена ведром, шваброй, тазом для стирки и свёртком необходимых хозяйственных мелочей. Зрелище наверняка было ещё то. Мне показалось, что при виде меня на лощёной физиономии лорда мелькнула ухмылка, но он быстро отвернулся, и их экипаж проехал мимо. В первую минуту мне очень хотелось спрятаться обратно за дверь, но я одёрнула себя. Какое мне до них дело? Да, у меня нет сейчас лишних денег, чтобы оплатить доставку, и что? Зато я теперь самостоятельная женщина, сама распоряжаюсь своей жизнью. Тётке на меня не наябедничал за ту нашу ссору, и на том спасибо.
  
   Глава 9
   Я с некоторым облегчением поняла, что стоять за прилавком мне не придётся, так как Иннелин нашёл мне помощницу. Девушку звали Пенни, она была невысокого росточка, румяная, с яркими голубыми глазами, узлом пышных русых кудрей и такими милыми ямочками на щеках, что невозможно было не улыбнуться ей в ответ. Перед Иннелином девушка явно робела, опускала глаза долу и на все его замечания отвечала только "да, сэр". Меня она тоже поначалу дичилась, но мы быстро нашли общий язык.
   Вскоре хокермен привёз первую партию товаров. Мы решили, что не будем торговать обычной бакалеей, чтобы не создавать конкуренцию миссис Томсон с её магазинчиком. Лишние недоброжелатели в городке нам ни к чему. Тем более что у Иннелина водились такие диковинки - мы с Пенни только ахали, когда раскладывали их на полках.
   Рулоны тонких прозрачных тканей, книги в сафьяновых переплётах, обычные с виду горшочки, в которых варенье и масло могли сохраняться свежими сколь угодно долго, серебряные безделушки, цветные чернила, не выцветающие со временем... Все альвийские товары и их свойства я старательно заносила в особую толстую тетрадь и старалась получше запомнить.
   В первые дни посетители хлынули сплошным потоком. Ещё бы! Иннелинская лавка чудес стала редким развлечением для города, тем более что сезон балов и приёмов уже закончился, а благородным леди и джентельменам надо было себя чем-то занимать.
   Нас почтил своим вниманием даже городской мэр - мистер Скорп. Признаюсь, я не ожидала его увидеть. После смерти своей супруги, миссис Эвелин, он производил впечатление человека, изжившего в себе всё человеческое, извиняюсь за тавтологию. Он казался не живым существом, а некоей функцией, ходячим символом муниципальной власти. Впрочем, тётя Роуз очень его уважала и иногда говорила, что это первый градоначальник на её памяти, который нужды общества ставит выше собственных, поскольку своих интересов у него попросту нет. Внешне это был высокий худощавый джентельмен с седыми висками, пронзительными черными глазами, в неизменном чёрном сюртуке и шляпе. Возможно, в его шкафах водился десяток одинаковых костюмов, в любом случае, внешний вид его никогда не менялся. Я иногда фантазировала, что мистер Скорп - это некий фантастически сложный механизм, который оживает только на городских улицах, а потом он возвращается в свой большой пустой дом, ставит трость на подставку и замирает в холле до следующего выхода, и глаза его при этом медленно тускнеют. Итак, мистер Скорп внимательно осмотрел наши товары, похвалил обустройство, после чего у нас состоялся занимательный разговор:
   - Думаю, вашим родным нелегко было смириться с вашим выбором профессии, - заявил старик со свойственной ему прямотой, граничащей с бестактностью.
   Я как-то отшутилась. В последний месяц меня вряд ли можно было смутить подобным высказыванием.
   - Я не имею намерения вмешиваться в чью-то личную жизнь, но хотел бы предложить вам альтернативу. Семья одних моих знакомых ищет гувернантку для своей дочери. Правда, они живут достаточно далеко отсюда, в Эвонвилле.
   - Это же на побережье! - воскликнула я. Уехать так далеко от дома? Даже если бы я захотела, мне придётся сначала выдержать войну с тётей Роуз.
   - Далековато отсюда, но разве молодёжь страшится путешествий? - Мистер Скорп даже изобразил на лице подобие улыбки. - Представьте себе: новый город, где о вас не сложилось ещё никакого мнения, где можно начать всё с чистого листа. Там замечательный воздух, вы увидите море...
   - Благодарю вас, но в ближайшее время я не планирую менять работу.
   - Всё же, если надумаете, не стесняйтесь обратиться ко мне. Вы знаете, моя жена, Эвелин, всегда старалась помочь молодым девушкам, оказавшимся в затруднительном положении...
   Это была правда, миссис Скорп даже состояла в каком-то там Комитете, как я слышала от тётки. Господин мэр тем временем продолжил:
   - Теперь, когда её не стало, я считаю свои долгом по мере сил продолжать её дело.
   - Я понимаю ваши чувства, но... - пробормотала я. Скорп учтиво поклонился, и уже уходя, произнёс:
   - Не думайте, что у вас нет выбора, мисс Гордон. Выбор есть всегда.
   А что, он, оказывается, не такой уж жёсткий тип, как я раньше думала. Вполне добросердечный человек.
   Другим неожиданным посетителем был лорд Рэндон. Я с удивлением поняла, что они с Иннелином хорошо знакомы. Оказалось также, что Рэндон, когда не разговаривает покровительственным тоном и не кичится великосветскими манерами, может быть интересным собеседником. Мне показалось, его слегка задело наше с Пенни восхищение альвийскими диковинами, и он обещал при случае познакомить нас с чудесами механической магии, чтобы Иннелин не слишком-то задавался. После его ухода мне удалось выведать у хокермена, что наш столичный господин помог уладить какие-то проблемы одного из альвийских кланов, в благодарность за что даже получил альвийское имя - Аксара, что на их языке означает "молния". По словам Иннелина - случай беспрецедентный. В общем, аристократ прямо открылся мне с неожиданной стороны.
   Время от времени к нам в лавку забегала Кэтрин, разумеется, тайком. Рассказы Иннелина об обычаях альвов она могла слушать бесконечно. Иногда я брала с собой Демьюра, чтобы он не скучал целый день дома один. Кошан быстро освоился в лавке, одобрил Пенни, мигом присмотрел себе уютное местечко возле лампы и... неожиданно проникся симпатией к Рэндону. Стоило тому появиться, как кот немедленно просыпался, вился вокруг ног его светлости и призывно урчал. Я только диву давалась, пока не заметила, как коварный лорд подкармливает этот меховой мешок кусочками сала. За сало беспринципный кот мог душу продать.
   Однажды Кэтрин пришла к нам с подругой. Абигайль - так её звали - я помнила ещё по пансиону, она приходила туда брать уроки музыки у мисс Сноу. Это была маленькая робкая девчушка, похожая на воробушка. Несколько раз я видела её в городском сквере, обычно она чинно сидела на скамейке рядом с няней, посматривая на играющих девочек, но не решаясь к ним присоединиться. Я подарила ей серебряный колокольчик, чтобы её немного ободрить. Он звучал очень нежно и умел вызванивать пару простеньких мелодий. Через неделю дела привели меня в центр города, и я решила прогуляться по скверу. На соседней аллее послышался знакомый серебристый перезвон. Я подумала, что это Абигайль играет там с колокольчиком, и прошла в ту сторону. На аллее играли в мяч четверо девочек, Абигайль была среди них, и в руках у неё ничего не было. Она обернулась ко мне и снова рассмеялась переливчатым звонким смехом. Уже не воробушек, а яркая колибри. Это был первый раз, когда я поняла, что с альвийскими товарами не всё так просто.
   Самыми сложными, выматывающими душу покупателями были юные леди. Они залетали в лавку щебечущей стайкой, хихикали, ахали при виде безделушек, расспрашивали подробно про каждую и упархивали обратно, зачастую так ничего и не купив. Иннелин как-то не горел желанием иметь с ними дело (видимо, тёплый приём в нашей школе ещё не изгладился из его памяти), Пенни робела, так что роль продавца-консультанта обычно доставалась мне.
   Вот и в этот раз, увидев знакомую компанию из четырёх подружек, я обречённо предоставила Пенни перебирать новые привезённые специи и поспешила навстречу девушкам.
   Судя по их платьям, этой осенью в моду вошел фиолетовый цвет. Стайка девиц, впорхнувшая в лавку, переливалась всеми оттенками сливового, сиреневого, лилового и лавандового. Шляпки их были украшены цветами и каскадами лент, широкие оборки платьев создавали лёгкие вихри. Девушки налетели на привезённые вчера новинки и засыпали меня вопросами.
   К счастью, ещё до того, как моя голова лопнула от их разноголосья, появился лорд Рэндон. От его высокой атлетической фигуры в лавке сразу стало тесно.
   Девушки, которые до появления лорда вели себя как задушевные подружки, при виде мужчины превратились в стайку вредненьких котят, перед которыми поставили миску сливок. Никакого откровенного флирта - боже упаси! - но каждая исподволь старалась привлечь его внимание. Мои рассказы тут же был забыты, так что я скромно отошла в сторонку. Отсюда и наблюдать удобнее...
   - А это что за цветы? - вдруг с ангельской улыбкой обернулась ко мне мисс Лейн, изящно погладив стоявшие на прилавке в керамической вазе розовые и белые бутоны.
   - Это альвийские колокольчики. Если вплести их в причёску или приколоть к корсажу, они наделят обладательницу обаянием фейри, - невозмутимо ответила я, - правда, ненадолго.
   - Ах, какая прелесть! - защебетали девушки. Рэндон галантно предложил подарить каждой из них по цветку.
   - Вы забыли ещё про одну особу, - мисс Беатриса, воплощенная справедливость, указала на меня.
   - Я считаю, мисс Гордон вовсе не нуждается в подобном дополнительном украшении.
   - О... - протянула мисс-наша-первая-красавица, явно подозревая, что в этой фразе таился комплимент, который почему-то достался не ей. Я же, наоборот, насторожилась. Это же Рэндон...
   - Мне кажется, подобные вещицы призваны добавить своей обладательнице немного уверенности. Мисс Гордон и без того обладает значительным апломбом, так что ей такие штуки вовсе ни к чему.
   Беатриса удовлетворённо улыбнулась, но меня это не сильно расстроило. Ну, я же знала, с кем имею дело! Его светлость слова доброго не скажет, чтоб без издевки. Я слегка насмешливо поклонилась. К счастью, на колокольчиках интерес блестящей компании к волшебным артефактам иссяк, и они впятером направились к ожидающим их экипажам. В лавке воцарилась благословенная тишина.
   - Вы всё равно куда красивее, чем любая из этих леди, - храбро заявила Пенни, которая в течение всей беседы благоразумно держалась в сторонке.
   Я неопределённо хмыкнула, пожав плечами:
   - Что я... Подожди, я познакомлю тебя с Эмили, когда она приедет. Мисс Лейн ей в подмётки не годится.
   - Поверю, когда увижу, - лукаво улыбнулась девушка.
   Нет, всё-таки с напарницей мне очень повезло!
  
   Глава 10
   Утром мы с Иннелином устроились возле окна с гроссбухом, подводя итоги первого месяца работы. По всему выходило, что месяц получился очень успешным, хокермен прямо заявил, что у него ещё никогда не было такой удачной торговли. Мы с Пенни немедленно возгордились. Иннелин решил, что такой успех стоит отметить и приготовил глейн - специфический напиток альвов, что-то вроде густого пряного душистого сиропа. Насколько я знала, такой напиток должен был освежать, придавать сил, мог даже вылечить лёгкую прстуду.
   Не успели мы трое притронуться к чашкам, как нас прервали:
   - О, похоже, я вовремя! - Рэндон, только войдя, принюхался и радостно насторожился.
   - Иннелин, ты же не откажешь старому другу в глотке твоей амброзии!
   Я расстроенно отвернулась. Вот принесло его некстати!
   - ... а взамен я покажу вам одно из чудес мехнаической магии, как обещал, - интригующе сказал аристократ.
   Пенни допила свою чашку и робко отошла к полкам. Я не собиралась следовать её примеру. Знаю, леди не должна вмешиваться в мужские разговоры, но тема была интересной. Может быть, это волшебный глейн придал мне храбрости.
   - Итак, узрите артефакт механической магии будущего! - мы с Иннелином заинтересованно переглянулись, а Рэндон жестом фокусника извлёк из-за пазухи... листочек плотного картона, на котором в некоторых местах были прорезаны одинаковые отверстия.
   - Перфокарта? - удивилась я. - Это похоже на обычную перфокарту для одного из этих новомодных ткацких станков. Только для станков их, кажется, делают из жести.
   Иннелин с интересом крутил в руках картонку, так что я сочла нужным пояснить:
   - Станок под управлением перфокарт позволяет делать ткани со сложным плетением. Всё просто: цепь таких карт вешается на станок, по картам скользят металлические иглы - щупы. Щуп либо упирается в карту, либо проваливается в отверстие. От того, какие иглы попадут в отверстие, зависит вид узора. Оригинальное решение, из тех, про которые думаешь: "Как же раньше никто до этого не догадался!" Но в чём тут магия?
   Рэндон поаплодировал мне и слегка насмешливо поклонился:
   - Увидите, если вы, мисс Всезнайка, отвлечётесь от дамских юбок и взглянете на проблему шире! Можно ли заставить станок ткать другой узор?
   - Конечно. Достаточно повесить на станок другой набор карт. В смысле, с отверстиями в других местах.
   - Вот именно! До этого все механизмы работали одинаково: вы заводите часы и они будут тикать, пока завод не кончится. Но здесь мы имеем дело с машиной, с которой можно вести диалог, которую можно научить разным вещам, и вот это, - он взял перфокарту, - универсальный язык для общения с ней. "Язык отверстий", двузначная логика: нет отверстия - нуль, есть отверстие - единица. На этом языке мы сможем написать любой набор команд. Нас будет ограничивать только объём "склада", то есть памяти машины. Здесь начинается механическая магия... Что вы скажете, если узнаете, что сейчас идёт разработка счётной машины, работающей под управлением перфокарт? Которая сможет обеспечить быстрое, точное выполнение сотен и сотен вычислений?
   - Скажу, что наши математики выстроятся к вам в очередь со своими навигационными и логарифмическими таблицами, а господин Бернулли благословит вас из могилы, - улыбнулась я.
   Рэндон тем временем взял с прилавка альвийский выдвижной карандаш и прямо на листочке перфокарты набросал схематичное устройство своей хитроумной машины.
   - Возможно ли это? - усомнился Иннелин.
   - Более того, - воодушевился мистер Прогресс, - в дальнейшем можно будет поручать этой машине решать аналитические задачи.
   - В таком случае, было бы логичнее использовать не двоичную, а троичную логику, - задумчиво сказал альв, глядя на исчёрканную схему. - Для оценки реальных ситуаций было бы полезно кроме однозначных ответов "да" или "нет" иметь вариант "неизвестно". Да и для вычислительных задач в троичной логике есть ряд преимуществ, если использовать симметричный код: проще представить числа со знаком, легче округлять...
   - Ты прав, но будь я проклят, если знаю, как это физически реализовать, - Рэндон пожал плечами. - С двоичной логикой было куда проще. У любых физических элементов есть только два устойчивых состояния!
   - Кристаллы, мой друг! Очень советую вам обратить внимание на кристаллы.
   - Конечно, вы, альвы, на них просто помешаны...
   Мужчины заспорили о преимуществах альвийской и механической магии, пересыпая речь специальными терминами, и я сначала понимала их через слово, потом одно слово из трёх, а потом и вовсе утратила нить беседы. И я ещё воображала себя достаточно сведущей в вопросах механики! Можно сказать, меня щелкнули по носу. Да и Пенни надо было помочь.
   Когда наша светлость собрался уходить, я, набравшись смелости, спросила у него:
   - Нет ли у вас спецификаций этой счётной машины, милорд? Было бы интересно взглянуть.
   Мужчина широко улыбнулся:
   - Обязательно найду их для вас, обещаю. - Он слегка поклонился и добавил вполголоса, - Мне известно много способов заинтересовать девушку, но никогда ещё не приходилось использовать для этого математику.
   Я вспыхнула и отвернулась. Ну что за человек!
  
   ***
   Вечером я вышла из лавки, уставшая, но довольная. Деревья на улице казались нарисованными бледно-золотой акварелью, бодрящий воздух холодил щёки. Кажется, дела наконец-то пошли на лад. Работать в лавке мне нравилось, разбираться в диковинках Иннелина было страшно интересно. Мой каталог альвийских изобретений толстел на глазах. На днях хокермен снова должен был уехать, значит, я снова останусь в лавке за хозяйку. Пенни это только радовало, альва она ещё немного стеснялась. Девушка шепнула мне на ухо, что когда мы останемся вдвоём, она позовёт к нам Кэтрин, которая в присутствии Иннелина тоже превращалась в пай-девочку. В общем, кот из дома - мыши в пляс! Я считала, что лучше Пенни напарницы и желать нельзя, мы работали с ней душа в душу.
   А на следующий день её убили.
  
   Глава 11
   Это случилось совершенно обычным утром, хотя впоследствии каждая деталь того страшного дня казалась мне важной и значительной. Накануне мы договорились с Пенни, что она сама откроет лавку, так как я немного задержусь. Я хотела дождаться мастера, который должен был, наконец, почистить камин. Со всеми хлопотами я легкомысленно упустила из виду эту проблему, но с наступлением холодов исправный камин стал необходимым условием для выживания. Мастер вполне предсказуемо не явился, так что я подошла к лавке на час позже, чем собиралась, и не в самом лучшем настроении.
   - Пенни? - внутри было пусто и тихо. Странно, где же она? Несмотря на внешнее легкомыслие, Пенни была девушкой ответственной и ни за что не бросила бы товар без присмотра.
   Я прошлась по комнате, снимая на ходу шаль, и случайно бросила взгляд за прилавок. Меня приморозило к полу. Пенни лежала там на спине, и под её головой на светлом выскобленном полу расползалась тёмная лужа. Глаза её были открыты и смотрели в потолок.
   Не помню, как я выскочила на крыльцо. Кажется, я что-то кричала. Через некоторое время я обнаружила себя сидящей на стуле в подсобке, а невесть откуда взявшийся Иннелин пытался напоить меня водой из стакана. Он был так бледен, что брови на его лице казались угольно-черными. Из лавки доносился возбуждённый гул, я узнала голос инспектора Беккера из городской полиции.
   - Иннелин, она... она... - я попыталась взять стакан и отдёрнула руки. Они все были в запекшейся крови.
   - Я знаю. Выпей. - От воды пахло какими-то травами. - Станет легче.
   - Я хотела ей помочь! - всхлипнула я. - А она... - от одного воспоминания у меня желудок подбросило к горлу. Торговец ловко подвинул ко мне пустое ведро. Мне было плохо как никогда.
   - Её убили, Элизабет, - жёстко сказал хокермен. - Перерезали горло.
   Он поставил на стол таз и кувшин с водой.
   - Отдохни здесь, пока они не закончат. Приведи себя в порядок. Ты понадобишься мне в лавке - сегодня наверняка будет уйма посетителей. Все явятся своими глазами взглянуть, что случилось.
   - Я буду торговать вместо Пенни? - у меня вырвался истерический смешок. Иннелин странно посмотрел на меня и вышел.
   Впрочем, чего я хотела? Убийство убийством, а дело делом. Тем более, я всего лишь секретарь. Не того полёта птица, чтобы со мной церемониться. Сейчас покопаюсь в лекарственных запасах Иннелина, закинусь пустырником для стеклянных глаз и выйду, как миленькая.
   На то, чтобы вернуть себя в реальность, у меня ушло полчаса. Когда я, умытая и причёсанная, вышла из подсобки, в лавке никого из посторонних уже не было. На страшное тёмное пятно на полу я старалась не смотреть.
   Хокермен сразу же схватил меня за руку.
   - Так, на инструктаж у нас пять минут. Сейчас пойдут любопытные. Прислушивайся, кто и где был этим утром. Здесь город, а не дремучий лес. Наверняка кто-то что-то видел. Поспрашивай, только осторожно. Наблюдай, запоминай реакции. Один я не справлюсь, у меня всего одна пара глаз и ушей, к сожалению.
   - Ты же не думаешь... - я представила, что кто-то из давно знакомых мне людей мог совершить такое, и мне сразу захотелось вернуться в подсобку, поближе к тому ведру.
   - Просто сделай, что я прошу. Вечером поговорим.
  
