Волкова Альвина: другие произведения.

Танго со смертью (общий фаил)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
Оценка: 5.78*15  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Никто не хочет стать вампиром? Нет! Точно? Вы уверены? Все взвесили? Все продумали? Значит нет. Вот и моя героиня не собиралась. Брыкалась, отнекивалась, но тут, видите ли, какая штука, все равно стала. А раз уж стала, так соответствуй: пей кровь, похищай сотрудников СБСН, целуйся с ангелами, дружи с ведьмами, помогай духам... Но помни, кто-нибудь и тебе предъявит счет.


ТАНГО СО СМЕРТЬЮ

Глава 1

   Никто не знает, что приготовила каждому из нас судьба. Кому-то долгую размеренную жизнь в одиночестве, кому-то жаркую, испепеляющую душу любовь, кому-то тихое семейно счастье, а кому то... Но давайте по порядку.
   Это было обычное рабочее утро, ничем не отличающееся от всех остальных. Я позавтракала, быстренько собралась и ушла на работу, тихо закрыв за собой дверь, так как родные еще спали, и мне не хотелось их будить.
   Сонные тэшки подползали к остановкам, подбирая спешащих пассажиров. Почти никто не дожидается городского транспорта, представляя ту давку, в которой пришлось бы ехать. Я села в желтое маршрутное такси с крупной двойкой приклеенной к лобовому стеклу.
   Казалось, уже ничто не может измениться в моей размеренной серой жизни. Но... Как же я ошибалась!
  -- Доброе утро, - поздоровалась на проходной со знакомым охранником.
  -- Доброе, - прозвучало в ответ.
   Поднявшись на лифте, свернула в коридор направо. У входа в офис встретила вечно улыбающуюся Софью. Ольга уже что-то усердно строчила на клавиатуре. Она кивком ответила на приветствие.
  -- Доброе утро, - улыбнулась шефу, на что Виталий Тихонович приветственно кивнул.
   На рабочее место села в хорошем расположении духа. В дверь постучали, и с порога, Вика из отдела продаж, озадачила на весь оставшийся день:
  -- Привет, ты сегодня идешь?
  -- Куда? - недоуменно воззрилась на нее.
  -- Сегодня же у Ленки день рожденья. Ты забыла? - уселась она на единственный стул в моем кабинете.
  -- Упс, - вырвалось у меня, - совсем забыла. Честно.
   Согласитесь, бывает, забегаешься, заработаешься и забываешь обо всем на свете, включая день рождения у подруги.
  -- Ну, ты даешь, мать, - хмыкнула Вика, позарившись на конфеты в вазочке, специально купленные для "дорогих" гостей.
  -- Что делать?
  -- В обед сходи в магазинчик на углу, они сегодня открылись. Цены сносные. Я дам денег, купишь от нас двоих - ты всегда знаешь, что ей подарить.
  -- Хорошо, - согласилась я.
   Рабочий день прошел как по маслу. У Ленки шумела толпа, когда мы подлетели к ее дому. Квартира у подруги шикарная, одна из таких, которую может позволить себе только крутой бизнесмен. Ее муж им и был. В кругу незнакомых и знакомых лиц, конечно, его не увидела. Лена сурово относилась к празднованию своего дня рождения: сначала с друзьями до поросячьего визга, затем с мужем до постели.
   Лена не скоро приметила нас, но, увидев, точно ледокол, прорубаясь сквозь плотную толпу гостей, направилась в нашу сторону. Причем в руках держала по бокалу шампанского, и умудрилась ни капли не пролить, сказывался многолетний опыт работы официанткой.
  -- Держите, - сунула она бокалы. - Рада, что пришли.
  -- А как же! - хихикнула Вика и протянула подарок. - Держи, это от нас.
  -- Спасибо, не стоило тратиться.
  -- Ага, - поморщилась я. - Что за День Рождение и без подарка?
  -- Интересно, что там внутри? - улыбнулась Лена, покачивая на весу упакованную шкатулку. - Тяжелое.
  -- Прости. Мы немного припозднились.
   Ленка непринуждённо отмахнулась.
  -- Самое то. В пять здесь еще никого не было.
  -- Все знакомые? - стараясь перекричать музыку, поинтересовалась я.
  -- Да ты что! Нет, конечно. Ты же понимаешь, когда намечается крутая тусовка, где можно пожрать и выпить на халяву, народу набирается больше, чем ты на самом деле знаешь.
  -- Н-да, - цокнула языком, одергивая свой убогий, в сравнении с некоторыми присутствующими, наряд.
   Я не завистливая, не подумайте, но иногда чувствую, что не дотягиваю до Лены. Мы дружим уже пять лет, и знаю я её еще вольной птицей, свободно летающей от одного ухажера к другому, но в последнее время мы начали отдаляться, и я трезво понимаю, что только Вичка вместе нас и держит.
  -- Все нормально, порой и мне "лакомый кусочек" перепадает.
  -- Кто на этот раз..., - голос Вики слился с толпой, и я не расслышала продолжение вопроса.
   Оглядевшись по сторонам, я невесело улыбнулась. Не люблю шумные вечеринки, пусть даже такие шикарные, где красную и черную икру можно есть ложками, и, да, я непременно это сделаю, как только доберусь до праздничного стола. Интересно я такая кислая, потому что голодная или потому что весь день меня снедало какое-то беспокойство.
  -- Я тебе икру в холодильнике на второй полке оставила, - заговорщически прошипела на ухо Лена, ощутимо толкнув в бок, чем вернула меня к реальности.
  -- О чем вы там шепчитесь? - прокричала Вика.
  -- О рыбьем потомстве, - хмыкнула Лена. Вика знала моё пристрастие к икре, потому только улыбнулась, а Лена снова толкнула меня в бок: - Посмотри-ка на право. Возле окна, видишь?
  -- Что? - переспросила, наклоняясь ближе, так как с другой стороны молодой человек весьма громко начал спорить со своей подругой.
  -- Не что, а кого. Мужчину в черном костюме.
  -- Ну, вижу и что?!!
   Словно почувствовав, что о нем говорят, мужчина обернулся, и я замерла. Со свистом вздохнула, а выдохнуть не могу. Он стоял там, тот о ком в тайне мечтает каждая женщина: высокий, стройный, уверенный в себе и безумно красивый. Каштановые волосы тяжелым крылом обнимали широкие плечи. Лицо узкое, но не женственное. Прямой царственный нос. Насмешливо изогнутые брови и невероятно синие, как озёра, глаза.
   Меня передернуло. Где-то в глубине сознания заскребли кошки, оповещая об опасности. О, да, этот человек не может быть не опасен, но уже сердце мчалось в ритме галопа, а скулы вспыхнули багрянцем, когда наши глаза встретились.
  -- Таня, Таня, очнись, - потрясла за плечи Лена. - Что с тобой?
   Я очнулась, и почувствовала себя точно как после наркоза: голова дурная и неприятная тяжесть во всем теле.
  -- Добрый вечер, - произнес бархатный вкрадчивый голос, окунув в волны тепла и наслаждения.
  -- Добрый вечер, - автоматически ответили подружки.
   Судя по тому, как впились в мои плечи ногти Лены, можно было предположить, что не я одна стала жертвой мужских чар. Пришлось снова заглянуть в его глаза, и меня тут же утянуло в сине-голубой омут.
  -- Александр, - представился он.
  -- Лена.
  -- Вика.
   Александр с безмолвным вопросом посмотрел на меня, но я молчала.
  -- Это Таня, - помогла Вика.
   В ее голосе мне послышалось раздражение. В доли секунды я стала ей неприятна. Третий лишний. Хотя в данном случае четвёртая.
  -- Приятно познакомится с такими очаровательными дамами.
   Лена расплылась в глупейшей улыбке, Вика затрепетала, хлопая огромными, как опахала, ресницами, а я неосознанно начала пятиться.
  -- Разрешите пригласить вас на танец? - тихо вопросил Александр, уводя Лену в толпу.
   Первые аккорды вальса. Пары собрались в центре огромной гостиной. Музыка. Молодые люди умеющие танцевать закружили партнерш, трепетно прижимая их к груди, не умеющие же, завистливо наблюдали за ними сквозь наполненные до краев хрустальные бокалы. Александр оказался великолепным танцором. Гибкий, сильный, грациозный... хищник. Следующий медленный танец он провел в объятьях Виктории. Подруга млела и таяла. Лена ревновала, а я стояла столбом, не смея лишний раз вздохнуть.
   Танго? Я не умею танцевать танго!! Тогда почему ноги сами идут к нему на встречу. Близко, еще ближе, ближе уже не бывает. Моя ладонь в его руке. Сильное, крепкое и мертвенно холодное плечо под кончиками пальцев. Музыка. Ноги переплетаются с его ногами. Удары железных шпилек о деревянные половицы, поворот, поворот, наклон. Спина гнется, словно резиновая. Разворот на сто восемьдесят, руки порхают у моей талии, заставляя мышцы сокращаться. Глаза в глаза. Как неповторимо приятно ощущать его кожу под тонкой шелковой рубашкой. Вниз на колено, скользя рукой по идеально отпаренной штанине. Взлет и снова к этому безупречному телу. Горю! Груди налились, соски топорщатся, а дыхание прерывистое и частое. Ногти впиваются в его ледяную кожу. Нога обвивает его ногу, сильная рука скользит по моим ягодицам, чуткие пальцы играют на мне, как на фортепьяно, рождая удивительные ощущения. Удары шпилек о пол четкие, как удары сердца. Хватит. В сторону, но холодная ладонь сжимает мои пальцы, как тисками. Грудью о монолит его грудной клетки, что воздух рванул из легких. Его губы слишком близко. И...
   Темнота обрушилась на городскую квартиру, окунув в бездну недоумения и паники. Он все еще слишком близко.
  -- Все! Кина не будет! Электричество кончилось! - ехидно заметил кто-то из гостей.
   Одной рукой, как чашу, Александр обхватил лицо, и надо бы остановиться, но я, подобно марионетке в руках кукольника-виртуоза, повинуюсь. Александр настойчив, язык погружается во влажные глубины моего рта, заставляя трепетать всем телом. Повеяло могильным холодом, одиночеством и тленом. Крик сорвался, но был пойман его жаждущим ртом.
  -- Хочу тебя, - сквозь пелену слышу его голос.
  -- Таня, ты где? - это голос Вики прорывается в затуманенное сознание.
   Я вздрогнула, разрушив тем своё оцепенение и рванулась прочь. Бежала из дома подруги, как если бы за мной гнались полчища демонов. Вернулась домой за полночь. Родные спали, и я тихо пробралась к себе в комнату. Прямо так - в верхней одежде. Села на кровать и заплакала. От ужаса и отвращения.

Глава 2

   Утром не смогла пойти на работу. Отзвонилась, услышала обеспокоенные охи и ахи, заверила, что не серьезно. Было плохо. Не хотелось никого видеть. Лена звонила чаще, чем позволяют приличия, но я просила маму не давать мне трубку. Сама же зарылась носом в подушку, укрылась одеялом и тихо поскуливала. Но долго так продолжаться не могло, и вечером, девчонки все равно вытащили меня погулять. Вели себя странно, будто ничего и не произошло, даже не заговаривали о вчерашнем, и это должно было меня насторожить, но не насторожило - это ведь Лена и Вика.
   Гуляли допоздна, смеялись, шутили, как это умеют делать только закадычные подружки. Когда добрались до Викиного дома, совсем стемнело.
   Александр вышел к нам из-за угла и всё повторилось. Я застыла, неотрывно смотря в его холодные синие глаза.
  -- Добрый вечер, дамы. Рад новой встрече.
  -- Добрый, - прошептала я.
  -- Татьяна, давайте прогуляемся с вами в эту дивную ночь.
   И его пальцы сомкнулись на моем запястье, подобно кандалам, такими же холодными и такими же тяжелыми. Вика с Леной дружелюбно подтолкнули меня к нему.
   Я подалась назад, но Александр посмотрел на меня и я опала, сдулась воздушный шаром. Он повел куда-то в темноту. Помню, открылась входная дверь. Меня вели по длинному коридору, затем на пути возникла еще одна дверь, просторная прихожая, коридор, стены которого обклеены темно-зелеными обоями с золотым орнаментом.
  -- Проходи, моя дорогая, - тихо проворковал Александр, подтолкнул к двери.
   Проснулся инстинкт самосохранения, но Александр перехватил меня одной рукой и с силой прижал к себе.
  -- Даже не думай, - сверкнул он глазами.
   Помню, как уложили в кровать с черным бархатным балдахином, и оставили одну. Тогда то и начала понимать, что к чему, но было поздно: мои конечности одеревенели, рот сковала немота, а сердце бешено стучало в груди, что казалось, не выдержит.
  -- Скучала?
   Александр вошел в комнату, одетый в черный теплый халат с воротником из меха бурой лисицы. Двигался он настороженно и грациозно. Мерцающие глаза хищника впились в меня голодным взором. Мгновение и он лежит на мне потираясь всем телом, точно блудливая кошка. Уткнувшись в шею начал рычать и скалить зубы.
   Дурман слетел, и я с ужасом оттолкнула его. Не ожидавший отпора, мужчина свалился на пол.
  -- Нет! - пискляво возопила я, отползая назад.
  -- Значит, по-хорошему не выйдет, - в голосе его появилась усталая грусть.
   Мужчина небрежно скинул халат и встал во весь рост. Его совершенное тело было белым в голубых прожилках вен подобно итальянскому мрамору, и такое же мраморно - холодное.
  -- Я не стану тебя насиловать. Это не в моих правилах. Но ты еще пожалеешь, что отказала мне, так будет больнее.
   Его верхняя губа вздернулась, открывая молочно белые острые клыки. Зачарованная зрелищем, я смотрела, как он приближается: гибкий, красивый, смертоносный.
   Признаюсь, мысленно успела попрощаться со всеми своими родными, когда его клыки вонзились в шею, но вместо боли (хотя было чуток) меня скрутило дикое удовольствие, что тело извилось дугой, а из горла вырвался удивленный стон.
   Александр захрипел, объятья ослабли и стали нежнее. Вампир застонал, отрываясь от шеи, нашел губами губы. Собственная кровь показалась мне приятной на вкус. Перед глазами поплыли круги, мысли ускользали, но я все еще цеплялась за жизнь. Последние слова, которые я услышала были:
  -- Спи, мой ангел, - и сознание покинуло меня.
  

Глава 3

   Я проснулась в морге, где мне, в общем-то, и было место. Так я сама для себя решила, вспомнив, чем закончился вчерашний, - или уже давно не вчерашний, - вечер. Странное ощущение объемности мысли и чувств неприятно кружило голову, и не давало сосредоточиться. Мир наполнился звуками, запахами и чем-то необъяснимым, непривычным, тем не менее, правильным и естественным. Почему я решила, что это правильно? Не знаю. Оно само так решилось. Попытка встать не увенчалась успехом. Тело окоченело, стало неуклюжим и неповоротливым, и, что самое неприятно, тяжелым, точно на каждую конечность привязали по восьмикилограммовой гире. Вспомнила, как учат сердечников стимулировать сердце по утрам, и через боль начала сжимать пальцы в кулаки. После пятнадцати минутной разминки тело "ожило", если так можно сказать. Прислушавшись к себе, с трагической миной вздохнула... Увы, этому телу уже ничем не помочь.
   Не было ни гнева, ни печали, ни радости. Мысли сковала несвойственна мне апатия, противоестественная, неправильная - не живая. Удивлены? Ну, что я так легко смирилась со своей смертью? Пожалуй. Разве, что плюнула с досады, что не позволила Александру закончить начатое. Грустно умереть девственницей.
   Шея ныла, напоминая, каким способом пришлось покинуть мир живых. Начал интересовать вопрос, почему же я не воспарила к небесам или не упала в ад (ведь мы все не безгрешны), а все так же нахожусь в своем бренном, а теперь еще и мертвом, теле. Меня же не обращали!!? Или обратили?
   Встать удалось не сразу. Прошлась, размяла онемевшие ноги. Пустота в желудке и в теле сильно действовала на нервы... Да, еще этот голод... Жуткое ощущение, точно тебе живьем выворачивает наизнанку.
   Я подошла к единственному окну и выглянула наружу. У стен морга притормозила дорогая иномарка. Из нее вышли трое верзил. Один держал на поводке ротвейлера, двое других волокли молодого человека. Через секунду подъехала волга, и из нее выскочил заспанного вида врач, или хирург - кто его знает?
   Псина, почуяв неладное, истерично залаяла, но верзила дернул за поводок, и она замолкла.
   Отошла от окна. Как понимаю, мне теперь нет необходимости видеть тех в ком течет кровь. Машинально облизнув верхнюю губу, покрутилась на месте, выискивая в помещении свою одежду.
   Как труп, подлежащий осмотру опер группы, шмотки аккуратно свернули и разместили по целлофановым пакетам. В одежде я почувствовала себя гораздо увереннее.
   Запах человеческой крови неумолимо гнал меня вниз, не знаю, чем бы все закончилось, если бы не моё ослиное упрямство. Сев на лестничном пролете, прислушалась к голосам, доносившимся из коридора.
  -- Давай-ка, закончим побыстрее. Я обещал жене приехать к трем, - пробасил бритоголовый верзила, державший левую руку жертвы.
  -- Не дрейфь. Долго не провозимся, - ответил светловолосый, что держал правую руку.
  -- Заткнитесь вы оба, - рявкнул на них тип с собакой.
   Собака чуяла меня, но на скулеж, тип отвесил животинке подзатыльник и та заткнулась. Я тихо зарычала. Клыки вынырнули из десен, и я поняла, что теряю контроль. Не удивительно - во мне же не унции крови, на чем только держусь - одному Богу известно.
  -- Кончайте его.
   Я прислонилась лбом к холодным перилам. Голод начал показывать свой дикий нрав. Нарастающая ярость рвалась наружу, трясло от запаха свежей крови и плоти. Тем не менее, осторожность не позволила тут же кинуться на верзил. Я ждала. Голова шла кругом. Сидеть и не двигаться требовало от меня нечеловеческого усилия воли. Как обычно это бывает, сосем не вовремя, запершило в горле. Пришлось кашлянуть в ладонь, но звук получился громкий.
  -- Док, здесь кто-нибудь есть? - поинтересовался тот, кто был с собакой.
  -- Только покойнички, - тихо проблеял седовласый врач в белом медицинском халате поверх пижамы.
  -- Проверь, - приказал он.
   Светловолосый отпустил парню руку. Достал из-за пояса пистолет. Я вскарабкалась на два этажа выше, краем сознания, недоумевая: что за странное здание, уж не научный ли это центр? Бандит последовала за мной. Передвигался бугай не быстрее меня в данный момент, но меня отвлекал сладкий запах живого тела и теплой крови. Никогда не думала, что мне когда-нибудь будет так зверски хотеться мяса и крови. В жизни не была вегетарианкой, но на мясо не налегала, и вот теперь Это внутри меня, требовало утолить голод.
   Светловолосый обнаружил меня в дальнем коридоре морга, где трупы лежали в гробах для последнего прощанья. Или еще для чего. Некогда было уточнять. Выражение лица криминальной наружности было крайне недоуменным. Найти молодую, симпатичную девушку, да еще где - в морге!?
  -- Привет, - улыбнулась ему, пряча клыки.
   Голос хрипел, как старый патефон. Шея, ясен пень, уже не болит, но мышцы неприятно натягиваются, и говорить больно.
  -- Ты, что здесь делаешь? - нахмурился белобрысый.
  -- А ты сам догадайся, - кокетливо захлопала ресничками
   Не думаю, что он понял, кто или что перед ним. Я сама бы не поняла. Не будь я так голодна, вовсе бы не высунулась, а сидела бы тихо как мышка, пока у них там всё не закончилось, ведь по натуре я трусиха, и только изредка могу совершить нечто героическое, чем удивляю даже саму себя.
   Верзила подошел достаточно близко. Я медлила, но мозг и тело вдруг заработали независимо друг от друга. Удар по запястью и пистолет залег на дно гроба неизвестного. Светловолосый охнул, но было поздно звать на помощь, когда одна рука до треска ломающихся зубов зажала ему рот, а удлинившиеся зубы безошибочно найдя артерию, вонзились в нежную и податливую плоть. Кровь, солоноватым потоком наполнила рот. Я глотнула, затем еще и еще. От теплой крови сорвало голову. Тело наполнялось жизнью, а мозг заработал быстрее и четче.
   Что-то хрустнуло и светловолосый развалился на полу сломанной куклой, раскидав руки в стороны и неестественно прогнувшись назад. Из рваной раны еще текла кровь...Но мало. Пуст...Жаль.
  -- Чека, где тебя носит? - подали голос его приятели.
  -- Спит, Чека, вечным сном, - тихо ответила за верзилу.
   Напившись крови, не утолила голод полностью, но почувствовала, что могу себя контролировать. За Чекой направился тип с ротвейлером, который даже не скулил, а выл на одной непрерывной ноте. Я ждала на лестничной площадке. Как только посмотрела в его водянистые глаза, без промедления набросилась и впилась в ему горло. Не рассчитала, да и не стремилась, и во время прыжка сломала ему шею. Высосав досуха, за ненадобностью отшвырнула обескровленное тело.
   Пес испуганно тявкал, пятясь от меня задом и припадая к земле.
  -- П-ш-шел вон.
   Пес взвизгнул и рванул от меня, на что хватало его четырех лап. Остался последний. Я ухмыльнулась. Начала спускаться вниз, пока не услышала испуганный голос лысого:
  -- Какого, ..., там происходит. Чека, Рычаг? Мудаки, что за шутки в натуре?!
  -- Кого-то ищешь? - улыбнулась ему, выходя на свет.
  -- Твою мать, - пискляво выдохнул лысый, узрев меня во всей красе.
   Придурок без раздумий начал палить. Точно в замедленной съемке, наблюдала, как он достает из-за пазухи новенький автомат-узи. (а может я и ошибаюсь - не спец я в оружии) Дальше дело техники. Ни одна пуля еще не достигла того места, где я раньше стояла, а лысый уже грузно осел на пол, с неестественно вывернутой шеей. Н-да, после укуса силенок и кровожадности у меня прибавилось с лихвой - как бы мне теперь дров не наломать.
   Я окинула труп затуманенным взглядом, с недовольством отмечая, что не ничего кроме брезгливости ощущаю.
   Док молча сел на задницу, напрочь испортив и без того затхлый воздух. С завязанными за спиной руками, не имея возможности перевернуться, парень лежал лицом вниз в луже собственной крови.
   После кровавого пиршества, без опаски подняла его, и долго держала на вытянутой руке, изучая то, что осталось от мальчишечьего лица. К горлу подступила тошнота. Оно было похоже на плохо приготовленный омлет из яиц с томатом и баклажанами. Именно такой цвет приобрела его физиономия, после знакомства с ныне покойными бандитами.
  -- Жив?
  -- Бул-даа, - ответил парень.
  -- Хорошо, - кивнула, и обернулась к сидевшему на полу доку. - Сможешь его подлатать?
   Док затравленно смотрел на меня, но, поняв, что я именно к нему обращаюсь, кивнул, и, для уверенности еще раз, после чего, наконец, поднялся из лужи собственной мочи, которая въелась в белоснежный халат, и от того вид пожилого доктора стал просто невыносим.
  -- Идите, переоденьтесь, док. От вас воняет.
   Парень вопросительно булькнул, и затих, погружаясь в глубокий обморок. Слава богу.
  

Глава 4

   Оказалось, крематорий находился в соседнем здании, и трупы мы быстренько сожгли. Честь таскать тела выпала, конечно же, мне, но особых трудностей это не вызвало. (сил у вампиров и впрямь немерено) У ребят позаимствовала пачку, теперь уже бесхозных, сто долларовых купюр, и портмоне с деревянными, всё остальное, включая удостоверения личности, швырнула в огонь без зазрения совести. Док бегал вокруг как на привязи, шарахаясь от каждого шороха, но, не смея и вякнуть. После кремации, заставила старого проныру отвести меня в душ и найти одежду. Проклятье, только чистую надела!
   Док не подкачал, нашел неплохой комбинезончик. Великоват, но грех жаловаться.
   Парень оклемался через час. Видок у него был не ахти, но, скажи спасибо, что жив остался.
  -- Очухался? - подбодрила хлопком по плечу, едва не свалив бедолагу. Пришлось вновь сажать его на стул. Сквозь отекшие веки парень ничего не видел, но на слух ориентировался хорошо.
  -- Кто ты? - прохрипел он.
  -- А ты кто?
  -- Валера.
  -- Здравствуй, Валера. Кто я? - интересно, что мне ответить. - Тут трудно описать одним словом.
   Парень благодарно кивнул, принимая из рук Дока стерильные одноразовые носовые платки.
  -- Я жертва одного недальновидного вампира.
   Валера сделал вид, что ослышался.
  -- Без комментариев, - отмахнулась я, понимая, что пока человек меня не видит он и не поверит. Я сама-то себе не верила. Хотя тут уже иная психология.
  -- Хм, - скривил он опухшие губы.
   Я посмотрела на Дока, который, за время, проведенное в моем обществе, не вымолвил ни слова. Он не только верил, но и боялся. Очень боялся. Если бы не апатия - это странное состояние, сопровождающее меня с момента пробуждения, я бы тоже испугалась, а так, вроде, ничего.
  -- Слушайте, Док, как вас зовут-то?
  -- Геннадий Никитич.
  -- Угу. Таня.
  -- Тань, я не просек насчет сказочки, - едва шевеля губами, пробормотал Валера.
  -- Он не видел, - попытался успокоить меня Геннадий Никитич.
  -- Ладно, - махнула я рукой. - Забыли. Будем считать, что я верю в сказки. Тогда, может, расскажешь, как ты оказался в такой умопомрачительно "доброжелательной" компании?
  -- Свидетель убийства.
  -- И кого убили?
  -- Соседа.
  -- Очаровательно. Посиди-ка ты тут, а мы с Доком отойдем ненадолго.
  -- Куда? - испуганно воззрился на меня Док.
  -- Поговорить надо.
   Мы вышли на улицу. С тоской посмотрела на красивенький лексус, который придется уничтожить. Жалко, но надо. Док, выходя следом, нервозно хлопнул дверью.
  -- Спокойно, Док. Трогать не буду. Видите тачку?
  -- Да.
  -- Избавьтесь от нее.
  -- Хорошо.
   Я пристальнее посмотрела в морщинистое лицо врача, и обнадеживающе похлопала того по плечу. Жаль старика, но сегодня определенно не его ночь. "А нечего всяким отморозкам помогать, может и спал бы сейчас сном праведника у себя в теплой постельке", - одернула я себя, и сама же с собой согласилась.
  -- Ты не..., - забормотал Геннадий Васильевич.
  -- Не, что? - приподняла я брови.
  -- Не убьешь его?
  -- Да, вы че док, на кой черт, я тогда его спасала?! - фыркнула, раздраженно оправляя комбинезон. - Не беспокойтесь, на сегодня я сыта... Вроде бы.
  -- Этот мальчик...
  -- Врет, как сивый мерин. Свидетелей убирают сразу, а этого пытали. Идите, Док, ночь не резиновая.
   Не знаю, куда он дел машину, но вернулся быстро. Приближался рассвет, и чем светлее становилось небо, тем хуже становилось мне.
  -- Надо уходить, - забеспокоился Геннадий Никитич, поглядывая на часы.
  -- Поздно, Док. Бери мальчишку и линяй.
  -- А как же ты?
   Я скептически глянула на старика. С чего такая забота? Впрочем, какая разница.
  -- Спрячусь, где-нибудь.
  -- Это не безопасно.
  -- Док, я мертва, - немного истерично хихикнула я. - Хуже уже быть не может.
   Док так пристально посмотрел на меня, что я смутилась. Повторять Геннадию Никитичу не пришлось, он молча подчистил за мной кровавые следы и усадил мальчишку в машину. Странный он какой-то. Да, и ситуация тоже странная.
  -- До вечера, Док, - улыбнулась я.
  -- Где ты будешь? - спросил он, высунув голову из машины.
  -- Не важно. Я сама вас найду.
  -- Тебе что-нибудь нужно?
   Я подумала и неожиданно выдала:
  -- Разве, что баночку Pepsi.
  -- ????....Шутишь?
  -- Моя поджелудочная вне опасности, - похлопала я себя по левому боку. - Хочу Pepsi.
   Док грустно вздохнул и завел мотор. Проводила их до сторожки охранника (который бессовестно громко храпел на рабочем месте), потопала искать место для сна. Почуяв мое приближение, драный кот выгнул спину, пронзительно зашипел.
  -- Отвали, - буркнула я. - Видишь, и без тебя тошно.
   Ротвейлер не убежал далеко. Наткнулась на пса у гаражей, у самого забора, огораживающего морг и крематорий. Пес лежал, положив грустную морду на лапы, и тихо и жалостливо скулил.
  -- Лежишь?
   Пес поднял слезливый взгляд, и сердце дрогнуло. Кто я, в конце концов, животное или человек? (странный вопрос для покойной)
  -- Идем, все равно нас уже никто не ждет.
   Собака встала, отряхнулась и побежала следом, понуро склонив голову к земле. К великой радости один из гаражей оказался не закрыт, и мы расположились в нем на день.
   Уже собиралась лечь, когда в сумке зазвонил телефон. Пес встрепенулся. Жестом приказала молчать. На мониторе сотового высветились три самые радостные и грустные буквы: ДОМ.
  -- Мам?
  -- Где ты пропадаешь, я пятый час подряд звоню!! - заплакала мама в трубку телефона. - Мне звонили из морга, просили опознать тело. Где ты была???
   Мама, Мамочка. Что это? Кровь на лице? Я плачу. Я, в самом деле, плачу. И тут первый всхлип вырвался из горла. Я разревелась, так как никогда еще не ревела раньше. Боль, страх, отчаяние и чувство потери вот, что я почувствовала, услышав такой знакомый и любимый голос.
  

Глава 5

   По-настоящему, врать маме, за свои двадцать четыре я так и не научилась - не нужно было. Заверила ее, что все в порядке, что осталась переночевать у друзей и не стоит сильно беспокоиться. Не знаю, поверила ли она, но мне стало легче. Даже когда взошло солнце, и накатила волна оцепенения, я всё ещё продолжала улыбаться.
   Полдевятого подъехал Док, за ним с десяток ассистентов и ассистенток. К девяти подползли родственники умерших. И тут на меня снежной лавиной обрушились потоки мыслей, чувств и пожеланий.
  -- "Слава богу, помер старый маразматик. Чтоб ему на том свете икалось. Четыре года шантажировал завещанием".
  -- "Упокой его душу грешную..."
  -- "Хочу в туалет".
  -- "А мне обязательно туда идти?"
  -- "Поплакать что ли для приличия?"
  -- "Эх, мужик! С кем же я теперь пить то буду?"
  -- "Кто-нибудь принесите валерьянку!"
  -- "Ох, мне плохо!"
  -- "На кого ты меня покинул..."
  -- "Мама я хочу домой".
  -- "Доигрался, Толик. А я ведь тебя предупреждала".
  -- "Многоуважаемая свекровь...тьфу, самой противно".
  -- "Чтоб тебе на том свете икалось, старый хрен!"
  -- "Кто-нибудь знает, где здесь туалет?"
  -- "Что я вообще здесь делаю?"
  -- "...а потом за стол..."
  -- "Если он еще раз так на меня посмотрит, отправится следом за братом".
  -- "А вокруг дороги мертвые с косами стоять... И тишина".
  -- "Толик, клянусь, каждую неделю буду носить тебе свежие цветы".
  -- "У этого постреленка очень симпатичная мать".
  -- "Цыпа, я тебя одну не оставлю. Так и знай".
  -- "Господи, за что мне это"?
  -- "Братан, как же так?"
  -- "Эх, поле... русское по-оле. Что-то меня не туда понесло..."
  -- "Я сейчас упаду в обморок".
  -- "Эй, у кого так жутко стучат зубы?"
  -- "Я таки не понимаю, зачем меня позвали?"
  -- "Постыдилась бы в такой короткой юбке придти на проводы собственного мужа".
  -- "Кто пригласил этого урода? Он же снова нажрется до поросячьего визга".
  -- "Да хранит тебя Господь".
  -- "Все мы там будем".
   Неправда, не все. Я наглядный тому пример. Ужас. И так несколько часов подряд, пока их не впустили к покойникам.
  -- Ну, вот началось, - раздался голос в моей голове.
  -- Эта дура никогда не поумнеет. Зачем ребенка-то притащила? - возмущался грубоватый бас.
  -- А завещание я все равно переписал, Антоша. Не гоже стариков обижать, - задребезжал старик.
  -- Неужто я и в самом деле умер? - эхом завибрировал в голове голос мужчины средних лет.
  -- Лучше бы он ее не приводил. Не баба, а б..., прости Господи, - сварливо зашамкала старуха.
  -- Родственнички, - возмутился прокуренный хриплый голос. - При жизни их было меньше.
  -- Ну, дела, - подытожил приятный мужской голос.
   Вот это я понимаю, контакт с потусторонним миром. Только от этого шума у меня сейчас голова треснет.
  -- Эй, можно потише, пожалуйста, - наконец взмолилась я.
  -- Это еще кто?
  -- Я.
   Не оригинально, но, по сути, верно.
  -- Девонька ты, это, тоже мертвая? - поинтересовался старик.
  -- Видать да, раз нас слышит, - ответила за меня старуха.
  -- И да, и нет.
  -- Ты че тут паришь?!
  -- Я не парю, а впариваю, - съехидничала я, чувствуя некий дискомфорт общаясь с душами умерших, а это именно они и были.
  -- Ты за слова-то отвечаешь?
   Тут вмешался первый из услышанных голосов:
  -- Послушай, а почему я тебя не вижу? Гробов семь, вроде, а не восемь.
  -- Я сейчас в гараже у морга.
   Про себя же совершенно искренне улыбнулась, почему бы и не поговорить, мертвые все равно никому уже ничего не расскажут.
  -- Ты потерялась? - заинтересованно спросил прокуренный.
  -- Нет, я не могу уйти.
  -- Почему?
  -- Я вампир.
  -- Девонька, ты все еще веришь в эти сказки?
  -- Слушай, краля, а не ты ли, случайно, Чеку замочила, - заинтересовался тип явной из той же компании.
  -- Я.
  -- Это, что шутка?!! - возмутился мужчина средних лет.
  -- Слушай, детка...
  -- Я не детка. Меня зовут Таня.
  -- Лады. Я Толик.
  -- Василий Андреевич, - представился старик.
  -- Ричард, - подхватил мужчина средних лет.
  -- Ты что нерусь? - заинтересовался Толик.
  -- Сам ты нерусь - родители назвали.
  -- Не завидую, кориш.
  -- Я сам себе не завидую, - печально вздохнул Ричард. - До сих пор.
  -- Валентина Геннадьевна, - нехотя проскрипела старуха.
  -- Володя, - крякнул прокуренный.
  -- Станислав, - почти в самое ухо выдохнул первый голос, от чего я бы дёрнулась, если бы, конечно, могла.
  -- Константин, - пробормотал мужчина с красивым голосом.
  -- Так значит ты?
  -- Я, - согласно кивнула и даже испытала гордость за себя. Ну, да, как же, позверствовала и горжусь этим. Эх, вот бы мне кто-нибудь сейчас подзатыльник бы отвесил. Заслужила.
  -- И Рычага и Чеку?
  -- Угу.
  -- Ну, ты крута-а.
  -- Я была голодна.
  -- Подумать только, и об этом мы узнаем уже мертвые, - вздохнул Ричард.
  -- Придурок, если бы мы о ней узнали живыми, то закончили бы так же, - пояснил Володя.
  -- Тань.
  -- Да.
  -- Не поможешь мне одно дельце провернуть? - залебезил Толик.
  -- Я законопослушная гражданка...
  -- Ты же мертвая!!!
  -- Моя совесть - нет.
  -- Да, я и не об этом.
  -- Не слушай его, охальника. По таким как он тюрьма плачет, не наплачется, - взвилась старуха.
  -- Спокуха. Хмырь, на которого эти трое работали, меня и пришил.
  -- Бизнес не поделили?
  -- Обиднее - бабу.
  -- Толик, ты меня разочаровываешь. Вроде серьезный человек, а подставился под пулю из-за какой-то телки, - фыркнул прокуренный.
  -- Смотря, какая баба, - заметила я.
  -- Вот именно, - поддакнул Толик.
  -- Интересно она того стоила? - спросил Ричард.
  -- Скорее всего, нет, молодой человек, но это мы понимаем слишком поздно, - со знанием дела вздохнул Василий Андреевич.
  -- И то верно, папаша. Так ты мне поможешь, Тань.
  -- Пока я не услышала, что именно от меня требуется. Убить банально. Да и не по душе мне это.
  -- Девочка дело говорит, - вклинился Станислав, - хотя и жутко слышать это из девичьих уст.
  -- Я хочу, что бы он помучался. За меня, за моих корешей и за моего старшего.
  -- А теперь поподробней, - тормознула я впавшего в злую депрессию Толика, ощущая, что не все понимаю.
  -- Да, эта паскуда, пол квартала на иглу посадил. Сыниша мой тоже подсел, а ему от силы десять было. Год назад похоронил...
   Дальше пошли маты, от которых у меня уши завяли. Основное поняла, и положительный ответ уже готов был сорваться с губ.
  -- Да-а, - очень тихо вздохнул старик.
   Все замолчали. Каждый думал о своем и об одном. Толик медленно успокаивался. По правде говоря, я не поверила, что душа у него такая уж умученная горем, но что-то в его рассказе меня зацепило.
  -- Я согласна. Но есть одно - но.
  -- Какое?
  -- Ты правильно сказал "Я же мертвая". Как ты предлагаешь мне передвигаться по городу? Машину у меня нет. Деньги, только те, что я у ребят позаимствовала. И жить ты мне, где предлагаешь?! У родителей?
  -- Нашла проблему.
  -- Есть предложения?
  -- Ты за кого меня, в натуре принимаешь. Будут тебе и деньги, и машина, и хата.
  -- Толик не кипятись, ты в отличие от нее совсем мертвый, - напомнил Константин.
  -- Все путем. У меня денежки так заныканы, что комар носа не подточит. Зря я, что ли за бабой Горбатого два года увивался.
  -- Опа, так ты не из-за бабы, а из-за денег коньки отбросил, - заржал Володя.
  -- Ну, типа того.
  -- Вот нехристь, - возмутилась старуха.
  -- Молодой человек, а у вас бульдожья хватка, - усмехнулся Василий Андреевич. - Свое не упустите.
  -- А как же, папаша. Этот хмырь, то есть Горбатый, решил меня кинуть - не вышло.
  -- Почему не вышло - ты, кстати, мертв, - напомнила я.
  -- А денежки тю-тю. И никто кроме меня не знает, где они.
  -- Тю-тю, не тю-тю, а как ты ей предлагаешь купить машину, квартиру, она же только ночью "живая", - немного подумав, заметил Станислав.
  -- Об этом я не подумал.
  -- Мне кажется, есть тот, кто знает, где денежки, - перебирая в памяти события прошлой ночи, сказала я.
  -- Не понял?
  -- Валера, парень, которого притащили в морг явно не для ознакомительной экскурсии.
  -- Валера - Саранча?
  -- Саранча не саранча, не знаю.
  -- Мелкий, костлявый, русые волосы, серьга в виде розы в правом ухе.
  -- Ага.
  -- Точно Саранча. Не х..., он не знает. Блефует как всегда, - фыркнул Толик, затем добавил. - Доверять ему не стоит.
  -- Вам всем не стоит, собрались тут нехристи некрещеные, - ворчала старуха.
  -- Валентина Геннадьевна, успокойтесь, родная. Молодо-зелено. Мы-то тут по зову Господнему, а им жить бы еще да жить, - осадил ее Василий Андреевич.
  -- Саранче не доверяй. Если будет ему выгодно, отца родного продаст.
  -- А почему Саранча? - снова встрял Станислав.
  -- Потому что...
  -- Может, не будем отвлекаться. С Саранчой...то есть с Валерой, работать мне все равно придется. Днем я бесполезная груда мяса и костей.
  -- Лучше встреться с моей женой. Она поможет. Она хоть и дура, но в денежных делах шпарит как компьютер.
  -- Это та, что на похороны в короткой юбке? - спросил Ричард.
  -- Не-е. Ты че, она в этом плане как ремень. Она с сыном пришла.
  -- В короткой это моя..., - фыркнула старуха.
  -- Как я с ней познакомлюсь? - перебила я.
  -- Очень просто, скажешь...
  -- Вот - вот, а она ей потом космы повыдергивает, - подала голос старуха.
  -- Зачем же?
  -- Ревность, страшная штука, - хмыкнул Ричард. Скорей всего, по собственному опыту знал.
  -- Ну, короче, дам адрес и телефон, придумаешь. Запомнишь?
  -- Запомню, - вздохнула, повторяя телефон и адрес. К моему удивлению запомнила без особого труда, как будто всегда знала.
  -- Девять дней все равно место жительства не поменяю, - показалось, что Толик улыбнулся.
  -- Не девять, а гораздо больше, - втиснулся в мою голову совершенно незнакомый мужской голос.
  -- Это еще кто? - встрепенулся Толик.
  -- Ангел-вестник.
  -- Зашибись.
  -- Тебя уже зашибли, куда еще то, - ответил ему Ангел.
  -- Ты спустился за нами?
  -- Нет, я принес весть.
  -- Плохую или хорошую? - поинтересовался Толик.
  -- А какую бы ты хотел?
  -- Епть, ангел с чувством юмора.
  -- Всем Вам, к моему глубокому сожалению, не попасть в Рай...
  -- Удивил, - фыркнул прокуренный.
  -- И не попасть в Ад, - закончил предложение Ангел.
  -- Кориш, я не понял?!
  -- Короче, - раздраженно отмахнулся от Толика Ангел, - пока не завершите дела свои на земле, о покое не мечтайте.
  -- Ты шутишь? - как-то испуганно пискнул Ричард.
  -- Нет.
  -- Ангел, - тихо позвала я.
  -- Да?
  -- А со мной как?
  -- А ты кто? - удивился он.
   Могла бы - развела бы руками, а так, тело осталось все таким же неподвижным. Пришлось играть на интонациях.
  -- Даже не знаю. Вампир?
  -- Господи помилуй, вампир!!! - пискляво взвыл Ангел, чем и потешил.
   Души отреагировали дружным хохотом, от чего я и сама улыбнулась.
  -- Изыди нечистая сила. Заклинаю тебя именем Господа, изыди.
   По телу пробежал слабый разряд электричества и тут же затух. Ощущение было ниже среднего, но, терпимое.
  -- И что?
  -- Ты еще не мертва?!! - возмутился Ангел.
  -- А должна была?!! - так же возмущенно вторила ему.
  -- Да.
  -- Тогда я неправильный вампир.
  -- Совершенно неправильный.
  -- Может, тогда спросишь у своих, что во мне неправильного?!
  -- Обязательно.
  -- Исчез, - констатировала Ричард.
  -- Вот ведь незадача, - кашлянул старик.
  -- Пока не закончим земные дела? Что это значит? - спросил Станислав.
  -- То и значит, - хмыкнул Константин.
  -- Крепко ты его озадачила, - подал голос, до этого помалкивающий в тряпочку, Толик.
  -- Не то слово, - согласился Ричард.
  -- Значит ты не нечистая сила, - заметил Василий Андреевич.
  -- И кто этому поверит? - вставила свое веское слово старуха.
  -- Я, - заявил Станислав.
  -- Нехристь.
  -- Спасибо за комплимент.
  -- Молодежь, - вздохнул старик.
  -- Кончай треп, все расходятся, - окликнул Володя.
   И в самом деле, за разговором мы не заметили, как толпа начала разбредаться. К моргу подкатили машины, в них погрузили тела тех покойников, кого будут закапывать без кремации. За телами устремились души, покидая нас не прощаясь - рано или поздно встретимся. В конце концов, остались только мы трое: Василий Андреевич, Валентина Геннадьевна и я
  -- И, как они предполагают, мы завершим свои земные дела? - забубнила старуха.
  -- Придумаем, что-нибудь, - спокойно ответил Василий Андреевич.
  -- Пусть она и доделывает, раз немертвая.
  -- У меня своих дел хватает, - старая карга определенно меня достала.
  -- От судьбы не уйдешь.
   Я ухмыльнулась. Уверена, увидь я старуху вживую, она бы сейчас потрясала своим кривым костлявым пальцем прямо у меня перед носом.
  -- Я труп. У мертвых нет судьбы.
  -- Не гневи Бога.
  -- Кому вы это говорите? Мне? Так мне все равно прогневается Он или нет.
  -- Нехристь.
  -- Сочту за комплимент.
  -- Вот, и обратилась в тварь нечистою.
  -- Неправда, я вполне чистая и душой и телом. Все хватит, наслушалась я вас, теперь заткнитесь.
  -- Не сердись дочка, - взмолился Василий Андреевич. - Что возьмешь со старой карги? Куда же мы без тебя?
  -- Потом поговорим, - резко прервала я их.
   В ту же секунду, точно захлопнулась дверь, и в моем сознании стало тихо. Пусть там друг с другом повозмущаются, устала от чужих проблем. Да-а, интересное начало, моей не жизни. Если так пойдет и дальше, покой мне тоже будет только сниться. Хотя если посмотреть на ситуацию с другой стороны, то в этом определенно есть свои преимущества.
   Пес уже дрых без задних лап, и его мучили кошмары, из-за чего он вздрагивал и скулил. Я мысленно потянулась к нему. Тень кошмара съежилась, поползла ко мне, оставляя несчастного пса в покое.
   Прислушалась к своему телу, которое лежало на деревянном полу, наспех укрытое куском шерстяной ткани, и тоскливо начала осознавать весь трагизм сложившейся ситуации. Тело было холодным, расслабленным и абсолютно мертвым. С этой мыслью провалилась в сон. Удивительно, оказывается, вампиры тоже видят сны.
  

Глава 6

  -- Привет, Док!... Спокойно, не надо нервничать.
   Геннадий Никитич округлил глаза, и попытался спрятаться за хирургическим столом. Я снисходительно улыбнулась, похлопала его по плечу, переместившись за его спину. В обморок, Док не упал, но испариной покрылся.
  -- Как наш Валера - Саранча?
  -- Какая саранча? - заблеял струхнувший врач.
  -- Кличка у него такая - Саранча.
  -- Откуда ты знаешь?
  -- Поболтала тут с некоторыми.
  -- Днем?
  -- Утром.
  -- Но утром ты не могла...
  -- Спокойно, Док, я общалась с душами умерших.
  -- Как это?
  -- Вот так. Проблемные мертвецы у вас сегодня лежали.
  -- В каком смысле?
  -- Да в таком, что пока свои дела земные не доделают, об ином мере остается только мечтать. Как и мне.
  -- И ты с ними разговаривала?
  -- Пообщались немного.
   Я подтянулась на руках и села на противоположный хирургический стол. Док выглядел уставшим и невыспавшимся.
  -- Слушайте, Док, а что вы ментам то сказали?
  -- Что ты жива.
  -- Поверили?
  -- Я сказал, что у тебя случился летаргический сон.
  -- И они поверили??
  -- Ну, сначала нет, - стушевался Док. - Но тела нет, одежды нет и сумочки тоже.
  -- Документов тоже нет.
  -- Вот-вот. Пришлось принять, как данность. Кому нужен труп?
  -- Некрофилу.
  -- Во-первых, у нас охрана, во-вторых, некрофил не стал бы забирать одежду. В-третьих, там везде твои отпечатки пальцев.
  -- Надеюсь, для вампиров статьи не придумали?! - усмехнулась я. - Охранник подтвердил?
  -- Да, наврал он с три короба, но что не сделаешь, чтобы прикрыть свою задницу.
  -- Фьюф, слава богу.
  -- Ты только что упомянула Бога? - вытаращился на меня Док.
  -- Ну, да, - пожала я плечами. - И, что?
  -- Ничего не понимаю.
  -- Я тоже.
  -- Едем?
  -- Угу. Только возьмем собаку.
  

