Ворон Наташа: другие произведения.

Блуждающий в пустоте

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:

Блуждающий в пустоте


 []
      2/28/2015









     Блуждающий в пустоте









     Пролог
     Свинцовое небо, сгустившееся над сонным городом, разбудило крылатого жителя кладбищенского дуба. Громко каркнув, он расправил сильные крылья и направился осматривать свои владения.
     Тьма принесла с собой туман, гонимый ледяным ветром. Осень пришла как спасение, от гнетущего знойного лета. Ободранные увядающие деревья, перестав сражаться со стихией, гнуться до самой земли, пронзая тишину треском корявых стволов. Свист и вой ветра, заполнил собою старое Северное кладбище.
     Опавшие умирающие листья, несутся прочь, подхватываемые сильными воздушными потоками. При свете слабого лунного свечения, картина, напоминает сухую безжизненную реку.
     Вдалеке от пристанища душ, спит глубоким сном, крохотный серый городок. В такую погоду он казался призрачным, словно все население, вымерло за одну ночь.
     Тем временем ворон, пролетая над обветшалым склепом, резко спикировал вниз. Его внимание привлекла загадочная фигура, которой никак не должно было здесь быть. Птица присела на край памятника и стала с любопытством наблюдать, за непрошеным гостем.
     Пришедший, в столь поздний час на кладбище, не торопясь и не смотря по сторонам, хозяйничал возле надгробия. Он вырыл под ним, небольшую яму, и достал из нее не меньше сотни фотографий, завернутых в грязный носовой платок.
     Теперь гость бережно и любовно, принялся раскладывать свое сокровище по холодной земле.
     Глава I
     Находка журналиста.
     Диана, девушка с довольно скверным нравом, работала в крупнейшем печатном издании города, о котором мечтала со дня поступления на журфак. После окончания университета, она долго не могла устроиться на работу, ибо работодатели не желали видеть людей без опыта. Но судьба ей благоволила и буквально через год ее приняли в издательство с испытательным сроком, который она успешно прошла. У нее было необычное хобби. Диана собирала старые, уже не нужные газетенки, которые так и кричали своими заголовками: «Она научила лаять собаку»… да действительно глупо. Эти газеты пригодились только в том, чтобы знать, как писать не надо.
     Принимая во внимание ее бойкий и чрезмерно любопытный ум, а также стальной, как нож характер она обрела славу скандального журналиста. К такой известности Диана не стремилась и тем более не желала, чтобы ее называли «скандалисткой», «ведьмой» и собакой женского пола. Среди коллег же бытовало прозвище «гадюка», разумеется, так ее называли только за глаза. Диана и дня не могла прожить, чтобы не засунуть свой нос, в дела, которые ее совершенно не касаются, а затем выставить эти труды на всеобщее обозрение. Беря интервью у известных и немаловажных людей, журналистка обязательно отыщет компрометирующий материал. Все ее статьи гремят шокирующими названиями. Просто она не видела смысла писать о каком-нибудь, к примеру, открывшемся парке (если конечно там кого-нибудь не убили), детском утреннике или мемориальных сооружениях – это ведь скучно и никого не интересует. Человек так устроен, что подсознательно требует крови, насилия, воровства и лжи, и с какой стати этим не воспользоваться. Возможно, скажем, что какие-то достижения науки заинтересует обывателя, он порадуется за умы ученых и забудет об этом, а вот информация о том, какие при этом были нарушены технологии, останется в памяти надолго. Что ж кому-то ведь нужно открывать людям глаза на их кумиров и чиновников, снимать розовые очки надиктованные глянцевыми журналами о том, «как в мире все прекрасно».
     Почти каждый второй человек, которому выпало счастье иметь с ней дело, готов был ее убить. Она выдавала все их тайны, страхи. И все же они старались быть с ней как можно обходительней, боясь, что у нее в кармане пара тройка таких компроматов, что потом, не то, что светится перед экраном стыдно, а и вовсе из дому не выйдешь.
     Диана любила свою работу. Хорошо относилась к своему начальнику, за то, что он всегда для нее припасет, что-нибудь интересное. Сейчас в рассвете своей карьеры, она и думать забыла, что когда-то собирала старые печатные издания. Они лежат пыльной стопкой в ящике ее комода и лишь напоминают о былых неудачах и разочарованиях.
     Диана буквально жила на работе. Всегда была в курсе событий. Ей было все равно, про кого она пишет, лишь бы это было скандально, захватывающе и интересно читателю, да и ей самой. Она вполне могла написать про своего коллегу, который, после пьяной ночи с друзьями пришел на работу в брюках на три размера его больше. Странно, что он в юбке не пришел, думала тогда Диана. Из-за этого у парня появились проблемы. Его сразу же рассчитали, как только главному редактору упала на стол папка с материалом. В издательстве не было строгого дресскода, но и насмехаться над Изданием никому не было позволено.
     Если описать Диану по ее характеру, то, не хватит и шести часов монотонного рассказа. Девушка из-за своей страсти находить во всем плохую сторону, часто попадала в неприятные истории. Однажды на нее было совершенно нападение из-за ее статьи «Ворованные деньги», она отлежалась в больнице неделю и вновь приступила к своим делам. И все же люди к ней тянулись, она была им интересна, но своим наплевательским отношением к ним, она чаще всего оставалась одна.
     На данный момент ей всего двадцать пять, самый блаженный возраст по ее мнению. Можно делать все и тебе за это ничего не будет, в принципе это по жизни ее девиз.
     У нее стройная подтянутая фигура, длинные ноги и грациозная осанка. Она завораживала любого человека, пройдя мимо. Глаза зеленые днем, а карие ночью, такие же изменчивые и не постоянные, как и она сама. Свои длинные каштановые волосы она никогда не укладывала, да и вообще не любила их расчесывать, считала это пустой тратой времени. Все равно ведь потом спутаются, так какая разница. За это некоторые ее считали неряшливой. Она совсем не красила лицо, как это делали ее коллеги и подруги, да и не зачем было, ее идеальная кожа не просила дополнительной помощи у косметических средств. Длинные густые ресницы, и очень аккуратный и интригующий разрез глаз, подкупали всякого смотрящего на нее.
     ***
     Сегодня она проснулась с ужасным настроением. Отпуск. Она их так не любила, но начальник сказал идти в отпуск, значит надо. Она почти не отдыхала. Начала понемногу сдавать, руководство это видело, и решило, что отпуск ей не помешает. Диана долго не сдавалась, она не могла жить без своей работы. После долгих препирательств, она все же согласилась, что месяц - это не так много. А в голове промелькнули мысли о пустоте и одиночестве.
     - Ну и что я сегодня буду делать? – потягиваясь, после сладкого сна, прошептала Диана. Оглядывая свою квартиру, в которой тут и там были разбросаны вещи, а запыленный засохший бедный цветок на подоконнике, уронил очередной листик, в голове поселилась мысль, что не мешало бы прибраться, а то таким образом не далеко до «разведения» тараканов дожить.
     Она прошла в ванну, умылась. Ну, если протереть тряпкой свое лицо, можно назвать умыванием, то она это сделала. Кое-как почистила зубы и, не снимая пижамы, проследовала на кухню, чтобы сделать себе кофе. За последнее время она только его и пила. Всем говорила, это «профессиональная наркомания».
     Убиралась она недолго. В ее уютной однокомнатной квартирке, было не так много мебели. В ней находился один бежевый диван, который служил ей кроватью, он стоял возле стены, за которой была кухня. Журнальный столик, сделанный из толстого стекла, нашел свое место возле окна, на него Диана поставила старый телевизор. Шкаф с тремя отделениями стоял напротив дивана: в одном отделении она хранила свои вещи, во втором книги, а третий был предназначен для хранения всякого барахла. У каждого есть свое «барахло», которое выбросить жалко, а применить уже нельзя. Возле маленького коридора разместился комод с шестью ящиками. Вся квартира была обклеена зелеными обоями. На полу был паркет из черного дуба, потолки выкрашены синим. Она любила все это. Ей нравилась обстановка в ее квартире. Она давно об этом мечтала, когда жила у деда, который много пил и всегда бил ее. Он запрещал ей все, чтобы она не пыталась делать. Наверное он желал ей блага… Пусть так.
     Диане была по нраву улица, на которой жила. На этой улице было всего четыре кирпичных дома с крохотными резными балконами. Здания располагались друг напротив друга и соединялись между собой арками. Такой маленький квадратный мирок. Квартира находилась на втором этаже, все окна выходили во двор. Диана каждое утро садилась на подоконник с чашкой кофе и рассматривала большой старый клен за окном. Она жила там уже больше года, но не с одним из соседей так и не познакомилась. Никогда не с кем не здоровалась, да и вообще старалась ни на кого не смотреть. Ее очень даже устраивало, что она не знает их, а они не лезут к ней со своими приветствиями.
     - Так, осталось только перебрать свои ящики с записями, - она разговаривала сама с собой, чтобы ничего не упустить.
     Открывая ящик, Диана наткнулась на старые газеты. Она давно к ним не притрагивалась. У нее возникло чувство ностальгии по прошедшим дням. Девушка нежно приподнимала каждое издание и любовно осматривала его. Но больше всех остальных ее внимание привлекла пожелтевшая от времени газета, где на некоторых страницах уже было еле видно напечатанное.
     - О, я тебя помню…, – лукаво произнесла Диана, но чувство сомнения в своих словах постепенно начало нарастать.
     Она пролистывала газету четырежды, все в ней было узнаваемо, но что-то все-таки было здесь лишним.
     На первой странице вырисовался парень лет двадцати или двадцати трех. Его не совсем короткие волосы, цвета воронова крыла, беспорядком лежали на голове, придавая ему сумасшедший вид. Судя по фотографии, парень был превосходно сложен. Он был одет в красную рубашку с длинными рукавами. Дальше было не видно, поскольку на фото он был по пояс.
     Но Диане больше всего запомнилось не это, а его глаза: черные – почти не видно белка, печальные и злые одновременно, яркие и в, то, же время потухшие. В них читалась боль и ярость, такие глубокие раны, как два кровоточащих пореза, они были пугающе красивы. Его взгляд притягивал к себе, завораживал, манил в самые глубины сознания. Это были одни из тех глаз, в которые если однажды посмотреть, то забыть уже не сможешь никогда, они будто въедаются в память, будоражат, хочется смотреть, и смотреть, и смотреть.
     То, что фотография мальчика была цветная, учитывая, что газета совсем старая, Дина не придала этому никакого значения. Она как загипнотизированная уставилась в газету, не в силах отвести взгляд.
     И тут она поняла, что же ее смущало в этой газете. Диана не помнила, чтобы читала эту статью. Юноша что был на фотографии, ей незнаком. В очередной раз, пролистывая страницы потрепанного издания, дабы убедиться, в том, что она вообще его читала, она наткнулась на пятно, это было кофе. Перед глазами сразу пролетели события, как она сидела в полутьме и читала статью о заброшенном доме в Англии, по словам очевидцев там обитали привидения. Она в них не верила, говорила: «Где же ваше благоразумие, господа?!» А, затем, не увидев кружки с кофе, на уголке газеты, сдернула ее со стола, ну и естественно, по всем известному закону физики, она упала, залила содержимым страницу, пол и ее тапки. Она потом еще долго выражалась в адрес кружки.
     - Нет определенно та газета. Наверное, я просто про тебя забыла…, – но чувства уверенности в своих словах у нее не было. Дина приготовилась прочитывать статью под фотографией, над которой огромными буквами сверкал заголовок: «Необъяснимое исчезновение», – Ну что ж полюбопытствуем.
     В статье было сказано: «30 октября 2010 года примерно в одиннадцать часов вечера, при загадочных обстоятельствах пропал юноша, родители ребенка не в состоянии что-либо ценного нам рассказать. Управление внутренних дел возбуждать уголовное дело не стало, объясняя это тем, что на преступление ни что не указывает. Как заявил, майор полиции Ошпингов Николай Антонович, - «парень видимо просто ушел погулять, а родители развели панику, под утро наверняка вернется, дело то молодое. Из квартиры ничего не украдено, следов борьбы нет, какое тут может быть преступление? Повздорил наверное с отцом или матерью, вот и вышел свежим воздухом подышать».
     Что ж возможно это и так, да только родители утверждают, что они были дома на момент его исчезновения, другого слова я не могу подобрать: «Мы как обычно смотрели кино на ночь, – объясняет мать ребенка, - Кирилл сидел в своей комнате и слушал музыку, он просто не мог уйти не замеченным, входная дверь сильно скрипит, и мы бы услышали, тем более что телевизор был включен на минимальной громкости…». Так что, мальчик вряд ли смог выйти так, чтоб его не услышали, как утверждал наш корреспондент, он сам лично проверил дверь на «скрипучесть», и действительно она скрипит так, как, будто кого-то придавило чем-то тяжелым, и этот кто-то визжит от боли.
     «…досмотрев кино, мы с мужем пошли ложиться спать, музыка все еще играла в его комнате, я пошла, сказать Кириллу, чтобы он не засиживался допоздна, ему завтра рано вставать…»
     - Эх, что же ты мне раньше не повстречался, – с завистью и грустью, вдохновлено прошептала Диана.
     «… а когда я вошла, его в комнате не было!!! Я проверила везде, даже под кроватью в надежде найти сына, но его, нигде не было. Окно было заперто». И теперь полиция хочет сказать, что мальчик просто вышел из дома? Каким образом, испарился? Наш корреспондент пытался узнать у правоохранительных органов, будут ли проводиться какие-нибудь оперативные действия, что они собираются предпринимать, на что нам ответили: «Ну разумеется мы проверим всех с кем он общался, возможно он у кого-нибудь из друзей или подруг, соберем сведения у медицинских учреждений, ни поступал ли он к ним. Мы, конечно, постараемся найти юношу, но мы так думаем дня через два три он сам явится, повода для беспокойств пока нет». Но не через четыре и даже не через неделю мальчик так и не пришел домой и никаких сведений о нем нет. Обстоятельства этого загадочного дела, было поручено вести Ошпингову Николаю Антоновичу».
     - Ну, просто фантастика, – улыбнулась Дина, - пойду, налью себе еще кофе.
     Чтобы зайти на кухню, нужно пройти через коридор, в котором расположены двери в туалет и ванную. И вот в этом самом промежутке между ванной и кухней Диана упала на колени от пронзительной боли и свиста в голове. Упираясь руками в пол, она попыталась встать на ноги, что оказалось не так просто. Боль была ужасающей. Девушка с трудом раскрыла глаза и вот тут она увидела парня из газеты, он то появлялся, то исчезал. И насколько Диана могла разобрать в этом хаосе, он что-то шептал. Его лицо отражало ярость, а бездонные глаза впились в девушку, словно ножи. Рубашка обрывками свисала с его плеч, а черные джинсы были по колено мокрые. Парень некоторое время еще смотрел на Диану, а потом зло скривил губы в усмешке, повернулся к ней спиной и спокойно проследовал к окну, но, не дойдя до подоконника, исчез также внезапно, как и появился.
     Столь внезапно возникшая боль, отступила, позволив девушке оглядеться и подняться на ноги. В голове была полная разруха и пустота, как после торнадо. Грудь Дианы болела от бешенного сердечного ритма, – привидится же такое, нет, надо поменьше читать всякой чуши, может я и вправду, много работаю, и это мой заслуженный отдых? – сославшись на переутомляемость, Диана, все еще ошеломленная подобной несуразицей, держась за стену, зашла на кухню, сделать себе горячий кофе.

     Глава II
     Второе явление и повторение
     Вот и прошла неделя ненавистного отпуска. О том происшествии на кухне напоминало только окно, где растворилось видение и не частые сновидения с участием внезапного гостя. Она не стала ни с кем делиться тем, что она увидела, Диана уже и сама стала сомневаться, что вообще что-то видела, но, тем не менее, старалась не подходит к окну, и вообще забыть о том, что случилось.
     В ее жизни все текло своим чередом. За эту неделю, она успела, насладится общением со своими друзьями и лучшей подругой Кристиной, с которой они съездили отдохнуть на природу, чего она очень давно хотела, но все время что-то мешало. Диане хотелось уйти куда-нибудь в лес, побыть, поближе к первозданному виду планеты. Она любила по осени собирать грибы, но они ей никогда не попадались, что ее не огорчало, ей доставлял удовольствие сам процесс хождения по лесу. Девушка с радостью любовалась осенними видами природы. По ее мнению, это самое прекрасное время года. В душе наступает некий покой, когда земля пахнет сыростью, а воздух пропитан дождями. Но больше всего она любила наблюдать за небом, оно становилось необычайно красивого цвета. Серые дымные облака, выстраивались в фантастические замки. Остывающее солнце, проглядывая сквозь пелену паутинной сетью, прощается до весны. Это время мечтаний, сонной дремы и самой лучшей поэзии.
     Диана в это время года вечерами любила почитать книги, укутавшись с головой в теплый плед или посмотреть романтические фильмы, медленно потягивая из бокала красное вино. Все это никак не подходило ее образу, сложившемуся за годы работы в издательстве, мало кто видел ее такой мечтательной и спокойной. Многие из ее знакомых и друзей, вообще считают, что она лишена всякого романтизма, считают ее сухой на эмоции, воспринимают как робота, у которого одна программа: «портить жизнь всему, что дышит». Однако им невдомек, что за маской «холодной суки», скрывается очень чуткая и ранимая натура. И что все человеческое ей не чуждо. В прочим все эти рассуждения и молва за ее спиной, ее абсолютно не беспокоила, а скорей укрепляла ее авторитет перед коллегами на работе и среди некоторый близких людей. Ей даже льстило, что многие люди, вообще боятся с ней разговаривать, не то что спорить.
     ***
     Диана встала очень рано с постели, перед этим долго не могла уснуть, а сам сон прошел в какой-то борьбе, в тумане, будто и не спала совсем. Снился тот юноша, он что-то говорил. Слова доносились из какой-то глубины, из самого воздуха, в его чреве рождаясь, издаваясь клокочущим, растягивающим ноты звуком, приближаясь, они, не успев толком произнестись, растворялись, удаляясь в таком же порядке. Сама Диана при этом находилась, возле какого-то здания, в нем был слышан гул ветра. Оно стояло одиноко на пустыре. Некогда белые покосившиеся стены, с которых местами отваливалась штукатурка, навевали ощущение страха. В здание было два этажа, ни одного балкона и много окон, большинство из них лишенных стекол. Также там имелся один единственный вход. Деревянная дверь покачивалась из стороны в сторону, скрипя и грозясь, обрушится. Жуткого вида строение, словно затягивало в пустоту, призывало куда-то, куда совсем бы не хотелось попасть живому человеку.
     Мгновением спустя Диана оказалась внутри этого… (дома?). Там стоял какой-то мерзкий запах, даже во сне он казался реальным. Парня из газеты она не видела, она только слышала что-то похожее на его бормотание, но не могла разобрать, ни слова. До нее донесся душный угрожающий ветер и на этом все закончилось.
     Журналист слонялась по квартире, в состоянии сна, которого она так толком и не получила, пытаясь привести себя в чувства она помылась холодной водой. Мысли вроде встали на свое место, а вот звук из сна остался.
     - Да что такое, это когда-нибудь прекратится?!! – со злостью крикнула тишине Диана.
     Прошло часа четыре, а звук все не проходил. Она включила телевизор, там шла какая-то тупая передача, на тему как выжить в этом мире, Дина нашла ее скучной, но хотела хоть как-то избавиться от этого шума в голове, развеять его, восстановиться. Но он и не собирался уходить. Она на мгновение закрыла глаза, как вдруг голова закружилась и вернулась до жути знакомая боль. Сомнения не было, девушка в квартире уже не одна.
     Диана, придавая значительные усилия, чтобы не потерять сознание, открыла глаза, дабы убедиться здесь он или нет. Он никуда не ушел, юноша жестом призывал ее подойти к нему, протягивал к ней руку. Затем он мотнул головой в сторону окна, открыл рот и произнес размыто несколько слов, смысл которых был не понятен, слова были такие: «еще не всеееее….», последнее слово протянуло букву «е», оборвалось, и он исчез. Во время этой фразы, в голове Дианы проносился визг на высоких нотах, сопровождаемый усиливающейся болью в височной доле.
     Девушка в состоянии шока, в чем была одета, выскочила на улицу и побежала до подруги, даже забыв закрыть входную дверь.
     ***
     Если и обращаться к кому-то за помощью в таких случаях, то только к Кристине (или Дельфине, как ее все называли). У этой девушки свое представление об этом мире и не самое естественное. Нет, она не верила в паранормальные явления, но и не отрицала их возможность, она единственный человек из всех друзей, кто сможет отнестись к этому серьезно.
     Кристина всегда отличалась образом мышления, поведением, способностью выкручиваться из любых сложных, и не очень, ситуаций. Если она заходила в каких-то случаях в тупик, она пряталась в тени на неопределенное время, чтобы потом вернуться с новыми силами. Она была неординарной девушкой, в некоторых случаях даже неадекватной, вспыльчивой, но отходчивой, замкнутой, недоверчивой, постоянно проверяла друзей «на вшивость». У нее имелась параноидальная мысль, что она в этом мире совсем одна, что никому нет до нее дела, что все вокруг предатели, а сама она жертва лицемерия.
     В свои двадцать четыре года, Кристина, успела побывать в таких субкультурах как: панк и готика. У нее был собственный мирок, в который она до сих пор никого не пускала, никогда не открывала его секретов, тайн. Ей было проще слушать людей ее окружающих, нежели разговаривать самой.
     Ее паранойя по поводу одиночества, была абсолютно напрасной, поскольку друзей у нее было много, да и мужским вниманием была не обделена, но в силу своей недоверчивости и меланхоличности, считала, что все ее просто используют.
     Если говорить о ее внешности, то надо начать с того, что с детства она была, наверное, гадким утенком, была больше похожа на мальчика, чем на девочку. В детстве Диана, с которой они общались с шести лет, спустя четыре года предложила ей встречаться, и была сильно удивлена, когда выяснилось, что объект ее обожания оказался девочкой. Чем старше она становилась, тем красивей становилась ее внешность.
     Кристина закончила год назад обучение в захудалой академии на заочке. Хотела стать высококвалифицированным юристом, что у нее так и не вышло.
     Ее черные волосы были всегда нестандартно острижены, и вечно были похожи на мочалку для душа. Фигура у нее была самая обычная: в меру спортивная, в меру стройная, большие серые глаза, роста она была небольшого, всего сто пятьдесят семь сантиметров. Ее постоянно неровно остриженные ногти, выглядели потрепанными. Кристина много красила свое лицо, не потому что есть изъяны, ей так хотелось. Темные тени, черные подводки для глаз, скрывали ее естественную красоту. Этой маской она старалась скрыться от мира. Быть агрессивнее, злее, чем она есть на самом деле. Она абсолютно непредсказуемый человек. Никто не знал чего от нее можно ждать. Иногда своими поступками, она вводила людей в ступор. И все же люди с ней хорошо общались, она находила общий язык со всеми, скорей всего из-за ее чувства юмора. Кристина могла рассмешить любого, хотя возможно самой при этом было не до смеха.
     Из одежды она носила то в чем удобно ходить. В основном это были спортивные вещи: футболки, шорты, штаны, джинсы, имелось даже пара платьев, но надевала она их крайне редко, только на празднование дня своего рождения и Рождество. Все вещи в гардеробе, были либо черные, либо серые, она не любила ярких цветов.
     Кристина весьма творческая натура. Она сочиняла стихи, иногда музыку, предпочитала проводить время в обществе книг, но постоянно впадала в депрессию. Любила раскидываться сарказмом по поводу и без него. Даже иногда доводила людей до слез, но сразу же просила прощения, отпуская при этом еще пару тройку неприятных для собеседника фраз. Но в то же время, она умела по-настоящему дружить и уважать своих друзей, дорожить ими. Люди всегда знали, что если у кого-то и просить помощи, то только у нее, ибо она никогда не откажет и обязательно поможет, порой даже в ущерб самой себе.
     ***
     На улице, тем временем, пошел очень сильный дождь. Лужи становились все больше похожи на маленькие речки, которые стирают грязь, с прожженных и пропитанных никотином улиц. Из-за водяной стены, видимость была нулевая, так что бежать, даже если захочешь, лучше не стоит, обязательно упадешь. Проще говоря, погодка выдалась мерзкая.
     Диана, обессиленная бегом, шла до подруги на полном автопилоте, голова была ее занята, скверными мыслями.
     - Можно, конечно, предположить, что я сошла с ума, и все это мне показалось, но с другой стороны я ведь понимаю, что все это происходит именно со мной и в реальном времени. Можно также подумать, что я слишком много работаю и просто устала, но, а если посмотреть на все это с другой точки зрения, то ведь раньше со мной ничего подобного не происходило, а работала я как обычно. Мне определенно надо посоветоваться с Кристиной. Надеюсь она не вызовет психушку в первую же минуту разговора. Как я это все ей расскажу? Как это будет выглядеть? Что она, в конце концов, подумает обо мне? Представляю, влетаю к ней в квартиру, с воплями «Помоги мне, меня преследует призрак!», какой бред.
     Думая о встрече с Кристиной, она немного успокоилась. А тем временем, дождь становился все сильней и сильней, было уже просто невыносимо, капли били по всему телу с какой-то ожесточенностью, что казалось, будто не дождь идет, а град, причем эти градины размером с хороший булыжник.
     Идти было еще достаточно далеко. Нужно было пройти, еще целую улицу, чтобы добраться до нужного ей дома. Дорога то и дело петляла между жилых домов, магазинов и парикмахерских. Диана сильно замерзла от ледяного дождя и пронизывающего ветра. Ее одежда, которую составляли, серая футболка и синие хлопковые штаны, промокла до нитки, а о кроссовках вообще нечего говорить. Журналистка обняла себя руками и насколько это позволяло, широко раскрыла веки, чтобы в случае чего, бежать без оглядки. Глаза девушки до сих пор источали страх и недоумение. Проходя мимо до боли знакомую ей улицу, и такие похожие друг на друга пятиэтажки, она увидела стоящих там разукрашенных девиц.
     - На улице кромешный ад, а Эти все стоят! И охота им в такую-то погодку, заниматься своими грязными делами?
     Она подумала об этом с остервенением, и бросила резкий взгляд на рядом стоящий дом. На нем была надпись, похожую на те, которые пишут подростки на стенах домов, гаражей и на всем, что может подойти для наскальной живописи. Только в этой надписи было что-то не то, какая-то смазанность, нечеткость, вроде ничего особенного, обычное дело, тем более что на улице ливень. Диана, сосредоточенно прищурилась и начала медленно приближаться к этой надписи. Подойдя поближе, она прочитала затертую до дыр фразу «С днем рождения, любимая».
     - Фуу, - махнув рукой, проговорила Диана, и собралась уже идти дальше, но с надписью стало происходить, что-то странное, она вдруг поплыла, задергалась и вдруг нарушился фокус. У девушки стала уходить земля из под ног. Надпись вдруг преобразовалась: «Еще не все собрано!!!» прочитав это, у Дианы сразу возникнул сюжет, случившийся дома.
     - Что за черт!! - крикнула Дина в панике и рванула до подруги с высокого старта.
     ***
     Кристина сидела дома и думала, о сущности своего обреченного бытия, как вдруг раздался звонок в дверь. Она сильно была удивлена.
     - Ооо, кто бы это мог быть, я вроде никого не звала…, - к ней всегда приходили друзья только по приглашению, никогда без предварительного звонка. Потому что, Кристина, могла оказаться где угодно, дома она находиться только утром, а все остальное время проводит где-нибудь на улице, читая книгу или просто прохаживаясь вдоль дорог города, с плеером в ушах.
     - Дина? - удивленно, спросила Кристина, - чем обязана такой чести? Ну и вид у тебя, ты что заболела?
     Подруга стояла в дверях вся мокрая с раскрасневшимися глазами и тяжело дышала. Было видно, что она пробежала, как минимум километра полтора и не раз при этом падала. Ее одежда была в грязи. Штаны на коленях были разодраны и сквозь эти дырки виднелись ссадины.
     - Называй это как хочешь, - печально сказала подруга, – лучше б это было так, - протискиваясь мимо подруги, бросила Диана.
     Квартира ее подруги, была намного больше ее собственной. В ней было четыре комнаты и длинный коридор. Кристина не стеснялась окружать себя предметами роскоши, поэтому ее квартира походила на музей из диковинных и дорогих предметов. Квартира была декорирована по ее фантазии, которую трудолюбивые рабочие с успехом воплотили. Можно было только даваться диву, как все было красиво и необычно. К примеру, спальня хозяйки, создавала впечатление кривизны, словно стены были наклонены в разные стороны, полнейшее безумие, пол в ней был в шахматном порядке: красные и черные плитки. В такой комнате у нормальных людей давно бы закружилась голова, но только не у Кристины. Если она позволяла себе выкрашивать стены в красный, темно-фиолетовый и черный цвета, от которых у Дианы, спустя полчаса начинала болеть голова, то для Крис это было вполне хорошо. Диана часто задавалась вопросом, зачем одной девушке такие огромные шикарные апартаменты. Но спросить об этом напрямую у владелицы не осмеливалась, опасаясь услышать очередную лекцию о смысле жизни.
     Кристина проводила ее на кухню и поставила разогревать чайник, поскольку предчувствовала, что разговор будет долгим. Минут пять Диана молчала, тупо уставившись в пустую сковороду на столе. В голове, словно мухи, метались мысли, все смешалось. Тем временем Кристина, поставила кружку с чаем на стол, прям под нос подруге, поскольку та никак не реагировала на происходящее вокруг. Отпив немного обжигающего чая, она сразу заговорила.
     - Я… я просто не знаю что делать, он меня преследует, газета, будь она проклята! Надо ж было мне ее прочитать! А все мое любопытство!! Невероятное исчезновение!! Зачем только я взяла ее в руки!! Этот шум в голове так и не прошел…
     - Стоп! Я определенно ничего не понимаю. Давай так, обстоятельно по факту, без преукраски, что и кто тебя преследует, какая газета и что с тобой вообще происходит, – Кристина осмотрела подругу в очередной раз с ног до головы, и, сдвинув брови, перебила бессмысленный разговор.
     Диана, немного отдышавшись, заговорила снова, но уже более подробно, дабы не упустить не одну деталь.
     - Он явился ко мне, когда я закончила уборку. Я читала газету, наткнулась на нее в комоде. Там на первой полосе была статья о том, что некий парень исчез. Я раньше читала эту газету, она ведь моя, но я в ней его не видела и, честно говоря, я особого значения этому не придала. В общем, я прочитала эту статью и пошла на кухню, вот там-то он и появился – это был первый раз. А второй сегодня в спальне он меня посетил, я напугалась и побежала к тебе. Там по дороге на доме была надпись, ну самая обычная, а потом она преобразилась в слова «Еще не все собрано». Я не знаю, что это может значить, - закончив повествование, она посмотрела на подругу оценивающе, ожидая ее реакции. Лицо Кристины не выражало абсолютно ничего, ну может быть легкое удивление. Она привыкла слышать всякий бред от своих друзей, ее удивило то, что это ей рассказывает ее лучшая подруга, за которой такие вещи, как ложь и безумие не числились.
     - Эмм.. что могу сказать, я даже не знаю, как на это реагировать.. Ты не принимаешь, что-нибудь противозаконное? – прищурившись, спросила подруга.
     - Нет! Кристина, я не выдумываю! Я когда-нибудь врала тебе?! – вся заплаканная кричала Диана.
     - Нет. Вот, поэтому я и спросила, для проформы. Хорошо я представила себе это. И как ты думаешь, зачем он к тебе пришел? - постаралась как можно спокойней отреагировать Кристина.
     - Я не знаю. Он все время говорит или пишет «Еще не все собрано» я понятия не имею, что он имеет в виду. Понимаешь, он везде, куда бы я ни шла, я все время его слышу, его голос он звучит у меня в голове, он что-то шепчет, но я не могу разобрать что, не понимаю, ни одного слова, кроме того что уже рассказала. Два раза мне приходилось его лицезреть, это было просто ужасно, я так напугалась, я думала, что мое сердце просто не выдержит. Объясни, что ему нужно от меня?! - со слезами на глазах взмолилась Диана.
     - Послушай, мне не приходилось с таким сталкиваться раньше, то, что он от тебя хочет, это знает только он. Для начала покажи мне эту газету.
     - Она там, дома, но туда я не хочу идти, - умоляюще проговорила Диана.
     - Дин, он наверняка не появиться при мне, он же не того, - Кристина покрутила пальцем возле веска, но видимо Диане было не до шуток.
     - Ты вправду так считаешь? - серьезно спросила подруга.
     - Да, правда. Ну что пойдем к тебе? Все покажешь мне там, заодно побываю у тебя, я ведь не видела твою квартиру с момента переезда в нее, вот и повод появился. Только не пешком, хорошо? - с надеждой спросила Кристина.
     - Да, конечно, как тебе будет удобно, - вставая из-за стола, словно в тумане прошептала измученная девушка.
     Кристина, пошла в спальню, одеваться. Она не очень хотела выходить на улицу, в такую погоду. Но делать нечего. Диана редко обращалась к ней за помощью или советами, а если и просила, то это не какие-нибудь пустяки. Натянув кое-как потрепанного вида, как и можно, было догадаться, черную одежду: свободные джинсы и кофту с капюшоном, Крис вышла к подруге.
     - Ну что поехали? - вздохнув, проговорила она. Диана только кивнула, беспокойно озираясь по сторонам.
     - Так. Стоп! Ты что в этом собралась идти?! – Кристина осуждающе взглянула на подругу.
     Она отвела девушку в спальню и дала ей свои вещи. Диана чувствовала себя неуютно в одежде Крис. Во все черное журналистка никогда не одевалась и с непривычки ощущала дискомфорт, но одежда по сравнению с обувью была верхом элегантности. Подруга заставила ее обуть тяжелые ботинки в готическом стиле. Один ботинок, как показалось Диане, весил не меньше пяти килограмм, но ладно вес, с ним еще можно было смириться, а вот высоченная платформа…
     - И как я в них буду идти? Ты не знаешь? – съязвила Диана.
     - Ничего, не барыня, - улыбнулась Кристина, смотря на растерянную подругу.
     - Крис, да я в них идти не смогу! Как ты носишь такую обувь, ума не приложу…, - попытавшись сделать пару шагов, бормотала подруга.
     - Я в них бегаю, не то, что хожу, - засмеялась девушка.
      Диана сжала губы и на трясущихся ногах пошла в подъезд. Удобно ей или не удобно, выхода все равно нет, идти придется.
     Выйдя на улицу, Кристина скривила лицо и передернулась от увиденного.
     - Бее.. ну и мерзость и не жалко тебе меня? - Диана только виновато подняла глаза, - Ну что ж идем, покажешь мне этого призрака, – с заметной иронией проговорила девушка.
     На город уже опускался вечер, когда подруги покинули порог подъезда. Ливень все не унимался. Похоже, небо сегодня решило затопить этот жалкий городишко.

