# Наказание богов

Алексей Волк

Первая вещь, что, возможно, даст начало серии, под общим названием "Миры в темноте". По жанру - ироничная фантастическая сказка. Проба пера.

Прошу оставлять свои комментарии, выловленные ляпы, предложения по продолжению, которое, может быть и будет.

Жизнь неудержимо катилась вперёд. Гомосапиенс, не зная сомнений, уверенно вышагивал по планете, но уже самым недальновидным становилось ясно, что конец этому не за горами. Чудовищная перенаселённость, в несколько крат превышающая потенциальные возможности Земли, жадность, эгоизм и неправедность власть передержащих, голод, болезни и войны. Бесконечно так продолжаться не могло и однажды привычный мир содрогнулся.

По планете дважды прокатилась волна землетрясений и цунами. Трясло не слабо, хотя жертв, на удивление, было не много. И можно было бы считать, что всё обошлось, но... В тот день появились проходы в темноту.


Непонятным образом возникшие порталы в неизученное пространство с неизвестными характеристиками, названное Темнотой. Внешне: гладкая, матовая, слабо отражающая поверхность неизвестной субстанции. Неделимая. Проницаемая.

Вероятно, порталы взаимосвязаны. Возможно, являются живыми. Возможно, имеют разум...


Проходы в темноту были похожи на тёмные пятна неправильной формы, достаточно большие, чтобы в них мог пройти человек. Они находились на любой материальной поверхности (даже на воде) вне зависимости от её пространственного положения. Что это такое на самом деле никто не знал. Учёные чаще говорили: возможно и вероятно. Было замечено, что количество и расположение порталов соответствует плотности населения, хотя они встречались даже в Арктике с Антарктидой. А вот пользоваться ими научились сразу.

Достаточно было продавить плёнку поверхностного натяжения, и ты оказывался в густой темноте. Единственный свет оставался за спиной, за гладкой поверхностью перехода. Нужно было просто идти вперёд. Когда оставшийся позади тусклый, еле видимый огонёк гас, то впереди можно было заметить другой путеводный маяк. Отсвет иного, фантастического мира. Мира твоих грёз и тайных желаний, где ты был Богом и господином. Ничего там не оставалось неизменным, но всё стремилось воплотить твои самые безудержные мечты. Там могли течь молочные реки с кисельными берегами, а под кустом можно было найти самое изысканное блюдо (если ты такое знал). Болезни и сама старость обходили там стороной, несчастные случаи не существовали вовсе. Возможно, существовали места, где можно ходить по воде или летать. Но самое главное - это был именно твой мир.

И люди пошли. Поодиночке и семьями, сбиваясь в компании и составляя партии по убеждениям. Тут выяснились сопутствующие особенности. Уйти мог любой и каждый находил мир себе по душе. Но почти никто не мог вернуться. В том новом, чудесном мире, просто пропадал выход, через который можно было пройти обратно в темноту. Почти для всех, хотя были люди, для которых такой проход был везде и всегда. Их было мало, меньше, чем один на несколько сотен тысяч. Таких людей стали звать сталкерами или, с завистью, шерпами. Все остальные прилипали к миру своей мечты крепче, чем муха к сладкой бумаге, и без помощи проводников покинуть его не могли. Ушедшие в одиночку просто исчезали для всех остальных (хотя где-то, наверное, оставались). Пришедшие вместе были почти богами в своих обретённых мирах, с той поправкой, что их всемогущество делилось на общее количество (и как иначе, ведь у каждого были свои мечты). Вот только в желании вернуться они были полностью зависимыми от шерпов. Но люди всё равно шли. Шли нескончаемым потоком. Некогда перенаселённые территории Земли быстро пустели.

Нельзя сказать, что правительства не пытались бороться. Американцы внесли в недра темноты активированный ядерный заряд (за границы портала волны не распространялись, провод можно было протянуть, а вот передать по нему хоть какую-то энергию - нельзя). Видно заряд сработал. По планете снова прошла судорога. США трясло несколько дней. Землетрясения, наводнения, цунами, смерчи и невиданной силы грозы. Град размером с яблоко. Хаос, разрушения, смерть. Но что любопытно, за границами Соединённых Штатов жертв опять почти не было. Поверхность портала треснула, и он перестал функционировать. Вот только вокруг возникло несколько новых.

Были попытки запретить доступ к проходам. Дальше всех пошли в России, где народ хотели согнать на ограждённые охраняемые территории. Но люди всё равно пропадали, в основном из солдат срочной службы. А однажды почти полностью пропал контингент целого объекта. Оказалось, что портал появился внутри периметра. Именно тогда связали зависимость расположения переходов с плотностью населения и то, что миры в темноте выполняют желания людей. Организованное человечество отступило (хотя, думается, временно).

Не найдя действенного способа бороться с напастью, во тьму порталов ушли практически все главы правительств вместе со своими министрами. Правда, уходили они порознь. Каждый хотел быть господином своего персонального мирка. Их исход пережили на удивление безболезненно. Правда, говорят, остался президент Венесуэлы, и теперь он работает водителем школьного автобуса. Хотя кто сейчас что-то знает об этом мире?

Государства перестали существовать. Беспорядка и насилия удалось избежать, так как большинство людей просто ушло. На планете осталось меньше миллиона жителей, пятую часть из которых составляли шерпы. Мир не рухнул, потому, что практически все накопленные человечеством ресурсы и производственные мощности остались нетронутыми. Нашлись активные люди, что взяли всё под свой контроль и наладили кое-как жизнь.

Земля, вместе с зарвавшимся фаворитом, человеком, получила передышку. Но мы пока слабо представляли, почему и какой ценой...

***

Мы сидели в самом популярном баре шерпов "У Редрига Шухарта". Неровные стены выкрашены в глухой чёрный цвет с вкраплениями блёсток. Атмосфера строгая и вместе с тем интимная, располагающая. Приличная по нашему времени кухня, качественная негромкая музыка. Здесь можно было спокойно отдохнуть, но не только. Шерпам выдавали чёрный флажок, такой, какой сейчас стоял у нас на столе. Он означал, что мы готовы принять заказ на поход в миры темноты. Возможность заключить здесь такой договор помноженный на интерес к личностям, свободно ходящим между мирами - вот и секрет популярности означенного заведения. У самих шерпов была своя мотивация - очень серьёзные скидки...

Мы - это команда проводников в темные миры "Карбонарии". Меня зовут Алексей "Волк". Мне сорок с небольшим и у меня никого не осталось. Все мои ушли в темноту. Мой напарник - тоже Алексей. Он молод - 26 лет. Занимается спортом. Натуральный блондин, да ещё с голубыми глазами - мы зовём его "Викинг". Лёшины родители остановились в одном из самых больших анклавов в мирах в темноте, их можно навещать... Мы с Викингом - шерпы. Таня, по прозвищу "Кошка" - нет. Сперва мы взяли её в команду на ставку, за умение мастерски владеть классическими японскими мечами и вообще восточными единоборствами. Она самая молодая - ей только-только двадцать. Но как-то незаметно она успела стать нашим полноправным партнёром. Мы с напарником так и не поняли, каким образом? И считаем, что это какая-то женская магия.

Мы сидели за столом, я пил сок, Таня чай, Лёша молочнопротеиновый коктейль. Негромко играла музыка. Людей было не много, попозже ещё подтянутся. Хотя в наше время тридцать человек - уже толпа. Собственно, кроме нас, из посетителей пока были только "Миньоны" - самая раздолбайская команда шерпов, из всех известных (а известней их никого и не было). Бессменным лидером был Осип, по кличке "Седой". Природа скромно одарила миньонов мозгами, выделив на троих дозу, которой только-только хватит на одного среднего человека. Так вот Седому досталась большая половина отпущенных им мозгов. Добавьте сюда привычку отпускать слова скупо, размеренно, что создаёт вид их значительности и вам станет понятно, почему его звали Седым, хотя он был молод и ни о какой седине речь не шла! Георгий "Кремень" - здоровый бугай, полный отморозок. Сергей "Петросян" - весельчак и балагур, неутомимый спорщик, в меру способностей - мастер на все руки. Все - шерпы.

Несмотря на самое начало вечера парни уже были слегка тёпленькие и оккупировали боулинг. К дорожке приблизился Кремень, примерился и крякнув метнул шар, но видимо не рассчитал силы в момент броска или количество текилы - до. Шар, как бешеный, шарахался от борта к борту, а в конце просто перелетел все кегли, ни одной так и не задев.

- Вау! - взвыл Кремень, - слабо также?!!

- Да уж, - прокомментировал Петросян, - если кто-то и сможет так, то уж хуже - точно никто!

- Можно ещё в дорожку для боулинга не попасть, - авторитетно подытожил Осип. Он явно знал, что говорил.

Пока мы наблюдали за знакомыми, за соседним столиком устроилась симпатичная молодая женщина, с любопытством поглядывающая на нас и на флажок на нашем столе.

- Клиентка?

- Похоже...

Заметив, что её интерес не укрылся от нашего внимания она подошла:

- Вы ходите между мирами?

Миниатюрная крашеная блондинка в районе тридцати, скорее - с небольшим хвостиком. Ухоженная. Но в глубине глаз мне показалась усталость.

Алексей встал и выдвинул для неё стул:

- Присаживайтесь.

Женщина чинно села, окинув Лёшину фигуру одобрительным взглядом, только часть которого была благодарностью. Надо сказать, мы привыкли к подобной реакции представительниц слабого на Викинга пола. Да и сам он принимал подобное отношение к себе как данность.

Женщина сделала знак и Берендей - официант, вышибала и хозяин всего заведения в одном лице, принёс бутылку шампанского и высокий тонкий бокал. Едва заметный кивок означал, что это он порекомендовал нашу команду и теперь рассчитывает на свой процент. С лёгким хлопком открыв шампанское он склонил бутылку, шипящая пеной струя ударила в дно бокала и рванула вверх! Один вздох - пара ударов сердца и вот он неуловимым движением ставит бутылку на стол. Сдержанный кивок и он степенно удаляется, а мы завороженно смотрим, как искрясь пенится волшебная влага над краем бокала. Вино вот-вот вырвется из тесных прозрачных стенок и зальёт белую скатерть, но... ещё немного повулканировав оно покорно возвращается в свой стеклянный плен. Мы немного разочарованы. Проходит несколько мгновений, прежде чем мы можем говорить о деле.

- Меня зовут Ксения, я хочу, чтобы вы сопроводили меня в Москву-80.

Москва-80 была одним из самых крупных человеческих анклавов в темноте. Преобладающая идея - социалистический строй Советского Союза времён 80-х. Знаковые атрибуты: наличие плановой экономики, кастовая (по партийному признаку) система распределения благ, коммунистическая партия.

- Да, мы ходим на Москву, это один из наших постоянных маршрутов. Но когда мы берём контракт, то всегда узнаём немного о человеке. Кто он и зачем идёт туда, куда идёт. Ксения, зачем идёте Вы?

Потенциальная клиентка склонила голову, спрятав глаза под чёлкой:

- Это действительно нужно? Я готова заплатить стандартную ставку...

-Да, это необходимо и в первую очередь - для Вашей безопасности. Бывает, люди уходят под влиянием душевного порыва и не всегда могут вернуться. Конечно, Москва-80 большой анклав и шерпы там бывают постоянно... и всё же, зачем Вы туда идёте? - договаривается с женщинами обычно Викинг.

- Вы можете не отвечать, здесь найдутся желающие отвести Вас куда угодно и без всяких вопросов, - я киваю в сторону Миньонов.

У дорожек для боулинга Петросян зазывает желающих повторить или превзойти рекорд Кремня - ни одной сбитой кегли. Осип принимает ставки два к трём. Сам герой, пока суть да дело, не торопясь разминается беленькой. Вечереет.

Ксения поморщилась и пригубила бокал:

- Мы планировали переселиться в Москву вместе с мужем. Он ушёл раньше, обещал организовать всё к моему появлению. Но прошло уже почти три недели...

- То есть Ваше появление будет для него сюрпризом? - а неудобные вопросы женщинам задаёт Кошка.

- Да, - Ксения начинает барабанить пальцами по столу, - а что?

На самом деле - стандартная ситуация. Я обвёл взглядом команду. Лёша пожал плечами, Таня меланхолично допивала свой чай.

- Хорошо. Вам хватит на подготовку к выходу сегодняшнего вечера? (Уверенный кивок) Тогда мы выходим завтра утром. В Москве мы разойдёмся, но оставим Вам свои координаты и сопроводительное письмо, с которым Вам будет проще обратиться к другим командам шерпов, если понадобится.

На этом контракт считается заключённым и мы расстаёмся. Наша новая клиентка уходит оставив на столе свой бокал и початую бутылку шампанского, которую Лёша, вздохнув, составляет на пол.

- Всё равно ничего интереснее нет, - подводит итог Таня.

Клуб уже успел заполниться посетителями. Кремень с рассечённой головой, лежит в первой дорожке для боулинга. Петросян, заняв позицию над поверженным товарищем, азартно крутит над головами банкеткой. Несколько зевак стоят порознь, у некоторых в руках пивные бутылки, которые они держат за горлышко. Круг медленно, но неумолимо стягивается. Седой с интересом наблюдает за происходящем сидя за столом и разливая по стопкам водку. Всё пространство перед ним уставлено бутылками с разнообразным алкоголем, среди которого затерялся чёрный флажок. Какой-то банк парни явно успели сорвать. Веселье только начинается.

За спиной остался тихий сонный город. Мы вчетвером стояли на заброшенной стройплощадке перед недостроенным зданием. Сваленные на землю блоки и плиты, торчащая из земли арматура. Но дорога сюда была расчищена, ходили здесь часто. Наша команда была одета в удобную полувоенную форму, которая сгодится и для пикника. У нас с Викингом были мощные тележки, гружённые всяким барахлом (преимущественно кирпичами). Кошка шла налегке. Всё, что нужно, было разложено по многочисленным кармашкам разгрузки, завершавшей её туристическую экипировку, аналогичную моей и Лёшиной. Ксения была одета по-городскому, модно и стильно. Брючный костюм, туфли на каблуке, дамская сумочка. Укладка. Накрашенные губы, подведённые брови, маникюр - всё как положено. Признаком того, что она идёт в другой мир и возможно навсегда, был только небольшой чемодан на колёсиках. И всё же её облик больше подходил для поездки в отпуск к морю и контрастировал с валяющимися кругом неряшливыми кучами строительного мусора. Последнего, что видят люди, уходящие из нашего мира.

- Ксения, всё, что мы несём, нужно будет предъявить на таможне.

- В мире мечты? - удивилась она.

- А как Вы хотели? Везде, где есть человек, появляется власть, закон, таможня.

- И забор, - добавил Викинг.

Ладно, идём, - я пристегнул свой страховочный шнур к Лёше, стоявшему впереди. Кошка деловито надела на Ксению пояс, один из шнуров которого прицепила ко мне, второй закрепила у себя. Теперь мы шли цепочкой и были связаны друг с другом. Это позволяло не потеряться в темноте. Портал, которым мы собирались воспользоваться, располагался прямо на стене брошенного здания, как большая матовая клякса. Лёша втолкнул свою тележку в тёмное зеркало и мы двинулись.Ощущения были - как будто входишь в воду, только вместо влажности чувствовалось покалывание, как от статического электричества. Внутри был непроглядный мрак. Света, который шёл с той стороны портала, хватало только на пару ближайших метров. Дальше - вязкая, липкая тьма и звук наших шагов. Очень скоро чувство бездонности и вообще отсутствия пространства стало ощущаться физически. Только мы, четверо, и больше ничего не существует. Момент отрыва от нашей реальности. В первый раз - необычно и жутко. Ксения старалась держаться поближе. Я почувствовал, как она оглядывается и знал, что она сейчас видит. Идущую замыкающей Кошку и беспросветную пустоту за её спиной.

- А вы уверены, что мы выйдем к Москве-80?

- Да, у нас там есть серьёзная привязка, не волнуйтесь.

Тележки в пустоте катились легко и ровно. Собственно, никакой земли и расстояния здесь не было. Мы шли через ни что (которое, наверное, может стать чем угодно). Впереди забрезжил просвет и мы потопали бодрее. Вскоре свет разросся до размеров арочного прохода, мы подошли к выходу. За прозрачной, с нашей стороны, плёнкой был другой мир. Разделительная мембрана пропустила нас и мы вывалились на улицу прямо из стены таможни, в центре Москвы-80. Был ясный летний день. Здесь, как и почти во всех остальных мирах, практически всегда лето и хорошая погода. Пьянящая весна, умиротворяющая осень, сухая снежная зима - были в пригородах. Причём по разным направлениям. Идёшь по указателю "зима", а там - зима. Поэтому на улице можно было одновременно встретить людей одетых для разных сезонов.

Мы подошли к сотруднику в строгой униформе и разобрали декларации.

- Есть посетившие нас впервые? - таможенник взглянул на Ксению. - Цель визита?

- Я в первый раз, к мужу. Всеволод Андреев, инженер, он должен был прибыть месяц назад...

- Хорошо, разберёмся. Отдельно достаньте оружие и наркотические вещества, если они у Вас есть (это касалось и нас).

Я положил на стол чехол с пятью метательными ножами и девяносто вторую "Беретту", пистолет, практичность которого оценили в разных армиях сгинувшего мира. Викинг вытащил из-за плеча бейсбольную биту и достал дедов "ТТ". Леша стоял за верность традициям, я бы даже сказал - семейным ценностям, не пытаясь дрейфовать в русле современных модных течений. Кошка скромно добавила боккен и танто (деревянные тренировочные мечи для кобудо, техника работы с которыми стала решающим аргументом при её зачислении в нашу команду). Ксения расстегнула ридикюль и извлекла из его глубин новенький "ПМ". Она держала его за ствол двумя пальцами, как будто опасаясь, что он может укусить. Мне показалось, что для завершённости образа, не хватает отставленного в сторону мизинчика.

- Я никогда не была в других мирах, взяла на всякий случай.

- Хорошо, хотя здесь он не понадобится. С Вами, девушка, нам придётся пройти несколько несложных и недолгих формальностей. Команда шерпов после ускоренной процедуры декларирования ценностей, может быть свободна...

Я подошёл:

- Ксения, Вы в Москве-80 и наш контракт выполнен. Вот визитка, здесь написано как нас найти. Если что, в любом официальном заведении спросите Карбонариев, здесь нас знают. Удачи!

Женщина протянула мне перевязанные резинкой упаковки таблеток - наш гонорар. После массового исхода людей деньги на Земле потеряли свою значимость. Ценились предметы роскоши, произведения искусства. А более мелкие расчёты производили... медикаментами. Да, запасы их были велики, но не бесконечны. Технически сложное производство - прекращено. Но люди не перестали болеть. И лекарства стали универсальной валютой. Конечно, можно было уйти в миры, где нет болезней. Но те, кто предпочел оставаться на Земле - по-прежнему нуждались в медицинских препаратах и таблетках.

- Спасибо, всего вам хорошего. - Ксения повернулась к таможеннику, всем своим видом выражая желание поскорее со всем покончить. Думаю, она забыла о нашем существовании, как только потеряла из поля зрения. Да и чему тут удивляться, её ждал новый чудесный мир. И старый муж...

Мы же сдали по курсу блистеры с медикаментами - если в мире существовали деньги, они были эквивалентны принесённым с Земли ценностям, следили за этим строго. Дождались, пока на каждую нашу задекларированную вещь поставят штамп "Реальный" с реквизитами Москвы-80. На тележки с кирпичами прикрепили записку с адресом нашего офиса и вышли на свежий воздух.

В мире мечты ты получал всё, что хочешь, вот только и здесь были свои законы. И Ваш дворец вполне мог превратиться в дачу (или наоборот, тут уж кому как повезёт). И бороться с этими вывертами можно было только одним способом - добавляя в магические конструкции реальные элементы. Сделанные на Земле и принесённые сюда. И чем больше таких вещей было задействовано, тем устойчивей к превращению становился объект. Вот и волокли люди в волшебный мир книги, компакт диски... и кирпичи. Наш офис давно был готов, но мы каждый раз приносили что-то ещё и оплачивали встройку. И тем самым крепче привязывали себя к этому миру. Это как кинуть в море монетку, чтобы вернуться. Или перстень, если вернуться хочется очень. Шерпы могли возвращаться на Землю. А вот чтобы попасть в чужой мир им было нужно что-то своё, реальное и лучше - ценное, оставленное в этом мире. У нашей команды было несколько привязок в самых крупных человеческих анклавах, что позволяло нам уверенно передвигаться между этими мирами.


Я стою напротив девушки, чуть опустив взгляд, чтобы в центре моего зрения находилась её межключичная впадина. Дышу ровно. Глубокое дыхание сейчас не нужно, оно придёт в движении. Наблюдаю, как Алексей заходит Татьяне за спину так, чтобы я мог отслеживать его действия. Останавливается, поднимает для удара биту.

Начали! Держа в поле зрения противника, мы с напарником начинаем движение. Я скольжу левой ногой вперёд, держа перед собой кронштейн, с закреплёнными на его концах деревянными клинками - импровизированную глефу(вид холодного оружия, два клинка которого, как я уже знал, могут доставить слабо искушенному владельцу больше беспокойства, чем пользы). Синхронно со мною, Лёша смещается за Таню. Она разводит в стороны свои мечи, карауля каждое наше движение. Но мы действуем слаженно, бросаясь в атаку, как в холодную воду.

