# Эрна, окончание от 02.02

Бронислава Антоновна Вонсович

## Глава 39

Никогда раньше не задумывалась, насколько я уже привыкла делать что-то только с помощью магии. Комнату нашу мы начали чистить исключительно "липучкой" сразу после первого занятия по Бытовой магии, а дальше к этому только прибавлялись новые навыки - чистка и глажка одежды, к примеру, занимала теперь значительно меньше времени, чем раньше. Многие заклинания выдавались уже просто рефлекторно. И вот теперь всякая магия оказалась под запретом. Объяснялось это тем, что животные, находившиеся в зверинце, и сами по большей части были магическими, и клетки были усилены специальными заклинаниями, а постороннее магическое вмешательство могло привести к непредсказуемому результату. В качестве примера был приведен студент, закончивший в этом году третий курс, он попытался в клетке убраться "липучкой" и в результате полностью облысел. Нашим целителям вернуть ему волосы так и не удалось. Правда, надежды они пока не теряли.

- Пожалуй, Фогель не так уж и страшна, - повернулась ко мне впечатленная рассказом Грета. - Как-то мне не слишком хочется появляться без волос перед Марком.

- Ты можешь еще с группой поехать, наши только завтра отправляются.

- А ты не боишься облысеть?

- Инора же сказала, что если не магичить, то проблем не будет, - равнодушно ответила я. - Она же явно не в мороке, и не парике. Да и потом, кому нужны мои волосы? Личной жизни у меня нет и, похоже, не будет, а магией можно и без них заниматься. Даже удобнее - не надо будет время тратить, чтобы мыть, сушить и расчесывать.

- Ты что, с ума сошла? - возмутилась подруга. - Да я уверена, что все наладится. И как тогда ты себя будешь чувствовать с лысой головой?

- Да с чего ты взяла, что я непременно облысею? Я думаю, что нас просто пугали. Да и потом, если ты так боишься случайно что-то сделать, можно просто одеть амулет, блокирующий магию. Но я точно никуда не поеду. Я не выдержу просто постоянного присутствия Расмуссена и Фогель.

Грета еще немного попереживала, но все же решила не бросать меня здесь в одиночестве.

- Тебя на практику одну отправлять нельзя, - проворчала она, - а то опять во что-нибудь впутаешься. Хотя большей глупости, чем ты уже сделала, и представить нельзя.

Я только вздохнула на ее слова, мне тоже казалось, что хуже уже и быть не может.

На деле все оказалось не так страшно, как боялась Грета. Поручили нам присмотр только за пятью вольерами - их нужно было убирать и дважды в день кормить сидящих в них тварей. Уборка много времени не занимала - разделив силовым пологом клетку, мы входили на пустую половину, убирали ее, ставили миски с едой, выходили, убирали полог. После того, как обитатель вольера переходил на вычищенную половину, дабы подкрепиться, он опять отгораживался, и чистилась вторая половина. Оставшиеся часы мы проводили, просто наблюдая. Грета зарисовывала, я записывала все замеченные особенности, которые потом мы сверяли со справочником. Практически все твари, содержавшиеся в зверинце, были нам знакомы, исключение составляла странная особь, абсолютно неподдающаяся классификации. Чем-то она напоминала дракона, только мелкого и покрытого мехом с проплешинками. Безуспешно перерыв все справочники и так и не сумев определить, кто же это такой, мы обратились с этим вопросом к проходившей мимо смотрительнице.

- Результат неудачного магического эксперимента, - ответила она. - Магистр Шварц пытался приобрести качества дракона, а в результате распростился с остатками человеческого разума.

-Магистр? - удивилась Грета. - А почему тогда его здесь держат?

- А где его держать? - в свою очередь удивилась инора. - Он же опасен для окружающих и абсолютно невменяем. Мы пытаемся повернуть его заклинание вспять, но до сих пор ничего так и не получилось.

Судьба несчастного магистра настолько потрясла подругу, что она большую часть времени стала проводить именно у его вольера. Она почему-то решила, что если будет с ним постоянно разговаривать, то это пробьет в нем внутренний барьер и вернет если не человеческое обличье, то хотя бы разум. Но тот возвращаться явно не желал - через некоторое время после начала гретиных монологов рядом с ним он начинал громко выть и поскуливать от одного звука ее голоса, так что в конце концов ей не разрешили к нему даже подходить.

- Всегда так, - обиделась она. - я ведь уже достигла очевидного прогресса - он начал реагировать на внешние раздражители, а мне сразу же все запретили. Видно, не очень любили этого магистра.

- Думаю, что они просто испугались, что это единственный улучшение настолько усилится, что обратно этого Шварца будет уже не заткнуть. Уж очень противный у него голос, - заметила я.

- Я, наверно, тоже в целители пойду, как Марк, - мечтательно сказала подруга. - Буду заниматься душевными болезнями.

Я с недоверием посмотрела на Грету. Неужели ей действительно хочется всю жизнь возиться с такими, как этот магистр? Но до специализации у нас был еще один курс, так что за это время она вполне могла передумать, а если и решит идти на целительство, то хотя бы потеряет интерес к умалишенным.

До окончания практики оставалось всего два дня, когда приехал Ведель.

- Эрна, вы только не нервничайте, - начал он неуверенно и замолчал.

- Что случилось? - испуганно спросила я.

- Штаден погиб на практике, - сказал Дитер.

Дальше я все слышала, как сквозь толстый слой ваты. Что орки напали на форт, куда на практику отправили моего мужа, и всех вырезали. Что Дитера в тот злополучный день отправили в город, и только поэтому он не разделил участь сослуживцев. Что погибших даже определить невозможно было, настолько они изуродованы, поэтому их похоронили прямо там, в одной общей могиле. Что Ведель уже сообщил отцу Кэрста о случившейся трагедии, и тот очень просил привезти меня к нему на траурную церемонию прощания с погибшим. Все эти слова проходили как бы мимо меня, а в голове билась только одно - вот и кончился мой нелепый брак.

Всю дорогу Ведель был очень заботлив и предупредителен, но меня он раздражал до крайности. Хотелось его не видеть и не слышать. И появилась совершенно кощунственная мысль. Если уж суждено было кому-то выжить, то почему это был не Кэри? Почему это был Дитер?

Отец Штадена очень плохо выглядел. Полученное им известие состарило его лет на десять сразу. Глаза запали, щеки ввалились, даже усы, казалось, уныло обвисли. Эльза поддерживала его под локоть, но ей и самой требовалось утешение.