     Глава III
     Сон
     Диана очень долго упиралась, у нее не было ни малейшего желания входить в собственную квартиру.
     - Дина, перестань! Ради бога не сходи с ума! Это же твоя квартира, никого там нет, пошла сейчас же!!! – бесилась Кристина.
     - Его там точно нет? - испуганно лепетала девушка.
     - Точно, пошли, - чуточку успокоившись, сказала подруга.
     Диана, пересилив себя, зашла-таки на порог квартиры, не забыв при этом заглянуть за угол. Девушка с безумным взглядом заговорила о том, где она его видела.
     - Он сначала появился на кухне, возле окна, а потом в гостиной, - проводила экскурсию по своей квартире Диана.
     - Давай, покажи мне эту газету, - потребовала ее подруга. – А у тебя здесь мило…
     - Она здесь в комоде, такая вся помятая и старая, - Диана осторожно посмотрела на верхний ящик.
     - Ясно, пошли в комнату. Ты, что прилипла к двери? - издевательским тоном спросила Кристина.
     - Я боюсь туда входить! Тебе бы такое, - обиделась Диана.
     - Давай быстро. Его здесь нет, здесь никого нет кроме нас, - успокоила она подругу.
     Кристина взяла газету и небрежно пролистала ее.
     - Ну и? - озадачено спросила та.
     - Что ну и? Читай! - прикрикнула Диана.
     - Ну, хорошо, «… сегодня на улицах Лондона, пройдет грандиозное празднование нового года…» что за чушь, – недоумевала Кристина.
     - Постой, что за ахинея? - Диана склонилась над газетой.
     - То, что ты мне дала. Ну и где этот парень? – Кристина испепеляющее смотрела на Диану. Журналистка с глупым выражением лица бегала взглядом по странице. Статья о юноше исчезла.
     - Ничего не понимаю, - нервно проговорила девушка.
     Газета холодной безмолвной печатью стерла пустотой настоящее из души девушки. Время замерло. Бездна непонимания закралась в голову.
     «Этого не может быть. Я ведь видела. Он был. Что за черт? Я ведь не сумасшедшая, тогда куда он пропал? Неужели мне все это привиделось… эта надпись, этот странный парень…», - мысли обессиленным круговоротом нагружали уставшую девушку.
     - Послушай, подруга, - оборвала молчание, Кристина, – иди-ка ты спать, да и мне бы не мешало вздремнуть, трудный денек сегодня. Ложись на диван, а я где-нибудь на полу пристроюсь.
     - Я одна не лягу, – в ее голосе слышалось отчаянье, обида, где-то даже злость, злость на саму себя, на этого парня. Она даже хотела, чтоб он сейчас же появился, чтоб, ее подруга увидела его и не думала о ней плохо. Сейчас, она бы отдала все, лишь бы он появился, но только именно сейчас.
     Такие размышления длились не более пяти минут. Кристина не стала ждать пока ее подруга придет в себя и хоть что-то начнет делать. Она расстелила диван и пошла на кухню, чтобы сделать себе и совсем раскисшей подруге чаю.
     Когда она вернулась с кружками, Диана уже лежала под одеялом, тупо уставившись в потолок, изучая его мелкие неровности.
     - Вот, возьми. Выпей, это должно тебя немного согреть, – Кристина, заботливо протянула кружку Диане. Было видно, что она вот-вот заплачет, то ли от обиды, то ли от отчаянья. - Вот и умница, а теперь засыпай, и не бойся, если что я рядом, - улыбнулась девушка.
     Подруги заснули часа в три ночи, долго ворочались. Одна не могла уснуть, потому что боялась закрыть глаза и увидеть его. Вторая из-за того что очень переживала за подругу, за ее здоровье. Нет, Кристина, не думала, что она сходит с ума, просто люди в таком состоянии как ее Дина, готовы совершить самые опрометчивые поступки.
     Крис провалилась в сон, именно провалилась, очень тяжело, просто рухнула в него. Сон оказался неприятный, но и не страшный, скорее тревожный где-то не понятный. Он проходил в грубом забытье.
     ***
     Девушка вертелась в постели как юла, обливаясь потом и время от времени выкрикивая имя подруги.
     Сомкнувши глаза, она очутилась посреди гостиной в чьей-то квартире. Там стояла старая мебель, на полу мозаикой выложена плитка, а на окне висели вишневого цвета шторы. Комната была небольшой и безвкусной. Хозяев квартиры, кем бы они ни были, похоже, не очень волновал уют и комфорт. Обои на стенах были светло-желтого цвета с крупным узором. Кристина как не пыталась вглядываться, так и не смогла разобрать, что же это за художество. Спиной к окну стоял диван дореволюционного вида, коричневый, потертый и крайне неудобный. Позади девушки была дверь, скорей всего входная, ибо на ней был массивный железный засов.
     Из гостиной, можно было попасть в две другие комнаты, они располагались параллельно друг другу: с правой стороны была комната с темно-коричневой дверью, слева комната с большой двухстворчатой дверью белого цвета.
     Из комнаты, что находилась слева от Кристины, доносился звук работающего телевизора. Самих жильцов слышно не было. Из комнаты что справа, раздавалась музыка, то тихая и спокойная, то резко очень тяжелая и громкая. В комнате, видимо, находился человек, который слушает, какое-то направление тяжелого рока. Поскольку Кристине музыка показалось знакомой.
     Вдруг раздался голос, такой отдаленный, словно говорили под водой: «Опяять этааа музыкааааа!!!!!» - слова растягивались, ударяясь эхом о стены. В комнате справа стало тише.
     Девушке стало интересно, кто находиться за дверью, где слышна музыка.
     Она подошла к двери, пытаясь разглядеть обитателя комнаты, через замочную скважину, но безуспешно. Тогда она осторожно приоткрыла дверь. За ней оказалась маленькая, прямоугольная спальня. В ней находился небольшой шкаф, много полок разбросанных по стенам, в углу стоял диван, а у окна стол, на котором был компьютер. За ним сидел парень. Кристина не видела его лица, он сидел спиной к ней. Она тихо его позвала, именем, которое услышала из комнаты слева, но звук так и не был произнесен, он утонул, так и не родившись, она попыталась снова, но с тем, же результатом. Понимая, что он ее не услышит, она подошла к нему ближе и помахала рукой перед его лицом, парень не реагировал. Выйдя из себя, Кристина попыталась дотронуться до его плеча, но пальцы прошли сквозь него. Он ее не только не слышал и не видел, но и не ощущал.
     Сон был таким отчетливым, как будто это был вовсе не сон, и что она действительно находиться в комнате этого юноши. Все краски, все грани, все было просто идеально видно.
     Парень еще с минуту сидел за столом, уставившись в выключенный монитор, а затем встал и проследовал к дивану.
     Девушке юноша показался очаровательным: ростом он был выше ее самой, стройная фигура, небрежно остриженные черные волосы, на лице нет ни одного изъяна, черные брови и густые длинные ресницы, четкие линии губ, нижняя слегка припухлая и глаза… какие это были глаза… за такие глаза можно и на войну и в пропасть, хоть в самый ад!! Они были просто неотразимы: черный цвет придавал им такую глубину, в которой хочется тонуть без надежды на спасение, а четкий разрез нашептывал о томившейся печали, где-то глубоко внутри. Что же касается одежды, то на нем была красная, судя по всему атласная рубашка и черные джинсы.
     Кристина долго смотрела на него, даже не пытаясь оторвать взгляд. Парень смотрел в одну точку, в стену, фактически не моргая. Он о чем-то старательно думал, что-то, возможно вспоминал. Затем он неожиданно встал и подошел к шкафу, зачем-то постучал по дверце и стал прислушиваться.
     Девушке показалось это весьма странным. Что он ожидал услышать? И зачем вообще было стучать?
     Кирилл долго стоял неподвижно. А спустя какое-то время, обернулся, его одежда и вид резко изменились: рубашка кое-где расползлась, местами оголяя тело, джинсы покрылись пятнами, а его лицо приобрело злобный вид. Его полный ненависти взгляд уставился прямо на Кристину. Он ее не просто видел, а рассматривал ее с ног до головы. Сначала ей стало от этого не по себе, но когда он зло улыбнулся и испарился, девушка перепугалась до смерти, зажмурила от страха глаза, а когда открыла их, то очутилась на старом пропитанном фосфором кладбище. Она огляделась, была глубокая ночь, вокруг росли старые скрученные деревья, гнущиеся до самой земли под ударами яростного ветра. Она еще толком не отошла от произошедшего в квартире, как вдруг еще одна непонятность.
     Кристина не чувствовала холода, она только видела как безжалостно ветер гнет деревья. Девушка стояла возле памятника, точнее сказать прямо на могиле, нагнувшись, она старалась прочитать, что на нем написано. Ей показалось, что это нужно сделать, просто необходимо, или кто-то подсказал ей, что это очень важно? Полустертые буквы, серебристого цвета… или он таким казался при свете луны? гласили: Кирилл 30 октября 2010, и ниже: «и пусть не разбудит тебя свет».
     Кристина не отрываясь прочитывала надпись снова и снова, как почувствовала чье-то безмолвное присутствие позади себя, она обернулась и в ужасе отпрянула назад, споткнулась об надгробье и упала на мокрую землю. Он все это время стоял за ее спиной и наблюдал за ней. Его глаза горели каким-то пламенем. Ехидно улыбаясь, он позвал ее одними лишь жестами, призывая пойти с ним. Идти совсем не хотелось, он вселял ужас в сердце девушки. Но Кристина не могла ему сопротивляться, он, словно подчинил себе ее волю к действиям. Она не могла шевелиться, и даже дышать, ее горло что-то схватило и сдавливало. Юноша развернулся к ней спиной и спокойно направился вперед.
     Девушка, повинуясь призыву, направилась к нему. Она пыталась его догнать, но чем быстрее шла она, тем дальше уходил от нее он. И так все быстрее и быстрее, уже сорвавшись на бег, она пыталась не потерять его хотя бы из виду. Мимо проносились деревья, фонари и целые улицы. Как вдруг он остановился. Ей пришлось резко затормозить, чтобы не врезаться в него. Она оглянулась, неужели за такое короткое время можно так быстро оказаться в совершенно другом месте. Это был не город. Здесь было абсолютно пустынно, за исключением старого строения. Стояла глубокая ночь и от этого здание казалось зловещим.
     Он стоял перед дверью, предлагая войти. Девушка покорно вступила на порог.
     Очутилась она в небольшом холле. Справа от нее была лестница, ведущая вверх, а впереди коридор, заканчивающийся просторной кухней.
     - Диана! - прорезался у Кристины голос. Парень прислонил к губам палец, повелевая заткнуться, и снова жестами поманил в темноту. Она слышала каждый звук: собственное тяжелое дыхание, шорох платья подруги (на Диане было странное платье, больше похожее на пеньюар, грязное и мокрое) и босое шлепанье его ног.
     Парень уводил их все дальше и дальше в темноту. Они проходили многочисленные коридоры и пустые нежилые отсеки. Их проводник шел впереди. Они спустились в какой-то подвал, парень подошел к стене, повернул голову к своим спутницам и прошел сквозь нее. Кристина как завороженная проследовала за ним.
     И вот они оказались в узком коридоре по другую сторону стены, парень уже ожидал их там. Увидев, что девушки благополучно добрались до него, снова уверенно побрел вперед. Приходилось идти цепочкой, вдоль коридора на полу проходили трубы, значительно сокращая, и без того узкое пространство. Но не только это затрудняло их движение, кругом торчали деревянные балки и ржавые гвозди. Через какое-то время они подошли к железной, покрытой ржавчиной двери, какого цвета она когда-то была, трудно сказать. Парень раскрыл эту дверь и снова обернулся к спутницам, рукой он указал, что нужно войти в царящую внутри темноту. За дверью оказалась длинная полуразрушенная лестница, на стене тускло горела лампочка. Там повсюду была вода, она капала, казалось, везде, со всех сторон, и звуки тысячи капель срывались в один сплошной поток воды. Но на полу ее видно не было.
     В этом мраке Кристине казалось, что что-то вот-вот на них нападет, схватит за ноги утащит глубоко во тьму. Она неуверенными шагами спускалась все ниже и ниже. Свет от лампочки в самом начале лестницы, давно растворился в сгустившейся темноте, теперь не было видно даже своих ног. Такой спуск не предвещал ничего хорошего, за каждым следующим шагом мог оказаться пролет, дыра или просто обрыв.
     Девушка шла позади Дианы по бесконечной опасной лестнице, и вдруг остановилась.
     Они пришли.
     Парень в последний раз обнажил белоснежные зубы и исчез, также как и тогда в комнате. Они остались абсолютно одни в помещении с кучей дохлых крыс. Они были повсюду, те кто еще не успел, дохли прямо на глазах. Отовсюду издавался зловонный запах. И вдруг стало так темно, что хоть глаз выколи.
     Кристина вдруг не с того не с сего вспомнила свою первую подругу. Тогда еще в детстве… ее звали Наташа, как и большинство ее подруг. Они встретились с ней, когда Кристине исполнилось лет пять или шесть. Наташа была, как принято говорить ребенком из неблагополучной семьи, ее родители сильно запивались. Девочки любили гулять во дворе своего дома, жили они тогда на одной улице, как и все подруги Наташи. А всего их было пять, и всех звали Наташа, за исключением Кристины. Вот такая шутка, как будто бы она коллекционировала «Наташ».
     Она была очень доброй девочкой, скромной, наивной, в отличие от Дианы, очень любила свои косички, которые пьяная мать пыталась ей заплести. А потом вдруг детский мирок оборвался, у Наташи умер папа, единственный человек, которому она доверяла, которого любила, нет, мать она тоже любила, но не так как отца, чуточку сильнее. Он всегда дарил ей конфеты, называл ее Татошкой, это было так мило…. С тех пор прошло слишком много времени.. В день, когда его похоронили, Крис не видела Наташу, детей тогда не особо допускали смотреть на подобного рода «мероприятия», запрещали даже подходить к окну.
     Все что осталось от того утра, это дорожка украшенная цветами, там было много роз. Дети любили брать эти цветы и играть ими, из-за чего периодически тут и там раздавались невольные возгласы родителей: «Нельзя брать цветы у покойников!!!!». После похорон, девочки еще какое-то время общались, но уже не так тесно. Потом в жизни Кристины появилась Диана. Полная противоположность Наташи: дерзкая, иногда даже грубая, любительница нарушать правила, но с ней Крис никогда не скучала, ибо новая подруга всегда могла придумать, чем заняться. Наташа терпеть ее не могла и не удивительно, что встал вопрос о выборе. Там где есть Диана, Наташи нет, и не будет, а дальше все получилось само собой. После смерти отца Наташа уехала в другой город, поскольку ее мать вообще перестала ею заниматься, она стала больше пить, и Наташу забрала тетя, ей тогда было не больше восьми лет, с тех пор Кристине не довелось больше увидеть девочку с косичками.
     Не зная, почему она это вдруг вспомнила просто, видимо когда оказываешься в такой щекотливой ситуации, вспоминается все прошедшее, во время раздумий у Кристины была идиотская гримаса, но потом она начала понимать, что подруга пытается до нее докричаться, вот уже битых полчаса.
     - Ты, что? Где ты вообще летаешь? Ты не видишь, что здесь происходит?!! - Диана нервно выговорилась, чем растормошила Кристину. Подруга посмотрела на девушку, вид которой был очень взволнованный, Диана беспокойно водила глазами по полу, что-то ища. Крис осторожно посмотрела на пол и остолбенела от увиденного.
     - Вот черт!!!! Откуда это? – она очень напугалась, прямо чувствовалось, как ее передернуло от страха.
     - Вот и мне хотелось бы знать, я не вижу откуда она могла пойти, нет источника, это ненормально, ты не находишь? - Диана проговорила это с нервным сарказмом, оголив свои белые зубы.
     - Да это действительно не нормально, надо посмотреть возможный источник может ничего страшного, может это крысы? - Кристина в надежде стала искать источник, такого количества крови, ее было слишком много, она доставала им почти до нижних ребер.
     - Вряд ли, Кристина, это крысы, столько из них вытечь просто не могло. Невозможно. Кем или чем бы ни являлся источник, этого дерьма он находиться на самом дне и если ты не хочешь шарить в потемках по дну этой дыры, то может быть лучше пойдем?!! - Крис особенно понравилось слово «чем» в высказывании подруги. Диана напрасно пыталась, отыскать в подвале выключатель, поскольку там было темно, но разглядеть было можно, если присматриваться.
     Запах крови заставил желудок содрогнуться и Диану постепенно начинало тошнить. Вообще надо сказать, что сентиментальный организм подруги, устраивал бунт при виде малейшей ранки, из которой сочится кровь, а тут… это целая трагедия. Кристина относилась к этому гораздо спокойней.
     - Ну, кровь, ну и что? Что в этом страшного? Странно не то, что кровь в таких количествах, а то откуда она появилась? – пыталась рассуждать Кристина, чтобы немного успокоиться.
     - Да нет как раз и то и другое странно… Когда мы сюда заходили, ее тут не было или мы просто не заметили, ну даже если мы ее не заметили сразу, то почувствовать, а точнее унюхать мы ведь должны были ее, - голос Дианы срывался на писк при каждом слове. Понятно было не вооруженным глазом, что еще немного и у нее случится истерика.
     Пока девушка тщетно пыталась подавить в себе тошноту, подступающую уже к самому горлу, Кристина ощупывала стены руками, пытаясь отыскать выключатель. Она уходила все дальше и дальше. Ей стало казалось, что стене нет конца и края, а потом она стала удаляться в глубь и руки перестали ее ощущать, но при этом она не исчезла из вида, вроде уже вот-вот коснешься ее, но ты протягиваешь руки и идешь, идешь уже минуту, а преграды из подвального, грязного камня все нет, и нет. Девушка не заметила, как подруги потерялись, она оглянулась только тогда, когда уперлась в какой-то проем, а точнее дырку, обыкновенную дырку в стене, оттуда несло тошнотворным запахом.
     - Диана? – позвала Крис, но в ответ ей отвечала только тишина, которая в такой вот обстановке, казалась густой, нескончаемой, вечной. – Диана!!! - снова позвала она, но тут до ее слуха что-то донеслось, что-то зашуршало, причем очень близко от нее и стало холодно. Девушку охватил леденящий ужас, она начала сама себя уговаривать, доказывать себе, что это лишь больное воображение, но это не было ее воображением, поскольку через пару минут тишины, тихого шороха и холода, она увидела сам источник шума, который являлся также и источником крови на полу. Кристина замерла, пыталась даже не дышать, она где-то слышала, что мертвые не могут видеть живых, они могут только слышать, но этот явно ее видел! Да, это был именно труп, сомнений в этом быть не может.
     Глаза мертвеца жадно смотрели в душу девушки. Он парил посередине помещения, расправив руки в стороны, словно крылья, и он очень пристально на смотрел на Кристину, как будто пытался выместить всю свою ненависть на ней. Девушка не разглядела, откуда у него шла кровь, она вообще ничего, собственно говоря, не видела, кроме этих горящих пламенем глаз. Кристина застыла в нерешительности, не представляя, что ей делать. Ведь она не знала, как настроен этот труп? Призрак? Он может ей ничего не сделать, а может и утащить с собой. Этот «стоп-кадр» продолжался, наверное, целую вечность, пока один из них не сделал первый шаг.
     Все было очень странно и не правильно, Кристина ощущала холод, но ей не было холодно, она просто знала, что здесь очень холодно вот и все, он приблизился. Приблизился на столько, что девушка смогла различить все его черты лица, она стояла неподвижно и осторожно пыталась дышать. Он был от Кристины, всего на пару сантиметров, а отступать было некуда. Он нагнулся, чтобы стать еще ближе к своей пленнице. Кристина чувствовала запах крови, так сильно, что даже ее желудок, который абсолютно нормально на такого рода жидкость реагировал, стал бунтоваться.
     Юноша заглянул ей прямо в глаза и как Кристина не пыталась, она не могла отвести взгляда, словно он не давал ей этого сделать. Он осторожно взял девушку за руки, встряхнув ее этим, выведя из комы, в которую была вовлечена по его воле. Это было противно: его рука, скользкая, вся в какой-то слизи, омерзительно холодная, мертвая рука и кровь, кровь от которой шел ужасающий запах разложения. Он сжимал ее руку, поднося ее к губам, а затем прошептал «еще не время». Юноша сказал это так легко, непринужденно, но не для девушки. Ее согнуло пополам от боли, вокруг все затряслось, как во время землетрясения. Свистящие, шуршащие звуки пронзали насквозь, от них не было спасения, негде укрыться. На этом моменте сон оборвался.
     Девушка очнулась в холодном поту и чувством, что ее сейчас вырвет. Немного посидела на диване и пошла на кухню, чтобы покурить и забыть, злополучный сон.
     Стоя на кухне с сигаретой в зубах и кружкой кофе в руке, она наблюдала за картиной на улице.
     Люди уже спешат на работу, отводят детей в детский сад или родителям, кто постарше идут в школу. Все куда-то спешат. Чего-то хотят. Чего-то пытаются достичь, заработать себе на хлеб, чтобы прокормить большую семью. Все это Кристине было весьма непонятно, сама она ни дня не работала, в своей жизни, она была и без того обеспечена.
     - И не лень же им…, - взглянув на часы, которые показывали половину седьмого, сказала Кристина. – Да уж… ничего себе сон, какой детальный.
     - С утра пораньше, уже за сигарету?! Аяяяй. Чего не спишь то? - Диана с упреком взглянула на подругу.
     - Ага. Спасибо. Выспалась. Больше не хочу. У меня была жуткая ночь. Хочешь, я тебе подробно расскажу свой сон, если конечно ты спать не хочешь? - Кристина с интригующей улыбкой наблюдала за подругой, ей не терпелось все доложить и как можно скорее, пока не забыла.
     - Хмм.. Ну давай рискни, - натянуто заулыбалась Диана. Она тоже прибывала в состоянии «нестояния». Ей тоже снилась всякая белиберда, всякая жуть, абсолютная бессмыслица.
     Кристина стала рассказывать во всех подробностях, от начала до самого конца, дойдя до того места когда они оказались в подвале.
     Пока девушка рассказывала свой сон, Диана туманным невидящим взором осматривала комнату, пытаясь хоть за что-нибудь зацепиться взглядом. Ей снился такой же сон..
     Диана прервала подругу.
     - Хватит! Подожди… тебе все это и вправду снилось? Или ты так решила надо мной посмеяться?! – не выдержала она.
     - А что, похоже, что я смеюсь над тобой?!! Да я сама в шоке была, я когда проснулась, мало того что была вся в поту, так еще и запах, запах этой крови стоял у меня в носу. По-твоему это очень смешно? - сорвалась Кристина, нервы у которой и так были на пределе, а тут еще и недоверие подруги. – Почему ты сама можешь мне рассказывать о том, как в своей квартире обнаружила того парня-приведение, ты же можешь мне рассказывать всякую чушь, а когда я пытаюсь рассказать в подробностях свой сон, это означает, что я над тобой просто смеюсь…, - девушка, оскалилась, – Знаешь, что? В таком случае разбирайся-ка ты сама со всей этой чертовщиной, раз я тебя обманываю и просто смеюсь над тобой, – Она уже пошла, одеваться, чтобы идти домой, как Дина, позвала ее.
     - Ты меня не правильно поняла, понимаешь мне, просто снился похожий сон, когда ты рассказывала свой, я как будто оказалась в своем сне…, - девушка обняла подругу за плечи, а затем стала объяснять ей, почему она так сказала. – Помнишь, ты рассказывала о том, как начала шарить руками по стене в поисках источника омерзительной лужи? - Дина задумчиво прошлась до комнаты, и села на диван, чему последовала и Кристина – Так вот, до этого момента наши с тобой сны полностью совпадают.
     - То есть как? - подруга явно не поняла, сей шутки, – Что значит совпадают?
     - Крис, не тупи, пожалуйста, ты прекрасно понимаешь, что это значит, - зубы Дианы сомкнулись в подобие улыбки, – только понимаешь в чем дело, ты вот мне рассказывала, что он находился возле тебя тогда, да?
     - Ну да, возле меня, это я помню наверняка, - задумчиво проговорила девушка, кажется, она начала понимать к чему подруга клонит разговор, и он ей все меньше, и меньше нравился, – я знаю, что ты хочешь сказать…
     - Теперь послушай меня, я ведь тебя слушала? – попросила девушка.
     - Ну, хорошо, просто мне это, жуть как не нравится, - с досадой проговорила подруга.
     - Так на чем я остановилась? Ах да… самое интересно в том, что он также находился и рядом со мной. Только он не парил, как у тебя, он стоял на ногах в лужи собственной крови и он как бы впитывал ее… эмм.. как бы это сказать, понимаешь, кровь шла не из него, а обратно в него…, - Диана выдержала паузу, после сказанного, ожидая реакции подруги, увидев на ее лице нужное выражение, она продолжила. – Он не приближался ко мне, нет, он наоборот отходил от меня, старался удалиться. Когда я поняла, что тебя рядом со мной больше нет, я тоже стала звать тебя, но кроме скрежета я ничего не слышала, скрежета который издавали его глаза, как, будто они высохли и с шумом шоркают о внутреннее веко, это на самом деле было очень жутко… и этот гул, о котором я тебе рассказывала, точнее не гул, а … я не знаю, как это описать… этот звук шел из его гортани, словно он пытался что-то сказать, что-то очень важное… для меня… или нас… я не поняла ни звука, - закончив повествование Диана, глубоко вздохнула.
     После всего сказанного и услышанного, девушки находились в таинственном оцепенении, в преддверии чего-то опасного, незваного и просто невозможного.
     Затаив дыхание, журналистка и ее подруга, печально посмотрели в окно. Там со вчерашнего дня шел дождь. Октябрь не обманывал людей приветливой погодой. В этом году осень была очень дождливой. Тяжелое от скопившихся осадков небо, уныло плыло над уставшей землей, поливая головы людей как из ведра, холодной и грязной водой. Также картину за окном довершала ободранность деревьев, кустарников, знаете, когда сильный ураганный ветер срывает листву, бросая ее под ноги, безжалостного человечества, насильно оголяя ветви прозябших растений. Природа уже говорила и не просто говорила, а вопила о том, что осталось не долго, до жутких холодов и морозов. Зимы страсть как не хотелось, кто любит морозы? Но природа не даст отсрочку, каждое время года приходит в свой час и день. Сколько еще продлиться осень никто не знал, но одно было наверняка, за ней мерной поступью идет зима. Не успеешь насладиться летом, как снова приходиться надевать на себя, тяжелую зимнюю одежду.
     - Да… осталось только впасть в депрессию, - вслух подумала Диана.
     Кристина посмотрела на нее печально, так как она считала точно также. Говорят лучшие подруги чувствуют друг друга, когда одной плохо, вторая не будет прибывать в полной бодрости духа, это действительно так. Найти по-настоящему лучшую подругу не так просто как кажется. Если ты не завязал в детстве настоящую дружбу с одним человеком, то в двадцать два или тем более в зрелом возрасте ее уже никогда не завязать.
     Кристина оторвала взгляд от окна первой и нарушила гробовую тишину.
     - Ну и что ты обо всем этом думаешь? – осторожно спросила она.
     - Смотря поверила ли ты в то, что я говорила тебе раньше про того парня, в то, что он преследует меня с тех самых пор, как я прочла ту статью, - устало проговорила журналистка, она уже изрядно измоталась из-за всей этой чертовщины.
     - Трудно оставаться скептиком, когда такое происходит. Как ты собираешься избавлять себя… да и меня тоже от этого призрака? Что ты намерена делать? - с какой-то безысходностью проговорила подруга.
     - Знаешь, я даже не представляю…, - начала, было, Диана.
     - Ну, ты же журналист, это ведь по твоей части, разбирать всякие запутанные дела! - сорвалась на крик подруга.
     - Ты, Крис, на минутку забываешь, что я, журналист, а не частный детектив!! Я и предположить не могу, с чего начать, я не попадала, в подобного рода ситуации!! Я занимаюсь скандальными репортажами, роюсь в грязном белье нашей общественности, и что делать с приведением, которое не понятно, что от меня хочет, я не знаю!! - с отчаяньем высказалась Дина.
     - Ладно, давай успокоимся, - предложила подруга. – Во-первых, надо найти эту твою статью, про него, и как следует ее изучить, а исходя из нее, будем действовать. Надо понять каким образом он умер, кто он был при жизни, а потом уже думать, что, в конце концов, ему от тебя понадобилось. Я так считаю.
     - Да ты права, надо найти, эту чертову статью, однако, смею внести поправку, в газете ничего о его смерти не говорилось, он просто исчез, - поправила Дина подругу.
     - Ну, а как ты думаешь, он жив? Если бы он был жив, вряд ли он бы стал лезть в наши сны и тем более являться наяву, неизвестным ему людям. Ты ведь отчего-то не обладаешь такими способностями, как летать, парить, исчезать, потом снова появляться. Так что, я не думаю, что он жив, и находиться в полном здравии, тем более что мы обе во сне видели его могилу, разве это не служит доказательством его смерти? - подруга уже снова начала раздражаться.
     - Ну, хорошо, тогда давай искать ее, может мы вчера не ту газету читали, всякое бывает, было уже поздно, - задумчиво сказала журналистка, – тогда не будем терять минуты, ты берешься осматривать мой комод, а я займусь ящиками в шкафу. Она такая старая, на ней еще пятно от кофе, такая вся пожухлая, как будто только что из помойного ведра, ты ее не пропустишь.

     Глава IV.
     Поиски статьи или Диана выходит на работу
     Так ничего не найдя, подруги решили передохнуть. Они истратили уйму сил и времени на поиски, поскольку газет и журналов, они решили и их просмотреть, у Дины было много. Подруги решили перенести поиски на следующий день.
     Кристина пошла к себе домой, и остаток вечера провела как обычно с книгой в руках, а ее подруга, решила лечь пораньше и как следует выспаться. Завтра предстоял суматошный день.

