Волынец Олег Анатольевич: другие произведения.

Агенты Прометея

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Ссылки:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Ссылки
Оценка: 5.61*15  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Робинзоны с острова Линкольна приплыли к цивилизации, и на пути у них приключения, уже в Средиземном море. Продолжение главы про Византий


Агенты Прометея

  
  

Глава 1. У края земли

   Два океана боролись между собой каждый день миллионы лет. И почти каждый день в этом широченном проливе резвились шторма и ураганы.
   В разгар лета во время бури, а тут они почти всегда были, с запада пришёл парусник, который был бы уместнее где-нибудь в северной Атлантике среди колёсных пароходов, да везде, когда такие были. Корабль качало как какую-нибудь лодку гигантскими волнами.
   - Бедные саженцы, каково им? Такая качка... - говорил Профессор, сидя в тёмной оранжерее.
   - Не только они. Лёха помирает от морской болезни, - ответил Волк.
   - Они то могут и не пережить. Мой Коля на палубе страдает, но после вахты очухается. А растения? И зачем столько с собой саженцев? - спросил Мстислав.
   - Генетическое разнообразие, - ответил Виктор Сорокин. - За этими сортами десятки, да что там, сотни лет труда селекционеров. Вот скажи, ты хоть раз видел виноград под Питером?
   - Конечно. В оранжереях выращивают для богачей на стол, ещё со времён Петра Великого, - не полез кавалерист за словом в карман.
   - А в открытом грунте видел? - Саня не удержался.
   - Нет, конечно. Это же для тёплых стран культура, хотя бы для Германии, - хмыкнул кавалерист. - Впрочем, был бы рад, если бы были такие сорта.
   - Откуда на хуторе они, ты же не спросил, - упрекнул Виктор. - Это же сорта-новоделы, ни ты, ни я не знаем. А выведены для холодных краёв. Амурские сорта и Хасанский до сорока мороза выдерживают, Маршал Фош не сильно хуже.
   - Замечательно. Но в Греции и Италии не нужны, - не сдавался Голицын. - Там своих много даже в древности.
   - Но ведь есть же у тебя знакомые гурманы, что любят пробовать разные интересные вина? Вот! И новые купажи будут. А ещё с этими сортами можно колонизировать земли с холодными зимами, - заявил Сорокин.
   - Да, верно, - вступил в разговор Сайрес Смит. - У нас в Америке часто зимой европейский виноград вымерзает. Ещё Томас Джефферсон пытался распространить французские сорта. Греческие же хуже подходят.
   - И генетическое разнообразие. У Саши маленькая коллекция, всего восемь, да то, восьмой, Альфа, недавно вырос на месте срубленного куста. Но зато это гибриды трёх биологических видов: средиземноморского, амурского и лабруски. С первым тысячелетия работают. А вот второй и третий не так давно пошли в дело. Амурский даёт морозостойкость, а лабруска стойкость к американским болезням, и с живучестью помогает.
   - Я не понимаю, - сказал Наб. - Почему это важно? Зачем столько сортов?
   - Для разнообразия вин. И для греков и итальянцев это самая важная ягода наравне с оливками.
   Тут послышалось:
   - Аврал! Земля прямо по курсу!
   Все выскочили на палубу и увидели через завесу дождя и брызг скалы прямо по курсу. Корабль то вставал на дыбы на волнах выше пятиэтажки, то клевал носом так, что надо было задирать голову, чтобы увидеть то, что по курсу. А ещё паруса надо было подрегулировать...
  
   Чудом увернувшись от острова Эрмита, уклонились к северу, а там влетели в пролив между островами Байли и Вольястон, прошли его, повернули на восток и попали в ловушку. Да, сначала стало потише, как повернули на восток. Эхолот показал, что можно стать на якорь, и волнение уже позволяло.
   - Поздравляю, мы тут надолго, - заявил зенитчик.
   - Вы о чём? - спросил Сайрес Смит.
   - Радар показывает, что мы в заливе, и ветер дует снаружи в устье. Вмордувинд, когда выбираться будем, - сказал Виктор.
   - Чего ж твой хитроумный прибор не показал вовремя, когда на остров едва не налетели? - спросил Пенкроф.
   - Волны дали радиолокационные тени, и сбили с толку. Вы же сами видели, какие огромные.
   - А может быть. Выберемся, только шторм переждать, - поддержал Белов нового друга.
   - Мы на Таити никогда такого урагана не видели, даже когда на пляж буря обрушилась и утопила несколько человек, - сказал Профессор.
   - И век бы не видать, - выполз на палубу Алексей, зелёный как огурчик. - Думал, сдохну от морской болезни. Отдохнуть надо бы на суше.
   - И набрать дров и свежей воды, - добавил бывший подводник. - Запас карман не тянет.
  
   Однако, что ж это за корабль, и кто на нём?
   Четверо русских перенеслись с хутором на остров Линкольна из лета 2015-го. Троим около 30 лет на момент попадания, Пётр несколько младше.
   Александр Волк. Возраст 33 года к моменту отправления с острова. Рост 180 см, среднего телосложения, шатен. Инженер по металлообработке после политеха. Работал мастером на машиностроительном заводе, потом токарем на станке с компьютерным управлением. Увлекался химией, геологией и астрономией, что на острове здорово выручило. Иногда рисует. Разведён, дети с бывшей женой остались. Ей оставил квартиру, себе дачу на хуторе и автомобиль.
   Сергей Белов. Тоже 33 года. Рост 178 см, весьма плотный и лысый. Капитан-лейтенант ВМС РФ в запасе, служил на атомарине "Дмитрий Донской" в электромеханической боевой части, после выхода в запас работал электромонтёром шестого разряда на том же заводе, что и Александр Волк. Увлекается вкусной едой и кулинарным делом, также географией, мореплаванием, знает хорошо физику и электротехнику, хуже химию. Холост, жил гражданским браком с разведённой дамой. На острове ещё выручило то, что во время учёбы был на длительной практике на паруснике "Мир", отчего и умел работать с парусами.
   Алексей Лосев. Возраст 38 лет. Рост 197 см, темноволосый и кучерявый, но не смуглый. Отличный плотник и столяр, знает на практике работу в лесной промышленности. Образование среднее специальное. Обладает ясным прямым мышлением, несколько прямолинеен. Хуже среднего переносит качку. К моменту переноса были большие проблемы в семье, даже ушёл на время.
   Пётр Чиж. Возраст 29 лет. Светловолосый среднего телосложения, рост 165 см. Сын алкоголика, не слишком умён. После школы работал, где придётся, отслужил в армии, помыкался на подсобных работах и стал наёмником, снайпером. Получил тяжёлое ранение и был вынужден, чтобы спасти себе жизнь, согласиться на подселение души Немо и выполнение его указаний. Холост.
   На остров Линкольна попало и пятеро американцев из Ричмонда марта 1865 года.
   Сайрес Смит. На момент отплытия 49 лет. Рано поседел. Рост 170, худощавый. Будучи младшим сыном одного из британских мелких аристократов, переехавших в США, получил хорошее образование и попытал счастья, не опираясь на родственников. Отличный инженер своей эпохи, обладает обширными знаниями в различных областях науки и техники. С юности трудился на разных работах, и в Войне Севера и Юга был одним из руководителей железных дорог САСШ, занимая должность, которой в России соответствует звание генерала железнодорожных войск. О семье история умалчивает, но вроде бы старый холостяк. Если в русской группе нет явного главного, то Сайрес Смит бесспорный лидер своей группы янки.
   Гедеон Спилет. Возраст 43 года, рост 190 см, рыжий, худощавого телосложения. Сын бондаря и рабыни ирландского происхождения. Начинал работать на бумажной фабрике, потом трудился в типографии, и затем стал журналистом. Первой серьёзной командировкой была на Крымскую войну. Позже ещё путешествовал по работе, был корреспондентом на Второй Опиумной войне, и в 1860-х годах военный корреспондент в армии Севера. Увлекается охотой, неплохой художник. Трудился на разных работах. Разумеется, холост, хотя сомнительно, что нет внебрачных детей.
   Бонадвентур Пенкроф. Возраст 40 лет, жгучий брюнет, рост 185 см и среднего телосложения. Американец итальянского происхождения. С юности плавал по различным морям, начиная с матроса, и дослужился до боцмана. В перерывах работал на верфи. Знает различные ремёсла. Холост и официально детей не имеет, но официально опекун Герберта Брауна.
   Герберт Браун. Возраст 18 лет. Рост 175 см, пока худощавый. Официально сын капитана, у которого Пенкроф в юности был матросом и позже стал доверенным лицом. Реально скорее всего Пенкроф его настоящий отец. Получил неплохое образование для подростка, очень хорошо знает биологию и особенно ботанику, чем и увлекается.
   Навуходоносор. Обычно его называют Наб. Возраст 33 года, рост 177 см, несколько плотный. Бывший личный раб Сайреса Смита, позже вольнонаёмный слуга. Негр. Очень трудолюбивый, увлекается готовкой и разными поделками.
   Из домашних животных у робинзонов есть кот и собака. У Александра сибирский кот Гера весом 6 килограмм, коричневый полосатый длинношёрстный, немного похож на медвежонка, страстный охотник. А также у Сайреса Смита нормандская гончая Топ. Короткошёрстная пятнистая длинноногая собака с висячими ушами. Рост в холке до колена. Охотничья скорее, чем сторожевая. Кот и собака между собой поладили довольно быстро, чему немало поспособствовала угроза от дымчатых леопардов на острове. Эти кошачьи меньше рыси, но при своём весе 12-20 килограмм и клыками по четыре сантиметра длиной довольно опасные звери. Но людей не трогают.
   Эти 9 человек на острове Линкольна обжились с невероятным успехом, воссоздав многие технологии, в том числе хорошие сталь и стекло, корундовые огнеупоры, бездымный порох с артиллерией и даже электрические лампочки. И даже построили марсельную шхуну водоизмещением 250 тонн, название "Старгейт". Причём по мнению Пенкрофа по комфорту и техническим новинкам намного лучше кораблей такого класса 19 века. Корпус по прочности не уступал русским парусникам, плававшим по Белому морю, по жёсткости даже превосходил тот же шлюп "Мирный". Жёсткость корпуса, как потом выяснилось, спасла шхуну от расшатывания чуть менее чем полностью, а мельхиоровую обшивку, защищающую от морских червей, от разрывов.
   После постройки герои получили доступ к субмарине "Наутилус", с которой забрали много ценного, заодно нещадно эксплуатировали молекулярный синтезатор для производства ряда вещей, которые были очень нужны, а самим не сделать. Например, установили на парусник эхолот и радар, предназначенные для малых кораблей.
   После тренировки на шхуне совершили плавание на остров Таити, пройдя почти пять тысяч километров. Так вышло, что оказались в прошлом на две с лишним тысячи лет, и большая часть островов, в том числе и Таити, не заселены полинезийцами. Зато на Таити обнаружили группу робинзонов численностью в десятки человек, выживших после крушения "Боинга" и робинзонады. Забрали оттуда часть груза и небольшую часть обломков самолёта, в основном элементы автоматики и титановые и дюралевые запчасти на металл.
   Забрали с острова Таити ещё пять человек, попавших туда в начале 2015-го.
   Юрий Снегов. Возраст 50 лет, рост 175 см, худощавый шатен. Вдовец, потерял дочь, есть сын. Доцент инженерно-строительного института. Преподавал историю архитектуры в молодости и работал главным инженером одной из строительных фирм. В конце 90-х уехал в США, где преподавал в старшей школе естествознание и готовил школьников к университетам. Знает и любит своё дело, ещё в детстве зачитывался приключенческой литературой.
   Николай Снегов. Возраст 27 лет, рост 180 см, тоже худощавый шатен. Сын Юрия. Холост. Выпускник Калифорнийского технологического университета. Специалист по нефтедобыче и нефтехимии, но увлекался и увлекается всей органической химией. Поклонник фильмов про супергероев.
   Фидель Санчес. Возраст 37 лет, жгучий брюнет среднего телосложения, рост 170 см. Кубинский врач общей практики, много работавший за границей преимущественно в самых бедных странах. Увлекается чтением и футболом, когда есть возможность. На Кубе остались жена и двое детей.
   Андрей Шилов. Возраст 34 года, худощавый блондин неприметной внешности, рост 175 см. Майор Службы Внешней Разведки РФ. На острове был под псевдонимом Эндрю Блейд. Ещё является хорошим геодезистом, это не только маска. На острове Линкольна с помощью координат звёзд, теодолита и знаний математики определил, что все находятся в четвёртом веке до Рождества Христова.
   Карл Бернулли. Возраст 37 лет, рост 158, брюнет плотного телосложения. Швейцарец. Разведён. Главный инженер и технолог часового завода, есть багаж элитных швейцарских часов. Специалист по точному машиностроению, увлекается сырами и технологиями их производства. Весьма уважаем за мастерство изготовления полезных и красивых мелких вещей.
   По пути с Таити на остров Линкольна заглянули на островок Мангаиа ради кокосовых орехов и чистой воды, а там нашёлся Ричард Коллинз.
   Ричард Коллинз. Возраст 30 лет, рост 170, блондин среднего телосложения, уроженец Новой Зеландии. Инженер завода по переработке шерсти и текстилю, сам же вырос в семье овцеводов. Невеста погибла при крушении самолёта. Увлекается мореплаванием и парусным спортом, имел небольшую яхту.
   На самом острове Линкольна при помощи изношенной аппаратуры переноса ещё двоих человек удалось выдернуть.
   Виктор Сорокин. Возраст 29 лет, рост 175, лысый, некогда шатен, среднего телосложения. Майор ПРО, служил на системе С-225 на севере Французской Социалистической Республики, АИ с суперСССР, 1975-й год. Замечательно знает электронику, автоматизацию, системы управления, радиодело. Уроженец Крыма Судакский район. Увлекается виноградарством и виноделием, позже увлёкся под влиянием невесты историей культуры и философией, и на острове запоем читал всё по теме, вытягивая всю доступную литературу. Готовился к свадьбе перед переносом.
   Мстислав Голицын. Возраст 31 год, рост 192 см, среднего телосложения. Перенёсся из 1941-го года из АИ, где уцелела Российская империя, но почти проиграла Вторую Мировую войну, потеряв Москву в конце сентября 1941-го. Ротмистр и кавалергард, 1-я кавалерийская дивизия лейб-гвардии. По своему положению и образованию очень хорошо знает кавалерию, коневодство, холодное оружие, военную историю, музыку и танцы. Активно участвовал в боях и был выдернут перед смертью.
   И вся эта дружная компания направлялась с подачи Немо изменять историю, чтобы человечество на сотни лет раньше вышло в космос.
  
   Во время урагана, хоть в бухте и тише было, никто не рискнул спускать шлюпку. Зато утром было хоть и облачно, но зато волны меньше метра высотой.
   Двадцать дней шли по бурному морю в ревущих сороковых с попутными сильными западными ветрами, и одолели путь в семь тысяч километров. И всем качка надоела, хотелось твёрдой земли. Поэтому тянули жребий, кто первый на сушу поплывёт.
   На корабле остались Пенкроф, Пётр, Фидель, Андрей, Ричард и Виктор.
   Сайрес, Наб, Гедеон, Герберт, Алексей, Александр, Сергей, Юрий и Николай Снеговы, Карл и Мстислав на двух шлюпках направились на берег.
   Разбились на три группы: Гедеон, Герберт и Мстислав отправились на охоту, причём Герберт больше как ботаник; Сайрес, Наб, Карл и Алексей занялись заготовкой дров для пополнения припасов корабля; Юрий и Николай Снеговы, а также Сергей и Александр нашли ручей с чистой водой и таскали её вёдрами в буксируемый бак с поплавками.
   Целый день пополняли, чередуясь, запасы воды и дров. Герберт нашёл съедобные травы, а Мстислав к явному неудовольствию журналиста первым подстрелил гуанако. Запасы были немалые, в частности, из двадцати тонн пресной воды израсходовали пару тонн, но пополнить стоило. Да и дрова в ревущих сороковых шли не только для нужд кухни и бани. Отдыхали на берегу по сменам с охраной. Второй день был банно-прачечный: поставили палатку в низине, защищённой от ветров, и в ней согрели воду и попарились вволю, потом постирали всю одежду, не жалея воды.
  
   Несколько раз бывшие робинзоны замечали вдалеке какие-то фигуры, а потом и вовсе с помощью подзорной трубы рассмотрели группу обнажённых охотников с копьями, выкрашенных глиной. И в самом заливе вдалеке мелькали лодки, с которых шёл дым.
   На третий день отдыха решили с утра поохотиться вволю и заготовить свежего мяса. Отошли от берега и залпом убили трёх гуанако, начали свежевать. И тут из наклоненных постоянными ветрами деревьев вышел уже немолодой смуглый индеец, раскрашенный в белые полосы. Посмотрел гневно своими узкими азиатскими глазами и стал что-то недовольно говорить. Показал пальцами, что один убитый зверь это хорошо, а три нехорошо. Журналист показал на туши, потом на корабль, достал нож, показал, как обращаться и как точить, и отдал индейцу.
   В зарослях началось шевеление, и вышла группа молодых охотников с деревянными копьями, и все дружно стали разглядывать нож, гостей острова и о чём-то галдеть. Вождь попросил ещё, но ничего сверх ножа не получил, да и так аборигены, все счастливые, тут же ушли.
   Утром после бессонной ночи у коптильни явилась целая делегация.
   - Герберт, плотской любви с девушкой не желаешь? - спросил Мстислав с ухмылкой.
   - Конечно да.
   - И я! - загорелся Николай.
   - Да кто ж не хочет? Но где взять? - хмыкнул Алексей.
   - Туда поглядите. Увы, но других нету.
   С указанной стороны вместе с вождём и охотниками стояла кучка весьма симпатичных плотных индейских девушек, в чём мать родила. А вождь недвусмысленно показывал, что им очень нужны железные инструменты. Герои переглянулись и согласились. Договорились на два ножа и топор.
   - Похожи на сибирячек вроде буряток или якуток. Узкоглазые, светлые, невысокие и коротконогие, - отметил Сергей.
   - Тебе ли не всё равно. Других нету, - не полез за словом в карман Лёха.
   Так вышло, что Герберт, Сайрес Смит, Ричард и Александр попали во вторую очередь. К Сане пришла идея, и быстренько сплавали на корабль. А на суше высадили два саженца винограда Альфа, коих десятка полтора ещё было на судне, и посеяли семена топинамбура и новозеландского льна и ещё нескольких культур, не требующих ухода. Затем включил ноутбук и показал, что и зачем это было, и как обращаться с этими культурами. Ещё угостил девушек и вождя виноградом сорта Альфа и недоспелым топинамбуром. А напоследок показал на деле, как чистить листы новозеландского льна и угостил зелёной массой. Самая красивая завела Волка в кусты, а Пенкроф научил плести нитки из волокон новозеландского льна. Сайрес Смит на видео показал, как шьётся одежда, потом процесс изготовления керамики, технологии древесного угля и кричного железа.
   Вечером на корабле Гедеон с ухмылкой спросил:
   - Неужели вы думаете, что смогли их научить всему, что показали? Это же дикари.
   - Меня тоже терзают сильные сомнения, - отметил Юрий Снегов, да и не только.
   - Хрен их знает, они же индейцы, а не бушмены, - пожал плечами Сергей.
   - Гедеон правильно говорит, но попробовать стоило, - заявил Чиж.
   - Маори же стали цивилизованными людьми, - сказал Ричард Коллинз.
   - Я тоже не знаю, научились чему, или нет, но если б мы не попробовали, то точно не смогли бы научиться, - заявил Сайрес Смит.
  
   Утром отчалили и, лавируя, вышли на север из залива, потом повернули на восток. Их издалека провожало несколько лодок с навесами и очагами на борту. Внезапно одна из девушек бросилась в воду и нырнула, вынырнула с несколькими ракушками.
   - И не холодно ей? - спросил Коля.
   - Они ж жиром обмазаны. Сначала было немного противно, а потом мне понравилось с голодухи, - ответил Лосев. - Думаю, они так и зимой ныряют.
   - Не понимаю, как терпят, - покачал головой Пенкроф.
   - Этот народ, яганы, очень интересный. Плавать у них не знаю как сейчас, а в будущем умели все женщины и только немногие из мужчин, - рассказал Андрей. - Есть книга писателя Янки Мавра "Сын воды". Ошибок там много, но советую прочитать.
   - Обязательно, - ответил Снегов.
   Через два часа корабль был уже в широком проливе между островами Вольястон и юго-восточной частью острова Наварино. Ночью прошли пролив между островами Огненная Земля и остров Эстадос. Красивые края, все в зелени, но надо было на север плыть. Остров Эстадос пришлось пропустить, а вот на Фолкленды решили взглянуть, на этом больше всего настаивал Герберт Браун.
  
   Через три дня шхуна "Старгейт" была в проливе между двумя главными островами Фолклендов.
   - Вот у меня такое чувство, что кругом тундра летом, - оценил Сергей пейзаж. - Погода как в тундре летом.
   - По-моему, тут степи, как в Крыму, только холодные, - заявил Гедеон.
   - Действительно, на острове Линкольна ненамного холоднее зимой, - оценил Сайрес Смит.
   - Сейчас должно быть лето, но я его что-то не заметил, - сказал Фидель.
   - Да, на Таити круглый год тепло, но наша компания мне больше нравится, - отметил швейцарец.
   - Давайте высадимся на берег и изучим хотя бы немного природу островов, - предложил ботаник.
   Пенкроф поглядел на берега, почесал голову и спросил:
   - И что тут интересного?
   Вопрос был абсолютно верный. Юг Огненной земли был куда лучше. То высокие скалы, то леса в местах хоть немного защищённых от ветра, то ледники. Даже степи и то там были зеленее. Но таки решились на высадку. Кругом простирались травы с торчащими валунами и скалами. Повсеместно виднелись лежбища тюленей, морских львов, пингвинов...
   - Шашлычка бы, - мечтательно сказал кавалерист.
   - Пробовали есть мясо тюленей. Оно съедобное и очень сытное. Но вкусным может назвать только голодающий человек. С пингвинами то же самое, - рассказал Александр.
   - Ничего тут интересного я не вижу, - отметил журналист.
   - Читал, что тут водится фолклендская лисица, - сказал Герберт.
   - Ты про того зверя?
   Недалеко стоял непонятный хищник, по поводу которого развернулся спор, это лиса или волк. Но он скоро ушёл.
   Погуляв пару часов, бывшие робинзоны разожгли костёр с намерением покушать шашлыков из старых запасов мяса, а заодно и выловленного тунца. Мясо с утра замариновали в кислом вине, что сделано из винограда Альфа.
   Шашлык уже поспевал, как сначала Топ залаял, и тут же сами герои насторожились и приготовили винтовки. Через несколько секунд из высокой травы налетела стая местных лисиц. Первые полегли под выстрелами винтовок, а с прочими завязалась упорная схватка, во время которой почти все нападавшие погибли, и только пара лисиц сбежала. Топ лежал израненный, да и Герберт с Карлом были сильно покусаны, прочие меньше пострадали. Мясо на земле валялось.
   - Надо же, какие смелые, - удивился Голицын.
   - Не знали опасности, а мясо вкусное было.
   Обед отменился, а ужин устроили не на острове Восточный, а на островке Сандбар. Там же и переночевали в палатках. За ужином был важный разговор.
   - Товарищи, предлагаю по своему называть все земли, - предложил Петя.
   - Легко! Вместо Огненной Земли архипелаг Край Земли, - заявил Сергей.
   - Эти земли архипелаг Волколисов, - предложил Герберт.
   - А пролив Дрейка называть пролив Бурь, - под дружный смех предложил Лосев.
   - Я всё же люблю Америку, но полагаю, что обе части так звать перебор. Давайте Южную Америку всю называть Бразилия, - предложил Сайрес Смит.
   - А Амазонку Королева рек, можно Королева болот, - заявил Андрей Шилов. - В противовес Отцу рек.
   - Всё это офигенно, но просьба дальше так плыть, чтобы побольше женщин было, - попросил Николай Снегов.
   - А, молодая кровь играет. Но увы, не прокатит, - сказал Белов.
   - Э, разве не будем заходить ни в Бразилию, ни в Африку? Я бы не отказался от какой-нибудь негритянки, - спросил парень.
   - Не ты один, - добавил подводник. - Нам нужно скорее добраться до Средиземноморья, а направления ветров таковы, что в Африку вообще не попадём, разве что в районе Гибралтара. Да и в Бразилию совсем нескоро.
   - Тем более что в южной Африке сейчас одни гогентоты, банту ещё нету, - сказал Гедеон.
   - И что это меняет? Темнота друг молодёжи, в темноте не видно рожи, - заявил Лёха.
   - Я тоже не в курсе, поясните, - спросил чекист.
   - У этих дикарок и зад сильно висит мешком, и спереди складка, понятно где, сильно висит. Я столько не выпью, - объяснил Пенкроф.
   - Но что мешает плыть вдоль берега Бразилии, - спросил Карл.
   - Потому что если в умеренных широтах есть постоянные ветра и течения с запада на восток, то в тропиках наоборот направлены с востока на запад. А у западных берегов океанов ветра северные, у восточных южные, то есть во всех трёх круговорот в южном полушарии против часовой стрелки, и очень широкой полосой. Мы постараемся срезать, чтобы не делать крюк к южной Африке, и выйти напрямик или хотя бы по дуге в район юга западной Африки. А там встречный ветер от Гибралтара дует на юг. Потому на подходе к экватору пойдём в сторону Бразилии, а оттуда по огромной дуге к Гибралтару, может даже с заходом во Флориду или даже севернее, - рассказал бывший подводник.
   - Не переживайте, корабль очень удобный, дойдём куда надо, - подбодрил Пенкроф.
  

Глава 2. Островки южной Атлантики.

  
   Это место было Изнанкой реальности. Так его называли сведущие. Когда были таковые.
   Раньше там ничего не было во все времена. Но полгода назад там стало нечто. Это было почти незаметное, вроде ауры или кладбища, или монастыря. А недавно появились и призраки. Тени людей, разных коридоров и комнат здания, много чего. Что-то появлялось из небытия, но было совсем зыбким, только начало пересекать границу небытия с бытиём. Их нельзя было увидеть, пощупать, но если б кто туда попал, почувствовал бы нечто, услышал бы слабые звуки.
  
   Через две недели после Фолклендов вечером на горизонте показалась сначала одна зелёная гора с жёлто-коричневой вершиной, из которой шёл дым, а потом, намного ближе, ещё одна гора, точнее, плоскогорье.
   Ночью, пользуясь радаром, подошли поближе к первому острову.
   - Это остров Неприступный, - сказал Пенкроф, показывая на торчащее из моря плоскогорье.
   - Да ну нафиг! Мы ж из залива Акулы ещё по худшей скале поднимались наверх, - усомнился Волк.
   - Господа, оно нам надо? Бесполезный остров, даже и высаживаться, наверное, не стоит, - заметил кавалерист.
   - Почему? Наверху овец можно разводить, картошка должна расти, - возразил Ричард Коллинз.
   - Предлагаю воды набрать вон из того водопада, - предложил Белов.
   Так и сделали: запаслись водой из ручья, падающего с горы. Это было вызвано ещё и тем, что на пути к этому архипелагу попали на четыре дня в штиль.
   На большом острове вулкан занимал почти всю территорию, только на северо-западе была равнина площадью несколько квадратных километров. Пенкроф заметил, что неплохо бы сюда выпустить овец или свиней, чтобы было на кого охотиться. Саша попросил стать на якорь у равнины, где в будущем город Эдинбург семи морей, их огороды и пастбища. На лодке высадились, прогулялись и полежали часик, потом высадили немного картофеля, пшеницы, амурского винограда. Взамен последнего прорастили черенки, лежащие в холодильнике.
   Увы, но ни у Неприступного, ни у Тристана, ни у острова Соловей, не было ни одной хорошей бухты. Потому вечером отчалили.
  
   Плавание к следующему острову тоже прошло не совсем гладко. Восточный ветер отбил малейшее желание идти к южной Африке. Шли по правому галфилду полтора суток. А потом и вовсе попали под северный ветер. Дрейфовать в левентик, разумеется, не стали, и развернули судно уже в левый галфилд, и один чёрт шли под 90 градусов к ветру.
   Уже не только первый колонисты умело с парусами обращались, а и робинзоны с Таити, и даже Сорокин и Голицын. Ротмистр на удивление ловко лазил на фок-мачту и обращался с марселем и брамселем. У офицера ПРО выходило несколько хуже, сказалась же специфика службы за пультами и с обслуживанием оборудования. Но тоже освоился хорошо. Юрий Снегов тоже сумел научиться азам матроса парусного флота.
   Погода становилась всё теплее. Если на Огненной Земле и Фолклендах была вечная осень, то уже на Тристан-да-Кунья было нежаркое лето, градусов двадцать тепла и сырой сильный ветер.
   И первый штиль сильно обрадовал героев, плывших на шхуне "Старгейт". Шутка ли, пройти по бурному океану со штормовыми ветрами десять тысяч километров, ни разу не увидев тихой погоды. Первый день штиля больше отдыхали, а потом выдраили очень старательно весь корабль, а не так как обычно. Всё блестело как перед адмиральским смотром. Занятия проводили по рукопашному бою Голицын, Шилов, Чиж.
   Но была и плохая сторона: пришлось отключить морозильники, а солнечные батареи и аккумуляторы пустить на работу обычных холодильных камер. Потом их и не включали, пустив на камбуз всё замороженное мясо. Шашлык жарили, с удовольствием откушали.
   - Представьте себе, что экипаж корабля будет из малограмотных или неграмотных людей, потому что нам придётся на берегу работать. И что со скукой делать будем? - спросил Снегов Юрий.
   - Работа дураков любит. На субмарине у нас была такая житуха, что спали не больше четырёх часов в сутки, - ответил Белов.
   - Это я легко могу сделать для матросов, - заметил Пенкроф. - Но что делать с пассажирами, я про морскую пехоту и переселенцев.
   - Со слов Станюковича, учили всех грамоте и читали лекции офицеры. Да и есть же шашки и шахматы, хоть карты. Саня рисует иногда. Продумать надо, но я бы занял людей учёбой, настольными играми и искусством, - рассказал подводник. - И это действительно надо, а то вон у Колумба, и не только, с этим проблемы были.
   - Не только. Меня вон бесило и бесит, когда надо ткать тот же лён. А на корабле пожалуйста, - предложил Лёха.
   - Главное, чтобы мужчины не отказались от женской работы, - заметил Гедеон.
   - Придумаем, - завершил беседу Пенкроф.
  
   А северный ветер ослаб совсем и незаметно сменился на юго-восточный, и тут же шхуна бодро пошла фордервинд, иногда крутой бакштаг. И так через две недели подошли к острову Святой Елены.
   - Какой замечательный остров для ботаника! - воскликнул Герберт Браун.
   - Весь покрытый зеленью, абсолютно весь... - вспомнил песню чекист.
   - Тут нет неудачников, - заявил Лёха.
   - А Наполеон? Это же остров Святой Елены, - поддел Андрей.
   - Я не узнаю остров. Знаю, где мы. Вижу, что по величине и форме похож на остров Святой Елены, но не тот, - заявил Пенкроф.
   - Простите, вы о чём? - не понял Карл Бернулли.
   - Я был раньше, но остров Святой Елены это паршивые пастбища с козами и кусочки леса, - рассказал капитан.
   - С козами? Ах, с козами. Это всё объясняет, - раздражительно заявил Ричард.
   - Не понял, объясните, - попросил Николай.
   - Мне профессор ботаники рассказал, что козы съели все леса этого кусочка рая, - сказал ботаник. - И Пенкроф, и профессор, оба рассказали, что тут выжженные на солнце сплошные тощие луга, где бурая земля с частыми клочками травы. Но мы сейчас видим целиком заросший лесами остров, похожий на Таити.
   - Вешать надо тех, кто сюда попытается коз привезти, - предложил Коллинз.
   - Можно и под килем протащить раза три. Однако, на северо-западе, где в наше время Джеймстаун, неплохо бы бросить якорь, - Пенкроф закончил разговор.
   Там и разместились у берега, и тут же на палубе пообедали. Первая партия с Гербертом отправилась исследовать остров, и гуляли до вечера. Ужинали свежепойманной рыбой и пойманными нелетающими птичками. Ели кашу, сваренную на костре, и с удовольствием продегустировали листья капустных деревьев, родственным маргариткам.
   Сама же флора была представлена огромными папоротниками, знакомыми по острову Линкольна, капустными деревьями с пригодными в пищу молодыми листьями, и красным и чёрным железным деревом. Рука сразу не поднялась уничтожать живые деревья, обошлись сухостоем для камбуза. Но всё же срубили несколько экземпляров чёрного дерева. Запаслись местной зеленью и, разумеется, свежей водой.
   Стоянка длилась двое суток, больше не решились из-за отсутствия надёжной бухты.
  