***

   Валера-Саранча выглядел гораздо симпатичнее, чем при нашей первой встрече, посвежел, набрался сил. И хотя сине-зелено-черный цвет еще преобладал над естественным загаром, меня уже не мутило от его вида. Привыкла, наверное.
  -- Как поживаешь, Саранча.
   Валера, до этого лежащий в постели, решил слиться с цветами на обоях. Парень так затрясся от страха, что я забеспокоилась, как бы его не хватила кандрашка.
  -- Успокойся, и вернись в постель.
  -- От... откуда ты...?
  -- Тебе привет с того света.
  -- Нет!!! - взвизгнул Валера, ввинчиваясь в бетонную стену. - Я так и знал, ты одна из них.
  -- Не знаю, о ком ты говоришь, - фыркнула, не без злорадства наблюдая, как лицо Саранчи вытягивается в недоумении. Должна же я иметь хоть какие-то козыри в рукавах.
  -- Знаешь, знаешь, не притворяйся, - уже менее истерично затараторил Валера.
  -- Я имела в виду, Толика.
  -- Толика? - замер парень, и с беспокойством заглянул мне в лицо. - Анатолия Николаевича?
  -- Он назвался Толиком. Жена Люба, младшему сыну восемь, старший умер от передозировки.
  -- Шакал!
   Шакал? Определенно я начинаю понимать, почему Толика не пустили ни в Ад, ни в Рай. Такие клички, на пустом месте не появляются.
  -- Он же мертв!!! Его убили.
  -- Я об этом прекрасно знаю.
  -- Тогда откуда?
  -- Ты же не веришь в эти сказки. Док, у вас кофе есть?
  -- Есть. В верхнем шкафчике на кухне.
  -- Хорошо. Успокойте этого припадочного, пойду, приготовлю, что-нибудь поесть.
   Через полчаса кормила их вареной картошкой с сардельками. Сама же поковыряв вилкой в тарелке, приклеилась к кружке с горячим кофе. Вкус ощущала мельком, и то не постоянно, тем не менее, отказываться от любимого напитка я не собиралась. Док смотрел с опаской, Валера с плохо прикрытым страхом.
   Вспомнив, что кое-кого забыла на лестничной площадке, встала из-за стола. При виде моей особы ротвейлер слабо завилял хвостом и виновато опустил глаза.
  -- Держи, - протянула псу две нетронутые сардельки, - поешь, можешь войти.
   На кухне стояла противоестественная тишина. Мужчины не разговаривали друг с другом, и даже не смотрели в сторону друг друга. Села у окна. Пес вошел следом, толкнув боком дверь, от чего та захлопнулась. Умная псинка.
  -- Откуда эта собака?!! - выдохнул Валера. Вид у парня был такой, словно он собрался грохнуться в обморок.
  -- Подобрала на улице.
  -- Это же Рамон.
  -- Рамон?
  -- Это собака Рычага, - у Саранчи вновь начался приступ истерии.
  -- Была Рычага, стала моя. Правда, Рамон?
   Ротвейлер пересек кухню и сел у ног. Я положила ладонь на его крупную голову, почесала за ухом. Пес не проявил беспокойства, ему, похоже, понравилось.
  -- Он же...Он же никому не позволял!
  -- А мне позволяет, - продолжая почесывать псу за ушами. - Мы теперь друзья.
  -- Эта псина науськана раздирать людей на мелкие кусочки!
  -- Правда, Рамон? - наигранно удивленно спросила ротвейлера. - Научишь меня?
   Пес согласно гавкнул, и распластался, положив морду на лапы. Я поддалась порыву и снова почесала ему за ухом.
   Валера побледнел. Я ответила многообещающей улыбкой. Док скосил взгляд, фыркнул, и вновь сосредоточился на еде.
  

Глава 7

   Валера быстро утомился и лег вздремнуть. Ему никто не мешал. Док жил один, жену похоронил три года назад, сын и дочь разъехались кто куда, и только изредка звонили, поинтересоваться как у старика дела. Оставаться с ними под одной крышей не светило. Кто знает, какие мысли бродят в голове Геннадия Никитича. С той ночи старик вел себя слишком корректно, смиренно и даже миролюбиво. Это настораживало. Я хоть и молодой вампир, но как человек, заподозрила Дока в самых тяжких.
   Рамон так же не чувствовал себя спокойно, то и дело прогуливался по квартире, принюхивался, что-то порыкивая себе под нос. Дом врача стоял на отшибе. Вокруг зеленели кусты, в зарослях сорняков прятались здоровенные крысы. Кучи мусора, то ту, то там выглядывающие из зеленой массы, "оживляли" пейзаж. Ветхие хрущевки живописно раскиданные по местности, парочка на корню проржавевших москвичей - все, что можно было увидеть из окна квартиры дока.
  -- Рамон, пойдем, погуляем.
   Пес радостно потрусил за мной. Геннадий Никитич тут же выскочил из ванной комнаты, впопыхах забыв застегнуть штаны, и те грузно шлепнулись на пол. Подавив смешок, я удивленно изогнула бровь.
  -- Куда??
  -- Погулять. Надо же Рамону справить нужду.
  -- Тебе нельзя!!
  -- Кто сказал?
  -- А если тебя увидят?
  -- Док, расслабься, даже если меня увидят, то ничего страшного не произойдет. Кого удивит девушка, гуляющая с собакой.
  -- В три часа ночи?
  -- Может у меня бессонница.
  -- А если...
  -- "А если..." не будет. Позаботьтесь о Валере. Скоро буду.
   Старик мялся и вроде хотел что-то добавить, но отчего-то не решился. Я недовольно поджала губы, вышла.
   На улице моросил дождь. Рамон стрелой полетел к ближним кустам. Натерпелся, бедненький. Найти место для дневного ночлега (уж простите за каламбур) в этот раз оказалось не так-то легко. Самые укромные местечки заняли бомжи, а сгонять их, себе дороже. Да, и не подходят мне такие места.
   Погрустнев, плелась вдоль заброшенного сарая, когда нестерпимо яркий свет ослепил меня.
  -- О, ты то мне и нужен!!! - возликовала я и схватила сияющего за грудки. И, да, у меня это получилось.
  -- Что??? - опешил ангел.
  -- Где здесь можно днем перекантоваться? - взялась я за него пока тепленький.
  -- Не понял?? - вошел в ступор сияющий.
  -- День пережить, где здесь можно?
  -- Да, здесь и можно, - указал ангел на полусгнившее сооружение. - Тут глубокий погреб, о нем никто не знает.
   Я сморщила нос, но на безрыбье и рак рыба. Придется весь день цедить сквозь зубы гниль забытого всеми погреба.
  -- Теперь можно.
  -- Что можно? - дернулся ангел.
  -- Говори. Ты же за этим явился?!
  -- Да-а, - неуверенно кивнул ангел.
  -- А можно потушить свет? Глаза режет.
  -- Ну, можно.
   Сияние приглушил, хотя и не перестал источать бледно-желтый свет. Наконец-то появилась возможность рассмотреть, что наш вестник хрупок, тщедушен, но внешне приятен. Большие карие глаза, узки нос, пухлые губы, скудные волосики непонятной расцветки собраны в куцый хвост.
  -- Как звать? - немного подумав, спросила я.
  -- Кого?
  -- Не меня же!!
  -- Ибрагим.
   Тут я, честно сказать, удивилась. Имя подходило видимому мной образу, как перчатка руке, но, как-то не клеилось с ангелом, ну, тем образом, который я себе создала. Хотя, по правде говоря, откуда мне было знать, как они выглядят?!
  -- Меня - Таня.
  -- Уже знаю.
  -- Ну, и мог бы промолчать!
  -- А нужно было?! - искренне удивился Ибрагим.
   Я закатила глаза к небу. Кто, интересно, его, убогого, в небесную канцелярию принял-то? У них, что, нехватка кадров? А этот еще смотрит таким невинным взглядом, что почти верю... Но только почти.
   Рамон у моих ног не менее удивленно склонял голову то на одну сторону, то на другую, но так и не мог уразуметь, откуда взялось это чудо в перь... сияющих одеждах.
  -- Узнал что-нибудь?
  -- Ничего. Пусто.
  -- А у Смерти спрашивал?
   Лицо ангела вытянулось.
  -- Ну, или, что там у вас.
  -- Уточняют.
  -- И долго уточнять будут?
  -- Недели две. По вашим меркам.
  -- А что так долго??
  -- А как ты думаешь?!!!
  -- Ничего я не думаю. Вампиру не положено. Он должен спать днем, а ночью кидаться на прохожих и пить их кровь.
   Ангел перекрестился и попробовал дать деру. Не тут-то было, я схватила его под локоток и так "ласково" улыбнулась, что Ибрагим охнул и обмяк. Ой, да где же они такого хлюпика взяли?!! Или, как говорится: в семье не без урода.
  -- Что они предлагают делать?
  -- Кто?
  -- Ну, эти... наверху.
  -- А!!! ... Убить тебя.
  -- Пошлая шутка.
  -- Я не шучу.
  -- А лучше бы пошутил.
   Неприятная ситуация. Ты тут вертишься, лазейки выискиваешь, а они сидят и только приговоры подписывают. Злыдни. Ну, да и ладно - сами разберемся.
  -- Как ты это себе представляешь?
  -- Что?
   Интересно, за убийство ангела сразу отправят в пекло или все же смилостивятся?! У меня есть смягчающие обстоятельства.
  -- Мое убийство, тормоз.
  -- Э..э. Во славу Господа Нашего, сея богомерзкая тварь должна быть сожжена.
  -- О, как, - оторопела я. - Из какой умной книжки ты это вычитал.
  -- Трактат об истреблении ведьм и иной нежити. 15 век.
  -- На дворе 21, а ты все раритетами балуешься. А серьезно?
  -- Представления не имею.
   Пришло мое время поэкать. Что с этим чудиком делать? Послать подальше, язык не поворачивается.
  -- Что будешь делать? Ну, раз убивать не будешь?
  -- Рядом буду.
   Мы с Рамоном одновременно издали звук, переводимый чаще всего, как - "Что??? Не поняли. Повтори".
  -- Наблюдать буду, если что, помогу. Вампиры сейчас редкость. Их по пальцам сосчитать можно. А ты и вовсе феномен необычный.
  -- Рамон, он меня феноменом обозвал, - обратилась я к собаке, а потом более задумчиво: - Покусать его что ли? Как думаешь?
  -- Тьфу на тебя, - обиделся ангел и растворился во тьме.
  

Глава 8

  
   Обойдя дом с другой стороны, и возвращаясь через черный ход, заметила плутающий во дворах фургон. В голове звякнул тревожный колокольчик. Посудите сами, в спальном районе, где проживают одни пенсионеры и малоимущие граждане странно увидеть рекламный фургон, на котором большими буквами под пикантным изображением предлагается съездить на Гавайи, хотя бы и за пол цены. И фургон-то новенький, краской за милю воняет. А еще воняет уже знакомым оружейным маслом.
  -- Рамон, наверх.
   Пес повиновался беспрекословно. Умная собака. Сама я обошла дом и встала под балконом. Вспомним, что бают о вампирах: умеют лазать по отвесным стенам, стелиться туманом, могут обращаться в зверя. Последние два пункта под сомнением, а первый сейчас проверим.
   Подойдя к стене, прикоснулась к ней, принюхалась и... Увидела! Зацепы, зазубрины, выемки, да еще кучу всего интересного (Не считая многочисленных следов харчи. Фу, гадость!!), что могло бы помочь взобраться. Сняла ботинки и носки. Ногти на руках и ногах затвердели, обращаясь в черные матовые когти. Ну, с Богом. Поползли.
   Добралась до цели быстрее, чем соображала, как это осуществить. Валера лежащий на диване, от ужаса чуть не опозорился, когда я вошла через балкон. Мимолетный взгляд в зеркало, и сама едва не напрудила в штаны.
   Н-да, кр-расавица. Белая, как покойник (увы, но факт). Губы алые, пухлые, словно я их специально пообкусала для пущего эффекта. Глаза переливаются то зеленью, то золотом, радужка увеличилась, зрачок стал большим, причем овальной формы. А взгляд!!! Убить таким можно.
  -- Что уставился? - прошипела я. - Вампиров никогда не видел?
  -- Не-а, - мотнул головой Валера
  -- Знаю, что "не-а". Я сама "не-а".
  -- Ты и вправду... Зашибись!
  -- Тихо, - шикнула на него. - Помолчи немного.
   На кухне Геннадий Никитич тихо беседовал по сотовому. Губы скривились в ядовитой полуулыбке.
  -- Да, да все как ты рассказывал... Клыки, кровь пьет.... Агрессивная? Нет, не очень. Буйная? Нет, не сказал бы. Что значит не то?!! Клыки ведь есть!! Она у меня на глазах человека убила!!! А еще перемещается с немыслимой скоростью. Что значит надо подготовиться?? В каком смысле? Она под моей крышей, ты понимаешь!!! Если она на меня набросится?? И еще этот Валера-Саранча. Что значит не так все просто?!!! Просто приезжайте и убейте ее. Что значит не ваш профиль? В каком смысле??.... Нет...Нет...Нет... Вполне разумная. Сильная?...Ну, как сказать. Тех амбалов таскала, точно.... А что предлагаешь делать мне??? Чего ждать??? Подежурят?!! А если не успеют? Ладно, я все понял. До связи.
  -- Сдал, паскуда, - поморщился Валера.
  -- Будь здесь, - выразительно глянула на парня. - Запусти Рамона и жди меня завтра вечером.
  -- Понял.
   Опять по этой стене. Бе-е-е! Но делать нечего. Закусила шнурки, поползла вниз. Все-таки спускаться как-то страшнее, чем подниматься. Спустившись, секунд пять переводила дыхание.
   Теперь наведаемся к нашим барашкам в фургоне. Хотя они замаскировались, за разросшимся кустом сирени, запах свежей краски маяком выдавал их местоположение.
   Подкрадываться не пришлось. В воняющем фургоне громко переругивались двое боевиков и одна немолодая женщина.
  -- Какого черта ты взял этот фургон? Нас за тысячу миль любая собака учует!!!
  -- Не было другого, что дали, то и взял.
  -- Епть..., Коля, сколько можно повторять, мы не на братков охоту ведем, эти твари умнее и опаснее раз в двести.
  -- Мальчики успокойтесь, - примирительно заворковала женщина. - Что сделано, то сделано.
  -- А если она нападет?
  -- Внешний фон нейтрален.
  -- Ты уверена?
  -- Денис, я, конечно, уважаю твой боевой стаж, но попросила бы...
  -- Ладно, ладно. Мир.
  -- Может, выйдем, подышим воздухом?
  -- Может, еще покурим? Пивка попьем?
  -- От этого и я бы не отказалась, - хмыкнула женщина.
  -- Хрен с вами, выходите, раз вам так приспичило.
   Я заползла глубже в кусты, попой едва не сев на весьма настырную железяку, торчащую из земли, затаилась. Авось, не заметят - темно же.
   Из фургона сперва, вышла женщина. Нашли блин черную кошку, неандертальцы неотесанные.
   Она оказалась дамой крепкой, ростом чуть повыше меня, крашенная под блондинку, одетая в обычный спортивный костюм. Возникло ощущение, что она сюда на пробежку приехала.
  -- Всё тихо.
   Ну, я же говорила! После ее слов, неандертальцы показались из недр фургона. Оба среднего роста, (но в моем случае, выше на голову), здоровенные, бритоголовые. Оба в черных костюмах, отдаленно напоминающих спортивный их напарницы, а поверх бронежилеты.
  -- Кислород, - счастливо выдохнул тот, кто оказался ближе. И, похоже, тот самый, кто провинился, в смысле, Коля.
  -- Дыши, придурок, дыши. Любой вдох может стать для тебя последним, - ворчливо фыркнул другой, - Денис.
  -- Мальчики, хватит. Нам еще вместе работать.
  -- А мы и работаем.
  -- Валентина Константиновна, что знаем о вампирше? - предпринял попытку примирения, Коля.
  -- Почти ничего.
  -- Х...
   Женщина недовольно кашлянула. Не любит, видимо, русский мат. Я его то же не очень, но я же не святая, а в нынешней ситуации даже не человек.
  -- Очень плохо, - язвительно процедил Денис.
  -- Это молодая женщина, невысокая, плотного телосложения. Цвет волос определили как гранатовый, или красновато-рыжий. По документам она Игнатьева Татьяна Валерьевна. Увы, это пока вся информация.
  -- Не густо.
  -- Связной так же предупредил, что она не совсем то, с чем мы встречались раньше. Она не упырь, а именно что вампир.
  -- Цыпленок? - удивился Денис.
  -- Скорее всего. (Денис, вампиры их называют птенцами, а не цыплятами).
  -- Где хозяин? (Как хочу, так и называю).
   Коля явно моложе напарников, по запаху он определялся, как нечто свежее и питательное. Отмахнулась от навязчивой мысли.
  -- За двое суток никто не объявился, - почему-то расстроено пожала плечами женщина.
  -- Итак, получается, что у нас здесь дикая, жаждущая крови, обращенная, представления не имеющая ни о законах клана, ни о законах Совета. - Денис сделал столь режущий слух акцент на словах "дикая" и "жаждущая крови", что я почувствовала себя сбежавшим из лаборатории динозавром.
  -- Похоже на то.
  -- Офигеть!
  -- Да, будет тебе, - отмахнулась женщина, - не с такими справлялись.
   Я недовольно надула губы. А почему это я дикая, да еще и жаждущая крови? Хотя, если им так хочется?!!
   Не думаю, что они так уж хорошо видят в темноте, а в этом районе темно хоть глаз выколи. Свет троица побоялась включить, - вдруг спугнут. (было бы кого) Тихо, ползком на брюхе, подобралась к ним вплотную.
  -- Привет, не меня ищите?! - радостно гаркнула я им прямо в лица, вскакивая и сверкая золотисто-зелеными глазами.
   Троица дружно шарахнулась в стороны, не подозревая о подленькой диверсии, проведенной за секунду до выступления. В панике, изображая ветряные мельницы, группа захвата громыхнулась на землю пиная, и костеря друг друга, на чем свет стоит.
  -- Вижу вам и без меня весело, - хихикнула, любуясь барахтающейся в пыли троицей. Шнурки на совесть завязала - не скоро разберутся. - Ну, тогда я пошла.
   И пошла, радостно похихикивая, даже насвистывая какой-то бравый мотивчик. Поверьте, раньше я такой не была, но, став вампиром, точно прорвало.
  

Глава 9

   Проснулась, почувствовав чье-то присутствие. По ощущениям этот некто неагрессивен, но ждет достаточно давно. Мурашки побежали по коже. Что ему надо? Открыла глаза.
   На меня смотрело нечто белесое, безглазое, мутное.... Е-ё-ё!! Твою кочерыжку!!! С воплем и визгом подорвалась с места, подпрыгнув аж до потолка. Когтями вцепилась в грязную балку, зависла.
   Призрак так же не ожидавший подобного приема с воем удрал сквозь стену. Тьфу, ненормальный. Надо же было так напугать.
  -- Ты уже проснулась? - в сияющем ореоле появился Ибрагим. - Я тебе поесть при... Таня, ты, что там делаешь?
  -- Утренняя гимнастика, - фыркнула, спрыгивая на пол.
  -- Так вечер на дворе?
   Недовольно поджала губы. Ну, этого посланца. Под впечатлением увиденного меня еще потряхивало.
  -- Здесь кто-то был.
  -- Кто?
  -- Не знаю. Он убежал.
  -- ???
  -- Забудь, что ты там притащил?
   Ибрагим протянул небольшой портативный холодильник. Открыв крышку, чуть не изошла слюной. В нос ударил солоноватый запах крови. Набросилась на угощение. Вкус у холодной крови не тот, что у свежей, но и так сойдет.
  -- Где взял? - насытившись, поинтересовалась я у ангела.
  -- Да, тут, неподалеку, - махнул рукой Ибрагим. - В фургоне.
  -- В фургоне? - задумчиво потерла висок. - В каком фургоне?
  -- За кустом сирени стоит.
   Тут-то сообразила, в каком фургоне!! Расхохоталась, спугнув всю живность, обитающую в погребе. Не повезло ребятам. Сперва я, теперь Ибрагим. Не стоило им браться за это дело, ох, не стоило.
   Я шустро выскочила из укрытия в надежде не упустить момент. "Оттопырила" ухо, и, с превеликим удовольствием, послушала матерный концерт на троих, в котором в самых мельчайших подробностях описывалось, что, как и каким образом будет со мной сделано, попадись я в руки нашей бравой службе защиты от нечисти. (Или нежити? Пока не поняла.) По их же словам, такого свинства они могли ожидать от кого угодно, только не от вампира.
  -- Что ты делаешь? - нетерпеливо дернул меня за руку, стоящий рядом Ибрагим.
  -- Слушаю, - отмахнулась я от него.
  -- ???
  -- Да, похулиганила я вчера, а сегодня еще и ты им сюрприз устроил.
  -- Какой?
  -- Не думай об этом.
   Кто-то, в попытке привлечь наше внимание, осторожно постучал о дверцу сарая. Обернувшись, узрели весьма забавную картинку. Белесое создание с взглядом, если это можно так описать, побитого песика, скромно притулилось неподалеку, ждало, когда же мы его заметим.
  -- Ну, я тут к вам..., - пробормотало оно. - Можно?
  -- Ты про него говорила?
  -- Ага. Напугал до колик.
  -- Я это... к тебе, Таня.
   Знакомый у белесого голос, и имя мое знает. Ни дать, ни взять один из тех с кем в морге болтала.
  -- Это Ричард, - освежил мою память ангел.
   Я озадаченно взглянула на Ибрагима, тот только пожал плечами:
  -- Так выгладят практически все души.
  -- А как же те, на фотографиях, и другие, которых видят.
  -- Ты говоришь о неприкаянных душах.
  -- В чем отличие?
  -- Если коротко и попроще: есть души, которые точно знают, какие дела они не завершили, ради чего остались или их оставили. Они справляются без непосредственного вмешательства: голоса, сны, подсказки. А есть те, которые просто бродят по миру и суют нос в чужие дела. Они то и есть - неприкаянные. Неприкаянные души стараются быть ближе к людям и по этой причине принимают соответствующий облик.
  -- И так со всеми?
  -- Почти.
  -- Э..э-э, прошу прощения, - вмешался, забытый нами Ричард.
   Я смутилась.
  -- Прости, что ты хотел?
  -- Я от Толика, он велел передать номер счета, если возникнут мелкие расходы, и рассказать, где искать его дом.
  -- Он же говорил?
  -- Да, говорил, а тут подумал, что пока его дом отыщешь, вся ночь уйдет. Переулков много, да и охрана там не хилая. Пропуск нужен, а он у него в машине остался, а машина в гараже.
  -- А, где гараж?
  -- Здесь неподалеку, три квартала пройти. Пешком минут пятнадцать-двадцать.
  -- Как все сложно, - вздохнула я. - А как вы вообще смогли пообщаться?
  -- Так на одном кладбище.
  -- Понятно.
  -- Ну, веди, Сусанин..., - и тут опомнилась. - Хотя нет, подожди. Мне же нужен водитель!
  -- Зачем? - удивились мужчины.
  -- А, кто мне машину поведет?
   Ангел и дух обменялись задумчивыми взглядами, посмотрели на меня и затосковали. Ибрагим попытался прокомментировать мой вопрос, но завис на глубокомысленном: "Ну-у-у..."
  -- То-то и оно.
  -- А что тогда делать? - простонал Ричард.
  -- А вот что..., - хитро щуря зеленые глаза, таинственно изрекла новоиспеченная вампирша, то бишь я.
  

***

   Извивающийся кулек, то и дело намеревающийся уползти, мы с Ибрагимом поочередно волокли его вплоть до гаража. Шли, как и говорил Ричард, чуть больше пятнадцати минут, но если в начале пути нас сопровождали приглушенные вопли, то ближе к цели, едва слышимые всхлипы. На пути нам попадались лужи, камни, поребрики, выбоины в асфальте и даже чья-то очень злая собака. Но, что странно, ни одного прохожего, даже случайного.
  -- Вот он, - замахал белесыми отростками Ричард, указывая в сторону неприметного в общей массе гаража. - Пришли.
   Примостив кулек к железной двери, общими усилиями отыскали спрятанный в узком зазоре между гаражами, ключ. Зайдя внутрь, довольно покивала, любуясь представшим передо мной зрелищем. Вот это, то, что доктор прописал. Красавец джип, сверкая надраенными до глянцевого блеска боками, ждал своего часа, сорваться в непроглядную (для некоторых) ночь и помчаться по дремлющей автостраде, обгоняя порой сам ветер.
  -- Тань, прием, земля вызывает, - помахал призрачной ладонью Ричард.
  -- А? Что?
  -- Пора распаковывать.
  -- А!! Хорошо.
   Провалы мутных глаз углубились по верхнему краю, что, по-моему, могло означать, Ричард закатил глаза к потолку.
  -- Не рекомендую распаковывать сразу, - хмуро изрек Ибрагим. - Начни с головы.
  -- Дельный совет, - согласилась я.
   Сделав подсечку под колени, усадила шедевр прикладного искусства на пятую точку. Когтями разорвала почти сантиметровый слой бумаги. (дырочки для носа мы сделали, не волнуйтесь) На меня уставились взглядом, гарантирующим самую долгую и мучительную смерть. Вытащила кляп.
  -- Как мы тут поживаем? - непринужденно улыбнулась ему. - Голова не болит?
   Мужчина откашлялся, почмокал пересохшими губами, и... нет Денис не стал выражаться матом.... Нет. Он на нем заговорил. И как заговорил!!! У меня уже после пяти предложений уши свернулись в трубочку. Остальное время, вылупившись на этот непризнанный талант народного матерного творчества, мыслями отлетела куда-то за приделы реальности. Вошла в нирвану, так сказать.
  -- Таня, думаю, стоило начать с ног, - решился подлететь ближе и поделиться умной запоздалой мыслью наш бледнолицый дух. Ричард завис у правого плеча и с любопытством ученого изучал рассерженного мужчину.
   В лице бравого хранителя ночного порядка возникли некоторые перемены, которые свидетельствовали либо о близком обмороке, либо о продолжении великорусского монолога.
   Но ни того, ни другого не последовало. Денис, рухнув на землю, пополз. Пополз, пополз и пополз. И быстро пополз!!! Выжимая из своего натренированного тела максимум: то зигзагами, то змейкой, то вовсе немыслимыми йоговскими движениями, подрапал он от нас, не издавая при этом ни звука.
  -- Пополз, родимый! - как-то крайне умильно пробормотал Ричард.
  -- Красиво ползет, - согласилась я с духом.
  -- И бы-ыстро, - протянул ангел, козырьком приложив ладонь к изогнувшимся правильными дугами бровям.
  -- И кто его догонять будет? - поинтересовалась я.
  -- Я пас, - отказался дух.
  -- Ну, я схожу, - смирился Ибрагим и исчез.
  -- Слушай, а если меня не пропустят с этим пропуском? - решив отвлечься, спросила Ричарда.
   Призрак пожал плечами:
  -- Пропустят. Толик этот пропуск для своих держал.
  -- Много ли было этих своих?!
  -- Кто знает.
  -- Как у вас там дела?
  -- Да, ничего. На кладбище много духов, есть с кем пообщаться.
  -- А кроме вас с Толиком, кто еще из группы?
  -- Только Станислав. Его на окраине подхоронили к родне.
  -- Тебе - то, что неймется? Что недоделал?
  -- Да, тут такое дело..., - замялся Ричард. - У меня сын. Я его с пеленок воспитываю... воспитывал. Мать не знает. Она у меня строгая, правильная до жути... говорила всегда, что надо сначала жениться, и только тогда детей заводить. Узнала бы с какой оторвой я связался, так и вовсе бы... Ай..., - махнул белесым отростком. - Не важно. Когда Света мне эту кроху в пеленках принесла, не знал, что делать... Но бросить, нет, даже в мыслях не было. Вот и стал воспитывать. Светы давно след простыл, а Лёня мой... Это все, что от меня осталось.
  -- Понятно. И ты хочешь, чтобы я рассказала твоей матери о Лёне.
  -- Да. Если это возможно.
  -- Постараюсь.
  -- Слушай, - вдруг вспомнила я. - А разве люди могут видеть ангелов? То, что он Дениса притащит, я не сомневаюсь... Но...
  -- Нет, не видят. Откуда?! Они же не мертвые. Посланца только души и должны по определению видеть.
  -- Но если там Ибрагим... Дениса... А он не видит...А Ибрагим все равно...Что тогда?
  -- У, ё-ё-ё, - схватились мы оба за головы, представив эту картину маслом.
  -- Надеюсь у этого парня крепкие нервы, - подытожила я.
  

***

   Машина мчалась сквозь кромешную тьму, никем и ничем не останавливаемая, все набирала скорость, и казалось, взлетала над дорогой. Тем временем в салоне велся весьма странный разговор. Странность его заключалась в том, что со стороны, мой неумолкаемый монолог мог показаться отклонением от нормы, и если заметить, что единственный возможный собеседник ведет себя подобно заведенной механической игрушке, не трудно представить впечатление, которое этот разговор произвел бы на случайных свидетелей. Однако свидетелей не наблюдалось. И это напрягало. На дороге вообще никого не было: ни машин, ни патрулей, - никого.
  -- Так значит, люди духов видеть не могут?
  -- Нет.
  -- Никаких?
  -- Не считая Неприкаянных, ну, и...
  -- Ричарда он не должен был увидеть, так.
  -- Так.
  -- Но увидел.
  -- Факт.
  -- Почему теперь он его не видит?
  -- Скорей всего, причина может быть в том, что....
  -- Короче Склифасофский, - простонала я.
  -- Просто Ричард находится на некотором расстоянии от тебя, - хмуро буркнул Ибрагим, раздраженно дернув себя за выбившуюся прядь.
  -- Я тоже так думаю, - согласился Ричард. - Он же не видел меня, пока я не подлетел к тебе слишком близко.
  -- Хорошо, не спорю.
  -- Другого логического объяснения я просто не нахожу.
  -- Почему он так испугался? Бравый работник по борьбе с нежитью... и такой конфуз - испугался призрака. Прошу прощения, духа.
  -- У меня есть предположение...
  -- Короче.
  -- Татьяна! - обиженно нахмурился белокрылый. - Я пытаюсь объяснить.
  -- Хорошо. Только не надо этих высокопарных предложений. Коротко и ясно.
  -- Я попробую. Дело в том, что некоторые демоны очень похожи на призраков, точнее принимают их облик, чтобы сбить с толку. И если посмотреть с точки зрения...
  -- Все, все, хватит. Я поняла.
  -- Татьяна ты невыносима.
  -- Знаю, - отмахнулась от него, и тут же, увидев кое-что в темноте, приказала Денису: - Тормози!
   Бравый работник по борьбе с нежитью дал по тормозам так, что я едва не вылетела в окно; Валера, дремавший позади, кулем шмякнулся между сидений; призрачные сущности, невидимые некоторым присутствующим в салоне личностям, смазанным пятном мелькнули перед глазами. Всё замерло.
   Преодолевая рвотный позыв, вывалилась из машины, достаточно громко оповестив окружающую нас темноту, что в принципе думаю о нашем водителе, дороге, вампирах и в частности об Александре. Затем, переосмыслив собственное поведение, предложила себе, прежде чем что-то приказывать, ну, хоть немного подумать о последствиях.
  -- Что это было?!! - простонал Валера, выкатываясь из машины.
   Держась за дверцу, вглядывался в кромешную тьму, недоумевая не меньше, чем распластанные по асфальту Ибрагим и Ричард. Рамон остался в салоне, предпочел не показываться, ему, бедненькому, тоже досталось.
  -- Татьяна, - начал сипло возмущаться Ибрагим, - ты не могла бы...
  -- Та-ак. Я что-то не поняла, - злобно-раздраженным голосом обратилась я к темноте.
  -- Что именно? - почесал в затылке Валера.
  -- Здесь был этот странный морг с крематорием.
  -- С чего ты решила, что он был именно здесь? - парень чувствовал себя плохо, но любопытство превозмогло всё.
  -- Ричард? - обратилась я к безтелесному.
  -- А он до сих пор здесь. Ты его не видишь? - отклеился от дороги дух.
  -- Какого черта!! - возопила я, ни к кому в общем не обращаясь. - Я не удивилась, что морг такой многоэтажный, что есть крематорий, что есть даже морозильная камера. (это подземный этаж о котором не упоминалось) Но блин, где он теперь?!! И что здесь происходит, черт подери?!
  -- А вы его и не должны видеть, - наконец-то подал голос Денис.
  -- О-о, мы ожили, - изогнув брови домиком, посмотрела я на Дениса. - Может, объясните тогда, где он?
  -- Он все еще там, но так как его услуги сегодня не нужны, он закрылся щитом.
  -- Его услуги? - опешила я.
  -- Этот морг, как ты его назвала, живое существо. Он может принимать любой облик. Однако в последнее время его используют только как морг и научную лабораторию. Сюда направляют существ с сумеречной стороны. Или же родственников... Или, как в вашем случае - обращенных.
  -- Значит, не было никакой милиции? И это...
  -- Было, но не с той стороны, а с этой. За тобой должен был придти хозяин, но никто не пришел. Так бывает крайне редко. На моей памяти бросали упырей, оборотней, горгулий, но чтобы вампира... Такого еще не было.
  -- Может, меня и не должно было быть?
  -- Все может быть, - легко согласился Денис.
  -- А эти разборки, Валера, духи?
  -- Я не знаю, о чем ты говоришь.
   Я почувствовала себя как выброшенная на берег рыба. Валера тоже не видел призрачный морг. Ангел молчал. Скорей всего, он знал что-то, но предпочел не шокировать.
  -- Ты сказал с этой стороны. Что за сторона?
  -- Зона Сумерек. Область, где живут все те, кого на той стороне считаю мифом.
  -- Какая прелесть.
  -- Почему же?
  -- Прямо как в сериале "Сумеречная зона".
  -- Ее и стали так называть, когда сериал по региональному начали показывать.
  -- А раньше как называлась?
   Прямо разговор двух сумасшедших. И кто более сумасшедший, еще не ясно.
   Валера мялся, хотел, наверное, тоже что-то спросить, но не решался. Ну, еще будет возможность, я так думаю. Ричард не влезал, отряхивался от дорожной грязи.
  -- Слепое пятно.
  -- Фу-у, - Валера все же высказался, но тут же замолк, встретив мой сияющий зеленью взгляд.
  -- Н-да, не катит.
  -- Они тоже так подумали и решили переименовать.
  -- Кто они?
  -- Совет.
  -- Может, мы все-таки поедем? - Ибрагим встрял с дельным предложением. - По пути поговорите. Ночь не резиновая.
  -- Да, думаю, мы задержались достаточно, - поддержала я его мысль. - Едем.
  -- Таня, - настужено-мягко обратился Денис.
  -- Да.
  -- Вам нельзя на ту сторону.
  -- Почему?
  -- Вы вампир.
  -- И?
  -- Вампирам нельзя на ту сторону.
   Я вспомнила Александра и разозлилась.
  -- А вот это не вам решать. Едем.
   Несколько минут в салоне царило молчание. Только Рамон сопел у меня в ногах. Хотелось что-нибудь разбить или, на крайний случай, кусить кого-нибудь. Та сторона - эта сторона. Похоже, мне удалось вляпаться по самое не хочу. Где-то на грани безумия и гениальности пришла мысль, что все это чья-то хорошо продуманная игра. Мысль появилась и так же быстро пропала.
  -- Таня, - заговорил Денис. - Вы еще плохо представляете, что значит быть вампиром, голод не заглушить одной или несколькими жертвами.
  -- Уже поняла.
  -- На той стороне будет хуже.
  -- А на этой, думаете, мне хорошо? - раздраженно фыркнула, желая если не придушить нового знакомого, то хотя бы стукнуть.
  -- На этой стороне мы могли бы пойти в пункт донорства и вас бы поставили на учет.
  -- По-моему вас прислали меня убить. Или я ошибаюсь? - ехидно заявила я, косясь на Дениса.
   Бравый работник по борьбе с нежитью смутился и замолчал. Валера заерзал. Он плохо понимал, что происходит. Он, как и я, оказался непонятно где, и непонятно как. Хотя в его случае, есть небольшая определенность - его привезли.
  -- Ну, вы достаточно разумны, чтобы я сообщил своему начальству...
  -- Не надо, - буркнула я.
  -- Вы не понимаете! - воскликнул Денис, чем-то сильно расстроенный.
   Неужели переживает? Вот только за кого? За меня? Сомневаюсь. Скорее за свою шкуру.
  -- О, вы ошибаетесь, - раздраженно дернула плечом. - Я хорошо все понимаю. Меня обратили, и обратили меня на той стороне, а не на этой. Следовательно, я должна найти того, кто меня обратил, и воззвать к ответу.
  -- Таня это не возможно, - обреченно вздохнул собеседник.
  -- Почему же?
  -- Мы почти на границе.
  -- Прекрасно.
  -- На посту нас не пропустят.
  -- Понятненько, - прошипела я сквозь зубы. - И кто у нас на посту?
  -- Оборотни. Их тяжелее всего загипнотизировать. Да и магия берет их с трудом.
  -- Прорвемся, - фыркнула, оборачиваясь к ангелу. - Ибрагим.
  -- Слушаю.
  -- Поступим так...
  

Глава 10

   Напасть на оборотней оказалась не самая удачная идея. Одно радовало - до полнолуния далеко, иначе затея вышла бы нам боком. Оборотни ничем не отличались от обычных людей только разило от них псиной так, что при приближении к ним, я едва не выдала себя громким чихом. Вовремя зажала себе нос.
   Вывести из строя четверых несмышленых мальчишек сонно блуждающих по территории дело простое, но когда появился старший стало не до шуток. Он материализовался из темноты, заставив меня вздрогнуть от неожиданности.
  -- Кто?..., - зарычал он и бросился на меня.
   Увернулась чудом. Скользнула в сторону, но оборотень снова преградил путь. Плохо дело. Старший оказался в разы сильнее, быстрее и смышленее. Гонял он меня по заставе минут двадцать. Не будь я уже мертвой, окочурилась бы. Зато увлеченный моей поимкой, он не заметил промелькнувшую в темноте машину. Этого и добивалась.
   Ибрагим просигналил, что со спектаклем можно закругляться. Пробежав еще кружок, без предупреждения набросилась на преследователя. В прыжке тело взлетело пушинкой над землей, затем камнем обрушилось на мужчину.
   Оборотень крякнул, и рухнул срубленным деревом, не удержав равновесия. Победоносно хмыкнув, я решила подкрепиться. До города путь не близкий, а нападать на своих мне не хотелось.
   Оборотень выглядел, мягко говоря, офигевшим. Его мерцающие в темноте глаза выпучились, из горла вместо слов вылетали возмущенные хрипы. Неужели я такая тяжелая?
   От него хоть и пахло, но все ж терпимее, чем от парней. "Может это зависит от возраста?" - подумала я, приноравливаясь к новому способу питания.
   Кровь оборотней на вкус оказалась терпкой и душистой, как хорошее красное вино. Но больше всего меня озадачила его реакция, которая сперва была вполне естественной, хотя удушение, честно говоря, это неприятно, однако после нескольких глотков, мужчина начал весьма громко постанывать, а душившие руки заскользили по телу. Эй-эй, мы так не договаривались!
   Я естественно попыталась драпануть, но не тут-то было, оборотень крепко держал в медвежьих объятьях. Вот ведь незадача.
  -- Так, и долго ты тут обниматься собралась? - раздался возмущенный голос Ибрагима.
  -- Он не отпускает, - раздраженно прошипела я, пытаясь оттолкнуть вцепившегося в меня оборотня.
  -- В каком смысле?
  -- В самом прямом.
  -- И что на этот раз?
  -- Ничего, просто решила подкрепиться.
  -- Нашла время, - фыркнул вестник.
  -- Ибрагим! - прохрипела я, делая очередную попытку выбраться из стальных объятий.
  -- Что?
  -- Помоги, черт бы тебя побрал!
  -- Что???
  -- Ну, пожа-алуйста!!!
   Не знаю, что ангел сделал, но оборотень тут же обмяк, а громогласный храп едва не лишил меня слуха.
  -- А раньше ты это сделать не мог?!
  -- Ты не просила.
   Я посмотрела на Ибрагима как на тяжело больного на голову. Чтоб тебе икалось, вестник, блин. Встав и отряхнувшись, с интересом оглядела распластавшегося у ног оборотня. Ночное зрение штука хорошая, да вот только у меня оно что-то барахлит: то хорошо вижу, то, как через матовое стекло. Скорей всего, тороплю события, и способности еще не вошли в силу.
   "А он ничего", - подумала я. Высокий, широкоплечий, хорошо развитый физически, мужчина лет сорока сладко спал. Крепкую шею щупальцами обвивала странная татуировка, но рассмотреть, что изображено мне не дал сварливый ангел.
  -- Ты идешь?
  -- Иду. Иду.
  

***

   Сев в машину я не проронила ни слова. Даже когда Ибрагим начал ябедничать на меня Ричарду. Было мне, о чем подумать. К сожалению, Денис оказался прав. Веду себя как дикая. Представления не имею ни на что способна, ни как себя ограничить. С каждой каплей крови мир для меня становится все более чуждым. В мысли вплетаются какие-то странные ощущения, слух улавливает звуки, которые раньше я бы сочла за шум, а глаза начали отображать все в каком-то нереально четком видении.
   Я еще не знаю, что скажу, при встрече, Александру, но даже мысль об этом, заставляет всё внутри меня завязаться в узел. Накатывает страх, а может ярость. Пока не разобралась. Но то, что не спешу встретиться с хозяином, определила точно. Не готова я к экстриму. Нужно время, чтобы собраться с силами.
   Изумительная кровь оборотня, бродя по сосудам, вызывала приятную истому. Странное, какое то ощущение - сосуще-томительное. Тоже вопрос, на который хотелось бы получить скорый ответ, но задать его Денису я постеснялась.
  -- Таня, что-то случилось? - вывел меня из транса Денис.
  -- Может быть, - фыркнула я, и более ехидно. - А кто-то говорил, что мы не прорвемся?!
  -- Это странно.
  -- Что именно?
  -- На заставу не пускают молодняк, - нахмурился работник по борьбе с нежитью. - Да, и вели они себя как пришибленные.
  -- Нам повезло.
  -- Ну, если ты хочешь в это верить, - многозначительно хмыкнул Денис.
  -- Приходится, - отмахнулась я.
  -- Тань, - позвал Ибрагим.
  -- Что?
  -- Это ты мне? - почти хором спросили Денис и Валера.
  -- Нет, это не к вам. Да, Ибрагим.
  -- Мне тоже кажется эта ситуация странной. Оборотни достаточно сильны, чтобы с легкостью расправиться с тобой. Особенно их старший.
  -- Н-да, этот мог бы и сразу прихлопнуть, а не носиться за мной по всей заставе. Думаешь, все было спланировано?
  -- Выходит, что так.
  -- Не нравится мне это.
   Задумавшись, начала поглаживать спящую в ногах собаку. В голову лезли безрадостные мысли.
  -- Таня, с кем ты все время разговариваешь? - поинтересовался Денис.
  -- Мы уже на ты?
  -- Было бы неплохо.
  -- Хорошо, - согласилась я. - С духом и ангелом. Духа зовут Ричард, а ангела Ибрагим.
  -- С ангелом?
  -- Да.
  -- Ты шутишь?
  -- А похоже?!
   Денис посмотрел на меня с сомнением. Валера скептически пожал плечами, почему бы и нет. Я с ним соглашусь, если есть вампиры и оборотни, почему бы не быть и ангелам.
  -- А какой он?
  -- Кто?
  -- Ангел.
   Я обернулась и пристально посмотрела на упомянутого, так пристально, что Ибрагим смущенно потупил взор и покраснел.
  -- Молодой человек в сияющих одеждах, - глубокомысленно изрекла я.
  -- А у него есть крылья? - это уже Валера.
   Скосила взгляд на все еще пылающего ангела. Ну, очень миленько. Так бы и затискала. Хорошо сижу на переднем сиденье, а не на заднем.
  -- Это только атрибут, - качнул головой Ибрагим. - Мне они не нужны. Я не из боевой элиты.
  -- Он говорит, что они не у всех, только у боевых ангелов.
  -- А-а! - ничего не поняв, выразился Валера.
  -- Удивительно, - одними губами произнес Денис, но я его услышала.
  -- Что удивительно?
  -- Ангел общается с вампиром.
  -- И, что в этом такого? Ты же вроде говорил, что мы находимся в этой вашей зоне, где существуют все те, кого у нас принято называть - мифом, выдумкой.
  -- Да... Но ангелы.
  -- Если мне не изменяет память, есть еще и демоны.
   Ибрагим поспешно перекрестился, и скорчил мне гневную мину. Да, ладно, я же не призываю никого. Или мне теперь их уже и упомянуть нельзя?
  -- И ангелы, и демоны, - согласился Денис. - Да только на контакт они не идут. Ни с магами, ни тем более, с нежитью. Они, конечно, всегда где-то рядом, но, как бы в стороне.
  -- Ну, я думаю, во всех правилах, найдется место для исключения.
  -- Ты считаешь себя исключением? - в голосе мужчины я уловила скрытое за ехидством восхищение.
  -- Думаешь, высоко замахнулась?
  -- Считаю, что если появляется такое исключение - жди беды.
  -- Я согласен с ним, Таня, - вмешался Ибрагим.
   С небес на землю. Да - да, я и сама прихожу к выводу, что такие исключения возникают неспроста, но признать, значит сдаться, а я не люблю сдаваться.
  -- И ты, Брут, - надулась я.
  -- Это ты мне? - удивился Денис.
  -- Нет, ему, - указав назад, где уже давно видел десятый сон Валера.
  -- Таня.
   Глаза ангела бередили душу. Нет, так не пойдет.
  -- Давайте помолчим, - попросила я свою разношерстную компанию, - мне нужно отдохнуть.
   Не то, чтобы я устала, просто не хотелось говорить. Впереди появились огни ночного города. Почти на месте.
  