Татьяна делает шаг в сторону, разворачивается и стремительно придвигается ко мне. Я атакую верхним концом глефы в голову, отмечая, как Лёша ускоряется и пытается достать девушку своей чудовищной битой. Она отклоняет мой выпад коротким мечом, разворачивается вокруг своей оси и меняет направление движения - к Алексею. Он пытается нанести сокрушительный удар, но Таня входит в нижнюю стойку, не блокируя пропускает его над собой и поднимаясь, на встречном движении, с разворота бьёт Лёшу ногой в грудь. Я понимаю, что нет даже долей секунды на то, что он сможет восстановить дыхание, нужно решаться, и я прыгаю вперёд. Моя атака, достигни она цели, поставила бы на поединке точку. Но Таня, с кошачьей грацией чуть перетекает в сторону, и удар проходит мимо. Поймав меня на противоходе, девушка пинком придаёт мне новый импульс, и я по инерции лечу дальше. Уйдя в перекате с возможной линии атаки, поднимаюсь. Сейчас несладко приходится Лёше, Таня обрушивает на него каскад ударов, ему приходится туго и он отступает. Понимая, что один он долго не протянет, а оставаться с глазу на глаз с разъярённой фурией мне тоже не с руки, я бросаюсь на помощь. Дальше всё происходит быстро и сумбурно.

Когда я в прыжке достигаю бьющейся парочки, девушка плавно смещается вниз и за спину Лёше, валит его подсечкой и ещё в падении он получает два удара деревянными мечами. Я пытаюсь затормозить и выставить защиту, но не успеваю. Таня элегантно отводит мою глефу и я получаю чувствительный толчок мечом в центр грудной пластины. Затем девушка пропадает из моего поля зрения, я лечу на пол, как набитый кирпичами шкаф и понимаю, что попал ещё на "хвост дракона". Встать мне уже не удаётся, инстинктивное движение блокирует деревянный меч, прижатый к моему горлу. Это конец и я хлопаю по полу рукой.

Мы встаём. Я умудрился в падении не выпустить из рук глефу, честь мне и хвала, как минимум - не попал на выпивку. Мы всегда тренируемся со своим оружием. Лёша с битой. Я с ножами и с кронштейном. Таня с тренировочными мечами. Мы не знаем с чем столкнёмся в жизни и нужно набивать руку с тем, что есть. Пока дело обходится просто шишками. Я стараюсь выровнять дыхание. Лёша, морщась, потирает локоть. Видно, скользнув по накладкам, удар задел руку.

- Ну что, мальчики, сегодня уже лучше, никто не потерял оружие... - Ослабив завязки, девушка стаскивает защитный шлем, короткие каштановые волосы рассыпаются по плечам. Таня дышит ровно и улыбается: - А проиграли вы, когда потеряли концентрацию. Вы же сами видите, ваша сила ничего не решает. Но пока вы держите контроль над собой и окружением - у вас хотя бы есть шанс.

Вот стоит она юная, хрупкая, перед нами, двумя здоровыми мужиками, дышащими, как списанные в утиль паровозы. И терпеливо выговаривает азы.

- А можно, я тоже с вами потренируюсь? - подошёл Кирилл.

- Что, просто железо тягать уже надоело? - Таня отводит с лица непослушный локон. - В следующий раз выберешь для себя в тренерской защиту и оружие. На первый раз ничего сложного не бери - лучше короткий шест или палку. Попробуете втроём. Но с них на сегодня хватит (скептический взгляд в нашу сторону). Мальчики, вы, пока не остыли, выполните упражнения на растяжку. Вечером встречаемся у "Рэдрига".

Таня разворачивается и идёт в раздевалку. А солнце, просвечивая сквозь её распушившиеся волосы, превращает их в золотую корону.

- Ты заметил, что в зале, после нагрузки, особенно на женщин реагируешь?- спросил я.

- Ага... - протянул Лёха, провожая взглядом отходящую Кошку

Кирилл был моим племянником. Он был молод, старше Кошки, но младше Викинга. Недавно закончил университет и считался перспективным физиком. Всё в нем было правильно, начиная с интеллигентных родителей и заканчивая разрядом по шахматам. Его легко можно было представить в очках и невозможно - с гитарой. До последнего времени он жил в Наукограде, в Ломоносове, с бабушкой и тринадцатилетней сестрой. А сегодня утром свалился - как снег на голову. Я не спрашивал - почему, надо - сам расскажет. Мы решили утроить небольшие посиделки "У Редрига" в честь приезда моего родственника.

Народу, как обычно, было немного. А где его теперь много? Кто-то играл в боулинг, кто-то вяло раскатывал шары на бильярде. Две пары топтались под медленную музыку. Кирилл застенчиво крутил головой и держался скованно.

В залу зашли Миньоны и заметив нас, как акулы выпростав из-под воды хищные плавники целеустремлённо двинулись к нашему столу.

- Здорово, Карбонарии, что отмечаете?

- Привет. К Волку племянник приехал. Присоединитесь?

Долго уговаривать их не пришлось, парни деловито придвинули к нам соседний столик, сделали знак Берендею и вскоре мы уже искали место для своих тарелок с десертом, так как все пространство перед нами было уставлено спиртным. Когда Кремень начал разливать по второй, компания, подчиняясь внутренней логике происходящего, распалась на разные островки, по интересам. Кто-то обсуждал музыку, кто-то футбол. Петросян бился об заклад с Жорой, как всегда - на случайную тему. На этот раз повезло Будущему Человечества. В общем, всё шло своим чередом. Кирилл сказал, что пойдёт посмотреть на танцпол, но мне показалось, что это лишь повод улизнуть из шумной компании. Петросян почти подавил Жорку своими доводами, убедил всех, что миры в темноте ничего хорошего Человечеству не принесли, а будет только хуже. Но Жорка бы не был Кремнем, если бы его можно было сломать банальными аргументами. Он упрямо мотал головой и на все фразы лаконично и веско отвечал: Нифига!

В этот момент к столу вернулся мой племянник, ведя за руку хорошенькую девушку.

- Знакомьтесь, это Оля.

Оля была симпатичной миниатюрной брюнеткой, ровесницей нашей Кошке. Аккуратная стрижка каре, узкие джинсы, какие-то браслеты и фенечки - классическая студентка. Ей сразу же освободили место за столиком и она легко присоединилась к нам. Держалась непринуждённо и даже независимо, в отличии от Кирилла, который явно чувствовал себя не в своей тарелке.

- За знакомство... - свою роль Жора знал наизусть. Думаю, разливать алкоголь он мог в любом состоянии и с закрытыми глазами. С тостами проблемы не было в принципе. Мы подняли рюмки, а Кирилл бокал сока.

- Ты почему не пьёшь?

- Просто не хочу.

- Как маленький... - девушка сделала круглые глаза, так подходящие её имени.

Кошка внимательно посмотрела на Ольгу, но та просто проигнорировала знак.

- А, правда, что вы все здесь, - едва скользнув по Кириллу взглядом, - шерпы?

- Нет, не все, - ответила Кошка, но Оля опять её не заметила.

Вообще новая знакомая моего племянника не обращала на него ни малейшего внимания и вела себя так, как будто пришла в нашу компанию сама по себе. Много смеялась и кокетничала, но не так, как делает девушка, чтобы поддразнить своего молодого человека. Хотя и это - злая игра, но она всё же достойна снисхождения. Нет, Оля просто воспользовалась предлогом, чтобы попасть за наш столик и сразу забыла о Кирилле, как будто его и не было вовсе. Через некоторое время она уже вовсю флиртовала с Жорой, и наш Кремень давал слабину. В конце концов, Татьяна смерила неудачную избранницу Кирилла взглядом и поднялась:

- Георгий, пригласи меня на танец...

Кремень, как слон на верёвочке, послушно ушёл за Кошкой туда, где раздавалась музыка и крутились разноцветные огни, особенно яркие на чёрном фоне. За столом установилось молчание. Викинг рисовал что-то на салфетке. Я беззастенчиво разглядывал Ольгу, имея желание её смутить. Даже Осип с Петросяном затихли - беседа не клеилась.

Когда Кошка и Кремень вернулись, Жора был серьёзным и задумчивым. Оля ещё пыталась шутить, но её никто не поддержал. Когда Кирилл предложил отправиться домой, Викинг с Кошкой тоже засобирались. Вечер неумолимо разваливался. Миньоны, разумно решили, что грех добру пропадать и остались прикончить алкоголь. Искренне надеюсь, что только за нашим столиком, а не в баре вообще. Ольга решила помочь крепким и весёлым ребятам. Впрочем, больше я её в этой компании никогда не видел.

Мы с девчонками забились под широкие тяжелые лапы исполинской ели. Девочки жались ко мне и друг к другу. Небо стремительно темнело, затягиваемое тучами, накрапывающий дождик грозил перерасти в ливень. Тот неуловимый волнующий момент, когда всё, вроде, как всегда. Но зреет что-то такое, носится в воздухе. И мнится, что будет!

- Пап, мы ведь под самым высоким деревом, а если гроза? - Вероника пытается выглядеть озабоченной, а у самой в глазах черти скачут. Не боится, а младшую подзуживает.

- Пап? - Сонечка смотрит доверчиво, голос требовательно-настороженный. Но на самом деле она всё понимает и играет тоже.

- Да, сейчас ливанёт. Бежим домой?

Вероника, оттолкнув сестру, выскакивает из-под ели на тропинку. Мы несёмся следом. И тут небо разрывает пополам! Звука еще нет, но ясно, что будет удар. Мешок с водой сверху с грохотом лопнул и нас накрыл ливень! Штаны мгновенно намокли и куртки отяжелели. Соня визжит! Вероника что-то орёт и, дождавшись, когда её догоняет младшая - прыгает двумя ногами в лужу! Фонтан брызг, а она уже со смехом бежит дальше.

- Папа, меня Вероника обрызгала! - жалуется Соня и улепётывает в лес за шишками. Будет Месть, будет Охота и пофиг на ливень с грозою. А мне - собирай их потом по всему лесу! И оправдывайся, почему мокрые, как русалки. Я кричу что-то про мамин гнев и лечу следом...

Меня разбудила какая-то возня в гостиной. Я честно попытался не обращать на это внимание, держал перед глазами ускользающую картинку, старался снова заснуть. Потом, смирившись с безнадёжностью затеи, просто лежал, слушая ритмичные глубокие выдохи Кирилла. А ведь как-то так тогда и было... Сны эти, приходя всё реже, неизменно оставляют после себя светлую грусть и щемящее чувство утраты. Я, вздохнув, встал, поправил трусы и выполз из своей комнаты. Племянник делал зарядку. Прямо сейчас он подтягивался на укреплённой в проёме двери перекладине. Выжав себя до донышка - спрыгнул.

- Будешь заниматься? Мне ещё пара подходов, но можно и по очереди...

- Я лучше завтрак приготовлю, - ответил я и пошлёпал умываться.

В принципе, присутствие Кирилла меня как-то дисциплинировало. Я даже немножко подумал о том, что может, действительно, стоит делать зарядку вместе. Идея привнесла благодушное настроение, и я сразу о ней забыл.

На сегодня был запланирован пикник. Мы, с Лёшей и Кириллом, собирались порыбачить, а к вечеру обещала подъехать Таня с подружкой. Сборы были не долгими и когда за нами заехал мой напарник, мы были полностью готовы. Дороги, особенно за городом, сейчас были практически пустые, так что до нашего пункта назначения, на Вуоксе, мы доехали без приключений. В этом месте река разливалась широко и её бешеное течение, из-за которого раньше на ней проводились международные соревнования на байдарках, здесь совсем не чувствовалось. К воде выходила поляна, вокруг росли прямые крепкие сосны, создавая ощущение защищённости и уюта. Кругом, укоренившись в земле, лежали зализанные водой валуны, усыпанные хвоей и отслоившимися сосновыми чешуйками. Мы выгрузились и закинули донки. Кирилл остался караулить, а мы с Лёшей развели огонь и стали разбивать временный лагерь. Хоть он и считался временным, но одной палаткой мы не ограничились. Прикатили камни и сложили небольшой очаг, к которому углом поставили два бревна, установив их на небольших чурбачках. В общем, возились с душой, забыв о времени, когда подошёл наш рыболов.

- Пока вас не было, удочка в речку поползла. Чуть не упустил. Это она во всём виновата, - Кирилл обвиняюще поднял за жабры щуку, почти в руку длиной. Та дёрнулась и покорно затихла, продолжая открывать пасть. Наверное, беззвучно ругалась по своему, по-рыбьи.

- Ну что? Лагерь стоит, костёр горит, рыбы на уху хватит - это дело нужно отметить и можно готовиться к встрече девчонок.

Мы с Лёшей разлили по алюминиевым кружкам водку, Кирилл отказался. Костёр, крупная рыбья чешуя на охотничьем ноже, тихий плеск воды и шум ветра в ветвях, одуряющий запах живой смолы и гниющей тины - мы сами не заметили, как кончилась одна бутылка и пошла вторая. Когда подъехал Татьянин Судзуки "Джимник", уха уже весело бурлила в котелке, оставалось только подкинуть лавровый лист, а мы с Лёшей были умиротворённые и вдохновлённые окружающей природой и возможно, чем-то ещё.

Вместе с Кошкой приехала её подруга Светлана, статная девушка с тугой русой косой. Скоро стало понятно, что Света приехала не просто так, а имея свои планы на Алексея. Ничего особенного в этом не было, благодаря своему романтизированному образу шерпы привлекали внимание окружающих. А если помножить этот интерес на Лёшину харизму и внешние данные, то её реакция была вполне понятной. Мы привыкли к повышенному интересу к Лёше с женской стороны и между собой постоянно подтрунивали над ним, по этому поводу.

Уха удалась на славу! Когда с крупными ломтями щуки было покончено и миски составлены в стопку, Кирилл выкатил из костра рубиновые угли и разложил над ними, на заранее вбитые в землю сошки, шампуры с кусками мяса. Мы сели играть в карты, в "дурачка". Девчонки пили вино, мы с Лёшей остались верны беленькой, а Кирилл опять отказался. Он взял на себя заботу о костре и о шашлыках. Через некоторое время мы обратили внимание, что в дурачках остаются все, кроме нашего новичка. Мы попытались объединить усилия, чтобы устранить эту несправедливость, но получалось плохо. Когда Кирилл, наконец, остался, мы решили на этом закончить. Тем более, что шашлыки уже подошли и стемнело так, что чтобы разглядеть карты приходилось придвигаться к костру. За кругом света озабочено зудели комары, рассчитывая на свою законную долю в пикнике. Лёша с Кириллом по очереди пели под единственную гитару. Света жалась к Викингу, и вскоре он уже обнимал её, кажущиеся хрупкими, плечи. Всё когда-нибудь заканчивается и в первом часу ночи мы решили разойтись. Мы с племянником полезли в палатку, Кошка устраивалась на ночлег в своей машине, а стойкий Викинг пошёл со Светланой к воде, встречать зарю. Отсутствовали они не очень долго. Я ещё не успел уснуть, когда Викинг вернулся к нам и возился, устраиваясь в своём спальнике. Его пассия хлопнула дверью Таниного внедорожника. Всё это я отметил краем соскальзывающего в сон сознания.

Когда я проснулся, Кирилл уже успел сварить кашу с тушёнкой и заварить чай. Остатки ухи можно было есть холодными. Мы с Лёшей потащились на берег умываться и мыть оставленную со вчерашнего посуду. Девчонки ворчали на холод и стоило нам с Викингом подойти к воде, как они, окатив нас водопадом брызг, со смехом разбежались, справедливо решив, что умыться им теперь не получится. Предложение, после завтрака наказать Кирилла в карты, было встречено без энтузиазма. Насытившись, мы сворачивали лагерь. Света с Таней побежали напоследок купаться, мы с племянником разбирали палатку и сворачивали лагерь, а Лёша играл нам на гитаре. Вернувшаяся с купания Светлана села недалеко от Викинга и принялась расчёсывать свои роскошные волосы. Когда мусор в угловатых чёрных пакетах и наши вещи были распиханы по багажникам, пришла пора рассаживаться по машинам. Света бросила в Викинга шишку, показала язык и пошла к Татьяне. Кирилл сел за руль Лёшиного Лендкрузера, а Кошка заняла водительское место на своём Судзуки. Впрочем, по девичьим мокрым свежим лицам было не видно, что вчера мы весь вечер сдабривали алкоголем окружающую красоту. Мы не торопясь тронулись и домой добрались без приключений. Кирилл запарковался на нашем дворе, заглушил двигатель, дальше Викинг должен был ехать сам, но благо - не далеко. Уже прощались, когда родственничек огорошил:

- Я хочу, чтобы вы отвели меня к Алтарю девственников.

- Ты уверен, что тебе, правда, это надо? - Лёша обернулся к Кириллу. Тот выдержал взгляд.

- Я только ради этого сюда и приехал. Осталось только найти команду. - племянник был непреклонен и загонял нас в угол.

- Слушай, - перебил я. - Никто не знает, есть ли Алтарь на самом деле. Так - ходят разные слухи...

- Вот мы и узнаем, - Кирилл выжидательно посмотрел на меня.

- Ну допустим. Когда думаешь выходить?

- Можно завтра, других дел у меня нет.

- Клиент платит, - резюмировал Лёша, пожав плечами. - В конце концов, хоть будем знать, где он.

Сильный аргумент - добавить нечего. Почему считают, что миры что-то дают? По-моему они только постоянно забирают. Я поймал Лёшин взгляд, на Кирилла старался не смотреть:

- Значит завтра. Как обычно, на нашем месте. Таню я предупрежу...

Про Алтарь ходили слухи, но верно о нём никто не знал. Считалось, что есть мир, созданный для мужчин, которые самостоятельно не могут сбросить путы своей девственности. Что нужно оставить в этом мире самое дорогое, что у тебя есть и это поможет что-то отбросить, а какие-то качества приобрести. Переродиться и стать другим человеком. Впрочем, едва ли это было под силу даже мирам в темноте. Они менялись сами, но могли ли изменить нас? Дальше, как говорили, девственник должен остаться в этом мире, пока сюда не придёт следующий человек, со схожими проблемами. Чтобы то, что уже существует, не пропало бесследно. Иначе, у каждого девственника будет свой собственный мир фантазий, а значит - и иллюзий. Другая реальность. Про темноту ходило множество разных слухов и сейчас нам предстояло разобраться в одном из них.

Утром следующего дня мы уже стояли перед порталом, которым привыкли пользоваться. У Леши был небольшой рюкзак с аптечкой - скорее традиция, чем необходимость. В мирах в темноте человеку ничего не грозило. По крайней мере - так считалось. У меня тоже был рюкзачок - с нашим "маяком", хотя в этот раз мы могли обойтись и без него. У Викинга из-за плеча выглядывала рукоятка биты, у Кошки - двух тренировочных мечей. У меня на бедре висел чехол с пятью ножами и ещё был кронштейн - он вообще был многофункционален. Кирилл был одет в костюмные брюки, пуловер, из выреза которого торчал воротничок белой рубашки. На плече - небольшая спортивная сумка. Вообще можно было идти как угодно, никаких трудностей никто не ждал. И всё же мы смотрели на него так, как будто он... стоял перед нами голый.

Таня сцепила всех в связку, Лёша занёс одну ногу в зеркало портала и пошёл вперёд, погружаясь. За ним, один за другим - мы. Молча. Когда за спиной угас последний отблеск, тьма вокруг сгустилась и звуки стали гаснуть, связывающая меня с Кириллом верёвка обвисла. Он нагонял. Так делает каждый, оказавшийся здесь впервые, я - знаю. Но - не проронив ни звука. Крепкий парень. Но вот впереди показался просвет, и мы ускорились. И это происходит постоянно. Можно ходить в темноту хоть каждый день, но привыкнуть к этому невозможно. И хоть опасности здесь нет, но дольше необходимого оставаться - всё равно не тянет. Может потому, что здесь вообще ничего нет? Но вот и выход, Викинг остановился.

- При переходе мы ни о чем не думали, так что, если ты был настроен должным образом, то это, - Лёша указал на мембрану, - твой мир. Теперь нужно посмотреть, есть ли здесь Алтарь девственников.

Викинг вышел первым, следом потянулись мы. За нашей спиной истаивало темное зеркало портала.

Мир, в котором мы вышли, располагал к себе сдержанной строгой красотой. Скальное плато с редкой травой и кустами, резкий солёный воздух и тревожные чайки. Во всём чувствовалась близость могучего живого океана. Мы прошли дальше и встретили молодого человека. Он сидел в кресле на поляне поросшей сочной короткой травой. У его ног жарко горел костёр. Рядом стояла не застёгнутая сумка с книгами, пара пузатых графинов и посуда с приборами. При нашем появлении он встал.

- Вы ищете Алтарь? Он там, - юноша рукой показал куда идти. Он был чуть повыше Кирилла и такой же молодой. В пуловере, рубашке, костюмных брюках и туфлях.

Мы пошли.

- А у тебя тоже книжки в сумке? - спросила Кошка.

- Пойдемте скорее, - отмахнулся Кирилл. Он как гончая взявшая след рвался вперёд.

