Волкова Наталья Степановна: другие произведения.

Воспоминания о Татарских Степях и их жителях

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Английский художник Томас Уитлэм Аткинсон (Thomas Witlam Atkinson) в 1846 -1856 годах путешествовал по Уралу, Сибири и Киргизской Степи. Свои впечатления он изложил в двух книгах, которые вызвали интерес в России и были немедленно переведены на русский язык. Во время пребывания в Петербурге Т.У.Аткинсон женился на бывшей гувернантке, и миссис Люси стала его верной спутницей в странствиях. Она так же написала воспоминания о путешествии в Сибирь, но её книга никогда не была переведена.

  
  
  Англичане в Сибири.
  Приключения и анекдоты
  
  Томас Уитлэм Аткинсон и миссис Люси Аткинсон
  
  
  Перевод с английского Волковой Н.С.
  
  
  Барнаул, 2012
  
  
  Оглавление
  Предисловие переводчика Стр.4
  Т. У. Аткинсон. Глава XIX Barnaoul [Барнаул] Стр.6
  Т. У. Аткинсон о П. П. Аносове. Стр.18
  Несколько слов о миссис Люси Аткинсон Стр.21
  Л. Аткинсон Воспоминания о Татарских степях и их жителях Глава 3 Стр.23
  Воспоминания о Татарских степях и их жителях Глава 4 Стр.28
  Воспоминания о Татарских степях и их жителях Глава 8 Стр.62
  Воспоминания о Татарских степях и их жителях Глава 9 Стр.83
  Воспоминания о Татарских степях и их жителях Глава 17 Стр.88
  Послесловие Стр.94
  Список литературы Стр.94
  
  
  Предисловие переводчика
  
  Сейчас очень силен интерес к истории родных мест. К нашим далёким предкам. Мы обращаемся в архивы, разыскиваем старые письма, дневники, забытые книги. Мы хотим знать, какими были те, кто жил до нас. Что они думали о себе! И, особенно любопытно, как воспринимали их со стороны!
  
  Воспоминания иностранцев о Сибири, на мой взгляд, т.е. взгляд простого обывателя, достаточно редкая вещь. Они вызывают желание взглянуть на себя чужими глазами. Желание сравнить точки зрения и докопаться до истины. Понять, есть ли чем гордиться?
  
  Те, кто интересуется историей Алтая, думаю, не раз встречали в книгах имя английского художника и путешественника Томаса Уитлэма Аткинсона (Thomas Witlam Atkinson). Этот уроженец Йоркшира, в 1846 - 1856 годах путешествовал по Уралу, Сибири и Киргизской Степи. Свои впечатления он изложил в двух книгах, которые вызвали интерес в России и были немедленно переведены на русский язык. Во время пребывания в Петербурге Т.У.Аткинсон женился на бывшей гувернантке, и миссис Люси стала его верной спутницей в странствиях. Она так же написала воспоминания о путешествии в Сибирь, но её книга никогда не была переведена.
  
  Так вот о книгах-то мы слышали, а в глаза их не видели! Поскольку с 60-х годов XIX века книги Т.У. Аткинсона не переиздавались в России!
  
  В статье Дэвида Коллинза "Англоязычные путешественники на русском Алтае, 1848-1904гг.", опубликованной в 2001 году в четвёртом выпуске "Краеведческих записок", издаваемых Алтайским государственным краеведческим музеем, сказано, что письма Люси Аткинсон о пребывании в Барнауле в течение двух лет, напоминают романы Джейн Остин!
  
  Я разыскала в интернете обе книги, и обнаружила в них целый пласт неизвестной прежде повседневной жизни алтайских горных инженеров. Художник и его жена оказались весьма внимательными наблюдателями. Их интересовала не только показная, парадная сторона, но и изнанка, где они часто наблюдали забавные и анекдотические ситуации. На мой взгляд, это даёт более жизненные характеристики людям. Оказалось также, что о повседневной жизни горных офицеров и инженеров нет почти никаких материалов на русском языке.
  
  Чтобы восполнить досадный пробел я занялась переводом! Это заняло довольно длительное время, и, к сожалению, перевод всей книги ещё не закончен. В настоящий момент я предлагаю вашему вниманию несколько глав из книги Люси Аткинсон "Воспоминания о Татарских Степях и их жителях", посвященных Барнаулу. Как дополнение общей картины жизни горного города Барнаула в середине XIX века, я перевела заново 19 главу из книги Томаса Уитлэма "Oriental and Western Siberia: a narrative of seven years explorations and ...".
  
  И немного о себе: Волкова Наталья Степановна, по образованию библиотекарь. Историей Алтая и Барнаула давно интересуюсь. Одна моя работа - перевод Главы 19 из книги Т.У.Аткинсона, напечатана в журнале "Алтай", ?2 за 2012г на 131-137 страницах.
  
  
  
  
  
  
  
  Томас Уитлэм Аткинсон
  "Восточная и Западная Сибирь"
  
  Глава XIX
  Barnaoul [Барнаул]
  
  Друг посоветовал мне принять сибирскую баню немедленно, чтобы не беспокоили последствия сырости, мороза, и ушибов. Уральские и Алтайские горы весьма сильно отпечатали на мне свой характер! На ярмарке в ирландском Donnybrook люди получают меньше толчков и пинков, чем я!
  
  Приняв процесс пропаривания, я оказался на следующее утро обновлённым, в добром здоровье, и забыл о боли от всех ушибов и ударов, вполне убедившись, что нет ничего в мире, равного сибирской бане после такой поездки.
  
  Первый день ноября был ужасно бурным, с жестоким бураном [bouran] несущим снег, подобный муке. Буран с лёгкостью прикончит любого, только попадите ему в пасть - я говорю по своему опыту, будучи не один раз почти забитым ветром и снегом прежде, чем находил убежище.
  