     ***
     Это было самое жуткое утро из всех. Журналистка встала с постели ни свет, ни заря, прозябнув до мозга костей. На появление солнца, еще даже не было намека, за окном было так темно, что ничего не было видно. Опять льет проливной дождь. В этот год природа не жаловала, все живое. Застывшие ледяные стены, навевали тоску, дремоту, ничего не хотелось.
     Диана проснулась уже уставшей. Толком не спала ночью, все время ее преследовало чувство страха. На этот раз она снов не видела.
     На часах было пять часов утра. В сон ее не клонило, что было крайне странно, учитывая, что она очень рано встала. На душе было пакостно и тоскливо, хотелось плакать. Может быть, это дождь пытается заставить рыдать, кинутся кому-нибудь на плечо, рассказать о своих бедах, высказаться и лить слезы. Лить до тех пор, пока не останется и капли.
     Жизнь казалась серым пятном. Диана, выжатая как лимон, слушала, барабанную дробь частых капель по стеклу. Монотонная мелодия стала медленно убаюкивать. Журналистка, сгоняя нежную дрему, встряхнула тяжелой головой. Спать было некогда. Нужно скорее во всем разобраться.
     Диана, зевая во весь рот, сползла с дивана. Все что ей сейчас нужно это кружка горячего кофе, но на полке стояла лишь пустая банка. Девушка уже забыла, когда в последний раз пополняла запасы еды. Она редко готовила, только по выходным дням, во все остальные дни она ела в столовой издательства, либо в кафе на углу своего дома, поэтому в магазин она ходила крайне редко.
     - Если, что-то идет не так, то оно все не так!!! – с ненавистью крикнула Диана в звенящую пустоту квартиры. Идти за кофе было рано, все магазины открываются не раньше девяти.
     Не зная чем себя занять, она включила телевизор. По всем программам показывало одно и тоже: «Профилактика канала, приносим извинения за неудобства».
     - Да что ты будешь делать?!! Меня решили окончательно добить?! Ну и что мне прикажите теперь делать? – кляла телевидение девушка.
     Если сказать, что Диана пошла, одеваться в плохом расположении духа – это сказать ничего. Она была настолько зла, что специально порвала свою кофту, пытаясь, психуя, ее натянуть на себя.
     Одеваясь в мятую одежду, ее взгляд упал на газеты, которые они с подругой рассматривали в поисках статьи. Ее охватило какое-то ледяное чувство, что-то прокатилось волной по ее телу и упало куда-то ближе к желудку. Найдя в себе силы, она нагнулась. Та самая газета лежала первой в стопке, но статьи про загадочного парня не было. У нее в голове родился план действий.
     - Решила поиздеваться надо мной?! Что ж, посмотрим, кто кого! – воодушевленно крикнула Диана, на газету.
     Впопыхах она надела на себя то, что попалось ей под руку, а именно фиолетовые джинсы и белую кофту, черную кожаную куртку и коричневые ботинки. Схватив тряпичную сумку, она как сумасшедшая выскочила из квартиры. Выбежав на улицу, пылу немного поубавилось. Дождь, темень, холод.
     - Ну и куда ты собралась? – оглядывая улицу, спросила саму себя Диана.
     Холодный ветер, плюнул в лицо каплями дождя, вернув в реальность разгоряченную мыслями девушку. Стоя перед порогом подъезда, она решила идти первым делом в Издательство. Где, как не там, может быть эта статья? А может быть, она найдет еще что-то связанное с этим «Необъяснимым исчезновением». Раз об этом писали, значит, дело было громким, а такие дела бесследно не проходят. Что-то да всплывет. Не может быть, чтобы совсем ничего не было.
     Сформулировав для себя шаги к действию, Диана быстро засеменила по улице в направлении издательства. По пути ей не попался ни один человек, лишь одинокая машина гулко пронеслась мимо нее, порезав тишину и покой улицы ревом старого мотора. Торговые залы магазинов тонули где-то во мраке за большими окнами витрин. Свет доносился только из круглосуточной аптеки, где спал измученный фармацевт. Идти под дождем в одиночестве по темноте, было страшновато, но благо офис находился недалеко.
     Диана свернув за угол безлюдной улицы, вышла на огороженную кованым забором площадь. Где и находились большие массивные двери ее любимого, родного печатного дома, которое носило гордое названия «Infomashine». Это издательство выпускало газету «Спроси нас!», развлекательный журнал с одноименным названием, художественную отечественную и мировую литературу, научные трактаты и публицистику, в общем, все, что может читать человек. Административное здание было просто огромного размера, выкрашенное в черно-серые тона. Большого вида парадное крыльцо издательства, не просто внушало доверие, а заставляло верить ему. Работа здесь кипела с утра до ночи: беспрерывно работали компьютеры, редакторы стучали пальцами по клавиатурам, набирая разного вида информацию. Без конца тут и там раздавалась трель телефонного звонка. Это издательство залезло во все сферы человеческой жизнедеятельности: от банальных анекдотов до политики. Со всех городов, стран сюда стекала информация, сотни журналистов работали над материалами. Крупнейшее издательство было похоже на вселенную информации. Диана гордилась им.
     Предъявив на входе охраннику удостоверение, хотя ее и так знали все: от технички до шефа, девушка проскользнула внутрь. Диана всем и все время показывала свое удостоверение, наверное, делала это из вежливости. Может быть, потому что она считала это действие необходимым элементом этикета, а может и из привычки. Журналистка часто видела, как огрызались с охранником ее коллеги, которых просили показать пропуск. Молодому парню совсем не нужно выслушивать оскорбления в свой адрес, это его работа, а поэтому не стоит срывать на нем злость, только потому, что вы почему-то решили, что вас должны все и всюду пропускать и кланяться вам в ножки.
     В холе здания, находилось около десятка лифтов. Всего этажей было порядка сорока. Диана работала на 32 этаже. Коллеги по перу ненавидели девушку. Многие завидовали, некоторые считали ее выскочкой, а кто попросту говорил, что работа ей досталась вследствие бурной ночки с главным редактором. Конечно же, эта была ложь. Да она и не слишком-то за это волновалась, откровенно говоря, ей было все равно.
     Поднявшись в стальном лифте до своего этажа, Дина направилась по пустынному обклеенному серой плиткой коридору в свой кабинет. На этаже было три десятка цвета венге дверей. Ее кабинет находился в самом конце. На стенах висели незамысловатые картины и рекламные стенды. По правой стороне коридора стояли скамейки для ожидающих посетителей. Возле каждой из них располагались небольшие столики. На них стояли бюсты знаменитых писателей и поэтов. Каждая дверь в кабинет была оборудована электронным замком, открывающимся с помощью магнитного ключа с индивидуальным чипом.
     Журналистка отработанным легким движением вставила ключ-карточку в плоское отверстие. Когда зеленый огонек приветливо замигал, дверь бесшумно отворилась, впуская раннего гостя.
     - Вот я и здесь…,– включая свет в помещении, медленно проговорила Диана.
     Ее кабинет состоял из двух отсеков. В одном находился главный компьютер, в котором была вся информация. Где она проводила большую часть рабочего времени. Помещение было просторное. В нем располагалось два кожаных кресла, один диван (Диана часто оставалась ночевать на работе), три стола: письменный, компьютерный, и небольшой журнальный столик, сплошь заставленный чашками с кофе. Здесь она вела свою колонку и обрабатывала собранный ею материал. Второе помещение было предназначено для архива. Там хранились уже выпущенные газеты, вырезки из статей, бесполезная информация, называемая по-простецки хламом. Площадь этого помещения была значительно больше, чем первое. Здесь было просто миллион информации, полки были завалены газетами, от пола до потолка, чтобы достать какое-нибудь издание на самом верху стопки, приходилось пользоваться стремянкой.
     Диана зашла в свой кабинет и сразу вдохнула дурманящий запах свежий чернил, бумаги и кофе. Этот опьяняющий запах, она не за что бы не променяла. Он дарил ей вдохновение, желание работать. Здесь она никогда не скучала, на эту слабость просто не было времени.
     - Итак, - звонко хрустнув пальцами, выпалила журналистка, - пожалуй, начну с самого пакостного…, – скривив лицо, Диана бросила взгляд на дверь архива.
     Внутри стоял спертый запах старой бумаги. Заходили сюда редко, поэтому помещение почти не проветривалось. Первым делом журналистка открыла окно и повесила свою куртку на продолговатую ручку двери. Бегло осмотрев содержимое архива, девушка пришла к печальному выводу, что все это не разобрать и за три года, но настроившись на работу, решила искать в газетах датируемых 1990-м и 1996-м годами.
     Порядка часов трех, она провела в поисках злосчастной газеты, сравнивала даты, прочитывала статьи обо всех без вести пропавших за эти годы, но все безрезультатно. Ни одного упоминания о некоем Вайсе К.В. не было. Этот парень явно не хочет, чтобы его нашли.
     В Издательстве тем временем во всю кипела жизнедеятельность. Отовсюду раздавались озабоченные деловитые голоса и топот ног. Тут и там хлопали двери и звонили телефоны.
     Все это ужасно отвлекало Диану. Она уже хотела опустить руки, но снова бралась за дело, выпивала кружку кофе, потягивала спину, трясла головой, всхлипывала, и продолжала искать. На поиски она убила весь день. Было уже восемь часов вечера, Диана так ничего и не найдя, обиженная, голодная собралась идти домой. И тут ее осенило.
     - Как же я раньше не обратила на это внимание! Боже, какая глупая…,– ругая саму себя, злилась Дина.
     Она вспомнила, что дата исчезновения юноши была 30 октября 2010 года, но та газета была совсем старой, годов девяностых, а это значит, что никакой статьи за 2010 год там не должно было быть, а из этого следует, что нужно искать относительно новые газеты. Эта статья специально там оказалась, он хотел ее показать Диане.
     Журналистка подошла к полке с газетами за 2010-11 год. Просматривая страницы за страницами, журналистка наткнулась на препятствие. В одной из газет имелась погрешность: одна статья была наложена на другую. Диана попробовала их разъединить, но поняв, что может порвать газету, решила воспользоваться канцелярским ножом. Но безрезультатно. Она не знала почему, но ей казалось, что это именно, то, что она искала.
     - Ладно, поеду домой, там попробую что-нибудь сделать, - огорчившись, прошептала Диана.
     В коридорах Издательства беспрерывно ходили люди, все старались поздороваться с девушкой, Дина лишь бросала на них быстрые взгляды. Никого, эти ее малоуважительные действия, по отношению к коллегам, уже давно не волновали. Все привыкли к ее отчужденности от коллектива. Ее никогда не останавливали в коридоре, чтобы с ней поговорить, обсудить какие-то личные дела, никогда не звали вместе обедать, не приглашали погулять после работы, потому что знали, что она все равно откажется. Даже когда возникали вопросы, касающиеся непосредственно ее работы, ее не беспокоили, все что кому-то от нее нужно присылали на электронную почту. Входили в нее кабинет только главные редактор и ее помощник, которого значительно недавно к ней пристроили. Диану его присутствие приводило порой в бешенство. Он был полная противоположность ей: общительный, открытый, добрый. Все время что-то рассказывал ей, хотя прекрасно знал, что она его не слушает.
     Диана быстро выскользнула из Издательства и медленным шагом пошла домой привычной дорогой. Дождь прошел, и осталась легкая, свежая прохлада, располагающая к прогулке.
     Ее мысли куда-то туманно неслись в прошлое. Она вспоминала, как когда-то в детстве впервые увидела Кристину, приняв ее за мальчика.
     Крис качалась на качели, единственной, что стояла у них во дворе. У нее были коротко острижены волосы, под кепкой их было совсем не видно. На ней была темно-синяя футболка больше чем она на два размера, какие-то широкие джинсы… ей было не больше семи лет. Мальчишеский голос, ладони в мозолях, грязь на одежде и лице… любой бы принял ее за мальчика. Так считала и Диана.
     Они жили в одном доме, но никогда не доводилось общаться. Да и не хотелось. Они словно не замечали друг друга.
     - Дай мне покачаться, - она улыбалась.
     Не сказав ни слова, Крис начала замедлять бег качели. Полностью ее не остановив, она с нее спрыгнула и только жестом головы показала в ее сторону. Девочка не ушла далеко, а присела на корточки рядом с качелей, взяв в руки какую-то палку, и начала выводить рисунок на песке. Во дворе дома было много песка… это все, чего было в достатке.
     Разговор как-то получился сам собой. Она уже не помнила, о чем они говорили, но с тех пор они не разлучались. Диана четыре года кряду считала, что она общалась с мальчиком, у которого иностранное имя. Тем более, что полным именем Кристину никто никогда не звал. Она даже влюбилась в нее, а когда она узнала, что Крис, все-таки девочка, ее это повергло в шок. А узнала она это, только тогда, когда обсыпавшись песком с ног до головы, они пошли к Кристине домой, чтобы принять ванну и поменять одежду. Крис, не задумываясь, разделась до гола при подруге, а Диана не успела отвернуться. Вот тогда-то она и поняла, что он это она.
     Вспоминая все это, журналистка мило улыбалась. Подойдя к подъездной двери своего дома, она посмотрела на небо и громко втянула влажный воздух.
     - Как все-таки хорошо после дождя…, - подумала девушка.
     ***
     Читая книгу дома перед телевизором, Кристина все думала о прошедшей не так давно ночи, о том, что можно из ее сна, подчеркнуть, который она так и не смогла забыть, как не старалась. Как связать этого парня и Диану, что заставляет его появляться, и как можно было просто исчезнуть? Чего он от Дианы, а теперь и от нее хочет?
     Вопросов было много. Первый из них донимал Кристину больше всего: почему он решил явиться именно ее подруге? Вся эта история похожа на бред сумасшедшего. Кто он вообще такой? Как можно было просто взять и исчезнуть? Что-то в этой истории не складывается.
     Единственное о чем она догадывалась, что видимо юноша, хочет, чтобы нашли его и виновника его исчезновения. Но тогда не складывалось другое: почему он прячется? Кристина надеялась, что ее подруга уже что-нибудь разузнала и ждала ее звонка, как грома с ясного неба. Ее глаза уже сильно устали, за три часа чтения книги она прочитала один единственный абзац, мешали мысли, не давая сосредоточиться.
     Не дождавшись телефонного звонка от подруги Кристина решила пойти спать. Выключая телевизор, по которому все равно ничего хорошего не шло, она вдруг ощутила чье-то быстрое движение. Девушка быстро осмотрелась, но никого на первый взгляд не было. Кристина подумала, что ей просто показалось, но тут снова что-то невидимое прошмыгнуло мимо нее. Девушка озадаченно прошлась по комнате, обшаривая все глазами, но никого не было и вдруг ее что-то с силой швырнуло в стену. Крис от неожиданности даже не успела испугаться, она скорее даже была возмущена, чем напугана.
     - Ну, дела! – Кристина, мало понимая что случилось схватилась за телефон, при этом спина отозвалась резкой болью, удар пришелся именно туда.
     - Да…, - ответил вялый голос.
     - Ты что спишь? - спросила подруга.
     - Крис, на часах уже полночь, естественно, что я сплю. Что случилось? - несколько обиженно проговорила Диана.
     - Что случилось? Она еще спрашивает… я к тебе сейчас приду, - Кристина повесила трубку, до того как услышала, что подруга устала и хочет спать, что был трудный день и прочее.
     - Вот за что я ее люблю, так это за то, что она умеет слушать, - с неизбежностью визита подруги, сказала девушка.
     ***
     Кристина нервно кричала, выплескивая все свое негодование на подругу. Возмущалась почему Диана ей не звонила весь день, зная что та ждет. В общем причитала по поводу и без.
     - Успокойся и давай по порядку, - невозмутимо проговорила подруга.
     Кристина поведала, что с ней случилось, немного конечно, приукрасив как всегда, но Диана знала, где истинная правда, а где вымысел, за столько лет общения с подругой она научилась различать и отбрасывать не нужное.
     - Да это еще одна загадка. Теперь он будет являться тебе? Потому что я его больше не видела…, - задумчиво проговорила девушка.
     - Я думаю да, раз уж он меня навестил. Слушай, он чаще стал появляться, с тех пор как мы хотим его найти, и появляются всякие видение, вроде этих, может не нужно его искать? Может это может плохо кончится? - с сомнением спросила Кристина.
     - Если мы не станем его искать и все пустим на самотек, то тогда он точно никогда от нас не отвяжется, - Дина почему-то так думала.
     - Ты нашла что-нибудь про него? – спросила подруга.
     - Нашла, да толку мало, статья заклеена, да и вообще не знаю, про него ли там, я не могу прочесть, может ты сможешь… она там, на тумбочке в прихожей, посмотри, - с мыслью «может она сможет» Диана села на диван.
     Кристина просмотрела газету полностью.
     - А где ты говоришь, статья заклеена? – спросила подруга.
     - Ну как? Что, не видишь что ли? - Диана раздраженно встала.
     - Не вижу, в том-то и дело, - сквозь зубы процедила Кристина, заново перелистывая газету.
     Журналистка подошла к подруге и из-за ее плеча, прочла заголовок: «Необъяснимое исчезновение».
     - Ну слава богу… нашлась.., - девушки уставились в статью и не отрываясь прочитали. - Статья та же, что я читала, прежде чем он начал ко мне приходить, знаешь, что самое странное? Та первая газета была девяностых годов, а статья ведь относительно новая. Значит, она там появилась не случайно, он специально ее туда поместил! Может он вызвал галлюцинацию у меня, ты ведь не видела ее там, а я еще, глупая, не обратила сразу внимание на это…, - со спутанными чувствами высказывалась журналистка.
     - Ладно, давай не будем заострять на этом внимания, и так много чертовщины… Я знаешь, что думаю, надо отправляться на место его захоронения, а лучше где он жил, - с уверенностью сказала Кристина.
     - На место захоронения нет смысла, он же исчез… значит его тела там нет, – с каким-то глуповатым лицом ответила Диана, - да и что бы мы там нашли? Надгробье? И много бы оно нам дало?
     - Ну, может, мы там что-нибудь найдем? Да и надо узнать, о его родителях…, - не отставала от подруги Кристина, которой не терпелось все разузнать.
     - Не хочу даже слышать о нем, как он мне надоел!! - зло выкрикнула девушка.

     Глава V
     Зацепка за воздух
     Утром, проснувшись девушки, на скорую руку позавтракали, и собрались было идти на поиски места обитания мальчика, как вдруг вспомнили, точнее, поняли, что они не знают, где он живет, жил или что он там делал одному богу известно, и где вообще можно его искать? Да и где это кладбище, которое им приснилось.
     - Да, собрались, называется… что будем делать? - с отчаяньем спросила Кристина.
     - Ну, то, что это место в этой стране, сомнений не возникает, и надеюсь это в нашем городе, хотя я не уверена, можно попытаться обойти все кладбища и поискать поголовно…, - Диана не закончила мысль.
     - Ты что смеешься, у нас больше пяти кладбищ и они очень большие, там столько могил, что ступить негде, друг на друге уже захоронены…, - посмотрев на подругу, как на обезумевшую, сказала Кристина. – Как ты это себе представляешь? Мы будем каждую могилу обходить и искать нужную? Да мы за год не управимся…
     - Ну, тогда не знаю, может у полиции выведать кто такой Ошпингов этот, майор или кто он там, он был на месте преступления, сделать запрос, ну я не знаю, пошли короче в УВД, без него мы никак не узнаем, где он жил.
     С журналом адресов и телефонов, девушки стали искать номера всех отделений полиции в городе, оказалось, что Ошпингов Николай Антонович, работает в центральном УВД, в должности начальника следственного отдела.
     Подруги с надеждой в сердце, что этот следователь прольет свет, на это темное дело, отправились в отделение полиции.
     После нескольких дней дождливой погоды, наконец, сквозь серые призрачные облака, выглянуло солнце, и погода стала еще невыносимей. От постепенно нагревающейся земли стал подниматься удушливый пар, из-за чего в городе стоял молочный туман. Крыши домов тонули в дымной сырой белизне. Ветра, казалось, не было совсем, дышать этой сыростью было неприятно, создавалось впечатление, что будто кто-то нарочно выкачал весь кислород.
     Ехать до нужного им отделения полиции никак не меньше часа. Девушки около двадцати минут прождали нужный автобус. На остановке людей совсем не было, час пик закончился, и теперь настала тихая и умиротворенная жизнь, общественный транспорт, наконец, вздохнет с облегчением.
     Сев в автобус, девушки не разговаривали, каждая питала надежду на Николая Антоновича. Мысли все сильнее и сильнее путались, смешивались в клубок из змей, и каждая хотела укусить побольнее, оторвать кусок от души. Ничего не хотелось: ни верить, ни думать, хотелось, чтобы все это закончилось как можно скорее.
     В сердце города, куда и направлялся автобус, сновали люди. Магазины непрерывно принимали спешащих покупателей. На перекрестке стояли две столкнувшиеся машины, водители шумно ругались, доказывая свою правоту в ожидании инспекторов ГИБДД. Все бегут по своим делам, и только две подруги заняты чем-то немыслимым.
     Автобус плавно подкатил к остановке. УВД центрального округа, выглядело впечатляюще. Белое, массивное здание, сделанное как бы полукругом, имело пять этажей. Оттуда выходили люди в форме, в дорогих классических костюмах, в строгой офисной одежде. Каждый, кто выходил, имел гримасу важности своей личности, каждый хотел показать, что мы стоим на вершине пищевой цепочки. Такие задумчивые лица. Кто-то про себя ругался за непонимание блюстителей закона, кто-то наоборот был им благодарен, за вовремя собранные документы, по какому-нибудь делу, а кто-то плелся обреченно, расстроено. Но все они считали себя очень важными и нужными людьми, и что без них этот мир не мог и не может существовать.
     - Нет слов…, - проговорила Диана, все больше удивляясь пафосному величию этого здания, оно и в правду впечатляло. – Вот уж никогда бы не хотела здесь оказаться, в качестве обвиняемой.
     - Ну, пошли что ли? Или так и будешь восхищаться стоять? Меня если честно это настораживает, наш журналист еще ни разу здесь не побывал? Это странно…, - улыбнулась Кристина, слегка пихнув в бок подругу.
     - Ну, хоть у кого-то осталось чувство юмора…, - она скорее обратилась к самой себе, нежели к подруге.
     Внутри здания находился просторный вестибюль, отделанный белой мраморной плиткой, под потолком висела огромная стеклянная люстра, такие обычно вешают в залах вокзала. Перед центральной лестницей с деревянными перилами, находился контрольно-пропускной пункт. Сонный дежурный, клюя носом в кроссворд, то и дело зевал. Казалось, но даже не заметил, что кто-то вошел в здание, пока Диана, откашлявшись, не потревожила его.
     - Извините, здрасьте, эмм.. мне нужен, нам нужен, - поправилась она, - Ошпингов Николай Антонович, он у себя? - осторожно поинтересовалась Диана.
     - Николай Антонович у себя, как ему доложить о вас? - холодно ответил дежурный.
     - Я журналист, газета «Спроси нас!», а это моя помощница, мы бы хотели побеседовать, - впервые она была не уверена, что это сработает. И она очень удивилась, когда дежурный очень обрадовался ее появлению.
     - Да, да нас предупреждали, что вы зайдете, мы вас уже давно ждем. Как хорошо, что вы пришли, я сейчас кого-нибудь позову, что вас проводили.
     - Ты что-нибудь понимаешь? - шепнула Кристина.
     - Молчи и улыбайся…, - не шевеля губами, процедила Диана.
     Дежурный, записав имена девушек в журнал регистрации посетителей, подозвал своего коллегу. Долговязый паренек в форменной одежде с отрешенным видом, повел их за собой вверх по лестнице. В здании было очень шумно, двери то и дело хлопали, издавая громкое эхо. Лестница привела посетителей на третий этаж. Дежурный остановился перед черной обитой кожей дверью и нажал на кнопку вызова, ему тут же ответили и впустили в следственный отдел. Мужчина повел девушек незамысловатым маршрутом мимо кабинетов следователей. В коридоре чувствовался застоялый запах сигарет и кофе. Двухстворчатая дверь начальника находилась в самом центре. Мужчина смело постучался и провел подруг в кабинет секретаря.
     Женщина лет тридцати пяти, хмуро, из-под прямоугольных очков, посмотрела на посетительниц. Ей они жутко не понравились. Она встала, всем видом показывая, свое неудовольствие и нервно зашагала в кабинет начальника. При ходьбе дама активно виляла бедрами и выставляла вперед грудь, явно себе льстя. Ее черная чуть ниже колена юбка неприятно зашуршала, а фиолетовая блуза, расстегнутая до такой степени, что было видно черное кружевное белье, явно служила какой-то цели.
     Начальник следственного отдела сидел в своем кабинете, и что-то писал, он обратил внимание, только тогда когда писклявый до невозможности голосок секретарши, фактически выкрикнул, что прибыли журналисты.
     Диана, нервно улыбаясь, вошла в кабинет следователя. В нем было очень уютно, не смотря на всю официозность. Темно-коричневый стол начальника отделения, был расположен по левую сторону от двери. За спиной мужчины висела большая репродукция картины Айвазовского «Девятый вал». В правой стороне помещения был серый сейф, в который он складывал свое табельное оружие и стопку уголовных дел. Там же находились пустые бланки протоколов. Небольшой шкаф, в цвет письменному столу, располагался по левую руку мужчины, а в самом центре на подоконнике в белых горшочках стояли фиалки.
     Николай Антонович был в чине подполковника, и для своего звания достаточно молод, не больше 32-х лет. Коротко стриженные темные волосы, с едва заметной сединой у висков, отдавали чистым блеском. Небольшие морщинки в уголках глаз придавали его гладко выбритому лицу мужественный серьезный вид. На форме блюстителя закона не возможно было найди хоть одну складку. Следователь был спортивного телосложения, высок, в общем, настоящий мужчина. Диана тут же незаметным движением глаз осмотрела его руки и сделал вывод, что мужчина не женат.
     - Здравствуйте, присаживайтесь. Чем, обязан вниманию прессе? - спросил подполковник.
     Девушки, повинуясь приказу, подошли к столу и уселись в кресла обтянутые черной материей.
     Диана, как нашкодивший ребенок, потупила взгляд, она не знала с чего начать, впервые в своей жизни, не могла связать и пару слов. Потом, все же собравшись с духом, и помолчав с полминуты, спросила.
     - Мы к вам вот по какому делу, может быть вы помните, в октябре 2010 года пропал парень, его звали… кажется Кирилл? Если я не ошибаюсь, вести дело было поручено вам, – осторожно поинтересовалась она.
     - Хм… нет не помню, – задумался подполковник.
     - Как не помните? У вас тогда еще интервью брали. Я читала статью, - удивилась Диана.
     - Девушка, интервью, я даю единственный раз в жизни… сейчас, - равнодушно ответил подполковник.
     - То есть как? – еще сильнее удивившись, спросила Диана. – Его звали Кирилл, черноволосый, и глаза то у него черные, вы бы их точно запомнили, черные джинсы, рубашка красная, фотографию его вы наверняка должны были видеть. Там еще статья про исчезновение была… .
     - Никакое дело про исчезновение я не вел, - выходил из себя мужчина, - а теперь если вы не против, я бы поработал.
     Кристина машинально встала и схватила за руку подругу, но Диана не собиралась уходить. Этот следователь был их единственной возможностью все узнать.
     - Подождите, пожалуйста, вы наша единственная надежда избавиться от него! Он не дает нам покоя! Преследует нас! Он является нам во снах! Пожалуйста! Вы должны что-то знать о нем! – Диана в отчаянье схватила подполковника за плечо.
     Мужчина напряженно слушал исповедь девушки, по ее виду можно было понять, что она находиться в весьма плачевном состоянии. Ему захотелось ей помочь, но он решительно не понимал о чем она говорит.
     - Идем отсюда, - шепотом звала Кристина подругу, - пошли, нас сейчас упекут.
     Крис насильно потащила Диану к двери, но тут их остановил подполковник.
     - Постойте, сядьте и толком расскажите, что у вас произошло, - его зеленые глаза смягчились.
     Журналистка все выложила Николаю Антоновичу как на духу. Подполковник слушал не перебивая, лишь изредка отводя глаза от собеседниц. Когда девушка закончила свое повествование, он встал с кресла и попросил его подождать здесь несколько минут.
     - Ты что спятила? Он наверняка сейчас за неотложкой пошел! С ума сошла такое рассказывать полиции?! – стала вразумлять подругу Кристина, как только дверь за подполковником закрылась.
     - Я уверена, он поможет, - только и сказала подруга.
     Николай Антонович отсутствовал не больше пяти минут. Он зашел в кабинет со свертком в руке. Там было что-то прямоугольное. Этим что-то оказался портрет.
     - Это он? – сухо спросил подполковник.
     - Да! Да, это он. Откуда это у вас? – тихо спросила Диана.
     - Как давно, он к вам является? – не ответил на вопрос мужчина.
     - Недавно…, - недоумевала журналистка.
     - Что вы хотите от меня, конкретно? – строго спросил подполковник.
     - Мы хотели знать где жил этот юноша, - на этот раз заговорила Кристина.
     - Хм, где жил? А черт его знает, где он жил, но знаю где я его встретил… однажды. На улице Ленинградской дом 7а. У меня возникает еще вопрос: зачем вам это?
     - Хотим разобраться в этом, чтобы он отстал от нас.
     За годы работы в полиции, следователь навидался многого. Каких только психов он не допрашивал, что только он не слышал, но то что рассказала ему девушка – впервые, хотя он нисколько не удивился. Он даже вспомнил, как будучи лейтенантом, начинавшим свою карьеру, выслушивал «потерпевшую», которая утверждала, что телеведущий программы «Кроссворд» пытался ее изнасиловать, смотря на нее каким-то непристойным взглядом с экрана телевизора.
     Подполковник резко встал из-за стола и начал ходить взад, вперед по кабинету о чем-то размышляя, обдумывая, решая. Было видно, что в его мозгу, словно в машине перерабатывалась информация. Он потупливая взор, что-то бормотал, что-то вспоминая, скорей всего что-то связанное с этим портретом. Но было понятно, что он вот-вот придет к какому-то решению. И этого решения девушки очень ждали.
     Молчание продолжалось примерно минуты три, после чего подполковник уставившись на девушек, видимо оценивая их, твердо проговорил.
     - Вставайте, поехали. - решительно сказал Николай Антонович.
     Девушки не успели даже сообразить куда он собрался их везти, как мужчина, взяв свой китель, вышел из кабинета, не проронив ни слова. Им только оставалось последовать его примеру.
     Быстрым шагом, то и дело срывающимся на бег, подруги поспевали за подполковником. Кристина, пока пробегала кросс по отделению полиции, рассуждала о поведении следователя. Ей показались странными его действия. Откуда у него портрет этот парня и куда собственно они едут с ним? Следователь явно что-то знает об этом Кирилле.

     ***
     Ошпингов Николай Антонович, всегда отличался аналитическим складом ума, очень рациональный человек. Допустить, что он верил в паранормальные явления, просто немыслимо. Всегда строгий и расчетливый ум, работал как часы, и уж точно не верил в призраков. Но у подполковника были причины на то, чтобы вернутся на ту улицу, где он повстречал этого юношу и нашел его портрет.
     В ту ночь, раздался телефонный звонок, звонила женщина, сообщившая что соседи выкидывают друг друга из окна. Дежурный вбежал в дверь, тогда еще майора Ошпингова, сказав, что срочный вызов, Николай Антонович и его друг-коллега находились на ночном дежурстве. На часах было 23:12, он это помнит как сейчас. Оперативная группа во главе майора отправились на вызов по улице «Ленинградская дом 7а», в квартиру, в которой, по словам женщины, произошло преступление. Николай Антонович тогда еще подумал, что опять какие-нибудь пьяницы, напьются до поросячьего визга, а потом кулаками машут, но он ошибся.
     Служебные машины, визжа шинами, нарушили тишину «спального» района. На асфальте лежал труп мужчины, вокруг него столпились люди, ахи, вздохи и причитания, которых разбудили всю округу.
     Часть оперативной группы осталась возле мертвого тела, беря показания у очевидцев, а часть отправилась в квартиру, из которой вылетел этот человек. Следователь внимательно осматривал присутствующих, все смотрели на мертвое тело, кто-то с отвращением, кто-то с ужасом, но один из них смотрел прямо на него.
     Юноша не больше 23-х лет, внимательно изучал Николая Антоновича, что следователю не понравилось. Парень, казалось, не мигал. Что-то в его взгляде насторожило мужчину. Он пошел прямо на него, чтобы поговорить с ним, но незнакомец развернулся и пошел прочь от места трагедии. Николай Антонович попытался догнать его, но когда вышел из круга людей, обступивших труп, то обнаружил что там никого нет, а на земле лежит портрет странного незнакомца. Мужчина поднял его и сунул за пазуху, он был уверен, что этот портрет ему еще пригодится.
     Тем временем, оперуполномоченный из второй группы, выбежал из подъезда подзывая Николая Антоновича.
     - Я думаю, тебе стоит подняться в квартиру, оставь труп и свидетелей криминалистам, - быстро проговорил молодой человек, но следователь на него не отреагировал, он все еще стоял и всматривался в ночную мглу, пытаясь понять, что же так обеспокоило его.
     - Коля?! – привлек его внимание во второй раз коллега.
     - Да.. сейчас иду, - неохотно прервав ход своих рассуждений, отозвался следователь и пошел в след за молодым человеком.
     ***
     С виду очень приличная семья. В квартире все убрано, комфортно, не было даже пылинки, а тем более и намека на присутствие в этой квартире алкоголя и уж тем более наркотиков. На лестничной площадке были люди. Все толпились, все хотели узнать, что же произошло. Николай Антонович, с невозмутимым лицом осматривал комнату из окна, которой и выпал тот человек. Она была пуста, за исключением дивана и покрывшегося толстым слоем пыли компьютера, который сейчас осматривали сотрудники полиции. В шкафу находилась одна спортивная куртка темно-синего цвета, и это все, что было из одежды, ни обуви, ничего не было. На компьютерном столе лежала одна единственная тетрадь. Николай Антонович начал подозревать, что комната нежилая или в ней просто никто не удосужился создать хоть какой-то обывательский вид.
     Следователь, пытался «достучаться» до женщины, второго жильца квартиры, видимо супруги, чтобы та рассказала, как можно подробнее, что здесь произошло. Она сказала, что муж будто взбесился, он был напуган до смерти, бился в истерике, кричал, а потом сиганул из окна и что все это из-за пауков.
     - Из-за пауков? – недоверчиво переспросил майор.
     - Пауки его окружали…, - процедила женщина сквозь зубы и настороженно осмотрелась.
     Николай Антонович многозначительно переглянулся со своим напарником и глубоко вздохнул. Записав, нелепые показания хозяйки квартиры, он вновь пошел в «нежилую» комнату. В ней было много осколков, от выбитого стекла. Женщина была очень маленькой и худенькой, чтобы выкинуть своего мужа из окна на такое большое расстояние. Ей это было бы просто не под силу. Николай Антонович сделал вывод, что мужчина покончил с собой. Однако следователя не покидала назойливая мысль, что все не так просто. Конечно, было очевидно, что ничего криминального в смерти мужчины нет, но чувство, что, что-то не так не давало покоя. В надежде выяснить хоть что-нибудь, он в сотый раз просил женщину, все ему рассказать, но ей больше нечего было сказать, только разве то, что ее муж становился с каждым днем все больше походить на параноика.
     Николай Антонович, из-за какого-то необъяснимого чувства тревоги, решил задержаться в злополучной квартире и тщательней ее осмотреть. Но жилье было самое, что ни на есть обычное. Семья не жила в полном достатке, но и не бедствовала, была неплохая техника, приличный ремонт, фотографии на полках счастливой пары, детей у них не было, семья молодая. Следователь раз за разом обходил всю квартиру, пытаясь найти хоть что-то, что объяснит это его нехорошее чувство, но кроме пустующей пыльной комнаты, зацепиться было не за что.
     - А эта комната для кого предназначалась? – спросил у заплаканной женщины следователь.
     - Это была комната мужа… он часто там бывал последнее время, мне не разрешал в нее входить… он прятался от насекомых, - еле слышно ответила женщина и стала что-то лепетать про себя.
     Николай Антонович от и до обшарил комнату, но в ней ничего не было. Разочарованный он вышел к хозяйке дома, которая явно была не в себе. Женщина была «нездоровше» своего мужа, прячущегося от насекомых в пустой комнате.
     - Слава! – позвал следователь своего коллегу, - Слав, вызови-ка ты специалистов, у нас походу клиника, - он указал пальцем на покачивавшуюся из стороны в сторону женщину. Он еще раз беглым взглядом оценил обстановку и поняв, что больше им тут делать нечего поехал обратно в отделение.
     Майор, сидя в кабинете, при свете настольной лампы обдумывал все, что сегодня произошло. Ему было не по себе, при мысли, что он вообще задумывается над этим происшествием, да к тому же портрет юноши не шел из головы. Он много раз прокручивал сцену на улице, пытаясь понять, что же все-таки было не так в том парне и куда он так быстро исчез. Николая Антоновича, привыкшего разбираться во всем досканально, также привлек тот факт, что оба супруга психически не здоровы, это было как-то не правильно. Женщина была чем-то напугана и это не из-за самоубийства мужа, конечно она была опечалена его смертью, но следователю показалось, что для нее это не стало сюрпризом, что тоже ненормально.
     Сумасшедшая парочка въелись в память Николаю Антоновичу. Даже спустя три года с того вызова, он не смог их забыть. Каждую ночь его тревожила мысль, что он что-то упустил, что-то недоглядел. Его мучили кошмары, в душе поселилась тревога, что он мог что-то сделать, но не сделал и возможно тот юноша на улице был каким-то образом причастен к этому. Что было невероятным. Каким образом тот до жути странный парень мог повлиять на сумасшедшие действия того мужчины. Навящивая идея о неслучайности происшествия не шла из головы.