Через некоторое время мы вышли к обрыву. На расчищенной от камней площадке лежала массивная плита, заваленная самыми разными предметами. Здесь были деньги и драгоценности, картины и статуи. Несколько приборов непонятного вида и назначения. Коллекционное оружие. И даже горный велосипед. Но больше всего было... бумаг. В виде книг, пухлых тетрадей, связанных верёвками рукописей на всех языках. Дул легкий свежий бриз, но бумаги не шевелились. Как будто перестали подчиняться физическим законам. За Алтарем скалы обрывались пропастью, затянутой ровной пеленой облаков. На границе звука скорее ощущался, чем слышался, лёгкий гул. Рокот далёких волн. Присутствие океана было ощутимым, но невидимым, как жизнь проходящая рядом, но мимо.

Мы остановились. Кирилл подошёл ближе. В абсолютной тишине раздался звук расстёгиваемой молнии. Наш наниматель достал из сумки обычную канцелярскую папку, завязанную тесёмочками, и положил на плиту. По краю Алтаря вспыхнули неизвестные символы... и опали. Кирилл вернулся к нам. Достал прозрачный полиэтиленовый пакет, наполненный блистерами с разными таблетками.

- Вы выполнили контракт, вот моя плата.

Кошка забрала пакет и провела рукой по торчащим из сумки корешкам:

- Книги...

Кирилл невозмутимо задернул застёжку. - Мне же нужно чем-нибудь занять себя, когда вы уйдете, и пока не придёт кто-то другой?

Обратно тоже шли молча.

- Что это было? Что ты оставил? - задала Таня мучавший всех вопрос.

- Мои работы по физике, - Кирилл шагал широкой пружинящей походкой, - это всё, что у меня было.

Мы вернулись на поляну. Парень, его звали Оливер, он оказался австралийцем - уже открывал бутылку шампанского. Вокруг были расставлены закуски. Другую бутылку из сумки достал Кирилл.

- Сознайся! - всплеснула ладонями Кошка. - Ведь у тебя там ещё одна есть?

- Есть, - не стал запираться наш Эйнштейн.

- Заскучаешь, в той стороне, прямо в скалах, есть старинный храм, по типу индийских храмов Каджурахо, - Оливер указал направление.

- Может здесь, и женский монастырь отыщется? - заинтересовался Лёша.

Мы распили шампанское, разбили бутылки и тепло попрощались. Долго трясли Кириллу руку, а Кошка даже обняла и поцеловала его в щёку:

- Обещай, что дашь знать, когда вернёшься...

Мы с Оливером уходили. А Кирилл оставался ждать следующего посетителя. Собственно, мы были нужны только для того, чтобы вывести обратно своего клиента, если он не найдёт Алтарь или чужого, передавшего "вахту" - если найдёт. А вообще сюда девственники могли добираться и без шерпов. И был бы здесь большой и дружный, основанный на взаимопонимании, мир девственников. Но без женщин. И физической возможности их найти. В общем, на этом задании "маяк" - рюкзак с дорогими именно нам вещами, которые служат нам наводкой, был не нужен. Контракт не предусматривал нашего возвращения сюда.

Подошли к порталу. Кошка пристегнула нас в связку, но мы медлили. Я потянул с плеча ремень рюкзачка с "маяком". Там лежало три чёрных пакета. В моём была истрёпанная книга в мягкой обложке, про долгие блокадные дни. Фотографии дочерей. Большой забавный лис - Фока. И маленький цыплёнок - Желток. Игрушки. Что было в Лёшином и Танином пакетах - я не знал, об этом не спрашивали. В принципе, Танин пакет и не требовался, она - не шерп и привязка не нужна. Но когда она его принесла - мы не возражали. Вразумительно объяснить это было трудно, но всем казалось, что так - правильно. И сейчас я стянул с плеча рюкзак с "маяком", взглянул на товарищей и поставил его к границе портала. Таня смотрела молча, а Лёша просто кивнул и вошёл внутрь. Мы тоже оставляли в мире Алтаря очень дорогие, пусть только для нас, вещи. Но это - не жертва. Мы ещё сюда вернёмся...

Путь предстоял недолгий, и мы спешили расспросить нашего попутчика, пока, после выхода из темноты, нас не разъединит языковой барьер.

- Как настроение?

- Домой спешу...

- Ждёт кто-нибудь?

- Надеюсь, - смущаясь.

- А что, вот никак нельзя без этих жертв?

Оливер помолчал, - Не знаю, если честно. Я думал об этом. Если даже всё правда, и я стал другим, что помешает мне вернуться и забрать свой дар... после?

- Ты вернёшься?

- Не думаю, - качает головой, - прежде, чем идти сюда, каждый из нас сделал выбор. И то, что мы смогли дойти - свидетельство его серьёзности.

- Слушай, а храм, про который ты говорил, он заброшенный?

- Кто знает, - улыбаясь, - думаю, для кого как.

Мы вывели Оливера из темноты у Порт-Линкольна, он шёл туда как намагниченный. Снова жали руки, ему тоже достался Танин поцелуй, но было заметно, что австралиец уже тяготился нашим обществом. Мы шагнули в портал и через десять минут прощались друг с другом уже в Петербурге.

Едва я вошёл в квартиру, как на мобильный пришло сообщение: "Здравствуйте, Волк. Зайдите, у нас есть для Вас дело".

Вот это радует - Мир может катиться в тартарары, но всегда есть люди, которые ведут себя так, как будто ничего не происходит. Ничего не меняется. Никаких тебе "пожалуйста" или "есть предложение". Вежливость не распространяется дальше "Здравствуйте" и обращения на "Вы". Что ж, подобный подход - уже визитная карточка, хоть знаю от кого сообщение. Было уже поздно, и я отложил визит в службу госбезопасности до утра. Идти решил один, про команду ничего сказано не было. Такси отпустил пораньше и к известному адресу на Литейном проспекте подошел пешком. День только начинался. Массивное здание из крупных блоков производило впечатление незыблемости и основательности. Три гигантских двери в портике входа - я, конечно, пошёл в центральную. Будь дверь цельной, я бы даже не смог её открыть. Но в её полотне, сбоку была вырезана вполне нормальная человеческая дверца. Как будто в жилище титанов сделана и дверка для простых смертных.

Большой пустующий холл. Из ряда кресел мне навстречу поднялся невозмутимый и какой-то стандартный молодой человек.

- Вам куда? - в руках он держал полуразгаданный кроссворд. В кресле слева лежала ещё пара исписанных ручкой. И справа - пачечка чистых. Работает над собой человек.

- Не знаю. Я шерп Алексей Волк из команды Карбонарии, мне прислали сообщение.

- Вам в 209 кабинет, это на втором этаже, - молодой человек качнулся мне навстречу. Он явно хотел меня проводить, чтобы я случайно не заблудился и ненароком не узнал парочку государственных тайн под тяжелыми грифами. Возможно, по дороге он попытался бы меня завербовать. Или просто прокачать - что за фрукт. Но он был один, и пост не на кого было оставить. Поэтому он просто разочарованно проводил меня взглядом, и я спиной чувствовал, как он снимает с меня словесный портрет.

Гулкое эхо шагов на широких ступенях вязло и тонуло в унылых равнодушных стенах. В хладной пустоте проходов внушительного здания одному было не уютно, я с раскаяньем вспомнил о дежурном снизу и запоздало пожалел, что он не смог пойти со мной. Но вот нужный мне коридор. Дверь в 209-й кабинет ничем не отличалась от двери в 208-й. Я постучал и вошёл.

Думаю, раньше в этом кабинете сидело человека три. А то и четыре. И мебели было больше. Сейчас у большого панорамного окна в пол стены за безликим канцелярским столом с несколькими папочками и тремя телефонами (наверное, ему часто звонят) сидел строго одетый мужчина неопределённого возраста с ускользающими, неприметными чертами лица.

Я смотрел на него. Он на меня. Вдоль стен стояли стандартные ряды кресел, как внизу, в холле. И куда бы я ни сел, мне придётся поворачиваться к собеседнику в пол-оборота.

- Вызывали? - я подошёл прямо к столу. - По спартански у Вас. Можно? (я обозначил движение сдвинуть папки и сесть на угол стола)

- Нельзя, - хозяин кабинета расставил точки над "и", но я не собирался терять набранный темп.

- Сдаёте позиции. Слышал, что раньше вопросы здесь задавали только вы... - и тогда он поднялся. Весь такой очень средненький, на поверку он оказался довольно внушительным.

- Что Вы себе позволяете, Волк? Вас не привели сюда под конвоем, и Вы посчитали это нашей слабостью? Так всё ещё можно исправить. (Я вспомнил давящую тишину пустых коридоров и решил, что если ещё раз придётся посетить сиё место, то я сам настою на конвое) Или Вы считаете, что действительно сами по себе?

Если честно, то именно так я и думал. Вот не считал я себя кому-то чем-то здесь обязанным. Шерпа можно было убить (легче здесь, на Реальной Земле), а вот использовать... Как можно использовать того, кто практически в любой момент может уйти туда, где никто не достанет?

Я огляделся. Стул для посетителей нашёлся при входе в углу, не удивительно, что я сразу его не заметил. Я вернулся, перенёс его к столу и устроился. Молча. Сотрудник госбезопасности сел напротив, пожевал губами. Он явно хотел и мог что-то сказать за Родину, что меня вырастила-выкормила, но не стал. Глупыми эти люди не были никогда.

- В Москве-80 появился новый феномен. Прочтите, - сотрудник Конторы, который так и не представился, сдвинул в мою сторону папку.

Текст шёл явно с середины:

Такого-то числа, в Москве-80, на Центральном рынке появился неизвестный мужчина...

В общем был этот мужичок в замызганном ватнике и ничего, кроме (с виду - обыкновенной ) жабы и желания сбагрить оную, не имел. Просил за свою лягушку настоящий Плейбой или по номиналу. Утверждал, что жаба говорящая. Вскоре нашёлся покупатель (местный дурачок, Иван. Паспортные данные... ).

Жаба, действительно, оказалась говорящей...

... Когда появились головастики...

Остальные листы отсутствовали.

- Здорово, - я отложил папку. - Здесь пометка "для служебного пользования", теперь мне нужно всё это забыть?

- Мы хотим, чтобы Вы вступили в контакт с Иваном и взяли образец для исследований, - фээсбешник не принял моей иронии.

- Почему бы вам не послать своих людей?

- Есть основания считать, что частное лицо имеет больше шансов на успех.

- Слушайте, а с чего вы взяли, что я вообще буду вам помогать? На каком основании?

- Ну во-первых, Вы же к нам пришли? И потом, Вы не глупый человек, мы выбирали к кому обратиться (льстит, зараза). Вы не можете не понимать, что миры в темноте, даже в пассивном состоянии несут угрозу человечеству. А здесь - не просто живое порождение миров, эта тварь имеет сознание и подтверждение тому - осмысленная речь. Это - первый известный случай. Или Вам действительно всё равно и Вы хотите остаться в стороне? Нам нужно искать другую команду?

Чувствовалось, что речь срежиссирована, но и резон в его словах был.

- Нужный вам образец - лягушка или хватит головастика? И потом, что значит "взять"? Украсть, отнять, купить?

- Мы не можем сейчас просчитать последствия, поэтому насилие или обман исключены. Вы должны ангажировать образец. Лягушка, конечно лучше, но головастика будет достаточно.

- Гонорар моей команды?

Представитель Конторы, которая приучила относиться к своим сотрудникам предельно серьёзно, разглядывал меня в упор. - Вы, со своей командой, сможете спокойно смотреть в глаза честным, трудовым людям (себя имел в виду). Достаточно?

- Более чем. Накладные расходы?

- Мы учтем и компенсируем Ваши затраты. Полагаю Вам не нужно разъяснять подробно про важность проекта... и его секретность?

- Не утруждайтесь. Теперь я могу идти?

Мне пришлось выдержать ещё один взгляд, которым меня измерили, взвесили и, возможно, произвели ещё пару менее очевидных процедур. Я уже не сомневался, что при желании этот человек меня взглядом и препарирует. Он протянул мне визитку, - Меня зовут Александр, и в этом деле я буду вашим куратором. На обратной стороне карточки - мои контакты для связи. Теперь Вы можете идти (это прозвучало весомо, как будто мне выписали разрешение с двумя печатями и одной резолюцией).

Стоило выйти на улицу - и вздохнул как-то свободнее. В этом строгом и сейчас почти пустом здании я чувствовал себя застёгнутым на все пуговицы. Позвонил Викингу:

- Здорово. Я только что из госбезопасности (Леша скептически хмыкнул). В общем, я согласился на одно дело...

- Отказаться не мог?

- Думаю, мог. Но это, возможно, будет интересно. Не знаю...

- Ладно, я свяжусь с Кошкой. Встречаемся у "Рэдрика", там всё и обсудим.

Мы встретились с командой, и я рассказал про лягушку. Конечно - всем было любопытно. Живые существа, порождения миров - встречались часто. Они годились в обслугу, для выполнения простейшей работы, удовлетворения сексуальных потребностей (встречались просто фантастические экземпляры). Также в мирах можно было ловить рыбу, охотиться, заводить экзотических домашних животных. Но всех порождений объединяло одно - они или напрочь были лишены сознания, либо оно было сумеречным. Общаться с ними было невозможно.

В общем, моё вполне добровольное желание поучаствовать в деле с жабой напарники приняли благосклонно и даже обещали помочь. Всех коробило, что делать это приходится по просьбе Федеральной Службы Безопасности и под её патронажем. Викинг демонстративно взял себе бокал пива. По неписанному закону шерпы после заключения контракта и до его исполнения предпочитали не пить спиртное. А так - вроде это наше частное дело... Я подумал и присоединился к товарищу. Кошка, по своему обыкновению, ограничилась кружкой зелёного чая.

На следующий день мы нагрузили тележки кирпичами и двинулись на Москву. По дороге обсуждали план. Нужно было договориться на счёт лягушонка и отдать его сотрудникам ФСБ в Москве-80. Нечего было и думать - вытащить вещи или порождения за пределы мира, где они были созданы. Это было невозможно. При попытке протащить их через границу портала - они разрушались. Так что: достать и передать. Конечно, хотелось узнать, как пойдёт изучение, каковы будут результаты... Но особых иллюзий мы не строили, работники комитета, может и работают ради блага людей (ключевое слово - может), но уж точно - не у них на глазах. Нам оставалось только... увидеть лягушонка и прикоснуться к его тайне.

Мы договорились, что друзья распорядятся на счёт нашего груза и будут ждать меня в пельменной, а я пока буду действовать по своему усмотрению:

- Я схожу к Ивану, посмотрю, что можно сделать по поводу головастика и сразу к вам, - тогда это казалось мне сущей ерундой, хотя надо было понимать, что ерундой Контора не занимается.

Я пришёл по указанному куратором адресу. Дверь мне открыл немолодой, сутулый, но очень жизнерадостный мужчина.

- Я сейчас, а то у меня оладьи подгорят, - мужчина унёсся на кухню, где сразу же раздался жизнеутверждающий звон посуды. - Вы проходите, можно не разуваться. Тем более, что у нас гостевых тапочек нет...

Вокруг было прибрано и чисто, я смело снял кроссовки и прошёл за хозяином. Надо сказать, что в Москве-80 я был не раз, у нас даже свой офис здесь был, но вот в гостях побывать, пока не доводилось. Кухня была огромная, здесь можно было принимать до двадцати гостей кряду - культовое место коммуналок и вообще советских квартир. Диваны и кресла расставленные вокруг обеденного стола визуально делили общее пространство, создавая свою отдельную уютную зону. Ароматный дым стоял коромыслом. Иван, облачённый в передник, ловко орудовал двумя сковородками сразу. Вокруг всё было заставлено кувшинчиками и горшочками с разнообразными соленьями и домашними заготовками. Под потолком на верёвочке сушились пучки ароматных трав. Но царил на кухне запах свежевыпеченного ржаного хлеба, который скромно лежал на столе для готовки, завернутый в рушник.

- Здравствуйте.

- Здравствуйте, - недоуменно ответил я и только потом нашёл глазами большую пупырчатую жабу, с головой, повязанной ситцевым платочком. Жаба сидела на подоконнике и болтала в воздухе перепончатыми лапками.

- Василиса, - представилась она и улыбнулась во весь рот. Она была довольно мила, как только может быть мила огромная лягушка с жёлтыми выпученными глазами. Я даже поначалу растерялся, но решил, что лапку целовать ей не стану.

- Алексей "Волк". Я шерп из команды Карбонарии, но сейчас действую в интересах Госбезопасности...

- Что-что?! - жаба ещё больше выпучила глаза и раздула зоб, - да как вы смеете!!! К нам уже приходили ваши люди из Сикрет Сервис и предлагали купить моих детей! Моих детей! (Василиса всплеснула передними лапками) Я сказала и повторю ещё раз, мои дети не продаются! Вон из моего дома!!!

Честно говоря, я немного оторопел и с запоздалым раскаяньем вспомнил, что Александр предупреждал на счёт принадлежности к Конторе: - Знаете, я ведь не работаю на ФСБ. А к Сикрет Сервис вообще никакого отношения не имею. Меня просто просили в Федеральной Службе Безопасности России сделать Вам предложение...

Жаба сдула зоб, но продолжала сверлить меня круглыми желтыми буркалами. Приободренный я продолжил: - Они хотят изучать миры в темноте, а ведь никто из рождённых в мирах не умеет разговаривать. Кроме Вас (сдержанный поклон лягушке), разумеется. Вот они и подумали, что если Вы или кто-то из Ваших детей, согласится на консультацию, то...

- Речь идёт о разовой консультации?

- Условия пока не установлены. Но (и тут меня понесло), если Вас интересует служба на благо человечества, я, как не связанное ничем, кроме участия в команде Карбонариев, лицо, готов представлять Ваши интересы.

- Меня - не интересует. Но один из моих сыновей честолюбив и амбициозен. Почему бы не помочь, если просят? - жаба прищурила один глаз, - Мы даже готовы заплатить за Ваши посреднические услуги. Вас устроит 10% от суммы контракта моего сына?

- Конечно, - отмахнулся я, мучительно прикидывая, сможем ли мы прожить на 10% от заработанных головастиком денег. - Я готов хоть сейчас подписать договор, но! На условиях полной монополии...

- По рукам! Тем более, что с наглыми представителями других силовых ведомств, я не хочу иметь никаких дел, так им и передайте!

Я пожал протянутую мне лапку. Василиса нравилась мне всё больше и больше.

- Вот и замечательно! - повернулся к нам раскрасневшийся и довольный хозяин дома. - Оладьи готовы, отобедаете с нами?

Внутренне ликуя, я шёл на встречу с друзьями. В руке у меня была трёхлитровая банка молока, в котором сидел уже выросший из возраста головастика лягушонок - очень важная персона. Весь его скарб, свадебная фотография Ивана и Василисы, и пакетик сухого корма, поместился в одном из карманов моей разгрузки. Тут моё внимание привлекли два неулыбчивых молодых человека, резво идущих мне наперерез. Я остановился. Сзади меня нагоняли ещё двое, и один заходил сбоку. Я автоматически потянул из чехла один из своих ножей, хотя уже понимал, что это сейчас не поможет. Меня обдало изморозью, волосы встали дыбом даже на спине. Пистолет в мире из темноты не поможет - лихорадочно прикидывал я свои шансы. Здесь ключевое значение имеют желания людей, а желание попасть, в любом случае, уступит желанию сохранить жизнь. Так что застрелить тут можно было только в упор и спящего. А вот отклонить руку с ножом или кастетом чужая воля не могла. Итак, пять против одного. Не мой день. Пока я прикидывал расклад, меня грамотно оттеснили от стены ближайшего дома, теперь и спиной прижаться не к чему. Я был один в кольце врагов. То, что дело происходило днём, в мире мечты - особой роли не играло, я не обольщался. Выхода не было. И тогда я успокоился. Я по-прежнему был уязвим и обречён, но меня это больше не трогало.

- Джентльмены, Вам нужно это? - я вытянул руку с банкой как можно дальше от тела. Лягушонок спокойно плавал в молоке, явно ни о чём не подозревая. Но стоило мне отпустить горлышко банки и она разобьётся на сотню острых осколков, что разлетятся кругом. И останется ли при этом в живых ценный обитатель стеклянных апартаментов - предсказать было невозможно. Все остановились.

- Да, - подошёдший сбоку улыбнулся. Кажется, из всей пятерки он единственные вообще был на это способен. Явно - главный:

- Вижу, Вам удалось то, в чём мы потерпели неудачу. Не стоит делать резких движений. Вы ведь не работаете на ФСБ (утвердительно), а мы только хотим поговорить. Озвучить и обсудить наше предложение. Подумайте. Мы будем ждать Вашего звонка.

Улыбчивый опустил визитную карточку у своих ног, развернулся и ушёл не оглядываясь. Две пары бойцов также смешались с редкими прохожими и растворились. Я подошёл и взял жёсткий картонный прямоугольник. Номер телефона. И больше ничего.

Я выдохнул. По-прежнему светило приветливое солнце. Я стоял один, посреди улицы, с лягушонком в банке молока, в одной руке и судорожно сжатым в потной ладони, отведённым для удара ножом - в другой. Люди торопливо оплывали меня, недоуменно разглядывая, спеша по своим делам. Меня отпустило, но внутри остался жёсткий комок льда. И растопить его можно (и нужно) было только хорошей порцией алкоголя. Я поспешил к друзьям.