Какие-то абсолютно незнакомые люди подходили со словами соболезнования. Я с трудом подбирала слова для вежливого ответа, хотя мне хотелось кричать от того ужаса, в котором я оказалась. Почему-то совсем не было слез, и я не могла найти успокоения даже в этом. Сухие глаза жгло, как будто в них насыпали песок.

Я поднялась в библиотеку и подошла к окну. Из него прекрасно был виден сад, тот самый, где Кэри поцеловал меня. Свежая молодая листва сияла, все было так солнечно и безмятежно, а меня вдруг начало трясти как в лихорадке. Подошла Эльза, что-то спросила, но я даже не поняла, что ей нужно. Я смотрела в окно и не могла осознать, как же так, ведь вокруг ничего не изменилось, почему же Кэри теперь нет? Мне хотелось никого ничего не видеть и не слышать, но отрешиться от происходящего мне не давал Ведель, постоянно суетящийся вокруг меня, и даже сейчас пытающийся всунуть мне в руки стакан с каким-то остро пахнущим отваром. И он мне показался таким отвратительным в этот момент.

- Дитер, - не выдержала я. - Уйдите. Пожалуйста, уйдите.

После ухода Веделя, Эльза неожиданно сказала:

- А ведь ты любила моего брата.

- А стоит ли теперь об этом говорить?

- Да, это теперь не имеет смысла.

Она вдруг резко встала и вышла из библиотеки. Я прошла вдоль стеллажей, наугад достала одну из книг и раскрыла. Это оказался сборник стихотворений. На странице, на которую я сейчас смотрела, были следующие строки:

"Темные волны бегут к океану.

Темная тьма.

Темные волосы пахнут обманом.

Сводят с ума.

И пустотою уносится слово

В век или час.

Даже когда я целую другого

Помню о вас."

Да, Кэри, я тебя буду помнить. Всегда. Только вот, не знаю, смогу ли я теперь целовать кого-нибудь другого...

## Глава 40

Через несколько дней, когда я начала немного воспринимать окружающее, Ведель обратился ко мне с просьбой о разговоре наедине, очень для него важном. Мы пошли в библиотеку.

- Эрна, я должен надолго уехать, - начал Дитер. - Но перед этим я хотел бы быть уверенным, что вы дождетесь меня, и мы поженимся по моему приезду.

- Дитер, - с нескрываемым возмущением ответила я, - мне кажется сейчас совершенно неподходящее время для таких разговоров.

- Почему? Вы же не любили своего мужа, значит, вопрос нового брака не должен вас так уж пугать. Сейчас вы тяжело переживаете смерть Кэрста, - сказал он, беря меня за руку. - но поверьте, я смогу вас быстро утешить. А я хотел бы приходить к вам уже как жених.

- Знаешь, Ведель, я против того, чтобы мою жену навещали выходцы с того света. А ты туда отправишься в ближайшее время, - раздался злой голос от двери. - И если не от моей руки, то по решению военного трибунала.

Штаден? Он жив! Ни о чем более не думая, я кинулась к нему, но Дитер вдруг резко рванул меня к себе. Горло царапало что-то холодное, скосив глаза, я с удивлением обнаружила там кинжал.

- Еще шаг, Штаден, и она умрет! - пафосно воскликнул Ведель.

Он что, серьезно считает, что Кэрст его послушает? Да мой "муж" просто счастлив будет, если проблема с браком разрешится без его прямого участия!

- С чего ты взял, Ведель, что это меня остановит? - подтвердил мои худшие опасения Штаден.

- Думаешь, никто не догадывается, что ты по ней с ума сходишь?

- Да он терпеть меня не может! - не выдержала я. - Дитер, он будет только рад, если вы меня прирежете.

- Да, Кэрст, некоторые вещи до женщин доходят с большим трудом, - насмешливо протянул Ведель. - А вот у меня, к примеру, даже сомнений не возникло в твоем к ней отношении, когда я вас впервые вместе увидел.

- Чего ты хочешь, Ведель? - спокойно поинтересовался "муж", никак не комментируя идиотские предположения своего противника.

- Да, собственно, уже ничего. Просто активация орочьих порталов требует времени, - ответил Дитер.

И в тот же момент перед нами засияла радужная пленка перехода, куда он втолкнул меня и прошел сам. Краем глаза я увидела, как к нам рванулся Штаден, но он уже не успевал. Портал схлопнулся буквально за нашими спинами. Мы оказались посреди каких-то развалин. Все вокруг выглядело перекореженным и спекшимся. Казалось, мы находимся в каком-то глубоком котле, куда побросали различные здания и начали плавить, помешивая.

- Дитер, отпустите меня, - испуганно сказала я. - Объясните, что произошло. Где мы находимся?

Ведель убрал кинжал от моей шеи, но отпускать не торопился, наоборот, прижал к себе еще крепче и прошептал в ухо:

- Это Лантен, дорогая. И я очень рад, что мы попали сюда вдвоем.

- За что Штаден собирался вас убить? Где вы взяли портал орков? - продолжала я его спрашивать.

- Порталом заплатили мне орки за сдачу форта. Я просто добавил нужные травки в готовящийся ужин и уехал в город якобы по делам. А когда вернулся, смог засвидетельствовать смерть всех, кто на тот момент находился в форте. Только вот Штадена, оказывается, среди них не было.

- Но почему вы это сделали? - у меня в голове не укладывалось, как можно было продаться оркам.

- Почему? Да потому, что я всегда ненавидел Штадена. Он во всем был хоть чуть, но лучше меня. Чуть искуснее в фехтовании, чуть сильнее в магии, чуть удачливее в любви. Я всегда шел вторым. И даже когда встретил девушку, которую полюбил, она уже оказалась замужем за Штаденом. И неважно, что она его не любила, Он умеет добиваться своего, не так ли?

- Не так. У нас ним ничего не было. Ну, кроме поцелуев для его отца, - ответила я, не уточняя, что не было отнюдь не потому, что я не хотела.

- Это все равно было дело времени. Поэтому, когда на меня через одного торговца вышли орки и предложили помочь в захвате форта, предложив за это портал к Лантену, я ни на миг не засомневался. Таким образом я сразу добивался двух целей - усиления в магии и тебя. Я ведь рассчитывал, что твоего мужа также прирежут, но он умудрился выжить. Ну ничего, в следующий раз, когда мы встретимся, я уже буду ему не по зубам, и ты, наконец, овдовеешь.