     ***
     Машина подполковника затормозила возле подъезда серой бетонной многоэтажки. Николай Антонович развернулся к девушкам, сидящим на заднем сидении старенького жигули.
     - Та газета со статьей, якобы, обо мне, при вас? – вдруг спросил подполковник. Девушки только покачали головой в знак согласия. Диана порылась у себя в сумки и достала смятую газету. – Покажите мне эту статью, - потребовал Николай Антонович. Девушка стала быстро пролистывать страницы, но в том месте где была статья о Кирилле, вновь исчезла.
     - Ее нет! – Диана снова и снова пролистывала газету, нервно водя глазами по страницам, - она исчезла! Кристина я ничего не понимаю… статьи нет!
     Подполковник отобрал несчастную газету у девушки и сам внимательно пролистал. Ничего нет. Николай Антонович переглянулся с недоумевающими девушками. – Это не удивительно, не считаете? Я же говорил, что никакое интервью у меня не брали, уж я бы точно запомнил это. Но судя по всему вы не врали, парня то вы узнали на портрете. Ладно идемте, посмотрим может что-то найдем.
     - А вы не скажите, куда мы приехали? – спросила Кристина.
     - К дому в котором проживала некогда одна очень странная парочка. Здесь я впервые и повстречал этого Кирилла, если конечно его так зовут. В этой квартире уже 3 года никто не живет, - вылезая из автомобиля, сказал подполковник.
     - Почему? - спросила Диана.
     - Не знаю, боятся, что кто-нибудь еще сойдет с ума. Люди не покупают эту квартиру, считают ее проклятой. Товарищество жильцов не имеют представления, что с ней делать... находится высоко, офис уже не сделаешь, магазин уж тем более, а заселяться в нее никто не желает.
     Квартира была расположена на четвертом этаже. Дверь была опечатана, никто туда не входил с момента «преступления». Квартира покрылась слоем пыли, чувствовался запах разложения. Это сгнили продукты, которые остались лежать в холодильнике и на столе. Кругом была грязь, паутина и мусор, если приглядеться, то можно было рассмотреть не четкие следы от ботинок. Вещи были не тронуты, все оставалось на своих местах, никто к ним не прикасался. В квартире ощущалась, какая-то натянутая обстановка, как будто все вокруг сейчас взорвется, или просто складывалось такое впечатление. Это место таило в себе печаль, которую словами не передать.
     - Я думал, тут давно все разворовали…, - сказал подполковник, оглядываясь вокруг, – ну и вонь. Все плесенью покрылось, когда я был здесь впервые, все было так аккуратно.
     - Да уж, ничего не скажешь. С чего начнем? - спросила Кристина.
     - Люди что здесь жили, они умерли? - изучая квартиру, спросила Диана.
     - Частично…, - сказал подполковник, но видя непонимающие взгляды девушек, решил пояснить, - женщина в психиатрической клинике... я вам потом все расскажу хорошо? Просто долго объяснять, - отмахнулся Николай Антонович.
     - Надо бы ее проведать, - как бы между прочим, сказала Диана.
     Следователь провел их первым делом в комнату «прыгуна», чтобы девушки увидели странности, озадачившие его самого, но войдя в помещение, Николай Антонович остолбенел. Не мог он этого пропустить, когда был здесь.
     - Ого, вы это видите! - крикнула Кристина.
     На стене комнаты, где стоял шкаф, краснели надписи, большинство из них просто символы, или набор букв. Но две надписи, стоили того чтобы девушки проделали весь этот путь. На стене над диваном было написано: «Наши пути совьются в единое целое, и год будет секундой, для сведения счета с разумом…», - дальше не разборчиво. И вторая, чуть ниже: «То, что видимо, услышит, что незримое ответит».
     - Что это такое? – водя по надписям глазами, спросили все разом.
     Все надписи были свежие. Кто-то здесь был до них и этот некто знал, что подполковник вернется сюда. Сомнений не оставалось, что незнакомец на улице, был причастен к самоубийству мужчины. Николай Антонович вышел из комнаты и осмотрел пол, на нем были только следы их самих и те застарелые принадлежащие, как это не странно тоже ему.
     - Как он это сделал? – спросил подполковник.
     - Ну стоял и писал…, - просто ответила Диана.
     - Я не про надписи… как он прошел не оставив следов? Он что летел по воздуху? Нет это просто чушь какая-то. Я пока в своем уме, чтобы в такое поверить, - мужчина громко выдохнул и махнул рукой, будто отгоняя комаров.
     Кристина сфотографировала надписи на свой мобильный. В деле как это все пригодиться. Он оставляет подсказки не просто так и еще до нее дошло понимание, что парень с ними играет в игру под названием «найди меня».
     - Не знаю, надо ехать в психушку, - отрапортовал подполковник, – сказано было так, как будто им нужно срочно всем троим провериться на наличие психоза, а затем, выдержав паузу, добавил, - мы все равно ничего не поймем, пока у нас не будет достаточно сведений.
     Мужчина профессиональным взглядом, пробежался по комнате. На компьютерном столе имелись нечеткие, но не так давно оставленные отпечатки пальцев. И это были единственные свежие следы и с чего Николай Антонович понял, что юноша все-таки материален, раз есть его отпечатки, но вот как он прошел по полу не оставив следов, было не ясно.
     - Эти надписи очень свежие и я догадываюсь чем они написаны, - проведя пальцем по буквам, сказал подполковник, - откуда он знал, что мы приедем сюда? Он что следит за нами? – всем стало не по себе от мысли, что кто наблюдает за ними. – Я сейчас позвоню своему другу эксперту, надо чтобы он взял образцы отпечатков и вот этих надписей, может мы сможем пробить его по базе…
     Николай Антонович вышел из комнаты и набрал номер криминалиста. Он переговорил со старым другом, с которым еще будучи курсантом школы милиции подружился. Олег, обещал, что подъедет минут через 15, а до той поры он твердо решил никуда не уходит, он боялся что если они уедут отсюда сейчас, то в этой квартире может все исчезнуть, как бы абсурдно это не звучало. Чутье еще никогда его не подводило.
     Следователь ходил по квартире восстанавливая в голове картину сроком в 3 года, он помнил, что в комнате не хватает еще одной детали. В тот вечер здесь была еще тетрадь. Он снова схватил телефон и позвонил в архив где хранились все вещественные доказательства. Архивариус очевидно, как всегда спал на рабочем месте, поиски заняли у него 10 минут, съедая остатки баланса на мобильном. Степан Семенович, очень тучный мужчина преклонных лет и без того передвигался очень медленно, а после сна так вообще, как улитка на прогулке. Николай Антонович ожидая ответа, в душе клял старика на чем свет стоит и так погрузился в мысленную ругань, что не сразу услышал речь из динамика трубки. Следователь попросил архивариуса, чтобы он прислал кого-нибудь из людей с этой тетрадью, и прислал как можно скорее.
     В это время на лестничной площадке послышался гулкий стук шагов. Видимо Олег уже приехал. Пора начинать то, что он делает лучше всего на свете – работать.
     - С чего это ты решил ворошить это гнездо? – радостно приветствуя старого друга, спросил Олег. Николай Антонович обнял приятеля, с которым они давно уже не виделись. – Ну здравствуй, здравствуй! Не представишь меня своим очаровательным спутницам? – улыбка так и сияла на его лице.
     Следователь познакомил друга с девушками и объяснил зачем он его сюда позвал. Олег не задавая вопросов, прошел в комнату для снятия образцов. Подполковнику тем и нравился его друг, он не задает ненужных вопросов и хорошо знает свое дело. Огласка Николаю Антоновичу была ни к чему, поэтому все нужно сделать тихо и скрытно и он знал, что Олег сделает это как никто лучше.
     Какое-то время в квартире стояла тишина лишь время от времени слышались движения работавшего мужчины. Троица переминалась с ноги на ногу и хранила гробовое молчание.
     - Ну все я закончил. Результаты постараюсь сообщить сегодня, но не факт, что получится. Ты особо не жди от меня звонка сегодня. Еще что-то будет или это все? – оглядываясь, спросил мужчина.
     - Нет это все, спасибо. Может как-нибудь вечером соберемся у меня посидим? – предложил Николай Антонович. Олег без тени сомнения ответил согласием и распрощавшись со всеми вышел из квартиры.
     Когда спина друга исчезла за дверью, раздался звонок телефона. Это звонил его коллега, привезли тетрадь. Подполковник простоял задумчиво минуты полторы, нервно притопывая, а, затем, не проронив ни слова, развернулся и на солдатский манер вышел прочь, одними жестами зовя за собой девушек.
     Возле подъезда их ожидал полицейский УАЗ. Из него вышел стройный молодой человек в форме и передал конверт подполковнику. Николай Антонович недолго поговорил с парнем. Строго настрого наказал, чтобы тот никому не рассказывал о тетради, пригрозив при этом уволить его. Молодой человек заверил, что об этом не узнает ни единая душа, а затем сел в свой УАЗ и покатил прочь.
     Время уже было послеобеденное, когда машина подполковника покинула Ленинградскую улицу.

     ***

     По дороге в клинику, Николай Антонович, поведал девушкам историю об этом юноше.
     - Когда мы ехали на вызов, мы ожидали увидеть семью алкашей или наркоманов, чаще всего у них случаются полеты из окон, ну знаете нажруться, не поделять что-то и все, война так сказать, но мы ошиблись. Все оказалось совсем по-другому… сумасшедшие. Черт возьми! Муж ласточкой сиганул в окно, из-за.. по словам его дражайшей супруги, из-за пауков, а женщина похоже этому вообще не удивлялась, она сама явно чего-то боялась, оглядывалась по сторонам, да и вообще вела себя странно. Мы когда подъехали, там на асфальте, лежало тело этого арахнофобиста, да при чем так далеко от окна, будто он разбежался перед тем как прыгнуть, ну баба его точно выкинуть не смогла бы в ней кило 50 наверное, а в муже не меньше 80, тут и думать было нечего – суицид. Я пока там стоял оценивал все, смотрю пялится на меня, вот этот вот, - подполковник в сердцах тыкнул пальцем в портрет, - у мне это ясно, не понравилось. Я решил поговорить с ним. Пошел значит к нему, а он от меня уходить, я когда за круг людей вышел, смотрю никого и нет, а на земле вот эта дрянь лежит, ну я и подобрал ее. Ведь как в воду глядел, что пригодится. Такое он на меня не приятное впечатление произвел, просто жуть, а тут еще парочка эта сумасшедшая. Нет я конечно видел психов, что и говорить, но что странное так это что оба супруга того, - Николай Антонович, покрутил пальцем у виска. – Мужчине то уже ничем помочь не могли, а женщине мы специалистов вызвали. Ну вот с тех пор на «Куйбышева». Я как-то приезжал, ну так для проформы, посмотреть что да как, и с врачом поговорить, разумеется. Лечащий врач этой, как ее зовут, ни черта не помню, Мария Светлик что ли.. вообщем, не суть важно, Забаловски, спустя 4 месяца настоял на разрешении похорон какого-то юноши, мол, женщина просит захоронить кого-то. Ну мне думаю какое дело пусть кого хочет того и хоронить, это не мое дело. А потом я возьми, да и спроси, что за парень там умер у нее. А он мне, что ее преследует какой-то там Кирилл и она хочет похоронить мысль о нем. Я сначала то значение этому не придал. Какое мне дело до того что там хотят сумасшедшие. Это я уже когда домой ехал, призадумался. Решил я, вообщем, съездить на эти похороны и посмотреть. Любопытство меня распирало с ног до головы. Через три дня это «мероприятие» состоялось… хоронили гроб, приличный такой гроб, ясно, что пустой, кому ж там быть то? Чуть позже памятник приладили к могиле, обычный, гранитный, серый. Это не столь важно, а важно вот что в тот день на «похоронах» я снова видел пацана того, но мельком, он как бы показался мне и пропал куда-то, я подумал, что мне померещилось. А потом вот вы с этой датой.. Дата смерти на том надгробии была 30 октября 2010 года, когда муж ее из окна полетал, - Николай Антонович резко замолчал.
     Дальше ехали, молча, в салоне автомобиля царило оцепенение.
     Диана, всегда представляла себе психиатрическую клинику смутно. Она знала, что там есть палаты, в которых не совсем обычные пациенты. Что там есть изоляторы, для особо буйных или странных. Что там наверняка, старые обшарпанные стены, и пахнет лекарствами как в любой другой больнице.
     Психиатрическая клиника выглядела, как обыкновенное медицинское учреждение. Она состояла из шести корпусных отделений. Занимала всю улицу, была огорожена бетонным забором и железными воротами с замысловатым орнаментом, что-то вроде птиц, переплетавшихся крыльями. В каждом корпусе было 8 этажей, цвет самой больницы был серовато-голубого оттенка. От нее веяло какой-то печалью, страданиями, ненавистью. Здесь все говорило об отчаянии, о том, что надежда, пожалуй, единственное, что осталось у обитателей дома скорби. И это место может пролить, хоть каплю информации об этом странном парне.
     В холе больницы была расположена регистратура, гардероб и приемное отделение, куда привозили всех новоприбывших. Помещение было очень большим, не то, что в обыкновенной больнице. Здесь недавно делали ремонт, чувствовался запах свежей краски. Полы, уложенные мраморной белой плиткой, были выдраены до блеска, создавалось ощущение зеркальности, а стены сияли новизной. Высокие сводные потолки, поддерживаемые колоннами, были увенчаны, наверное, сотнями лампочек. В приемном отделении слышалась возня и переговоры врачей. По просторному помещению спешили по своим делам медицинские работники, кто с папками, а кто с лекарствами.
     Диана приятно удивленная красотой психиатрической клиники, вертела головой из стороны в сторону, пытаясь ухватить взглядом все помещение сразу.
     - Я могу вам чем-нибудь помочь? - прервал упоение голос девушки за стеклом.
     - А... да, пожалуй. Нам нужен лечащий врач, Марии Светлик, как-то можно его увидеть? - строго спросил подполковник.
     - Могу я узнать, зачем он вам? Вы ее родственник? - ничуть не смутившись, ответила девушка.
     - Слава богу, нет. Я подполковник Ошпингов Николай Антонович, начальник следственного отдела управления внутренних дел центрального района, это мои помощницы, - предъявляя удостоверение, сказал подполковник.
     - Василий Сергеевич, сейчас у себя, поднимайтесь на 2 этаж, кабинет 245, я сообщу ему, что к нему пришли, - также спокойно ответила девушка.
     Человек в форме и две девушки переглянулись между собой.
     - Пошлите, что стоим? - шепотом повелевал Николай Антонович.
     Кабинет Василия Сергеевича, они нашли без труда.
     Во всей больнице было очень чисто, ни пылинки. Коридор был достаточно длинный и широкий. В нем можно было бы потеряться, если не знаешь куда идти. Здесь находились кабинеты лечащих врачей. Они были расположены по обе стороны коридора. На этом этаже палат не было
     Василий Сергеевич, человек уже довольно преклонного возраста, имеющий очень большой стаж работы с подобными клиентами, явно знающий свое дело. Психиатр, никогда не унывал и, пожалуй, только он в этой клинике верил, что больных с расстроенной психикой можно вернуть в нормальное русло жизни. Он всегда с почтением относился к таким людям, никогда не унижал их, не смеялся над ними и не давал этого делать другим сотрудникам клиники.
     Психиатр был высокого роста, в кристально белом халате и с почтенной лысиной на голове. В свои шестьдесят три года, он еще не носил очки и вроде даже не собирался.
     Василий Сергеевич, сидел в своем кабинете и крапел над чьей-то историей болезни. Он даже не поднял головы, когда к нему в кабинет вошли три человека. Краем глаза он заметил, что на пороге стоят две девушки и мужчина в форме сотрудника внутренних дел. Одним лишь жестом руки он попросил их сесть. Еще немного повозившись с записями, психиатр обратил свое внимание на посетителей.
     - Здравствуйте, чем могу быть полезен? - улыбаясь, спросил доктор.
     - Здравствуйте, я подполковник УВД Николай Антонович Ошпингов, - предъявляя удостоверение сказал мужчина. – А пришли мы к вам вот по какому делу…, - он с минуту помолчал, – нам известно, что в вашей клинике, а точнее у вас под наблюдением находится Мария Светлик, так вот, нам очень нужно с ней побеседовать.
     - И я могу спросить о чем? - с ухмылкой поинтересовался доктор.
     - Ну, разумеется. По поводу ее мужа, который умер 3 года тому назад. Вы же наверняка знаете? - ответил подполковник.
     - Ах, да. Я в курсе, того что с ним произошло, ну что ж если вам так угодно, я могу организовать вашу беседу, - любезно ответил доктор. - Только я вас прошу, без лишних эмоций, - с этими словами доктор встал из-за стола и жестом предложил пройти с ним.
     Следуя, вдоль коридора, доктор стал рассказывать о трагедии с его пациенткой. Он разговаривал очень спокойно и рассудительно. У него был такой голос, что его хотелось слушать и слушать.
     - Видите ли, в чем дело, Николай Антонович, если я вас правильно понял, то именно вы тогда были на месте происшествия? Так вот, когда она поступила в клинику, то находилась в очень неуравновешенном эмоциональном состоянии, она была очень напугана, но к счастью ее, не без труда конечно, удалось вывести из этого состояния. Мы применяли разные препараты, ну как такового результата улучшения нет. У нее очень острая параноидальная шизофрения, и эта болезнь развилась далеко до того как случился этот инцидент с ее мужем. И как я понял из бесед с ней, то муж тоже был болен.
     - То есть, вы хотите сказать, что они уже давно были душевнобольными? - включилась в разговор Диана.
     - Именно так… это очень редкий случай, чтобы два человека, в одно и то же время, помутились рассудком, причем с одинаковым диагнозом и теми же галлюцинациями, видениями, бредом. Мы так и не можем толком изучить эту проблему, понять, что именно заставило их войти в такое состояние, что повлияло на работу мозга. Ее муж до смерти боялся пауков, как она рассказывала, а у нее самой боязнь огня в любом виде, но одно их объединяет, она утверждает, что все это как связано с человеком по имени Кирилл. По ее словам, первым его стал видеть ее муж, а потом и она сама. У нее уже были несколько попыток суицида, поэтому мы держим ее отдельно от других пациентов под постоянным наблюдением.
     Пока доктор пояснял проблему с больными, они прошли три длинных и узких коридора, поднялись на четвертый этаж к палатам особого типа. Так у них назывались карцеры, если Диана правильно поняла доктора. Их тут было очень много, и по площади, выглядели очень большими. Палаты находились за зарешеченной массивной дверью с кодовым замком. За ней издавались различные звуки, то громкие и резкие, то совсем слабые, истошные, мученические. Душу изнутри обдавало холодом. Карцеры или правильно назвать палаты особого типа, для тех, кто окончательно вышел из себя и просто не способен ужиться с другими больными, они единственные выглядели жутко в этой больнице.
     Доктор, остановился у двери палаты № 567
     - Как я вам уже говорил, без лишних эмоций. Я зайду с вами, - с этими словами он позвал санитара, чтобы тот открыл дверь палаты. Санитар, оказался огромной детиной, с большой связкой ключей. У него, наверное, хранились все ключи от здания.
     Доктор вошел первым. Палата была довольно милой, не смотря на царившую атмосферу. Мария сидела молча на пластмассовом стуле за таким же столиком. Женщина, что-то усердно рисовала, то ли водопад, то ли какое-то существо, только ей известное. Изредка покачивалась из стороны в сторону, смотря невидящим взглядом куда-то в стену.
     - Добрый день. Как вы сегодня себя чувствуете? - доброжелательно спросил доктор.
     Женщина на секунду остановила свое балансирование, просто с улыбкой кивнула, не проронив ни слова, и снова стала раскачиваться.
     - Мария очень общительная женщина. Может вам удастся что-то выяснить…, - доктор сел на кровать.
     Николай Антонович, немного поразмыслил, видимо собираясь задать вопрос так, чтобы он не ранил обитательницу палаты.
     - Здравствуйте… эмм..вы меня, скорее всего уже не помните, мы с вами встречались 3 года назад, у вас в квартире…, - не закончил подполковник.
     - Я вас помню. - Ответила женщина. - Вы следователь.
     - Тем лучше. Понимаете, я выехал на ваш вызов по поводу смерти вашего мужа. В ту ночь вы были не очень многословны, и ничего не могли нам пояснить…, - Николая Антоновича, снова прервала женщина.
     - Что вы хотите знать? - холодно ответила Мария, не дав, договорить подполковнику.
     - Меня интересует, в какое именно время он покончил с собой? – закончил следователь.
     - В 23:10, уже поздно вечером. А потом приехали вы. Он просто разбился…, - перешла на шепот женщина.
     - Прошу вас, не переживайте. Вы можете нам сказать, знаете ли вы кто изображен на этом портрете? Вы его случайно не знаете? - спросила уже Диана, протягивая портрет Марии. Дина прихватила его, когда выходила из машина.
     - Он, там изображен Он. Он оставлял картинки, много картинок…, - сказала Мария чуть взглянув на портрет, а затем женщина приблизилась к журналистке вплотную и таким жутким голосом проговорила. – …он все время рисовал какие-то символы… что-то писал в своей тетрадке, и время от времени приходил… . Стены должны были когда-то закончиться…, - при этих словах у женщины глаза вспыхнули каким-то внутренним огнем, стало очень жутко и неприятно.
     - Так, все. Я попрошу вас выйти из палаты. Она переутомилась, - строго сказал доктор.
     Но Диана не унималась:
     - А что это были за символы, может вы помните? Что они могли означать? Как выглядели? - вставая со стула, почти криком спросила Диана. Доктор уже начал выводить их за дверь. Женщина была явно в возбужденном состоянии.
     - Символы их много… все… они горят ночью… они мешают спать!!!!!!!!!!!!!!! Он не оставляет в покое, он всегда возвращается!!!! - женщина начала биться в истерике. На крик прибежал санитар, и что-то быстро вколол Марии в предплечье.
     - Я же вас просил..., - недовольно возмутился психиатр, – пойдемте, ко мне в кабинет, мне стало интересно по какой такой причине вы сюда пришли с расспросами. Ладно, полицейский, так еще и скандальный журналист…
     Диана посмотрела на доктора виновато, она знала, что сейчас начнутся расспросы, но она также прекрасно понимала, что такому доктору как Василий Сергеевич, не стоит говорить о призраках и о том, что она их видит.
     - И так, я вас слушаю. Насколько мне известно, расследования не было. Так для чего вы решили снова это вспомнить? И что здесь делает эта девушка? - доктор строго посмотрел на Диану.
     - Понимаете, мне бы хотелось кое в чем разобраться. Молодого человека на портрете она узнала и я сам уже раньше видел этого юношу. Я хочу узнать, кто он. Ведь она его видит. И я думаю, что суицид ее мужа был не случайно, он как-то связан с этим парнем, возможно он их и свел с ума…, - стал отвечать подполковник.
     - Я не официально здесь понимаете? И не собираюсь писать об этом статью, я просто хочу помочь, а это моя подруга, - оправдываясь, перебила Диана, подполковника.
     - Ну, предположим..., - немного успокоился доктор. Он начал размеренно шагать по кабинету. - То есть вы хотите узнать, кто был на портрете? Отлично, но вспомните наш с вами разговор первоначальный, что я вам сказал о них?
     - Ну, то, что они заболели еще до того инцидента, - осмелилась предположить Диана.
     - Именно. А вот теперь подумайте, для чего я вам это сказал? - не дожидаясь ответа, доктор жестом указал на дверь. – Вы здесь, ничего не узнаете, нового или полезного для себя. Это психиатрическая клиника, а не информбюро, да будет вам известно. Я вас попрошу удалиться, – подойдя к двери, сказал доктор.
     Все трое встали и медленно, как виноватые дети, побрели до двери. На пороге психиатр задержал их.
     -Парень, что изображен на портрете, чья-то больная фантазия... и вам Николай Антонович, я бы посоветовал не вдаваться в подробности, а то мы можем поселить вас по соседству с Марией Светлик, будете чаще общаться…, - доктор закрыл дверь.

     Глава V
     Состоявшийся разговор
     Садясь в машину к подполковнику, все трое прибывали в крайне скверном состоянии: во-первых, их обругали как маленьких детей, во-вторых, всех тяготило чувство вины, за беспокойство больной, а в-третьих, у всех словно реверс в голове крутило «…больная фантазия».
     По дороге от клиники, в автомобиле царило молчание. Говорить не хотелось совсем. Единственное что, спросил Николай Антонович, это где их высадить. Девушки согласились, что выйти им лучше у дома Дианы.
     Спустя некоторое время, автомобиль затормозил у подъезда. В том же молчании, даже не простившись с подполковником, девушки зашли в подъезд.
     ***
     В квартире стояла духота. Она настолько пропиталась парами с улицы, что воздух был ощутим. Первым делом, Диана закрыла все окна в помещении и включила старенький вентилятор.
     Кристина, тем временем, поставила разогревать чайник и закурила свою первую сигарету. Она думала, что если так все пойдет и дальше, она скоро бросит курить.
     Молчание нарушила Диана.
     - Что он имел в виду под этой фразой? - она обратилась скорее к себе, чем к подруге.
     - А ты что, не догадалась? Мы цепляемся за воздух… он же нам, ясно дал понять, что мальчика этого не существует, он всего лишь порождение воспаленного мозга этой супружеской пары…, - уныло ответила подруга.
     - Если это действительно так, то почему, он к нам является? И кто он тогда такой? Она что-то говорила про символы…, - начала, было, Диана.
     - Перестань, я тебя прошу. Она же, псих! - не удержалась от крика подруга. Потом, подумав, добавила. - А вообще ты права, помнишь в квартире мы видели надписи и там были какие-то знаки… не о них ли та дама говорила?
     - Слушай, а верно… может нам стоит еще раз туда съездить? Может он оставил нам еще какое-нибудь послание, вроде того что мы видили, - интригующе спросила Диана.
     - Может потом? - устало проговорила Кристина.
     - Давай перекусим и в путь, хорошо? - понимающе сказала Диана.
     - Хорошо, босс, - пошутила подруга.
     Диана вдруг вспомнила про статью в газете. Статья была фикцией. Всего лишь приманкой, чтобы Диана попалась на нее.
     - У меня родилась идея, только что, показать этот портрет специалистам, может они что-то скажут.
     - Что, например? – развела руками подруга.
     - Где он был сделан, когда и кем, - с пониманием дела, ответила журналистка.
     Кристина кивнула в согласии.
     Диана полная надежд, пошла на кухню делать бутерброды, из того что осталось в холодильнике. Ей начало казаться, что они где-то уже совсем близко. Раз есть реальное изображение этого юноши, значит он не плод воображения, он существует или существовал - это ближе. Поскольку он жил сведения о нем должны быть. Люди не исчезают бесследно.
     Проворачивая, в голове эти мысли она не заметила, как умяла три бутерброда с докторской колбасой. Подруга ела медленнее, Диане пришлось ее минут десять ждать. Когда рот Кристины поглотил последний кусочек бутерброда, Диана схватила ее за руку и потащила на улицу, не дав прожевать и толком обуться.