   ***
   Этот день тянулся бесконечно, как тягучий кошмар, от которого никак не можешь проснуться. Повинуясь просьбе Иннелина, я прислушивалась изо всех сил. Некоторые покупатели успели переговорить с констеблем. Кажется, полиция склонялась к версии со случайным грабителем. Иннелин подтвердил, что этим утром из лавки действительно пропали кое-какие ценные вещи. Непонятно, почему грабитель не порезвился у нас как следует - ну, возможно, его спугнули. Я изумлённо взглянула на своего начальника: уж мне-то было точно известно, что все товары целы! Хокермен в ответ чувствительно наступил мне на ногу. Ладно, отложим этот вопрос до вечера.
   Уже стемнело, когда мы, наконец, выпроводили последнего посетителя и заперли дверь. Я упала в кресло у камина, Иннелин принёс поднос с чаем. Я с интересом принюхалась к тёмной опалесцирующей жидкости - пахло мёдом, нагретым камнем, солнечным полднем.
   - Специальный сбор, - сказал хокермен с наигранной улыбкой. - Поможет тебе сегодня заснуть.
   - Знаешь, у меня была мечта - выучиться на врача и лечить людей, - ответила я невпопад, обхватив ладонями чашку. Наверное, мне понадобится литров пять специального альвийского чая, чтобы забыть мёртвые глаза Пенни и жуткую рану на её шее... Если такое вообще можно забыть.
   - Теперь понимаю, что не смогу. Ни за что не смогу.
   - Это шок, - устало произнёс Иннелин. - Пройдёт.
   Я покачала головой. Нет, не быть мне первой женщиной-доктором... Хирургом уж точно.
   - Если бы я пришла раньше... - прошептала я то, что мучило меня весь день, - может быть, вдвоём мы с ней смогли бы спастись от этого грабителя...
   - Не было никакого "случайного грабителя", Элизабет, - отрезал хокермен. - И это не первое подобное убийство в ваших краях.
   Я задумалась.
   - Ты имеешь в виду тот случай в июле? Экипаж, который мы нашли на дороге...
   - И это тоже. После того происшествия мы с Рэндоном и инспектором Беккером прочесали ближний лес с поисковым кристаллом. Нашли два тела. Обе женщины. Обе убиты примерно года два назад. Точно сказать уже нельзя. У обеих перерезано горло. Могу поклясться - это сделал один и тот же человек. И он где-то здесь.
   - Какой-нибудь сумасшедший? - прошептала я. В голове не укладывался этот ужас. Мысли лихорадочно метались: кто?! Я знала в нашем городке всех с раннего детства, чужаков у нас не водилось, тогда кто же?
   - Скорее наоборот - хладнокровный мерзавец. Здесь замешана магия. Недобрая, тёмная магия... Я её чувствую.
   У меня мороз по коже прошёл. Но, думаю, на альва в вопросах, связанных с магией, можно положиться.
   - Тогда почему ты подбросил полиции версию с грабителем?
   - Если я заикнусь, что убийца - маг, то первым подозреваемым окажусь я сам. Как думает обыватель: альв - значит, маг. Пусть полиция проводит обычные сыскные действия, ищет кого-то, кто утром болтался неподалёку от лавки, пусть опрашивает свидетелей... Никто не сделает этого лучше них. Мы же будем искать другое.
   - Магия - и убийства?... Какой-нибудь ритуал? - у меня забрезжила догадка. - Постой-ка, твой амулет! Кража амулета может иметь отношение к делу?
   - Боюсь, что да, - понуро ответил Иннелин. - Элизабет, мне давно следовало с тобой поговорить. Надеюсь, и сейчас ещё не поздно. Я предполагаю, что убийца надеялся найти у нас в лавке вот это.
   Он положил на прилавок две книги - два старых потрёпанных фолианта, переплетённых в кожу, с медными застёжками. Я осторожно открыла одну, перелистнула несколько ветхих страниц, испещрённых рукописной вязью. Да, очень старая книга. Чего уж там - древняя, как экскремент мамонта. Некоторые страницы были переложены листочками бумаги, на вид явно более современной. Все эти листочки были исписаны какими-то заметками. Я взяла один - и глазам не поверила. Это был почерк моего отца!
   - Обе книги - трактаты по магии. Их передал мне мистер Гордон незадолго до своей смерти. Он сказал что-то вроде: некоторое знание, если прокричать его на площади, может привести за собой огромное зло. Мистер Гордон собирался отдать мне ещё какие-то книги, но после его смерти я их не нашёл. Ты хорошо помнишь своего отца? Кто-нибудь навещал его во время болезни? О чём они говорили?
   У меня заныло сердце. Я не любила вспоминать о своём детстве. Мама вышла за отца против воли семьи, дед прочил ей гораздо более выгодную партию. Маму он так и не простил. Иногда я думала, чем же папа так пленил мою аристократичную мать? Он был добрым, весёлым человеком с буйными рыжими кудрями и вечно неожиданными идеями, со своей знаменитой эксцентричностью и сорочьей коллекцией книг.
   - Твой отец был учёным?
   - О нет! Он даже не закончил Университет. Зато многие молодые люди, вхожие к нам в дом, потом в этот Университет поступили. Папа был энтузиастом, великим популяризатором науки. Он всегда чем-то увлекался. Полгода пытался доказать какую-то математическую гипотезу. Потом вдруг занялся археологией и древними языками, изучал кельтбер, годейль, чуть не утащил маму на раскопки в Пустоши, но она вовремя сообщила, что беременна. Раскопки тут же были забыты, один он бы ни за что не поехал. Они с мамой не могли расстаться даже на неделю. Они были очень счастливы, - прошептала я, - вернее, мы втроём были очень счастливы.
   - А потом случилась та эпидемия, да? Тиф...
   - Незадолго до этого мы купили домик в Илсбери. Думаю, отец надеялся, что мама помирится со своими родственниками. Он видел, как тяжело она переживала разрыв. Но отношения с нами поддерживала только тётя Роуз, мамина старшая сестра. Дедушка и знать нас не хотел.
   - Когда люди начали заболевать один за другим, папа всем старался помочь... Он советовал держать больного в постели, побольше поить и давать только лёгкую пищу, а лучше молоко. По его совету мы окуривали комнаты чёрным дёгтем, жевали ирный корень... Думаю, это помогло, ведь почти никто из наших не заболел... кроме самого папы. Мама пережила его всего на полгода...
   И эти полгода она была только тенью себя прежней, - подумала я. - Ничего её уже не интересовало. Даже я.
   - К вам приходил кто-нибудь незадолго до смерти мистера Гордона?
   - Мало кто. Например, папин нотариус. Но он точно не стал бы вести беседы о колдовских ритуалах. Из всех разновидностей магии его интересовала разве что магия денег, - усмехнулась я.
   - Доктор Джонс заходил, конечно же. В тот год мы не очень-то соблюдали правила вежливости насчёт визитов. Все боялись заразиться. Был ещё кто-то...
   - Не спеши, Элизабет, - альв взял меня за руку, его тёмные глаза смотрели прямо в мои, притягивали, завораживали, - Ты всё вспомнишь... Тебе восемь лет, тебя не слишком интересуют дела и разговоры взрослых... Что ты видишь?
   - Я сижу на кушетке в коридоре... Меня никто не замечает, все заняты. Когда папа заболел, он запретил нам входить к нему в комнату. Я по нему скучаю, поэтому подбираюсь поближе и прислушиваюсь, что он там делает. Иногда он вслух комментирует прочитанное, иногда - очень редко - у него бывают посетители. Вот опять кто-то идёт... Какая-то леди...
   - Женщина? Ты уверена? - насторожился Иннелин.
   - Я помню её платье... Её юбки прошелестели мимо меня - скользкий, шуршащий шёлк. Они с папой хорошо знакомы, она здоровается, он называет её по имени... да, их разговор касается магии... и книг. Она говорит: "Я надеюсь, мы скоро это уладим".
   - Это была миссис Скорп! - я будто очнулась.
   - Ты уверена?
   - Она была в шёлковом платье. Больше никто из наших дам не носит шёлковых платьев для визитов - это непрактично. А миссис Скорп любила шёлк. Наши горничные болтали, что у неё даже ночные рубашки шёлковые, что уж совсем неподобающе для леди! - я выпалила это и тут же смутилась. Боже, что я несу! Это всё альвийское чародейство, однозначно.
   - Как опасно, оказывается, иметь горничных, - пробормотал Иннелин. - А ещё что-нибудь помнишь?
   - Кажется, помню, что отец назвал её "Эвелин". Но главное не это, - мне вдруг стало жутко, ночная темнота, чётко очерченная кругом лампы, показалась настороженной и опасной. - Миссис Эвелин Скорп умерла два года назад.
  
   Глава 12
   - Жизнь - это бесценный дар Господа... - произнёс преподобный мистер Брандт, глава нашего прихода.
   На похороны Пенни пришли многие, девушку в городе любили. Пока священник произносил положенные слова, мы стояли, подавленные, под мелко моросящим дождём. Начало октября запомнилось мне сплошной синевой и золотом, но со вчерашнего дня небо затянуло хмарью, и ветер бесцельно гонял по нему серые клочья облаков. Будто даже солнце в своей печали отвернулось от нас. Мы стояли тихо, только негромко причитала мать Пенни, поддерживаемая двумя подругами. Слева от неё сбились в стайку несколько юных девушек, похожих на ласточек в своих тёмных платьях. Питер Уэст, жених Пенни, старался придать себе независимый вид, но его руки в карманах сжимались в кулаки. Мистер Беккер, инспектор полиции, держался в задних рядах, изредка бросая на людей изучающий острый взгляд.
   Иннелин стоял чуть в стороне, резкий и чужой, похожий на тонкий смертоносный клинок. Я старалась держаться к нему поближе. Люди аккуратно обходили нас, робко кивая хокермену. Меня не замечали, будто чуждая сила альва накрыла и меня. Впрочем, настроения горожан меня сейчас мало волновали. Горло будто стянуло обручем, душила несправедливость. Этого не должно было случиться! Пенни, такая молодая, такая хорошенькая, полная жизни - и эти похороны, крышка гроба над маленьким восковым лицом, точный разрез могилы в красноватой глине.
   - ... Истинно говорю вам: простятся человеку все грехи его. Все его грехи, - со значением произнёс священник.
   В книгах часто изображали, как убийца, не выдержав угрызений совести, с воплями кидается на гроб и признается в содеянном. Сегодня ничего такого не случилось. Если некто и пришёл полюбоваться на дело рук своих, он никак себя не обнаружил. Может быть, поэтому мы все опасались смотреть друг другу в глаза. Боялись увидеть чудовище среди хорошо знакомых лиц.
  
   ***
   Несколько дней после похорон я не могла найти себе места. Обычно хорошая долгая прогулка по лесу всегда помогала вернуть себе спокойствие. Но не в этот раз. Даже странно, что несколько дней назад осенняя природа казалась мне сонной и золотисто-безмятежной. Сейчас лес, казалось, пылал протестующим пламенем, а вон то дуплистое дерево будто замерло в немом крике, протянув к небу изломанные ветви. Тропинка вывела меня к реке. Неподалёку, на излучине, виднелись развалины заброшенной мельницы. Я вздрогнула, заметив, как между деревьев мелькает чья-то чёрная тень. Однако не успела я серьёзно испугаться, как узнала мистера Скорпа. Его сопровождали двое.
   Мы уже слышали, что наш градоначальник после того июльского убийства потихоньку начал окружать себя охраной и появлялся на людях только в сопровождении нескольких крепких молодых ребят. С лёгкой руки Кэтрин мы с ней прозвали их "скорпионами". Было видно, что парням нравится эта работа, и к делу они относятся серьёзно.
   - Лучше бы вам не гулять в одиночестве, мисс Гордон, - серьёзно сказал мэр. - К сожалению, мы все должны пока подчиниться обстоятельствам и соблюдать осторожность. Надеюсь, это ненадолго.
   Он был явно раздосадован, что какой-то головорез осмелился нарушить образцовый порядок в его городе. Мы пошли рядом, мистер Скорп держался чуть впереди.
   - Я всегда прихожу к реке, когда неспокойно на душе, - попробовала я объяснить. - Глядя на её безмятежное течение, легче представить, что все наши проблемы преходящи...
   - Мне тоже нравятся эти места. А я прихожу сюда, когда вспоминаю Эвелин.
   - Примите мои соболезнования... - сказала я неловко. В то время, когда умерла миссис Скорп, я всё ещё была в пансионе. Смутно помню опечаленную тётю Роуз в тёмном бомбазиновом платье, но само событие начисто изгладилось из моей памяти. - Ваша жена была больна?
   - Она утонула. Как раз в этих местах. Вероятно, у неё закружилась голова, и она упала в реку. Так что, как видите, мисс, одинокие прогулки могут быть опасны.
   - Это ужасно, - пробормотала я. У меня самой голова шла кругом от противоречивых мыслей, теснившихся в ней.
   Какое-то время мы шли молча. Телохранители держались в отдалении, но следовали за нами неотступно. Я заметила, что мой собеседник сжимает в руке старинные чётки из матово-коричневого камня.
   - Какие красивые! - показала я на них. - Можно взглянуть?
   Мне хотелось перевести беседу в более приятное русло. Пожилой джентельмен так явно тосковал о своей покойной жене, что было бы бестактно растравлять эту рану. Мистер Скорп не доверил мне взять ценный сувенир в руки, но позволил его рассмотреть. Я заметила, что четыре бусины мягко светились желтоватым светом. И от чёток ощутимо веяло магией. Не знаю, как мне удалось это почувствовать. Вероятно, работа у Иннелина обострила моё восприятие. Мистер Скорп казался смущённым.
   - Они остались мне от жены, и я привык носить их с собой. Знаете, мне до сих пор её не хватает, - сказал он с неловкостью человека, не привыкшего к таким признаниям.
   Да, Элизабет, ты мастер светской беседы!
   К счастью, далее нам оказалось не по пути: мистер Скорп направлялся в город, а я хотела навестить могилу Пенни. В лесу я безжалостно обломала куст рябины и теперь несла пышный букет из пунцовых ягод. Пенни он бы понравился, она любила яркие краски.
   На кладбище было безлюдно, свежую могилу девушки украшал букет белых хризантем. Я осторожно положила рядом свой, убрала опавшие листья. Рядом на ветку боярышника приземлилась шустрая синица, присмотрелась к ягодам, клюнула раз-другой, улетела. Вспомнилось вдруг, как Пенни пыталась вывести хоть одну трель на альвийской свирели. Как мы тогда смеялись! Пенни, заплетающая Кэтрин косы... Пенни, восторженно обнимающая Демьюра: "Какой красавец! Молоко любишь?" Пенни...
   - Мисс Гордон? - я обернулась. Ко мне по тропинке направлялся преподобный мистер Брандт.
   - Красивые цветы, - указала я на хризантемы.
   - Их принёс мистер Хардман. Он был здесь утром.
   - Он, кажется, работает садовником у миссис Шарп? Разве они с Пенни были близко знакомы? - в моём мозгу зашевелились смутные подозрения. Что за дело этому чужому мужчине до нашей Пенни?
   - Мистер Хардман - глубоко несчастный человек... Похоже, в его прошлом было много страданий. Как это ни печально, он не может даже облегчить душу исповедью, страдая неким умственным недугом: в минуты волнения он неспособен внятно выразить свои мысли. Однако я готов признать, что как специалисту ему нет равных! Он дал мне несколько чрезвычайно полезных советов относительно моих яблонь... Кстати, вы знаете, что наш знаменитый сад в Блэкуотере, поместье Скорпов, был спроектирован Хардманом? Он в то время работал садовником у мисс Эвелин. Когда она умерла, он перешел на работу к миссис Шарп. Мистер Скорп не слишком-то интересуется садоводством... Впрочем, полагаю, вам это неинтересно, - мистер Брандт посмотрел на меня своими добрыми голубыми глазами и неуверенно улыбнулся. - Знаете, иногда люди, одержимые прошлыми страданиями, находят облегчение, посещая кладбища. Для них это-то вроде терапии. Так что я стараюсь ему не мешать.
   Я согласно кивнула, но думала о своём. Кажется, мне не помешало бы встретиться с этим мистером Хардманом.
  
   Глава 13
   На ловца, как известно, и зверь бежит. Спустя несколько дней, повстречав в лавке миссис Шарп, я вдруг получила от неё любезную улыбку и приглашение на чай. От изумления я даже не сразу нашлась, что ответить. Может ли такое быть, что после несчастья с Пенни отношение наших дам ко мне смягчилось? Разумеется, я с благодарностью приняла приглашение и ровно в пять была уже возле её калитки.
   Кусты, которые росли вдоль дорожки, ведущей к маленькому коттеджу, были подстрижены в форме шахматных фигур. Мистер Хардман, очевидно, был большой искусник. Я миновала коня с лебединой изогнутой шеей, прошла мимо стройной башни-ладьи и постучала в дверь.
   Миссис Шарп в практичном твидовом платье, отделанном широкой тесьмой, восседала возле накрытого стола как олицетворение благочинности. Я похвалила её камею, а старая дама вполне добродушно предложила мне отведать чаю и гренок с маслом.
   Пока она разливала чай в тоненькие белые чашки, я осмотрелась. Гостиная миссис Шарп походила на изящную шкатулку, набитую всяческими безделушками; их было, пожалуй, даже слишком много. Вся мебель была благопристойно задрапирована тканью. Обивка моего кресла сначала показалась мне шёлковой, но, когда я провела по ней ладонью, то поняла, что она сделана из ситца, пропитанного специальным составом. Я сделала вывод, что миссис Шарп, образно говоря, не прочь пустить пыль в глаза своим знакомым.
   Кроме чая, пожилая леди предложила мне ещё стаканчик хереса, "чтобы согреться в такую погоду". Я хотела было отказаться - не люблю херес - но подумала, что алкоголь быстрее поможет развязать язык этой дамы. Пришлось согласиться.
   После первых пяти минут стандартного обмена любезностями, наша беседа стала напоминать мне мягкое перетягивание каната. Миссис Шарп живо интересовалась моими взаимоотношениями с Иннелином, я же старательно переводила разговор на тему садоводства вообще и мистера Хардмана в частности.
   - Девочка моя, я помню твою маму, она была такой очаровательной молодой леди! Кому же, как не мне тебя предостеречь!
   Почтенная леди наклонилась ко мне поближе и заговорщицки прошептала:
   - Советую всегда держать при себе безопасную булавку, лучше железную, и ежели этот хокермен вздумает... хм... воспользоваться обстоятельствами, ты его - булавкой, булавкой! Альвы железа не любят.
   Я не знала, смеяться мне или плакать. Думаю, такая реакция девушки на ухаживания у любого джентельмена отбила бы охоту, не только у альва!
   - Поверьте, миссис Шарп, мистер Иннелин никогда не давал мне повода задуматься о подобных предосторожностях!
   - Дорогая моя, ведь все знают, что ни одна женщина не сможет противиться альву!
   Хихиканье почтенной дамы я отнесла на счёт действия хереса.
   Всё было ясно. Миссис Шарп позвала меня, чтобы спокойно посплетничать о моей работе у Иннелина, а также расспросить о случившейся у нас трагедии. Однако она не пригласила более никого из своих знакомых, чтобы себя не скомпрометировать. Её настойчивые и очень нескромные расспросы о хокермене меня смутили. О боже, надеюсь, она не рассчитывает узнать, каков Иннелин в постели? Неужели меня в городе считают уже падшей женщиной?!
   Конечно же, я могла извиниться и уйти, но в интересах дела приходилось сдерживаться. Выразив своё восхищение садом (кстати, вполне искреннее!), я снова терпеливо постаралась перевести разговор на мистера Хардмана.
   - О, мне повезло заполучить его! - воскликнула разрумянившаяся дама. - Конечно, все считают, что он ушёл от мистера Скорпа потому, что тот не может в должной степени оценить его работу, но мне кажется, здесь есть ещё что-то!
   Миссис Шарп улыбнулась, глазки её возбуждённо блестели.
   - Первое время после переезда он жаловался на кошмары, даже говорить почти не мог - в общем, налицо было какое-то сильное потрясение! Чтобы не пугать остальных слуг, я поселила его в отдельном флигеле, который стоит в саду. Не будь я так уверена в Эвелин, я бы решила, что их с Хардманом связывали не только рабочие дела...
   Избирательный ум этой леди все отношения между людьми рассматривал только в одной плоскости. Я же подозревала совсем другое: что если мисс Эвелин и её садовник были сообщниками? Действительно ли она умерла? Что если ей просто понадобилось скрыться? Может быть, именно мистер Хардман помог ей? Что если он - добровольно или под принуждением - помогает ей до сих пор?
   Я заранее придумала повод для беседы с загадочным садовником и сейчас, сделав робкое выражение лица, сказала:
   - Моя тётя фанатично увлекается цветами (между прочим, это чистая правда!), но ей никак не удаются клематисы. Какие только сорта мы не пробовали - все чахнут через пару месяцев. Я была бы бесконечно признательна вам обоим, если бы мистер Хардман смог уделить мне пять минут для консультации ...
   - О, конечно, дорогая!
   Миссис Шарп была настолько любезна, что даже не стала сопровождать меня в сад, вдруг почувствовав настоятельную необходимость немного отдохнуть. Мы поговорили ещё пять минут и расстались с изъявлениями взаимной вежливости.
   Мне повезло, мистер Хардман оказался в саду. Это был рослый, крепкий человек средних лет с грубоватым лицом, равно привыкшим и к палящему солнцу, и к холоду. Он калечил ножницами очередной куст, вырезая ферзя. Королеву. Подходя ближе, я мучительно раздумывала, как начать разговор. А, к чёрту всё! Спрошу прямо. Надоело ходить вокруг да около.
   - Мистер Хардман, я знаю, что вы раньше работали у Скорпов. Вы помните мисс Эвелин? Что вы о ней помните?
   Молчание, прерываемое только щёлканьем садовых ножниц. Хардман будто хотел что-то сказать, но только нахмурился и молча продолжил работу. Вид этого угрюмого, заросшего мужчины с огромными острыми ножницами в руках вдруг вызвал во мне смутные опасения. Я отступила за куст, но сдаваться не собиралась.
   - Мистер Хардман!
   - Зло... всё равно настигнет тебя... - пробормотал он, зыркнув он на меня из-под нависших бровей. Я замерла.
   - От него не сбежишь, не отгородишься молитвой... Оно уже здесь! - садовник несколько раз резко взмахнул ножницами, потом бросил их наземь и ушёл прочь дёрганой, раскачивающейся походкой. А я осталась стоять в оцепенении рядом с обезглавленной королевой.
  
   ***
   В лавку я влетела как на крыльях. К счастью, Иннелин был на месте, а то с меня сталось бы отправиться разыскивать его по городу. Меня просто распирало поделиться новой информацией.
   - Иннелин! Хорошо, что вы здесь. Я кое-что нашла.
   Альв странно посмотрел на меня и, кажется, даже принюхался.
   - Вы пили, Элизабет? - его тону могла бы позавидовать тётя Роуз.
   - Чего только не сделаешь для дела. Да вы послушайте!
   Иннелин невозмутимо достал свою "лекарскую" сумку, налил в стакан воды и растворил в ней какой-то порошок.
   - Выпейте это.
   Я залпом осушила стакан, только сейчас осознав, что меня действительно мучила жажда.
   - Мистер Хардман, садовник, раньше работал у миссис Скорп. Однако, он не может даже рассказать о том времени, только бормочет что-то о вездесущем зле. Мисс Эвелин точно раньше интересовалась колдовством. У её мужа, нашего мэра, остались от неё чётки - вам бы взглянуть на них. От них просто фонит магией! Я не говорю уже, что сам вдовец последние два года выглядит как сушёная треска. А главное, он сказал мне, что она утонула!
   - Что с того? Несчастья случаются...
   - Да, а ещё их легко инсценировать. Я специально завернула сейчас на кладбище. Миссис Скорп умерла два года назад - в июле! В июле, понимаете?
   - Пока не очень.
   - Да летом в нашей речушке невозможно утонуть! Она почти пересыхает! Нет, если бы дожди лили непрерывно целый месяц... Но я помню то лето. Оно было вполне обычным. Солнечным.
   - То есть вы предполагаете, что миссис Скорп ведёт весьма насыщенную загробную жизнь?
   - И у неё наверняка есть сообщник, - всё-таки я не могла представить себе изящную леди в роли мясника. Вот в роли колдуньи и идейной вдохновительницы - вполне.
   - Всё это очень интересно... Проще всего, конечно, расспросить мистера Скорпа. Но вы к нему лучше не подходите. Тут мы с Рэндоном сами разберёмся. Это очень ценные сведения, Элизабет.
   Против воли моё лицо расплылось в победной улыбке. Я и не думала пытаться выведать что-то у Скорпа. Насколько я успела его понять, для него очень важно не потерять лицо, сохранить видимость приличий. Если он и подозревал в чём-то свою супругу, вытащить из него эти сведения у меня силёнок не хватит. Ничего, у меня найдутся другие источники информации, уж будьте спокойны!
  