- Дитер, но ведь там, кроме Штадена, были и другие люди! Ладно, вы его ненавидели, но ведь все остальные были не виноваты в ваших проблемах!

- Эрна, как ты не понимаешь? Мне предложили шанс на увеличение магического потенциала, такая возможность бывает в лучшем случае раз в жизни! Я никак не мог отказаться! Да здесь из людей уже лет пятьсот никого не было!

- И неужели вам не жаль, что ради этого призрачного шанса погибло столько ваших же товарищей? - не унималась я.

- Мне жаль, что Штаден не сдох. И мне не нравится, что ты осуждаешь мои решения. Для женщины это совершенно недопустимо, - отрезал Ведель, целуя мою шею. - Но ничего, у нас еще будет время научить тебя правильному поведению.

Не знаю, чему и как он собирался меня учить, но я абсолютно была уверена, что ничему учиться у него не собираюсь. Так что я подхватила юбку обеими руками и рванулась от него вглубь города. Видно, от неожиданности он отпустил меня, но тут же попытался схватить снова. По прямой он бы догнал меня мгновенно, но здесь приходилось постоянно лавировать, так что мой небольшой рост давал мне некоторое преимущество. Я постоянно оглядывалась, поэтому не сразу догадалась, почему Ведель внезапно остановился и закричал:

- Стой, Эрна! Стой!

А я влетела в столб пламени, того самого, легендарного. И оно оказалось абсолютно не обжигающим. Спеленав по рукам-ногам и не позволяя сдвинуться с места, меня омывала огненная река. Я чувствовала себя мухой даже не в сиропе - в янтаре. Но почему-то мне абсолютно не было страшно, казалось, что пламя - часть меня, а я - часть пламени. Сколько это продолжалось, я не знаю, но внезапно я осознала, что опять могу двигаться, и оказалась на другой стороне площади, где меня сразу же схватил Ведель.

- Эрна, ты с ума сошла! Разве можно так? Так и погибнуть можно! - орал он на меня, дергая так, что, казалось, еще немного и голова моя отделится от туловища и начнет самостоятельный полет.

- Не тряси меня! Ничего же со мной не случилось!

- Что ты хоть почувствовала, проходя через пламя? - немного успокоившись, спросил он. - Страх? Боль?

- Ты как бы сливаешься с огнем на некоторое время, - пояснила я. - Это не страшно, не больно, а просто необычно. Только двигаться совсем не можешь. А потом огонь тебя как бы отпускает.

- Я так за тебя испугался, когда ты застыла как статуя внутри столба. Надо сказать, что это жутко смотрится со стороны, хотя я и был готов к такому зрелищу, ведь я же читал описания и сам собирался туда идти повышать уровень магии.

- Что-то я не заметила у себя никакого магического увеличения, - недоверчиво сказала я.

- А оно не сразу происходит. Прохождение через огонь запускает какие-то процессы внутри организма, а это требует времени. Я много чего про Лантен прочитал в последнее время, когда готовился сюда идти. Жаль, конечно, что из-за Штадена вся подготовка пошла впустую, и пришлось отправляться с тем, что было.

А ведь Штаден считал его другом! Да и я тоже. Я смотрела на Веделя и не понимала, как мы все могли в нем так ошибаться. Я, Штаден, Грета, Марк - все видели в нем симпатичного веселого парня, и никто не заметил чудовища, прятавшегося за этой маской. Такой Ведель, каким я его сегодня узнала, мне совсем не нравился.

- А ведь кольцо - это же ваша работа, - внезапно поняла я.

Он только усмехнулся, и до чего же отвратительная у него оказалась улыбка.

- Но зачем? - недоумевающе спросила я.

- Ты начала бросать на Штадена такие изучающие взгляды, что я понял - недалек уже тот день, когда на твоей крепости вывесят белый флаг. А ты должна была принадлежать только мне.

Дитер держал меня крепко и, похоже, отпускать больше не собирался. Он переводил взгляд с меня на столб пламени, и было видно, как в его душе происходит борьба двух желаний. Наконец он на что-то решился.

- Ты же подождешь меня, дорогая, - с гадкой усмешкой сказал он. - Тем более, что бежать, по-хорошему, тебе все равно некуда - вокруг орки, а до мест, населенных людьми, придется идти несколько недель. Хотя, предосторожность все же не помешает.

С этими словами он задрал мою верхнюю юбку и рванул нижнюю. Я попыталась его оттолкнуть и испуганно закричала. Ведель с такой силой ударил меня по лицу, что я упала.

- Замолчи, - прошипел он. - Неизвестно еще, кого могут сюда привлечь твои крики.

Нижняя юбка была значительно укорочена, и из нее этот гад сделал веревки, которыми связал мои руки и ноги, после чего наклонился и поцеловал меня, а я даже оттолкнуть его не могла.

- Ну вот, - довольно сказал он. - Теперь я могу быть уверенным, любимая, что ты меня дождешься, и мне не придется бегать за тобой по всей степи.

И пошел к центру площади. С ненавистью глядя ему в спину, я сказала:

- Я не люблю тебя и никогда не полюблю.

- Полюбишь, - усмехнулся Ведель, обернувшись. - Как тогда сказал тот менталист? Через несколько дней наведенную страсть было бы не отличить от настоящей? В нашей семье много заклинаний, которые передаются из поколения в поколение. Наших детей я им тоже научу.

И он вошел в пламя. А я оказалась абсолютно не готова к тому зрелищу, что мне предстояло. На какое-то время Ведель застыл в пламени, а затем его начало жутко корежить и выкручивать. А потом он начал гореть. Заживо. Раскрывая в беззвучном крике рот. Стараясь делать какие-то судорожные движения в попытке покинуть огонь. Мне казалось, что это длится вечность, когда вдруг пламя взвилось особенно высоко и вспыхнуло очень ярко, а Ведель мгновенно рассыпался прахом. И я осталась совершенно одна, связанная, посреди пустого города.

## Глава 41

Жуткое зрелище смерти Веделя надолго выбило меня из равновесия. Мне все казалось, что это иллюзия, и Дитер выйдет из пламени и скажет, что у него все получилось. Что вообще, все, что происходило до сих пор, это была шутка, злая и глупая. Но шло время, ветер разносил пыль по площади, а больше ничего не происходило. И я поняла, что нужно что-то делать, если я не хочу украсить своей мумией место последнего упокоения своего похитителя.

