Волков Илья, Разаков Сергей: другие произведения.

Орден. Глава 6

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
 Ваша оценка:

  Глава 6.
  
   Последняя ночь в столице выдалась непростой: прежде чем отправиться в путь, Сигурду пришлось составить и подписать такую кучу бумаг, что и не снилось, отдать инструкции управляющему, гномам, обустраивающим резиденцию, предназначенную для Чемпионской Гвардии, а также отправить несколько писем. После всего он был настолько вымотан, что жалел о своем умении читать. Из-за обилия дел поспать за всю ночь он так и не успел, поэтому в путь он отправлялся не с самым лучшим настроением.
   Когда он уже покидал дворец, кто-то окликнул его сзади.
  - Постой, как там тебя, Чемпион! - Сигурд оглянулся. За ним, шаркая криво сросшейся ногой, следовал Главнокомандующий.
   - Мастер де'Вьен, вы что-то хотели?
   - Хотел поблагодарить за содействие, благодаря твоему способу расшифровки сообщений мы обнаружили тайную переписку в старых документах, видимо нисулит давно точат зубы на Корону Кенриаля. Один из этих ублюдков был моим телохранителем, возможно, я обязан тебе жизнью.
   - Это лишнее, он ведь еще не пытался Вас убить.
   - Теперь не попытается. Король, по совету этого ублюдка Пафия, направляет тебя на север, на меня он возложил обязанность выделить тебе достойное сопровождение. Я бы с радостью отправил с тобой роту моих ребят, во главе со знакомым сотником, но Бейкер готов удавиться за каждый медяк, оттого за тобой последуют три Гвардейских офицера, как командный состав и дюжина крепких рубак из регулярной армии.
   - Вы весьма щедры, - Сигурд постарался скрыть негодование за принятой при дворе вежливостью. Получилось не очень.
   - Этого мало, не спорю, но в идеале ты можешь затребовать подкрепления у любого из наших вассалов, а на случай если этого не хватит, у меня на севере есть свой человек, - де'Вьен приблизился к Сигурду, сунул за пазуху измятый конверт и зашептал на ухо, - пять лет он исправно выполняет мои поручения: присматривает за местными, так сказать, выдающимися личностями. Хорошо обучен, знает три языка, и, что главное, его слово, подкрепленное неплохой легендой, имеет, пусть и небольшой, но вес в их варварском обществе. Отличительный знак - щит с...
   - Аррин, мой друг, все хвалитесь своими подвигами перед молодежью! - громыхнул дверью пошатывающийся Барденхофф, - вот помню и я как-то при Лупской стачке, или это за Лупью было?
  Договорить он не смог, сделав пару нетвердых шагов, он зацепился ножнами за стену и, грохоча фамильными латами, упал.
   - Я думаю, ему хватит баек на сегодня, - произнес де'Вьен, помогая герцогу подняться, - пройдемте, в зале должны были уже накрыть стол.
  Проходя мимо Сигурда, де'Вьен, не оборачиваясь, бросил, - его щит ты ни с чем не перепутаешь.
  