   Глава 14
   Кажется, мои прогулки на свежем воздухе возымели неприятные последствия: я заболела. У меня ломило виски и саднило горло - верные признаки надвигающейся простуды. Моя шаль была слишком тонкой для холодов, и я теперь ругала себя, что не позаботилась заранее о тёплой одежде. Ничего, с первой же зарплаты куплю себе нормальное пальто. Ну что я за человек! Всё делаю в последний момент! Позавчера я так расчихалась в лавке, что Иннелин выдал мне какие-то порошки и отправил домой без разговоров, даже наш сиятельный столичный лорд смотрел на меня с сочувствием. Мне страшно не хотелось уходить, так как Рэндон с Иннелином явно собирались что-то обсудить, но делать было нечего - сама виновата. Сегодня я всё же вышла на работу. Во-первых, Иннелин опять отбыл, без меня лавку пришлось бы закрыть, а вдруг к нам кто-нибудь заглянет? А вдруг этот "кто-то" располагает какой-нибудь полезной информацией и она уйдёт мимо нас? Надо бы ещё в полицию заглянуть, кстати, за неделю они должны были уже что-нибудь раскопать! А во-вторых, в лавке было теплее, чем в моей квартире - мой камин пока так и не починили. Чтобы не вздрагивать здесь от страха при каждом шорохе, я взяла с собой Демьюра.
   Пока что посетителей не было; видимо, в этот серый, дождливый день все жители Илсбери разом предпочли домашние развлечения. Мы с Демьюром сидели у окна, кошан безмятежно дрых, свесив хвост с подоконника, а я пила горячий отвар и бесцельно смотрела на ползущие по стеклу капли.
   Наконец, нежный звон колокольчиков оповестил нас о госте. Им оказался Рэндон в промокшем плаще и с каким-то большим свёртком подмышкой.
   Узнав, что Иннелин ещё не вернулся, он не отправился восвояси, как я втайне надеялась, а по-хозяйски разложил плащ для просушки, уселся возле камина и иногда оттуда посматривал на меня. Повисло неловкое молчание. Демьюр вдруг восстал ото сна, важно прошелся по комнате и запрыгнул на колени пришлому лорду. Ну, предатель рыжий, получишь ты у меня сегодня вкусненького, держи карман!
   - Я принёс вам документы, касающиеся счётно-аналитической машины, - соизволил объяснить своё присутствие Рэндон.
   Я вежливо поблагодарила. Прекрасно, хоть будет чем развлечься. Последние несколько вечеров я честно пыталась разобраться в содержании тех инкунабул, которые принёс мне Иннелин. Сказать по правде, от регулярных ныряний в дебри древней магии меня уже мутило.
   - Я всё думал о применении трехзначной логики для наших целей, Иннелин тогда дело говорил. Например, если попарно объединить двузначные управляющие сигналы... - кажется, Рэндон рассуждал сам с собой. - Правда, здесь возникает ряд вопросов... Жаль, не получается сейчас как следует всё обдумать, всё время что-то отвлекает!
   Кажется, я догадывалась, что именно его отвлекало. Вернее, кто.
   - Как поживает мисс Лейн? - не без ехидства спросила я.
   - Какая... А, та весёлая девушка из большого поместья? Прекрасно. Я, признаться, не ожидал, что в вашем тихом городке кипит такая бурная светская жизнь! От двух приемов я еле отговорился делами, ещё от одного - плохим самочувствием, так что теперь позорно скрываюсь от их честной компании. Мисс Гордон, мне кажется, в нашу первую встречу между нами возникло некоторое недоразумение. Вы за что-то на меня сердитесь?
   Признаться, я не ожидала от него такой откровенности, но считала себя в своём праве.
   - Ну, знаете! После того, как вы попытались так нахально сманить меня в столицу, в это гнездо порока...
   - Минутку, - было видно, моё высказывание его задело, - минутку, подождите. Вообще-то, в Спленфилде, кроме пороков (этого добра там, конечно, хватает) гнездится ещё несколько университетов, куда совсем недавно начали принимать и леди, а мои рекомендации могли бы обеспечить вам...
   - Что же вы не рискнули предложить мисс Лейн преимущества образования и переезда в столицу?
   - Осмелюсь заметить, мисс Лейн прекрасно чувствует себя на своём месте! Собственно, она и этот городок подходят друг другу как нельзя лучше, чего не скажешь о вас. А вы... Вместо того, чтобы использовать подвернувшуюся возможность, вы вообразили себе невесть что и обиделись. Я понимаю, вам было бы неловко принять такую услугу, скажем, от мистера Колтона, из-за пересудов соседей, но от меня вы можете принять любую помощь! Мой статус представителя высшей власти и само моё положение защитят вас от сплетен!
   Упоминание мистера Колтона меня ещё больше рассердило. Откуда, интересно, этот пришлый лорд знает о моей расстроившейся помолвке? Что, об этом тоже болтают в городе? Чёрт бы побрал моих любопытных соседей вместе с этим умником, снизошедшим, видите ли, до нашего дремучего общества! О, теперь я прекрасно понимала его мотивы! Но от этого было ещё обиднее.
   Я вдруг "возбухла", как выразилась бы Кэтрин:
   - Другими словами, я могу не бояться сплетен, потому что человек ваших достоинств и положения никогда не взглянет на существо вроде меня как на женщину? - мягко спросила я. - Так?
   Судя по тому, как дёрнулось его лицо, такая формулировка не пришлась лорду по душе, но меня уже несло:
   - Вы! Вы самый высокомерный, самодовольный... Да я не согласилась бы стать даже вашей женой, предложи вы мне это! Не говоря уже об... иных отношениях!
   - Неужели? - прищурился Рэндон. - То есть, вы отказались бы от чести для своей семьи, от всех преимуществ, которые даёт знатное положение и богатство, только ради того, чтобы потешить свою гордыню? В таком случае вы просто глупы!
   - О, а по-вашему очень умно разделить жизнь с человеком, который ни в грош тебя не ставит, который относится к твоим чувствам без малейшего уважения, да и остальных людей считает только пешками на своей шахматной доске!
   Выговорившись, мы оба немного сбавили темп и притихли.
   - Что ж, - сказал Рэндон, - тогда остаётся только порадоваться...
   Но чему он там собрался радоваться, я не успела услышать. Входная дверь вдруг распахнулась, впустив запыхавшегося хокермена.
   - Простите, я задержался. Элизабет, принимай подарок, - и он сгрузил мне на руки пальто из толстой синей шерсти, отороченное рыжим мехом. Я растерялась.
   - Спасибо, но я не могу... - Ни одна леди не примет в подарок одежду от постороннего джентельмена! Иннелин, наверное, этого просто не знал.
   - Не вредничай, подруга, ты нужна мне живой и здоровой, - Иннелин бесцеремонно впихнул меня в пальто и развернул к стоящему в углу старинному зеркалу.
   - Тебе дивно идёт этот цвет, - скалал он с интонациями опытного продавца, - а какая ткань, ты только потрогай!
   - Иннелин, я...
   - Если не можешь принять его в подарок, я вычту его стоимость из твоей следующей зарплаты. Но мёрзнуть ты больше не будешь.
   - Мне, право же, неловко прерывать этот содержательный разговор, - вклинился Рэндон, про которого мы оба немного забыли. - Иннелин, когда освободишься, я жду тебя на том же месте, что и в прошлый раз.
   И высокомерная светлость с достоинством удалилась, забыв у камина плащ, зато прихватив с собой свой свёрток.
   Спрашивается, зачем он вообще приходил?
  
   ***
   Сегодня был явно не мой день. Когда Иннелин умчался на встречу c его светлостью, к нам заглянул инспектор полиции мистер Беккер. В первый момент я обрадовалась, увидев в дверях его высокую фигуру в сером пальто. Его визит избавлял меня от необходимости посетить участок, что в моём простуженном состоянии было сложно осуществить. Но очень скоро стало ясно, что инспектор вовсе не собирается делиться со мной полицейскими находками, а его настойчивые вопросы постепенно привели меня в состояние лёгкой паники.
   У мистера Беккера день тоже не задался. Дело Пенни Уорд в последние дни вымотало ему все нервы. Поначалу он корил себя за то, что азарт погони за извергом-убийцей временами заглушал в нём ужас и сочувствие к погибшей девушке. Беккер был человеком исполнительным и безупречно честным, он бы так и потратил годы своей службы на скрупулёзный разбор мелких житейских грешков: в Илсбери сроду не случалось преступлений серьёзнее кражи козы у соседа. И вдруг - такое дело! Мечта любого сыщика!
   Дело оказалось тухлым. Пятеро свидетелей уверенно описали человека, замеченного ими возле лавки в то злосчастное утро. Беда в том, что их показания так же уверенно расходились. Один описывал высокого верзилу в тёмном плаще, другой - невысокого толстяка в коричневом сюртуке. Пятый вообще настаивал на том, что человек был женщиной, более того - знатной дамой. Чтобы леди ранним утром разгуливала по городу одна, без компаньонки? Да кто в такое поверит? Хуже того, в дело замешался альв, при одном упоминании о котором местные дамы закатывали глаза и принимались кудахтать что-то невнятное, никак не годное для занесения в протокол. И будто мало было проблем, рядом крутился ещё один из верховных лордов, шпунт ему в печёнку. А в довершение всего - эта вздорная рыжая девчонка, которая как-то связана с ними обоими. Стоит, понимаешь ли, улыбается невинно через прилавок. Инспектор сурово нахмурился.
   Первые несколько вопросов мистера Беккера меня не насторожили. В конце концов, именно я нашла Пенни. В смысле ... тело. Но затем разговор свернул куда-то не туда.
   - Довольно сложно разобраться в преступлении, если в нём замешан альв, - осторожно начал инспектор. - Не оказывал ли мистер Иннелин каких-либо знаков внимания мисс Пенни Уорд в вашем присутствии?
   - Нет, - чётко ответила я, - мистер Иннелин всегда держал себя с нами предельно корректно, и Пенни - очень скромная девушка.
   - Не случалось ли у вас ссор с мисс Уорд из-за мистера Иннелина?
   - Нет!
   - Что вам известно о личной жизни этой девушки?
   - Я такими сведениями не располагаю.
   - Связаны ли вы обязательством с каким-либо джентельменом?
   - Мистер Беккер!
   - Хорошо, я спрошу прямо. Вы являетесь любовницей мистера Иннелина?
   Мы замерли перед прилавком каждый со своей стороны. Беккер яростно буравил меня своими цепкими глазками. Несомненно, в его глазах я уже была преступницей, сначала поправшей общественную мораль, а под конец опустившейся до убийства. Из всех несправедливостей, с которыми мне пришлось столкнуться в последнее время, эта была худшей! И я понятия не имела, как его разубедить! Мне стало нехорошо, в ушах зашумело.
   К счастью, в этот момент вернулся Иннелин и уже во второй раз за сегодняшний день спас меня от неприятного разговора. Он вежливо, но непреклонно проводил инспектора за дверь. На этом моё сотрудничество с полицией закончилось. В участок я так и не осмелилась наведаться, мистер Беккер у нас тоже больше не появлялся.
  
   Глава 15
   Домой в тот день я добралась уже поздним вечером, продрогшая, голодная и злая, как сто тысяч чертей. В темноте я пару раз провалилась ногой в лужу, и даже новое пальто не могло полностью защитить меня от ледяного пронизывающего ветра. Представляю, что со мной было бы в старенькой шали! Я понимала, что только доброта (или предусмотрительность) Иннелина спасла меня от воспаления лёгких, а нашу торговлю - от вынужденного простоя. С огромным облегчением я захлопнула, наконец, за собой дверь своей квартиры. Сил уже ни на что не осталось. К моему изумлению, на столе меня ждал поднос с горячим чаем и свежие булки. В камине, который я уже отчаялась когда-нибудь увидеть исправным, плясал огонь. Я удивилась. С миссис Хиггис приключился вдруг приступ милосердия? Уж не собирается ли она повысить квартплату?
   Обратив свой взгляд, а потом и зуб на булки, я не сразу заметила лежащий на кровати свёрток - точь-в-точь такой же, какой приносил сегодня лорд Рэндон. Интересно... Он что же, приходил сюда? Если свёрток предназначался для меня, то почему бы не отдать его мне прямо в лавке? Что ещё за фокусы? Под свёртком обнаружилась записка: "Я вовсе не считаю моих людей пешками. Примите это хотя бы как знак моей заботы. Р."
   Я с раздражением развернула упаковку и... ахнула. Внутри оказалась длинная, теплая накидка с капюшоном. Мягкие бархатно-черные складки пушистого меха растеклись по кровати. Я осторожно погладила их ладонью, набросила манто на плечи. Невероятные ощущения. Мех обнимал меня нежнее любовника (насчет любовника я, конечно, теоретически предполагаю), шуршал на ухо что-то ободряющее. Мне было удивительно хорошо и одновременно ужасно грустно. Вот он, типичный подарок столичного аристократа - прекрасный, дорогущий и... бестолковый. Не спорю, Рэндон - широкой души человек, но он совершенно не способен взглянуть на жизнь с чужой точки зрения. Куда я такую красоту надену? Эта вещь настолько не соответствует моему статусу, что меня просто засмеют. Нет, сплетничать не будут, тут он мне всё чётко объяснил. Чтобы блистательный лорд Рэндон, которого ждут не дождутся самые распрекрасные невесты в Спленфилде, вдруг увлёкся какой-то мисс Гордон? Это не сплетня, это анекдот.
   Задремавший было в кресле кошан при виде накидки оживился, обошел вокруг меня, что-то одобрительно муркнул.
   - Нет, дружище, эта вещь не про нас, - я с сожалением убрала меховое чудо в шкаф. - Придётся вернуть.
   Я легла в постель, но заснуть никак не удавалось. Выстуженная комната ещё не прогрелась, так что я настроилась провести ещё одну ночь, стуча зубами от холода. Я с головой зарылась в тощее шерстяное одеяло - не помогло. Альков тоже не спасал, его древняя ткань была такой тонкой, что местами даже просвечивала. Промучившись ещё с полчаса, я решительно встала, распахнула шкаф, достала подарок обратно. Под покрывалом из диковинного меха я заснула почти мгновенно, успев ещё подумать: пусть пальто хоть так мне послужит, пока я его не верну! И снилось мне что-то чудесное.
  
   ***
   Справедливости ради должна сказать, что я нечасто так допоздна задерживалась на работе. В основном, мои вечера проходили довольно однообразно. Каждый раз, спровадив разговорчивую миссис Хиггис, я усаживалась за стол, зажигала лампу и со вздохом придвигала к себе оба порядком осточертевших фолианта. Мы с Иннелином рассчитывали найти в них что-то объясняющее поведение Чернокнижника, как мы между собой прозвали убийцу. Надо же было его как-то называть.
   За неделю упорных изысканий мне удалось извлечь из книг следующую информацию. Во-первых, обе они были написаны на кельтбере, с редкими вкраплениями на другом языке, возможно, ещё более старом. Во-вторых, одна книга содержала обзор магических учений с самой ветхозаветной древности, другая же походила на сборник местных легенд. На этом дело застопорилось.
   Должна сказать, меня всегда привлекали другие языки, но изучить их у меня было мало возможностей. Самостоятельно по книгам такое не освоишь. С древними языками дело обстояло ещё сложнее. Кельтбер имеет кое-что общее с sermo vulgaris, так называемой "вульгарной" латынью, мне же в пансионе удалось более-менее овладеть латынью классической, которая к vulgaris имеет только косвенное отношение. В общем, сами понимаете, как мало шансов у меня было понять хоть что-то в древних манускриптах.
   В конце концов, я решила сосредоточиться не на самих книгах, а на папиных комментариях к ним. Конечно, разобраться в папином почерке и системе сокращений -занятие ещё то, здесь нужен талант дешифровщика, но всё же это было более реально, чем пытаться прочесть каракули древнего хрониста.
   Поначалу я выискивала в заметках нужные нам сведения, но вскоре увлеклась и стала читать всё подряд. Иногда папины заметки носили отвлечённый характер: "...Приходится согласиться, что магия утрачивает своё значение в нашем мире, и её присутствие всё менее заметно. Ушли в свой тонкий мир фейри, сейчас мы можем наблюдать отступление альвов. С тех пор как север страны опоясала железная дорога, хокермены больше не приезжают туда. Когда в угольных копях в Лимеридже начали использовать паровые машины, из тех мест исчезли все альвы..."
   Теперь, после впечатляющих рассказов Рэндона о механической магии, я понимала это более отчётливо. Где-то в пути познания мира мы с альвами разошлись. Возможно, мы оказались для них слишком шумными и назойливыми соседями. Или же они просто нашли какое-то другое место, более соответствующее их сути.
   Не так давно мне довелось увидеть ещё одного альва, кроме нашего старого знакомого Иннелина. Насколько я поняла, альв явился к нашему хокермену по какому-то делу. Окажись в тот момент в лавке мистер Брандт, он наверняка принял бы пришельца за ангела. Чужой альв выглядел на первый взгляд как обычный мужчина, высокий и стройный, одет он был в скромную походную куртку, но лицо его будто светилось нездешним светом, а выражение больших глаз было... не то чтобы отстранённым, а, скажем так, нездешним. Он церемонно приветствовал меня своим мелодичным голосом и больше уже не обращал на меня никакого внимания. Иннелин по сравнению с ним казался в сто раз более человечным. Пришелец как будто был чем-то недоволен. Я не хотела мешать их беседе, но невольно прислушивалась, хотя на альвийском могла разобрать разве что несколько слов.
   - Ты связываешь себя, - горячился пришлый альв. Иннелин будто оправдывался. Я поняла одну его фразу, и то потому, что раньше слышала её в одной из их песен. Он сказал: "Это место - дом моего сердца..."
   После этого случая я оценила, насколько наш хокермен отличается от остальных альвов. Мне тоже дорог наш городок, и от мысли, что кто-то любит эти места так же сильно, если не сильнее, на душе становилось тепло. Тем более неожиданно, что этим существом оказался альв.
   Возвращаясь к нашим баранам, то бишь, тёмным ритуалам - кажется, мне всё же удалось нащупать ниточку к нашему Чернокнижнику. Если верить книге, в старые времена в нашей местности действовали последователи какого-то древнего божка, знаменитые своим магическим искусством и изощрённо-жестокими обычаями. Хронист, похоже, сам был запуган ими до смерти, потому что упоминал о них только вскользь, обмолвками. Я записала для себя непроизносимый набор символов, которым автор обозначал этих фанатиков, и упрямо продолжала поиски.
  
   Глава 16
   Середина октября выдалась пасмурной и дождливой. В Илсбери воцарилось подавленное настроение. Спустя две недели после гибели Пенни "неизвестный грабитель" так и не был найден. Я прямо чувствовала, что горожане начали относиться друг к другу всё более подозрительно. Как всегда, нашлись желающие объяснить необъяснимое происками сверхъестественных сил. До меня дошли смутные слухи о каком-то призраке, которого якобы иногда видели в лесу недалеко от старой мельницы. Как будто мало мне ежедневных чтений о древних духах, обитающих когда-то в наших краях, теперь ещё и современный появился. Я отнеслась к этим слухам скептически. Иннелин, кстати, выяснил, что у мистера Хардмана не было алиби на то утро, когда убили Пенни. Эта версия казалась мне куда более перспективной.
   Рэндон принёс известие, что наш мэр, желая поднять дух горожан и отвлечь их от последних несчастных событий, вознамерился провести в Илсбери ярмарку. Многим эта идея показалась странной: ярмарка за два месяца до Рождества? Ещё более резко высказался инспектор Беккер, на чьё ведомство легли бы дополнительные меры по обеспечению безопасности. Ясное дело, приезд толпы чужих людей был ему совсем некстати сейчас, когда в окрестных холмах таился убийца.
   С Рэндоном мы, можно сказать, помирились на следующий же день. Он снова пришёл в лавку, и я сразу сказала, что Иннелин раньше вечера не появится, чтобы лорду не пришлось мучиться, вынужденно общаясь со мной. Демьюр сегодня тоже отказался меня сопровождать - сдаётся мне, этому мурлу просто лень было покидать налёженное тёплое местечко возле камина.
   Лорд, однако, остался, и мы очень душевно проговорили пару часов. Может, ему захотелось сегодня заняться самоистязанием, но мне показалось, он таким образом старался дать понять, что вовсе не считает меня человеком низшего сорта. Не припомню, чтобы раньше он так интересовался моими увлечениями, книгами, которые я читала, и знакомыми, с которыми мне нравилось общаться.
   Я тоже постаралась показать, что его общество мне вовсе не неприятно. Поразмыслив, я решила, что вчера была слишком с ним резка. Меня обидела некоторая бесцеремонность, с которой он брался решать чужие проблемы. Но, учитывая, какая на нём всегда лежала ответственность, это можно было понять. И потом, сейчас не самое подходящее время для мелочных обид, когда перед нами громоздятся такие проблемы.
   Так и не дождавшись Иннелина, мужчина ушёл, вторично позабыв у нас свой плащ. А ночью, между прочим, даже снег шёл. Не хватало нам в команде ещё одного простуженного! Поколебавшись секунду, я выбежала следом.
   Лорд уже сидел верхом, но, увидев меня на крыльце, спешился и подошёл ближе.
   - Возьмите, вы же простудитесь, - я протянула ему плащ.
   - Спасибо, - Рэндон взял плащ так осторожно, будто я могла спрятать в нём какую-нибудь каверзу, и вдруг неуверенно улыбнулся. - Боже, это самые добрые слова, какие я от вас слышал за всё время знакомства.
   Правда, что ли? Ну вот, мне уже неловко. Всё-таки эти верховные лорды с их навыками управления людьми - знатные манипуляторы.
   - Вы слишком великодушны, чтобы не дать человеку второго шанса, правда? Первое впечатление иногда бывает ошибочным... Надеюсь, я ещё не растерял все шансы на вашу дружбу?
   Я не нашлась с ответом от удивления, так что просто молча смотрела, как он уехал. Не может же такого быть, чтобы его действительно волновало моё мнение? В лавку я вернулась в странной задумчивости.
   Впрочем, вскоре другое происшествие вытеснило у меня из головы эти мысли и сильно подпортило мне настроение. На днях мне понадобилось прикупить кое-что в магазинчике миссис Томсон. Не задумываясь, я вбежала на крыльцо, взялась за ручку двери и вдруг услышала:
   - Ну, Элизабет казалась вполне благонадёжной особой, пока не связалась с этим альвом...
   (согласный гул)
   - В тихом омуте...
   - Дорогая моя, альв способен сбить с пути истинного любую праведницу! Вот одна знакомая жены брата моего мужа...
   - А недавно эта девчонка что-то очень подробно выспрашивала меня о мистере Хардмане, - послышался голосок миссис Шарп.
   - Вы думаете, она и с ним...
   (гул возобновился с новой силой)
   - А вы вспомните Эвелин! В этом садовнике есть что-то...
   Вся кровь бросилась мне в лицо. Я набрала воздуха... и отступила от двери. Просто не смогла заставить себя войти туда. Больше я у миссис Томсон не появлялась. Если мне что-нибудь требовалось в её магазинчике, поручала это горничной миссис Хиггис. Агнес была смышлёной, расторопной девушкой и за пару медяков соглашалась выполнить какое-нибудь мелкое поручение. Правда, у меня одним источником информации стало меньше. Я утешала себя тем, что всё равно большинство дам время от времени заглядывают в нашу лавку чудес. При этом здесь они чувствуют себя на чужой территории и не осмеливаются говорить обо мне гадости.
  