   - А здесь что за хрень? - спросил Юрий Снегов. - Что, сюда козы добрались?
   Действительно, если на острове Святой Елены растительности было полно, то остров Вознесения был оной очень беден. Редкие травы, миниатюрные папоротник и лишайники, птицы местами, и всё. Как будто Бог щедро одарил зеленью остров Елены, а на остров Вознесения остались жалкие крохи.
   - Думаю, он с самого начала такой бедный, - сказал ботаник, глядя на серо-рыжую гору, торчащую из океана.
   - Высаживаемся, - скомандовал Александр. - Я на прошлой стоянке ничего сажать не решился кроме кокосов, но тут надо порезвиться.
   По серо-рыжей глине и камням поднялись в горы и там, где было больше растительности, посеяли семена деревьев с самых засушливых частей острова Линкольна, а заодно и горного новозеландского льна. А на берегу посадили пару десятков кокосовых орехов. Пробыли несколько часов и отправились к югу западной Африки.
  

Глава 3. Тропики северной Атлантики.

  
   - Так что, побываем в Африке?! Замечательно! - восторгался Николай.
   - Главное, не заболеть, - не больно радостно сказал Фидель.
   - Я уже был там. Ничего страшного не случилось, главное, чтобы хина была, - усмехнулся Гедеон Спилет.
   - Зато я начинаю скучать по ревущим сороковым, местный климат меня напрягает, - заявил подводник.
   И то верно. Ближе к острову Елены настал тропический морской климат. Стояла жара и влажность с духотой. Изредка налетали недолгие шторма, а большую часть времени спокойно шли по ветру на север. Русские рискнули загорать, но облезли, сгорев на солнце. Рыбу ловили иногда, но больше попросту подбирали на палубе летучую, в первую очередь старались кот и собака. Гера страдал, конечно, от жары, но своего не упускал.
   Ещё плавание разнообразили праздником Нептуна при пересечении экватора. Так уж вышло, что экватор пересекали только Пенкроф, Сергей, Петя и Гедеон.
   Поздним утром, когда были на экваторе, вышли Белов в костюме Нептуна, Петя, наряжённый Амфитридой, и журналист в костюме чёрта.
   - Откуда вы идёте и куда? - нарочито грозно спросил ряженый морской бог.
   - Идём мы с острова Линкольна в Средиземное море, да не сами, а по велению Прометея, - ответил капитан с усмешкой. - И натерпелись мы немало от многих бурь. Прошу нас дальше пропустить и дозволить путь хороший.
   - Дайте список всех, кто на борту.
   Нептун, нахмурив брови, изучил свиток и сказал:
   - Так почти все тут в первый раз через экватор идут. Каждый должен тут принять крещение в морской воде и откупиться от худшего.
   - А если нет? - спросил Андрей.
   - Каждый, кто не откупится, проползёт через весь трюм, не обойдя самые грязные уголки.
   Все поднесли по бутылке Нептуну, а Гедеон и Петя окунали с головой в бак с морской водой. Только Карл куда-то подевался, но его нашли, затащили в трюм, и через минут десять, всего чумазого, окунули.
   А после церемонии устроили банкет, причём Сергей вылил за борт стакан самогонки и бросил хороший кусок шашлыка.
   - Нахрена?! - удивился Лёха. - У нас и так мало замороженного мяса, да и самогон пока не можем пополнять.
   - Мужики, привыкайте, в эту эпоху принято устраивать жертвы богам, - заявил Белов.
  
   Ветра были так себе, и всё ослабевали. Но доползли до Фритауна. Самого города, естественно, ещё не было, а вот залив Тагрин с полуостровом на месте. Залив, окаймлённый зеленью, был прекрасен. На юго-западе зелёные горы, на востоке и севере равнины, заросшие джунглями. Стремительный закат был прекрасен, его наблюдали с палубы, а высадка на следующий день.
   Гедеон в десант взял с собой АСВК. Ричард как увидел, с чем пошёл на охоту, удивлённо спросил:
   - Это ж на кого такое ружьё?! Вы же пару антилоп решили подстрелить.
   - На всякий случай. Вдруг слон бешеный встретится.
   Партия в составе Гедеона, Наба, Герберта, Алексея, Петра, Снеговых и Мстислава отправилась на берег на двух шлюпках. Шли на берег осторожно, поглядывая на воду. Вдруг Герберт, осматривая берег в бинокль, закричал и потребовал править в выбранное им место.
   Шлюпки пристали, и все направились к дереву, усеянному крупными жёлтыми плодами с зелёными и красными пятнами. И тут послышался топот, выбежал бегемот из кустов прямо на бывших робинзонов. Все успели отскочить, только старшего Снегова задело животное, отбросив в сторону. Огромный разъярённый зверь затормозил, развернулся, оглянулся и только хотел рвануться на Юрия, как грянул выстрел.
   - Это песец! Предупреждать же надо! - Лёха аж присел. Ударило всем по ушам знатно, аж у всех зазвенело.
   - Громкий выстрел, очень, - оценил Голицын, ковыряясь в ухе.
   Послышалось два стона с разных сторон. С одной стороны журналист стонал, держась за плечо, а с другой стороны Профессор стонал.
   - Папа, ты как?! - бросился Коля к отцу.
   - До свадьбы заживёт, - пошутил архитектор. - Я думал, всё, смерть моя пришла.
   - Точно пришла. Но не за вами. Молодец, мистер Спилет, метко стреляете, - похвалил Петя.
   - Я уж заметил. Но это ружьё бьёт отдачей как конским копытом, - морщился Гедеон.
   - Зато наповал убил бегемота. Одним выстрелом, - отметил князь.
   У этого свирепого травоядного зверя голова была разворочена попаданием пули калибра 12,7 миллиметра. Сие было неудивительно, поскольку удар пули весом 59 грамм со скоростью девятьсот метров в секунду пробивал стальную плиту толщиной два сантиметра или десять сантиметров бетона. Энергии пули было предостаточно для всяких броневиков, для лба всяких там носорогов, бегемотов и слонов было тем более достаточно. Брызги мозгов бегемота подтверждали.
   - Я до сих пор не понимаю, чем вам винтовка Барретт М82 не понравилась, но большой калибр рулит! - заявил Николай.
   - Мне нравится русское оружие, - отметил журналист.
   - Мюллер раскинул мозгами. Всё кругом было в брызгах, - пошутил Юрий.
   - Собаку надо было с собой взять, - заявил Лёха.
   - Не разобрался б, если их несколько, - пояснил журналист. - И Топ всегда с хозяином.
   Разговоры закончили и стали разделывать бегемота, всё ж таки проблему пополнения запасов мяса решили. Юрий и Гедеон присматривали за окрестностями из лодок.
   - Герберт, что в этом дереве? - спросил Алексей.
   - Это плоды манго, - ответил Петя. - Попробуй.
   Ароматные плоды размером с кулак оказались похожи по вкусу на сладкую грушу с привкусом сосновой смолы. Неудивительно, что бегемот попробовал защитить дерево. Их тоже собирали, сколько могли.
   - К нам гости, - крикнул Спилет.
   Из кустов вышло несколько почти негров с копьями. Старший из них знаками показал, что кругом их земля, и неплохо бы поделиться мясом. Мстислав оглянулся, увидел крокодила, который подкрадывался к туше бегемота, и пристрелил из трёхлинейки. Показал пальцем на рептилию, потом на вождя, и махнул рукой от крокодила к вождю. Дикари заметно повеселели, хоть с опаской смотрели на винтовку.
   - Скажите, мы можем с ними мясом бегемота поделиться? - спросил ботаник.
   - Его две тонны, нам многовато. Я бы не стал, нехрен потому что баловать, - заявил кавалерист, остальные поддержали.
   - Я ж не бесплатно.
   - Сомневаюсь, что у них есть золото, - хмыкнул Петя.
   - А на фрукты? Мешка манго нам маловато.
   - Я бы махнулся, - сказал Лосев.
   - Да, нам слишком мало этих плодов, - молвил Наб.
   Герберт вытащил из-за пазухи несколько листиков, показал вождю, а потом на него и на своих, а потом от пары кусков мяса на негров махнул рукой. Пожилой чернокожий воин пригляделся к картинкам и отдал приказ.
   Первым рейсом отправили груз мяса и манго на одной лодке на корабль. Вторым ещё мяса. А на "Старгейт" немедленно развернули на палубе коптильню, низ на орудийной палубе бака корабля.
   И тут пришла толпа негров с корзинами. Кроме манго там были ещё разные фрукты.
   Манго все знают: крупный твёрдый плод с огромной косточкой и вкусом сладкой груши с привкусом сосновой смолы и малины. Кушали с огромным удовольствием.
   А ещё там были и другие фрукты.
   Кивано, фрукт с лианы, оранжевый размером с апельсин и рогатый, как каштаны в кожуре. Внутри же мякоть изумрудного цвета с большими мягкими белыми семечками как у огурцов. Можно замариновать или запечь, но обычно этот деликатес кушают в сыром виде. А по вкусу киви с дыней.
   Магический фрукт был, ярко-красные ягоды, отключающие вкус кислого. С ним кислое вино из винограда Альфа, весьма уважаемое на маринад для шашлыка, стало сладким.
   Аннона Сенегальская, неказистый на вид чешуйчатый фрукт, при полном созревании жёлтый. Ещё называют сметанное яблоко. Под кожурой мягкая мякоть, напоминающая банан, сладкую грушу и дыню, в которой чёрные семечки вроде кедровых. Безусловно один из вкуснейших плодов тропиков. Лучший фрукт Африки.
   Сафу, фрукт фиолетового цвета размером со сливу и имеющий форму жёлудя без шляпки. Ещё называют африканской грушей, хотя по правде сказать, заслуживает названия масличной груши из-за огромного содержания жиров. Да и по вкусу близок к сливочному маслу, но сочный.
   Марула, жёлтые плоды размером со сливу с белой мякотью на удивление сладкие и сочные, но низкокалорийные в отличие, скажем, от сафу. Едва ли не любимый фрукт народов банту. Очень легко начинает бродить, из-за чего обожают животные, те же слоны пьянеют от переспелых плодов. Один из главных плодов, используемый жителями Африки для изготовления алкоголя. Способствует общему укреплению организма, включая иммунитет. Кора дерева идёт на чай.
   Ещё дикари принесли спелые плоды аки, но Герберт брать не рискнул, и без того хватало. Беда этих фруктов в том, что недозрелые ядовитые, и семена тоже ядовитые. Он чётко усвоил урок Александра "Нельзя брать условно съедобные грибы, если есть нормальные съедобные". На острове, когда нашли не настоящую саговую пальму, а австралийский саговник, то не рискнули дегустировать. Кроме того, маленькие плоды аки, имеющие форму сладкого перца, внутри несут большие ядовитые семена, и немного остаётся мякоти.
   Однако, хорошенько подумав, рискнул взять плоды кустарника Босции Сенегальской, называемые айзен. Эти небольшие сладкие ароматные круглые фрукты жёлтого цвета медово-сладкие и отлично хранятся в сушеном виде. Но их семена ядовиты. Их, правда, можно обжаривать и использовать в качестве кофе. Что и было сделано, потому как ячменный кофе особого восторга не вызывал. По поводу последнего Юрий сказал, что в нищие 90-е годы оный был очень популярен в России, но по вкусу на уровне паршивых сортов настоящего кофе, употребляемого американцами. Хотя робинзоны постоянно пили самодельный ячменный кофе за неимением чая и нормального кофе. Особенно зимой оный употребляли, летом больше компоты.
   Однако, пополнили запасы не только мяса и зелени, но и дров. Как раз подходил к концу сухой сезон, и сухостоя было множество. Нарубили много жердей и брёвнышек, а потом связали плот для переправки на корабль.
   При этом Герберт не поленился слазить на пару деревьев и набрать каких-то стручков с лиан. Показал неграм, и те несколько корзин притащили.
   Уже думали отправляться, как вождь притащил ещё две большие корзины со странными чищеными орехами и показал на топор и нож.
   - Ничего себе! - удивился прибывший Фидель. - Это орехи кола. И их очень много.
   Кубинец на радостях отдал за корзины с орехами топор и аж два ножа.
   - Э, зачем они? - спросил Лёха.
   - Не пил напиток Кока-Кола?
   - Из них?! - удивился Сергей. - Я думал, они из южной Америки.
   - И тут есть, - ответил Санчес. - Немного не такие, но тоже подходят. Расход мизерный этого ценного продукта, так что я, может, и не доплатил.
   - Думаю, отдали нам если не весь, то большую часть запасов кола племени, - заметил журналист.
   Весь вечер и до утра обрабатывали ту добычу, что в холодильники не влезла. Целый день и ночь отдыхали. Можно было ещё воды пресной запасы пополнить, но Фидель Санчес на правах корабельного врача строго запретил.
   Стручки Герберт высушил, и потом организовал лущение.
   - И что это? - спросил Сергей.
   - Это гвинейский перец. Считается, что немного индийского чёрного перца. Его разумно использовать, когда настоящий чёрный перец во много раз дороже, - объяснил Герберт Браун. - Но тоже высоко ценится.
  
   На третий день утром, пользуясь утренним бризом, вышли из бухты на северо-запад.
   Стабильные северные ветра не позволяли идти вдоль африканского берега на север. Ещё повезло, что ветра в районе Сенегала отклонялись на запад. Кое-как доползли, в лучшем случае в галфвинд, до Островов Зелёного мыса.
   - Это точно не Сахара? - спросил Николай Снегов.
   - Это филиал Сахары в океане, - ответил Фидель.
   - Да, похоже. Я видел, точно знаю, - подтвердил Пенкроф. - К счастью, не везде такой архипелаг.
   - И жара тут страшная. Как на острове Вознесения, - отметил Ричард.
   - Нехрен тут делать, - заявил Лёха. - Пустыня же.
   - Ничё, что в наше время тут живёт полмиллиона народа? - спросил Петя.
   - Есть много стран, где пустыня, и люди живут, - рассказал кубинец, а журналист подтвердил.
   Не стали высаживаться на жёлтых пустынных землях, где только редкая трава. А вот за сутки пути через архипелаг подошли к последнему острову, Санту-Антуани. На юге та же пустыня, но зато на северном берегу увидели засушливые леса подобно тем, что в Крыму. Прошлись, поглядели. Леса довольно густые в долинах у ручьёв, но земля сухая, и ручьи едва сочились. Только пару крупных ручьёв нашли. Набрали несколько десятков литров воды, и всё. Пенкроф отсоветовал.
   Герберт всё искал Драцену драконовую, имеющую смолу красного цвета и весьма уважаемую за многие полезные свойства, но увы, не нашёл. Ещё на архипелаге посеяли кокосы, по дороге на Санту-Антуани побросали в воду так, чтобы на берег выбросило.
   - И всё-таки, почему так назвали острова Зелёного мыса? - спросил Наб, вышедший на палубу.
   - Напротив зелёной части западной Африки, - объяснил Сергей.
   - Зря назвали. Но что поделаешь, - заметил Карл.
   - Пусть будут Жёлтые острова, - предложил Александр.
  
   После Жёлтых островов шли некоторое время на северо-запад в галфвинд, ветер стал меняться и стих. Два дня в штиле почти бездельничали, а потом усилили учёбу. Особенно налегали на древнегреческий и финикийский языки. Их и до этого учили, сильно помогли материалы с Наутилуса с записями, как правильно говорить. Но сейчас начали общаться на этих языках. И получалось. Латынь было решено не трогать.
   Дождались южного ветра, и продолжили путь.
   Герберт, Сергей и Пенкроф, посоветовавшись, решили не делать крюк на Азорские острова, а отправиться сразу на Мадейру. С хорошими ветрами добрались за десять дней.
   Туча, показавшаяся на горизонте, оказалась островом.
   - Что-то мне эта земля напоминает, - сказал Сайрес Смит.
   - Таити, конечно. Такой же гористый остров, весь заросший зеленью, - подтвердил Юрий.
   - Хуже. Тут почти нет пляжей и проходов в горы, а они сами круче, - оценил геодезист.
   - Мы много воды потратили. Осталось ещё немало, но неплохо пополнить, - предложил негр.
   - Непременно пополним. Здесь пополним. Но не сейчас, - жёстко заявил Пенкроф. - Мы тут выполним кренгование. Сухих доков мы можем и найти, а без больших отливов и приливов мы не сможет его сделать. В Средиземном море нет больших приливов и отливов.
   На самом острове Мадейра не нашлось подходящего места, потому пришлось плыть на Порту-Санту, соседний остров. Не такой гористый и более засушливый. Зато юго-восточный берег чуть менее чем полностью это песчаный пляж с отмелью.
   Сутки стояли на якоре, наблюдая за отливами и приливами, промеряя глубины. И в прилив очень осторожно завели парусник на мель, а там перегрузили груз на правый борт. И по мере обнажения левого борта занялись его чисткой. На удивление обшивка обросла очень слабо, и держалась везде хорошо. Только краску пришлось обновить. Мельхиор выдержал плавание с честью.
   - Великолепно, это просто великолепно, - восхищался Пенкроф.
   - Что ж тут великолепного? - ворчал кавалерист. - Мне надоели водоросли счищать.
   - Могло быть и хуже. На шлюпе "Алабама", и не только на нём, медная обшивка быстро изнашивалась. Не только листы морская вода съедала, как железо ржавчина, но и при маневрах медь отрывало от обшивки, - пояснил Бонадвентур.
   - Потому что корпус изгибался туда-сюда при маневрах. Вот и гвозди вырывало, и складки с разрывами появлялись, - объяснил Белов. - Про Первую Антарктическую экспедицию я уже рассказывал и заставил прочитать. Так напомню. Шлюп "Восток" проблем с обшивкой отгрёб по горло, три капитальный ремонта вытерпел за экспедицию. Зато шлюп "Мирный", построенный как парусник ледового класса, с честью выдержал поход. Медленнее был, но вот корпус и обшивка не подвели. Вы даже не представляете, как мы себе облегчили жизнь, сделав корпус намного крепче, чем принято. Ни разу воду из трюма не откачивали, обшивку немного почистили, подкрасили, и всё.
   Действительно, за пару дней всего лишь подшаманили обшивку. Были мелкие дефекты, но ничего серьёзного. Больше времени потратили на перемещение грузов и осмотр, чем на ремонт и покраску.
   Обследовали остров Порту-Санту и запаслись дровами. Больше всего впечатлили базальтовые столбы, этакие скалы из базальта в виде прижатых друг к другу шестигранных столбов. Сухие степи и леса не впечатлили. Но по настоянию Герберта набрали красной смолы.
   Потом навестили Мадейру. Воды из водопадов, падающих с гранитных стен, набрали вволю. Но самой ценной добычей стала смола "кровь дракона". Её и на Порту-Санту набрали, но на Мадейре много было. Сам остров оставил противоречивые чувства. Весь заросший лесом как Таити, такой же гористый, но какой-то немного мрачный.
   Леса впечатляли, особенно Герберта. Полно древовидных папоротников, лавров, а у вершин гор были и сосны. Чем-то леса походили на леса Новой Зеландии и острова Линкольна. В низинах и долинах ручьёв царила сырость, питавшая подушки мхов, а на скалах было сухо, что и помогло страшным пожарам. Из фауны было множество ящериц и птиц. Как оказалось, в 1420-м году Жуан Зарку банально соврал, что на острове полно ядовитых змей и диких зверей, чтобы оправдать устроенный по неосторожности пожар.
   Кроме того, на острове нашли множество ручьёв, речек и, разумеется, водопадов.
   Но зато не очень понравились берега. Они почти все были высоченными каменными обрывами, только несколько пологих небольших склонов нашли, где можно подняться.
   - Зато тут оборону держать хорошо, - отметил князь.
   - Оно, конечно, так. Но с полями и огородами тут беда, мало ровных кусков земли, - заметил Лёха.
   - Живут же тут люди. Извиняюсь, будут жить, - заявил Пенкроф.
   - И тут эту красную смолу добывать хорошо, очень дорогая и очень полезная, - заявил врач.
   А с Мадейры поплыли на Гибралтар, уже близко было, километров семьсот.
  

Глава 4. Гадес.

  
   Ветра не больно благоприятствовали, и вскоре показался испанский берег, но только рано утром на четвёртый день. Все соскучились по цивилизации, даже Виктор и Мстислав. Поэтому зашли в первый попавшийся порт, а это был древний Кадис, тогда звавшийся Гадес.
   Город и порт целиком помещались на острове, и ещё место оставалось.
   Вопросы, где там и что, помог разрешить морской патруль.
   Вскоре после рассвета, когда готовились к завтраку, показалась впереди галера. Незадолго до встречи, видя скорость шхуны, кораблик развернулся и начал разгон. Ветер был северно-западный, и галере он скорее мешал, а "Старгейт" неплохо шёл под косыми парусами. Пенкроф скомандовал убавить парусов, и потихоньку сблизились. Неплохо и однообразно одетая команда выдавала в себе патрульных. Волнение изрядно мешало, особенно местным, потому только шли рядом.
   - Кто вы такие, и куда плывёте? - крикнул капитан морской стражи, давно справившись с удивлением.
   - Идём в Афины. Нам нужны отдых, еда и женщины. Близко, - с трудом смог понять вопрос и ответить Пенкроф. - Мы издалека. Тут мало торговать. Ваших денег нет.
   - Как корабль называется?
   - Этот вид кораблей называется шхуна. Паруса хитрые, чтобы плавать даже когда ветер спереди и сбоку. Наш корабль называется "Звёздные врата".
   - Странно, - удивился финикиец. - Что продавать будете? Стекло?
   - Не только. У нас много железа, хорошее дерево, белая бронза, целебное масло, серебро, специи, есть дорогие камни.
   - Я первый раз слышу, что бывает белая бронза. Железом, деревом, серебром и красивыми камнями мы сами торгуем, тут дёшево.
   - Ты её видишь. Посмотри туда, - Пенкроф показал пальцем вниз с борта корабля. Капитан галеры сильно удивился ещё раньше, и гадал, чем обшит парусник. Теперь понял.
   - Мой знакомый оружейник купит много таких листов. Даст хорошую цену.
   Саша сбегал в трюм и притащил стальной лист и моток проволоки. И крикнул:
   - А в таком виде у вас железо разве тоже дешёвое?
   Главный морской стражник поперхнулся и крикнул:
   - Мы вас проводим в порт. Вы не боитесь плавать без оружия? Вас же любой пиратский корабль может захватить. И мы тоже...
   Что-то грохнуло, и что-то пробило борт корабля. Магон посмотрел и увидел кусочек металла в другом борту. Выковырял и услышал:
   - Мы можем и чем-нибудь посильнее выстрелить.
   Финикиец переглянулся с товарищами, и его помощник сказал:
   - Теперь понятно, отчего они на нас глядят, как сытые львы на стаю волков.
   - Ведите себя спокойно, в Гадесе мы будем мирно торговать. Можем предложить олово, рабов, - сказал капитан биремы. - И какая у вас осадка? Должно быть, большая, локтей пять?
   - Локоть разный у всех. Не меньше семи. Почти два моих роста осадка, - крикнул капитан парусника.
   Гребцы переглянулись и загудели. Хотя чего уж там, и так было много удивительного. Богатый корабль, решил Магон и вдруг понял, что в этом что-то не так. Подумал, прикинул, как должен выглядеть богатый корабль, и понял, что не хватает украшений, разной роскоши. Ни одной статуи, никакой позолоты или резных украшений. Ничего лишнего, только хорошо сделанный парусник. Но много материалов, редких и дорогих, если не более того. Огромные паруса, окна с большими стёклами и белая бронза. Никто из экипажа патрульного корабля не слышал про такую, но, должно быть, у этих нет олова, а в Гадесе полно.
   Бирема шла вперед благодаря размеренным взмахам вёсел, а парусник, наклонившись, шёл под парусами. У патрульного корабля были и мачта, и парус, но сейчас бесполезны. Неплохо бы поставить так, как у чужаков паруса, но, подумав, Магон сообразил, что только большая осадка не даёт им опрокинуться. И рулевых вёсел у них нету, но как-то же рулят.
   В порту Гадеса собрались на причалах, наверное, все, кто там был, и из города набежали. Парусник ловко вырулил и причалил к причалу для больших кораблей. Таможенник на глазах патруля подошёл за платой, о чём-то переговорил, и тут бирема причалила.
   - Ты что, не высаживал людей для досмотра? - спросил Гискон, начальник порта.
   - Как? При таком волнении? Мы сами воды едва не нахлебались, - ответил Магон.
   Взошли на борт и первым делом в надстройку. А там саженцы винограда и деревьев.
   - Это зачем?! - удивился начальник порта.
   - Мы из холодных краев, взяли свой виноград, должен хорошо расти в горах, где холодные зимы. У нас даже на юге холоднее, чем тут. На севере вообще живут кочевники-скотоводы с оленями, - пояснил один из пришельцев.
   Гискон внезапно увидел мохнатого кота и всё понял. Знал, что это за зверь, но до сих пор видел только короткошёрстных. Лодки на борту и припасы впечатлили. Уровнем ниже к своему огромному удивлению увидели переборки и комнаты, и жилые с хорошими кроватями, и кладовки. Там даже было несколько печек, отличная кухня и странное помещение с большими толстостенными железными трубами, закрытыми с одной стороны. Поняли, что многого не понимают.
   Снизу был ещё один этаж, разделённый на части. Больше всего поразили угловатые железные бочки, вмещающие огромное количество воды, пару сотен арбат. Капитан только усмехнулся и сказал, что так надо для долгого пути по морям. А с грузом так и не разобрались. Был металл, была незнакомая древесина, были ещё какие-то непонятные вещи. И всё очень надёжно и очень хорошо закреплено, долго перебирать. А Пенкроф сразил наповал:
   - Вы как думали? Всё должно лежать на месте в любую бурю.
   Помощник добавил:
   - Раз мы попали в такой шторм, что я уж думал, смерть пришла. По вашему, высота волн была сорок локтей. Для того всё и закреплено, чтобы в такую бурю ничего не оторвалось.
   - Не бывает таких волн, - не поверил капитан галеры.
   - Я видел тут корабли, никто из ваших не может выжить в таких волнах, - сказал капитан парусника с нотами сочувствия и превосходства. - Давайте не будем тратить время, а я вам подарки дам.
   - Какие подарки? - заинтересовался Гискон.
   Получили по хорошему ножу, как сказали, из нержавеющего железа. Металл замечательный, блестящий, крепкий и нехрупкий. Ещё дали образец железа попроще.
   - Думаю, нам пока не надо цену обговаривать. Вы покажите наше железо кузнецу, а мы на рынок сходим, поглядим. Тогда и поторгуемся, - предложил Пенкроф. - Так будет честно.
   Группа из шести человек с корабля пошла на рынок, что был сразу за портом. Магон с ними увязался. Было жарко, но все с парусника были в штанах, сапогах и плотных куртках. Варвары, хотя байка про скотоводов с оленями поразила хаанеев. И все шли так, как будто ждали нападения. Что под куртками, непонятно, но у каждого на боку висел лёгкий изогнутый меч, который называли странным словом "шашка". Капитан морского патруля сомневался, что хорошие фехтовальщики, но был уверен, что умеют пользоваться. Правильно думал: Мстислав научил товарищей тому, что был обязан уметь солдат срочной службы межвоенной эпохи, но времени не было на хорошую подготовку. Один из приколов это вытаскивание шашки с одновременным ударом по противнику.
   Сам базар состоял из разных частей, начиная с добротных лавок и заканчивая кучками товаров на тряпке, постеленной на земле.
   Первым делом зашли к оружейникам и спросили цены. Самые дорогие были мечи и ножи из лидийского железа. Рослый чужак, обладатель усов пшеничного цвета, поглядел лучшие, спросил цену и достал из заплечного мешка полдесятка клинков. Мастер поглядел, попробовал поцарапать, погнуть, удивлённо поцокал языком и назвал цену. Поторговались, и кузнец куда-то ушёл, но вскорости вернулся и отсыпал за клинки приличный мешочек не только шекелей и серебряных тетрадрахм, но и золотых статеров с ликом богини Танет, и золота было много больше, чем серебра. Тетрадрахмы гости города специально выпросили, их интересовали больше шекелей и статеров. Чуть позже рассказал Магону, что первый раз в жизни увидел железо столь прекрасного качества. Потом продавались там эти мечи за совсем уж большие деньги.
   Первым делом после оружейников зашли на продовольственный рынок, на котором закупили много мяса, зерна, овощей и фруктов, сыров, творога, молока. Всё кроме рыбы, дорогих специй и сушеных фруктов из Керны. Вина купили много, лучшего местного из Серета. Продавцы, узнав объемы, сами бесплатно вызвались доставить на парусник покупки, да и очень уж им хотелось поглядеть на диковинный корабль.
   Экипаж с палубы сам заносил и укладывал продукты внутри корабля. Гискон, наблюдая, предложил купить рабов.
   - Зачем? Сами же справляемся, - удивился коренастый старший помощник капитана.
   - Тут рабы дешёвые, а в Карфагене и Сиракузах дорогие. И там умирают намного чаще, всё время покупают. Выгодная торговля, - посоветовал начальник порта.
   - Мы не будем деньги зарабатывать на такой торговле, - отказался Сергей.
   - Почему? Тут дёшево купили, там дорого продали, и ваш корабль под парусами ходит лучше всех. Чем больше там рабов будет умирать у глупых рабовладельцев, тем больше у вас денег будет, - объяснял Гискон.
   - Есть такие способы зарабатывать деньги, которыми нам боги велят не пользоваться. У нас рабство как ваше запрещено. Долг люди могут отрабатывать, могут быть наказаны временным рабством за страшные преступления. Захватить же и использовать как рабочий скот, если сильно не провинился, нельзя. А на смерть продавать тоже. И их боги оскорблены будут, - чужак отказался. Да и рабынь для перепродажи брать не стали.
   Зато тремя группами сходили в храм Астарты, и к не рабыням, а хорошим жрицам. Дорого им обошлось, дешевле было бы пару рабынь на всех с собой купить. Да и в одной из лучших таверн покушали. Неплохо так, только никто к гаруму и не прикоснулся. Предлагали разные украшения и предметы роскоши, привозные, дорогие, из Коринфа. Взяли только несколько плащей.
   Кузнец Ганнон после полудня пришёл к Гискону вместе с купцом Гасдрубалом, что продавал доспехи. И предложили один к одному менять листовое железо на олово. А проволоки один вес на два веса олова. Это простое железо с налётом ржавчины! Оно того стоило только потому что кузнецам стоило долгого и тяжёлого труда железные пластины выковывать, а с проволокой того хуже.
   Александр усмехнулся, сказал, что мало предлагают, и принялся торговаться, и неплохо набил цену. Но как сговорились, отказался обсуждать количество и предложил ещё посмотреть товар. А были у него полосы железа вроде лаконийского и лидийского, ценимых один к одному весом серебром. Но всех удивляло очень хорошее железо, что не ржавеет, крепкое и не хрупкое. И цену заломил втрое дороже, рассчитывая на торг.
   Сколько у Гаструбала осталось после такого золота и серебра, только он, да боги знают. Но с людьми с парусника рассчитывались в основном оловом. Оно и верно, в Гадесе намного дешевле, чем в Карфагене и на Сицилии. И погрузили Баал знает сколько сотен талантов.
   К вечеру Гискон утвердился в мысли, что такую добычу выпускать нельзя.
   На причале ждало жестокое разочарование. Мало того, что один из соглядаев донёс, что обшивка пахнет медью, так ещё и позвали его и Сайруса к суффетам Мазею и Карталону, там же сидело несколько купцов.
   - Приветствую тебя, достопочтенный Сайрес, - поздоровался Мазей, Карталон тоже поприветствовал. - Как вам наш город, как торговля?
   - Неплохой. Мы запаслись свежей пищей, олова купили. Через вас, я так вижу, Карфаген с Испанией торгует, и всё?
   - Да, и цены нам свои навязывает. На кусок хлеба с вином хватает, и всё. Неплохо бы ещё наладить торговлю между вашей страной и нашей... - и Мазей стал рассказывать, как видит сотрудничество.
   - Не буду лгать, я сюда пришёл, чтобы вас отказом не оскорбить. Договариваться только с вами о торговле нет смысла, даже если не вспоминать, что вы Карфагену подчиняетесь. Мы идём к великим греческим городам, чтобы помочь против Карфагена. Нам нужно все большие царства Внутреннего моря заинтересовать в торговле и плаваниях через Море Мрака. Обучить искусству кораблестроения и плавания к западу от столбов Мелькарта. После этого привести флот в Карфаген и объяснить, что они не должны мешать всем плавать через этот пролив. Никуда денутся, разрешат. А если нет, то Мегары превратятся в погребальный костёр. Горе побеждённым, - рассказал Сайрес. - И вот тогда все проходящие корабли будут ремонтироваться, а команды и пассажиры отдыхать и развлекаться у вас, в Тингисе и Картее. Всем хватит дохода, но вам будет лучше всего благодаря реке.
   - Интересное будущее. Но ты прав, не с нами будет главное решаться. Будем готовиться, - заключил Карталон. - Вы так и не рассказали про вашу страну.
   - Оно пока вам не надо. А главное, если вас люди из Карфагена выкрадут и пытками заставят всё рассказать, вы не сможете им выдать все секреты, которые не знаете.
   - Выйдете завтра на рассвете, а наши биремы вас проводят через Мелькартовы столбы и помогут пройти через заслон карфагенских триер. Скажете, что идёте в Карфаген, а мы подтвердим, - заявил Мазей.
   - Мы вечером выйдем и пройдём ночью. Сумеем попасть, - заявил Сайрес Смит.
   - Ещё хотим мы знать про обшивку, говорят, из серебра сделана, - спросил Карталон.
   - Ну что вы, это белая бронза. Вы, должно быть, слышали, что для выплавки бронзы годится не только олово, но оно лучше всего. И у нас этот металл очень редкий и дорогой. Потому мы использовали никель, вы его не знаете. Раскрывать, как найти и добыть не буду, чтобы серебро не подделывали. Но получается бронза белого цвета, очень похожая на серебро. Я взял с собой ложку, поглядите. На вкус, если лизнуть, и на запах медь, и в солёной воде и уксусе покрывается зелёным налётом как медь. Легче серебра и крепкая как настоящая бронза. Плавится немного хуже серебра. Главный смысл покрытия бортов корабля, что в отличие от Внутреннего моря, на западе моря Мрака, и не только, есть морские черви, грызущие дерево так, что через пару лет, а то и через год, корабль может развалиться и даже утонуть. Потому надо защищать ядовитой для них медью корабль. Годится вместо меди бронза, она даже крепче и потому лучше, - рассказал американский инженер.
   - Я так понимаю, ты не хочешь нам свои секреты раскрывать, - протянул Мазей.
   - Вы подчиняетесь Карфагену, хотя это вам не по нраву. Извините, мне пора идти, - сказал Смит.
   В порту Гискон демонстративно оглядел биремы и спросил:
   - Нехорошо будет, если вас пираты захватят.
   - Сейчас увидите, что мы можем с ними сделать, - ухмыльнулся Пенкроф. - У вас есть корабль, которого не жалко?
   По приказу Гискона оттащили на тысячу шагов подальше от города самый старый и плохой торговый корабль. Думал, выйдут в море и потопят. Но открылось окошко в передней части корабля, ударил оттуда гром с дымом, а гаулу разорвало на две части, причём середина превратилась в щепки с дровами, а нос и корму в стороны отбросило.
   Пользуясь всеобщим охренением, суматохой и вечерним бризом, дующим с моря на Большую землю, парусник вышел в пролив, а дальше с некоторым трудом в открытое море и на юго-восток.
  