  Это не лучший сезон для визита в Барнаул, хотя здесь весьма гостеприимное общество. Многие чиновники, обязанности которых летом требуют их в горные области, теперь возвратились в свои удобные, гостеприимные дома.
  
  Минуя долгую зиму, я скажу о Барнауле в весеннюю пору - лучше назвать это началом лета. Здесь весна успевает завершить свой труд в три или четыре дня, самое большее. Лишь только снег уходит - растительность стремительно пускается в рост.
  
  Этот город построен на берегу маленькой речки Барнаулки, там, где она впадает в Обь. И тридцать, и сорок лет назад почти все его здания были деревянными, и даже теперь тут не слишком много жилья, построенного из кирпича. Улицы широки, вытянуты параллельными линиями и пересекаются под прямым углом другими улицами. На улицах глубокий песок - летом город довольно неприятен. Есть три кирпичных церкви, не имеющие архитектурной ценности. Большой госпиталь, простой по стилю, с просторными и хорошо проветренными помещениями для больных рабочих. К ним здесь внимательны и им вполне комфортно, однако их жен и детей сюда не принимают.
  
  Русские горные инженеры
  
  Работы по выплавке серебра имеют большой масштаб. Эти операции проводятся в огромном здании, под наблюдением образованных офицеров, которые постоянно производят все процессы в практической и научной манере. Можно сказать со всей ответственностью, что русские горные инженеры являются выдающимися [специалистами] нашего времени. Никакой класс мужчин в Империи не может сравниться с ними в научном знании и разведке. В этих отдаленных и, как полагают, варварских областях, есть многие геологи, минералоги, и металлурги, чью точку зрения могут принять первые учёные в Европе.
  
  Здесь выплавляется двести пятьдесят пудов серебра ежегодно - на английский вес, приблизительно, девять тысяч фунтов. Готовый продукт серебряных рудников Алтая до 1855 года никогда не превышал одну тысячу пудов, или тридцать шесть тысяч фунтов. Чтобы произвести это количество, было расплавлено пятьдесят тысяч пудов руды. В 1850 году двенадцать тысяч пудов английского свинца послали в Барнаул, чтобы помочь в этом процессе. Начиная с того периода в Киргизской Степи были найдены большие запасы и серебряной, и свинцовой руды.
  
  Мытьё золота
  
  Все золото, найденное в Сибири, посылают в Барнаул, чтобы расплавить, за исключением той части, которая получена в Горах Яблоневого Хребта. Это [золото] плавится в Нерчинском заводе. Золотые рудники работают на Олёкме и других реках около Якутска, в Горах Саяны и в Енисейской губернии, где существуют несколько самых богатых шахт Сибири. Томская губерния также поставляет значительную часть. Корона - владелец большинства шахт в Алтае. В этой области работали коммерческие компании и частные люди, но очень немногие из них обогатились.
  
  В Восточной Сибири мытье золота начинается в первую неделю мая и заканчивается десятого сентября, когда все рабочие должны получить расчёт и возвратиться в свои дома. Некоторые идут за две тысячи верст! Богатый золотопромышленник отсылает свое золото один раз в год, большая часть которого прибывает в Барнаул в начале октября, но те, кто не богат, посылают дважды в году: первую часть в начале июля, и вторую, когда работы закрыты в сентябре.
  
  Когда золото представляют властям в Барнауле, его считают собственностью Короны, и золотопромышленник больше не имеет контроля над ним. Здесь золото плавят в золотые слитки и готовят к отправлению в казну. Лишь только через пять месяцев [золотопромышленник] имеет возможность получить от Правительства свои ценные акции за золото.
  
  Шесть караванов с драгоценными металлами отбывают из Барнаула каждый год - четыре зимой на санях и два в течение лета. Первый зимний караван уезжает в начале декабря, и достигает Санкт-Петербурга в конце января, другие следуют по очереди. Двух чиновников и небольшую охрану солдат посылают с каждым караваном, и они доставляют золото и серебро на Монетный двор.
  
  Хотя оба эти металла оценил надлежащий чиновник в Барнауле, и доказательства были представлены на Монетный двор, там золото и серебро снова оценивают, чтобы предотвратить возможность подмены слитков на транзите.
  
  Алтайское серебро содержит малую часть золота и небольшое количество меди. Эти металлы не отделяют в Сибири, их посылают в слитке, приблизительно четырнадцатидюймовом квадрате в полтора дюйма толщиной, и золото извлекают на Монетном дворе, в Санкт-Петербурге.
  
  Приблизительно тридцать пудов золота извлекают из тысячи пудов серебра - таков ежегодный продукт Алтайских серебряных рудников. Самое большое количество золота, получаемое в Сибири ежегодно, было приблизительно семьдесят пять тысяч российских фунтов. Это считалось огромным, пока Австралия и Калифорния не вырвались вперёд. Однако и в Северной, и Восточной Сибири большая часть золотоносных областей ещё не разведана.
  
  Губернатор Томска
  
  Барнаул - административный центр шахт Алтая. Губернатор Томска стоит во главе этого департамента и, чтобы он был полностью пригоден для такого важного положения, его неизменно выбирают из горных инженеров. Раз в два года он должен посетить каждое месторождение и плавильные работы в Алтае. Часть года он проживает в Томске, где его обязанности, как Губернатора, требуют большого количества времени и внимания. Три или четыре месяца он проживает в Барнауле, где он должен быть в мае, когда Совет основных чиновников, встречаясь ежедневно, обсуждает планы работы шахт до следующего года. Все меры, предложенные на этом Совете, который заседает в течение целого месяца мая, подлежат одобрению Губернатора.
  