Я решила попробовать пережечь веревку магией. Вот только оказалось, что этот гад связал меня не только веревками, но и заклинанием "путы". Оно блокировало не только передвижение, но и мою магию, и снять его можно было только извне. Похоже, Ведель не отпустит меня и после смерти. Интересно, сколько пройдет времени, пока я умру? Без воды человек выдерживает неделю. Здесь достаточно жарко, значит у меня еще меньше времени, если я не смогу что-нибудь придумать. Но в голову не приходило абсолютно ничего. Стало темнеть.

- Ведель где? - вдруг раздался шепот прямо у меня за спиной.

- Нет его, умер, - так же тихо ответила я Штадену, хотя хотелось громко заорать от радости.

- Как это его угораздило? - удивился "муж", уже не сдерживая голос. - Даже меня, сволочь, не дождался!

- Он в огонь зашел, а тот его сжег, - пояснила я. - Это было так жутко. Я никогда не читала, чтобы такие вещи в Лантене случались.

- Ведель был уверен, что это Лантен?

- Да.

- Странно.

- Почему странно? Орки же с ним расплатились как раз порталом к Лантену.

- Потому что это не Лантен, это Льер, - пояснил Штаден. - Орки его обманули.

- Льер? - в голове вертелись какие-то обрывки мыслей, но я никак не могла поймать нужную. После всего происшедшего за сегодня было очень трудно сосредоточиться. Что-то я несомненно о нем слышала, только вот что? Я вопросительно посмотрела на "мужа".

- В Льере на площади тоже горел божественный огонь. Только использовался он для выявления преступников. Невиновный человек, проходя через пламя, оставался жив, виноватый - сгорал заживо. Мы во время практики после четвертого курса здесь были, по времени идти сюда достаточно недалеко. Не знаю, почему Ведель принял Льер за Лантен, он же тоже сюда ходил.

- Штаден, все это очень интересно, - не выдержала я. - Но, может, ты меня все-таки освободишь? А то я уже в таком виде очень долго здесь сижу.

- А зачем мне тебя освобождать? - задумчиво протянул он. - Ты же Веделю заявила, что я буду счастлив, если он меня от тебя избавит. А здесь, как видишь, идеальные условия для избавления - даже если освободишься, сама не выйдешь.

У меня глаза на лоб полезли от удивления. Рушилась вся моя система миропостроения. Ну что ж, день сегодняшний оказался очень богат на неприятные сюрпризы. Одной иллюзией больше, одной меньше. Пожалуй, я теперь даже не удивлюсь, если вдруг окажется, что Олаф состоит в секте, практикующей человеческие жертвоприношения. Я наклонилась, пытаясь скрыть слезы.

- Эрна, ты что, поверила, что ли? - удивленно спросил Штаден, доставая кинжал и разрезая веревки, уже свободные от заклинания. - Я же пошутил. Господи, что же ты обо мне думаешь, если сказала такое Веделю?

- Я же тебе только мешаюсь, - всхлипнула я. - Я порчу репутацию твоей семье. Я лишаю тебя личной жизни. Тебе же действительно будет лучше, если меня не будет. Ты же не будешь утверждать, что Ведель сказал правду, говоря о твоей неземной любви ко мне? Он вообще, как выяснилось, постоянно врал.

- Извини, - покаянно сказал он. - Не подумал, что время совершенно неподходящее для шуток. Досталось тебе сегодня.

- Я не могу поверить, что ты жив, - тихо сказала я. - Ведель утверждал, что все погибли. Как тебе удалось выжить там, в этом форте? И как ты оказался тут?

- В тот момент меня в форте не было. После того, как Ведель уехал по своим выдуманным делам в город, к нам пришел человек с известием о том, что поблизости видели орков. И меня с еще одним курсантом направили на разведку. Мы действительно нашли следы стойбища, но вот куда орки отправились, было непонятно. Шаманы хорошо умеют путать следы. Побродив по округе, но так и не определив, куда двинулись орки, мы решили возвращаться. Только возвращаться было уже некуда - форт был уничтожен. Нас было всего двое, и мы могли только наблюдать, как орки похватали несколько бесчувственных пленных и двинулись вглубь степи. Мы скрытно пошли за ними, надеясь отбить наших. До того, как орки пришли к своему стойбищу, это оказалось невозможным. Но в первую же ночь мы смогли вывести пленников, в живых их оставалось только пять, остальных принесли в жертву. Из разговоров орков они поняли, кто был предателем. Я не мог поверить, что это Ведель, но когда взяли торговца, через которого орки платили исполнителю, тот все подтвердил. А как сюда попал? Прыгнул в ваш телепорт. Меня выбросило по дороге, но я смог определить направление. Правда, меня несколько удивило, что это Льер, но я все равно решил проверить. И я все равно не могу понять, как Ведель не понял, где он.

- Выход был в середине города, - пояснила я. - Когда он за мной бежал, ему было не до разглядывания. А потом, после моего благополучного выхода из пламени, он был убежден в безопасности.

- Он заставил тебя пройти через огонь? Вот сволочь! - возмутился Штаден.

- Да нет, я сама туда попала. Просто, когда убегала, я больше оглядывалась, чем смотрела вперед. Вот и влетела по глупости.

Из Льера мы вышли, едва рассвело. Хотя мне и хотелось поскорее покинуть это проклятое место, но Штаден утверждал, что ночью идти нельзя - выше вероятность наткнуться на орков, а их ночное зрение намного превосходит человеческое. Но несмотря на все предосторожности, избежать тесного общения с орками нам так и не удалось - не прошло и часа, как Кэрст остановился и сказал, что нас окружают.

- Твоя задача - держать эту сторону, - отрывисто бросил он, поворачивая меня в нужном направлении. - Там четверо. Если совсем прижмет - ори.

Я испуганно смотрела на приближающихся орков. Как-то с боевыми заклинаниями у меня не очень - в голове всплыли только молнии да та любимая гретина "чугунная сковородка". Молнии, похоже, их не прошибут. Значит, "сковородкой", и посильнее, чтобы наверняка хотя бы оглушить. Примерно прикинув силу, я и выдала серию ударов. Головы орков рассыпались крошевом, и на землю упали четыре безголовых тела. Я не стала переживать по поводу своего негуманного поведения и повернулась, чтобы помочь "мужу". С его стороны подходило орков восемь, примерно столько же уже валялось на земле. Я запустила еще одной "сковородкой" в крайнего.