Глава 5. Спасённые

  
   Вечером шли неплохо, а ночью ветер утих, и едва позли через пролив. Утро встретили на траверсе Сеуты.
   Командир карфагенского патруля, ночью отдыхавшего севернее, в городке Картея, на рассвете поднялся на наблюдательную вышку. Осмотрел горизонт и увидел ближе к южному берегу парус.
   - Опять кто-то пытается проскочить. Глупец, - буркнул под нос воин и поспешил к триерам. Внезапно споткнулся, и тут же перед носом чайка нагадила сверху, едва на голову не попав.
   Корабли вышли и стремительно помчались, было, наперерез. И тут командир с ужасом осознал, что парусник идёт с запада. Тут же развернулись и стали догонять, даже паруса поставили. Однако, преследуемый корабль шёл бойко, и триеры нагоняли с трудом.
   Пенкрофа тоже обеспокоили преследователи. Потому приказал поставить и брифок. Однако, длинные и узкие военные корабли постепенно догоняли, и экипаж шхуны "Старгейт" начал готовиться к бою.
   Когда подошли на полкилометра, подул свежий ветер, и триеры стали отставать. Там, правда, уже до этого гребли, закинул языки на плечи, а под конец и вовсе приуныли.
   Ближе к вечеру кормчий гаулы из Гадеса рассказал, как с тысячи шагов этот парусник потопил корабль на пробу. И командир патруля внезапно понял, что им всем повезло. Зря не обратил внимание на примету, а чайка ведь предупредила.
  
   Через неделю, когда парусник был уже между Сардинией и Сицилией, разразился страшный шторм. В самый разгар волны достигали высоты четыре метра, если не все пять. Болтанка была приличная, но "Старгейт" уверенно шёл на юго-восток. Шторм уже заканчивался, как Николай закричал:
   - Слева на одиннадцать часов человек за бортом.
   В подзорную трубу заметили обломки судна, на которых держалось трое человек.
   Акамант, кормчий погибшего корабля, оправдывая своё имя, упорно держался за обломок корабля, хотя пояс с драгоценными камнями тянул вниз. Рядом ещё плавали Кастор и Сизиф. Но утихающий шторм давал мало шансов на спасение усталым эллинам. Да если б кто и оказался рядом, то не рискнул бы отбирать добычу у Посейдона в такую погоду. Но Кастор вдруг вытянул руку и показал на запад. Его товарищи посмотрели туда и увидели парусный корабль, борта которого сверкали серебром с зелёным отливом, и с высокими мачтами, о чудо, с парусами. Он шёл прямо на незадачливых моряков, сбавляя ход.
   "Старгейт" остановился рядом, и с него, к удивлению погибающих, спустили лодку. Подошла к ним, и всех вытащили из воды. Все трое эллинов мешками свалились на дно, и так лежали до возвращения лодки. Их, обессиленных, талью подняли на борт и завели внутрь. Дали попить пресной воды, помогли раздеться, завели в странные крохотные комнаты, где облили пресной водой, вытерли мягкими кусками ткани, помогли одеться в странную одежду и привели в другую комнату, с большим столом. По случаю шторма из горячей еды супа не было, только каша из коричневых зёрен в форме пирамидок с горячей жареной бараниной.
   Спасённые с удовольствием поели, а им поднесли и по маленькому стакану с прозрачной жидкостью, и горячей жидкости со вкусом сушеного винограда. Акамант одним махом выпил это совсем бесцветное вино, слабо пахнущее хлебом, и едва за горло не схватился, огнём полыхнувшее. Запил отваром сушеного винограда. Очень скоро по телу пошло приятное тепло. Принял с удовольствием кружку хорошего испанского вина, и на сон потянуло. Члены экипажа корабля увидели и отвели спать.
  
   Акамант проснулся с трудом, весь уставший. Все мышцы болели так, будто с утра до ночи грузил железо. Застонал и открыл глаза. Обнаружил себя на узком ложе, накрытый тонким войлоком. Почувствовал, что оно едва заметно качается. Оглядел комнату, но кровать стояла неподвижно.
   - Как вы, почтенный Акамант? - спросил с соседнего ложа Кастор.
   - Едва живой. Но где мы? - спросил бывший кормчий.
   - Посмотри в окно, - посоветовал Сизиф.
   В небольшой комнате с четырьмя двухъярусными кроватями было два шкафа, а по центру длинной стенки, напротив двери, круглое окно, закрытое стеклом. Ого! Большое.
   Кряхтя, эллин поднялся и посмотрел в него. На малой высоте за ним было море.
   - Вы хорошо? - спросил на паршивом эллинском языке незнакомый худощавый пожилой мужчина с четвёртого ложа нижнего яруса. - Я Юрий.
   Акамант застонал и обратно лёг. Всё тело было разбитое.
   - Фидель! - крикнул за дверь пожилой сосед по комнате.
   Прибежал смуглый бородач и стал спрашивать, как себя чувствуют эллины. Тоже плохо разговаривал на греческом, но немного лучше. Узнал, что просто сильно устали, успокоился и спросил, надо ли что. Проводил в отхожее место, что на корабле закрытое от непогоды, и сильно удивил кормчего, показав, что вместо камушков использовать. И как смывать за собой морской водой, затем умывальник.
   - Что это за одежда? Из ваших запасов? - спросил Акамант, показывая на футболку и штаны на себе. - И где наша?
   - Ваша сохнет. Одели вас из запасов. И пояс ваш мы не открывали, - с усмешкой добавил целитель к облегчению кормчего.
   - И тебе понадобился фальшивый папирус? - с насмешкой спросил Сизиф. Акамант только кивнул в ответ. - Я выглядывал наверх на рассвете. Представляешь, мы уже прошли Священный остров.
   - Что? - удивился кормчий.
   - Кастор ещё юнец, а я ненамного больше тебя в море, и узнал остров. Мы до рассвета проплыли больше пятисот стадий.
   - Осторожнее, я помогу, - сказал Юрий. По лестнице поднялись на палубу и увидели слева по курсу землю.
   Эллины сразу опознали берега Сицилии у города Лилибей. Вдалеке виднелось несколько судов. Тут Акамант кое-что вспомнил и посмотрел за борт. Оный очень смахивал на серебро.
   - Это белая бронза, а не серебро, - пояснил один из матросов, ровесник Акаманта.
   - Наверх погляди, почтенный, - посоветовал Сизиф.
   Хозяин погибшего судна глянул вверх и обалдел. Сложная система из двух или трёх мачт, третья из которых торчала вперед из носа почти горизонтально, десятки верёвок и больше десятка разных парусов. Только два паруса были прямые, как на привычных эллинам и финикийцам судах. Остальные были косыми.
   - Зачем такие паруса, и столько? - спросил бывший кормчий.
   - Так надо. Косыми парусами снизу хорошо управлять. И с ними поперёк ветра хорошо плавать. Увидите.
   Да, эллины пока не понимали, зачем так, но парусник удивлял. Шире триеры, но столь же быстрый. Надстройка ещё была зачем-то с многочисленными окнами. Туда заглянули и поразились обилию саженцев. Часть груза, однако.
   А на корме не увидели ни одного рулевого весла. Зато сидел один член экипажа на возвышении в будке у колеса на стойке с многочисленными ручками. Акамант подошёл и спросил, что это. Оказалось, что вместо рулевых вёсел. Окна там были сняты, но, как сказали, могут быть очень быстро поставлены на место с толстыми стёклами. Как рядом в комнате с названием "штурманская рубка", куда иногда заходит вахтенный начальник.
   - Это простой корабль для перевозки людей и грузов. С ним спокойно справляются восемь человек, - заявил смуглый рослый бородач, часто мигающий. - Есть и лучше и больше, сложнее парусные корабли. Я капитан, меня зовут Пенкроф. А вот вахтенный начальник, Ричард.
   - Простой корабль? - удивились эллины. - Во всём Внутреннем море нет ничего похожего.
   - Средний, я бы сказал. Не простая большая лодка с одним парусом и вёслами, а настоящий корабль. Но и не плавучий дворец или особенно быстрый корабль далёкого плавания, - объяснял Бонадвентур.
   Акамант хотел ещё что-то сказать, но тут позвали внутрь корабля на завтрак. Оный был очень плотный. Состоял из средиземноморского тунца, пожаренного с луком на чугунных сковородах, а также хлеба. Оный был белый и чёрный. Оба на дрожжах! Стояли ещё пара блюд со свежими и маринованными огурцами и оливками из Гадеса и амфоры, как оказалось, с отваром изюма и вином. И стеклянный кувшин с бесцветной жидкостью. Ещё каждому дали четырёхзубый инструмент для еды, оказавшийся очень удобным для общей посуды.
   - Что тут? - растерянно спросил Сизиф.
   - Тунца мы на рассвете поймали. Оливки из Гадеса, оттуда же лук и масло оливковое. Хлеб белый из пшеницы, купленной в Гадесе, а чёрный из ржи с добавлением пшеницы, закваски и тмина. Вино у нас и своё есть, но на столе испанское. Если пить неохота, есть горячий отвар изюма с яблоками. Можно заварить ячменный кофе. Вода разбавить вино есть, но мы обычно пьём не разбавляя, только запивать можем. А это водка. Её пить принято понемногу, если нет желания сильно напиться, - рассказал Сайрес, старший из присутствующих. - Будете?
   Не все пожелали перед началом завтрака принять водку, но эллины рискнули. Да, пьянит сильно, и приятно потом. Но вино вкуснее. Правда, никто много не выпил водки, а вот потом добавили, кто хотел, по чашке лёгкого испанского вина. Сизиф обратил внимание, что никто не был склонен много пить, хотя вино любили неразбавленное, между тем как многие греки и разбавленным вином напивались до уподобления свиньям.
   А чёрный хлеб оказался вкусным, жареная рыба к нему была просто замечательной. Потом белый хлеб кушали с сыром, коровьим маслом и вареньем. Запивали отваром изюма или свежезаваренным молотым ячменем, который почему-то назвали ячменный кофе.
   - Я хоть и кормчий, но даже дома скромнее питаюсь, - отметил Акамант.
   - Ничего тут слишком уж дорогого нет. Самая большая роскошь это тунец, которого сами поймали, - заметил рослый рыжий варвар.
   - А хлеб откуда?
   - Сами испекли. Вот видите чернокожего? Его Наб зовут. Он судовой повар, ему по очереди помогаем на кухне. Что ж тут удивительного? - спросил Пенкроф.
   - Я не слышал, чтобы даже богачи так в плавании питались. Мы так едим только в портах, и то это дорого. Чаще в харчевнях подешевле в прибрежных городках или деревнях, или на берегу вечером готовим ужин, или в море кушаем то, что не надо на огне готовить, - рассказал кормчий.
   - И сколько дней в море без горячей пищи проводите?
   - Когда как. Самое большее было дней десять.
   - Для Внутреннего моря долго. За Геракловыми столбами и полсотни дней бывает. А живот если испортил, то потом до конца даже лучшие целители вроде нашего Фиделя не вылечат, - отметил рыжий. - И если возможно, то нужно кушать хорошо приготовленную еду.
   Тут Кастор по неопытности задал вопрос, за который ему в укромном уголке собратья по несчастью помяли рёбра кулаками:
   - Мы у вас теперь рабы?
   - Мы этого не говорили, - заявил неприметный светловолосый мужчина, прежде молчавший. - И продавать вас в рабство на каменоломни или рудники точно не будем. Разумеется, если будете хорошо себя вести. Но вот услужением отплатить за спасение вам придётся. Сегодня работать не будете. А потом придётся помогать. И многое рассказывать. Для начала поможете нам хорошо научиться греческому языку. И подсказывать во многих вещах, что и как принято делать. Вы откуда?
   - Из Сиракуз.
   - Очень хорошо. Нас там интересуют люди, которые лишней славы не любят, но их знают все, кто должен знать для важных дел. Кто для всех редко что говорит, но когда говорит, то их слушают и выполняют, - Андрей как мог, так и пояснил интерес.
   - Через моего дядю с ними надо разговаривать, но он тоже немаленький человек. Мне деньги на корабль одолжил, который утонул. И заинтересовать надо. Вы же не сказали, кто такие и откуда, я даже названия этого корабля не знаю, - ответил Акамант.
   - Почему утонул? - спросил Пенкроф. - Какой ваш корабль был?
   - Длина тридцать пять локтей, ширина двенадцать. Одна мачта с одним парусом. Без палубы. Четыре пары вёсел, но нас всего было восемь человек. В бурю волны были до десяти локтей. Бычьи шкуры, которые на время шторма поставили на борта, не выдерживали. И сами борта тоже затрещали. Деревяшки, соединявшие доски выскакивали или ломались, корабль разболтался и стал тонуть, разваливаться. И когда доски для гребцов, соединявшие борта, от удара волны треснули, я приказал выбрасываться за борт с теми кусками дерева, что хорошо плавают.
   - Глупцы!!! - рявнул Пенкроф. - Разве нельзя было крепче сделать корабль? Палубу поставить, скелет крепче смастерить?
   - Так как мой корабль построен, принято их мастерить. И денег на укрепление не было, - развёл руками кормчий. - Больше груза можно взять. И такие большие волны редкость.
   - Смотрите сюда!!! - и Пенкроф показал на бимсы, карлингсы и пиллерсы. - Это для того, чтобы наш корабль выдерживал бури за Геракловыми столбами. И он выдерживал, не развалился, и даже вода внутрь не текла. Самые большие волны, которые мы видели, были высотой по сорок локтей, даже немного больше.
   Тут в кают-компанию, она же столовая, забежал вахтенный матрос и сказал:
   - Прямо по курсу корабль, расстояние меньше трёх миль.
   Все встали, но Сизиф внезапно пальцем показал на материал сковороды: она была отлита из свиного железа. Никто и никогда во Внутреннем море не видел ничего отлитого из этого материала. Потом увидели, что и якоря тоже.
   Ричард, бывший в данное время вахтенным начальником, подал Пенкрофу бинокль со словами:
   - Вы сами приказали докладывать о судах по курсу ближе трёх миль или совершающих опасные маневры в стороне от курса. Оно на том же курсе, что и мы, но медленнее идёт.
   Капитан посмотрел и подал бинокль Акаманту. Тот посмотрел недоверчиво на прибор, приложил к глазам и дёрнулся. Но тут же осознал, для чего бинокль, и увлечённо стал разглядывать корабль. Как будто с расстояния двух стадий увидел знакомое судно.
   - Это же "Любимец Протея". На нём кормчий мой двоюродный брат Дорос, - воскликнул эллин. - Если мне дядя деньги в долг дал, то ему подарил судно.
   - А твой отец что?
   - Погиб на войне с Карфагеном при Дионисии Младшем. Семью я потерял, когда Сиракузы были разделены между Тимолеоном, Дионисием и Гикетом. У Кастора родители тогда же погибли. Сизиф тоже одинок. Мы воевали под командованием Тимолеона в битве при Кримиссе год назад. А дядя Тихон вместо сыновей отправил наёмников.
   - Паршиво, - отметил Пенкроф.
   - Не совсем. Большая часть денег на мой корабль была из трофеев, - усмехнулся Акамант.
   - Год назад, говорите? - внезапно заинтересовались люди из экипажа. Один из них посмотрел что-то и сказал другим. Все обрадовались.
   - Вы не сказали, откуда, и кто такие, кто вас послал, - напомнил кормчий.
   - Большинство тут из страны, которую можно назвать Новая Гиперборея, - заявил Александр Волк. - Старой давно нет, но на севере жить можно. По уму даже хорошо жить. Почему про нас никто не слышал, пока вам знать рано. А отправил помочь Элладе стать ещё более великой тот, кого вы знаете под именем Прометей. Но у него, хотя прямо не сказал, есть поддержка и других богов. Многих, сильнейшие из которых это Кронос, Зевс, Посейдон, Гефест, Урания. Вашими именами называю, потому что у разных народов одни и те же боги имеют разные имена. Может тот, кто нас отправил, и соврал, но он сильнее Мойр. А точно сильнее только бог пространства и времени, вы его знаете под именем Кронос. Мы агенты Прометея, а он не одинок.
   - Это мёртвые боги, - сказал растерянно Сизиф.
   - Это вы так думаете. Но Прометей покровитель людей этой планеты. Как Посейдон бог морей, воды и всего живого в ней, так Прометей покровитель людей Геи. А есть и другие живые планеты, у некоторых звёзд. По одной из наших сказок, все планеты, где могут жить люди, связаны Звёздными вратами. И по слухам, их создал и спрятал бог, способный повелевать великой пустотой и временем. Он способен лепить пустоту и время как гончар глину, и проносить всё через них. Вы его знаете как Кроноса. Каждая звезда это огненный шар, пылающий почти вечно. И у многих есть мёртвые планеты, каменные шары с парами вокруг. Но не все мёртвые, есть и живые. Наша Гея одна из живых.
   - Что такое Звёздные врата? - ошеломлённо спросил Акамант.
   - Механизм, при помощи которого как из комнаты в комнату можно переходить в другие миры с другим солнцем. Потому в честь них назван наш корабль, что быстро везде пройдёт и куда угодно приведёт.
   - Я не понимаю вас.
   - Мы сами не всё понимаем. Но Гея это шар, который вращается вокруг своей оси и летает вокруг Солнца по кругу. И без понимания этого и без умения пользоваться этим знанием нельзя хорошо плавать намного дальше Внутреннего моря. Если на этом или похожем корабле будешь долго плавать и захочешь стать капитаном дальнего плавания, тебе придётся принять это знание, - вмешался в беседу Сергей.
   Когда корабли сблизились, то было заметно, что "Любимец Протея" к бою приготовился.
   - Хайре Дорос! - крикнул Акамант.
   - Хайре. Акамант?! - удивлённо воскликнул кормчий встреченного судна. - Но почему ты в варварской одежде? И где твой корабль?
   - Вчера был страшный шторм, застал между Сардинией и Сицилией. Мой "Морской ишак" разбили волны в десять локтей высотой. Этот красавец легко выдержал, и нас подобрали, в своё переодели. А вы как?
   - Успели укрыться на берегу. Далеко твой корабль был от Сицилии?
   - Не знаю, стадий пятьсот, наверное.
   - Быстро сюда приплыли, - удивился Дорос. - Признайся, про волны в десять локтей ты соврал?
   - Мы тоже видели волны десять локтей высотой, но наш корабль крепкий. Выдержит в этом Внутреннем море любую бурю, если об скалы не ударится, - вмешался в беседу Пенкроф.
   - А в восточном Внутреннем море? В Эгейском? В Эвксинском Понте?
   - Это же части этого Внутреннего моря, - сказал бывший американский моряк, оглядывая греческий парусник.
   "Любимец Протея" со слов Акаманта в полтора раза был длиннее его "Морского ишака". Имел полноценную палубу и две невысокие мачты с прямыми парусами. Но сделан намного проще, чем "Старгейт". Парусная система примитив, по одному прямому на каждой мачте. Вёсла могут ставиться. Управление двумя рулевыми вёслами.
   - У тебя был похожий? - спросил Пенкроф у Акаманта.
   - Меньше. Без палубы и одномачтовый.
   - Не умеете строить хорошие суда.
   - Почему не умеем? Это достойный корабль, - обиделся Дорос. И другие его матросы нехорошо посмотрели. Акамант тихонько засмеялся.
   - Извини, брат, но даже если ты захочешь нас выкупить и к себе взять, я вынужден признать, что твой корабль хуже чем у них, - заявил бывший кормчий. - У меня же похожий был, и волны его разломали. И с твоим было бы то же самое.
   - Вы трое уже рабы? Не удивлён, - Дорос перевёл тему разговора, его отношение к брату разительно ухудшилось.
   - Они только отработают своё спасение, и будут свободными людьми. Прошу вас считать, что спасённые только денег задолжали.
   - Странные вы люди.
   - Скажи, пожалуйста, твой отец с друзьями на какие деньги может закупить товаров, которые не планировали? - спросил Сайрес Смит.
   - Вам зачем? Разве сможете продать хотя бы на пару талантов товара?
   - Можем и больше.
   - Что у вас есть?
   - Очень хорошее железо, и не только.
   - Мой отец может многое купить, если заинтересуете. Скоро там будете?
   - Мы через два дня, наверное, будем в Сиракузах. При хорошем ветре завтра к вечеру, - ответил Пенкроф.
   - Надеюсь, подождёте. Откуда вы?
   - Новая Гиперборея.
   Расстались довольные, и "Старгейт" вырвался вперёд.
   - На что нам рассчитывать? - спросил Акамант перед обедом.
   - Большинство скорее всего на берегу будут работать, придётся новых матросов нанимать. Можно и вас, - заявил Смит.
  

Глава 6. Сиракузы

  
   Сиракузы со слов спасённых был лучшим эллинским городов, там даже были водопровод и канализация, и самый большой театр. И вид на этот полис открывался шикарный. Город был огромен. На подходе встретила патрульная триера. Командир оказался знакомым Акаманта, и по случаю очень слабого ветра отбуксировал шхуну в порт за мзду малую.
   - Ну что, будешь рассчитываться с бывшими подчинёнными? - спросил Сайрес Смит.
   - Чем?
   - У тебя же янтарь есть.
   Смит подал пояс бывшему кормчему. Тот осмотрел и с удивлением понял, что его не вскрывали.
   - Но откуда...
   - Догадались. Попробовали нагреть, и всё поняли. Ваша одежда сухая.
   - Э, но мне же надо заплатить неустойку за то, что товар не доставил, долги закрыть. Дом отберут, если не заплачу, - объяснил Акамант.
   - Советую продать. Мы идём в восточную Элладу, постараемся поселиться в Геракле Понтийской.
   - Но вы же спрашивали про важнейших людей города, хотели обсудить что-то важное.
   - Мы помним. Но после твоих рассказов решили, что не стоит их дёргать по серьёзным делам кроме торговли. Можешь сказать, что было такое намерение, но усомнились, что следует беспокоить. Скажешь серьёзным людям, что продаём камушки и железо лучше лаконийского и сирийского. Большие зеркала тоже есть.
   После швартовки у причала для судов с большой осадкой явились таможенники. Корабль с удивлением осмотрели, но весьма поверхностно. Небрежность досмотра Пенкроф оплатил золотыми карфагенскими статерами. На вопрос, откуда такие монеты, отговорился дефицитом эллинских денег в Гадесе. Кроме того, по наводке таможенника пришёл начальник порта и за тяжеленный мешочек сиракузских золотых монет купил большое зеркало. Вместе с мечом из очень хорошей нержавеющей стали герои заработали на этой сделке целых полталанта золотых монет.
   Как закончили с первыми делами, так и посыльный прибежал, сказал что от достопочтенного Тихона. Акамант, едва успев продать часть янтаря, выдал по горсти серебряных монет бывшим подчинённым, вызвался проводить в гости к дяде.
   - Что-то мне кажется, что я не зря на том острове прожил столько, - заметил Ричард.
   - Неудивительно. Такое начало торговли мне любо. Саша голова, с ним озолотимся, уже начали, - заметил Лёха. Он пока на слух очень плохо понимал греческий и финикийский, но суть происходящего видел.
   Акамант, посыльный раб, Сайрес, Юрий, Гедеон и Андрей отправились в гости. С собой прихватили лучшего белого и красного вина из винограда, выращенного на своём острове. Заодно изюма из кишмиша. Все попаданцы были одеты по моде советских чиновников, отдыхающих в Сочи: белые рубашки с короткими рукавами, светлые штаны и сандалии. Но Андрей почему-то одел ещё и жилетку, на вопрос, зачем, буркнул "Для сюрпризов", и журналисту посоветовал.
   Тихон жил недалеко, меньше километра. Его усадьба располагалась в Эпиполах. Потому пошли пешком. Двор был обнесён крепкой стеной, и был немалый. А внутри трёхэтажный особняк. Всех пропустили внутрь, Сайреса, Юрия, Гедеона и Андрея попросили подождать в саду у фонтана, а Акаманта пригласили внутрь. Но потом и остальных тоже.
   - Здравствуйте, присаживайтесь, - пригласил на беседу пожилой плотный грек, чем-то похожий на Акаманта, бедного родственника. Некоторое время обменивались любезностями, и Тихон поблагодарил за спасение племянника, потом перешёл к делу:
   - Поторговать хотите, похвально. Я слышал, у вас есть очень хорошее железо? Куплю с удовольствием. И на большое зеркало денег не пожалею. Что-нибудь ещё? Я слышал, вы в Гадесе были. Олово продадите?
   - Олово нам самим нужно, - сказал Смит. - Ещё можем продать драгоценные камни и немного целебного масла. Красную смолу "Кровь дракона" из-за Геракловых столбов. Перец.
   - Какие камни?
   Тихон при рассмотрении гостей про себя двух старших прозвал Управляющий и Философ, ещё двое весьма неглупых охранников, Рыжий и Светлый. Внезапно светловолосый достал чёрную жемчужину идеального облика и формы в окружности толщиной с большой палец. Тихон аж поперхнулся. Никогда не видел такого жемчуга. А Рыжий достал пригоршню разных самоцветов подешевле.
   Местный олигарх купил за большие деньги все драгоценные камни, и флакон с эвкалиптовым маслом, и мешочек с красной смолой с Мадейры, и мешочек с чёрным африканским перцем. Под личным присмотром вынесли сундук с деньгами и отсчитали оговоренную сумму.
   - О железе потом поторгуемся, когда я сам с доверенным кузнецом посмотрю, какое оно. Сейчас поужинаем и обсудим дела поважнее, - с этими словами владелец особняка хлопнул в ладони, и рабы вынесли вина, чистую воду и разные деликатесы. В их числе оказался и чёрствый белый хлеб.
   Всем налили понемногу вина на пробу, оное оказалось очень густым и сладким даже против портвейнов Массандры. Затем стали разбавлять и кушать жареных и тушеных птиц и тунца, закусывая хлебом. Были фрукты и овощи. Как перекусили, Тихон спросил:
   - Меня интересуют регулярные поставки всех этих товаров, что скажете на это?
   - С железом и маслом полегче будет, а ради всего остального вам надо как-то организовать большую войну против Карфагена, чтобы заставить его убрать свой флот из Геракловых столбов, чтобы эллинские корабли могли там свободно плавать в обе стороны. Не знаю как договоритесь, но тут нужны силы всей Сицилии, южной Италии и Массилии. Я бы ещё и старую Элладу пригласил бы, - объяснил Сайрес Смит.
   - Это невозможно. Мои слова имеют большой вес, но не настолько же, - грустно покачал головой Тихон. - А с железом?
   - Одно из двух. Нам нужна власть хотя бы на правах одних из главных людей в городах Заканф, восточная Испания. Или Гераклея Понтийская, в которую направляемся. Побольше людей в помощь, и работников, и охрана. Даже надо подготовиться к большой войне на случай великого набега местных или нападения флота Карфагена. Я про Заканф, - обрисовал картину американский инженер.
   - Придётся договариваться с большими людьми Массалии, не говоря уж про местных. Тоже очень тяжело, - оценил местный олигарх. - Сомневаюсь. А с маслом?
   - С маслом полегче потому что вам вообще ни о чём не надо беспокоиться. Его добывают из листьев высоких деревьев на большой земле очень далеко к юго-востоку от Индии. И добираться туда слишком далеко, - вмешался Юрий Снегов, вспомнив уроки бизнеса 90-х годов. - А с Заканфом решать вопрос не следует торопиться. Нужный нам камень для дешёвого железа там далековато от берега, стадий пятьсот. Потому мы сначала решили, что попробуем устроить выплавку в Гераклее Понтийской или рядом. А для продажи металла в Сиракузах найти на месте подходящего человека.
   - Я справлюсь с работой посредника, - расцвёл Тихон. - Ещё есть такое дело. Финикийцы откуда-то через Гадес олово возят, и не только из Испании. А в Массилию янтарь. И мы хотим узнать, откуда. Я дорого заплачу за сведения.
   - Не имеют ценности эти сведения, пока вы не пробьёте проход через Геракловы столбы, - заявил Смит.
   - Вы же как-то прошли.
   - Ночью проскочили. Можем и потопить патруль, но сами не сможем победить Карфаген, - пояснил Сайрес.
   - Я заплачу, а дальше видно будет. По двадцать мин за карту с описание путей к олову и янтарю, - решился олигарх. Рискованно было, но эти торговцы были людьми серьёзными и честными. А самое главное, организация экспедиции была дороже.
   - Мой помощник нарисует, - Юрий на Андрея кивнул. - Но неплохо бы вам показать нам карту Геродота. И аванс.
   Тихон и его доверенный капитан, которого позвали, дёрнулись, увидев точные контуры Пиренейского полуострова и западного берега Франции. Ещё сильнее удивились, когда Андрей рассказал про приливы и отливы Бискайского залива. Потом у берегов Франции нарисовал южную часть Британии и указал, что на юго-западном полуострове месторождения олова.
   - Очень интересно. Вот ещё деньги. А янтарь?
   - С ним сложнее. К северу от Европы есть ещё одно внутреннее море, к северу от которого есть ещё один огромный полуостров. Западная часть его это Скандинавия, восточная Суоми. Смотрите сюда. Юг Скандинавии с запада прикрыт огромным низменным полуостровом, вот, рисую. И на западном берегу надо искать янтарь. Но местные варвары сами после каждой бури собирают на песке, так что у них самих надо спрашивать и покупать. Но это не главное месторождение на севере, - и Шилов сделал демонстративную паузу. Получил обещанную награду до конца и продолжил. - Вот карта Янтарного моря. Главные залежи янтаря вот тут, на юго-востоке. Как доберётесь, я не знаю. Но это будет очень трудно, если не решите проблему карфагенских кораблей на Геракловых столбах.
   - Карту рек к северу и западу от Массилии можешь показать? - спросил Тихон, выложив ещё неплохую кучку золотых монет. Правильно угадал, Шилов, будучи геодезистом и разведчиком, прекрасно запомнил карты.
   - Почему вы, хоть и большие люди, сами матросами работаете? - внезапно спросил олигарх. - Мне всё рассказали.
   - После того, как один из наших величайших царей, чтобы научить народ новому, не гнушался сам участвовать в строительстве кораблей и создании механизмов, руками работая, никому не стыдно самому что-то мастерить, - заявил Юрий. - Да и один мелкий эллинский царь, Одиссей, кажется, сам землю пахал.
  