   Свиту Чемпиона возглавлял капитан Годфри Кловис из небогатого баронского рода, проживающего на востоке королевства. Сама свита состояла из обоза с провиантом, одеждой и оружием, кареты для Реквизитора, а также из трех боевых групп, одну из которых возглавлял сам капитан, а две другие - лейтенанты королевской гвардии. Отряд был экипирован зимней одеждой, оружием и некоторыми нужными в походе вещами.
   Первые часы после выступления Сигурд честно пытался ехать на лошади, но вскоре усталость заставила его спуститься с кобылы и сменить путешествие верхом на удобную поездку в карете с кучером. Марика, в отличие от брата, с удовольствием ехала верхом, по пути общаясь с молодым лейтенантом королевской гвардии, руководившим второй группой. Другой офицер, представившийся Божеком из Стограва, сидел на облучке крытого фургона, в котором и находился весь провиант и снаряжение. Рядом с ним сидел один из солдат. Он был высок и худ, имел длинные тонкие руки с узкими ладонями и неестественно длинными пальцами и узкое приятное лицо, обрамленное седоватой бородкой-подковой и блестящей на солнце лысиной.
   За фургоном на привязи, рядом с лошадью Чемпиона, шла лошадь лейтенанта, а позади нее шли четверо солдат. Каждый был одет в форменную кольчугу, нес на поясе длинный меч и щит за спиной, положенные по уставу каждому солдату королевской армии, но не имел никаких знаков отличия. Отряд был несколько необычен: бойцов явно не подбирали, поскольку все они были разного роста и комплекции. Да и вели они себя не так, как подобает солдатам королевской армии: двое самых высоких, на поверку оказавшихся братьями, один из которых нес за спиной двуручный меч с волнистым клинком помимо щита, а второй - арбалет, постоянно пихали друг друга и подначивали, явно подбивая на драку. Иногда они переключались на куда более интересное занятие, а именно начинали травить сальные шуточки в адрес невысокого молодого паренька, никак не вписывающегося в роль солдата, шедшего прямо перед ними. Тот, краснел, бледнел и кипел от досады, но отмалчивался. В паре с пареньком шел еще один тихий, но, в отличие от него, явно побитый жизнью мужчина. Об этом говорили шрамы, наличествующие в обилии даже на его лице и проседи в бороде, не свойственные человеку в его возрасте.
  Лейтенант, ехавший на облучке фургона, периодически поглядывал в их сторону и покрикивал в целях поддержания хотя бы подобия дисциплины и субординации, но толком ничего не менялось: парни ненадолго утихали, а потом страсти разгорались вновь.
   Второй четверки не было видно, поскольку, как предписывал устав, перед отрядом на марше на полмили впереди должна двигаться группа разведки, на случай засады и иных опасностей, поджидающих благородный путников.
  Третья же четверка, подчиненная лично капитану, двигалась как эскорт: двое из них: молодой высокий белокурый парень и такой же молодой, но пониже ростом, темноволосый и кудрявый, шли по бокам от кареты. На ее облучке рядом с кучером молча сидел огромный человек в тяжелых доспехах, то и дело туда-обратно прохаживался сосед лейтенанта Божека. Он что-то ворчал себе под нос, а потом, обойдя всю процессию, возвращался на облучок к лейтенанту и продолжал угасший на время его отлучки спор. Сам Годфри Кловис, третий сын барона Мартена Кловиса из восточного Кенриаля, ехал в двух шагах от Марики и молодого офицера и иногда вмешивался в их беседу с мудрым замечанием или поправкой.
  В целом, первый день пути, за исключением мелких бытовых неприятностей, прошел спокойно и хорошо. Сигурд, заснувший почти сразу, оказавшись в карете, смог неплохо отдохнуть и ближе к вечеру, за несколько часов до заката, выбрался из кареты и вернулся на кобылу, с которой, будучи неплохо отдохнувшим, теперь ладил куда лучше прежнего. Его сестра, увлеченная беседой с лейтенантом, почти не обратила на него внимания, лишь раз отвлеклась, чтобы поприветствовать "Сэра Засоню".
  На ночлег остановились в небольшой деревне отстоящей немного в стороне от тракта, на хорошем постоялом дворе, явно нередко принимающем у себя почетных и благородных гостей.
  Весь вечер Марика провела в разговорах с молодым офицером, а Сигурд - с капитаном. Эти двое явно присматривались друг к другу, подкрепляя первое впечатление: капитан был весьма рассудительным человеком и, что куда больше привлекло Чемпиона, большим любителем искусства слова и звука, а Сигурд, в свою очередь обладал талантом и к грамотным рассуждениям и к этому самому искусству.
  Лейтенант Божек, чье поведение, манера общения и даже фигура выдавали в нем интенданта, появился внутри лишь раз, чтобы предупредить капитана о том, что заступит в дежурство первым. Непонятно, зачем там вообще было дежурить, но отбоя капитан не дал.
  Следующий день пути прошел куда более бодро: весь день пути Сигурд проехал верхом, передвигаясь от головы к хвосту процессии и обратно. За день он пообщался и с подозрительно молодым офицером, которого звали Генриком, и с офицером-интендантом, и даже с братьями-здоровяками. Особенно заинтересовался он тем, который нес за спиной двуручный меч с волнистым лезвием. По словам владельца, меч назывался фламбергом. Такого доселе Чемпиону видеть не приходилось: на вес он оказался едва ли не вдвое больше, чем обычный двуручник, однако Сигурду, уже привычному к значительно большей, нежели положено мечу, массе своего оружия, фламберг оказался вполне по руке.
  Корм - владелец меча - на привале показал Чемпиону серию приемов со своим оружием. На шестой связке, он начал терять темп, но вполне достойно завершил сложную комбинацию. Сигурд, с разрешения владельца, взялся за рукоять меча и, хитро улыбнувшись, провернул в одной руке, как перышко, заставив волнистое лезвие описать круг. Перехватив второй рукой рукоять меча почти у яблока, Чемпион начал с солидной скоростью рубить воздух, меняя стойки и хват, не замедляясь ни на секунду, будто в руках он держал не тяжелое и опасное оружие, а легкую березовую палку.
  Корм юмора не понял.
  Первые пару минут он с тупой миной взирал на то, как остроухий недомерок, раза в полтора меньше его по всем параметрам, бодро размахивает его любимой игрушкой, совершенно не понимая, в каком же месте его обманули. Стоило ему немного прийти в себя, и его глаза налились огнем праведного гнева:
   - Как это, - вырвалось у Корма, схватив брата за шиворот, он уставился в сторону крутящегося волчком Сигурда и громко зашептал, - Как этот, мелкий, так вертит моей Фалькой? В ней же весу как в нем самом!
  Торм такого отношения к себе от младшенького терпеть не стал и крепким тумаком осадил брата.
   - Ну умеет, - гулким басом протрубил он, - и ладно, будто много мозгов на это надо... Вон, даже у тебя выходит.
   Простите моего брата, благородный господин, - обратился Торм уже к Сигурду, с усмешкой взирающему на братьев. - Его просто в детстве папка лавкой пришиб по башке, вот он и туповат малость. Прошу за него прощения.
   Торм поклонился. Корм, в это время потиравший ушибленный затылок, обиженно глянул на брата и задумался, за что тут же получил второй тумак и, наконец, сообразил поклониться.
   - Поднимитесь. Я не тот, перед кем стоило бы склонять голову, - протянул руку Чемпион. - Сигурд из Лостра, простой бард и цепной пес.
   - Я Торм, это Корм, мой бестолковый братец, а это Лафрен и Горак ла Ветт, - представил Торм свой отряд, поочередно указывая на каждого пальцем. - Наш командир - лейтенант Божек.
   - Имел честь познакомиться, - кивнул Сигурд, едва сдержав ухмылку, а затем обратился к Корму. - Весьма необычный клинок, кто его сделал?
   - Батя сделал, под себя, Фалькой назвал, как мамку, а потом мне отдал, когда у него колено сломалось, - произнес Корм.
   - Неужто так и сломалось?
   - Ясно дело сломалось, так топором вдарить!
   - Боевое ранение?
   - Не, пьяный был, дрова колол. Он и нас тюкнуть пытался, когда мы его тачку, по пути к лекарю, пару раз тряхнули, не со зла, дороги у нас, что яма отхожая.
   - Батя прежде кузнецом был в отряде Лупцеватого, и немало приемов нахватался, когда на Тирнской войнючке мамелюков гонял, - дополнил Торм, осуждающе косясь на брата, - сабли у них были легкие, но раны оставляли глубокие, все думали, мол, магия все это, а до бати дошло - это из-за того, что они гнутые.
   - На саблю ваша Фалька явно не похожа.
   - Так батя саблю и не стал бы делать. Пошто она ему, коли их и так до кучи? - Возмутился Корм, а Торм продолжил. - Сабля по броне не работает - легкая слишком, дистанцию не держит - короткая, да и не уколешь толком.
   - Фалька моя - дело другое: она прямая, весу в ней больше чем в обычном мече, даже двуручном, раза в два, и у лезвия это, ну как там батя говорил, контакту не хватает что ли?
   - Мозгов у тебя, дурень, не хватает, а батя так говорил - "сечет сильнее обычного, благодаря малой площади контакта", ну, или как он объяснил Корму "просто потому что".
   - Я, кажется, понял, - поспешно добавил Сигурд, Торм благодарно кивнул.
   - В общем, моя Фалька - настоящее оружие, не тот казенный хлам, который выдают после присяги, - Корм для наглядности дернул меч, висящий на поясе.
   Наши, деревенские, тоже не могли понять, мол, накой нужна пила на рукояти, когда есть старый добрый тесак? - Продолжил Торм. - Смеялись все, суки, подшучивали над батей, но за спиной - рука у него тяжелая была, а норов и того тяжелее. Однако все рты позатыкали после того, как батя налет разбойничьей шайки в одну харю разогнал.
   - Должно быть, интересная история.
   - А то! Налетела, значит, их шайка посреди ночи, с воплем, гиканьем, факелами, что они на крыши домов бросали. Из наших кто разбежался, а кто на бандюков ринулся, но, с их-то ржавым хламом, никого толком и не порубали. Ранили только парочку да еще больше их взбесили. Тут-то батя и показал что это такое - технология! Одним ударом сукину сыну Пашко Рябому все кишки выпустил, да так брюхо порвал, что он, не сходя с места, и помер. Один мимо на ишаке проезжал, так батя его вместе с ишаком, надвое рассек, зря, конечно, осел-то, скотина безвинная, да и денег стоит. Больше никого он убить не смог, не догнал. Остальные-то обделались да и побежали со всех ног от нашей Шибки во все стороны.
  А как ты, господин, так легко ее тягаешь, неужто, и у вас подобные тяжести водятся?
   Сигурд усмехнулся, достал из стоящего рядом обоза ножны со своим мечом и протянул его Корму.
   - Возьми.
  Корм ожидал подвоха, но понять его не успел, потому небрежно вытянутый из ножен меч так же небрежно вонзился в землю едва ли в сантиметре от его ноги.
   - Мать честная! Тяжелее, нежели кажется, - Корм сделал практически неуловимое движение плечами, моментально сменил положение ног и вырвал клинок из земли, мимоходом сделав пару взмахов, Сигурд заметил, как стойка Корма меняется, подстраиваясь под баланс клинка.
   - Неплохо, - усмехнулся Чемпион и, положив ножны, принял меч из рук Корма. Проделав несколько связок, только на шестой или седьмой он начал выходить из темпа, солдат уважительно покивал.
   - Клинок твоей Фальки выдержит удар сталь в сталь?
   - Обижаешь!
   - Бери свой меч, поиграем немного.
   - А твой-то не сломается, милсдарь?
   - Жаловаться не приходилось, - Сигурд опустил острие меча на землю и обошел Корма по кругу. Протащив меч за собой, он очертил круг для поединка. Корм, немного размыслив, на всякий случай отцепил от пояса шлем и натянул на голову. И вот противники встали лицом к лицу.
  Фехтование на двуручных мечах долгое время являлось особенностью наемников: порой битвы двух хорошо знакомых банд, выступающих на разных сторонах конфликтов, решались поединком двух сильнейших бойцов, дабы понапрасну не проливать кровь коллег по цеху, а то и верных товарищей. И на роль отрядного козыря куда чаще выбирали "жонглирующего двуручной шпагой", нежели кого-нибудь еще.
  Сигурд знал об этой традиции, и оттого внимательно присматривался к Корму. Он идеально подходил на роль жонглера: высокий, плечистый и, определенно, сильный, как Тиур. Но одной силой тут не выиграешь - двуручный меч слишком узконаправленный инструмент, и, чтобы в должной мере им овладеть, требуются долгие тренировки. Солдаты, заинтересовавшиеся представлением, окружили бойцов, создав второй круг, диаметром на пару-тройку шагов побольше очерченного - никто не хотел попасть под меч.
  Заметив, как Корм изменил положение ног, Чемпион смог опознать зарождающийся восходящий удар, от правой ноги. Сигурд перешел в излюбленную "стойку ястреба" и нанес удар сверху вниз, вложив в него вес оружия. Корм, пятой точкой почувствовав опасность, остановил свой удар и парировал удар Чемпиона, подставив извилистое лезвие плашмя. Испещренный рунами клинок скользнул по стали и ушел в сторону, солдат же, поменяв стойку на "Окно", нанес колющий удар, метя в шею или грудь Сигурда.
  Чемпион вывернулся, избегая контакта с волнообразным лезвием, и нанес восходящий удар, несмотря на неудобную позицию. Корм скачком назад разорвал дистанцию, спасаясь от бронзового меча, и ухмыльнулся. Теперь дистанция позволяла наносить ему удары последней третью меча, вкладывая в них максимальную силу. Перехватив Фальку за яблоко, он нанес горизонтальный удар, вкладывая в него все: движение ног, поворот в поясе, движение плеч - наконец, приложил "рычаг", продвигая правую руку вперед, а левую назад. Силы удара с лихвой хватило бы, чтобы разрубить трех Чемпионов в ряд, но Сигурд провел клинок за головой и нанес второй восходящий удар, целясь не в Корма, а в его меч. На миг оба меча взлетели в воздух, а затем клинок Сигурда, вновь перешедшего в стойку "Ястреба", обрушился на Корма, не успевшего нанести свой удар. Клинки скрестились и из глотки солдата вырвался хрип.
  К удивлению Чемпиона, он не только выстоял, но и навалился на рукоять, заставив Сигурда пропахать ногами землю и согнуться. Корм был хорошо осведомлен о своем преимуществе в весе и не стеснялся им пользоваться. Руки Сигурда, против его воли, немного согнулись, лезвия мечей: бронзовое, испещренное рунами и хищное, извилистое, стальное приблизились к лицу Чемпиона.
  "Попался!" - Промелькнуло в мозгу Корма, наваливающегося всем весом на Сигурда.
  "Попался!" - Подумал Чемпион, резко согнув правую руку и выбросив вперед левую. Удар оголовьем бронзового меча пришелся в область глаза, оглушенный солдат на миг потерял равновесие. Сигурд, сделал шаг ему за спину и, ударив ногой в сгиб колена, добавил еще раз рукоятью по макушке. Корм свалился набок, тут же оттолкнулся от земли и попытался вслепую схватить рукоять упавшего меча, но его там уже не было. Сигурд успел отбросить фламберг в сторону кончиком сапога и теперь, широко расставив ноги, заносил меч над Кормом. В самый неожиданный момент Корм перевернулся на спину, его рука неуловимо скользнула к поясу, и, едва в двух пальцах от глаз Чемпиона сверкнул нож.
  Самым сложным в этом бою для Сигурда было остановить свой же добивающий удар в паре сантиметров от зажмурившегося солдата. Когда Корм открыл глаза, он увидел слегка покачивающееся лезвие бронзового меча. От страха ему показалось, что руны пытаются соскочить с меча и дотянуться до его лица.
  - Да, благородный господин, - послышалось где-то в сторонке, - не хотел бы я с тобой на арене сойтись.
  - На аренах редко сражаются до смерти, - произнес Сигурд, вонзая меч в землю и протягивая руку Корму, - хотя бывало и такое.
  Корм поднялся, отряхнулся и, помявшись, кивнул, признавая поражение.
   - Извиняй милсдарь, я чуть тебя ножом не того.
   - О, не беспокойся, я тоже чуть тебя не того, - отшутился Чемпион.
   - Хорошенько ты меня уделал. Как сказал бы батя - "одолел в честном бою".
   - На войне нет такого понятия. Да и я жив-здоров, так что ты не беспокойся, вряд ли я поступил бы иначе. Можешь звать меня по имени. Ты, в конце концов, не мне служишь, а охраняешь королевское имущество, - Сигурд поднял и протянул Корму его нож вежливым жестом - рукоятью вперед. - Интересный навык. Не поделишься таинством?
   - Говно вопрос, милсдарь! - Корм расплылся в улыбке. Затрещина от брата не заставила себя ждать.
  Капитан скомандовал сбор, и спустя четверть часа вся свита двинулась дальше.
  
  Выехав из редкого березняка, Марика ахнула: она попала в золотое царство. По обеим сторонам на удивление пустого для начала осени тракта золотилась пшеница. Там вдалеке - было видно - уже вовсю идет покос, но здесь на самых окраинах полей лучи солнца все еще играют и переливаются на ярких колосьях. Это зрелище всякий раз поражало взгляд юной целительницы, которую брат часто в шутку называл великой чародейкой. И навевало воспоминания о том дне, когда на рассвете, вот так же верхом на любимой Звездочке, она - маленькая девочка - в одном на двоих седле со старшим братом, втайне ото всех покидала отчий дом. О том, как заворожено она провожала взглядом озаряемые рассветным солнцем башни родного замка и впервые смотрела на открытый мир перед собой.
  Тогда она еще не представляла, какие трудности будут ждать ее в будущем. Своим детским взором она видела лишь дивный мир, открытый перед ней и дорогу, полную таинственных, захватывающих дух приключений.
  