   ***
   К счастью, очередной визит к тёте помог мне отчасти нейтрализовать эту порцию яда, полученную от старых знакомых. С тех пор как я предприняла попытку зажить самостоятельной жизнью, я старалась бывать у тёти пореже. Как ни прискорбно сознавать, но моё общество могло повредить её положению в городе. Однако сегодня для визита имелся очень веский повод: мне необходимо было побольше разузнать о миссис Скорп, так что я заставила свою совесть умолкнуть.
   У меня даже горло перехватило, когда улыбающаяся Мери встретила меня в дверях, помогла снять пальто (попутно вывалив на меня ворох домашних новостей) и проводила в комнату. Сама не ожидала, что я, оказывается, так соскучилась по нашему домику!
   Наша милая гостиная! Бледно-лиловые шёлковые занавески - одна из них когда-то была реквизирована Эмили для мантии Королевы фей. Пушистый ковёр тоже немало пострадал от наших детских игр, я знала, что под столом скрывалось небольшое пятно от гуммиарабика, которое так и не удалось вывести. Старинный пузатый буфет орехового дерева поблёскивал фарфором. На стене висела картина "Мадонна с младенцем" под стеклом - когда-то я думала, что это портрет моей бабушки...
   Честное слово, я готова была обнять каждую диванную подушку, но вместо этого поцеловала тётю Роуз и уселась напротив.
   Обед был просто королевским, к моему приходу здесь явно подготовились, судя по телячьим котлетам и фирменному тётиному пирогу с яблоками. Обычно тётя не проявляла склонностей к гурманству, а для парадных обедов распоряжалась приготовить что-нибудь более изысканное, из французской кухни.
   После обычных расспросов о здоровье и текущих делах, тётя Роуз охотно дала мне адреса некоторых леди, работавших с миссис Скорп в Комитете помощи молодым девушкам. Я хотела как можно больше узнать об этой женщине. Что она была за человек?
   - Эвелин... - задумалась тётя, - она была страстной натурой. У них не было детей, может быть, потому она взялась опекать этих несчастных девушек. Всё, что она ни делала, она делала со страстью. Вспомни её сад, например. Могу ещё сказать, что Эвелин ни за что не потерпела бы никакой несправедливости.
   Разговор с тётей дал мне новую пищу для размышлений. Я представила себе решительную, сильную женщину, образованную, с твёрдым характером. Чем могло привлечь её тёмное искусство? Что могла дать ей магия, чего она не смогла бы добиться сама? Если только... Что если навязчивое желание иметь ребёнка подтолкнуло её к играм с колдовством? История знает достаточно подобных примеров...
   Информация. Мне нужно было больше информации.
   По возвращении домой я написала несколько писем дамам из Комитета и сразу же отправила их. Теперь оставалось только ждать.
  
   Глава 17
   Осень постепенно затягивала Илсбери в серый туманный омут. Деревья стояли уже голые, кладбище в следующий мой визит было всё застелено покрывалом из жёлтых листьев.
   Возле могилы Пенни кто-то сидел. Подойдя ближе, я узнала молодого Питера Уэста, помощника столяра. Пенни как-то приглашала его в лавку, он помогал нам вешать полки, делал ещё что-то по мелочи. Правда, половину времени они хихикали и обжимались по углам. Питер принёс пёстрый букет пушистых астр - бордовых, белых, фиолетовых. Какое-то время мы сидели молча.
   - Я знаю, кто её убил, - горько сказал паренёк. Только полиция никогда его не поймает.
   Ничего себе заявление. Я только молча изумлённо посмотрела на него. Питер приблизил своё лицо к моему и прошептал:
   - Это был призрак, мисс.
   - Откуда ты ... почему ты так думаешь?
   - Призрак со старой мельницы. Вы слышали, что он опять объявился?
   Я наконец-то поняла, о чём он говорит. Наверное, в каждом уважающем себя городке есть свое собственное привидение. Что-то вроде местной достопримечательности. В нашем городе тоже такое имелось. Когда-то невообразимо давно местный мельник совершил нечто ужасное: то ли забил лопатой для зерна своё семейство, то ли ещё что, никто уже точно не помнит, а потом повесился прямо на мельнице. Разумеется, после этого её сожгли. Тем не менее, мятежный дух мельника никак не мог успокоиться и временами возвращался на привычное место, предвещая голод, эпидемии, затяжные дожди и прочие неприятности. Серийные убийства, например.
   - Мы с Пенни однажды на старой мельнице... это... - Питер мучительно покраснел. - Мы бы всё равно поженились, понимаете? Родители были против, ведь мы с ней оба бедные, но Иннелин собирался дать Пенни приданое за то, что она помогала ему в лавке.
   Надо же. А я этого не знала.
   - Думаю, призрак рассердился на нас за это вторжение и погубил её. Я однажды видел его там, издали, - от бледного лица парня повеяло таким страхом, что мне тоже стало не по себе. - Он высокий, в тёмном плаще и будто плывёт над землёй. Сразу понятно, что не живой человек.
   Вообще-то я придерживалась мнения, что большинство увиденных кем-то "призраков" имеют вполне материальную природу. Получается, на старой мельнице кто-то прячется? Надо сказать Иннелину!
   - Как вы думаете, мисс Гордон, он придёт за мной? - спросил парень обречённо.
   - Нет, - твёрдо ответила я. - Но к мельнице действительно лучше не подходи.
   - А ещё мне показалось, что мистер Скорп нас тогда заметил, - задумчиво сказал парень. - Ну, там, на мельнице. Он как раз проезжал мимо. Я боялся, что он не разрешит мне прийти на её похороны. Это же грех... А он ничего не сказал. Всё-таки он понимающий человек, хоть с виду и сухарь.
   Мы посидели ещё немного, вспоминая Пенни. Потом Питер проводил меня до дома, и, кажется, нам обоим стало немного легче.
  
   Глава 18
   В то утро Рэндон нарочно заехал в лавку пораньше, надеясь застать там одного Иннелина. Им нужно было обсудить некоторые вещи, не предназначенные для любопытных ушей их помощницы. Увы, Элизабет уже оказалась на месте. Хокермен как раз привёз очередную партию новинок, и девушка с воодушевлением их осматривала, вооружившись своей неразлучной толстой тетрадкой. Её деловой вид показался Рэндону забавным. И чего ей не спалось с утра, а? Разве леди не должны нежиться в своих комнатах до полудня, чтобы потом украшать собой домашние гостиные, подобно прекрасным цветам? Будучи честным с самим собой, лорд мысленно согласился, что цветком Элизабет была прелестным, разве что слишком ранним и иногда довольно колючим.
   Девушка тем временем добралась до коробки с походными светильниками и восторженно вскрикнула. Они были похожи на небольшие прозрачные шары и от удара начинали светиться мягким желтоватым светом. Такой светильник можно было бросить ночью впереди себя на дорогу, чтобы осветить себе путь. Элизабет прозвала их "светлячками". Ещё больше ей понравились перчатки из тонко выделанной кожи, умеющие сохранять тепло. Хокермен с Рэндоном переглянулись, и альв, не слушая возражений девушки, положил ей в сумку пару "светлячков" и перчатки. Рэндон горячо это одобрил. Слишком уж часто ей приходится возвращаться затемно. Конечно, один из его людей всегда следует за ней, но это не убережёт леди от опасности подвернуть ногу, например. И она всё ещё немного бледна после той простуды. А уж эта ледяная комната, в которой ей приходилось жить - брр! Ничего, миссис Хиггис не скоро забудет тот их разговор. Кажется, он немного напугал почтенную хозяйку, хоть и не имел такого намерения, зато теперь она наверняка будет более внимательна к своей съёмщице.
   Но даже Рэндон потерял дар речи, когда Иннелин, подмигнув ему, выложил на прилавок длинный свёрток и развернул складки. На полотне поблёскивали две длинные шпаги c изящной гардой и тонким, как тростинка, клинком. Они были великолепны.
   - Это не на продажу, это для нас. Вдруг пригодятся? - улыбнулся альв.
   - Против нашего убийцы? Не думаю, - Рэндон покачал головой. - Не его стиль. Он скорее подкараулит с ножом в подворотне, чем выйдет против тебя со шпагой.
   И всё же, когда Иннелин предложил испробовать альвийские клинки в деле, Рэндон с радостью согласился. Они вышли на задний двор. Шпага приятной тяжестью легла в руку.
   Как же здорово, чёрт возьми, забыть обо всех проблемах, об этом чёртовом маньяке и просто честно подраться!
   Рэндон не собирался, конечно, нарочно красоваться выучкой, - ещё чего! - но пару раз не удержался и бросил взгляд на окно. Показалось, что за стеклом промелькнуло девичье лицо. Элизабет...
   Секундная рассеянность чуть не стоила ему победы: шпага альва молниеносно описала дугу, и Рэндон только чудом избежал укола в бок. Он успел уклониться и отбил клинок противника к земле.
   Конечно же, Иннелин не замедлил съехидничать:
   - Окна для фехтовальщика могут быть чрезвычайно опасны, мой романтичный друг. Так и жди, что тебя ослепит блеск солнца на стекле... или нечто по ту сторону окна.
   - Что толку, если ей это безразлично! - в следующую атаку Рэндон вложил всю душу, теперь пришла очередь альву отступить, чтобы сохранить дистанцию. - Я фактически признался ей в любви несколько дней назад - и что? И ничего. Приветлива и спокойна, как обычно.
   - Что, вот так взял и признался? - Иннелин сделал выпад, чтобы нанести прямой удар.
   - Не напрямик, конечно... - ответил лорд, уклоняясь. По сравнению с альвом он чувствовал себя тяжёлым, как лось.
   - Дай-ка я угадаю... Ты написал страстный сонет, бросил его в камин и понадеялся, что ветер отнесёт дым к дому твоей любимой и поведает ей о твоих чувствах... Не все женщины владеют телепатией, знаешь ли.
   - Смейся-смейся... Вот разберёмся с Чернокнижником, тогда я ей скажу! - Рэндон предпринял ещё одну решительную атаку, вынудив альва интенсивно защищаться.
   - Напрасно тянешь... Спеши жить, Аксара! Сегодня вы оба молоды, свободны и живы - зачем откладывать?
   - Пока наш убийца на свободе, я не жених, а потенциальный труп.
   - С таким отношением к проблеме - можешь стать реальным, - нахмурился альв.
   - Да ну тебя, напророчишь...
   Уже после "поединка", когда они умывались во дворе, Иннелин сказал совсем другим, серьёзным тоном:
   - Я на днях снова уеду. Постараюсь собрать наших, сколько смогу. Чувствую, дело идёт к развязке, а сейчас в этих краях редко встретишь альва...
   - Неудивительно. Я скорее удивляюсь, как ты здесь выдерживаешь. Чёртов колдун своими проделками травит всю округу, даже я это чувствую, - поморщился Рэндон.
   - Я не позволю ему осквернить эти места, - покачал головой хокермен, - слишком они мне дороги. Элизабет тоже будет проще, когда я уеду: меньше сплетен, что мы с ней проводим целый день наедине. У меня к тебе просьба: попроси одного из своих агентов присмотреть за лавкой. Мне в последнее время кажется, что этот тип, кто бы он ни был, крутится где-то поблизости. Я беспокоюсь за Элизабет.
   Рэндон только вздохнул. Будь его воля - девушки здесь давно бы не было. Но кто же его послушает!
   - Конечно, - сказал он печально, - я и сам за ней присмотрю.
  
   ***
   Когда Иннелин извлёк на свет альвийские шпаги, я с трудом удержалась от улыбки при виде реакции обоих мужчин. Как мальчишки, честное слово! Даром, что одному уже за сотню перевалило! Я не собиралась наблюдать за их "разминкой" во дворе, но, честное слово, отлепиться от окна было выше моих сил. Альв и человек кружили по двору с такой скоростью, что я едва успевала замечать молниеносные взблески клинков. Это было завораживающе прекрасно, похоже на смертельный танец.
   Конечно же, я понимала, что это спортивный поединок, а не реальный бой. Здесь каждый из соперников старался показать своё искусство и дать возможность другому продемонстрировать своё. Подозреваю, что настоящее сражение далеко от такой куртуазности.
   Когла мужчины вернулись, оба разгоряченные схваткой и страшно довольные, Иннелин известил меня о своём очередном отъезде, наскоро собрал сумку и вышел, бросив многозначительный взгляд на своего друга. Лорд Рэндон казался странно задумчивым: сидел, гипнотизировал взглядом камин и молчал.
   В конце концов, я не выдержала и предложила ему чаю. Он, казалось, смутился.
   - Да... Элизабет, я хотел... кстати, а куда подевался мой пушистый друг? - спросил он вдруг.
   - В последние несколько дней он бессовестно пренебрегает своими обязанностями, сидит дома и жалуется на мигрень, - ответила я ему в тон, раскладывая на прилавке товар. - Я уже подумываю сместить его с должности.
   - О! Засвидетельствуйте Демьюру мое восхищение, - улыбнулся Рэндон и неожиданно засобирался уходить. - Кот, у которого мигрень! И должность! Наверное, у него есть ещё страховка и счёт в банке!
  
   ***
   В это время в маленьком глухом переулке на Сиреневой улице таился человек в тёмном плаще. Он терпеливо дождался, когда улица опустеет, и степенно взошел на крыльцо двухэтажного нелепого дома, выкрашенного синей и зелёной краской. На лестнице ему никто не встретился, так что, осторожно прислушавшись, он достал специально припасённый инструмент и принялся ковыряться в замке. Вдруг за дверью послышался шорох и громогласное "уа-у-у" огласило подъезд. Человек отскочил, чуть не выронив отмычку. Кот (если это был кот) не ограничился одним воплем, стоило человеку приблизиться к заветной двери, как он снова и снова заводил свою протяжную песнь. Просто невозможно было работать! В любой момент на площадке могла появиться хозяйка или соседи. Тьфу ты, скотина, - сплюнул Тёмный плащ и поспешно покинул дом.
   Изнутри здоровый рыжий кошак распластался под дверью и некоторое время внимательно прислушивался. Затем он удовлетворённо потянулся, тряхнул шубой и отправился в кресло - досыпать.
  
   Глава 19
   Ранним октябрьским утром - кстати, даже относительно солнечным - я сидела за прилавком в одиночестве и перебирала причины моего плохого настроения.
   Во-первых, в городе началась ярмарка. Мистер Скорп всё-таки сумел это провернуть, несмотря на недоумение горожан, неподходящее время года и возражения инспектора Беккера. Тем не менее, городу ярмарка явно пошла на пользу, все как-то встряхнулись, и даже слухи о призраке стушевались и затихли. Само по себе это было прекрасно, но от нас разбежались все покупатели, к тому же мне тоже хотелось там побывать, но Иннелин опять уехал, а пойти одна я стеснялась.
   Во-вторых, мой собственный кот последние пару недель меня игнорировал. Целый день он отсиживался в квартире, а по вечерам его внезапно посещала жажда странствий, так что мне приходилось выпускать его на волю и потом полночи прислушиваться, чтобы впустить обратно. Я злилась. Что случилось с моим котом?
   Наконец, в-третьих, накануне ночью я не выспалась.
   Вчера вечером, сидя за книгами, я терпеливо просматривала страницу за страницей. Меня немного отвлекал свист ветра за окном, треск ломающихся веток и глухое ворчание грома - вечерок выдался самый что ни на есть подходящий для изучения зловещих обрядов. В завывании ветра мне чудились жалобные голоса всех принесённых в жертву, в сверкании молний - отблески гнева древних забытых богов. Демьюр тоже добавил каплю паники в бочку моего страха. Безмятежно дремавший в кресле, он вдруг подскочил и замер неподвижно, уставившись куда-то в угол. Я тоже туда посмотрела - угол был пуст. Демьюр помедитировал на пустоту ещё немного, затем соскочил с кресла и с видом "да ну его, жизнь дороже" отполз под кровать. В этот момент небо полоснула молния, и сразу же оглушительно громыхнуло.
   - Да чтоб вас! - я раздражённо захлопнула книгу. При этом из неё вылетел листок и спланировал на пол. В сердцах я уже собиралась засунуть его обратно, но, вчитавшись внимательнее, принялась листать книгу в поисках нужной страницы. Неужели я наконец нашла то, что искала?!
   Это было описание ритуала (из арсенала тех самых магов-фанатиков, про которых я упоминала), позволяющего призвать древнюю тёмную силу. Требовалась всего-то кровь пяти женщин, причем автор не потрудился даже уточнить, какая именно. Насчет девственности поставщиц тоже комментариев не было, хотя вроде бы это считается необходимым условием, нет? Кроме того, чародею бы понадобились: шерсть чёрной овцы, рог чёрной коровы, кошачий хвост (цвет не уточнялся, видимо, кошка считалась демоническим существом по определению) и кусок верёвки повешенного. Проведя с указанными ингредиентами ряд малоаппетитных манипуляций и прочитав положенные заклинания, колдун должен был принести полученную субстанцию "на алтарь тёмному богу", который якобы наделит его за это невероятной магической мощью. Изображение алтаря в книге также имелось. Судя по всему, он должен был находиться где-то в наших лесах.
   Я отвлеклась от книги, потерла усталые глаза руками и задумалась. В принципе, действия нашего Чернокнижника укладывались в рамки этого ритуала. Кроме того убийства на дороге, в почтовой карете. Может быть, тот человек был случайной жертвой? Или оказался нежелательным свидетелем? Или вообще там действовал ещё один преступник? В классических детективах считалось, что не должно быть двух жестоких злодеев, действующих одинаковым образом и одновременно в одном городе... А в реальности? Я напомнила себе уточнить ещё раз у Рэндона, кем был тот человек в карете и куда он направлялся.
   За этими размышлениями я бездумно смотрела в тёмный провал окна. При очередном росчерке молнии мне вдруг привиделась в саду чья-то фигура. Кто-то стоял там под дождём и смотрел на мои окна. Я мигом потушила лампу и отпрыгнула к стене не хуже Демьюра. Когда я набралась смелости осторожно выглянуть, сад был пуст. Только холодный ливень шуршал в кустах, и голые деревья тянули в окно свои промёрзшие пальцы. Заснуть я смогла только под утро, несмотря на тлеющую лампу и кота, извлечённого из-под кровати и уложенного под бок.
   Уходя утром на работу, я набралась смелости и заглянула в палисадник, но не обнаружила там ни следа таинственного ночного посетителя. Впрочем, в такую погоду следы могло запросто смыть дождём...
   От этих невесёлых размышлений меня отвлёк Рэндон, неожиданно заглянувший в лавку с букетом нежных альстромерий.
   Боже, как красиво! - выдохнула я. - Чью оранжерею вы ограбили, милорд?
   - Пусть это останется моим маленьким секретом. Вообще-то я пришёл пригласить леди на прогулку.
   - Но мне нужно...
   - Вам нужен свежий воздух. Вы целыми днями сидите в лавке, а вечером над книгами, и оттого неважно выглядите, Элизабет. Будь Иннелин здесь, он сам немедленно выгнал бы вас отсюда.
   Вот интересно, откуда он знает, что я делаю по вечерам, подумала я. Но вслух сказала другое:
   - А вы так и не научились говорить комплименты!
   - Постараюсь исправиться: этот букет я хотел подарить вместо тех альвийских цветов, которые не нужны вам не только из-за вашего невозможного характера, а... просто не нужны и всё.
   Мы вышли на площадь перед ратушей, пестревшую разноцветными флажками, и попали в объятия ярмарки. После тихой маленькой комнатушки у меня даже голова закружилась. Чего здесь только не было! В одной палатке фермер продавал масло и шерсть, другая вся была увешана разнообразными имбирными пряниками, в третьей...
   Жители Илсбери выглядели воодушевлёнными, на лицах - ни следа недавней настороженности и уныния. О жутких слухах насчет призрака напоминала только очередь перед палаткой, где торговали горячим вином из бузины. По преданиям, оно отпугивало нечистую силу. Впрочем, может быть, люди просто хотели согреться стаканчиком?
   Нос дразнили разные вкусные запахи. Прямо на улице бойкие торговцы предлагали печеные яблоки, горячий печеный картофель в красных механических контейнерах. Где-то неподалёку слышался глас разносчика рыбы: "Рыба и хлеб, всего за монетку!" Рэндон с улыбкой предложил мне попробовать береговых улиток, но я отказалась. Брр! Не люблю морепродукты. Сошлись на пирожках с мясом.
   - О, вот это интересно! - воскликнул вдруг Рэндон и потянул меня к одной из палаток, возле которой собралась уже приличная толпа.
   В палатке за столиком сидел темноволосый кудрявый мальчик лет семи. В руке он держал гусиное перо. Мальчик макал перо в чернильницу и старательно, ровным почерком выводил слова. Он наклонял голову и временами останавливался, будто думал, что дальше написать. Я на первый взгляд не нашла в этой картине ничего необычного, кроме разве что юного возраста писца. Потом расслышала шепоток вокруг "тонкая работа" и "механический человек". Мальчик оказался андроидом!
   Хозяин палатки и изобретатель рассегнул куртку на спине своего изделия, продемонстрировав нам сложный механизм. Привести в движение его можно было пружиной, как часы. Да и сам механизм напоминал часовой. Я впечатлилась.
   - Я видел подобный автомат на последней промышленной выставке в Спленфилде, - сказал Рэндон, когда мы выбрались из палатки.
   - Что ещё необычного вы там видели? - с интересом спросила я.
   - Да чего там только не было! Изобретатели и учёные сейчас в большом почёте. Можно сказать, что в столице сейчас правит бал меритократия. Георг... Его величество выделяет огромные средства на научные опыты и внедрение новых технологий. Технический и медицинский университеты абитуриенты берут штурмом. Это же цепная реакция, понимаете? Мы создали паровую машину - увеличилась добыча угля. Усовершенствовав паровую машину, мы получили паровоз. Наладили добычу железа - появилась рельсовая дорога, которая в состоянии этот паровоз выдержать, в отличие от чугунной. Как только мы запустим счётно-аналитическую машину, это позволит сбросить с учёных груз долгих монотонных вычислений, что даст толчок новым открытиям в математике. Математика же - готовый инструмент для описания физических законов. Это как лавина, которая всё больше набирает скорость, и её уже не остановить.
   Я рассмеялась. Рэндон выглядел таким увлечённым. Он был похож на моего отца в эту минуту.
   - Что? - спросил мужчина, тоже улыбаясь.
   - Если бы вы, милорд, рассказали мне всё это в нашу первую встречу, я бы точно поехала с вами, - выпалила я. И покраснела.
   - Жалею, что не рассказал, - вздохнул Рэндон.
   Мы ещё не успели обойти всю площадь, как к лорду подошёл один из его помощников и что-то негромко ему сказал, жестикулируя. Тот заметно помрачнел.
   - Жаль прерывать нашу прогулку, - извинился он передо мной, - позвольте, я провожу вас домой.
   - Да что вы, я сама, - попыталась я отказаться. Ещё не хватало, чтобы со мной нянчились!
   В конце концов, мы сошлись на том, что он проводит меня до половины дороги. Настроение у меня упало, и погода тоже начала портиться. Бледный диск солнца едва можно было различить, в сером воздухе повисла мелкая морось. Улицы затягивало туманом, и он всё сгущался. Туман будто стирал различия между мной и Рэндоном, город растворялся в сумерках, мы были одни, не верховный лорд и маленькая провинциалка, а просто мужчина и женщина, заблудившиеся в холодном сумраке, где единственным теплом оставалась поддерживающая тебя рука. Почему-то меня охватило необъяснимое смущение. Мы неловко попрощались. Думаю, если бы мы знали тогда, что это наша последняя спокойная прогулка на много-много дней вперёд, постарались бы её растянуть её подольше.
   Я уже свернула на свою улицу, мурлыкая под нос прицепившийся сегодня назойливый мотивчик, когда из тумана передо мной вынырнула рослая фигура. На миг я пожалела, что не позволила Рэндону проводить меня до самого порога, но в следующую минуту фигура показалась мне знакомой.
   - Мистер Хардман? - удивилась я. Что ж, по крайней мере, сейчас при нём не было его страшных ножниц.
   Мужчина молча протянул мне несколько веточек бересклета, которые я нерешительно приняла. Это что ещё за подношение? Что, сегодня какой-то букетный день? Хардман промычал что-то, будто пытаясь донести до меня какую-то мысль, запнулся, махнул рукой и ушёл. Я смотрела, как его фигура, двигаясь неровными крупными шагами, тает в тумане. И что это должно означать?
   До дома я добралась без приключений, однако сюрпризы на этом не закончились. Моя квартирная хозяйка встретила меня сегодня тоже очень своеобразно. Она с воинственным видом стояла на крыльце, оглядываясь по сторонам. В руке у миссис Хиггис я заметила каминные щипцы, которыми она держала за хвост дохлую крысу.
   - Мы с Демьюром тут не при чём! - тут же открестилась я. Мой кошан ловить мышей считал ниже своего достоинства, а к крысам относился с уважением и предпочитал разойтись по-мирному.
   - Боже меня упаси обвинять невинное животное! - воскликнула хозяйка. - Я хотела предупредить вас, мисс Элизабет, что кто-то разбрасывает отраву вокруг дома! Вчера миссис Хадсон (она живёт на первом этаже) чуть не поскользнулась на крыльце на кусочке сала, а вечером мы нашли рядом с крыльцом дохлую кошку. А сегодня - вот это! - она помахала щипцами.
   - Так что будьте осторожны! - сказала напоследок пожилая леди, унося с собой скорбную жертву неизвестного дератизатора.
   Я взлетела по ступенькам, пинком распахнула дверь квартиры, подхватила на руки моё обожаемое рыжее чудовище и облегчённо выдохнула. Обалдевший от такой нежности кошан вытаращил глаза и на всякий случай включил бурчальник.
   - У нас проблема, - сказала я коту. - С сегодняшнего дня ты сидишь дома, понятно?
   Кот невозмутимо посмотрел на меня чистыми прозрачными глазами и пренебрежительно зевнул.
  