  Natchalnik, или главный Директор Шахт, проживает в Барнауле. Этот чиновник отвечает за надлежащую работу шахт, и каждый отдел находится под его контролем. Раз в год он посещает все плавильные работы, железоделательные заводы, золотые прииски и серебряные рудники. Для этого он должен преодолевать более шести тысяч верст ежегодно, главным образом в гористой стране, иногда в экипаже, часто верхом. Также он должен спускаться по рекам на плотах, в лодках, в каноэ, где подвергается большому риску и опасности, не говоря уже о том, что промокает от воды и дождя.
  
  Все чиновники и все жители Алтая находятся в его подчинении и должны повиноваться его приказам. Это дает ему огромную власть. Помимо чиновников, приблизительно шестьдесят четыре тысячи крестьян принадлежат горнодобывающим районам под его руководством. Их селения разбросаны по горам и равнинам Сибири, и такая структура требует большой заботы и надлежащего порядка.
  
  После посещения и Восточной, и Западной Сибири, и некоторых частей России, я должен сказать, что горнодобывающее население Алтая более богато, чисто и окружено большим количеством удобств, чем любые другие люди в Империи. Преступников не посылают работать в шахтах Алтая.
  
  В Барнауле очень много вышестоящих должностных лиц во главе различных департаментов, а также резидентских чиновников на плавильных работах, медных работах, металлургических заводах и шахтах.
  
  Исследовательские партии
  
  Каждое лето восемь или десять молодых инженеров посылают в горы. Каждого с партией от сорока до шестидесяти мужчин. Руководитель в Барнауле поручает офицеру с его компанией исследовать долины или горы. И в мае они начинают свои операции. Область, в которую их посылают, должна быть полностью исследована. Они должным образом снабжены высушенным черным хлебом, сахаром, чаем, и wodky. Мясо они могут сами себе обеспечить, поскольку в каждой партии есть хорошие охотники, которые добывают много диких животных,
  
  Каждому офицеру дана карта местности, которую его партии предписано уточнить. Некоторых мужчин нанимают рыть квадратные отверстия приблизительно шести футов, которые пробивают к ложу из гравия и песка, содержащего золото. Часто оно находится от пяти до десяти футов ниже поверхности. Когда верхняя земля и камни удалены и песок выявлен, его промывают в достаточном количестве, проверяя его ценность, и чиновник записывает, сколько золотников [zolotnicks] золота может быть получено из ста пудов песка. Другое отверстие пробивают на расстоянии в пятьдесят или шестьдесят шагов и исследуют в той же самой манере. И таким образом, проходя всю долину и роя на необходимых дистанциях, полностью исследуют её золотой запас. Экземпляры золота, полученного от каждого отверстия, пронумерованы и соответствуют цифре на плане. Это позволяет Директору в Барнауле решить, достаточно ли золота депонировано в этой долине, чтобы окупить работу.
  
  В то время, когда одна партия мужчин ищет золото, чиновник нанимает других для исследования гор в поисках серебряной руды. Они собирают образцы руд и это так же отмечают на плане.
  
  Научные труды
  
  Эти операции обычно заканчиваются к середине октября, когда чиновник и двое или трое из шахтеров возвращается в Барнаул, принося с собой различные собранные экземпляры - другие мужчины возвращаются в их деревни. При достижении Завода чиновник и шахтеры разбирают и классифицируют экземпляры минералов и полезных ископаемых, устраивая их в порядке, показанном на карте. Впоследствии этот материал исследует Директор Шахт, давно занятый строительством геологической карты Алтая, которая, когда будет закончена, станет одной из лучших, когда-либо созданных геологами.
  
  В Барнауле имеется хорошая лаборатория, под управлением двух чиновников, где оценивают золото и серебро и выполняют другие химические и минералогические операции. Есть также магнитная обсерватория на северной стороне города, с надлежащими чиновниками, регистрирующими наблюдения днём и ночью. В установленные периоды эти наблюдения передаются надлежащим властям в Санкт-Петербурге.
  
  Барнаульский музей
  
  Много лет Доктор Геблер [Gabler] был Инспектором Госпиталей в Алтае, каковую должность он исполнял с большой пользой для крестьянства и для всех людей под его попечением. Он был также выдающимся натуралистом и владел отборной коллекцией сибирских и разных других насекомых. Его известность достигла Европы. Есть даже мои соотечественники, которым он был известен экземплярами насекомых, присланных им его корреспондентам и в различные музеи. Коллекция Доктора состояла более чем из семнадцати тысяч экземпляров. Я провел много счастливых часов в его компании, в течение моей первой зимы в Барнауле. Путешествуя для осмотра различных шахт, он посетил много интересных мест в Алтае и от него я собрал полезную информацию, относительно своей поездки в эти области. Он умер в 1850 году, прожив больше тридцати лет в Сибири, и оставил трех сыновей на службе в различных шахтах. Его роскошная коллекция насекомых была с тех пор продана.
  
  В Барнауле есть музей, с хорошей коллекцией полезных ископаемых - некоторые из них очень ценные экземпляры. Также здесь имеется несколько предметов сибирской старины, четыре тигровых чучела и несколько чучел сибирских животных и птиц. Тигры были убиты в Сибири в различных местах - некоторые на расстоянии приблизительно пятисот верст от Барнаула. Они пришли из Киргизской Степи и пересекли Иртыш в Бухтарминском округе в Алтае. Их захват в двух случаях оказался фатальным для некоторых из крестьян, в то время как другие были серьезно ранены. К сожалению, мужчины понятия не имели о сильном враге, с которым они должны были сцепиться. Винтовки-дробовики и вилы слишком плохое оружие против клыков и когтей этих огромных животных. Они редко появляются в Сибири. Гонимые из Степи голодом, они пересекают Иртыш, наиболее вероятно, по следам их добычи. Многие из крестьян даже не знают их названия.
  