***

  -- А-ааа!!!!!Дура! Вот тебе.
  -- Сама дура! Хватит банкой махаться.
  -- Отпусти-иии!!!!
  -- Сама отпусти. Кошка бешеная.
  -- Вампирша драная.
  -- Ведьма недобитая.
  -- Девочки прекратите.
  -- Пошел ты!!!!
   Вот так прошло наше знакомство с женой Толика. Объяснять ничего не пришлось. Любовь Владимировна оказалась натуральной ведьмой в каком то там поколении, уж простите, не запомнила в каком. Да и характер у дамочки соответствовал.
   Увидев на пороге своего дома вампиршу, женщина среагировала моментально - окатила меня с ног до головы святой водой. Когда первая порция не возымела никакого действия, схватилась за другую банку, однако перспектива быть окаченной во второй раз меня не прельщала, поэтому я вцепилась в нее мертвой хваткой. Мы некоторое время играли в перетягивание емкости, пока содержимое оной не оказалось на штанах, пытающегося разнять нас, Дениса. После чего, нас схватили за уши, и, несмотря на громогласные протесты, впихнули в квартиру.
   Сейчас сидим на огромном диване в гостиной и потирам травмированные органы слуха. Уже тихие, как два ангелочка.
  -- Успокоились? - раздраженно меряет шагами комнату Денис.
  -- Да, - слаженным хором отвечаем мы.
   Немного придя в себя, Люба принесла сухую одежду. Комплекция у нее почти как у меня, только грудь размера на два больше, ну и бедра уже - чуть-чуть.
  -- Вас Толик прислал? - спросила она, когда вдвоем шинковали бутерброды на кухне.
  -- Ага, - кивнула в ответ.
  -- Как он там? - с надеждой, свойственной любящей жене.
  -- Да, никак, - фыркнула, заправляя салат майонезом, - Его ни в ад, ни в рай.
  -- Плохо, - с едва скрываемой горечью.
  -- Точно, - кивнула. - Он говорил, ты можешь помочь.
  -- В чем?
  -- Ну, с деньгами.
  -- Так у меня их нет, - удивленно воззрилась она на меня. - Он мне счетов своих не говорил.
  -- Вон, Ричарду сказал.
  -- А, ну тогда, конечно.
  -- Люба.
  -- Что?
  -- Ты это не бойся меня, ладно.
  -- Да я и не боюсь. Сначала может быть, а сейчас ни капельки.
  -- Ты ведь нас ждала? - неуверенно, поглядывая на дверь, за которой подслушивает Валера.
  -- Ну, мне карты сказали, - немного помолчав, ответила Люба, - что сегодня смерть придет.
  -- И пришла я.
  -- Где вампиры, там и смерть, - грустно улыбнулась ведьма. - Только ты какая-то не такая.
   О, пошли по новой. Вся я такая - внезапная, удивительная и неповторимая. Даже самой смешно.
  -- Понимаешь... Я же тебя святой водой облила, а тебе хоть бы хны.
   А, вот это и для меня сюрприз. Приятный, между прочим.
  -- Ибрагим тоже говорит, что я какой-то там феномен.
  -- А кто такой Ибрагим?
  -- Ангел.
  -- Серьезно?
  -- Уф. Конечно, серьезно.
   Замолчали, только чаще застучали по доскам ножи. Ибрагим появился на кухне, но увидев мой выразительный взгляд, исчез. Валера тоже решил удрать раньше, чем его заметят. Хотя заметили его давно. Причем обе.
  -- Люба.
  -- Угу.
  -- Ты что-нибудь знаешь о городских вампирах?
  -- Ты думаешь, что один из них твой хозяин?
  -- Я не думаю, я знаю.
  -- И как его зовут?
  -- Александр.
   Люба подавилась огурцом. Похлопала ее по спине. Перестаралась. Возвратила в исходное положение, стряхнув при этом прилипшую к фартуку мелко нарезанную зелень.
  -- Алекс... кхе...сандр, - вытирая слезы, прокаркала Люба.
  -- Угу.
  -- А как он выглядит?
   Стараясь не отходить от оригинала, я описала все, что мне запомнилось. Благо внешность у Александра запоминающаяся. Да и с памятью у меня проблем нет. Теперь нет. Люба задумалась, затем вздохнула, и посмотрела на меня взглядом полным материнской грусти и нежности. Я даже смутилась.
  -- Александр - хозяин города, Таня.
  

Глава 11

   У меня случилась продолжительная истерика, после которой меня дружно отпаивали валерьянкой несколько часов подряд. Объяснить с какого такая реакция, Люба не спешила. И правильно. Меньше знают, лучше спят.
   Под нелепым предлогом, меня даже изолировали. Отвели в самую дальнюю комнату без окон и заперли. Солнце давно встало, но спать не хотелось. И, если честно, очень неприятно сидеть в одиночестве и заниматься самокапанием.
   Ибрагим утешал меня, качая на руках точно малое дитя. Смотрелось впечатляюще, если еще вспомнить, что никто, кроме меня ангела видеть не может, то и вовсе сногсшибательно. Однако это зрелище лицезрела исключительно хозяйка квартиры, изредка появляющаяся проверить как у меня дела.
  -- Ну, ты представляешь, - хнычу ему в жилетку.
  -- Представляю, - нежно и ласково, аж сердце в груди замирает.
  -- Вляпалась.
  -- Не без этого.
  -- И что теперь делать?
  -- Утро вечера мудренее.
  -- Не смешно, - обиженно надув губы.
  -- Я образно, - немного смущенно.
  -- Знаю.
   В комнату вошла Люба, неся в руках поднос с чашкой кофе и круассаном на блюдечке. Не знаю на счет выпечки, зачем она ее принесла, от съестного все еще воротит, но кофе выпила залпом и попросила добавки.
  -- Ибрагим.
   Вопросительно вздернул бровь. Забавно это у него получается. Я тоже умею, но как то не так.
  -- А почему ты меня тогда испугался?
  -- ?
  -- А сейчас не боишься.
  -- Я не испугался, а растерялся. Вот и все.
  -- Да, ну! - ехидно сверкая золотисто-зелеными глазами.
  -- Ну, да! - без улыбки смотрит в упор, только глаза смеются.
  -- Ври, да не завирайся.
  -- Ангелы никогда не врут.
  -- Ну, Ибрагииим! - канючу, дергая его за лацканы жилетки.
   Когда только успел переодеться? Теперь на нем белые брюки и рубашка, поверх которой облюбованная мной жилетка серого цвета с золотыми пуговицами. Замечу, этому "подлецу" все к лицу.
  -- Встретишься с остальными вампирами, тогда поймешь.
  -- Неужели все так плохо, - недоуменно потираю подбородок. - Александр хоть и похотливая свинья, но не скажу, что страшный.
  -- В каком смысле?
  -- Ну, он симпатичный. Опасный, но симпатичный, - подумав и более уверенно: - Очень симпатичный. Ну, такой высокий, статный, мужественный...
  -- Скажи прямо - красивый.
  -- Ну...
  -- Хватит нукать, - раздраженно скидывает меня с колен. - Еще дел уйма, а я с тобой тут нянчусь.
   Яркая вспышка и я стою посреди комнаты совсем одна. Глазами недоуменно лупаю. А на душе неприятный осадок. Если, конечно, она у меня есть, душа эта.
  -- Ну, и что это было? - вслух комментирую свое недоумение.
  -- Ты к кому обращаешься? - вошла Люба.
   Она некоторое время стояла за дверью с подносом, и случайно подслушала часть разговора.
  -- Сама не знаю, - со вздохом отвечаю ей.
  -- Хочешь совет?
  -- Какой?
  -- Если не хочешь ссор с возлюбленным, никогда не говори при нем о другом мужчине. Да еще с таким щенячьим восторгом.
  -- Какой еще возлюбленный?!!! - вытаращилась я на нее.
  -- Не знаю какой, - пожимает плечами ведьма. - Тебе лучше знать.
  -- Ты все не так поняла.
  -- Ты так думаешь? - сверлит взглядом, от чего хочется признаться во всех самых тяжких, если бы они были.
  -- Уверена, - раздраженно одергиваю мешковато висящую на мне блузку.
  -- Все равно. Мужчинам не нравится слушать о других.
  -- Он же ангел!!
  -- Мужчина?
  -- Н..э-э, - нахмурилась, обдумывая вопрос, затем смиренно кивнула, - Мужского пола.
  -- Что и следовало доказать.
   Горестно вздыхаю. Получилось весьма правдоподобно. Что-то не подумала я об этом. В следующий раз буду умнее. Вон, даже Рамон заныкался под кровать, только хвостовая часть и видна. Это, что, отношение ко всей ситуации в целом или ко мне лично? Мужчины, блин.
  

***

   Проснулась часов в девять вечера. На столике у кровати пакет с кровью и записка. На листке А4 корявым подчерком одна единственная фраза: "До одиннадцати из комнаты ни ногой".
  -- А задом? - поинтересовалась я у стен.
   Ответа, естественно не последовало. Рамон удивленно поднял ухо, но сообразив, что вопрос риторический, снова задремал. От него пахло свежестью и шампунем, значит, Люба с ним все-таки погуляла. Хорошо. А то утром не успела ее об этом попросить. Вырубило практически сразу. Помню, мы с ней о чем-то еще болтали, потом сплошная тьма.
   Кровь сегодня какая-то невкусная! Горчит. Или я привередничаю? Но выбора все равно нет, что дали, то дали, и на том спасибо.
   Сидеть два часа без дела не хотелось. Отмахнувшись от голоса разума, высунула нос из комнаты. Тишина. Я во всем доме одна что ли?!! Прислушалась, подключила к делу даже внутреннее чутье. Так и есть. Одна одинешенька. Стало не по себе. Последние несколько дней проведенные в шумной компании, мне нравились больше, чем сегодняшнее вынужденное одиночество. Оставшись один на один со своими страхами, я ощутила, до какой степени натянуты мои нервы.
  -- Рамон, где в этом лабиринте ванная?
   Жалобно заскулив, ротвейлер по-пластунски уполз под кровать. Понятно, он теперь и на пушечный выстрел к нужной мне комнате не подойдет.
  -- Предатель, - фыркнула я. - Ну, и сиди тут. Сама найду.
   Найти душевую то, я нашла, да только без сменной одежды идти мыться нелепо. Поплескалась в раковине, проигралась с датчиками горячей воды и потопала на кухню. Найти ее не составило труда. Нюх привел.
   Блин!! И как мне разобраться в этих многочисленных шкафчиках? Сплошняком по стенке еще и без ручек. Как прикажите поступать? Потыкала, попинала, поматерилась - никакого толку. Крушить все к едрене фене не стала - в гостях все-таки.
   А вообще, где все? Я что кого-нибудь отпускала? Блин вампирша недобитая - только уснула и все разбежались. Ладно, Ибрагим, с ним все ясно. С Любой тоже без вопросов. Но где Ричард, Денис, Валера в конце концов!!!
   Я разозлилась. Очень сильно разозлилась. Было ли это последствием пережитого стресса или этому поспособствовал страх, но взбесилась я не на шутку. Тут же голова закружилась, мир вокруг смазался, краски поблекли и меня, точно ядро из пушки с неимоверной скоростью вышвырнуло из тела.
   Я оказалась одновременно всюду и нигде. Реальность воспринималась как нечто бесформенное, нематериальное, тягучее и податливое чужой воле. Первое ощущение испытанное мной была паника. Но по мере того, как мир приобретал знакомые черты, страх начал отступать, а на смену пришло любопытство. Взяв себя в руки первым делом огляделась.
   Парю в нескольких метрах от дома. Видимость отличная. О, вон и Люба домой идет! Странно, вроде богатая женщина, а за продуктами по старинке ходит?! Рядом с ней Ричард, серым пятном скользит в пространстве. Она его не видит, но слышит, по-моему, отлично. Так с ними все ясно. А где остальные? Сосредоточилась. Мир смазался.
   Первым нашла Дениса. Физически его не вижу, но чувствую. Пытается дозвониться до своего начальства, пока ничего не выходит. Связь плохая. Недолго думая, мысленно дотягиваюсь до его сознания и что есть мочи рявкаю: "Брось трубку"!!! Денис вздрагивает, испуганно бросает трубку. Не позволив одуматься командую: "Домой"! "Сейчас же!" Бравый хранитель ночного порядка сорвался с места. Перемахнув через машину, кувырнулся по капоту другой, между делом послал водителя по адресу, и пулей полетел ко мне.
   Валера получал нагоняй от суровой матушки. Дородная женщина гоняла парня полотенцем по квартире, обзывая его: тунеядцем, троглодитом и глистой зеленой. Решила не вмешиваться. Семейные разборки не мой профиль.
   Матерь небесная, мне удалось дотянуться до Ибрагима!!! Дел у него впрямь уйма, еще и отчитываться за непринятые по факту души приходится. А начальник то серьезный, вон как ругает за прогулы. А он ведь не прогуливает, он со мной возился.
  -- Это еще что такое?!! - грозно взревел ангел.
   Упс, похоже, меня заметили. Пора делать ноги или что там у меня сейчас. Влетит же, мало не покажется.
  -- Стой!
   Встала. А лучше сказать застыла. Как морская звезда на песочке.
  -- Кто такая?
  -- Таня.
  -- Что здесь делаешь?
  -- Да так мимо пролетала.
  -- Вампир?!
  -- Угу.
  -- Ты хоть представляешь, где находишься?!!
   У-у, грозно как вопрошает. Вот только не страшно. Нутром чую, что зла он мне не желает. Ну, даже если бы и хотел, то прибил бы сразу, а не болтал.
  -- Примерно, - мнусь, пытаясь вырваться из невидимого плена.
  -- Пошла вон.
  -- С удовольствием.
   Но перед тем, как уйти целую своего вестника в висок, пусть не думает, что я начальника его боюсь. Если что я за ценой не постою. Да и мириться надо.
  

***

  -- Таня. Таня. Ты меня слышишь?
   Кричит в ухо Люба, дергая меня за плечи.
  -- Слышу, не глухая.
  -- Не глухая, а чего тогда на полу валяешься?
  -- Отдыхаю.
  -- Нашла место.
  -- Где нашла, там и отдыхаю.
  -- Ты больше меня так не пугай.
  -- Гарантий дать не могу.
   Поднялась с пола, отряхнулась от несуществующей грязи, посмотрела на Любу глазами несчастнейшего из лю... вампиров.
  -- Что случилось? - недоуменно воззрилась на меня Люба.
  -- Мне дверцы не открыть, - пожаловалась я.
  -- А-а! - ехидно усмехнулась ведьма. - Надо просто на правый верхний угол нажать.
  -- Гадство.
  -- Дизайнер придумал. Я его потом еще полгода мечтала придушить.
  -- Я следующая на очереди.
  -- А где все?
  -- Скоро будут.
  
  

Глава 12

  -- Убью!
   С таким душераздирающим обещанием бросился на меня объявившийся в полночь ангел. Я стартовала без задержки, только увидев его искаженное бешенством лицо. Совершая первый в своей жизни, кросс с препятствиями на выживание, с радостью подумала: как хорошо, что я вампир.
  -- Ну, что ты! - перепрыгивая через здоровенное кресло в стиле модерн. - Я же хотела как лучше!
  -- Убью!
  -- Я не специально! - прыжок из разряда "золотая медаль обеспечена".
  -- Убью!!
  -- Пожалей себя. Нервные клетки не восстанавливаются, - уворачиваясь от захвата.
  -- Убью!!!
  -- Сп-ааси-ите!!! - в попытке отцепить его руки от своей шеи.
   Мне определенно не нравится, когда меня душат. Во-первых, ассоциации с выжимаемой половой тряпкой, а во-вторых, крайне неприятно, хотя, в моем случае, уже не смертельно.
  -- Убью! Убью! Убью! - неистово тряся, от чего дурная голова мотается из стороны в сторону.
  -- А ка-аак кхе-кхе же: Не уби-ий.
  -- К тебе это не относится.
  -- Жи-иить хаа-очу.
  -- Обойдешься.
  -- Умира-аю! - сипло, входя в образ всеми любимого лебедя.
  -- Когда надоест дурачиться, - вошла в гостиную Люба, - ждем вас на кухне.
   Голос разума в исполнении ведьмы возымел свое действие, и ангел таки разжал руки. Я шмякнулась на пол, кашляя и потирая многострадальную шею.
  -- Ты хоть понимаешь, что ты натворила?! - затушив в глазах огонек бешенства, поинтересовался Ибрагим.
  -- Представления не имею, - с недоумением пожимаю плечами. - А что тебя не устраивает?
  -- Да, мне такой разнос устроили!!! Израил рвал и метал. Я грешным делом подумал, его кондратий хватит. Меня же и уволить могут!
   Я смутилась. Возможно, даже покраснела. Но не отпираться же детским: так получилось. Ибрагима стало жалко. Вина моя, а ему влетело.
  -- Ну, ну. Все хорошо, - подползла к поникшему ангелу, и, совершенно из благих намерений обняла. - Я больше так не буду. Чесслово.
   Ибрагим скосил на меня осуждающий взгляд карих глаз. И что опять не так? Я ведь совершенно искренне раскаиваюсь! А то, что ухмыляюсь, так это не в счет.
  -- Хочешь поцелую?
   Ангел посмотрел на меня как на умалишенную. Ну вот, блин, опять что-то не то сказала! Ну, нет, так нет. Обиженно отвернулась, чтобы не видеть эти сощурившиеся насмешливые глаза.
  -- Целуй, - милостиво, как с ребенком или с тяжело больной.
  -- Не буду, - насупившись и не смотря в его сторону.
  -- Тогда я сам тебя поцелую, - очень уверенно, даже мурашки по коже побежали.
  -- Не посмеешь, - скорее из вредности.
   Посмел. Да так посмел, что кругом голова пошла. Не сиди я на полу, точно бы грохнулась. А ведь каким скромником прикидывался?!!
  

***

   Ибрагим исчез сразу же, как только наш поцелуй прервался. Я испытала такую невообразимую гамму чувств, что с трудом вспомнила, что же мне надо делать дальше. В голове пели птички, звенели колокольчики. Надо же какие веселые галлюцинации из-за одного поцелуя. Переведя дыхание, и немного освежившись в душевой, потопала на кухню.
   Переступив порог, окинула компанию цепким взглядом вампирьих глаз. Встрепанный Денис резко отвернулся. Догадался, что ли какой бес его дернул вернуться? Нет, похоже, не догадался. Тогда, что за непонятная реакция? Валера, увидев меня, начал дебильно лыбиться, я даже засомневалась в его адекватности. Ричард, зависнув в добром метре от стола, переливался всеми цветами радуги. Это, что еще за фокусы?
  -- С тобой все в порядке? - зашептала Люба, когда села рядом с ней.
  -- Да, - удивленно и тоже шепотом. - А что?
  -- Ты светишься.
  -- Иди ты?!! - недоуменно.
   Но посмотрев на руки, нахмурилась: кожа изнутри подсвечивалась каким-то золотистым светом. Вот это да! Откуда? Как?
  -- И еще, - серьезно до зубного скрежета. - Ты бы магию свою приглушила, а то мальчики-то не каменные. Да, и... Короче завязывай с демонстрацией Силы.
  -- Не поняла?
  -- Да от тебя за километр вампирьими чарами разит!!! - рявкнул Денис, вскакивая с места, - Хочешь нас в бессловесных рабов превратить?!! Кровососка недоделанная!
  -- Не хочу, - смутилась я.
  -- Ты главное не нервничай, - тут же попыталась успокоить Люба. - Просто возьми себя в руки. Глубокий вдох... выдох....вдох... выдох. Вот уже лучше.
   Свет под кожей стал медленно затухать. Аутотренинг помог, сердце в груди перестало биться как попавшая в клетку птица. Стоп!!! Какое еще сердце!!!
  -- Люба послушай, - потребовала я, молниеносно прижав ее голову к своей груди.
  -- Чё? - опешила ведьма, даже не делая попыток вырваться.
  -- Слушай.
  -- Эй-эй, девочки вы чего?! - воскликнул Ричард, принявший свой естественный вид.
  -- А можно мне тоже? - едва не истекая слюной, с придыханием, попросил Валера, но встретил мой взгляд, и тут же съежился.
  -- Тихо, - потребовала Люба.
   Денис смотрел на меня, а его руки сами собой тянулись к колюще-режущим предметам. "Какой же ты упрямый", - улыбка сама собой растеклась по губам. Денис тряхнул головой, словно избавляясь от наваждения. Так-то лучше.
  -- Этого не может быть! - одними губами прошелестела Люба.
   Естественно никто кроме меня этих слов не услышал. Ведьма отстранилась. В зеленых с темными вкраплениями глазах отразился шок.
  -- Да, что случилось то? - не выдержал затянувшегося молчания дух.
  -- У нее сердце ..., - все еще прибывая в прострации забормотала ведьма. - Бьется сердце.
  -- ЧТО????

***

   Эта новость, как взрыв атомной бомбы, потрясла всех. Выразиться спешили все и сразу, но в какофонии звуков можно было дешифровать только одну фразу: "Этого не может быть"!!!
   Может или нет, но факт на лицо, а правильнее в моей груди, где так привычно и естественно сердце вновь гоняет кровь по сосудам. Само, своими силами!! Дикость! Безумие! Чудо! Тем не менее, неоспоримый факт.
   Кровавые ручейки по моим щекам. Ну, вот опять!! Люба со вздохом выудила откуда-то очередную не распакованную коробку одноразовых платочков.
   Жуткое это зрелище - слезы вампира: красное в прямом и переносном смысле искаженное в гримасе лицо, стол, заваленный использованными носовыми платочками, и, кухня, превратившаяся в операционную сумасшедшего хирурга.
  -- Ну, что ты, Тань? - ободряюще гладя по плечу, шепчет ведьма. - Радоваться же надо.
  -- Я и радуюсь, - утирая слезы. - Просто... это само. Остановиться не могу.
  -- Может валерианочки?
  -- Давай.
  -- Твою м..., - выразил свое мнение Денис. - Что же ты вообще такое?
  -- Вампир.
  -- Ага, - хмыкнул бравый работник по борьбе с нежитью. - Если ты вампир, то я прима-балерина.
  -- Да, кто тебя знает, - парировала я.
  -- Танечка, ты не обижайся только, - подлетел ближе, паривший до этого в сторонке, дух, - но это странно. Очень странно.
  -- Странно, - не упорствуя согласилась я. - Но я не знаю, как это объяснить.
  -- Может, ты становишься человеком? - предположил Валера.
  -- Сомневаюсь.
  -- Мне нужно связаться с начальством, - рванул было к телефону Денис, но в проеме стояла Люба с валерианкой.
  -- Даже не думай, - ведьма одним взглядом пришпилила мужчину к табурету. - Знаем мы вашу братию, быстренько ее под "колпак" и пиши, пропало. Не позволю.
   Я увидела, как завибрировал воздух между этими двумя. Первым, увы и ах, сдался Денис. Но его я не осуждаю, взгляд ведьмы даже меня заставил трепетать.
  -- А тебе, Таня, я бы порекомендовала либо избавиться от него, - весьма жестко заявила Люба, - либо крепко очаровать, если хочешь всюду таскать его за собой. Ты еще молоденькая, и не знаешь на что способна Служба борьбы с нежитью.
   Смущенно улыбнулась ей. Действительно молоденькая, и уж тем более не знаю, что представляет собой эта служба борьбы, но постараюсь исправиться.
  -- Я подумаю об этом.
  -- Не надо думать, - грозно нависла надо мной ведьма. - Поверь мне, так будет лучше для тебя. Для всех нас.
   Посмотрев в ее глаза, я с грустью подумала, что по правде говоря, ничего не знаю ни о ком из своих новых знакомых. Денис боевик службы борьбы с нежитью: упрямый, несдержанный, но в душе добрый, хотя и со своими тараканами. Валера жулик до корней волос, но нечего действительно плохого я пока в нем не заметила. Дух он и есть дух - ни плохой, ни хороший.
   А вот Люба меня беспокоит. Она так старается казаться заботливой и доброй, отзывчивой и надежной, что не замечает, как ее маска трещит по швам. Медленно, но верно проступают настоящие черты, и это совсем другая Люба: циничная, расчетливая, жестокая и бескомпромиссная. Одним словом - ведьма.
  -- Я подумаю, - с нажимом, чтобы наверняка дошло.
  -- Черт с тобой, - скрипнула зубами Люба, но тут же скрыла раздражение за улыбкой.
  -- Денис едем, - несколько поспешно выскочила я из-за стола.
   Не совсем уверенной походкой пошла звать Рамона, который, как оказалось, давно ждал нас в коридоре. Увидев меня, ротвейлер радостно завилял хвостом. Погладив пса, приказала найти прихожую. Спросить у Любы желания не возникло.
   Рамон бросился вперед, иногда оглядываясь и дожидаясь пока я доползу. Неспешный шаг скрыл возникшие проблемы с координацией. Прислушавшись к внутренним ощущениям, отметила, что появление сердечной деятельности сильно меня ослабило. Пес нашел искомое помещение быстрее, чем я ванную. Какая умная собака.
   Незаметно для окружающих облокотилась о стену. В голове туман, сухость во рту и предчувствие неизбежного. Так пробуждается Голод. Слишком много крови осталось на носовых платочках, а восполнить ее потерю оказалось нечем. Пакет крови, оставленный на столике у кровати, был последним из портативного холодильника, который утащил Ибрагим у борцов с нежитью.
  -- Куда едем? - поспел за нами Денис.
  -- Куда скажу, - раздраженно дернула плечом, - Едем.

Глава 13

  
  -- Куда едем? - сев в машину, в который раз спросил Денис.
  -- Как можно дальше, - хрипло, почти шепотом. - И чем быстрее, тем лучше.
   Прикрыв глаза, откинулась на спинку и попробовала не шевелиться. Даже не дышать, хотя с работающим сердцем, потребление кислорода увеличилось. До чудесного восстановления тоже дышала, но все поверхностно, и только по мере надобности.
   Сердце бравого солдатика забилось чаще. Он всё понял. Ну, ну не надо нервничать. Это же так соблазнительно, так чертовски соблазнительно, ощущать ускоряющийся пульс на кончике языка.
  -- Поговори со мной, - попросила я, чувствуя, что если так пойдет и дальше, то неизбежно сорвусь.
  -- О чем?
  -- О чем хочешь. Хоть песенки пой, только говори. Мне нужно отвлечься.
  -- Так плохо? - Денис покосился на мою трясущуюся в ознобе тушку. - С чего вдруг?
  -- Не знаю. Сразу прихватило.
  -- Что ощущаешь? - спокойно, без лишнего любопытства.
  -- В каком смысле? - вызывающе и раздраженно.
  -- Какие ощущения испытываешь? - сурово, подчеркивая каждое слово.
  -- Озноб, сухость во рту, желудок точно сворачивается в узел, слабость, в голове, словно вата и ... голод. Зверский голод.
  -- О-о, птица моя, - многозначительно хмыкнул Денис, - так у нас контакт с хозяином.
  -- Какой еще контакт?
  -- Самый прямой.
  -- Да, чтоб ему в корыто. С чего вдруг?
  -- Охотился где-то рядом, вот тебя и подкосило.
  -- А откуда...?
  -- Да, оттуда же.
   Я ждала, что Денис расскажет, откуда у него такие познания, но не дождалась. Вместо этого бравый солдатик решил просветить меня в вопросе отношений хозяина и птенца (которого он упорно называл цыпленком). Я сразу же представила себя в образе этакой безмозглой несушки, а Александра в образе петуха (обязательно черного с большим красным гребешком, падающим на один глаз, горделиво вздернутым клювом и огромными шпорами). Не сдержалась и тихо захихикала.
  -- Хозяева и цыплята ощущают друг друга на расстоянии. Большинство из них связаны ментально, но не все. Сама связь зарождается сразу же после инициации. Первые несколько дней после укуса цыплята валяются в отключке (чаще в морге). Их можно принять за обычных жмуриков, но на четвертый день они восстают...
  -- Интересно, а я на какой восстала?
  -- Надо в морге уточнить.
  -- Лучше у мамы спрошу.
   Глаза Дениса увеличились в размере раза в два.
  -- Она говорила, что ей звонили из морга..., - пожала я плечами. - Вроде как опознать тело.
  -- Ты звонила домой? - передернуло Дениса.
  -- Мама звонила.
  -- И ты с ней разговаривала?
  -- Естественно.
  -- Идиотка!
  -- Лучше представь себя на моем месте.
  -- Ладно... проехали.
  -- Так и че дальше после восстания... восставания... тьфу побудки (слово то какое - восстание).
  -- После восстания?... После восстания молодняк попадает под влияние хозяина, и уже не способен мыслить самостоятельно. Все их действия находятся под жестким контролем. Месяц цыпленок пьет только кровь создателя. Потом его учат охотиться, пить кровь у людей, при этом, не убивая жертву (по крайней мере, так должно быть). Связанные ментально, хозяин и цыпленок, поддерживают баланс сил. Чем больше цыплят (хватит ржать) у хозяина, тем он сильнее и тем труднее его убить. В твоем случае ты, скорей всего, испытываешь обычную ментальную тягу...
  -- О, а с этого места поподробнее, пожалуйста.
  -- Подробностей я не знаю. Это к магам нужно обращаться... короче это что-то вроде жажды близости.
   Я закашлялась, подавившись слюной.
  -- Не совсем то, о чем ты подумала, - хохотнул Денис. - Обычной близости: видеть, чувствовать, общаться.
  -- А-а! - облегченно выдохнула я.
  -- Я смотрю тебе лучше.
   Прислушалась к себе: голод поутих, желудок не болит, в голове прояснилось.
  -- Намного, - радостно закивала я.
   Только теперь обратила внимание, что в машине кого-то не хватает. Рамон дремлет на заднем сиденье. Ричард смотрит в окно.
  -- Где Саранча?
  -- Какая?
  -- Валера.
  -- Решил остаться у Любы, - поморщился Денис. - Увидел твое перекошенное лицо и решил.
  -- Правильно сделал.
  -- Тань, - позвал Ричард.
   Обернулась посмотреть, что еще случилось. Не понимаю, откуда уверенность, но дух определенно выглядел уставшим.
  -- Что случилось?
  -- Давай заедем за Лёней, - жалостливо попросил дух.
  -- Четыре часа утра! - вытаращилась я на него.
  -- Ну, пожалуйста, - сверля меня мутными провалами. - Таша все равно уже не спит.
  -- Хорошо, - сдалась я. - Куда ехать?
  -- Пусть свернет направо.
  

***

   Таша отнеслась к нашему появлению как к чему-то само собой разумеющемуся, ни скандала, ни выяснения причин. Молодая женщина даже не удивилась, когда я попросила увидеться с мальчиком, только потребовала разуться, так как недавно помыла полы.
   Лёне просыпаться не хотелось, но когда все же открыл глаза, то с радостным воплем бросился к Ричарду. Естественно пробежал насквозь и я едва успела его подхватить.
  -- Папа!! Папа!! Папа!! - трещал как заводной пятилетний мальчуган.
  -- Привет, червячок, - улыбнулся дух, хотя улыбкой эту перекошенную муть я назвала исключительно из вежливости.
   Я покосилась на духа, но тот, к моему сожалению, не спешил ничего объяснить. Денис тоже стоял несколько прибалдевший от происходящего. Таша примостилась в сторонке и с теплом наблюдала за семейной сценкой.
  -- Вы его видите? - обратилась я к ней с мучающим меня вопросом.
  -- Конечно.
  -- Офигеть.
  -- У нас это семейное.
  -- А вы...
  -- Сестра.
  -- А-а! Тогда понятно.
   Тут же нахмурилась. Нет, ничего не понятно. Если Таша сестра Ричарда, то зачем забирать ребенка? Малышу, похоже, и с ней хорошо.
  -- Мы с мамой в ссоре, - ответила женщина на мой невысказанный вопрос. - Она не пускает меня на порог.
  -- Э-э? - недоуменно посмотрела на мнущуюся под моим пристальным взглядом Ташу.
  -- Я вышла замуж без ее разрешения, - вымученно улыбнулась она.
  -- Сурово.
  -- Но я, все равно, люблю ее, - с печальным вздохом. - Она моя мать.
  -- Зачем отдавать ребенка?
  -- Я не смогу его обучить. Он способный малыш, а я растеряла все силы, когда вышла за Сашу. Такая моя цена за любовь.
  -- Сожалеешь?
  -- Нет, - резко воспряла духом Таша. - Я люблю Сашу, а он любит меня.
  -- Тогда нечего прибеднятся, - сощурилась я. - Некоторые всю жизнь любовь ищут, да так и не находят.
  -- Наверное, ты права, - смущенно улыбнулась та. - Но Леонида нужно учить. Если оставить так, как есть, дар может обернуться крупными неприятностями, как для него, так и для окружающих.
  -- Но как мне доказать, что ребенок Ричарда? - нахмурилась я, покосившись на щебечущих духа и Леню. - Или ты думаешь, он сам решит объясниться с мамой?
  -- Не думаю, - дернула себя за русые локоны Таша. - Она не станет его слушать.
  -- Что же вы мне предлагаете, - возмутилась я, - сунуть его вашей мамаше, сказать, что он, видите ли, сын ее покойного отпрыска и дать деру пока она будет переваривать услышанное?!!
  -- Ну, нет... Хотя идея хорошая.
  -- Так, - зарычала я, от чего глаза хозяйки в ужасе округлились, похоже, до нее только сейчас дошло с кем имеет дело. - Все с вами обоими ясно. Что один, что второй - два обалдуя. А вы о мальчике подумали?! По вашим разговорам выходит, что ваша матушка настоящий Цербер. Как ты думаешь, как Лёне будет в новой обстановке, у совершенно незнакомого человека, который даже собственных детей видеть не хочет?!
  -- Не говори так о маме! - испуганно пискнула Таша.
  -- А как о ней говорить?!! Сын боится ее как огня, и до кончины не признается, что у него самого уже есть сын, а дочь чуть ли не изгнана по причине того, что вышла замуж по любви. Как говорить о таком человеке?
  -- Ты ничего не знаешь!! - воскликнула женщина, чем привлекла всеобщее внимание.
  -- Нет, - рявкнула я и голос тяжелым эхом завибрировал в стенах маленькой детской. - Но поступки определяют людей. И буду откровенна, мне не хочется встречаться с той женщиной, которую вы называете мамой.
  -- Ричард, скажи ей! - взмолилась сестра, смахивая рукавом набежавшие слезы, но дух только смущенно пожал плечами, или что там у него.
   Таша убежала на кухню, хлопнув за собой дверью так, что висевшее на стене зеркало упало и разбилось. Не к добру. Ричард попытался успокоить малыша, расстроенного разыгравшейся на его глазах сценой, но ребенок все равно разревелся.
   Денис посмотрел на меня с укоризной, развернулся и ушел успокаивать Ташу. В комнате стало тихо, только шмыгал носом Леня. Н-да. Но я все же не считаю, что я не права. Выразилась, возможно, резко, но возмущение было таким сильным, что просто не хватило сил сдержаться.
  -- Вот такая я плохая, - поморщилась я.
  -- Да, нет, - грустно улыбнулся Ричард. - Просто Таша никогда не умела смотреть правде в глаза.
  -- Тогда зачем?
  -- Как она уже сказала, Леня очень способный мальчик, но дар нужно развивать.
  -- Понятно.
  -- Ты не подумай, - почему-то шепотом забормотал дух, - мама, она, не плохая, вот увидишь ее и поймешь. Мне после смерти даже начало казаться, что в нашей ситуации мы все виноваты поровну.
  -- Ладно уж, иди, успокой сестру, - подтолкнула Ричарда к двери, сев на кроватку по левое плечо от паренька, - а я с мальчиком поговорю, а то подумает, что я монстр какой-то.
   Ричард благодарно сжал мое плечо, от чего конечность мгновенно одеревенела. Болезненно поморщившись я махнула другой рукой, мол, все понятно, иди уж.
  -- А ты, правда, вампир? - тут же воззрился на меня Лёня. Н-да, и куда только слезы делись?
  -- Правда, - вздохнула и оскалилась в фирменной вампирьей улыбке.
  -- И ты пьешь кровь?
  -- Пью.
  -- А света боишься?...
   И так далее, и тому подобное. Из малыша, как из рога изобилия сыпались вопросы, ответов на которые у меня, увы, не было. Чего только стоили: а к какому клану ты принадлежишь, или какой тип магии ты используешь? Я отвечала честно, что не знаю, однако Лёню такие ответы не устраивали, и он засыпал меня новыми вопросами.
   Я стоически перенесла эту пытку, но была готова расцеловать появившегося в дверях Дениса, который пришел напомнить, что до появления солнца осталось не больше часа с хвостиком, и нам нужно как можно быстрее добраться до Любы.
  

Глава 14

   Дальше события развивались крайне стремительно. Не успели мы выйти из парадной, как что-то жахнула прямо у меня перед носом. Отпихнув Лёню назад в спасительную темень подъезда, я метнулась в сторону, отвлекая огонь на себя. Тело легко скользило в пространстве, подчиняясь каким-то хищническим инстинктам. Сознание расширилось, выискивая источник опасности.
   Совершенно точно ощутила присутствие, по крайней мере, трех человек и одного оборотня.
   Резкая боль пронзила плечо, но я, к сожалению, не придала этому значения, мой взгляд был прикован к высокому худощавому человеку в длинной фиолетовой мантии. Его глаза светились превосходством, а надменная улыбка, корежила красивые черты. Рывок в сторону, назад и резко вперед. Я вижу, как в синих глазах зарождается удивление, а потом страх. Располосовала ему когтями грудь, но не убила. Вовремя отскочила в сторону, и, предназначенный мне арбалетный болт, вонзился ему в бок. Он рухнул, костеря одновременно меня и криворуких боевиков.
   Ухожу от серии болтов, откидываю одного стрелка, второго запихиваю в помойку, но с каждой секундой силы беспричинно покидают меня. Когда что-то тяжелое навалилось на меня сверху, в плече хрустнуло, и по телу разлилась боль. Жгущая, выворачивающая наизнанку боль. Взвыла. Но долго мучиться не пришлось, кто-то сзади со всей дури врезал мне по голове, от чего я ласточкой сиганула в беспамятство.
   Очнулась резко, словно дернули рубильник. Сначала подумала, всё, конец, допрыгалась вампирша недоделанная. Но, по мере того, как уходила слабость и проявлялась боль в затылке и плече, с идиотским воодушевлением подумала, что раненько я себя хороню.
   Двое стрелков и Денис окружили раненного. Они делали попытки помочь, но мужчина в фиолетовой мантии так ругался, что я поняла - они больше мешают. Отголоски яростного спора долетали до меня, но пока ничего стоящего в нем не прозвучало. Обычные взаимные претензии. Слава богу, с ребенком все в порядке. Сидит на лавочке и затравленно поглядывает на мужчин. Ричард шепчет ему что-то на ухо, но, как кажется, мальчик его не слушает.
   Надо мной нависла чья-то могучая фигура. Я пригляделась и с изумлением признала в мужчине оборотня с заставы. Заметив, что я пришла в себя, он резко сел на корточки.
  -- Тсс-с, - приложил он палец к губам.
   Я удивленно изогнула брови. Это еще что такое?
  -- Хочешь жить?
   Хм-м. И какой ответ он хочет услышать? С большим трудом кивнула.
  -- Тогда веди себя тихо.
   Возражать не стала, но уставилась на неожиданного доброжелателя как на седьмое чудо света.
  -- Слушай меня внимательно, - продолжил удивлять оборотень, - если хочешь выпутаться из сложившейся ситуации без лишних дырок в теле, то делай всё, как я тебе скажу. Повезет, сегодня-завтра вернешься к своему хозяину.
  -- Я не хочу к хозяину! - сипло возмутилась я.
  -- Как это? - опешил он.
  -- Так, - буркнула, сверля его взглядом. - Он даже не знает, что я есть.
  -- Этого не может быть, - зашипел оборотень. - Ты же птенец?
  -- Цыпленок, - улыбнулась я, а подумав, добавила. - Будущая курочка несушка.
  -- Тогда не городи ерунды, - фыркнул он, не обратив внимания на мой сарказм. - Ты не похожа на дикую.
  -- Однако это правда. Хозяин не пришел за мной.
  -- Бред какой-то, - дернулся оборотень. - Ладно, разберемся. Пойду разведу по углам, а то сейчас до рукопашной дойдет. Ты пока полежи. А лучше закрой глаза и притворись...
  -- Мертвой? - брякнула я.
  -- Лежащей без сознания.
  -- А почему не мертвой? - надув щеки и сделав бровки домиком.
  -- Ты уже мертвая, - покосился он на меня с подозрением.
   Ох-хо-хо-ушки, а я уже и забывать начала. Неприятно то как. Тем не менее, покорно прикрыла глаза. Боль притупилась, но невыносимо хотелось потрогать затылок, чтобы удостовериться в целости ли моя головушка. Сосущий голод затаился, точно свернувшаяся в клубок змея, но только о нем вспомнила, зашипел, напоминая, что я до сих пор не удосужилась утолить его. Обойдешься. Мне сказали вести себя тихо. Что я и попытаюсь сейчас осуществить. Уши навострила. Лежу.
  -- Эта стерва мне нос сломала! - ныл первый стрелок, которого я отшвырнула.
  -- Да лучше бы она мне нос сломала! От меня теперь несет так, что святых выноси, - возмутился второй.
  -- Ну, и радуйся, - хохотнул Денис, - любая нечисть за своего примет.
  -- У меня кровь не останавливается, - продолжил гундосить первый.
  -- А ты лед приложи, - вставил Денис.
  -- Где мне лёд взять, умник?
  -- Вон вампирша лежит, - второй боевик, злился на меня больше, чем все остальные. - Наверняка холодная, как лед,
  -- Угу. Может мне с ней еще кровью поделиться?!
   А, что! Я не против! Совместим приятное с полезным? От этой мысли даже клыки заныли. Та-ак. Это уже нехорошо.
  -- Да, заткнитесь вы, - сердито рыкнул тот, что в фиолетовой мантии. - Мне, между прочим, больше всех досталось. Ладно бы только от нее, так еще и от своих. Валик, зараза, ты, когда в последний раз к окулисту ходил?
  -- Сам виноват, - раздраженно фыркнул второй. (Валик) - Ты, что говорил, что зелье свалит ее моментально. Ага. Видели мы. Даже не поморщилась.
  -- Я не понимаю, что пошло не так, - смутился пострадавший. - Раньше действовало безотказно.
  -- Парни, вы сами виноваты, - вновь вклинился Денис. - Она бы никого не тронула.
  -- Ну, коне-ечно! Встретила бы нас с распростертыми объятиями, - хмыкнул Валик.
  -- Не с распростертыми, но нападать бы не стала.
  -- Откуда такая уверенность? - в чем-то заподозрил синеглазый моего знакомого.
  -- Я с ней не первый день. Она, конечно, с причудами, но, в общем, адекватная.
  -- Да, ты че, влюбился что ли?!! - воскликнул тот, что с перебитым носом.
  -- Что??? Да ты базаром то следи!!
  -- Парни успокойтесь, - рявкнул на взвинченных мужчин оборотень, - или я применю силу.
  -- Кшас, у Дениса, по-моему, крыша поехала, - пожаловался Валик.
  -- Денис, расслабься. Только драк между своими мне не хватает для полного счастья.
   Опа, оказывается оборотень у них за старшего. Вот это сюрприз, честное слово. Приоткрыла один глаз. В него пристально посмотрел Ричард. Я нервно взглотнула. Зрелище не для слабонервных.
  -- Ты как? - с тревогой поинтересовался дух.
  -- Нормально, - одними губами ответила ему.
  -- Можешь встать?
   Я недовольно поморщилась.
  -- Разрешения не давали.
  -- Кто?
  -- Оборотень, - глазами указывая в сторону шумной компании.
  -- И, что, так и будешь валяться? - удивился Ричард.
  -- Почему? Полежу немного, а там посмотрим, - хитро улыбнулась я.
   Дух полетел к сыну. Делиться новостями, наверное. Тело затекло, лежать спокойно становилось все труднее. Да, еще и солнце медленно, но верно взбиралось по небосклону. Это единственное, что во мне оказалось истинно вампирье.
  -- Нужно дотащить ее до фургона, - услышала я чье-то предложение.
  -- Вот ты и тащи, - зарычал Валик.
  -- Пусть Денис тащит, - фыркнул первый стрелок. - Она ему нравится, пусть он и тащит.
  -- Э...э...
  -- Отставить, - жестко пресек оборотень. - Вампиршу потащу я.
  -- Отлично. С твоими силами, Кшас, даже напрягаться не придется.
   Послышались приближающиеся шаги. Возможно, оборотню поднять меня и не составило бы труда, но вспомнив нашу первую встречу, я подскочила, как ужаленная.
  -- Меня не надо тащить, - взвилась я, делая шаг назад. - Я сама дойду.
   Лица у мужчин забавно вытянулись. У синеглазого даже челюсть отпала. Первым пришел в себя Денис и тут же согнулся от смеха, а Кшас только покачал головой.
  

***

  -- Уберите ее от меня!! - вопил тощий блондинчик, стараясь слиться со стенками фургона.
  -- Жмот, - корчу ему зверские рожи. - Она тебе все рано больше не нужна. Обратно же не запихаешь.
  -- Не жлобься, Иван. Поделись с дамой, - хохмит синеглазый маг.
  -- Точно - точно. Она сегодня много крови потеряла, - поддакивает Денис. - Сцеди стаканчик для жаждущей.
  -- Да, чтоб вас всех, - обиженно отворачивается Иван, шмыгая сломанным носом.
  -- Меня больше интересует, - подает голос Валик, - почему она до сих пор не спит? Солнце уже встало.
  -- У меня бессонница, - с ходу отвечаю я.
   Оборотень, обладая превосходным слухом, захохотал в кабине водителя. Денис прыснул в кулак.
  -- Помочь? - сразу же предложил этот вонючка - Валик, баюкая в руках здоровенную дубину с железным навершьем.
  -- Обойдусь, - насупилась я, сдерживаясь от желания потрогать шишку, которая хоть и не сильно болела, все же никуда не пропала.
  -- Тётя Таня, - вдруг заговорил Леня. - А куда мы едем?
  -- Я бы тоже хотела это знать, - окидывая задумчивым взором конвоиров, погладила ребенка по голове.
  -- Скоро будем на месте, - улыбнулся Иван, и, что-то в его улыбке мне не понравилось.
  -- Где?
  -- Увидишь, - отмахнулся как от назойливой мухи.
  -- Что за место? - не унялась я.
  -- Хорошее место, - в том же манере ответил блондинчик.
  -- Денис, можно я его укушу? - совершенно серьезно спросила я у недавнего товарища.
   Бравый солдатик поморщился, осознав, что шутки закончились. Напрягся и маг, машинально потерев залеченную грудь.
  -- Мы едем в одно из наших мест, - не дав ни согласия, ни отказа, принялся объяснять Денис. - Там ты сможешь насытиться, а мы проверим по каналам, кто из городских хозяев бросил своего цып...кхм птенца.
  -- Денис, я не хочу к хозяину, - затравленно посмотрела я на него.
  -- Таня, не переживай, всё будет хорошо.
  -- Я так не думаю.
   Я как то сразу устала. Рамон почувствовав мое настроение, уткнулся мордой в живот. На автомате погладила лобастую голову мохнатого друга. Лёня трепещущий, как осиновый лист на ветру, прижался ко мне, обхватив левую руку цепкими ручонками. Маг удивленно посмотрел на меня, перевел взгляд на ребенка, затем на собаку. В глазах всколыхнулось удивление пополам с любопытством.
  -- Тетя Таня, мне страшно, - едва слышно прошептал Лёня.
   Сердце в груди сжалось. Господи, во что я впутала невинное дитя?! Денис напрягся, заметив, как начинают мерцать мои глаза. "Спокойнее, спокойнее, - передала я ему свою мысль, - Сейчас я не нападу. Буду улыбаться, буду вести себя тише мышки, буду делать все, чтобы мне не приказали, но никому, слышишь, никому не позволю причинить вред этому ребенку". Бравый солдатик зябко поежился. Видимо сообщение дошло.
  