     ***
     На часах было уже девять часов вечера, когда девушки вновь отправились в квартиру той супружеской пары. По идеи духота должна была пойти на убыль, но на улице легче так и не стало. Воздух был тяжелый и спертый, им даже дышать не хотелось, ветер так и не появился. В природе творилось что-то непонятное, либо сильный холод, либо этот жуткий туман, нет какой-то середины.
     Диана все думала о словах несчастной больной, и о том, что сказал доктор. Эта женщина пыталась что-то поведать Диане, но ее слова были туманны. Более или менее было ясно одно, что они все видели эти символы. Они должны что-то обозначать, иначе какой смысл малевать их на стене. Он все рассчитал верно. Эти надписи были адресованы ей или им. Он знал, что она станет искать его.
     Подруги быстро шагали по влажному асфальту в направлении Ленинградской площади. По пути им встретился лишь один единственный прохожий, спешащий домой после долгого и утомительного рабочего дня. Город готовился ко сну. Сегодня пятница, пожалуй, самый лучший день для трудящегося населения, ведь он предвещал начало выходных дней, в прочем не для всех.
     Во дворе дома номер 7а, кроме машин, отвоевавших парковочные места, было пусто. Район был не спальный, рядом проходила оживленная главная дорога. Беспрерывно слышался шум сотен автомобилей, а дворовые собаки, громко лаяли, реагируя на раздражители. Детские сады, школы и супермаркеты находились очень далеко, до них приходится добираться на автобусах и трамваях. Общественные рогатые консервные жестянки, ходили часто, добавляя к имеющемуся гвалту, какофонию металлического лязга. Дома на этой улице нуждались в капитальном ремонте, равно как и детские площадки, хотя название «площадки» тут явно не подходит, скорее уж уголок, а еще лучше «скрипучие качели с постоянной очередью». Не самое лучшее место для житья, но квартиры здесь были очень дешевые и людям, не имеющим средств приобрести «уютное семейное гнездышко», приходилось жить здесь. Но, собственно говоря, люди ко всему привыкают. Со временем перестаешь замечать шум двигателей, лай, скрип качели.
     Зайдя вновь в злополучную квартиру, девушки прямиком направились в комнату, где видели надписи, но их там не оказалось, зато появилась одна новая.
     - Символ духа разрушения запечатлен в царящей тьме…, - тихонько прочитала Кристина. – Ну, и как прикажете это понимать!!!
     - Тихо, Крис. Я, кажется, знаю, о чем идет речь. Помнишь? Подполковник нам сказал, что его хоронили? Но тела, естественно там не было… откуда ему там было взяться…, - Диана снова прочитала эту надпись. – Точно я так и думала. Поехали отсюда!
     Уже на лестничной площадке Кристина не выдержав, крикнула: - Может, ты и мне объяснишь?!
     Диана на бегу стала высказывать догадки.
     - В гробу парня не было, и быть не могло, правильно? Правильно. Значит что? Там захоронены какие-то вещи, совсем пустой гроб было бы глупо хоронить. Такие как эта женщина, придают значение абсолютно всему, в могиле может быть что-то очень важно. Да и надпись говорит об этом же. В «царящей тьме», где может царить тьма? Там куда не может проникать свет! Едим к подполковнику! – полная решимости крикнула журналистка подруге.
     - Зачем к нему то? - не успевала за мыслями подруги Кристина.
     - Он знает, где захоронение! - с ажиотажем в глазах, торопилась Диана.
     ***
     Подполковник прибывал в глубочайшей депрессии. Успевшие остыть воспоминания трехлетней давности, вновь обрушились на следователя пушечным залпом. Его одолевали двоякие чувства. Портрет загадочного субъекта всплывал перед глазами ежесекундно. Поездка в психиатрическую клинику не дала результата, ну это и понятно, что он вообще ожидал от сумасшедших? Заброшенная квартира, со следами недавнего пребывания, надписи на стене, журналистка, утверждающая, что видела этого юношу… а ведь подполковник знал, еще тогда, что это не просто бред сумасшедших, что что-то действительно произошло.
     В дверь постучали. Это оказался дежурный.
     - Там снова из газеты, те девушки. Говорят срочно, – спокойно сообщил дежурный.
     - Что им нужно? Хотя, давай зови, – подполковник мельком взглянул на настенные часы, на них было без четверти одиннадцать, и безысходно махнул рукой, у него не было сил даже ругаться.
     Дежурный вышел за дверь. Николай Антонович печально проводил его взглядом. Он не мог сообразить, зачем эта скандалистка, снова к нему явилась? Что ей опять нужно?
     Девушки вбежали в дверь подполковника растрепанные и запыхавшиеся.
     - Николай Антонович, где захоронены похоронен гроб?! - с порога выкрикнула Диана.
     - На старо-северном… а вам зачем? - недоумевал подполковник.
     - Некогда объяснять. Вы покажете? - спросила Кристина.
     - Так и быть. Но вы там ничего не найдете…, - Николай Антонович не успел закончить.
     - Он снова оставил послание! - выпалила Диана и добавила уже спокойно. – Поедем, а?
     - Хорошо, хорошо. Только я жду от вас объяснений, - сдался подполковник.
     Севши в автомобиль, журналистка рассказала ему, что они увидели в квартире. Высказала догадку, что призрак специально оставляет им послания и что последнее из них ведет на место захоронения. Там должно что-то находиться. Девушка попросила отдать ей портрет, что она хочет показать его специалистам.
     Николай Антонович, незамедлительно, открыл бардачок и достал портрет, завернутый в белую ткань. Следователь все эти годы возил его с собой на случай, если он встретит оригинал.
     Диана долго всматривалась в красивое лицо. Портрет сильно поизносился, оправа была деревянная резная, такой она не встречала раньше, разве что в картинной галерее. Журналистка не была специалистом в области искусства, но даже она может сказать, что портрет старинный.
     - Вы ведь не против, если мы его покажем специалистам? - спросила Диана.
     - Зачем? – вопросом на вопрос ответил подполковник.
     - Я хочу узнать о том, когда он был сделан, даже может быть, нам скажут, кто его написал…, - пояснила журналистка.
     Николай Антонович, только кивнул. Сам он почему-то даже не догадался этого сделать, и ему было немного стыдно. Эта мысль должна была прийти ему в голову уже давно, с того момента как он впервые взял его в руки.
     Маршрут до кладбища занимал всего полчаса езды, так что они быстро доехали. У калитки их встретил охранник в засаленной форме, то ли пьяный, то ли он просто очень устал, то ли был болен. Одно из трех. Вид у него был паршивый.
     Николай Антонович вышел из автомобиля и подошел к пожилому человеку. Он показал свое удостоверение и спросил разрешение проехать к обозначенной могиле, для досмотра. Охранник что-то покивал, задал каких-то пару вопросов, только потому, что их было положено задать, он бы и так его пропустил, но для видимости того, что он работает, нужно. Не зря же он получает свои копейки.
     - Ну, поехали, – садясь в автомобиль, сказал подполковник.
     Калитка открылась и трое въехали в ворота Старо-северного кладбища.
     Туман, наконец, стал рассеиваться, ощущался ночной воздух. Появился слабый ветерок, разгонявший то, что натворило за день солнце. Стало легче дышать. Теперь хотелось жить. На небе уже давно светила луна, отбрасывая серебристую паутину света. Даже такое место как кладбище смотрелось в этом цвете великолепно, таинственно, священно и умиротворенно.
     Кругом было очень много могил, они были повсюду. Все разные. На некоторых стояли просто кресты, на других военные памятники, а на некоторых, их было мало, возвышался монумент из черного цельного мрамора во весь рост человека.
     Николай Антонович ехал не спеша, он высматривал нужную могилу. А девушки тем временем любовались пейзажем, они еще никогда не бывали на кладбище в такое время суток. Там было много ворон, они ходили по могилам, своими маленькими лапками и что-то клевали. Пахло свежей землей. Здесь было много новых могил. Над кладбищем все еще стелился небольшой туман, после дождей на земле было месиво грязи. Повсюду росли деревья, причудливые или стройные, они все несли печаль, они знали, чувствовали. Казалось, они видят саму суть жизни, видят то, что другим не видно, знают, но не откроют свои тайны.
     Автомобиль ехал тихо, не нарушая покой усопших и плавно затормозил возле очередной аллеи. Все кладбище делилось на длинные улицы, обозначенные таблицами с номерами, сделанные для удобства и быстроты нахождения нужного места.
     - Мы приехали, - устало проговорил подполковник.
     Девушки вышли и стали оглядываться. Подполковник уверено пошел вдоль могил. Видимо он знал это место как своих пять пальцев. Он бывал здесь не раз. Подозрения Кристины о том, что подполковник, явно что-то скрывает, усилились. Было видно, что Николай Антонович ходил на эту могилу все 3 года.
     Спустя некоторое время они подошли. Подполковник махнул рукой на могилу, сам он на нее даже не глянул, может по каким-то своим внутренним убеждениям, может ему она просто осточертела. Но девушки уже без подсказки подполковника ее узнали. Она была такая же, как в их снах, точно такая же, те же буквы, те же слова, то же дерево странной формы.
     Девушки сначала попятились назад. Кристина закурила, когда она волновалась, то могла выкурить пять сигарет подряд, даже не заметив.
     - Ну, вот мы и здесь... Здесь зачат весь наш кошмар…, - сказала Кристина, пустив в воздух кольцо густого синего дыма.
     - Ну что ж... эмм... надо копать..., - нехотя сказала Диана.
     - Что?! Копать? Да вы с ума сошли?!! - выкрикнул подполковник.
     - Нет, ну а вы что хотели?! Вся информация находится внутри гроба! По-другому никак… либо копать, либо мы так и ничего не узнаем, – вспылила Диана, удивившись, что следователь сам не догадался.
     - О, боже!! Мы ведь даже не знаем, есть ли там вообще что-то! К тому же на это ведь нужно специальное разрешение и согласие этой женщины, мы не можем просто так взять и вскрыть могилу! – но видя, что девушки настроены очень решительно, он лишь поднял глаза к черному небу. - Хорошо, где лопаты будем брать? Не руками же, в конце, концов, копать-то…, - сходил с ума подполковник.
     - У охранника, – застенчиво сказала Диана.
     - Нет, ну вы конечно умницы, ничего не скажешь. А раньше вы не могли об этом сказать?! Сейчас опять возвращаться к воротам… О, боже зачем я с вами связался только…, - психуя причитал подполковник. – Ладно, я поехал до охранника, а вы пока побудьте здесь. И ничего не предпринимайте без меня, а то натворите здесь дел. Расхитители гробниц, чтоб вас…, - садясь в автомобиль, негодовал полицейский.
     Девушки стояли возле могилы, чувствуя свою вину и небольшую угрозу исходившую, от окружающей обстановки. Не смотря на умиротворенность, все-таки было страшновато, остаться здесь одним.
     Машина Николая Антоновича, виляя своим синим багажником, тихо скрылась из виду. Стояла давящая тишина. Кристина беспокойно озиралась по сторонам, что в принципе делала и Диана. И вдруг что-то произошло. У девушек начало сначала темнеть в глазах, потом закладывать уши. Это продолжалось где-то с минуту. Потом снова все стихло.
     Девушки в беспокойстве, и с паническим взглядом, подошли ближе друг к другу.
     - Что этттоо было? – трясясь, спросила Диана.
     Но Кристина не успела ответить, чувство угрозы стало нарастать. Оно стало таким ощутимым, что сводило с ума. У девушек нарушился фокус. В глазах начало двоится, троиться. И вдруг раздался звук, крик, но крик был каким-то неестественным, глухим, он давил на уши с такой силой, что у девушек подкосились ноги и они рухнули коленями на землю. Кристина схватилась за голову, казалось, что она сейчас расколется пополам. Все вокруг тряслось, как в плохом телевизоре, становилось каким-то черно-белым. Спустя минут пять ужасающих пыток, девушки не очень далеко от себя рассмотрели мужскую фигуру. Она приближалась какими-то перебежками, мерцая, исчезая и снова появляясь все ближе и ближе. В момент, когда Кристина потеряла сознание от боли в голове, фигура приблизилась к Диане вплотную.
     Глаза... Они пылали такой яростью и ненавистью. Рука, белая как снег, протянулась к лицу девушки. Диана от страха закрыла глаза, она не могла даже кричать. Звук все усиливался, журналистка вот-вот сама потеряет сознание. Юноша кричал, не открывая рта прямо ей в лицо, истошный вопль, он причинял страдания, оставляя в груди лишь пустоту.
     Помимо крика, появился еще какой-то посторонний звук, что-то вроде тихого шептания, было не разобрать что, да и возможно ли разобрать все это при такой боли в голове. Его присутствие ощущалось каждой клеткой организма, сила и ярость, исходившая от него, заставляла трепетать сердце.
     Он оказался материальным.
     Диана попыталась кричать, но ничего кроме слабого писка выдавить из себя не смогла. Он наклонился. Девушка стала различать буквы, при этом звук похожий на крик, достиг отметки «невероятно». Она различила что-то похожее на «тебя», или ей только показалось? Это слово повторялось, двоилось, растягивалось, отдалялось и приближалось одновременно, будто зажевало пленку в кассете. А потом она четко и ясно услышала.
     Парень говорил.
     - Рожжждение, привносит в жизнь страххх самозабвеееения. Чья-то человеческая плотттть принесет покаяяяяние разззуму, - он смотрел, совсем не моргая, заглядывая в душу девушки, казалось он знает все, все ее мысли, всю ее жизнь.
     - Я не понимаю… зачем ты являешься к нам, что ты хочешь? - сквозь слезы боли шептала Диана.
     - Отдаааай, то, что принадлежит мнееее. Само состояние жиззззни, укажет дороооогу. Я буду ряяяядом, я всегда ряяяядом. Матеееерия, которую ты привыклааа видеть, исчеззззнет. Хочешшшшь наййййти меня? Я не скрываюссссь… Утром все изменитсяяяя, поменяетсяяяя, всееее, что ты знала, всееее что умела, канет в небытиееее! Разрушение должно произоййййти! Сольютсяяяя воедино жизнь и смеееерть, страданияяя! Даййй мне возможность быть рядомммм, протянииии мне свою руку… я тебе покажууууу… всееее…, – мальчик смотрел на Дину, очень яростно, будто она в чем-то виновна, перед ним.
     - Я не совсем понимаю, что ты говоришь. Кто ты? Объясни толком. Что значит, канет в небытие? Я умру? Что ты имеешь в виду? - журналистке казалось, что она вот-вот раствориться.
     - То, что незрииииимо заговорииииит, то, что вииииидимо, услышшшшит! - его черные блестящие глаза, были в каких-то пары сантиметров от глаз Дианы.
     - Я тебя не понимаю…, - девушка чувствовала, что проваливается куда-то в бездну.
     - Не ускользайййй! Душа имеет формулу, не всеееее материалллльное существуууует… я буду ряяяядом, буду тобойййй, я подарю тебе то, что принадлежжжжжит толькоооо мнеееее…, - с этими словами мальчик начал отдалятся, пока не исчез совсем. Диана потеряла сознание.
     Первой в себя пришла Кристина. В голове была только пустота. Девушка еще не осознала, как она потеряла сознание, что происходило. Она стала оглядываться по сторонам и вскоре взглядом наткнулась на Диану. Подруга лежала на боку, из ее ушей стекала густая, почти черная кровь. Кристина испугалась и подползла к девушке, стала нащупывать пульс, к великому счастью он был, но подруга была без сознания.
     Крис хотела было встать, но ноги оказались такими тяжелыми и вялыми, что если она попытается, то обязательно рухнет. Девушка обернулась на шум, это ехала синяя шестерка подполковника. Видимо, Николай Антонович взял лопаты.
     Машина подъехала к алее и полицейский вместе с лопатами направился к девушкам. Увидев, что что-то не так, подполковник бросил на землю лопаты и побежал до своих спутниц.
     - Черт возьми, что здесь произошло?! - поднимая Кристину, крикнул подполковник. – Ни на минуту вас нельзя оставить! Я жду.., - уже спокойно сказал Николай Антонович.
     Кристина стала объяснять, что они услышали какой-то звук, такой сильный, что подкосились ноги, сами по себе. И что она не знает, как она оказалась на земле, видимо потеряла сознание.
     Подполковник поставил обмякшую девушку на ноги и приказал стоять. Подойдя к Диане, он заметил, что та открывает глаза, тихонько как после долгого сна. Он помог ей присесть и задал тот же вопрос что Кристине.
     Журналистка видела все как в тумане, полная расслабленность. Тело ее не слушалось, и в ушах стоял гул, как от ветра. Она приподняла голову и взглянула на Николая Антоновича.
     - Он говорил со мной…, - себе, а не подполковнику сказала девушка. Естественно, что такая фраза породила множество вопросов. Диана поведала своим спутникам историю произошедшую ранее.
     Немного поразмыслив над сказанным, Кристина подумала, что пора заняться делом.
     - Знаете, это все конечно очень интересно, но скоро вот-вот будет глубокая ночь… я не особенно хотела бы здесь оставаться до утра… может, мы начнем? – предположила она.
     - Да ты права, начнем, - сказал подполковник.

     Глава VI
     Черное дело или никогда не разоряйте могилы!
     Ночь уже давно вошла в свои владения. Поднялся сильный северный ветер, становилось холодно. Трое на кладбище делали свое грязное дело.
     - Мы копаем уже с полчаса! А этого чертового ящика все нет и нет, и судя по всему не предвидится! - причитала Кристина, обливаясь потом.
     - Да здесь он, руку на отсечение даю…, - Диана уже порядком устала, но продолжала копать.
     - Может, передохнем? Я уже не так молод…, - застонал Николай Антонович.
     - Да давайте перекурим! Я больше не подыму это грязное месиво (тут, наверное, имелась в виду земля) пока не наполню легкие дымом! – бросив лопату на землю, Кристина оттряхнула штаны от комьев сырой земли.
     Курили молча. Диана увлеченно рассматривала листочек у себя под ногами, или делала вид, что ее он очень заинтересовал, вообщем казалась какой-то отрешенной от всего. Состоявшийся разговор не шел у нее из головы, но думать о нем не хотелось, наверное, она просто боялась, или со страхом ожидала следующей встречи.
     Кристину в это время заботило, только одно… почему гроба до сих пор не видно под землей... может его там вовсе нет? Может захоронение перенесли? И что вообще они там хотят найти? Она была бы рада сейчас оказаться в своей теплой квартире, где открывался прекрасный вид на строящееся здание, ну и, конечно же, на лес, не густой, но вполне порядочный.
     - Ладно, давайте продолжим..., - Кристина глубоко вдохнула табачный дым и бросила окурок в вырытую яму.
     Они, также молча, встали, взяли ненавистные лопаты и продолжили раскопки. Земля с трудом поддавалась, наверное, они просто уже так сильно устали, что лопаты теперь кажутся налитые свинцом, а может и действительно земля не хотела открывать свои секреты, не хотела делиться, и старалась как можно скорее утомить пришельцев, так нагло посмевших вторгнуться в ее нутро.
     Луна светила ярко и непринужденно, вокруг было очень тихо, не считая размеренного звука от лопат и редких вздохов. Ветер уже неистовал, он дул отовсюду, заставляя низко клониться деревья. Томительное занятие казалось, не кончится, как вдруг лопата подполковника глухо стукнула, о какое-то препятствие. Все заворожено остановились, воцарилась тишина… воображение расхитителей понеслось бурной рекой, они постояли с минуту, предвкушая победу, каждый надеялся на что-то свое, но одна мысль была у всех одинаковой «вот и все, мы найдем тебя».
     Откопав гроб до возможности открыть крышку, все трое припали к ящику. Запах от сгнившей древесины резко ударил в нос, а еще запах чего-то инородного и до ужаса противного, что закружилась голова, подступил комок к горлу…
     - Не может этого быть…, - шепнул подполковник, он уже знал, он прежде уже слышал этот запах. Он водил глазами по крышке гроба, такой дряхлой, как будто ей лет триста не меньше, коснись ее и она распадется на молекулы.
     - Что за вонь! - не выдержала Кристина.
     - Такого ведь не бывает верно? Это не возможно. Прошло 3 года, там ведь ничего не должно уже быть, кроме костей… я не права? - Диана с сомнением взглянула на Николая Антоновича.
     - Там вообще ничего не должно было быть! Никогда! Его ведь не хоронили, в могиле никого не должно быть, она должна быть пуста! - Николай Антонович, начал приходить в ярость, его эта бесовщина начала выматывать. Он только успел забыть про все, что с ним происходило, как вдруг все снова закружилось вокруг него.
     - Ну что ж… откроем? - с нескрываемым страхом и отвращением спросила Кристина, подойдя вплотную к ящику.
     Они нервно переглянулись. У Дианы дрожали руки от ужаса и волнения, она не хотела смотреть на разлагающуюся плоть.
     Взявшись за крышку, они потянули ее на себя, но она не шелохнулась. Отсырела за время, проведенное так глубоко под землей, плюс гвозди вбитые в гроб, она трещала, но не открывалась. В какой-то момент показалось, что она вот-вот сломает или рассыплется у них в руках.
     - Стоп! Подождите, она намертво забита. Я возьму лопату, - Николай Антонович поднял лопату и стал железом водить по основанию крышки. – Вот теперь давайте…, - он начал с силой давить на черенок лопаты вниз, чтобы гвозди вышли из своего гнезда.
     Крышка издала неприятный звук и встала на ржавые петли.
     - Господи… это просто невыносимо…, - Кристина зажала ноздри.
     Николай Антонович как человек, более привыкший осторожно заглянул внутрь. Картина оказалась не такой страшной, как все ожидали. Внутри лежало тело… парень, двадцати трех лет, рост примерно 175 сантиметров, одежда была та же, что они видели на нем, черные мокрые джинсы, а также рубашка, вся покрытая пятнами. И странно было то что, скорей всего он лежал тут уже давно, а тело даже еще не поддалось тлению, оно было абсолютно чистым, никаких трупных пятен, никакого признака разложения, даже намека. А еще подполковника смутила крышка гроба. Она была слишком стара для такого тела, и не соответствовала по времени и запаху.
     - Ну что там? Совсем все плохо? - прошептала Диана, приближаясь.
     - Нет… вы можете взглянуть, тут нет ничего страшного… берите что хотели и уходим..., - резко сказал подполковник.
     Подруги подтянулись.
     - О боже…, - Диана в ужасе отшатнулась, ее всю затрясло, - как это возможно?! Ведь в гробу никого не должно быть! - прерывисто дыша, шептала журналистка. – Вы нам не все рассказали да?
     - Я вам все рассказал! Его там не должно быть! Подумайте хорошенько! Вас ничего не смущает?! - пришел в ярость подполковник.
     - Ну да... есть немного… тело слишком молодо выглядит, в смысле, совсем не разложилось…, - с отвращением проговорила Кристина.
     - Да подождите же вы! Вы что не слышите меня?! Как он там оказался вообще!? Господи, это похоже на чей-то бред…, - Диана не могла поверить своим глазам.
     - Бред… но…, - не успел договорить Николай Антонович, как девушка вновь на него набросилась.
     - Так, а это, по-вашему, кто?!! Ведь это же он! Я его узнала, сразу! Что-то в вашем рассказе, дорогой Николай Антонович, не ладиться, - с сарказмом поддела подполковника Диана.
     - Ты меня спрашиваешь? Я не знаю, как здесь оказалось ЭТО!! Я все вам рассказал, как было! Это все чья-то дурацкая шутка! Как в этой могиле оказался он, если он даже не умирал, я видел его своими глазами! - выпалил подполковник.
     - Давайте соблюдать спокойствие! Сейчас 2 часа ночи, уже утро не за горами, а мы стоим и спорим о теле парня, находясь в его могиле!! Может, обсудим это позже? Или вы тут до рассвета хотите орать, на все кладбище?! Берем, что хотели и убираемся отсюда ко всем чертям!!!! - привела всех в чувство Кристина.
     Спорщики не нашлись что ответить. Крис была права, сейчас не время и не место, это обсуждать. Сквозь страх и чувство опасности, они стали шарить руками под телом юноши, но это оказалось не только противно, но и крайне сложно. Руки не слушались, не могли подлезть, как следует. Как будто парень весил килограмм сто не меньше, но его фигура доказывала обратное. Тяжесть тела была непонятной.
     - Надо его вытащить, – так просто сказала Кристина, - что вы на меня уставились? А как еще достать вещи?
     Диана с подполковником посмотрели на девушку, потом друг на друга и брезгливо взялись за тело.
     Журналистке досталась его голова и плечи. Она аккуратно, даже с какой-то нежностью просунула руки под его подмышки. Парень как будто хотел, чтобы его вытащили, будто этого и добивался. Когда они втроем стали его тащить на себя, тяжесть резко ушла. Тело оказалось мягким, оно не закостенелое. Как будто он только что умер, совсем недавно, может полчаса назад, а может и раньше, что, конечно же, было невозможно. Она хотела сказать об этом остальным, подняла глаза на своих спутников, но увидев недоумевающий взгляд Кристины, она поняла, что они уже и сами обо всем догадались.
     Парень, совсем легкий, как будто ничего не весил, с легкостью уложился на руки расхитителей. Его мертвое, но прекрасное лицо, смотрело прямо на Диану. Девушке даже почудилось, а может и не почудилось, что он открыл глаза и пристально смотрит на нее.
     Смерть совсем его не коснулась, она слегка притронулась, о чем говорил его бледный цвет кожи. Его тело создавало впечатление еще недавнего тепла, будто еще где-то очень глубоко в сердце бился обессиленный пульс. Диане стало тоскливо, она думала, опуская его тело рядом с его холодным и вечным капканом, зачем господь забирает таких юных и красивых людей, что такого сделал этот юноша? В чем он виноват? Такая красота, на век, запечатленная в чертах человека, канула в пропасть, в небытие.
     - Ну, вот и славно…, - отметил подполковник о проделанной работе. – Давайте с этим покончим. Диана, ты как? Все нормально?
     - Ах... да, все отлично, - и добавила про себя, - «я тебя теперь никогда, наверное, не смогу забыть».
     - Тут, записная книжка и еще какое-то борохло, - сказала Кристина, обшаривая гроб.
     - Давай бери все, а там уже разберемся, что борохло, а что нет, - поторопил Николай Антонович, как вдруг услышал крик. Он резко обернулся, это кричала журналистка. Подполковник подбежал к девушке. Диана смотрела на полицейского глазами полными ужаса, она просто задыхалась от страха, стук ее сердца был слышен даже на расстоянии.
     - Что случилось?!! - подбежала Кристина.
     - Что с тобой? Что так испугало тебя? - участливо спросил Николай Антонович, но через секунды две понял сам.
     Глаза парня были широко открыты! Можно было подумать, что они случайно открылись, когда его переносили, но это было, нет так. Он смотрел. Все замерли, кроме Дианы, она затряслась словно от судороги. Юноша, не мигая, смотрел на всех троих, шевеля глазными яблоками. Его губы слегка приоткрылись, совсем чуть-чуть, с трудом, как будто у него кончились все силы и внезапно все прекратилось. Он снова лежал неподвижно.
     Выйдя из кататонии, Николай Антонович, схватил Диану под руки и вытащил наверх.
     - Кристина, все взяла?! - крикнул он.
     - Все! - откликнулась девушка.
     - Валим отсюда!! - отозвался подполковник.
     - Так нельзя! Его нужно положить на место!! Вы что?!! - возмущенно, крикнула Кристина.
     Николай Антонович, спрыгнул к девушке.
     - Ты его туда затаскивать будешь?! Ты что ничего не видела?! Или ты считаешь это нормальным?! - Николай Антонович, схватил девушку за руку и силой потащил наверх.
     - Нет так нельзя, его нужно положить обратно и закопать! Это вандализм!! Это статья!! - сопротивлялась девушка.
     - Какая статья?! Его там быть не должно!! Быстро вылезь отсюда! – кричал подполковник.
     Он схватил Кристину еще сильнее за запястье и резко потащил наверх. Она сопротивлялась какое-то время, но мужчина очень крепко и сильно ее держал.
     Диана тем временем, обняв свои колени, сидела на холодной и влажной земле, слегка покачиваясь. Она еще не вышла из состояния шока, и поэтому она им сейчас не помощник.
     - Чтобы, я еще раз с вами связался! Зачем я только поехал…, - жаловался подполковник. - Все, рвем когти! - торопясь сказал он.
     Николай Антонович закинул Диану на плечо, как мешок картошки, а Кристину таща за руку, быстро побежал к машине. Они бежали быстро. Но автомобиля все нет и нет.
     Приключения не закончились.
     Стон, остановил их. Громкий, отчетливый. Затем плач, такой сильный, навзрыд, казалось, сама боль плачет, потом легкий шорох, листва мягко расходится, под беззвучными шагами.
     - Что это!!! - взвизгнула Кристина, даже не обернувшись.
     - Что бы это ни было… а я догадываюсь что это… он идет к нам!!! Бежим!!! - крикнул Николай Антонович и пулей помчался к автомобилю.
     Бег, словно вечность, не заканчивался, машины все не было.
     - Он убьет нас! Где ты припарковал, свою развалюху!! - крикнула Кристина, как увидела горящие фары.
     Бег стал еще быстрее, и усиливался с каждой секундой обжигая икры. Добежав до машины, они быстро стали впихивать Диану в салон, а затем влезли сами.
     - Гони!!! - кричала перепуганная девушка.
     Рев мотора, машина тронулась с места, но слишком медленно. Журналистка вздрогнула снова. Он успел прибежать к ним, или дойти? Он схватил ее за плечо, через открытое окно. Раздался снова этот звук, тот который Диана слышала, перед тем как потерять сознание. Николай Антонович, резко нажал на тормоз, и схватился за голову.
     Парень шептал, он обращался на этот раз ко всем сразу.
     - Останьсяяяя тут… я покажуууу тебе всееее... я буду ряяяядом с тобойййй, я буду твоими глазамиииии…
     Последнее слово эхом раздалось по всей округе, задрожало и все резко закончилось. Тишина, только шум двигателя, ничего больше.
     - Езжай!! - Кристина, охрипла от крика, - Ну же! Езжай! Гони мать твою!!!
     Подполковник, очнулся, словно ото сна. И нажал на педаль газа.