Как и договаривались, Викинг с Кошкой ждали меня в пельменной "У Авета". Несмотря на плановую экономику (а может быть - именно благодаря ней), мелкий частный бизнес в Москве-80 процветал. Не захотели или не смогли люди отказаться ни от буржуйской роскоши, ни от свободы частного предпринимательства. И ничего страшного не произошло. Где надо, шли партсобрания, кого-то пропесочивали под ностальгическую слезу, а потом дружно шли в шалман или варьете, отдохнуть душой и обсудить планы на следующую пятилетку.

Пельменная, которую держал Авет, пельменной только называлась. Нет, пельмени, с маслом или сметаной, здесь конечно были. Но было и много чего ещё. Украинский борщ здесь соседствовал с сациви, а долма со щами. Чанахи и строганина, блины и хачапури, вареники и расстегаи - здесь были представлены кухни всех народов бывшего Союза. Одних шашлыков в меню значилось не меньше семи, а Авет утверждал, что знает их больше тридцати. По вечерам была живая музыка, но любой желающий мог спеть и сейчас.

Когда я подошёл, на столе стояла только тарелка с двумя шампурами истекавшего соком шашлыка, соусница сацебели и салат из томатов с огурцами (для меня). Викинг пил какой-то сок, по пижонски, через трубочку, Кошка - неизменный зелёный чай.

Я плюхнулся на стул и осел, как подтаявший снеговик. - Друзья, мне нужна водка...

- Нам нужна водка? - переспросил Лёха и сделал знак официанту.

- Нет, только мне. Я сейчас пообщался с людьми из английской службы госбезопасности и лучше, если вы останетесь трезвыми до тех пор, пока мы не доставим нашего клиента (я кивнул на банку с лягушонком) в местное отделение ФСБ.

- Водка нужна тебе лишь для запаха? - уточнила Татьяна.

Я вздохнул, молча, налил себе полную рюмку из уже принесённого официантом запотевшего графина и начал вещать. Лягушонок с интересом прислушивался к рассказу и плавал кругами в молоке. В конце повествования он вылез на край банки и представился:

- Ярослав.

Лёша с Таней переглянулись и посмотрели на уже початый графин. Я на всякий случай придвинул его поближе к себе.

- Мы будем иметь 10% от его гонорара, - оправдывался я.

- Я так понимаю, сейчас не это главное. Нужно в безопасности доставить клиента до резиденции нашей разведки, - закончил Викинг, а Кошка, молча, осматривала зал. Я понял, что товарищи верно оценили ситуацию и отодвинул графин к стене. Мне продолжать тоже не следовало.

- Англичане явно поиграли мышцами на публику, но думаю, активных действий пока совершать не станут. Сейчас все ищут добровольный контакт с разумными представителями миров в темноте.

- А моё мнение в этой компании кого-нибудь интересует? - Ярослав сложил лапки на груди и обвёл нас взглядом круглых выпуклых глаз. Я решил, что рано отодвинул водку. Судя по лицам моих друзей, они тоже об этом подумали.

Пить мы больше не стали, а собрались и вышли на улицу. Впереди шёл Викинг, уже с битой в руках. За ним следовал в меру расслабленный я, с банкой с нашим новым клиентом в одной руке и с кронштейном с закреплёнными по концам ножами в другой. Шествие замыкала Кошка, со своими мечами.

Собственно, мой кронштейн и сам по себе был оружием (о чем мало кто знал, а я - не афишировал). В центре он был полый, и треть его занимала ртуть. При взмахе ртуть разгонялась, и удар такой тростью был страшен. Сейчас на концах кронштейна были закреплены ножи, и это уже была полноценная глефа. В силу внутреннего наполнения ртутью - без центровки, но так как и я был не мастер, то принципиального значения это не имело.

Александр, курирующий операцию, объяснил, куда мы должны будем отправиться, если добудем лягушонка. До места мы добрались без приключений. Прохожие недоуменно взирали на наш вооружённый и готовый к отражению атаки кортеж. Редкое зрелище в мире, готовом исполнить почти любое твоё желание. Что и с кем тут делить? Впрочем, там, где были затронуты государственные интересы, всё шло не по правилам. Но больше всего случайные зеваки удивились бы узнав, что главный виновник нашей боевой эскапады сидит в трёхлитровой банке молока.

Викинг с Кошкой остались на входе ничем не примечательного административного здания, без какой-либо таблички на дверях, а я зашёл. Меня встретил и проводил в кабинет молодой безликий человек, возможно - тот самый, что дежурил в здании на Литейном проспекте. Или его брат. Куратор уже ждал меня:

- Надеюсь, наши враги не доставили Вам серьёзного беспокойства? Заверяю, Вам ничего не угрожало. Чтобы так и оставалось в дальнейшем, впредь Вы должны делать всё именно так, как я Вам говорю.

Я поставил на стол банку. - Это Ярослав. Он готов помочь учёным разгадать загадки миров и порталов. У меня, как его представителя, есть несколько условий...

- У вас есть условия? - сотрудник госбезопасности не стал скрывать сарказм. - И какие?

- Как представитель Ярослава, я хотел бы иметь возможность изредка навещать своего протеже. Мама его просила.

- Резонно, - Александр сделал пометку в блокноте. - Что-то ещё?

- Я бы хотел обсудить его гонорар...

Слушавший наш разговор Ярослав освоился и высунул из молока мордочку. - Это ведь настоящая ФСБ? И я тоже теперь буду здесь работать?

- Будете, - покровительственно улыбнулся куратор.

- А в каком звании?

К такому сотрудник государственной безопасности, наверняка побывавший в разных переделках, явно был не готов. Он выпучил глаза не хуже, чем мама Ярослава часом раньше. Полагаю, я даже знал, о чем он сейчас подумал. Но ему пить водку при исполнении было нельзя.


***

Мы сидели в "Сайгоне", самом дорогом клубе Москвы-80, оформленном в стиле андеграунд. На стенах висели фотографии культовых личностей эпохи застоя. Гребенщиков, Шемякин, Тарковский, Шагин - все с автографами. Ничем не примечательная гитара, говорят самого Цоя. Редкий, для того времени винил: "Август", "Чёрный кофе", "Алиса", "Пикник" и "Машина времени". В воздухе висели клубы табачного дыма, плавали ароматы дорогого женского парфюма и резкие запахи разгорячённых потных тел. На эстраде терзал гитару и тряс хайром кто-то из молодых. Все эти атрибуты отошедшего времени здесь были лишены внутреннего наполнения. В сытой Москве, без вызова, без веры в дух свободы, все эти вещи казались покинутыми декорациями, грамотно подобранными экспонатами бюро находок.

Таня пошла играть в бильярд. Уже многие сбитые с толку её юной невинной внешностью пытались "научить девочку катать шары" и отходили задумчивые и молчаливые. Несколько раз нам с Викингом приходилось объяснять разгорячённым неожиданным результатом мужчинам, что, несмотря на то, что девушка может постоять за себя сама, найдется и кому постоять рядом с ней. В общем, за столиком мы сидели с Лёшей вдвоём и расслабленно потягивали пиво, когда подошёл Седой.- Чем занимаетесь?

- Да вот, пристроили клиента в тёплое местечко, отмечаем начало его карьеры.

- За это надо выпить!

- А мы что делаем? - лениво удивился Викинг.

- Да кто ж так пьёт?

- Может, ты нас научишь? - вступил в разговор я.

- Вот Кремень сейчас подойдёт, он научит, - многозначительно пообещал лидер Миньонов.

Минут через сорок вернулась Таня, за которой, весело галдя шли Кремень и Петросян, все руки которых были заняты выпивкой.

-Твои трофеи? - поинтересовался у Кошки Викинг.

- Мы с парнями громко выражали сомнения в Таниных способностях, создали необходимый ажиотаж, - Петросян расставлял на столе бутылки.

- Да, это вы можете...

- Проследили, чтобы все расплатились по-честному, - не обиделся Кремень. - Так что, мы в доле.

Надо сказать, сам он не раз пытался обыграть Кошку и сполна испытал на себе её мастерство.

- Жора, Волк сомневается, что ты можешь научить его пить, - наябедничал напарнику Осип.

- Пари? - оживился Петросян.

- Только не здесь, - солидно заключил Кремень, - есть место поудобней.

Когда мы выходили я заметил в зале нашу бывшую клиентку, Ксению. Я помахал рукой. Она вроде дернулась, но осталась на месте, только улыбнулась и кивнула. Одна за столиком? Мне показалось, она даже хотела подойти... Конечно, показалось!

Место поудобней оказалось личным миром Миньонов. Это был самый маленький мир, который мы когда-либо встречали или о котором слышали. Собственно это была просто пещера, хотя очень уютная. В дальнем конце разлилось озеро, и периодически плескалась рыба.

- А в туалет куда вы ходите? - полюбопытствовал Викинг.

- Озеро проточное, с того края всё затягивает под скалу. Мы сейчас соорудим какую-нибудь ширму..., девушек у нас раньше не было, - оправдывался Георгий.

- Вообще или здесь? - скептически оценила его галантные потуги Татьяна. Кремень не мог пропустить ни одной юбки, не избежала его внимания и наша Кошка. Несмотря на полное фиаско, Жора своих безнадёжных попыток не оставлял, а Таня, хоть и не вела полностью монашеский образ жизни, его поползновения отвергала стойко и без устали. Так что всё общение этой парочки проходило во взаимных пикировках.

- А морозильную камеру вы куда подключаете, - я подошёл к небольшой белой тумбе с дверцей на лицевой панели.

- Это не морозилка, - Осип свалил дрова в выложенный в центре пещеры очаг. - Сейчас покажем...

Когда огонь весело трещал и стрелял искрами в сумрак, а мы расположились на толстым слоем разбросанных по полу пещеры шкурах, Кремень подошёл к загадочному кубу с бутылками в руках. - Есть коньяк, водка, виски... у нас много чего есть, с чего начнём?

- "Джим Бим"? - предложил Лёша.

- Из виски есть какой-то "Сантори", пойдёт?

- Валяй, - разрешил я.

Жорка вставил пузатую бутыль в какую-то панель с обратной стороны куба, затем открыл переднюю дверцу. Внутри псевдоморозилка была заставлена рядами одинаковых бутылок. Ухмыляясь, Кремень достал из панели оригинал:

- Теперь сравним?

- Здорово,- восхитился Викинг, - а на вкус?

- Не отличишь!

Мы все попробовали - и не нашли никакой разницы. Потом в ход пошла водка, коньяки, пиво - шкафчик со своими обязанностями справлялся "на ура".

- Нужен только образец, а дальше - дело техники, - хвастался захмелевший Петросян.

Наше внимание привлек какой-то шорох. Со стороны прохода к нам крался маленький, покрытый рыжеватой шерстью... чёртик. Настоящий! На глумливой мордочке нос пятачком, черные бегающие глазки, подвижные нервные губы. Из нечёсаной шевелюры торчат аккуратные рожки. За спиной раскачивается длинный гибкий хвост, оканчивающийся кисточкой. Как он появился, вышел из портала или материализовался прямо в пещере, никто из нас не заметил. Чертик, почти подкрался к нам, но заметив, что обнаружен - замер. Пробежался взглядом по нашим лицам, расплылся в улыбке..., потом резко метнулся вперёд, схватил со шкур первую попавшуюся бутылку, что щедро были разбросаны вокруг во время наших экспериментов, и бросился наутёк. Подбежав к порталу, он рыбкой прыгнул внутрь и был таков.

- Держи его! - взвился Кремень.

Мы вскочили и толкаясь бросились вдогонку. Будь мы трезвые, мы никогда бы так не поступили. Одной бутылкой больше - одной меньше, при наличии алкогольвоспроизводящего куба, особой роли не играло. Но нас жгло чувство несправедливости - ОН УКРАЛ НАШУ БУТЫЛКУ. Вообще скрыться в темноте проще простого. Отошёл метров на пять и тебя уже не найти. Даже не то, чтобы не видно, а ты находишься уже в своей реальности. Один. Поэтому команды, ходящие в темноте, и связываются верёвками. Или надо не терять друг друга из вида. И наш бросок в темноту был ошибкой. Мы и чертика не должны были настигнуть, и сами могли потеряться. Но похититель, скрывшись с наших глаз, слишком рано уверился в собственной безопасности. Когда мы перевалились по ту сторону портала, он сидел совсем рядом, под нашими ногами. Жадно свинчивал пробку, так, что кончик хвоста подрагивал от нетерпения. Мы налетели, смяли, подавили, отняли. Жорка дал несчастному смачный подзатыльник. Чертик прижал лапки к груди, поник и тут из его глаз брызнули слёзы. Плакал он молча, только морщил своё некрасивое, но довольно забавное личико.

- Ребята, давайте возьмём его с собой? - заступилась за пострадавшего единственная среди нас женщина.

- А кто бутылку украл? - обличал Петросян.

- Тебе что, жалко?

- То, что черти к пьющим приходят, я и раньше слышал, - подталкивал чертика к порталу Кремень, - но вижу впервые.

Чертик крутился, пытаясь заглянуть каждому в глаза, и не понимая, что от него хотят, упирался.

- Седой, отдай ему бутылку, - попросила Таня.

- В следующий раз спрашивай, - пробурчал Осип, но бутылку чертику вернул. Тот хлюпнул своим свиным рыльцем, оттёр кисточкой хвоста слезу и улыбнулся.

- Пойдём с нами, - Таня положила руку нашему новому знакомому на плечо и сделала движение в сторону портала. Чертик ещё раз хлюпнул носом... и пошёл.

- Вот значит, какой он, мир вашей мечты. Каменный век, любой алкоголь в неограниченных количествах и так, чтобы до чертей, - рассуждал Лёха, когда мы снова рассаживались вокруг костра. Он обвёл взглядом пещеру, - И чьё всё это?

- Моё, - признался Жорка Кремень.

- Ну, за вашего нового товарища! - мы подняли стаканы, а главный герой, сияя как именинник, лихо приложился к подаренной бутылке.

Затем каждый из присутствующих счёл своим долгом выпить с чёртиком на брудершафт. Как и любое другое порождение темноты (кроме Василисы и Ярослава), говорить чёртик не умел, но отношение к себе чувствовал прекрасно и всем улыбался. Посиделки уже переросли в банальную пьянку, а общение в нестройный гул, когда Татьяна спросила:

- А кроме алкоголя, ваш шкафчик может ещё что-то копировать? Ценности какие-нибудь?

- Какие ценности, кроме алкоголя? - не сразу понял Кремень.

- Ну, золото, например, - Таня вынула из уха серёжку и протянула Георгию.

- Надо попробовать, мы об этом как-то не задумывались, - Жора нетвёрдой походкой направился к белоснежному кубу, вложил серёжку в заднюю панель, открыл переднюю дверцу. Серёжки не было. Кремень задумчиво посмотрел на пустое пространство внутри, потом пошарил рукой с тыльной стороны аппарата, - И здесь тоже нет. Ни одной.

- Как нет? Даже моей? - удивилась Татьяна.

- Нет, - обречённо подтвердил Жорка, - Тань, ты только не волнуйся, я его сейчас разберу и найду твою серёжку.

Его отговаривали. Потом поили. Но алкоголь Георгий переносил стоически, даже прозвучала версия, что именно за эту свою особенность он и получил прозвище "Кремень". Так что после каждой рюмки Жора порывался разобраться с аппаратом. В конце концов, на меня навалилась темнота, и окончания сабантуя я уже не видел.

Проснулся я оттого, что кто-то меня тормошил: "Вставай"! Я с трудом разлепил веки, это была Таня.

- Всё, я с Жорой больше не пью... Лучше б я вчера умер.

- На, подлечись, - Кошка сунула мне в руки холодную бутылку Жигулёвского. Викинг сидел напротив, закрыв глаза и прижав ко лбу бутылку такого же лекарства. Сергей Петросян храпел, зарывшись в шкуры. Из сваленных в углу пещеры дров Осип Седой, пошатываясь, волок несколько полешек к угасающему костру. А Кремень спал в обнимку с чёртиком, привалившись спиной к раскуроченному агрегату по воспроизводству алкоголя. Вырванная с корнями дверца покоилась рядом. Аппарат был весь исполосован неизвестным орудием, но никаких механизмов внутри не было. Более того, только сейчас я обратил внимание, что аппарат не стоял на полу пещеры, а был с ней одним целым. Каменные глыбы основания плавно перетекали в корпус, меняя цвет и структуру.

- Нужно было у него всё отнять.

- Да отнимала я. Топор, отвёртку, нож, даже вилку, - Таня безнадёжно махнула рукой.

- И чем же он всё это сделал?

- Пивной открывашкой...

Георгий открыл наполненные страданием глаза, - Танюшь, прости. Я не смог достать твою серёжку.

- Было бы из-за чего переживать. Я на Земле на 3-D принтере вторую распечатаю.

Кремень уткнулся чертику в плечо и глухо застонал.

Прощались мы довольно сухо. Уходя, я оглянулся. Миньоны удручённо стояли вокруг разгромленного Жоркой аппарата. Чёртик заискивающе заглядывал всем в глаза и прикладывал на место оторванную дверцу.


Когда мы вышли из портала, в Петербурге моросил легкий дождик, что сейчас было даже кстати.

- Какие у нас планы?

Таня скептически посмотрела на нас с Лёшей.

- Сегодня... ничего крепче рассола не пить. Завтра дозированные физические нагрузки - жду вас в фитнес-центре. А послезавтра полноценная тренировка с оружием, нужно восстанавливать форму.

Девушка, на которую мы недавно смотрели, с плохо скрываемым вожделением, уходила в просыпающийся город. Спортивная походка, но бёдра немножко покачиваются. Или это меня водит в стороны?

- Представляешь, жена такая кому-нибудь достанется?

- Да, (со вздохом) ведьма...

- По пиву?

- Ага.

А через пару дней позвонил Кирилл.

- Кирюха! Ты где? Давно вернулся?

- Да вот - только что... - не знаю как, но я чувствовал, что он - улыбается.

- Молоток! Дуй ко мне! И вечером отмечаем твоё возвращение, - я повесил трубку и сразу стал набирать номер Викинга.

Вечером собрались у Рэдрика. Мы, Кирилл, Миньоны расселись по сторонам квадрата из сдвинутых боковинами столов. Седой заказал алкоголь, Викинг - мясные закуски. Кошка водрузила на стол букет лилий и расставила свечки в бокалах. Мы прятали ухмылки, но возразить никто не осмелился. Даже не знаю, то ли нам всё равно за что пить, или Эйнштейн действительно как то затронул каждого из нас, но только посиделки получились душевные. Искренне поднимались тосты. Меня подмывало спросить про храм в мире Алтаря, тем более, что вернувшись я выяснил, что храмы Каджурахо - это храмы любви. Только главный виновник торжества под шумок смылся. Не знаю, когда бы мы заметили его отсутствие, но тут Таня встала и, не сказав ни слова, рассекая случайных посетителей направилась к танцплощадке. Мы, недоумевая, потянулись следом.

Кирилл стоял с какой-то девицей, в кругу молодых парней.

- И что, что ты её пригласил? Потанцевал - уступи место другому.

Кирилл держал девушку за руку и только смотрел на обступивших его пацанов.

- Кому тут женского внимания не хватает? - вступила в игру Кошка.

- Что за шум? - бесцеремонно распихивал в стороны народ Жорка.

- Спорим, драки не будет? - подоспел на горячее Петросян. Мы с Викингом подошли уже в тишине. Тишина нависла, накалилась, стала давить и... отпустила!

Со стороны на нас уже обращали внимание. Горячий нрав Миньонов не знали только, наверное, пингвины в Антарктиде. Парни не были ни пингвинами, ни героями - они растаяли, как тени.

А мы вернулись за стол. Кирилл сразу засобирался. Даже девушку свою нам не представил. Я отдал ему ключи от квартиры, сказал, что сегодня заночую у Викинга. Кирилл пытался отнекиваться, лепетал что-то на счёт "просто погулять на свежем воздухе".

- Вот нагуляетесь, замерзните - будет хоть где чаю попить.

В общем, вечеринка продолжилась без главного героя. И, несмотря на все старания Миньонов в этот раз мы обошлись без чертей.

Утром я позвонил домой.

- Привет, - ответил Кирилл, - ты уже едешь?

- Пока нет (ухмыляюсь). У тебя всё в порядке?

- Да (он так краснел на той стороне провода, что я чувствовал, как нагревается трубка в моей ладони)...

Нужно было чем-то себя занять. У Викинга были свои дела, и я позвонил Кошке.

- Не хочешь сходить к Алтарю, за нашими вещами?

- Давай. Через час у портала.

Положительно, эта девушка мне нравилась. И ведь через час она действительно будет меня ждать. Повезёт же кому-то с женой...


Уверенно дошли до мира Алтаря, даже связываться не стали. Рюкзак лежал сразу за выходом из портала. Я накинул лямки, "маяк" у нас, можно идти.

- Давай зайдём к Алтарю? - я посмотрел на Кошку.

- Я сама хотела предложить.

Не сговариваясь, мы обошли поляну, на которой сейчас, наверное, коротал время в ожидании смены очередной девственник. Алтарь ничуть не изменился - заваленная разным ценным хламом плита. Сначала мы подошли к пропасти и разглядывали проплывавшие внизу облака. Потом вернулись к груде чьих-то сокровищ и оставленных надежд. Таня подняла катану, выдвинула из ножен меч. Полюбовалась на сизый узор на лезвии. Задвинула клинок и положила чужую вещь на место. Мы пришли сюда не за этим. Скользнув взглядом по богатому ожерелью, наверняка из чьих-то фамильных драгоценностей, Кошка взяла тонкую папку из серого картона. Метавшиеся в воздухе чайки кричали резко и грубо.