Глава 15

   Одним глазом мне удалось увидеть улицу, на которой расположилась штаб квартира СБСН. К моей радости я знала ее и мысленно поздравила себя с этой приятной новостью. Первые этажи здания оккупировали маленькие магазинчики, верхние пять - обычные квартиры. Но спустившись в подвал, встав на неприметную платформу и произнеся пароль, мы опустились вниз как минимум еще на три этажа.
   Нас с Лёней разлучили сразу же. Я возмутиться не успела, а его уже увел синеглазый маг. Оборотень заверил, что за мальчиком присмотрят, однако именно их присмотр меня и тревожил.
   Меня отвели в комнату, которую я окрестила бункером, как только ступила за порог. Немаленькое помещение на каждый шаг отзывалось эхом. Из мебели: скромная совдеповская кровать, тумбочка, круглый стол без скатерти, табурет и огромный шкаф-купе. Окон естественно не было, и все это убожество освещалось единственной лампочкой, подвешенной под самым потолком.
   Стало дурно. Однако прежде чем успела высказать свое "фи", дверь за мной с грохотом закрылась. Оставшись в одиночестве, я с интересом первооткрывателя, заглянула в шкаф, выдвинула все ящики, залезла под кровать (где нашла симпатичную пилочку), проверила табурет на прочность, и, совершенно случайно, разок облокотившись, превратила стол в горку досок.
   Посидев часа два в холодной комнате, без зазрения совести развела костерок прямо посреди бункера. Благо на мою сумочку, которую я предусмотрительно забрала из машины, никто не позарился. Спать не хотелось, хотя по часам - самое то.
   Стянув одеяло с кровати, я уселась на пол поближе к теплу. Увы, но сердце в груди вновь замерло. Я сильно расстроилась, едва не разревелась, но вовремя спохватилась.
   Наблюдая, как пламя лижет древесину, ощутила, как нечто покидает мое тело. Осторожно, словно нехотя истекает в окружающее пространство.
   И... Опа, да это же я истекаю!! Еще вижу огонь глазами тела, и, в то же время, вижу мир тягучей трясиной, где мечутся живые задорные искорки огня. Отделившись, окинула себя критическим взглядом со стороны: похудевшая скрюченная фигурка, закутанная до подбородка в старое одеяло; волосы грязные, спутавшиеся; глаза холодные, пустые; пухлые губы поджаты, брови нахмурены. Затасканный зомбик, а не вампир.
   Меня можно было бы назвать красивой, только язык не поворачивается. По меркам современности я - не формат. Невысокая, фигурная, вес не чудовищный, но избыточные килограмм пять-семь есть, с которыми я уже пару лет как безуспешно борюсь. Зато личико симпатичное: доброе, открытое, глаза светло-карие с темным ободком, иногда даже зеленые при определенном освящении, носик очаровательной картофелинкой, губы алые. С волосами не свезло - цвет какой-то неопределенный. Но я крашусь в гранатовый с отливом и никаких проблем.
   Удостоверившись, что тело застыло и падать вроде не собирается, махнула на поиски приключений. В соседней комнате сплошь заставленной аппаратурой никого не было. На мониторах комнаты и коридоры. Ага, вот и я, полулежащая на полу, укрытая одеялом и тупо смотрящая на огонь. Камера где-то под потолком в углу.
   В следующей комнатушке в больших откидных креслах восседали три седовласых мужчины в мантиях и медитировали. Сложив пальцы на груди в замысловатую фигуру (чем то напоминающую фигу) они сверлили пустыми взорами округлый предмет под потолком. Тем не менее, их расслабленные позы и тихое похрапывание навели меня на мысль, что сеанс медитации давно перешел в стадию обычного сна.
   В третьей комнате слева по коридору оказался медпункт. Там строгая худощавая женщина в обычном белом медицинском халате лечила перебитый нос блондинчика. Я покружила у него перед носом, но реакции не последовало. Он меня не видит.
   Сунула свой любопытный нос в шкафчик с медикаментами: среди традиционных лекарств многочисленные скляночки с разноцветными зельями. Описания к ним отсутствовали. На одинаковых сосудах из матового стекла только ярлычки с непонятными закорючками. Прямо современная лаборатория средневекового алхимика.
   Попробовала взять одну. Получилось!!! Присмотрелась внимательнее, и с изумлением увидела, как в ней нечто эфемерное, склизкое и противное, извиваясь, пытается выбраться, но мешает пробка.
   Обернулась. Блондинчик ноет, трясясь над своим перебитым носом, как над золотым яйцом. Женщина не слушает его, только раздраженно поджимает губы. Как только она отвернулась, откупорив тугую пробку, вылила содержимое склянки прямо блондину на голову. Иван завопил. Дожидаться результата действия зелья не стала, бросила пустую тару в корзину с мусором и была такова.
   В предпоследней комнате по этажу справа по коридору нашла Лёню. Он спал. Ротвейлер скучал на коврике у двери. Рамон каким-то образом ощутил моё присутствие. Поднял голову и радостно завилял хвостом.
  -- Хороший мальчик.
   Начала было гладить, но рука, хотя нет, прозрачный отросток, прошел насквозь. Ощущение ниже среднего. Рамон удивленно хрюкнул.
  -- Охраняй ребенка. Я на тебя рассчитываю.
   Выше этажом в третьей комнате справа по коридору, если идти от главного входа, сидели Валик, Денис, оборотень и синеглазый маг. В глубине помещения за огромным столом, заваленным бумагами и папками, восседал крепкий мужчина лет сорока-сорока пяти. Волосы темные, лицо властное, но не отталкивающее, глаза светлые почти белесые.
  -- Что-нибудь выяснили? - обратился он к Валику.
  -- Пока ничего.
  -- Мы опросили более двадцати старших, - хмуро отчитывался маг, - и городских, и приезжих. Открыли каналы на границах. Ничего.
  -- Не могла же она появиться сама по себе!? - стукнул кулаком по столу их шеф.
  -- У нас еще есть варианты, - успокоил его Валик. - В крайнем случае, пойдем к хозяину города.
  -- Он, что, еще не знает?
  -- Нет. Пока нет, - ответил синеглазый. - Но, думаю, скоро узнает.
  -- Естественно, - откинулся мужчина в кресле, и, подперев кулаком подбородок, заговорил раздражено и резко: - Вот д...,это не наша забота, в конце концов. Надо было сразу выдать ее Александру, пусть бы сам возился с девчонкой.
  -- Но она не хочет возвращаться к хозяину, - пожаловался Денис.
  -- И что? Мне от ее нежелания ни холодно, ни жарко, мало ли какие у нее причуды. Вампирша должна находиться под присмотром вампиров, а не шляться, где ей заблагорассудится.
  -- Но, если подумать, она, как бы, была под присмотром, - встрял Кшас.
  -- Кого? Дениса? - шеф выразительно посмотрел на оборотня. - В гробу я видел такой присмотр. Это же надо быть таким идиотом, чтобы связаться с дикой обращенной.
  -- Не связывался я с ней, - насупился бравый солдатик, - она меня оглушила.
   Хи-хи. Оглушила я его. Ну, да, заливай. Только и сделала, что мешок на голову надела и запаковала.
  -- Ага, прямо наповал, - хохотнул маг, пихая Валика в бок. - Еще и личным шофером сделала.
  -- Час от часу не легче, - нахмурился шеф.
  -- У меня не было выбора! - возмутился Денис, хотя и не так яростно, как ему хотелось бы.
  -- Она тебя запугивала?
  -- Нет.
  -- Кусала?
  -- Нет.
  -- Использовала чары?
  -- Нет!
  -- Тогда что?!! - опешил шеф.
  -- Не знаю, - смутился Денис.
  -- Как это не знаешь!?? - еще громче стукнул по столу мужчина, от чего все вздрогнули.
  -- Так и не знаю, - устало вздохнул мой знакомый. - Просто находясь рядом с ней, чувствуешь, что ты обязан ей помочь.
  -- Боже, и откуда ты только взялся такой на наши головы, Робин Гуд доморощенный.
  -- Денис, - хихикнул Валик, - да ты у нас настоящий рыцарь оказывается.
  -- Не переживай, в крайнем случае, пойдешь работать таксистом, - "пожалел" товарища синеглазый.
   Денис напрягся, но не выказал своего раздражения, только нехорошо так прищурился, что я заранее пожалела и мага, и Валика.
  -- Хватит! - рявкнул шеф. - Занимайтесь делом. До момента, пока не явится Александр, постарайтесь выяснить о ней как можно больше. Идите.
   Мужчины заторопились покинуть кабинет. Только Кшас не никуда не спешил, наоборот, мужчина поднялся со своего места и пересел ближе к шефу, который достал из шкафчика за его спиной бутылку коньяка и два фужера
  -- Что думаешь? - спросил шеф, наполняя фужеры.
  -- Денис не врет, - пожал плечами оборотень, откидываясь на спинку стула и закидывая ногу на ногу.
  -- Знаю, что не врет. Он, наверное, один из немногих, кого я знаю, кто честен со всеми. За, что и гоняю его из одного отряда в другой. Для порядка, чтобы не зарывались мои охламоны. А с этой девочкой... Ну, и история. Что думаешь?
  -- Я пока не разобрался.
  -- Как тебя вообще угораздило ввязаться. Я думал ты давно не в деле.
   Кшас пожал плечами.
  -- Так получилось.
  -- Твое "так получилось" меня пугает. В прошлый раз это закончилось полномасштабной войной с оборотнями. После которой..., кстати, некоторые наши маги до сих пор раны зализывают.
  -- Но ты не можешь отрицать, что все закончилось как нельзя лучше.
   Шеф нахмурился.
  -- Могу попробовать.
   Кшас спрятал усмешку и залпом осушил фужер. Шеф повторил.
  -- Почему ты ее сразу к Александру не отправил?
  -- Назови это звериной интуицией. Не знаю, но чувствую, что рано.
  -- Рано? - шеф откинулся на спинку кресла, бессознательно играя фужером в руках.
  -- Отправлять ее к Александру.
  -- Понятно. И что ты прикажешь с ней делать? У нас даже оснащенной камеры здесь нет, не то, что серебряной сыворотки или парализующих ампул.
   Меня передернуло. Этого только не хватало!
  -- Ни в коем случае! - встревожился оборотень. - Никаких камер, ни тем более серебра.
   С каждым словом оборотня, глаза шефа больше и больше выкатывались из глазниц.
  -- Не понял?
  -- Понимай, как хочешь, но вреда, девчонке, причинять не смей. Она хоть и птенец, но ведет себя как уже оформившаяся особь. Лишний раз не выводите ее из себя, и все будет хорошо.
  -- Ты уверен?
  -- Татьяна не обычный птенец. Другой, на ее месте давно бы уже устроил кровавую баню, а не дурачился, оглушая Дениса и оборотней на заставе ..., - оборотень задумался, размышляя о чем-то своем, затем с подозрительно сальной улыбочкой закончил, - и, тем более, не оставил бы в живых никого, кто бы на него напал.
  -- Н-да, ну и ситуация. Похоже, ты уже успел что-то накопать.
  -- Только догадки.
  -- Не хочешь поделиться?
  -- Пока не хочу.
   Дальше пошли разговоры за жизнь. Они мне быстро наскучили и я, еще немного погуляв, решила вернуться в тело.
  

***

   Но на пути к себе случилось непредвиденное. Скользя по коридору в сторону бункера нечто громадное и черное появилось из ниоткуда. Я попыталась облететь это стороной, но не тут то было. Оно набросилось на меня, и, в прямом смысле, попытался сожрать. Сильные щупальца, обхватив мою сущность, или то, что я сейчас собой представляю, потянули к огромной, истекающей слюной, пасти. Одну щупальцу удалось отодрать, вложив в это максимум усилий, и с ужасом поняла, что только раззадорила чудовище. От всего сердца пожелала ему подавиться. Только об этом подумала, как вокруг меня начало зарождаться слабое мерцающее свечение. По мере того, как свет становился интенсивнее чудовище начало издавать возмущенные стоны, а щупальца одна за другой мгновенно сгорали, оставляя в пространстве чернеющие шрамы.
   Я рванула в сторону, но странное существо, не желая отпускать добычу, последовало за мной. Оно отрастило новые щупальца с не хилыми шипами и с жутким ревом метнулось в мою сторону. Образовавшийся световой кокон, к сожалению, не спасал от шипов и силовых ударов. Я ощущала боль, и она в отличие от телесной была всепоглощающей.
   Разозленная и напуганная я с воплем обезьяны, которой отдавили хвост, бросилась на обидчика. Световой шар ощерился мелкими шипами. Вонзаясь в желеобразное тело, они удлинялись, проникая глубже.
   Рассвирепевшее чудовище, выдрав шипастый светящийся шар из себя, впечатало меня в стену, которая, увы и ах, не поддалась как раньше, а осталась твердой. В том месте образовалась шикарная вмятина.
   Кокон истаял. Чудовище, победно рыча, вновь спеленало щупальцами. Я затрепыхалась. Силы явно были не равны. Но помощь подоспела, откуда не ждали.
  -- Ардгард, фу, - отдал короткий приказ, внезапно появившийся в коридоре высокий длинноволосый брюнет.
   Существо, названное Ардгардом, беспрекословно подчинилось. Щупальца разжались. Пространство смазалось. Сознание ушло в глубокий и продолжительный обморок.
  

Глава 16

   Возвращение к действительности было долгим и неприятным. Ощущение как если бы по мне танк проехал. Причем раз десять. Тело полутрупом лежит на холодной железной поверхности. Нервные окончания восстановились, но мышцы еще слабые и приказам мозга не подчиняются. Сквозь пелену с трудом различаю голоса.
  -- Как она? - обеспокоенно спрашивали в шагах пяти-шести справа.
  -- Еще рано что-то говорить. Мы влили в нее достаточно крови, но она до сих пор не приходит в себя, - устало ответили над моей головой.
  -- Да, что, черт подери, произошло?! - возмущенно поблизости слева.
  -- Ответ "представления не имею" тебя не устроит? - снова усталый голос.
  -- Нет, - слева.
  -- Я о том же, - хмыкает тот, что над моей головой.
  -- Не могла же она уйти просто так?!! - слева.
  -- Не дави на меня, я делаю все, что в моих силах, - усталость преходящая в тихое раздражение.
  -- Успокойтесь. Ее состояние стабилизировалось, - новый голос, где-то в ногах.
  -- В каком смысле? - слева.
  -- Энергетические потоки восстановлены, она скоро придет в себя.
  -- Уверен? - неподалеку справа.
  -- Уверен, - новый голос насмешливо хмыкает. - Предлагаю отнести ее в комнату.
  -- После ее костерка там до сих пор полы драят, - слева злобно едва не скрепя зубами. - Она же вампир, зачем ей вообще огонь понадобился!
  -- Замерзла, - с сомнением пробормотали справа.
  -- Скажи, еще шашлычок решила пожарить, - слева.
  -- Денис, из тебя, наверное! - радостно хохотнул тот, кто был в ногах, перемещаясь по правую руку к голове. - Хотя, нет, скорее из Ивана. Он теперь больше всего на барашка похож.
   Со всех сторон раздались сдавленные смешки. Даже слева. Вот значит какой эффект у зелья в серой склянке! Надо запомнить, вдруг пригодится.
  -- Так куда ее? - поинтересовался маг (у кого же еще такое специфическое чувство юмора)
  -- Отнесите в 18б, - ответил шеф, стоящий слева.
  -- К ребенку!?? - в ужасе возопил врач или кто он у них там. - С ума сошли?!
  -- И, что? У пацана уже сутки глаза на мокром месте, - фыркнул синеглазый. - "Как там тетя Таня? Пустите меня к ней". Всех извел маленький паразит.
  -- А если она проснется?
  -- Тем лучше, - отмахнулся маг. - Он рядом с ней сразу ангелочком становится. Включая эту злобную тварь, которую бог по невнимательности запихнул в тело собаки.
  -- Да уж, - вздохнул шеф, - это зубастое чудовище никого дальше порога не пускает. Даже Леночку.
  -- Надо было усыпить, - внес предложение док.
  -- Ты что! Кшас бы мне потом всю плешь проел, - испугался шеф.
  -- Сдался тебе этот оборотень, - презрительно фыркнул док.
  -- Тебя спросил.
  -- Ну, так я ее несу?
  -- Подожди, - остановил док.
  -- Марк, когда это ты успел в начальники прописаться? - подозрительно спокойно поинтересовался шеф.
  -- А ты подумай своей головой, Валера, мы же не знаем, как она отреагирует, когда придет в себя.
  -- И что ты предлагаешь?
  -- Пусть остается здесь.
   Идея мне не понравилась. Здесь это где? На операционном столе? В этой не менее холодной комнате, чем тот бункер? Я категорически против.
  -- Шеф, решайте скорее, - заторопил синеглазый. - У меня есть подозрение...
  -- Эдвард помочи немного, - в приказном тоне попросил док. - Валера, я серьезно, не надо ее перемещать. Стены здесь посеребренные, заговоренные, не камерные, конечно, но должны выдержать. Так будет лучше для всех.
   Какая знакомая фраза, меня даже передернуло. Интересно они с Любой не родственники? Но это вопрос второстепенный, а главный: "Долго они еще припираться будут"? Тело почти полностью под контролем, и я как нельзя лучше ощущаю холод железа, на котором лежу.
  -- Тогда лучше в 14б. Кровать она не спалить не успела.
  -- Здесь я за ней понаблюдаю.
  -- Там будет, кому за ней наблюдать.
  -- Да, ну, - ехидно, - так же, как дня три назад? Кровь не принесли, как костер развела, не заметили, как вошла в стазис тоже.
  -- В чем это ты меня обвиняешь? - разозлился шеф.
  -- Я не обвиняю. Я констатирую факт.
   Ну, все, хватит. Здесь я оставаться не собираюсь. Вот если бы было уютно и мягко, другое дело, а тут холодно, неуютно еще и дует. С неимоверным трудом открыла один глаз. Яркий свет лампы ослепил. Первое время видела только разводы.
   Сосредоточилась на самом большом пятне перед собой: им оказался маг, наблюдающий за моим пробуждением с тревогой и интересом. Его пальцы сжали мою ладонь. Попробовала ответить, но удалось только дернуть мизинцем. Поморщилась, а Эдвард наоборот улыбнулся.
   Мужчины продолжали спорить. Маг незаметно для окружающих, что-то латал в моих энергетических потоках, которые я видела как тонюсенькие ниточки золотисто-желтого цвета. В них много прорех, как если бы из сплошного полотна вырвали клоки. Плохо, но не смертельно.
  -- Как ты? - одними губами спросил Эдвард.
   Закатила глаза, дернула губами. Говорить не хотелось.
  -- Потерпи, - беззвучно попросил маг.
   Округлив глаза, молча вопросила. Резкая боль побежала по позвоночнику, тихим вздохом сорвалась с губ. Все тело до последней клеточки наполнилось жизненной силой, хлынувшей из открытых энергетических каналов. Вот это да! Приятно то как!
  -- "Спасибо"! - мысленно поблагодарила я.
  -- "Не пойми превратно, - так же мысленно ответил Эдвард. - Я это делаю не из альтруистических побуждений".
  -- "Не поняла"?
  -- "За те три дня, которые ты провела в стазисе, твой подопечный нескончаемыми истериками успел довести до состояния нервного срыва всех наших сотрудников. Причем этот паршивец призвал такое невообразимое количество духов и призраков, что наши маги сбились с ног ловя их по этажам. Эти недоразумения жизни после смерти до икоты напугали жильцов дома. Да, и кому понравится, когда проснувшись утром идешь умываться, а вместо своего лица, видишь нечто сосредоточенно корчащее тебе рожи. И это еще мелочи. Особо сердобольные решили помочь хозяйкам по дому: помыть посуду, прибраться, приготовить обед, погулять с детьми!!! Немыслимо, но некоторые женщины даже обрадовались!! Ещё...Ещё несколько призванных забулдыг скорешились с местными алкашами и вовсю терроризируют винные ларьки. Бедные продавщицы готовы бесплатно отдать товар лишь бы отвязаться от призрачных алкоголиков. Есть и более трудные случаи. Одна совсем обнаглевшая особа, в прошлом модель, нанялась на работу в местный элитный бутик. Мы до сих пор не можем уговорить хозяина магазина выдать ее нам, по его словам, после того, как эта особа начала рекламировать их товар, прогуливаясь в витрине и посылая прохожим воздушные поцелуйчики, продажи магазина увеличились в трое"...
  -- "Ой, а я все сплю и сплю! - хихикнула я. - Что ж вы меня раньше-то не разбудили"?!
  -- "Это тебя я хочу спросить. Что случилось"?
  -- "Не знаю, - напрягла память, но в ней как будто что-то стерли. - Точнее не помню".
  -- "Когда тебя сюда принесли, мне показалось ты окончательно и бесповоротно мертва, хотя в твоем случае это невозможно. Видимых причин не было. Странно, не находишь? - маг нахмурился, но ответа он не ждал. - Знаешь, в тебе не было ни капли энергии. Даже искры жизни. Ничего".
  -- "И"?
  -- "Искра появилась только спустя шесть часов. Яркая, чистая, но почем-то сильно ослабленная. Все твои энергетические потоки были разорваны. Учитель и я, как могли, восстановили их, но ты не приходила в себя".
  -- "У меня было такое ощущение, будто по мне проехал асфальтоукладчик. Надеюсь, все утрамбовали?"
  -- "Представляю себя. Я, когда еще в адептах ходил, одно такое заковыристое заклинание испробовал, что потом недели три-четыре отлёживался. Ел и пил через соломинку. Сил ни на что не хватало, а потоки как у тебя - в труху. Возобновить учебу удалось только через год".
  -- "Думаешь, меня заклинанием так подкосило"?
  -- "Кто знает", - синеглазый дернул плечом.
  -- "А ты, что думаешь"? - удивила я его своим вопросом. Не ожидал, наверное, что поинтересуюсь его мнением.
  -- "Возможно, но вряд ли. Тогда бы на тебе остался его знак".
  -- "Знак"?
  -- "Знак или метка. Как у меня над сердцем".
   Я пригляделась. И точно, над сердцем у Эдварда, среди фиолетово - синих ниточек темнело пятно в форме какой-то замысловатой закорючки. Меня разобрало любопытство
  -- "Хм. Забавно. И это навсегда"?
  -- "Да".
  -- "Это плохо"?
  -- "Как сказать. Это сильно уменьшает мои способности и есть риск, что, в конце концов, заклинание активизируется и убьет меня".
   Решила промолчать. Стало жалко синеглазого обормота, который, по-моему, не ожидал от себя такой откровенности. Вон, как быстро взгляд отводит.
  -- Та-ак! Не успели отвернуться, а они уже глазки друг другу строят, - грубо прервали наш разговор по душам. - Вижу нашей пациентке лучше.
   Я откинула голову и с интересом посмотрела на маленького, щупленького с плешкой старичка, возраст которого определялся от восьмидесяти и до бесконечности. Его ясные стальные глаза сверлили меня цепким, проницательным взглядом.
   Он мне не понравился. Во льду его глаз копошился какой-то темный червячок, изворотливый щупик, которого у хорошего человека быть не должно. Эта уверенность приходила изнутри, из знаний, которые были вложены не в голову, а гораздо глубже.
  -- Лучше, - соблаговолила ответить ему.
   Поднялась со стола. Свесила ноги. Расправила закатанные до плеч рукава, одернула мешковатую блузку. Огляделась, изучая обстановку. Обычная операционная, ничего сверхъестественного. Я когда путешествовала по этажам, еще сильно удивилась, зачем она здесь - вот и выяснила.
   У двери стоит Денис. Он усилием воли пытается не улыбнуться, но губы предательски дрожали. Вокруг стола по часовой: Эдвард, док и шеф.
  -- Мне гораздо лучше, - повторила для тех, кто не услышал с первого раза. - Но здесь я не останусь.
  -- В каком смысле? - не понял док.
  -- Я замерзла, - подивилась я его недогадливости.
   Без долгих раздумий спрыгнула со стола. Ощутив босыми ступнями, холод кафельного пола, поморщилась, но молча, на подкашивающихся ногах, направилась к выходу.
   Эдвард сначала замешкался, затем догнал и пошел слева на шаг позади. Денис предупредительно открыл дверь, пропустил вперед, и, не спрашивая разрешения, пошел следом. Шокированные нашей феноменальной наглостью шеф и док, давясь невысказанными возмущениями, остались в опустевшей операционной одни. Что ж, им полезно.
  

Глава 17

   Лёня едва не удушил меня в объятьях, а Рамон еще и обслюнявил с головы до ног. Мальчик, не сдерживая слез, жаловался, что его не пускали ко мне, что он из вредности использовал дар, но когда пришли духи, не знал, что с ними делать. Я ласково укачивала его на руках, слушала, позволяя излить обиду и страх, которые он пережил за эти три дня.
   Подпирая стены по обе стороны от дверного проема, мужчины, наблюдавшие за идеалистической сценкой, только хмыкали. Дверь сиротливо стояла в коридоре. Она банально была мной выбита, когда выяснилось, что ее заперли на ключ.
  -- Ну, ну. Все хорошо. Не надо плакать, - успокаивающе поглаживала ребенка по лохматой головке. - Я с тобой. Все хорошо.
  -- Таня, - напомнил о своем существовании Денис.
   Я подняла на него взгляд, молча вопрошая: "Чё надо?"
  -- Позвонила бы ты Любе.
  -- С чего бы?
  -- Понимаешь, - нахмурился бравый солдатик. - Она ведь не просто ведьма...она это...
  -- Верховная она короче, - усмехнулся синеглазый. - Ультиматум нам поставила, либо мы тебя возвращаем, либо нам грозит война со всеми ведьмами города.
  -- И Валере тоже, - поморщился Денис.
   Я опешила. А он-то что учудил?!!
  -- Этому мелкому жулику удалось стащить очень серьезный магический артифакт, - снова ответил за товарища маг, - и он грозится его использовать.
  -- А он может? - усомнилась я.
  -- Он - нет, а вот Любовь Владимировна на это способна.
  -- Ого! - восхитилась я масштабами спасательной операции.
  -- Не ого, а серьезная проблема, - сверкнул синими очами Эдвард. - Совет нас за такое по головке не погладит.
  -- Разберемся, - ничуть не смутившись, улыбнулась я. - Тащите телефон. Буду звонить.
   Первым делом Люба меня обругала. Причем так витиевато и обидно, что у меня заалели уши. Стало стыдно. Потом опомнилась, вспомнила, что пострадавшая все-таки я, и дала достойный отпор, включив в оправдательную речь такие аргументы, что, на этот раз, молча сопела в трубку Люба.
  -- Ладно уж. Прости. Погорячилась. Мир?
  -- Мир, - сразу же пошла я на попятную.
  -- Как у тебя вообще?
  -- Сейчас нормально, но недавно было очень плохо, - призналась я.
  -- Они тебя обижали? - спросила она жестко, даже волосы на затылке зашевелились.
  -- Нет. Нет. Не обижали, - с тревогой протараторила я. Не хватало еще, чтобы она войну из-за пустяка развязала. - Они сами не знают, что со мной произошло. Вдруг, ни с того ни с сего, вошла в стазис. Как я поняла, это что-то вроде летаргического сна у вампиров.
  -- Почти, - согласилась ведьма. - Это состояние возникает, когда вампир по тем или иным причинам выдыхается и больше не может поддерживать свою физическую оболочку. Тогда он уходит в стазис.
  -- Красиво говоришь. Как по написанному, - хихикнула в ответ на лекторский тон.
  -- Вот будешь повторять это бесчисленное количество раз маленьким ведьмочкам, я на тебя посмотрю, как ты заговоришь.
  -- Прости, прости. Я не хотела тебя обидеть.
  -- Ладно, - успокоилась Люба.
  -- И что? Как из этого стазиса выходят?
  -- Самостоятельно вампир не может выйти из стазиса. Его будят либо птенцы, либо другой вампир.
  -- Почему?
  -- Питаться в состоянии стазиса вампир не может. Впрочем, как и человек в коме. Только вампир в стазисе без питания остается живым, а человек умирает.
  -- Поняла, но не совсем.
  -- Вот встретишься со своим хозяином, его и спросишь.
  -- Я лучше так. Ну, ... тебя спрошу.
   Скосила глаза на мающихся дурью мужчин. В их присутствии говорить на некоторые темы я боялась, могут и начальству наябедничать, а этого мне, ой, как не нужно.
  -- Люба, подожди минутку, - попросила я, неосознанно прикрывая ладонью телефонную трубку. - Денис, который час?
  -- Пол восьмого.... вечера.
  -- Хорошо, - улыбнулась, пряча за тенью ресниц блеск зеленых мерцающих глаз. - Ты не мог бы добыть мне чашечку кофе?
  -- Прямо сейчас? - удивился он.
  -- Да, - подтвердила я, все так же невинно улыбаясь.
   Денис пробурчал что-то невнятное и ушел на поиски напитка. Я перевела взгляд на Эдварда.
  -- Понял, понял, - смиренно поднял руки маг, - маленькие женские тайны.
  -- Ты всё правильно понял, - совершенно искренне улыбнулась я.
  -- Не увлекайся, - нахмурился маг. - Здесь есть уши, которым твои желания безразличны.
  -- Я учту.
   Эдвард ушел, но прежде, возвел на месте выбитой двери сплошную матовую стену. Надо потом разобраться, что это такое, хотя любопытное дитё уже подобрался к ней в плотную. Ну, и пусть развлекается, лишь бы не плакал.
  -- Люба, ты меня слышишь?
  -- Превосходно.
  -- Я хочу кое о чем тебя спросить. Можно?
  -- Спрашивай.
  -- Ты связывалась с Александром?
   Ответ последовал не сразу. Я напряглась, сжимая трубку телефона, отчего пластмасса начала трескаться.
  -- Нет, - холодно ответила Люба. - А теперь, ты ответь.
  -- Слушаю.
  -- Ты меня подозревала? - лед, просочившийся из динамика, заморозил ухо.
  -- Не уверена, - замялась я. - Может быть.
  -- Врать нехорошо, - как плетью стегнула ведьма.
  -- Я не вру, - слишком резко, даже грубо. - Когда я уходила от тебя, то у меня был контакт с хозяином. Денис назвал это ментальной тягой.
  -- Почему ты не позвонила мне? - оттаяла ведьма. - Я могла бы помочь.
  -- Было плохо. Очень. Я об этом и не подумала. А потом Ричард попросил забрать сына. Мы поехали к Таше.
  -- Да, он рассказал. Как ребенок?
  -- Все в порядке. Сейчас играется со стенкой.
  -- Какой стенкой?
  -- Эдвард за место двери поставил.
  -- Эдвард? Это еще кто?
  -- Маг из служба борьбы с нежитью. Один из напавших на меня у Ташиного дома.
  -- Ну, Татьяна, - ехидно хмыкнула Люба.
  -- Она самая. Но ты тоже не промах - Верховная.
  -- Уже знаешь, - по голосу слышно, довольна до жути.
  -- А как же, - улыбнулась я. - Ты это со Службой не перегибай палку. Они тут и так, как на иголках.
  -- Им полезно. Может за тобой заехать?
  -- Не сегодня.
  -- Ты хочешь задержаться?
  -- Да, хочу.
  -- Хорошо, но, пожалуйста, оставайся на связи, - в голосе Верховной усталость вперемешку с облегчением.
  -- Постараюсь, - согласилась я. - Только обещай больше не лицедействовать.
  -- Постараюсь, - вторила ведьма.
  

***

   Лёне так понравилось проходить сквозь матовую стену, что я с трудом уложила его спать. Зато уснул моментально. Рамон, утомленный играми, перебрался на коврик, но его дрема была чуткой.
   Убедившись, что все спят, и моего отсутствия не заметят, вышла из комнаты через магическую дверь. Помявшись в коридоре, я дошла до бункера и узрела, что стена напротив выглядит так, будто на нее позарился Тунгусский метеорит. Интересно, какие эксперименты они здесь проводят?
   Прикоснувшись к вмятине, с всхлипом отдернула руку. Больно. Пальцы опухли, как если бы я обожгла их. Бяка какая.
  -- Что ты здесь делаешь? - рявкнул кто-то над ухом.
   Голос был до боли знаком, но вот существо, представшее передо мной, я видела впервые. Лохматый шерстяной ком золотисто-серого цвета в широких зеленых штанишках на подтяжках с круглыми бараньими рогами на голове. При чем последние весьма внушительного размера. Увидев ЭТО, я тупо вытаращилась, глупо раззявив варежку.
  -- Я спрашиваю, что ты здесь делаешь? - грозно повторило существо.
  -- Э..э..э, - только и смогла произнести я.
  -- Ты, что язык проглотила? - разозлилось оно.
  -- Т-т-ты кто? - удалось мне выдавить из себя.
  -- Золотое руно, - злобно съязвило чудное создание.
  -- Правда что ли? - опешила я.
  -- Нет, конечно! - рявкнул прямоходящий баран. - Я Иван!
  -- Иван?
  -- Да, вампирша чертова, Иван.
   Нет, я не засмеялась. Что вы! У меня просто началась истерика. Я каталась по полу, стучала по нему кулаками, билась головой и безостановочно ржала. Слезы градом лились у меня из глаз, голос осип от смеха, да и живот болел по той же причине.
   Именно в таком состоянии меня и нашли Эдвард с Денисом (которого лучше за смертью послать, чем за кофе). Что ж, если у Ивана была цель меня прикончить, то ему это почти удалось - я сидела на полу и испускала дух. Нервный смех слетал с губ, причиняя жуткую боль, но остановиться, видя это лохматое чудо, была не в состоянии. А он еще и смотрит на меня сквозь кудрявые заросли своими несчастными овечьими глазками.
  -- Бе-ее, - назло мне произнес блондинистый баран.
   И я, схватившись за живот, всхлипывая, сползла по стенке, и начала судорожно хватать ртом воздух.
  -- Что здесь происходит? - поинтересовался Эдвард.
  -- Не видишь, что ли? - удивился Иван. - Вампиршу на тот свет отправляю.
  -- Каким образом? - не понял Денис.
  -- Своим присутствием, - хмыкнул этот паразит. - Видишь, как корёжит. Видать недолго осталось. Бе-ее.
  -- С-с-св.., - попыталась сказать я, но не вышло.
  -- Прекрати, - сжалился надо мной Эдвард, пряча улыбку. - Это форменное издевательство.
  -- Она первая начала.
  -- А я закончу. Иди лучше травку пощипли.
  -- Пошел ты, - злобно сверкнул глазами Иван.
  -- Сейчас и пойду, только подниму эту припадочную, - отмахнулся маг.
   Когда это чудо развернулось, и куда-то засеменило, шаркая ножками и покачивая, затянутым в зеленые штанишки, задом, я облилась холодным потом. Слезы брызнули из глаз, на миг, лишив возможности видеть.
  -- По-моему, без успокоительного не обойтись, - вздохнул Денис.
  -- Похоже на то, - согласился Эдвард.
   И меня понесли в медпункт.
  

***

   Первым делом, Ивэтт (так зовут медсестру) вышвырнула мужчин за дверь, приказав им найти мне сменную одежду. Затем пихнув меня в душевую, куда-то ушла, но почти сразу же вернулась.
   Вода помогла. Она сняла усталость и успокоила нервы. Так как моя одежда еще не прибыла, я завернулась в огромное махровое полотенце, пожалованное мне Ивэтт. На мои попытки завести разговор сестра не обращала внимания. Возникало ощущение, что она рада мне так же, как собака новой блохе.
   В меня влили два стакана мутной жидкости неопределенного вкуса. Вернувшиеся Денис и Эдвард принесли короткую черную блузку и клешоную джинсовую юбку. Все село как влитое.
   Поблагодарив сестру, мы поспешили удалиться. Не люблю я ощущение, когда тебе не рады, а терпеть приходится.
  -- Валерий Дмитриевич хочет тебя видеть, - первым нарушил затянувшееся молчание Денис. - Он ждет тебя в своем кабинете.
  -- Мы не знаем, о чем он хочет поговорить, - вклинился Эдвард, - но уверен, разговор будет не из приятных. Ты готова?
  -- Пожалуй, - спокойно восприняла я поступившую информацию.
   Мы пошли к лифту, хотя Эдвард предлагал подняться по лестнице. Лифт долго не ехал, и я уже подумывала выбрать второй вариант, как вдруг механизм заработал. Платформа начала спускаться. Словно в замедленно съемке я видела, как появляются: дорогие, начищенные до блеска ботинки; длинные ноги в черных, идеально отпаренные брюках; сильное, атлетически сложенное тело в белой накрахмаленной рубашке, и, наконец, его нестерпимо красивое лицо в шоколадно-каштановой раме.
   Если бы мое сердце билось, оно бы замерло, а так, оно камнем рухнуло куда-то в область живота. Наши глаза встретились.
  -- Александр, - прошептала я.
  -- Таня? - вторил его бархатный голос.
   Больше ничего сказать не успела, последнее, что запомнила, погружаясь в непредвиденный обморок, это удивленные возгласы и чьи-то сильные руки, подхватившие мое безвольное тело.
  

Глава 18

   Мне снился сон. Или мне казалось, что снился, а на самом деле... Ощущения расплывчатые, мир зыбкий, податливый, хочешь, рисуй на нем, хочешь куличики лепи. Я лежала в удобном белом кресле с откинутой до упора спинкой и любовалась потолком.
   Поверьте, там было на что посмотреть: по нему, во все стороны, непрерывно передвигались цветные полоски, они, то плыли параллельно, то закручивались в спиральки, то создавали пары, то синхронно повторяли движения друг друга. Что сказать, зрелище завораживающее.
  -- Игнатьева Татьяна Валерьевна, - задумчиво растягивая каждое слово, произнес чей-то приятный мужской голос.
   Я отвлеклась от созерцания потолка и повернула голову. В метрах шести от того места, где я расположилась, стоял огромный белый стол, на краю которого притулил свою пятую точку высоченный (гигант, ей богу) красивый мужчина лет тридцати пяти. Но я могу и ошибаться.
   Длинные белые шелковистые волосы, каскадом струясь по плечам, исчезали в складках сияющей тоги, в прямом смысле этого слова. Глаза зеленые, как листва ранней весной: яркие, искрящиеся озорством, бесовские глаза. Посмотришь в такие, и пиши, пропало.
  -- Ну, так что, Таня? - улыбнулся зеленоглазый обольститель, подергивая себя за тоненькую косичку, сплетенную у виска. - Что делать то будем?
  -- А... об чем вопрос? - мяукнула я в ответ.
  -- Милая, ты у меня ни по каким спискам не проходишь.
  -- А надо?
  -- В том-то и дело.
  -- Прошу прощения, но я не понимаю.
   Беловолосый о чем-то задумался, вздохнул и начал по порядку:
  -- Неделю назад ко мне прибежал Ибрагим и начал бессвязно бормотать что-то о неправильной вампирше, на которую не действует ангельское изгнание. Назвал твое имя. Я проверил - в списках проклятых ты не числишься. Неожиданно, но объясняет твой иммунитет к ангельской Силе. Капнул глубже, и выяснил, что в списке мертвых тебя тоже отсутствуешь. Это меня озадачило. Без перехода за грань вампиром стать невозможно.
   Мое радужное настроение испарилось, как если бы его и не было вовсе.
  -- Это не смешно, - не на шутку испугалась я.
  -- Но самое интересное, - решил добить меня беловолосый, - что в списке живых ты тоже отсутствуешь.
  -- То есть как?!!
  -- А вот так. Нет тебя, и никогда не было, - пояснил ангел, - что, как ты понимаешь, быть не может.
  -- Мама, - жалобно пискнула я, хватаясь за голову.
   Глаза увлажнились. По крайней мере, возникло такое ощущение. Мир всколыхнулся. Вскинула голову, почувствовав что-то тревожное и ойкнула. Зеленоглазый ангел так же не остался равнодушен. Исчез потолок, пропали веселые разноцветные полосы. Над нами сгустились самые натуральные тучки. Пошел дождь.
   Минут пять мы молча вглядывались в пасмурное небо. Дождь благоразумно огибал ангела стороной. Однако сырость, в любом её проявлении, видимо была светлому не по душе. Он капризно сморщил нос и посмотрел на меня с укоризной.
  -- Ну, хватит, - примирительно вздохнул ангел. - Я не хотел тебя расстроить.
  -- Но расстроили, - обреченно вздохнула я, ощущая себя совершенно вымотанной и опустошенной.
  -- Я же еще не сказал, что брошу тебя на произвол судьбы, - попытался подбодрить ангел.
  -- Ну, а как мне вас...ну... - замямлила, подбирая слова.
  -- Орион. Серафим. По должности - Ангел Смерти.
   Дождь стих, тучи рассеялись и на темном "небе" зажглись мириады крошечных точек - звезды.
   Серафим раздраженно дернул за ворот просторной рубахи. Он ему не мешал, просто нервный жест. Наверное, сам не знает, что со мной делать.
  -- Именно, - кивнул Орион.
  -- Читаете мысли?
  -- Нет.
   Не стала интересоваться метафизической сущностью способностей ангела. Оно мне надо?
  -- А что мы будем теперь делать?
  -- Мы будем искать.
  -- Что?... И где?
  -- Тебя конечно! Но в других списках.
  -- А есть другие? - навострила я уши.
  -- Есть. И лучше бы тебе не быть в том, о котором я сейчас подумал.
  -- А в другом?
   Орион посмотрел на меня очень внимательно. Я даже смутилась.
  -- Возникнут трудности с твоей вампирьей ипостасью, но в целом результат получится интересный.
   Серафим улыбнулся и, живенько преодолев разделяющее нас расстояние, присел на краешек кресла.
  -- А теперь отвлечемся, - хитро улыбнулся ангел. - Как тебе Ибрагим?
   От неожиданности начала икать, хотя не должна бы. Но, возможно это единственный способ выразить особую степень удивления. Орион провел ладонью у меня перед "лицом" и икота прошла сама собой.
  -- Ну, так как? - намного серьезнее, чем хотелось бы (мне, кому же еще).
  -- Ну, он милый, - наморщила лоб, - добрый... забавный... иногда вредный...
  -- Еще и целоваться умеет.
  -- Д-аа, - с придыханием, а когда дошло, с ужасом: -... а Что?!! Ик...я...я
  -- Не переживай, - опять эти лукавые искорки. - Просто запомни: не ты первая.
   Сначала, в смысл услышанного я конкретно не въехала, но когда дошло - мой мозг начал вскипать. Что значит - "не первая"? Почему? Кто успел? Не первая!!! Да как он посмел!!!
  -- Успокойся. Ну, не всерьез же ты думала, что он сам по себя так хорошо целуется!?
  -- Думала, - коротко и ясно (ясно, что я идиотка, причем неисправимая, а это уже диагноз).
  -- Очень мило, - хмыкнул серафим. - Однако Ибрагим только кажется глуповатым недотепой.
  -- Н-да. Вот так и разбиваются хрупкие девичьи мечты, - разочарованно пробурчала я.
  -- Лучше сейчас, - прошептал он на ушко, - пока есть выбор.
   Кому лучше? Какой еще выбор? Ничего не понимаю.
  -- Дело в том, что после третьего поцелуя выбор отпадает сам собой, - сверля меня тяжелым взглядом, пояснил Орион.
  -- Выбор чего? - все-таки я непроходимая тупица.
  -- Твой выбор, милая моя.
   Вот это номер! Это что же получается, если Ибрагим поцелует меня еще два раза, то... или ... Вот засада! Мне не хватило воображения! Что именно произойдет, если ангел поцелует меня еще два раза? ...
  -- Ты навечно станешь его собственностью, - поспешил разъяснить серафим. - Для тебя исчезнет мир, в котором ты живешь. Исчезнут люди, которых ты любишь и которыми ты дорожишь. Все твои мысли, стремления, чувства сосредоточатся только на нём. Ты не сможешь без него ни есть, ни пить, ты даже думать без него не сможешь.
   Я нервно взглотнула. Меня ощутимо потряхивало. Блин, Ибрагим, мы так не договаривались! Я так не хочу!
  -- Какая жестокая ирония, не находишь?! - сарказм, звучащий в притворно мягком голосе, сочился ядом. - Любовь ангела - не манна небесная, это сущий ад.
   Подлокотники кресла покрылись тонкой коркой льда. Холод сделал пространство плотным и неподвижным. Время замедлило бег.
   Смотря в глаза, пылающие призрачным зеленым огнем, мне срочно захотелось драпануть на ближайшее кладбище, в поисках уютного местечка для спешного самозахоронения. Страх деликатно поправил удавку на моей шее.
  -- Но, - словно насмехаясь надо мной, продолжил Орион, и голос его был полон желчи, - есть и другая сторона медали. Один поцелуй ангела залечит раны и воскресит еще не лишившееся души тело. Два поцелуя даруют защиту от всех порождений Тьмы и Хаоса. Три поцелуя сделают сильнее, быстрее... могущественнее. Четыре, при условии, если, конечно, целуют разные ангелы, подарят силу видеть в душах. Иные случаи лично мне не известны. Эта тайна, которую знают немногие, среди простых смертных и вовсе никто. Но вампиры знают о силе поцелуя ангела издавна. Они неустанно охотятся за нашим братом. Слава Всевышнему, поймать сильного ангела им не удается, в основном это вестники или хранители, а они слабы, и их поцелуй не имеет такой ценности, как поцелуй архангела или серафима. Поцелуй ангела ...
  -- Зачем вы все это мне рассказываете? - перебила я его, хотя мне и было жуть как интересно.
   В пламенеющих глазах Ориона плескалась сила, которая в мгновение ока могла превратить меня в горстку пепла, и он был близко. Почудилось даже, что язычки зеленого пламени коснулись меня, и я совершенно четко осознала, что смерть в этом огне будет бесповоротной.
   Меня тут же прошиб холодный пот. Стоп. Я не готова!... Нет, не так.... Я не хочу!... Я не хочу умирать!
  -- Пожалуйста, - сдавленно всхлипнула я. - Пожалуйста.
   В отчаянии толкнула его в грудь раскрытыми ладонями, в которых появился небольшой сгусток света. Свет серафиму не причинил вреда, тем не менее, Орион моргнул, потом еще раз, словно пытаясь избавиться от наважденья. Он резко отстранился. Пугающий огонь угас, и ангел вновь стал собой.
  -- Прости, - застонал серафим, потирая вески, как при головной боли. - Не знаю, что на меня нашло.
  -- Ддда лла-аддно, - все еще трясясь как пресловутый вибромассажер, выдавила я из себя.
  -- Напугал? - Орион склонил голову к плечу.
  -- О-оочень, - призналась честно.
  -- Прости, - грустно улыбнулся серафим.
  -- Ну, я-йя.. ?
  -- Конечно. Иди. А мне надо подумать.
  -- А-а... хорошо... пока... пошла, - нервно зачастила я, сползая с кресла задом.
  -- Подожди, - остановил серафим.
  -- ?
  -- Будь осторожна. То, что сейчас произошло неспроста. Если только... Да, ладно. Не бери в голову. Иди.
   Уф! Пронесло.
  