   Глава 20
   Следующая ночь для разнообразия выдалась тихой и спокойной, правда, я решила отдохнуть от книг и хорошенько выспаться. Букет бересклета стоял теперь в керамическом кувшинчике на окне, переливаясь красными, оранжевыми, пурпурными листочками, и страшно меня интриговал. Я хотела поразмыслить над ним вечером, но заснула, едва коснувшись головой подушки. Зато утром, пока я умывалась, причёсывалась и завтракала, бересклет просто не выходил у меня из головы.
   Так что же хотел сказать мистер Хардман своим подарком? Или это был просто красивый жест? Бересклет ядовит. Может быть, это предупреждение? Чтобы не лезла, куда не надо? С другой стороны, оккультисты используют бересклет для снятия порчи и сглаза. Они верят, что если носить веточку бересклета с собой, то это принесёт удачу в делах и придаст смелости. Так что, с другой стороны, подарок можно было трактовать как своеобразное пожелание успеха. Или я всё выдумываю? Я вспомнила, как мучительно искривилось лицо Хартмана, как напряжённо он пытался сказать мне что-то. А с чего я, собственно, взяла, что его немота - это последствия некоего умственного недуга? А если это колдовство? Признаться, от такой мысли мне стало не по себе, будто ледяной ладонью провели по шее. Тёмный колдун ведь наверняка умеет зачаровать человека так, что он не сможет произнести ни слова, пытаясь заговорить на определённую тему! Мне просто необходимо было посоветоваться с Иннелином, если он уже приехал.
   Влетев в лавку, я заметила хокермена у окна и с ходу спросила: "Скажи, бересклет что-нибудь означает в волшебных обрядах альвов?"
   Торговец медленно обернулся ко мне и безжизненным голосом произнёс:
   - Кэтрин пропала.
  
   ***
   Уверена, что даже через сто лет я не смогу без дрожи вспоминать о тех кошмарных сутках, которые нам пришлось пережить.
   В последний раз девочку видели в школьном саду вчера после уроков. Как она улизнула, никто не заметил. В ходе пристрастной родительской беседы с детским населением Илсбери удалось выявить двух пацанов, которые признались, что подбили отчаянную девчонку прогуляться в "обиталище призрака". К заброшенной мельнице, то есть. Мальчишки залегли на холме и видели, как девичья фигурка спускается к развалинам. Обратно она не вернулась. Парни натурально решили, что их обвели вокруг пальца, обиделись и вечером преспокойно разошлись по домам, нисколько не волнуясь за свою подругу. Они понятия не имели, какая паника началась в женской школе ночью.
   С утра на городской колокольне зазвонил колокол, собирая жителей к ратуше. Большинство приехавших на ярмарку тоже решили принять участие в поисках ребёнка. Мистер Скорп и миссис Холланд, стоя на крыльце, что-то объясняли кучке "скорпионов", другие помощники мэра собирали людей в отряды.
   Я пошарила глазами в толпе, где то и дело мелькали знакомые лица, но не увидела одного особенно интересовавшего меня человека. Я схватила альва за руку:
   - А где мистер Хардман? Кто-нибудь его видел?
   Иннелин с Рэндоном переглянулись и направились к мужчинам, а я бросилась на поиски миссис Шарп.
   Во дворе я наткнулась на Хоппера. Он положил мне на плечо свою тяжелую руку и легонько сжал.
   - Ничего, мисс, - сказал он сочувственно. - Вы раньше времени-то не отчаивайтесь. Найдётся она.
   От его слов двор ратуши расплылся у меня перед глазами. Я с усилием проглотила слёзы. Ох, вот только не надо меня успокаивать - я от этого ещё хуже раскисаю! Лучше бы он меня снова обругал, как в прошлый раз.
   Под ногами у Хоппера крутился коренастый бульдог, погавкивая на окружающих.
   - Спокойно, Бекон! - приказал мистер Хоппер.
   - Бекон? - растерянно спросила я. Вспомнила того злосчастного поросёнка Паштета, и мне стало не по себе.
   Должно быть, это воспоминание посетило нас с Хоппером одновременно, потому что мясник верно понял причину моей растерянности и даже как будто обиделся:
   - Ну что вы, мисс Гордон! Это просто кличка, ничего такого! - сказал он укоризненно. И добавил с гордостью: Знаете, какой у него нюх!
   Миссис Шарп обнаружилась в холле ратуши с тремя буханками хлеба в руках. Она собиралась делать сэндвичи для добровольцев, чтобы им было чем перекусить в перерывах между поисками.
   - Ох, мисс Гордон, - воскликнула она. - Какое несчастье!
   - Где мистер Хардман?
   Миссис Шарп огорчённо поведала мне, что её работник вдруг собрался проведать каких-то своих родственников и уехал. Итак, Хардман исчез со сцены, напоследок оставив мне несколько веточек бересклета как сувенир. Или послание.
   Мы с Рэндоном присоединились к отряду, который направился к мельнице. Ещё несколько команд, вооружившись фонарями и факелами, ушли в лес. Мистер Хоппер и его четвероногий помощник шли с нами, Бекон рвался с поводка. Дождя этой ночью не было, так что мы немного воспряли духом, понадеявшись на собачий нюх.
   На мельнице Бекон ткнулся носом в охапку сена и принялся рыться в ней. Мистер Хоппер отозвал собаку и осторожно посветил туда фонарём. В луче света что-то блеснуло.
   - Это её браслет... - хрипло сказала я, глядя на бисерную змейку в руках мясника. - Кэти умела делать такие вещи.
   К сожалению, дальше дело застопорилось. В этот момент к нам присоединился наш хокермен, и Рэндон подозвал его поближе:
   - Иннелин! Иди-ка сюда.
   Альв набрал горсть влажной земли, смял пальцами, принюхался.
   - Перец. И порох.
   - Предусмотрительный, гад, - пробормотал Хоппер.
   Рэндон взял меня за руку, я обессиленно прислонилась к его плечу. Порох, перец - все эти предосторожности однозначно указывали, что Кэтрин исчезла не сама по себе. Это означало, что наша девочка сейчас с ним. С Чернокнижником.
   Между тем, Иннелин с восторгом глядел на бульдога. Лицо его озарилось. Мне стало страшно: уж не сошёл ли он с ума? Представляю, каково здесь было находиться альву, с их нетерпимостью к несправедливому насилию и тёмному колдовству! Похоже, мы его доконали.
   Собака... - прошептал он. - Мистер Хоппер, вы гений!
   Он хлопнул растерянного мясника по плечу и бросился в сторону города, прокричав нам только:
   - Ночью вернусь!
   - Возьми моего Мрака! - крикнул Рэндон ему вслед. - Быстрее обернёшься...
   - Что?! - не выдержала я, - Он что-то придумал?
   Рэндон прижал меня к себе:
   - Я очень надеюсь, что его идея нам поможет.
   Если бы он всегда мог быть таким добрым! Уже через пять минут мы насмерть поссорились. Рэндон собирался идти в лес с одной из групп, я попросилась с ними, он наотрез отказал. Могу попытаться объяснить, почему я так за него цеплялась. Среди окружающих нас растерянных людей он один казался собранным и целеустремлённым. Казалось, он знал, что делать, и делал это явно не в первый раз. Я думала, что если кто и сможет спасти Кэтрин, то это будет Рэндон. И если я хочу быстрее ей помочь, должна держаться поблизости ...
   Увы, лорду было наплевать, кто там чего хочет. Он даже никак не объяснил свой отказ, и я вся пылала от возмущения, когда он отвёл меня к миссис Холланд и попросил найти мне какое-нибудь дело. А дел, признаться, хватало. Я присоединилась к другим преподавательницам, вместе мы резали бутерброды, готовили чай, разливали его в кружки. Прошлые наши обиды казались такой ерундой по сравнению с сегодняшним несчастьем.
   Поисковые группы одна за другой возвращались из леса. К вечеру Кэтрин всё ещё не нашли. Люди быстро ели, брали факелы и снова уходили на поиски. Я слышала, что прочесали весь лес на несколько миль вокруг. Несколько лодок прошли вверх и вниз по реке, внимательно осматривая берега. Всё было напрасно. Вечером миссис Касл стало совсем плохо, её уложили в постель. Миссис Холланд, за день постаревшая лет на десять, осталась с ней. Пока мы сидели в комнате и ждали известий, мисс Сноу взяла какую-то книгу и принялась читать вслух. Я совершенно не помню содержания книги, зато помню её спокойный холодноватый голос, он позволял нам выдержать час за часом и не сорваться в истерику.
   Ночью Рэндон, вернувшийся с одной из групп, отправился проводить меня домой.
   - Вы снова обиделись на меня, Элизабет, - устало сказал мужчина, когда мы уже подошли к моему дому. Всю дорогу мы шли молча, как чужие.
   - Я отправился в лес с инспектором Беккером и двумя полицейскими. Мы взяли кристалл поиска. Больше никто здесь, кроме меня и Иннелина, не умеет с ним обращаться. И в то время когда другие группы искали ребёнка, мы искали тело. И в отличие от других, я страшно рад, что наши поиски не увенчались успехом. Подумайте сами, мог ли я взять вас с собой?
   Мне стало стыдно. Но я так устала, что даже сил извиниться толком не было. Рэндон коротко попрощался:
   - Постарайтесь хоть немного отдохнуть. Как только будут известия от Иннелина, я за вами приду.
   Я кивнула и поднялась к себе.
   За окнами было слышно, как на улице ещё переговариваются люди. Несмотря на поздний час, во многих домах горел свет. Моя комната вдруг показалась мне клеткой, я в ней задыхалась. Кот молча дежурил на подоконнике, рядом с ним в кувшине нахально играл красками бересклет - мол, не отгадаешь, не отгадаешь... Красные листья, похожие на пятнышки крови, вдруг расплылись у меня перед глазами. Я в сердцах схватила кувшин и запустила им в стену. Потом сползла на пол и разрыдалась.
  
   Глава 21
   Бледный глаз луны выглянул сквозь клочья облаков, осветив пространство вокруг меня прозрачными лучами. Я сделала пару шагов, и мне сразу же отозвался тихий зловещий шелест. Под моими ногами блестели тысячи мёртвых листьев, вокруг двигались синие тени деревьев. Как я оказалась в ночном лесу?
   Резкий шорох слева заставил меня отскочить и прижаться к ближайшему шершавому стволу. Демьюр! Точно! Мой кошан - будь он неладен - не соизволил вернуться с ночной прогулки, пришлось отправиться за ним.
   - Демьюр! - позвала я. Коту было хоть бы хны, он бесстрашно углубился в призрачное колеблющееся марево переплетённых веток. Я помчалась за ним, стараясь не терять его из виду. Деревья будто сами расступались передо мной, и всюду меня сопровождал горький шёпот умирающей листвы.
   Крупная ветка крепко наподдала мне пониже спины, я, споткнувшись, вылетела на поляну, а изломанные деревья сгрудились вокруг, перекрывая отступление и поскрипывая от нетерпения. В середине поляны возвышался огромный чёрный камень правильной формы, такой глубокой черноты, что даже свет луны, казалось, целиком поглощался им. Кот с разбегу взлетел на этот постамент, зарычал, взъерошил шерсть, раздражённо провёл когтями по камню. Звук был такой, будто гвоздём провели по стеклу, я аж гусиной кожей покрылась.
   - Демьюр! - испуганно позвала я. - Иди сюда!
   Кот не отреагировал и увлечённо продолжил заниматься вандализмом, снова проехавшись когтями по камню, на сей раз с разбегу. Каменной глыбе такое обращение явно не пришлось по душе, где-то в её недрах зародилось глухое ворчание, а на боковых сторонах засветились багровые символы.
   - Демьюр!! - кажется, самое время паниковать.
   Деревья возбуждённо заскрипели, их мёртвые ветви вытягивались, накрывая поляну подобно куполу, бледный диск луны отодвигался всё дальше. Мне казалось, что я падаю в колодец, я зажмурилась... и села на кровати, еле дыша и с бешено бьющимся сердцем.
   Было тихо, небо уже немного посветлело, в окно заглядывал узкий серп месяца. Демьюр преспокойно дрых у меня в ногах. Вдруг скрежет из моего сна повторился. Я вздрогнула, но оказалось, что кто-то бросил горсть камешков в моё окно. Рэндон! Он же обещал прийти!
   С кровати меня буквально сдуло ветром. Демьюр лениво приоткрыл один глаз и снова прикинулся ковриком - приличные коты в такую рань не встают. Накануне я прилегла прямо в одежде, поверх покрывала, так что теперь наспех умылась, пригладила волосы и схватила пальто. Ленты капора завязывала уже на бегу.
   Мы вышли в фиолетовые сумерки, только на востоке небо еле-еле начало розоветь. Было зябко, пожухлая трава казалась подёрнулась инеем, будто сединой. Сыпал мелкий редкий зернистый снежок.
   В лавке я спросонья чуть не споткнулась об огромный рыже-чёрный меховой стог, лежащий на полу. Стог поднял голову и заколотил по доскам пышным хвостом.
   - Что это? - удивился Рэндон, вошедший следом за мной. - И где у него перед?
   - Это же альвийский шеффер, да? - воскликнула я. Никогда не видела их вживую.
   - Полукровка, - откликнулся Иннелин. - Чистокровный шеффер нас бы всех сожрал, ещё и прилавок бы покусал. Они признают за хозяев только тех, кто вырастил их с щенячьего возраста. Этот пёс подобрее будет. Его зовут Орм.
   "Стог" против нашей компании явно ничего не имел. Вместе с ним мы снова направились к мельнице. Я захватила с собой старые перчатки Кэтрин. Пёс уверенно взял след и потянул нас... нет, не в лес, а на окраину Илсбери!
   - Ха! Я так и думал... - пробормотал Иннелин с каким-то азартом. Мы прибавили шагу. От земли поднимался туман, улицы, окутанные дымкой, казались призрачными, незнакомыми. По сиреневому небу будто кто-то размазал нежно-розовое пирожное, белые облака были похожи на пышные булки. Я сглотнула. Боже, как мне не стыдно в такое время думать о еде!
   Пёс тем временем затащил нас в переулок, замер, напряжённо вытянувшись в струну, потом молча бросился вперёд. Мы мгновенно стряхнули оцепенение.
   - Там! - показал Иннелин.
   Возле какого-то старого дощатого забора скорчилась маленькая фигурка.
   - Это человек!
   - Это... это Кэтрин! - крикнула я, задыхаясь.
   Из-за дурацких юбок я бежала медленнее всех. Когда я догнала мужчин, Рэндон уже подхватил девочку на руки.
   - Жива! - услышала я его радостное восклицание. Меня охватило огромное облегчение, пришлось опереться на забор, чтобы не упасть.
   Лицо девочки было синевато-бледным, одна рука наспех перевязана, кажется, оборкой от её же нижней юбки. Но она была тёплой и дышала! Орм сидел, вывалив язык, и выглядел очень довольным собой.
   - Несите её в лавку, - скомандовал хокермен. - Элизабет, ты знаешь, где у меня хранятся лекарства. Мы с Ормом тут... прогуляемся.
   Рэндон бросил на друга встревоженный взгляд, но возражать не стал. Лицо Иннелина стало жёстким и острым, это был совсем не тот мирный странник и вдохновенный поэт, которого я знала. Попадись ему сейчас убийца, он в полной мере узнал бы, что такое месть альвов.
  
   ***
   Возле лавки нам встретилась по дороге соседка, которая всплеснула руками при виде Кэтрин. Рэндон мигом наладил её в ратушу и к миссис Холланд - сообщить всем радостную весть.
   Пока Кэтрин была без сознания, я обработала и зашила глубокие порезы на её руке, затем приготовила травяной чай. Других травм у девочки я не обнаружила, по крайней мере, телесных. Очнувшись, Кэти обрадовалась мне и горячо меня обняла, с Рэндоном осторожно-вежливо поздоровалась. К нашей радости, она вовсе не казалась запуганной и больной, только жаловалась на усталость.
   Как раз вернулся Иннелин с собакой, в ответ на напряженный взгляд друга он молча покачал головой.
   - Ничего, - только ответил он.
   Мы посмотрели на девочку: закутанная в тёплый плед, она невозмутимо прихлёбывала чай. Нам позарез необходимо было получить хоть какие-то сведения, но просто совестно было приставать с этим к Кэтрин. Другая на её месте сейчас вообще бы в истерике билась...
   - Кажется, я нашёл этот дом, но Чернокнижник успел побывать там и замести следы, - огорчённо сказал Иннелин. - Вот если бы Кэтрин смогла рассказать, если, конечно, она не очень устала...
   - Да мне несложно, - вяло отмахнулась Кэти и зевнула.
   - Рассказывай только то, что точно помнишь! - поспешила я заметить. А то знаю я её буйную фантазию...
   Девочка кивнула, и было заметно, что она сверхъестественным усилием удержалась от эффектных выдумок.
   - В общем, мы с Томом и Джеком поспорили... понимаете, они клялись, что своими глазами видели призрак на старой мельнице, так что даже днём боялись сунуть туда свои носы...
   - А ты не испугалась. Понятно.
   - Ночью мне туда точно было не выбраться. Я ушла из школы после обеда, когда миссис Касл, как всегда, задремала. Она считает, что послеобеденный сон очень полезен для организма. Мне надо было в доказательство принести что-нибудь с мельницы. Чёрт, я даже осмотреться толком не успела, меня схватили сзади за шею, сунули в лицо какую-то вонючую тряпку - и больше ничего не помню.
   - Очнулась я на одеяле в каком-то доме. Комната была совсем пустая и очень холодная. Потолок скошенный, похоже на чердак. Окно в крыше забито досками. Рядом стояла плошка со свечой и кувшин с водой. Наверное, мне не следовало её пить. У воды был какой-то странный привкус. Но меня ужасно мучила жажда. Потом я опять заснула, мне показалось, ненадолго. А потом пришёл он.
   - Кэтрин, - очень серьёзно сказал Иннелин, - если тебе неприятно это вспоминать - лучше не надо.
   - Я ужасно спать хочу, - девочка улыбнулась и снова зевнула. - Да ладно, уже немного осталось. В общем, второй раз я очнулась уже в компании. Передо мной на полу была нарисована большая пятиконечная звезда в круге. На конце каждого её луча стояли свечи. Этот... человек был у меня за спиной, он завязал мне глаза и сказал, чтобы я не боялась - больно не будет. Я могла бы сбежать, руки-ноги были свободны, но мне как-то ничего не хотелось. Всё было безразлично.
   - Он тебя опоил. Мерзавец! - процедил Иннелин.
   - Какой у него был голос? - напряженно спросил лорд Рэндон.
   - Вряд ли я смогу его узнать. Он говорил шёпотом, почти шипел.
   - Ну хоть что-нибудь! Мужчина или женщина?
   - Думаю, мужчина. Он сильный. Руки большие, грубые. И от него заметно пахло виски.
   Пока я сидела с завязанными глазами, он что-то делал в комнате, я слышала его шаги. Потом он подошёл, взял меня за руку. Наверное, тогда он нанёс эту рану, - девочка потрясла рукой, - но я ничего не почувствовала. Он прошёлся по комнате, шепча какие-то слова, а потом вдруг... не знаю, мне кажется, ему стало плохо. Я не решилась снять повязку с глаз. Слышала только стон, хрип, неровные шаги... потом хлопнула дверь.
   - Может, он ошибся в заклинаниях? - предположила я.
   - Или его вдруг в процессе замучила совесть, - скептически хмыкнул Рэндон. - Наш убийца - нежный цветок душистых лугов.
   - Нет, скорее всего кровь такой хулиганки не подходит для ответственных дел! Ядовитая ты, Кэти! - мы с девочкой рассмеялись, хотя ситуация смешной никому не казалась. Наверное, это истерическое. Я заметила, что Иннелин с лордом при этих моих словах обменялись взглядами.
   - Потом я пришла в себя и подумала, какого хереса, собственно, я торчу здесь и жду, пока это чудовище вернётся? Я стянула повязку с глаз. Рука у меня была порезана сильно, честное слово, мисс, как увидала - чуть снова в обморок не свалилась. Зато теперь я понимаю, для чего нужна нижняя юбка. Полезная вещь. Дверь была не заперта, я спустилась по лестнице. Это был какой-то заброшенный дом на окраине Илсбери. Я узнала улицу. Голова ужасно кружилась, я присела отдохнуть немного. Там вы меня и нашли.
   - И слава богу, что всё закончилось именно так! - в порыве чувств я обняла непослушную девчонку. - Ты хоть понимаешь, что этот тип теперь ни за что не поверит, что ты его не опознаешь? - сказала я ей как можно внушительней. - Тебе нельзя здесь оставаться!
   - Элизабет права, - вмешался Иннелин. - Я могу увезти тебя туда, где тебя никто не найдёт.
   Рэндон молча кивнул. Кэти только изумлённо глаза таращила на меня, на хокермена, на лорда. Иннелин подошёл к девочке и взял её руки в свои:
   - Мисс Кэтрин Бейль, принимаешь ли ты защиту альвов?
   Глаза у девчонки загорелись, с неё даже сон слетел:
   - Вы отвезёте меня в свою волшебную страну? И мы пойдём тайными путями хокерменов? О-о-о! Конечно, я согласна!
   - Я вернусь через пару дней, - сказал нам торговец. - Элизабет, тебе в эти дни лучше побыть дома. Или погости у своей тёти, - при этом они с лордом снова обменялись взглядами. Интересно. Что у них ещё за секреты? Но я не стала возражать. Главное сейчас - обеспечить безопасность Кэтрин.
   Мы вышли во двор, я ещё раз обняла девочку на прощанье. Иннелин посадил её верхом на лошадь, взял коня под уздцы, и скоро их фигуры растворились в утреннем тумане. В Илсбери уже снова звонил колокол, на сей раз по радостному поводу, но когда горожане узнали, что пропавший накануне ребёнок благополучно нашёлся, сама Кэтрин была уже невообразимо далеко.
  