   Расстались весьма довольные, и все вышли из особняка. Тут Сайрес Смит спросил:
   - Акамант, почему твой дядя такой богатый, а тебе пришлось искать деньги для своего корабля? У себя не смог хорошо пристроить?
   - Мой отец сын наложницы моего деда, а дядя сын от законной жены, - объяснил бывший кормчий. - Хорошо хоть как-то помогает, с взаимной выгодой.
   - Твой дом далеко? - спросил вдруг Андрей.
   - Вы ко мне в гости хотите зайти?! - удивился эллин.
   - Да, посмотреть, как народ победнее живёт. И есть ещё одно дело, не для чужих глаз, - заявил Шилов.
   Квартал, в котором жил Акамант, был не самым бедным, но и не для богатых людей. Если у Тихона был особняк, украшенный мрамором и даже слоновьей костью, то дом кормчего был хоть и не слишком маленьким, но из самана.
   Двухэтажный скромный дом, слепленный из глины с соломой, а перекрытия деревянные с глиной, крыша соломой крытая. Второй этаж был скорее мансардой, чем нормальным этажом. Стены побелены известью. В квадрате, образованного зданием и стенами, была пара сараев из самана и одна олива.
   Во дворе какая-то женщина средних лет суетилась, наводя порядок, а печь в форме купола или половинки яйца, разжигал какой-то молодой парень.
   - Кастор? - удивился Смит.
   - Вы к нам в гости? Рад вас видеть, - обрадовался юный матрос.
   - Клеопатра вдова, потеряла дом и мужа, а у меня, когда свергали Дионисия Младшего, семью вырезали. Вот мы и стали жить вместе. Кастора к себе на корабль взял, её старшего сына, - пояснил Акамант. - С нами ужин разделите?
   Получив согласие, обрадовался. Тут вдова спросила:
   - Мой мальчик рассказал, что вы умеете готовить очень вкусную ячменную кашу. Научи, пожалуйста.
   Профессор посмотрел на неё, закашлялся, а Клеопатра покраснела и отвернулась.
   - Кастор, вот монета, сбегай и купи кусок жирной свинины, половину мины, больше не надо. Морковь, лук, чеснок, перец, лавровый лист и оливковое масло у вас есть? Очень хорошо, и без перца можно, - сказал Юрий, пытаясь сдержать внезапную страсть к вдове.
   - Вам показать, где ближайший хороший бордель? - с усмешкой спросил кормчий.
   - Да, но после ужина, ближе к кораблю, - сказал зачарованный Снегов.
   Кастор вернулся очень скоро со шматом свинины. Юрий мелко порезал мясо и стал жарить. Клеопатра мелко порезала морковь с луком, и профессор вместе всё пожарил. Всё поместили в большой котел, затем немного обжарили перловую крупу, тоже в котел, туда же чеснок и лавровый лист, не забыли про воду. Тушили на огне в печи.
   Готовый, слегка пригоревший перловый плов ели с восторгом, запив разбавленным красным вином. Хватило всем, и наутро много осталось. Дом осмотрели. Удивило, что вместо шкафов были сундуки, пару лож было. Сайрес обратил внимание, что вообще нет стекла в доме, только ставни, и металла мало. Пол глинобитный на первом этаже. Перекрытие из досок.
   - Как вы еду готовите в плохую погоду? - спросил Юрий.
   - Тоже во дворе, если совсем уж плохая, то, как бедняки, разжигаем костёр на полу, потом угли отгребаем и жарим блины.
   - ?!
   - У нас не принято внутри домов готовить еду, разве что у богачей. Меня потому и удивило, что у вас внутри корабля это делается.
   - Зато у нас в доме принято. Жили в холодных краях, зимой так как вы одеваетесь и строите дома, у нас выжить невозможно. Стёкла и черепица у нас не роскошь, а необходимость.
   - Нет денег на черепицу. Когда разбогатею, сделаю всё лучше, - смущённо сказал Акамант.
   - Мы обещали, что за помощь в торговле вы трое будете свободными. А про то, что Тихон за карты заплатит, речи не было. Но я на этом заработал, уверен, что с тобой надо поделиться, - заявил геодезист и отсчитал пятьдесят золотых декадрахм, столбиками по десять монет. - Пять мин тебе за посредничество. Надеюсь, хватит десятой части от платы.
   - Не ожидал, удивили. Мой дядя попросил с вами поплавать и научиться с вашими парусами работать, подсмотреть конструкцию корабля. В награду пообещал мне бесплатно первый парусник построить, - разоткровенничался хозяин дома. Оценил честность гостей и тем же расплатился. - Но что дальше с нами будет?
   - Будете матросами пока работать. Пока не научитесь хорошенько, три обола в день. Потом четыре во Внутреннем море. Когда будете плавать по океанам, драхма в день опытным матросам, малообученным четыре обола.
   - По океанам? - удивился Акамант.
   - Величайшие моря. Их пять. Атлантический океан, к западу от Геракловых столбов, Европы и Либии, Индийский к востоку от Либии и югу от Индии и восточной Персии, Белый океан к северу от Европы и Азии. Есть ещё два, но про них потом расскажем, - пояснил Юрий. - Там тяжелее плавать, особенно строгие требования к кормчим. Ты хоть умеешь читать и писать, и таблицу Пифагора знаешь?
   - Да, конечно. Остальному научусь, чего не хватает, - кормчий сообразил, что ещё многое надо знать для плаваний по океанам. В первую очередь непонятно, как там не заблудиться.
   При возвращении на корабль никаких происшествий не случилось. Какие-то мутные личности наблюдали, но напасть не решились, особенно при виде длинных кинжалов, что извлекли из-за жилетов Гедеон и Андрей, а также лёгких коротких железных копий, очень быстро собранных из четырёх частей.
  
   Вечером, кто оставался, не скучали. По очереди сходили к ближайшим лучшим продажным девчатам, и закупили еды. Хотя сложно было, большая толпа ротозеев была. Заметили даже с десяток паланкинов.
   Ночь прошла спокойно в общем-то. Немалую роль сыграл в этом Сизиф, который показал ювелиру мельхиоровую ложку, а ювелир всем у пристани заявил, что обшивка не из серебра, а белой бронзы. Топ лаял часто, но нападений не было. Сергей обратил внимание на несколько весьма наблюдательных типов с бандитскими мордами, которые, как услышали о намерении идти в Афины, так умотали в сторону и уплыли на восток на парочке полувоенных кораблей. Сие встревожило Акаманта, когда узнал, но Пенкроф и Белов кровожадно захихикали.
   С раннего утра договорились с носильщиками, и те в амфорах натаскали воды из ближайшего ответвления городского водопровода. Эти гаврики были рады стараться за халк за каждый ведёрный кувшин.
   Потом заявился Тихон с охраной и купил несколько клинков из легированной стали, стального литья, ещё рискнул взять мельхиоровых отливок, масла эвкалипта, сахара, древесины, перца, красной смолы. А чуть позже ещё подтянулись богачи.
   К обеду уж думали сворачивать торговлю, чтобы плыть на восток, но тут явилась целая делегация во главе с каким-то пожилым мужчином, лет семидесяти. Акамант удивился и тихонько сказал:
   - Это сам Тимолеон, величайший из ныне живущих эллинов.
   - Величайший из эллинов Сиракуз? - спросил Смит.
   - Нет, всей Ойкумены.
   - Думаю, в восточной Элладе найдётся ещё несколько человек, не менее великих, но раз такое дело, найдётся, что обсудить, - заключил Юрий.
   - Хайре, - поздоровался старик. Ему ответили, и получили вопрос. - Можно к вам в гости на корабль? Я плохо вижу, но таких судов никогда в жизни не встречал. Откуда вы?
   - Новая Гиперборея. Заходите, посмотрите, - пригласил Снегов.
   - Странно вы торгуете, мало что купили. Еду, и всё.
   - У нас своего зерна с собой немало, а вот оливы у нас не растут, зимы слишком холодные.
   - И пшеница растёт, и виноград?
   - Часто у нас неурожаи пшеницы. Виноград наш особый, быстро зреет, и хорошо переносит холодные зимы, - объяснял Юрий.
   - Холодные это какие, когда снег идёт?
   - Когда коровьим маслом можно гвозди забивать, - влез Сергей в беседу. - Акамант спрашивал, как наш корабль легко выдержал шторм. Потому и выдержал, что он родом от наших старых кораблей, называемых коч. Знаете, что с водой бывает на сильном холоде?
   - Видел в горах зимой, было такое. Сверху корка затвердевшей воды. И говорят, такое к северу от Эвксийского Понта бывает, - рассказал один из спутников Тимолеона.
   - Чтобы плавать к северу от Европы и северной Азии, которую мы Сибирь называем, и нужны очень крепкие суда. Даже летом можно встретить поля застывшей воды в Белом океане. И она способна поломать корабли. Потом мы поняли, что и от больших волн крепкие борта хорошая защита. Ещё на кораблях принято ставить печи, и тут есть. Вон трубы, - объяснил и показал Белов.
   - Что ж там ценного?
   - Охота на зверей с ценным мехом, много морской рыбы, и в земле есть бивни мёртвых мохнатых слонов.
   - Это очень интересно, - заключил Тимолеон. - Но говорят, что у вас есть большие зеркала, я вижу окна из стекла. И железо у вас очень хорошее. Если вы можете у нас всё это делать, я попрошу Собрание граждан, и вас по моей просьбе сделают гражданами Сиракуз и выделят земли, сколько вам нужно.
   - Простите, что вмешиваюсь, но предложение очень щедрое, соглашайтесь. Я сам метек, хотя рождённый в Сиракузах, - сказал Акамант.
   - Не спорю, - сказал Сайрес Смит. - Но у вас нет того, что нам нужно для изготовления дешёвого хорошего железа. Ни руды, ни угля. Земляного. Но вам всегда рады помочь.
   - Я не знаю, что за земляной уголь, - развёл руками Тимолеон. - Но нам хорошее железо очень надо для победы над Карфагеном.
   - Не здесь его делать. Великий Тимолеон, запомните навсегда. Полисы сицилийских эллинов должны быть вместе как пальцы в кулаке. Всегда. Или вас победит Карфаген или Рим.
   - Рим?
   - Он старается всю Италию объединить. А потом будет спорить с Карфагеном, чьей вы станете добычей, Рима или Карфагена. Или Сицилия будет единым царством под властью хороших тиранов Сиракуз. Выбирать вам. Но власть олигархов погубит вас, - заявил Юрий Снегов.
   - Мне семьдесят лет, и я почти слепой, мало осталось.
   - У нас есть дары от Прометея. Это ещё двадцать лет жизни, и от нас замечательные мечи, - тихонько сказал Юрий. - Вы это заслужили. Но и нам, и больше жителям Сиракуз и Сицилии, лучше, чтобы вы как можно дольше правили Сиракузами и Россией.
   - Я против тирании, её вообще быть не должно, - покачал головой Тимолеон. - Это зло.
   - Это способ управления полисом, городом, страной. Когда тиран хорошо управляет, то намного лучше демократии. А когда дурно управляет или только живёт в роскоши, то хуже.
   - Потому я против тирании. Дионисий старший хоть чего-то стоил, но его сын и Дион...
   - Ты сам можешь замену подготовить, - заявил Снегов. - У нас считается лучшим, когда тирану помогают народные избранники, а преемника сам назначает с утверждением советом. Решать тебе, как лучше, и время будет. Фидель!
   Врач подошёл с драгоценным препаратом с "Наутилуса", стимулирующим способности человека к регенерации.
   - Почему мы должны считать, что это не яд? - возмутился один из спутников стратега.
   Фидель ввёл четверть или пятую часть шприца Юрию, а потом остальное Тимолеону. А Александр принёс и с поклоном подарил Тимолеону меч из хромоникелевой стали. Сам меч был вроде романского узкого, и с гардой в форме чаши. Без украшений, но отлично сбалансирован.
   Старый эллин взял подарок, осторожно махнул, пощупал и остался доволен.
   Один воин шёпотом спросил:
   - А я могу купить похожий?
   - Дороже выйдет, чем из сирийского железа, но можно, - заявил Александр.
   Дальше тиран Сиракуз осмотрел корабль, не расставаясь с подарком. Его помощники тоже. Все удивлялись. И ещё, до того никто саженцами не интересовался особенно, и сейчас поначалу. Но один из олигархов посмеялся:
   - Зачем только виноград привезли, у нас своих сортов много. Выводили для холодных зим, и уверен, что хуже нашего.
   - Я бы попробовал, но негде садить в солнечном месте, - ответил второй. - А под северной стенкой никто не выращивает виноград.
   - Вы правильно говорите, но что-то забыли, - заявил Виктор Сорокин. - Это северные сорта. Им солнца надо много меньше. И тут света даже много. Под северной стеной потому надо сажать.
   - Есть ещё что-то интересное?
   - Я знаю три вида диких винограда, и эти сорта получены при комбинации сортов трёх видов. Ну как смешивать разные породы лошадей и ослов. И у каждого свой вкус. Эти два сорта без семян...
   - ?!
   - Да, и холода не боятся.
   Заядлый виноградарь купил по саженцу каждого из семи сортов. И после первого урожая понял, что правильно сделал.
   После визита Тимолеона окончательно закупили припасы и сходили к лучшим продажным красавицам. Гетеры запросили недорого, когда поняли, что гости города много интересного знают.
  

Глава 7. Бой в Ионическом море.

  
   Утром, когда на рассвете с бризом отчалили, их проводил сам Тимолеон, выглядевший бойким пятидесятилетним мужиком. Ему ещё дали напечатанную на древнегреческом историю Сиракуз, Карфагена и Рима до Третьей Пунической войны, и легко читал.
   Через пару часов Кастор с мачты крикнул:
   - Паруса на горизонте спереди справа по борту. Много.
   Спустились, поглядели, а там большой флот.
   - Посмотри, кто это, - Белов вручил Сизифу подзорную трубу.
   - Это карфагенский флот. Не могу сосчитать, их десятки.
   - Я знаю. Семьдесят кораблей. Морской десант плывёт в Мессену, - сказал на греческом Андрей Шилов. - Вот только я не думал, что наткнёмся на них. Что делать будем?
   - Откуда? - удивился Акамант.
   - Неважно. Но нам лучше с ними не встречаться. Пенкрофа позовите.
   Объявили парусный аврал, и даже брифок поставили. Шхуна шла уже на северо-восток, а флот наперерез, но отставал. Думали, что уже разминулись, оказавшись в паре километров по курсу армады, но заметили, что отделилось несколько судов.
  
   Гискон, полководец, лично возглавил перехват неизвестного парусника, пересекшего курс флота. Вырвался вперёд на флагманской пентере "Кулак Баала", а четыре триеры шли попарно по обе стороны пентеры на случай всяческих маневров. Все паруса были подняты, и им помогали гребцы.
   Когда парусник пересёк курс, расстояние было около пятнадцати стадий. Было плохо видно, но какой-то странный торговец. Понемногу догоняли, хвала богам, ветер был слабоват. Когда сблизились на пять стадий, до основных сил флота было больше семидесяти стадий. Всё ближе и ближе. Четыре стадии, три... И тут парусник развернулся, и раздался гром. У крайней правой триеры рядом вода поднялась столбом, и тут же вспышка у левого борта. Гискон увидел огромную дыру в борту, а триера сильно качнулась вправо, потом влево, и стала хлебать воду, скоро затонула.
   Парусник довернул, и снова гром. У левой крайней триеры рядом всплеск, и тут же вспышка на мачте. Лёгкий корабль сразу потерял ход. А вот правая ближняя триера погибла быстро: что-то громыхнуло сзади внутри, встала на дыбы и ушла под воду.
   Полководец обомлел: он ждал, что бой будет безнадёжный, но для парусника, а не его флотилии. Торгаш непонятно как, но потопил две триеры, и третья небоеспособна. И тут бахнуло так, что на секунду потерял сознание, и, очнувшись, понял, что планирует с неба, лёжа на обломке боевого помоста, а снизу ещё громыхнуло.
   Тем временем через развороченный нос пентеры влетел ещё один снаряд, и уже внутри взорвался. Триерам за глаза хватило трёхдюймовок, а по пентере ударило два 120-миллиметровых фугаса. Последняя триера стремительно стала разворачиваться, осознав перспективы, да так, что черпала воду, и попробовала уйти, маневрируя. Да только попадание фугаса в корму, мягко говоря, осложнило эту затею.
  
   - Почтенный, они за нами гонятся! - воскликнул Акамант, наблюдая за флотом.
   Неплохой ветер помог пересечь курс оного в пятнадцати стадиях. Хотя пришлось потрудиться с парусами. Трое эллинов пока мало что понимали в парусном вооружении, но честно тянули те верёвки такелажа, на которые им указывали. Сейчас напряжённо ждали результата.
   Внезапно от карфагенских кораблей отделилось целых пять, один намного больше остальных. Все посмотрели на них, эллины идентифицировали четыре триеры и одну пентеру, довольно распространённую в карфагенском флоте.
   - Если ветер не ослабнет, то уйдём, - заявил капитан.
   Но, как оказалось, боевые корабли строем фронта догоняли шхуну. И замысел ясно проглядывался: пентера строго сзади подходит, а по две триеры с каждой стороны идут, чтобы перехватить при попытке поворота.
   Когда расстояние сократилось до двух километров, экипаж засуетился, большинство пошло внутрь. Эллинам приказали на палубе ждать. Открыли люк спереди, и какие-то окна, прежде закрытые, открыли. Прежде, при спасённых, гиперборейцы, не показывали, что там. Притащили вверх какие-то трубы с подставками, одинаковые болванки, пакеты. В носовой отсек аналогично.
   - Если ветер не усилится, будем драться, - сказал толстый старший помощник капитана. - Пенкроф командует кораблём, а я стрельбой.
   - Нам дадите копья, мечи или ещё чем драться? - спросил Кастор.
   - Они вам пока не нужны.
   Боевые корабли Карфагена приближались, а ветер не менялся. Гиперборейцы были напряжены, но почти не боялись, а шансов, казалось, не было. При сближении на пять стадий в четыре трубы зарядили попарно пакеты и болванки, и приготовили ставить.
   Когда расстояние уменьшилось до трёх стадий, Пенкроф скомандовал поворот направо. Приказ и рулевой, и матросы выполнили быстро.
   Если с шхуны считать корабли слева направо, то первым, вторым, четвёртым и пятым были триеры, а третьим пентера.
   Разворот привёл к тому, что до первой триеры осталось только полторы стадии. Парусник приостановил разворот, и что-то громыхнуло два раза под палубой, и потянуло дымом со странным запахом. В сторону первой триеры что-то мелькнуло, и поднялся столб воды с громом у неё. И тут же с грохотом и дымом разорвало её левый борт посредине, корабль наклонился вправо, хлебнул воды через отверстия для вёсел первого ряда, и качнулся влево. Вода хлынула в пролом, и триера очень быстро ушла под воду.
   Бойцы на палубе похватали трубы, и из первой вылетела болванка, поднявшая столб воды слева от второй триеры, со второй трубы снаряд ушёл в воду без разрыва. Третья справа упала, а четвёртая приземлилась в триеру между мачтой и кормой. Взрыв снаряда разворотил дно, но корму не оторвал. И боевой корабль сходу воды так хлебнул кормой, что на дыбы встал и так под воду ушёл. Мало кто смог выскочить и на воде удержаться.
   Эллины как стояли, так и сели от удивления. Но Пенкроф поднял и погнал трудиться.
   А шхуна развернулась так, что трёхдюймовки правого борта оказались направлены на пятый вражеский корабль. Рявкнули, только что перезаряженные, и фугасы улетели к цели. Один промахнулся, второй почти промахнулся. Встретил на пути мачту и взорвался, накрыв экипаж осколками и взрывной волной.
   Но пентера шла в атаку, как ни в чём не бывало, и получила своё. Курсовые 120-миллиметровые орудия, самые мощные на шхуне, по очереди рявкнули. Первый снаряд жутко разворотил нос мощного гребного судна почти до уровня воды. Второй внутри ближе к корме взорвался, так, что всю палубу вспучило необычайно яркой вспышкой, и из пентеры полетели градом красные клочья.
   - Смит, что это было? - спросил Сергей.
   - Первый снаряд был с пироксилином, а второй, на всякий случай, специальный, с взрывчаткой Ледина, - пояснил Сайрес. - Чтобы наверняка потопить.
   Результат боя был такой: пентера изуродованная, но пока на плаву, две триеры утонули, одна без движения, а четвёртая в линии развернулась и бросилась в бегство. Греки из Сиракуз только сидели на палубе, хлопая глазами и с раскрытыми ртами. Однако, команда стрелков обстреляла из безоткатных орудий убегающую триеру, влепив и ей в корму фугас. Сложно было, но ухитрились не поджечь ничего. Специально за этим следили.
   Эллинов облили водой, чтобы в чувство привести, и спустили на воду аж три лодки.
   - Брать в первую очередь золото, серебро и ювелирные украшения, во вторую бронзу, железные изделия подороже и хорошую одежду, - приказал Белов.
   - А это побитое корыто не утонет? - спросил Лёха.
   - Будьте начеку.
   Десантная партия была вооружена копьями, кинжалами и автоматами ППС-43. Хотя ротмистр заявил, что боеспособных членов экипажа быть не должно.
   - Вы почему так думаете? - спросил Герберт.
   - Всех приложило взрывной волной, можешь не сомневаться. Кто не убит, и осколком не ранет, тот контужен.
   - Неплохо бы триеру захватить, - предложил Кастор.
   - Или она нас подождёт, или не стоит жалеть, когда утонет, - заявил Александр.
   Народа на пентере было много, несколько сотен. Но и снаряды мощные. Десанту даже поплохело, как увидели щедро украшенные кишками, кровью и прочими человеческими останками внутренности мощного гребного корабля. Откуда-то слышались стоны и крики на финикийском и греческом языках.
   Перегородки, каркас и балки были сильно побиты и изуродованы. Снизу медленно прибывала вода, а корма горела. Начали оглядываться, и Шилов присвистнул:
   - Это мы удачно зашли.
   Увиденное потрясло: побитые сундуки были полны монет, коих были сотни килограмм. И множество папирусов, украшений. В первый рейс сумели забрать всё золото и серебро, больше ничего не смогли взять кроме нескольких очень дорогих кинжалов. Второй рейс сделать не смогли, потому что пентера бойко тонула, объятая огнём. И триера тоже готовилась к встрече с Посейдоном.
   - Может, спасём триеру? - предложил Сизиф.
   - Там весь корпус поломан, не получится. Лучше отправляйтесь и с лодки копьями добивайте, кто на воде держится, - приказал Пенкроф.
   Простых воинов не пожалели, но одного пленника привезли. Выяснилось, что это командир. Причём всей армии вторжения! Гискон, сын Ганнона Великого. Поддался азарту, возглавил "группу захвата" и всё.
   - Выкупать некому. Позвольте покончить жизнь самоубийством или убейте меня, - попросил полководец. - Только расскажите, как разгромили.
   - Не-а, тогда и тебе придётся нам многое рассказать про Карфаген, про ваши планы и прочее, - нехорошо улыбаясь, заявил Андрей Шилов. Его допросам тоже учили, и сейчас предстояло выдоить пленника досуха.
  
   - Мне вот интересно, мы взяли всю армейскую казну на пентере. Как дальше эти, что идут на Мессену, воевать будут? Без зарплаты. Если наёмники, что делать будут? - спрашивал Снегов. - И не устроят ли на нас охоту за сегодняшний бой? Понятно, что нельзя тратить больше заработанного в Гадесе и Сиракузах, но если вдруг придётся? И как прятать такую гору монет?
   - Думаю, разберутся. Но бардак себе устроят, - ответил Петя.
   - Я всё понимаю, на нас напали, защищаться надо, но нехорошо как-то столько убивать, - с позеленевшим лицом говорил младший Снегов. - И убивали даже тех, кто выжил. Зачем? Бандитом себя чувствую.
   Тут ротмистр подошёл к нефтянику и спросил:
   - А ты хорошо подумал? Если они ведут себя как пираты, то так оно и есть. Думаешь, нас бы пожалели? Ни в коем разе. Я повоевал против врага, который правила войны не соблюдает. Убил многих, и этому только рад. Я негодовал и возмущался зверствами фашистов, но тут часто бывает, что целые города сжигают и вырезают. Запомни: чем раньше убит пират, тем меньше людей им убито. А то, что мы собрали трофеи, то нормально. Или на нас будут бояться нападать, или нас сожрут.
   - И в наше время право сильного никто не отменял, - сказал Шилов. - Я уж насмотрелся.
   - Я служил на атомарине "Дмитрий Донской". И у нас было на вооружении двадцать ракет Р-39, и на каждой по десять ядерных боеголовок по сто килотонн. Мы могли превратить в пепелище Восточное побережье США, и там это знали. И знали, что мы не одни. И потому сибирские месторождения у нас не осмелились попробовать отобрать, - рассказал Белов.
   - О чём вы? - спросил Акамант, слушая разговоры на русском.
   - Обсуждали право военных кораблей на захват мирных кораблей, - отмахнулся Шилов. - Лучше расскажи, почему так много греческих наёмников и у Карфагена, и у Персии. Что неладно в Элладе? Почему они не ремесленники, не крестьяне, не торговцы, не моряки, а за врагов воюют? Что им мешает жениться, детей растить, а не умирать за деньги?
   - А из вашего народа разве нет наёмников?
   - Мало, но я тебе вопрос задал.
   - Женщин маловато. Многие от бедности идут в проститутки. Многие в рабыни. Умирает при родах много. Не хватает женщин в жёны. И ещё не хватает работы. Земли нету, слишком эллины расплодились.
   - А чужие земли? Сицилия же не вся эллинская. А вы против греческих наёмников воюете. Если б они не предавали Элладу, то финикийцы с оружием даже не пробовали бы ступить на землю Сицилии. Да что там Сицилия, и Боспор и Италия тоже, западной Элладой были бы полисы в Испании. А финикийцев мало, вас нанимают, сами же основывают поселения за Геракловыми столбами.
   - Жители разных полисов часто воюют между собой. Не можем договориться.
   - А надо! Мы Тимолеону об этом говорили.
   - Где землю брать?
   - Земли много! Их взять можно. Но надо для этого всем эллинам объединиться, заставить Карфаген пропускать ваши корабли через Геракловы столбы и заселять далёкие земли, - влез Белов.
   - А разве может кто-нибудь? Тимолеон хорошо если объединит всех, как Дионисий.
   - Есть. Узнаешь.
   - Товарищи. Я и Андрей обсуждали, и не только. Все слышали, что сказал Акамант. Надо в Афины зайти, кое с кем поговорить в рамках информационной войны, - заявил Александр Волк.
   - Если получится, - буркнул Юрий.
   - Знаю я одного человека, смогу уломать, - усмехнулся сталевар. - Фиг угадаете.
   - Можно проще. Нас сами найдут деловые люди, владеющие верфями, - заявил Сайрес Смит. - Но о ком ты?
   Услышав ответ и объяснение, качали головой.
   - Думаете, через этого чудика прокатит? - усомнился Сайрес Смит.
   - А вполне, - заявил чекист. - Только сложный характер у этого посредника. А теперь предлагаю всем, кто может, выпить водки. Чем больше, тем лучше.
   - Забыли, где мы? - не согласился Пенкроф. - Тут напиваться нельзя, мы же на стоянке.
   - Даже мне не по себе стало, когда увидел внутри пентеры мясорубку. Остальным тем более. Пока горячка до конца не отошла, держатся. Но уже пора снять напряжение, беленькой, конечно, а не вином. Внутри кой кого стошнило, - объяснил князь Голицын.
   Самые хлипкие в этот же день налакались водки, а как протрезвели, остальные с утра, кто из десантной партии, нажрались. Даже эллины водки напились.
  
   Вечером же вошли в пролив Китира между островами Китира и Андикитира, отделяющий Ионическое море и Критское море. Последнее выделяют не всегда, чаще всего так называют южную часть Эгейского моря. Тут наперерез рванула унирема. Сизиф сказал, что это пираты.
   - Эй, вы, на паруснике, пошлину платите.
   - Кто вы такие? - в ответ крикнул Пенкроф.
   - Мы те, кому платят все моряки, кто не хочет стать добычей пиратов. Сейчас поднимемся на борт и посмотрим, сколько вы нам должны, - заявил командир небольшого боевого корабля.
   - Морские разбойники, значит, - громко сказал капитан Старгейта, а те только заржали уверенно. - Не слишком храбры?
   - Думаете, это наш корабль единственный? За нами наблюдают. И ещё пять, а если надо, то и больше, вас окружат и захватят.
   - Выпускайте Гискона.
   Финикиец вышел в своей одежде, ему объяснили ситуацию, и Гискон заявил:
   - Хотите меня освободить и передать Карфагену за выкуп? Буду рад, если сможете это сделать. Но, клянусь Баалом, лучше не пробуйте. Я, Гискон, сын Ганнона Великого, попробовал захватить этот корабль, имея пентеру и четыре триеры. Потерял всё, и сам в плен попал. Всё ныне мной сказанное, это правда, клянусь Баалом.
   - Сын Ганнона? Я видел твоего отца, признаю и тебя. Верю тебе. Но надеюсь, что на ночь тут пристанете, вас не тронем, - сказал один из гребцов униремы, и этот кораблик шустро уплыл.
   - Пусть дураков в другом месте ищет. На ночь остановки не будет, - решил Пенкроф.
   За парусником наблюдали, но нападения не произошло.
   За ночь прошли пролив и были между Пелопонессом и островом Милос, рядом с каменным островком Велополуа.
  

Глава 8. Афины.