  Охота на тигра
  
  Последнего тигра обнаружили однажды рано утром. Он залёг на вершине маленького стога сена, около деревни. Крестьянин собирался принести сено для лошадей, когда увидел огромное животное со свирепыми глазами, присевшее для броска. Лошади уставились на него с удивлением и тревогой.
  
  В этот момент собака, заметив зверя, с громким лаем помчалась к стогу. Со страшным рычанием тигр прыгнул на землю. Собака встретила его без страха, но была сокрушена через мгновение. Человек побежал к деревне, поднял тревогу и возвратился с друзьями, вооруженными тремя винтовками-дробовиками, вилами и топорами. За ними бежало несколько собак. При приближении к стогу они узнали о положении их врага по разъяренному рычанию. Немедленно натравили собак. Тигр, однако, только присел, но не прыгнул. Один из мужчин тогда послал пулю в его укрытие, которая подняла зверя, и он бросился на собак, немедленно убив двух ударами ужасных лап. Остальные отступили к своим владельцам. Две другие пули попали в тело тигра, но не остановили его, а привели в ярость. И одним прыжком зверь оказался посреди группы людей - свалил одного человека и держал его, схватив зубами. Собаки снова бросились на тигра, а крестьяне подступили к нему с вилами. Шум и крики заставили зверя медленно оставить свою жертву и отступить к берегу, частично покрытому густыми кустарниками. Собаки, лающие в его тылу и мужчины сопровождали его. При достижении берега он повернул голову, издал страшное рычание и присел для прыжка, чем заставил и собак и мужчин остановиться. Его положение было безвыходным, он должен был нападать. Другие выстрелы прозвучали, но без эффекта. Собаки разъяренно лаяли совсем близко. Он не мог уйти.
  
  Поскольку человек, которого он свалил, был мертв, его противники держались на почтительном расстоянии. После недолгого наблюдения и совещания, каким образом сделать другое нападение, все увидели, что собаки вернулись, а их враг не двигается. Один из мужчин тогда пошел ближе и, наконец, обнаружил, что животное было мертво - пуля проникла в него в жизненной части. Зверя вытащили, и он оказался взрослым тигром мужского пола.
  
  Изготовление вина
  
  В Барнауле есть гостиный двор [gastinoi - dvor] с хорошими магазинами, в которых можно купить много европейских товаров по очень экстравагантным ценам. Два или три торговца имеют дело со всеми видами товаров. Тут найдёте драгоценности, часы, тарелки, стаканы, французские шелка, муслин, шляпы и другие принадлежности для леди. А так же сахар, чай, кофе, мыло и свечи. Имеются сардины, сыр, соусы. Английский портер, шотландское пиво, французские вина, портвейн, херес и мадера - самый экстраординарный набор товаров. Я должен добавить в каталог оружие.
  
  Директор Шахт однажды пожелал видеть одного из богатых купцов по какому-то важному вопросу и послал за ним Казака. Придя в магазин, тот увидел жену торговца, которая сказала ему, что мужа нет дома. Услышав это, Казак возвратился и сообщил об ответе, но был послан снова с приказом найти купца и привести немедленно. Вернувшись во второй раз, Казак сказал леди, что ее муж должен быть найден немедленно и идти с ним к Natchalnik, поэтому она должна объявить сразу, куда он ушел. Это несколько напугало ее, и она призналась, что муж был в подвале и делал вино портвейн. Он приказывал, чтобы никто не потревожил его во время этой операции.
  
  Дешёвое проживание
  
  Все европейские товары здесь очень дороги, но в Барнауле есть хороший рынок, снабженный провизией крестьянами из соседних деревень. Вот некоторые из цен:
  Белая мука, пуд. [White flour per pood, of 36 lbs. English, 3s. 4d.]
  Черная, или ржаная мука, так же пуд. [Black, or rye flour ditto ditto 4d. And sometimes ditto ditto 2?d.]
  Говядина [Beef from 2s. to 3s. 2d. for 36 lbs.]
  Нельма, или белый лосось [Nilma, or white salmon, 6s. for 36 lbs].
  Стерлядь [Sterlett, 9s. for 36 lbs.]
  Другая рыба [Other fish, 2s. 6d. for 36 lbs.]
  Шотландская куропатка за пару [Grouse, 6d. a pair]; рябчик за пару [repchicks or tree-partridge, 3. to 4d. a pair.]
  Свежие яйца, сотня [Fresh eggs, 1s. per hundred.]
  Черная смородина [Black currants, 2 gallons for 6d.]
  Красные смородины, так же [Red currants ditto]
  Малина, так же [Raspberries ditto 8d.]
  Земляника, так же [Strawberries ditto 8d.]
  Черника, так же [Bilberries ditto 4d.]
  
  Надо заметить, что проживание очень дёшево в этой части Сибири: дальше на восток цена пищи намного выше.
  
  С моей первой зимы в Барнауле я посетил почти каждый город в Сибири и оставался там достаточно долго, чтобы познакомиться с жителями и принять участие в их отдыхе и удовольствиях. И я считаю, что ни в каком городе нет общества столь приятного, как в Барнауле. У них имеется превосходный оркестр, обученный одним из офицеров, очень хорошим музыкантом и почтенным исполнителем на скрипке, который получил музыкальное образование в Санкт-Петербурге. Под его руководством оркестр красиво и с большим эффектом исполняет многие оперы. Три леди в Барнауле хорошо играют на фортепиано и в течение зимы были даны три или четыре любительских концерта, которые не опозорили бы европейский город. У них бывают также несколько балов в декабре и январе, когда много молодых чиновников возвращается с гор, куда их посылали на восемь или девять месяцев.
  