     Глава VII
     Пропажа
     Когда подполковник открыл дверь своей квартиры, на часах было уже половина четвертого утра. Весь в грязи, уставший, опустошенный он не снимая одежды и обуви, направился прямиком в гостиную. Мысли несли куда-то сквозь время, дни, годы. Вспоминал прошлое. Он пытался сложить в едино картину, увиденную сегодня ночью, днем, утром. Сравнивал даты, вспоминал разговоры, услышанные накануне и в этот день. Все становилось более невероятным, запутанным, туманным. У него ничего не получалось, звенья этой цепочки событий не складывались, это не давало покоя. Каждую минуту он думал об этом юноше. Что могло произойти с человеком, чтобы он стал таким? Кто он? Эти видения, сны, странные случайности… . Может быть это паранойя? Неужели пришло время, когда его мозг всегда холодный и расчетливый сдался, дал слабину?
     - Нужно прийти в себя. Принять душ, выпить бутылку пива, а может и две и тогда только все обдумать, а то уже мозг закипает..., - сказал сам себе подполковник.
     Он медленно встал с дивана и направился в ванную комнату. Умыл холодной водой уставшее лицо, казалось, он постарел за этот день лет на пять. Он долго смотрел на себя в зеркало над умывальником, прежде чем принять душ.
     Он наслаждался каждой каплей воды, она словно смывала с него годовую усталость, освежала, приводила в чувство. Он ни о чем не думал, не хотел думать, как вдруг его блаженство прервал звук, доносящийся из комнаты. Там что-то падало.
     Николай Антонович выключил воду и стал вслушиваться, звук предметов падающих на пол, стал громче. Подполковник осторожно, тихо взял полотенце накинул его на бедра и открыл дверь ванной. Сердце колотилось как бешенное. Он холодной поступью, как рысь медленно приближался к комнате, из которой доносился этот звук, но стоило ему подойти вплотную к дверному проему, как звук исчез. Николай Антонович резко заглянул в комнату. Его вещи были раскиданы по всему полу: вазы, горшок с карликовой пальмой, часы, портрет его матери – все, что когда-то стояло на своих местах.
     - И как это?…, - недоумевал мужчина. И тут раздался шорох. - Черт возьми... что это? – в испуге он спрятался за косяк. В комнате блуждала чья-то тень, осторожно шаря руками среди сваленных на пол вещей. Николай Антонович, не входя в комнату, стал пристально наблюдать. Было не понятно, что это, чья это тень, очертания были размыты, но он уже знал или подозревал, что это тот, кто нарушил его покой. Тень рыскала что-то, осторожно приподымая листочки бумаги, разложенные на тумбочке для телевизора. Подполковник хотел войти в комнату и посмотреть на того кто бесцеремонно хозяйничает у него в квартире. Но стоило ему сделать шаг за порог, как его какой-то нечеловеческой силой отбросило в коридор. Он ударился головой о шкаф, так что тот не выдержал и сломался, накрыв Николая Антоновича сломанной дверью.
     Немного оклемавшись, он с трудом поднялся, сильно болел затылок. Заглянув в комнату, он ничего не обнаружил. Непрошенный гость, видимо нашел все что хотел и растворился.
     - Что он тут забыл? - он открыл верхний ящик тумбочки, вспоминая то, что в нем лежало, чтобы понять, что искала эта тень и кажется, нашел.
     В этом ящике Николай Антонович, хранил все свои фотографии. Просмотрев их, он обнаружил, что одной не хватает, той, которую сделали коллеги на день его рождения.
     - Что такое? Зачем ему моя фотография? - растеряно, проговорил полицейский.
     ***
     В это же время в квартире журналистки отчаянно летали предметы. Ее фотографии в стеклянных рамках с грохотом падали и разбивались. Дверцы шкафа резко открывались и закрывались. Телевизор закачался и повалился на бок.
     Тень нагло раскидывала все, что имелось в комнате. Она ломала и крушила все, что попадалось ей под руку. Затем бурная деятельность прекратилась.
     Девушки, простояв на кухне минут десять не решались войти. Осторожно и медленно Диана пошла в комнату посмотреть, что же там произошло. Она пришла в ужас и гнев увидеть разруху. Все оказалось переломано и разбито. Аккуратно переступая через битое стекло и то, что было ее имуществом, она стала поднимать вещи с пола. Девушка от злости заплакала, все испорченно. Кристина помогала раскладывать вещи и выбрасывать, что оказалось негодным. И когда на полу остались лишь осколки взгляд Дианы остановился на разбитой рамке из-под фотографии. Она была пуста.
     - Ты никакое фото не находила? – поинтересовалась Диана.
     - Нет, тут ничего не было, а что? – не понимала Кристина.
     - Моя фотография пропала… ее нет, - растерянно проговорила девушка.
     - Какая фотография? – нахмурив брови, спросила подруга.
     - Та где мы с тобой в парке под елью, помнишь? Я еще хотела тебе ее распечатать? – Диана пристально смотрела на подругу, та в ответ лишь кивнула.
     - Я не соображаю, зачем ему наша фотография, - отчаянно сказала Диана. – Как ты думаешь? Похоже что сегодня он нас не оставить в покое... я так вымоталась.
     - Я не знаю... отказываюсь знать... это абсурдно, на кой черт надо было учинять этот разгром?! Чтобы всего на всего забрать фото? Он что хочет провести какой-нибудь ритуал..., – не подумав промолвила Кристина.
     - А вдруг ты права? - начиная терять над собой контроль, спросила Диана.
     - Дина, какой ритуал? Для чего? Я это выпалила просто от злости! Моя голова сейчас взорвется..., - взмолилась девушка.
     Диана хотела выказать свои догадки подруге, но увидев, сколь измученной она выглядит, решила отложить до утра.
     - Ладно, ложись, отдыхай, я соберу осколки… он разбил мою любимую фарфоровую куколку, - оценивая ущерб, нанесенный непрошенным гостем, сказала Диана.
     - Хорошо я пошла, у меня не осталось сил, - согласилась Кристина, понимающе глядя на подругу.
     Она легла на диван и прикрыла глаза. Диана тем временем, кляла все на свете, собирая с пола стекло, ее кружка с логотипом издательства, которую ей подарил начальник, была теперь мелкой грудой осколков. Раздавшийся телефонный звонок, заставил Диану отвлечься.
     - Да, слушаю, - вяло отозвалась журналистка.
     - Амм... я знаю что поздно, извини, просто тут кое-что произошло, я хотел бы это обсудить, но обсудить я это могу только с вами, как оказалось, - Николай Антонович был смущен.
     - Да, конечно, я слушаю. Что случилось? - вежливо спросила Диана.
     - Видишь ли, я тут душ принимал и услышал этот странный звук, а когда заглянул в комнату, то увидел, как что-то темное ходило по комнате и рылось в моих вещах, а попытавшись войти в комнату, я отлетел на два метра в собственный шкаф. А потом он исчез и с ним моя фотография, не знаю, зачем она понадобились ему, но все это как-то диковато. Да и моя гостиная похожа на руины, после его визита, - загадочно сказал подполковник.
     - Звук? Мы тоже его слышали, я тут осколки собираю по всей комнате, он все разбросал, и моя фотография тоже пропала…, - сказала Диана, расстроившись, последнее время это ее привычное настроение, она уже забыла, когда в последний раз улыбалась.
     - Есть предположение, для чего ему они? - Николай Антонович чувствовал себя крайне скверно.
     У подполковника имелось свое предположение, но он ожидал его услышать от собеседницы. От его собственной догадки ему делалось не хорошо, да и по возрасту такие мысли, казались до смешного дикими.
     - Вы не думаете, что это может быть как-то связано с тем, что сегодня произошло на кладбище? - устало спросила Диана, она уже настолько привыкла к странным вещам, что с ней происходили за последнее время, что уже все становиться обыденным.
     - Возможно, я тоже об этом подумал… только зачем ему наши фотографии? Может он хочет совершить… эмм…, - подполковник помедлил, а затем произнес, - нет чушь... не забивай голову.
     - Вы хотели сказать ритуал? Или обряд? Вполне, у нас тоже промелькнула эта мысль, а почему нет, только какой… а может он просто хочет узнать нас получше, изучить, как подопытных кроликов, чтобы знать как действовать нам на нервы в дальнейшем?! - вышла на мгновение из себя Диана, но чуть позже извинилась, - Прошу прощения… просто уже все достало это…
     - Ничего я понимаю, я не слишком тебя отвлекаю? - участливо спросил подполковник.
     - Нет, я даже спать не хочу, после всего, что сегодня произошло. У меня не идет из головы, то, что мы сегодня видели, а больше меня заботят его слова, если конечно я их действительно слышала, если это не иллюзия… что он хотел этим сказать, что ему нужно? Он говорил, что он не прячется от нас, я так понимаю, что в любой момент мы, если захотим, можем его увидеть… может я ошибаюсь. Почему он вообще ко мне явился? Я что самая рыжая? Или у меня на лбу написано: «Всякая чертовщина – это ко мне», как лозунг, - высказала Диана.
     Николай Антонович медлил ей ответить. В его голове роились воспоминания, которыми он не хотел ни с кем делиться, но очевидно придется. Когда-то бы настал тот момент, когда нужно все рассказать и этот момент настал.
     - Ну, во-первых, ты ни одна слышала его слова, а все мы их слышали насколько могли. И я действительно тоже не понимаю, что он имел в виду. Да и… наверное надо было сказать раньше, но я все как-то не решался, а потом забывал… в общем я уже очень давно вижу этого парня, с того самого дня как побывал в первый раз в том районе. Я когда впервые увидел его там на улице, меня стало преследовать чувство страха. С тех пор я не могу от него избавиться. Сначала все мне казалось безобидным. Знаешь подумал, может переутомление, или просто какая глупость, но он стал приходить ко мне во снах.. я просто мучился кошмарами, да и до сих пор мучаюсь, я уже и не помню когда нормально высыпался… а потом эти кошмары стали приходить и в реальной жизни… я постоянно его вижу, когда читаю газету, смотрю фильм, он нет, нет да и появится и все время я вижу его в одной и той же позе, он указывает пальцами куда-то ко мне за спину, но самое жуткое это когда он приближается…, - исповедовался Николай Антонович.
     Диана была не в восторге от такого заявления. Она была в смятении. Если подполковнику что-то известно, почему он не поделился этим с ней. Что он знает? Почему молчит? Неужели нельзя выкладывать все факты, до того как это зашло слишком далеко? Но решительно обдумав, не стала наседать на подполковника, если он молчал, следовательно, на то были свои причины.
     - Значит, вы тоже его видите, а как вы можете это объяснить, почему он к вам приходит? У вас есть какие-то версии? - заинтересовалась Диана.
     Николай Антонович часто размышлял на эту тему, но к логичному решению так и не пришел. Много бессонных ночей он посвятил этому вопросу, но ответа не было.
     - Знаешь я спустя несколько его визитов ко мне, тоже понял что парень этот не живой, ну что он призрак что ли. Сначала я думал, что он хочет, чтобы его нашли, ну знаете, может быть, если бы я нашел его тело, тогда может быть он ушел бы… но потом моя версия провалилась с треском…, - не закончил подполковник.
     - Почему провалилась? Почему вы это знаете? - перебила его Диана.
     - Потому что, когда я стал активно его искать, стали происходить ужасные вещи… угрозы, в моей квартире появлялись угрожающие надписи, а самого меня преследовали несчастные случаи, то машина чуть не собьет, то на лестнице поскользнусь…все указывало на то, чтобы я оставил его в покое, иначе…, - тут он не договорил, голос его стал печальным, было не трудно догадаться что хотел, сказал подполковник.
     - Ясно, а других версий я так понимаю, у вас не возникало? - надеясь услышать, что все-таки возникало и что это может пролить хоть какой-то свет, на образовавшуюся, беспросветную тьму спросила девушка.
     - Да была одна, она до сих у меня имеется, но мне кажется, что это не так... в общем, я тут думал, может ему просто нравиться таким образом издеваться над людьми? Сводить их с ума? Может он какой-нибудь демон... или еще, какое сатанинское существо, посланное к нам, чтобы губить... уж не знаю... я готов уже поверить во что угодно, лишь бы это объясняло происходящее... если подумать, ну не может же он бесцельно являться…, - высказал свою догадку Николай Антонович.
     Догадка подполковника, что это может быть демон, заинтриговала Диану. Однако и эта версия скорей всего ложная предпосылка. И правда, с какой стати демону являться к этим троим, они ничем таким не отличаются, чтобы ими подобное существо могло заинтересоваться.
     - Знаете, я вообще больше склоняюсь к тому, что это все-таки призрак, просто я думаю, что демон, выглядел наверное иначе… хотя версия с демоном достойна внимания… да и что мы можем о них знать вообще? Я никогда даже не читала о подобных существах… я если честно признаться и библию, то ни разу в руки не брала. Можно конечно проверить, поискать материал, хоть что-нибудь, может быть, что-то аналогичное происходило с кем-то еще…, - предположила Диана.
     - Да хорошая мыль! Займись этим завтра. И я думаю, что… те люди не сумасшедшие. Доктор сказал, что он лишь плод фантазии, но я знаю, что это не так, не может к пяти разным абсолютно людям приходить одна и та же галлюцинация. Это просто немыслимо. Это не поддается никакой логике, даже самой изощренной. Так что доктор этот - лопух. Давайте завтра с вами встретимся, если вы не заняты... где-нибудь в кафе, можно близко к вашему дому, чтобы вам не ездить далеко… и все обсудим. Как смотришь? - спросил подполковник.
     Сейчас Николай Антонович, подумал, что к чему-то приблизился. Что скоро он найдет начало у клубка ниток, схватится за него покрепче и станет тянуть из последних сил.
     - Да думаю было бы не плохо. Давайте завтра в двенадцать утра встретимся. Около моего дома есть отличное кафе, там и встретимся, – хотя конечно, она уже и сейчас все это хотела обсудить, но на часах уже почти утро.
     - Договорились, сладких снов, – улыбнулся подполковник и был рад, что рассказал часть того что его тяготило все эти годы, даже на душе стало чуть-чуть, но светлее.
     - И тебе тоже, до завтра, – Диана положила трубку, последняя фраза подполковника смутила ее, он сказал это так словно они были любовниками. У Дианы само собой поползла похотливая улыбка. Взглянув на мило спящую подругу, девушка шепотом, в котором ощущалась влюбленность, сказала: – Спишь... хорошо тебе… как же я рада, что все-таки я не одна и есть такая подруга, которая понимает в таких нестандартных ситуациях, плюс подполковник, - и она мечтательно вздохнула.
     ***
     Утро вновь было пасмурное, пошел дождь мелкий моросящий, но холодно не было, земля, все же успела прогреться за вчерашний день и еще не успела остыть. Серое томное небо навевало хандру и неизбежный приход зимы. Слабый, но теплый ветерок спокойно вползал в открытое окно квартиры и как хозяин просматривал каждый листочек, оставленный на журнальном столике, возле не работающего после вчерашней трепки телевизора, аккуратно ими, шелестя, боясь разбудить спящую девушку.
     Кристина сидела на кухне за столом, смотря в окно и спокойно попивая крепкий горячий кофе. Она уже почти допила его, как услышала шорох в комнате, где спит подруга. Крис ничего не знала о разговоре Николай Антоновича и Дианы, и не представляла, чем они сегодня будут заниматься, будут ли что-то обдумывать и решать. Привыкшая к размеренной жизни девушка, за последние дни чувствовала себя очень усталой. Если в ее жизни что-нибудь и происходило даже какая-то мелочь, то это событие становилось эпохальным. Жизнь девушки протекала по своему тоненькому руслу, которое лишь изредка петляло, она не привыкла к постоянным погоням за сенсациями как ее подруга, к каким-то расследованиям как Николай Антонович и к неожиданным событиям, у нее все было по расписанию и все мероприятия шли точно по графику.
     - Проснулась, наконец, - сказала себе Кристина и тяжело вздохнув, закурила сигарету.
     Диана очнулась от глубокого сна, как разбитое корыто, она абсолютно не выспалась, хотя на часах уже было половина одиннадцатого. Проснувшись, девушка уставилась в белый потолок, пытаясь вспомнить, что она видела во снах, но убедившись, что ей ничего не снилось, медленно сползла с дивана.
     Журналистка себя ужасно чувствовала, присутствовало ощущение, что ее сейчас вывернет наружу. Она кое-как натянуло на себя синие джинсы и красную футболку с надписью «Жизнь логична», ей ее подарил коллега на день рождения, это была ее лучшая футболка, этот лозунг подходил под ее жизненное описание.
     Одевшись, Диана побрела до кухни.
     - Доброе утро, мне показалось или ты чуть располнела? - с сарказмом спросила Кристина у сонной подруги.
     - Спасибо за комплимент с утра, знаешь, как поднять настроение, нет, я не располнела, я скорей всего похудеть должна была, мы ничего фактически не едим уже который день, с чего бы мне полнеть? - равнодушно ответила Диана.
     - Значит, мне показалось, - улыбнулась подруга, а про себя добавила – «шутку не оценила».
     Диана на автопилоте зарылась с головой в холодильник. Кроме пары десятков яиц и соленых огурцов, там ничего не было. Она давно не была в магазине, питалась сухим пайком и изредка перекусывала бутербродами.
     Журналистку охватило отвращение, яйца она уже физически не могла потреблять, они у нее поперек горла стояли, а огурцы, тем более соленые, с утра, означало выпить потом шесть литров воды, со всеми вытекающими последствиями.
     Диана бесцельно пялилась в пустой холодильник, пока не сработал сигнал, говоривший, что не плохо бы закрыть дверцу, холод выпускаешь.
     - Сегодня с Николаем Антоновичем встречаемся в двенадцать у нас тут в кафе, обсудим план дальнейших действий. Да и нужно посмотреть, что мы там вытащили из могилы этого выродка, а то когда сматывались, даже не взглянули на клад, - злостно хлопнув дверку надрывавшегося холодильника, сказала Диана.
     - Когда ты успела с ним договориться о встрече? - поинтересовалась подруга.
     - Когда ты спала, - отмахнулась журналистка.
     Красный электрочайник и без того был горячий, но Диана движениями отработанными до автоматизма, снова его включила. Девушка всем своим поведением говорила о том, как ей хочется спать.
     Чайник отключился быстро и Диана с надеждой, что кофе хоть как-то ее взбодрит, налила в кружку кипяток.
     Они сидели молча, ожидая подходящего времени. Когда на часах затикало без десяти двенадцать они вышли за порог квартиры.
     - Вроде идет дождь, а мне душно, - возмутилась журналистка.
     Кристина не отреагировала на изречение подруги, искоса посмотрев на нее.
     Кафе «У друга» находилось совсем рядом с домом Дианы, а точнее на углу соседней пятиэтажки. Маленькое закрытое кафе, работает круглосуточно, вежливые официанты. Народа в нем всегда полно, всегда шумно и весело. Диана выбрала это кафе местом для встречи не потому что ей было лень куда-то далеко ехать, просто тут вряд ли будет кто-то прислушиваться к тому о чем они будут говорить, никого не интересуют чужие проблемы.
     Николай Антонович уже расположился за столиком в дальнем углу кафе, девушки ни сразу его нашли. Он сидел без формы, в которой они привыкли его видеть. На нем была желтого цвета футболка, которая подчеркивала все его идеально накаченные мышцы, темно-синие джинсы и черные кроссовки фирмы «Адидас». Угрюмый подполковник потягивал кружку холодного пива. Увидев девушек на пороге кафе, он приветливо помахал им рукой, приглашая к столу.
     - Добрый день, девчата, - как-то наиграно весело сказал подполковник, подмигнув им.
     - Приветик, - парировала Диана, слегка покраснев. От Кристины не ускользнуло то, что ее подружка залилась румянцем при виде Николая Антоновича. Похоже, что она влюбилась, но тут грех было не влюбиться, он действительно был очень красив.
     - Как спали? - спросил Николай Антонович, украдкой поглядывая на Диану.
     - Без происшествий, слава богу, - ответила Кристина, подумав, что она здесь явно лишняя. Они вели себя как дети, играя в переглядки друг с другом.
     - Вы принесли с собой его борохло, прямо в кафе? Да вы с ума сошли! - заметив сумку и сразу догадавшись о вещах, находившихся в ней, возмутился подполковник.
     - Без паники! - также возмутилась Диана.
     - Но ведь могут увидеть что там, другие люди, вдруг там что-то такое, что не для глаз людских, ты об этом не подумала? - все больше возмущался офицер.
     Журналистка глянула на подполковника как на параноика.
     - Тут на нас никто никого внимания обращать не будет, я тебя уверяю, я много раз здесь была, всем этим людям абсолютно все равно, что там у нас в сумке, - успокоила его Диана.
     - Надеюсь, ты знаешь, о чем говоришь, - сдался подполковник.
     Кристину тем временем занимало совсем другое: «Когда это они перешли на ты? Я что-то пропустила вчера?»

     Глава VIII
     Кто ты?
     Первым делом, что сделали Николай Антонович и Диана ввели в курс вчерашнего позднего разговора Кристину. Слушая их, у девушки глаза лезли на лоб.
     - Стоп! Давайте поговорим открыто. Вы что сбрендили? Какой к черту демон? Вы уж совсем-то не ударяйтесь в мифологию своим больным воображением. Напридумывали себе не бог весть что, и хотите, чтобы я это приняла как должное? Вам не кажется, что вы слегка заигрались в детективов? - ошарашилась Кристина, - Ладно Диана еще можно понять, но ты то? Ты же взрослый человек и вообразить себе такое. Не понимаю.
     Подполковник стесненно опустил глаза. Все-таки где-то Крис была права: он взрослый мужик, но сейчас тянул на пятилетнего.
     - Криси, ну хорошо, тогда как ты все это объяснишь, если, по-твоему, мы заигрались в детективов? Что ты скажешь на все это? - спросила Диана.
     - Да не знаю, по-моему, он просто придурок, - развела руками девушка.
     - Он конечно придурок, в этом даже я не сомневаюсь, но как тогда объяснить, что он имеет свойство исчезать, мерцать и открывать глаза, лежа в гробу сроком давности как этот мир, - сказал подполковник.
     Кристина не нашлась что ответить, - Допустим, вы правы. Это демон. Что вы о них знаете? Ничего, - Крис не верила своим глазам и ушам.
     - Может быть, его вещи нам что-нибудь расскажут, да и меня мучает вопрос, как ты сказал парня там быть не должно, в гроб вложили вещи, и кстати, хочу напомнить, что вы оба упустили одну деталь… вещи могу быть не его. Эта психованная же их туда вложила? Почему вы уверены, что это именно его барохло? Ну допустим можно предположить, что могила действительно его, уж не знаю…, тогда почему его тело за годы не истлело, хотя сам гроб выглядел, как будто прошел огонь и воду, что-то не складывается… только я это замечаю из всех или этому есть какое-то логическое объяснение, ты же фактически эксперт в этом, так расскажи нам как такое возможно? - набросилась на мужчину журналистка.
     За годы работы в правоохранительных органах Николай Антонович поведал многое, присутствовал даже при эксгумации, но это не имело никакого сравнения с тем, что он вчера видел.
     - Сказать честно, я вообще не понял, как он там оказался, это просто не может быть его могилой. Но у меня есть одно предположение, помните, как тогда в квартире я сказал, что он возможно наблюдает за нами, он знал что мы придем на эту квартиру, поскольку она единственное связующее звено, то логичнее было бы подумать, что именно туда мы первым делом отправимся. Понимаете к чему я клоню? Он знает каждый наш шаг. И это он нас ведет. Он оставляет послания специально. Поэтому он и лег в эту могилу или я не знаю, создал всеобщую галлюцинацию. Он просто играет с нами. И играем мы по его правилам. Ну, а гроб само собой понятно находился в земле и гнил, как тому и положено, - высказал свои догадки подполковник.
     Кристина схватилась за голову, она даже слушать ничего не хотела. Ход мыслей ее друзей ей бы ясен. Девушка, очень любила все мистическое и необъяснимое, но это только ее фантазии, а представить себе наяву, что существуют демоны и призраки, это было слишком даже для нее.
     - Нда.. если, возможно, может быть… ни одного факта… грубо говоря мы ничего не можем знать наверняка… это печально… Можно конечно допустить что вы правы, версия с демоном конечно все бы объяснила или хотя бы часть, - промолвила Кристина, - да и может быть мы перестанем придумывать, а просто начнем действовать? Может, хватит обращать внимание на необъяснимое и займемся тем, что можем найти?
     - А по-моему рассуждения Коли очень даже похожи на правду. Сама подумай. И Давайте, посмотрим, что внутри сумки..., – как-никак Диана была права, нужно уже что-то делать.
     Они переглянулись, помолчали, все глаза были устремлены на сумку. Предметы, захороненные глубоко под землей, могли дать ответы. Внутри сердец зародился маленький лучик надежды. Диана поняла по глазам, что все более или менее готовы к предстоящему зрелищу и поставила сумку на столик.
     То, что обнаружилось в сумке, было самое обыкновенное борохло. Там был маркер кричаще-зеленого цвета, черная кофта потрепанная временем и стирками, судя по всему не его, потому что уж больно велика, на взрослого мужчину, носовой платок возможно, парня, блокнот в кожаном коричневом переплете, и тетрадь объемом 96 листов. Ничего особенного или сверхъестественного. Они даже как-то расстроились не найдя там каких-нибудь магических предметов или может быть книгу-руководство по магии или еще какую-нибудь чушь. Из всего этого достойно внимания только тетрадь и блокнот.
     - Нда… и ради этого всего, мы там спины надрывали? Это же хлам какой-то! – взбесилась Кристина.
     - Да хлам еще тот, но тут есть тетрадь и блокнот, может в них что есть, - предположила Диана.
     - Что любовные послания? – невесело усмехнулся подполковник.
     Журналистка ничего не ответила, строго взглянула на собеседников и взяла в руки блокнот. В нем находились адреса и телефоны каких-то людей. Например, под одним из адресов было написано: «оля, маяковского 12, 17:00». Имя Оли было написано с маленькой буквы, судя по всему, она не представляла никакого интереса для парня. Таких записей было очень много, все имена были написаны очень неаккуратно, подчерк был просто ужасный и напротив каждого имени был написан адрес и время. Штампованных записей было очень много. Будто здесь он записывал места встреч или важных событий с этими людьми.
     - Эти адреса можно проверить, а тем самым проверить и слова доктора – по поводу массовой шизофрении. Но этим мы займемся позже, сейчас просмотрим тетрадь, вдруг что полезное, - Диана сделала сосредоточенное и умное лицо.
     Тетрадь была черная с фиолетовыми цветочками «очень странно, для парня, иметь такой раскраски тетрадь», - подумала Дина.
     Все склонились над тетрадью. Первые листы были густо закрашены синими чернилами, что даже если там что-то и было написано, то теперь это уже не узнать никогда.
     - Что-то явно старался скрыть, - заметил подполковник.
     Где-то начиная с середины тетради, пошли надписи, небольшие предложения, суть их была не ясна, просто набор слов, а может быть и послания, раз они написаны, значит, для него они имели определенную цену. Все ожидали, что там будет что-то типа: «кто кого обидел, когда и список тех кого «убить» в первую очередь».
     «Товарищи по несчастью» уже начинали отчаиваться, ничего ровным счетом было не понятно. Дина уже хотела захлопнуть тетрадь, как Николай Антонович ее остановил.
      - Погоди-ка… что там такое намалевано? - На оставшихся где-то 30 страницах было что-то написано, не ровно, смазано, писали чем-то, то ли темно-красным с оттенками коричневого, то ли коричневым с оттенками красного. От этой рукописи тетрадные листы стянулись, стали похожи на корку апельсина. Там где отрывалась кисть, или чем это было написано, оставались засохшие капли.
     - Смею предположить, - скромно начала Диана, - что это написано кровью, - и тут же поморщила нос.
     - Чьей кровью? – осторожно спросила Кристина, перетягивая на себя тетрадь, как будто Диана могла это знать, - его кровью?
     - Думаю да… хотя я уже не в чем не уверен, - рассматривая запись, ответил за девушку подполковник.
     В тетради было написано: «Осталось совсем немного».
     - Давайте поступим вот как, - собралась с мыслями журналистка, - мы сейчас идем все по своим делам, то есть я в свое издательство, попробую найти в газетах подобные случаи, посижу в интернете, постараюсь что-нибудь найти, вы Николай Антонович к себе на работу и займетесь адресами из блокнота, проверьте их, может среди этих людей, есть люди, которые знают его или видели. В общем, нужно нарыть на него как можно больше. А Кристина займется его портретом, съезди вот по этому адресу, - Дина протянула лист бумаги девушке, когда подруга успела найти специалиста, Кристина не имела представления, - а вечером мы с вами встретимся у меня дома где-то в 19:00, постараюсь не задержаться. Как вам план?
     - Хорошо я все выясню, насчет этих людей, - согласился Николай Антонович.
     - Коля, - обратилась к подполковнику Диана, - будь осторожен…, - смутилась девушка, своим собственным словам, что они вообще вырвались из ее рта, и быстро стала собираться на выход.
     - Ты тоже, будь осторожна, - улыбаясь ответил подполковник и тоже слегка смутился, как мальчишка.
     - Такое ощущение, что меня здесь вообще нет, моя безопасность походу никого здесь не волнует…, - обиделась Кристина, но Диане и Николаю Антоновичу, было не до ее обид, их занимало только одно общее с некоторых пор доброе чувство.
     Подполковник первым отвел взгляд. Николай Антонович, уж сто раз пожалел, что тогда приехал на вызов. К чему лишние слова. Все ответы, на этот и другие мучивших их вопросы лежали на поверхности, но до них было не дотянуться. Этот призрак или демон водит их по кругу, не давая приблизиться к разгадке и на йоту. Издевается, ему нравиться их мучать. Его вообще не покидало ощущения, что он где-то рядом, как и говорил сам на кладбище, наблюдает и веселиться над их жалкими потугами. Он проник в их личную жизнь, в их сны, мысли. Он заполнил собой пространство, заставил их испытать неописуемый ужас, поставил на колени. Возможно, со временем им удастся освободиться от него, но, сколько им нужно пройти на пути к свободе знал только один ОН. По каким-то причинам теперь их помыслы, действия и сама жизнь зависели от него. Возможно, есть какой-то план, по которому он действует, отработанная схема. Подполковник в душе стал подозревать, что все это может обернуться трагедией для них. От чего то же тронулись умом те супруги, вместе в один день. У каждого человека есть своя, и только своя причина, чтобы свихнуться, а не общая для всех.
     Все получили свое задание, на этот день. Они встали из-за столика, и пошли в направлении выхода. Николай Антонович, любезно согласился их подбросить.
     Им предстояло сегодня крепко поднатужиться, если они хотят что-то узнать. Подполковник с тоской подумал о том, сколько времени он проведет за телефонной трубкой с ручкой в руках. Мужчина по своей природе терпеть не мог разговаривать по телефону, для него это была настоящая каторга. Диана же напротив испытывала прилив сил и воодушевление от предстоящей работы, а вот Кристине, похоже, было все равно узнают они что-то или не узнают. Вообще ей эта затея все меньше и меньше нравилась, чем больше они стараются понять причины появления этого загадочного парня, тем чаще он стал появляться. Лично к ней он вообще не приходил, до того как пришла ее подруга и рассказала что видела приведение. Нет, разумеется, она ее ни в чем не винила, просто она думала, что лучше все оставить как есть, пока не стало совсем худо. В конце концов, ведь не известно же чего он добиваться, может он только того и ждет, чтобы его искали, этакая игра садиста.

     ***
     До издательства ехать было недолго, и Диана решила насладиться пейзажем за окном старенького «Жигули». Куда не посмотри одни дорогие витрины магазинов, ларьки, торговые палатки, так или иначе что-то связано с торговлей. Дина побывала во многих городах и сделала вывод, что все они похожи друг на друга, только отличаются размерами и двумя-тремя домами необычной конструкции или важностью своего назначения, как например издательство «infomashine» где она работала, или психиатрическая клиника, а вот здания правительства имеют сходства, те же государственные флаги, те же камеры у входа, тот же контрольно-пропускной пункт, та же не учтивая секретарша. Диане доводилось бывать в здании правительства, но совсем не долго, ее попросту туда не пустили.
     Пока девушка размышляла об этом, автомобиль подкатил к воротам издательства. Гигант стоял молчаливо, будто там и не работал никто. Новенькие пластиковые окна откидывали яркий отблеск тусклого солнца, которое, наконец, решило выйти из своего убежища. Тишина. Время обеденного перерыва. Но вскоре жизнь профессиональной деятельности закипит вновь, снова начнут стучать клавиатуры компьютеров, курьер будет разносить стопки бумаг, важных документов, секретари будут без отдыха отвечать на звонки, и в конце рабочего дня будут заикаться и запинаться на простых словах и предложениях в целом. В основном в издательство поступают самые нелепые звонки. Одна старушка, милая пенсионерка, очень вежливая позвонила и стала рассказывать историю о том, как ее сосед по лестничной площадке каждый вечер якобы подсматривает за ней в замочную скважину входной двери и просит приехать и наказать его. Секретарь посоветовала обратиться в полицию, это не их компетенция. И таких звонков превеликое множество, каждый хочет увидеть свою фамилию в какой-нибудь статье их газеты, пусть даже абсурдной. Эта газета выпускает и так называемые «желтые» статьи, им уделяется не больше одной странички. Главный редактор хотел отказаться от этого раздела газеты, но потом решил все же его оставить, просто потому что есть люди, которым очень нравиться читать всякий бред.
      Директор Издательства по своей натуре был очень нервным человеком, влиятельным и иногда нелепым. Мужчина достаточно полного телосложения, его подчиненные называли его между собой хомячок или просто хомка, не со зла, конечно, просто потому что он очень был похож на милого доброго хомячка, особенно когда он расплывался в улыбке, его щеки сильно округлялись, от чего казалось, что у него полный рот гороха.
     Однажды с Василием Петровичем, так зовут главу их издательства, произошла смешная история, которая потом еще долго была шуткой всего коллектива. Он приехал на работу в очень скверном настроении, если не сказать, что зол, было напряженное время, колоссальный поток информации, что журналистов просто не хватало физически, они не успевали из-за часовых поясов, из-за плотного графика, не высыпались, а то и вовсе не ложились спать, по семь-восемь интервью в день, вообщем кошмар. Все сотрудники были измотаны, включая и Василия Петровича, доходило до того что ему самому приходилось ездить на всякого рода конференции, чего он не делал уже очень давно.
     Зайдя к себе в кабинет, он сразу погрузился в чтение. У него было огромное под стать его фигуре кожаное компьютерное кресло, он любил крутиться на нем, когда прочитывал документы, и в один прекрасный день кресло просто не выдержало этого, ножка его подломилась, оно и рухнуло вместе с Василием Петровичем. Его секретарша Настя услышав грохот, а затем протяжный стон начальника подумала, что с ним случился инфаркт, а войдя в кабинет, увидела картину, от которой чуть не лопнула со смеху. Ее начальник как беспомощное дитя сидел на полу кабинета, спинка сломанного кресла была на его голове, а сам он, размахивая руками, выкрикивает ее имя.
     Худенькая, даже тощая Настя, с большим трудом помогла подняться своему начальнику. За это он позже повысил ей зарплату, просто потому, что ему было стыдно.
     ***
     Выйдя из машины, Диана попрощалась со спутниками, и бегом направилась в здание. Запах помещение ударил в нос, его было приятно вдыхать, что-то свое, что-то родное, такое близкое. Охранник как всегда, полудрема, не забыв зевнуть как следует, поздоровался с журналисткой.
     Здание неживым казалось только снаружи, на деле же, там кипела жизнь. Лифты в холе не успевали открываться и закрываться в них всегда входили люди, половину из них Диана даже не знала. Все шумные, что-то обсуждают. Сама журналистка казалась отрешенной от этой суеты, она вошла в дверь только с надеждой, найти, разобраться, установить связь хоть малейшую, подержать в руках хоть один факт, который бы указал на происхождение всех случайностей, создать некую цепочку. А еще она поняла, что уже не может без этого призрака-демона, он ей необходим, но не понятно было, зачем он ей, неопределенность в душе творила свои чудеса, наплетая мысли одну на другую, стискиваясь в сложный кубический узел.
     Диана поднялась на лифте до своего этажа и сразу направилась к себе в кабинет, ни на кого не глядя и не замечая. Зайдя в свою святая святых, она крикнула Андрею, чтобы приготовил ей кофе, а сама тем временем включила компьютер. Она хотела просмотреть все старые собранные материалы, надеясь, что в них она наткнется на подобные случаи.
     Когда Андрей зашел с чашкой кофе, Диана сидела на диване, склонив голову к коленям, и раскачивалась.
     - Дина? С тобой все в порядке? Выглядишь не важно. Что-то случилось? У тебя же вроде отпуск, - поинтересовался парень, удивленно глядя на журналистку.
     - А? Что? Нет, нет… все в порядке… я просто устала, - отрешенно ответила Диана.
     - Точно в порядке? Может тебе чем-нибудь помочь? - присаживаясь на диван, спросил Андрей.
     - Нет, спасибо, хотя… ты знаешь, можешь…, - девушка подняла голову с колен. - Ты можешь мне помочь. Мне нужно просмотреть все статьи, которые как-то подходят под одну историю, аналоги, если ты понимаешь, - журналистка встала с дивана и активно зашагала по кабинету.
     - Отлично, я помогу, что за история, что будем искать? - оживился парень, в предвкушении потирая руки.
     - Видишь ли, не все так просто. История достаточно необычная, точнее совсем фантастическая… не знаю, поймешь ты или нет. Я даже не знаю, стоит ли тебе рассказывать все это, - снова присев на диван рассуждала Диана.
     - Ты думаешь, я не справлюсь или что? - огорчился Андрей.
     - Дело не в этом парень, просто эта история, как бы тебе сказать, в общем, она касается близких мне людей и она очень необычная, мистическая, немыслимая даже и меня интересует, происходило ли что-то подобное с другими людьми, - смотря парню в глаза, говорила журналистка.
     - Брось, Дина, ты можешь мне довериться, и мы попробуем вместе найти что-нибудь, - Андрей взял ее за руку и ласково улыбнулся, смотря девушке в глаза.
     С минуту они сидели, молча, смотря друг на друга. Диана, немного поразмыслив о том, что в архиве очень много старых газет и одной ей не управиться и за год, решила рассказать все своему помощнику.
     Беседа длилась не больше двадцати минут, за это время глаза Андрея по мере поступления информации от подруги все больше и больше округлялись, хотя они и так были достаточно круглыми. Но парень слушал, не прерывая ее, чтобы ничего не упустить. Закончив свой рассказ, Диана встала с дивана и спросила Андрея, что он обо всем этом думает и не помнит ли он подобных случаев, чтобы сократить поиск.
     - Знаешь я, кажется что-то слышал подобное… погоди-ка… в Германии в 1975 году, если я не ошибаюсь, одна молодая женщина видела везде какого-то парня… так, так, так… давай поищем на этот год инфу, я могу ошибаться со страной, в которой это происходило, но не год, его я помню наверняка, - парень быстро зашагал в сторону архива.
     Андрей и Диана работали не всегда сообща. Он немного ее раздражал своей суетливостью. Парень был очень высокого роста, рыжеволосый, кудрявый, в ушах висели серьги-кольца. Его шевелюра была всегда взъерошенной, а карие глаза очень оживленными. Одевался он по-простецки: футболки разных оттенков, джинсы или спортивные штаны, на ногах он носил кеды. Когда его закрепили за Дианой, он был безумно рад, поскольку, у нее всегда очень интересные материалы и много работы. В желании работать они с ней полностью совпадали.
     - Ты просто молодец Андрюха! - Диана радостно накинулась на парня, крепко обняв его за талию.
     У Андрея порозовели щеки, от столь эмоциональных объятий. Парень давно питает к Диане отнюдь не дружеские чувства. Он не знал, догадывается ли его коллега об этом, и всегда переживал, из-за того, что она может это понять, но в то же время хотел, чтобы она узнала. Мечты о возможной близости с ней полились бурным потоком красочных картинок. Андрею стало неловко от своих фантазий, и он, застеснявшись, опустил стыдливые глаза.
     Ближайшие три часа они сидели в архиве и тщательно просматривали все газетные издания за 1975 год.
     - Да уж… сколько же всего тут… у меня уже спину ломит…, - массируя свои плечи, взмолилась Диана.
     - Это точно. Название нашего издания себя оправдывает полностью, ничего еще немного осталось, вон та, - парень указал пальцем на стопку газет расположенную в дальнем углу комнаты, метра два в высоту, - стопка и все, так что держись, кстати, можем попить кофе, немного передохнуть, - пытался вдохновить Диану помощник.
     - О, да… обнадежил, - улыбнувшись, съязвила журналистка.
     - Ахахах, я сама надежда, - весело отозвался парень.
     Немного посмеявшись, они продолжили просмотр газет. Пересмотрев тысячу, а то и больше печатных изданий, Андрей, наконец, наткнулся на нужную газету.
     - Стоп! Вот она! Смотри, - ткнув в статью пальцем, Андрей отдал газету Диане.
     В газете на 9 странице под фотографией погибшей женщины, гласило название: «Последствия шизофрении».
     - Название прямо в точку, посмотрим…, - ухмыльнулась журналистка.
     «…в 9 утра, погибла молодая женщина тридцати двух лет, под колесами автобуса, следовавшего своим привычным маршрутом. Как утверждает водитель, женщина сама бросилась под колеса: «Она вылетела на дорогу, словно из ниоткуда, я стал резко давить на тормоз, но скорость была высокая, не успел вовремя остановить автобус…». Полиция не стала возбуждать уголовного дела и вести расследование. Вердикт был один – суицид. Но, к нам позже обратилась сестра погибшей женщины, просила помочь разобраться. Она утверждала, что ее сестра была жизнерадостным человеком и никогда бы не покончила жизнь самоубийством, что ее кто-то толкнул под автобус. Полиция отказалась ей помочь, и она обратилась в нашу редакцию.
     Позже как установил наш корреспондент, женщина страдала острой шизофренией, она утверждала своему лечащему врачу, что ее преследует призрак какого-то молодого человека, и не просто преследует, а пугает ее и даже разговаривает: «Она пришла ко мне за помощью в крайне возбужденном состоянии, она говорила, что после прочтения одной книги об одном молодом человеке, он стал ее всюду преследовать, а иногда выходил с ней на контакт, при этом она испытывала сильнейшую головную боль, и как следствие ее временную потерю зрения, а также сознания». Психиатр дал просмотреть дневник погибшей, который порекомендовал ей вести. В нем мы обнаружили символы, не то руны, не то иероглифы, которые так и не смогли расшифровать. Врач говорил, что она страдала галлюцинациями, и все время что-то нашептывала…»
     - Да… это очень похоже на мою ситуацию… слушай Андрей посмотри в интернете про этот случай информацию, может что-то накопаешь помимо этого, и сразу мне позвони, а я поеду к себе надо собрать моих «братьев по несчастью», только сразу звони мне понял? - возбужденно тараторила Диана своему помощнику.
     - Хорошо, будет сделано, как что нарою, сразу тебе позвоню, - получив задание, Андрей направился в кабинет к Дине.
     Девушка быстро схватила сумку и побежала домой. На ходу она судорожно набирала телефон Кристине.
     - Алло…, - Крис возвращалась из конторы, в которую ее направила подруга.
     - Кристина, я кое-что нарыла у себя в издательстве, через двадцать минут встречаемся у меня, предупреди Колю, я скоро буду дома, - запыхаясь от бега, говорила Диана.
     - Хорошо, у меня тоже кое-что есть интересное, - Кристина села в автобус и набрала номер подполковника, - Алло, Коля? Это Кристина. Диана сказала, что что-то там нарыла у себя на работе, сказала, через двадцать минут подходить к ней домой, ты как сможешь?»
     - Да, конечно, я скоро буду. У меня тоже кое-что для вас есть, - обреченно сказал подполковник, - Вера Ивановна, я поехал домой, вы тоже можете собираться, меня все равно не будет. Завтра буду как обычно, до свидания, - отрапортовал Николай Антонович, своей секретарше.
     - Да, хорошо, я поняла, - не отрываясь от монитора, отозвалась Вера Ивановна.
     ***
     Когда Кристина пришла к Диане, ее еще не было дома, и ей пришлось минут пятнадцать ждать, пока подруга добежит до своей квартиры. Дина не спеша поднималась по лестнице, как на полпути ее догнал Николай Антонович.
     - Я во время вижу, привет еще раз, - хлопнув по плечу девушку, сказал Николай Антонович, - ну что наш гений корреспонденции нашел?
     - Ты меня напугал… в квартире все расскажу и покажу, - подпрыгнув от неожиданности, сказала Диана, - Кристина, ты как раньше меня здесь оказалась? Летела что ли? – удивившись спросила журналистка, подругу, которая печально сидела на ступеньке, рядом с ее квартирой.
     Войдя на порог, журналист предложила снять обувь и пройти на кухню, чтобы выпить виски, и все обсудить.
     После опустошения второго стакана Диана показала ту газету, что обнаружила в офисе. Внимательно прочитав, Николай Антонович, решил уточнить.
     - Так, газета 1975 года. Амм… А случай точь-в-точь такой же. Значит, этот призрак уже давно ходит по земле? – подполковник нахмурил брови.
     - В том то и дело. Значит эта женщина, как и я, прочитала что-то касающееся этого парня. Так или иначе он вторгается в жизнь людей. Подсовывает им разные книги, статьи, портреты…, тем самым привлекая к себе внимание. А исход у всех этих историй один и тот же: безумие и суицид, – громко выдохнув, сказала Диана.
     - Это верное предположение… оно правда, - наливая второй бокал виски, сказала Кристина.
     - Что ты узнала? – обратился к ней подполковник.