   ***
  
   Она снова проплакала всю ночь. Снова слышала мамину колыбельную, звучащую на незнакомом ей, но, безусловно, прекрасном наречии. Слышала, как мама говорит ей теплые слова своим мягким нежным голосом.
  Слышала она и запах. Запах лаванды и сирени, который всюду следовал за мамой. Ведь мама была прекрасной эльфийской принцессой. Совершенно неважно, что она и эльфийкой то не была. В глазах Марики мама была самым прекрасным, самым добрым и самым любимым существом на свете, сравниться с которым мог разве что немного резковатый, но очень добрый и заботливый старший брат.
  Конечно, она любила и папу, и братьев Марина с Дерготом, и неродного Нильса с Ауд, его матерью, и красавицу Эльду, и даже дурака Демара, но никто и никогда не смог бы сравниться с мамой и братом. Ведь никто не мог уделить ей и минутки: папа всегда был занят делами, Марин и Дергот учились, чтобы стать такими же сильными и умными, как отец. Да и Сигурд постоянно пропадал то с мастером Морганом, то с Нильсом, но он-то, как бы он ни устал, как бы поздно не вернулся, все равно всегда приходил к ней, играл, разговаривал, рассказывал сказки, когда-то услышанные от деда, и даже учил считать! А мама всегда была рядом со своими детьми. Только если Марин и Дергот уже не настолько в ней нуждались, то Марике она была необходима, словно воздух.
  Сейчас запах и голос мамы были как всегда чудесны. Только вот самой мамы не было. Нигде. Ни в одном, даже самом далеком уголке замка. Уже вторую декаду мамы нигде нет. С того самого дня, как к папе приехал тот неприятный юноша, с такими же острыми ушами, как у Сигурда, мамы нет нигде. И никто ничего не хочет ей говорить. У кого она ни спрашивала, никто не сказал ни слова о маме, как будто все ее забыли.
  Только это все было обманом. Уж она-то знает, она видит, как все вздрагивают при слове о ней, слышит, как быстро начинает биться их сердце, как в воздухе пахнет ложью. Только Сигурд, добрый и надежный брат пообещал, что мама обязательно найдется.
  Но она все никак не находилась.
  Марика даже начала бояться, что и Сигурд стал таким же, как все: лживым и безразличным. Но он не стал.
  Он стал злым, будто с ума сошел. Позавчера, прямо во время торжества он - страшно подумать - чуть не ударил мечом Демара! Дурака Демара, которого любил, как брата и всегда защищал. Не послушал ее, Дергота, даже отца и ранил несчастного стража, виновного лишь в том, что он защищал своего господина! Что еще бы могло случиться, не вмешайся брат Томас?
  А после всего произошедшего, взглянув на Эльду, он просто ушел. Он испугался, так же, как все боялись вопросов о маме и ушел. И больше не появлялся в замке.
  Марика сидела на кровати и плакала. Плакала тихо, чтобы не разбудить спящую рядом Ауд, которая теперь каждую ночь ложилась рядом с Марикой и тихонько пела ей колыбельную, покуда сама не засыпала.
  Тихонько всхлипнув, она вдруг услышала какой-то мерный стук, донесшийся из-за двери, утерла слезы, соскочила с кровати и выглянула за дверь. По коридору, знакомо постукивая каблуками пробиралась темная фигура. Пробиралась она к соседней двери: в спальню Сигурда. Дверь с легким скрипом поддалась, как всегда, почти сразу и Сигурд, а это действительно был он, не закрывая ее, прошел в комнату.
  Марика выскочила из комнаты и побежала, шлепая по каменному полу маленькими ножками, за братом. Проскочив в дверь, она увидела, как он складывает какие-то вещи в большую сумку. Внезапно он подскочил от скрипа двери за спиной, но, обернувшись, увидел Марику.
  Она все поняла, и слезы хлынули из ее глаз.
   - Куда ты уходишь? - Она спросила дрожащим голосом.
   Сигурд не ответил. Он смотрел на нее и не знал, что ему делать. Бросив сумку, он подошел к ней, обнял ее и вытер слезы с ее глаз.
   - Скорее беги отдыхать, Мари.
   - Сигурд, где мама? Когда она вернется? Скажи мне честно! - Марика все еще всхлипывала.
   - Я не знаю где она, - признался старший брат. - Не знаю, когда вернется.
   - Ты идешь ее искать? - Надежда сверкнула двумя зелеными искорками в глазах девочки.
   Сигурд молчал. Он смотрел на сестру и понимал, что не сможет оставить ее здесь наедине с самой собой. С первого дня ее жизни он был рядом с ней. Когда его не было, мама не давала девочке чувствовать себя одиноко, а теперь, когда ее нет, он не мог бросить сестру одну. Он, ни секунды не размышляя, уже решил забрать ее с собой, позаботиться о ней и вырастить. Она не заставила его долго ждать.
   - Возьми меня с собой, я помогу! - Девочка, еще минуту назад утиравшая слезы, смотрела на него сильным решительным взглядом. Конечно же, ведь он не мог отказать.
  
   ***
  
   - Что заставило Вас так задуматься, госпожа? - Генрик медленно подъехал к Марике.
   - Красота, - Марика наконец вернулась в реальный мир. А в реальном мире уже стемнело, и отряд готовил место для ночлега на опушке между березами. Место в свое время явно было немаленьким станом для отдыха путников, однако, судя по виду, вот уже несколько лет здесь почти никто не останавливался. Причин никто не знал или знал и молчал, но дозор на ночь было решено усилить.
  Ужин проходил шумно: солдаты, что не стояли в дозоре, отдыхали громко и весело. Тут же Сигурд поближе познакомился и с группой Годфри. Сильнее всех выделялся здоровый вояка по имени Гор с огромным щитом. Выделялся он по большей части тем, что носил бригантину и тяжелый полузакрытый шлем. Да и силушкой его Мать не обделила: не всякий способен самостоятельно передвинуть целый фургон с вещами.
  Теперь он сидел у костра и спокойно помешивал кашу в котелке, по ходу дела беседуя со своим товарищем, перебирающим хитрый врачебный инструмент в небольшом чемоданчике по правую руку от него.
  - Скажи, Пэтти... Патрик, а за что тебя к нам-то отправили?
  - Служил я в гвардии одного графа. Этард фон Хайбрек он звался. Он из-за сильных головных болей страдал бессонницей, и как только, кто-то ему ляпнул, что я целитель, начал до меня доебываться, чтоб я его убаюкивал. Ну, я первый раз его отрубил, у самого башка потом всю ночь ныла, второй раз "колыбельную" включил, а потом мне надоело. Он начал орать, запугивать, "выкину из гвардии!", говорит, "со свиньями в хлеву ночевать будешь!"
  Ну и зацепило меня это, понимаешь? Решил я ему рецепт один посоветовать, от бессонницы, что мне от деда достался, а ему от его деда.
  - Что за рецепт?
  - Немного снотворного и немного слабительного, небольшая модификация, так сказать. Я еще тогда подумал, мол, просрется малость и побоится впредь ко мне лезть. Кто ж знал, что у него запор?
  - В смысле?
  - Ну, тут по порядку надо: ночь он проспал нормально, радовался, а потом к его дочурке приехал свататься какой-то рыцарь из рода Териусов, Велисийских торговцев. Граф в честь этого такой пир дал!
  Сидят они на пиру: жених, по правую руку от хозяина понемногу накачивается вином для храбрости, невеста по левую руку от матери, что слева от графа, кокетничает, хихикает и жрет, как на убой. Тут рыцарь набирается смелости, встает, пошатываясь. Вышколенные на это дело барды, конечно же, моментально затихают, и просит он у нашего графа руку его дочери. Тот, предвкушая приданое, радостно вскакивает, открывает рот и, громогласно, на весь зал, бзднув, наваливает полные штаны, перед семьей и гостями. Пиздец, в общем.
   - Так это он тебя сюда?
   - Не, если б он узнал - убил бы, меня сюда за самоволку отправили, пытались дезертирство впаять, но не получилось.
   - Прошу прощения, уважаемые, что прерываю, - вмешался Сигурд, уже несколько минут слушавший этот разговор. - В каком смысле "за что"?
   - А ты думал, - произнес сидящий с другой стороны от котелка Генрик, - мы по доброй воле вызвались переться Путевод знает куда, в снега и болота, сопровождая какого-то полудурка, вчерашнего босяка, королевской милостью ставшего "великим героем"? - Выплюнул он.
   - Я думаю, что Вы забываетесь, лейтенант Радсдорф. И уклоняетесь от своих обязанностей, Вы же сегодня дозорный офицер? - Сигурд обошел вокруг сидящих и направился прямиком к Генрику, но не успел он сделать и пары шагов, как в дерево, прямо перед его лицом вонзилась стрела.
   - Вашу мать! - Только и успев рыкнуть он, рванув к обозу, за своим драгоценным мечом. На полпути кто-то ухватил его за ногу и повалил на землю, прижав рукой.
  Внезапно Генрик поднялся на ноги и начал что-то громко говорить на кальтаале.
  - Ты совсем конченный? - Услышал он гулкий голос из рыжей копны слева от себя. - Пристрелят же, как нефиг делать!
   - Стрелок отвлекся, обойду с фланга, - прохрипел Чемпион, прижатый гномом к земле.
   - А если он не один? - Спросил с другой стороны молодой полуэльф, прячущийся за деревом.
   - Тогда это уже мои проблемы, - произнес Сигурд, освободившись от хватки бородатого спасителя, и ползком двинулся к повозке.
  Тем временем лейтенанту что-то ответили, Сигурд едва мог разобрать, о чем они переговариваются - смесь кальтаала и кенна, на которой они говорили, была насыщена малопонятными словами и очень странными речевыми оборотами. Офицер то и дело жестикулировал, обводя людей вокруг руками и что-то объясняя невидимому стрелку, будто оправдываясь, а Сигурд тем временем подобрался к обозу и бесшумно вынул чей-то меч, лежащий на самом верху. Скинув сапоги, он обошел обоз и двинулся через кусты к месту, откуда звучал голос. Периодически ноги натыкались то на камни, то на ветки, но без сапог Чемпион был куда тише, почти как эльф.
   Это сыграло в его плане практически главную роль. Когда Сигурд оказался позади фигуры в зеленой накидке, молча выцеливающей из лука говорящего офицера, эльф будто учуял человека позади: он внезапно обернулся и уткнул наконечник стрелы прямо в лицо Чемпиону. Сигурд поднял руки, эльф что-то угрожающе произнес. Чемпион, разобрав "смертный" и "убью" разжал пальцы, роняя меч.
  Послышался ломаный суржик лейтенанта, эльф что-то крикнул в ответ, не сводя глаз с Чемпиона. Сигурд решил действовать, щелкнув пальцами, для отвлечения внимания, он подцепил ногой довольно большую ветку и, пинком, швырнул ее в противника, тут же падая на спину. Стрела ушла чуть выше головы Чемпиона, сам же он, вскочив на ноги, сгреб с земли меч и рванулся к эльфу, уже натягивающему вторую стрелу. Стрела вскользь зацепила шею Чемпиона, тот, мгновенно сорвав оставшуюся дистанцию, нанес восходящий удар. Тренькнула лопнувшая тетива, лук выгнулся в обратную сторону и хлестнул тетивой по лицу владельца, моментально окрасив его кровью.
  Чемпион пнул ошеломленного противника в колено, роняя того на землю, поднял за волосы и, приставив ему меч к горлу, скомандовал подняться.
   - Опустите луки! - Крикнул Сигурд, выводя на свет стрелка с мечом у горла, - или ваш род станет меньше на одного.
  - Отпусти его, идиот! - Услышал Сигурд голос оттуда, откуда меньше всего ожидал: из-за спины. Генрик Радсдорф подходил к Сигурду. - Им нужны вещи, а не наши жизни.
   - Что?
   - Первая стрела - предупреждение, им нужна пошлина за проход по их землям. Я почти сбил цену, а ты, болван, пустил кровь одному из них, теперь они затребуют как минимум половину всего, что у нас есть.
   - Ты, ублюдок, где были твои следопыты, какого хрена они не предупредили о засаде?
   - Мы все как велено сделали: пошумели в кустах, но далеко не отходили, - флегматично ответил Сигурду давешний спаситель.
   - Скади, дегенерат... - прошипел лейтенант.
   - Так это твой приказ, ты нас сюда завел? - Голос Чемпиона становился все громче.
   - Пойми ты, дурень, самое большое, что они взяли бы - провиант и одежду, а пограничные хольдары ободрали бы нас, как липку, если вообще вообще оставили бы в живых.
   - И ты решил самостоятельно заманить нас в петлю, - констатировал Сигурд.
   - Это не было петлей, пока ты все не усугубил.
   - Ты заманил нас в засаду и обвиняешь меня?
   - Да. То, что ты сделал - глупость.
   - То, что сделал ты - предательство! - Отшвырнув пленника в сторону спрятавшегося за телегой гнома, рявкнул Сигурд и набросился на лейтенанта, осыпая его ударами.
  Одноручный меч был куда легче привычного Чемпиону бронзового монстра, так что орудовал он им быстро, но, к сожалению, не очень эффективно. Первый удар Чемпиона Генрик отбил рефлекторно, молниеносно контратаковав коротким выпадом, от второго полушагом уклонился, скользнув клинком по наплечнику Сигурда, третьим ударом Сигурд банально промахнулся, не рассчитав длины клинка. Тем временем, меч лейтенанта пронесся в опасной близости от ноги Чемпиона, которую тот успел убрать лишь чудом. Все попытки Сигурда сократить дистанцию, Генрик прерывал еще в самом начале, но не контратаковал. Казалось, лейтенант выжидал чего-то, а Чемпион вынужденно смещался все левее, в попытках выйти из "рабочей зоны" гвард-лейтенанта, но тот свою позицию не менял, лишь слегка поворачиваясь в сторону Сигурда.
  "Он затягивает бой, но зачем?" - Сигурда осенило. - "Выводит меня под выстрел, ублюдок!"
  Рванувшись вправо, Сигурд сократил дистанцию и изо всех сил рубанул наискось, метя в торс. Как и ожидалось, его клинок встретил сталь клинка лейтенанта. Сигурд приблизился еще ближе и внезапно провернул рукоять в ладонях, чтобы мечи сцепились крестовинами, а затем, рванув меч вверх, обезоружил лейтенанта. Обратным движением он мощно приложил его рукоятью меча по лбу, а затем пинком под чашечку, уронил его на колени.
   Тут он, наконец, и обратил внимание на то, что вызывало его подозрения последние два дня: из-под растрепавшихся волос на него смотрел двумя ярко-зелеными глазами чистокровный эльф.
   Все вокруг застыли, наблюдая за Чемпионом.
  Гном, привязав пленного к колесу телеги, укрылся за ним, а сам воин навис над лейтенантом-эльфом, и посмотрел в его спокойные глаза, лишь на пол секунды блеснувшие страхом. На миг Сигурда обожгло искрой того, старинного гнева, способного сжечь все на своем пути, а в мозгу, раз за разом вспыхивала одна-единственная мысль: "Убей предателя!"
   Он оглянулся на Марику, стоявшую там, где до этого был Генрик, и будто пробудился: наваждение схлынуло, но дороги назад уже не было. Он отвернулся, схватил офицера за волосы, оттянул голову вверх, как барану, и поднес меч к его горлу. Губы эльфа дрогнули, яркие зеленые глаза, теперь наполненные ужасом, непонимающе смотрели на Чемпиона.
   - Твое последнее слово, - произнес Сигурд голосом, дрожащим ничуть не хуже, чем губы эльфа.
   - Я не...
   - Delenn! - Донесся из-за кустов громкий голос. - De en gileon ma! Ish dien!
   - Я не понимаю кальтаал, - крикнул в ответ Сигурд, спешно отводя меч от горла лейтенанта.
   - Не убивай. Я выхожу, - вместе с не очень чистым произношением в голосе проскользнули нотки неудовольствия, но действительно, спустя пару секунд, из-за деревьев показался светловолосый эльф с разобранным луком в руке.
   - Сложи оружие и сделай три шага вперед.
   Эльф с явным нежеланием подчинился.
   - Чего вам надо? - Наконец спросил Чемпион у эльфа.
   - Чтоб вы проваливали с нашей земли.
   - Это земли короля Малкольма, - жестко ответил Сигурд.
   - Точно, гений. А мы на них живем и не даем воли всяким разбойникам и прочим выродкам. Кстати, вскоре подойдет подкрепление. К тому моменту нам лучше поменяться ролями, если ты и твои люди, конечно, не хотите стать похожими на подушку для иголок.
   Оставив Генрика на подошедшего сзади Годфри, Сигурд связал за спиной руки сдавшегося эльфа и, посмотрев в его перепугано-самоуверенные глаза, поволок к связанному у телеги товарищу.
   - Когда мы поменяемся местами, недомесок, я заберу себе твою девчонку, - мстительно прошипел эльф, не пытаясь вырваться. - Уверен, мои ласки ей больше твоих понравятся.
  Он злорадно усмехнулся, радуясь столь удачной шутке, но его радость не продлилась долго, внезапно столкнувшись с булыжником, разбившим не только гордость, но и лицо нерадивого бандита.
  