  В Барнауле есть несколько богатых торговцев, торгующих мехами и другими продуктами Сибири, которые они посылают в феврале на ярмарку в Ирбит. Туда привозят все меха, добытые в обширных лесах Сибири. Торговцы из Европы посещают ярмарку и покупают эти товары в больших количествах. Товары из России, Германии, Англии и Франции привезённые на эту ярмарку, сибирские торговцы покупают и распределяют по всем городам этой обширной области.
  
  В казармах Барнаула обычно размещено от шестисот до восьмисот солдат. Население, включая их, составляло в 1856 году приблизительно десять тысяч. Рабочие живут в маленьких деревянных домах, большинство которых является чистым и удобным жильем. Почти все крестьяне держат коров и лошадей. Те, кто работает у плавильных печей, заняты две недели и затем отдыхают, это сделано, чтобы не брать отпуска, предусмотренные в календаре, поскольку это столкнулось бы с интересами Завода.
  
  Плавление серебра - весьма нездоровое занятие и рабочие очень страдают от выходящих из печей паров, вызывающих свинцовую колику. Те, кто рубит лес, выжигает древесный уголь, возит эти и другие материалы на заводы или занят другими работами под открытым небом, наслаждаются превосходным здоровьем. Немногие, если таковые вообще имеются, мужчины в Европе являются более здоровыми и выносливыми. Русские крестьяне в Алтае могут вынести большую усталость, и не чувствительны к экстраординарным изменениям температуры.
  
  Река Обь
  
  Река Обь - великолепный поток, бегущий в долине шириной в двенадцать верст. Множество малых проток делит эту долину на острова, на которых растут большие деревья. В мае, когда снег тает, эта река становится могущественным потоком, покрывающим большую часть долины. Но в июне, когда снег тает в горах, вода покрывает всю ширину долины, от одного высокого берега до другого, только вершины деревьев торчат, как острова, и между ними это обширное наводнение катится к Северному Ледовитому океану. В это время, действительно великая, долина Оби очень живописна, особенно с восходом или закатом солнца. Темно-красные и золотые оттенки неба отражены в этом обширном наводнении, ограниченном на каждой стороне глубокими фиолетовыми лесами, которые простираются далеко на сотни верст и часто трудно отличить горизонт от золотых оттенков неба.
  
  Дупеля
  
  Эта долина очень привлекательна для спортсмена-охотника. Приблизительно с середины июня до первого августа тысячи дупелей и бекасов найдёте на берегах реки, в траве вокруг многочисленных озер, сформированных уходящим в отставку наводнением. В 1848 году вода в реке Обь была необычно высока. Наводнение, редко выходившее за пределы, покрыло землю и держало меня в заключении, поскольку я не смог выехать в то время, когда воды отсутствовали.
  
  Хороший спорт
  
  На первой неделе в июле я был приглашен Директором в Барнауле составить партию - поехать стрелять дупелей в долину Оби. Мы пообедали с ним в первом часу и отправились. Необходимо было проехать шестнадцать верст до того места, которое он выбрал для наших операций. Когда мы прибыли и были готовы начать стрелять, было уже около четырех часов. Мы договорились встретиться в месте, где стоял экипаж, в семь часов, чтобы пить чай. У каждого из моих трёх друзей была хорошая собака. У меня собаки не было. Мы разделились, и через несколько минут началась охотничья работа. Мне сказали идти около края воды. Я так и сделал. Вскоре, из-под моих ног взмыли птицы. Некоторых мой выстрел задел, но они ушли без пера. Тогда я решил действовать более хладнокровно и стрелял чаще. Мои друзья держались на высоком уровне, их залпы следовали один за другим. Я почувствовал, что хорошая собака весьма полезна в этом спорте. Постреляв приблизительно полтора часа, мы встретились недалеко от экипажа, и нам было предложено выпить и освободить ягдташи. Моя сумка не была и наполовину полна, не то, что у моих друзей. Выпили вина и поговорили о подстреленных птицах. Затем переместились вдоль холмов и густых зарослей высокой травы, и снова началась пальба. В семь часов мы были отозваны к экипажу. Чай был приготовлен, а на траве разложили много приятных вещей. Перед тем, как сесть, каждый охотник посчитал свои трофеи. Я настрелял двадцать три дупеля. Директор убил сорок два. Аптекарь насчитал шестьдесят один. А у моего маленького уральского друга было семьдесят два бекаса - и это меньше чем за три с половиной часа! Глядя на его гору добычи, я дал ему имя "могущественного охотника". И по сей день его называют Nimrod - Великий охотник. Я очень сомневаюсь, что любой из моих соотечественников когда-либо мог подстрелить так много в то же самое время. Возвращаясь в город после отсутствия, я много раз бывал на охоте с той же самой компанией, но я никогда не видел, чтобы они убили больше. "Nimrod" однажды настрелял семьдесят восемь птиц, а самое большое число, которое я когда-либо получал, было тридцать восемь, но я обходился без помощи собаки.
  
  Странная спортивная партия
  
  Во время сезона охоты на бекаса, когда вода покрывает часть долины Оби, иногда происходят несчастные случаи.
  
  В один прекрасный день, в конце июня, Директор Шахт пригласил моего друга "Nimrod" и другого человека идти с ним стрелять бекасов. И в этот раз они направились в долину Оби, к месту приблизительно в шестнадцати верстах от Барнаула. Они пообедали с Директором, немедленно прыгнули в его тарантас [tarantass] и поехали на хорошей скорости к пункту, где должны были спуститься в долину. Высокие берега были крутыми, но возница вёз их медленно и благополучно. Съехав к основанию крутого берега, они нашли необходимым дать возчику деньги, чтобы пересечь широкую гладь воды вброд, с условием, что их, прямо в тарантасе, доставят на хорошее место, чтобы пострелять.
  