- Всё?

- Ага, - я поднял с земли рельефный каменный кругляш размером с кофейное блюдце. На одной стороне был нарисован свернувшийся в кольцо змей, кусающий себя за хвост. Я не силён в символике, но мне казалось, что Уроборос - обычная змея, а у этого были маленькие стилизованные лапки и крылья. На обратной стороне по кругу шли руны.

- Ты представляешь, сколько труда было затрачено и для чего? - я подбрасывал тяжелый амулет или медальон на ладони, глядя в пропасть. Представил, как он блинчиком нырнёт в облачное море, если запустить им со скалы. И положил его в карман. С сожалением подумал, что любопытно было бы взглянуть на храм любви, но Тане предложить постеснялся.

Когда мы выходили из портала, меня дернуло. Что-то держало меня за темным зеркалом. Я вернулся обратно.

- Ты чего? - спросила Кошка. Я достал из кармана каменный круг с рисунком, повертел его в руках и держа в кулаке попытался выйти. Никаких затруднений до того момента, как мне оставалось вытащить руку с амулетом. Но он упорно отказывался выходить на божий свет. Тогда я разжал ладонь и чувствуя, как шершавый кругляш съезжает, достал руку из портала. Мы с Таней сейчас же вернулись обратно. Медальон мирно лежал у наших ног у самой границы тёмного зеркала.

- Дела...

А дело было в том, что колдовские вещи миров нельзя было вынести за их пределы. Именно поэтому мы и лягушонка в Москве оставили. При переходе сквозь портал всё, созданное в мирах, пропадало. Бесследно. И каменный кружок с изображением змея, если он был создан тёмными мирами, должен был пропасть при выходе за пределы мира Алтаря. А вот если он был реальный, то с ним не должно было быть проблем при выходе на Землю.

- Слушай, давай оставим его здесь, выйдем, а потом я одна зайду?

- Пробуем, - мы вышли. Кошка зашла обратно и сейчас же вернулась.

- Его там нет.

Мы зашли оба - амулет лежал под ногами у самой границы портала.

- Я не знаю, что это, но это - твоё. И, похоже, он будет лежать здесь сколько угодно, пока ты его не заберёшь.

- Ладно, - мне было немного неловко, что я утащил себе с Алтаря что-то, что, возможно имеет какую-то ценность, - думаю никому, кроме Викинга, не стоит об этом рассказывать. Я наведу справки у Берендея. Если кто-то что-то и знает, то только он.

- Хорошо. Передай Кириллу, что его папка у меня.


На подходе к дому, на детской площадке я заметил одного знакомого, встретить которого больше не чаял. При виде меня он встал с детских качелей и улыбнулся. Улыбаться он умеет, это я помню, но не много ли сюрпризов, для одного дня?

- Вы не перезвонили, - по-русски он говорил вполне сносно, но в отличии от Москвы-80 в реальном мире чувствовался акцент.

- И что? - я понимал, что просто так от меня не отстанут и как минимум переговорить придётся. Сели тут же, на детские качельки.

- Продолжу, с того момента, на котором мы закончили: Вам удалось то, что не удалось нам. Вы считаете миры в темноте благом для человечества?

- Нет, - я действительно так не считал. Если для любого человека мир, где реализованы его мечты и казался раем, то для человечества в целом он таким не был. Каждый получил сильнейший соблазн и мало кто смог устоять. Развитие цивилизации остановилось. О сложных проектах наподобие исследования и освоения космоса вопрос не стоял в принципе. Всё, что нам осталось - это сытое существование. По крайней мере, пока.

- А то, что в данный момент только ваши учёные имеют возможность контакта с сознательными существами тёмных миров? Я понимаю, что это патриотично, но вот правильно ли? Вы уверены, что сами справитесь? Или, если справитесь, что ваши спецслужбы распорядятся полученной информацией на пользу всему человечеству?

Вопрос действительно был сложным, и я предпочёл промолчать.

- С появлением миров в темноте наш старый мир исчез. Это слишком серьёзно. Я не хочу на Вас давить, но и я не всё решаю. Нам нужен головастик.

Я качался, качель скрипела, капнувший мне в душу ядом беспокойства человек - уходил. Вот и поговорили. В игры спецслужб стоит только влезть. Поднимаясь к себе, я уже набирал номер Викинга.

- Привет. Мы с Кошкой ходили к Алтарю, забрали наш маяк и кое-что ещё. Таня тебе сама всё расскажет. А сейчас я встречался со старым знакомым из Сикрет Сервис. Да, что подловил меня в Москве. В общем - они давят и мне это не нравится. Схожу к Василисе, тем более, что и Ярослава проведать пора - посмотрю, что можно сделать. Если не получится - придется перебираться в миры, тут станет слишком горячо. Предупреди Таню.

Вот так и получилось, что только что вернувшись, я сообщил Кириллу, что опять ухожу. Наверное, нужно было поговорить, но просто не было времени.

- Ну, ты как?

- Нормально.

- Теперь - всё? Жизнь удалась?

- Ты знаешь... Не знаю. Мне кажется, что это всё фигня.

- Да, первые впечатления именно такие. Как правило.

Нужны были какие-то другие слова. Но какие? Других слов у меня не было и я уже убегал.


На правах званого гостя я зашёл к Ивану и Василисе. Лягушата были повсюду, и надо было внимательно смотреть под ноги, чтобы не раздавить возможного клиента и будущего сотрудника английской спецслужбы. Меня провели в гостиную и усадили пить чай. Василиса, в неизменном цветастом платке, сидела перед Иваном на столе, и он наливал ей чай в блюдечко из своей чашки. Кваканье стояло такое, что если есть птичий базар, то я сейчас был на лягушачьем рынке. Василиса довольно щурилась, Иван был невозмутим.

- Василиса, - я понял, кто в доме хозяин и ломился напрямую. - Из ваших, эээ... детей, никто больше не хочет поступить на службу... Человечеству?

- Ещё? - приподняла складку над веком лягушка, - полагаете, Ярослав не справится?

- Нет, что Вы! Но вынужден признать, что всё оказалось сложнее, чем мы думали.

- Чем Вы думали? - улыбнулась Василиса, - Могу вам помочь только советом - создайте Ярославу все необходимые условия.

- Но может, мы спросим у Ваших детей? Может они хотят...

- Нет, - оборвала меня Василиса. Она выпучила глаза, рот вытянулся в тонкую ниточку и я с оторопью вспомнил, что жабы - хищники. И сейчас такой хищник сидел напротив меня в платочке, над блюдечком чая, - Я знаю своих детей! Никого из них не интересует карьера...

Разговор не клеился. Когда, минут через пятнадцать, Иван закрывал за мной дверь, то, понизив голос, сказал:

- Я понимаю, что Вы хотите. Но больше никто из лягушат не умеет разговаривать, - и он развёл руками.


После отказа Василисы у меня из головы не выходили слова английского спецагента, которого я про себя называл Джеймсом Бондом, о том, что он не хочет давить, но при этом решает далеко не всё. В играх спецслужб человеческая жизнь была разменной монетой, но я полагал, что время ещё есть.

Я посетил уже известное здание и меня, как законного представителя, провели мимо двух постов охраны в личные апартаменты Ярослава. Вдоль всех стен тянулись столы, составленные без зазора так, что лягушонок мог без труда обойти комнату по периметру. Туда и обратно. При моём появлении Ярослав вылез из аквариума, наполненного разными диковинными растениями и макетом затонувшего пиратского корабля. Спрыгнул на стол, обмакнулся салфеточкой и заложив лапки за спину, пошёл показывать свои владения, оставляя на столе мокрые следы.

- Вообще у меня много дел, но я уделю Вам некоторое время. Всё, чем мы занимаемся, очень важно и секретно, так что подробности я сообщить не смогу, даже не просите, - Ярослав развёл лапки. - Скажу лишь, что наша работа не напрасна, мы добились некоторых успехов, но многое ещё предстоит сделать. Вы, уверен, заметили, что отчисления на ваш счёт увеличились? Это связано с тем, что Комитет по достоинству оценил мои заслуги и увеличил размер денежного содержания, что отразилось и на вас, так как вы на проценте. Но материальный достаток, далеко не самое главное, для тех, кто служит на благо человечества.

Ярослав остановился так, что за его спиной оказались прислонённые к стене лейтенантские погоны, не заметить которые было невозможно.

- Правительственные награды? - осторожно поинтересовался я.

- Из соображений секретности я не могу ответить на этот вопрос. Но мама была бы довольна, - скромно ответил лягушонок.

Как он ни намекал, но ни одну государственную тайну так и не выдал. За этого представителя спецслужбы можно было быть совершенно спокойным. После посещения Ярослава я попросил отвести меня к куратору проекта.

- Как дела у моего подопечного?

- Он работает.

- Смотрю, уже звёздочку заработал.

При моих словах Александр поморщился:

- Мы стараемся всячески его стимулировать. Полагаю, Вы уже знаете, что остальные головастики - обыкновенные лягушата. Говорить могут только Ярослав и Василиса.

- Знаю. А другие знают?

- На вас снова выходили?

- Да. И дали понять, что сейчас всё серьёзно.

Куратор пометил в блокнотике, - Я сообщу своему начальству, что на вас оказывают давление. Но людей сейчас мало, - Александр поднял глаза, - лучше приходите сюда. Или ещё куда-нибудь, в миры, где до вас не доберутся.

Вот так. Когда простой человек оказывается замешан в Большую игру, то победить он не может по определению. Вот и думай, нужно ли было доставать Конторе Ярослава?


Вернувшись в Питер, я позвонил товарищам. Кошка сказала, что сегодня встречается с Кириллом. Я предупредил, чтобы собирала вещи, мы уходим в миры. С Викингом пересеклись у Рэдрика, нужно было переговорить кое с кем. Был такой человек, кто он и как его зовут - никто не знал. Достоверно о нём было известно только то, что он единоличный хозяин клуба "У Редрига Шухарта". Откликался он на Берендея, но это явно было не имя. Было ему слегка за сорок. Очень крепкий, спортивный. Глаза всегда спрятаны под тёмными очками-консервами. Виски и затылок выбриты, сзади волосы собраны в хвостик. Жил он с доходов от клуба, а также перепродажи всего, что угодно, от оружия, до антиквариата. А ещё - консультировал по мирам. Говорили, что он шерп. Вот только он никого никуда не водил и в мирах его никто не видел. Мутная личность.

Мы встретились с Берендеем и я ничего не объясняя, показал ему фото амулета, сделанные на телефон.

- А посмотреть нельзя?

Я развёл руками.

- Вещь из миров? - прищурился Берендей.

- Да.

Прожженный контрабандист и перекупщик всего, что имеет цену, помолчал:

- Если это то, что я думаю, то могу найти хорошего покупателя.

- Нет.

Берендей кивнул, ещё раз заглянул в телефон, - я не знаю, что это такое.

Мы с Викингом ждали продолжения. И не ошиблись.

- Возможно это ключ. То, к чему он подойдёт, для чего он - находится в мирах. И искать это должен его хозяин.

- Мы тебе что-нибудь должны?

- А сами потом скажете...


В общем, для похода в миры мы были экипированы и решили идти прямо сейчас. Туда и обратно - за полчаса обернёмся. Заберём Кошку и дальше - по обстоятельствам. Медальон действительно лежал на своём месте, сразу за входом в портал. Викинг взвесил его на руке, покрутил... и вернул мне. Идти предстояло в мой мир. Я там уже не один раз был - ничего особенного. Природа как в Прибалтике. Высокие спутанные травы. Шелушащиеся сосны, ловящие верхушками смолистый ветер, усыпающие песчаные откосы ржавой хвоей. Грибы и земляника. Змеи, которых замечаешь, только когда они торопливо скрываются в траве. Озеро. Лес. Небольшие разрушенные останки явно благородных строений на манер античных - полагаю, для антуража. И больше ничего интересного.

Мы пришли. Дошли до озера. Прошли краем леса. Бросили шишку в непуганую белку. Белка склонила голову на бок, оценила нас коричневыми бусинами глаз и махнула на прощание огненным платком хвоста. Осталось проверить развалины. Увитые диким виноградом мраморные свидетельства былого величия. Вот тут он и был, артефакт, простой, как яйцо. Если бы не его размеры. В общем, это и было яйцо, гладкое, блестящее, только высотой не меньше двух метров.

- И снесла им курочка яичко, да не простое, - пробормотал я, - а очень не простое.

В центре яйца было круглое углубление, по краям которого шли руны. Мы сравнили - те же, что на амулете, да и размер совпадал.

- Не знаю, что это такое, - сказал Лёша, - но Берендей говорил именно про это.

- Попробуем?

- Давай, - пожал плечами Викинг, - чем мы рискуем?

Я вставил медальон в круг и он вспыхнул так, что я отдёрнул руку. Когда пляшущие круги перед глазами прошли, яйцо продолжало стоять - абсолютно ровное. Вокруг безмятежно порхали бабочки.

- Слушай, а оно - теплое! - я приложил ладонь к едва шероховатой поверхности .

И тут скорлупа хрустнула и зазмеилась увеличивающейся на главах трещиной. Я немного подождал и снял расколотый кусочек. На меня смотрели огромные зеленущие глаза с вертикальными зрачками.

- Мяягх!!! - существо внутри потянулось, скорлупа разлетелась в стороны и я оказался в объятьях... даже не знаю кого. Больше всего существо походила на кошку. Гигантскую кошку со свалянной влажной шерстью. Она возилась на обломках яйца, крепко прижимая меня к себе. Когтей не выпускала, хотя как потом стало известно - они у неё были и именно такие, какие положено при её габаритах. Викинг стоял напротив, держа в опущенной руке свой пистолет. Я глупо лыбился.

- Лёх, со мною всё хорошо. Только... она меня держит.

- Мяяягх! - опять мурлыкнула кошка(?) и лизнула меня в лицо. При этом я успел рассмотреть клыки. Их было гораздо больше, чем у нормальной кошки и как мне показалось - длиннее, чем надо.

- Хорошая девочка, - я гладил её по огромной голове и пытался тихонько выскользнуть, - Лёш, её нужно кормить! Быстро! Что у нас есть?

- Ничего. Зачем еду в миры брать? Волк, тебе видно какой у неё хвост?

Я как мог осторожно изогнулся. Матьмояженщина! У неё был длинный крепкий хвост (почти без волос и пуха) на конце которого находилась шишечка-булава. Прямо как у динозавра...

- Лёх, - взмолился я, - мне кажется, она есть хочет. Найди хоть что-нибудь. Ай!!!

Я повернулся - она прокусила мне кожу на руке и тянулась к ране своими мягкими губами. Я содрогнулся всем телом. А она неожиданно выпустила меня... и заорала. Викинг весь подобрался и взял зверя в прицел.

А она плакала. Сама, наверное, думала, что жалобно пищит, но двое неподготовленных к такой встрече мужчин посчитали, что огромная кошка вопит и при этом достаточно грозно.

- Лёх, погоди, не стреляй, - я высвободился, здоровой рукой продолжая гладить нашу нежданную находку, а ранку поднёс к её губам. - Не бойся, маленькая.

Она сразу прекратила голосить и довольно зачмокала, слизывая струящуюся из раны кровь. Причем, делала она это очень аккуратно и не больно.

- Я пока потерплю, а ты приволоки уже что-нибудь. И НЗ из аптечки возьми.

Викинг кивнул и достал из походной аптечки полутора литровый пакет - весь наш запас "голубой крови" - субстанции, которая годится для переливания и не зависит от группы.

- Слушай, ей, наверное, твёрдую пищу нельзя, она же ещё маленькая? - с сомнением спросил я.

- Я одного не пойму, ты ей мама или еда? - Лёша, ухмыляясь, снял походную куртку, ножом отхватил себе рукав и завязал конец узлом. Опустил в образовавшуюся кишку пакет и завязал второй конец. После чего ткнул пару раз ножом, по рукаву потекла кровь. Лёша поднёс импровизированную кормушку к морде зверюги. Кошка ещё пару раз лизнула мне руку (причём кровь сразу остановилась и свернулась) и потянулась за новой добычей. Рукав она обсасывала, как соску, приходилось только кончик придерживать, чтобы не проглотила, и вскоре жадное чавканье сменилось довольным урчанием. Наша новая подружка оглядела нас критически, облизнулась, улыбнулась, явив нам свои чудесные острые клыки, сказала - Мяяфф! - и РАСПРАВИЛА КРЫЛЬЯ!

!!!!!!!!!!!! Некоторое время мы с Викингом потратили, выражая своё бурное восхищение. Конкретных фраз я уже не помню, но они были ОЧЕНЬ КОНКРЕТНЫМИ. Очень.

- Как думаешь, - спросил Лёха, когда мы немного успокоились, - жабры у неё есть?

- Не знаю. Зато я, кажется, знаю кто она. Это мантикора. Я про таких в сказках читал, - я посмотрел на мифическое чудовище. Мантикора-кошка довольно улыбалась, щурила глаза, куталась в свои роскошные пушистые крылья и явно собиралась лечь спать. - Я назову её Машка. И теперь она - моя!

- Как хочешь, - Викинг поставил пистолет на предохранитель и убрал его в кобуру. - Но это дело нужно обмыть. А то руки дрожат. Тебе, кстати, пить можно?

- Ты раньше никогда не спрашивал, сейчас, в чём дело?

Он посмотрел на меня изучающе: - Я не дам тебе пить, если ты будешь кормить её грудью...

Так и вышло, что я остался с Машкой, а Лёша вернулся за Таней. Сюда они прийти не могли - привязки не было. Мы считали, что если понадобится, то придут вместе со мной.

Чуть позже я обошёл развалины и нашёл кем-то забытую корзину для пикника, в которой была бутылка вина, бутерброды с ветчиной и сыром. И пара пакетов "голубой крови". Как удачно, правда? Когда стало вечереть, мы улеглись на прогретых дневным солнцем плитах, что сохраняли своё тепло до утра. Я забился Машке под бок, и она укрыла меня своим тёплым мягким крылом. Мантикора дышала глубоко и ровно, задавая влекущий в сладкую дрёму ритм и последней моей мыслью, перед тем, как провалиться в темную бездну сна, была тревога о ребятах - где они, как?

Утром я скормил зверюге остатки крови и принёс полные ладони мышей-полёвок. Я навскидку отстреливал им головы. В своём мире промахнуться я не мог, даже если бы стрелял за спину. С закрытыми глазами. Мышей Маша глотала едва разжёвывая и я решился попробовать что-нибудь посущественней. В траве как раз показался заяц, он заметил мой взгляд и высоким прыжком бросился наутёк. Патроны давно должны были закончиться, но я выстрелил влёт и заяц закувыркался в траве. Когда я подошёл, он картинно лежал раскинув лапы, во лбу была аккуратная дырочка. Хороший выстрел, особенно если учесть, что я стрелял ему в спину. Поглотив мой трофей, Машка заурчала, потянулась... и резко бросилась в сторону. Два прыжка - и в её пасти бьётся очередной ушастый. Теперь я могу быть спокоен за подопечную, не пропадёт! Нужно идти, и так день потерял.


Вышел на Москве, куда по уговору должны были прийти Лёша с Таней. Набрал номер. Затем следующий. "Абоненты вне зоны действия сети." Это мне не нравится.

В Петербург я уже летел на крыльях беспокойства и дурного предчувствия. Стоило выйти из портала, как меня настигла куча пропущенных вызовов. И сообщение от Викинга: "Лёш, они забрали Кошку".

Алексей с Кириллом ждали меня на квартире у Татьяны. Племянник рассказал, как Кошка назначила ему встречу. Он подошёл, набрал номер на домофоне, Таня сказала, что скоро спустится. Прождав полчаса, поднялся сам. Дверь была не заперта и он вошёл. На тумбочке лежала папка с его работами по физике. Кругом был порядок, вот только хозяйки нигде не было. Эйнштейн пытался дёргаться, куда-то звонить. Наши телефоны не отвечали. В полиции, которой сейчас реально не существовало, кто-то принял звонок и на этом - всё. Представляю, как Кирилл метался, пока не подошёл Викинг...

Мысли скакали галопом. Горячку пороть не следовало, только помешает. Я прошёл на кухню, выбрал бокал побольше, насыпал две ложки черного чая, залил крутым кипятком и накрыл блюдцем. Обернулся к друзьям:

- Что вы успели сделать?

- Мне на телефон пришло сообщение, что наша напарница "в гостях" и отпустят её только в обмен на говорящего представителя тёмных миров, - Леша, оседлав развёрнутый спинкой вперёд стул, методично рассказывал о своих действиях. - Думаю, у тебя тоже такое есть. Я перезвонил по номеру, дали прослушать запись. Таня говорит, что у неё всё хорошо и просит не волноваться. Затем звонил в ФСБ, Александру. Сказали, что он сейчас в Москве-80 и обещали передать, что нам требуется помощь.

- Мы оружие купили! - Кирилл пытался ходить из угла в угол, чему мешали размеры Таниной кухни. Несколько раз натолкнувшись на стулья он наконец сел к столу. - А ещё Лёша учил меня стрелять.

Что ж, логично. Надо было куда-то перенаправить деятельную энергию ботана с физическим уклоном.