  
   Юго-восточнее острова Эгина, в сотне стадий, на волнах слегка покачивалась триера "Пегас". Афид, командир патрульного корабля, скучал, оглядывая горизонт. Всё было хорошо, только что осмотрел своё судно. Бойцы и гребцы наслаждались отдыхом под тёплыми лучами солнца, ещё не набравшими летнюю силу. Тесновато было, но давно привыкли.
   - Почтенный, на юго-востоке интересные паруса, - показал Нестор, уже немолодой помощник, обладавший на зависть и молодым зорким зрением. - Таких никогда не видел. На нас идёт.
   Афид присмотрелся, но пока не разобрался. Решил и вправду подождать.
   Вскоре незнакомый корабль был близко. Необычайно сложная система парусов быстро несла его вперёд, а обшивка блестела серебром с медной зеленью. Командир скомандовал разворот и подождал подхода. А потом лёг на параллельный курс со сближением.
   - Кто вы? - крикнули с акцентом.
   - Патруль Афин, триера "Пегас". Остановитесь для досмотра, - ответил Афид.
   - Шхуна "Звёздные врата". Досмотр нам и в Пирее сделают. Мы пару раз с морскими разбойниками встречались. Мы к вам лодку вышлем, в гости к нам заедёте.
   Афид подумал и согласился. Взял с собой сына Неокла и второго помощника Фрикса, заодно двух воинов, Агатона и Оксинта. Лодка была интересная, её гребцы называли дори. Высадились на парусник, и спросил, откуда. Ответ поразил "Новая Гиперборея".
   - Почему Новая?
   - Старой давно нет, про которую легенды. Долго и сложно объяснять, - сказал рулевой с лодки.
   - Странная у вас обшивка, - заметил Фрикс, сын ювелира. - Похожа на серебро, но не оно.
   - Белая бронза.
   Неокл показал куда-то, там была труба.
   - Это печь, чтобы греть корабль, когда холодно.
   Осмотр корабля поразил афинян. Правда, на нижнем ярусе груз перебирать поленились.
   И Афида, когда с сыном зашёл в кают-компанию, привлёк внимание накрытый какой-то накидкой шар. Командир триеры сдёрнул и увидел нечто вроде шара на подставке, удивился и пригляделся. Это была странная карта. Помощник капитана стал показывать:
   - Вот Крит, Пеллопонес, это Аттика, Сицилия, Испания, вот Нил, Эвксийский Понт, а вот Индия.
   - ?!
   - Земля круглая. Про это ваш Пифагор писал, и, рассказали, что Аристотель это подтвердил. А у нас даже карта есть, - с надеждой сказал бывший подводник. - Только для афинских мореплавателей она бесполезна.
   - Это ещё почему? - удивился Афид.
   - Ваши корабли из Внутреннего моря выйти не могут. Карфаген никого не пропускает через Геракловы столбы. Сиракузы с трудом защищаются, а эта Эллада разобщена. И раз так, то не может собрать все силы вместе и выбить карфагенские корабли из Геракловых столбов.
   - Мы же объединялись, когда Персидское царство на нас напало.
   - Сейчас сможете? Нужен сильный стратег, чтобы объединить всю Элладу, - сказал Сергей. - Кто там у вас, Фокион?
   - Никто не может быть тираном Афин и всей Эллады. Любого архонта или стратега, который это попробует сделать, неминуемо казнят, - с некоторой грустью пояснил командир триеры.
   - Эллины могут взять себе земель в десять раз, возможно, в пятнадцать раз больше, чем занимает Персидское царство. И увеличить численность своего народа, включая полукровок, в сто раз. Но для этого вы должны стать единым царством. Как Персия или Египет. Потом увеличивать численность, строить корабли, заселять новые земли, - с этими словами Белов показал Америку с Бразилией, Европу и Сибирь, Африку, Австралию... - Но если не сможете, значит хуже тех же персов, и недостойны в отличие от них владеть... Очень большим количеством земли.
   У эллина задёргалась щека, и разве что глаза кровью не налились. Но сдержался, понимая правоту собеседника. И спросил:
   - Почему вы уверены, что без тирании никак?
   - Много ваших женщин умирает при родах, много идёт в порны. Много ваших мужчин умирает наёмниками за Персию и Карфаген. Слишком много детей умирает. Это требует решений, многие из которых людям не понравятся, как горькое лекарство. Вы думаете, что не хватает земли? В Элладе не хватает. Но есть и другие земли. Как эллинов объединить в одно целое, когда ваши полисы между собой грызутся?
   - Сами разберёмся, и демос, и плебос, - надменно заявил Афид.
   - Мы знаниями вам помочь можем, но если считаете себя умнее и более знающими, при своём останетесь. Если повезёт. Удачи, - завершил беседу подводник.
   Тут командир триеры заинтересовался бимсами, карлингсами, пиллерсами. Огляделся и заявил:
   - Хороший у вас парусник, но немного неправильно сделан. Вёсел нету, слишком прочно сделан, и много лишнего. Я бы построил для своего младшего сына, его, парусно-гребной корабль попроще и поменьше. Сколько у вас осадка? Локтей шесть?
   - Да, где-то так. Для плаваний по океану построен, и для ваших зимних бурь пойдёт. А для ваших морей у нас и готовые проекты есть. Вы что, можете для сына корабль построить? - ответил Сергей.
   - Этот слишком сложный, наверное не получится.
   - Получится, уже проверено. При случае расскажу, как.
   - Я сейчас отрабатываю триерархию, а сам владелец верфи, - заявил Афид. - Старший сын унаследует моё дело, этот же шалопай получит корабль, если образумится, остепенится и научится ремеслу моряка. Эх, куда мир катится, раньше молодёжь была лучше, а теперь распущенная.
   - Такие разговоры были в Элладе, Египте и Вавилоне ещё тогда, когда железа не знали, - усмехнулся старпом. - Мы можем научить и строить, и управлять парусниками, но надо ещё договориться. Это важный разговор, предлагаю пообедать.
   Командир триеры отпустил сына и помощника, оставив двух бойцов.
   Кроме засветки глобуса и обед был очень продуманным. Суп из перловки, картошки, жареного сала и маринованных грибов, к которому был чёрный хлеб. А на второе гуляш с картофельным пюре. На тарелках были ещё маринованные помидоры. На третье компот из брусники, ещё с острова которая, как и грибы. Угостили и самогонкой, не забыв упомянуть, что очень полезная жидкость в медицине.
   - Эта ваша бульба очень вкусная. Я б и дальше кушал, - довольно сказал командир триеры.
   - У вас тоже можно выращивать. Как будет у нас земельный участок в Аттике, так и сами будем растить, и на семена продавать, и вас учить растить и готовить, - заявил Александр.
   - Для метэков и иностранцев покупка земли и зданий запрещена, может быть дана такая честь только тем, кто давно живёт у нас и имеет большие заслуги перед Афинами, - пояснил Афид, и по просьбе рассказал, что можно и что нельзя метэкам и иностранцам.
   - Это плохо. Мы планируем зайти в Афины, посмотреть город, кой чего купить, слухи узнать и уйти дальше, в Гераклею Понтийскую, - вздохнул Сайрес Смит.
   - Не думаю, что там законы сильно отличаются, - заявил командир триеры.
   - Разберёмся, может там хорошо договоримся. С вами или другими гражданами Афин нет смысла затевать что-то серьёзное кроме пары сделок. Меч, например, может продать, вы их видели.
   - Это хорошо, но я лучше потрачу деньги на проекты кораблей и обучение экипажей. С другими владельцами верфей скинемся, - не сдавался Афид.
   - Только за деньги нам с вами по этому вопросу неинтересно договариваться, их у нас много, сами можем купить многое, что разрешено, - заявил Смит. - А по другому ваши законы запрещают.
   - Что вы хотите? - вздохнул владелец верфи. - Только учтите, чтобы вам продали землю и здания, нужно пообещать и доказать, что это очень полезно для Афин.
   - Участок земли для выращивания разных полезных растений на семена, неизвестных эллинам, и обучения разным новинкам в сельском хозяйстве. Это первое. Второе. Смотри, - Сайрес Смит дал пару листов бумаги Афиду. - Это понял, для чего? Бумага, дешёвый заменитель папируса. Мы можем делать её из отходов верфей, стружек и опилок, и не только.
   - Поставщики папируса будут очень недовольны.
   - Ну и что? У вас же есть похожие товары для бедняков и богачей. Можно законом закрепить, что все важные решения записывать только на папирусе, остальное на бумаге. И рассказывать, что престижно использовать папирус, а бумагу непрестижно и неподобающе для богачей, но можно. Мы с самой паршивой бумагой в отхожее место ходим, а не с камушками, - предложил американский инженер. - Но мы её будем делать, если нам рядом с верфями и какой-нибудь речкой продадут землю под мастерские под изготовление бумаги. Воды надо много, чтобы бумагу делать. В качестве платы за помощь в строительстве кораблей нового поколения. Ещё и от денег не откажемся, но это главное. Ах да, чуть не забыл, вот листы бумаги, запиши сейчас всё важное, что сказано. Если есть вопросы, задавай.
   - Вы просите то, что мало кому из метэков и чужеземцев дозволяется. Но и предлагаете то, что ныне никто кроме вас не может продать Афинам, - заключил Афид. - Мне надо поговорить со многими большими людьми. И вас с ними свести. Пока больше ничего обещать не могу.
   В это время Неокл сидел на триере и изнемогал от желания плавать на паруснике, уже видел себя в мечтах с седой бородой командиром большого красивого корабля с множеством парусов.
  
   По приходу в порт Афид убежал по делам, а герои сходили на местный рынок прямо в Пирее. Свежих продуктов закупили, цены посмотрели, пару мечей из нержавейки продали, немного стального литья. Издалека полюбовались Парфеноном и статуей Афины через телескоп. Но осторожно, чтобы не будоражить толпу, которая разглядывала "Старгейт".
   Когда с таможней разобрались, так по очереди сходили в лучший портовый бордель. Вина у специализированного торговца дегустировали и закупили оного разных сортов. Причём Виктор Сорокин, отлив из каждой амфоры четверть вина, догнал до верха чачей и объявил, что надо год выдержать. Эллины, это наблюдавшие, офигели, но офицер ПРО, выходец из крымского города Судак, знал, что делал.
   Поздно вечером командир триеры пришёл и рассказал, что пока есть сомнения, что даже в аренду выйдет найти помещения. А о продаже мастерских и земли и думать нечего, но пообещал с утра привести одного человека, которому из афинских политиков можно доверять больше всего. Ночевали все на корабле, на берегу не рискнули, и вахты стояли. Первая ночь была тихой, да и вторая тоже.
   Поздним утром, когда уже готовились сходить в сами Афины, явился Афид и какой-то пожилой крепкий мужчина, небогато одетый.
   - Знакомьтесь, это сам Фокион, наш лучший стратег и политик. И самый честный и порядочный из всей нашей знати.
   - Мы кое-что о тебе слышали. Когда в Сиракузах одни говорят, что лучших из ныне живущих эллинов это Тимолеон, другие, говоря, что это не так, на тебя указывают, - сказал Юрий Снегов. Затем представил всех.
   За столом собрались Сайрес Смит, Гедеон Спилет, Александр Волк, Сергей Белов, Юрий Снегов, Андрей Шилов, Фидель Санчес, Виктор Сорокин и Мстислав Голицын, и, разумеется, Фокион и Афид.
   - Скажите, кто вы такие, и откуда? - внезапно спросил стратег.
   - Из Новой Гипербореи.
   - Я не слышал о больших царства к северу от земель скифов. Почему так? - Фокион оказался ушлым.
   - Афид, мы тут хотим поговорить кой о чём, что тебе лучше не слышать, - попросил Андрей Шилов. - Поверь, есть секреты, про которые никто от тебя не должен узнать даже под пытками.
   Когда командир триеры покинул кают-компанию, Юрий сказал:
   - Мы сказали не всю правду. Мы из далёкого будущего, больше двадцати трёх столетий нас разделяет. А через двадцать пять столетий на небе загорится звезда смерти. Мало кто из зверей, птиц и змей с ящерицами уцелеет, с людьми ещё хуже. Нас собрал тот, кого вы знаете под именем Прометей, так он сказал, и после испытаний отправил вам помочь.
   - Извините, не верю.
   - Посмотрите, узнаёте? - Снегов протянул путеводитель по Афинам начала 21 века с многочисленными фотографиями.
   Фокион взял книжонку и был потрясён. Город узнал с трудом. Сильно побитый Парфенон выглядел паршиво, как и руины Акрополя, но не узнать было нельзя. Храм Гефеста уцелел намного лучше, практически ничего не обвалилось. Чего нельзя было сказать про ныне строящийся храм Зевса Олимпийского. Театр Диониса явно был перестроен с улучшением, и тоже пострадал от времени и войн. Одеон Герода Аттика был незнаком Фокиону.
   Афины сильно выросли в величину, почти весь город застроен многоэтажными домами, проложены широкие дороги, по которым ездили повозки без лошадей. Город сильно похорошел и расцвёл, народа добавилось в несколько раз. Люди совсем по другому одеваются, даже на лица немного другие.
   - Сколько же людей живёт в городе?
   - В Афинах шестьсот шестьдесят тысяч, в Аттике больше трёх миллионов. Миллион это тысяча раз по тысяче.
   Пока Фокион приходил в себя, запустили ноутбук и показали видеозапись Афин сверху. Невысокие красивые многоэтажные дома поражали, но тоже стояли тесно, хоть и не настолько, как саманные дома в Афинах времён Фокиона. А потом Юрий включил другое видео, городок Ангарск с высоты. Старый полководец ахнул, увидев, насколько гармонично расположены друг относительно друга многоэтажные дома, дороги, парки. Здания не такие красочные, как в Афинах, но за счёт пропорций город намного красивее.
   - У нас так принято строить для небогатых людей новые города и новые районы старых городов. А я архитектор и учил на моей родине новых архитекторов, и этот город привожу в пример, как правильно и гармонично располагать дома друг относительно друга, - сказал Снегов.
   - Э, в ваше время Эллада великая страна?
   - Она давно единая, но маленькая, и мало что решает. Вы слышали, что Аристотель доказал, что Земля круглая? Вот модель, круглая карта, - и Юрий показал физический глобус, который ранее засветили перед командиром триеры. Потом достал карту мира времён позднего СССР. - Вот Эллада наших времён, единая. Большинство из нас из вот этой страны, меньшая отсюда. Но не только. Вот этот остров знаменит тем, что их хорошие врачи зарабатывают деньги, работая в самых диких местах Ойкумены, и один такой целитель среди нас. Прометей на своих тайных островах устроил испытания избранным людям, и мы те, кто прошёл испытания. Важнейшее это на пустынном острове, где много лесов и руд металлов, построить хороший корабль, причём инструменты самим сделать, и всё необходимое на месте добыть. Потом, конечно, помог полезными дарами.
   - Это что ж выходит, если вы сами на пустынном острове построили этот корабль, то и тут в Пирее такое возможно. Замечательно, - совершенно офигевший Фокион оценил сказанное и увиденное.
   - Теперь смотри, вот карта, кто какие земли захватывал. Мы отсюда взяли всё к северу от Эвксийского Понта, а потом на восток. Выходцы с этих островов захватили вот эти, испанцы вот эти, французы, на юго-востоке чьей страны Массилия, вот эти земли. И их северные соседи кое-что урвали из варварских земель. Выходцы с восточного берега моря, что к востоку от Египта, создали вот это великое царство, заставив более культурных персов, египтян и не только, на них работать. А Эллада очень долго была под властью этих варваров из Аравии. Согласны, что такое не должно случиться?
   - Всё в руках богов, волю Мойр не изменить, - пробормотал полководец.
   - Можно. Гискон, сын Ганнона должен был сейчас начать разорять северо-восточную Сицилию, но мы взяли в плен и позволили покончить с собой после допроса, - влез в беседу Белов.
   - Как?
   - Это пусть пока будет нашей тайной, потом поймёшь, почему. Другое важно. Снизим смертность от болезней среди эллинов медициной, прекратим войны между греками и заставим Карфаген открыть свободный проход через Геракловы столбы. И вперёд на новые земли. Мы поможем знаниями и умениями, остальное сами, - продолжал Снегов.
   - Ха, эллинов объединить разве возможно?
   - Теперь смотри ещё одну карту... Произойти скоро должно следующее...
   - Вот оно как. Что ж, я напишу вам рекомендательное письмо. Только объясните, что у вас за торг был с Афидом.
   - Мы не собирались сразу тут серьёзные вопросы решать. Но он прицепился, чтобы продали чертежи кораблей, а мы кроме денег потребовали то, что не надеялись легко получить, но очень надо, - вёл дальше Юрий разговор. - У нас есть саженцы, которые надо как можно быстрее в этом году высадить в землю. Хотели в другом месте, но и у Афин сгодится.
   - С арендой земли помогу быстро, с продажей нет. Что у вас?
   - Виноград и не только.
   - Продать саженцы согласны?
   - Хорошо бы нам самим, но можно и так. Ещё вот вам подарок, - и архитектор вручил полководцу книгу на древнегреческом с поэмами "Иллиада" и "Одиссея".
   - Никогда не брал и не беру дорогие подарки.
   - Посмотри внимательно, из чего сделана, и как буквы нанесены.
   Пожилой стратег оглядел:
   - Не пойму, из чего, и как написан текст так ровно и мелко.
   - В том то и дело. Это бумага, дешёвая замена папирусу. А текст не написан, а машиной нанесён. И если делать книги многими тысячами штук, даже десятками тысяч, то мы сможет продавать их по пять драхм за штуку, и нам это будет очень выгодно, - объяснил Сайрес Смит. - Но для бумаги нам нужна молотая древесина, много воды и кой чего ещё по мелочи. Воды очень много, в сто раз больше дерева.
   - Мы на пресную воду бедные, вам не дадут, сколько надо.
   - Но ведь эти мастерские очень нужны, чтобы законы, философские труды, комедии и трагедии печатать.
   - Сомневаюсь, что получится. Но книгу возьму, чтобы показать, - решился Фокион.
   - Ещё кое-что. Я тяжело воевал, и знаю, что вам, полководцу, это очень полезный предмет, - Мстислав Голицын протянул мощный бинокль. - Пойдём на палубу, покажу.
   Фокион заинтересовался. И на палубе был поражён тем, как всё хорошо вдали видно. Вишенкой на торте стал совет посмотреть в бинокль на Луну.
   - Это лишь малая часть правды про небесные тела, - с усмешкой сказал кавалерист.
   - Мне нужно поговорить со своими знакомыми. Вечером станет ясно, вам разумнее с утра уплыть, или получится решить хоть что-то. Парфенон посмотрите, - и знаменитый стратег ушёл.
  
   Ещё недавно был апрель, а ныне май месяц, но уже припекало как летом в России. Но героев не остановило от прогулок по Пирею, и даже в Афины не поленились съездить на наёмных колесницах. Можно было и пешком, но в две смены не успели бы все. Парфенон, да и весь Акрополь, видели только снизу, туда и из полноценных граждан всех подряд далеко не всегда пускали. Но что можно было, рассмотрели.
   Саня Волк зашёл в храм Гефеста на краю Агоры, подошёл к огню жертвенника и громко сказал "Дай знак, что помогаешь мне. Прими в дар кусок металла и огнём ответь мне". Жрец подошёл и с любопытством смотрел. Гость показал кусочек металла, обмазанный маслом, и бросил в огонь. Пару мгновений ничего не было, и тут как полыхнуло с грохотом. Гость довольный поклонился и ушёл со своими спутниками, которые были счастливы. Жрец же, как стоял, так и сел на пол, только молча открывал и закрывал рот от удивления.
   На Агоре посмотрели цены на разные товары, вина хорошего выпили с медовой выпечкой. Эллины сначала посмеяться хотели над тем, что вино не разбавляют водой, но у гиперборейцев была манера пить вино понемногу, и водой запивать. Не напились совсем. Смеялись с того, что в штанах ходят.
   Варваров привлекла речь Демосфена, в которой тот яростно ругал царя Филиппа, мол, обманывает и готов лишить свободы афинян и всех эллинов. Смотрели с ухмылкой, демонстративно так. Переговаривались.
   - Вы хоть поняли, о чём речь? - спросил один из эллинов, презрительно глядя.
   - Я не только понял, но и могу со сказанным поспорить, и доказать его неправоту, - заявил один из гостей. - Если, конечно, разрешат.
   - Да что вы, варвары, о свободе понимаете?
   - Много. Она разная бывает. Свобода и права заканчиваются там, где начинаются свои обязанности и свобода и права других людей. Демосфен говорит об угрозе свободы от Филиппа? Но если он захватит всю Элладу, то будет свобода от опасности войн с другими полисами, кто там у вас, Фивы, Спарта? - ответил Александр Волк.
   - Кое-что можешь. Может, ещё и Диогена Синопского сможешь переспорить?
   - Попробую. Если найду, и согласится на дебаты. Но зачем?
   - Если сможешь, то дадим с Демосфеном поспорить. Вон он. Удачи, - посмеялся эллин.
  
   Невдалеке бомжеватого вида пожилой мужчина в набедренной повязке, сидя у пифоса, спорил с каким-то богачом, а окружающие посмеивались.
   Группа с корабля подошла, и Диоген Синопский, а это он был, не полез за словом в карман, да и не было их у него.
   - О, какие варвары пришли. Чего ж так сложно одеваетесь? Одного хитона хватило бы. Я тоже люблю не как все, но чтобы попроще. Зачем вам штаны в такую погоду?
   - У нас так всё время принято. Летом в хитоне может и можно, но не везде, - степенно сказал Юрий.
   - Ха-ха-ха, чтобы у тебя всё твоё хозяйство запеклось? У тебя вон и по лысине пот течёт.
   - Ткань продувается, не переживай, - влез в разговор Сергей. - А я бы посмотрел, сколько б ты выдержал без штанов на берегу белого моря. Что зимой, что летом.
   - Разве бывают белые моря? Голову тебе напекло. И удели нам, нищим, немного своего брюха, и нам, нищим, станет легче, и тебе, - смеялся Диоген, и вся толпа вокруг.
   - Слышь, остряк, ты ещё ни разу отбивал палкой струю от своего отростка? - едко спросил подводник. - Это нормально далеко на севере. А ещё я видел водопад шириной четыре стадии, затвердевший от холода.
   - Зачем отбивать? Само стечёт.
   - Так и я видел Меотидское озеро зимой. Оно белое, зимой бывает покрыто толстым слоем затвердевшей воды. Если ещё дальше на север, то ещё хуже, - сказал скиф-вольноотпущенник. - Струю не отбивал палкой, но холода бывают страшные к северу от Меотидского озера.
   - А я о чём? Ты зачем в пифосе живёшь? - Сергей обрадовался поддержке.
   - Мне хватает. А что, надо корячиться, строить дом, за ним ухаживать? - стебался Диоген, уже слегка деморализованный.
   - Так приятнее, и от непогоды спасает. А на севере без тёплого дома с хорошей печью никак.
   - Тут вытерпеть можно, не надо быть неженками.
   Гиперборейцы и скиф рассмеялись.
   - Насмерть замёрзнуть так можно.
   - Я смерти не боюсь.
   - А дети?
   - Зачем семьёй себя обременять, - не сдавался Диоген.
   - Дожил до седых волос, а так и не понял, что всё хорошо в меру, - посмеялся Юрий. - Излишества не нужны, но ты в другую крайность влез. Вот с едой как?
   - Тоже зачем что-то делать. Природе надо подражать. Кто-нибудь подаст, я и поем. Или фрукты найду, тоже сыт буду, - не растерялся аскет. - И всем надо быть скромнее. Чем меньше себя обременяешь, тем свободнее. Я говорил, говорю и всегда буду говорить: боги даровали всем лёгкую и счастливую жизнь без забот, а люди её жадностью испортили.
   - И всех учишь. Ну-ну...
   - Конечно. Надо быть ближе к природе, питаться её дарами, меньше одеваться, чтобы жёны были общими...
   - Тебе никто не мешает так жить. Но народу эллинов не надо предлагать унижаться, - и тут Снегов развёл руками. - Ты что, эллинам ставишь в пример варваров каменного века?
   - Юрий, вы неправы. Диоген предлагает эллинам подражать обезьянам, считает, что эти звери намного лучше людей. Вспомните, кто и зачем нас сюда послал, - оттеснённый вначале, влез в беседу Александр. - На заре времён Прометей даровал людям огонь и умения мастерить вещи из камня, костей, дерева и глины. Так начался Каменный век. Потом достойным даровал ещё умения, и знания металлов меди, серебра и золота. И, посмотрел на них, даровал искусство бронзы. Так Медный век сменился Бронзовым веком. Это случилось три тысячи лет назад. Тогда же появились первые царства. А менее тысячи лет назад, наверное когда была Троянская война, Прометей даровал людям первые тайны железа. Но и сейчас большая часть Ойкумены во власти людей Каменного века, многие из которых не знают земледелия, а то и скотоводства. Три четверти самое малое. Учение Диогена не знает меры, он вас зовёт обратно стать самыми убогими варварами, людьми Каменного века, не знающими земледелия, скотоводства, гончарного ремесла строительства домов, письменности, обработки металлов и многого другого.
   Тут афиняне зааплодировали, а Диоген прикинулся ветошью.
   - Хорошая речь. Но где ж столько варваров Каменного века? Я видел карту Геродота, там или цивилизованные народы, или варвары, во многом не отстающие от эллинов, те же персы, или отсталые варвары, которые сами владеют кузнечным ремеслом. Там где мы знаем, прочие ж покупают железо у соседей. Это расскажи, - спросил незаметно подошедший Демосфен.
   - Ещё Пифагор и Платон говорили, что Гея это шар с неровностями, я про горы и моря. И недавно Аристотель это говорил...
   - Мало ли что им мерещилось, философы они такие. Я пять дней назад выпил конгий неразбавленного вина, так земля стала на дыбы и ударила меня в лицо, - пошутил один алкаш из толпы. Саша вспомнил, что конгий это три с половиной литра вина, бьёт по мозгам как литр водки.
   - Это правда! - тут уж подводник воскликнул. - По вашему Гея в окружности двести двадцать тысячи стадий. До Геракловых столбов восемь тысяч. До Индии тридцать тысяч. Гея, конечно, покрыта водой то ли на две трети, то ли на семь десятых, но и суши много. Вот и считайте.
   - Если ты такой знающий, то может скажешь, что раньше было, курица или яйцо? - спросил кто-то из толпы.
   - Яйцо было раньше. Потому что его снесла ящерица, а по воле богов из него появилась курица, - объяснил Белов.
   - Ящерицы в задаче не было.
   - Эта задача без чего-либо третьего не решается, - вступился Виктор Сорокин. - А я задачи на логику хорошо умею решать.
   - Слова "я лгу" истинные или ложные?
   - Если человек думает, что лжёт и говорит "я лгу", про это что скажешь?
   - Состояние неопределённости. Когда выражение и ложь, и правда одновременно. Или когда одно на второе и обратно меняется неуловимо быстро. Если ты одной ногой стоишь на суше, а второй в воде, почти то же самое, ни в воде, ни на земле. Такое тоже бывает, но это требует глубокого знания сути вещей, - объяснил офицер ПРО. Все зависли, а Александр перевёл стрелки:
   - Я другое хочу узнать, считаете ли вы достойным для эллином делом забирать земли у варваров каменного века, жить на них и обрабатывать?
   - Все согласны, - послышалось из толпы.
   - Погоди, ты же красиво говоришь, но как пройти через Египет, Персию, Геракловы столбы? Скифов тоже просто так не взять, - один из эллинов сказал.
   - Вы смогли от Персии отбиться, потому что силу Эллады в единый кулак собрали. Ещё раз тоже можете. И надолго. Чтобы людей в войнах эллинов против эллинов не терять, а захватывать новые земли. Вы один из лучших народов Ойкумены, если не самый лучший, - говорил Волк.
   - Это невозможно. Фиванцы не подчинятся афинянам, и спартанцы тоже. Мы всё время ссоримся. Никто не сможет это остановить, - заявил Демосфен.
   - Ты знаешь этого человека, и ты ему сильно мешаешь.
   - Филипп? Нет!!! Он нас всех рабами сделает.
   - Спроси у тех, кто под его властью, сильно ли ущемляет, - с ухмылкой посоветовал токарь. Демосфен замялся, он всё же был силён только по заранее подготовленным речам. - Понятно. Не будет сильно обижать. Если без войны пойдёте под его власть. Простым ремесленникам большой разницы не будет. Купцам проще без внутренних границ, а крестьянам безопаснее.
   - Не все согласятся. И без войн в Элладе рабов будет слишком мало, - из толпы богач возразил.
   - Работать надо самим. И мы поможем с механизмами, упрощающим труд. А кому неймётся, те первыми новые земли будут заселять и жить, как хочется. И сил пробить путь будет больше, если против Филиппа воинов и деньги тратить не будете, - рассказывал Волк.
   - Разве там лучше земли?
   - Разные есть. Каждая земля богата по своему. Живите, размножайтесь, прекратите междоусобные войны, расселяйтесь. Если думаете, что владеть Ойкуменой эллины достойны более, чем персы, финикийцы, индусы или кто-то ещё. И Персии, объединившись, можно отомстить за разрушение Афин. Но вы с Демосфеном можете простить персам пепелище вашего города и осквернение храмов, и забыть про будущую власть над далёкими землями, если уверены, что того стоит, чтобы царь северной Эллады не захватил всю. Вам решать, - закончил Александр Волк.
   - Не слишком храбры? Так и до конца дня можете не дожить, - заявил Демосфен.
   - Успокойся, демагог. За умные речи угрожать не дело. Я не увидел в словах гиперборейцев вреда или оскорблений. Подумать надо, - заявил один из эллинов.
   - Мужики, пойдём отсюда, - предложил Снегов, и все послушали.
  
   У причала стояла, вся закутанная в плотную одежду, какая-то женщина и рассматривала шхуну. Недалеко стояла дорогая колесница, рядом пару воинов. Поскольку было свободное пространство, подошли поближе. На лицо оказалась необычайно красивой, вот только к таким красавицам молодые парни обращаются с просьбой с дочкой познакомить.
   Кого уж точно не смутило это, так Юрия Снегова, который стал флиртовать с дамой. Сергей тут же спросил, кто это.
   - Это сама Фрина. Знаменитая гетера.
   А архитектор заливал:
   - То, что у нас круглый год веселье и танцы, это враньё. Весной, летом и осенью много работы. Зато зимой много веселья, танцев, и в театры ходим. У нас не как у вас, хорошенько гримируются актёры, но масок обычно не носят. И женские роли женщины исполняют. Ты бы отлично справилась, прекрасная Фрина.
   - Нельзя же так у нас. Но ты интересные вещи рассказываешь.
   - А если частный театр? Из рабов и рабынь?
   - Даже так могут не дать. Не знаю, не знаю...
   - Ещё можно сделать школу и для девочек из знатных семей. А то у вас, говорят, только гетеры хорошо образованы...
   Тут подошёл чекист, переговоривший с портовой стражей, и показал на один из кораблей:
   - Видите?
   - Видел похожий, - ответил Виктор. - Много таких.
   - И я видел. Когда с нас деньги хотели стрясти у острова Китира. Одно из тех корыт, - подтвердил подводник.
   - Извините, что вмешиваюсь, пожалуйста, расскажите нам про морских разбойников с острова Китира, и вообще, - подошёл к воркующей парочке Волк.
   - Что случилось? - спросила немолодая красавица. Юрий всё объяснил.
   - Это пираты, уважаемые члены общества. Они защищают интересы Афин на море, но и сами за это налоги собирают, а кто не платит, тех грабят и в рабство продают, - рассказала Фрина, глядя на новых знакомых с сочувствием.
   - Если сил хватит, - хмыкнул презрительно Сергей.
   - Если придёт человек сто или двести, то хватит. Извините, я пойду.
   - Подожди. Вот маленький подарок. У нас и большие есть, но очень дорого, - Снегов сунул в руки пожилой гетере карманное стеклянное зеркальце.
  
   Однако, на борт ранним вечером всё же пришёл Фокион со своим знакомым богачом по имени Калликл.
   - Я уговорил в счёт долга купить у вас часть саженцев. Мало ли что случится, - объяснил стратег.
   Только Александр и Виктор стали рассказывать про виноград, как вызвали наверх.
   - Эй на паруснике, - позвал какой-то пожилой эллин бандитского вида с парой головорезов.
   - Я капитан. Чего пришёл? - спросил Пенкроф.
   - Зря вы у острова Китира дань не заплатили. Сейчас придётся. Тридцать мин серебром, - заявил незваный гость.
   - Это ты сюда зря пришёл. Иди отсюда, пока цел.
   - За наглость уже сорок мин должен заплатить. Сейчас. Или к полуночи талант, - потребовал наглец. - На стражу не надейся. Подойдёшь к тому кораблю, спросишь Льва.
   - Лев против медведя, - усмехнулся Пенкроф.
   - Против белого медведя, - захихикал Сергей.
   - Цвет так важен? - спросил один из охранников атамана.
   - Белый медведь живёт очень далеко на севере. Величиной с быка, а его голова на высоте моей головы, когда стоит на четырёх лапах. Самые большие весят сорок талантов.
   Пираты только переглянулись и ушли. Фокион и Калликл тоже переглянулись.
   - Я хотел вас к себе в гости позвать, да теперь не знаю, что и делать. Если не хотите сбежать по морю, лучше ко мне переселиться, - предложил богач. - Или подробно напишете, как с вашей бульбой и саженцами обращаться.
   - Они должны хорошо в тени расти, - заявил Саша. - Это все северные сорта, очень стойкие к морозам. Вином угостить?
   Гости остались довольны. Какое-то лучше, какое-то хуже оценили. Например, из французского Маршал Фош больше понравилось, но оценили большую урожайность амурских сортов и Альфы. Калликл довольно скоро уехал на колеснице с посевным материалом, а Фокион задержался обсудить другую проблему.
   - Вы как, срочно уплыть планируете? Вечерний бриз, знаю, мешает. Триера вас может в море вывести, но и пираты за вами увяжутся. Тут хорошо бы к вам воинов подвести. Не знаю, как незаметно сделать, и не все плохо к морским разбойникам относятся, - спросил стратег.
   - Скажите, можно ли наш корабль переставить вон к тому причалу. Слева и носом к берегу. Да, я вижу, что занят.
   - Неплохо. Хорошая видимость оттуда, никто близко незаметно не подойдёт. Но поможет ли вам?
   - Поможем. А ещё вот что сделаем...
  