- Держи свою сторону, - зло бросил Штаден.

Я развернулась и обнаружила еще одного орка буквально в двух шагах. "Сковородка" заставила его только покачнуться. Я лупила по нему ударами, все увеличивая силу и полностью выкачивая резерв. Наконец, его защита не выдержала, и еще один безголовый орк украсил степной ландшафт. Меня начинало ощутимо потряхивать. Со стороны Штадена наступила тишина, но я уже боялась поворачиваться - а вдруг с моей стороны какое-то место телепортации орков. Ведь взялся же откуда-то пятый, а "муж" говорил, что их четверо.

- У тебя живые есть? - спросил Кэрст.

- Не знаю, - неуверенно ответила я. В физиологии орков я не разбиралась совершенно, так что лучше перестраховаться. - Они без головы жить могут?

За моей спиной присвистнули.

- Это чем ты их так?

- Заклинанием, которое хотела сначала в защитный амулет вставить.

- Спасибо, что не вставила, - серьезно сказал он. - Все-таки правильно вас боевым заклинаниям не учат.

- Штаден, - вспомнила я. - Ты говорил, что их четверо. А тут откуда-то пятый взялся.

- Их шаманы иногда в контрольной сети не отражаются.

Я не стала озвучивать свои мысли о спонтанной телепортации орков посреди степи. Как-то они не очень умными оказались. Штаден изучил трупы моих орков и снял с одного из них кожаный шнурок с кучей каких-то висюлек.

- Твой боевой трофей, - сказал он, протягивая это мне, - Действительно, шаман оказался. Как только тебе с ним справится удалось?

- С трудом, - призналась я. - Мне показалось, что он вообще не хотел меня убивать.

- Возможно, - согласился Кэрст. - У них приняты гаремы, а ты даже в этом жутком черном платье выглядишь весьма привлекательно.

Я посмотрела на лежащих на земле орков, и меня передернуло.

- Может, мы пойдем отсюда? А то мне от запаха крови совсем плохо становится.

И мы пошли с максимальной для меня скоростью. Подозреваю, что Штаден мог двигаться намного быстрее, но сдерживался, приноравливаясь к моему темпу. Вдруг он остановился и выругался.

- Что случилось? - испуганно спросила я.

- Нас догоняют. Четверо. Какое-то несерьезное количество, если учесть, сколько трупов мы за собой оставили. Значит, там есть шаманы.

- Может, попробуем отойти в сторону? - неуверенно предложила я.

- Это бесполезно. Подождем их здесь. Опыт совместных боевых действий у нас уже имеется, - на этих словах он зло усмехнулся.

Но догоняли нас не орки. К моему огромнейшему облегчению, это оказались курсанты во главе с офицером, завершавшие задание по выживанию в степи. Догоняя нас, они планировали размяться, и теперь совсем не скрывали своего разочарования от того, что мы тоже оказались людьми.

- Как-то пустынно нынче здесь, - пожаловался офицер. - Даже потренировать парней толком не удалось.

- Что, совсем никого не встретили? - удивился Штаден.

- Почему, встретили. Я двоих убил, - гордо сказал один из курсантов. Его товарищи с завистью покосились в его сторону.

- Да, друзья, вы по каким-то малонаселенным местам ходите, - небрежно бросил Штаден. - Моя жена только за сегодня пятерых уложила.

Я сердито на него посмотрела. По его фразе можно подумать, что я только тем и занимаюсь, что в свободное время бегаю по степи в поисках орков, жаждущих упокоения. Но группа смотрела на меня с восторгом, даже их наставник проникся.

- Что, правда, пятерых? - спросил он.

- И шамана в том числе, - гордо сказал "муж". - Эрна, покажи-ка ту связку амулетов.

Дальше мы уже двигались в хорошей компании, и хотя на периферии в сигнальной сети время от времени возникала некоторая активность, нападать на нас больше не рисковали. К середине следующего дня мы пришли в приграничное поселение, постоялых дворов там не было, но нам удалось нанять повозку и добраться на ней до ближайшего города.

## Глава 42

Я никак не могла отойти от марш-броска по степи и всю дорогу, трясясь в повозке, вспоминала эти жуткие орочьи оскалы.

- Послушай, Кэрст, - внезапно пришло мне в голову. - Это что получается, если бы я решила перейти к вам в академию, это я бы тоже сейчас так по степи бегала? Это же кошмар какой-то!

- Девушек у нас обычно очень мало, и им всегда предоставляется выбор с прохождением практики, - немного удивленно ответил "муж". - Так что если бы не захотела бы, не бегала. А что, ты надумала переходить?

- Нет, конечно. Ну и практика у вас.

- Практика как практика. Сама понимаешь, мы готовимся не цветочки собирать и корешки выкапывать. Нам требуется сдерживать набеги орков, а они с каждым годом все наглеют, несмотря на наши регулярные вылазки.

- А договориться с ними невозможно?

- Так у них централизованной власти нет, с парой племен к взаимопониманию пришли - они к нам не лезут, и мы их не трогаем. Даже торговцы некоторые наши к ним ездят. Это рискованно, конечно, но доход они получают неплохой. Но большей части орков надо силу показывать.

Я с грустью думала, что наше путешествие подходит к концу, а в Гаэрре мы наверняка расстанемся. Кэрст держался отстраненно, как с совершенно посторонним человеком. За все время, что мы провели вместе, он не сделал попытки даже обнять меня, и все разговоры были только по делу. Но нам предстояла еще одна совместная ночь - до города мы доберемся очень поздно и в столицу уехать уже не успеем. Может, ночь на постоялом дворе изменит хоть что-то в сложившихся отношениях? Но надеждам моим не суждено было сбыться.

- Номер с двумя спальнями, - небрежно сказал Штаден хозяину постоялого двора. - Ужин в номер. И леди требуется новая одежда. Это можно устроить через вас?

- Конечно. Я прямо сейчас пошлю в лавку с готовой одеждой. Или вам требуется пошив?

- Нет, нас вполне устроит и готовая.

- Цвет, я так понимаю, черный?

- Только не черный, - передернулся Штаден и повернулся ко мне. - Ты же не собираешься по Веделю траур носить? Нет? Я почему-то так и подумал.