   Глава 22
   Не знаю, как чувствовали себя остальные участники поисков, но я, вернувшись домой в то утро, упала и проспала целые сутки. Зато очнулась я от этого сна - да что там, практически обморока без сновидений - со свежей головой и некоторыми новыми мыслями. В самом деле, события последних дней добавляли несколько значимых штрихов к портрету Чернокнижника. Он явно не фанатичный безумец - такой прикончил бы Кэтрин прямо сразу, ещё на мельнице. У этого рука не поднялась убить невинного ребёнка, но он и не смог удержаться, чтобы не использовать девочку в своём ритуале, причём в то время, когда её поисками был занят весь город. Хладнокровный тип, готовый пойти на риск. Между прочим, всё перечисленное вполне увязывалось с характером миссис Скорп, насколько я успела её узнать. И мистер Хардман как-то очень вовремя исчез из нашего поля зрения...
   Другая мысль пришла мне в голову: Кэтрин ведь наверняка застала врасплох преступника на старой мельнице. Туда редко кто заглядывает, большинство горожан у нас достаточно суеверны, так что Чернокнижник мог себя чувствовать там в относительной безопасности. Не устроить ли нам на мельнице засаду? Ещё лучше было бы найти искомый жертвенник, но попробуй-ка в наших лесах откопать развалины какого-то забытого древнего храма...
   С этими мыслями я проснулась окончательно. Дела нового дня настойчиво взывали к моей совести. Нужно было навестить лавку, уделить внимание коту, прибрать комнату, в конце концов. Осколки кувшина, павшего позавчера жертвой моей истерики, вперемешку с веточками бересклета так и валялись возле стены. Ничего, я потом куплю такой же кувшин у миссис Томсон, хозяйка и не заметит. Букет, конечно, придётся выбросить. А человек ведь старался, подбирал подходящие веточки, укорила я себя.
   Подметая мусор в совок, я вдруг подумала: кстати, а где, интересно, Хардман отыскал бересклет? В нашем лесу он, кажется, не растёт. Некоторые горожане выращивают декоративные кустики бересклета в палисадниках, но у миссис Шарп я его не заметила. Нет, она точно не стала бы его сажать. Бересклет - красивое растение, но не модное. А миссис Шарп любит произвести впечатление.
   И тут я вспомнила! Есть, есть у нас в лесу бересклет! На правом берегу реки, недалеко от старой мельницы, есть глубокий овраг, так вот - все его склоны заросли этим кустарником! Там он и растёт, а больше нигде! Что если Хардман пытался указать мне на то место? Надо немедленно сходить и посмотреть.
   Конечно, в нынешней ситуации было не очень-то разумно в одиночку болтаться по лесу. Но ведь сейчас день, и потом, это же совсем близко, почти в пригороде. На всякий случай я прихватила с собой складной нож и направилась к лесу.
  
   ***
   День сегодня был тихий и безветренный. Неподвижный лес как будто затаился в ожидании. До старой мельницы я добралась без приключений, затем постаралась поскорее миновать её жуткие почерневшие развалины под ненадёжным прикрытием голых осенних кустов. Глубокий овраг, поросший бересклетом, был похож на длинную кровавую рану. Я прошлась по краю, поскользнулась на мокрых листьях, почти скатилась на дно и вдруг обнаружила в гуще кустарника извилистую узкую тропу, ведущую по склону оврага вглубь леса. Если бы не эта случайность, я ни за что бы её не нашла.
   Чем дальше я шла по тропе, тем более душным становился воздух, гуще запах гнилой листвы. Иногда мне казалось, что чей-то тяжелый взгляд смотрит мне в спину. За очередным поворотом я наткнулась на небольшую поляну, окружённую непролазным кустарником. С одной стороны поляну прикрывала скала, часть её, видимо, когда-то осыпалась, и теперь обломки камней перегораживали тропу. В глубине поляны возвышался высокий тёмный камень размером примерно со средний стол.
   Жертвенный камень порос мхом и травой, с одной стороны он был весь засыпан оползнем, но видимые его острые чёрные грани опасно поблёскивали. Я ножом осторожно очистила от мха небольшой участок сбоку и ощутила пальцами выбитые когда-то невообразимо давно древние символы. Насколько можно было видеть, камень был такой же формы, как на рисунке в книге. И он был очень похож на жертвенник из моего сна.
   Значит, вот оно, обиталище тёмного бога. Я нашла его. Это было невозможно, практически нереально, но я его нашла.
   Я ещё немного постояла на поляне, вслушиваясь в окружающее меня безмолвие. Ни шороха не слышалось в кустах, ни одна птица не мелькнула в ветвях. Мёртвое место. Лес вокруг был тихим и неподвижным, как перед грозой. Потом я увидела ещё кое-что, что человек с нормальным чувством самосохранения должен был заметить в первую очередь. Листья с одной стороны камня были примяты и втоптаны в землю. Неподалёку под кустом была припрятана чаша, в которой лежал кривой серповидный нож. Кто-то навещал этот жертвенник. И не один раз. Чувство сверлящего спину взгляда стало нестерпимым. Я осторожно попятилась с поляны, крадучись, отошла подальше на тропу и только тогда рванула оттуда во весь дух.
  
   ***
   Когда я вернулась домой, время уже далеко перевалило за полдень. На полу белел квадратик бумаги: похоже, кто-то сунул мне записку под дверь. Я машинально подняла её, успев удивиться, ведь до сегодняшнего дня миссис Хиггис не увлекалась эпистолярным творчеством, предпочитая вместо этого зайти поболтать. Мне пришлось прочитать записку дважды, прежде чем до меня дошёл её смысл. Печатными буквами там было выведено: "Принесёшь сегодня книги к чёрному камню. Горячий привет миссис Пот".
   Я опустилась на стул - ноги уже не держали. Вот это "миссис Пот" в записке меня окончательно добило. В детстве я так называла тётю Роуз. Когда-то она читала мне сказку, где был такой персонаж, кажется, это была какая-то домашняя фея. Фея меня восхитила, и тётя долго потом не могла отделаться от этого прозвища. О нашей шутке могли знать только члены семьи или тётины подруги. Так что - увы, последние надежды на "неизвестного преступника со стороны" сейчас умерли окончательно.
   Не знаю, сколько времени я так бессмысленно просидела посреди комнаты, раздумывая, что делать. Если бы только Иннелин был здесь! Или хотя бы лорд Рэндон! Но альв ещё не вернулся из поездки, а лорд появлялся у нас, когда сам того захочет. И что Чернокнижник сделает с тётей, если вдруг заметит, что я ищу помощь, вместо того, чтобы выполнять его указания? Что же мне делать?!
   Я решилась. Отдам книги этому гаду, пусть подавится. По крайней мере, это займёт его на какое-то время, а я тем временем дождусь Иннелина. А вдруг книги спровоцируют преступника на какой-нибудь неосторожный эксперимент с амулетом, и мы его поймаем?
   Уговаривая себя таким образом, я быстро собралась, надела пальто. Уже вечерело, и мне вовсе не улыбалось впотьмах рыскать по лесу. Кот моментально проснулся, всем своим видом выражая желание тоже прогуляться.
   - Нет, дружок, ты остаёшься дома, - я взяла книги, бросила в карман один из "волшебных фонариков" на всякий случай.
   Демьюр не внял голосу разума, просочившись мимо меня за порог. Я в последний момент успела ухватить его за шкирку.
   - Кому сказано - сидеть дома! - сердито сказала я и быстро прикрыла дверь.
   Кот оскорблённо муркнул, потоптался на пороге, прислушался. Вздохнул совсем по-человечески, вскочил на стол, примериваясь к окну. Хозяйка всегда оставляла открытой одну маленькую форточку - для проветривания. Кошан некоторое время прицеливался, а потом рыбкой нырнул в узкое отверстие. Протискиваться пришлось долго, упираясь лапами, несолидно изгибаясь и честя по-кошачьи строителей, отяжелевшее пузо и несговорчивых хозяек. Наконец, кот кубарем скатился в куст сирени, встряхнулся и потрусил по дороге к лесу.
  
   Глава 23
   Под вечер заморосил мелкий дождь, он шуршал в листьях, так что весь лес был полон таинственным шёпотом. Тропинку было плохо видно, к тому же я постоянно оглядывалась и прислушивалась. Один раз неподалёку резко вскрикнула какая-то лесная птица, так, что у меня чуть сердце не оборвалось. Внизу сгустился туман, деревья будто плавали в серой дымке. Я поняла, что окончательно потеряла тропу. Не хватало ещё заблудиться! Когда я во второй раз вышла, наконец, к старому жертвеннику, была уже почти ночь. Я оглянулась, прижав книги к груди. Хотелось зажечь "светлячок" и оглядеться, но я боялась себя обнаружить. Небо было пасмурным, но в этот момент облака разошлись, выпустив призрачные лучи лунного света. Деревья по краям поляны высветились смутными тенями. Одна из теней вдруг отделилась и поплыла ко мне. Это было высокое, очень высокое существо в плаще с низко надвинутым капюшоном. Оно двигалось плавно и бесшумно, будто плывя в тумане, неотвратимо надвигаясь на меня. В одной руке у него что-то блеснуло. Нож? Я наконец отмерла, развернулась, и с криком бросилась бежать, не забыв кинуть перед собой "фонарик".
   Существо выругалось совсем по-человечески, подхватило с земли что-то похожее на дубинку, скользнуло следом. Девчонка бежала быстро, но страх сковывал её движения, мешали юбки, она уже не раз запнулась. Догнать, оглушить... Её спина мелькала всё ближе, она оглянулась, вскрикнула, чуть не упала... нет, побежала дальше. Ещё чуть-чуть, существо замахнулось... и тут что-то с шипением обрушилось ему на голову, проехалось когтями по лицу. Прошло некоторое время, прежде чем две тени расцепились: одна, большая, с трудом поднялась, другая, маленькая, взлетела на дерево. Девчонка, конечно, успела прилично отбежать, её крики слышались где-то в стороне. Что ещё хуже, неподалёку послышался стук копыт.
   - Ты! - пригрозил человек, откинув капюшон. - Убью, сволочь! - сверху с ветки на него скалился огромный кот, отсвечивая в темноте фосфорическими глазами.
   - Пшшёл прочь! - рявкнул кошак, воинственно вспушившись, подобно швабре.
   Человеку действительно ничего не оставалось, как уйти. Он прислушался, затем, крадучись, отступил в темноту и скоро затерялся среди деревьев.
  
   ***
   Если бы не "фонарик" Иннелина, лежать бы мне сейчас в лесу, причём с переломанными ногами. Скользивший впереди "светлячок" позволял хотя бы видеть ближайшие препятствия. Несмотря на это, один раз преследователь чуть не догнал меня. Полагаю, он хотел меня оглушить, но промахнулся и зацепил плечо, которое сразу же онемело. Я припустила ещё сильнее. "Фонарик" вывел меня на какую-то лесную тропу, бежать стало легче. Не помню, как я выскочила под копыта Мрака. В первый момент я испугалась ещё больше, решив, что мой преследователь успел разжиться конём, и теперь мне точно крышка. Окрик Рэндона меня отрезвил.
   - Элизабет! - он быстро спешился, обнял меня, вглядываясь в лицо. - Ты не ранена? Что случилось?
   - Оно... оно пыталось меня убить! - меня трясло, сердце колотилось, как сумасшедшее. Я вцепилась в Рэндона, как клещ, и ни за какие коврижки не согласилась бы отпустить. Плевать на приличия. Плевать вообще на всё. - Оно хотело ударить меня по голове, но попало по руке, ужасно больно... - жалобно сказала я.
   - Тсс! Тише! - широкая ладонь накрыла мои губы, мы оба притихли. Я старалась даже не дышать.
   В лесу стояла глухая тишина. Что бы это ни было, оно затаилось в чаще. Или вообще исчезло. Мы замерли. Рэндон осторожно провёл ладонью по моей щеке, отвёл за ухо растрёпанные волосы. От этого простого прикосновения словно жаркая волна плеснула мне в лицо, я вспыхнула. Слава богу, в окружающей нас темноте это было незаметно!
   - Давай-ка выбираться отсюда, - сказал, наконец, мужчина. Он осторожно посадил меня в седло, вскочил следом и тронул поводья.
   На окраине городка нас неожиданно встретил Иннелин. Что-то никому не спится в эту ночь, как я посмотрю!
   - Аксара, это ты? Элизабет пропала!
   - Она со мной, я её нашёл.
   Когда Рэндон почти на руках внёс меня в лавку, я только дрожала и заикалась. Иннелин зажег свечи.
   - Дай я посмотрю твоё плечо.
   - Нет, не надо! - вспыхнула я. С ума они оба сошли, не могу же я раздеться перед ними! - Я завтра схожу к доктору Джонсу. Ничего серьёзного, честно. Всё нормально.
   - Ах, нормально?! - взвился Рэндон. Он в два шага пересёк комнату и угрожающе навис надо мной. - Какого... тебя вообще понесло в лес?! Приключений захотелось?!
   - Он угрожал тёте Роуз! - я бросила на прилавок книги и записку.
   - А нас подождать нельзя было?!
   - Чтобы потом вместе осмотреть очередной труп?! - я задохнулась. Так, отставить истерику, это не поможет. Иннелин привычным, уже отработанным жестом протянул мне стакан с успокоительным.
   И вообще, что это его светлость так разоряется? Какое ему дело, если мне шкуру попортят, да хоть вообще прибьют, я ему никто! Подозрительно это. И в лесу он прямо как нарочно оказался, и, главное, так вовремя! Сомневаюсь, что у него в привычках ночные верховые прогулки!
   В тепле меня отпустило, голова поплыла, глаза просто закрывались. Или лекарство подействовало, или это была реакция на стресс. Рэндон, похоже, оценил моё состояние, по крайней мере, орать перестал.
   - Уже поздно, вы устали. Я провожу вас домой.
   - Нет! - услышала я свой голос. - Иннелин, лучше ты. Пожалуйста.
   Мужчины переглянулись. Мне уже было всё равно. Не то чтобы я всерьёз считала, будто Рэндон крался за мной с ножом, как тать в нощи, но его поведение сбивало с толку. Даже то, что он прикармливал моего кота, уже казалось мне подозрительным! Всё это следовало обдумать на свежую голову, а мой организм сейчас был на это явно не способен.
   Как только девушка и хокермен скрылись за дверью, Рэндон шарахнул кулаком по прилавку и вполголоса выругался. Больше всего сейчас хотелось схватить упрямую девчонку в охапку, можно вместе с её тёткой, и увезти в своё поместье, подальше отсюда. Ничего, сейчас Иннелин вернётся, и мы это обсудим, - подумал он. Просто невыносимо каждую минуту за неё бояться и не иметь возможности ничего сделать! И как вышло, что эта девушка вдруг стала так важна для него? В первую их встречу он видел просто симпатичную смышлёную девочку, слишком живую для этого сонного городка, куда едва-едва долетают отголоски современного века.
   Некоторые леди похожи на кошек, - усмехнулся про себя мужчина. - Они пробираются к вам в душу и аккуратно берут ваше сердце в свои мягкие лапки. И когда вы спохватитесь, будет уже немного поздно требовать его обратно.
  
   ***
   Пока Иннелин готовил чай у камина, я за ширмой успела переодеться в ночную рубашку и халат. Мокрое платье разложила поближе к теплу, завтра отчищу. Мимоходом погладила дрыхнувшего в кресле кота. Тот безмятежно потянулся с самым невинным видом, а шерсть-то была влажной. Значит, опять на улице болтался, гуляка этакий! Вот как, а? Открытой я оставляла только узкую форточку, эта морда туда ни в жизнь не пролезет. Может, кошан открыл для себя четвёртое измерение? Ну что такое, никому нельзя верить! Даже коту.
   - Не хватало ещё мне тебя спасать после всех приключений, - проворчала я. Кот пренебрежительно махнул хвостом.
   Чай я выпила уже в постели. Иннелин сидел рядом, вид у него был осунувшийся и встревоженный. Почему-то его я совсем не стеснялась, не то, что Рэндона. В последние месяцы хокермен стал мне кем-то вроде старшего брата. Очень сильно старшего, учитывая его почтенный возраст.
   - Там на кресле лежит накидка... накрой меня, пожалуйста, - пробормотала я, отставив чашку. - Спокойной ночи. Я завтра уже буду в порядке, честное слово, - и завернулась в одеяло.
   Прождав напрасно несколько минут, я оглянулась. Иннелин держал в руках меховой ком и выглядел очень удивленным.
   - Это... это от Рэндона? - спросил он, - и ты используешь её... вместо одеяла? - Иннелин рассмеялся. - О боги, Элизабет, только ты на такое способна! Ну и как тебе под ней спится?
   - Прекрасно! -я раздражённо села в кровати. - Не носить же мне это на улице! Вообще-то я хотела вернуть эту вещь, она для меня слишком шикарна, но как-то случая не было... - я покраснела.
   Ладно, если совсем честно, мне будет приятно, что у меня останется что-то на память от нашего временами невыносимого лорда. Ведь он скоро уедет, и я его больше не увижу! А сны под меховым одеялом снятся действительно изумительные...
   - Хорошо, что не вернула, - Иннелин резко стал серьёзным, - ты бы его смертельно оскорбила. - Что ты вообще знаешь об обычаях верховных лордов?
   - Откуда бы мне о них знать?
   - Хорошо. Тогда спи, ребёнок, - меня накрыло меховое облако, и сразу потянуло в сон, - спи, а я расскажу тебе сказку. Это не обычный мех.
   ...Высоко в горах водится этот зверь, мы называем его харпи, а люди и вовсе забыли его прозванье. Его не часто можно увидеть - редко когда будто чёрная тень мелькнёт среди древних камней. Он не дастся обычному охотнику, только лорд может позвать его своей магией, и если необходимость действительно сильна, то зверь выйдет к нему. Тогда совершится честный поединок: меч и нож человека против когтей и зубов зверя, магия лорда против звериной магии. И если человек победит, то шкура харпи станет мощным оберегом против всякого оружия, недоброго волшебства и болезней. Её не продают, и не дарят случайным людям... Только близкому человеку, кого хотят защитить, - матери, сестре. Невесте. Ау, Элизабет, ты меня слышишь?
   Ответом ему было только размеренное сонное дыхание. Иннелин вздохнул, прикрутил лампу, подхватил недовольно пискнувшего кота и устроил его в ногах кровати.
   - Охраняй, приятель, - сказал хокермен, вышел из дома и аккуратно прикрыл за собой дверь.
  