  Извозчика спросили, хорошо ли он знает дорогу, чтобы избежать большой глубины, он ответил утвердительно и продолжил путь. Проехали приблизительно сто шагов от берега и вдруг колеса тарантаса с одной стороны попали в глубокую яму, опрокинув всё трио в воду, в которую они погрузились с головой. К счастью их оружие, боеприпасы и провизия сохранялись в коробках и не пострадали. Побарахтавшись нескольких минут, все трое благополучно выбрались на берег. Тарантас был вытащен, установлен на колёса и поехали сушиться.
  
  Немедленно созвали Совет. Поскольку день был очень жарок, а бекасы многочисленны, идея отказаться от развлечения была невыносима. Директор предложил послать извозчика в Барнаул верхом, за сухой одеждой. А они тем временем, снимут влажную одежду, выльют воду из длинных охотничьих сапог, натянут их снова и примутся за работу, сбивая бекасов без задержки. Уверенность его компаньонов, в соединении с бренди, которое каждый из них выпил, предотвратит любые дурные последствия. Едва предложения было сделано, как стали действовать. Извозчик оседлал свою лошадь, поехал через озеро, скоро поднялся на крутой берег и поскакал прочь к Барнаулу, неся известие об их неудаче. Но, по крайней мере, прошло бы три часа прежде, чем он смог бы снабдить их сухой одеждой!
  
  Спортсмены сразу подготовились к нападению на бекасов. Их мокрая одежда была снята и расстелена на траве. Весь их туалет составили сапоги и широкополые шляпы. В таком виде, с ягдташами, брошенными на плечи и патронташами [patrone-tasches] связанными вокруг талии, они двинулись дальше. Собаки, как говорят, уставились на это оригинальное снаряжение в немом удивлении.
  
  Через две или три минуты бекасы поднялись, но тщетны были их попытки убежать. Настал час тех, кого быстрый глаз и твёрдая рука редко подводили. Увлечённые стрельбой, охотники забыли свою неудачу, свой костюм и время. Когда же человек возвратился, они были удивлены его появлением. Ни один из них не пострадал в наименьшей степени, а их приключение уже стало местной легендой.
  
  Стрельба тетеревов
  
  Осенью есть много других забав. Фактически, tetery, или тетерев может быть застрелен в августе. Reptchicks, или куропатка, в сентябре. И это продолжается зимой. Когда выпадет первый снег, охота на тетерева, роскошный спорт, проводится таким образом: простые сани, иногда с одной лошадью, в других случаях с двумя, заполняют соломой. Спортсмен садится и едет далеко в лес, постоянно наблюдая. Когда он видит птиц, то подъезжает на расстояние выстрела винтовки и останавливается. Спортсмен должен стрелять в птицу, сидящую ниже всех. Когда она падает, другие [птицы] смотрят свысока на упавшего собрата и все еще остаются на деревьях. Я не раз отстреливал трёх из ветвей того же самого дерева, прежде, чем выводок обратился в бегство. Когда птицы улетят, человек собирает добычу, бросает ее в сани и продолжает путь. В этих лесах не трудно стрелять от пятнадцати до двадцати пар тетерева через день. Винтовка-дробовик в таком случае бесспорно эффективна.
  
  Волки
  
   Диких оленей нет около Барнаула, их можно найти, приблизительно, на расстоянии шестидесяти или ста верст. Зайцы зимой имеются в большом изобилии, а волки являются скорее многочисленными, чем приятными. Я однажды натолкнулся на стаю из семи волков - они были не далее, чем в шестидесяти или семидесяти шагах от меня. А у меня не было никакого оружия - даже палки. Мы стояли, глядя друг на друга в течение трех или четырех минут, а затем они спокойно подались в сосновый подлесок, где я потерял их из виду. Это было в пределах полуверсты от города. Впоследствии я ходил много раз в то же самое место, взяв двуствольное ружьё, заряженное пулями, или винтовку, но я никогда не встречал животных снова.
  
  Т.
  Несколько слов о миссис Люси Аткинсон
  
  В своих книгах Т.У. Аткинсон ни разу не обмолвился о своей жене и сыне, зато у миссис Люси имя мужа не сходит с языка. Часто она откровенно подтрунивает над ним, видимо в отместку за такое холодное молчание. Вспоминая о трудностях путешествия, о голоде, холоде, нестерпимой жаре и ураганных ветрах, о преждевременных родах в Степи, почти без медицинской помощи (юного военного врача она не восприняла всерьёз), о встречах с хищными животными и бродягами-грабителями она не устаёт подчёркивать свою храбрость и стойкость. И, действительно, нельзя не восхищаться смелостью и наблюдательностью этой женщины. В то время, как одна её соотечественница, тоже бывшая гувернантка, выйдя замуж за русского офицера, в слезах и смертной тоске, следует в Сибирь, к месту службы супруга, миссис Люси бесстрашно вступает на эту "ужасную" землю. Она находит весьма привлекательными горы и степи, и даже заявляет о своём нежелании возвращаться в суетный и неприятный "цивилизованный" мир. Её в равной степени восхищает блеск бриллиантов на жёнах томских золотоискателей и скромное обаяние дам барнаульского "высшего света", и изящество киргизских "амазонок". Казаков она называет джентльменами и высоко ценит их мужество и смекалку. Зато российских чиновников она клеймит званием отбросов общества и откровенно издевается над ними. С уважением она пишет о губернаторе Н.Н. Муравьёве, будущем Муравьёве-Амурском. Но с ещё большим уважением она отзывается о ссыльных декабристах. Знакомство с одним из них, замечает она, отрывает перед вами двери всех достойных домов Сибири. Но она отмечает также безграничную любовь народа к Императору - нет ни одного, самого бедного жилища, где не оказалось бы его портрета. Узнав, что она жила в Петербурге, простые крестьяне и казаки постоянно спрашивали её, видела ли она Императора!
  