Я поднималась за ним по лестнице, а в моих ушах отдавалось набатом "две спальни". Две спальни! Значит, он не хочет больше рядом со мной даже находиться! Не подняла мне настроения даже ванна, насущную потребность в которой я ощущала уже давно.

Есть совершенно не хотелось. С трудом запихнув в себя пару ложек каши и запив это стаканом травяного отвара, я пошла спать. Уснула я с трудом, и приснился мне кошмар. Толпы безголовых орков тянули ко мне лапы и говорили: "За что, за что ты нас убила?" Даже во сне меня удивляло, как они могут говорить без голов, но ощущение все равно было мерзкое. В страхе я проснулась. Было совсем темно. Свечка, горевшая с вечера, потухла. Темнота, притаившаяся по углам, казалось, корчила зловещие рожи. Засыпать снова было страшно. И вдруг мне пришло в голову, что за стенкой находится мой собственный муж, который при заключении брака вроде как обещал меня хранить и оберегать. Я толкнула дверь между нашими комнатами, она оказалась не заперта. Штадену спалось тоже плохо - по лицу его пробегали тени, руки сжимались в кулаки. Я залезла на его кровать, прижалась к мужу и удовлетворенно вздохнула. Он, не открывая глаз, обнял меня и расслабился. А я впервые за последнее время уснула совершенно спокойно.

А вот утром, заметив, что я открыла глаза, он поинтересовался достаточно зло:

- Ну, и что это значит?

И мое вчерашнее поведение показалось мне настолько глупым, что я покраснела, но все-таки выдавила из себя:

- Мне так страшно ночью было. Кошмары всякие снились. А с тобой так спокойно спать.

- Спокойно спать?! Господи, за что мне это?

- Я уже ухожу, - растерянно сказала я, пятясь по кровати к краю. При этом я случайно провела рукой по груди Штадена. Он вздрогнул, как от удара, и посмотрел на меня с какой-то исступленной ненавистью.

Я бросилась к себе в комнату, дрожащими руками натянула одежду и спустилась по лестнице вниз.

- Доброе утро, леди, - поприветствовал меня хозяин постоялого двора. - Будете завтракать?

- Доброе утро, - ответила я. - Спасибо, но завтракать я не буду. Вы не подскажете, как часто ходят дилижансы в Гаэрру?

- Ближайший идет через пятнадцать минут, - сверившись с каким-то списком, ответил он мне. - Вы вполне успеваете.

- Спасибо, - я рванула из постоялого двора, решив как можно дальше быть от места очередного перенесенного унижения.

Всю дорогу до Гаэрры я размышляла, что же настолько сильно вывело из себя Штадена, но так и не пришла ни к какому определенному выводу. Мы же раньше спокойно спали в одной постели, и это его абсолютно не злило, наоборот, он сам на этом настаивал. Как-то глупо все получилось...

В Гаэрре я направилась в общежитие, и хотя Греты там уже не было, домой ехать совершенно не хотелось - я не представляла, что скажу родителям о своем муже. В общежитии и нашел меня следователь, все тот же, что вел дело о привороте. Только теперь его интересовало все, что касалось уничтожения форта. Я рассказала то, что мне стало известно от Веделя. Сюрпризом для сыскаря это не стало, так как посредник был уже арестован достаточно давно и дал признательные показания в надежде сохранить свою жизнь. Только вот мне кажется, зря он на это рассчитывает. Я человек совершенно не кровожадный и то считаю, что смертной казни за такое мало.

- Значит, орки пообещали ему портал к Лантену, - угрюмо сказал майор, делая записи. - Да, высокая ставка. Только вот верить оркам не следует. Для них клятва, данная врагу, ничего не стоит.

- И приворот - это тоже дело рук Веделя. Вы ведь на него тогда и думали? -спросила я.

- Да, - кивнул он головой. - Была в нем какая-то гнильца неуловимая. Вроде, и внешне парень замечательный, и маг сильный, и отзывы о нем только хвалебные. А вот не хватало ему чего-то на уровне моей личной профессиональной интуиции. А ведь ее в качестве доказательства не предъявишь. Он, кстати, объяснил вам, зачем он это сделал?

- Он начал опасаться, что мой брак со Штаденом перестанет быть фиктивным.

- А Ведель не говорил, почему кольцо предъявил только на следующий день?

- Нет, но я могу предположить, что ему нужно было изменить след заклинания на кольце, убрать магическую привязку именно к нему, так как не думаю, что его устроил бы мой приворот к кому-то другому. А вот что мне непонятно, так почему он действительно не использовал зелье? Его применить было бы намного проще, если учесть, сколько чая мы вместе выпили.

- Ну, это-то как раз очень просто объясняется. В таком деле к постороннему лучше не обращаться, а алхимия - единственный предмет, который ему абсолютно не давался. Честно говоря, для его знаний по этому предмету и "удовлетворительно" было явным преувеличением. Ведель попросту не мог сварить такое зелье, которое бы гарантировало нужный результат. Да. Ошиблись мы с ним. Нельзя таких допускать до армии. Трибунала, к сожалению, он избежал.

Я промолчала. Трибунала Ведель, конечно, избежал, но мне кажется, что любая казнь была бы гуманней того, что с ним случилось.

Комната в общежитии без Греты была пуста и навевала на меня страшную тоску. Я через силу двигалась, куда-то ходила, что-то ела. Через неделю я поняла, что больше так продолжаться не может. И в голову пришла абсолютно дикая мысль - а вдруг Ведель сказал правду, и Штаден действительно меня любит. Но ведь выгнал же он меня тогда, а сделал бы такое влюбленный? А ведь я даже не представляю, почему он это сделал? В конце концов, ведь должно же быть какое-то объяснение его поведению в столичной квартире? Вот пусть он мне прямо в глаза и скажет, что я ему противна, чтобы у меня и тени иллюзий не осталось. И я решительно направилась к нему домой и постучала в дверь. К моему удивлению, открыла мне инора средних лет, в строгом синем платье, и весьма прохладно сказала:

- Добрый день. Лорда Штадена нет дома.

- Добрый день. Могу я его подождать? - неуверенно спросила я. Как-то не рассчитывала я на присутствие посторонних лиц.

- К моему глубочайшему сожалению, лордом Штаденом были даны четкие указания не пускать посторонних женщин в квартиру в его отсутствие, - твердо ответили мне.