  Под истошные вопли, проклятья на кальтаале и нестройные завывания пленников прошли два часа бдения, но никакого "подкрепления" не объявилось. Голод упорно грыз желудок изнутри, и, прождав еще полчаса, Чемпион успокоился и дал готовым к бою воинам отмашку, объявляя ужин. Однако полностью расслабляться никто не собирался. Капитан выставил четверых дозорных, двое из которых патрулировали окрестности.
  Сигурд решил, что нарвались они на каких-то нагловатых юнцов, возможно, сбежавших на окраины, чтобы развлечься. В Лесах жили лишь благородные эльфы и их прислуга, значит, в деньгах они ничуть не нуждались, а эти и вовсе явно привыкли беспредельничать, зная, что влиятельности семьи хватит, чтобы покрыть любой проступок своих чад, однако лично он не собирался спускать им этого.
  Поев, Сигурд взял у Гора еще одну миску с едой и подошел к привязанному у ближнего колеса Генрику.
   - Ну что? - Опустился Чемпион перед лейтенантом на корточки.
   - Что? - Непонимающе уставился на Чемпиона эльф.
   - Где ты оставил настоящего Генрика Радсдорфа?
   - Я и есть настоящий Генрик, - Сигурд скептически глянул на собеседника.
   - Генрик... Эльф по имени Генрик? Ты шутишь?
   - А что в этом смешного?
   - Много ты знаешь эльфов, которых звали бы Генрик?
   - А много ты знаешь эльфов, которых звали бы Сигурд?
   - Ну, я и не эльф, в общем то.
   - Ну а меня воспитывал гвардс-коммандер Ларс Радсдорф, поскольку эльфы отказались от меня сразу после рождения.
   - Как это отказались? - Сигурд на мгновение опешил. - Эльфы не выбрасывают своих детей на произвол судьбы.
   - Я тоже не совсем эльф, если в общем смысле. Мой отец был то ли полуэльфом, то ли что-то еще было не так... Хотя этого никто не знал. Пока я не родился, все думали, что моя чистокровная мать понесла от любовника-эльфа. Ан нет... Долгая и непонятная там история была, я особо не вникал. Так что я, в некотором смысле, такой же, как и ты.
   Сигурд только многозначительно хмыкнул и задал другой вопрос:
  - Как же вышло, что офицер гвардии самого короля так подло завел своих товарищей в ловушку?
   - Здесь не должно было быть проблем. В конце концов, с эльфами всегда было просто договориться, особенно если у тебя в рукаве королевский патент.
   - Сдается мне, лжешь ты, мерзавец. Этот тебя явно неплохо знает, раз за твою жизнь своей свободой пожертвовал.
   - Эльфы радеют за всякую жизнь. Поймай ты белку и пригрози кинуть ее в котел, он бы тоже сдался, причем, куда быстрее.
   - Не слишком ли ты хорошо знаешь эльфов, для парня, которого растил военный, Генрик?
   - Я не из них, если ты об этом. Они с радостью всадят стрелу в человека. Жизнь одного galone для них ценнее разве что жизни орка. А я, пока ты играл в тактика, пытался купить у них ваши жизни!
   - Как видишь, мой метод оказался эффективнее.
   - Ты так убьешь нас всех, глупый юнец! Я три десятка лет учился не лить лишней крови и решать проблемы миром, а ты за пару минут сорвал почти удавшиеся переговоры!
   - И сколько же брали за наши жизни?
   - По два золотых с человека, по ползлотого с гнома и два десятка с орка.
   - Да это, дружок, все наши деньги и еще половина вещей и оружия. И вот этим вот двоим ты хотел столько отдать? Больше на пособничество в ограблении смахивает. Вот скажи, ты знаешь, какое наказание положено предателю по уставу Гвардии?
   Генрик мгновение глядел в глаза Сигурда, а затем печально ухмыльнулся, кивнул и опустил голову. Никогда и ни перед кем прежде эльфу не было страшно настолько, что он опустил бы взгляд. Дело было даже не во вполне прозрачном намеке на его дальнейшую участь, а в том, что от квартерона временами веяло тьмой, как от затронутых. Только он затронутым явно не был, от них несет постоянно и стойко, а от этого едва пахнуло в тот самый момент, когда его дрожащая рука держала меч на горле эльфа.
   - Почему ты обнажил меч против меня? - В лоб спросил Сигурд.
   Нагловатый эльф у заднего колеса поднял взгляд, на миг остановил его на лейтенанте и проговорил:
   - Эй, офицер, объясни ему уже, а то он и через год не утихнет, - и тут же вздрогнул под сверкнувшим гневным взглядом Чемпиона.
   - Вы двое знакомы, - привстав, произнес Сигурд. - Значит, все же, сговор?
   - Нет! - Генрик поднял взгляд. - Я знаком с ним... Ээ... С его отцом. Мне случилось сопровождать их, когда этот парень был еще ребенком, на торжественном приеме в Энфри. Тогда еще молодой король явился лично поздравить главу дома Арвейн с венчанием его старшего сына и дочери герцога Парсваля.
  Этот парень - наследник Высокого дома Рэдлон, Дарвен. Если с ним что-то случится, не выйти нам отсюда живыми.
   - Точно! И когда мой отец увидит...
   - Закрой уже рот, - ткнул его в бок товарищ, привязанный рядом. - Достал ты уже. Говорил я тебе: не суйся к этим, неспроста они все так разряжены в свои железки - так нет, ты не слушал! "Подумаешь, ghalonne!" - передразнил он его. - Khesta!
   Из-за спины Сигурд услышал смешок, полуэльф из отряда Генрика незаметно подошел сзади и, судя по всему, уже пару минут наблюдал эту сцену. Он веселым взглядом оглядел остроухую молодежь, более серьезным - Чемпиона, и произнес.
   - Господин, прибыло, кхм... - полуэльф запнулся, подбирая слово, затем усмехнулся снова и, наконец, произнес, - "Подкрепление".
  