  Книга "Воспоминания о Татарских Степях и их жителях" была опубликована после Крымской войны и в самый разгар крестьянской реформы.
  
  
  
  
  
  Люси Аткинсон
  Воспоминания о Татарских степях и их жителях
  
  Глава 3
  Барнаул 19 июня 1848 года.
  
  Наше продвижение было медленным из-за множества разливов ручейков и речек, которые мы должны были преодолевать с большим трудом. Время от времени, целых шесть лошадей тянули нас по затопленной дороге. По достижении Оби, вдоль высокого берега которой мы путешествовали, какое роскошное зрелище мы имели! Вода вышла за пределы долины, больше чем на двадцать верст в ширину. Вершины деревьев, возвышались над водой, как многочисленные острова, рассеянные по широкой поверхности во всех направлениях.
  
  Мы должны были теперь спуститься по берегу, чтобы пересечь Обь. Вокруг была вода. Время от времени, она доходила до основания тарантаса и вызвала у нас большое беспокойство, поскольку мы боялись, что каждый шаг может поставить нас в положение, из которого будет трудно освободиться. Когда мы достигли реки, было около десяти часов. Мы нашли, что переправа совершенно невозможна. Дул сильный ветер, настоящий, великолепный ураган. Мы и не подумали о возвращении на почтовую станцию, надеясь, что ветер стихнет и позволит нам переправиться. Лошадей распрягли и убрали, а нас оставили сидеть на берегу. Мы надеялись прибыть в Барнаул ко времени обеда, но надежда оказалась тщетной.
  
  
  Забавно, что с утра в тот день нас ужасно раздражали москиты, напавшие на нас без милосердия. Ветра не было, мы продвигались медленно, и у них была полная возможность потакания их жадным аппетитам. Они замучили нас до такой степени, что я просила г. Аткинсона попробовать средство моряков, застигнутых полным штилем. Он выполнил мою просьбу, и, как будто сигналу ответили - ветер возник и вскоре стал бурей. Я была довольна - москиты больше не мучили меня. Но я дорого заплатила за этот свист тоскливым ночлегом на берегу Оби. Однако это дало нам повод посмеяться от всего сердца, и я дала обещание не лезть не в своё дело.
  
  На рассвете мы разбудили мужчин и убедили их переправить нас, хотя все еще дул неистовый ветер. После долгих уговоров они, наконец, согласились, и в четыре часа мы загрузились, а через три часа, в безопасности, достигли противоположной стороны. Лошади были вскоре поданы, и мы покатились вперед. Хоть я и была голодна, но не согласилась завтракать, предпочитая скорее добраться в Барнаул, который был уже близок. Кусок хлеба удовлетворил жадный аппетит.
  
  Глава 4
  Копал, 17 октября 1848 года.
  
  Я думаю, лучшее, что можно сделать, это рассказать обо всём что случилось со мной с того времени, как я отправила Вам письмо. Итак, в том письме я сказала, что г. Аткинсон ушел к Мрассу [Mrassa] с Полковником Соколовским. Я хотела дождаться его возвращения, чтобы ответить на Ваше письмо, но, когда он вернулся, нужно было немедленно подготовиться к нашему отъезду. Мы отправлялись через два дня, наша поездка должна была продлиться несколько месяцев. Помните, никаких приготовлений не было сделано в Петербурге, где я могла позаботиться только о своих собственных пожитках! Теперь я должна была, во-первых, отделить то, что будет необходимо нам в Степи, от одежды, которую мы должны оставить. Нужно было купить сухой провиант. В месте, куда мы шли, не было ничего вообще. Там ничего нельзя получить, за исключением овец, и тех не всегда. Все вещи надо было упаковать, причём столь изобретательно, чтобы занять как можно меньший объём. Поверьте, я была рада, когда все закончилось - я занималась этим с утра до вечера. Кроме того, мне нужно было изготовить сумки различных размеров, для хранения необходимых припасов, вплоть до пороха и дроби. Потом было прощание и воздыхание, и горевание о моём отъезде, и различные предсказания относительно результата поездки. И, сказать правду, я оставила наших друзей неохотно, проведя с ними время столь приятно.
  
  Мы достигли Altin Kool, или Золотого Озера [Телецкое озеро] вечером, когда солнце садилось. Это была одна из самых прекрасных сцен, какую только можно себе представить: яркое солнце проливало свет на озеро и горы, вода была спокойной и яркой, словно расплавленное золото, в котором скалы, деревья и горы отражались, как в зеркале, удваивая красоту сцены. Мы сидели на наших лошадях и любовались на эту картину в течение долгого времени, восхищенные её красотой. Это была достойная награда за все наши тяжелые труды, и, по сравнению со всеми тяготами, которые мы преодолели, походило на волшебство. Я озиралась вокруг - со всех сторон поднимались горы и между ними, словно не было никакого прохода, как будто мы опустились с облаков на волшебную землю.
  
  Мы были счастливы на этом озере. В будущем, если мы будем живы и здоровы, мы проведем немало приятных часов, предаваясь воспоминаниям о прошлом! Даже теперь, когда я гляжу на эскизы, каждый из них говорит мне о пережитой радости или избавлении от опасности.
  
  Глава 8
  8-ого июля 1849.
  