   Отряды токсотов в порту ждали сигнала, им было сказано ловить бегущих после ударов грома. Дремали по очереди, не зная, когда начнётся. Аристоник тоже подремал, и только проснулся от толчка заместителя, как сначала что-то в небе загорелось, потом что-то загремело. Все, кто дремал, подскочили от такого.
   - Это не гром, но похоже, - сказал Филандр.
   Молний не было, но что-то сверкало в стороне пришвартованного парусника гиперборейцев. На который успел посмотреть весь Пирей и многие из Афин и соседних деревень. Один из стражников даже амфору с разбавленным вином выронил. Удары, непохожие на звук удара молнии или молота, должно быть, весь Пирей разбудили. Сначала одна серия, которая сменилась частыми перестукиваниями, потом ещё. И всё стало сопровождаться дикими воплями раненых людей.
   Аристоник приказал перекрыть отведённые улицы, и тут же прямо на них выбежали насмерть перепуганные мужчины, одетые кто во что горазд, некоторые с оружием. Воины бодро повязали всех, при этом выяснилось, что часть беглецов ранено.
   Задержанных связали, и в некоторых узнали местных пиратов.
   До утра усиленно патрулировали кругом улицы, не рискуя слишком близко подходить к паруснику, а с раннего утра набежали демагоги с политиками и стратегами посмотреть на поле боя и в очередной раз заняться решением трёх вопросов: "Что это было?", "Кто виноват?" и "Что делать?"
  
   Весь экипаж парусника после того, как Афид помог переставить Старгейт на выбранный причал, разделился на две смены по десять человек. Одна смена дежурила, а вторая спала в одежде. Но не всё так просто было, потому что пришлось в гости на верфь к командиру триеры сходить в рамках вежливости, он же часть воинов рядом оставил. И намекнул, что желательны консультации. Отправились Пенкроф, Белов, Алексей, Сайрес и Акамант.
   Специальные полозья для спуска на воду гости одобрили. Как и то, что в крытых помещениях строят корабли. А дальше презрительно смотрели на то, что внутри творилось.
   - Вы что, без гвоздей строите, на этих деревянных палочках? - спросил Лёха.
   - Конечно. Гвозди дорогие. Это вы такие богатые...
   - Сами сделали, недорого, - заявил Смит. - Ещё вот что объясните, почему сначала обшивку делаете, и только потом скелет корабля внутри мастерите.
   - Так принято веками.
   - Верно. Но вот такой корабль волны высотой десять локтей разломали, и я чуть не утонул, - упрекнул Акамант. - Их корабль легко выдержал такой шторм.
   - Такие бури редкость, - пожал плечами Афид. - И на берегу или в бухте можно отсидеться.
   - Афид... Ты же видел карту. И бури за Геракловыми столбами бывают страшные.
   Хозяин верфи промолчал. Лёха же оглянулся и подошёл к практически готовому торговому кораблю.
   - Эй, идите сюда.
   - У меня такой был, - сказал Акамант. - Без палубы.
   - Так делать слишком опасно. Волны могут затопить, - заявил Пенкроф. - В вашем море не очень, но не за Геракловыми столбами.
   Народу на крытой верфи много работало и суетилось, но тут ещё больше стали прислушиваться. Лёха огляделся и сказал, что чего-то не хватает.
   - Откуда у вас доски? Сами делаете? - внезапно спросил Сергей.
   Афид провёл в другое здание. Там одни работники носили брёвна, другие их раскалывали клиньями, третьи обтёсывали топорами.
   - Так я и думал, - кивнул головой толстяк. - Печально у вас.
   - Что не так?
   - Когда нам Прометей устроил испытание, достойны ли мы учить эллинов, мы для постройки своего корабля построили верфь и все нужные мастерские, - тут Белов достал планшет и включил. - Вот наша крытая верфь. Вот грузоподъёмный механизм внутри.
   У Афида челюсть рухнула при виде самодельной кран-балки. А подводник на добивание показал работу водяного колеса и пилорамы. И как всё строилось. Не всё показали, но главное уяснил.
   - Ещё есть сложность. Так как мы сделали пилораму, точно скопировать не получится. Лучше прямо от водяного колеса, или иным способом вращаемым, - заговорил Сайрес Смит. - Сергей у нас имеет много знаний, как обращаться с силой, богом которой является Зевс. Придумал и сделал, чтобы с её помощью сила вращения водяного колеса передавалась на механизм для распиловки брёвен.
   Внезапно в цеху, где делали заготовки, стало тихо. А потом Афид спросил:
   - Так ты жрец Зевса?
   - Не совсем. Я только умею обращаться с его силой и механизмами и приспособлениями для неё, - ответил подводник. - Не люблю про это рассказывать.
   Тут хозяин верфи замялся и повёл обратно в сборочный цех. Показал на корабли и спросил:
   - Что думаете про ваши косые паруса на них?
   - Опасная затея. Когда корабль идёт поперёк ветра с ними, то наклоняется по ветру. У нас большая осадка, и внизу тяжёлый груз. Ваши с маленькой осадкой могут опрокинуться при сильном боковом ветре, - объяснил Сайрес Смит. - Ещё нужен острый киль, чтобы меньше сносило ветром.
   - Понятно, - сказал хозяин верфи.
   Тут на верфь вошло несколько мужчин во главе с Леоном.
   - Вы думали, я не знаю, что делаете? Время идёт, - заявил атаман.
   - Я не разрешал сюда входить, - разозлился Афид.
   - Думаешь, только с ними сюда пришёл? У меня снаружи ещё люди, - рассмеялся Леон. - Твои гости ко мне пойдут. А твои воины в другом месте.
   - Афид, тут много у тебя рабов? - получив утвердительный кивок, Сергей продолжил громким голосом. - Многие рабы попадают в рабство, потому что их захватывают в плен и продают морские разбойники. И отомстить не могут.
   - И что? Это их проблемы. Кто силён, тот и прав, - засмеялся атаман. - Я захватывал в рабство и буду так делать.
   - Все, кто хочет отомстить морским разбойникам, хватайте палки и топоры, и в атаку! - призвал бывший офицер ВМФ РФ.
   - Стоять! Леон, забирай всех своих людей, и с улицы тоже, и уходите, - приказал Афид. - Или вас мои рабы всех перебьют.
   Пиратский атаман, не долго думая, сбежал
   - Ты быстро и хорошо придумал, как защититься. Не ожидал, - удивился хозяин верфи.
   - Я не по призыву, а постоянно служил в своей стране на военном флоте. Командовать умею, - гордо заявил бывший подводник.
  
   А на шхуне подготовили заряды картечи для всех орудий, нацелили курсовые пушки вдоль улицы, идущей к набережной, и вытащили безоткатные орудия. Их расположили так, чтобы и набережную накрыть картечью, и выхлопом чтобы на судне ничего не поджечь. Подготовили пулемёт, пару корпусов прожекторов с держателями для термита, и гранаты с автоматами ППС-43. Эллины удивлялись, но никто не понял, что к чему.
   Ближе к полуночи в прибор ночного видения заметили три отряда, идущих на пристань. Основной, больше сотни бойцов, шёл по улице, что упиралась в набережную, и два поменьше, десятка по три, по набережной с двух сторон. На море, что любопытно, никого не было, но экипаж шхуны и за водой наблюдал через приборы ночного видения.
   - Эй, вы куда идёте? - крикнул Пенкроф, помня, что стали всё записывать.
   - Сдавайтесь, и тогда все живы останетесь. Рабами станете, но никто не попадёт на Лаврийские рудники, - кто-то из банды крикнул.
   - Идите отсюда, если жить хотите, - потребовал капитан Старгейта.
   - Ты сам выбрал свою судьбу. Вперёд, парни!
   Тут Андрей запустил осветительную ракету, а эллины зажгли осветительные заряды в прожекторах. Разбойники ошалели, но раздался из-за спин командирский рык Леона:
   - Вперёд на варваров, ловцы удачи!
   И тут ударил залп орудий, заряженных картечью. Большую часть нападавших скосило на месте. Но самые отчаянные бросились в атаку.
   Александр, будучи пулемётчиком, дал очередь по кучке отдельно стоящих людей, и потом встретил берсерков местного разлива пулемётной очередью. Тут пираты не выдержали и побежали. А им вслед прилетел ещё залп, но далеко не все ловцы удачи полегли. Часть зарядов картечи была выпущена по кучам трупов.
   И всё, бой окончен. До рассвета не трогали жмуриков по совету Шилова и Голицына, а там уж местные разобрали. Взяли и главарей, по чьим ногам пришлась пулемётная очередь.
   Местная стража офигела при виде побоища, и все любопытные тоже.
   Прибежавший Фокион только хмыкал, глядя на результат скоротечного боя. Вместе с архонтом расспросили экипаж шхуны, потом в их присутствии пленных главарей. Но не всё так просто. Один из местных начал требовать:
   - Варваров надо обратить в рабы за убийства граждан!
   - Вор должен сидеть в тюрьме, пират должен висеть в петле! - заявил Белов.
   - И что? Вы варвары, а это граждане Афин. Их жизни выше ваших. За это вы должны быть наказаны.
   - А вы за нападение на посланцев богов. Нас сам Прометей послал, - подводник за словом в карман не полез. - Успокойся, если не хочешь составить этим трупам компанию.
   - Я глава совета Морского сообщества ловцов удачи, и вы пожалеете о том, что убили наших, - заявил борзый.
   - Кефал, я понимаю, что тебе своих жалко, но лучше не трогай. Они же закон нарушили, в порту нападение устроили, а варвары в своём праве на самооборону, - посоветовал Афид. - И они действительно посланцы богов. Твой собеседник владеет тайными знаниями Зевса.
   - Они его не спасут, если я попробую голову отрубить, - усмехнулся старый пиратский атаман.
   - Но ты попробуй, если так уверен, - заявил Белов.
   Кефал достал меч и пошёл на шхуну. И получил страшный удар током, потом ещё... Умер на месте. Толпа в ужасе глядела, как дёргался главарь пиратов, и искры сыпались.
   - Вот так. Заберите эту падаль, - заявил Белов. - Да смело, не умрёте. Хотя я думаю, что союзники ловцов удачи их самих не лучше, недостойны помощи от богов.
   Афид мялся, мялся, и попросил:
   - Прошу в знак дружбы взять к себе на корабль моего сына Неокла. И научить по вашему морскому ремеслу.
   Все эллины удивились, а гиперборейцы согласились. А пока парень бегал домой за вещами, провели быстрый суд над пиратами. Главарей повесили, а рядовых пиратов отправили на Лаврийские рудники.
   Ещё гиперборейцев проводила Фрина, ей ещё на зависть всем афинянкам продали за огромные деньги большое стеклянное зеркало.
  

Глава 9. Эгейское море

  
   Из-за суда упустили почти до конца утренний бриз, ещё и ветра были слабые, и потому за день прошли чуть больше сотни километров. Ночевали в порту Киоса, острова около Аттики. Долго был под властью Афин, но в 355-м году до Рождества Христова стал самостоятельным. Горный остров, как почти все в Греции. Рощи ещё не были вырублены, и текли ручьи в море. Крестьяне пасли коров и овец по склонам, заросшим редкими деревьями и пока ещё зелёной травой.
   Пользуясь случаем, Пенкроф объявил водяной аврал. Спустили на воду буксируемую цистерну, и в неё наливали питьевую воду, а потом буксировали к кораблю, где насосом закачивали в корабельные цистерны в трюме. Неокл сильно удивился тому, в чём перевозят питьевую воду, из какого металла, троица из Сиракуз уже знала. Впрочем, запасы были большие и так.
   Зато дров заготовили побольше. Обогревать корабль нужды не было, а вот для камбуза, получения горячей воды и работы дровяных холодильников древесина постоянно расходовалась. Кастор рассказал, что зимой подрабатывали доставкой льда с Этны в Сиракузы для мясников и других продавцов скоропортящихся продуктов, а те в подвалах, выложенных пемзой, хранили мясо во льду.
   И совсем уж по смешной цене купили кабанчика на мясо и молочные продукты, ну там свежие молоко, сливки, сметану, творог, масло сливочное. Вечером прогулялись не столько по городку, сколько за городом, где и изучили наскоро жизнь крестьян. Много не увидели, времени было мало, но разглядели, что простые эллины живут в глинобитных сараях, соломой крытых, да и железного инструмента мало. Голицын заявил, что русские крестьяне живут ничуть не беднее, только винограда и оливок нету.
   Александр Волк и Сайрес Смит занялись тем временем опросом местных рыбаков и пастухов. Ещё с острова по опыту плавания на Таити сделали хорошую коллекцию ценных минералов, как собрали, так и синтезом на "Наутилусе". Но без особенного успеха. На Киосе люди знают только мелкие месторождения железной руды, но один пожилой эллин вспомнил, что на острове Андрос видел минералы никеля и марганца. И даже показал на карте, где именно. Чем и заслужил тетрадрахму.
   Отплыв на рассвете, буквально за два часа добрались до острова Андрос, где до вечера занимались обследованием территории вместе с нанятыми проводниками. Нашли и осмотрели основные речки, а скорее, большие ручьи, в засуху вовсе исчезавшие. И, самое главное, обнаружили руды железа, никеля и марганца. Мизер, тысячи тонн, но хоть что-то.
   - Руда железа, я ещё понимаю, но эти камни зачем? - спросил Неокл. - Вот это же пробовали на Эвбее использовать как медную руду, но не получилось.
   - О, отлично! Знаешь, где точно? - заинтересовался Волк.
   - Да, но для чего?
   - Это руда металла, который расплавить почти так же тяжело, как и железо. И добыть тяжело. Но его сплав с медью даёт белую бронзу, которой обшит наш корабль, - рассказал главный металлург попаданцев.
   - А мы искали, где б найти дешёвое олово, оно и не надо, - сильно удивился Акамант.
   - Тяжелее добыть, к сожалению. Жаль, что с той пентеры не получилось бронзу собрать, - сказал с сожалением Александр.
   - Хорошо что вообще её победили, - заявил бывший кормчий.
   - Вы про какую пентеру? - заинтересовался Неокл.
   - Неважно.
   В общем, осмотрев Андрос и сделав зарубку на память, утром ушли на северо-восток. В районе обеда посетили остров Хиос. Там закупили большую партию местного элитного вина, что в Афинах стоило 100 драхм за двадцать литров. Зарплата простого матроса тех времён за полгода. Большую часть Виктор слегка разбавил виноградной самогонкой, чтобы получить портвейн.
   Ночевали у небольшого островка у берегов острова Лесбос, северо-западной окраины. Там же устроили посиделки с шашлыками, и с разговорами, куда уж без них.
   Сам остров Лесбос был хорош, горы, покрытые сосновыми и дубовыми лесами были прекрасны. На равнинах располагались засеянные поля, на пологих склонах виноградники и пастбища. Лес, увы, по большей части был вырублен. Хотя до экологической катастрофы Римской империи было ещё далеко.
   - Хоть теперь спокойно посидим, никто трогать не будет, - проворчал Снегов.
   - Мне после того побоища напиться хочется, - заявил Белов.
   - Не тебе одному, - заметил Ричард. - Мы уже кучу людей убили. Кошмары по ночам.
   - По сменам же напиваемся для снятия стресса, - сказал Петя.
   - Вовремя надо делать, - заметил врач. - Жаль, что не получается.
   - Конечно не выйдет. Тут настороже надо быть. Эллада пока как Ливия разделена, и города грызутся между собой, - заявил Петя.
   - Привыкать надо. А то мы привыкли, что жили в большой стране, и внутри безопасно, - сказал князь. - Я то привык к войне. К страшной. А вам ещё придётся.
   - Осмелюсь напомнить, мы для того и прибыли, чтобы эллины тратили силы не на войну между собой, а на науки, ремёсла, искусства. И чтобы воевали только против варваров, - сказал Гедеон.
   - Не получится, - сказал Акамант.
   - Получится. Мы знаем того, кто сможет объединить эллинов. Но что с вами? - спросил Сергей.
   - Вы о чём? Вроде бы взяли нас на корабль матросами. Мы что-то не так сделали? - забеспокоился Неокл.
   - Парень, я лучший в этих краях знаток металлов и руд, и по механизмам. Сайрес знает про них ненамного меньше меня, но зато у него много таких знаний, которых у меня нет, - Саша Волк стал объяснять. - Юрий архитектор, про Сергея ты знаешь, Ричард знаток машин для ткачества, Андрей землемер, Карл по мелким точным механизмам, Мстислав очень хороший всадник, командир, знаток военной истории и музыки, и так с большинством. Мы можем работать матросами, но нас лучше заменить. Для начала матросов. Но потом надо и командиров парусников готовить, и их помощников, которые путь прокладывают.
   - Это же кормчий, он и командует, и путь прокладывает, - воскликнул афинянин.
   - Не совсем. Акамант, расскажи, как ты в море ориентируешься, путь прокладываешь, - вмешался Пенкроф.
   - Периплы учил наизусть, которые мог достать. Запоминал сам и по подсказке старших кормчих, где какие берега, приметы, где и когда какой ветер обычно дует. Так и плаваю.
   - А направление как определяешь?
   - По берегам, когда это можно, как сейчас в Эгейском море. Бывает, что по солнцу и звёздам путь выбираю. И на глазок, сколько проплыли, определяю. Да, плохо так, но другого выхода нет, если плыть, например, из Сиракуз в Афины, - поведал бывший кормчий.
   - Конечно плохо, - заявил Белов. - Но есть точные карты, есть особые инструменты, чтобы точно определять, где корабль. Я уже говорил, что Гея это шар, который крутится вокруг Солнца. И есть другие такие. И имея инструменты, карты и таблицы, зная точно день, можно в полдень измерять, где плывёт корабль.
   - Мне отец ни о чём таком не рассказывал, - сказал Неокл. - И в школе ничему подобному не учили.
   - Чему тебя учили? - спросил Снегов.
   - Как всех. Грамматика, арифметика, музыка, пение, рисование. Потом ещё риторика, право, философия. Отец для меня специально нанимал учителей по геометрии и астрономии, - похвалился афинянин.
   - Богато. Я в палесте и гимнасии не учился. Сизиф вообще неграмотный, - отметил Кастор.
   - Я учился в палесте, но в гимнасий не попал, - сказал Акамант.
   - Выходит, я самый образованный, - обрадовался Неокл. - Но то, что вы говорите про астрономию, это меньше похоже на правду, чем то, о чём писал Пифагор. Хотя о чём-то похожем писали и Демокрит, и Анаксагор.
   - Пока осваивай ремесло матроса и не отвлекайся, - заявил Пенкроф.
   - Но кое-что стоит увидеть, - Саня не сдержался. Акамант, Сизиф и Кастор переглянулись, вспоминая, как в подзорную трубу разглядывали Луну.
   Так и вышло, Неокл был изумлён, увидев Луну в мощную подзорную трубу. Но потом Андрей посоветовал посмотреть на Венеру и Юпитер.
   - Добро пожаловать в реальный мир из мира сказок, Неокл, - заявил Юрий Снегов. - Сказки помнить и уважать надо, но всё и проще, и сложнее, чем кажется.
   - Что это? Про Луну Анаксагор говорил. Фосфорос почему серп?!
   - Потому что ближе к Солнцу, чем Гея, и им освещён.
   - Но Солнце же село, - возразил уж Сизиф.
   - Солнце светит всегда. Будете очень далеко на севере летом, увидите, - ответил подводник.
   - Но Блистающий, почему на нём полосы?
   - Это облака.
   Афинянин потерял дар речи, а Андрей сунул в руки кружку с вином.
  

Глава 10. Первая ВЕЛИКАЯ победа над Мойрами.

  
   С ветрами не повезло, и потому целых два дня потратили на путь к острову Проконнес, он же Мармара, западная часть Мраморного моря. Привычное лазурное море, окаймлённое серыми скалами с зелёными лесами и желтеющей травой, сменилось густо-синими водами Дарданелл, а потом и Мраморного моря, чтобы потом перейти в тёмные воды Чёрного моря. Леса были изрядно прорежены, но ещё сохранились.
   Движение торговых кораблей в Дарданеллах было активное, и многие подходили поближе, чтобы разглядеть диковинный парусник, но на контакт не больно шли, остерегались. Пираты пробовали подойти внаглую, но, потеряв один кораблик, повреждённый близким взрывом снаряда, дальше игнорировали роскошный парусник.
   Все устали лавировать в узком длинном проливе, так что ночь отдыха весьма пригодилась. Андрей сказал:
   - Мы за последний месяц спутали нити Мойр для отдельных людей. Пришло время большего.
   - Боги нас не накажут? - спросил Неокл.
   - А мне плевать. Я должен был уже быть мёртвым героем, - ответил кавалергард.
  
   Махаон зевал, наблюдая за морем со своей патрульной триеры, следя, чтобы никто внезапно не подошёл к лагерю осаждавших. Было ведь раннее утро, только что солнце встало. Но не зря старался, в свете восходящего солнца увидел парусник, идущий к берегу.
   Македонский боевой корабль пошёл навстречу лавирующей шхуне и сблизился так, что можно было переговариваться.
   - Спустите паруса и остановитесь для досмотра, - приказал командир.
   - Зачем? Мы же к вам идём, поторговать, и не только, - ответил капитан торгаша.
   - Мне достаточно приказать, и вы станете нашей добычей, - заявил Махаон.
   - Лучше не пробуйте. Нашим оружием можно даже стены Перинфа разбить, ваш корабль совсем легко.
   Весь экипаж триеры лёг со смеху. Отсмеявшись, Махаон заявил:
   - Мы вас проводим к берегу, и вы попробуете. Если солгали, то станете все рабами, а ваш корабль нашей добычей.
   - Но что если это правда? - усмехнулся один из варваров.
   - Царь решит, как вас наградить.
   Парусник к берегу не причаливал, а остановился рядом на глубине, развернувшись носом к крепостной стене, видневшейся на расстоянии двух с лишним стадий. Открылись под палубой окна, и что-то бахнуло с дымом. Мелькнул вылетевший предмет и, к огромному удивлению македонцев, не только долетел до города, но и упал с грохотом за крепостной стеной, едва не задев оную. Оттуда взлетели камни и какие-то клочья.
   На шхуне завозились, и снова грохнуло. Снаряд мелькнул почти так же, но слегка ниже. И разорвался с грохотом, разметав кирпичи и камни в поперечнике на десяток локтей, и куда на большее расстояние расшаталась кладка, сделанная насухо.
   Все, кто видел в македонской армии, офигели. Многие где стояли, там и сели.
   Филипп рода Аргеадов, царь Македонии, завтракал в своём шатре. Тут как громыхнуло, даже кубок с хиосским вином выронил, обрызгавшись. И почти сразу ещё раз. Выскочил из шатра, а небо ясное. Тут ещё сдвоенный гром, один со стороны корабля невиданной конструкции, а второй от Перинфа, в крепостной стене которого появилась брешь.
   Царь вскочил на коня и поскакал к берегу. Свита следом.
   - Хайре. Величайший, сейчас самое время предложить Перинфу переговоры о сдаче, - посоветовал один из варваров с корабля.
   Филипп кивнул Пармениону, и тот отправил одного из пленных в город. Сам же забрался на триеру с помощниками и подошёл к паруснику.
   - Вы ко мне наниматься приплыли? - спросил Циклоп. - Дорого просите?
   - Если сейчас Перинф вам покориться, то дёшево. Но это не всё, - говорил Сайрес Смит. - Нас тот, кого с его слов вы знаете под именем Прометей, отправил помочь стать эллинам величайшим народом. А ты царь, который объединит всю Элладу, твой сын Александр ещё достойнее, мы это точно знаем. Мы с тобой будем знаниями делиться, в ответ поможешь приказами в твоём царстве и у союзников заниматься изготовлением полезных вещей...
   - Это надо обсудить... Но откуда мне знать, что вы не врёте, и ваши знания мне очень нужны? - усмехнулся македонский лис.
   - Прочти, величайший, и лучше всего сейчас. Никому не показывай, пока не прочтёшь, а потом только самым доверенным помощникам, - с этими словами Сайрес Смит протянул царю бумаги с его биографией, включая подробности убийства и версий причин, биографию и деяния Александра Великого, и краткие описания войн диадохов, и как повели в будущем соратники Филиппа и Александра. - Не спеши, подумай, а потом у нас будет долгий и подробный разговор. И не бойся Мойр, они не всесильны.
   - Сам разберусь, - буркнул Филипп, заглянул в бумаги и понял, насколько важные тайны ему приоткрыли.
   Свою биографию прочитал с большим интересом, понял, что Перинф не взять, и тут прибежал гонец из города.
  
   Делегация из пятерых богато одетых эллинов была несколько шокирована, но общаться сходу начали.
   - Я Аристарх, архонт. Прежде чем обсуждать условия сдачи, хотелось бы поговорить с вашими новыми союзниками. Теми, что нам брешь в стене пробили, - обратился к царю в меру толстый пожилой седовласый мужчина с ухоженной бородой и шрамом на правой руке.
   - Зачем? - спросил Филипп.
   - Чтобы проще было торговаться.
   - Только в моём присутствии.
   - Скажите, почтенные, почему вы стали помогать царю Филиппу? - спросил Аристарх. - И нас, и Филиппа даже не спросили об условиях, вы приплыли, и сразу стрелять?
   - А зачем вы не только афинян пригласили, но и персов? Это же ваши старые враги, - Филипп вмешался. Аристарх дёрнулся, он то думал, что втайне прибудет помощь из Персидского арства.
   - Я всё же отвечу. Нас Прометей прислал помочь эллинам стать ещё более великими, прирасти и землями, и числом во много раз, - пояснял Сайрес Смит. - И Афины пробовали, и Спарта, всех объединить. Не смогли. Но по пророчеству сможет этот царь Филипп. Потому мы ему помогаем. Я не знаю, как с величайшим договоритесь, но нам важно, чтобы при объединении Эллады умерло как можно меньше эллинов. Хотя есть у нас и денежный интерес. Забыл сказать, мы из Новой Гипербореи.
   - Не знаю, где это, но мы рабами не будем, как у Афин, - сказал архонт.
   - Это ещё не рабство, когда верховная власть позволяет самоуправление и жизнь по местным обычаям, - сказал американский инженер. - Да, есть обязательства перед царём или избираемой верховной властью, но по другому и не бывает в большом хорошем царстве. Рабство, когда город берут штурмом, а всех жителей отправляют на невольничий рынок.
   - Многие и так не хотят.
   - Значит, дружно уплывут и построят новый город, - развёл руками Сайрес Смит. - Чтобы не было горя побеждённым.
   - Куда? На северный берег Эвксийского Понта? И что там хорошего? Как там жить? - проворчал Аристарх. - Говорят, зимой там так холодно, что реки покрываются слоем твёрдой воды, и можно пешком перейти. Зимой наша одежда и наши дома не спасут.
   Тут подводник заржал. Все оглянулись, а Сергей пояснил:
   - Там же богатые края, а вы жить не умеете при холодных зимах. На реках зимой по своему хорошо рыбу ловить. Дома надо уметь правильно строить, тепло одеваться. И мы вас научить можем.
   - Но что там вырасти может? Виноград и в Боспоре, бывает, что вымерзает.
   - Чёрной плодородной земли сверху два локтя. Всё вырастет, и не хуже, чем в Египте, только один урожай, а не два. У нас с собой сорта морозостойкие и зерна, и саженцы винограда. С одной земли можно разбогатеть, а там полно и руд разных металлов, - объяснял Белов.
   - И когда там будет больше людей жить, у Перинфа и Византия будет намного больше доходов с торгового пути, всё ж через вас, - добавил Сайрес Смит.
   - Если мы откажемся, надолго ли хватит зарядов стрелять по городу? - архонт не сдавался.
   - И вам, и Византию хватит, и Афинам много останется. Сколько и каких секрет, разные есть. Один заряд побольше весит немного меньше таланта, а грузоподъёмность нашего парусника шесть тысяч талантов. Заряды занимают меньше половины грузоподъёмности. Ну а сколько, две тысячи, или только пятьсот штук, гадайте сами, - с улыбкой объяснил Сергей.
   Послы Перинфа тревожно переглянулись, а царь заявил:
   - Для умных сказано достаточно, почему вы должны сдаться. Теперь обсудим условия...
   - Умеете заниматься психологической подготовкой, молодцы, - отметил Шилов. - Так держать. На вопрос о силах наш офицер подводного флота ответил совершенно так, как надо.
   После завершения переговоров и раздачи распоряжений подчинённым Филипп Второй решил продолжить общение. И царя пригласили на корабль, поскольку в военном лагере было не очень приятно. Кой какой порядок поддерживали, но и от лошадей, и людей, и навоза, и отхожих мест, и мусорок запахи были ещё те, и дым костров не спасал. Пресной воды на умывание тысяч солдат не хватало, к сожалению.
  