   <i>С детства, с тех пор, как я живу у тётки, мне иногда снится удивительный сон. Мой самый любимый. Будто я гуляю по зелёному лесу, пронизанному солнцем, мурлыкаю что-то в такт птицам, собираю цветы. Вдруг я замечаю впереди на поляне радужное сияние и бегу туда. Невероятное зрелище - я вижу радугу, которая одним концом упирается в землю и подымается ввысь, подобно лестнице. Я смеюсь, и уверенно бегу по ней вверх, всё выше и выше. Цветные струи переливаются вокруг меня, едва слышная музыка звучит вокруг. Каждый цвет поёт по-своему. Я знаю, что не упаду, знаю, что на том конце радуги меня ждёт чудо. Вот уже виднеются в цветном тумане очертания человеческой фигуры, я припускаю сильнее и со смехом прыгаю на шею маме, а она, счастливая, кружит меня в воздухе.
   С возрастом это снится мне всё реже. Так что сейчас, узнав знакомую поляну и радужный свет на ней, я не могла поверить своему счастью. Я увижу маму! Хоть во сне, хоть на минутку... Бегу по радуге, как в детстве. Уже виднеется кто-то, встречающий меня, он оборачивается... Это оказывается лорд Рэндон! Совершенно невозможный лорд Рэндон с тёплыми сияющими глазами протягивает мне руки...<i>
  
   Глава 24
   Пробуждение было не из приятных, у меня болела каждая косточка, ныло ушибленное плечо, хоть я и смазала его накануне специальной мазью от Иннелина, причём два раза. Правда, жалобы измученного организма отступили перед упоительным ароматом свежего кофе. Источник живительного запаха обнаружился тут же: возле кровати на подносе поблёскивал пузатый кофейник, рядом на блюдечке лежали булки, кубик свежего масла только что с ледника, несколько ломтиков ветчины. Из коридора доносился голос миссис Хиггис, что объясняло наличие подноса. Тут же проснувшийся аппетит живо стряхнул с меня остатки сна.
   Около полудня меня навестили мои партнёры по расследованию. Иннелин сразу же осведомился о моём самочувствии, Рэндон скромно держался позади, но его встревоженный взгляд действовал на меня лучше иного лекарства.
   Покончив с врачебными обязанностями, альв рассказал о текущих делах. Они с Рэндоном собирались наведаться в ратушу к мистеру Скорпу, чтобы разрешить некоторые вопросы безопасности, связанные с ярмаркой. У меня тоже ещё с вечера назрел один насущный вопрос:
   - Милорд, могу я спросить, что вы делали ночью в лесу? - понимаю, что это глупо, но мне жизненно важно было услышать ответ.
   Судя по брошенному на меня укоризненному взгляду, подоплёку вопроса лорд понял отлично.
   - Я караулил нашу неуловимую нечисть на старой мельнице, - признался он. - Думал, может быть, у него там логово. Ведь кого-то же люди видели там! Потом услышал крики в лесу, поскакал туда. Чудо, что там оказалась тропа, по которой можно было проехать верхом. Чудо, что ты на неё выбежала. Иначе я бы не успел вовремя до тебя добраться, ты хоть понимаешь?!
   - Я уже осознала степень своего везения, - с чувством сказала я. - Больше никаких авантюр, обещаю. Кстати, насчет того, где нам караулить Чернокнижника - мне таки удалось обнаружить тот древний жертвенник.
   Друзья с большим энтузиазмом выслушали историю моих книжных изысканий и разом помрачнели, когда узнали, что я прогулялась на то проклятое место лично. Я постаралась подробнее описать маршрут и внешний вид святилища, надеясь отвлечь их внимание от своей персоны, но судя по их лицам, мне это плохо удалось.
   - Честное слово, я в тот мрачный овраг больше не сунусь! - сказала я со всей искренностью, так как на взбешённого Рэндона было больно смотреть. Увы, не сработало.
   - И ты полагаешь, что наш общий друг оставит тебя в покое с такой информацией?! - воскликнул лорд. - О господи, если б я знал! Тебе повезло, что он сегодня ночью не рискнул сюда пробраться! В общем, собирай вещи, мы сейчас захватим миссис Райд, и вы обе немедленно отправляетесь в Саннисайд. И будете сидеть там до тех пор, пока всё не закончится!
   Мы с Иннелином возразили хором:
   - Я вас одних тут не оставлю!
   - Этот дом в безопасности, я вчера поставил защиту, - хмуро ответил альв, - кстати, ты, Элизабет, покинуть его тоже пока не сможешь. Миссис Райд сейчас под охраной Питера, я его предупредил.
   Он обернулся к Рэндону:
   - Ничего страшного, если она посидит здесь полдня, мы же тем временем сможем спокойно заняться Скорпом, а то ищи его потом... Вечером, если понадобится, отвезёшь обеих дам в своё поместье. Как тебе такой вариант?
   Вот почему, когда они так переглядываются, мне сразу кажется, что они что-то от меня скрывают?
   В конце концов, Рэндон согласился. Иннелин, довольный, передал мне корзину с провизией, видимо, чтобы я не скончалась от голода за полдня домашнего ареста. В корзине обнаружился кувшинчик глейна и кусок пирога с телятиной и ветчиной. На столик у окна альв бросил несколько конвертов.
   - Я заодно захватил твою почту, так что тебе будет чем заняться. Не скучай, Элизабет. Мы вернёмся вечером.
   Мои друзья попрощались и ушли. Выждав на всякий случай полчаса, я набросила пальто и тоже поспешила на выход - исключительно из спортивного интереса.
   Ещё через полчаса я убедилась, что магом Иннелин был вполне эффективным. Нет, я смогла выйти на улицу, но, покружив пару минут, вдруг оказалась перед дверью собственного дома. Я попробовала ещё раз - с тем же результатом. Пришлось смириться.
   Ничего, посижу в квартире, разберу хотя бы почту. Некоторые письма пришли от тех леди, к которым покойная миссис Скорп направила своих подопечных. Их адреса мне подсказали дамы из Комитета. Правда, я уже сомневалась в успехе своей затеи. С чего я взяла, что миссис Скорп направляла гувернанток своим близким знакомым? Она могла найти их через свой Комитет, через третьих лиц... Но делать всё равно было нечего, так что я лениво распечатала первое письмо. А через несколько минут уже лихорадочно просматривала остальные.
   "...с сожалением могу сообщить Вам, что упомянутая мисс Грей не появлялась у нас, и о её дальнейшей судьбе мне ничего не известно..."
   "...вынуждена Вас разочаровать, но мы так и не имели чести лицезреть мисс Джесс, хотя..."
   Несколько девушек, которых рекомендовала миссис Скорп в более ранние годы, действительно трудились на ниве преподавания и успели заслужить уважение и любовь своих воспитанников. Но два года назад две девушки так и не доехали до своего предполагаемого места работы, и больше о них никто не слышал. Я вспомнила слова Иннелина: "... с помощью поискового кристалла мы нашли два тела... нельзя сказать, когда в точности было совершено преступление..." А вскоре после этого с миссис Скорп якобы произошёл несчастный случай.
   Теперь уже совершенно точно было ясно, что миссис Скорп причастна к исчезновению этих девушек! Интересно, как давно она начала испытывать свои магические способности, как долго зрел в её извращённом сознании этот ужасный замысел? Кто, в конце концов, был её сообщником? Я вскочила. Теперь мистер Скорп обязан будет ответить на некоторые вопросы, можно было с ним уже не миндальничать. В конце концов, речь идёт о его жене! И мои друзья сейчас как раз отправились к нему! Ну почему, почему я не получила эти письма на день раньше!
   Я быстро собрала в стопку книги, письма и бросилась к двери. Чёрт, забыла про заклинание! Что же делать? Хотелось завыть от бессилия.
   Демьюр, давно следивший за моими метаниями, вдруг поднялся, потянулся и уставился на меня своими глазищами.
   - Мяу, - он потоптался лапами по меховой накидке.
   - Не трожь, это моё! - я поспешно отобрала ценный мех.
   - Мяу! - повторил кот, возведя глаза к небу с видом "за что я терплю всё это?"
   Я с новым интересом взглянула на меховую накидку. Как там Иннелин говорил? Защитит от любого волшебства? Честно говоря, я вообще не была уверена, что рассказ альва мне не приснился. А уж его домыслы насчет романтических устремлений лорда Рэндона и вовсе казались бредовыми, но попробовать стоило. Я застегнула накидку, опустила в карман оба письма и схватила злосчастные книги.
   Только за порогом я сообразила, что у моего немого кота вдруг прорезался голос. Ладно, с этим потом разберёмся, сейчас есть дела поважнее.
  
   ***
   На моё счастье, верховно-лордовское колдунство победило, мне без проблем удалось покинуть свою улицу и добраться до центра города. По сравнению с прошлым разом, ярмарочная круговерть показалась мне ещё шире и голосистее. Ох, сколько же здесь сегодня собралось народу! Я нечаянно задела локтем какого-то господина в синем сюртуке и уронила книги. Мужчина был так любезен, что бросился их поднимать. Лицо его показалось мне знакомым.
   - Мистер Колтон! Вот это встреча!
   Мы тепло поздоровались. Ричарда сопровождала очень симпатичная девушка: рыжие локоны, совсем как у меня, струились из-под шляпки, лукавые глаза смеялись. Она протянула мне твёрдую ладошку и улыбнулась так задорно, что сразу стало ясно: такая девушка шутя справится даже с миссис Колтон.
   - Позвольте представить, - сказал Колтон, - мисс Элис Шелтон, моя невеста.
   - О, поздравляю вас! Боюсь, я несколько отстала от светских новостей... - я смутилась.
   - Надеюсь, в недалёком будущем я тоже смогу вас поздравить, - улыбнулся мой несостоявшийся жених, и негромко добавил, - Поверьте, если бы я знал тогда о ваших обстоятельствах, не стал бы навязываться со своими чувствами. Представляю, как вам было неловко!
   - Боюсь, я не совсем вас понимаю...
   Колтон заговорщицки подмигнул и наклонился к моему уху.
   - Мы с Элис вам даже завидуем: тайная помолвка - это так романтично!
   Вот оно что. Тайная помолвка, значит. И, видимо, у меня. Знать бы ещё - с кем?
   - Милорд всё объяснил мне, - шепотом продолжил Колтон. - Что он находится здесь по тайному поручению Его величества, и не может объявить о ваших отношениях, чтобы не подвергнуть вас опасности.
   Даже не могу описать свои чувства, когда я это услышала. Лично я знаю только одного лорда из столицы, который крутит здесь какие-то непонятные дела, и, кажется, у меня только что появился ещё один повод для встречи с ним!
   - Конечно, мистер Колтон, мы оба вам очень признательны, - еле выговорила я.
   - А это кельтбер или годейль? - он кивнул на книги. - У меня тоже было несколько старинных инкунабул. К сожалению, моё знание древних языков не позволяло их прочесть. Матушка даже пригласила переводчика, вернее этого молодого человека рекомендовал мистер Скорп, но случилась такая трагедия...
   - Что? - мой мозг, травмированный постоянными мыслями о преступлениях, зацепился за последнее слово.
   - Более того - это был скандал, - Колтон понизил голос. - Помните то ужасное убийство на дороге? При молодом человеке нашли рекомендательные письма, он направлялся к нам, в Уайтхед. Но что ещё хуже - он оказался девушкой!
   - Как?!
   - Это была девушка, переодетая в мужской костюм. Моя матушка была в страшном расстройстве. Что о нас могли подумать? Мистер Скорп ужасно извинялся. Он знал эту леди, хотя её поведение вряд ли даёт ей право... ну, о мёртвых плохо не говорят. Это её брата он собирался нам рекомендовать в качестве переводчика. Неизвестно, с какими целями несчастная решилась занять место своего родственника и направилась к нам... По счастью, дело удалось замять. Я больше не мог даже думать о проклятых книгах и продал их Скорпу. У него целое собрание сочинений такого рода.
   - Вам повезло, - хрипло сказала я.
   Разрозненные факты наконец сложились в целостную картину. Мистер Скорп, помогающий жене с её опекой над "неблагополучными" девушками... Жена которого скоропостижно скончалась при странных обстоятельствах... Подославший девушку к человеку, владеющему уникальными книгами по магии... Предлагающий мне место гувернантки на побережье, в далёком городе, где меня никто не знает... Ритуал, для которого нужны пятеро жертв, и, получается, четыре из них уже принесены...
   - Мистер Колтон, могу я попросить вас сохранить для меня эти книги? - не могла же я притащить их Чернокнижнику прямо в руки.
   - Конечно, это честь для меня, я...
   Он что-то продолжал говорить, но я уже не слушала. Отдав Колтону книги и быстро распрощавшись со счастливой парочкой, я бросилась к ратуше. Ещё никогда в жизни я так не боялась, что опоздаю.
  
   Глава 25
   Не знаю, было ли это действие волшебного плаща, или моя решительность тому причиной, однако никто не пытался меня задержать. На лестнице я встретила нескольких "скорпионов", но прошла мимо них беспрепятственно. Высокие двери, ведущие в кабинет градоначальника, были закрыты, но меня уже ничто не могло остановить. Я ударила посильнее - и они распахнулись.
   В кабинете находился наш мэр, и мои напарники вместе с ним - живые и невредимые! Слава богу, я успела вовремя! Иннелин при виде меня застыл с совершенно непроницаемым видом, зато на лице Рэндона промелькнула целая гамма противоречивых эмоций.
   - Мистер Скорп, - сказала я прямо с порога, - нам всё известно о ваших злодеяниях. Лучшее, что вы можете сделать - немедленно сдаться.
   Дальше вдруг всё завертелось очень быстро. Рэндон неожиданно прыгнул ко мне, и мы откатились в угол. От грохота мне заложило уши, я не сразу сообразила, что это прозвучали выстрелы. Из-за широкой спины лорда я заметила, как откуда-то из стен выходили "скорпионы" в масках, с пистолетами и шпагами в руках. Не высовывайся, - прошипел мне Рэндон, сам он уже развернулся обратно, в руке у него была шпага, ... а на спине расплывалось тёмное пятно. Я зажала себе рот руками, чтобы не закричать. О боги, если он упадёт... Но Рэндон двигался как молния; Иннелин тоже не отставал от него, одним движением он опрокинул стол, создав барьер между собой и нападавшими, ещё одно движение - и оконное стекло со звоном лопнуло от удара стулом, осыпалось осколками.
   И всё-таки их было всего двое против... девяти, десяти... боже, да сколько же их тут?! Скорпа можно было не считать, он единственный не принимал участия в потасовке. Убедившись, что обоим противникам сейчас не до него, он осклабился, скользнул к стене, прижал ладонью одну из деревянных панелей и ... исчез! Потайной ход! - догадалась я. А я не могла даже крикнуть об этом своим друзьям, боялась их отвлечь. Но манёвр Скорпа и так был ими замечен.
   - Всё равно не уйдет - его там уже ждут! У него амулет! - крикнул хокермен в ответ на вопросительный взгляд Рэндона, отбиваясь шпагой сразу от троих противников.
   Моё убежище находилось возле двери, так что я первой услышала шум в коридоре. Осторожно выглянув, я увидела ещё нескольких "скорпионов", бегущих по направлению к кабинету. Я захлопнула створки дверей и поспешно задвинула в пазы внушительный засов. Не знаю, для чего он был здесь, но он пришёлся очень кстати. В дверь тут же ударили снаружи. На всякий случай я, сцепив зубы, сдвинула перевёрнутый альвом стол поближе к дверям. Рядом просвистела пуля.
   - Элизабет! - услышала я резкий окрик Рэндона.
   Я шустро юркнула под стол. "Только не отвлекайся, не отвлекайся на меня", - мысленно умоляла я его. Я ужасно боялась за них обоих.
   Конечно, обстановка не располагала к сторонним размышлениям, да и обзор из-под стола был так себе, но я не могла не отметить, как по-разному сражаются человек и альв. Рэндон дрался яростно и самозабвенно; Иннелин же даже в нашей безнадёжной ситуации ухитрялся сохранять изящество и некую прозрачную внутреннюю отрешённость, которую можно заметить у танцоров или безумцев.
   Спустя некоторое время наши дела уже не казались мне безнадёжными. Пистолеты заговорщикам мало помогли, учитывая, с какой скоростью двигались оба их противника. Шпагой же мои друзья владели несравненно лучше. Пока я возилась с дверью, а потом приходила в себя, четверо "скорпионов" уже были ранены или убиты, ещё двое, заметив бегство своего главаря, попытались сбежать через окно.
   Может быть, стычка даже заняла не так много времени, просто каждая секунда сейчас казалась мне вечностью. Будто в медленном страшном сне я увидела, как Рэндон поскользнулся на залитом кровью полу и уже не успевал отразить удар последнего оставшегося на ногах "скорпиона". К счастью, Иннелин оказался быстрее и ударил того в спину. Рэндон пошатнулся, выронил шпагу и упал на колени.
   В комнате пахло порохом и кровью, удары вовсю сотрясали дверь - мне было не до того, я с плачем кинулась к раненому.
   - Рэндон! Что с ним? Это смертельно?
   Иннелин был уже рядом, быстро осмотрел своего друга, озабоченно нахмурился, добыл откуда-то свою сумку с лекарствами.
   - Тише, Элизабет, дела не так плохи. Подумаешь, пуля. Две. Но было бы лучше, если бы кое-кто не геройствовал зря! На ней же твой плащ, дубина, - ласково сказал Иннелин, спешно доставая из сумки скатанные бинты и какие-то флаконы. - Ты что, не заметил? Чего ты к ней кинулся?! Да её в этой защите из пушки не убьёшь, не то, что из пистолета!
   - Нервы у меня уже не те, - прошептал Рэндон побледневшими губами. - Элизабет, если не прекратишь свою сыщицкую деятельность, ты рискуешь овдоветь.
   - Только мне кажется, что кто-то здесь слишком спешит? - скептически заметил хокремен, промывая глубокую рану на спине. Я поспешно отвернулась, Рэндон стиснул зубы.
   - А у нас была тайная помолвка, - сказала я, чтобы отвлечь его от боли, - так ведь, ваша светлость? - Рэндон улыбнулся.
   - Колтон всё-таки проболтался... Элизабет... - мне совсем не нравилась его бледность, я пыталась поймать взгляд Иннелина, но тот сосредоточенно занимался раной. В дверь снова чем-то сильно ударили снаружи, я вздрогнула и прислушалась. Оттуда доносились такие звуки, будто там началось ещё одно сражение. Рэндон сжал мою руку.
   - Я расстроил твою помолвку с Колтоном, прости... Я просто сразу... как тебя увидел... почувствовал... что твоя судьба не здесь...
   - Только не говори тёте Роуз, - улыбнулась я сквозь слёзы. - Мы с Колтоном на тебя не в претензии. И лучше помолчи, тебе вредно разговаривать.
   - Я только хотел... послушай, наша "помолвка" тебя ни к чему не обязывает, но... Иннелин, подожди...
   - Тебе, я смотрю, ещё мало досталось за твои фокусы, интриган, - пробормотал альв сквозь зубы, осторожно действуя пинцетом.
   - Элизабет, ты выйдешь за меня?
   - Да, обещаю! - о боже, в эту минуту я всё, что угодно, готова была пообещать! Лишь бы он прекратил умирать тут у меня на руках, лишь бы Иннелин успел его перевязать, лишь бы эти кретины снаружи прекратили ломать двери, а лучше бы вообще сдались, идиоты!
   - Слава богу! - Лорд снял с мизинца тяжелое кольцо с тёмным камнем и надел его мне на палец. Кажется, это отняло у него последние силы, он закрыл глаза и упал бы, если бы мы вдвоём его не подхватили. Удары снаружи стали сильнее - кажется, в ход пошли топоры. Двери затрещали.
   - Иннелин!
   - Ещё секунду, сейчас закончу... Укроетесь оба твоим плащом, а я... - договорить он не успел.
   Обломки дверей упали, в образовавшийся проём рухнул очередной "скорпион", а за ним показался... мой зять, капитан Хейворд. Он с изумлением оглядел нашу скульптурную группу, потом его взгляд скользнул по разгромленной комнате. Капитан тихо присвистнул. В этот момент где-то неподалёку как будто прогремело несколько раскатов грома. Иннелин встрепенулся:
   - Что ж, могу сказать, что с Чернокнижником, наконец, покончено, - улыбнулся альв.
  