   Сигурд, опершись руками на воткнутый в землю меч, сидел на большом валуне, которые ранее занимал здоровяк Гор, напротив него с гордо поднятой головой стоял эльф, облаченный в легкие доспехи Лесного патруля. Его голова была увенчана серебряным обручем, который указывал на то, что перед ним не кто-нибудь, а наследник Великого дома. Позади высокородного стояли еще несколько эльфов и отряд воинов, сопровождавших всю эту процессию.
   Сигурд быстро оглядел гостей и заметил на лицах почти у каждого презрительную усмешку или взгляд, направленный на сидящего перед ними человека.
   Высокородный поднял голову и представился:
   - Мое имя Кэрнэт мэл Рэдлон, старший наследник рода Рэдлон. С кем имею... честь? - Явно намеренно сделал паузу эльф.
   - Я - Посол-реквизитор Его Величества, - только и произнес человек, поднимая, наконец, взгляд на собеседника. - Следую на Айсвенд с визитом. Помимо всего прочего имею право говорить и действовать от имени Его Величества на всех землях севернее столицы.
   Старый человек, стоящий позади сидящего на камне вышел вперед и продемонстрировал документ, удостоверяющий все вышесказанное. Он был подкреплен королевской печатью Малкольма, так что сомнений не вызвал.
   Эльф чуть было не уронил марку. Уже подготовивший долгую речь, а также ряд других пыток для наглого человека, посмевшего взять в плен его собрата, он вдруг ощутил, как сердце его уходит в пятки от осознания последствий произошедшего, а на шее затягивается тугая петля.
   - Как Посол-Реквизитор и носитель королевского слова, - продолжил человек, - я приравнен к статусу лица королевской крови и имею право вершить королевский суд над изменниками и предателями короны, такими, как Ваш младший брат, господин Кэрнэт.
   Юный эльф, привязанный к колесу фургона, вздрогнул. Не из-за положения недомеска - ни один из людей не посмеет казнить стоящего в очереди наследования Великого дома - он боялся того, что сделает с ним теперь его брат, однако всего лишь мгновением позже он понял, как ошибся с выбором приоритетов.
   Сигурд поднялся на ноги и подошел к эльфу.
   - Как требуют ваши законы поступать с предателями?
   - Мы, - эльф запнулся, на этот раз вовсе не специально. - Любые вопросы мы выносим на Совет Рода. Я прошу права...
   - А законы королевства Кенриаль гласят: подданный короны, нарушивший клятву верности своему сюзерену подлежит казни через повешение, независимо от его положения, титула или занимаемой в королевской службе должности, - продекламировал Сигурд и повернулся в сторону пленников.
   Несколькими шагами он преодолел расстояние до фургона и остановился над Генриком Радсдорфом.
   - Скажите, господин Кэрнэт, знаете ли Вы этого эльфа? - Сигурд указал на лейтенанта. - Подумайте хорошо, от этого, быть может, будет зависеть чья-то жизнь.
  Несколько секунд в воздухе висело тяжелое молчание, прерываемое только редкими покряхтываниями Патрика, сидящего на облучке фургона, свесив ноги набок и наблюдающего за всем действом как бы немного сверху. Эльф внимательно осмотрел лейтенанта и теперь о чем-то размышлял.
   - Да, я знаю его. Это Генрик Радсдорф из королевской гвардии Его Величества, - каждое слово эльфа было четко выверено и взвешено. - Несколько лет назад он, в звании сержанта, сопровождал нашу семью на церемонии бракосочетания моего троюродного брата Галэна мэл Арвейна.
   - Прекрасно. В таком случае, господин Первый наследник, никаких вопросов к Вам я более не имею. Освободите лейтенанта.
   Эльф слегка расслабился, подзывая сородичей, верно, чтобы те готовились забрать пленных. Но Сигурд жестом руки остановил их и заговорил вновь.
   - Однако, - слово было выделено, - преступник подлежит наказанию по всей строгости закона.
   - Что это значит?
   - Эй, ты чего творишь, kaelghal?! - Взвыл "патрульный", когда Сигурд, отвязав его от колеса, заломил ему кисть и потащил вместе с соратником к дереву.
   - Я собираюсь повесить разбойников, всего-то.
   - Нет! - выкрикнул Кэрнэт мэл Рэдлон, его спутники сместили руки поближе к оружию, эльфийские воины синхронно развернулись боком, арьергард снял со спины луки. С другой стороны вскинулись королевские воины, обнажая клинки и поднимая щиты.
   - Разве король поступил бы иначе? - Насмешливо произнес Сигурд, будто не замечая возникшего напряжения.
  "Да, старый король убил бы всех до второго колена, сжег лес дотла и засыпал землю солью. Да и нынешний не сильно лучше", - подумал старший наследник рода Рэдлон, но вслух произнес:
   - Разбой был совершен на моей земле. Нашей земле, - поправился он, глядя на спутников.
   - Вы хотите лично их казнить?
   - Я хочу их наказать. Вы, люди, легко разбрасываетесь жизнями собратьев, ибо вас много, мы же лишены такой возможности.
   - Вы хотите выкупить их жизни, не так ли?
   - Называйте это как хотите.
   - Во сколько же вы оцениваете жизнь двух ваших сородичей, преступивших, надо сказать, один из самых строгих законов королевства? Он вот оценил мою жизнь всего-то в пару золотых.
   - А мою в двадцать! - Послышался гулкий голос из-за спины.
   Тут в дело вмешался другой эльф, он был чуть выше Первого наследника, но выглядел куда спокойней. Единственный из всех собратьев, он не смотрел на представителей других рас презрительно, а, наоборот, выглядел доброжелательно и даже весело. Вот уже минуту он стоял за плечом старшего Рэдлона, и, таки, прорвался вперед.
   - Позвольте? Аран мэл Рэдлон, шестой в очереди наследования, - быстро представился он. - Мы, определенно, не можем оценивать жизнь своего собрата, также, как Вы, я уверен, никогда не сможете назвать адекватной цены за жизнь вашей матери или сестры.
   К тому же, господин Посол, Вы в корне неправы в своих суждениях. Мы не собираемся выкупать у Вас жизни наших братьев, - эльф сделал паузу. В этот момент на него удивленно оглянулись все. Даррен мэл Рэдлон же, раскрыв полные слез глаза и увидев говорящего, явно почувствовал облегчение. Тем временем эльф продолжил. - Мы прекрасно понимаем, что подданные Кенриаля, не только совершившие преступление, но еще и оскорбившие Корону, а также лично Вас, обязаны понести наказание. Но, как сказал мой дражайший брат, для нашего народа ценна каждая жизнь, чьей бы она не была, а потому мы просим Вас согласиться обменять право наказать наших сородичей по своим обычаям на любую услугу, которую только может оказать Старший народ.
   Сигурд задумался, обвел взглядом визитеров, оглядывая всех вместе и каждого по отдельности. Его взгляд зацепился за лицо одного из сопровождавших "подкрепление" эльфов.
   - Могу я Вас спросить, господин Аран? - Медленно произнес Сигурд.
   - О! Да, конечно, господин.
   - В ваших ли землях проживает благородное семейство Эйлар? - Сигурд заметил, как один из эльфов встрепенулся.
   - Конечно, господин! - Чуть ли не придя в ужас, произнес Аран. - Это Правящий род Винтердома. Вместе с нами прибыл Первый наследник рода, Альден мэл Эйлар.
   - Благодарю. - Сигурд раздумывал над пришедшей мыслью лишь секунду и заговорил вновь. - Я удовлетворю Вашу просьбу, уважаемый Аран: преступники будут переданы в руки местного правосудия. Как представитель Короны я требую позаботиться о том, чтобы ваши сородичи впредь думали о своих деяниях прежде, чем их совершать.
   Однако, взамен я попрошу право свободно входить и перемещаться по землям Винтердома, а также аудиенции с любым из жителей по моему усмотрению.
   Некоторые эльфы дернулись, Кэрнет мэл Рэдлон на мгновение вспыхнул так, будто бы его попросили снять штаны прямо здесь, при всех.
   - Мы не... - начал он, но тут же был прерван.
   - Иных условий я не приму, - жестко сказал Сигурд и резко дернул пленников, все еще находящихся в его руках.
  
   ***
  
   - ...Ну им ничего и не оставалось, кроме как согласиться! - Гулко рассмеялся Скади Рыжебород.
   - Еще бы! - Усмехнулся полуэльф. - Видели бы вы, как гордо он уносил свою пылающую факелом задницу, разгоняя вечерние сумерки!
   - А скажи-ка мне, Марк, - обратился к полуэльфу Брагг, - как поживает твоя прелестная сестрица Айша?
   - Ну, в последний раз, когда я ее видел, она пряталась в шкафу от твоей зеленой рожи. А чего вдруг ты заинтересовался?
   - Да вот, жениться я хочу, детей завести, хозяйство...
   - Хозя-а-айство! Да ты свое-то хозяйство побереги или мало тебе капитанской дочки было?! Тем более, что и наш Марк не лыком шитый, будешь потом свое "хозяйство" с какой-нибудь колокольни снимать.
   - А, чтобы вас Изначальный подрал, - Обиженно буркнул полуорк.
   - А прав он в чем-то, - включился тем временем в разговор молчавший доселе Торм. - Найти себе бабу добрую: красивую там, огненно-рыжую, чтоб все обзавидовались. И готовила чтоб, как бабка Августа! Глядишь, осесть где-нибудь в гарнизоне, и солдатом зажить будет неплохо.
   - А как по мне, так, чтоб в хозяйстве прок от нее был, да было бы за что подержаться. Знаете, на востоке есть народ: Родичами себя зовут. Живут, почитай, по лесам, как эльфы, мать их, но по-иному. Так про их баб такое говорят! Коня, мол, на скаку остановит, да в хату горящую швырнет - вот это баба, и толк от нее есть! - Поведал товарищам Корм.
   - А не испугаешься такой бабы то? - Раздался голос из-за спины. - А то, глядь, а она из тебя уже веревки вьет, а ты, как родненький под ней ходишь. Чего повскакивали то?
   - Так это, положено, при начальстве то, - промямлил Корм, за что тут же отхватил от брата подзатыльник.
   - Итак, господа, я правильно понял, меня сопровождают сплошь штрафники? - спросил Сигурд, Торм вздохнул, Корм кивнул, Скади пошевелил дрова, что-то пробурчав себе под нос, остальные же никак не прореагировали.
   - Оттого мне интересно, как же вы дошли до жизни такой?
   - Был гномом, - мрачно произнес Скади, - в наше время этого достаточно.
   - А я!.. - Встал Корм, Торм схватил его за плечо и усадил.
   - А этот дебил ухитрился сожрать любимца нашего барона.
   - Это как?
   - На охоту я пошел, - пробурчал Корм, отталкивая брата, - думал кабанчика подстрелить, да на берлогу напоролся, ни разу не пустую. От медведя я часа два по лесу бегал, голодный он шибко был, и, наконец, нашел дерево, которое ему нипочем было. Ни сломать, ни влезть на него не под силу ему было, ну и решил я отсидеться. Когда косолапому надоело, и он ушел, я, сталбыть, спустился и, побродив с полчаса-час, понял, что заблудился.
   - Ходил этот кретин по лесу кругами, - продолжил Торм, - покуда в баронские заповедные земли не влез - как только через егерей прошел?
   - Так не было егерей, бухали небось, - ответил Корм.
   - И первым съедобным существом, на которое этот, прости матушка, сукин сын напоролся, была баронская птица, - с надрывом в голосе сказал Торм.
   - Птица... Что за птица?
   - Большая, белая такая, красивая, зараза, - мечтательно произнес Корм, - я думал, раз большая и красивая то, стало быть, вкусная, вон олень же и большой и красивый и вкусный, зараза.
   - Неоспоримая логика. Что было дальше, я догадываюсь.
   - Этот конченый дегенерат сожрал любимую баронскую птицу, из-за моря за немалые деньги привезенную, с луком!
   - С картохой...
   - Заткнись придурок, Матерью клянусь, иначе я те так врежу, как батя ни разу не бил! - Заорал Торм, выхватывая горящее полено из костра.
   - А вы чем провинились? - Обернулся Сигурд к остальным.
   - Этого вот, - ткнул во второго гнома, по имени Гордар, полуэльф, - банально за хищения, сам я с начальством малость не поладил, а вот наш Северянин, это вот история!
   Знакомьтесь, господин, Брагг из Северных пределов.
   - Домой, получается, едешь?
   - Вроде того, хотя едва ли там что-то от моего дома осталось. Таких, как я не очень то жалуют.
   - Да, пожалуй, полуорков, действительно не очень любят.
   - Да что вы все заладили?! "Полуорк-полуорк", какая к Ашмедаю разница! Романтик я! - Вспыхнул тот.
   - Угу, романтик, - усмехнулся Скади. - Этот романтик за полгода умудрился попортить чуть не всех девок в родной деревне, да и у нас в гарнизоне тоже...Кхм. Отличился. Был у нас там такой капитан, Пальник, так этот с его дочкой шашни крутил. И ладно бы крутил себе тихо, так в его дурную голову взбрело непременно просить ее руки. И ведь нет - нормальную взять, так он самую пришибленную выбрал. Которая вместе с мужиками мечом машет.
   - Вот и я о том тебе толковал, - перехватил полуэльф. - Зачем ты к нему пошел? Сразу же было ясно, чем дело кончится! Перед тобой бабы так штабелями и падали, а ты... Тьфу, что с тобой говорить!
   - Слыш, зеленый, неужто, и впрямь - штабелями?
   - Ну, брешет, конечно. Не всякая баба даже знает, что это такое - штабель, - а так да.
   - Ну ты и трепло! - Хохотнул Корм. - С твоей рожей только на медведя ходить: увидит - обосрется и подохнет на месте.
   - Ну, я тебе!..
   - Прекратить! - Прикрикнул появившийся из сумерек Годфри. - Отбой! Завтра долгий переход.
  