     ***
     Диана направила подругу на улицу Вилевский бульвар, 75, там находился офис Федора Ливанова. Этот человек занимался по жизни тем, что реставрировал, коллекционировал картины и портреты. Он знал о них все, мог узнать кисть любого художника, лишь единожды взглянув на картину.
     Его лавка работала с девяти утра и до позднего вечера. Федор Ливанов в прямом смысле жил на работе, это было не только его рабочее место, но и дом. Человек, помешанный на своем деле, но, безусловно, профессионал.
     Мужчина был пожилого возраста, на вид лет семидесяти, может больше. На носу он носил огромные очки, не сочетающиеся с его маленьким крысиным лицом. Седые взъерошенные волосы торчали в разные стороны из-под выцветшего синего платка, завязанного на манер банданы. На нем был одет брезентовый фартук с огромным карманом, из которого выглядывали всякого рода инструменты.
     Кристина вошла внутрь лавки и почувствовала незнакомый ей запах. Он не был отвратным, скорей наоборот, приятно щекотал ноздри. Всюду были картины: на полу, стенах, стоящих на мольбертах, кресле и диване. Посреди просторной комнаты, стоял огромный дубовый стол, за ним сидел Федор Ливанов, напевая незатейливый мотивчик.
     По натуре Федор Алексеевич Ливанов, был затворником и одиночкой. У него никогда не было друзей, ни в школе, ни в институте, ни на работе. Он ни с кем никогда не общался, только если по делу. Жены и детей, как можно было догадаться, себе не нажил, но он от этого не страдал, его полностью устраивало одиночество. Из всех с кем он мог просто побеседовать, была его собака. Старая, как и хозяин, немецкая овчарка, была ему верным и единственным другом. Она живет с ним вот уже пятнадцать лет и служит ему верой и правдой.
     Кристина тихонько откашлялась, ожидая реакции хозяина лавки. Мужчина повернул голову на посторонний звук и приветливо улыбнулся. Посетители у него бывают не часто, и он был рад каждому потенциальному клиенту.
     - Приветствую вас! – весело произнес старик, - Что я могу для вас сделать?
     - Здравствуйте, вы можете мне рассказать об одном портрете? Все что сможете, хоть что-то…, - Кристина вытащила из рюкзака завернутый в ткань портрет юноши.
     Федор Алексеевич бережно снял с него ткань и стал пристально его разглядывать. Пять минут он молчал и произносил гхмыкающие звуки. Достал из кармана огромную лупу и рассматривал в нее, казалось каждый дюйм, затем старик после тяжелых раздумий встал из-за стола и ушел в другую комнату, закрытую серой занавеской. Его долго не было, слышался лишь создаваемый им шум. Когда старик появился на глаза, он нес с собой толстую коричневую книгу.
     - Честно говоря, я поражен… где вы взяли этот портрет? – подозрительно спросил старик, прищурив глаза. – Вы знаете, кто на нем изображен?
     - Мне его дали. Нет, я не знаю, кто это, поэтому я и пришла, я хочу узнать кто он, - ничуть не смутившись, ответила Кристина.
     - Ну что ж… кисть художника признаюсь я не узнал, очевидно он больше ничего не написал, кроме этого портрета, а вот о Стемиле, я скажу вам больше…, - старик не договорил.
     - Простите, вы сказали Стемиле? А кто это? – не понимала Кристина.
     - Стемиль, это тот, кто изображен на портрете. Это древний дух, нет, дух будет не точное объяснение, это скорее существо, некая негативная материя. По легендам ему поклонялись и преподносили жертвы древние люди, на алтарных камнях его изображали как огромного ворона с головой человека, несущего в когтях песочные часы. Его именовали Богом страха, а некоторые называли его Собирателем. Тем людям, которым не посчастливилось встретиться с ним лицом к лицу, неизбежно умирали самой мучительной смертью. Но это только древняя легенда. В более позднее время, если я не ошибаюсь в 15 веке, Сметиля охарактеризовывают иначе. Его стали изображать именно такого, кого мы сейчас его видим. Согласно печати, считается, что Сметиля породили люди, он возник в результате, скопления негатива, и из него состоит. Люди могли при случае призвать его, чтобы вершить зло, а точнее отомстить, кому бы то ни было. Долгое время люди земли пользовались его, так скажем, услугами, но однажды заметили, что все, кто обращался к нему, погибали или сходили с ума. Сущность веками набирала силу, питаясь негативной энергией, а точнее страхом. Сметиль обладал великим разумом, способным просматривать души, испугавшись его силы, люди запечатали мысль о нем. Но я думаю, что все это байки, как и другой разумный человек. В древнее время чего только не придумают. Кстати вам, наверняка скажут намного больше в церкви. Уж они-то должны о нем знать.
     - А что стало со Сметилем? – Кристину шокировал рассказ старика.
     - Он исчез, как и появился. Больше, к сожалению, я вам ничего не могу сказать о нем, а вот о веке в котором сделан портрет, могу, это 16 век Италия, Рим. Руку художника, как я уже сказал, я не знаю, но думаю, что кто-то просто нашел эту древнюю басню и воплотил ее в портрете, кстати, он стоит больших денег…, - отрапортовал Ливанов.
     - Спасибо. Я, пожалуй, пойду, - Кристина медленно развернулась и вышла на улицу.
     
     ***
     - Значит, мы не единственные… ты думаешь это правда? – спросила Диана.
     - Да. А ты разве нет? Все сходиться. Люди сходят с ума, умирают, как в случае с немкой, а теперь он является к нам. Ливанов посоветовал обратиться за помощью к церкви, может они знают, как с ним бороться. У нас теперь есть его имя. Этому существу тысячи лет, найдутся сведения, как от него избавиться.
     - У меня есть для вас новости. Я думаю, что это дополнит рассказ Кристины, - начал подполковник, - я на работе, как ты просила, узнал номера телефонов с помощью адресов, что мы прочли в блокноте этого Сметиля, Во-первых, эти адреса, где поживали эти люди, во-вторых куда бы я не звонил, мне отвечали, что либо такие больше здесь не живут, либо что они умерли давно, либо что находятся на лечении в клинике для душевнобольных. Я думаю врач, рассказал нам далеко не все. Он знает об этих «массовых паранойях». Психиатрическая клиника у нас только одна в городе. Вывод только один – этот доктор лжец. Только не понятно для чего ему нужно было врать нам. А этот Сметиль - не человек. Я говорил, что он демон? Нам нужна помощь и помощь церкви. - Николай Антонович, глубоко вздохнул.
     Однако доктор в одном был прав, они ищут воздух, который невозможно поймать. Шизофрения Светлик и самоубийство немки не случайность. Они связаны друг с другом напрямую.
     - Постойте, я кажется начинаю понимать, почему врач нам ничего не захотел рассказывать. Ведь чем больше людей сходит с ума, тем больше работы у клиники, а значит и прибыль так сказать, психи своеобразный товар. Скажите много ли душевнобольные в городе с численностью населения в три тысячи человек? Уверена, что нет. Наша клиника очень большая, а палаты пустуют, это как бизнес. Ему просто не выгодно, чтобы мы копались в делах его пациентов, - сказала Кристина.
     - А ведь это здравая мысль…, вот жук…, - следователь нервно потирал руки, смотря в пол.
     Николай Антонович уже прокручивал план, как насолить Забаловски, ему была не приятна сама мысль, что подобным можно воспользоваться, это оскорбление любой морали. На чужом несчастье, строить свою карьеру гадко и подло.
     - Слушайте, а что если нам навестить тех возможных, которые лечатся там, ну за исключением Светлик, конечно? – спросила Диана.
     - Смею предположить, что те, кто находился в лечебнице, тоже уже умерли, и мы ничего не сможем узнать, - предположила Кристина.
     - Да, скорей всего это так, да и что мы у них узнаем, если они живы, только то что уже и сами знаем. Давайте последуем совету и поедем в церковь? Может там нам действительно все о нем расскажут, - предложил следователь.
     Легенда давностью тысячи лет не заканчивалась, она разрасталась, вбирая многие и многие факты, о которых не подозревают современные люди. Оставался вопрос: зачем этому существо нужно сводить людей с ума?
     - Я вот что предлагаю: съездить на ту квартиру еще раз. Возможно он оставил еще какие-то подсказки. Раз уж он решил с нами общаться через надписи на стене. И еще очевидно эта квартира, что-то для него значит, раз он не однократно там появляется, плюс та комната снилась нам во сне с Дианой, там может быть еще что-то по мимо посланий. Надо перевернуть всю квартиру верх дном искать в каждой щелке. Я думаю, что там наверняка есть что-то что мы не заметили, он не зря выбрал эту квартиру, ничего не делается просто так в этом мире и я уверена в том тоже, каков бы он ни был, – предложила Кристина.
     - Да и можно пораспрашивать соседей, может быть они что-то видели? Кто-то должен был его заметил, он материальный… я это помню… когда он схватил меня, - сказала Диана.
     - Вряд ли он материальный Диана, он просто захотел, чтобы ты думала так, он может быть каким угодно: тенью например, сном, призраком, человеком…, у него много состояний, - в голове следователя не укладывался тот факт, что он столкнулся с силой, которую он не может объяснить с точки зрения логики, нет ни одного факта, подтверждающего существования этого явления. Прежде подполковник услыхав, о подобной глупости, вышел бы из себя и послал всех к чертовой бабушке, но когда все это происходит с тобой…
     Дина же от недавней, как она думала, информации, которую они нашли с коллегой, была воодушевленной, она считала, что эта статья разгонит мрак, и все встанет на свои места. Но от выводов, что они вывели, стало страшно, обреченно. От того что они выяснили, стало еще хуже. Состояние девушки резко ухудшилось. Она хотела забиться в дальний угол комнаты и сидеть там пока все не разрешится само собой, пока он не оставит ее в покое. Теперь уже и самой Диане начало казаться, что вся эта идея с тем, чтобы узнать правду о появлении этого призрака, была дурной затеей и что, возможно было бы лучше, оставить все как есть. Может он уйдет сам, также внезапно, как и появился? Но немного подумав, она вспомнила слова юноши, которые он ей сказал на кладбище.
     - Я кое-что вспомнила…, - Диана встала со стула и подошла к окну, - помнишь Крис, на кладбище он с нами заговорил? Точнее он говорил со мной… он спросил, хочу ли я найти его? Он сказал, что он не прячется, что он всегда рядом... а еще он сказал, что все измениться, что я когда-то знала. Я тут подумала, а что если он не хочет, чтобы мы о нем что-либо узнали и всячески пытается это предотвратить, что если он каким-то образом, уж не знаю каким, намерено отправляет нам ложные предпосылки?
     - Почему-то мне кажется, что это не так, думаю это всего лишь еще одна безнадежная версия, - сказал Николай Антонович.
     - Послушайте, раз он сказал, что он всегда рядом, может, имеет смысл, с ним поговорить? - спросила Кристина.
     Это не входило в планы Дианы.
     - Ну уж нет, еще одной встречи с ним я не переживу! - выпалила журналистка, - надо действовать как мы запланировали, съездим на квартиру, а потом в церковь. Узнаем о Сметиле все что можно и уже исходя из этого будем составлять план «избавления» и думать, что он хочет конкретно от нас.
     - Да если мы все о нем узнаем, то сможем понять, его планы касательно нас и отдать ему это, чтобы он ушел и больше не тревожил нас, - подвела черту Кристина.
     Николай Антонович, встал из-за стола и подошел к Диане. На улице уже было темно, скоро придет ночь. Стало холодать, из открытой форточки подул холодный ветер.
     - Ну тогда в путь, - отозвался следователь.

     Глава IX
     Фотографии
     Было очень темно, когда автомобиль следователя, припарковался у подъезда ненавистной девятиэтажки. Николай Антонович заглушил двигатель и нехотя вышел из машины. Он злобно оглядел двор, а затем и само здание. Оно ничем не отличалось от остальных таких же многоэтажных домов. Все те же серые стены, те же балконы, железная парадная дверь с домофоном. Все как обычно. На улице не было ни одного человека. В окнах дома кое-где горел свет от работающих телевизоров. Где-то недалеко в надрыв лаяла собака, на проехавший мимо автомобиль. На душе у следователя стало как-то совсем пусто. Погоня за призраком, вымотала служителя закона до последней нитки. Но он хотел раз и навсегда разобраться с этим происшествием, которое не дает ему покоя, мешает нормально спать и думать. Он вспомнил время, когда все было хорошо, когда он спокойно работал, мыслил, приходил домой, включал телевизор и смотрел свой любимый сериал, чтобы расслабиться от продолжительного рабочего дня. Все это ему сейчас казалось таким далеким, как будто того времени никогда не было или что оно было, но не с ним, будто прошла целая вечность с того момента, когда он впервые оказался на этой улице, возле этого дома.
     Николай Антонович, открыл багажник и достал оттуда маленький фонарь. В квартире уже давно отключили свет, и фонарик как раз кстати.
     - Ну что идем? - спросил он.
     Домофон был сломан, так что они без труда попали в подъезд. Резкий неприятный запах заставил поморщиться. В многоэтажках с мусоропроводом, всегда такой запах, да и люди, которые забредают в них, чтобы погреться или просто посидеть выпить горючего, добавляют свою порцию вони к уже имеющемуся «аромату». Сплошь исписанные маркером или просто исцарапанные ключами и другими предметами стены. На бетонном полу валяются окурки и прочий мусор.
     В лифт они не стали заходить, да и в таких старых домах Николай Антонович старался подниматься пешком. Старые лифтовые машины, ломались ежедневно и ему не хотелось бы застрять среди ночи в вонючей маленькой кабинке.
     Добравшись до нужного этажа, они на минуту остановились.
     - К соседям заходить будем? - спросила Диана.
     - Думаю не стоит, уже очень поздно, еще примут нас за каких-нибудь преступников или психов в худшем случае, а в лучшем покроют матом, - ответил следователь.
     - Нет, давайте, все же спросим соседей. Ты следователь. Я думаю, тебе откроют и захотят с тобой говорить. За спрос, нас не укусят, пошлют, так пошлют, - сказала Кристина.
     - Хорошо. – Николай Антонович, направился к двери, которая находилась слева от квартиры Светлик. – Отойдите немного.
     Подполковник подошел к массивной железной двери коричневого цвета и нажал на кнопку звонка. Открыли не сразу. Честно говоря, Николай Антонович в тайне надеялся, что никто не откроет. Немного погодя раздался голос.
     - Кто? – тон голоса был раздражительный.
     - Полиция. Откройте. Нам нужно задать вам несколько вопросов, - протараторил привычный текст подполковник.
     Дверь, скрипя, открылась. За ней оказалась пожилая женщина, лет 65. Маленькая, худая, с сеткой для сна на голове. Она злобно прищурилась, готовясь к атаке на вредителя.
     - Здравствуйте, - поздоровался подполковник.
     - Здравствуйте, - отозвалась женщина.
     - Простите, что так поздно. Я бы хотел у вас спросить, про ваших соседей, вот с этой квартиры, - Николай Антонович, указал пальцем в стороны двери супругов Светлик, - Вы что-нибудь знаете о том что здесь произошло?
     - Не знаю я ничего. Между прочим, меня уже опрашивали ваши. Тогда еще, когда тут переполох был, – женщина пристально посмотрела на следователя.
     - Вы видели этого юношу? – Подполковник протянул женщине портрет.
     Диана и Кристина, слушая все это, смотрели друг на друга, пустым взглядом.
     - Да не видела я никого, они одни вроде бы жили. Никого у них не было, – сказала женщина.
     - То есть, совсем не было? А вы давно здесь живете? - спросил подполковник.
     Ожидания подполковника оправдались. Его никто не видел из соседей и это не удивительно. Но виду он не показал.
     - Давно. Это квартира еще моих родителей. А эти, как их, Светлик, заехали примерно лет десять назад. Но они как-то ни с кем никогда не общались. Как раки-отшельники жили. Они ненормальные были. Я часто гулять выхожу на улицу. Утром выйду, а вечером к девяти часам домой возвращаюсь, как раз к любимой передаче. Они никогда даже не здоровались, вообще они редко куда ходили. А юношу этого и подавно не видела. У нас молодежи здесь не так много. Его бы я точно запомнила, - женщина ткнула пальцем в портрет парня.
     - Ладно. Спасибо за информацию, до свидания, - отходя от квартиры, попрощался подполковник.
     Он со взглядом «я же говорил» посмотрел на девушек и подошел к другой двери. Все соседи как один утверждали, что никакого юноши они не видели. И что полиция их уже опрашивала.
     Подполковник, подойдя к спутницам. Долго молчал, смотря то на одну, то на другую.
     - Вы понимаете, что это значит? – спросил следователь и сам ответил, - Это значит, что мы все сдохнем! – психанул подполковник.
     - Стойте. Давайте все же зайдем в квартиру и еще раз все посмотрим, - сказала Диана, - давайте не будем делать поспешных выводов.
     - Да тут хоть поспешные, хоть не поспешные выводы. Все сводиться к одному. Мы нарвались на мифическую древность, мать ее! - потерял самообладание подполковник.
     - Знаете, у меня сложилось впечатление, что мы вот–вот его найдем, я сердцем чую, в квартире в этой что-то есть. Помнишь свежие отпечатки рук на столе? Зачем ему приходить в квартиру, в которой уже все произошло…, – догадалась Диана.
     - Да ты абсолютно права, я как-то подзабыл про отпечатки. Надо позвонить Олегу, может он что-то узнал…, - следователь быстро стал набирать номер друга, спустившись на этаж ниже, он не любил разговаривать в присутствие кого бы то ни было.
     Разговор был весьма коротким. Олег ничего не нашел, что и следовало ожидать. В ходе экспертизы выяснилось, что надпись была сделана кровью, которая не поддается анализу. Сколько бы Олег не перепроверял, выходила какая-то несуразица. Не смогли определить ни резус-фактор, ни группу, ничего. Друг следователя был очень потрясен, он даже подумал, что друг решил пошутить с ним, но Николай Антонович его заверил, что обмана там не было.
     Вернувшись к девушкам, он сообщил что узнал от друга, но удивления никакого не было, все было и без того предельно ясно. Существо это сверхъестественного происхождения, соответственно и его биологические материалы, если их так можно назвать, будут такими же.
     - Что мы собираемся искать конкретно? – обратился подполковник.
     - Все что угодно, все что покажется странным, то чего не должно быть там…, - обнадеживала Диана.
     - Я просто очень устал, а от того что мы узнаем, становиться только хуже, – потирая уставшее лицо, извинялся следователь.
     - Не надо опускать руки, мы обязательно доберемся до него. Не отчаивайся, – подбадривала Диана.
     Кристина лишь стояла и наблюдала, как два абсолютно депрессивно настроенных людей, пытаются друг друга утешить. Она молча ожидала, когда, наконец, они решатся прекратить бессмысленный разговор и займутся делом.
     - Я боюсь. Да я боюсь, все мы боимся, но надо что-то делать… Время уже нас не ждет, время подгоняет, нам надо это сделать. Слышишь? Не время грустить. Мы уже и так многое выяснили, наверняка мы первые вообще, кто стал что-то выяснять, остальные просто сдались ему, – Диана подошла, к опечаленному безнадегой мужчине и погладила его по голове, чтобы утешить, он в ответ прижал свою голову к ее плечу.
     - Порой мне кажется, что это никогда не кончится. Он словно нарочно нас выматывает. Я перестал спать, я не ем, я только и делаю, что думаю о нем, я все время переживаю… девчонки.. я устал, просто по-человечески устал…, - оправдывался следователь.
     - Ты прав, ты абсолютно прав. Мы все устали… все, – загрустила Диана.
     - Не надо, создавать иллюзию смерти, – вступила в разговор Кристина, она долго думала над этим ответом. Считала, что ее речь должна оставлять самое неизгладимейшее впечатление на публику.
     Естественно, что присутствующие здесь посмотрели на нее косо, ибо, большей чуши никто не слышал. На это способна лишь Диана, которой не было дело до вдававшейся в философию подруги, но зато она вывела всех из слезливого состояния.

     - Начнем с той комнаты, если там ничего не будет, перейдем в зал и так далее, пока что-нибудь не обнаружим, а лучше всего разделиться, чтобы управиться со всем этим быстрей, - подполковник подошел к двери.
     - Ясно, – сказала девушка.
     Диана и подполковник, подняли взгляд на дверь квартиры. Николай Антонович включил маленький фонарь, а Кристина толкнула дверь, та со скрипом отозвалась. Никто ее так и не запер, никому это не нужно. Затхлый, гниющий запах до тошноты ударил в ноздри.
     - Как эта вонь еще не достала жителей? Это же невыносимо! - выругался следователь, - неужели никому нет дела до него, вызвали бы специальную службу, чтобы вычистили эту квартиру, это же антисанитария, тут уже наверняка мухи и тараканы завелись, а всем нет дела до этого!
     Подполковник был полон возмущения и решимости. Для себя он сделан вывод, что не уйдет отсюда пока не разберет эту квартиру по щепочкам, даже если ему придется зубами грызть стены.
     - Ну, значит, их это устраивает, раз никуда не заявляют. Это, наверное, оставленные продукты гниют и мусор, - прикрывая нос рукавом куртки, констатировала Диана, - хотя прошло уже много времени, вряд ли уже что-то может здесь гнить.
     Николай Антонович направился в комнату к родителям, стал искать в шкафах и многочисленных ящичках всякие записи. Эти люди могли что-нибудь писать о природе своего безумия. Но в ящиках оказались счета за кредиты, квитанции об оплате коммунальных услуг и прочая волокита. Ничего из того что могло помочь не было.
     - Ну что? - спросили девушки, как только он вышел из комнаты.
     - Пусто. Даже если что-то и было, то это все в психушке. Об Этом я ничего не нашел, - проговорил он.
     Следующую комнату, которую они взялись обыскивать, стала комната «любителя» пауков.
     Диана сразу направилась к компьютерному столу, но ничего не нашла. В комнате после их недавнего посещения ничего не изменилось, правда, вот надписи и символы на стене исчезли.
     Кристина занялась шкафом где якобы должна быть одежда. Но там была только пыль и запах чего-то заплесневелого. Однако в одном отделении она нашла старые кроссовки черного цвета, 38 размера. Больше там не на чем было заострять внимание.
     Тем временем Николай Антонович взялся потрошить диван, но оказалось зря. Ничего там не было, даже постельного белья.
     Диана ничего не найдя в компьютерном столе и самом компьютере, отправилась на поиски в другую комнату, которую они не разу не осматривали.
     Комната, была совсем маленькой. Скорей всего это была просто кладовая. В ней ничего не было, кроме одного единственного комода, очень старого, его покрывал слой пыли. Диана стала осматривать его, и обнаружила на нижнем ящичке отпечатки пальцем, очень четкие.
     - Эй! Идите сюда! – крикнула девушка.
     Подполковник с Кристиной быстро прибежали на зов Дины.
     - Что? Что случилось? Ты что-то нашла? – быстро заговорил следователь.
     - Да, смотри, - Диана указала на комод и отпечатки, - Коля, он здесь был недавно, может даже незадолго до нас… что он здесь прячет?
     Подполковник присел на корточки и потянул ящичек на себя, но он не поддался.
     - Эх, надо было инструменты принести с собой, - вставая с корточек, огорченно сказал подполковник.
      Пока он вставал, ящичек комода скрипнул и немного выдвинулся вперед, при этом комод как-то покосило. Девушки вскрикнули от неожиданности, а следователь дернулся от испуга, свет от фонарика тихонько задрожал в его руках.
     - Что за…, - шепотом проговорил он и снова присел возле комода, направив свет на него. Пока Николай Антонович осторожно ощупывал его, раздался сильный скрежет, комод накренился еще больше, казалось, он вот-вот упадет, подполковник отскочил от него, при этом выронил фонарь из рук.
     Девушки отбежали к дальней стене комнаты и с ужасом наблюдали за действиями Николай Антоновича. Следователь, у которого у самого сердце выдавало барабанную дробь, пятясь от комода, не спуская с него глаз, на ощупь пытался найти фонарь рукой. Найдя его, он снова направил на комод луч света. Нижний ящик сильно выдвинулся вперед и образовалась довольно приличная щель.
     - Там что-то есть… ну-ка подержите фонарь, посветите мне! - протараторил следователь.
     Диана подбежала первая, схватила фонарь и направила его на руки следователя. Подполковник просунул руку в ящик. Внутри явно что-то было. Через минуты две он извлек находившийся взаперти клад. Им оказался плотный конверт.
     - Девочки я кое-что нашел! – глупо улыбаясь, сказал подполковник.
     Судорожно разрывая бумагу, подполковник извлек содержимое.
     - Это же фотографии! - удивилась Диана. – Да тут их сотни.
     Фото было очень много, они с трудом умещались в ладонях следователя.
     - Да точно..., - сказала Кристина. Там было очень много фотографий, сверху лежали фото Дианы, Николая Антоновича, и других неизвестных им людей, а также фотографии четы Светлик, - Коля посвети, пожалуйста, на них по сильнее, мне кажется на них что-то написано…, - попросила девушка.
     Следователь вплотную к ним поднес фонарик, чтобы был поярче свет.
     Кристина оказалась права. На них действительно были нарисованы символы, которые они уже видели. На каждой фотографии по одному символу.
     - Что это может значить? - шепотом проговорил подполковник.
     - Не знаю… кто все эти люди? – спросила Диана.
     Пока они рассматривали фотографии, в соседней комнате раздался какой-то шум.
     Дина вдруг ощутила, чье-то присутствие, нехорошее присутствие. Страх поглощал ее изнутри, не давая себе отчета. Словно сама смерть посетила ее душу, схватила руками и душит ее существо.
     Все насторожились. Слышалось только тяжелое и частое дыхание. Шум повторился, на этот раз громче. Что-то очень громко упало и покатилось.
     - Кристин… что это? Ты это чувствуешь? Сзади… я не хочу оборачиваться… ты чувствуешь? Он здесь, - шепотом проговорила Диана.
     Кристина задрожала всем телом. Ее ознобило. Она тоже почувствовала силу, находящуюся возле них. Сзади. Пару шагов не больше.
     - Так пошли отсюда…, - следователь, смотрел прямо на него. Он видел его, видел его ощутимый взгляд. Мужчина быстро стал пихать фото в карманы.
     Они, медленно зашагали к выходу, стараясь идти, как можно тише. Хлопнув дверью, спутники быстро стали спускаться по лестнице, перепрыгивая через несколько ступенек. На лестничном пролете, двумя этажами ниже они на секунду остановились, их привлек крик полный ярости, да такой сильный, что его можно сравнить разве что с ревом мотора старого разваливающегося трактора. Послышались быстрые тяжелые шаги на лестнице. Переглянувшись, они еще быстрее стали спускаться вниз.
     Николай Антонович бежал последним, периодически оглядываясь. Они уже были на первом этаже, как следователя с силой толкнули в спину и он полет прямо на девушек.
     Они не сразу сообразили, что произошло, но повинуясь инстинкту, резко подпрыгнули на ноги.
     Оказавшись в машине, спутники громко выдохнули, Николай Антонович, не смотря на сильную боль в спине, вдавил педаль газа и автомобиль быстро стал уезжать.