- Всё?

- Я звонил Берендею, - Викинг поднялся и подошёл к окну. - Рассказал всё в общих чертах, просил узнать кто захватил нашу Кошку и где она.

Всё верно, пока ничего не знаешь, то единственное, что можно сделать не боясь совершить ошибку - это подпрыгнуть на месте. Я тоже выглянул во двор. Никого. По улице проехала одинокая машина. Те, кто захватил Таню, возможно и сейчас здесь, наблюдают за нашими действиями. Но мешать не станут. Им нужны не мы и не Кошка. Им нужен говорящий представитель миров в темноте. Вот только не понятно с чего начинать... На одном месте нам сейчас не усидеть. Нужно хоть чем-то себя занять, а то мы повзрываемся. Я снял с бокала блюдечко, отхлебнул обжигающий терпкий напиток. Посмотрел на Кирилла, потом на Лёшу:

- Что, посмотрим, как ты его стрелять научил?

Мы подъехали к арендованному тиру. Я прекрасно понимал, что оружием в этом деле ничего не добиться. Но нужно было чем-то занять Эйнштейна, да и себя поменьше накручивать. Небольшой сброс адреналина сейчас - самое оно.

- Показывай, чему тебя Викинг научил. Дистанция стандартная, двадцать пять метров. Пять мишеней. Первые две - с места. Следующая, после смещения в сторону. Затем с колена. И последняя после переката, лёжа. Сможешь?

Кирилл молча вышел на рубеж. Достал два пулемёта-пистолета Узи Галя, один отложил на столик. Всё верно, с двух рук ещё нужно уметь стрелять, сейчас два ствола - только помеха.

- Это его выбор, - прокомментировал Лёша не самое лучшее оружие, - а вообще он отлично стреляет, особенно, если учесть, что только вчера взял в руки огнестрел.

Поглядим. Вообще в команде за стрельбу отвечал я. Практиковались мы редко, не видели в этом смысла. Но зато были уверены, что в реальной ситуации никто не шмальнёт случайно товарищу в спину. Вот только то, что я давал, было далеко от практической стрельбы, скорее стендовая. Целился я долго и по-другому не умел.

Кирилл встал во фронтальную стойку, опустил руки с пулемётом-пистолетом и голову. Несколько мгновений, поднял голову, собрался...

- Готов? Начали!

Серия из трёх выстрелов, смещение прицела - ещё два. Шаг в сторону, прицел, опять выстрелы. Он постоянно держит оружие на весу - плохо. Отсюда видно, что первые три мишени в дырках. Посмотрим, что дальше.

Кирилл приседает на правое колено, короткая очередь, гильзы летят в сторону и прыгают по полу. Ложится на пол, перекат и последняя серия уходит вправо вверх. Четвёртая мишень зацеплена по краю, пятая чистая. Кирилл встаёт, отстёгивает магазин, спускает затвор, контрольный спуск - кладёт всё на столик. Поворачивается. Не прошло и десяти секунд. В неподвижном воздухе стоит приятный кислый запах жжёного пороха.

- Хорошо, признаю - не ожидал. Здесь есть над чем работать, но база видна.

Стрельба из автоматического оружия короткими очередями с перемещениями, три мишени поражены, одна условно поражена и только одна - мимо, но тоже, не критично. Честно говоря, настолько не плохо, что нужно немного осадить боевой пыл вчерашнего физика-ботаника. Придётся постараться. Мы отмечаем попадания на мишенях маркером и я выхожу на рубеж.

Встаю так, чтобы расстояние между первой и второй мишенями я скрал небольшим поворотом корпуса. Расслабляю шею, плечи, руки, спину. У меня Беретта-92, пятнадцать патронов - самое оно. Поднимаю голову...

- Начали! - командует Лёха.

Снимаю с предохранителя, поднимая ствол сдвигаю затвор. Левая кисть мягко обхватывает правую снизу-сбоку. Совмещаю прицельную планку с мушкой. Прицел сейчас чуть выше середины мишени, что видна размыто. Плавно опускаю до центра, прохожу его и возвращая прицел обратно, фиксирую. Всё это - на выдохе. Добирая холостой ход курка, ловлю "тишину". Спуск - выстрел! Доворот корпуса, руки составляют с телом единое целое. Ловлю центр мишени, спуск. Это всё на одном дыхании.

Сгибаю руки в локтях, шаг в сторону, вытягиваю руки. Прицел-выдох-"тишина"-выстрел!

Сгибаю руки, шаг в сторону, присаживаюсь на колено (надо было наколенники одеть), прицел. Глубокий вдох и плавный выдох. В движении тело разбалтывается и сейчас особенно важно поймать спокойствие. Выстрел, корректировка прицела и ещё один.

Ложусь. Стараюсь не рвать движения, а как будто подчиняться накатившей волне. Закрываю глаза и два раза перекатываюсь через бок. Расслабляюсь оплывая... Внутренне собираюсь, открывая глаза вскидываю руки с пистолетом. Прохожу центр мишени чуть выше, опускаю до середины, фиксирую. Выдох-прицел-спуск. Корректировка и контрольный выстрел. Прогиб спины слабеет, руки идут вниз и как ни хочется ещё добавить пару раз, для верности, это сейчас не имеет смысла - пули уйдут черт-те-знает-куда. Я встаю. Разряжаю пистолет.

Викинг разглядывает мишени в оптическую трубу, установленную на штативе:

- Все мишени поражены, последнюю слегка по краю зацепил и в молоко.

Очень хорошо для меня, я доволен:

- С этим мы ещё поработаем, но надо понимать, что в жизни всё будет иначе и действия должны быть отработаны до автоматизма. Пойдём поближе к мишеням.

Никакого риска сейчас не было, упражнение, что я собирался показать и предложить Эйнштейну, нужно было именно тренировать. На природных данных далеко не уедешь, а того неполного дня, что был в распоряжении Лёши и Кирилла - явно не достаточно, даже если они и пытались что-то подобное отрабатывать.

Я остановился в паре метров от мишени. Расслабился. Пистолет со свежей обоймой в застёгнутой кобуре:

- Командуй.

Викинг сбросил показания с таймера:

- Давай!

Правая рука пошла отмашкой вниз, срывая застёжку. Обратным движением указательным пальцем откидываю крышку кобуры, средним и безымянным подхватываю рукоятку пистолета. Пока рука идёт вдоль тела вверх (ствол направлен в землю), большим пальцем снимаю предохранитель. У подбородка правая рука останавливается, пальцами левой кисти я накрываю пальцы правой, фиксируя пистолет. Поднимая ствол, я выкидываю руку с Береттой вперёд, как шпагу. Выстрел! Выстрел!!!

- Сколько?

- Секунда семьдесят шесть...

- Это упражнение на скорость. Оно считается выполненным, когда хотя бы одна пуля попадает в мишень, но промахнуться здесь сложно. Вообще, мастера не выходят из секунды. Есть и другие способы скоростной стрельбы, от бедра и от пояса, но они технически сложнее. Кирилл, твоя задача уложиться в две секунды (пускай - пригодится. Хотя выполнить заданный норматив за сегодня ему будет очень сложно). Лёш, покажешь?

Тень неловкости, хоть я и пытался сгладить просьбу вопросом. У нас в команде нет одного лидера, как Осип у миньонов и никто не может отдавать распоряжения, всё решается сообща. Но Лёха отводит Кирилла в сторону - значит всё в порядке. Я достаю телефон и набираю номер Берендея.

- Привет, это Волк. Для нас что-нибудь есть?

- Немного. Татьяну прячут в мирах...

Логично, этого следовало ожидать. Без оставленного маяка нам в чужой мир не попасть.

- Кто её забрал?

- Неизвестно, но не похоже, что англичане. Всех интересуют разумные порождения, в деле могут быть иные игроки. Это - всё. Я сообщу, если появится конкретика.

- Спасибо, Берендей. Если нужно будет кому-то заплатить - плати, мы всё отдадим.

- Я знаю...

Прослушав гудки отбоя, я вернулся к товарищам. Равнодушно посмотрел, как Кирилл отрабатывает упражнение на скорость.

- Парни, Таня в мирах, до неё не добраться. Есть идеи?

- Значит, попытаемся раскачать ситуацию, - никаких сомнений в словах, Викинг наверняка уже всё обдумал, - позвоним англичанам; посмотрим, что получится.

- Берендей считает, что Сикрет сервис не при делах...

- А это не важно, других концов у нас всё равно нет.

Верно. А начинать откуда-то надо. Ну, пусть будут бритты. Дальше:

- Миньонов зовём?

- Миньонов? Ты уверен, что пользы будет больше, чем вреда?

На самом деле тот ещё вопрос!

- Не знаю. Но они единственные сумасшедшие, кто полезет в это дело против силовой структуры неизвестного государства.

- Договорились. Вот ты ими и будешь командовать. А я пойду к полупиндосам! - Лёха ехидно улыбается. Неизвестно, что ещё и лучше: самому лезть к возможным врагам или оставаться с такими союзниками.


Мы позвонили Миньонам, вкратце обрисовали ситуацию и договорились встретиться у меня и обсудить дальнейшие совместные действия. Минут через сорок в мою дверь раздался настойчивый звонок. На пороге стояли Миньоны. Они бесцеремонно протопали в прихожую, Осип с Жоркой сбросили на пол тяжелые сумки. У Петросяна на шее болтался немецкий автомат МП-40, из-за надписи на магазине для патронов ошибочно называемый "Шмайсером". Судя по внешнему виду это не образец Большой Мировой Бойни - новодел. Жорка был вооружён автоматом Томсона - легендарным оружием американских гангстеров времён Великой Депрессии, которое добавило свежей крови, как на мостовые Чикаго, так и в сплочённые ряды элиты Нового света. Только у Осипа был вполне современный лишённый лишней экзотики Вихрь. Лёгкий, малогабаритный, с патроном повышенной пробивной силы и возможностью бесшумной стрельбы. У каждого из-за плеча чуть наискосок выглядывала рукоятка биты, в мирах от огнестрельного оружия будет мало пользы.

- А здесь что? - Викинг пнул одну из спортивных сумок, топорщившихся во все стороны твёрдыми выступами.

- Патроны, разные гранаты, мины. Нажимные, с возможностью дистанционного подрыва, с таймерами, тепловыми и объёмными датчиками.

- Надеюсь детонаторы не на боевом взводе?

- Фиг знает, мы только что всё купили. Так что пинать, наверное не стоит...

Леша многозначительно посмотрел на меня. Нужно было что-то делать. Оставлять весь этот арсенал здесь нельзя. И с собой брать не стоит. Ладно, придумаем что-нибудь.

- Барахло своё сами понесёте. И главное, Вы с нами только пока подчиняетесь мне или Лёше. Никакой отсебятины. Согласны?

Миньоны нестройно пробубнили что-то неразборчивое, но судя по горящим глазам, смотреть за ними нужно будет востро.

- Если это всё, можно идти.

- Ладно, только давайте минут десять у парадной постоим, перекурим, нам должны кое-что подвести. Сюрприз...

Лёша опять тяжело посмотрел на меня, но я сделал вид, что не заметил. Мы спустились, загрузили сумки в Лёшин Лендкрузер. Парни достали сигареты, которые вместе с кофе и элитным алкоголем в скором времени должны были встать в один ряд с медикаментами в процессе товарно-вещевого обмена. Показался черный Джип Вранглер Берендея. У меня в нехорошем предчувствии заныло сердце. Контрабандист проехал чуть дальше, сдал назад багажник к багажнику. Вышел, кивнул всем присутствующим, откинул заднюю дверцу.

- Здесь "мухи" и два "шмеля", - откинув брезент, Берендей показал лежащие стройными рядами пехотные огнемёты, противотанковые реактивные гранатомёты и пару цинков с патронами.

- Слушайте, юные натуралисты, - не выдержал Викинг, - хотите идти с нами, обойдётесь без насекомых, это понятно?

- Да ладно тебе, парочку бы взяли, - вяло отбивался Осип: - Как на счёт спецзаказа?

Берендей достал из недр автомобиля пакет и передал главарю миньонов. Игорь извлек из полиэтилена кайзеровскую каску с шипом и важно водрузил себе на голову.

- Вау! Не мог нам такие же купить? - заныли Кремень с Петросяном.

Я уже начал сомневаться в мыслительных способностях Седого, но оказалось, что это ещё цветочки.

- А где...

- Танк? С ним пришлось сложнее, подъедет через час, - тёмные очки-консервы помогали Берендею сохранить совершенно невозмутимый вид.

- ТАНК!!? - поперхнулся Викинг, - нет слов, парни - это сильно! Не знал, что вы умеете на танке.

- Экипаж можно нанять, - парировал Осип.

- И вы знаете портал, через который пройдёт танк? - добивал Лёха.

- Если вы хотели, чтобы враги полопались от смеха, - подливал масло в огонь до этого момента спокойно стоявший в стороне Эйнштейн, - нужно было брать бумеранг. По функционалу вполне подходящий: дистанционный, самозарядный, бесшумный. А главное - экзотичный.

- Уверен, аптечки вы взять не удосужились? - продолжил я, - Если понадобится, возьмём с боем у врага?

- Ну да, - кивнул Кремень.

- Я так и подумал...

Ещё минут пять ушло на согласование неустойки по покупке гранатомётов и танка. Уверен, танк Берендей даже на пытался заказать. Потом мы, с верными союзниками, расселись в Лёшин Круизёр. Викинг безнадёжно махнул на Осипа рукой:

- Хоть каску сними, потолок расцарапаешь...

Зря он так, подумал я. Расцарапанный потолок машины мне сейчас казался безобидным и наименьшим злом. Решимость моя таяла, как кусок рафинада под струями крутого кипятка. Как проходили таможню на Москве-80 даже вспоминать не хочется. Мы с Лёшей и Кириллом делали вид, что не знакомы с миньонами и вообще впервые их видим. Получалось не особо... Парни, напротив, выглядели браво и только что в голос не напевали: "Мы смело в бой пойдём!"

В офисе, не слушая возражений, Лёша отнял у Седого и компании всё вооружение и запер в кладовке. Хороший выход, тут если что и сдетонирует, то обойдётся без жертв. Взамен выдал каждому по штурмовому ножу и пистолету из наших собственных запасов. Вихрь Игоря оставлять было жалко, хорошее оружие - как раз для спецопераций. Викинг передал его Эйнштейну, аргументировав, что никуда не пойдёт, имея за спиной людей, неизвестно как обращающихся с автоматикой, а Кирилла он хоть в тире, но уже видел. Парни морщились, но терпели. Ох, чую я одним местом, беспокойным своим сердцем, что есть ещё у ребят туз в рукаве. Перед самым выходом Лёша отдал Кириллу и чехол со своей битой. Помог одеть, и закрепил ремни, чтобы рукоять торчала из-за плеча. Показал, как одним движением развязывать страховочный шнур и выхватывать бейсбольный спортинвентарь, когда Игра должна начаться без промедления. Я с завистью поглядывал на Викинга, собирающегося идти на встречу с представителем английской спецслужбы. Как бы я хотел оказаться на его месте, а не в окружении друзей-миньонов...

Полагаю, все заинтересованные лица уже были в курсе, что мы появились в Москве увешанные всевозможным оружием и готовые устроить маленькую войну. Смысла в этом не было, так как любое дистанционное оружие в мирах почти не имело шансов поразить живую разумную цель. Именно поэтому скрытность нас особо и не заботила. Нужно было просто ввязаться и дальше уже действовать по обстоятельствам. В Сикрет сервис мы позвонили ещё из реального мира, по оставленному нам телефону. Договорились встретиться здесь, в Москве-80, в одном из уличных кафе, обслуживаемых исключительно порождениями. Подобные заведения не пользовались особым спросом, а значит вполне подходили для наших целей. Миньоны получили строгий наказ ничего не делать без команды. Покивали с кислыми лицами. Мы приехали заранее и оккупировали всей толпой один из столиков поближе к зданию. Решили, что раз о нас знают, а иначе и быть не может, то и прятаться нет смысла. Небольшая малолюдная площадь располагалась перед нами, как на ладони. На четверть она была заставлена укрытыми солнечными зонтиками столиками с одинаковыми белыми стульями. Выходили сюда три улицы, на одной из них, поближе к кафе, был припаркован автомобиль с зеркальной тонировкой. Машина напоминала все сразу и никакую конкретно - продукция миров. Осип получил команду никуда не лезть, а наблюдать за площадью и авто. Кремень с Петросяном тоже получили под свой контроль по сектору, на тех же условиях. В качестве мобильного резерва оставался Эйнштейн. Компактный, как раз для таких случаев, автомат он держал на коленях, завернутым в плащ. Генеральный штаб представлял я. Мне было не уютно в этой роли, и я постоянно ёрзал. Викинг сидел рядом, ожидая своего выхода и выглядел самым беззаботным из нас.

В оговоренное время к кафе выехал блестящий Мерседес Геленваген. Не удивлюсь, если его пронесли по частям и собрали уже здесь. Именно такая машина и должна была быть в мирах у серьёзной конторы. С пассажирского места вышел уже знакомый англичанин и улыбаясь подошел к крайнему столику. Викинг поднялся и двинулся навстречу.

- Не пуха, - шепнул я.

О чем они говорили на таком расстоянии, было не слышно. Но это было и не нужно. Предложить для договора мы ничего не могли, и Лёша должен был мягко провоцируя раскачать собеседника. Как вам план? В нём был только один плюс: отсутствие чёткой структуры оставляло нам полную свободу действий. Пока всё шло, как мы и предполагали. Викинг, с напряжёнными плечами, что-то выговаривал Джеймсу Бонду, как я его про себя называл. Тот оставался беспристрастен, только лицо его всё больше напоминало картонную маску. Вот Лёша вскочил, стул упал назад. Следом медленно поднялся англичанин. Лёшина рука привычным движением пошла вниз. Именно это упражнение мы отрабатывали в тире. Дальше время совершило скачок.

Англичанин чуть качнулся вперёд, перехватил Лёшину руку, другой захватил Викинга за шею.

- Не стрелять, Кирилл за мной! - я рванул с места. Бонд уже заваливал Лёху на стол, заламывая руку ему за спину. Из машин, с той, что приехала и ещё одной, что была припаркована в стороне, высыпались люди с дубинками. Когда мы с Кириллом подоспели к месту действия, Лёша уже хрипел в захвате у англичанина. Я попытался зарядить тому в челюсть, но он выпустил Викинга, перехватил мою руку и бросил меня через бедро на мощёную брусчаткой мостовую. Приземлился я чувствительно, хотя и мягко. А дальше... ХЛОПОК!!! Единодушный выдох. Я перекатываюсь, пытаюсь по возможности быстро подняться, смещаясь в сторону от англичанина и его людей. Встаю.

Машины работают на холостом ходу. Сотрудники спецслужбы с дубинками в руках стоят на месте и не пытаются приблизиться. Зато к нам спешат Миньоны, все руки которых заняты ножами, битами и пистолетами. Джеймс Бонд лежит на земле, а над ним, склонив лобастую башку стоит... гибкая и сильная мантикора Машка, с любопытством разглядывая англичанина. Шишкообразная булава на конце могучего хвоста качается из стороны в сторону. Желающих проверить предупреждение это или Мария таким образом выражает своё игривое настроение не наблюдается. Глухой сдержанный рык (Ах, хорошая девочка!). Рядом стоит Кирилл, держа в замахе Лёшину биту.

Подоспевшие Миньоны поводят стволами от сказочной зверюги к англичанам и обратно. Хорошо, не стреляют.

- Парни, это свои, - выдыхаю я. Как мантикора смогла попасть в другой мир - разбираться будем потом. Мы неожиданно получили сильный козырь и нельзя терять динамику.

- Надеюсь, - говорю Бонду, - Вы понимаете, что сейчас в нашей власти?

- Разумеется, - надо отдать должное, англичанин не пытается подняться, но на диковинного зверя, с усеянной клыками пасти капающего на него слюной, смотрит без страха, с интересом.

- Пройдём в кафе, поговорим?

Впереди, морщась и растирая запястье, идёт Викинг. Между ним и мной идёт Джеймс Бонд. Наши спешат рядом, огладываясь по сторонам. Замыкающей семенит Машка, значительно помахивая в воздухе своим внушительным хвостом. Сотрудники спецслужбы деловито рассредоточиваются, один возвращается к машине и достаёт непонятного вида трубу, с которой незамедлительно начинает возиться, временами поглядывая в нашу сторону. Новая оружейная разработка? Ладно, будем ковать железо...

- Где Татьяна?

- Где-то в мирах, вам её не достать.

- А вам?

- Сами понимаете, достать её может лишь тот, кто всё это организовал. Не мы.

- Кто?

Чуть помедлив:

- Полагаю японцы.

Этого только не хватало:

- Есть и другие игроки?

- Естественно. Я вас предупреждал. В возможности контакта с разумными представителями темных миров заинтересованы все, - Бонд бросил изучающий взгляд на Машку. Я предпочёл его не заметить. Пока, по крайней мере.

- Вы говорили об угрозе, стоящей перед всем человечеством, о том, что неправильно, если важная информация будет принадлежать кому-то одному. Если Вы действительно хотите, чтобы лягушонка могли изучать все заинтересованные стороны, то мы можем договориться.

- Продолжайте, - теперь он выглядел заинтересованно.