  Дальнейший путь проходил более-менее спокойно. Немного отдалившись от лесов Винтердома, путники стали встречать редкие караваны торговцев, спешивших на осенние ярмарки, а чуть дальше появились и обычные крестьяне. По-видимому, все обходили эльфийские земли стороной.
  Как выяснилось позже, торговцы действительно боялись за свой товар, а крестьяне и вовсе просто боялись самих эльфов: говорили, что те, кто уходят в их леса, навеки остаются меж корней деревьев. Но суровая ирония была в том, что к перевалу все шли только границей их земель. И сомнений в причинах не было - здесь нет хольдаров. Тракт шел по самой границе эльфийских земель, но даже здесь ни одной разбойничьей шайки не было и в помине - эльфийские патрули достойно отрабатывали доверие короля.
  Когда Эккард и Вирго встретились на небосводе, обозначая собой середину осени, выпал снег. К тому времени отряд уже миновал Топру и вышел к перевалу, оставив замок Родденфорт несколько западнее - на первом месте были все же Северные пределы, поскольку потеря связи пограничными землями грозила королевству бунтами и потерей репутации, не говоря уж о территориях.
  Переход через горы занял еще пять дней из-за наступающей зимы. Там, на перевале, под порывами сильнейших ветров легкие снегопады превращались в лютые метели, из-за которых трижды приходилось разбивать большой лагерь. Тяжелее всего приходилось лошадям: несчастным животным, непривычным к таким условиям, было негде укрыться от вездесущих снега и ветра. Хотя для них и придумали небольшой навес, опирающийся на карету, толку от него было мало. Ветер продувал все насквозь.
  На пятый день, уже у самого подножия, компанию встретили явно старые, полуразрушенные стены, на которых туда-сюда сновали люди. Тут и там на стены опирались массивные деревянные леса, по которым строители затаскивали огромные камни для новой кладки, которая уже составляла большую часть заставы. Были уже почти восстановлены две угловые и надвратная башни, а в проеме под ней, распространяя во все стороны ароматы свежей древесины, висели новые ворота.
  Когда свита остановилась под самыми стенами, из-за бойницы, наконец, показалось немного помятое и заспанное лицо караульного.
  - Если вы подкрепление от Родденфорта, то слухи о его щедрости явно преувеличены, - произнес он, лениво поправляя лук.
   - Боюсь, с Родденфортом я не связан.
   - Тогда кто ты, Разжигатель тебя дери?
   - Сигурд из Лостра, Чемпион Кенриаля. Ныне я исполняю обязанности посла и реквизитора его Величества Малкольма из рода Третьего.
   - Старик объявил турнир чемпиона? Н-да, а я то, застряв в этой жопе, и не знал. Как хоть, тяжко там было? А с ценами на зерно в столице что? И это, принц то наш, щенок королевский, небось, уже армией верховодит, али еще из-под юбки батиной не вылез?
   - Я тебе не базарная торговка сплетнями разбрасываться, отпирай.
   - Не положено.
   - Как это не положено, топор тебе в задницу? - рыкнул порядком уставший от тяжелого перехода Скади.
   - Комендант не велел! Чтоб решетку поднять, к ней лебедку провести надо, а анжинер, который эту самую лебедку строил, третий день бухой в сраку в луже отмокает, так что открыть я не смогу. Даже пойди я супротив запрета, силенок не хватит.
   - И как же мне тогда твоего коменданта увидеть?
   - А я лестницу притащу.
   - А повозку мне тоже по лестнице втолкнуть предложишь?
   - Та не, нехай там постоит, охранников только пару оставь. Чуется мне, опосля твово разговора с комендантом, анжинер мигом протрезвеет.
  Сигурд вздохнул, коротким кивком оправил Торма с Кормом, на охрану кареты, а сам развернулся к капитану.
   - Скольких мне стоит захватить с собой?
   - Для эффектности, или чтобы выбраться оттуда живьем, в случае внезапной смены настроения коменданта?
   - Скорее первое, нежели второе, не думаю, что здесь на нас могут напасть.
   - Гор, Жорж, за мной! - Привычно скомандовал Годфри.
  Забравшись на стену, нежданные гости обнаружили, что их очень даже ждали: оказавшись в окружении полутора десятков стрелков с натянутыми луками, Сигурд поначалу удивился, но признаков беспокойства не подал. Поднявшийся вслед за ним Годфри присвистнул и усмехнулся:
   - Неужто, это хваленое северное гостеприимство?
   Жорж, выглянувший из-за края стены сначала, было, решил вернуться, но прямо следом за ним уже поднималась огромная туша Гора, что, определенно, было препятствием для его побега. Оценивая шансы на выживание при прыжке вниз, парень задержался на самом верху лестницы. Здоровяк, недовольный заминкой, ругнулся, легким движением руки подтолкнул товарища вверх и поднялся сам.
   Легко вскочив на ноги, Жорж, по прозвищу Стремительный, уперся взглядом в капитана, напряженно глядящего прямо сквозь него, затем осмотрел остальных товарищей, точно также не обративших на него никакого внимания. Удивленный таким поворотом событий, он развернулся и, оглядев лучников, взявших их в полукольцо, скользнул на полшага назад, одной рукой потянувшись к висящему на спине щиту, а второй привычным движением обнажив короткий меч.
   - Не обессудь, милсдарь, - подал голос из строя лучников дозорный. - Ты думал, я вот так просто тебе поверю?
   - По мне, доказательств у меня достаточно, - ответил Сигурд, скрестив руки на груди, дабы, в случае чего, расцепить пряжку.
   - Заткнулись! - Рыкнул красномордый крестьянин, на чьих широких плечах красовались сотничьи наплечники. - Так, слушать меня засранцы, сдаёте свое оружие и щиты, если не хотите, чтобы вас нашпиговали стрелами, и организованной кучкой отправляетесь на поклон к коменданту, понятно, ублюдки?
  К тому моменту на стену взобрался Гор, часть диалога он расслышал еще на лестнице, оттого в левой лапище он сжимал ростовой щит, "сотника" пробрала дрожь.
   - Неужто еще один? - прохрипел крестьянин, делая шаг назад и замахнулся рукой, не решаясь дать отмашку.
  Годфри и Жорж моментально воспользовались задержкой, сорвав со спины щиты и вскинув их наизготовку, Гор же совершил рывок вперед, заслонив Сигурда, в его ростовой щит ударило несколько стрел - у кого-то из лучников сдали нервы. "Сотник" так быстро отпрянул, что не удержался, сел на задницу и собрался уже выкрикнуть приказ, однако блеск холодной стали перед лицом заставил его замереть в ужасе. Десятник лучников мгновенно сменил цель и презрительно окинул взглядом Торма, что стоя на одном колене старательно выцеливал его из здоровенного арбалета. Корм тем временем, крутанув Фалькой, перерубил луки рядом стоящих лучников и пнул в живот пытающегося убежать "сотника". "Заслон" Сигурда продвинулся вперед, предельно сократив дистанцию, теперь оставшимся лучникам придется серьезно поплатиться за следующий выстрел. Десятник медленно ослабил натяжение тетивы, бросил стрелу, закинул лук на плечо и, склонив голову, несколько раз хлопнул в ладоши.
   - Как я понимаю, приказ "охранять карету" был понят превратно, - произнес Сигурд, не предпринимая попытки достать меч.
   - Не сердись начальник, да только я как пить дать знал, что эти скоты вас в ловушку заманить пытаются, - оправдывающимся тоном ответил Торм.
   - А я это, помочь вызвался, мы ж эти, "Стенобои", мы и кое-что побольше этой изгороди сходу взять можем. От помню я, мы с братишкой...
   - Не сейчас, - оборвал его Торм. - Ну, милсдарь, чего дальше-то?
   - Придерживаемся плана, столь любезно предложенного нам капитаном. Как твое имя? - Спросил Сигурд.
   - Сотник Бергль, вашбродь, - пробурчал крестьянин, косясь на извилистое лезвие перед носом.
   - Продолжим мы его с той лишь разницей, Сотник Бергль, что наше оружие останется при нас, а вот вашим людям, - Сигурд повернулся к капитану лучников, - лучше убрать инвентарь во избежание дальнейшей порчи.
  Старик окинул Сигурда тяжелым взглядом и, кое-как пересилив себя, произнес.
   - Бросить луки.
  