   - Дорогой корабль. Не жалко было серебром обшивать? - спросил Филипп. - И стёкла, и паруса такие.
   - Белая бронза. Я её сам сделал, - похвалился Александр. - И стекло сами тоже.
   - Неплохо. Неужели сами построили? И что вы умеете?
   - Много чего. Прометей нас специально подобрал, - сказал Смит.
   - Расскажите, отчего я должен поверить, что вас Прометей послал?
   - Кто нас послал, мы точно не знаем, но силы у него божественные. Из богов Эллады нас точно мог отправить Кронос, бог пространства и времени, насчёт остальных не уверены. Но то, как нас испытывал, можем показать, - заявил Сайрес Смит. - Только ещё раз прошу подумать, есть ли болтливые среди тех, кто с тобой.
   - Павсаний станет героем вдалеке от меня, - с намёком сказал Филипп.
   - Для начала вот это посмотри, - и правитель Македонии получил в руки фотографии руин Пеллы и путеводитель по Афинам. Филипп с трудом узнал руины своего дворца, а фотографию с Парфеноном показал одному из сопровождающих.
   - Двадцать три столетия нас разделяют, - заявил Снегов. - Многое изменилось. И у нас есть движущиеся картинки.
   - Ещё можем вам дать список, кто что умеет, - сказал Сайрес Смит и протянул царю.
   Филипп долго читал, переспрашивал, и не всё понял.
   Александр Волк. Механик, мастер по выплавке железа и его сплавов, резчик по железу и рудознатец, знает философию и астрономию. Какая ещё выплавка железа, сплавы, резка железа?! Уточнение шокировало. Оказывается, можно улучшать свойства железа добавками, как олово превращает медь в бронзу. На корабле показали баки для воды из мягкого нержавеющего железа и выточенные железные детали. Меч подарили из прочного нержавеющего железного сплава. Царь одному Александру обрадовался. Так то начало было.
   Сергей Белов. Военный механик, знаток механизмов, использующих силу, покровителем которой является Зевс. Его выходка в Пире впечатлили. И морской командир, знаток географии и зависимостей погоды от местоположения.
   Пётр наёмник из будущего, но и подсобный рабочий. Царь несколько разочаровался, но выяснилось, что хорошо знает войну как раз огнестрельным оружием и тактикой малых групп.
   Алексей. Плотник и по мебели, и по кораблестроению, и по жилью, и лесозаготовщик. Воевать пушками умеет. Полезный тоже.
   Сайрес Смит. Механик со многими знаниями и управляющий путей сообщения. Филипп чуть со стула не упал, когда уяснил, что такое железная дорога по возможностям: знал ведь хорошо и экономику, и военное снабжение. Но и железа требовалось невероятное количество. Царь, подумав, решил, что это хороший признак, и тут Александр поможет. Хотя они с Сайресом вместе работали и соперничали. Ещё выяснилось, что военное дело знает как снабженец. Пушки тоже, но на корабле друг друга многому научили.
   Гедеон Спилет. Родился в семье бондаря, потом работал в больших мастерских по изготовлению заменителя папируса из бумаги и по изготовлению книг. Филипп сначала не понял, о чём речь, но журналист показал книги и листы бумаги. Ещё царь с удивлением узнал, что отец Гедеона не гончар, а плотник, делает бочки из дерева, а не из глины. А что, так можно было? Нынешняя же профессия была чем-то незнакомым. Записывал разные интересные события, делал описания войн, куда ездил, а потом все записи размножали и продавали на листах бумаги. Это ж во сколько раз дешевле записей на папирусе?!
   - Величайший, ты не понял всего. Сайрес Смит уже показал тебе, что когда в сто раз больше железа, то это не в сто раз больше привычных инструментов, а ещё то, что раньше немыслимо, например, железная дорога. Вы, эллины, сделали всё, что возможно, для обучения молодёжи и для распространения знаний, при большой бедности на материал для записей. Пришло время для новых средств. Сами удивитесь, к чему приведёт, когда даже у бедных детей будут книги для обучения и чтения, когда у жён бедняков будут книги, как готовить разнообразную еду, и как шить самим новую красивую одежду. Долго рассказывать...
   Филипп вдруг осознал, что на пороге новая эпоха, и она не сможет настать без этих людей.
   Пенкроф оказался многоопытным моряком мирного парусного флота, лучший знаток плаваний под парусом. Были и другие, но он лучший. И на верфи работал много.
   Герберт Браун, несмотря на свои восемнадцать лет, оказался весьма хорошим знатоком трав, деревьев, зверей, птиц и рыб. Что особенно важно, для краёв, далёких от Эллады. Хотя и другим вещам обучен. Телохранители Филиппа, кстати, очень высоко оценили сушеные фрукты юга западной Либии.
   Наб, судовой повар, раньше был слугой Сайреса, и вольноотпущенник. Знал много полезного, но уже второй не слишком ценный с корабля. Но такие тоже нужны.
   Юрий Снегов, как и Сайрес Смит, уже в возрасте пятьдесят лет, архитектор и учитель архитекторов, бывший управляющий у строителей. Филипп был очень рад, и довольно легко оценил специалиста.
   Сын архитектора, Николай, оказался знатоком, как обращаться с земляным маслом. Которое, на удивление царя, оказалось невероятно полезным. Это и пища для машин, и много смазок, и даже одежда, и твёрдые смолы, и многое другое. Парень так и заявил: "Персы, владея богатствами в сто пятьдесят тысяч талантов, подобны бедняку, который радуется пригоршне драхм, не зная, что под его домом закопан мешок с золотом". И со слов Николая, у Персидского моря под землёй есть ещё одно море, земляного масла. Персы знают, что оно есть, но не умеют хорошо использовать.
   Фидель Санчес, смуглый красивый бородач, среди эллинов за своего можно принять. Целитель, учился десять лет, пока самому не разрешили работать. До того ученик, а потом работа под надзором опытных целителей. С его слов следовало, что родная страна очень знаменита хорошими лекарями, и оные за границей деньги для родины зарабатывают. Фидель имеет большой опыт работы в беднейших и самых диких краях, лечил варваров там, где нет цивилизации, зато полно плохих болезней. Что ж, лекари всегда в цене, а этот похоже что хороший. Причём заявил, что знает, как снижать число заболевших, мешая заболеть. И привёл в пример, как можно было не допустить Афинскую чуму. Потребовал для войска тех же мер. Царь твёрдо решил при первой возможности проверить на своих солдатах.
   Карл был механиком и знатоком мелких точных механизмов для измерения времени, и способы изготовления. И умел делать хорошие сыры, угостил пробной продукцией из испанского сырья.
   Ричард Коллинз оказался родом с каких-то двух больших как Крит островов, но очень далеко на юге, рассказал, что там лето когда на севере зима, и наоборот. Хвалился, что это лучшее место на Гее для овцеводства, включая все неизвестные эллинам земли. Сказал, что вырос в семье овцеводов, и что механик по механизмам для переработки шерсти. Пообещал, что может сильно удешевить производство тканей, и показал колесную прялку, объяснив, что это самое простое приспособление. Царь вспомнил слова своих моряков, что такая система парусов, как на этом корабле, очень дорогая и трудоёмкая из-за большого количества тканей.
   - Вот ты говоришь, что сможешь сильно уменьшить необходимое число рабов для изготовления тканей. Но куда их потом девать?
   - Войны между эллинами тебе суждено прекратить, но и тканей больше понадобится для кораблей.
   - А шесть, хлопок и лён где брать? Земли мало.
   - У кочевников её много. Отберёшь, засеем землю и люди там будут жить.
   - Непростое дело, но мне не привыкать.
   Виктор Сорокин оказался уроженцем Крыма, он же Таврида. Хвалился, что отлично знает виноградарство и виноделие, и многому может научить местных. Филипп довольно кивнул, но то начало было. В разговоре выяснилось, что отлично знает механику и простую, и с силой Зевса. Это позволяло привлечь Сергея на военный флот. А потом пообещал мгновенную связь на большие расстояния, сказал, быстро не получится, но попробует наладить изготовление таких механизмов. И есть несколько таких устройств на борту, речь была про радиостанции Р-159, Р-112 и Тензор. Не очень мощные, но достаточно для переговоров между Перинфом и Византием. Вопрос, кем работал, спровоцировал ответ "Мою военную профессию можно назвать Стражи Неба, защищаем при помощи специальных механизмов города от страшных очень быстрых ударов с неба". Царь толком не понял, о чём речь.
   Мстислав Голицын оказался одним из двух аристократов на борту. Если Сайрес Смит младший сын из малозначимого рода, то Мстислав происходит от правителей большого государства. Командир среднего звена в тяжёлой латной кавалерии, причём в той, что охраняет правителей. Отлично знает всё причастное к кавалерии, коневодство, холодное оружие, тактику, историю войн, и музыку. Имеет опыт рейдов на территории врага. Что ж, кроме консультаций, необходимо испытать его в гетайрах, конной агеме, что может и умеет. Так и сказал.
   Андрей Шилов специально попросил, чтобы с ним разговор был в последнюю очередь, и оказался очень интересным человеком. Говорил, что землемер, и это чистая правда, но не вся. Сказал, что разведчик. А когда Филипп поинтересовался знаниями и умениями, то обалдел. Наблюдатель в мирное время за вражьей территорией, аналитик, специалист по противодействию вражеской разведке, умеет разные пакости делать, вести хитрые расспросы, заниматься распусканием нужных слухов, учил, кому что когда и кому говорить, как поведением обманывать, и тому подобное. Такие люди если и были где, то разве что у персов, да и то, царь не был уверен. Сам баловался такими вещами, но помощник намного ценнее Эвмена может получиться.
   Этот деятель рассказал, как с друзьями настраивал Гадес против Карфагена, как пропагандировали Сиракузы собирать все земли, и какой агитацией занимался в Афинах.
   - Тогда объясни, почему тех разбойников у острова Китира не убили на месте?
   - Зачем? Они же не напали. И сообщить остальным не успевали, мы спокойно ушли.
   - Вас же нашли в Афинах, так что сглупили, - спросил Филипп с подколкой.
   - И к счастью, не зная чего ожидать, тупо навалились толпой. Как мы и рассчитывали. Ещё афиняне узнают, что мы тебе помогаем, и вспомнят ту бойню, когда будут думать, воевать ли против тебя, - объяснил Андрей.
   - Очень неглупо. Почему корабль назвали "Звёздные врата"?
   - Без меня так сделали. Но умно, само значение это сеть механизмов, созданных богами, для прыжков с планеты на планету разных звёзд. Можно об этом подробнее при всех рассказать?
   - Годится. Ещё расскажи, зачем вы рассказали про богатства северного берега Эвксийского понта? Это ложь, чтобы избавиться от опасных людей.
   - Нет, это правда, и я предлагаю вместе медленно, осторожно и без большого ущерба прочему осваивать те края.
   - Нам Персию ещё завоёвывать, зачем и туда отвлекаться, - спросил Филипп. - Или предлагаешь не трогать державу Ахеменидов, а завоёвывать и заселять земли к северу?
   - Напоминаю, надо ещё всю Элладу привести к покорности без излишнего ущемления прав и интересов эллинов, и навести там порядок, общие законы и правила. Поэтому мы пока не сможем и не будем на север бросать большие силы. Всё честно, чистая правда. И это должны знать все, и эллины, и персы.
   - Но в чём хитрость?
   - Я разве предлагал совсем не нападать на Персию? - усмехнулся чекист. - Умные люди смотрят не на слова, а на дела. Я и про умных персидских придворных и командиров. Дела же таковы будут, что мы будем и Элладу осваивать, и стремиться на север, разведывать земли там, понемногу людей отправлять, готовить войско для покорения тех земель. И найдём, ради чего покорять, я обещаю. А войско может по пути на север свернуть на восток. В реале персы сами запутались и расслабились, потому что твой сын отозвал в помощь в подготовке войска Пармениона. Но мы же не будем полагаться на такое везение?
   - Замечательно, но что потом с севером? - обрадовался царь.
   - Пригодится. Надо же Элладу самим кормить зерном, чтобы люди не голодали, и помнили, откуда и по чьей милости хлеб. Ты ж для этого хочешь владеть Перинфом и Византием?
   - А потом до Индии, и саму Индию покорять. Сумел же мой сын, - довольно заявил Филипп.
   - Предлагаю сделать по другому, - и Шилов изложил свой план.
   - Остроумно и обоснованно, - оценил царь. - Но не все согласятся на меньшее, когда можно взять всё. Парменион мудрый, а сын не согласится.
   - Кому неймётся, отправится в ссылку себе царство завоёвывать.
   - Снова на север?
   - Величайший, вам надо кое-что увидеть, и остальные тоже пусть поглядят, подскажут чего. Помнишь, как Аристотель доказал, что Гея круглая?
   - Сомневаюсь, - хмыкнул македонец.
   - Мы нет. Смотри, - и Филипп увидел физический глобус. - Вот Эллада, вот Сицилия, Истр, Борисфен, Нил, Индия... Вот границы Персии. А вот карта государственных границ наших времён.
   Ещё царю показали на ноутбуке, как изменялись границы цивилизованных территорий, особенно в его времена. Кроме берегов Средиземного моря и Персии были Индия и Сабское царство, про которые Филипп знал очень мало, и совсем неизвестные государства на востоке чудовищно огромной Азии, вопреки словам географов. Гея оказалась необычайно большой, менее десятой доли занимали цивилизованные земли, если таковыми считать даже Рим.
   - У нас учёные говорят, что есть пять эпох: Каменный век, Медный век, Бронзовый век, Железный век, Алюминиевый век. И большинство людей до сих пор живёт в каменном веке, - сказал Юрий Снегов. - Даже земледелия и скотоводства не знают многие.
   - И потому лёгкая добыча, - оценил царь. - Да только деньги нужны, чтобы у них города и дороги строить. Но что такое алюминий?
   - Единственный металл, которого в земле намного больше, чем железа. Добыть его из глины очень тяжело, но заменяет медь почти всегда, а при добавлении в медь получается бронза, - сказал Александр и дал Филиппу алюминиевую ложку и кусок алюминия с Боинга.
   - Вам нужно место, где будете делать всё, что умеете. Где хотите?
   - Лучше всего подходит Гераклея Понтийская, но и в Македонии надо для нас хорошее место, - попросил Сайрес Смит.
   - Город Стагир себе возьмёте, я письмо напишу, и восстановите. Покажите ещё карту Греции, - приказал Филипп и кое-что вспомнил. - Вот этот город, его у меня нет.
   - Фессалоники, или Салоники, будет основан через пятнадцать лет. Одна из причин, это что Пелла больше не годится как морской порт из-за речных наносов. В наше время второй по величине город Эллады, иногда называют северной столицей. Самый важный перекрёсток дорог и второй по величине порт, - рассказал Сергей.
   - Юрий, вы спроектируете обновлённый город Стагир, и построите. Я посмотрю, что получится, и если понравится, доверю то же самое сделать с Салониками. Возможно, не только с ними, - объявил царь решение.
   - Нам очень нужна Гераклея Понтийская, - не сдавался Александр. - С некоторым преувеличением это незаменимый для нас город.
   - Хороший город, но ничего особенно ценного там нету. Ещё и люди там много болеют болотной лихорадкой. Она и в Македонии есть, но там хуже. И что с этим делать?
   - Я знаю эту болезнь, и знаю, как лечить, и как сделать, чтобы люди заболевали во много раз меньше, - заявил кубинский врач.
   - Если сумеешь так сделать, будешь главным над всеми целителями в моём царстве, - пообещал Филипп. - Но я хочу услышать, чем незаменима Гераклея Понтийская.
   - Древесный уголь очень нужен и на обжиг мрамора для извести, и на выплавку металла. Его делать дорого и долго, да и леса вырубаются быстрее, чем вырастают. Даже если сажать более быстрорастущие деревья. Но есть выход, надо использовать земляной уголь, - предложил Александр. - Его много к востоку от Гераклеи Понтийской. Первые годы только долби и грузи на корабли.
   - Где ещё есть у берегов Внутреннего моря?
   - Испания, причём хорошего там нету в восточной Испании, и к северу от Меотидского озера, там начинается где-то в тысяче стадий от берега, ответил македонцу металлург.
   - Будете обходиться древесным углём или возить земляной из Гераклеи Понтийской. Жить там и иметь мастерские я вам там запрещаю до тех пор, пока Малая Азия не окажется под моей властью. Получите право сразу после завоевания, - приказал Филипп. - Но я вот чего боюсь, не в Павсании дело, я про свою смерть. Боги если захотят, сделают так, что я не уйду от судьбы.
   - Понимаю, бывает. Я хотел уклониться по незнанию. Уплыл с острова, чтобы на помощь позвать. Но боги меня остановили и наказали, - Ричард влез в беседу. - И мне пришлось, с трудом выплыв, одному жить на острове. Четыре года ел только морские орехи, крабов и рыбу, пока меня оттуда не забрали.
   - Какие ещё морские орехи? - удивился царь. И его угостили кокосовым орехом.
   - Египет будет очень рад, если поможем их выращивать. Они по морю плавают с острова на остров, но и самим сажать можно, - с намёком объяснил Пенкроф.
   - А судьбу мою как обмануть предлагаете? Убрать Павсания мало.
   - Я точно не знаю, хотя слишком близких отношений с телохранителями быть не должно. Но если это заговор Олимпиады, её брата и вашего сына Александра, то по причине последней жены и желания её родственников отодвинуть Александра от трона, - сказал Андрей. - Это причина вам не жениться на той Клеопатре, а не выдавать замуж дочь. Второе. Есть подозрение, что ваша смерть это кара богов. Всем людям запрещено заводить детей с близкими кровными родственниками, ни один народ и ни один человек не избавлен от этого запрета. Вас боги могли прямо наказать за то, что два раза отдавали дочерей в жёны близким родственникам по крови. Приёмную дочь женить на родном сыне можно, если матери и отцы разные. Хотите доказательств? Поинтересуйтесь фараонами Египта. У них было целых тридцать династий, и все быстро вымирали, потому что фараоны на родных сёстрах женились.
   - Есть такой закон, что если детей женщины рожают от кровных родственников, то дети болеют чаще родителей, более уродливые и слабее. Внуки ещё хуже. Никто из целителей с этим справиться не может. Никто не может уйти от этой кары, кроме богов. Я знаю, как это работает, но защита от кары подвластна только богам, - рассказал Фидель. - Вот, смотрите на портрет.
   - Это что за урод? - ахнул царь.
   - Сын царя и его племянницы, а те тоже дети от близких родственников. Научился говорить в четыре года, ходить научился только в восемь лет, читать в десять лет. Много болезней, с трудом всегда ходил. К моменту смерти в тридцать восемь лет его тело так и не достигло способности стать отцом, хотя у мальчишек это происходит лет в четырнадцать, - кубинский врач рассказал про испанского короля Карла Второго и перечислил все болезни.
   - Ещё, кого в мужья дочерям выберете, ваше дело, но Гераклея Понтийская важный город, - напомнил Александр Волк.
   - Намёк понял, - засмеялся Филипп.
   Тут царя позвали на праздничное застолье по поводу сдачи Перинфа.
  
   Филипп пригласил с собой Александра, Сергея, Сайреса Смита, Гедеона, Герберта, Юрия, Фиделя, Андрея и Мстислава. Те с собой взяли замаринованные шашлыки, чёрный хлеб, маринованные помидоры и не только.
   Сергей вручил повару заготовленное мясо для шашлыков вместе с одноразовыми деревянными шампурами, поостерёгшись давать стальные, и приказал лук откладывать в отдельную тару, и на стол. Эллины жарили мясо на вертеле, и к нему были пшеничные лепёшки, но для командирского стола испекли и пышный пшеничный хлеб, очень вкусный. Были и маслины, и каперсы, и сыр. Также были угорь и тунец. Из овощей только огурцы и лук.
   Попаданцы переглянулись, и на стол выложили ржаной хлеб, маринованные помидоры и сушеные африканские фрукты. Лук от шашлыков туда же. И Сайрес Смит на стол торжественно поставил две бутылки вин "Массандры", "Кагор Южнобережный" и "Седьмое небо князя Голицына". Открыл обе бутылки, и попробовал из каждой, потом налил Филиппу. Царь оценил. Остальным военачальникам тоже перепало на пробу. Таре поудивлялись.
   - Это всё? - спросил Парменион.
   - Есть самодельное, тоже хорошее, - сказал Александр. - И кое-что для тех, кто любит покрепче.
   Этим самым покрепче оказалась бесцветная жидкость с хлебным запахом.
   - Сфенел, попробуй, - позвал царь одного из телохранителя, ростом как Кличко, только пошире, и не за счёт жира.
   - Сколько наливать? - спросил Волк, держа в руке амфору на пару литров. Здоровяк выхватил и стал пить. Но, одолев около половины литра, оторвался и, шумно дыша, замотал головой как конь.
   - Закуси, - подводник протянул кусок хлеба с жареным мясом и луком. - И налейте ему разбавленного вина, воды не жалеть.
   - Я такого крепкого вина никогда в жизни не пил, - заявил Сфенел, как в себя пришёл. - Пьётся как вода, но по голове бьёт сильно. Выпил секстарий, а по голове ударило, как будто в три раза больше неразбавленного вина.
   - Кто же столько одним махом пьёт? - засмеялся подводник.
   - Все пьют, - сказал один из участников застолья. - Но разбавленное вино. Всем попробовать надо.
   Хлебной самогонки Саша налил понемногу, и никто не обиделся, наблюдая, как проняло здоровенного охранника.
   - Зачем нужно такое? - спросил Лаомедон, адмирал македонского флота.
   - Там, где нет своего вина, делают это, - объяснил Фидель. - И для целителей очень полезная жидкость. Можно снизить и смертность при родах.
   - Было бы где жить, когда люди расплодятся, - буркнул один из полководцев.
   Герберт достал маленькую ступку с тёркой, пригоршню перца горошка, растёр, насыпал в пару чашек и поставил на стол.
   - Щедро, очень щедро, дорогая приправа, тут на золотой статер, - кто-то сказал.
   - Кому как. Мне талант веса перца обошлась в один железный нож, - объяснил юноша.
   - Перец из Индии не такой, - заключил Филипп, попробовав с мясом. - Откуда? У варваров выменял?
   - Конечно. За владениями западных финикийцев.
   - Мне нравится такая торговля. Больше чем в тысячу раз дешевле купил, чем в Афинах, - заметил Парменион.
   - Зато туда тяжело плавать, карфагенский флот сторожит Геракловы столбы, - буркнул Сергей. - Понимаете, что надо ради освоения тех земель?
   - За победу! - поднял тост Сайрес.
   - Да здравствует великий Филипп! - поддержал Антигон.
   Выпили вина, закусили. Причём северяне пили умеренно.
   - Чего так мало пьёте? Царя не уважаете? - взревел пока ещё двухглазый Антигон.
   - Мы уважаем, но и уподобляться свиньям не хотим, - сказал Сергей.
   - За такую победу надо упиться!
   - Ещё много будет тостов. Не обижайся, но у нас считается хорошим тоном вовремя остановиться в пьянке, - сказал подводник.
   - Что? Наш Филипп величайший царь!
   - Собиратель эллинских земель. Потому мы к нему и пришли.
   - Смотрите, какая закуска!
   Тут на стол положили палочки с шашлыками. Ох как хорошо пошли под красное вино, с лучком и чёрным хлебом... С пшеничным не то. И помидоры маринованные оценили. Ещё гиперборейцы поставили своё вино разных сортов.
   - Откуда у вас такие вина? - спросил Парменион. - Вы же северяне. Но даже в Тавриде часто вымерзают виноградники.
   - Особые сорта, выдерживающие сильные морозы, - объяснил Александр. - Очень пригодятся и на северном берегу Эвксийского Понта, и на южном берегу Янтарного моря, и в Америке.
   - Где это? - заинтересовался полководец.
   - Узнаете, когда вся Эллада будет под властью Филиппа. За царя! - ответил Шилов.
   Все дружно опрокинули кубки. Шашлык шёл на ура, и спросили, конечно, почему такой вкусный. Чёрный хлеб с тмином тоже порадовал.
   - Откуда эти круглые, солёные... - спросил Эвмен.
   - Сами вырастили. И в Македонии будут эти томаты. Когда царь нам даст большой кусок хорошей земли, будем разводить разные растения и продавать семена, - объяснил Сайрес Смит.
   - Не слишком жирно вам ещё и землю? - пробурчал один из придворных, Терсит. - Мы бы и так взяли город, вы только немного облегчили.
   - Это средство усиления пехоты, но намного лучше катапульты, - сказал Смит. - И без нас были бы большие потери, даже если б взяли город.
   - Конечно взяли бы, - рассмеялся Антигон. - А людей можно ещё набрать.
   - И мужчин из знатных родов, которые будут убиты, я сам чуть не погиб, - Филипп показал на пустую глазницу. - Ты жить хочешь?
   - За македонцев! - поднял кубок Антигон.
   - И союзников! - добавил Филипп.
   - Народ не поймёт, - уже пьяный заявил полководец.
   - Пойдёмте, покажу кое-что, - предложил Белов. - Только пусть Лаомедон скажет, почему у вас редкость корабли длиннее нашего?
   - Все ж знают, что чем длиннее корабль, тем длиннее на киль дерево надо. Брёвна длиной семьдесят-сто локтей очень дорогие, больше не бывает, надо составной киль мастерить, - объяснил адмирал. - Длиннее брёвен не бывает.
   - Бывают. Пойдём.
   Вся пьяная компания пошла к кораблю. Оттуда вытащили деревянный брус длиной шесть метров. Его Лёха долго вырезал бензопилой.
   - Шесть шагов длиной. И что? - спросил Терсит.
   - Сюда глядите, - Сергей показал на кружок по центру. - Брус вырезан поперёк ствола.
   Эвмен и Лаомедон принялись считать годовые кольца, а Филиппа позвали в сторонку и показали фотографии и видео того самого огромного эвкалипта, с которого на острове Линкольна снимали воздушный шар, и кадры леса из эвкалипта царственного.
   Остальные македонцы, ножами проверили прочность древесины.
   - Чем это пахнет? - спросил Парменион. - Какие-то благовония интересные.
   - Само дерево даёт целебное масло. И пахнет приятно, и для лечения многих болезней годится. Их одних маловато, но там где растут, меньше болеют болотной лихорадкой. Но и другие деревья расти рядом не любят, - рассказал врач.
   - Пить пошли за наших друзей, утром поговорим, - приказал царь.
   Дальше пиршествовали уже без умных разговоров. Македонцы напились в хлам, но Филипп и его гости вовремя остановились.
   Правда, ночевавших на кораблей героев не разбудила попытка атаки диверсантов. Эти парни из Перинфа, пользуясь темнотой, решили захватить шхуну, вырезать гарнизон македонцев и возобновить борьбу. Но картечь и подоспевшие македонцы разделили атаковавших на мертвецов и рабов. Жителям Перинфа крупно повезло, что решили дождаться гонца с сообщением, прежде чем воевать с гарнизоном.
  

Глава 11. Вопрос лошадиный

  
   Три дня ушло на то, чтобы армия добралась до Византия со всеми обозами, кавалерия за день управилась. Но многим пришлось задержаться в Перинфе из-за горячих парней.
   Мстислава Голицына назначили-то в гетайры, но, разумеется, в резерве держали не лучших лошадей. Выделили, было, фессалийского чёрного жеребца, и стали наблюдать. Кавалерийский офицер оглядел лошадь и сказал:
   - Это был неплохой конь двадцать лет назад. А старый конь борозды не испортит, но и глубоко не вспашет.
   - А чего ты хотел бесплатно? - заржали македонские всадники.
   - У меня деньги есть на хороших. На севере Персии, к югу и востоку от моря, что за Колхидой, говорят, что лучшие в Ойкумене лошади, - мечтательно князь сказал.
   - Кто ж в Персии продаст нисейского коня чужаку? Персам самих мало. Можешь рискнуть через Колхиду пробраться. Если по дороге не убьют. А, вокруг Европы в Гирканское море попробуйте приплыть, Геродот писал, что с севера пролив есть, - посоветовал Терсит.
   - Нету там пролива, зато есть большая река шириной от пяти до пятнадцати стадий, - буркнул Мстислав и спросил. - Так где, господа аристократы, боевого коня можно купить? Хорошего.
   - В городе есть пара человек, сейчас можно, но не одному. Меня Геродот зовут, - пожилой воин пожал руку Голицыну.
   Группа гетайров отправилась в Перинф. В городе по приказу Филиппа македоняне вели себя не то, чтобы образцово, но получше, чем афиняне под командованием Хареса. Да, многие в войске были не в восторге от запрета на грабежи и изнасилования, но царь заявил "Отныне и на долгие времена Перинф будет платить дань. Кто ж обижает дойную корову?".
   Торговец лошадьми по имени Филипп провёл к конюшне:
   - Есть фессалийские, есть скифские кони. Вот, смотрите.
   - Другие есть? - князь поинтересовался. - Нисейца хочу.
   - Нет, это большая редкость. Но за задаток пять талантов, пожалуй, сумею достать, - покачал головой торговец.
   - Наглец! Если б вывел прямо сейчас нисейца и сказал бы, что продаёшь за пять талантов, и можно поторговаться, был бы разговор...
   - Подожди, нисейца ни одного нету, это редкость, - Филипп за руку схватил. - Но есть кое-что другое. Один жеребец из Ливии и три из Крита.
   Чёрный берберийский жеребец, рослый по нынешним временам, 160 сантиметров в холке, был неплох на первый взгляд. Мстислав осмотрел и попросил разрешения прогуляться, присмотрелся, поморщился, глядя на основание хвоста, и попросил показать остальных.
   Из критских коней князю по душе пришёлся гнедой жеребец, довольно крупный, 150 сантиметров в холке, другие критские лошади были мельче. Присмотрелся, прошёлся с ним.
   - Бери, отличный конь, - посоветовал один из гетайров.
   - Можно проехаться? - спросил Голицын. Получив разрешение, сделал небольшой круг.
   - Иноходец. Очень достойное предложение. Но мне нужен боевой конь, а иноходец при резких поворотах намного хуже на ногах держится, чем обычные лошади. Сколько стоит?
   Услышав цену, Мстислав покачал головой и ушёл.
   - Подожди, можно поторговаться, - предложил торговец.
   - Верное дело, - отметил Терсит. - При резком повороте и самому упасть недолго, тут уж всё равно, удержится конь на ногах или нет.
   - Для прогулок и долгих переходов купил бы как запасную, но не знаю, что с деньгами будет, если найду боевого, - сказал кавалергард.
   - На лошади, значит, плохо держишься, - спросил другой гетайр. Князь загадочно улыбнулся в ответ.
   У второго продавца вообще ничего не заинтересовало.
   Третий, как спросили, что надо, сказал:
   - Если не нравятся фессалийцы и критские лошади, могу показать скифских, есть у меня один замечательный, привезли из Ольвии, - предложил Антилох.
   - Мы уже видели.
   - Из Фракии или Малой Скифии? Неважно, вы только гляньте.
   Да, по меркам скифских лошадей был крупный жеребец, ростом 155 сантиметров игреневой масти, то есть гнедой со светлыми гривой и хвостом. Мощный конь шестилетнего возраста. Голицын очень хорошо оглядел, рядом прошёлся. Конь дёргался, но кавалергард сразу нашёл общий язык. Проехался и спросил цену. Антилох заломил два таланта, но сбили до пятидесяти мин угрозой купить иноходца.
   - Я бы критского коня купил, но и этот очень хорош, - оценит Терсит. - Не Буцефал, но ничего лучше из скифских не видел. Может, только никейские.
   Расчёт делали у ворот города, ибо князю пришлось сбегать на шхуну за мешком с деньгами, да и без спора о переводе трофейных монет в эллинские не обошлось.
   Дальше сюрприз вышел. Персидскую хакамору вместо уздечки с удилами (стальной стержень во рту коня) эллины знали и ценили, но и понимали, что это для хороших всадников на долгую езду. Но вот седло со стременами видели впервые.
   - Спокойно, Лучик, спокойно, - поглаживал и ласково говорил с питомцем князь. - Сейчас мы всем покажем.
   Голицын был неприятно удивлён выбором лошадей в Античности. В своё время, поскольку для службы в лейб-гвардии требовалось иметь двух лошадей, обзавёлся весьма неплохим гунтером ростом 175 сантиметров и далеко не лучшим ахалтекинцем. Весьма распространённые до Первой Мировой дончаки были дефицитом. Впрочем, оба коня на войне сгинули.
   Сейчас же, имея солидную сумму денег, захотел купить нисейскую лошадь, которая оказалась жутким дефицитом за сумасшедшие деньги. Тот же Буцефал, будучи неидеальным представителем этой породы, обошёлся царю в 13 талантов. Не мог же Мстислав потратить на коня больше пары талантов серебра, большие деньги на борту шхуны на другое предназначены.
   Другие породы ввели в уныние. Дело в том, что рекомендуется покупать лошадь ростом в холке на десять сантиметров ниже всадника. Одинакового роста тоже годится, особенно если всадник плотного телосложения, а лошадь узкая. На двадцать сантиметров ниже тоже можно. Но у кавалергарда рост 192 сантиметра, в ряды этих кавалеристов было строжайше запрещено набирать мужчин с ростом меньше 190 сантиметров, так что князь Голицын был одним из самых низкорослых в полку. И с огорчением выяснил, что рост рядовых лошадей в Античности 140 сантиметров это нормально, у фессалийских лошадей 130-140 сантиметров в холке. Ниже Мстислава на 50-60 сантиметров. И как ездить рослому кавалеристу? Ноги на конскую спину класть, чтобы за землю не цеплялись? Потому и отмёл сходу коней ростом меньше 150 сантиметров. Берберийский жеребец был самым крупным из увиденных, хотя в России 160 сантиметров это немного для боевого коня. Кавалергард едва не купил берберийца, но что-то смутило, и, увидев здоровенного для своей породы жеребца из украинских степей, выбрал последнего.
   Установив и настроив всю упряжь, кавалергард осторожно проехался на жеребце, осваиваясь, а потом принялся скакать зигзагами. Повороты и рывки невозможные для езды охлюпкой впечатлили всех. Для полного счастья только подков не хватало, но тут уж Сайрес Смит помог.
   Заинтересовались все гетайры из царской охраны. Даже царь, спросив разрешения, посидел на Лучике.
   - Так намного лучше. Будет время, поможешь с изготовлением упряжи для всей кавалерии, - отдал приказ.
   - Конечно помогу. И стрелять из лука проще, и копьём если бить, намного легче удержаться, - пояснил ротмистр. - И это ещё не всё. Лошадьми и землю пахать можно.
   Дружный хохот был ответом.
  

Глава 12. Нежданный конец авантюры

  
   После того, как делегация во главе с Аристархом принесла нерадостную весть о сдаче, далеко не все смирились. Однако, было понимание, что новое оружие не даёт шансов отбиться от македонцев. Их в город пустили, и пообещали за сутки собрать налог.
   Телемах, опытный воин двадцати двух лет от роду, предложил захватить или сжечь парусник и вырезать македонский гарнизон, и потом держать осаду. Пожилые воины после долгого спора согласились.
   Парень подошёл к подготовке со всей старательностью. Связали плоты, подготовили одну лодку, вёсла тряпками обвязали, и поплыли ночью, сразу, как стемнело, к кораблю. Его подсвечивали костры из лагеря македонцев, из которого слышались галдёж, смех, музыка. На корабле было тихо, спят там что ли?
   Темна греческая ночь, а почти везде и тиха. Звёзды ярко светят. Лучше б был шторм, но и так можно. Не видно даже соседних плотов и отставшей лодки с маслом и другими заготовками для поджигания. Только тихонько сопят бойцы, и плещется вода. Зря, видно, архонты боялись.
   И тут собачий лай на паруснике, далеко слышимый.
   - Надеюсь, нас не заметят, - прошептал кто-то рядом.
   И тут появился яркий свет на паруснике, луч обвёл море и осветил десантный отряд из семидесяти добровольцев. Потом ударил гром и раздался крик "Сдавайтесь! По одному плоту подходите к берегу. Вас там встретят."
   - О боги! - воскликнул Халкей. - Так Каллистрат был прав, что нас ждут.
   Никто не спорил. Злые парни подплывали к берегу, там снимали с себя всё, кроме хитона, под прицелом копий и луков македонцев, и садились где указано. Всех связывали попарно спинами, и так на земле ждали утра.
   На рассвете перинфийцев напоили водой, и всё. Снова ожидание, а солнце всё выше. Телемах старался держаться стойко, но мысль о рабской судьбе беспокоила. А больше того что подвёл товарищей. И любимая Клеопатра, уже беременная первым ребёнком, ждёт дома у отца.
   Ожидание затянулось, но поздним утром пришёл богато одетый одноглазый пожилой воин со свитой и гиперборейцы.
   - Что это было? - спросил худощавый светловолосый мужчина.
   - Мы удрать хотели из захваченного города, - ответил Телемах.
   - Вам всем пытки устроить, или так расскажете правду, - спросил Филипп, злой из-за похмелья.
   - Вы никакого вреда нам не успели нанести, так что дёшево отделаетесь, если будете честны. И ваших сообщников сдайте, - заявил помощник царя из гиперборейцев. - Только каждый свой список приведёт. А мы их сравним.
   - Мне никто не может помешать вас под пытками допросить, - предупредил царь.
   - Я всё придумал, и всех уговорил. Задумали мы вот что... - признался перинфиец.
   - Какой честный, умный, благоразумный и храбрый воин. Жалко будет продавать на рудники, - сказал один из гиперборейцев по имени Виктор, когда всех допросили.
   - Опасно их отпускать, и неразумно, - отметил один из македонцев.
   - Заманчиво продать в рабство, деньги нам нужны, - заметил другой.
   - У нас что, есть выбор? - огрызнулся Телемах.
   - У тебя есть незамужняя сестра? Я бы взял в жёны, заплатив тобой в качестве выкупа, - предложил Виктор.
   - Они опасны, такие инициативные и храбрые, - сказал один из приближённых царя.
   - Я могу вас освободить, но после определённых клятв, - предложил Филипп. - Вы с семьями и те, кто вас ждал в городе, отправитесь в изгнание и оснуете свой город, колонию.
   - Неплохо, я даже наверное соглашусь, - ответил Телемах. - Но где?
   - Северный берег Меотидского озера.
   - Лучше, чем рабство, но там холодно.
   - У вас разве есть выбор? Там жить можно, а холодно только зимой. Мы вас научим, как зимой там жить, - сказал Сорокин.
   Под такое дело тормознули караван кораблей с пшеницей для Афин, и часть по жребию зафрахтовали за счёт Перинфа для переселенцев.
  