***

   Я проснулась вся в холодном поту. Подскочила на постели, и заметалась как пойманная в силки птица.
  -- Таня, - позвал обеспокоенный мужской голос. - Таня. Открой глаза, милая. Не бойся.
   Легко ему говорить, это не его, только что, едва не поджарили, не он смотрел в глаза своей окончательной смерти. Ну, что за непруха! Что вообще происходит в этом мире? За что мне такое наказание?
   Но я послушалась, и приподняла веки, тут же, утонула в кристально чистых озерах таких знакомых - незнакомых глаз. Александр смотрел на меня с тревогой. Он был искренне обеспокоен и в его взгляде я прочла робкую нежность, которая не вписывалась в образ того Александра, каким я его запомнила.
   Это был совсем другой чел... вампир. Те же глаза, та же внешность... Но это не он. Бессмыслица какая то! Да, я чувствую, что мужчина, промакивающий влажной салфеткой мое лицо, хозяин, тем не менее, ничего общего с прошлым контактом нет в и помине. Его присутствие наполнило уверенностью, страхи отступили, голова легкая, голод терпим, а в животе, словно порхают бабочки. Захотелось забраться к нему на колени и замурлыкать.
   Однако кое-что меня смутило. Например, двойственное ощущение того, что: да, Александр мой хозяин, и, нет: он не мой хозяин. Или правильнее так: Александр не совсем мой хозяин, а только отчасти.
  -- Тебе лучше? - спросил он своим удивительным бархатным голосом.
  -- Думаю, да, - просипела в ответ.
  -- Не хочешь рассказать, где была?
  -- Нет. Но хотела бы услышать: зачем?
   Александр нахмурился, вследствие чего на лбу появилась морщинка, которую мне срочно захотелось разгладить. Не посмела.
  -- Зачем обратил? - решил уточнить, хотя знал ответ.
  -- Да. Хотелось бы знать.
  -- Это был не я, - качнул головой вампир. - Я не обращал.
  -- Тогда кто?
  -- Я сам хотел бы знать, - грустно вздохнул Александр.
   Он отложил салфетку, поднялся с кровати и подошел к открытому окну. Найдя в кармане брюк золотой портсигар, вытащил сигарету, стал разминать ее между большим и указательным пальцами, затем прикурил от огонька свечи, стоящей на столике возле кровати. Затянулся и долго так стоял, просто смотря в никуда. Запах у дорогого табака замечательный: пьянящий, удивительный аромат.
  -- Думаю, будет лучше, если я расскажу тебе всё с самого начала, - докурив до половины, заговорил хозяин.
  

Глава 19

   Оказалось, Александр стал хозяином города не так давно. Его предшественник Свердлов Вениамин Кондратьевич был гораздо сильнее и старше, а еще деспотичнее и злее. От его выходок страдали все, включая самих вампиров. Властолюбивая натура Свердлова требовала абсолютного подчинения. Он не терпел, когда указывали на его просчеты, и карал с особой жестокостью дерзнувших ему перечить. Наконец, чаша терпения переполнилась и общими усилиями вампиров, магов, ведьм и оборотней удалось свергнуть тирана. Заманив Свердлова в печать смерти, маги разорвали его связь со всеми его птенцами, которых было на тот момент больше трех десятков. Ослабленный и лишенный части способностей, Свердлов чудом спасся и бежал заграницу.
   Александра выбрали не сразу. Кандидатов было несколько. Им всем пришлось попотеть, доказывая свою способность управлять вампирами целого города. Это не так-то просто. Одной силы недостаточно. К каждому клану нужен свой подход, свои методы поощрения и наказания. Убивать себе подобных - табу, даже если это полуразложившаяся тварь питающаяся падалью. Необходимо постоянно отслеживать прирост немертвых. Сдерживать старших от создания новых птенцов. Это требует от хозяина выдержки и уверенности в своих силах, так как мастера кланов в большинстве на века старше правителя и могут заупрямиться.
   Ум и проницательность Хозяину города требуются и во внешней политике, где приходится работать с несговорчивым Советом магов, который предпочитает в упор не замечать нужд вампиров. Для них вопрос о правах немертвых, как кость в горле. Дай им волю, давно бы легализовали охоту за головами - понятно чьими.
   Со стаями оборотней проще. Не трогай их брата, и всё обойдется. Однако кровь оборотней, по вкусу напоминающая дорогое вино, самая питательная и энергетически емкая, и молодняк по дурости лезет, куда не следует. Следовательно, стычки с двуипостасными неизбежны.
   Ведьмы не жалуют вампиров, тем не менее, с ними контакт налажен. Эти дамочки в большинстве своем тоже проклятые. Их кровь для вампиров медленный яд.
   Из пяти кандидатов, в конечном счете, выбрали только двух. Александр стал хозяином города, а Невельский Юрий - Зоны Сумерек. Не все остались довольны, однако обоснованных претензий пока никто не высказывал.
   За несколько дней до знакомства со мной, Александру сообщили, что в городе начались беспорядки. Кто-то безнаказанно убивает вампиров. Жертвами стали необученные птенцы. Их убивали за час до пробуждения. Сцеживали кровь, а тела предавали огню.
   За расследование он взялся лично, однако таинственный убийца превосходно знал свое дело и мастерски заметал следы. Не без труда, но Александру удалось отыскать его логово: подвал небольшой полуразвалившейся оскверненной церковки. Спустившись по ветхим ступеням, Александр обнаружил висящую на стене карту, на которой кнопками были отмечены места дневного сна всех старших вампиров. Естественно, попытался обследовать помещение, но по неосторожности встал в центр скрытой пентаграммы.
   В тот момент нечто призванное вселилось в его тело. Оно не завладело им полностью, но взяло под контроль большую часть его сознания.
  -- И, что дальше? - не выдержала я.
   Александр явно затянул с повествованием. Я уже начала клевать носом. Если пойдет так и дальше, я же до второго пришествия не узнаю, как была втянута в эту историю.
   Хозяин посмотрел с укоризной. Извини, ну, не отличаюсь я ангельским терпением. Хотя если вспомнить Ибрагима, то возможно и обладаю, в какой-то степени.
  -- Дальше это существо заставило меня пойти на вечеринку по случаю дня рождения неизвестной мне особы. Все, что там происходило, ты, наверное, помнишь.
  -- Конечно, - почесала в затылке и резюмировала. - Было страшно.
  -- Знаю. Он...
  -- Он? - проверила, не ослышалась ли.
  -- Скажем так, существо мужского пола. Он тоже знал. И это ему не понравилось, - поморщился Александр. - Из того, что я понял, он ожидал от тебя другой реакции.
  -- Какой реакции? - удивленно заморгала. - И почему именно от меня?
  -- Он пришел туда ради тебя.
  -- Ой, да ла-адно, - протянула я.
  -- Ради тебя..., - Александр мастерски выдержал театральную паузу, - и за тобой.
   Отпавшая челюсть зависла на уровне пупка. Возвращение ее на место заняло минут пять. И с чего, скажите мне на милость, мне выпала такая честь?!! Нечто призванное незнамо откуда тащит оккупированное тело Александра-вампира на встречу со мной, пугает до икоты, едва не лишает девственности, а еще и недовольно. Офигел он что ли?!
  -- В тот раз он отпустил тебя. Но времени у него оставалось мало, и он попробовал снова.
  -- Он использовал моих подруг? - догадалась я.
  -- Да, он их контролировал.
  -- А...а...
  -- А потом он сплоховал, - презрительно скривился Александр. - Забыл, в чьем теле находится. Я и до его вселения голоден был, а с ним еще сутки без питания проходил. Что из этого вышло, ты знаешь.
  -- Знаю, - презрительно ухмыльнулась. - Решил со мной сперва переспать, а потом закусить. Или наоборот?
  -- Почти, - смутился хозяин.
  -- В каком смысле? - одна бровь изогнулась.
  -- Случился конфуз. Я хотел твоей крови, но он не хотел тебя шокировать. Я знал, как сделать укус приятнее, но от голода туго соображал. Я предложил вариант, но оказалось, он давно забыл, как это делается. Одно наложилось на другое и, в конечном счете, если бы ты нас не отвергла, все закончилось бы гораздо хуже.
  -- Отвергла, не отвергла, - хлопнула ладонью по подушке. - Вы все равно меня укусили.
  -- Да, уж.
  -- Но было приятно, - смущенно призналась я.
  -- Рад слышать, - улыбка в глазах хозяина.
  -- А что потом?
  -- Ты отключилась. Мы укрыли тебя одеялом и ненадолго оставили. Когда вернулись, нашли твой уже остывающий труп. В твоей груди торчал осиновый кол.
  -- Меня убили??? - пискляво вскрикнула я.
   А я-то думала меня уже нечем удивить?!! Александр замешкался.
  -- Да, - подтвердил он мои опасения. - Тебя приняли за моего птенца. Но убийца не успел далеко уйти. Жаль это оказался только подручный охотника. Он давно следил за мной, и когда увидел, как я-мы ведем тебя к себе на квартиру, предположил, будто я нарушил закон и хочу создать еще одного птенца (у меня уже есть двое). Рисковать, и сцеживать кровь, он не стал, только вбил кол в сердце. Я хотел выяснить, кто стоит за убийствами, но не успел. Взбешенный твоей смертью он испепелил его "дыханием смерти". После такого "очищения" ни то, что тела, праха не осталось.
  -- Дыхание смерти?
  -- Заклинание подвластное некоторым некромантам. Единственный в своем роде огонь, пламя которого может уничтожить душу. Чтобы его получить маги призывают Ангела Смерти, - удовлетворил мое любопытство Александр. - Расправившись с убийцей, мы вернулся к тебе. Рана была глубокой. Кол пронзил сердце и надеяться на то, что ты выживешь, не приходилось. Но он был уверен. Взял тебя на руки и поцеловал в губы.
  -- Вот прямо таки взял, и поцеловал труп, - скривилась я.
  -- Не смотри на меня. Я тоже сперва не о том подумал. Но какая-то сила начала медленно перетекать в тебя. Затянулись ранки на шее, восстановилось сердце, от кровавой раны не осталось даже воспоминаний... Но ты не дышала.
  -- Так я не...?
  -- Нет. Даже, когда твои раны зажили, ты оставалась мертвой. Утром он покинул мое тело. Часть воспоминаний о бурной ночи стерлись, и я не удивился, когда на следующую ночь не нашел тебя в квартире. Надо полагать, мои дневные слуги, найдя окоченевшее тело в хозяйской постели, сочли разумным поскорее от него избавиться.
  -- Морг не самое приятное место для пробуждения, - насупилась я.
  -- Представляю себе, - со вздохом согласился хозяин. - Увы. Если бы на тебе остался хотя бы след моего укуса... Для них ты была просто трупом красивой девушки.
  -- Если это комплимент, то он весьма сомнительный.
   Александр сел на кровать. Он осторожно убрал волосы, падающие мне на глаза. Погладил по щеке. Я поддалась порыву и потерлась о его ладонь.
  -- У меня есть подозрение, что он оставил во мне частицу своих чувств, - тихо произнес хозяин. - Специально или нет, не знаю, но когда я сегодня увидел тебя, это было как...
   Он замолчал, подбирая нужные слова. Я придвинулась, желая быть ближе к нему.
  -- Как что?
  -- Как возвращение домой, - нашелся Александр.
   Я удивленно склонила голову.
  -- Я увидел тебя и все вспомнил. И понял... Все то время, что я провел без тебя, не находил себе места, мучился, не понимал, что со мной происходит... тосковал... Мне просто не хватало тебя. Мне нужно было видеть тебя, слышать твой голос, ощущать твое присутствие.
  -- Все хорошо, - прошептала я, робко прикоснувшись к его груди. - Я здесь.
  -- Я раньше никогда не испытывал таких глубоких чувств, - еле слышно признался хозяин. - Никогда.
   Его глаза мерцали серебром, в них отражались мои зелено-желтые с вертикальными зрачками. В моей груди пробудилось сердце и забилось в учащенном ритме. Наши губы были так близко. Но я чего-то боюсь, да, и он тянет.
   И в этот бесценный момент с грохотом открывается дверь, на пороге возникает некто возжелавший покончить жизнь самоубийством, чему я, по доброте душевной, поспособствую, и совершенно будничным тоном заявляет:
  -- Таня, я кофе принес.
  -- ДЕНИС!!! - взревела я, вскакивая с колен Александра.
  

***

   На орехи досталось всем: и Денису, и подслушивающему за дверью Эдварду, и "проходящему мимо" рогатому коврику в зеленых штанишках. Последнему с особым пристрастием.
   Александр только удивленно хлопал глазами, пока я с боевым воплем охотника на мамонтов носилась за этой троицей по всему этажу. Потом загнала их в комнату и отвела душу по полной. Денис пытался оправдаться, но холодный кофе был вылит ему на голову. Эдвард магичил, но я нутром чуяла какое заклинание он готовит.
   Световой плевок в его сторону и несформировавшееся заклинание сдетонировало у мага в руках. Эдвард застыл в забавной позе с выпученными глазами и самопальным ирокезом на всю голову.
   Коврик попробовал бодаться, за что и получил по рогам. Из-за плотной шерсти он легко перенес пинки и укусы, а мне пришлось потом долго отплевываться.
   Через несколько минут в комнату ворвался запыхавшийся шеф, и, увидев своих сотрудников, изрядно побитых, покусанных (не до крови), опаленных и застывших в позе "а унитаз-то сперли!", встал столбом. Коврик под моими ножками жалостливо заблеял:
  -- Она опять мне нос сломала!
  

Глава 20

   Уверена на все сто, что от меня решили избавиться! Шеф моё самоуправство оценил, подумал и принял решение. Меня даже слушать не стал, когда попробовала отстоять свое право. Ну, точно!! Вон как лебезит перед Александром. Чуть ли не в пояс кланяется. Тьфу, противно.
   Очухавшийся Эдвард пытался привести себя в порядок. Не вышло. Ёжик получился отменный. Панки увидят, удавятся от зависти. Однако мага приобретенный имидж не устраивал, и он смотрел на меня как юный биолог на царевну-лягушку. Целовать побрезгует, но во внутренностях покопается.
   Лохматый коврик громко хлюпал разбитым носом и жаловался на судьбу. Однако за влажную салфетку, ту самую, которой меня обтирал хозяин, ворчливо поблагодарил.
   Денису хоть и досталось, на меня не в обиде. Да, что ему будет бугаю неумному. Лицо от кофейной жижи утер, царапины йодом замазал и хорош.
   Понять не могу, что им под дверью тихо не сиделось?! Ну, подслушивали - бог с вами, а мешать то зачем? На мой вопрос эта несговорчивая троица только стыдливо потупила очи. Ну, впрямь девицы, которых мамка на сеновале с хахалями застукала.
   Александр порадовал шефа, заявив, что немедленно забирает свою новоиспеченную подданную, и обо всем, что касается ее перемещения, присмотра и адаптации, позаботится лично. Но ни слова о том, кто хозяин.
   Забирать Лёню пришлось чуть ли ни с боем. Валерий Дмитриевич и док, появившийся в коридоре у магической двери, как чертик из коробочки, стояли грудью - нет, и все тут. Не пустим ни за что. Лучше сами отвезем, куда следует. Однако когда мальчик пообещал призвать еще одну партию духов, шеф задумался.
  -- Вы с ним не справитесь, - попытался убедить меня Валерий Дмитриевич.
  -- А мне и не придется, - положив руки на плечи все еще сонного ребенка. - Сейчас заедем к Любе, заберем его папу, пусть он сам с ним и нянчиться.
  -- Так вы забрали его у родителей?!! - ужаснулся шеф.
  -- Нет, конечно, - возмутилась я. - Его отец умер. А мальчика нужно отвезти к бабушке.
  -- Но если он умер...
  -- Ричард-дух. Но мальчик, как и я, может его видеть и слышать, - терпеливо объяснила офонаревшему начальнику СБСН.
  -- Так вы хотите поехать к вашей подруге, которая видит духов..., - предположил Марк.
  -- Нет, Люба не видит духов, но может их слышать, - поправила дока. - Верховная, как никак.
  -- Чья Верховная? - Валерий Дмитриевич вовсе перестал, что-либо понимать.
  -- Ведьм.
  -- Ты знакома с Любовью Владимировной? - удивился Александр.
  -- Да. Она меня св...ай! Ты чего?!!! - взвизгнула я.
  -- Они знакомы, - не обращая внимания на мой испепеляющий взгляд, кивнул Денис.
  -- Теперь понятно. А я-то думал, с чего вдруг... - забормотал шеф. - Ладно, идите. Больше не задерживаю. Стоп. А вы трое куда собрались?
  -- Я с ними, - хором ответили молодцы.
  -- ЧТО??? - опешил Валерий Дмитриевич.
  -- Ну, мне в Зону Сумерек пора возвращаться, - почесал в затылке Денис.
  -- Я давно хотел научную по вампирам написать, - на ходу придумал маг.
  -- А у меня нос сломан, - реалистично отмазался Иван. - Я на больничный сажусь.
   И преспокойненько увязались за нами. Вот такая на самом деле служба борьбы с нежитью. Не знаю как в Зоне Сумерек, но в городе она напоминает сборище клоунов.
  

***

   Лёню с ротвейлером оставила Александру, и, под предлогом срочного дела в медпункте, направилась выяснять отношения с одним наглым типом, посмевшим ущипнуть меня за попу.
  -- Денис, - приторно ласковым тоном обратилась я к зажатому в уголке бравому солдатику, - объясни-ка мне непонятливой, что это было?
  -- Где? - вякнул он, но притвориться дебилом не удалось.
  -- Сам знаешь где, - клыки вынырнули из десен. - Тебе руки пообломать или объяснишься?
  -- Да, что непонятного то, - захрипел Денис, хватаясь за мою с виду хрупкую руку, которая сдавила его горло, - скажи ты при этих двух о своем иммунитете к святой воде, и все пропало. Тебя бы отсюда не выпустили.
  -- Подтверждаю, - кивнул Эдвард, прикрывающий нас звукоизолирующим щитом. - На месте бы порешили.
  -- А Александр? - отпустила немного придушенного Дениса.
  -- И он бы не помог, - потирая шею, поднялся тот с колен. - Ты не настолько ему дорога, чтобы ради тебя подставляться.
  -- Я согласен с Денисом, - перебил маг. - Александр рисковать бы не стал. Ему война с Советом не нужна. Если бы возник выбор: на одной чаше весов - ты, неведомо как и кем оброщенная, а на другой - его положение в обществе вампиров, которого он с таким трудом добивался, то, как думаешь, чтобы перевесило?
   Ответ напрашивался сам собой. Увы, я не настолько глупа, чтобы не замечать очевидного. Когда рядом не оказалось Александра, мыслить я начала до отвращения трезво.
  -- Я думаю, второе, - не дождался ответа синеглазый. - Согласись, я прав.
  -- Прав, - тяжело вздохнула, но тут же подколола. - А вы значится, рискнули бы?
  -- Делать мне нечего!!! - тут же возмутился Эдвард.
   Денис подозрительно промолчал. Это меня насторожило. Радости не испытала, да и сердце в груди болезненно защемило.
  -- Обойдешься, - сдался - таки он под нашими взглядами.
   Не покривлю душой, вздохнула с облегчением. Хотя и поняла - соврал. Остается надеяться, что успею исправить это положение прежде, чем станет слишком поздно.
  -- И хозяину об этом не говори, - беспокойно заозирался Эдвард.
  -- Почему? Он же хозяин. Должен знать и все такое...
  -- Не глупи, - одернул маг. - Ты вампир с иммунитетом к святой воде - это немыслимо! Представляешь, что случится, если эта информация станет доступна всем?!!
  -- Представление не имею.
  -- Вот именно, - раздраженно подергал он себя за "колючки". - Это то же самое, что собственноручно подписать себе смертный приговор. Да, после такого признания, я за твою жизнь и ломаного гроша не дам. Вампиры не терпят запах чеснока (хотя лука тоже). Боятся креста (не все конечно). Не любят пересекать текучую воду (если очень приспичит - пересекут). Осиновый кол их остановит (если вовремя вынешь, дальше пойдет, особенно актуально в случае со старшими). Но свет, серебро и святая вода - это смерть. Смерть! Понимаешь?!
  -- Понимаю, - как попугай повторила за ним.
  -- Плохо понимаешь, - ткнул мне пальцем в лоб. - Вопрос: что будет, если узнают, что вампир не превратился в прах, когда его с ног до головы окатили святой водой? Опустим общую панику, мобилизацию войск, магический сыск, погони, перестрелки... Так что?
   В указанную голову полезли кадры из псевдофильма о вскрытии инопланетянина. В главных ролях, распластанная на хирургическом столе, ваша покорная слуга. Надо мной, с маниакальным блеском в глазах склоняется Марк Батькович (не знаю как его по отчеству). А так как эта сцена в моей нежизни уже имела место быть, то воображение послушно дорисовало недостающий поднос с хирургическими инкрементами, аппарат для откачки (или закачки) крови и множество разнокалиберных банок с непонятной гадостью. К горлу подступила тошнота.
  -- Поняла, - мяукнула я.
  -- Вот теперь поняла, - улыбнулся маг, удовлетворенный результатом своих объяснений.
  -- Я буду молчать.
  -- Не сомневаюсь, - щелчок пальцами и щит исчез.
   Из медпункта вышел частично очеловечившийся Иван. Шерсть с него слетела, как листва по осени, а рога остались.
  -- Идешь? - спросили мы его, честно старясь не смеяться.
  -- Дайте хоть переоденусь, - насупился он и засеменил по коридору в своих необъятных зеленых штанишках.
   У парадной нас ждал лимузин. Обычный - черный. На сегодняшний день таким уже никого не удивишь, но все равно интересно, по крайней мере, мне.
   Мы бесстрашно залезли внутрь. Просторненько. Стильненько. Все в черно-серо-красной гамме. По правой стороне, между двумя трехместными диванчиками, заваленными разноцветными подушками, компактная барная мини-стойка из красной лакированной древесины. Одна длинная плоская панель телевизора под потолком. Вокруг нее крупные лампочки освещения. Но большую часть пространства все же занимает мощный сплошной лакированный стол метра два в длину, из черного дерева с серебряными вензелями на углах. Я еще успела подумать: "Какая интересная работа!", как вдруг до меня дошло, что это не стол - это гроб! Восторга от машины сразу поубавилось. Из лимузина сделать катафалк!!! Н-да, до этого только вампиры могли додуматься.
   Несносная троица забралась первой, сев так, что Александр с Лёней оказались в одном конце салона, а я в другом. Ребенка такой поворот событий не устроил, и он, отдавив мужчинам ноги, перебрался ко мне. Так же поступил и Рамон. Хозяин решил не позориться и остался на месте. Даже не разозлился. Разумно с его стороны.
  

***

   Увидев вампира, ведьма нахмурилась, но, взяв себя в руки, улыбнулась как любая другая добропорядочная хозяйка. Кстати, Александр тоже не возрадовался, когда я попросила отвезти нас к Верховной. Тем не менее, мы на месте.
  -- Зайдешь? - сдержанно поинтересовалась у вампира Люба.
   В ее темно-карих глазах мелькнуло что-то похожее на раздражение. Не знаю, что бы это значило, но попробую выяснить.
  -- Нет, - пропуская меня вперед, ответил Александр. - Вернусь за ней завтра.
  -- Как пожелаешь.
   Верховная смерила надменным взглядом и остальных гостей. Дениса она знала, впустила без разговоров, а вот Ивана с Эдвардом задержала.
  -- Это кто?
  -- Со мной, - коснулась ее плеча.
  -- И рогатый? - удивилась Люба.
  -- Угу.
  -- Буду завтра, - обратился ко мне Александр, и голос его ласковым ветерком коснулся лица.
   Сердце в груди забилось чаще. Определенно хозяин действует на меня опьяняюще. Люба, заметив мой ступор, толкнула в бок.
  -- Хорошо, - сипло пробормотала я.
  

Глава 21

   Уложив ребёнка, распределив гостей по комнатам, и настоятельно пожелав им спокойного утра, Люба позвала меня на кухню. До рассвета часа два есть. Время попить кофейку и поболтать по душам.
   Внешне ведьма не изменилась, но манера говорить и двигаться, бесспорно, подверглась корректировке. Властный взгляд, царственная осанка, резкие уверенные жесты. Она даже пошла и переоделась в темно-зеленое, шелковое платье с золотой вышивкой по вороту, чем сильно меня озадачила. Поставив передо мной кружку с кофе, она грациозно опустилась на табурет. Одним словом - Верховная.
   Однако?! Если этот спектакль только ради того, чтобы позлить, то не на ту напала. Я расслабилась и позволила себя быть собой. Плечи расправились, легкий наклон головы, неудобная, но красивая посадка тела на стуле. Внешняя непринужденность движений и мягкая чуть снисходительная улыбка. Вампирья сущность услужливо дополнила образ мерцающими глазами и приглушенным сиянием кожи.
  -- Благодарю, - кивок в сторону ведьмы.
   Взяла кружку в ладони. Пригубила. Один глоток, чтобы потом непринужденно улыбнуться, посмотрев Любе в глаза.
  -- Не за что, - напряжение и мысленное пожелание, чтобы я этим кофе подавилась.
  -- Я надеюсь, мы не обременяем тебя? - вроде бы даже смущенные интонации.
  -- Ни в коей мере, - отпивая из кружки, чтобы скрыть недовольство.
  -- Неужели? - продолжаю улыбаться.
  -- Что ты от меня хочешь? - закипая от злости.
  -- Я?
   Люба поставила кружку на стол, сдвинулась вперед. Образ слетел, осталась только непреклонная властная натура Верховной.
  -- Зачем ты его привела? - хлопнув ладонью по столу.
  -- Кого? - не поняла я.
  -- Александра.
   Недоуменно пожимаю плечами
  -- Он нас привез.
   Люба злилась. Темно-карие глаза метали молнии. Я где-то, что-то пропустила? Очень на то похоже.
  -- Ты хоть понимаешь.... он теперь знает, где я живу! - возмутилась ведьма.
  -- А раньше, думаешь, не знал? - в голосе сарказм, не без основания, между прочим.
  -- Знал, конечно, - фыркнула Люба, поджимая губы.
  -- Ну, и?
  -- Он пришел сюда без предупреждения!
   Говорит так, как будто я понимаю, что в этом такого страшного.
  -- Он нас привез, - снова повторяю ей.
  -- Ты идиотка! - рявкнула ведьма.
  -- Мне говорили, - не смутилась я.
   Страсти поутихли. Люба тяжело вздохнула и объяснила, что Верховные ни при каких условиях не должны встречаться вот так спонтанно, только заранее предупредив другого, и только на нейтральной территории.
  -- А что так?
  -- Причин много, - поморщилась ведьма. - Но первая - это закон.
  -- Чей?
  -- Совета, будь он не ладен.
   Вот мы и подобрались к сути беспокойства. Один из законов Темного круга гласил: Верховные имеют право контактировать друг с другом только в рамках крайней необходимости, заблаговременно (за три дня) оповестив другую сторону о своих намерениях, и выбрав в качестве места встречи нейтральную территорию.
  -- То есть, ты хочешь сказать, что вы не можете встретиться, если на то не будет веских причин?
  -- Да.
  -- Например?
  -- Убийство, стычки, войны...
  -- А кто определяет эти причины? - перебила ее, не дослушав.
   Люба воззрилась на меня, как на помешанную:
  -- Совет.
  -- А Совет это кто? Кто в него входит?
  -- Маги, - округлила глаза Люба.
   Верховная нервно дернула себя за ворот. Очень знакомый жест.
  -- А Темный круг? - продолжила допытывать я, - Кто в нем?
  -- Ведьмы, маги, оборотни, вампиры, нечисть..., - начала перечислять Люба.
   Уголок рта подрагивал, но улыбаться во время серьезного разговора дурной тон.
  -- А в Совете только маги? - еще раз уточнила я.
  -- Да.
   Верховная не понимала, к чему я клоню.
  -- Кто создавал Совет?
  -- Маги, - нахмурилась Люба.
   Да, видимо намеков Верховная не понимает. Либо намеренно выводит меня из себя, либо... Что ж, пойдем другим путем.
  -- Чего ты боишься? - спросила ее напрямую.
  -- Тебе лучше не знать, - помрачнела Люба.
  -- Ты пугала меня службой борьбы с нежитью, мол, страшные, аж жуть, - фыркнула я, вращая кружку против часовой стрелки. - На деле ребята оказались безалаберными оболтусами. Творят, что хотят. Шефа ни во что не ставят...
  -- При этом тебя поймали, - тут же напомнила Люба.
  -- Там был Кшас, - отмахнулась я. - Благодаря его опыту и поймали.
  -- Кшас?
   Люба принялась хмуро пожевывать допитое кофе.
  -- Оборотень, - пояснила я.
  -- Имя какое-то знакомое, - Верховная сплюнула зерна в салфетку. - Не могу вспомнить.
  -- Возможно, - пожала плечами. - Шеф его точно давно знает. Они с ним коньячком баловались.
  -- Где?
  -- У шефа в кабинете.
  -- А ты откуда знаешь?
  -- Долгая история, но попробую рассказать...
   Верховная умела задавать наводящие вопросы, так, что утаить от нее что-либо оказалась задачей не из легких. Я рассказала Любе все или почти все. Об Орионе и своих подозрениях умолчала. Надо, сперва, самой в этом разобраться.
  -- ... Я попросила Александра привезти нас к тебе. И вот мы у тебя.
  -- Ка-ак интересно, - протяжно резюмировала Верховная.
  -- Прости, Люба, но я все еще под впечатлением. У меня даже есть предположение, что тогда, ну, когда мы с Денисом уехали, я ощутила своего истинного хозяина. Но если, как утверждает Александр, существо покинуло его тело, то каким образом он оказался у твоего дома?! Взял другое напрокат? Тогда зачем было покидать тело вампира? - продолжила я недоумевать. - Остался бы в нем.
  -- Решил, что рисковать тобой больше не хочет и поспешил найти другое вместилище, менее мертвое и кусачее. Так я думаю, - предположила ведьма.
  -- Как-то неубедительно, - скривилась, сплюнув зернышко в кружку.
  -- Возможно, - согласилась Люба. - Однако не сбрасывай со счетов и такой вариант.
  -- Ну, да, - смущенно пожала плечами, - но что-то у меня в голове не укладывается...
  -- Решай проблемы по мере поступления, - изрекла Верховная и посмотрела на часы.
  -- В каком смысле?
  -- Если не знаешь, как поступить, прокрути в голове все события, произошедшие с тобой, и, подумай, чего ты хочешь.
  -- Чего хочу? - опешила я.
  -- Именно, - деловито кивнула ведьма. - С момента своего восстания ты только и делаешь, что плывешь по течению, не особо задумываясь, что ждет тебя впереди. Хватаешь крупицы знаний, пытаешься понять все и сразу, ищешь проблемы там, где их нет вовсе. Но сейчас ты запуталась. Ты бежишь за выводком зайцев, и, как результат, ни одного поймать не можешь. Подумай, и выбери то, что для тебя по-настоящему важно.
   Верховной удалось серьезно меня озадачить. А я и не задумывалась, как выглядят со стороны мои потуги. Надо бы основательно заняться уборкой в своей непутевой голове. Может правильный ответ кроется где-то там, - в мешанине обрывочных мыслей. Поблагодарив Любу за кофе, я отправилась укладываться спать.
  

***

   Однако выспаться мне было не суждено. С первыми лучами солнца меня вырубило, но мозг, по необъяснимым причинам, продолжал активно работать. Мысли вихрем носились в моей голове, и я не сразу заметила, что не одна. Нет-нет, все группа СБСН дрыхла без задних ног, за Лёней и Рамоном приглядывал Ричард, а Верховная занималась своими делами, закрывшись в дальнем кабинете.
   А он был рядом и только молча смотрел на меня. Я ощутила его, как скользящий по коже луч света, нежное, ласковое прикосновение робкого тепла.
  -- Ибрагим?
  -- Да, это я, - отозвалось у меня в голове.
  -- Где ты был?
  -- Уверена, что хочешь знать? - грустный у него какой-то голос.
  -- Нет... Пожалуй, не хочу.
  -- Ты встретилась с Орионом?
   Н-да, эту встречу я никогда не забуду. Хорошо же он меня испугал - до сих пор поджилки трясутся. Надеюсь, к следующему разу серафим успокоится и мне удастся задать ему парочку щекотливых вопросов. Тем не менее, ответила коротко:
  -- Да.
  -- Теперь ты все знаешь, - прямо с вселенской тоской в голосе.
  -- Знаю.
  -- Злишься?
  -- А, похоже?
  -- Да, нет, не похоже, - короткий смешок. - Хочешь, чтобы я ушел?
  -- Ибрагим, что случилось? - встревожилась я. - Что-то произошло?
  -- Да, Таня, произошло..., - грустно-ласковый голос проникал в самое сердце. - То, что между нами произошло... Я не имел на это право... Я был зол. Не подумал. Мне нет прощенья.
  -- Ибрагим, пожалуйста, - сердце защемило так, что была бы возможность, прижала бы руку к груди. - Не надо.
  -- Если хочешь, я уйду.
  -- Куда? - с грустным смешком, пытаясь подобрать слова.
  -- Не важно.
   В голове было столько слов, что я могла бы написать трактат, но сказала только самое важное:
  -- Ибрагим, я не сержусь.
  -- Таня? - с робкой надеждой.
  -- Я не сержусь.
  -- Правда?
  -- Правда... Хотя нет, я сержусь... сердилась, но это не имеет значения. Что случилось, то случилось, и я ни о чем не жалею. Ну, разве что..., - и тут я решилась. - Где ж это ты, паршивец, целоваться научился?!!
  -- Э-э-э, ну-у.. Тань, - замялся ангел.
  -- Не увиливай, - фыркнула я. - Отвечай, давай.
  -- А Орион тебе не рассказывал? - как-то подозрительно смущенно.
  -- А должен был?
  -- Нет.
  -- Так, не тяни резину. Говори.
  -- А может не надо?
  -- ИБРАГИМ!
  -- Ну, ладно, - скорбно протянул ангел. - Тань, я не всегда был вестником.... Меня понизили.
  -- Сильно понизили? - хмыкнула я ехидно.
  -- Да, ниже уже некуда, - насупился ангел.
   Ибрагим тяжко вздохнул, вспомнив что-то неприятное.
  -- Ну, и? - заторопила его.
  -- Понимаешь, меня по распределению отправили к падшим.
  -- К демонам? - опешила я.
  -- Да к ним, - еще один вздох. - Я честно служил долгие годы... Сколько? Лет триста... вроде... специально не считал... пока не появилась... она. Боже, она была прекрасна... Дерзкая, страстная, жаркая. Она свела меня с ума. Я идиот, Таня. Попался, как мальчишка. Она использовала меня и выбросила. Я не был ей нужен. Ей нужна была свобода. Она добилась своего... Боже... и я ей помог!
   В голосе Ибрагима была такая горечь, что захотелось обнять и утешить его, но тело мертвым грузом лежало на постели, а дух отказывался выходить.
  -- Ибрагим, - прошептали губы.
  -- Не надо. Не жалей меня. Я сам виноват. Когда она ушла, я не знал, что делать. Нет... я не сожалел о содеянном, но она... мне не хватало ее. Это как...как...
  -- Как наркотик, - подсказала я.
  -- Именно. Так и есть. Мне было плохо. Я пустился во все тяжкие. Таня, я пал так низко, что почти стал таким же, как они. Орион спас меня. Забрал к себе.
   Вот тебе бабушка и Юрьев день. Ангелу все же удалось ввергнуть меня в водоворот сомнений. Ну, Ибрагим! Ну, вестник!
  -- О-хо-хо-юшки, - только и смогла выдавить из себя.
  -- Прости.
  -- За что? - недоуменно воскликнула я. - Ибрагим, не мне судить тебя. Я вампир и за свою нежизнь успела убить трех человек.
  -- Вампир, - согласился ангел. - Странный, но вампир. А насчет тех трех ты ошибаешься.
  -- Не поняла?
  -- Это были не люди?
  -- А кто?
  -- Гомункулусы.
  -- ЧТО? - взвизгнула я, совершенно опешив от такого известия. - Шутишь что ли?
  -- Я серьезно.
  -- Ну, ни фига себе!! Но один же говорил, что его жена дома ждет. Как это понимать?
  -- Парень давно погиб и его заменили гомункулусом.
  -- Вот так, взяли, и заменили?!!
  -- Именно так.
  -- Обалдеть.
  -- И к сведению: уничтожение гомункулусов не считается убийством.
  -- Чушь, - сердито фыркнула я. - Они были живые, а я их убила. Я убийца.
   Ибрагим попытался меня переубедить:
  -- А Валера так не считает. Ты ведь спасла ему жизнь.
  -- Так вышло. И хватит об этом, - резко пресекла я дальнейшие попытки отбелить мой грех.
   Ангел, как мне показалось, был доволен. Уж не проверял ли он меня?
  -- Значит после того случая тебя понизили в должности, - решила расставить все точки над и.
  -- Не совсем. Некоторое время Орион прятал меня, пока я не пришел в норму. Он запечатал мою силу и заставил написать рапорт, после чего меня отправили к Израилу.
  -- А как ее звали? - с чисто женским любопытством и наметками на будущее.
  -- Илистэль.
  -- Иля, значит, - брезгливо поморщилась. - Ну, что ж, замнём для ясности. Ибрагимушка, мне нужна твоя помощь.
  -- Конечно. Я слушаю тебя.
  -- Я встретилась с Александром.
   Ангел промолчал, но как-то неожиданно громко скрипнул зубами.
  -- О, всё не так плохо, - поспешила успокоить я ангела. - Но, к сожалению, он не единственный мой хозяин.
  -- В каком смысле?
  -- А в таком, что когда Александр укусил меня, в его теле был еще кто-то... призванный. И у меня есть подозрение, что это был ангел.
  -- Почему, ты так думаешь?
   Я прислушалась к голосу в своей голове и не уловила в нем ни нотки недоверия. Хорошо.
  -- Александр говорил, что тот использовал "дыханием смерти".
  -- Ого! - воскликнул Ибрагим. - А это уже серьезно.
  -- И помимо этого оно возвратило меня к жизни - поцелуем.
   Коротенько рассказала все то, что узнала от вампира. Ибрагим удивленно ахал, но с комментариями, благо, не встревал.
  -- Что ты хочешь от меня?
  -- Мне нужно снова поговорить с Орионом.
  -- Уж не подозреваешь ли ты его?!!...
  -- Нет, - засмеялась я. - Мне тут настоятельно посоветовали пораскинуть мозгами, и я пришла к выводу, что Орион моим хозяином быть не может.
  -- Слава Всевышнему, - облегченно выдохнул ангел.
  -- Но поспрашивать его все же стоит. Если Ангел Смерти - должность, то Орион обязан знать, кто был до него.
  -- Логично.
  -- Поговори с ним. Я могу, конечно, и к нему, - нахмурилась, - ...только обмороки у вампира несколько странное явление. А на меня и так косятся с подозрением.
  -- Я поговорю.
   Ибрагим собрался уходить.
  -- Подожди.
  -- Да?
  -- Да, нет, ничего.
  -- Тогда я пошел?
  -- Иди, - смиренно вздохнула, чувствуя, как не хочется оставаться одной.
   Теплые губы мимолетно коснулись лба, и ангел ушел, а я провалилась в глубокий тревожный сон, в котором я кого-то искала и никак не могла найти.
  

***

   Пробуждение началось где-то в районе шести вечера. Неожиданно рано для вампира, однако, норма для моей совьей натуры. Относительно выспавшись, я решительно занялась тем, что, как никогда, прислушавшись к дельному совету, начала яростно соображать, что же мне, в конце концов, надо?
   Припомнив некоторые особо примечательные моменты, произошедшие со мной за эти дни, пришла к неутешительному выводу, что Орион прав, все это неспроста.
   Как бы не пыталась хорохориться, я всего лишь одна из многочисленных фигурок в некой грандиозной и загадочной игре. Однако, фигура моя еще не самая никчемная. Предоставленная мне сомнительная свобода действий, в расчете, на интересные и неожиданные ходы, давала свои результаты. Неизвестный противник вряд ли сможет предугадать ход моих мыслей по причине отсутствия такового.
   Голова прямо-таки опухла от натуги, выуживая полезную информацию из многочисленных, и порой не самых приятных знакомств. Обмозговывать приходилось то, о чем я, честно говоря, имела крайне поверхностное представление, и все чаще приходила к неутешительному выводу, что мне, со столь скудными знаниями об этой грани реальности, вряд ли удастся докопаться до истины.
   Увы, взглянув на все со стороны, надеяться, что всё обойдется, уже не приходилось. Оставалось только уповать на милосердие Всевышнего. Однако воспоминание о сцене с Орионом, охладило пыл.
   Отсутствие дельных идей и нужной информации меня не удручало, значит еще не время что-то решать, нужно выждать и посмотреть, что будет. Сомнений не было - что-то да будет, и будет весьма интересно.
   Шорох за дверью отвлек от неприятных мыслей, возвратив к реальности, которая напомнила о себе еще и пробудившимся навязчивым голодом. Меня это не устраивало, но приходилось как-то мириться со своей новой сутью, позволяя ей хоть изредка брать над мной верх. Подобный метод позволил нам сосуществовать друг с другом без эксцессов.
   Но это было до того, как вошла в стазис. На данный момент я ощутила ее недовольство, и попытки сместить меня на ту грань подсознания, где я меньше всего хотела бы оказаться.
   Прекрасно понимая, что утихомирить ее без определенных жертв уже не получится, я помолилась, чтобы за дверью оказался кто-нибудь из взрослых, и лучше из мужчин. Им-то небольшая кровопотеря не повредит.
   Мне несказанно повезло, и за дверью маячил именно представитель сильного пола, но кто именно - без понятия, а мне, в нынешнем состоянии, даже в голову не пришло, что в квартире, помимо трех знакомых из СБСН, ребенка, самой хозяйки и четвероногого питомца может оказаться кто-то еще. Какое, однако, упущение.
   До затуманенного разума отголоски припозднившегося недоумения дошли только тогда, когда рывком втянув в комнату, повалила его на пол и впилась в шею. Первые секунды просто упивалась сказочным вкусом крови. С нескольких глотков я, если можно так сказать, захмелела... и осмелела.
   Мне показалось несправедливым, что я единолично получаю удовольствие от процесса и послала едва уловимый импульс по и так напряженной нервной системе. Ответ получила тут же. Моя импровизированная гитара отозвалась насилу сдерживаемым стоном. "Так-то лучше".
   А вот в меру насытившись, начала постепенно соображать, и, с явным недоумением осознавать, что уже знаю этот терпкий, сладковатый вкус и тонкий, скрытый за многомерным заклинанием, запах.
   Я подняла голову и со смесью ужаса и стыда встретила насмешливо-ехидно- удовлетворенный взгляд оборотня.
  -- Ну, теперь я точно уверен, что с тобой все в порядке, - оскалился Кшас во все свои тридцать два или сколько их там.
   В ответ я схватилась за голову и застонала. Все, мне конец. Я зажмурилась и приготовилась поплатиться за то мимолетное удовольствие, которое испытала. Но, к моему недоумению никто не спешил оторвать мне голову или вбить осиновый кол в сердце. Осмелев, я позволила себе приоткрыть один глаз.
   Оборотень все еще лежал подо мной и радостно скалился. Странно, но его улыбка гарантировала скорее продолжение банкета, чем мучительную смерть, а весьма откровенный взгляд заставил роте мурашек пробежаться по моей коже раз сто не меньше. И если вспомнить, что кроме ночной рубашки и нижней части комплекта на мне ничего нет, то полет фантазии был короток.
   Осознание того, чем это может закончиться, заставило вспыхнуть, и отскочить от оборотня на максимальное расстояние, которое могла позволить комнатка три на три метра.
   Удивительно, но он не последовал за мной, а продолжил наблюдать с того места, где я его оставила. Лишь соизволил слегка приподняться на локте, словно красуясь. Или, что вероятнее всего, позволяя увидеть то, что скрывается за распахнутым, испачканным кровью воротом и то, до чего я еще не добралась.
   Волна иссиня-черных волос заструилась по плечам, более не сдерживаемая резинкой, которая потерпела фиаско в попытке приручить этот буйный поток.
   Только теперь мне удалось рассмотреть оборотня как следует. До этого Кшас словно скрывался за полупрозрачной ширмой, вроде все понятно, но толком ничего не разобрать. А теперь увидела. Мама моя! Краска смущения залила щеки, да и дышать стало намного труднее. Сердце истерично забарабанило в груди, напоминая, что помимо того, что я вампир, я еще и молодая, одинокая женщина.
   Кшас оказался не просто привлекательным мужчиной, а настоящим красавцем. Рубашка и брюки, обтягивающие натренированные мышцы, едва не трещали по швам, тем не менее, у оборотня были на удивление правильные пропорции для такого накаченного тела: широкие плечи, мощная грудная клетка, узкая талия с очерченными мышцами пресса, крепкие бедра, длинные ноги. Странная татуировка, в свое время привлекшая мое внимание, начиналась где-то на груди и оплетала шею множеством тонких щупалец. Однако понять, что это, снова не удалось. Лицо двуэпостасного привлекало внимание не меньше, чем тело, от вида которого меня начало бросать то в жар, то в холод: очень мягкие черты, красивый прямой нос, высокие скулы, манящие губы, густые, насмешливо изогнутые брови и... глаза.
   Эти глаза. О них я могла бы петь дифирамбы и мне бы не надоело. Необычайно светлые, чистые озера, обрамленные черными как смоль ресницами. Такие я видела только у собак породы - хаски.
   Какой там Александр, Ибрагим, Орион, Эдвард... Все они теперь казались невзрачными и неинтересными. Вот это удар, боюсь, после такого я уже не оправлюсь никогда. Мне рядом с ним даже дышать больно.
   "Мама, - в долю секунды вспыхнула последняя моя разумная мысль, - я попала!"
  -- Каким ветром вас сюда надуло? - стараясь не упасть лицом в... уж не знаю во что, я поспешила найти другой предмет для изучения. Им оказалась прожженная в ковре дырка.
  -- То же я хотел бы узнать у тебя, - хмыкнул оборотень, даже не делая попытки подняться с пола.
  -- Я первая спросила, - скорее пискнула, чем сказала.
   Голос, к сожалению, предательски дрогнул, но что поделаешь, я прекрасно осознавала нелепость сложившейся ситуации. Мои действия по отношению к этому мужчине были, как бы сказать, несколько... Просто не знаю, что и думать.
  -- Ну, хорошо, - совершенно умопомрачительным тембром заговорил Кшас. - Я живу по соседству и зашел пригласить Любу на ужин.
   В момент упоминания о Верховной меня окатила жаркая волна ревности, что захотелось что-нибудь сломать и лучше об свою голову. Я отвлеклась от созерцания дырки и встретилась с пристальным изучающим взглядом. Его глаза лучились смехом.
  -- Я соврал, - тут же огорошил Кшас.
   "Он соврал?" - ахнула про себя, и тут же вслух:
  -- Соврал?
  -- Соврал, - кивнул и по-мальчишечьи лучезарно улыбнулся.
   По-моему я теперь знаю, что значит "пол из под ног уходит". Я покачнулась, абсолютно выбитая из своего привычного состояния относительного спокойствия, я уже ничего не понимала, и это выводило из себя не меньше, чем эта наглая ухмыляющаяся физиономия.
  -- Но ты бы видела свое лицо..., - продолжил потешаться Кшас. - Ты бы только видела! Это того стоило. Какой разворот плеч, какая осанка.... А взгляд...
   Такой подлости я от него не ожидала. Да как он смеет надо мной издеваться!!! Убью!!! До смерти закусаю!!! Или зацелую? Какая разница, моем случае это одно и тоже. Да гори все синим пламенем.
  -- Сволочь!!! - взревела я, хватая первый попавший под руку предмет.
   Оборотень одним, неуловимым даже для вампирьего глаза, движением поднялся с пола. Первым полетели всякие мелкие сувенирчики, свечки, засушенные цветы и вазы, затем пошли крупнокалиберные элементы декора: подсвечники, напольные кашпо вместе с цветами (жаль, их было только два), стулья, тумбочки и полки.
   "Да, чтоб тебя!" Эта изворотливая зараза легко уворачивалась от всего, что бы я в него не кидала, тем самым вводя меня в состояние крайнего азарта, когда попасть в него хоть чем-нибудь стало смыслом существования. А он явно получал от нашей беготни по комнате море удовольствия. И это бесило еще больше!
   До когтей и зубов не дошло. В комнату заглянула хозяйка, и ее свирепый рев заставил вспомнить, что мы оба вроде бы в гостях.
  -- Какого черта!!!
  