  Комендантом оказался изрядно измученный и покалеченный старик. Сидя на паланкине, он разъезжал по лагерю, время от времени матеря всех подряд, особенно своих носильщиков, когда те случайно встряхивали его бренное тело.
  - Чтоб мне провалиться, кого я вижу! - С малопонятной радостью в голосе крикнул Комендант, едва завидев гостей. Несмотря на тяжелые переломы, он даже нашел в себе силы слегка приподняться на своем ложе и продолжить, - когда мне сказали, что ведут Чемпиона я и подумать не мог, что это ты! Наконец-то тебя, засранца, оценили по заслугам.
  Сигурд ошеломленно застыл от столь неожиданного теплого приема. Шутка ли - встретить поклонника в такой глуши?
   - А ты, я смотрю, все отлеживаешься, пока другие пашут, - раздалось сбоку. Жорж, убрав руку с рукояти меча, неторопливо приблизился к Коменданту.
   - Знал бы ты, щенок, какой удар я на днях схлопотал. Помнишь Рябого из пятой сотни?
   - Из варварского камнемета снаряд прилетел?
   - Ха! Да меня самого как камень метнули! Огромный был ублюдок, в тяжелой броне. Я вот, дурень старый, сунулся, думал под коленку его подковырнуть, а он как всечет! Эх, дубина у этой твари с меня размером была! Только это-то меня и спасло, будь бы клинок - надвое б развалил.
   - Как ты тогда дворянина того, как же его звали...
   - Не помню уже, но лично я звал его не иначе как "дерьмососом". Возможно, это и было причиной дуэли, а она, в свою очередь, привела к нынешнему почетному званию.
   - Хочешь сказать, что дворянчик тебе из могилы подгадил?
   - Не он сам, брат его. Он, конечно, первые дни нарадоваться не мог, я ж первого наследника угрохал, но потом решил отомстить смерду за пролитую голубую кровь и начал давить на Хрипатого, чтоб тот меня на растерзание отдал. Генерал наш, конечно, мужик - кремень, ни в какую не хотел меня этому выродку выдавать, однако посекли его тяжело при Трехгородней, а новый - говнюком оказался. Только возможность лизнуть дворянскую жопу у него появилась, так он в момент сдал меня со всеми потрохами. Одна беда, наследничек то спекся. Его родня помнила только то, что он отомстить мне за что-то хотел, да и то, приличия ради. Дернули пару ниточек, слегка надавили на нужных людей и, повесив на меня ответственность за пару месяцев хищений, вкупе с ярлыком "несун", переправили сюда, а тут уж я поднялся легко, благо конкуренции не было.
   - Погоди, его не Гилберт звали?
   - Не, звали по-другому, а вот родовое имя один в один.
   - Моя работа, сорок девятого года некоего Джоша Гилберта на Чемпиона продвинуть хотели, практически всему потоку проплатили, чтоб они жопой на пол садились, едва он их стукнет, а я не сдержался и пырнул, да так, что насмерть.
   - Нда. Ты, говнюк, всегда был резким.
   - Как понос, - добавил Жорж и, вместе с Комендантом рассмеялся.
   - Ну, первый раз у тебя не получилось, появился этот хренов алкаш, а во второй то, смотрю, таки, схватил удачу за задницу.
   - Скорей она меня поимела - любо дорого посмотреть! Мало того, что я в турнире не участвовал, так еще и до капрала разжаловали.
   - Выходит, не ты новый Чемпион?
  Жорж несколько тоскливо покачал головой.
   - Я бы и рад, но нет.
   - Этот верзила что ли? Да-а-а, такому и оружия не надо, но, не в обиду тебе, здоровяк, будет сказано, тот выродок, что меня изувечил, поздоровее был.
   - Да я и не обижаюсь, - миролюбиво произнес Гор, проникшись панибратской атмосферой, - только Вы малость ошиблись. Не Чемпион я, а отрядный повар.
   - Кто ж тогда? - Растерянный взгляд Коменданта скользнул по Годфри и задержался на парне с рассеченным надвое лицом.
   - Сигурд из Лостра, Великий Чемпион Кенриаля, исполняющий обязанности ныне покойного, посла Руфуса де Бринье, Реквизитора Его Величества Малкольма из рода Третьего, - четко выговаривая каждое слово произнес Сигурд. Тренировки в карете с Марикой не прошли зря, свой титул он не только выучил, но и научился произносить максимально официально.
   - Целый Посол-реквизитор, да еще и Чемпион? - С солидной дозой подозрения переспросил Комендант, - видать "Уайтфлоу" действительно значимое сооружение, а не дыра посреди ледяного ада, где мне до смерти придется гнить, развлекаясь лишь отражением набегов и порчей крестьянок.
   - На самом деле, я расследую смерть Руфуса де Бринье, однако разрушение Королевской заставы я пропустить не могу. Что это был за набег?
   - Путевод его разберет, середины и конца я не помню толком, меня тот верзила практически сразу срубил, а начало было такое: утром еще, откуда ни возьмись, притащились в "Уайтфлоу" четыре паладина, начали вещать, мол готовиться надо, пиздец будет. Я сперва подумал, мол, грибов каких-нибудь объелись и мерещатся им теперь всюду святые знамения, ан нет, спустя пару часов пришел еще один, притащил с собой какого-то обтрепанного браконьера, и давай ту же шарманку заводить. Дескать, этот вот самый браконьер, охотясь, наткнулся на очень странную стоянку: человек пятьдесят, не по погоде полуголых мужиков, измазанных синей краской, и охренительно здоровая статуя, которую они, очевидно, тащили на салазках, фуражу с собой - ноль, и все вооружены до зубов. Костров много, но небольших, чисто для согреву. Настроение у всех мрачнее некуда, ни слова не проронили за все время, что он на них пялился, явно на войну собрались. Все бы ничего, да статуя возьми и обернись в его сторону. Тут браконьер жиденького в портки припустил и погнал оттуда, путая следы. Бродил он порядочно, оголодал за это время настолько, что когда решился подстрелить оленя, первую стрелу загнал ему в копчик, заставив скотину стремительно улепетывать, а вторую - в жопу присевшему посрать егерю, порядочно ускорив, собственно, процесс. Дальше дружки егеря его схватили, побили ногами и поволокли к Гошеку Кри, местному командиру егерей, на поклон, а у него в то время паладин гостил, к удаче браконьера, с ним хорошо знакомый. Сам-то Гошек Тиура почитает, но паладинов уважает, ибо их поступки хоть и посвящены воле Матери, но, в большинстве своем, и Воителю угодны. В общем, отпустил он браконьера, тот рассказал свою сказку паладину, а он уже притащил его сюда, в "Уайтфлоу".
  Подготовились мы, конечно, основательно: объявили срочный сбор, пробежались по окрестным селениям, собрав все мужичье, что могло держать оружие, выстроились перед укреплениями и начали ждать.
   - Отчего перед?
   - Один паладин сказал, что нападающие попытаются спалить заставу, и угадал, факелов у них было порядочно, пятеро голожопых только и занимались тем, что метали их на стену, один за другим.
   - А после?
   - А хрен его знает, я, как уже говорил, на их вожака кинулся, а он меня наотмашь дубиной приласкал, но отчет о битве составленный Берглем был неутешительным.
   - Потери?
   - Проще посчитать тех, кто выжил: из пехоты осталось человек пять, и те - новички, что, обделавшись, под трупами попрятались.
   - Потери противника?
   - Меньшая часть сдохла в бою и они, гады, дорого продали свои жизни! Многие впали в ступор после смерти вожака - их это, видать, очень шокировало, и, по-моему, один или двое сбежали.
   - Пленных допросили?
   - Да, только с этих овощей ничего не выпытать, мозгов у них или совсем не было, или совсем не осталось, сидят себе в клетках и нихрена не делают, пока не подыхают.
   - Вы собираетесь заморить их голодом?
   - Была такая идея, но нет, мы их кормим помаленьку, некоторые даже едят, но особой радости не проявляют, но время от времени начинается веселье.
   - В смысле?
   - Шестеро тихо-мирно замерзли, еще один кровью истек, но двоих говнюков перед смертью накрыло желание убивать. Они забили насмерть семерых своих - те не особо сопротивлялись, изувечили стражу, что попыталась их остановить, а после один из них выдрал глотку второму, сел наземь и дебильно хихикал, пока его не пристрелили лучники. Пять стрел, между прочим, ушло! С тех пор мы их держим по одному.
   - Известно, кто они?
   - Да Разжигатель их знает кто! Полудурки! Некоторые называли их берсеркерами, но разве то берсерки? Будучи с визитом у Альбгейста, я видел бой между Торульфом Волосатые Штаны и Эриком Краснорожим, вот это были берсеркеры, а эти так, дешевая пародия. Такое ощущение, что этих ублюдков попросту загримировали "под берсерков". Одно только сомнения вызывает - если они не настоящие берсерки, то как, мать их, вырезали столько народу? Пехотный корпус "Уайтфлоу" истреблен подчистую! Не осталось ни менторов, ни новичков. Каким образом я должен подготовить смену солдат, если их некому готовить? А, что тут говорить, - комендант махнул рукой, явно теряясь в мыслях от накатившей на него волны гнева.
   - Действительно, достаточно слов. Я хочу осмотреть пленных.
   Комендант вздохнул, от всплеска эмоций у него разболелась голова:
   - Да, конечно, это можно. Бергль, собака, к ноге!
  Полог палатки приподнялся, в палатку просунулось опухшее лицо "сотника":
   - Звали, вашбродь?
   - Отведи Чемпиона, мать его... благослови, к отморозкам, пускай поглядит, и пошли кого-нибудь за Арчибальдом, да пусть инструменты прихватит.
   - Брадобрейные?
   - Костоправные, кретин!
   - Я могу предложить Вам помощь нашего целителя, - походя бросил Реквизитор. Комендант захлебнулся кашлем, но смог выровнять дыхание:
   - Если только Корона в силах оплатить его услуги.
   - Он возьмет плату провиантом, небольшой запас на дорогу нам не помешает.
  