  Один из наших Казаков, которого я назвала Колумбом, имел чрезвычайно пытливый ум. Когда мы располагались на ночлег, или пока г. Аткинсон делал наброски, он приходил и усаживался около меня на корточки, чтобы посплетничать. В первый раз он задал мне извечный вопрос: "Вы когда-либо видели Императора?" Потом ему было любопытно узнать кое-что об Англии и наших войсках. География совершенно очаровала его, и после того, как я показала ему различные страны на картах, он попросил, чтобы я позволила ему показать их его приятелям. Было очевидно, что они обсуждают это, поскольку, вернувшись, он продолжил свои расспросы. Однажды он сказал: "Надеюсь, что я не слишком беспокою Вас, задавая так много вопросов?" Я ответила, что очень рада рассказать обо всём, что знаю. "Ах! - сказал он - как Вы отличаетесь от нашего дворянства! Всякий раз, когда мы задаём им вопрос, они стараются обмануть нас, поэтому мы их ни о чём не спрашиваем. Я так обязан Вам за всё, чему Вы меня научили! Через два года я иду домой, и мне будет что рассказать!"
  
  Тяжким ударом для нас оказалось известие, что наши сухари закончились! У нас не осталось ничего, кроме пыли от нашего высушенного хлеба и соли, хотя и это мы считали роскошью. Я съела свою часть сухой, а г. Аткинсон вылил в свою порцию кипящую воду, сделав из неё своего рода кашу, что, по моему мнению, было очень противно. Мы были счастливы, обнаружив на своём пути яблоки, хотя они еще не поспели и были ужасно кислыми. У нас не было сахара, чтобы поесть с ними, поэтому я их варила и ела, как картофель. Когда мы натолкнулись на ревень, я тушила его и ела. Я была рада любым овощам! К сожалению, этим летом мы пропустили все фрукты. В тех местах, где они росли, мы проходили или слишком рано или слишком поздно, таким образом, каждый раз оставалось лишь сожалеть.
  
  
  Глава 9
  Барнаул, май 1850 г.
  Среди развлечений в Барнауле музыка занимает исключительное место. К ней тут весьма неравнодушны. Прибытие художника здесь всегда провозглашается с удовольствием, поскольку это дает разнообразие обычной рутине их жизни. Во время нашего пребывания в городе, здесь давали концерты два итальянца, а также Христиани [Christiana], дама, которая играет на виолончели. На этих концертах художникам помогают леди, по крайней мере, те, кто не возражает, чтобы играть публично и перед большим собранием.
  Глава 17
  Барнаул, январь 1853
  
  Время нашего отъезда быстро приближается. Наши друзья и слышать не хотели об этом до окончания Рождественских праздников. У нас не было конца балам, концертам и домашним спектаклям. В этом году, в честь нового начальника, веселились больше чем обычно! Полковник Строльман занял место Полковника Соколовского, который был пожалован генеральским чином.
  
  Горный начальник накануне нового года всегда даёт грандиозный бал для всего города. Это было действительно блестящее собрание. Все были счастливы и поздравляли друг друга с наступлением нового года под радостный колокольный звон. Наступила долгожданная минута - и вот шампанское налито и вокруг всеобщее целование! Новый год - великий праздник в России, постоянный круговорот визитов. В первый день леди сидят дома и принимают визиты, а после этого леди посещают друг друга.
  
  Мне рассказывали, что однажды два мужика, возвращаясь с золотых приисков, решили купить бутылку шампанского, имея большое желание проверить силу любимого барского напитка. Они рассуждали, насколько он должен быть крепок? Если бутылка vodky стоит сорок копеек и этот напиток очень крепок, то, что такое шампанское, стоящее в тринадцать раз дороже? Таким образом, в первом же месте, где шампанское могло быть куплено, они заказали бутылку. Наполнили стаканы, и, увидев, что вино пенится, очень испугались. Но потратив так много денег, они всё-таки решились выпить его. Они полагали, что у господ должны быть железные горла, чтобы пить столь крепкий напиток. Они договорились проглотить вино по сигналу, но прежде они встали и обнялись на прощанье. Пожав друг другу руки, они схватили стаканы и с отчаянной решимостью осушили их. И тут же уставились друг на друга в удивлении, восклицая: "Nechevo! (это - ничто!) - это точно походит на воду!" Мужички заключили, что баре великие простаки, если пьют такую гадость и платят так много денег за неё, когда у них могла быть целая бутылка vodky за сорок копеек.
  
  Послесловие
  Надеюсь, мои дорогие читатели, вам, также как и мне, понравились приключения и забавные ситуации, описанные миссис Люси. Обещаю продолжить перевод и рассказ о жизни в горном городе Барнауле.
  Волкова Наталья
  
  
  
  
  
  Список литературы
  1) Atkinson, Thomas Witlam, 1799-1861: Oriental and western Siberia: a narrative of seven years' explorations and adventures in Siberia, Mongolia the Kirghis steppes, Chinese Tartary, and part of Central Asia. By Thomas Witlam Atkinson. - London, 1858
  2) Atkinson Lucy. Recollections of Tartar Steppes and Their Inhabitants. - London, 1863.
  3) Коллинз Д. Англоязычные путешественники на Русском Алтае, 1848-1904 гг. // Краеведческие записки. Вып. 4. - Барнаул, 2001.- С. 121-141.
  
  
  
  Аткинсон Т., Аткинсон Л.
  Англичане в Сибири. Приключения и анекдоты
  
  М.: Директ-Медиа, 2012. - 127 c.
   Переводчик: Волкова Н. С.
  ISBN: 978-5-4458-0749-0
  Ключевые слова: Аткинсон Томас Уитлэм Аткинсон Люси Англичане Сибири Приключения анекдоты
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) А.Куст "Поварёшка"(Боевик) А.Завгородняя "Невеста Напрокат"(Любовное фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Путь офицера."(Боевое фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Решение офицера."(Боевое фэнтези) А.Ефремов "История Бессмертного-4. Конец эпохи"(ЛитРПГ) В.Лесневская "Жена Командира. Непокорная"(Постапокалипсис) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"