Я рассказал мой стихийно возникший план, опирающийся преимущественно на веру в чудо и удачу. Авантюра, конечно... Но ничего иного у нас не было, так что... стоило попробовать. Тогда я не задумывался, почему он согласился со мною, дилетантом. Подобные вопросы возникли уже позже. Но тогда... Тогда он неожиданно легко согласился. И завертелось. Времени на подготовку у нас не было совсем, счёт шёл на мгновения. Бонд озабоченно тарахтел что-то в телефон. Миньоны сияли. Машка лыбилась во весь свой ощеренный кривыми зубами (надо будет обязательно их сосчитать) рот. Уходя, я оглянулся:

- Лёш, теперь Миньоны на тебе (кислое выражение лица напарника). Прикроете меня, если что?

И зашагал дальше, внутренне ликуя и дрожа от нетерпения. Взял из стойки общественный велосипед и поехал к резиденции ФСБ. Расстояния тут небольшие, минут через семь я подъехал к знакомому зданию.

Хмурый охранник на этот раз обыскал меня, но я благоразумно оставил всё оружие, вплоть до ножей. Второй, а сегодня их было двое, контролировал со стороны и поглядывал в экран монитора. У обоих на поясах электошокеры на длинной рукояти и короткие автоматы на ремне - отметил я про себя. И вот меня ведут к Александру. Ух! Больше всего я боялся, что меня вообще не пустят.

Охранник остался за дверью, но это было неважно. Голые, без обоев, грубо оштукатуренные стены. Обшарпанный канцелярский стол. В центре комнаты - табурет, стоящий прямо под свисающей на шнуре лампой без абажура. Не богато, для миров. Антураж? Впрочем, если всё здесь настоящее... Куратор поднялся мне навстречу:

- Здравствуйте, что Вы хотите?

- Я хочу увидеть Ярослава.

- К сожалению, сейчас это невозможно. Я знаю, что у вас произошло с напарницей, - с ходу начал Александр. - Не волнуйтесь, мы работаем в этом направлении...

- Как это вообще случилось? Вы обещали поддержку.

Сексот поморщился. - А ещё я просил вас спрятаться где-нибудь в мирах. Послушай вы меня и ничего бы не произошло. В этом деле изначально все были против нас, никому не нравится, когда кто-то вырывается вперёд.

- Все против вас? Порождения, Вы имеете в виду? При нашей первой встрече Вы говорили об угрозе человечеству. Может нужно было просто привлечь и остальных его представителей к изучению мыслящих представителей миров?

- Я не уполномочен вести с Вами такие беседы. Я сообщу, когда появится что-то конкретное по Вашей напарнице, Вам незачем было приходить.

Вот так. Всего лишь положенные слова... Ну? Работаем?!

Я без замаха пытаюсь дать Александру пощечину. Он перехватывает мою руку, я второй раз за день лечу наземь(РУКА, блин, взрывается болью!). Прикладываюсь я опять основательно, но без последствий (спасибо мирам). Хлопок! Машка стоит над фээсбешником, пистолет отлетает в угол. Когда только достать успел? В дверь вламывается охранник, на ходу выдергивая из чехла шокер с уже искрящей головкой.

- Маш, этого тоже возьми, но мягко.

Мантикора, чуть повернув голову, сбивает его с ног своею булавой и ей же прижимает к полу. Как только Машка исчезла от парней, они, при поддержке представителей всех вызванных Бондом разведок, должны начать штурм здания. Надеюсь всё удастся и обойдётся без жертв. Это оговаривалось заранее, но кто может знать, как пойдёт?

- Извините, Александр, по-другому нам не разойтись, - я затягиваю у него на руках монтажные стяжки, их оставили при досмотре. Две на руки, одну на ноги. Охраннику хватит и одной - не та птица. Здание сотрясает близкий взрыв и наполняется звуками беспорядочной пальбы. Поднимаю с пола пистолет и передергиваю затвор - патрон летит на пол. Оружие уже стояло на боевом взводе! Скорее, мы на чужой территории

Выскакиваю в коридор и мчусь по памяти к кабинету Ярослава. Сзади мягкими прыжками несётся мантикора. Вспышка! Стены разлетаются кусками, что секут тело, Машка прыгает вперёд, толкая меня на пол. Вскакиваю. Мантикора бьётся в сетях, что только опутывают её с каждым движением. На них спец-клей, слышал про такое. Значит в коридоре установлены ловушки, кто бы сомневался. Бегу дальше. Вот и дверь Ярослава. Даже не рассчитывал, что будет так просто! Дёргаю за ручку - заперто. Бью ногой, ещё раз. Будь дверь или замок местными - уже разлетелись бы, покорившись моей воле. Ничего подобного. Ладно, работаем дальше! Я всаживаю в замок всю обойму из подобранного в кабинете Александра пистолета. Патрон за патроном. Пули рикошетом уходят в дальний конец коридора. Там уже слышен шум, кто-то бежит навстречу. Отбрасываю не нужный теперь пистолет. Бью в дверь... ну что? Осталось только головой ударить.

- Здравствуйте, Волк.

В горячке не сразу нахожу источник звука. У моих ног стоит... лягушонок Ярослав.

- Тут всё армировано вещами из Вашего мира, дверь не поддастся. Но для меня хватает лазеек, чтобы пройти.

Чтобы пройти сквозь стены. Ага, вот даже как. Ладно. Я опускаю ладонь, и Ярослав забирается в неё, как в лодочку.

В дальний конец коридора выскакивает пара человек с оружием наизготовку. С запоздалым сожалением вспоминаю, что можно ещё было взять автомат охранника, так и оставшийся в кабинете куратора. Парни деловито спешат в мою сторону, на ходу поднимая дула. Вот и чёрный зрачок ствола зловеще округлился... Хлопок и между мною и ними оказывается Машка. Значит, по своему желанию она перемещаться не может, а для меня - пожалуйста. Учтём. Бойцы резко затормозили, один что-то доложил в рацию. Время сейчас действует на меня. С моей стороны вываливается Бонд (щека расцарапана, в руке дубинка) и двое незнакомых, они с ним. Отлично, теперь перевес на нашей стороне! Англичане или кто сейчас действует совместно с нами, сразу занимают круговую оборону, держа под прицелом оба конца коридора. Ох, не нравятся мне их взгляды, что они бросают на меня с Ярославом. Когда цель близка на столько, что достаточно просто протянуть руку, временные союзники могут превратиться во врагов. Или в тех, кем всегда и были. В профессионалов, служащих разведкам своих стран. И кто знает, насколько хватит мантикору, если расстрелять её в упор из оружия реального мира?

- Ярослав, помнишь, когда мы договаривались, мы говорили о службе на блага всего человечества? Ты мне доверяешь?

- Да.

Подчиняясь внезапному наитию, я сунул лягушонка в пасть мантикоре. Все опустили оружие. С нашего конца коридора, прихрамывая, вышел Александр с коротким автоматом в руках. Пора бы уже, а то я заждался. Оценив ситуацию, он поднял к губам рацию:

- Это Святогор. Повторяю, это Святогор. Прекратить огонь. Ситуация "ноль". Всем оставаться на своих местах. Движение в здании пресекать.

Шквал огня стих. Где-то раздавались одиночные выстрелы, наверняка миньоны хулиганят. Вот и они затихли. Викинг благоразумно не дал парням запасные обоймы!

- Что дальше? - брал ситуацию в свои руки Александр-Святогор.

- Нужно обговорить условия, на которых представители разных стран смогут работать с Ярославом. Разумеется, русские, как первые добившиеся такой возможности будут в небольшом приоритете (кивок Александру). И сообщите японцам, что они тоже могут присоединиться, когда отпустят Татьяну и загладят свой произвол. В противном случае им придётся противостоять всему миру...

Моя рука с зажатым в ней лягушонком лежала на мягком языке мантикоры. Никакого беспокойства Ярослав не испытывал и беззаботно болтал лапками в воздухе, просунув их сквозь клыки зверя. Я наблюдал, как выступает желтая слюна... Машка безуспешно пыталась скосить взгляд себе в рот, но в остальном вела себя смирно. Мужчины ставили оружие на предохранители и рассовывали пистолеты по кобурам. Неужели победа?

Мы стояли в сторонке, а вокруг деловито суетились люди. Меня окружили наши парни, Миньоны взахлеб рассказывали кто сколько лампочек подстрелил и что успел сломать. Рядом находилось ещё несколько человек. Судя по взглядам, что они кидали друг на друга - представители разных разведок. На всякий случай я не вынимал руку с лягушонком из пасти мантикоры. Слюна уже капала на пол, но Машка стоически терпела. Я разгладил шерсть у неё на груди и обнаружил три затянутые свежей подсохшей корочкой ранки. Потрясающая регенерация! Значит там, в коридоре, когда она заслонила меня от пуль, её все-таки достали...

А потом, где-то через час, была импровизированная конференция. На переговорах я потребовал, чтобы все получили равный доступ к исследованиям. Тем более что это должно было только пойти на пользу всему навязшему в зубах человечеству. Ну, люди серьёзные собрались, с гарантиями без меня разберутся. В штурме здания ФСБ приняли непосредственное участие две страны, американцы подсуетились и вовремя подоспели к англичанам. Впрочем,... возможно только их и вызвал на подмогу Бонд. Тогда всё летело кувырком, как брошенный Кремнем шар для боулинга по узкой дорожке. Сейчас уже поздно разбираться. Я предложил, чтобы эти страны заплатили за участие в консорциуме, скажем с коэффициентом один и два, по отношению к России. Понятно, что между собой силовики рассмотрят более глубокие условия и не только в финансовом аспекте. А пока предложение незначительной части коммерческой составляющей проскользнуло без обсуждения. Те, кто захочет присоединиться к исследованиям позже (то есть - все остальные), должны уже будут платить с коэффициентом один и пять. Можно было любую цифру называть, тех, кто должен будет платить, сейчас за столом нет! Также принято. А вот японцы (во время переговоров было получено подтверждение, что они отпустили Татьяну и готовы участвовать в исследовании на паях) должны будут заплатить в три раза от России! Кому платить? Ярославу, конечно! И нам, как его законным представителям. Причём это - не разовая плата, а ставка... Было и ещё одно условие. Александр успел до начала нашего маленького собрания передать записку. Просил, чтобы мы сняли с лягушонка русские погоны. Как раз и представитель японской внешней разведки прибыл. Ну, к делу!

- До сего момента Ярослав был в звании лейтенанта российских вооружённых сил. Но, полагаю, что имеющий место качественный переход даёт основание моему подопечному рассчитывать на следующий чин. Я всё правильно говорю, Ярослав?

- Ага, - растянул широкие губы в улыбке лягушонок.

- В новых условиях мой подопечный не может быть представителем войск всех стран сразу. Полагаю, справедливо будет, чтобы он носил погоны той страны, которая внесла самый большой вклад в то, чтобы мы сели за один стол. Я имею в виду Японию...

Все заулыбались, а потомок самураев посмотрел на меня, ещё больше сощурив узкие от природы глаза.

- Значит, капитан? Извините, как это будет по-японски?

- По-японски это будет - итто рикуй. Но Вам это ни к чему. Международные войска существуют, это миротворческие силы ООН. Будет справедливо, если Ярослав станет капитаном именно этих войск.

Возражений не нашлось. Даже я понимал, что в войсках ООН были военнослужащие национальных армий, просто в ином статусе. Но... Формальная должность в уже не существующей организации - как раз по лягушонку. Ладно, я своё дело сделал, дальше пусть профессионалы занимаются. Я ссадил лягушонка с ладони на стол, и он в один прыжок оказался в центре.

- Ну что, господа?! У меня и моего клиента - всё. О нюансах взаимодействия договоритесь сами?

Хищные глаза со всех сторон смотрели на нашего самого крупного клиента. Только слюна не капает, с тревогой подумал я, того и гляди сожрут. В пасти мантикоры он был в большей безопасности, чем здесь, на столе, перед респектабельными деловыми людьми, привычно решающими важные вопросы от лица "всего человечества". Нет, эти не сожрут. Передерутся, но поделить не смогут! Я пожал Ярославу лапку и пошёл на выход. Ну что, теперь можно расслабиться? У самых дверей меня догнал вопрос:

- Ваше животное, мистер Волк... оно телепортируется, причём даже между мирами. Уверен, все присутствующие также хотели бы принять участие в его изучении.

Я обернулся. Японец, кто же ещё? Теперь у нас есть враг. И то, что все сейчас сидят за одним столом - значения не имеет, иллюзий я не питал. Впрочем, и остальные смотрят ровно, но заинтересованно. Чему тут удивляться? Стоит обычному человеку выиграть у Конторы, как ставки просто поднимаются, и начинай всё с начала! Новый раунд.

- Это не моё животное. Она - сама себе хозяйка. Хотите попробовать с ней поработать? Даже не знаю, как она отнесётся к такой идее, говорить ведь она не умеет...

Я шёл к друзьям, а слова японца сидели в душе занозой. Впрочем, чуть раньше - чуть позже, этот вопрос подняли бы и остальные. Действительно интересно, я никогда раньше не слышал, чтобы что-то созданное в мире темноты могло покинуть его пределы. Хотя нет - медальон! Он дал жизнь Машке, в нём всё дело? И... тут меня пробило - чёртик! Ведь он вышел за границу портала! Ещё и бутылку вынес. Ну, бутылка, положим, могла попасться и реальная, кто там в суматохе смотрел? Да, дела... Одна надежда на то, что пока силовики опасаются вступать в конфликт с особыми существами миров. Такими, как Василиса, Ярослав, чертик... и Машка. Вот только надолго ли это?

В нашем офисе было шумно. Все (кроме Маши, которая тоже была здесь, сидела в сторонке и щурилась от удовольствия) ходили вокруг Тани, поминутно её о чем-то спрашивали, заставляли рассказывать о тяготах плена, призывали кару на неведомую Япону-мать. Кошка выглядела смущенной и, как могла, пыталась всех успокоить. Рассказывала, что содержали её очень хорошо, как почётную пленницу. Что у неё был личный тренер по кэмпо, и она занималась все время, проведя его с несомненной пользой. На столе лежало белое кимоно с каким-то иероглифом (не бытовое, женское, а явно спортивное), два настоящих самурайских меча и мешочек с чаем. Редким, высокогорным и очень полезным. Отступные дары японцев...

Видно за Татьяной следили. В одной из квартир на её этаже ждала группа захвата (не удивительно, большая часть жилья сейчас пустует). Когда Таня вышла и повернулась, чтобы закрыть дверь, то почувствовала движение за спиной. Она успела только обернуться и получила мощную вспышку света в глаза. Удар по нервам просто выключил тело на некоторое время. И единственное, о чем сожалеет наша Кошка, то только о том, что так и не смогла тогда никому как следует врезать! Очнулась она уже в машине, с мешком на голове и скованными руками, её куда-то везли. Потом вели на верёвке. Ну а уже на месте все было хорошо...

Кирилл... Не знаю, считал он себя в чем-то виноватым (в чём?) или нет, не отходил от Тани ни на шаг. Не знал куда деть себя и свои руки. Всем мешал (ходить вокруг Кошки и заглядывать ей в глаза). Но... мы все ликовали! И готовы были простить друг другу что угодно!

Было решено убраться куда подальше и отметить Танино возвращение (Кремень первым догадался предложить). Выбор пал на пещеру Миньонов. Парни утверждали, что куб работает лучше прежнего и предлагали проверить на спор. Ещё бубнили что-то, что чертика оставили некормленого... Интриговали как могли! Чёрт с ними - к Миньонам!

Всей этой галдящей свалкой, вместе с мантикорой, мы отправились в "Сайгон", за реальными образцами выпивки. Таня шла рядом с Машей, гладила ей спину и чесала шевелюру. Машка урчала, не забывая при этом внимательно поглядывать на случайных прохожих. Девочки явно нашли общий язык и, чтобы не вызывать ненужный ажиотаж мы оставили их на входе. Кирилл остался сам.

У стойки возникла небольшая возня, мы заказали по образцу всего и каждый норовил заплатить лично. Рассудил всех Викинг, резонно решив, что раз Таня наша напарница, то наша команда и проставляется. Тогда Жорка... просто распорядился угостить весь ресторан. С работниками. За его счёт. Орёл-мужчина! Нет, что касается выпивки, я не сомневаюсь, что последнее слово всегда будет за ним. "По образцу всего" оказалось неожиданно много. Я предложил взять только самое лучшее, а остальное оставить... Но Миньоны посмотрели на меня с такой жалостью, что я, вздохнув, стал составлять бутылки в любезно предложенный администрацией пакет.

На выходе мы обнаружили Кирилла и Таню мирно беседующими с Ксенией. Мария рядышком наводила на себя красоту. Языком, как и положено. Завидев нас Ксения попрощалась и зашла в клуб. Опять одна...

А мы отправились в гости к Миньонам. Через портал Машка прошла хоть и не без помощи, но и без особых проблем. Связываться не стали, просто держались за руки. Вышел небольшой спор, кто будет держать за руки Таню. Победил Эйнштейн - тут его просто невозможно было переспорить, даже Миньоны отстали. Вторую руку Таня положила мантикоре на спину, а Викинг положил свою ладонь Кошке на плечо. Миньонам опять пришлось смириться. Но в пакетах призывно позвякивало, и парни бодро ломились вперёд.

В пещере нас встретил чертик. На шее у него гордо красовался белоснежный галстук-бабочка! Могли-бы и штаны на него надеть, стервецы. Завидев мантикору чертик присел, развел в стороны свои кривенькие ручки... и с визгом бросился к ней на шею. Мария, как воспитанная дама, с достоинством перетерпела крайние проявления симпатии к своей персоне и всё же разок лизнула хулигана в счастливое личико. Все опять вразнобой зашумели, принялись, разводить костёр, доставать бутылки, показывать-смотреть алкогольвоспроизводящий куб. Он, кстати, починился сам. В один прекрасный день дверка стояла, как ни в чём ни бывало. У миньонов оказалась и своя внушительная коллекция реального спиртного, можно было вообще ничего не брать... Но в этот день мы прощали друг другу все. И на год вперёд.

- В озере можно купаться, вода теплая, - объявил Седой.

- Но купальных принадлежностей у вас нет? - скорее утвердительно спросила Кошка.

- Нету! - жизнерадостно признал Осип. - Обсохнуть можно у костра...

- Тань, пойдём воду потрогаем? - обратился к Кошке Эйнштейн.

Они отошли. Таня сняла спортивные туфли и ходила по воде вдоль берега. Кирилл, не снимая ботинок, топал рядом по мокрым камушкам. Мы готовили пикник и старательно делали вид, что не смотрим в их сторону. Вот Жорка Кремень с криком, - А здесь бьёт холодный ключ, можно охлаждать пиво! - бросился к воде. Перехватить его не успели... Но Жорка опустил авоську с бутылками в расходящиеся по зеркальной поверхности струи родника и быстро прибежал обратно. Он даже не понял, почему мы встретили его укоризненным молчанием.

Через какое-то время вернулся Кирилл. Один. Не глядя взял первую попавшуюся бутылку и сел к огню. Потом подошла Таня:

- Ну что, веселиться будем?

И мы начали веселиться! Дверца куба постоянно шлёпала с плотоядным всасывающим звуком. На полу пещеры бесконтрольно росла гора бутылок, неудержимо раскатываясь и угрожая заполнить собою все свободное пространство. Запах истекающего соком жарящегося на углях мяса щекотал ноздри и вызывал устойчивое слюноотделение. Самурайский меч пошёл по рукам. Всем хотелось попробовать заточку пальцем... После того, как двое остались сидеть, держа свои пальцы во рту, ажиотаж немного поубавился. Ничего, в мирах раны заживают быстро! Но тут Жорка вспомнил, что если опустить на лезвие шелковый платок, то он должен разрезаться сам. Седой добавил, что если воткнуть меч в центр потока и пустить по воде лепестки или перья, то и их должно разрезать. Петросян сейчас же предложил опробовать мечи в озере, блага - течение есть. Викинг спросил, у кого из присутствующих есть перья, лепестки или, на худой конец, шелковый платок? Таня забрала свои мечи, положила рядом с собой и сказала, что даже среди самурайских так могут только самые лучшие.

Алкоголь лился рекой! Чёртик катался на Машке верхом (причём она не возражала) не забывая отхлёбывать из двух бутылок сразу! Тосты за Таню звучали без остановки. Но я заметил, что Кирилл держит в руках так и не открытую бутылку. Бутылка Викинга была опорожнена только на половину. Как и моя. Таня вообще пила мало. Я поискал глазами и не нашёл на полу пустых бутылок. Ни одной... Кремень перехватил мой взгляд и поднялся с места:

- Купаться!

Все бросились к воде, у костра осталась одна Кошка. Из уважения к даме мы купались в нижнем белье, хотя миньоны, наверняка, обычно пренебрегали такой роскошью. Машка плескалась, поднимая тучу брызг! Чёртик старался не отставать, но из-за своей комплекции безнадёжно проигрывал. Надо сказать, что рождённая три дня назад мантикора росла очень быстро и уже сейчас была крупнее обычного льва. Вода, действительно была теплой, купаться можно было бесконечно. Но вот Кирилл вышел и вернулся к костру. Следом, брызгаясь и горланя, потянулись и мы.

- Теперь моя очередь, - встала Таня.