  ***
  
  Пленники выглядели неважно, они легонько покачивались, сидя в ржавых подвесных клетках, изредка чертя пальцами ног борозды на снегу, кто-то неторопливо жевал, то ли выданный паек, то ли собственные щеки и язык, но всех объединял одинаковый пустой взгляд вникуда. По протопленным канавкам под клетками было понятно, что пленников из них не выпускают даже по нужде, увидев направление недовольного взгляда Чемпиона, Бергль тут же начал оправдываться:
   - Эт мы, вашбродь, для безопасности пущей, да для чистоты, они ж, даже если их в просторную камеру закрыть, все одно - под себя ходить будут, измажутся, да и прочее все измажут, а так удобно что выпало - лопатой через частокол, снежком присыпал и чистота, загляденье.
  Сигурд окинул его взглядом, сотник сжался и добавил, - а на ночь мы их шкурами накрываем, чтоб не задувало, мы ж не звери какие-нибудь.
   - Но их держите как зверей.
   - А как иначе-то, Комендант казнить не велел, - Бергль почесал затылок, его взгляд слегка прояснился, он приблизился к Сигурду на полшага и заискивающим голосом спросил, - быть может, вы, вашбродь, того, велите, а? Ваш то голос поглавнее комендантского будет.
   - Казнить?! - вспыхнул Сигурд, схватив наглого собеседника за шиворот, - Да я тебя..
  Но договорить он не успел, жилистая рука впилась в загривок Бергля и вырвала его из рук Сигурда, дюжий крестьянин завизжал как боров, но лишь до тех пор, пока вторая рука пленника не сомкнулась на его, шее сжавшись до побелевших костяшек.
  Глаза пленников изменились, в них горела ярость, их взор был прикованы к дрыгающему ногами в воздухе сотнику, клетки трещали и шатались, пленники пытались выломать прутья, или хотя бы сорвать клетки с крюков. Сигурд бросился на помощь незадачливому провожатому, однако все что он смог - слегка ослабить хватку, сила, заключенная в изможденных руках пленника намного превышала его собственную. Бергль начал синеть, да резвости в его движениях поубавилось, надо было что-то делать. Сигурд ударил по пряжке, ножны слетели с его спины, освобождая клинок, замахнувшись одной рукой он заорал во всю глотку - Брось его, или я отрублю!..
  Не успел он договорить, как крестьянин тяжело рухнул наземь, поднявшись на колени, он жутко закашлялся, отплевываясь от грязного снега, коим очевидно успел наглотаться, но внимание Сигурда было приковано к пленнику, вернее к пленникам. Они замерли в клетках, причем одновременно, плененные берсеркеры перевели свой жуткий взгляд на него, в их глазах читалась верность, решимость, готовность к действию и ужасные муки ожидания приказа.
  "Оружие, что ржавеет в ножнах, они изнывают от бездействия, время превращает их плоть и кости в прах, наполни их своей волей, дай им цель и твой приказ прозвучит из их сердец, даруя им радость битвы, коей они лишены. Прими оброненные вожжи и направь колесницу их гнева на цель, позволь им расчистить твой путь от препятствий, позволь им сражаться за тебя, позволь им сокрушить твоих врагов и даруй им радость умереть во служение тебе. Прими власть!"
  Бергль кое-как встал, выхватил дубинку, начал колотить по клеткам и орать:
   - Сели, сучье вымя! Сидеть твари, разжигатель вас раздери!
  Бесполезно. Пленники как и прежде сверлили глазами ошеломленного Чемпиона.
   - Сидеть! - срывающимся голосом выкрикнул Бергль, с силой ткнув душившего его пленника дубинкой в лицо, тот дернулся от удара, слегка наклонив голову, из рассеченной скулы потекла алая кровь, смешавшись с неспешной струйкой крови из давно сломанного носа, она прочертила линию, разделив лицо пленника на две неравные части, затем собралась в рубиновую каплю на подбородке и сорвалась вниз. В тот момент, когда она разбилась о подмерзший сверху снег, Сигурд пришел в себя. Сунув меч в лежащие на снегу ножны, он схватил одной рукой их, другой, за шиворот, Бергля я стремительно удалился от раскачивающихся клеток, даже когда он скрылся из виду, пленники продолжали смотреть ему вслед.
  
   ***
  
  Комендант с трудом сел на своем ложе и, свесив ногу с кровати, попытался перенести на нее вес, но резкая боль пронзившая щиколотку, колено и таз тонко намекнула, что с этим лучше повременить. Тяжко вздохнув, он подтащил непослушное тело вверх, несмотря на внезапную помощь Чемпионской целительницы, способность ходить к нему не вернулась, а ведь так много предстояло сделать.
   - Хорошо бы Бергль подольше задержал этого зазнавшегося говнюка, - подумал комендант, когда снаружи послышался гомон солдатских голосов, и в палатку ворвался Мастер.
   - Все, вашбродь, готово, починили ворота! - бодро выкрикнул он, Комендант поморщился от резкого звука и взглянул на выжидающего Мастера и махнул ему рукой, - зайдешь к интенданту, скажешь чтобы выплатил тебе шесть серебряков, сорок три медных монеты.
   - Но сумма...
   - Остальное пойдет на погашение долга в таверне и штрафы.
   - Как же так?
   - А ты, засранец, собрался прохлаждаться за мой счет? - чуть приподнявшись, крикнул Комендант, отчасти радуясь появлению возможности наорать на кого-нибудь, - да потребуй я с тебя по десять медяков за каждый день задержки, и тебя бы еще три дня назад вышвырнули отсюда без штанов!
  На языке Мастера крутились сотни оскорбительных фраз, вроде "от твоего сброда помощи не дождешься", "пошел ты, калека", "вот король об этом услышит", в мозгу витало незатейливое желание в сердцах швырнуть молоток в комендантскую рожу, но он сдержался.
   - Ты не серчай твое благородие, да только тебе еще стены подновлять, а нового мастера по камню под ой как сложно найти будет, - в миг посуровев ответил Мастер, - я же, менее чем за полцены работать не нанимался.
   - А исчезнуть во время ночного набега не боишься?
  Мастер трусил, но решил этого не выказывать:
   - Я то может и боюсь, да только ты, твое благородие, торговой гильдии побойся, они ответ тебе сразу дали, - "пошлем что есть, на большее не надейся".
  Комендант скривился.
   - А значит это, что другого мастера ты вовек не сыщешь, а я за бесценок работать не собираюсь, хоть режь меня хоть живьем вари.
   - Про живьем вари ты хорошо сказал, я это припомню, если ты еще раз ворвешься ко мне требовать полную сумму за просрочку, - раздраженно ответил Комендант, кинув ему худенький кошель, - там два пятьдесят, интенданту скажешь, чтоб шесть с половиной заплатил, штраф я на этот раз за тебя уплачу, из своего, заметь, кармана, но пить бесплатно я тебе ни в жисть не позволю, оставшиеся четыре серебряка уйдут в таверну.
  Мастер поблагодарил кожаный фартук за то, что тот скрывал его дрожь в коленках и, напустив на себя серьезный вид, пробурчал что-то в седую бороду, соглашаясь.
   - Но если ты собака еще раз вздумаешь работу на самотек пустить, или аванс потребуешь, я сниму с тебя кожу живьем, живьем же сварю и скормлю пленникам, пускай хоть все стены сложатся, насрать.
  Мастер спиной вперед выскользнул из палатки, надеясь что излишняя поспешность его не выдаст.
  Комендант тяжело вздохнул, будь бы у него прежние силы, он бы вколотил оборзевшему гражданскому зубы в глотку, затем высек, заковал в железо и повелел таскать камни для стен на своем горбу до конца жизни, но пока старый алкаш ему нужен в руководящей должности, лишь потому, что сам он ее принять не может, для этого надо хотя бы стоять.
  Мастер тем временем сидел, прислонившись к колодцу и пытался отойти от шока. Признаться честно, он и сам не верил в успех своего блефа, более того, он ожидал, что Комендант прикажет кому-то из своих новобранцев вывести его за восстановленные ворота и перерезать глотку, а если вспомнить слухи о процветании "эльфийских" развлечений в дальних частях, так вообще душа в пятки уходит. Тень, закрывшая тусклое осеннее солнце, заставила мастера глянуть вверх. Напротив него стоял Королевский Реквизитор, огромный клинок, прежде покоящийся в ножнах на спине, ныне лежал на плече, благо в ножнах, что не могло не радовать.
   - Мастер-каменщик?
   - Мастер-инженер по гномьим наукам и фортификационным сооружениям - отчеканил Мастер, поднимаясь, ростом он оказался едва по грудь Реквизитору, проскочила мысль - еще бы, Чемпион Кенриаля же.
   - От имени его Величества благодарю за завершение работы.
   - Пустое, вашбродь, работа моя, так сказать, - Чемпион потянулся правой рукой за спину, Мастер, сперва напрягся, но затем разглядел в его руке серебряную монету.
   - Вот, - Реквизитор кинул мастеру монету, тот поймал ее на лету, - а теперь к делу: я сомневаюсь, что фургоны проедут по территории заставы - под ногами тут каша из грязи обильно припорошенная снегом, найдите рабочих, пусть организуют временный настил и проведут мой транспорт, если справитесь быстро, я удвою свою благодарность.
   - Быть может, утроите, рабочие устали и.. - тут Мастеру поплохело, он, как наяву увидел, как меч проворачивается на плече вместе с ножнами и обрушивается на него сверху, давя, ломая и круша.
   - Вы что-то сказали?
   - Говорю, рабочие устали разошлись, сейчас я их, быстро пробегусь, соберу вместе и будет вам настил, вашбродь, - скороговоркой выпалил Мастер, решив что за сегодня он достаточно дергал удачу за хвост.
   - Хорошо, - кивнул Сигурд, а сам подумал, - а мне, на дорожку, нужно перекинуться парой слов с Комендантом.
   Коменданта Чемпион застал за, обычно опускаемым в хрониках занятием: тот невозмутимо справил малую нужду и поставил графин около кровати.
  - Ну, как прошел осмотр достопримечательностей? - спросил он, застегиваясь.
   - Военнопленные содержатся в неподобающих условиях, ставящих под угрозу как их жизнь, так и жизни их охранников - ответил Сигурд, - согласно законам мирного времени их следует обменять, либо казнить.
   - Мирного времени, да ты с дуба рухнул - взъярился Комендант, - это север, здесь все время война: война с культистами, война с хольдарами, война с ярлами, война с самой, мать ее, природой!
   - По законам военного времени, Вам следовало бы казнить их незамедлительно, - проигнорировал провокацию Сигурд, - вы же позволяете себе оттягивать неминуемое, тратя на содержание пленников провизию и подвергая жизни верных Вам людей опасности. Что вами движет, страх, что хозяин этих безумцев, прослышав о казни, придет сюда лично?
   - Да как ты смеешь, сопляк! - заорал Комендант, приподнявшись на ложе, и, скривившись от резкой боли, продолжил тише, - если за нападением стоит кто-либо из Ярлов, шанс "Уайтфлоу" выстоять равен нулю. Разжигатель подери, мы даже задержать никого не сможем, если Север объявит войну Кенриалю. Да, очередное восстание подавят быстро, но все, в радиусе дня пути от заставы, к тому моменту будет мертво, а это сотни простых людей, живущих простой жизнью.
   - Ты испугался собственной смерти Комендант, - прервал его Сигурд, - это нормально, хотя она - не то, чего есть смысл бояться.
   - Пошел ты! - крикнул Комендант, сдержав порыв метнуть графин, - ты хоть знаешь, в каких я тут условиях окажусь, если выяснится, что я казнил братьев-по-оружию какого-то ярла.
   - Какого именно? - спросил Сигурд, - кто из Ярлов мог покуситься на "Уайтфлоу"?
   - Да кто угодно, Шульцы, Родденфорт, Фелхаммеры, Альбгейст, - произнес Комендант, решив не упоминать имя, промелькнувшее в его мозгу.
   - Карта?
   - Да какая тут карта - они вечно оттяпывают друг у друга отрезы земли, а то и целые поселения, тут карты, даже примерной, вот уже тридцать лет как нет, - ответил Комендант, недобрая усмешка пролетела по его лицу - езжай главным трактом - он опоясывает почти все крепости, - не ошибешься. А теперь проваливай из моей жизни.
   - Хорошо, я все равно не собирался задерживаться в этой дыре.
  
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Верт "Пекло 2"(Боевая фантастика) Э.Холгер "Чудовище в академии, или Суженый из пророчества"(Любовное фэнтези) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) М.Атаманов "Котёнок и его человек"(ЛитРПГ) А.Гончаров "Лучший из миров"(Антиутопия) В.Кретов "Легенда 2, Инферно"(ЛитРПГ) Э.Дешо "Син, Кулак и Другие"(Киберпанк) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) Д.Сугралинов "Кирка тысячи атрибутов"(ЛитРПГ) А.Лерой "Ненужные. Академия егерей"(Боевое фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"