   Глава 26
   После взаимных приветствий, когда мы все немного успокоились, мы потребовали от Иннелина объяснений. По его словам, несколько альвов заранее поджидали Скорпа в лесу. Им было известно место, куда вёл потайной ход из ратуши. Как и предполагал хокермен, разоблаченный Скорп, прихватив амулет, направился прямиком к жертвеннику, где его перехватили и казнили. Зловещий жертвенник альвы с помощью своего амулета превратили в безобидную кучу камней. Уцелевшие "скорпионы" сдались людям Хейворда. Пятеро "скорпионов", покалеченных в схватке в ратуше, находились сейчас в тюремном лазарете. Город патрулировали прибывшие с Джеймсом солдаты, его самого объявили временным наместником.
   Раненого лорда Рэндона со всеми удобствами разместили в одной из комнат ратуши, окружив приличной охраной. Хейворд и инспектор Беккер вынуждены были устроить совещание прямо в комнате лорда, так как Рэндон категорически не желал его пропустить. Я тоже боялась хоть на минуту оставить его одного, мало ли что. Таким образом, в комнате собрались все действующие лица этой истории: я, Иннелин, Рэндон, Хейворд, тётя Роуз, инспектор Беккер и преподобный мистер Брандт.
   - Капитан Хейворд, мы должны поблагодарить вас за такое своевременное появление, - начал Иннелин.
   - Благодарить следует миссис Райд, - Джеймс слегка поклонился тёте и улыбнулся мне. - Неизвестно, когда бы я приехал, если бы не её письма. По её словам, ты, Элизабет, впуталась в какую-то тёмную историю с колдовством, альвами и лордами из верховного совета. Я ничего не понял и решил на месте сам разобраться. Еле выпросил у начальства, чтобы меня с отрядом откомандировали сюда в распоряжение лорда Рэндона.
   - Я вот тоже кое-чего не поняла, - вмешалась я, сурово оглядев обоих своих напарников. - Мне только кажется, что вы, господа, скрывали от меня некоторые обстоятельства дела? Уж вам-то точно с самого начала было известно, что труп в карете был женский и, значит, укладывался в версию о ритуальных убийствах! И о связи этой несчастной с мистером Скорпом вы тоже наверняка знали!
   - Ваша помощь в расследовании, дорогая Элизабет, была неоценима, - начал Иннелин, - но мы понимали, что вам будет тяжело узнать о согражданах некоторые неприятные факты, поэтому некоторые линии расследования мы с Рэндоном и мистером Беккером (инспектор вежливо поклонился) вели самостоятельно. К примеру, мы вычислили одного джентельмена, имевшего в молодости привычку чуть что размахивать ножом...
   Он посмотрел на инспектора, и тот довольно кивнул.
   - На его счастье, у него оказалось твёрдое алиби на время убийства Пенни и похищения Кэтрин.
   - Далее, мы смогли установить и допросить другого господина, когда-то уличённого в насилии над женщиной.
   - ...но с тех пор он раскаялся и ведёт достойную жизнь, - подхватил мистер Брандт.
   - Эти люди оказались невиновны в нынешних преступлениях, так что не было необходимости посвящать тебя в эту грязь. Кроме того, мы старались заботиться о твоей безопасности. Ты и без того оказала нам огромную услугу. Люди в маленьком городе не очень-то склонны делиться сведениями о соседях с пришлым альвом.
   - Или с верховным лордом, - вставил Рэндон.
   - Давно ли вы начали подозревать мистера Скорпа? - спросила я.
   - Клянусь луной, сначала у нас не было и тени подозрения в его адрес! - воскликнул Иннелин. - В случае с той девушкой в карете он казался такой же жертвой обмана, как и Колтоны.
   Около двух лет назад я и другие мои друзья хокермены почувствовали, как возле Илсбери сгущается зло. Многие альвы даже перестали сюда ездить - мы не выносим тёмного колдовства. Для меня же этот город стал почти родным, я не мог этого так оставить. Я долго пытался разобраться сам, потом сдался и попросил о помощи лорда Рэндона.
   - В конце концов, я прибыл, и сразу же наткнулся на то убийство на дороге.
   - Теперь понятно: Скорп, прочитав в старой книге описание ритуала, возмечтал разбудить дремавшую в древнем алтаре силу. Он изучил конструктивный аспект жертвоприношения и решил, что бедные девушки, которым покровительствовала его жена, отлично подойдут ему в качестве материала - никто бы их не хватился, а если бы и хватился, то не стал бы особо искать. Миссис Скорп заподозрила что-то неладное, после чего скоропостижно скончалась. Мистер Хардман, возможно, заинтересовался обстоятельствами смерти своей патронессы - и попал под заклятье. Всё цеплялось одно за другое.
   - С мистером Хардманом всё в порядке? - спросила я.
   - Сейчас - да, - улыбнулся Иннелин. - Смерть Пенни его напугала и вызвала угрызения совести. Он подозревал мистера Скорпа, но ещё больше боялся его и, в конце концов, сбежал. Он действительно находится у родственников в Кельбридже, я проверил.
   Далее, Скорп с давних пор собирал магические книги. Узнав, что у Колтона имеется кое-то интересное, он подослал к нему ловкую особу под видом переводчика. Когда девушка прибыла в Илсбери, у них случились разногласия - в результате она погибла, а Скорп заполучил и книги, и третью жертву. Наша Пенни стала четвёртой. Он похитил у меня амулет, чтобы помешать мне найти древний жертвенник. Возможно, он рассчитывал также использовать амулет в своих целях. Я мог бы его разочаровать - наша магия совершенно противоположна тёмной. Неудивительно, что кровь Кэтрин оказалась непригодна для ритуала!
   - Что?! - при этих словах я встрепенулась, а Иннелин улыбнулся.
   Мне вспомнилась Кэти, её тонкие птичьи черты, белые волосы, любовь к рукоделию и прямо-таки болезненная нетерпимость к дисциплинарным ограничениям. О, я идиотка! Утешало, что остальные собеседники, кроме Рэндона, выглядели такими же ошарашенными.
   - Её отцом совершенно точно был альв, - продолжил Иннелин. - Боюсь, его уже нет в живых, потому что никто из нас никогда не оставил бы своего ребёнка. Не волнуйся за неё, Элизабет, у нас ей будет хорошо.
   - После происшествия с Кэтрин наши подозрения насчет Скорпа резко возросли, - подал голос Рэндон. - На тот момент у нас осталось всего трое подозреваемых. Но именно Скорп организовал поиски в лесу, стараясь отвлечь наше внимание от города. И именно он частенько крутился возле старой мельницы.
   - А кроме того, - добавил Иннелин, - Кэтрин, хоть и не видела лица похитителя, заметила, что у него есть шрам на левой ладони. У Скорпа он тоже имеется, я специально посмотрел. И он любитель виски.
   - В общем, когда мы с Рэндоном заявились в ратушу, мы были почти уверены, что Скорп и есть наш Чернокнижник. Оставался вопрос, где он прячет альвийский талисман. Я рассчитывал спровоцировать его и вынудить воспользоваться амулетом. Но мне в страшном сне не могло привидеться, что это сделаешь ты! Я был уверен, что ты в безопасности сидишь дома! - воскликнул альв. - Когда ты так эффектно появилась в ратуше, у меня чуть сердце не остановилось! А Рэндон вообще голову потерял, судя по всему.
   - Ну, ничего же страшного не случилось, - пробормотала я, покосившись на тётю. Ох, чувствую, достанется мне...
   - Правда, мы не ожидали, что Скорп соберёт столько сторонников... - альв покосился на раненого друга. - Мда. Опасно недооценивать противника. В конце концов, ваш мэр попытался сбежать с амулетом, мои люди догнали его и казнили.
   Главную улику мы нашли уже после его гибели. Два года назад Скорп купил у меня холодильный ларец. Это довольно дорогая вещь, так что я запомнил. Обычно их берут химики или кондитеры. Я не придал этому значения, мало ли, какая прихоть у человека. Может быть, ему охота хранить лёд рядом со своим виски. При обыске в доме мы нашли этот ларец, а в нём - четыре флакона с кровью. Также мы обнаружили в тайнике его дневник, по которому можно проследить, как под влиянием тёмного колдовства трагически менялась его личность. На последних страницах Скорп заявлял, что со своими новыми способностями он сможет превратить Илсбери в рай на земле, и что жизнь пятерых грешниц - ничтожная плата за могущество и процветание целого города. Насчет Кэтрин, правда, у него были сомнения, но он и не собирался её убивать. Надеялся обойтись малой кровью, в прямом смысле этого слова. В общем, его дневник - печальное чтение. В самый раз для какого-нибудь психоаналитика.
   - И в борьбу с этим монстром вы вовлекли нашу Элизабет? - дрожащим голосом спросила тётя Роуз. - О, Иннелин, я была о вас лучшего мнения! Если бы мы с Мери Холланд знали...
   Мы с альвом возразили одновременно:
   - Тётя Роуз!
   - Миссис Райд, клянусь, ваша племянница всё время была под нашей защитой! Кстати, - обернулся он ко мне, - миссис Холланд ни за что не хотела отпускать вас из школы. Рэндон её еле уговорил, и если вы когда-нибудь захотите вернуться...
   - И мне ещё никогда не приходилось так скрупулёзно отчитываться за безопасность моего сотрудника, как двум этим леди, - улыбнулся с постели Рэндон.
   Та-ак, что я слышу?! Это что, заговор?! Оба моих напарника имели слегка виноватый вид.
   - Значит, вы якобы поощряли мою независимость, а сами всё это время опекали меня... - я недобро прищурилась. Рэндон вдруг прикрыл глаза и со стоном откинулся на подушки.
   Все претензии тут же вылетели у меня из головы. Я бросилась к раненому лорду, а все остальные вдруг заговорили хором:
   - Я позову доктора Джонса, - подхватился Хейворд.
   - Да оставьте же их наедине! - это тётя Роуз.
   - Мы слишком его утомили, - Иннелин поднялся и подхватил под руку викария. - С такой раной ему нужен покой. И добавил, усмехнувшись в сторону: "Хитрец!"
  
   Глава 27
   Через несколько дней состояние лорда Рэндона уже не вызывало опасений, хотя доктор Джонс ворчал, что он не поручится за такого беспокойного пациента. Я навещала раненого почти каждый день, и с каждым днём всё больше к нему привязывалась. Мы разговаривали обо всём на свете. Я читала ему книги по его выбору, чтобы заставить его полежать спокойно в постели. Иногда мы просто молчали вместе, пока в комнате не сгущались ранние сумерки, и не появлялся слуга с зажжённой лампой.
   Как правило, на обратном пути до тётиного дома меня сопровождал капитан Хейворд, который рад был хоть на полчаса отрешиться от свалившихся на него обязанностей.
   - Завтра миссис Лейн устраивает приём, - сказал он мне во время одной из таких прогулок, - Эмили будет рада, если ты составишь ей компанию.
   О да! Представляю, как все наши дамы будут счастливы меня видеть! Как бы ему это объяснить?
   - Ты многого не знаешь, Хейворд. Я тут натворила дел... Боюсь, в настоящее время я персона нон-грата в Илсбери. Вряд ли Эмили будет приятно...
   - Ты недооцениваешь Эмили, - тонко улыбнулся капитан. - Первые несколько дней после своего возвращения она посвятила визитам. В результате миссис Томсон, образно говоря, зарыла топор войны, миссис Лейн заявила, что всегда считала тебя одной из умнейших молодых леди, миссис Шарп... - в общем, завтра на приёме все очень надеются увидеть вас обеих. Кроме того, не представляю, что такого ужасного ты должна совершить, чтобы твоя семья отвернулась от тебя. Дорогая сестра, мы всегда будем на твоей стороне.
   Я с облегчением рассмеялась. Всё, что бы ни сделала Эмили, было прекрасно в глазах местных кумушек. Если бы она назвала сахар солёным, все согласились бы, что так оно и есть. Моя кузина могла управлять общественным мнением с лёгкостью искусного дирижёра.
   - Я ужасно скучала по вам обоим, - призналась я. И мы продолжили прогулку.
  
   ***
   Рэндон отбыл в столицу, как только смог сесть на лошадь. По словам доктора, это произошло пугающе быстро. Я всё время забываю, что верховные лорды не совсем нормальные люди. Илсбери всё ещё бурлил после ошеломляющего известия, что наш градоначальник оказался тёмным колдуном и убийцей, но наш город в конце концов способен переварить и не такие новости.
   Выпал первый снег, на несколько дней укутав окрестные холмы в белые покрывала. Я лично прогулялась к бывшему жертвеннику, желая убедиться, что никакая нечисть никогда уже не сможет из него воплотиться. Опасные манускрипты альвы также забрали с собой. Надеюсь, их уничтожат. Жизнь постепенно возвращалась в привычную колею. Мы с Эмили и Джеймсом жили в тётином доме, по вечерам собирались в гостиной, и всё было как год назад, во время помолвки моей кузины.
   Я бы под пытками не созналась в этом, но втайне ждала письма от Рэндона, хотя здравый смысл мне подсказывал, что я скорее рискую получить от него вежливую отповедь вроде того памятного послания мистера Колтона.
   Две недели спустя письмо действительно пришло, но не мне, а Иннелину. Рэндон извещал, что король собирается лично наградить нас за помощь короне в расследовании убийств в Илсбери. Мы оба были приглашены на Зимний бал. Иннелин наотрез отказался, заявив, что альв в центре шумного празднества - это нонсенс. Я подумала о реакции придворных дам на его фейринское обаяние, о ревности их кавалеров и мысленно с ним согласилась.
   - Лиззи, дорогая! Ты поедешь в столицу! Надо же! - тётя была в эйфории.
   Я тоже как-то не горела желанием туда ехать, хотя безумно соскучилась по Рэндону, и меня тревожило его молчание. В конце концов было решено, что я отправлюсь туда вместе с Эмили и Хейвордом.
   Наша лавка чудес закрылась, помещение уже снял новый хозяин. Я в последний раз прошлась по скрипучим половицам, провела рукой по опустевшим полкам. Эта глава нашей жизни закончилась. Снаружи Иннелин запрягал лошадь в свой старый пёстрый фургон, в каждом его движении мне виделись азарт и нетерпение. Никогда ещё хокермен не засиживался так долго на одном месте. Представляю, как ему хотелось снова отправиться в странствие! На прощание альв протянул мне руку:
   - Прощай, Элизабет! Я хотел бы взять тебя с собой, но тебе это не нужно, - и он улыбнулся своей специальной улыбкой мощностью в двести лошадиных сил, способной увести любую девушку за край света. Вот только он прав - нам обоим это не нужно.
   Я рассчитывала на прощальное рукопожатие, но Иннелин бережно взял мою руку и поднёс к губам. На моей ладони остался подарок - маленькая плоская серебряная шкатулка.
   - На счастье, - улыбнулся хокермен и тронул лошадь. Фургон со скрипом покатился по дороге, оставляя на снегу чёткие полосы.
   Шкатулка оказалась с секретом - внутри пряталось миниатюрное зеркало. Я уже привыкла, что все вещицы альвов своеобразные, с двойным дном, образно говоря. Интересно, в чём тайное свойство моего подарка? Что ж, когда-нибудь, наверное, пойму. Лет через сто.
  
   Глава 28
   Я стояла перед зеркалом в гостевой спальне одного из старинных особняков Спленфилда и в кои-то веки сама себе нравилась. Мои волосы уложили пышной короной, серебристое платье, выбранное Эмили, красиво облегало фигуру, внизу спадая изящными складками. Эмили сама застегнула на мне колье и браслеты, подаренные ей тётей Роуз. Скоро должна была подъехать карета, которая отвезёт меня (вернее, меня, Хейворда и Эмили) на первый в моей жизни бал. Наверное, примерно так чувствовала себя Золушка.
   Я нерешительно покрутила на пальце кольцо с тёмным камнем. До сих пор я с ним ни на миг не расставалась. Однако, на королевском приёме будет толпа народу, кольцо могут узнать... Оставить его или лучше снять? Наше "обручение" с Рэндоном совершилось при таких обстоятельствах, что я не могла оценить, насколько оно действительно. С самого нашего приезда в Спленфилд, где мы остановились в доме у родственников Хейворда, он ни разу не навестил нас и не написал мне ни строчки. Только роскошный букет белых роз, красовавшийся сейчас возле зеркала, напоминал мне о его светлости и придавал немного уверенности, но иногда сомнения перевешивали. Конечно, я каждый день придумывала Рэндону сотни оправданий: у него здесь наверняка скопилось много дел, друзья, которых он не видел столько месяцев, тоже требовали его внимания... В любом случае, сегодня всё должно было решиться. В конце концов, я повесила кольцо на цепочке на шею и спрятала под платье.
  
   ***
   От волнения я не смогла должным образом оценить великолепие королевского дворца. Память выхватывала отдельные фрагменты: кованые чугунные перила, покрытая ковром широкая лестница, ярко освещённый холл, высокие двустворчатые двери, из-за которых лилась негромкая музыка...
   По украшенной зале прохаживались изысканно одетые беззаботные леди и джентельмены. Я смущенно держалась позади Эмили и Джеймса, мне казалось, любой из гостей сразу угадает во мне безнадёжную провинциалку. Вдруг до меня долетел обрывок разговора, заставивший меня насторожиться:
   - Помилуйте, как это "не найдёт практического применения"! - горячо возражал своему собеседнику пожилой невысокий джентельмен в синем сюртуке, атласном жилете и широком галстуке, заколотом жемчужной булавкой. - А статистические таблицы, а расчёт сложных процентов, а навигация, в конце концов? Вы не слышали анекдот про того несчастного испанского капитана, который получил в подарок рассчитанные вручную навигационные таблицы, и с тех пор его больше никто не видел?
   Наверное, щегольски одетый толстячок был одним из представителей партии прогрессистов, про которых рассказывал Рэндон. Я немного воспряла духом. Кажется, высший свет - это не так уж и страшно.
   - Джеймс, - шепнула я своему зятю, - я могу побеседовать с этим джентельменом?
   Хейворд на мою просьбу среагировал по-военному чётко. Минута - и мы уже представлены лорду Чарльзу Гарднеру, который, как оказалось, входил в состав Комиссии, курирующей разработку аналитической машины. Ещё минута - из праздничной толпы извлечён сын упомянутого лорда, мистер Генри Гарднер, оказавшийся одним из разработчиков. Это был приятный молодой человек с живыми карими глазами, настолько увлечённый своей работой, что спустя пять минут нашей с ним беседы я вообще забыла, для чего изначально сюда явилась. О некоторых личных делах мне напомнила Эмили, тихонько дёрнувшая меня за руку:
   - Взгляни, кто пришёл...
   Обернувшись, я увидела лорда Рэндона, который издали смотрел на нашу группу и казался слегка растерянным. Выглядел он просто прекрасно, уж точно лучше, чем месяц назад в ратуше, и в первую минуту при виде его лица меня охватило тёплое чувство, в котором бесследно растворились все мелкие недоразумения последних недель. В следующий миг это чувство так же бесследно испарилось: Рэндон был не один, с ним под руку к нам приблизилась высокая изящная брюнетка в вызывающе алом платье. Девушка была представлена нам как леди Алисия Винтер. Конечно же, я знала, кто она такая. Хоть у нас не было знакомых в столице, и мы не наносили визитов, но сплетни здесь просто витают в воздухе. Итак, леди Алисия - бывшая невеста Рэндона. Наверняка теперь, когда лорд в фаворе у Его величества, она снова предъявила на него свои права.
   На Рэндона я от смущения не могла даже взглянуть и очень удивилась, когда он пригласил меня на следующий танец. Его спутницу это ничуть не смутило, она непринуждённо завязала лёгкий бессодержательный разговор с мистером Гарднером. Эта леди держалась так свободно, будто выросла в этой зале. Впрочем, возможно, так оно и было.
   Танцевали мы молча. Вся непринуждённость, которая была между нами в Илсбери, теперь исчезла. Рэндон всё ещё казался растерянным и будто даже не узнавал меня. Неужели леди Винтер по возвращении настолько вскружила ему голову, что он так быстро всё позабыл? Огромная тяжесть легла мне на сердце, и я только чудом не сбилась в танце, механически выполняя положенные движения. На последнем круге танца Рэндон, наконец, очнулся:
   - Элизабет, вы сегодня ослепительны, - произнёс он незнакомым хрипловатым голосом. И добавил гораздо тише, наклонившись ко мне: "Ты не потеряла моё кольцо?"
   - Оно здесь, - я протянула ему цепочку.
   - Отлично, - сжав добычу в кулаке, Рэндон мгновенно растворился в толпе, едва только стихли последние аккорды. Даже не проводил меня обратно! Я мысленно усмехнулась. Видно, судьба у меня такая - женихи разбегаются прямо со свистом. Хорошо, что тёти Роуз здесь нет! Ладно, признаюсь, мне было больно. Некоторые люди обладают удивительной способностью: они пробираются к вам в душу и пускают там корни. Попробуй выдернуть их оттуда - и ты калека с дырой в сердце. Конечно, я всё понимаю: человек вернулся в привычную обстановку, к привычному обществу... Наверное, Илсбери ему отсюда кажется страшным сном. И всё же, после всего, что мы вместе пережили, разве я не заслуживаю хотя бы нормального разговора?
   Кто-то из пёстрой толпы меня окликнул, но мне было всё равно. Я шла среди гостей, пытаясь отыскать Хейворда, но узнала его только тогда, когда он сам взял меня за руку:
   - Подаришь мне следующий танец, сестрица? - галантно спросил меня капитан.
   - Джеймс, пожалуйста, уедем отсюда! - выпалила я. Не хотелось больше ни минуты здесь оставаться.
   - Ты не можешь сейчас уехать, - посерьёзнел капитан, покрепче ухватив меня за руку. - Король собирался произнести целую речь в честь "троих защитников Илсбери". Подожди хотя бы до этого момента. Давай не будем начинать твою светскую жизнь с оскорбления Его величества.
   Я смирилась. И даже согласилась на танец, хотя, боюсь, он вышел у меня ещё хуже предыдущего. Мы с Хейвордом кое-как добрались до четвёртой фигуры, когда музыка вдруг стихла, а все присутствующие, перешёптываясь, начали оборачиваться к королевскому помосту. Его величество король Георг III поднялся, привлекая к себе всеобщее внимание.
   - Я рад сообщить уважаемому собранию, что наш герой лорд Рэндон наконец-то вернулся в Спленфилд! - аплодисменты, какой-то джентельмен крикнул "давно пора", смех. Король, однако, ещё не закончил:
   - Я также очень рад, что прямо сейчас могу представить вам его невесту!
   Все присутствующие радостно насторожились, у меня упало сердце, а Его величество вдруг обернулся к нам с Хейвордом.
   Это было неожиданно. Мир будто перевернулся в моих глазах, и все вещи, наконец, заняли положенные им правильные места.
   - Вы это нарочно... нарочно подстроили! - прошипела я своему зятю, когда он, улыбаясь и раскланиваясь со всеми, вёл меня к центральному возвышению.
   - Теперь уж не сбежишь, сестрёнка, даже не думай, - Хейворд крепко держал меня под руку, не забывая улыбаться расступавшимся перед нами своим многочисленным знакомым. Я с трудом могла поверить, что всё это происходит на самом деле, и - смешно сказать - боялась, вдруг сейчас какая-нибудь ошибка, какое-нибудь досадное недоразумение разрушит моё неожиданное хрупкое счастье.
   Все мои страхи окончательно рассыпались, когда я увидела в блестящей толпе Рэндона. Он стоял рядом с королём и смотрел на меня. Мир вокруг нас растворился в сиянии огней. Я видела только его глаза, тепло сияющие мне навстречу, совсем как в моём сне. Хейворд поклонился, я сделала положенный реверанс, ухитрившись даже не запутаться в собственном платье. Рэндон взял меня за руки. Я слышала, что король обращается к нам, но не могла отвести взгляд от моего лорда. Никогда раньше он на меня так не смотрел. Вообще никто раньше так на меня не смотрел. И даже если до конца жизни он на меня больше не взглянет - всё равно сейчас я так счастлива, что сама себе завидую.
   Краем уха я слышала произносимые королём фразы: в радости и в горе... обручается...
   В руках у моего лорда появилось уже знакомое мне кольцо.
   - Элизабет?
   - Да, - улыбнулась я, - да, конечно! - Он осторожно надел кольцо мне на палец и склонился к моему лицу.
   Когда примерно через миллион секунд я очнулась, король уже куда-то исчез, а нас окружила весёлая толпа нарядных джентельменов и леди, улыбок, смеха, рукопожатий. Какой-то шустрый улыбчивый господин пробрался к Рэндону и горячо пожал ему руку:
   - Мои искренние поздравления! Алекс, отвлекись на секунду от своей леди и рассуди нас...
   - Стоп, - ответил Рэндон, не отводя от меня глаз, - я целый месяц убил исключительно на ваши дела, и теперь с чистой совестью собираюсь заняться своими.
   Он потянулся обнять меня, но его опередила Эмили, которая наконец сумела к нам пробиться и со счастливыми слезами повисла у меня на шее:
   - Поздравляю тебя, Лиззи! Моя дорогая леди Рэндон! С ума сойти!
   Тут только до меня дошло, что король вообще-то имеет право заключать браки. Это что же... это значит, что я уже... Я в панике оглянулась на Рэндона, моего... мужа?!
   - Прости меня за эту спешку, дорогая, - поспешил объяснить мой невозможный и самый любимый человек, - я очень хотел представить тебя уважаемому собранию сразу как свою жену. Но мы устроим самую прекрасную свадьбу, обещаю. Я покажу тебе наш собор, он очень красив... Или ты хочешь свадьбу в Илсбери? С сотней гостей, цветами, танцами целую неделю - всё, что захочешь!
   Я представила энтузиазм тёти Роуз по этому поводу, и мне стало плохо. Счастье ещё, что нам почти удалось избежать помолвки!
   - Знаешь, маленькое семейное торжество кажется мне оптимальным вариантом, - искренне сказала я.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Оценка: 8.51*38  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  П.Эдуард "A.D. Сектор." (ЛитРПГ) | | С.Суббота "Адвокат Зверя. Кн.2" (Магический детектив) | | Т.Мирная "Снегирь и Волк" (Любовное фэнтези) | | М.Всепэкашникович "Аццкий Сотона" (ЛитРПГ) | | В.Рута "Идеальный ген - 2 " (Эротическая фантастика) | | Н.Любимка "Навеки твой" (Любовное фэнтези) | | О.Коробкова "Ярмарка невест или русские не сдаются" (Приключенческое фэнтези) | | А.Каменистый "Пять Жизней Читера" (ЛитРПГ) | | О.Обская "Наследство дьявола, или Купленная любовь" (Попаданцы в другие миры) | | Тори "В клетке со зверем (мир оборотней - 4)" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Арьяр "Академия Тьмы и Теней.Советница Его Темнейшества" С.Бакшеев "На линии огня" Г.Гончарова "Тайяна.Влюбиться в небо" Р.Шторм "Академия магических близнецов" В.Кучеренко "Синергия" Н.Нэльте "Слепая совесть" Т.Сотер "Факультет боевой магии.Сложные отношения"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"