   Пока этим занимались, мрачный Телемах привёл Сорокина домой в сопровождении македонских воинов и Сергея Белова, и объяснил ситуацию. Отец, худой мужик средних лет, заявил:
   - Я ж предупреждал.
   - Хайре. Ты учитель арифметики? - спросил офицер ПРО.
   - Да. Меня зовут Софокл, а мою дочь, которая не замужем, Рода. Был у неё жених, но умер от болезни.
   - Учил чему-нибудь кроме женских дел?
   - Читать, писать и арифметике. Это много для женщины, я б и не учил, но сама попросила, - рассказал Софокл. - А ты чем похвалиться можешь?
   - Денег много, дома пока нет, но царь Филипп нам пообещал разрушенный город Стагир. И я тоже знаю арифметику и геометрию. Софокл, ты знаешь, что будет, если двадцать два разделить на семь?
   - Три и одна седьмая.
   - И что тут особенного?
   - Э-э-э. Не знаю, не уверен. Окружность круга в три с небольшим раза больше поперечника, но насколько больше трёх, неизвестно.
   - На одну седьмую, но даже это не очень точно. Мы отвлеклись. Софокл, прежде чем договариваться, я должен увидеть твою дочь, - заявил Сорокин.
   - У нас не принято, чтобы невеста и жених до свадьбы знакомились. И принято, чтобы граждане полиса женились только на гражданках своего полиса, - заметил Филоктет из Пеллы.
   - Не вслепую же выбирать, - наконец сказал подводник. - И у нас был разговор с царём, такие запреты, что нельзя брать в жёны гражданок других полисов, будут отменены после объединения Эллады. Есть такой закон, что или родственные племена, малые народы и малые государства объединяются в большое царство, или погибают.
   Учитель слегка поморщился и позвал своих. Довольно симпатичная женщина средних лет вывела за руку в меру худенькую и довольно высокую по меркам Античности, на полголовы ниже Виктора, чернявую девушку с глазами лани, лет 16-18 на вид. Обе смотрели настороженно и испуганно.
   - Ты красивая, Рода. Будем вместе жить, - сказал Виктор. Девушка сильно покраснела, заулыбалась и довольно кивнула головой.
   - Теперь детали обсудим, - заявил Софокл.
   - Но нас что ждёт? - его сын спросил.
   - Земледельцами станете в краю с плодородной землей и холодными зимами. Будет тяжело, но ваш опыт пригодится. Эллинам земли мало, - сказал Виктор.
  
   А на агоре перед будущими переселенцами выступал Сайрес Смит:
   - Эллины. Вам тесно в Элладе. Пока эллинские мужчины гибнут в междоусобных войнах, а женщины умирают в родах или становятся порнами, ещё вы можете жить. Но когда Филипп Элладу сделает единой, как глубокой древности Египет, а потом и Персия, будет ещё хуже. Особенно когда с помощью нашего лекаря дети и женщины станут реже умирать, а войны между эллинами прекратятся, будет совсем плохо. Вам земли нужны.
   - Но все заняты, у скифов отобрать разве? - кто-то крикнул из толпы.
   - Наш покровитель Прометей подарил знание, как выплавлять металлы, письменность и многое другое, не всем народам, а самым достойным. Большинство народов до сих пор не знают железа, бронзы и меди. Или варвары, едва овладевшие земледелием и работой по железу. Идите и возьмите у них землю. На север от Истра, Эвксийского Понта и Кавказа плодородные земли, там по два-три локтя чёрной плодородной земли, на которой хорошо растёт пшеница и другие дары земли. Самые смелые и находчивые из вас будут первыми, они доказали неудачным нападением, что справятся.
   - Там виноград и оливки не растут! - заявил один из пожилых эллинов.
   - Виноград там расти может. Но не всякий. И у нас есть такой, что там выдержит, - заявил Александр Волк. - Но немного не такой, как ваш.
   - Оливковое масло из Эллады будете покупать. А потом будете растить священный цветок бога Солнца, очень почитаемый краснокожими варварами земель, что за морем к западу от Испании. У нас есть семена, - добавил Смит. - Его семена тоже годятся на масло.
   - Но разве делают из гиацинта масло? - засмеялись жители Перинфа.
   - Не про него речь, а про этот, - Саша развернул большой лист со своей фотографией у подсолнухов. Все так и ахнули.
   - Но с холодом как быть?
   - Спросите у жителей Пантикапея и скифов, если что сейчас не поймёте. В стены глиняных хижин надо закладывать побольше камыша и соломы, толще делать. Окна закрывать листами стекла, если нету их, то бычьи пузыри, - посоветовал Смит. - Печи в каждом доме нужны, и готовить еду внутри, а не на улице. Как говорят в Сибири, не мёрзнет не тот, кто хорошо холод выдерживает, а тот, кто тепло одевается. А там, в Сибири, это северная Азия, действительно холодно зимой. Траву на зиму надо сушить, и зимой скот ей кормить. Много чего.
   Долгий шёл разговор, объясняли тонкости жизни в краях с холодными зимами. Но наконец разошлись, и до утра собирались в путь. А утром вышел караван кораблей на северо-восток, и через десять дней достигли Херсонеса.
  
   Путешествие по морю в античных кораблях после шхуны Лёхе показалось таким же неудобным, как после поезда дальнего следования переполненный жёсткий пригородный автобус, да по разбитым дорогам. Да и всем по вкусу не пришлось. Моряки это знали, и выбрали путь сначала до юго-западного Крыма, а потом вдоль берега. Попали в район Симеиза, где и остановились на отдых. Тавров не боялись, поскольку среди переселенцев было несколько сотен мужчин.
   Внимание Лосева привлекла навзрыд плачущая женщина.
   - Что случилось?
   - А-а-а-а... Что ж мне делать, что ж делать... - рыдала. - Как мне дальше жить?
   - Тихо, спокойно, ты в безопасности, успокойся и расскажи, - столяр подошёл и спросил.
   - Муж умер. Я говорила, не надо плыть. У него живот больной, каждый день кашу ел. Пока плыли, думали, потерпит. Ели всухомятку. Но умер утром. Кому я теперь нужна с детьми?
   - Не бойся, не бросим. Как тебя зовут? - утешая, Леха гладил по голове вдову.
   - Эвника. Мой муж, Дриоп, наёмником был. Купил меня, освободил, и вместе жили, но бедно. А теперь что? Пятерых родила, двое выжили. Теперь и мне с ними помирать в диком краю? Что делать?
   - Лет тебе сколько?
   - Двадцать восемь уже. Я же скоро старухой буду. Кто замуж возьмёт?
   - Лицо умой, слезами горю не поможешь. Воды дайте!
   Приведя внешний вид в порядок, Эвника здорово похорошела. Немного не доставала Алексею до плеча, но понравилась, и фигура вроде неплохая. Даже кой-какую дрожь в себе ощутил.
   - Я Алексей. Старше тебя на десять лет, и холостой. Согласен, чтобы ты была моей женой. А ты? - Лосев, стесняясь, предложил.
   - Я не знаю, так быстро... Согласен или хочешь? - вдруг игриво спросила вдова.
   - Давай на одном корабле поплывём до Пантикапея. О, хорошо что вспомнил. Эй, все капитаны сюда!
   Капитаны собрались вместе, и Лосев заговорил.
   - Почтенные, тут один мужчина, бывший наёмник умер...
   - Не он один, - отозвались моряки. - Пару человек за борт упали, от больного живота тоже есть умершие.
   - А я об этом и хотел поговорить. Тут расстояние от Перинфа небольшое, и то умирают от болезней живота, плыть тяжело на таких кораблях.
   - Почему небольшое, вон сколько плыли через Эвксийский Понт, - возразил Макар, кормчий судна, на котором плыл Лосев. - Целых три тысячи стадий, и ни одного острова. Вот боги и забрали слабых животом.
   - От Сицилии до Крита разве меньше?
   - Меньше плыть без берегов, если отклониться к северу. Всегда же можно потерпеть. Так уж боги сделали, что невозможно каждую ночь на берегу ночевать, - развёл руками другой кормчий.
   - Надо на каждом корабле иметь небольшую печку, чтобы варить еду при небольшом волнении, - предложил русский. - И корабли хоть как-то надо приспособить, чтобы плавать было удобнее. Это по Внутреннему морю, хоть тут, хоть к северу от Египта, хоть между Сицилией и Испанией, близко плыть.
   - Не очень-то.
   - Подождите. Эллины не знают, что такое плавать дальше Внутреннего моря. Я видел. Видел, что такое проплыть как от Сирии или Египта, или Византия до Испании, и не увидеть ни одного острова. Надо будет строить корабли для расселения лишних людей Эллады. Пока на север, дальше не знаю. И вообще, очень уж много земель, где нельзя жить как в Элладе. Я знаю, как надо жить, где холодные зимы. Простите, не всё знаю и не всё умею объяснить, но знаю, что такое когда три, а то и пять месяцев реки и озёра закованы, а ветер носит снег как песок. И север Меотидского озера ещё теплый край, в Сибири хуже, - Лосев объяснил, как смог. - Для меня даже Таврида это очень тёплый край. Только не надо втирать, что только варвары могут жить на севере. Если эллины умные, то смогут везде приспособиться жить силой разума и много работая.
   - Не знаю, не знаю. Но мы назло всем выживем на севере, и на тебя надеемся, - заявил Телемах.
  
   Отдых на юго-западе Крыма продолжился плаванием на восток. Две сотни километров любовались Крымскими горами, покрытыми яркой зеленью, через которую проглядывали серые с жёлтым скалы. Алексею было без разницы, что Алупка, что Алушта. Важнее то, что края дикие, в удобных местах чаще всего шевелились дикие подозрительные личности. Дожди не раз беспокоили, но и воды зато хватало.
   - Смотрите и запоминайте. Думаю, мы больше никогда горы не увидим, - внезапно заявил Лосев.
   - Чего это? Они же везде есть, - отозвался один из эллинов.
   - Я впервые увидел скалы, когда был уже старше тебя, - ответил русский молодому парню. - Родился и вырос на равнине среди лесов вдалеке от моря.
   - Надеюсь, нам будет там хорошо.
   И такие разговоры велись всё время. А слева проплывали горы Крыма, прекрасные и ещё дикие, без пляжей, курортных зон и виноградников.
   Миновали и горы, из которых особенно запомнилась скала Золотые ворота у мрачной громады Карадага. У подножия горы несколько человек что-то искали. Алексей вспомнил рассказы Саши про самоцветы Карадага, которые натолкнули на поиски таковых на острове Линкольна.
   В городе Феодосия не останавливались, только с рыбаками и торговцами поговорили. Население тогда было тысяч шесть, потомки выходцев из Милета.
   А дальше был Керченский полуостров, равнина со скалами.
   - Смотрите туда! Причаливаем, - недалеко от пролива приказал Лосев. - Запомнить всем. Это железная руда. Тут её много.
   Да, полно было на самом берегу красноватых и светло-коричневых грунтов.
  
   Миновали Киммерик, Нимфей, и, наконец, пришёл караван в Пантикапей, в ту эпоху занимавший немногим меньше одного квадратного километра. Там засуетились, видя такое пришествие.
   Суда встретил сам царь Перисад, и ему рассказали, что случилось.
   Пригласил к себе во дворец и спросил, чем заниматься планируют переселенцы.
   - К северу от Меотидского озера очень плодородные земли, хотим там пшеницу растить. Ещё наверное будут люди.
   - Будете мне подчиняться. Но что если пшеницы станет слишком много, и цена упадёт? - поинтересовался Перисад.
   - Не будет. Мы прикидывали, в Египте можно много такого выращивать, что и спрос, и хорошая цена будет. Но тогда они только для себя начнут сажать пшеницу, - объяснил Лёха. - Есть варианты.
   - Вы кто такие? - показал пальцем царь на Алексея. - Ты и люди с твоего корабля.
   - Некоторые эллины, большинство из Новой Гипербореи.
   - Нехорошо врать, особенно царю, - угрожающе сказал глава меотов. - Эллины почти ничего не знают, что находится к северу и востоку от моего царства, им сошло. Но я то знаю.
   - К востоку есть большое внутреннее море, которое называют или Гирканское, или Каспийское...
   - Не перебивай. Я знаю совершенно точно, что в верховьях Борисфена и Танаиса, и поблизости, нет никакого царства. И то, что есть Гиперборея, это сказки Эллады. Откуда же вы?
   - Я не договорил. То море знаешь? - получив утвердительный кивок, Лосев продолжил. - На северо-западе в это море впадает широкая река, которую эллины почему-то считают длинным проливом, соединяющимся с северным морем. И ровно на севере есть длинная река, поменьше. А ещё там к северу от моря есть длинная полоса гор, которая заканчивается на берегу Белого океана, омывающего с севера Европу и Азию.
   - Белый океан?
   - Мы океанами называем величайшие из морей. Эллины слышали про океан за Геракловыми столбами, и про Индийский океан. Но на севере есть Белый океан. Как Меотидское озеро в холодные зимы, - при этих словах царь Боспорского царства понимающе кивнул. - Эта горная цепь нам известна под названием Урал. А ещё восточнее полно земель, северная Азия, то есть Сибирь. Пусть эллины выйдут, я кое-что расскажу.
   Лёха достал советскую карту юга европейской части СССР.
   - Мы из далёкого будущего. Это юго-запад нашей страны.
   Перисад был так потрясён увиденным, что даже не обратил внимание на качество карты. Весь север и восток от Эвксийского понта был всего лишь юго-западом одного царства. Сотни городов. Множество дорог. И цепь огромных озёр на реке Борисфен.
   - Почему тут так много городов? - Перисад показал пальцем на скопление оных к северу от Таганрогского залива.
   - Добыча земляного угля, очень много людей занято в выплавке железа и изделий из него. С этого живёт примерно пять миллионов человек, это пять тысяч раз по тысяче человек. Главное месторождение железа западнее, но есть и другие.
   - У меня население в десятки раз меньше. Где людей брать? - спросил Перисад.
   - Первая партия переселенцев прибыла. Будут ещё. И важно избегать большой детской смертности. У меня есть список, как это проще всего делать.
   - Тут есть железная руда, её много. Но она плохая, железо хрупкое. Вы нам можете помочь?
   - Если так, как вы делаете кричное железо, то никак. Но есть другие способы, тебе надо разговаривать с царём Филиппом и Александром Волк.
   - Я помогу переселенцам, но хотелось бы ещё источники дохода, - попросил царь.
   - Будем покупать каучук.
   Лёха показал каучук, добытый из кок-сагыза, образцы резиновых изделий, рассказал про возможное использование, и весь цикл добычи из кок-сагыза и крым-сагыза. Одно из важнейших направлений это модернизация технологии виноделия.
   Гримаса истории: в реале про каучук европейцы узнали от индейцев Южной Америки, и очень долго деревья гевея считались основным источником этого ценного материала. А между тем на северных берегах Чёрного моря ещё в Античности могло начаться производство резиновых изделий. Что и помог сделать Алексей Лосев.
  
   - Очень хорошо, будем пробовать, - заключил Перисад. - Покажите точно, где жить собираетесь.
   Лосев показал район Мариуполя и заявил:
   - Думаю, тут в устье речки лучше всего. Были бы рады в устье Танаиса обосноваться, но там же место настолько хорошее, что будет слишком много беспокойства не только от соседей, но и проплывающих варваров.
   - У меня людей не хватает поставить там торговое поселение, и тут вы. Придётся принести мне клятву верности, тогда помогу.
   - Меня могут отозвать в Элладу, и остальных надо предупредить, - ответил плотник. - Но мысль хорошая. И насчёт плаваний по правому притоку договориться хорошо бы.
  
   После небольшого отдыха флот направился на север-восток по самому мелкому морю. За четыре дня потихоньку прошли путь к устью Дона. Высадились в устье речушки Мокрый Чалтырь.
   Первым делом всё выгрузили и поставили палатки и шалаши, а затем пошли чистить землю под посевы. Как отсеялись, чему способствовала сырая погода, занялись строительством. Работали от утренней зари до первых звёзд. Всех сильно подгоняли насмешки соседей-скифов, уверенных, что эллинам придётся так туго зимой, что сами попросятся в рабство.
   Лёха был неприятно удивлён ещё раньше, что грекам неведомо строительство нормальных деревянных хат и домовых печей. Пришлось всё показывать толпе помощников. Но люди схватывали на лету. Первый деревянный дом с русской печью построил для себя, обучая эллинов, потом ещё несколько, и люди научились. Была привычная грекам глина, но огромные пойменные леса навели на мысль перевести народ с саманных домов на деревянные. Хотя из той же глины с деревянным каркасом слепили ограду посёлка. Обмазывали женщины и дети. Позже воздвигли каменную стену с рвом.
   Посевы разместили больше за защитным периметром, но опытный участок внутри посёлка, и маленькие огородики тоже. А там кабачки, помидоры, подсолнухи, гречиха и ряд других культур, неведомых в Античности. Или же известные, но новые сорта, например, капуста, морковь, арбузы.
   Всех поразили большие зелёные полосатые ягоды с красной вкуснющей мякостью внутри. Кушали осенью с огромным аппетитом, успевшие вырасти и вызреть, хоть и поздно высаженные. Семечки собирали очень старательно, намереваясь вырастить все. Сорта было два: американский Кримсон Свит и русский Астраханский, оба очень ранние.
   Лёха в глубине души потешался над эллинами, офигевавшими от арбузов по восемь-десять килограмм, выросших на украинском чернозёме. Оный поразил всех толщиной в два локтя на высоких местах, в низине намного больше.
  
   Вскоре после высадки произошла знаковая встреча.
   Как-то в обед прискакала группа скифов, богато одетых. Главный из них представился:
   - Я Скил, царь местных скифов. Вы что тут делаете?
   - Поселились. Жить тут будем. Нам Боспорский царь тут сказал поселиться, - объяснил Лёха.
   - Понимаю, - усмехнулся воин с бородой с проседью. - Но мне какая выгода?
   - Помогать будем по соседски, - предложил Лосев. - С нами трапезу разделишь?
   Предложили копчёную рыбу, блины и ячменное пиво. Последнее, хоть и было полностью натуральным, по вкусу было так себе.
   Гости распробовали, и Скил спросил:
   - Вы, эллины, обычно вино пьёте. Но это что?
   - Из ячменя сварили взамен. Вы тоже можете. У нас нет денег, чтобы покупать вино, - объяснил Телемах.
   Тут один из спутников царя показал рукой на виноградную лозу.
   - Мы недавно высадили. Пусть вырастет, и будет свой виноград. У себя ещё вырастим, с вами поделимся саженцами, научим всему, - опередил Алексей.
   - Зимой они все умрут, - заявил Идантис. Увидев отрицательное движение головой, добавил. - И амфоры дорого покупать. Но вы же будете для нас дёшево делать?
   - Будем, конечно. Надо же чем-то торговать. В следующем году купим у вас скот, пока же еды для него нет, - ответил Андрокид.
   - Обождите, есть от меня условие, - встрял Лосев. - Вверх по течении реки, тысяч семьдесят шагов, если не сто, встречается чёрный камень, который руки мажет, и его много. Скажи своим, чтобы нам не мешали добывать.
   - Скажу, конечно. Он для нас бесполезен, - рассмеялся Скил.
   - Вы что, ни железо не делаете, ни горшки? - удивился русский.
   - Наши мастера по железу знамениты своим мастерством. Но посуду из глины у нас так делать не умеют.
   - И чем же печи топите, в которых железо делаете?
   - Углём, конечно. А его в ямах делают обжигом дуба, - объяснил Идантис, главный помощник царя скифов. - Как же ещё?
   - Понятно, - слегка презрительно усмехнулся Алексей. Скифы переглянулись, но ничего не поняли.
   Вскоре построенная большая плоскодонка привезла груз отличного каменного угля, накопанного в районе устья реки Северный Донец. Андрокид попробовал использовать для обжига амфор, и был приятно удивлён. Обнаружил, что по весу примерно одинаковое количество надо, что древесного, что каменного угля. Но зато плотность каменного угля раз в десять больше, и места занимает немного. И намного дешевле выходит.
   А вот с кричным железом были проблемы. Выяснилось, что из одних мест всё хорошо, а из других каменный уголь даёт хрупкое железо, что с ним ни делай. Но Лёха не спешил заниматься созданием сталеваренной печи с горячим дутьём. Потому что надо было найти не только чистый каолин, но и марганцевую руду для удаления серы. Которая очень вредная примесь в каменном угле для выплавки стали, и в некоторых марках донецкого угля её до шести процентов, в некоторых мизер.
   Каолин нашли сразу, Таганрогское месторождение, но времени на поиски марганца не было.
   Скифы, кстати, углядели, где предпочитали эллины брать каменный уголь, и что различали разные марки. Понятно, что для керамики сера в угле не помеха, как и для обжига известняка. Но дома топить, и на кричное железо сернистый уголь не годится. Скифы про серу в каменном угле не знали, зато попробовали получать кричное железо с каменным углём. И дело у них наладилось, но далеко не из всякого каменного угля. Эллины то объяснили, что есть разные виды по пригодности для кузнечного дела. Нашлись умельцы, которые догадались по запаху горящего угля определять сернистость.
   Особенно следует отметить, что сернистый уголь тоже добывали, ох как пригодился для удешевления керамики и извести. Последняя шла на каменные дома и укрепления.
   И для обогрева в морозные зимы тоже стали охотно добавлять каменный уголь к дровам. Не обошлось без печальных инцидентов с угара из-за плохой вентиляции, и бывало, что из-за сильного жара печи из красной глины разваливались. Но научились и вентиляции, и печи внутри выкладывали каолиновыми кирпичами.
   Говорят, что добыча и использование каменного угля вредно для экологии. Но лесам Скифии как-то полегчало от замены древесного угля на каменный.
  

Глава 13. Византий

  
   Глядя на богатый защищённый город, Мстислав невольно вспомнил его историю. Византий, Константинополь, Стамбул. Россию обманули с итогами Первой Мировой войны, не достался этот великий город. А вот в мире Виктора Сорокина всё Средиземное море стало русским, и Стамбулу вернули название Константинополь. Ротмистр, когда узнал об этом на застолье, на пьянке сдержался, только стакан самогонки выпил как воду. И сейчас собирался взять реванш.
   В числе командиров кавалерии подъехал к стенам Византия.
   Антигон, которому Филипп поручил командовать передовым кавалерийским отрядом, закричал:
   - Скоро тут будет вся македонская армия. Сдавайтесь!
   - Зачем? - со стены крикнули. - Нам и так хорошо, осаду выдержим. Вы же не могли быстро взять Перинф.
   - Я ещё и коня там успел купить, - ответил Голицын. - Перинф теперь македонский город, и дань платит царю Филиппу.
   - Эй, вы! Времени у вас на раздумье пока армия не подойдёт. Если сами сдадитесь, то будете нам подчиняться и платить налоги, как Афинам, но сохраните самоуправление. Если возьмём вас штурмом, то будет македонский наместник, а перед этим грабёж. Если попробуете нас обмануть и перебить гарнизон, то все жители потеряют всё, и станут рабами, кто выживет, - крикнул Антигон. Он знал о планах Филиппа на Византий, и что уничтожение исключено. Но этого осаждённым было знать не нужно. Как и то, что город вырастет в пятнадцатимиллионный мегаполис.
   На стене показался богато одетый воин и с насмешкой ответил:
   - Я Аполлодор. Пришёл по приказу персидского царя Артаксеркса вместе с войском. Кто вы такие против могучей Персии?
   - Наёмники из Эллады на службе Персии?
   - Ты кто такой? - заинтересовался командир наёмников.
   - Мстислав из Гипербореи. Аполлодор, почему же ты назвал Персидское царство могучим? Какое ж оно могучее, если не может обойтись без греческих наёмников?
   - Это тебя волновать не должно. Зато лучше бы поостерёгся моих могучих воинов и военных машин, - усмехнулся Аполлодор. Махнул рукой, и вдруг из-за стены прямо в ротмистра вылетела огромная стрела. Русский был настороже, и, вонзив шпоры, увернулся от подарка. Чем всех удивил. Но на стене ещё и засмеялись презрительно.
   - Я клянусь, вам будет не так смешно, когда познакомитесь со стенобитными машинами из Гипербореи, - крикнул разъярённый Антигон.
   - Смерть хиви! - добавил князь. Позже объяснил эллинам, кто это такие.
  
   Несколько дней подтягивалось македонское войско, в это же время укреплялись стены Византия. Аполлодора сильно удивило, что маловато у Филиппа осадных орудий, и надеялся отстоять город. Жаль только, что кавалерия перехватила множество крестьян, бежавших в Византий.
   Македонские корабли сопроводил странный двухмачтовый парусник, вроде как торговое судно. Никто из эллинских моряков не опознал, что это. Корабль же разгрузился. Издалека было видно, что какие-то трубы на колёсах притащили в лагерь. Разложились ближе к вечеру, и расставили трубы. Наёмники из Персии с местными зубоскалили, мол, напугать хотят. Аполлодор же что-то неладное подозревал.
   Перед закатом выставили эти трубы ближе к воротам, но охрану слабую поставили. От лазутчиков защитили, но командиры наёмников с командирами ополчения посоветовались и решили, что можно захватить осадное оружие, если ударить большим отрядом.
   После полуночи отряд из сотни добровольцев тихонько стал подбираться к вражескому лагерю. Кадм, кравшийся впереди, обнаружил какую-то верёвочку, и осторожно прижал к земле. Внезапно она ослабла, и тут что-то грохнуло, в небо полетели огоньки.
   - Сдавайтесь! - послышался крик. Незадачливые диверсанты поднялись, их окружили и повели.
   Аполлодор, наблюдая это, приказал немедленно атаковать македонцев. Тихо, но уверенно шёдший отряд рассчитывал на то, что враги отвлеклись на первый отряд. Расчёт был верный, но тут загрохотало что-то, и эллины словили тучу картечи. А потом в ворота влетели осколки. Охрану ворот покалечило, но подоспевшие воины успели закрыть проход.
   Командование ополчения всерьёз задумалось о переговорах, но предводитель отряда, присланного из Персии, пообещал защитить Византий. И тут начался штурм.
   Македонское войско разделилось на четыре штурмовых колонны, между которыми стояли громовые трубы. Эллины боялись, что будут удары, как от новомодных баллист, но всё оказалось намного хуже. Мелькавшие с огромной скоростью заряды оставляли в стенах огромные дыры, и разрывы зарядов убивали и калечили всех, кто был рядом, да и камнями кладки доставалось сильно. Весь верхний ряд снесло, разворотило трое ворот.
   Сначала было показалось, что македонцы ворвутся в крайние ворота, и только потом в центральные. Оказалось, что главный удар был по центру. И в последний момент чем-то очень вредным пращники дали залп. Прямо через стены на улицы забросили разрывные шары.
   Оборона у стены рухнула почти сразу, вражеские отряды ворвались в город. А там по приказу Аполлодора за ночь подготовили баррикады, и так, чтобы издалека не было видно, завалы устроили, через дыры из луков стреляли. И тут гиперборейцы преподнесли пренеприятнейший сюрприз. Притащили трубы на треногах и расстреляли баррикады, которые было можно издалека. А отдельные вовсе гадко взяли. Их заряды, взрываясь при ударе об стену у укрепления, оглушали защитников, при этом защитники баррикад даже и не видели, откуда прилетало.
  
  
  
   ПРОДА ПРОДА ПРОДА
  
  
  
   Из акрополя вышел архонт с зелёной веткой и запросил пощады. Но сильно поредевший отряд греческих наёмников пробился в порт, захватив много рабов.
   - Эй вы, если хотите больше добычи, отпустите нас, - потребовал помощник Аполлодора. - Мы захватили много хороших рабов и рабынь. Если дадите нам спокойно уплыть, мы их тут оставим. Если нет, то всех убьём, и всех женщин в лучших борделях. Они же могут стать вашей добычей.
   - Это наша добыча! - крикнул один из македонцев.
   - Была ваша, будут трупы, - наёмник с этими словами перерезал одному из детей-рабов горло.
   - Сам смерти вместо рабства не боишься? - рявкнул другой македонец.
   - Отпусти рабов, если хочешь жить, - добавил Александр, снимая с плеч винтовку, до того командовал расчётом безоткатного орудия.
   - Твоё копьё тебе не поможет, - рассмеялся сам Аполлодор, убивая мальчика у подвернувшейся под руку рослой девушки. И тут же получил пулю в лоб, вторая прилетела его помощнику.
   Волк предложил:
   - Неплохо бы всех продать в рабство в их родные города.
   Наёмники помялись и согласились. Царь Филипп спросил, зачем.
   - Чтобы неповадно было идти в наёмники.
   Тут один из них заявил:
   - А что делать? Земли не хватает, мастерских тоже нельзя больше, чем есть. С голода умирать?
   - Сам то ты чей сын?
   - Из Коринфа я, литейщик, статуи делаю. Мой отец обещал оставить мастерскую старшему сыну, а мне куда?
   - Я кузнец, в наёмниках не только воюю, но и чиню оружие, - заявил второй из эллинов. - Да нас много таких.
   - Если войны в Элладе прекратятся, ещё хуже будет, - сказал Эвмен, помощник Филиппа.
   - Нет, не будет. Потому что эллины пойдут и возьмут себе новые земли. У скифов их много, далеко на западе ещё больше, - заявил македонский царь. Наёмники и жители Византия восприняли такое заявление неоднозначно.
   Тут пошла сортировка рабов. И в самом начале бывшего токаря позвали, едва успел попросить об этих двух наёмниках.
   - Рабыню выкупить не желаете? - спросил один из македонских командиров, Агенор. - Кричит, что хочет быть у того, кто убил Аполлодора. И я её понимаю.
   Эта рабыня стояла рядышком. Саня поглядел, и сердце ёкнуло.
   - Смотри, - македонец решил подтолкнуть гиперборейца и сорвал хитон.
   Крепкая крестьянская женщина, сильная, длинноногая. Но не худая, есть и талия, и груди немаленькие. Ростом Александру почти не уступает. Глянул в лицо и обалдел, яркая прекрасная смуглянка. Чем-то напомнила Ким Кардашьян, но совсем другая, попроще.
   - Имя? Из какой семьи? - спросил русский, с трудом удерживая каменное лицо.
   - Я деревенская, старшая дочь кузнеца. Астеропа, дочь Сфенела.
   Саша повернулся к Агенору:
   - Сколько?
   - Для тебя всего лишь двадцать мин.
   - На Родосе нормально, тут дорого. Перекупщик тоже не согласился бы.
   - Пятнадцать.
   - Пошли на корабль. Или постой, ещё что есть?
   К сожалению, прибежал гонец и известил, что на подходе афинский флот.
   Уже у берега услышали, как Шилов спросил:
   - Кто командир у афинян?
   - Харес.
   - Очень хорошо. Ищем добровольцев.
   - Объясни! - потребовал Филипп.
   - Не слышал, какой из Хареса союзник для Византия? - усмехнулся чекист.
   - Слышал, молодец, - похвалил царь.

Оценка: 5.61*15  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик) К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера 5: Башня Видящих"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

НОВЫЕ КНИГИ АВТОРОВ СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Сирена иной реальности", И.Мартин "Твой последний шазам", С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"