Глава 22

   То, как нас метелила Люба описывать не стану. Могу только сказать одно - под горячую руку Верховной лучше не попадаться. Ей и вампир с оборотнем не чета, когда она в состоянии аффекта, не зря же ее все так уважают.
   Впрочем, выяснилась и еще одна весьма интересная деталь. Этот гад не солгал, что живет по соседству, но не как оборотень - Кшас, а как - Константин Ефимович Дартэ. Бывший сотрудник СБСН, более не практикующий маг, зарабатывающий на жизнь банальным преподаванием в Академии для сотрудников организации. И внешность его, скрытая за уже знакомой магической ширмой, соответствовала: долговязый, ничем не примечательный господин в очках с треснувшим стеклом, выцветшей серой рубашке и коричневых, едва ли не век назад вышедших из моды, брюках.
   Объяснение же, что произошло в комнате, полностью свелось к моей вампирьей сущности. Мол, когда я открыла дверь, то Константин Ефимович сразу признал нечисть и решил "тряхнуть стариной", но так как магический резерв давно уж не тот, все вышло из-под контроля. Благо юная особа смилостивилась над непутевым магом и просто решила отвести душу банальной истерикой. И тон при этом был такой, будто я сама во все виновата, этакая обычная женская причуда.
   Мне срочно захотелось надеть ему на голову, поставленную перед ним, тарелку супа, которую хозяйка от щедрот, наполнила до краев. Заметив кровожадный взгляд, Кшас поспешил опустошить емкость, пока еще была возможность.
   Досчитав до десяти, я напомнила себе, что даже оборотням необходимо питание, особенно после кровопотери. Сама-то насытилась под завязку и мерзкая вампирья сущность моментально подобрела, и поспешила ретироваться на задворки сознания, удовлетворенно почмокивая, и даже мурлыча.
   Троица из СБСН, вынырнув незнамо откуда, тут же потребовала объяснений. Но меня их возмущенные возгласы не волновали. Люба тоже была недовольна, но уже не устроенным погромом, а постоянно увеличивающемся количеством нахлебников.
   А вот Лёня отнесся ко всему с прямо таки недетским скептицизмом и тихо на ушко, сообщил, что Константин Ефимович не тот за кого себя выдает. Я затравленно посмотрела на оборотня, но мужчина лишь снисходительно улыбнулся.
  -- Спасибо Любушка за угощение, - наконец насытившись, оборотень начал поспешно откланиваться. - Я постараюсь загладить свою вину. Зовите, если понадоблюсь.
  -- Ну, что вы Константин Ефимович, что вы. Я думаю, мы обойдемся своими силами, - залебезила ведьма, косясь на меня в предвкушении веселья. - Кто сломал, тот и должен чинить. А вы идите. Не в вашем возрасте так напрягаться.
  -- Ну, что вы Любушка, я не настолько еще безнадежен, - притворно всплеснул руками оборотень. - Обои поклеить, линолеум поменять... Это пара пустяков. С вампирьей помощью можно и потолки побелить. Я готов... Стремяночку там подержать... Ужин подогреть...
   На последней фразе Кшас покосился на меня, и, на мгновение, глаза его из серых стали снова небесно-голубыми. Поняв намек, я вспыхнула и закашлялась. Вот ведь зараза блохастая!! Я подорвалась с места, и, подхватив оборотня под локоток, поволокла к выходу.
  -- Константин Ефимович, вам пора, - цедила я сквозь зубы, стараясь даже не смотреть в его сторону. - В ваших услугах сейчас не нуждаются.
   Насильно вытолкав его, я все же не спешила хлопать перед ним дверью. Кшас прислонился к косяку и тихо, чтобы только я могла услышать сказал:
  -- Будь осторожна.
   Небесного цвета глаза больше не смеялись, он был совершенно серьезен.
  -- Постараюсь, - кивнула, понимая, что слова эти идут от чистого сердца.
  -- Никому не верь.
  -- Даже тебе? - ухмыльнулась я.
   Оборотень нахмурился, и, проведя пальцами по моей щеке, кивнул.
  -- Особенно мне.
   Я закрыла дверь и подняла взгляд. Ричард внимательно смотрел, молча ожидая моей реакции.
  -- Лучше, если ты об этом забудешь, - буркнула я.
  -- И то, что в комнате творилось - тоже?
  -- Ты был там? - холодок пробежался по позвоночнику.
  -- Да, - хмыкнул дух. - Ну, ты, Таня, и мазила.
  -- Забудь.
  -- Что-то с этим оборотнем не так, - решил поделиться своими мыслями дух. - Тебе не кажется?
  -- Да, есть что-то.
  -- Похоже, он за тобой приглядывает. И, знаешь Тань, он меня пугает. Есть в нем что-то... Не хотелось бы иметь его как врага.
   Не могла не согласиться. Кшас таинственная личность. Рядом с ним у меня всё выходит из-под контроля, а этого я жуть как не люблю. С Александром в сто раз проще: он хозяин, - я птенец. Мое отношение к нему легко объяснить вампирьей связью, его - чувствами другого существа. Все просто - все понятно. Даже отношения с Ибрагимом относительно ясны. Но Кшас... Тут я не знаю, что происходит. У меня крышу сносит, причем основательно.
  -- Да, не хотелось бы, - со вздохом кивнула.
  -- Как он вообще оказался в квартире?
  -- Не знаю, - пожала плечами.
  -- Люба даже не удивилась.
  -- И не только она, - поджала губы. - Наверное, он очень сильный маг.
  -- Наверное, - дух плавно сместился на уровень глаз.
  -- Ты что-нибудь понимаешь?
  -- Он к тебе явно неравнодушен.
  -- Я не об этом, - махнула рукой, пряча лицо, так как щеки запылали.
  -- Он не тот, за кого себя выдает. Даже личина Кшаса, по-моему, поддельная.
  -- Не то, - мотнула головой. - Хотя подмечено верно. Кшас ли он или только претворяется им, но это не то, что я хочу услышать.
  -- А что ты хочешь услышать? - признал свое поражение дух.
  -- Я даже не знаю, - сверля взглядом обои. - Не люблю я неопределенностей. А их становится все больше и больше. Сколько время?
  -- Через час приедет Александр.
  -- Еще одна неопределенность, - недовольно цокнула языком. - Ладно, разберемся.
  

***

   Клуб вампиров оправдал все мои ожидания. Или, точнее представление о подобном заведении. Готичный интерьер с примесью романтизма, грудастые официантки в эро-костюмчиках, красавец бармен, скалящийся очередной смазливой клиентке и толпы фанатеющих посетителей. Музыкальное сопровождение соответствовало.
   Когда мы вошли, все, как по команде, посмотрели в нашу сторону. Персонал и посетители проявили прямо таки невероятное единодушие, точно, войдя в зал, мы хором крикнули: "Эй, ребята посмотрите на нас. Мы здесь!"
   Я не люблю праздного внимания и потому сдвинулась за спину Александра, подсознательно ставя ментальный блок, которому обучил Эдвард еще дома у Верховоной. Благо длилось всё считанные секунды и когда я показалась из-за укрытия, все снова занимались своими делами.
  -- Девочка моя, подожди меня здесь, - промурлыкал Александр, обернувшись, - я должен уладить несколько дел. Мариночка проводи наших гостей к столику и обслужи их.
   Мариночка появилась сразу, как только мы вошли. Высокая, статная блондинка неопределенного возраста. По моим предположениям ей могло быть и тридцать и все триста. Взгляд ее мне не понравился. Она буравила холодными, по-кошачьи желтыми, глазищами и в глубине зрачков таился знакомый щуп. Пришла к выводу, что спиной к этой особе лучше не поворачиваться.
   Словно прочитав мои мысли, Денис подошел ближе и шепнул на ухо:
  -- Будь осторожна. Ей двести. Она сильный вампир. Была одной из кандидатов.
  -- Ого, - искренне удивилась я.
   Марина либо нас не услышала, либо сделала вид. Она молча указала на свободный столик. Мол, садитесь, раз явились.
  -- Нам здесь не рады, - поджав губы, резюмировала я.
  -- Еще как, - вклинился Эдвард. - Но только не тебе, а нам.
  -- Что будем делать?
  -- Закажи что-нибудь, а мы с Иваном пошерстим здесь немного, - кивнул Эдвард, и, похлопав по плечу, подхватил отбрыкивающегося рогоносца под локоток, ввинтился в толпу - только их и видели.
  -- Куда это они? - тут же встревожилась я.
   Кто знает, на что способны истинные вампиры. Я к истинным больше себя не причисляю. Смотря в холодные отрешенные лица, я поняла, что не такая как они. А главное внутри у них пусто, точно выели или ложкой все выскребли, и я не о внутренностях - я о душе.
   Но даже если она у них есть - душа эта, то, по-моему, она сильно деформировалась, то, что я ощущала, было - мерзким и противным. Та же Марина воспринималась как холодная мерзость, к которой даже мысль прикоснуться вызывает отвращение.
  -- Не парься, - подталкивая к столику, успокаивал Денис. - Они способны за себя постоять.
  -- Да знаю я, но стоит ли...
  -- Стоит, стоит... - отмахнулся он. - Ты же не глупая, понимаешь...
  -- Понимаю, - кивнула я, соглашаясь. - Александра что-то сильно встревожило, хотя он и пытался это скрыть.
  -- В точку.
  -- Как думаешь, что случилось? Снова нападение?
  -- Все может быть.
   Денис заказал содовую. Я же долго мучила пухленькое меню в стилизованном кожаном переплете, но понять, что подразумевалось под многочисленными экзотическими названиями, так и не смогла. Часть из них была написана на латыни, другая подразумевала что-то совсем неприличное.
   Марина - железная дева, терпела долго, но и ее терпению пришел конец. Вырвав несчастное меню из моих рук, она злобно прошипела: "Так, что закажешь? Женскую или мужскую?"
   Вот тут-то до меня и дошел смысл латыни. Показалось, что у меня даже на голове волосы встали дыбом.
  -- А свиной нет? - испуганно пискнула я.
   На меня посмотрели как на грязь, прилипшую к носкам туфель. Будь ее воля еще бы и плюнула в меня. Плюнуть, конечно, не плюнула, но начала вразумлять, что птенцу нужно питаться, и питаться человеческой кровью, а не свиной. Она так давила, что Денис забеспокоился и попробовал встрять в наш спор. Но взгляд вампирши был способен расчленить, и ему пришлось быстро умолкнуть. Тем не менее, я была непреклонна и нерушима, как китайская стена, чем однозначно ее удивила.
   Скорчив презрительную гримасу, она ушла, приняв мой возмутительный, с ее точки зрения, заказ.
  -- Как думаешь, она наябедничает, Александру? - поинтересовалась я у Дениса, когда мегера скрылась из виду в глубинах коридора, ведущего на "кухню".
  -- Непременно.
  -- Будут вопросы, - понурилась я.
  -- Возможно.
  -- И как мне на них отвечать?
  -- Танюша, я не знаю, - вид у бравого солдатика был озадаченный.
   К нашему столику подошел обалденно красивый блондин, и, обратившись к Денису, поинтересовался, может ли он пригласить меня на танец. Я присмотрелась внимательнее: очень высокий - метр восемьдесят пять или даже выше, идеально сложен, под черной шелковой рубашкой бугрятся мышцы, черные брюки сидят как влитые, подчеркивая тонкую талию и крепкие ягодицы. Я откинулась, чтобы увидеть лицо. Приятные мужественные черты, прямой нос, волевой подбородок, и зеленые, точно весенняя листва, глаза, в которых пляшут бесята. Ах, какой соблазн. Да, только не про нашу честь.
  -- Согласна, - не дожидаясь ответа бравого солдатика, поднялась навстречу блондину.
  -- Но, Таня! - воскликнул Денис.
   Резко выставила вперед ладонь.
  -- Александр занят, мой заказ в пути, и я не вижу ничего криминального в том, что немного потанцую.
  -- Только один танец, - ворчливо буркнул Денис, зло косясь на блондина.
  -- Конечно, - галантно склонил голову блондин и взял мою руку. Запечатлев легкий поцелуй чуть выше запястья, он повел меня в зал.
   По заказу включили какую-то джазовую композицию. К нам сразу же подтянулось еще шесть пар. Хорошо. Больше народу, меньше любопытных глаз.
  -- Хотела меня видеть? - насмешливый голос ангела, ласкал кожу.
  -- Да. Спасибо, что так быстро отозвались.
  -- Что касаемо смертных... Мне всегда было трудно избежать соблазнов.
  -- Соблазнов? - попробовала запрокинуть голову, чтобы увидеть выражение его глаз, но потерпела фиаско. Я так шею себе сломаю, но ничего не увижу.
  -- Любопытство - это тоже своего рода соблазн, - усмехнулся Орион, склоняясь к моей макушке.
  -- Ибрагим рассказал вам? - смущенно буркнула, стараясь не думать о нашей близости.
  -- Да, хотя и спутано. Ты считаешь, что тебя воскресили поцелуем ангела?
  -- Так выходит по рассказу Александра, - кивнула, подтверждая гипотезу, и ловя себя на мысли, что несмотря на разницу в росте, почти отдыхаю в его объятьях, не испытывая никакого дискомфорта. - Это я и хотела уточнить. Вы упоминали, что Ангел Смерти - это должность, вот я и подумала, что может быть этот кто-то из ранее занимавших эту должность. Как считаете?
  -- Вполне, - хмыкнул Орион. - Я и сам пришел к такому же выводу, когда просматривал списки.
  -- Вы что-нибудь нашли?
   Пара подростков так увлеклась друг другом, что едва не врезалась в нас, но ангел ловко скользнул в строну, перенеся меня, приподняв над полом, от чего я вдруг почувствовала себя маленькой девочкой и смутилась. Ох, всё как-то нереально - чудно. Мне даже во снах редко такое снилось.
  -- Да, у меня для тебя есть новость, - в голосе ангела появились нотки беспокойства. - Но я не уверен, что ты готова ее услышать.
  -- Все настолько плохо? - поразительно спокойно вопросила я, мысленно сжавшись.
  -- Скорее непросто, - вздохнул Орион, и я в который раз пожалела, что не вижу его глаз. - Мне удалось найти тебя в списках живых. Твое имя полностью затерто и поверх него написали другое. Ты знаешь, что это значит?
  -- Что? - вокруг нас словно возник вакуум, в который звуки проникали с большим трудом.
  -- Это значит, что кто-то пытался заменить твою личность другой.
  -- Как?
   Немного нелепый вопрос, но он уже сорвался с губ, помимо моего желания.
  -- Очень просто, - Орион приподнял, чтобы наши взгляды встретились, - в тебе живет еще одна личность. Еще одна душа. И я подозреваю, что это душа падшей.
  -- Падшей?!! - опешила я.
  -- Именно. Падшей. Давай выйдем отсюда? Мне тяжело среди темных. Это не займет много времени.
  -- Конечно.
   Орион вывел меня из клуба. На улице почувствовала себя лучше, словно камень с плеч сняли. Ангел усадил меня на перила, чтобы разговор шел с глазу на глаз, а, не дыша ему в пупок. Зеленые глаза излучали тепло и печаль.
  -- Почему вы решили, что это душа падшей? - решилась я задать тревожный вопрос.
  -- Имя - Илистэль, тебе ничего не говорит?!
   Я рухнула с перил. Орион вовремя подхватил меня на руки, так что встретится с землей мне не дали. Я же, разразившись истерическим хохотом, до икоты напугала редких прохожих. Одному даже поплохело.
   Отсмеявшись, без заминки, перешла к слезам. Ангел качал на руках, держа как спеленатого младенца, но мне было все равно. Минут десять я ревела, всхлипывала и икала. Разобрать, что я бормочу, Орион не смог. Это от него и не требовалось. Ангел осторожно утирал шелковым платочком, бормотал несуразицу и вел себя впрямь как моя мама в подобной ситуации.
   После эмоционального взрыва пришла апатия, и я смогла членораздельно спросить:
  -- Почему она?
   Орион ответил не сразу, некоторое время, вглядываясь в небо, словно подбирая правильные слова.
  -- Лично я не имел чести знать эту особу, - наконец хмыкнул он, перехватывая поудобнее, - но по обрывочным сведениям, могу судить, что она, как никакая другая падшая, умела соблазнять мужчин - будь то ангел или демон.
  -- Как суккубы?
  -- Нет, - ехидный смешок заставил оторваться от созерцания своих сцепленных пальцев. - Суккубы это чистокровные демоны. Они были рождены, чтобы соблазнять. У Илистэль - это свойство приобретенное и отточенное до совершенства. Об этом ты можешь судить из личного опыта. Мое странное поведение при нашей первой встрече, скорей всего, было последствием ее влияния на твою душу.
  -- Так вот почему он удивился..., - пробурчала я.
  -- Кто?
  -- Он, - глубокомысленно изрекла, точно этим всё было сказано, но потом все же пояснила. - Тот ангел.
   Глаза Ориона сощурились и тут же зеленые радужки стали больше.
  -- Александр говорил, что он ожидал другой реакции от меня. Я не узнала его. Я испугалась.
  -- Просто ты оказалась сильнее.
  -- Чем?
  -- Просто сильнее. Будь ты хоть немного слабее духом, твоя личность давно бы изменилась, но так как этого не произошло, можно судить о твоей внутренней силе.
  -- Сомнительно как-то, - надулась, все еще нежась в заботливых объятьях ангела. - А что с этой душой?
  -- Сердце падшей никуда не делось - оно в тебе, но оно запечатано.
  -- А можно ее как-нибудь...?
  -- Я думаю над этом, - сказал, как отрезал, - но боюсь одному мне не справиться.
  -- Еще этот ангел..., - как бы невзначай напомнила я.
  -- Да, еще и это.
   И тут меня осенило. Я даже подскочила на руках Ориона, но, слава богу, ему удалось удержать.
  -- Ибрагим знает!???
  -- Нет, нет. Успокойся. Я ничего ему не говорил.
  -- Ну, слава Богу, - тут же утихомирилась, хотя все еще потряхивало. - Не представляю, как он отреагирует, если узнает.
  -- Я тоже. Поэтому и не сказал.
   Орион опустил меня на землю. От избытка эмоций и информации голова трещала. Ангел тоже не казался мне безучастным.
  -- Мне нужно возвращаться. Теперь ты знаешь правду. В конце концов, это должно было случиться, рано или поздно.
  -- Мне немного страшно, - честно призналась я.
  -- Не бойся. Я не оставлю тебя.
   После этих слов Орион истаял прямо на глазах. Настроение у меня приобрело самые пакостные черты. Не к добру.
  

Глава 23

   Мысль о том, что я ушла, не предупредив Дениса, сильно запоздала. К моменту ее появления я удалилась от клуба на приличное расстояние и бесцельно шаталась по безлюдным улочкам. Бомжи, пьяницы и наркоманы не в счет.
   Двух хамоватых забулдыг случайно оказавшихся на пути, я привычно запихнула в мусорный бак. Подкатившего с неприличным предложением сопляка, вырубила одним ударом. Девчонку под кайфом, принявшую меня за олицетворение смерти, уверила, что обязательно заберу ее, если она не бросит. Получилось убедительно. По крайней мере, дуреха немного оклемалась и поспешила домой. Да и компанию в стельку пьяных студентов едва не утопила в реке, когда те попытались подшутить, плеснув в мою сторону из той же бутылки из которой пили. Но больше всех досталось престарелому эксбиционисту, просто попавшемуся на глаза. Он даже не ко мне приставал!... но досталось ему конкретно. Гарантирую, на него теперь без содрогания никто кроме врачей и не посмотрит. Он, конечно, очухается, но не скоро. Настроение было поганое и лучше оно не становилось.
   Наконец прогулка наскучила, и я решила вернуться назад. Указателями послужили все те же "несчастные" попавшие мне под горячую руку. Но в отличие от крошек хлеба, которые использовали Ганс и Гретель, их не склевали вороны. С моей точки зрения на них вообще ни одна уважающая себя птица не позарится - побрезгует.
   Вернулась вовремя. Возле клуба намечалась серьезная потасовка. Причем с непосредственным участием знакомцев из СБСН. Признаю, не питаю к ним я трепетных чувств, но в данный промежуток времени считаю своими. А своих я в обиду не дам, даже вампирам.
   Где-то на краю сознания еще всколыхнулось, что встревать в их разборки не то что не разумно, но и вовсе опасно, но, когда один из упырей располосовал Эдварду живот, а другой, держа за шею, поднял Ивана над землей, все доводы разума были задвинуты до лучших времен.
   Их было пятеро против двоих, а я всегда была против несправедливости. Человечность смущенно подвинулась, пропуская вперед звериную ярость. Глаза полыхнули, а в руках появился сгусток света. Я бросилась на ничего неподозревающих вампиров, ломая шеи и испепеляя тела.
   Вновь игра на грани. Бег - ветер свистит в ушах. Прыжки и удары. Возможно у меня ни опыта, ни таланта, но единственная мысль в голове, как муха бьется о стекло - защитить любой ценой.
   Успокоилась только, когда все противники были повержены. Боевой азарт сошел мгновенно, точно его выключили. Отвратительно пахло паленым мясом и гниющей плотью. Меня стошнило.
   Когда смогла стоять на ногах не шататься, окинула поле боя задумчивым взглядом, отмечая вроде бы никому не нужные детали. С одним справился Эдвард, колданув, что-то такое этакое, троих убила я, а вот тот попытался сбежать, но кто-то размозжил ему голову чем-то тяжелым. Не буду думать, что кулаком, а то даже страшно становится. Да, и вид всего этого...
   Меня снова стошнило. Да, не работать мне следователем, хотя не очень-то и хотелось. Подошла к Эдварду. В отличие от Ивана, он все еще находился в сознании.
  -- Что случилось? - присела на корточки, помогая синеглазому магу приподняться.
  -- Мы кое-что увидели, - прохрипел Эдвард, сплевывая кровь.
   С помощью магии он мог бы вылечиться в считанные секунды, но что-то ему мешало. Я осмотрела спину и удивленно присвистнула. Ровнехонько между лопаток торчал маленький - похожий на перочинный - ножик. Я уж было ухватилась за рукоять, как резкий оклик оставил меня:
  -- Не тронь, он проклят!
   Я испуганно отдернула руку. Эдвард застонал, так как движение отозвалось болью. Рядом присел Кшас.
  -- Не поняла? - удивленно уставилась я на него.
   Могу, поклясться, что мгновение назад его здесь не было. Откуда? Кшас только милостиво улыбнулся, от чего захотелось его стукнуть.
  -- Был неподалеку.
  -- Ну-ну, - хмыкнула я, говоря ему этим: "Так я тебе и поверила".
   Губы Кшаса растянулись в краткой ехидной улыбке, но длилось это не больше секунды.
  -- Продержишься минут десять? - обратился он к магу. - Подмога уже в пути.
  -- Продержусь. Бывало и хуже.
  -- Нарвались вы ребятки, - сощурился оборотень. - Кто ж вас просил лезть? Знали же, что не справитесь.
  -- Знали, - признал синеглазый.
   Потешно видеть Эдварда смиренным. Вот интересно, в какую передрягу они с барашком ввязались?
  -- Не подоспей она вовремя, - кивок в мою сторону, - порешили бы за считанные секунды. Это же гончие вампиров. Только не говори, что не признал?
   Гончие? Это как собаки или как кто? Интересно, надо бы у Александра спросить. Хотя нет, лучше у Дениса.
  -- Признал, - кивнул Эдвард и закашлялся.
  -- Тогда какого демона, вы два идиота-самоубийцы на рожон то полезли?
  -- Там были дети.
   Я напряглась.
  -- Сколько? - равнодушно поинтересовался Кшас.
  -- Двое, - буркнул маг.
  -- И ради двоих вы так подставились?
  -- Так дети же! - возмутился Эдвард.
   Не нравятся мне этот разговор. Что-то в нем было такое, от чего волосы встали дыбом.
  -- О чем речь то?! - воскликнула я, возмущенная явным пренебрежением к своей персоне.
  -- Тебе лучше не знать, - покачал головой Кшас, чем и вывел меня из себя.
  -- А можно я сама буду решать, что мне лучше, а что нет?! Хорошо?
  -- Хорошо, - как то слишком поспешно согласился оборотень. - Эдвард тебе расскажет.
  -- А почему я?!! - скривился маг, но боль и суровый взгляд перевесили не в его пользу. - Ну, хорошо. В этом клубе используют натуральную человеческую кровь. Не донорскую, не замороженную - живую. И мы видели на кухне двух детей.
   Первая мысль была - разнести здесь все к едрене фене, и пусть Александр потом сам разбирается права я или нет. Но тут же закрались сомнения.
  -- А ты уверен, что эти двое были людьми? - уточнила я, чем вызвала снисходительную улыбку Кшаса.
  -- Конечно! - воскликнул Эдвард.
  -- А ты проверял?
  -- Нет.
  -- А откуда знаешь?
   Маг задумался. Кшас пошел проверить Ивана. Пощупал пульс, осмотрел раны. На вопрос как он, ответил, что неплохо.
  -- Не хмурься, Эдвард. Она размышляет в правильном русле - не факт, что эти двое живые дети.
  -- Я уверен.
  -- Уверен, так уверен, - в примирительном жесте поднял руки оборотень. - Однако это не спасет вас от головомойки. Вы оба действовали без приказа.
  -- Знаю, - обреченно вздохнул синеглазый.
  

***

   Подъехала скорая. Из нее выскочили Иветт и Валик, который при виде меня перекрестился. Странно, что за все то время, что мы возились с Эдвардом, из клуба никто не вышел. Да, и улица словно вымерла. Тишина едва ли не оглушала.
  -- Это барьер, - подошел со спины Кшас. - Нас никто не слышит и не видит.
  -- Совсем?
   Возникло желание покричать и попрыгать. Все равно же никто не видит.
  -- Да, - хмыкнул оборотень, принюхиваясь к чему-то в воздухе. - Эдвард расстарался.
  -- С ними все будет хорошо?
   Уверяю, в своем беспокойстве я не кривила душой, мне действительно было жаль этих оболтусов, не смотря на наши разногласия. Работа у них такая.
  -- Ну, с твоей помощью, - оскалился Кшас, - будет.
  -- В каком смысле?
  -- Вовремя ты вернулась. Очень вовремя.
  -- Мне кажется, или ты меня в чем-то укоряешь?! - обалдело вытаращилась я на него.
   Но Кшас словно забыл о моем существовании, внимательно изучая изуродованные тела. От них мало что осталось, особенно от моих оппонентов. Прикосновение света - для тварей оказалось смертельным. Они легко вспыхивали, но горели не так быстро, как хотелось бы, по этой причине ломала им шеи, чтобы не рыпались.
   После боя в душе остался неприятный осадок, словно я что-то упустила и виду, только не знаю что именно.
  -- Страшна же ты в гневе, моя красавица, - хохотнул оборотень, пнув труп, который тут же превратился в горку пепла и рассыпался по асфальту комьями.
  -- Какая есть, - дернулась, не испытывая ни капли радости от его комплимента.
  -- А мне нравится, - оборотень поднялся и посмотрел на меня, как если бы увидел впервые.
   И я не без недоумения, осознала, что он гордится мной. По-настоящему гордится. Приятно, блин.
  -- Пойдем-ка внутрь, - беря за руку, предложил Кшас. - Денис уже извелся поди. Ушла с блондинчиком, ничего ему не сказала. Бедный Красновский, угораздило же его с тобой связаться. Если так пойдет и дальше, ты его своими выходками до инфаркта доведешь.
  -- Ничего подобного, - надулась я. - И выходила я ненадолго.
  -- А когда ты, радость моя, в последний раз на часы смотрела?
  -- Я...
   Я взглянула на часы и присвистнула. Моя прогулочка затянулась на пять часов тридцать минут.
  -- Ё-моё, - выразила свое недоумение, хлопнув себя по лбу.
  -- И я о том же.
  -- Кшас! - дернула его за рукав рубашки. (Меня глючит, или я такую уже сегодня видела?! Черная атласная.)
  -- Да, солнце мое?
  -- Этот блондин....
  -- Орион. Ангел Смерти.
   Я застыла как громом пораженная.
  -- О-о, солнышко мое ясное, - засмеялся Кшас и глаза его вспыхнули слепящей синевой. - Мы с ним давненько знакомы. Хорошо, что ты именно с ним связалась. Парень толковый. Не подведет.
  -- А?... - хотела было уточнить, но его пальцы прикоснулись к губам.
  -- Не сейчас, киска моя, - в голосе оборотня появились уже знакомые шаловливые нотки. - Всему свое время. Орион и так сказал тебе больше, чем следовало.
  -- Но... - поджала губы.
  -- Нет.
  -- Но...
  -- Если не прекратишь, - сощурился Кшас, - я тебя поцелую.
   После такого заявления примолкла, мысленно взвешивая все за и против. На это оборотень и рассчитывал. Вытащив платок из кармана, Кшас стер грязно-бурую кровь с моих рук и лица. Одежда тоже была подпорчена, но не сильно.
  

***

   В клубе царил хаос: метались официантки; ругался бармен; голосила блондинистая Мариночка, и над всем этим, встрепанный и злой как сам черт, Александр. Что говорить, посетителей в клубе уже не было, только Денис по-прежнему сидел за нашим с ним столиком и выражение его лица меня, честно говоря, встревожило.
  -- Какая прелесть, - хохотнул Кшас. - Умеешь же ты поставить всех на уши, солнце мое.
  -- Так это они из-за меня? - ахнула я.
  -- А из-за кого же еще?!
   Почему-то стало смешно. На звук смеха обернулся хозяин. Денис вскочил и бросился в нашу сторону. Он уже занес руку, но Кшас перехватил и молниеносно скрутил бравого солдатика, не позволив даже приблизиться ко мне.
  -- Не советую, Красновский. Сами виноваты, что не уследили, - как можно громче, чтобы услышали все присутствующие, пожурил оборотень.
  -- Кшас -сс, ты... - ощерился Александр.
  -- И тебе доброй ночи, Сашенька, - оскалился оборотень.
   Между ними разве что молнии не сверкали. Денис корчился от боли, но при этом, испепелял меня столь выразительным взглядом, что не знаю, как я в головешку ещё не превратилась. Жароустойчивая я, что ли?!
  -- Тебя не звали, Кшас, - наигравшись в гляделки, бросил Александр.
  -- Не звали, - согласился оборотень. - Но я пришел.
   Мне показалось, что сейчас-то хозяин бросится на Кшаса, но он сдержался, только кулаки сжал. Надо же, как его проняло. Хотелось бы знать, какая черная кошка между ними пробежала. Точно не я. Контакт с хозяином транслировал такую невообразимую гамму чувств, что у меня заболела голова.
  -- Распоясались твои вампирятки. Открыто нападают. Нехорошо как-то выходит, Сашенька.
   И голос при этом у Кшаса был как змеиный яд, вроде и противоядие есть, да только пока его под кожу введут...
  -- Когда?
  -- Прямо сейчас. У дверей клуба. Иди, посмотри. Их еще не убрали.
   Хозяин выразительно посмотрел на Марину. Вампирша не дрогнула. Настоящая железная дева. Уважаю. Ох, не хотелось бы с ней конфликтовать, но думаю это уже невозможно, вон как глянула, даже мурашки по спине побежали.
   Проходя рядом, и обронив, что-то вроде: "жди здесь", Александр выскочил на улицу. За ним последовало еще трое, включая Марину. Остальные вампиры поспешили удалиться.
  -- Отпусти, - буркнул Денис.
  -- Оклемался? - склонил голову Кшас.
  -- Да.
  -- Тогда вставай.
   Денис потер поврежденную руку. Все запястье представляло собой один сплошной синяк. Ничего себе сила. Я посмотрела на оборотня и встретила насмешливый взгляд.
  -- Пойду-ка я посмотрю, что они будут делать. А ты, киска моя, возвращайся к ведьме. Там тебе будет лучше.
  -- Хорошо, - запоздало кивнула, провожая взглядом широкую спину.
  -- А блондинчик куда делся? - подал голос Денис.
  -- Домой ушел, - непринужденно пожала плечами.
  -- Ушел, говоришь, - Денис так резко развернул к себе лицом, что я едва не прикусила себе язык. - Не шути со мной, Таня. Не шути. Где ты была?
  -- Гуляла, - удивленно мяукнула я.
  -- Гуляла?
  -- Просто гуляла. Ничего больше.
  -- Хорошо, сделаем вид, что я тебе поверил. Ты знаешь, что там произошло?
  -- Давай поговорим об этом позже, - поморщилась, отцепляя его руки от своих предплечий. - Хорошо? Пока не рассвело нам нужно вернуться к Верховной.
  -- Александр тебя не отпустит.
  -- Это мы еще посмотрим.
   Хозяин ворвался в клуб как яростный ветер, стремительный и беспощадный. Я мало что могла разобрать по выражению его лица - мимика вампиров весьма своеобразна, хотя отдаленно и напоминает человеческую. Тем не менее, эмоциональный шторм обрушился на меня, едва он переступил порог. К сожалению умений, заслоняться от этого эффекта нашей связи, я пока не приобрела, вот тут то и пожалела, что Эдварда нет рядом.
   К моей глубочайшей радости Александр не просто согласился, но и сам предложил поехать к Верховной. С его точки зрения (и не только его), мне там будет лучше и возможно безопаснее... Пока.
   Что он имел в виду под этим "пока" я не поняла, но и уточнять не стала. Сейчас хозяин больше всего напоминал пружину часового механизма - дотронься и она раскрутится с такой скоростью и разрушительной мощью, что костей не соберешь.
   О, том, что случилось на улице меня расспрашивать не стали, чему я была очень рада. Каким-то образом Кшасу удалось убедить хозяина, что я пришла в самый последний момент, когда все закончилось. Александр поверил. Просто не принял меня в серьез. Что не удивительно, вампир знал обо мне ровно столько, сколько позволила ему знать, все остальное оказалось "под замком". Рассчитывать на влияние ангела уже не приходилось. В свете новых знаний стало ясно, что не я объект страсти Александра, и это с одной стороны радовало, с другой - пугало до колик.
   Марина же, наоборот, сразу заподозрила неладное. Ее взгляд едва ли не прожигал насквозь, хотя до Дениса ей было далеко. Дамочка определенно обладала умом и способностью сопоставлять факты. Однако подкопаться было не к чему. Пришлось нас отпустить с миром. По крайней мере, на этот раз.
  

***

   Ласковые руки мамы гладили по голове, которую она обильно орошала слезами. А я не сопротивлялась, только громко хлюпала носом и бубнила что-то невразумительное. Это не сон. И даже не бред. Я на самом деле дома!
   А как я здесь очутилась? Догадайтесь. Привезли? Нет. Проводили? Нет. Тогда естественный вопрос, а знают ли они? НЕТ. А найдут еще и поддадут! Короче, я сбежала.
   Все началось с того, что вернувшись к Верховной, попросила телефон, чтобы наконец-то позвонить маме, но мне отказали. Представьте себе! Я, все такая, на взводе, а мне отказывают в праве позвонить домой.
   Мои вопли напоминали клич павлина в брачный период, такие же громкие и противные. Но меня все равно скрутили и заперли в комнате. Выяснилось, что после той драки я чуток ослабла, и Денису не без труда конечно, но все же удалось справиться с рассерженной клыкастой фурией.
   Валера пытался поговорить со мной сквозь щель в двери, но прибывая в мерзопакостном настроении, я просто послала его по адресу. Парень не обиделся, заявил, что адрес ему знаком и нечего нового он там не увидит. Я попыталась уточнить, но в ответ услышала лишь смех.
   Ричард, наблюдая за моими страданиями, решил проявить заботу и пожалеть. Получилось это у него весьма своеобразно. Он скорее загрузил меня рассуждениями на тему морали и этики и после двухчасовой лекции меня сморил сон.
   Очнулась я в шестом часу (вечера конечно). На тумбочке стоял поднос с пакетом крови и записочка. Верховная выразилась кратко: "Пей кровь и кончай психовать. Придем поздно. Не безобразничай". Знаете, стало как то обидно. Я, ей, что, ребенок?
   Комнату не заперли, рассчитывая на мое благоразумие, только оно на них сильно обиделось и угрюмо засело в самом дальнем углу моего подсознания. Тогда-то я и решила сделать ноги. Возможно, преждевременно, но мне очень хотелось домой, и никакие доводы разума уже не помогали.
   Моих вещей в этом доме не было, только сумка сиротливо висела на спинке стула.
   Мелкий сопел в гостиной, укрытый покрывалом. Наверное, смотрел мультики, пока не разморило. Рамон, чутко дремлющий на коврике у батареи, встретил радостным вилянием.
  -- Привет, псина, - почесала ему за ухом. - Сторожишь?
   Ротвейлер смешно вывалил язык и завалился на спину, подставляя пузо для почёса. Я усмехнулась.
  -- Смешной ты.
  -- Тетя Таня? - мгновенно проснулся Лёня.
  -- Ты чего не спишь? - шикнула я на него.
  -- А вы куда?
   И как только догадался? На лбу у меня, что ли, написано?!
  -- Домой. Но это секрет, - заговорщическим шепотом. - Ты же никому ни скажешь?
   Плохо в это верится, но хотя бы сделаем вид. Детям всегда приятно, когда на них полагаются взрослые.
  -- И даже папе?
   Я покосилась. Что-то и впрямь белесого не видного. Куда пропал? То ли решил на кладбище смотаться, то ли к сестре заглянул. Странные эти духи - не понимаю я их. А они меня. Мы квиты. О чем это я? Точно!
  -- Даже папе.
  -- А вы вернетесь?
   Не хотелось бы, но идти мне больше некуда.
  -- Вернусь. Куда я денусь.
  -- Тетя ведьма будет сильно ругаться, - решил предупредить мелкий. - Очень-очень.
  -- Думаю, я переживу это.
   Даже не сомневаюсь, что будет. Еще как. Главное, чтобы не прокляла. Мне и вампирстава с лихвой хватает.
  -- А еще дверь закрыта.
  -- В каком смысле? На ключ?
  -- Не-ее. Там магия. Сильная.... Я не справлюсь.
   Я присела на корточки и внимательно посмотрела в глаза ребенку.
  -- Совсем никак?
  -- Совсем.
  -- А окна?
  -- Что окна?
  -- Окна зачарованы?
  -- Нет.
  -- Ну, Слава Богу, - выдохнула я и улыбнулась.
   Почти все окна квартиры выходили во двор, чему я несказанно обрадовалась. Попросив Лёню закрыть за мной, как только окажусь внизу, схватилась за край водосточной трубы и подтянулась. Приземлившийся на перила соседского балкона ворон с удивлением наблюдал как я, уцепившись за подоконник, повисла на руках. Затем вцепившись когтями всех конечностей за стену, потихоньку начала спускаться. Проползая мимо очередного окна, наткнулась на совершенно обалдевший взгляд кота с рваным ухом, который как-то по-человечьи схватился за сердце и грохнулся в обморок. Да, и, прилетевшие погреться голуби, гадили не долетая. Одна голубка так и вовсе, засмотревшись, смачно впечаталась в стену.
   Решив больше не травмировать хрупкую психику братьев наших меньших, я все же спрыгнула, найдя высоту вполне приемлемой. Подняв голову с облегчением отметила, что Лёня сделал все, как я просила.
   Вот только карканье ворона больше походило на хохот, и я подозрительно глянула в его сторону. Ну, и птички пошли.... Странные. Покрутила пальцем у виска. Ворон закаркал так, что сверзился с перил вниз головой, но вовремя спохватился и расправил крылья. Взлетел высоко, но улетать не спешил.
  -- Так тебе и надо, - крикнула ему вдогонку.
   За что меня, по-моему, назвали дурой.
  -- Ничего себе, - пробормотала себе под нос. - Померещиться же такое.
   Надев туфли на босую ногу, поспешила в метро. Вид у меня был вполне человеческий: умытая и причесанная, ничем не примечательная, даже глаза я скрыла за темными очками. В моем кошельке нашлось ровно на жетон и на троллейбусный билетик.
   Вечер, час пик, народ кучкуется и лениво ползет по домам. Никому нет никакого дела до странной девушки, мнущейся в стороне от толпы. Мерное покачивание почти усыпило. В троллейбусе пришлось ехать стоя, но мне было все равно - я ехала домой.
   И у самых дверей, застыв как истукан, я вдруг вспомнила о камерах слежения, которыми дом Верховной утыкан повсеместно. Звонкий удар ладони о лоб и протяжный стон:
  -- Ну, ты и ду-ура.
  