Миньоны быстро соорудили на берегу из шкур и веток что-то вроде ширмы. Мантикора осталась сидеть у воды, блаженно жмурясь вылизывая свою роскошную, отсутствующую у земных львиц, гриву. Чёртик поёрзал, оглядываясь на подругу, но остался у костра. Понимает! Татьяна направилась к воде. Все, не сговариваясь, сели спиной к озеру и бросали друг на друга свирепые взгляды. Слушали, как плещется Кошка. Когда Таня подошла к нам в облепивших мокрое тело джинсах и свитере ей сразу освободили у костра самое сухое место. Мы же тянули к огню свои голые волосатые ноги... По рукам опять пошли бутылки и в этот момент стало понятно, что все - почти трезвые. И не то, чтобы из-за купания. Просто мы почти и не пили. Единственная среди нас девушка достала откуда-то расчёску и начала приводить в порядок свои чуть влажные волосы. Мы затаили дыхание...

- Ребята, спойте что-нибудь, - взмолилась Татьяна.

Миньоны приволокли гитару, Кремень взял аккорд... У него оказывается красивый голос и петь он умеет! Настроение было умиротворённое и Жоркина песня завораживала... Костёр не стал слабее, скорее - наоборот, но темнота в пещере сгустилась. Мы сидели в круге света ощущая свою общность и сопричастность. Рядом огромным сильным телом вытянулась мантикора тревожным взглядом провожая летящие мимо искры. Поодаль устроился и верный чёртик, по-прежнему с двумя бутылками. Мне пришло в голову, что он - единственный из всех пил честно. Но как-то для антуража. Алкоголь не оказывал на него никакого влияния! Мне вспомнилась наша первая встреча... Украденная бутылка. Так реальная это была бутылка или нет?

Дальше вопросы посыпались один за другим, хоть записывай. Чёртик может вынести из миров созданную там вещь? А Маша? Если к ней привязать вещь миров и заставить телепортироваться, вещь исчезнет? Или нет? А выйти в реальный мир она может? А Ярослав с Василисой? Есть ещё такие существа? Что у них общего? Что ещё они могут? И почему их раньше не было, а теперь... появились. Об этом нужно было обязательно поговорить. С Кириллом! У нас ведь есть свой Эйнштейн.

Когда мы проснулись костёр уже потух, но в пещере было светло. Утро! Мы стали собираться. Парни предложили нам взять из запасов реального алкоголя, с собой. Мы согласились. Я сразу вспомнил про своё желание проверить, смогут особенные порождения вынести за пределы пещеры бутылку из куба или нет? Что-то такое подумал и Викинг, я заметил, как он посмотрел на чертика. Также я обратил внимание, что одна из бутылок, что Лёша засунул себе в карман, была не из отдельной кучки реального алкоголя, а из груды, валяющейся возле куба. Подчиняясь внезапному желанию и я взял оттуда одну...

Потом мы прощались. Парни приглашали заходить. Мы заверяли, что нигде так хорошо не было и не кривили душой. Таня расцеловала всех Миньонов. Жорка лыбился, как натрескавшийся сметаны кот. Чёртик висел на мантикоре. Маша тоже выглядела растроганной...

Мы связались и двинули в мой мир. Таня по-прежнему держала руку у мантикоры на спине, и я гадал, сколько дней ещё пройдет, пока мы не сможем достать Марии до холки?

Когда мы вышли Машка бросилась гонять зайцев. Пусть она и не говорила, но обладала ясным сознанием, а учитывая, что она родилась в этом мире... Я считаю, что зайцы должны были сами лезть ей в рот! Выстроившись в очередь. И не споря... Впрочем мантикора азартно носилась по поляне, бросаясь то туда, то сюда! Лопоухие пырскали от неё во все стороны! Сколько же их здесь?! Похоже, Машка никого не поймала, но была счастлива и улыбалась во всю свою зубастую кошмарную пасть!

- Ну? - Таня указала глазами на тот карман джинс Викинга, куда он сунул бутылку из куба.

- Нету.

- А у тебя?

- И у меня тоже нету, - признался я. Интересно, хоть кого-то мы обманули своими ухищрениями?

- Что будем делать?

- А что тут делать, - включился в разговор Эйнштейн. После того разговора, у воды, он старался не встречаться с Таней взглядом. - Нужно достать необходимую аппаратуру и справочники. В принципе я уже прикинул, что нам понадобится.

Вот значит, какая молодёжь пошла, на ходу подмётки режут... Я с ним хотел поговорить, а он уже и списочек составил! Добро!

- Нам нужен Берендей...

Нужно было идти в реальный мир. После всего, мы решили особо не высовываться и не светить Машу. Переждать хоть какое-то время в безопасности. Идти нужно было Кириллу, так, как только он знал, что понадобится и мог сориентироваться на месте. И мне. Потому, что без меня в мой мир, то есть сюда, никто не попадёт.

- Вы там не задерживайтесь, туда и обратно, - напутствовал Викинг. - Уверен, что средств хватит?

Вообще - должно было хватить. У каждого из нас были свои сбережения, а жили шерпы не бедно. Но на всякий случай Лёша и Таня отдали мне ключи от своих квартир, рассказав, что из ценного где лежит. Но вначале мы вернулись в Москву-80 и забрали кое-что из оставленного Миньонами арсенала. Сейчас я бы и "муху" взял...

Как только мы вышли в реальном мире, я позвонил Берендею. Эйнштейн минут десять объяснял, что ему нужно. Я успел прогреть мотор Лёшиной Тойоты и взял курс к дому. Три дня прошло! А как будто в другой мир вернулись. Хотя и вправду в другой. Теперь любого из нас могут попытаться взять в заложники, чтобы добраться до мантикоры...

Часа черед три подъехал Берендей. Мы, с Кириллом, из окна осмотрели двор, спустились и сторожко вышли из подъезда. Была идея одному дома остаться и прикрывать второго из окна, но кому? Груз принимать - Кириллу. А переговоры с Берендеем я предпочитал вести сам. В общем у нас с Эйнштейном было по пистолету и у меня на шее висел осиповский "Вихрь". Опять подогнали автомобили багажник к багажнику, Кирилл принимал и перегружал товар, а я демонстративно взял в руки автомат, и встал к машинам спиной. С момента Большого исхода людей насилие практически исчезло. Зачем, если в мирах есть всё? Кто хотел - обзавёлся оружием. Власти практически не было и на это смотрели сквозь пальцы.

После того, как Берендей с Эйнштейном закончили, мы все сели в Лёшин Лендкрузер, нужно было рассчитаться и поговорить. Я передал Берендею чемоданчик. Там были картины, драгоценности, кое-что из антиквариата. Никаких медикаментов. Мы взяли на себя оплату заказанного Миньонами оружия, это естественно. И заказ Кирилла... После подписания договора о том, что изучать Ярослава будут все заинтересованные стороны, на паях, я посчитал, что мы - богаты! А тут... как бы халтуру искать не пришлось.

- Этого достаточно?

- Полагаю, да, - щелкнул застёжками чемоданчика Берендей.- Теперь слушайте. Вам сильно повезло. Дело в том, что по лягушонку результатов практически не было. Сам Ярослав был готов помочь, но! Он не сообщил ничего особенного, что и так не знали бы. И эксперты единодушно решили, что он просто ничего не знает, хотя темнит и никогда в этом не признается. С его помощью можно исследовать лишь персональные поведенческие реакции, хотя и здесь уже всё более-менее было ясно. Ярослав по-своему психотипу - обыватель и очень средненький. На самом высшем уровне уже обсуждалось решение о совместном участии в проекте служб безопасности всех заинтересованных стран. Но японцы поторопились. А потом вы спутали все карты. Дальше... Василиса, Ярослав и ваша мантикора - не единственные особые порождения. Одно такое появилось в Версале, по два в Камелоте и в Прерии, на Диком западе тоже есть. Есть они и в частных мирах, как у вас. Здесь по понятным причинам всё сложно. Правительства ведут учёт и в самых благоприятных случаях могут надеяться лишь на добровольное сотрудничество.

А вот это - лучшая новость за последнее время! Что моя мантикора - не уникальна и это даёт надежду, что нас не тронут. Тем более, что Берендей перечислил только самые крупные человеческие анклавы, с жителями от двухсот человек.

- Значит особые порождения явление хоть и редкое, но не настолько, чтобы на них объявлять охоту?

- Да, - подтвердил Берендей. - И учти, твой фокус с мантикорой больше не пройдёт. Кстати, она не единственная, кто владеет телепортацией, и не факт, что самая сильная. В Камелоте есть дракон... Их трудно сравнивать со стороны, но... он и говорить умеет.

Господи! Как я рад за Камелот! А особенно... за Машу! Может от нас действительно отстанут?

- Но и это не всё. Артефакты, вроде тех, что ты показывал. Далеко не все из них дали жизнь порождениям. Из некоторых возникли предметы с особыми свойствами. Предметы проще скрыть, чем живых существ, но! Ходят слухи об арбалете, чьи стрелы в мирах всегда попадают в цель. Поговаривают о ключе, который будучи внесён в мир, замыкает его порталы. Выходы не пропадают, вот только воспользоваться ими не могут даже шерпы. А только владелец ключа... Понятно, что и здесь не всё абсолютно. Против стрел арбалета можно надеть защиту, а владельца ключа можно и... сменить. Но миры вышли на новый уровень.

- И что ты об этом думаешь?

- Мне платят не за то, что я думаю, а за информацию.

- Резонно... И что об этом думают те, кому за это платят?

- Есть мнение, что при помощи особых существ и предметов миры... изучают нас.

- Значит они всё же живые и сознательные?

- А будь иначе, - вступил в разговор, молчавший до этого времени Эйнштейн, - могли бы они создать живые и сознательные существа? Про предметы, это слухи или нечто большее?

- Это - не проверенная информация. Теперь у меня всё, мы в расчёте. Понадобится - звоните...

Берендей хлопнул дверью и направился к своей машине. Мы тронулись к порталу. Оставаться здесь дальше - просто не было смысла, да и ребята, наверное, волнуются. У портала перегрузили все вещи в тележку, что предусмотрительный Викинг держал в багажнике. Из предметов, о чьём предназначении я хотя бы догадывался, был только ноутбук. И мышка.

- Что у тебя с Таней? - спросил я, между прочим.

- Ничего. Мы просто друзья. - Кирилл даже не пытался скрыть сожаление.

На обратном пути опять завернули в Москву. Взяли кое-что из продуктов и весь боекомплект Миньонов, что хранился у нас в офисе. Благо тележки запасные были. Как только вышли в моём мире - в небо взмыла крупная точка и стремительно увеличиваясь в размерах стала превращаться в летящую к нам мантикору. Если не знать Машу ближе - жутковатое зрелище... А уж эта её улыбка!

Все дела решили отложить на завтра, сегодня - отдыхать! Мяса мы принесли, алкоголя ещё от Миньонов осталось порядком. Гитару для Лёши из офиса взяли. Мы вместе и нас никому не достать! Ну что ещё нужно? Но для начала решили утилизировать арсенал Миньонов. Сложили всё подальше в поле, поставили мину с часовым механизмом, отошли. Таня обнимала Марию, но та и сама стояла смирно и никуда не порывалась. На редкость разумная девица, хоть и чудовище. Бахнуло славно! В небо взмыли ракеты, какие-то огни лопались разноцветными брызгами! Ухало чуть меньше минуты и было совсем не страшно. Даже машины для убийства превращались в мирах в безобидные феерверки...

- Эх, надо было на закате жахнуть!

Решено было испытать автоматы. В "Вихре" я не сомневался, а вот "Шмайсер" и "Томсон" были порядком устаревшие, хоть и новодел. Отработали машинки исправно, посылая в небо россыпи загорающихся огоньков. Кучность оставляет желать лучшего, но по крайней мере - не клинит при работе. Что ж, с оружием разобрались.

- Тань, хотел спросить, так твой меч разрежет шёлковый платок?

- Разрежет, - хитро щурясь из-под чёлки.

- А если в поток воткнуть и пустить лепестки и пёрышки?

- В принципе, Осип всё правильно говорил, есть такие мечи. А этот... тут особая форма лезвия, смотри, - Кошка выдвинула клинок из ножен. - Видишь, полотно не плоское, а овальное? Это очень редко встречающаяся технология ковки. К такому лезвию лепестки даже прикоснуться не смогут, даже к середине. Обплывать будут...

Вот как? Ценный, выходит, подарок. Впрочем, потомки самураев могли оценить дух нашей Кошки, так что, возможно это не просто отступной. На следующее утро Эйнштейн расставил в траве свои сокровища (учитывая их цену, это не было преувеличением), а сам сел за ноутбук и погрузился в изучение собранных Берендеем материалов по мирам и их порождениям.

- Ну? И чем вы тут без нас занимались?

- Сейчас увидишь, - Таня встала, крутанула запястьями деревянные мечи и пошла на мантикору. Машка расставила лапы, выгнула спину и развела в стороны крылья. Пасть оскалена, из глаз только что искры не сыплются.

- Не переживай, - Викинг остался сидеть у костра. - они аккуратно. Телепортироваться мантикора самостоятельно не может. Или - пока не может. Она всё растёт...

- Да, я заметил.

- Учитывая размер яйца, в репродуктивном возрасте она будет размером с динозавра.

- Не подумали, надо было Берендею информацию по мантикоре заказать...

- И что он тебе соберёт? Сказки? Слушай, что выяснили мы. Летает она не далеко, тяжелая и сил не хватает. Но пару километров осилит. С человеком на спине - метров сто пятьдесят, двести максимум. А вот если она его на лету схватит - до полукилометра может. Только хватает больно уж жёстко, - Викинг поморщился. - Ударом хвоста ломает дерево. Или, удара за три, валит - на выбор.

Девчонки на поляне разошлись! Татьяна металась, как тень от свечи. Перекаты, прыжки, выпад мечом и мгновенный отскок! Мария не оставалась в долгу. Рык стоял такой, что слышался, наверное, от портала, а Кириллу пришлось одеть наушники. Клацающая пасть норовила перекусить то деревянный меч, то руку, когтистые лапы со свистом рассекали воздух и, казалось, Таня лишь чудом уходит из-под удара! Вот удар хвостовой булавы впечатался в землю, где только что была Кошка! Пыль поднялась метра на два, а тряхонуло так, что рядом, наверное, на ногах было не устоять. Я посмотрел на Викинга, он оставался невозмутим. Так вот чем они тут занимались!!! В принципе, я заметил, что Машка придерживает удары. Несколько раз она останавливала булаву и лапы уже у Таниного лица или тела. В таких случаях схватка останавливалась, Кошка коротко кланялась-кивала - удар засчитан. И через мгновение бросалась в бой вновь! Справедливости ради - она тоже пару раз достала мантикору своими мечами и раз - ногой. Спортсменки недобитые! Выдерживать это зрелище было выше моих сил, и я отправился к разложенным у костра бутылкам с алкоголем, выбрать себе чего покрепче. На моё счастье поединок вскоре прекратился, Таня не могла долго выдерживать такой темп.

- Ага! - злорадно подумал я. - Это тебе не несчастных мужиков по залу гонять!

Потом мы купались, жарили на углях мясо, пели под гитару. Я попробовал полететь на Маше. Страшно, честно говоря... Идиллия! Интересно, долго мы так выдержим?

День проходил за днем. Добровольные каникулы стали приедаться. Наконец Эйнштейн сказал:

- Нужно выходить. Я сам не всё могу. Помимо помощников нужны люди просто другой специализации. Биологи, например. Могли появиться новые материалы... Если спецслужбы хотели кого-то изучать - такая возможность у них была и они уже кого-то изучают. В общем - я хочу предложить им свои услуги.

На самом деле я тоже думал о чём-то подобном. С квалифицированным персоналом сейчас проблемы, все производства стоят. А уж ученые - на вес медикаментов! Устройся Эйнштейн в проект - и мы были-бы в курсе последних разработок по порождениям...

- Думаешь, тебя возьмут?

- Нужно попробовать. Знаний у меня хватает. Что показать - есть (папку со своими работами он из Таниной квартиры забрал, и она составляла весь его немудрёный скарб).

Возражений не последовало. Мы попрощались с Марией. Тормошили и ерошили ей гриву, гладили по бокам (до спины было уже не достать и к следующему нашему приходу она грозила стать размером со слона). Вышли в Москве-80, ведь именно здесь изучали лягушонка. Кирилл отправился на собеседование и конечно его взяли. Жизнь возвращалась в свою колею. А однажды в наш офис вошла старая клиентка...

- Здравствуйте. Можно?

- Здравствуйте, Ксения. Проходите, - нельзя сказать, что её приход был совсем неожиданным для меня.

- Я хотела-бы вернуться назад, на реальную Землю.

- Хорошо. Мы отведём Вас, когда Вы скажите.

- Я должна что-то объяснить?

- Нет.

- Мы отведем Вас назад даже без всякой оплаты, - добавил Викинг.

- И сделали-бы также, даже если бы Вы не были нашим клиентом, - закончила Кошка.

Это была правда. Назад мы выводили всех желающих и без оплаты. И не только мы. Но когда мы уже шли обратно она всё равно рассказала нам свою историю. Сама.

- Мой муж - талантливый инженер, патриот и вообще не равнодушный человек. С детьми у нас не получилось... И всю жизнь он старался для других людей. Когда появились миры в темноте, мы именно поэтому никуда не ушли. Потому, что не ради себя жили, - Ксения опустила глаза. - По крайней мере, мы так думали. Но оставшимся ничего было не нужно. И тогда мы решились. Выбрали Москву-80, потому, что этот мир показался нам самым справедливым. И ещё, мы считали, что люди там хотят что-то изменить.

- А это не так? - спросил я.

- Всеволод, никогда не состоял ни в какой партии, - продолжала Ксения. - А здесь вступил в КПСС. Даже должность какую-то получил. А мы отдалились. Он постоянно на каких-то митингах, совещаниях пропадает. Дома домработница из порождений. Красивая и безмозглая. И я. Одна. Он говорит, давай с нами. Я попробовала, пару раз. Но они же ничего не делают. Говорят, вроде правильно... и всё. А у него даже глаза другие стали. У него добрые глаза были. Красивые. А стали...стальные. Говорит - никому ничего не нужно. Я спрашивала, а ты почему ничего не делаешь, как хотел, митингуешь только? Он посмотрел на меня и отвечает: Зачем? Для кого? А как-то сказал, что людям вообще не нужно ничего объяснять и разговаривать с ними не стоит. Их нужно заставлять. А кто упирается - к стенке ставить, как Сталин. Потому, что только через жесткую диктатуру можно построить справедливое и счастливое общество. Так и сказал.

- А Вы не согласны?

- Я согласна с тем, что ради того, чтобы что-то изменить, ради Цели, нужно приложить усилия, потерпеть. Может даже пострадать. Вот только я не верю тем, кто считает, что страдать при этом должны другие. А Всеволод, да и другие вместе с ним, планы разные строят, врагов всяких придумывают и предателей. Чтобы остальных сплотить вокруг себя. И повести в мир света и добра. А какие тут враги, откуда? - Ксения грустно улыбнулась. Мне было, что ей ответить, но я решил, что хватит с неё пока разрушенных иллюзий.

- Мой муж больше не тот человек, с кем я прожила большую часть жизни. И я не хотела там оставаться.

Когда мы вышли из портала, в Санкт-Петербурге уже темнело, но было ещё тепло. Мы предложили Ксении подвезти её, но она отказалась, сказав, что дойдет сама. Сняла туфли и пошла прямо так - по асфальту. После миров на эти вещи смотришь проще.

- Её муж получил не то, что ожидал, но то, что действительно хотел, - сказал Викинг, когда мы ехали к моему дому - я жил ближе всех. - Чувство локтя, общности, принадлежности к чему-то большому, важному, более сильному, чем он сам. Он хотел, как лучше и кто виноват, что не все готовы рвать жилы, даже ради светлого будущего?

- Или будущее это видят несколько иначе. И путь к нему, допустим, без войн, крови, страданий - добавил я - Так что теперь? Может зайдёте?

Мы подъехали. В последнее время мы привыкли быть вместе, и я цеплялся за любую возможность, чтобы не возвращаться одному в пустую квартиру. К моему облегчению друзья согласились. Мы пешком поднялись на этаж, зашли в прихожую, и я включил свет.

- Пыль, - сказала Таня, проведя пальцем по обувной полке. - Где у тебя тряпка?

Пока я объяснял, Лёша занёс сумки в комнату.

- Мальчишки, давайте сегодня никуда не пойдём, поужинаем здесь? - учитывая мои 42 года, "мальчишкой" на правах друга и напарника, меня могла назвать только Кошка.

- Конечно! И вообще оставайтесь, места всем хватит.

- Спасибо, - благодарно взглянула Таня. - Это только на сегодня. А завтра мы разъедемся.

- Конечно-конечно! - я бросился за свечами, а Лёша доставал из сумок вино - остатки былой роскоши.

Ну вот я и дома. С друзьями. В безопасности. Надолго? Кто может это знать? Но сейчас думать о таких вещах не хотелось. А думал я о том, что счастье, наверное, нельзя найти или подарить. Оно не свалится на голову. Ведь то, за что мы не заплатили, на самом деле не является нашим.

А знаете, - сказала Татьяна, когда мы собирались сесть за стол. - Я где-то читала, что античные боги наказывали слабых и глупцов, выполняя их желания. Эти миры... Мы получаем, что хотели, но становимся ли от этого счастливее?

Конец.