- Тогда я прошу вас передать, что приходила Эрна. Мне очень нужно с ним поговорить.

Мне показалось, что инора засомневалась в ответе, но все же сказала:

- Хорошо, я передам. Доброго вам дня.

И закрыла передо мной дверь. У меня от возмущения даже голос пропал. Это что, получается, передо мной, как перед какой-то попрошайкой, дверь собственного дома закрывают? Вот пусть только Кэрст появится, я все ему выскажу!

Но Штаден не появился. Ни в этот день, ни на следующий. В конце недели я поняла, что он вообще не придет. Что ж, это тоже ответ. Теперь я точно знаю, что никаких теплых чувств ко мне он не питает. Но ведь мог бы хотя бы для приличия зайти, узнать, зачем я приходила. Или это для него совершенно не важно?

Пришел он тогда, когда я уже потеряла всякую надежду его увидеть.

- У меня приглашение на свадьбу нашего принца. На два лица, - мрачно сказал Штаден вместо приветствия. - Если ты со мной пойдешь, то тебе срочно надо платье заказывать.

Я посмотрела на него и поняла, что у меня наконец появился шанс узнать ответ на то, что так занимало меня последнее время. И, скорее всего, другого уже не будет.

- Кэрст, пообещай мне честно ответить на один вопрос.

- И от этого зависит, пойдешь ты или нет? - сухо сказал он. - Ну что ж, обещаю.

- Почему ты меня тогда выгнал из своей квартиры? - глядя ему в лицо спросила я. - Ты обещал сказать правду.

- Правду? - он отвел глаза на стенку. Его лицо закаменело, но он все-таки ответил. - Потому, что мне хотелось, чтобы любимая женщина была со мной потому, что любит, а не потому, что у нее не было выбора.

Любимая? Значит, он все-таки любит меня! Облегченно выдохнув, я взяла двумя руками его голову и повернула лицом к себе, чтобы видеть его глаза.

- А тебе не приходило в голову, что прежде, чем ждать признания в любви, нужно сказать об этом самому? Обычно о своих чувствах первым говорит мужчина. Как-то не в моих привычках вешаться на шею кому-либо.

Брак второй, счастливый

- А тебе не приходило в голову, что прежде, чем ждать признания в любви, нужно сказать об этом самому? Обычно о своих чувствах первым говорит мужчина. Как-то не в моих привычках вешаться на шею кому-либо.

- Ты была как безвольная кукла, - недоверчиво сказал он. - Ты даже глаза закрыла, чтобы меня не видеть.

- Я боялась. Боялась что-то сделать не то или не так. Боялась открыть глаза и увидеть презрение на твоем лице.

- Презрение? Но почему?

- Потому что я проиграла. Я не хотела тебя любить, я боролась с собой, но сдалась.

- Смотри на это по-другому, - сказал он, осторожно обнимая меня, - мы оба выиграли. И когда ты поняла, что любишь меня?

- Э, нет, - улыбнулась я. - Сначала ты. Тем более, что ты еще даже не сказал, что сам любишь меня.

- Люблю, - подтвердил он. - Знаешь, когда ты тогда на меня налетела, маленькая, растрепанная, в своем жутком одеянии, посмотрела на меня своими невозможными серыми глазами и ушла, я остался стоять на месте, глядя тебе вслед как последний идиот, потому что ты унесла с собой не только тот проклятый учебник по алхимии, но и мое сердце.

- Никогда бы не подумала, - удивилась я. - Ты же ко мне даже не подходил. И на практике вел себя, мягко говоря, не очень вежливо.

- Я подходил пару раз с вопросами, - возразил Кэри. - Только как я недавно выяснил, ты этого просто не помнишь. Ты все время провожала глазами своего Олафа, если не читала какой-нибудь талмуд. И я тогда так разозлился. Больше на себя, правда, что не могу выбросить из головы девушку, которой не нужен. Видела бы ты свое лицо, когда поняла, что брак истинный. На нем такая обреченность была.

- А на твоем - ненависть.

- Скорее, злость, - не согласился он. - Мне показалось забавным стать твоим мужем хотя бы вот так, до ближайшего храма в другом городе, а получилось, что я тебя связал брачными узами по-настоящему. Ты была несчастна и не скрывала этого.

- И поэтому ты назвал меня толстой деревенской дурой?

- Но это же заставило тебя поменять стиль одежды, - ответил он без тени смущения. - Как я вижу, это тебя настолько задело, что никак забыть не можешь. Мне хотелось убрать это выражение безнадежности с твоего лица. И да, ты на меня разозлилась. Я решил для себя, что отношения наши будут такие же, как и до свадьбы. Но когда я увидел тебя в аудитории, целующейся с Олафом, первая мысль была "Это моя жена. Моя жена целуется с этим недоноском". Я ведь готов был тогда его убить, но в последний момент придержал силу удара. И когда тащил тебя к себе в комнату, мне вдруг пришло в голову, что я веду себя как дикарь какой-то, но я остановиться уже не мог. И увидел ненависть на твоем лице. Но ненависть - это не то чувство, которое я бы хотел, чтобы ты ко мне испытывала. А потом Ведель подал мне идею. Я поехал к отцу и честно ему рассказал про наш брак.

- Ты хочешь сказать, что он все знал? - поразилась я.

- И он, и Эльза. Отец и предложил ездить к нему, чтобы ты хотя бы могла узнать меня поближе и привыкнуть. Знаешь, как он потешался, когда рассказывал о своем наблюдении за тем, как я уговариваю тебя в саду. Притворяться же ты совсем не умеешь. Но зато за те два дня я понял, что тебе нравится со мной целоваться. Ведь так?

- Так, - признала я. - И если бы ты знал, как меня это мучило. Я даже одно время думала, что мне, наверно, просто само это действие нравится, пока меня не поцеловал Ведель. Это было так гадко.

- И я решил попробовать построить отношения на физическом притяжении. Да, ты была права, я пытался тебя соблазнить, но ты так меня боялась, что я начал сомневаться в успехе. И Расмуссен этот постоянно рядом крутился.

- Я ему еще зимой на балу сказала, что не люблю. Только он верить не хотел. Я даже на практику с группой из-за него не поехала.

- Надо же, а я считал, что он тебе небезразличен, и подумал, что будет лучше, если я вообще приходить не буду, а то не сдержусь и украшу порог твоей комнаты живописным пятном. Уже один его вид выводил меня из себя. Так что сломанной челюстью дело бы не ограничилось. И я решил уйти и не пытаться больше получить от тебя то, что ты не могла мне дать. Не мучить тебя больше.