Глава 24

   Однако искать меня не спешили. То ли обиделись, то ли решили проучить. Но чтобы это ни было, меня устраивал любой из этих вариантов.
   Объяснить маме, что со мной случилось и, главное, где черти меня носили, сразу не удалось. Сперва мы плакали вместе, потом плакала мама и метелила меня почем зря, но впервые я смиренно слушала, и только скромно ковыряла дырку в диване. Я очень ее люблю, но иногда так и хочется стукнуть кулаком по столу. Когда буря утихла, и удалось кое-что рассказать, мама естественно не поверила. Я бы тоже не поверила.
   Тогда я ей показала. Лучше бы я этого не делала. Мама ни упала в обморок, ни забилась в истерике и не испугалась, а только села рядышком, обняла меня и тихо заплакала. Тогда я почувствовала в груди столь жгучую боль, что и не описать. Но главное, я точно знала - это не моя боль.
   Потом меня накормили. Я ела с аппетитом, хотя и не чувствовала вкуса. Мама сидела напротив и смотрела, а из печальных глаз сами собой катились слезы.
  -- Ладно тебе, мам, все обойдется, - буркнула я.
  -- Да, как же ты теперь?
  -- Даже не знаю, - дернула плечом и нахмурилась. - Скорей всего, вернусь к этим...
   Неопределенно качнула головой, подразумевая Верховную и сотрудников СБСН.
  -- Здесь мне уже не место.
  -- Ты мой ребенок! - воскликнула мама. - Тебе всегда здесь есть место.
  -- Спасибо, мам, но я не могу остаться. Жажда, она есть жажда.
  -- Мы что-нибудь придумаем.
  -- Ой, мам, только не начинай.... Я видела, во что превращаются истинный вампиры. Я этого не хочу. К тому же, у меня есть обязательства перед... перед духами.
  -- Ты не вернешься?
  -- Не трави душу, мам. Я и так сбежала, чтобы с тобой встретиться.
   Когда пришел отец, я спряталась на балконе и выждала, пока он не уляжется спать. Мама порадовала его, сказав, что я звонила и, что со мной всё хорошо. Шокировать мне его не хотелось, он и так впечатлительный.
   Мы с мамой разговаривали почти всю ночь. Утром, снова пряталась на балконе, пока отец собирался на работу. Непривычно яркий свет резал глаза.
  -- Мне нужно поспать, - вдохнула, закрывая дверь на балкон. - Вечером я уйду.
  -- Ты можешь поспать в кладовке, - предложила мама. - Я сейчас освобожу место.
  -- Зачем? - опешила я.
  -- Рассвет же?!
  -- Просто завесим окна. Достань те шторы, что я купила: бардовые с бахромой. А солнце... Солнце и так в моей комнате не частый гость.
  -- И все же, может лучше в кладовке?
  -- Ну, уж нет.
   Я завалилась на свою кровать и застонала от удовольствия. Как давно это было?! Хотя, если подумать, не так уж и давно - всего пару недель назад. Но время это было столь насыщено событиями, что я банально вымоталась.
   Не успела додумать, как меня вырубило. Даже сновидения куда-то запропастились. Пробуждение, честно сказать, удивило. Спросите чем? Отвечу.
  -- Просыпайся, солнышко, пора вставать.
   Во-первых, голос, произнесший эту фразу, маме не принадлежал. Если только она во время моего сна не сменила пол. Но и папе он тоже не принадлежал, - ведь он на работе, да, и голос у отца не бархатный, и не хрипловатый. Этот прямо сочился медом. Мед, кстати, я не люблю, но голос... Есть у меня такая слабость. Во-вторых, кто-то весьма навязчиво и нежно оглаживал мое бедро, от чего мурашки бегали по коже. И в-третьих, этот некто принялся меня целовать, легкими прикосновениями от виска к губам. Так меня будили впервые. Как реагировать, я представляла себе смутно, по этой причине, излишне поспешно распахнула глаза и утонула в совершенно умопомрачительных мерцающих глазах двухэпостасного.
  -- Кшас! - ахнула я и отшатнулась.
   Однако пространства на кровати для двоих оказалась мало, и я только загнала себя в угол, хотя правильнее было бы сказать на подушки.
  -- Хорошо ли тебе спалось, киска? - улыбнулся он, и по-хозяйски приобнял.
  -- Как ты здесь очутился? - пискнула я, пытаясь не делать резких движений.
   Оборотень сощурился, от чего в уголках глаз появились лучики морщинок. Мрр.
  -- Пришел покормить, а потом и забрать тебя с собой.
   От его голоса у меня закружилась голова. Та-ак! Срочно берем себя в руки.
  -- Тебя прислала Верховная?
  -- Я и без ее просьбы пришел бы, - потерся носом о мои руки. - Но она успела перехватить. Какая беспокойная особа. Она сильно привязалась к тебе, хотя вы и знакомы всего ничего.
  -- Мама! - испуганно выдохнула я, и попробовала выбраться из его объятий, которые хоть были мне приятны, ужасно смущали.
   Не тут то было. Меня проигнорировали. А я добилась лишь того, что сползла с возвышения из подушек прямо в кольцо его рук.
  -- Я говорил с твоей мамой, - сияя, как медный котелок. - Ты же ей все рассказала. Мамина дочка.
  -- Мамина, - надулась я. - И что в этом плохого?
  -- Все замечательно, - касаясь губами моих сцепленных на груди рук. - Хорошие отношения между мамой и дочкой - это всегда замечательно.
  -- Зачем ты это делаешь?
   Робко коснулась его лица. Глаза, цвета самого ясного неба, смотрели с тоской. О чем он сейчас думает?
  -- Хотелось бы мне ответить на твой вопрос, - глаза оборотня потемнели.
  -- Но не ответишь.
   Его щеки покрывала двухдневная щетина, и она колола кончики пальцев.
  -- Когда-нибудь.
   Я нахмурилась, но настаивать не стала, все равно ничего не добьюсь.
  -- Ты проголодалась?
  -- Нет, - энергично замотала головой.
  -- Тогда хватит и одного глотка.
  -- Но...
  -- Чтобы восстановить силы.
   Кшас приподнялся, не выпуская из объятий, расстегнул ворот и, оттянув его, склонился, чтобы мне было удобнее пить. За дверью послышались сильно шаркающие шаги. Мама застыла возле закрытой двери.
  -- Константин Ефимович, чай будете?
  -- Чуть позже, - крикнул двуэпостастный, и, как мне показалось, смутился.
   Мама поспешно ретировалась. Атмосфера разрядилась.
  -- Константин Ефимович, - ехидно хихикнула я, поняв кем, представился Кшас маме. - Ай-яй-яй.
  -- Так проще, - хмыкнул оборотень. - У него располагающая внешность.
  -- Лицедей.
  -- Все мы в какой-то степени лицедеи. Не отвлекайся, иначе твоя мама заподозрит нас в чем то неприличном.
  -- О-о, она уже заподозрила, - тихо засмеялась я, подтягиваясь ближе.
  -- Твоя мама мудрая женщина. Давай не будем ее расстраивать.
   Я прикоснулась к его шее губами. Легкий поцелуй, прежде чем впиться зубами. Сегодня его кровь была особенно ароматной, насыщенной и терпкой, словно впитала в себя все те бурлящие в нем чувства, которые разрывали его на части: гнев, боль, страсть, надежда и всепоглощающая любовь. Я пила и слезы катились у меня по щекам, настолько пронзительны были эти эмоции. Даже не зная, на кого они обращены, я испытывала их в полном объеме. В голове серпантином раскрутились мириады обрывочный мыслей и образов, словно я вознамерилась посмотреть десятки сериалов за один показ. Ощущение захватывающее... Но я начала захлебываться в лавине чужой жизни.
  -- Хватит, - отшатнулась от него, не в силах больше выносить этот шквал.
  -- Прости, - хрипло в самое ухо. - Это вышло случайно.
   Кшас поспешно сполз с постели, на ходу застегивая рубашку и оправляя штаны. Он выглядел встревоженным и даже расстроенным.
  -- Прости. Этого больше не повторится. Переодевайся. Пора ехать.
   Но, прежде чем Кшас успел сбежать, я вскочила и вцепилась в рукав его рубашки. Несмотря на смущение, попросила:
  -- Не надо закрываться от меня. Я хочу понять.
   Двухэпостасный замер. Я видела, как тяжело ему даётся держать себя в руках.
  -- Я, правда, хочу понять.
   Кшас обернулся. Рана на шее затянулась, но кровь на одежде служила горьким напоминанием того, кем я стала. Я посмотрела ему в глаза и увидела, как в синей глубине разверзлась настоящая бездна.
  -- Глупый, маленький котенок, - прошептал он и коснулся лбом моего лба. - Ты сама не знаешь, что просишь.
  -- Не знаю, но что-то подсказывает, что это правильно.
  -- Пока она в тебе, ты никогда не будешь знать, что правильно, а что нет.
  -- Илистэль? - удивилась я.
   Оборотень кивнул.
  -- Она в какой-то мере управляет тобой. Не явно, но подспудно ты помогаешь ей приспособиться.
  -- Но Орион сказал, что она запечатана.
  -- Орион еще мальчишка. Он не видит того, что вижу я.
  -- Значит, я слаба?
  -- Сильна, - Кшас обхватил ладонями мое лицо, - и наивна. Тебя легко обмануть. Особенно той, кто стала частицей твоей души.
  -- У меня получится, - выпятила я грудь, ведь его слова задели меня за живое.
  -- Конечно, получится, - Кшас поцеловал меня в переносицу. - Никому другому я бы не доверил ...
   Он вздрогнул и замолчал, словно сболтнул лишнее.
  -- Не важно.
  -- А, по-моему, очень даже.
  -- Важно только то, что ты не отличаешь ее желания от своих. Будь осторожна или она завладеет не только твоим телом, но и душой.
  -- Ты знал ее?
   Двуэпостасный замялся. Я кожей чувствовала его нерешительность. Его руки помимо воли заскользили по плечам и обняли.
  -- К сожалению.
  -- Расскажи.
  -- Не сейчас.
  -- Но почему?
   Вот так всегда. Только подобрались к важным вещам, и на тебе, потерпи, родная. Я же и обидеться могу.
  -- Так безопаснее. И до тех пор, пока ее не извлекут из твоей души, лучше не расспрашивай. И имени ее не упоминай... По крайней мере, делай это как можно реже.
   Склонив голову, я вглядывалась в его лицо. Кшас ласкал взглядом, заставляя сердце в груди нестерпимо щемить.
  -- Это может призвать ее из забвенья, - вздохнул он.
  -- Я буду молчать.
  -- Постарайся. Это убережет тебя от лишних проблем.
  -- Ты знаешь, как мне ее извлечь?
  -- Мать Ричарда. Она знает, как это сделать.
  -- Ты знаешь так много, - улыбнулась я. - Больше, чем кто либо.
  -- Ты хорошо умеешь слушать меня, моя девочка, - улыбнулся двухэпостасный. - У меня были бы большие неприятности, если бы ты умела так же хорошо задавать вопросы.
  -- Я подожду, пока ты сам захочешь мне все рассказать.
  -- Всему свое время.
   Напоследок мимолетно коснувшись моих губ, оборотень ушел, оставив меня самой разбираться со своим растревоженным сердцем. Второй раз в жизни я ощутила этот мир так болезненно остро, так пронзительно ярко, что как никогда раньше мне захотелось жить. И не существовать, а по-настоящему жить.
   Мама отнеслась ко всему философски, и отпустила с напутствием, ничего не бояться, и изредка позванивать домой. Кшас был галантен и до приторности мил, и, тем не менее, как-то очень серьезно поклялся маме позаботиться обо мне. Перед самым уходом, оттеснив в сторонку, ма зашептала на ухо:
  -- Береги себя.
  -- Конечно ма. Куда я денусь?
  -- И..., - мама смущенно покосилась на Кш... нет, на Константина Ефимовича.
   Тот стоял у двери, перехватив спортивную сумку, набитую моими вещами. Смотрелось это забавненько: этакий встрепанный, старомодный учитель ПТУшки с замашками Казановы. Почему Казановы? Потому что в моем присутствии, сквозь иллюзию "Здравствуйте, я Константин Ефимович - педагог со стажем" проглядывалось кое-что несоответствующее образу. Взгляд опытного соблазнителя: горящий, голодный...Мрр, сейчас расплавлюсь.
  -- И? - не дождалась я продолжения.
  -- Ты у меня девочка умная, все знаешь, все понимаешь - не ошибись, - пространно высказалась мама.
  -- Хорошо, мам, - улыбнулась я. - Я все поняла. Постараюсь не оплошать.
  -- Еще кое-что,- хватая меня за руку.
  -- Что еще?
  -- Забудь о своей непомерной честности, - прошипела мама. - Найдешь свое счастье... держись за него зубами.
   Я представила себе это дело и расплылась в улыбке, выставив напоказ вампирьи клыки. Ну, это мы можем. Кшас, обладая уникальным слухом, хохотнул и отсалютовал маме свободной рукой. И, как это понять? Он согласен?
   Как в насмешку над собственным образом, машину Кшас выбрал не из дешевых. Новенький Лексус ES 350 сверкал, отполированными до зеркального блеска, боками. Сквозь тонированные стекла не пробивался ни один луч света. На капоте красовалось изображение застывшей в броске змеи. Цвет тоже изумил своей нелогичностью - темно-фиолетовый с зеленым отливом.
  -- Ты шутишь что ли? - обалдело, на одном дыхании, выразила свое первое впечатление.
  -- Не нравится? - напряжение в голосе выдало его волнение.
  -- Очень нравится, - призналась я, робко прикоснувшись к дверце машины. - Обалдеть можно.
  -- Рад слышать, - расслабился Кшас, кидая в багажник сумку.
  -- А тебе не кажется...
  -- Что она не подходит Константину Ефимовичу?
  -- Да.
  -- В этом вся прелесть.
  -- Чё-то я не понимаю, - пробурчала себе под нос.
  -- Прошу, - Кшас открыл дверцу. - Располагайся, моя принцесса.
   Я покосилась на оборотня, но насмешки не заметила. Ну, раз так... Я забралась внутрь и тут же несдержанно присвистнула. Салон был обит черной кожей с тем же зеленым отливом. На ощупь она оказалась нежной и прохладной.
  -- Е-мое, - усаживаясь на сиденье. - Это зам?
  -- Какой зам? - не понял Кшас.
  -- Кожзам?
  -- Нет. Здесь все натуральное.
  -- Шутишь?
  -- Не шучу, - улыбнулся двуэпостасный.
  -- Но как же?
  -- Просто зверь этот обитает совершенно на других гранях реальности.
   Довольный произведенным впечатлением, Кшас обошел машину, и сел за руль. Мне все еще казалось нереальным, что это происходит со мной. Я закрыла глаза и начала дышать медленно и глубоко.
  -- Мутит? - забеспокоился оборотень.
  -- Нет, - качнула головой. - Просто все еще не могу свыкнуться.
  -- Все образуется, - ладонью правел по моей щеке. - Вот увидишь.
  

***

   Меня встретили прохладно, если не сказать холодно. Лица Любы и Дениса, больше напоминали маски театра кабуки. Застывшие и злобные.
  -- Я даже не буду спрашивать где ты была, - с порога зашипела Верховная, отпихнув Красновского с пути. - Но.. Но... Как ты посмела?!! Ты!!...
  -- Ну-ну, Любочка, успокойся, - заюлил преображенный Кшас. - Танечка, здесь. Все обошлось. Никто же не пострадал?
  -- Константин Ефимович, не защищайте ее, - вклинился Иван, появившийся, как чертик из коробочки. - Она должна сама отвечать за свои поступки.
   Видок у рогатого был помятый, но по сравнению с тем, что я видела после драки, вполне сносный. Досталось ему, видимо, меньше чем Эдварду, раз уже снова в строю.
  -- Как Эдвард? - поинтересовалась я, так как этот вопрос волновал меня больше всего.
  -- Не очень, - поморщился Иван, но тут же возмутился: - Чёрт, не меняй тему! Сейчас речь не об Эде!
  -- Я хочу его видеть, - не реагируя на гнев, прошла мимо Дениса и Любы. - Лёня, собирайся, мы уезжаем.
   Мальчик, скромно мявшийся в стороне, улыбнулся и побежал одеваться. Ричард понимающе кивнул.
   Верховная преградила дорогу, и ее глаза яростно вспыхнули.
  -- Что ты задумала?
  -- Мы уезжаем.
  -- Куда?
  -- Проведаем Эдварда, а потом...
  -- А потом?
  -- А потом я возвращаюсь с Денисом в Зону Сумерек.
  -- Ты с ума сошла!!! - хором воскликнули Люба и Иван.
   Такого от меня явно не ожидали. Взгляд Верховной превратился в колюще-режущее оружие. Показалось, что сейчас она кинется на меня, но видимо, я плохо знаю Любу - она сдержалась. Иван дергался, как вошь на гребешке, и затравленный взгляд, навел на мысль, что директор СБСН, прежде чем отправить рогатого к Верховной, что-то ему поручил, но я своим решением сбила все карты. Денис смотрел исподлобья, и, похоже, мое решение его тоже не радовало. С чего бы это? Понимаю, Валера. Парень, скромно затесавшийся между Иваном и Денисом, посматривал на меня, как побитая собака на любимого хозяина. Ничего, я с ним ещё разберусь. Вся эта компашка кидала на меня такие взгляды, что я смутилась. Только присутствие Кшаса за спиной не давало свернуть с намеченной дороги. Обо всех деталях мы поговорили, пока ехали сюда. Кшас вначале уговаривал не торопиться, и даже рекомендовал провести неделю под крылышком Александра, но в какой-то момент что-то произошло, и меня скрутила тугая сосущая боль. Когда очнулась - минут через пятнадцать - тело оказалось неподъемным, словно его гантелями обвешали. Кшас выглядел встревоженным, и заявил, что медлить больше нельзя.
  -- Я тебя не отпущу, - глаза Верховной засветились ядовитой зеленью.
  -- Люба, - как можно увереннее, - ты меня не остановишь. Я и так потеряла слишком много времени.
  -- Ты куда-то спешишь?
  -- Как оказалось, да, - усталый вздох. - Мне нужно спешить, иначе будет слишком поздно.
  -- Слишком поздно для чего? - Люба, как особа внимательная, заметила мой напряженный взгляд.
  -- Не для чего, а для кого. Я не хочу об этом говорить. О проблеме твоего мужа я рассказала, больше меня здесь ничего не держит.
  -- Значит, не держит? - в голосе ведьмы появились истерические нотки. - Вот, значит, какая твоя благодарность - "ничего не держит"!
  -- Я тебе благодарна. Даже очень. Но сейчас...
   Я хотела еще что-то сказать, но передумала и только махнула рукой. Кшас кивком попрощался с Верховной, и поспешно удалился, теперь я увижу его только в Зоне Сумерек. Ребенок уже жался к правому боку, собака к левой ноге, а Денис, мысленно всё взвесив, натягивал куртку и пихал Ивана к выходу. Валера с надеждой посмотрел на меня - и я кивнула. Пока не разберусь, как снять чары, ему без меня, как птице без неба, жить можно, но не то. Это мне Кшас объяснил.
  -- Пожелай мне удачи, Верховная, - уходя, бросила через плечо.
  -- Иди ты в бездну, вампирша, - услышала я в ответ.
  

Глава 25

   Час мы колесили по городу, объезжая несколько внеурочных пробок. Иван рассказал, что когда Эда привезли в центр, он еще был в сознании, но когда вынули нож, его состояние резко ухудшилось. Способность к регенерации отказала первой, затем поднялось артериальное давление и началось кровоизлияние в мозг. Все попытки остановить цепную реакцию не увенчались успехом. Эдварда направили в специализированную больницу, но там тоже не разобрались, что происходит с магом, и преуспели только в поддержании основных функций.
  -- И это ты называешь "не очень"!? - гневно воскликнула я.
  -- Не страшно, и не с таким справлялись, - отмахнулся рогатый.
   "О, Боже!" - мысленно простонала я. Сколько раз я уже слышала эту избитую фразу. Неужели они всерьез верят, что все обойдется?! Не думаю. Не в этот раз.
  -- Это ты так говоришь, - потирая ноющие вески, пробубнила я. - Если задета печать, Эду конец.
  -- Какая печать? - недоуменно воззрился на меня Иван.
   Я посмотрела в зеркало заднего вида и нахмурился. Неужели не знает? Нет? Значит, и я не буду говорить.
  -- Не важно.
  -- Что значит не важно?! - тряхнул сиденье Иван, отчего моя голова дернулась.
   Я раздраженно скрипнула зубами.
  -- Если он вам не говорил, значит, была причина.
  -- А тебе, значит, говорил?
  -- Да.
  -- Тогда рассказывай.
   Денис не вмешивался, но внимательно слушал, и видимо что-то заподозрил. Ричард тоже счел разумным не лезть с расспросами. Валера клевал носом, стараясь не уснуть, но это у него плохо получалось. А, вот, Лёня и Рамон давно видели десятый сон - ночь ведь на дворе.
  -- Нет.
  -- Что нет?
  -- Я не буду рассказывать.
  -- Это почему это?!!
  -- Потому.
  -- Слушай, ты..., - Иван еще раз дернул кресло.
   Я молниеносно развернулась, зубы прорезались сквозь дёсны, и я издала приглушенное шипение.
  -- Не доставай меня, понял.
   Иван отшатнулся, в расширившихся зрачках мелькнула затаившаяся злоба и страх. Неприятное сочетание.
  -- Денис, скажи ей, - буркнул блондинчик.
  -- Что? - покосился тот в зеркало.
  -- Если она знает, что с Эдом...
   Денис усмехнулся:
  -- Пусть поговорит об этом с его лечащим врачом, а не с нами.
  -- Но если она знает...
  -- Оставь ее, - Денис бросил на меня обеспокоенный взгляд. - Видишь же, она на взводе.
  -- Так ты на ее стороне или на нашей! - пронзительный звук паники резанул мне слух.
   Все, больше не могу. Достал.
  -- Денис, ты знаешь, как доехать до больницы?
  -- Да, был пару раз.
  -- Тогда, - я обернулась и пристально посмотрела в глаза блондина. Видимые только на пределе концентрации зрения, нити, потянулись через салон. - Спи.
   Иван дернулся, попытался сопротивляться, но нити спеленали наподобие кокона, и рогатый подергавшись сладко засопел.
  -- Александр научил? - поинтересовался Денис, расслабляясь, видимо, и его Иван, успел достать до печенок.
  -- Нет. Решила поэкспериментировать.
   Денис поморщился. Не нравится? Ну, и ладно, главное, что в салоне, наконец-то, воцарилась тишина, и я не о той, которая связана с органами слуха. Напряжение, раздражение, скрытая злоба, смятение - эмоции, в совокупности своей образующие гнетущую атмосферу, которую я начала ощущать, как что-то материальное. Кшас объяснил, что со временем, я научусь определять эмоциональное состояние человека внутренним взглядом, почти физически различать положительные и отрицательные эмоции, слышать их. Кшас очень удивился, что я до сих пор не использую эту возможность, но в то же время счел мою осторожность вполне разумной.
  -- Может, теперь поговорим? - потревожил Денис.
  -- О чем?
  -- Обо всем.
   Облокотившись локтем на дверцу, я подперла голову кулаком. Поговорить то можно, да вот стоит ли?
  -- Не хочется.
  -- Тань, ты можешь мне доверять.
   Немного помолчав, взвешивая все за и против, с тяжелым вздохом сказала:
  -- Сейчас я даже самой себе не доверяю.
   Денис изогнул бровь.
  -- В каком смысле?
  -- В самом прямом. Сейчас я не уверена, поступаю ли по велению своего сердца, или же по указке чужой воли, - от мысли, что во мне находиться душа Илистель, захотелось куда-нибудь сбежать, куда-нибудь очень-очень далеко, но, к сожалению, это мало что изменит.
   Какая мутная история. Зачем кому-то понадобилось освобождать павшую? Просто из любви к прекрасному полу или за этим что-то скрывается? Жаль, нельзя спросить о падшей напрямую: только ли она соблазнительница, или у нее есть еще какие-нибудь способности? Покрутила головой. Всё-всё, не думать об этом. Не думать. Любопытство сгубило кошку, а мне еще хочется пожить.
  -- Таня?
   Краем глаза отметила, что наш бравый солдатик пристально изучает меня и хмурится.
  -- Со мной все в порядке.
  -- Тань, я тебе не враг.
   Я поморщилась:
  -- Денис, ты, наверное, думаешь, я наивная девчонка, и ничего не понимаю?
   По лицу бравого солдатика пробежала тень.
  -- Таня...
  -- Стоп, - перебила его. - Я не уверена, конечно, но в отношении тебя и Валеры, я, скорей всего, подсознательно использую чары подчинения.
   Склонила голову и с ехидством спросила:
  -- Скажешь, что я не права?
   Денис некоторое время молчал, затем пожал плечами и кивнул:
  -- Есть немного.
  -- Немного?
  -- Если бы ты подчинила полностью, - поморщился и, повернув голову, хрустнул позвонками, - я бы здесь не размышлял: да или нет.
  -- Не совсем тебя понимаю.
  -- Если бы ты подчинила полностью....
   Денис долго подбирал приличные слова, часто взглатывая, отчего кадык ходил ходуном.
  -- Тогда... Ну, я бы как этот... Валера твой...
  -- Он не мой, - нахмурилась я. - Хочешь сказать, Валера уже полностью зачарован?
  -- Да, - кивнул Денис. - И нет.
  -- Так да или нет?
  -- И то и другое.
   Всё, у меня сейчас голова лопнет. Я максимально повернулась в кресле, насколько позволил ремень безопасности.
  -- А поподробней.
  -- Этот крендель, - Денис сжал кулак и большим пальцем, согнув руку, указал на спящего Валеру, - сам не против быть зачарованным. Ты ему нравишься.
  -- Ну, правильно, - пожала я плечами, - я же подсознательно...
  -- Нет. Это другое, - одернул Денис. - Ты очень симпатичная девушка, Таня, и вампирское очарование тут не при чем.
   Я смутилась. Надо же, нарвалась на комплемент.
  -- Спасибо, конечно,... но как это связано?
  -- Как связано? Ты ему нравишься, вот он и не сопротивляется.
  -- А ты?
  -- Я сопротивляюсь, но спасает только твое нежелание подчинять.
  -- Мне жаль.
   Мои слова звучали искренне, но как по мне, этого недостаточно, чтобы загладить вину. И тем больше удивили следующие слова Красновского:
  -- Я знал это с самого начала.
  -- С какого начала?
  -- С того, как ты сделал меня своим личным шофером, - губы Красновского медленно растянулись в улыбке.
  -- Что уже тогда?!
  -- А как ты думаешь? - увидев мое недоумение, Денис расхохотался. - Таня, не используй ты тогда свои чары, я бы тебя просто убил. И не смотри на меня, я только последние два года работаю в команде. До скандала с этим пи... прости, начальником, предпочитал работать один.
  -- И сколько ты уже работаешь в этой организации?
  -- Десять лет. За мной числится сорок три ликвидации, и это только старших вампиров.
   Нервный смешок сорвался с губ. Ни фига себе!
  -- А.. Так ты мог бы?...
  -- Мог бы, Таня. Мог.
   Я откинулась на спинку сиденья, закрыла глаза и мысленно сосчитала до десяти. Мне, по-видимому, крупно повезло, что вампирьи способности среагировали помимо моей воли, и, не смотря на их зачаточное состояние.
  -- Тань?
  -- Всё путем. Я думаю, что мне сказочно повезло.
  -- Не без этого, - согласился Красновский, выворачивая на неприметную дорогу, ведущую вглубь леса. Я даже не заметила, как мы выехали за черту города.
  -- А что будет, когда я сниму чары?
  -- Все встанет на свои места.
  -- Знать бы еще какие? - потерла зачесавшийся нос.
  -- Почти приехали.
  -- А нас впустят?
  -- Куда они денутся. Посмотри, у Ивана в куртке должен быть пропуск.

***

   Пропуск. Ну, да. Пропуск. Коне-ечно. Я и показать то его не успела, а эти недоумки - охранники уже начали нас обстреливать. Благо, я, прежде чем показывать пропуск, вышла из машины и отошла на некоторое расстояние, а то все могло быть гораздо хуже. Хотя, есть вероятность, что этого они и ждали. Я то что, скользнула в сторону, и все. Денис тоже среагировал моментально. А вот остальные могли пострадать.
   Охранники, - их было трое, - оказались ребятами подготовленными: серебреные пули, самовоспламеняющиеся цепи, магические амулеты, святая вода, заговоренные ножи и освященные кастеты. Мама моя, откуда столько! Это не больница, а сверхсекретный военный бункер какой-то!
   Охранники действовали слаженно. Окружили. Оттеснили от машины, не давая ни собраться с мыслями, ни среагировать.
  -- Твою..., - прошипела сквозь зубы, почувствовав жжение в плече.
   Задел, зараза. Ну, что ж, сами напросились. Выпустив на волю вампирьи инстинкты, совершила умопомрачительный прыжок назад. Резко пригнулась - плеть злобно щелкнула над головой. Одной рукой удерживая равновесие, оттолкнулась и рванула вперед - в сторону, нагнулась, - в строну, разворот. Одно дело драться с мужчиной, когда точно ясны правила игры, но я - женщина, - и в этом загвоздка. Охранники, какими бы опытными ни были, не могли уследить за хаотичными движениями вампира. Подсечка, удар - один готов. Разворот. Увернулась от удара наотмашь. Еще один разворот - удар раскрытыми ладонями. Второй охранник красиво впечатался в стену. Резкая боль полоснула бедро. Какого?!!
   С третьим справился Денис рукоятью пистолета ударив того в затылок. Присел у тела и недовольно поморщился.
  -- Они знали, что мы приедем.
  -- Откуда?
  -- Хотелось бы мне знать. Ты как?
  -- Нормально.
   Ну, или почти нормально. Левая нога болела. Кровь никак не хотела останавливаться, хотя раньше заживало достаточно быстро.
  -- Чем это он меня? Кровь не останавливается.
  -- Дай посмотрю.
   Денис прикоснулся к ране под джинсами. Коротко взвыла. Больно-то как!
  -- Проклятый кинжал, твою..., - Денис скрипнул зубами и попросил. - Не шевелись.
  -- Пытаюсь.
   Перевернув бесчувственное тело охранника, Красновский обыскал карманы его куртки, нашел какой-то пузырек, встряхнул и, посмотрев на меня снизу вверх, со вздохом резюмировал:
  -- Будет больно.
  -- Очень?
  -- Достаточно.
  -- А может ....
  -- Не может. Эта дрянь сама по себе не проходит.
  -- Я же вампир!
  -- Это то и плохо.
  -- Ладно. Что делать?
  -- Ничего. Сейчас сделаю тебе укол.
  -- А точно другого способа нет?
   Денис недовольно поджал губы.
  -- Есть.
  -- И?
  -- Можешь высосать этих трех, тогда действие яда замедлится.
  -- Денис! - возмущенно воскликнула я. - Что за шутки?!
  -- Я серьезно.
   Н-да, по-видимому, не шутит.
  -- Не-е, - скорчила я рожицу, - не хочу.
  -- Тогда только это.
   Денис встал с колен и быстрым шагом направился к машине. Достал из бардачка аптечку, открыл, вытащил одноразовый шприц, набрал из пузырька немного прозрачной жидкости и посмотрел на меня.
  -- Мне, что, штаны снимать? - смущенно пролепетала я.
  -- А что тебя смущает?
  -- Именно это меня и смущает.
   Выражение глаз Красновского напомнило мне взгляд одного знакомого врача, такой же внимательный и отстраненный. При нем мне никогда не приходило в голову, что я девушка, - пациентка, да, но не девушка. Зато алчные взгляды Валеры и оклемавшегося Ивана, действовали на нервы. Эта парочка едва ли ни приклеилась к окну в надежде увидеть мой бесплатный стриптиз.
   Денис посмотрел на этот комедийный дуэт и тихо даже ласково произнес:
  -- Так, недоумки, либо вы сейчас отворачиваетесь, либо это будет последнее, что вы увидите в своей жизни.
   Странно, он вроде бы и не угрожал особо, но Вадик с Иваном вдруг побледнели и спрятались в глубине джипа.
  -- Давай, сюда, - похлопал по багажнику Денис. - Чтобы у некоторых не возникло соблазна покончить жизнь самоубийством.
   Да, так этим двум точно ничего видно не будет.
  -- У-у, - заскулила я, потирая бедро.
   Укол оказался болезненным, но я стоически вытерпела экзекуцию. В следующий раз буду осторожнее.
  -- Все еще хочешь пойти проведать мага? - поинтересовался Денис.
  -- Да, - со вздохом ответила я. - И как ни странно, после такого приёма, еще больше чем до этого. Там еще есть охранники?
  -- Есть. Двое или трое.
  -- Вот блин.
  -- Прорвемся.
  

***

   Прорываться не пришлось. Войдя в больницу с главного входа, мы обнаружили, что весь персонал куда-то испарился.
  -- А где все? - недоуменно протянула я, озираясь.
  -- Не знаю, - ответил Иван, пребывая в таком же недоумении.
   Безлюдные коридоры больницы действовали мне на нервы. Я заглянула в окошко администратора. Никого. Как корова языком всех слизала. Ни к добру.
  -- И куда идти?
  -- Эдвард в реанимации. На четвертом.
  -- На четвертый, так на четвертый. Веди.
  -- А, можно я здесь побуду? - жалобно заскулил Валера.
  -- Хорошо, жди здесь.
   Мы поднимались по лестнице, а мои инстинкты кричали, что надо делать от сюда ноги. Иван зябко поежился и потряс рогами. Денис же, хмурясь, шел на ступеньку впереди, оберегая меня от нападения Ивана. Но это было излишне. Рогатый вел себя тихо.
   На отделении тоже никого не наблюдалось. Да, что такое! Вымерли здесь все, что ли? Тогда почему охрана осталась? Непонятки. Я бессознательно обогнала мужчин и пошла вперед, как если бы знала, где находится оперблок, но, возможно, я просто учуяла кровь. Или...
   Какой-то странный запах витал на отделении. Жженый миндаль и оголенные электропровода, сырая древесная кора и раскаленный песок, а под этими слоями запах паленой плоти.
  -- Таня, нас подожди, - крикнул Денис, оставшийся далеко позади. Длинные у них здесь коридоры, можно на роликах или велосипеде кататься.
  -- Стойте на месте. Дальше я пойду одна.
  -- Таня.
  -- Там, что-то есть.
   Щеку лизнула боль. Я отскочила и прижала руку к порезу. На пальцах осталась кровь.
  -- Стоять! - рявкнула я, мысленно приказывая им остановиться. Надеюсь, у меня получилось.
  -- Таня, что за шутки?! - рыкнул Денис.
  -- Тв...Что ты задумала? - вторил ему Иван.
  -- Оставайтесь на месте. Я не знаю, что здесь происходит, но что-то меня порезало.
   Я сосредоточилась, и на пределе видимого, рассмотрела бледные жгутики, пронизывающие воздух вокруг оперблока. Тонкие полые полупрозрачные трубочки. Пройти можно, но при этом придется быть очень внимательной, а то меня располосует, как того несчастного, в первой части обители зла, с той разницей, что это будет не спецэффект и не компьютерная графика.
  -- Таня, не ходи туда, - окликнул меня бравый солдатик. - Здесь что-то не так. Больницу покидали в спешке. То, что здесь произошло...
  -- Знаю. Нас ждали.
  -- Это ловушка. Мы должны уходить. Эда здесь нет.
  -- Он здесь. Я чувствую его.
  -- Даже если и так... Таня, вернемся к машине. Обсудим...
  -- Что ты предлагаешь? - утробно зарычала я, полуобернувшись. - Оставить Эдварда умирать?!
  -- Мы ничем не можем ему помочь.
  -- Ты не знаешь об этом. Я должна его увидеть.
  -- Зачем тебе это? - вклинился Иван.
   Слишком много разговоров. У мага нет столько времени, чтобы ждать пока мы придем к консенсусу.
  -- Я должна, - буркнула я и, пригнувшись, сделала шаг вперед.
   Запах усилился. Я двигалась плавно, огибая смертоносные трубочки, выгибалась, прыгала, проползала. Малейшее неверное движение и на теле появлялись порезы, они затягивались, но появлялись другие, более глубокие.
   Показалось, это длилось целую вечность. Пот лил ручьями по вискам и спине. Не знала, что вампиры могут потеть. Найдя крохотную свободную площадку, я цаплей застыла, переводя дыхание. Ах, вот в чем дело. Я дышу. Сердце бешено колотится у горла.
   Эдвард лежал в операционной на столе и от его сердца тянулись те самые жгуты. "Печать активировалась", - подумала я. Но, тут же, в голову закралась другая, более мрачная мысль, - Или ей помогли активироваться. Как говорят: двух зайцев одним выстрелом. Ну-ну. Разбрасываетесь сотрудниками, господа. Как пушечное мясо их используете. Не по-человечески это. Не по-божески".
   Отдышавшись, я пробралась поближе, но сунуться в эпицентр голыми руками не решилась. И что теперь делать? Эдвард, вот он, лежит и не шевелится. Он не мертв, вроде бы, но и не жив. Как ему помочь? Эта штука оплела его сердце и каплю за каплей тянет из него силы.
  -- Таня, что ты здесь делаешь?
   От неожиданности я подскочила. Обернулась и встретилась взглядом с зелеными лукавыми глазами.
  -- Вы? - вздрогнула я. - Вы меня напугали.
  -- Не удивительно. Ты была так сосредоточена.
  -- Эм-м.
  -- Орион, - улыбнулся серафим, - зови меня Орион. И прекрати мне выкать.
  -- Орион. Я хочу вытащить эту штуку, но не знаю как.
   Серафим прошел сквозь паутину трубочек и прикоснулся к тугому клубку в груди Эдварда.
  -- Ты уверена, что хочешь его спасти? Этот мальчик осмелился призвать высшего демона. Вот и метка.
   Орион отодвинул несколько трубочек в сторону и указал на закорючку. Я кивнула.
  -- Да. Я хочу его спасти.
   Орион сощурился, видимо что-то решая. Не отрывая взгляда от опутанного проклятьем сердца Эдварда, резко выставил руку в сторону, и толкнул меня в грудь. Я ойкнула и "выпала"...
   Мир преобразился, потек. Невидимые человеческому глазу трубочки, вспыхивали здесь то красным, то фиолетовым, и воздух вокруг них чернел, словно сгорая.
  -- Я здесь, чтобы забрать его, но если у тебя получится исправить это, - Орион ткнул пальцем в пульсирующий клубок нитей, - то лет десять-пятнадцать он еще поживет.
  -- А разве, за то, что он решил вызвать демона, его не накажут?
   Блондин выпрямился и посмотрел на меня.
  -- Темный Ангел Смерти куда-то отлучился, и я его временно замещаю - наказания не в моей компетенции.
  -- И куда он мог отлучиться? - удивилась я, легко проплывая сквозь паутину жгутиков.
  -- Мне тоже хотелось бы это знать, - поморщился Орион. - Я как раз собирался задать ему парочку щекотливых вопросов по поводу тебя и Илистель, но выяснил, что он уже несколько месяцев где-то пропадает.
  -- Как-то странно, не находишь?
  -- Да, но, - ангел стушевался, - как ты понимаешь, мне сейчас сильно некогда - работы немерено..., - Орион выглядел смущенным. - Так, что поиском информации занимается Ибрагим.
   Я нахмурилась.
  -- Я всё понимаю, конечно, но если он узнает...
  -- Не беспокойся, ни о чем не узнает.
  -- Ну, хорошо. Тебе виднее. Что надо делать?
  -- С ним, - серафим кивнул на Эдварда. - Всего лишь расплести этот адов клубок. Печать уничтожить не удастся, но как только клубок будет распутан, корешки втянуться обратно.
  -- Просто расплести? - уточнила, вдруг еще что-то надо делать, а я ни слухом, ни духом.
  -- Да, - кивнул Орион, - но предупреждаю, это не так-то просто, как кажется.
  -- Понятно, - кивнула я, изучая узел ветвящихся жгутиков. Хм, это займет уйму времени.
   Словно прочитав мои мысли, Орион успокоил:
  -- Я поставлю блок на временные потоки, так, что можешь не торопиться.
  -- Благодарю.
  -- Удачи, - похлопал меня по отростку серафим. - И прости, что больше ни чем не могу тебе помочь. Мне пора.
   И он начал исчезать в облаке света.
  -- А как?!! - опомнилась я.
  -- Закончишь, просто прикоснись к своему телу. До встречи.
  -- Угу, - махнула отростком и подумала, что встреча у нас вышла какая-то странная.
   Я посмотрела на мертвенно бледное лицо мага и хмыкнула сама себе:
  -- Ну, что, приступим?
  

Глава 26

  -- Эй! - похлопала я Эдварда по щекам. - Просыпайся! Давай, Эд. Сыскался тут - Спящая красавица.
   После продолжительной кропотливой работы, я чувствовала себя измотанной и раздраженной. Попробуйте на досуге, ради интереса, распутать клубок, который побывал в лапах у кошки и вы поймете, о чем я.
  -- Таня, - прохрипел синеглазый маг. - Уходи. Это ловушка.
  -- Ясен пен. Вставай, давай.
   Эдвард пошатываясь приподнялся, но снова повалился назад.
  -- Не могу. Я слишком слаб.
  -- А если подсобить?
  -- Можно попробовать.
   Я протянула к нему руки, но синеглазый маг яростно замотал головой.
  -- И, что тебя не устраивает? - подбоченилась я. - Или ты думаешь, я тебя не подниму?
  -- Твой рост. Тебе будет неудобно.
   Ну, да что-то я об этом не подумала.
  -- Сейчас Дениса позову.
  -- Стой, - Эдвард перехватил мою руку.
   Я обернулась и удивленно изогнула брови.
  -- Что еще?
  -- Я был в сознании, когда они активировали мою печать. Я всё слышал.
   В глазах мага загорелся маниакальный огонек. Ого, похоже, парень конкретно в претензии. Понимаю.
  -- Давай поговорим об этом позже. Сейчас я позову Дениса, и мы тебя отсюда вытащим. Ладно?
  -- Ты не понимаешь. Я всё слышал, - прохрипел Эд, делая ударение на слове "всё". - Они надеялись убить тебя с помощью моей печати. Но если не удастся..., - Эдвард зашелся кашлем, но справился с ним и продолжил: - На улице нас ждет целая армия. Тебя не выпустят отсюда живой.
  -- Вот как, - закусила я нижнюю губу.
  -- Таня.
  -- Дай подумать, - шикнула я него, закусывая большой палец, так как от прокушенной губы умной мысли не получилось.
  -- Таня. Я все знаю.
  -- О чем?
  -- Ангел Смерти. Я почувствовал его. Он был здесь. Ты..., - Эдик запнулся, все еще прибывая в шоковом состоянии. - Ты спасла меня.
  -- Благодарности оставь на потом, - отмахнулась я. - Вот выберемся отсюда...
  -- Ты не должна была этого делать, - голос мага стал тише. - Не для меня.
  -- Поговори мне тут, - буркнул я. - Должна, не должна. Радуйся, что жив. И еще лет десять - пятнадцать протянешь... Если, конечно, мы отсюда выберемся.
  -- Таня, это бессмысленно.
   Я покосилась на мага и презрительно фыркнула:
  -- Как лезть в логово вампиров - так ты герой, а как свои же за стеной колья точат - пасуешь. Эдик, не разочаровывай меня.
   Грустная улыбка появилась на бледных губах.
  -- Если бы я мог чем-нибудь помочь... В таком состоянии - я балласт. Уходите без меня.
  -- Тебя чем-то напичкали? - принюхалась, вроде ничего необычного.
  -- Таня.
  -- Молчи уж. На кой я тут мучилась - расплетала эти трубочки. Не истери. Прорвемся.
   Выйдя в коридор, я минуту с умилением рассматривала застывшие в движении две переругивающихся фигуры Дениса и Ивана.
  -- Денис, отомри, и двигай сюда. Эду нужна наша помощь, сам он подняться не может. Слишком слаб.
   Мой чувствительный слух уловил, как облегченно выдохнул Красновский и, как сердце Ивана пропустило удар. Попался рогатенький.
   Денис подскочил и первым делом наорал на меня.
  -- Какого черта ты творишь?!! Ты, что, возомнила себя бессмертной героиней американских боевиков?!!
  -- Спокойно, - выставила я вперед руку, - я знала, что делаю.
   Бравый солдатик вперился в меня таким взглядом, что я смутилась.
  -- Ну, может, не совсем, - залопотала, пятясь назад.
  -- Таня, больше не делай так.
  -- Ага, и в следующий раз нас всех разрежет на мелкие кусочки. Очень мило.
  -- Проехали, - буркнул Денис. - Как он?
  -- Жить будет. Иди, помоги, а то он не хочет больше от меня помощь принимать, говорит, ростом не вышла, чтобы его на себе таскать.
  -- Ты собиралась тащить его на себе?! - брови Красновского взлетели на лоб.
  -- А, что остается делать? - пожала плечами. - Ваша организация рассчитывала, что его "проблема" меня убьет. Не убила. Но у них всё еще остался план Б.
  -- Здание окружено, - не дожидаясь разъяснений, опередил Красновский.
   Я медленно кивнула. Денис поскреб в затылке.
  -- Надо подумать.
  -- Думай, а я пойду пока поговорю с нашим рогоносцем.
  -- С кем?
  -- С этим, - и кивком головы указала на все еще обездвиженного Ивана.
  -- А что он? - понизив голос, спросил Денис.
  -- Знал, - коротко ответила я. - Только не пойму, зачем с нами-то пошел?
  -- Проверить.
  -- Что?
  -- Сработал план или нет.
  -- А-а, ясно! - в голову тут же заглянула идея. - Может его того?
   Красновский нахмурился.
  -- В смысле?
  -- Оставить, как есть.
   Бравый солдатик честно пытался не засмеяться, но губы сами расплывались в улыбке.
  -- Делай, что хочешь.
  -- Какой ты щедрый, - в улыбке показала кончики зубов.
   Денис хмыкнул и скорым шагом направился к Эду, я же не спеша подошла к Ивану, сердце которого, при моем приближении, начало отбивать чечетку.
  -- Доволен? - спросила я.
   Сотрудник СБСН громко проглотил слюну.
  -- Знаешь, Ваня, я много чего могу простить. Я, по сути, человек отходчивый, понятливый. И, то, что я вампир, и то, что для тебя это только работа - я понимаю, но то, что вы сделали с Эдвардом - я понять не могу.
   Иван смотрел на меня, сжав зубы, а внутри у него все сжималось. Он боялся меня до одури. Я была спокойна, абсолютно неагрессивна, но именно это и пугало его больше всего - он не знал, что от меня ожидать, а я продолжала ходить вокруг него кругами.
  -- Он же был твоим товарищем, твоим другом...
  -- Заткнись, - процедил Иван сквозь зубы, и, слишком громко для пустых коридоров гаркнул. - Это ты должна была умереть! Ты! Не Эд! Мы бы успели...
  -- Успели? - перебила я его. - Что успели, Иван? Ты даже не знал, что Эдвард давно и по уши в...хм-м... Аду. В прямом смысле слова. Он лажанулся. Он проклят. Что бы вы успели? Договориться с Ангелом Смерти?
  -- Нет, - тряхнул он головой. - Нет. Это заклинание должно было убить только тебя.
  -- Неужели? - я перестала кружить вокруг Ивана, как голодная акула и встала, чуть склонив голову к плечу. - А подумай-ка, ты, Ваня, рогатой головой своей, чтобы стало с Эдом после того, как его проклятье убило бы меня?
  -- Мы бы успели...
   Из горла вырвался громкий, режущий слух смешок.
  -- Какой же ты, все-таки, баран, Ваня, - вздохнула я. - Ничего бы вы не успели. Эд с самого начала был обречен. Со мной или без меня, его утянуло бы в Ад.
   По зло прищуренным глазам поняла, что не убедила, да и не стремилась. Иван презрительно усмехнулся:
  -- Ты проиграла.
  -- Ты о людях за стенами больницы? - улыбнулась я. - Да, я знаю. Эдвард меня предупредил.
  -- Он не мог, - сдавлено произнес Иван.
   За меня ответил сам Эд, которого Денис бережно нёс на руках.
  -- Мог. И не жалею об этом.
  -- Эд, - вытаращился на мага рогатый. - Ты жив?
  -- Жив. Но не благодаря вам, - несмотря на слабость, взвился Эд. - Мудозвоны, чтоб я еще раз с вами связался! Будешь отчитываться, скажи этому..., Денис не тряси. Да, понял я, понял - при Тане мы не выражаемся. Короче, я увольняюсь. Заявление отправлю почтой.
  -- Тань, пошли, - Денис качнул головой в сторону черного хода.
  -- Стойте! - взвыл рогатый, наконец, допетрив, что его собираются оставить живым монументом самому себе и уйти. - Вы не можете оставить меня так!
  -- Можем, Ваня, можем, - подражая киногерою, ответила я и помахала ему ручкой. - Передавай привет шефу!
  