- Я и без твоей помощи отлично мучилась.

- А тогда в квартире, мне показалось, что ты сама ко мне потянулась, но я оказался совсем не готов к твоему "какая теперь разница". Потому что я понял, что тоже не хочу с тобой на одних животных инстинктах. Мне умереть тогда захотелось.

- Мне тоже, - тихо сказала я. - Я решила, что ты испытываешь ко мне отвращение настолько сильное, что даже преодолеть его не в состоянии.

- Я думаю, доказать обратное для меня не составит проблемы. Тем более, что с твоей стороны накопился просто огромный супружеский долг.

- Положим, я его честно пыталась тебе отдать, - возразила я. - Ты сам отказался.

- Это я зря. И ты так и не сказала, когда поняла, что любишь меня.

- А на зимнем балу. И пришла в такой ужас.

- Почему?

- Видишь ли, - помрачнела я, - понять, что влюбилась в человека, к которому очередь стоит из разномастных девиц и которому ты абсолютно не нужна, как-то это не слишком здорово. Если бы ты дал понять, что ко мне неравнодушен, то мне хоть легче было бы.

- Когда ты Фогель сказала, что я потерял голову от любви к тебе, я решил, что ты все поняла. А потом твое поведение временами меня в тупик ставило. Я даже одно время думал, что ты специально надо мной издеваешься.

- Ничего я не понимала, - улыбнулась я. - Я так долго в своих чувствах разобраться не могла, а ты для меня вообще загадкой был.

- Так какое мое качество на тот момент было для тебя столь неприемлемо, что ты наотрез отказалась стать моей женой по-настоящему?

- Строго говоря, на тот момент их было два, - вздохнула я. - Первое - это то, что, как мне казалось, ты меня не любишь. А второе - твои многочисленные девицы. Я никогда не хотела делить своего мужа с кем бы то ни было.

- Обещаю, что делить тебе и не придется, - серьезно сказал муж и наконец-то поцеловал меня. И как это оказалось волшебно - целоваться с человеком, которого любишь и который любит тебя! Мы долго не могли оторваться друг от друга, но когда я протянула руку к пуговицам его рубашки, он накрыл ее своей ладонью и сказал:

- А давай-ка мы пойдем домой, жена, а то ведь я могу и не сдержаться. Первая брачная ночь на узкой неудобной койке в общежитии - это не то, что потом захочется вспоминать.

- А твоя экономка, она там постоянно находится? - вдруг вспомнила я.

- А ты откуда про нее знаешь?

- Так я же туда приходила и просила это тебе передать, - удивилась я. - Разве она ничего не сказала?

- Видишь ли, я ей дал четкие указания никого не впускать и ничего мне не передавать. Я же не думал, что ко мне придешь ты, - смутился Кэри. - И она не живет там, уходит вечером к себе домой. Так что нам никто не помешает. Собирайся. Бери только самое необходимое, все равно придется тебе гардероб обновлять, да и платье на свадебный прием желательно уже сегодня заказывать.

- А как ты достал туда приглашение?

- Когда мы выводили наших из орочьего стойбища, выяснилось, что там находится еще туранский кронпринц. Его мы тоже вытащили. Вот нам и прислали приглашения. Ведь невеста - сводная сестра спасенного.

- Как же он туда попал? - поразилась я.

- Телепорт криво сработал.

- Насколько мне помнится, во главе Турана традиционно стоят сильные маги. Почему же он раньше сам не сбежал?

- Видишь ли, каким бы ты сильным магом не был, но если не привык держать постоянную защиту, то от банального удара орочьей дубинкой по голове тебя ничего не спасет. А потом его просто напоили отваром, блокирующим магию, и делали это еженедельно. Так что, если бы не наша помощь, то сидел бы он там и по сей день. Только наше руководство совсем не радо было тому, что мы его вытащили.

- Почему? - удивилась я. - Это же такая великолепная возможность продемонстрировать соседнему государству свое превосходство в военном деле.

- Так у них государством как раз королева и кронпринц управляли, после их исчезновения остался король Генрих и младший принц, они оба слабохарактерные и легко поддаются влиянию. Для их страны такие правители не очень хороши, а вот для наших дипломатов - это был просто подарок. Так что возникновение из небытия кронпринца было для них крайне неприятным сюрпризом.

- А королева так и не нашлась?

- Почему не нашлась? Они вместе были.

- Вы что, бросили несчастную женщину одну у орков? - возмутилась я. - Да как вам не стыдно!

- А вот не стыдно, - усмехнулся он. - И не такая уж она и несчастная. Королева сама захотела остаться, и забрать ее с собой можно было только силой, а у нас и так раненые были. Да и таскать чужих королев мы не подряжались.

- Сама? Но почему?

- А любовь у них с орком случилась внезапная.

- У королевы? С орком? У них же гаремы!

- У этого конкретного орка уже никакого гарема нет, разбежался весь. Но не думаю, что он будет страдать. Кто ж ему позволит?

Я начала собирать вещи, думая, как странно иной раз все в жизни оборачивается. Королева полюбила орка! У меня это просто в голове никак не хотело укладываться, так что я решила оставить обдумывание проблем венценосных особ им самим. В конце концов мне тоже было о чем подумать!

- Что-то ты погрустнела, - сказал Кэри.

- Ты знаешь, это, наверно, глупо, - смутилась я. - Но мне вдруг пришло в голову, что у меня не было ни свадьбы, ни свадебного платья, ни свадебного путешествия.

- Боюсь, что если бы у тебя все это было, - заметил он, - то у тебя не было бы меня. Замуж ты бы вышла за этого Расмуссена, с чем я категорически не согласен.

- Положим, я тоже не согласна на такой обмен, но все равно обидно.

- Ну, со свадьбой или свадебным платьем уже ничего не сделаешь, а вот со свадебным путешествием мы вполне можем что-нибудь придумать.

- Так какое же оно будет свадебное...

- А мы будем считать сегодняшний день началом нового брака. Второго. Счастливого. Первый-то у нас не получился.

- Так мы же не разводились? - удивилась я.

- Но попытались же? - уточнил он. - Эрна Штерн, согласны ли вы с сегодняшнего дня стать моей женой?

- Да, согласна, - засмеялась я и поцеловала мужа.