***

  -- Чё за?
   Опешила я при виде застывших у черного входа ребят в камуфляже. Дуло одного из автоматов было направлено прямо мне в лоб. Но люди не двигались и даже, по-моему, не дышали.
  -- Время, - прохрипел Эдик.
  -- Время? Ах, да, - сообразила я, и отодвинула действующее мне на нервы дуло в сторону. - Денис, ты пройдешь, или мне убрать их с дороги?
   Денис попытался протиснуться между приоткрытой дверью и боевиком, но для него с Эдом на руках места оказалось маловато. Я попробовала открыть дверь. Не вышло. Мешал тот, кто стоял за дверью.
  -- Подожди, я сейчас.
   Ухватив за шкирку ведущего, оттащила его в сторону, потом того, кто сидел за дверью. Остальных так же покидала в кучку, предусмотрительно разоружив, чтобы, когда время войдет в норму, они сами друг друга не поубивали.
  -- Тань, время, - окликнул меня Денис.
  -- Иду.
  -- Куда оружие девать?
  -- Кинь в мусорку, пока тут разберутся...
  -- Ага.
   Я аккуратно скинула опасное добро в контейнер и поспешила за Денисом. У входа в больницу, где мы оставили машину, нас на самом деле ждала маленькая армия, вооруженных людей было столько, что я на секунду замешкалась, недоумевая: они, что, серьезно здесь все из-за одной маленькой меня?!
  -- Тань! - сердито окликнул Денис, сгружая Эда на заднее сиденье.
  -- Иду, - тут же оказалась я рядом с машиной.
  -- Тань! - позвал маг.
  -- Чего тебе? - заглянула в салон.
  -- У нас мало шансов, но если ты сейчас подкрепишься...
  -- Что-о? - сделала я вид, что не поняла его.
   Денис грубо хлопнул дверцей со стороны Эда, проигнорировав его возмущенный возглас. У мага не было сил сидеть прямо, от того он постоянно заваливался на бок, а так как большую часть сиденья заняли Лёня, Валера и Рамон (Ричарда, в машине не было), падать там было уже некуда.
  -- Он говорит, чтобы ты насытилась от этих, - бравый солдатик качнул головой на своих же СБСНовцев. - До Сумеречной далеко, если ты будешь кормиться от меня, я быстро устану, и не смогу вести машину. Зная тебя, ты до последнего не тронешь ни Эда, ни ребенка. Дрища этого, - Денис презрительно глянул на, снова спящего в обнимку с Лёней, Валеру, - тебе хватит на один укус.
   Я задумалась. В чем-то Денис прав, он единственный, от кого в дороге я могла бы отпить, не боясь за его здоровье, остальные не годились ни в каком виде, но, когда я беглым взглядом окинула предложенный мне ассортимент, то поняла, что не голодна, причем совсем. У меня не было ни позыва, ни желания, ни жажды. Я была сыта.
  -- Едем.
  -- Но Та-ань, - чуть более жалобно, чем ему хотелось бы, простонал Эдвард.
  -- Тань, серьезно, - тяжело вздохнул Денис.
  -- Я тоже, - буркнула я и залезла в кабину. - Едем.
  -- Ты специально, да? - сунул голову в салон бравый солдатик.
  -- Нет. Просто они не вызывают у меня аппетита.
  -- Не смешно, - фыркнул Денис.
  -- Я и не смеюсь. У меня нет аппетита.
  -- Тань, - настороженно глянул на меня бравый солдатик, - тебе Константин Ефимович ничего не давал? Пилюльки какие-нибудь?
   Я пожала плечами.
  -- Не знаю. Может быть.
  -- Ладно, - еще раз тяжело вздохнул Денис и сел в машину.
  -- Денис? - нахмурился Эдвард.
  -- Эта клыкастая зараза сбежала к своим родителям, - пояснил Красновский, медленно выруливая джип на дорогу, - и Константин Ефимович ее возвращал - Верховная попросила. Мог подсыпать ей что-нибудь. У вас же были разработки?
   Эдик нахмурился.
  -- Не припомню таких.
  -- Он меня кормил, - решила я вставить свои пять копеек, пока не зашел вопрос о том, что произошло у меня дома, - Кровью.
  -- Своей?
  -- Нет, - слишком поспешно ответила я, и, поймав на себе крайне удивленные взгляды Дениса и Эда, улыбнулась. - У него пакет был с собой ...Ну, с кровью.
  -- Я же говорю, подсыпал, - удрученно покачал головой Денис.
  -- Но, может, это и к лучшему, - сделала я невинное личико. - Обойдемся без крови.
   На мое заявление мужчины слаженно фыркнули. Затем Денис попросил направлять его, так как света фар было недостаточно, чтобы рассеять кромешную тьму проселочной дороги. Мое вампирье зрение неплохо справлялась с функцией навигатора, что нельзя сказать обо мне. В очередной раз затормозив, Денис рыкнул.
  -- Таня! Сколько можно?! Где ты видишь бревно? Впереди прямая дорога.
  -- Ой, прости, - смутилась я.
  -- Динь, - слабо прошелестел Эдвард с заднего сиденья. Мы-то думали, что он заснул, и старались не шуметь, - она дальше видит.
  -- В каком смысле?
   Так как мы заглохли, Денис повернулся к приятелю.
  -- Ее никто не учил, вот ее зрение и убегает. Я тут посчитал, Динь, она тебя почти за километр предупреждает.
   Бравый солдатик хмуро глянул на смущенную меня. Вздохнул.
  -- Тань, мы не на гонках. Хорошо? Ближе бери.
  -- Я постараюсь.
   И повернулась лицом к дороге. Зрение снова убежало вдаль, но я, усиливаем воли, вернула его обратно.
  -- Потерпи. Скоро выберемся, - подбодрил меня бравый солдатик.
  -- Мне больше тревожит, почему нас не преследуют? - вздохнула я.
  -- А тебе хочется? - фыркнул Денис.
  -- Меня это нервирует. Что-то здесь не так.
  -- Согласен с Таней, - подал голос Эдвард. - Время должно было уже восстановиться.
   Денис повернул голову и подозрительно на меня сощурился.
  -- Кстати откуда у тебя такие способности?
  -- У меня?! - вытаращилась я на него.
  -- Ну, не у него же?! - качнул головой бравый солдатик, намекая на Эда.
  -- Нет у меня таких способностей! - вспылила я. - Ты за кого меня принимаешь?
  -- Денис, это не она. Вампиры хоть и могущественные, но время не в их власти.
  -- Тогда кто?
  -- Ангел, - пожала я плечами.
  -- Очень смешно, - скривился Денис.
  -- Ну, ты опять?! - искренне возмутилась я. - Мы же говорили об этом?!
  -- Тань, ты сама себя послушай: какой-то там ангел ради тебя взял и остановил время? Серьезно?
  -- Не какой-то там, а серафим. И не ради меня... ну-у, как бы... это... за хорошее поведение, - смутилась я. - За мной, между прочим, наблюдают.
  -- Кто? - взгляд Дениса был полон язвительного скепсиса.
  -- Ангелы, - буркнула я.
  -- За тобой? Ангелы? Тань, ты, это кончай заливать-то. Ангелы за тобой наблюдают. За вампиршей. Господи, придумала же.
  -- Она не придумала, Денис, - снова вклинился Эдик. - Она действительно общается с ангелами. Я сам слышал.
  -- Что?! - дернулась я, и, повернувшись, испуганно уставилась на мага: - Я думала, ты был без сознания?!
  -- Был, - кивнул маг, - но прикосновение Ангела Смерти вернуло меня, и я все слышал.
  -- Черт! - вырвалось у меня, после чего я как старуха забурчала: - Какого фига! Вот пусть теперь сам и разбирается. Мог бы предупредить, а то двойная работа, много нагрузки. Вот не верю я, что он не специально это сделал. Не верю.
   В машине повисла нехорошая такая тишина, и я краем глаза глянула на притихшего Дениса, тот выглядел шокированным и смотрел едва ли не со священным ужасом.
  -- Мы сегодня поедем?
   Тон при этом у меня бы грубоватый до наглости, но это от смущения - не ожидала я от ангела подобной глупости. Но, может, он действительно просто забегался и забыл, не хотелось бы думать о нем плохо, у меня и так всё плохо, чтобы нервничать и ждать подвоха еще и с его стороны. Не-не, так нельзя. Это нервы. Надо успокоиться. Я прикрыла веки, раздраженно барабаня пальцами по коленке, но когда машина во второй раз лягушкой подпрыгнула на кочке, открыла глаза, и, удерживая зрение, проворчала:
  -- Левее бери. Еще левее. Сейчас будет мелкая канавка, а потом большая лужа - объехать не получится, так что езжай прямо.
   Отпустив зрение с облегчением выдохнула - скоро выберемся на нормальную дорогу. Глянув в зеркало заднего вида, в который раз, задумчиво потерла висок - преследователей не видно. Я напрягла зрение, но даже так не заметила ни намека на погоню. Меня это всерьез начинает беспокоить, тем более хищнический инстинкт уже просто воет об опасности. Но где? Откуда? Пока не ясно.
  -- Тань, прекрати дергаться, - не выдержал Денис, - с тобой даже сидеть радом становится страшно. Не буду я спрашивать, что тебя связывает с Ангелом Смерти, не буду, так что успокойся.
  -- Что? - Я встряхнулась от дурных мыслей. - Я не... Ладно, забей. Почти выехали. Правей бери. Посигналь. Еще раз.
  -- Зачем?
  -- Там на выезде на дорогу лосиха с лосенком стоят - не хочу, чтобы мы их сбили.
  -- Как бы они нас не сбили, - фыркнул Денис, - лоси, животные сильные.
  -- Проверять не будем. Сигналь.
   Присмотревшись к животным, я нахмурилась:
  -- Странные какие-то. Даже не шелохнулись.
   Эдик болезненно застонал, закряхтел, и его голова высунулась между сиденьями. Прошептав, что-то, как мне показалось, на латыни, он посмотрел вперед и вдруг рявкнул:
  -- Твою м...!! Маги! Таня беги!! Сейчас же!!
  -- Что? - в очередной раз ступила я.
  -- Твою... и вашу...! - резко затормозил Красновский, нагнулся и открыл дверь с моей стороны. - Беги.
  -- Но...
  -- Нас они не тронут. Я уже звякнул, куда надо.
  -- Беги, Таня, - поддакнул маг. - Наша братия не щадит вампиров - они и слова тебе не дадут сказать. Беги.
  -- Но Лёня...
  -- Ты найдешь нас в штабе СБСН в Сумеречной зоне. Любого спроси, тебя проводят.
  -- Так уж и проводят? - усомнилась я.
  -- Таня, не нам тебя учить. Беги.
  -- Но куда мне бежать?
  -- Шевелись ты, вампирша недоделанная, - рыкнул Денис, выпихивая меня из машины. - Постарайся, чтобы тебя не поймали. Беги по ветреной стороне и не отсвечивай.
  -- Но, Денис, в какую сторону мне бежать? - вцепилась я в дверцу. Одной добираться до Сумеречной зоны мне совсем не хотелось.
  -- Ангела своего спроси, - дернул на себя дверцу Денис, но не преуспел - я сильнее.
  -- Тань, ориентируйся на гудение, - Поняв, что я с Денисом сейчас поругаюсь, подсказал маг. - Граница представляет собой стену чистой силы, поэтому гудит. Отбежишь подальше - прислушайся. Твой слух должен это уловить.
  -- Хорошо. За Лёню и Рамона отвечаете головой.
  -- Поняли мы, - закатили те глаза. - Беги, давай.
   Я отступила от машины. Хлопнула дверь и Денис махнул рукой, чтобы я убиралась отсюда, на что скорчила ему рожу и сделала шаг по направлению к лесу. До него мне предстояло еще добежать, так как часть деревьев у дороги была вырублена. Дальше что-то с жужжанием стремительно пронеслось у меня над головой и взорвалось, превратившись в фейерверк белых искр. Малюсенькая искорка, подхваченная ударной волной от взрыва попала мне на юбку и прожгла в ней огромную дыру.
  -- Твою ж...., - дернулась я.
  -- Беги, Таня! Беги! - Вдруг ниоткуда объявился Ричард. - Это предупредительный.
  -- Твою ж..., - процедила сквозь зубы и побежала.
   Эх, хорошо, что я вампир! Как же хорошо, что я вампир! Какая попа, что я вампир!! И-и!! Вот же зараза! Чтобы ты облысел, маг придурочный! Чуть не попал!! Больно - больно! Оно жжется!
  -- Таня, прибавь ходу! - Кричал дух откуда-то сверху.
  -- Я стараюсь.
  -- Тройной залп. Таня-аа!
   Я чудом увернулась от пронесшегося у лица жужжащего шара. От яркого света глаза заслезились. Два других взорвались где-то поблизости. Боль обожгла правую руку и ступню, я взвыла и опустилась на колено, матерясь и причитая: за что мне все это?!
  -- Таня! - истерично взвыл дух.
   Да, что опять?! Я подняла голову и замерла, с ужасом наблюдая, как на меня со стороны дороги ползет красно-бордовая стена. Это что еще такое? Но подумать не дал внутренний переключатель, включивший режим вампирьего самосохранения. Я вдруг зашипела, выпустила когти, и, с силой оттолкнувшись, как мячик отлетела назад, за счет чего оказалась на значительном расстоянии от приближающейся опасности. Н-да, человеческие рекорды здесь и рядом не стояли - метров пять не меньше. Дернулась в сторону, перепрыгнула пару пней, и, не оглядываясь, рванула вперед, переходя на нечеловеческую скорость. Судя по тому, как деревья на периферии зрения мгновенно превратились в сплошную черную стену, раньше я своими вампирьими способностями просто баловалась. Где-то далеко позади, еще слышались взрывы и треск выкорчевываемых деревьев. Ну-ну, догоните меня теперь.
  

***

  -- Она гудит. Ага, как же.... Здесь всё гудит! Всё! Высоковольтные линии, линии радиопередач, дома, машины! - громко возмущалась я, когда рубильник дернулся, и я оказалась в незнакомом лесу в компании одного только нематериального духа. - И куда идти?
  -- Тань, успокойся.
   Ричард облетел меня по кругу, - из-за ночного зрения дух выглядел как белёсое облачко с провалами вместо глаз, - и завис над заросшей мхом кочкой. На такой же кочке, но чуть больше, сидела я и пыталась услышать нужный мне гул. Пока слышала все что угодно, но не то, что надо. Вспылила, когда на какой-то радиоволне услышала совсем уж грустную для меня песенку со словами: "Не надо печалиться, вся жизнь впереди, вся жизнь впереди - надейся и жди..." Не жизнь у меня впереди, не жизнь, а черт знает что! А всё благодаря кому?... Понятия пока не имею. Но выясню. Обязательно выясню. У меня хоть и не жизнь впереди, но до-олгая не жизнь. Найду этого гада и устрою ему вампирскую темную.
  -- Успокоиться? Успокоиться?! - Я облизнула удлинившиеся клыки. - За мной охотятся, Ричард! Меня хотят убить! Ты это понимаешь?
  -- Понимаю. Но ты еще же жива? Жива. Значит, всё не так плохо.
   Пофигизм духа вызывал у меня раздражение и злость. С другой стороны я была рада, что хоть кто-то из нас двоих может смотреть на ситуацию позитивно.
  -- И ты предлагаешь мне успокоиться?
  -- Конечно. Прекрати психовать и все получится.
  -- Твои бы слова да ангелам в уши.
   Ричард замерцал.
  -- Я могу попробовать.
  -- Что именно?
  -- Связаться с Ибрагимом. Не знаю, что из этого получится, но попробую.
   Хотелось крикнуть: "Так пробуй!", но благоразумно промолчала. Расшатавшиеся нервы - это моя личная проблема, не Ричарда, не стоит срываться на единственном хоть и призрачном союзнике. Как там было в слайд-шоу, которое Олечка-бухгалтер прислала нам перед своим отпуском: "Чтобы избавиться от негатива трудового дня: закройте глаза. Представьте море. Солнце. Песчаный берег. Вы в бикини. Рядом с вами шикарный мужчина с бокалами мартини в руках, он только и ждет, когда вы обратите на него свое внимание. Улыбнитесь..." Ага, а потом заставка с надписью на весь экран: "Вас снимает скрытая камера". Помню-помню я это прикол. Всем коллективом потом хихикали при случае и без. Работа... Взгрустнулось. Накрылась моя работа медным тазом. Проклятье, и подруги тоже! Та-ак спокойно. Глаза закрыла - раз. Море представила - два. Солнце? Я же вампир, какое солнце?! Пусть будет вечер - три. Песчаный берег? Запросто. Недавно с Викой ездили на два дня погреться на солнышке.
   Перед мысленным взором нарисовалась нужная картинка. Я, Вика, песчаный берег. Вика - это грустно. Вику убираем, представляем шикарного мужчину с бокалами мартини. На картинки, помнится, был блондин. Попыталась представить рядом с собой блондина, но образ не шел. Блондин, ну где ты? Выходи. Не укушу я тебя. Э? Вместо блондина на песок с ленивой грацией, поигрывая мышцами, уселся Кшас. Без мартини. Ну, и ладно, все равно я мартини не люблю. Кшас соблазнительно откинул черные волосы за спину, оголяя шею. Сердце в груди зачастило. М-р-р. Да-а. Это гораздо, гораздо лучше мартини. Я подалась к Кшасу. Протянула руку и коснулась его лица. Провела по щеке, подбородку, обвела контур губ. Меня манили его губы. В них было что-то волшебное. Они были заманчивее крови, хотя я знаю, что вкус его крови восхитителен. Но его губы...
  -- ТАНЯ! - гаркнул мне на ухо Ричард, а когда я, подскочив с места на метр в высоту, шлепнулась на кочку и зашипела, еще и отчитал: - Не знаю, что ты делала, но прекрати это немедленно! Ты светишься. Ты же не хочешь, чтобы тебя из-за этого поймали?
  -- Н-нет, - Я еще не совсем отдышалась, но не могла не признать резонность всего сказанного духом. Естественно я не хотела, чтобы меня поймали, и, да, я снова светилась, но, как мне показалось, ярче, чем на кухне у Верховной. Но, может, это из-за того, что вокруг темно?
   Образ Кшаса на песчаном пляже начал таять и мой свет вместе с ним, но я не сожалела. Боже, нашла время для фантазий!
  -- У меня не получилось дозваться Ибрагима, - расстроил дух. - Этот вшивый ангел словно закрылся от всех. Я полечу выше, может оттуда услышит.
  -- Лети, а я пойду, - Встала с кочки и отряхнулась. С сожалением поковыряла в прожжённой искрой дырке. - Не могу сидеть.
  -- Правильно, нельзя тебе долго оставаться на одно месте, - воодушевился Ричард. - Лучше иди. Я догоню.
   Не успела я съязвить в ответ что-нибудь этакое, дух наглым образом взял и растворился в воздухе. Ну, вот, теперь даже поворчать не на кого. Одна. Ночью. В незнакомом лесу. Без еды и питья. Бр-р. Хорошо, что я вампир, к тому же сытый. "Кстати!" - вспомнилось мне. - Я ведь так и не спросила, где шлялся Ричард, пока мы с Денисом самоотверженно спасали Эда". Я задрала голову. Бесполезно. Вампирьи инстинкты занесли нас в самую чащу, небо здесь, если и просматривалось, то только в просветах. Не люблю лес. В том смысле, что посидеть где-нибудь на полянке, ягодки пособирать - это одно дело, и совсем другое пробираться сквозь непроходимые дебри. Мне бы сюда, как минимум, куртку, штаны и сапоги-болотники, а на мне легкая блузка, юбка, даром, что джинсовая, - едва колени прикрывает, - и балетки. Не думала я, что в лесу окажусь, не думала. Хоть комары не кусают и то хлеб - своя в доску.... Гробовую. Фу. Ну, и мысли мне в голову лезут. Веселее, Таня, веселее - еще не все потеряно... Вроде бы.
   Через некоторое время идти стало труднее, через какое сказать не могу, так как часы у меня взбесились, благодаря им я и поняла, что забрела на территорию границы или около того. Гул мерещился со всех сторон, но куда бы я ни шла, звук не становился громче. Начало казаться, что я окончательно заблудилась. Истерика подступала к горлу комом. Я вздрагивала от каждого звука, неважно, будь то хрустнувшая под ногой ветка, шелест листвы, по которой пробежался ветер, взмах крыльев спорхнувшей с ветки птицы, или писк пойманного ей же грызуна, я замирала и прислушивалась, не проворонила ли звук шагов моих преследователей. Но, нет, вампирий инстинкт самосохранения молчал, а значит, это только мои страхи. И вот, когда я вся задёрганная и уставшая решила посидеть на пенёчке, кто-то легонько подпихнул меня под попу.
  -- И-и-и! - тут же взвилась я, переходя на ультразвук.
   В тоже время, шустро крутанувшись вокруг своей оси, чтобы увидеть не менее шустро отскочившего от меня зверя.
  -- Дур-ра! Чего ор-решь?! - поджал уши волк. - Я поздор-роваться хотел.
  -- П-поздороваться, - запинаясь от переизбытка чувств и зверея с каждым произнесенным словом. - Ты... ты поздороваться хотел!! Ты чё совсем!!! Тебе жить надоело?!!
   Я зашипела, но скорее от пережитого стресса. В драку лезть не хотелось. Представитель местной фауны был слишком крупным, - в холке метр пятьдесят пять или вроде того, - массивным, но в то же время быстрым и проворным, в чем я уже убедилась. Однако, несмотря на устрашающий вид, зверь не выглядел опасным, по крайней мере, хотелось в это верить. Золотые глаза - плошки насмешливо мерцали в темноте, а пушистый хвост дружелюбно покачивался из стороны в сторону.
  -- Нет, - мотнул головой волк. - Но, кто ж знал, что ты окажешься такой нер-рвной.
   Речь у зверя была достаточно внятной, тем не менее, приходилось прислушиваться, так как говорить ему было неудобно. Я нахмурилась и спросила:
  -- Ты вообще кто?
  -- Друг.
  -- Чей?
  -- Сегодня? - зверь забавно приподнял брови. - Твой.
   Решила сразу уточнить.
  -- А завтра?
   Волк сел на задние лапы и пожал плечами.
  -- Как получится. Мне Кшас в три часа ночи позвонил и попросил, чтобы я нашел одну неумную (мягко говоря) вампиршу и провел ее через гр-раницу, а то она тут в тр-рех соснах заблудилась.
  -- Я не...
   Зверь ехидно усмехнулся, и я сдалась:
  -- Куда идти?
   Ехидная морда повернулась ко мне мохнатым задом и кивком позвала следовать за ним. Я легко догнала волка и пошла с ним вровень.
  -- Прости, а откуда Кшас узнал, что я заблудилась?
   Зверь фыркнул:
  -- Хотелось бы мне знать, откуда он всё знает.
  -- В каком смысле?
  -- В таком, что я понятия не имею, как ему удается знать о вещах, о которых в принципе знать не должен. - Зверь сокрушенно тряхнул головой. Из-под верхней губы показались кончики клыков.
   Осведомлённость Кшаса его явно нервировала.
  -- Эм-м...
  -- Я не о тебе сейчас.
  -- Я поняла, - не удержалась и спросила: - А о ком?
  -- О многих, - Фыркнул волк, а скосив на меня желтые мерцающие глаза, добавил: - Но и о тебе, в том числе. Как тебя угораздило с ним связаться?
   Помня предостережение Кшаса, чтобы я никому не доверяла, включая его самого, я только невинно похлопала глазками и развела руками.
  -- Как-то так.
  -- Как-то так?! - удивился волк. - Более нелепого ответа я еще не слышал, - и сварливо заворчал: - Как-то так. Ты представление-то имеешь, кто он такой и чем тебе обернется его помощь? - Поймав мой озадаченный взгляд, зверь закатил глаза и заговорил тоном усталого родителя, который в сотый раз повторяет прописную истину непутевому ребенку: - Кшас никогда ничего не делает даром. Никогда. Все его поступки, абсолютно все, имеют скрытый смысл, и все они имеют свою цену, только узнаёшь ты об этом всегда слишком поздно - каша уже заварена, ты в ней по уши, а он только наблюдает и ждет, когда ты сам выкарабкаешься и оплатишь по счетам. Я еще раз спрашиваю: зачем ты его вызвала?
  -- Вызвала? - вытянулось мое лицо.
  -- Клыкастая, только не говори мне, что ты не знала, - фыркнул новый знакомый.
  -- Что я не знала?
  -- Нашего Кшаса пятьдесят лет как нет в живых, тот, кто занимает его тело - не Кшас.
  -- А кто? - споткнулась я на ровном месте.
  -- Понятия не имею.
   Я начала глупо открывать и закрывать рот. Вот так номер!
  -- Что? Действительно не знала?! - волк притормозил, сверля меня настороженным взглядом.
  -- Н-нет, - Я замотала головой, и шальные мысли заметались следом, сталкивая реальные страхи с в момент надуманными.
  -- Как же ты его вызвала? - воззрился на меня волк.
  -- Да не вызывала я его! Он сам пришел. В смысле, я с ним на границе столкнулась. Случайно.
  -- Вот это уже интересно, - нахмурился представитель местной фауны. - Столкнулась, говоришь. Случайно. Сила лесная, опять Кшас какую-то игру замутил. Но если не ты его вызвала, то кто?
  -- Нн-не знаю. А почему ты его Кшасом зовёшь?
  -- Давняя история, - вздохнул волк.
  -- Расскажешь?
   Волчий хвост раздраженно дернулся пару раз из стороны в сторону.
  -- Нечего рассказывать. На нас маги насели, хотели под свои однобокие законы подмять, а мы кланами объединились и дали отпор.
  -- О! - вспомнила я разговор Кшаса и шефа СБСН. - Я об этом слышала. Маги до сих пор раны зализывают.
  -- Пусть зализывают, лишь бы к нам не лезли, - рыкнул зверь. - Ведьмы, вон, прогнулись под ихний Совет и теперь, считай, ничего им нельзя - лишний раз на шабаш слетать боятся, чтобы не прознали, что колдуют. Но, на то они и ведьмы, чтобы колдовать - без своих чар они как без рук.
  -- И что сделал Кшас?
  -- Мой брат. - Глаза волка потускнели. - Он был учеником шамана.
   Он поднял морду и тоскливо взглянул наверх, где ветви сплелись в сплошной паутинный узор.
  -- Парнем он был безалаберным, но, как и все молодые самцы, не в меру амбициозным. Пятьдесят лет назад к нам пришли маги и поставили ультиматум: либо мы подчинимся их закону, либо нас - оборотней, - планомерно уничтожают клан за кланом и начнут с нашего. Мы отказались. Чтобы доказать серьёзность своих слов, маги прислали отряд СБСН. Завязалась драка. Мы побеждали, но, когда в помощь отряду прислали двух магов, стало не до смеха. Нас, в прямом смысле, приперли к стенке - загнали в здание. Нам оставалось только ждать, когда нас всех перебьют, - вместе или поодиночке, - но сдаваться мы не собирались. Лучше смерть, чем их рабский ошейник. В этот тяжелый момент Кшас решил призвать демона, чтобы он помог нам.
  -- Кшас - демон?
   Волк сделал сердитые глаза.
  -- Прости, - Я сделала жест, закрывающий мой рот на замок. - Я молчу.
  -- Отец пытался остановить его, но Кшас уперся, да и маги начали прорываться в дом. Что-то в его призыве пошло не так, и брата не стало, но на его место пришел кто-то другой. Запах Кшаса изменился. Демоны, знаешь ли, любят выдавать себя за близких тебе оборотней, в смысле, людей, только тогда они способны найти самые болезненные темы для разговора, поставить любые мысли и чувства под сомнение, и поизмываться, меняя белое на черное, и черное на белое, но этот... Этот с самого начала заявил, что он не Кшас, и, что брат ему заплатил единственно возможную для него цену - отдал свою жизнь.
   Я закусила нижнюю губу, чтобы не вскрикнуть. Мне не хотелось верить в то, что этот оборотень рассказал о Кшасе - правда, но какой смысл лгать самой себе. Не просто же так Кшас извивался ужом - вроде и вашим и нашим, а по сути, оставался верен только самому себе.
  -- Прости, - Прошептала я и погладила волка по загривку. - Мне очень жаль.
  -- Тьфу ты, - резко отшатнулся тот и зло фыркнул, - ни слова не поняла из того, что я сказал. Сама смерть не страшна - она случается со всеми, вот если бы он его душу забрал, или как тебя твой хозяин в мертвом теле запер, тогда бы и жалела. А так, что? Вернулся наш Кшасик к кругу перерождения и, может, еще родится в нашем клане, или еще в каком.
  -- Да, ну, тебя! - сердито скрестила я руки под грудью. - Фиг поймешь, что у вас хорошо, что плохо! Как ты сказал, терять мне уже нечего.
   Глаза волка выразительно округлились.
  -- Ты, что обиделась?
  -- Да. И что?
  -- Подожди-подожди, - затряс он головой, - сколько лет ты немертвая?
  -- Эм-м, лет? - Поскребла когтями подбородок, пытаясь сориентироваться. - Где-то три недели. Плюс-минус. Но для точности мне нужно знать, какое сегодня число.
  -- Ты, что, ДИКАЯ! - отскочил он от меня, поджав хвост и оскалив зубы. - Кшас не предупреждал, что ты дикая!
  -- Почему дикая? - насупилась я. - Сразу, так дикая. Между прочим, мы с тобой полчаса уже вместе идем, а ты до сих пор не представился. И, кто, после этого из нас дикий?
  -- Полчаса? - Зверь перестал скалиться, но остался в позе упор задними лапами в землю, для прыжка не иначе: - А не обманываешь ли ты меня? Птенцы трехнедельного возраста не умеют себя контролировать.
  -- Тем не менее, я ни разу на тебя не набросилась. Смекаешь?
  -- Смекаю, что Кшас снова меня подставил! - зарычал волк. - Кто ты?
  -- Вампир, - развела я руками.
  -- За три недели стабильным вампиром не становятся. Кто ты?
  -- Вот же пристал. - Я закатила глаза и начала монотонно перечислять: - Меня зовут Таня. Три недели назад меня обратили. Во что я не знаю, но пытаюсь выяснить. Я вампир, но не дикая, - это даже Денис подтвердит, - я сформировавшаяся особь. Почему так произошло, я, опять же, не знаю.
  -- Кто такой Денис? Твой хозяин?
  -- Нет. Денис Красновский - сотрудник СБСН с вашей стороны.
  -- Красновский? Ликвидатор?
  -- Наверное, - Пожала плечами, но вспомнила разговор в машине: - Хотя, да, он говорил, что раньше работал один.
   Выражение морды волка стало недоуменно-офигевшим. Он пялился на меня своими мерцающими глазами, силился что-то сказать, но только открывал и закрывал пасть. Наконец, потряс головой, и, повернувшись, но так, чтобы одним глазом держать меня в поле зрения, потребовал:
  -- Отвернись.
  -- Обойдешься. Я тебе не доверяю.
   Волк презрительно фыркнул, повернулся ко мне спиной и, подпрыгнув, сделал кувырок через голову. Ничего себе! Так быстро? Был волк - стал голый мужик. Непонятно только чего стеснялся, тут и посмотреть есть на что: не дряблый, не брюхатый, по-спортивному подтянутый, мышцы, вон, особенно на руках и ногах, рельефные, не накаченные, но видно, что на своих четырех бегает частенько. А половые признаки? - так они у всех у нас одинаковые. Я хоть к своему возрасту и оказалась чиста, аки Дева Мария, но, честно сказать, не совсем уж непорочна - не с нашей помойкой под названием - Интернет. До Ибрагима меня целовали и не раз, но что-то всё не складывалось. Вроде не урод, что не раз мне говорили, но парни упорно обходили стороной, словно столик с табличкой "забронировано". Поэтому смотрела я на оборотня совершенно спокойно, разве что капельку смутилась. Мужик, как мужик, не Кшас - это от него у меня голову сносит, причем основательно.
  -- Тебе не холодно?
  -- Нет, - буркнул мужчина и полез в кусты, откуда выбрался частично одетый.
   На расстегнутых джинсах раздражающе позвякивала пряжка ремня, рубашку он застегивал на ходу, и, могу поклясться, что нижнее белья он не носит принципиально. Не знаю, какой именно реакции он добивался, но судя по мелькнувшей улыбке, тест я прошла. Приведя себя в относительный порядок, мужчина похлопал раскрытыми ладонями по груди и бокам, ища что-то. Вспомнил, где это что-то забыл и снова полез в кусты. Вернулся с маленькой кожаной сумкой, из которой достал давно почивший, как мне казалось, сименс c55. Я даже шею вытянула, до чего стало любопытно, работает ли этот раритет. Оказалось, работает. Взглянув на экранчик, мужчина окончательно спал с лица.
  -- Это что? Вы издеваетесь надо мной?!!
  -- Что? Жена звонила? - предположила я, так как по внешнему виду оборотню было чуть за сорок, а судя по сдержанности в общении с молодой симпатичной вампиршей, уже и давно и счастливо женат.
  -- Нет! - рявкнул он, но под нос все же пробурчал: - Хотя надо проверить.
   Я пожала плечами. Зачем так нервничать?
  -- Вот, - подошел он ко мне и сунул под нос телефон с двумя сообщениями, - твоих рук дело?
  -- Мои руки при мне, - показала я не совсем чистые ладони.
  -- Читай!
   Набрав воздуха, начала выразительно читать последнее сообщение, так как оно было прислано несколько секунд назад:
  -- Вадик, если ты сейчас хоть когтем ее тронешь, клянусь, я тебе голыми руками горло вырву. Воскрешу, заживлю и снова вырву. Веди ее ко второму посту. Там вас ждут.
   Я закашлялась и испуганно уставилась на упомянутого Вадика.
  -- Читай, - сдержаннее потребовал оборотень.
   Опустив взгляд, я пробежалась по строчкам нижней смс-ки, и с облегчением выдохнула:
  -- Вадик, нужна помощь. По старой дружбе найди на границе заблудившуюся вампиршу. Переведи ее на нашу сторону. В долгу не останусь. Красновский.
   Денис в своем репертуаре: лаконично и по существу. Я посмотрела на Вадика, но тот буркнул:
  -- Дальше.
   Я неуверенно сжала трубку телефона, который оборотень вложил мне в руку, и озадаченно прочитала следующее сообщение:
  -- Вадик, это Эд, нужна помощь. Найди вампиршу-Таню. Не успел предупредить ее о пространственных ловушках. Поторопись, ее спиногрыз грозится призвать духов.
   Ага! Так я и думала! Ну, Эд, ну, удружил. Беги Таня, беги, а о ловушках даже не заикнулся. А это от кого?
  -- "Вадим Геннадьевич, это Любовь Владимировна. Знаю, что не положено, но найдите на границе безмозглую нетопырку и сопроводите ее к Екатерине Валерьевне. Ответную услугу гарантируем".... Что-о?!! Сама ты.... ведьма.
  -- Она и есть ведьма, - усмехнулся волк, хотя лучше сказать оборотень.
  -- Знаю..., - буркнула я и продолжила зачитывать сообщения: - "Вадим Геннадьевич, личная просьба. Найдите на границе птенца вампира. Девушка. Рост средний. Волосы крашеные - красные"... Вишневые, - поправила я, - По возможности не травмировать. Доставить ко мне домой. Оплату гарантирую. Адриан Вельски". Это еще кто такой? Я его не знаю.
  -- Адриан Вельски огненный маг высшей категории. Состоит в Совете магов.
  -- Это мне ничего не говорит.
  -- Андриан отец Эда.
  -- А-а!
  -- Так куда тебя?
   Мысленно взвесив все за и против, я вернула телефон хозяину:
  -- Ко второму посту.
  -- Уверена?
  -- Нет, - честно ответила я, - но ни к СБСНовцам, ни к магам меня не тянет.
  -- А к ведьмам? - выгнул брови оборотень.
   Секундная заминка и я покачала головой.
  -- И к ведьмам тоже.
  

Глава 27

   До второго поста добрались в гробовом молчании. Вадим шел рядом, но на расстоянии. Заговорить со мной больше не пытался, да и мне говорить с ним было не о чем. Что-то неуловимо изменилось в отношении его ко мне после сообщения Кшаса, он стал задумчив и мрачен, и поглядывал на меня ни то с опаской, ни то с жалостью.
   Но мне самой было над чем подумать. Да, приятно, что новые знакомые беспокоятся обо мне, однако повальный интерес разных подозрительных и опасных личностей начинает меня пугать, не та я персона, чтобы привлекать столько внимания, не та. А, что если это не я? Что если это падшая привлекает их внимание? Надо поскорее извлечь ее из моего тела. Кшас говорил, что мать Ричарда может помочь мне сделать это, но где мне ее искать? И, где Ричард? Куда исчез этот вездесущий дух? Бросил меня? Не хотелось бы думать о нем плохо, но пока я пробиралась сквозь лес в поисках границы, Ричард так и не появился. А на самом ли деле он полетел звать Ибрагима? Вот же головная боль. А вдруг его поймали?! Вдруг он не может вернуться? Что мне тогда делать? Твою ж... Где были мои мозги?! Я же не спросила, как зовут его мать! Ни фамилии, ни адреса - ничего, только способность видеть и, возможно, призывать духов - это все, что я о ней знаю. Боже, что же я за тетеха такая?!
  -- Пришли.
  -- А? Что?
  -- Пришли, говорю.
   Я глупо захлопала глазами. Задумавшись, я не заметила, как мы пришли. На посту стояли три взрослых оборотня в камуфляже. От них невыносимо разило потом и псиной. Фу, когда в последний раз они принимали душ?
  -- Альфа, - втянулись мужчины при виде нас.
  -- Вольно, - кивнул Вадик.
  -- Она?
  -- Со мной, - припечатал сопровождающий, и, подхватив меня под локоток, потянул за собой.
  -- Альфа? - прошептала я, когда мы отошли на некоторое расстояние.
  -- Да, - буркнул Вадим. - И прекрати морщить нос.
  -- Не могу, - потёрла я упомянутый орган.
   Мужчина тут же набросился на меня с обвинением:
  -- Считаешь нас ниже себя?
  -- Не-ет, - протянула я медленно и пояснила свою реакцию: - Я считаю, что от них пахнет.
  -- Мы оборотни, - сквозь зубы процедил Вадик, и прямой наводкой по больному: - И мы, в отличие от тебя, живые.
   На что я парировала:
  -- Но от тебя-то так не пахнет.
   Вадик принюхался к себе.
  -- Не пахнет, - согласился он, после чего пробурчал себе под нос. - Права была Настя, давно надо было этим заняться.
   Чем "этим" уточнять не стала, и, кто такая Настя тоже, так как меня действительно ждали. Черная машина неизвестной мне марки стояла на дороге, и только мы с Вадимом пересекли пост из нее вышел мужчина в чёрном костюме, открыл заднюю дверцу, и из нее величаво вышла женщина в коричневом брючном костюме. Если бы меня спросили, сколько ей лет, я бы сказала - шестьдесят, однако это была не сморщенная старушка, а статная и подтянутая дама.
  -- Татьяна? - подошла она ко мне.
   Холодные оценивающие глаза смотрели на меня внимательно, и, в тоже время, настороженно. Она меня не боялась, но близко не подошла.
  -- Да.
  -- Меня зовут Екатерина Валерьевна - я Верховная ведьма Сумеречной зоны.
   Я чуть скривилась. Не хочу я к ведьмам. Не сейчас. Мне бы к СБСНовцам попасть, Лёню забрать, а там можно и к ведьмам. Но она уже здесь. Как это понимать?
  -- Я много наслышана о тебе, - не обращая внимания на моё замешательство, продолжила говорить ведьма, при этом таким тоном, словно решила меня отчитать. - От разных людей, и нелюдей тоже. Любишь быть в центре внимания?
  -- Не-ет, - неуверенно покачала я головой.
  -- Любишь, чтобы о тебе говорили?
  -- Нет.
  -- Тогда почему я слышу о тебе?
   Я чуток зависла, а Вадим, наоборот закашлялся, выпучив глаза на ведьму как на душевно больную. Надо же! Как помоями облила. Слышит она обо мне!
  -- Затычки в уши не пробовали? - вырвалось у меня, прежде, чем я успела подумать о последствиях. - Говорят, помогает.
   Вадим закашлял ещё громче, а глаза Верховной стали чёрными как смола.
  -- Что ты сказала?
  -- Я сказала: "Затычки в уши. Помогает".
   Ой-ой, что тут началось! Жилы у дамочки натянулись, нос заострился, глаза засияли, а со скрюченных пальцев, ко мне потянулись чёрные нити. Вот ту-то мой вампирий инстинкт среагировал как надо. Я оказалась за её спиной, но, так как ростом не вышла, не схватила за шею, как собиралась, а толкнула вперед, шагнула в бок, сделала подсечку, и, повалив на землю, для надёжности придавила коленом. Рядом все в грязи и слюне рычали два волка: один чёрный - поменьше и Вадик - в два раз крупнее. Дрались оба волка отменно, но альфа, есть альфа, и чёрный быстро сдал, подстав Вадиму горло.
  -- Не убивай, - попросила я.
   Волчара фыркнул и отошёл от побеждённого соперника на пару шагов. Как понимаю, обернуться в человека ему не светило - одежда в клочки, разве что лоскутками прикрыться.
  -- Слезь, - прохрипела ведьма, скребя ногтями землю.
  -- Успокоились?
  -- Ты маленькая...
   Я надавила сильнее, и не потому, что мне очень хотелось, а потому что, Екатерина Валерьевна попыталась дотянуться до меня, при этом её руки немыслимо изогнулись. Резиновая она что ли?
  -- Мама, Таня - хватит, - неожиданно объявился потерянный дух.
  -- Мама? - вытаращилась я на извивающуюся подо мной женщину.
  -- Ричард?! - прислушалась она к голосу.
   Дух подлетел достаточно близко, чтобы проявиться и женщина притихла.
  -- Здравствуй мама, - сдержано поздоровался он.
   Я с опаской покосилась на вздыбившего шерсть Вадика.
  -- Всё в порядке, он со мной.
   Волк показал клыки.
  -- Демон?
  -- Нет. Дух.
  -- Мо-р-роз по коже, - встряхнулся Вадик и сел на задние лапы перед Верховной. - Ведьма ты на моей территории, и эта вампирша под моей защитой.
  -- Да чтоб вас всех!
  -- Мама, ты ведёшь себя...
  -- Заткнись! - рявкнула ведьма. - Если бы вы двое меня слушали, ничего бы этого не произошло. Так, нет, одна в человека влюбилась, другой в нечить превратился. Не дети, а сущее наказание.
  -- Эй-эй! - надавила я коленом на её позвоночник, услышала хруст и ослабила давление. - Он не нечисть. Он дух.
  -- Дух, - фыркнула она. - Духа нельзя увидеть, деточка, только призрака проклятого на вечные скитания.
  -- Ричард отлети на несколько шагов.
   Дух кивнул и отлетел в сторону, тут же исчезнув, как если бы его и не было.
  -- Видишь?
  -- Не вижу. И что? Считаешь это доказательством?
   Альфа покачал головой.
  -- Это бесполезно.
  -- Ну и ладно, - пожала я плечами и встала, позволяя ведьме подняться.
  -- Мама я не проклятый, я дух. Я не доделал земные дела и ...
  -- Дела?!! - по-старушечьи визгливо возопила Верховная. - Дела говоришь! Да вы оба оставили меня без наследника!
   Отступив от Верховной я оказалась рядом с Вадимом, который быстро прихватив меня зубами за запястье оттащил от нее на значительное расстояние.
  -- Я думала, что у ведьм наследует только ведьма.
  -- Да. Но случается, что дар наследует мужчина. Сам он использовать его не может, а передаёт дочери.
  -- А ты откуда знаешь?
  -- Знакомый был. Безрадостная, участь скажу тебе. Сначала трясутся как над золотым яичком, а потом, как наследница родится, забывают, как и звали, еще и дочь на воспитание отбирают. Ведьмы, одним словом.
   У меня от такой инфы волосы на затылке зашевелились. Это, что, получается, они своих мужиков как переносчиков дара держат? Дар перенял - дар передал. Хрень какая-то. Может Вадик специально сгущает краски, но почему-то я ему верю. К нам подошёл обернувшийся и снова одетый шофёр Екатерины Валерьевны. В руках он держал ещё один чёрный костюм.
  -- Прошу, переоденьтесь, - протянул он его альфе, но тот мотнул головой, мол, отойдём, там переоденусь.
   Таким образом, я осталась одна наблюдать за выяснением отношений матери и сына, и что-то меня начало грызть изнутри, что-то беспокоить, знать бы еще что именно.
  

***

  -- Ты об этом пожалеешь, - шипела я, так как ничего больше делать не могла. Моё неподвижное тело везли куда-то на каталке, а я лежала и испепеляла взглядом ненавистные черты. Она поплатится за это. Я это точно знаю, но не сейчас. Сейчас я могу только злиться и шипеть.
  -- Ничего личного, - небрежно отмахнулась ведьма, идя справа. - Я отдам тебя им, они отдадут мне Леонида.
   Я попыталась поднять голову. Бесполезно. Тело меня не слушается. Скрипнула зубами. Как бы не раскрошить.
  -- Лёня тебе не нужен. Тебе нужна власть, власть, которую ты теряешь.
  -- Заткнись, - оскалилась ведьма. О-о, я наконец-то её задела. - У меня есть внук, у него есть дар. Им нужна только ты.
  -- У него нет твоего дара.
  -- Будет. Я знаю, как это сделать.
  -- Лёня ребёнок, он не сосуд для твоей силы.
  -- Он мой внук.
  -- Внук, который тебе не нужен. Как и твой сын. И твоя дочь.
  -- Они меня разочаровали. Я не позволю Леониду меня разочаровать.
   Внутри у меня всё сжалось, но так же пришло ощущение, что я не допущу этого, нужно только потерпеть. Еще немного. И не прекращая смотреть на нее, я почти с улыбкой произнесла:
  -- Ты пожалеешь об этом.
   Однако столь вероломное предательство ожидало нас с альфой не сразу, и не в машине. Мы расположились на заднем сиденье: он в чёрном костюме и армейских сапогах, а я босая, в грязной блузке и прожжённой юбке. Колоритная получилась парочка.
  -- Куда мы едем?
  -- Ко мне домой, - ответила ведьма, приглаживая растрёпанные волосы.
  -- Мне нужно позвонить, - тут же объявил Вадим.
  -- Звони, - милостиво разрешила Екатерина Валерьевна.
   Я отсела от альфы ближе к двери, и стала с напускным интересом изучать проносящиеся мимо сельские пейзажи. Ричард ужался до размера футбольного мяча и завис у меня над правым плечом. Убедить мать, что он не неприкаянный, Ричарду не удалось, и несчастный дух искал утешения в моей компании. Мы оба молчали, однако вскоре я начала слышать чей-то голос. Прислушавшись, разобрала слова, а сосредоточившись, с удивлением поняла, что слышу Ричарда. Его мысли. Дух начал сожалеть, что попросил меня отвезти Лёню к бабушке. Он смотрел на женщину, которую называл своей матерью и не узнавал её. Связано ли это было с тем, что он давно ушел из дома, или с тем, что он, как и сестра, предпочитал закрывать глаза на недостатки матери, он не знал, но серьёзно задумался на тему, правильно ли он поступает, отдавая ребёнка в руки Верховной. Я могла бы сказать ему, что нет, что нужно искать другой выход, но решила, что пока моя новая способность должна остаться в тайне. Так мы и ехали, размышляя каждый о своём, а я всё больше убеждалась, что со мной происходит что-то странное. Прикрыв глаза, я слушала мысли, хотя нет, скорее чувства своих спутников, они раскрывались передо мной как странные экзотические цветы: красивые и не очень. Хозяином самого причудливого цветка оказался наш немногословный шофёр. Он был горд, что ему удалось сразиться с альфой, хотя победа ему не досталась, он восхищался и уважал Вадима, а свою хозяйку боялся и чуточку любил, по-своему по-волчьи, и, в тоже время чёрный понимал, что для нее он только инструмент. Вадима беспокоила ситуация с Верховной, он не доверял ей, и не доверял Кшасу, и мне он тоже не доверял, но я сейчас была под его защитой, как бы смешно это не звучало. Верховная словно почувствовав, что за ней наблюдают, быстро схлопнулась, стянув лепестки, но я успела заметить страх, страх упустить возможность, последний шанс.... Шанс на что? Увы, этого я разглядеть не успела.
   Город на этой стороне такой же, как и на моей, с той разницей, что живут здесь не люди, хотя люди здесь тоже живут. Как же всё запутано. Может разница в том, что на моей стороне вампиры, оборотни, маги, ведьмы, ангелы только сказка, легенда, бред воспалённого сознания, а здесь, здесь это реальность.
  -- О чём задумалась? - наклонился Вадик, как бы невзначай, вложив телефон мне в руку.
  -- Здесь так же.
  -- А что ты ожидала?
  -- Не знаю, но я всё равно не хочу здесь оставаться.
  -- Забудь, - Екатерины Валерьевны посмотрела в зеркало заднего вида. - Обратно тебя не пустят.
  -- Один раз пустили, пустят и второй. Это не вам решать.
   Верховная фыркнула, но решила не спорить, зато Вадик с ней согласился:
  -- Она права.
  -- Знаю, - коротко кивнула и посмотрела ему в глаза, но сразу скосила взгляд, так как Вадик инстинктивно начал порыкивать. - Но я тоже права. Не вам решать останусь я или уйду.
   Вадик нахмурился.
  -- Если ты о своём хозяине, то да, но сомневаюсь, что он пойдет против Совета.
   Я хотела сказать ему, что не правильно меня понял, но в этот момент телефон в моих руках ощутимо завибрировал, и я отвлеклась на звонок.
  -- Да?
  -- Молчи и слушай, - раздался из динамика голос Кшаса, от тембра которого мурашки побежали у меня по коже.
  -- Слушаю и повинуюсь, - вторила я ему, противореча радости, которую испытала. Обойдётся. Заварил здесь кашу, а мне теперь разгребай.
  -- Язвочка.
   По голосу можно было услышать, что Кшас улыбнулся.
  -- Я знаю, что ты напугана.
  -- Я...
  -- Тише, моя девочка. Они меня не услышат, но тебе придётся молчать. То, что я тебе скажу очень важно.
   Я сделала пару вдохов, успокаивая зачастившее сердце.
  -- Я слушаю.
   Кшас тяжело вздохнул.
  -- Время пришло. Мне очень жаль, что я впутал тебя в эту историю. Я эгоист и собственник. Всё, что я делал, я делал для себя. Даже ты, такой, какой ты стала, я делал только для себя.
   Что он сказал? Я подавилась воздухом и закашлялась.
  -- Молчи, Таня. Молчи и слушай. Я обманывал и выкручивался, я подставлял и исполнял желания. Как демон. Но я хуже. Я падший. Я тот, кто отверг законы неба. Ты хотела понять меня? Вот он я. Я использовал тебя, Таня. Это я подселил к тебе Илистэль и стёр твое существование. Это я указал тёмному ангелу Смерти, где искать его возлюбленную.
   Наверное, глаза у меня стали окончательно ошалевшие, так как Вадик потрепал меня по плечу.
  -- Эй, ты чего?
   Я убрала его руку и покачала головой, продолжая слушать дыхание этого двуличного гада.
  -- Ты слушаешь?
  -- Да.
  -- Хорошо.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   113
  
  
  
  --

Оценка: 5.78*15  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com С.Панченко "Ветер"(Постапокалипсис) К.Федоров "Имперское наследство. Сержант Десанта."(Боевая фантастика) А.Кочеровский "Баланс Темного"(ЛитРПГ) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) В.Свободина "Темный лорд и светлая искусница"(Любовное фэнтези) В.Старский "Интеллектум"(ЛитРПГ) К.Демина "На краю одиночества"(Любовное фэнтези) В.Свободина "Прикованная к дому"(Любовное фэнтези) А.Гончаров "Образ на цепях"(Антиутопия) Е.Вострова "Канцелярия счастья: Академия Ненависти и Интриг"(Антиутопия)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"