     ***
     - Ему не понравилось, что мы лазили в его вещах, - после долгого молчания сказала Кристина с наслаждением.
     Подполковник посмотрел на Кристину в зеркало заднего вида, не сказав ни слова. Он был очень напуган ударом.
     Машина мерно шуршала по асфальту. Было уже два часа ночи, встречных машин почти не было. На улице было темно, кругом включились фонари.
     - Едим к тебе? - спросил подполковник у Дианы.
     - Да, ко мне, посмотрим, что мы там нашли, - вздохнула журналистка.
     Николай Антонович уверено закрутил руль к направлению дома девушки.
     На улице разразилась гроза. Дождь шел сплошным потоком. А небо то тут, то там озаряли быстрые вспышки молний, они прорезали все небо. Такой грозы давно не было в городе. Раскаты грома сотрясали даже землю, машины с сигнализацией не умолкали. Ночь будет долгой. Подруги быстро выбежали из машины по направлению к подъезду, как только двигатель заглох.
     Войдя в квартиру, они не разуваясь, сразу направились на кухню. Кристина, достала из верхнего ящика бутылку виски из запасов подруги и три прозрачных стакана. Диана тем временем поставила сковороду, чтобы сделать яичницу, голод давал о себе знать.
     - Коля скажи, пожалуйста, а как давно ты его видишь? С того раза на улице? - спросила Кристина, подойдя к окну.
     - Ну можно и так сказать, по правде говоря я видел его еще за долго до того происшествия, просто сразу не обратил на это внимание, а потом стал задумываться. Его лицо мне казалось очень знакомым, - без желания ответил подполковник.
     - То есть, как за долго до того? А почему молчали? – удивилась Кристина.
     Подполковнику страсть как не хотелось об этом рассказывать. Он даже обращался к психоаналитику из-за этого. Когда он делился подобным с друзьями, они советовали ему взять отпуск, принимали за дурака. Этот парень уже давно следил за ним. Сначала только изредка попадаясь ему на глаза, но с каждым разом все ближе и ближе подбираясь к своей жертве, самое близкое их «знакомство» случилось тогда вечером на Ленинградской. Следователь не сразу сообразил, что же так беспокоило его в этом странном парне, но спустя время до него дошло, что он видел его раньше. Вот что не давало покоя в тот вечер.
     - Тогда рассказывай, а я сделаю яичницу, а то мой желудок скоро высохнет, - Диана с интересом посмотрела на друга.
     - Я… я не знаю, с чего начать даже…, - собираясь с мыслями, сказал подполковник.
     - Коля, все по порядку. Как? Когда? При каких обстоятельствах. Мы варимся в одной каше сейчас и вам незачем что-то скрывать, или стесняться, - успокоила его Диана, разбивая яйца в сковороду, та добродушно отозвалась шипением масла.
     Кристина подала бокал с виски другу и уселась на подоконник. Николай Антонович встал со стула и стал нервно ходить по комнате, рассматривая пол.
     - Ну, хорошо…, - после не долгого молчания, решился подполковник, - это было давно… первый раз я его встретил, возле парадных дверей Управления, но особого внимания на него не обратил, мало кто там стоит, какое мне до этого дело. Второй раз, когда я возвращался домой с дежурства, очень устал. Я уже подходил к подъезду, как увидел парня, он стоял прямо у подъезда и как-то странно на меня смотрел. Я попытался обойти его, но… не смог… мне будто что-то мешало. Я остановился, посмотрел на него… с минуту мы молчали, честно говоря, мне и не хотелось с ним говорить, мне было как-то не по себе от него. Мне даже тогда показалось, что стало холоднее, будто этот холод идет от него. Потом он заговорил и сказал очень странные вещи, я не помню точно что, но смысл в том, что мы вроде бы как с ним еще встретимся. У меня еще жутко разболелась голова тогда, но я не обратил внимания на боль. Затем он развернулся и пошел, я долго смотрел на пустой проход, а когда обернулся чтобы посмотреть ему в след, его уже не было. Я как-то все это позабыл, может усталость сказалась. Я не запомнил его почему-то…, - он не договорил.
     - А после этого? - спросила Кристина, которая осушив бокал, помогала подруге приготовить ужин.
     Подполковник грустно кивнул головой.
     - Да, были. Дней через пять. Я сидел у себя в кабинете, с напарником, моим другом. Не суть. В общем, я работал с делом, которое уже собирался вести в прокуратуру, как тут дежурный сообщил, что произошло убийство, а так как я снова дежурил, ехать с оперативной группой нужно было мне. Прибыв на место преступления, кстати говоря, эта было на той самой улице, где мы с вами сегодня были, мы обнаружили труп женщины, там не было ничего особенного, как мне тогда казалось, обычная «бытовуха», напились, и хозяин квартиры выбросил свою собутыльницу в ходе драки с балкона. Я хотел осмотреть место преступления и стал подниматься на этаж, где и произошла трагедия. На восьмом этаже я снова увидел этого парня, он не сводил с меня глаз, я стал медленно мимо него подниматься дальше, и снова почувствовал тот самый холод. Я поднялся на лестничную площадку и посмотрел туда, где был он, но его там не оказалось. В квартире уже работали наши люди, я попросил сержанта, Серегу, чтобы он узнал, что за парень, там трется в подъезде. Я его ему описал, на случай если он его не найдет. Минут 20, наверное, спустя, Серега вернулся и сказал, что там никого не было. Самое интересно вот в чем, я его не запоминал, это так странно, – подполковник глубоко вздохнул.
     - А эта «бытовуха», произошла в том же доме? - спросила Кристина.
     - Нет, в соседнем. Так вот. Месяц спустя после этого, я снова его видел… на кладбище, возле того самого дерева, где сейчас находиться его могила, но раньше там ничего не было… я там был не по работе… ездил к матери на могилу. Он все время смотрел на меня, словно оценивал, заглядывал внутрь меня… бррр.. как вспомню, мурашки по коже… Он будто ждал меня, хотел, чтобы я его увидел… Такое ощущение, что вот я его увидел, заметил, что он смотрит на меня, и что теперь мол, можно и уходить, издевался он что ли… Когда он скрылся из виду, я решил подойти и посмотреть, что он там делал, но ничего там не было, ни могилы, ничего… пустое место под деревом. Ну а потом вы знаете, как было, поступил вызов к этим чокнутым, - выдохнул подполковник.
     - Да, уж… а почему ты сразу нам не рассказал, почему скрывал все это? - спросила Диана.
     - Я ж говорю, только недавно это понял. Он мне не запоминался. Пока мы не стали во всем этом разбираться. Я был убежден что первый раз его увидел в тот вечер. А сейчас словно воспоминания нахлынули, как будто сон вспоминаю. Знаете я сейчас даже как-то подумал, что все это может быть связано со мной…, - печально проговорил подполковник.
     - Это вряд ли. Ты не единственный кому он является. Если бы он только к тебе приходил, другой разговор. - успокоила Кристина.
     Яичница уже была готова и Диана задумчиво делила ее на всех. Тем временем Крис клала столовые приборы на столик.
     Рацион питания Дианы, не отличался разнообразием, в ее холодильники были только те продукты, которые можно быстро приготовить. Она не баловала себя блюдами, которые приготовлялись дольше 20 минут. Чаще всего она ела яйца, пельмени и салат из помидор и огурцов. Что же касается хлебобулочных изделий, а именно хлеба, то его в доме было полно, это единственное что у нее задерживалось подолгу. Она его совсем не ела, но продолжала покупать, по привычке.
     Голодные спутники накинулись на яичницу и хлеб, как волки на овцу и умяли ее за пять минут.
     Николай Антонович, так и не насытившись скудным ужином, стал продолжать.
     - Ну, просто решил, что раз он мне стал первым являться, преследовать меня что ли. Может он хочет чего-то добиться от меня через вас, каких-то действий… не знаю даже. Я уже голову сломал, размышляя об этом, – ответил Николай Антонович.
     - А ты пытался, это выяснить? Каким боком он может быть с тобой связан? - задумчиво спросила Диана, откинувшись на стенку.
     - Пытался… но все тщетно. Я перебрал всю свою родню, кто хоть как-то мог быть с ним знаком, но не нашел ни одного подходящего родственника, да и я сам никогда прежде не связывался с ним, - Николай Антонович склонился над столом, закрыв голову руками.
     - А я вот думаю, - начала Кристина, - что нам не стоит вдаваться в эти размышления. Мне кажется, что он действует «наобум», случайный выбор, он просто выбирает кого-то и изводит его. Ни ты, ни я, ни Диана здесь не при чем, просто ему так захотелось, - твердо сказала девушка.
     - Я начинаю тоже склоняться к этой теории, - сказала подруга.
     - Может быть вы и правы, да, наверное, скорей всего так оно и есть. Надо узнать что ему нужно, - констатировал Николай Антонович.
     - Никто его не знает, никто его не видел, только узкий круг людей, опять же его случайный выбор, кому он хочет, он показывается, он просто путает нас, водит вокруг пальца, чтобы мы топтались на одном месте. И похоже, что мы не одни такие, эта статья что я сегодня нашла в офисе, и эти фотографии. Кстати где они? – спросила Диана.
     Подполковник вытащил из карманов фото и стал раскладывать на столе и полу. Их было восемьсот штук. Все люди разные. Свои фото они отложили в сторону. Среди фотографий были и старые черно-белые, и пожелтевшие от времени, и совсем новые. Среди них они нашли и фото той немки.
     На каждом фотоснимке имелся какой-то свой символ. Диана пошла в спальню и взяла карандаш и бумагу, чтобы записать их.
     Так они просидели два часа. Копируя неизвестные «иероглифы». И как выяснилось, все символы были друг на друга не похожи. Для каждой фотографии они были индивидуальны.
     Закончив копировать, они стали рассматривать их.
     - Как вы думаете, что они могут означать? – спросил подполковник, глаза у которого уже сильно болели от усталости, он сильно щурился.
     - Ни малейшего понятия, - сказала Кристина, потирая лоб.
     Диана, смотря на изобилие фотографий, не могла не отметить, что все люди на них молоды, и друг на друга непохожи. У нее была мысль, что возможно юноша выбирает людей по схожим признакам: стилю одежды, цвету волос, росту и тому подобному, как маньяк выбирает свою жертву, опираясь на свое больное воображение.
     - Завтра поедем в наш храм на Соборной площади. Кстати нужно как-то договориться, чтобы нас приняли. Не впустую же ехать. – догадалась Диана.
     - Я позабочусь об этом. Надо вздремнуть часика четыре, а то я с ног валюсь, - и словно в доказательство своих слов, мужчина глубоко и громко зевнул.
     Диана за всю свою карьеру журналиста, впервые столкнулась с тем, что не может найти ответы на поставленные вопросы. У нее всегда все получалось. Чтобы она не начинала, она завершала до конца. А сейчас она находилась в тупике и ее это очень огорчало. Ей всегда завидовали за способность легко находить ответы, за рациональность мышления. Она презирала людей, которые верили в сверхъестественное, считала их попросту дураками или неудачниками, а теперь она сама столкнулась с нечто подобным. Ей было трудно смириться с этим, трудно понять, что такое может быть с ней. Еще недавно, она ни о чем не задумывалась, размеренно работала, отдыхала, но из-за этих событий все резко поменялось. Мысли стали путаться, вводить в депрессию. Ее жизнь кардинально изменилась. Голова разрывалась от неизвестности, от страха.
     Они заночевали все вместе. Николай Антонович лег на полу возле дивана и очень быстро заснул. Его примеру последовали и подруги.

     Глава X
     Вердикт священнослужителя
     День начался уныло. Улицы были заволочены туманом, из-за которого не было видно ближайших домов. Наступил конец октября. Диана не заметила, как прошло время спустя первого визита незваного гостя. Сейчас она хотела, чтобы уже наступил декабрь. Сейчас девушка мечтала начать жить как прежде. Забыть про страх, про бессонные ночи. В этом было что-то поэтическое.
     Проснувшись, Диана разбудила подругу и подполковника. Сегодня нужно было многое сделать.
     - Давайте одевайтесь, сейчас позавтракаем и в путь. Да и Коль, ты обещал позвонить в храм, чтобы наш приезд не был для них сюрпризом, – вежливо напомнила Диана. Увидев положительный кивок головы, все еще не отошедшего ото сна следователя, она пошла на кухню приготавливать завтрак.
     Кристина, медленно покачиваясь из стороны в сторону, стала одеваться. Что-то, ворча себе под нос нечленораздельное, она направилась в ванную. Мысленно проклиная утро, девушка разглядывала свое лицо в зеркале. Кожа лица, казалась совсем серой, под глазами были темные круги. Минут пять, Кристина озабоченная своим видом медленно поворачивала голову, недовольная своим отражением и наконец, смирившись с ним, открыла кран с холодной водой.
     Николай Антонович, тем временем протирая глаза, листал «Желтые страницы». Церквей в городе было не много, всего шесть. Следователь позвонил в храм и договорился о встрече.
     - Диана! Дин! – привлекая внимание девушки, крикнул подполковник.
     - А? Что? – Диана, не отрываясь от сковородки, в которой шкворчало раскаленное масло, резко отозвалась подполковнику.
     - Я договорился о встрече. Нас будут ждать. Сказали подходить в любое время. Так что я думаю, поедим и поедем, - подполковник зашел на кухню, где слабо стоящая на ногах девушка готовила завтрак. Облокотился о столешницу и стал наблюдать, как Диана перемешивала в сковородке ненавистные яйца. Но смирившись с повторением вчерашнего ужина, решил, что можно будет поесть и в кафе по дороге, что-нибудь не содержащее яиц.
     - Отлично, - зло сказала Диана, - сейчас уже будет готово, так что поторопи Кристину и садись кушать.
     Подполковник постучался в дверь ванной. Крис открыла не сразу. Она не стала вытирать мокрое лицо полотенцем, решив, что так оно будет свежее.
     За завтраком никто не проронил ни слова. Все ели быстро, особенно Кристина, она, едва прожевав пищу, тут же отправляла ее в желудок, поэтому ей еще пришлось ждать, когда все насытятся трапезой.
     На часах было десять утра, когда они вышли из квартиры. Диана сложила в рюкзак все фотографии, чтобы показать находку служителю церкви.
     Пока Николай Антонович разогревал машину, Кристина курила свои сигареты и думала о предстоящей встрече. Надежда появилась на горизонте.
     ***
     До нужной церкви ехать было не долго, если без пробок, то двадцать минут. «Жигули» ковыляло до соборной площади по туманному городу. Машин по пути следования было не много, на радость путников. Все выходило как нельзя лучше.
     Соборная площадь представляла собой круг. Обитель Христа была огорожена со всех сторон дорогой и переплетением улиц. Небольшой островок в центре города. Собор был большим сооружением. Белое здание имело два входа. По ночам купола светились фиолетовым цветом, что было очень красиво. Летом вся площадь была засеяна мягким зеленым газоном. Здесь были и клумбы с цветами, они стелились ковром по краю соборной площади. А сейчас там все было усыпано мокрой, грязной листвой. Тем не менее, это не мешало ей быть такой же красивой.
     Сейчас церковь была заволочена густым туманом издалека можно было увидеть лишь кресты на куполах. Церковь стояла покорно, словно привидение из сна, в ней было что-то готическое.
     Николай Антонович припарковал автомобиль у бордюра, и они отправились внутрь Собора. Следователь шел, как-то сгорбившись, от его осанки не осталось и следа. Он никогда раньше не был в церквях, видел их только по телевизору, когда случайно натыкался, переключая каналы, в поисках фильма, ну и по дороге домой. Он представлял их довольно смутно, думая, что в здании очень темно и мрачно. Когда подполковник вошел в двери Собора, он приятно удивился. В нем было очень светло, всюду были иконы в позолоченных рамках, одни висели на стенах, другие были выставлены на иконостасах. У входа в главный зал за небольшим столиком сидела милая старушка в зеленом платочке на голове. Она собирала пожертвования и продавала разную атрибутику церковного обихода.
     Все трое направились прямиком к человеку в черной рясе и длинной каштановой бородой.
     - Простите, я могу у вас узнать? – спросил следователь.
     - Да, конечно, чем могу помочь? – мелодично ответил мужчина.
     - Я звонил не так давно, договаривался о встрече. По поводу иероглифов. С кем мне можно поговорить здесь об этом? – у Николая Антоновича слегка кружилась голова, от запаха ладана.
     - Ах, да… я вас провожу, - человек в рясе, развернулся и неторопливо проследовал через весь зал к серой двери.
     Диана старалась не смотреть по сторонам, ее всегда пугали церкви. Они навевали ей мысль о смерти и гниении. У каждого есть свои страхи, не бывает людей совсем ничего не боявшихся и Диана была не исключением. Больше всего в жизни она боялась умереть. Сгинуть в небытие. Она не верила в загробную жизнь, по ее мнению люди просто бесследно уходят. Не остается ничего, кроме тьмы, да и тьмы не остается. Все исчезает и растворяется. Из-за ее страха она избегала церковь. У нее начинала кружиться голова и подступала тошнота. Так что Диана идя по церковному залу смотрела только на впереди идущего, а точнее ему на ноги.
     За дверью была витиеватая лестница, она вела глубоко вниз. На стенах висели маленькие бра в виде роз в позолоченной оправе. Человек с длинной бородой, привел их в маленькое темное помещение. Здесь не было никакого освещения, за исключением горящих свечей. У стены стоял шкаф, сверху и донизу заставленный книгами. Здесь был светло-коричневый деревянный стол, на котором находилась какая-то старая книга, ручка, карандаш и конверт. На стене висело кадило. Вся комната была обшита темными на манер дерева панелями. Окна в помещении отсутствовали, да и откуда им было взяться, судя по всему комнатушка таилась далеко под Собором.
     Человек в черном попросил их подождать здесь и вышел.
     Диане это помещение напоминало склеп. Темно, пахнет сыростью и ветхостью. Воздух казался кислым. Скорее всего, здесь давно не делали ремонт. Под деревянными панелями наверняка плесень и бог знает что еще. Девушке стало дурно, у нее вспотели ладони и выступили испарины на лбу. Двое других ее спутников равнодушно осматривали шкаф с книгами.
     Священника долго не было. Диана подумала, что если он сию минуту не явится, она упадет в обморок. Но не успела она оформить до конца свою мысль, как дверь комнатки тихонько скрипнула.
     На пороге появился высокий худощавый священник с благородной сединой. На нем была такая же черная ряса, что и на предыдущем священнослужителе. В руке он держал толстую книгу в ветхом переплете.
     Священник небрежно посмотрел на посетителей и крадучись сел на табурет в углу комнаты.
     - Значит это вы мне звонили, - подтвердил свои догадки священник. - Ну что ж... я тут кое-что просмотрел, пока думал чем смогу вам помочь. Скажу вам открыто, я очень удивился. По телефону вы говорили о демоне и о странных символах, но могу вас уверить - это существо не демон. Я просмотрел разные священнописания, где говориться о демонических сущностях, и не нашел ни одного упоминания схожего с тем что вы мне рассказали. Но нашел кое-что другое... - священник с хмурым лицом открыл книгу и стал листать.
     Пока человек в рясе пролистывал книгу, ища нужную страницу, Диана затаив дыхание одними глазами следила за рукой священника. В комнате стояла ощутимая тишина, нарушаемая лишь шуршанием листков и рясы священника.
     - Могу вам сказать одно… порой тайны, должны оставаться тайнами. Не всегда все нужно знать. Иногда это может нанести непоправимый вред. То, что вы ищете, конечно, не порождение ада, но и богом оно создано не было. Этот дух был создан самими людьми. Его породили люди. Он образовался в результате скопления негативной энергии, из-за страха, боли, злости человека. Это своеобразная пища для него, таким образом он набирает силу, отнимая ее у своей жертвы. Он развивается сам по себе, только он себе хозяин. Веками оно блуждает по земле, совершенствуется. Эта сущность беспокойная, она скитается из века в век, ища то, что ей необходимо, - священник глубоко вздохнул и мрачно посмотрел на посетителей.
     Диана тщетно пыталась осознать сказанное. Больше половины вопросов остались без ответа.
     Тем временем священник продолжал.
     - В древних писаниях сказано, что имя ему Сметиль. Так он сам себя ознаменовал и велел, преподносит ему дары. Многие считали его божеством, коим он не являлся.
     - Простите, но почему он приходить к нам? Что ищет эта сущность? Может, если мы узнаем что ему нужно, мы ему это отдадим, и он уйдет? - питая надежду, спросила Диана.
     - Боюсь, что если вы дадите нужное ему, уйдет не только он, но и вы. Видите ли, эта сущность очень злая и жестокая, она как паразит цепляется, за кого бы то ни было и высасывает из него всю жизненную силу. Тот несчастный на кого пал его выбор, так или иначе умирает. Фотографии, о которых вы мне говорили по телефону, его трофеи. Это все те люди, к которым он являлся. Жертва, выбранная им, должна быть не старше сорока лет, ибо ему нужна сила, энергия жертвы, а что можно взять со пожилого человека… Символы, что вы видели, обозначают души, каждая душа имеет формулу, и она индивидуальна, поэтому символы все разные. Нет одинаковых душ, как нет двух идентичных голосов.
     Эта сущность может годами выслеживать человека, разгадывать его и только после того как она узнает о жертве все, находить его уязвимую пяту и начинает действовать. Вот вы, - священник обратился к Диане, - как в первый раз столкнулись с ней?
     - Я увидела статью в газете и прочитала ее, а потом он стал ко мне являться, - озадачено ответила девушка.
     - Вы по профессии журналист, как я понимаю. Вам нравится ваша работа? – уточнил священник.
     - Да я люблю свою работу, я всегда мечтала о ней…
     - Вот это и есть ваша уязвимая пята, ваша слабость. Он подсунул вам эту статью, и я уверен, что в той газете ее не должно было быть. Так он завладел вашим вниманием, - с грустью вынес вердикт священник.
     Диана обреченно закрыла лицо ладонью. Она знала, что когда-нибудь ее любопытство до добра не доведет. И сама себя загнала в бездну, из которой выйти, похоже, не представляется возможным. Надежда еще не угасла, но будущее ей виделось в тумане.
     Кристина искала несоответствия в словах священника. Что-то в его рассказе было не так. Если в случае с Дианой, как он завладел ею все понятно, то какую пяту он нашел в ней. Но тут она вспомнила свой сон. Ее привлекла музыка за дверью юноши. Рок, а ведь она его любит. Именно из-за нее, она решила заглянуть в комнату. Все точки были расставлены.
     А насчет Николая Антоновича, по его исповеди, он встретил его на месте преступления, а ведь он следователь и именно расследованию посвятил свою жизнь. С этим все было ясно. Но остается непонятным одно. Почему именно они? И как избавиться от этого?
     - Извините, - решила вступить в разговор Кристина, - это конечно все понятно, ну то как он проник в нашу жизнь, но не ясно, почему именно мы. В нас нет ничего особенного. Люди как люди.
     - Это существо, - у священника был ответ и на этот вопрос, - находит в жертве что-то, что может ему пригодиться в дальнейшем. Его выбор может остановиться на любом более или менее молодом человеке. Он находит какое-то качество и хочет его забрать. Но как изъять из души ее индивидуальность, не навредив ей? Никак. А поскольку, как я уже сказал, эта сущность злая, она добивается этого весьма своеобразным способом. Сводит людей с ума. Это существо видит все ваши страхи, все печали и пользуется ими, нагнетая депрессию, уныние, чувство безысходности, мысли о суициде.
     - Ясно, мы просто жертвы обстоятельств, хмм… Ну и как от него избавиться? – зло усмехнулась Кристина.
     - Скажите, в каком виде оно к вам приходило? Эта была тень или может быть голос? – поинтересовался старик.
     - Честно говоря по-разному: была и тень и голос, а иногда он становится материальным, прикасается к нам, нападает.., - недоговорила Диана.
     - Материальным? Вы уверены? Странно… он очень сильный, видимо он уже порядком напитался, раз способен даже приходить в этот мир свободно, не являясь его частью, - рассуждал священник.
     Священник встал из-за стола и прошелся вдоль комнатки. Он не знал чем помочь людям. Скрестив руки на груди, человек в рясе печально осмотрел каждого из них. Все они смотрели на него с надеждой. Просили о помощи.
     - Сметиль – это как данность, он рожден эмоциями и страхом людским, он насытился болью, стал много сильней, его воля поражает каждого. Я не знаю, чем вам помочь. В древние века, малообразованные люди верили, что Он сможет им помочь, подносили ему дары, питая его, насыщая своим невежеством и злостью, нам лишь остается пожинать плод сих усилий, - монотонно повествовал священник.
     А затем продолжил.
     - Я бы посоветовал вам оставить это дело, - он подошел к Диане и опустил руку ей на плечо, - не нужно гоняться за тенью, ее нельзя поймать. Это существо невозможно изгнать или упокоить. Оно будет скитаться в поисках до тех пор, пока не найдет себе пристанище. Больше мне помочь вам нечем. Мне очень жаль.
     Троица переглянулась и в след за священником направилась к выходу из Собора. Человек в рясе проводил их до двери и пожелал удачи.
     Они узнали многое об этом загадочном существе, чего оно добивается, но от этого легче не стало. Скорей наоборот ввергло в пучину отчаяния. Оказавшись на руинах собственных надежд, все трое молча сели в автомобиль.
     Перед глазами Дианы пролетела вся ее жизнь. Воспоминания слились в единое целое и стали казаться нереальными. Еще три месяца назад она ни о чем не беспокоилась, занималась любимым делом, жила жизнью, которая, как она считала, была самой лучшей из всех данных людям. И впереди перед ней расстилался океан полный возможностей и достижений. Она мысленно себя хоронила. Сколько всего еще не сделано, сколько несказанного осталось. Но будущее, видимо, осталось за пеленой ее грез. В сердце Дианы поселилась грусть, распаковала вещи и подала документы на постоянное место жительства.
     Николай Антонович повернул ключ зажигания и машина покорно заурчала. Он предложил девушкам поехать пообедать в кафе, а лучше напиться. Кристина покачала головой в знак согласия, они еще живы и в здравом уме, а значит нужно питаться.
     Стоя на светофоре Диана с завистью разглядывала прохожих. Как бы ей хотелось поменяться с ними местами. Пусть их сводят с ума. В чем она виновата. Она, как и все хочет жить. Смерть для нее всегда была такой далекой, ненастоящей, а теперь ее можно потрогать руками, посмотреть ей прямо в глаза.
     На остановке стояла девушка, под ярким фиолетовым зонтиком, он совсем не вписывался в царящую атмосферу. В этом унылом городе, он казался вырванным куском света из другой планеты. Солнечным лучиком счастья и безмятежности. Девушка мило тянула улыбку. Никто не в силах испортить ей настроение, но этого и не нужно, никто бы не посмел посягнуть на радость столь светлой души. Но вот подошел автобус и незнакомка играючи вскочила в транспорт, растворяясь в серой толпе.
     Смотря на девушку, у Дианы даже слегка приподнялось настроение. Бывает, встречаешь мимолетом таких людей, которые волей неволей втягивают вас в свой светлый мир. Глядя на них, на их улыбки, ты забываешь о своих проблемах и, не осознавая этого, начинаешь улыбаться.
     Тем временем Николай Антонович вывернул руль вправо и поехал вдоль главной дороги. Асфальт был весь в выбоинах и подполковнику пришлось резко маневрировать. Но он был этому рад, отвлекает от тяжелых мыслей. Автомобиль последний раз повернул влево и проехав сто метров остановился напротив кафе «Выходной».
     Только когда машина затормозила, а Николай Антонович поставил ее на ручник, Диана, наконец, отмерла и осмотрела местность. Журналистка бывала в этом кафе, однажды ее пригласил сюда друг. Подобные забегаловки девушка называла просто «на заводе сегодня выходной». Кафе не пользовалось популярностью среди культурного населения. Сюда приходили люди, которые любили просто напиться в стельку и подебоширить. Снаружи кафе напоминало домок-теремок. Деревянная постройка, грубо обтесана, слегка покосилась и разбухла от дождей. Вывеска над входом выцвела так что буква «В» с дальнего расстояния читалась с трудом.
     Путники вылезли из машины и поднялись по двум скрипящим ступенькам на порог избушки. Тяжело распахнув массивные двери им ударил в нос спертый дым сигарет. Помещение абсолютно не проветривалось. Внутри было достаточно много народа. Некоторые уже клевали носом и слабо понимали, что вокруг происходит. Возможно, многие из посетителей находятся здесь со вчерашнего дня, пропивая свою зарплату.
     Немногие из присутствующих подняли головы, чтобы посмотреть, кто пришел.
     Диана укоризненно посмотрела на Николая Антоновича и зашла внутрь. Помещение было просторным и очень грязным. На полу лежали окурки, пепел и кое-где разбитое стекло. К запаху табачного дыма, добавлялся запах разлитого содержимого больших граненных кружек. Столики располагались в четыре ряда по всему периметру. Диана приметила свободный стол в самом начале, и смело двинулась в его направлении. На столике лежало помятое и заляпанное меню, которое предлагало лишь алкоголь и закуску к нему. Место, выбранное Дианой, находилось в двух метрах от барной стойки, поэтому к ним сразу же подошла официантка. Девушка жевала жвачку и закатывала глаза, всем видом показывая как ей неприятны посетители.
     Николай Антонович заказал три кружки светлого пива. Официантка цыкнув, пошла за заказом. То, что он находился за рулем, ему сейчас было абсолютно наплевать.
     Все трое молчали, разглядывая посетителей забегаловки. Напротив их столика сидели двое мужчин. Они беседовали так громко, что не могли не привлечь внимание. Незнакомцы много курили и ругались матом. Их чрезвычайно беспокоила погода. Пепельница на их столе была настолько переполнена, что горка окурков в ней постоянно рассыпалась в разные стороны.
     Официантка чуть ли не бросила на стол кружки с пивом, зевнула и лениво зашла за барную стойку, в душе надеясь, что больше ее никто не потревожит. Напрасно конечно, поскольку тут же ей свистнул качающийся в пьяном угаре молодой человек.
     - Скажи-ка ради бога, из всех чертовых кафе, почему ты выбрал эту помойку? – скривила в отвращении губы Диана.
     - Не знаю…, - зло отозвался подполковник.
     - Так значит… это все да? – вышла из раздумий Кристина.
     - Не знаю… я надеюсь нет! – выпалил Николай Антонович.
     - А по-моему это все…, - начала Диана.
     - Дина, никто не собирается опускать руки! Лично я хочу дожить до глубокой старости! И плевать, что посоветовал священник, хуже уже все равно некуда. По крайней мере мы разобрались в том, кто нас преследует, и теперь не нужно гадать. Остался только один вопрос без ответа: «как избавиться от него?» В любом случае нужно что-то делать, нельзя все пускать на самотек и впадать в панику, ни в коем случае нельзя,- подбодрил девушек подполковник.
     - Избавиться? Ты ведь слышал священника! Он не оставит нас, пока не доведет нас до полоумия или пока мы не окажемся под колесами автобуса, как та женщина из Германии. Все что ему нужно – это убить нас! – сорвалась на крик Диана.
     - Послушайте, у меня идея, - вмешалась Кристина, - может дать ему кого-то кто обладает нашими качествами, взамен нас. Договориться с ним.
     - Хмм… ты предлагаешь преподнести ему жертву, в обмен на наши жизни? Крис, а ты сможешь потом с этим жить? Я не смогу спокойно спать по ночам, зная, что я кого-то обрек на страдания. Если конечно вообще существует такой вариант. Ведь священник ясно дал понять, не существует двух похожих душ. Это наша с вами задача и нам ее решать.
     Диана задумалась. В ее голове прокручивалась масса вариантов борьбы с ним, но только одна идея не давала ей покоя.
     Во сне они с Кристиной видели дом. Он явно им приснился не просто так. Может быть именно в нем таиться разгадка.
     - Крис, ты помнишь дом из сна? – медленно выговорила девушка. – Он не дает мне покоя. Возможно в этом доме есть что-то, что может нам помочь. Может там есть руководство как избавиться от него, ну было бы неплохо конечно. Я убеждена, что не бывает действия без противодействия. Раз он каким-то образом зародился, значит есть способ его засунуть обратно.
     - Мысль конечно умная… но мы понятия не имеем, где находиться этот дом…, - подруга не закончила.
     - Что? О каком доме вы говорите? – допивая свое пиво, затараторил следователь.
     - Нам с Крис приснился одинаковый сон. Нам приснился дом, там был этот парень, - Диана второпях рассказала про сновидение, следователю.
     Николай Антонович уперся взглядом в стол. Как человек аналитического склада ума, он обдумывал с чего начать поиски. Ему в голову пришла отличная мысль. Агентства недвижимости или земельные конторы, должны знать о незанятых постройках. По словам девушек здание ветхое, оно скорей всего подлежит сносу. Вокруг здания площадь обширная. Огромный бесхозный кусок земли, а это клондайк для строительных компаний. Не может быть, чтобы такой участок был не замечен.
     - У меня есть план,- твердо сказал подполковник. – Я сейчас отлучусь, сделаю несколько звонков. Попробуем найти этот дом.
     Николай Антонович резко встал и быстрыми шагами пошел к выходу, оставив недоумевающих девушек без объяснений.
     Диана с глупым выражением лица уставилась в барную стойку. Официантка, решив что девушка, таким образом, зовет ее, скривила свое лицо в гневной гримасе и отвернулась, давая понять чтобы ее никто не тревожил.
     Следователя не было уже десять минут. Терпение Дианы стало подходить к концу. В конце концов, что за дурацкая привычка ничего не объяснять. Сказать, что у тебя есть план и убежать в неизвестном направлении, образно выражаясь.
     Время идет слишком долго, ожидание явно затянулось. Николай Антонович отсутствовал уже сорок минут. Диана, не выдержав встала из-за стола.
     - Пойду, посмотрю, не помер ли он там часом…, - съязвила журналистка.
     - Только сама не провались там, - ответила подруга.
     Диана вышла из кафе, оставив подругу в гордом одиночестве. Николай Антонович сидел в машине и что-то торопливо записывал. Девушка размеренно постучала в лобовое стекло, но следователь не повел и ухом. Тогда журналистка села на пассажирское сидение. На приборной доске лежал телефон следователя, из динамика раздавался грубый мужской голос, диктовавший какие-то адреса.
     Лицо Николай Антоновича побагровело от напряжения. Он исписал уже целый тетрадный лист. Лишь когда ручка чиркнула в последний раз, следователь выдохнул воздух. Диана даже подумала, что он не дышал целый час.
     - Вот,- следователь повернулся к Диане и протянул ей листок с адресами, - я тут собрал информацию о заброшенных домах, решил найти дом по описанию. Ну что могу сказать… я честно говоря, не думал, что в нашем маленьком городе их так много, - подполковник с ужасом посмотрел на Диану.
     - Так, - сворачивая лист, сказала журналистка. – Пойдем за Кристиной. А заодно заедем на бензоколонку. Чувствую, путешествие будет долгим.
     Они вернулись в кафе и рассчитались с официанткой. День пообещал быть трудным.
     На часах было два часа дня, когда Жигули поехало по первому адресу. Нужно было объехать двадцать один дом.
     Машина, превышая скорость, ехала вперед и вперед, обгоняя по пути череду автомобилей. Они уже час катались по городу в поисках нужного дома, позади остались шесть адресов.
     Следующий по списку дом, находился очень далеко. Николай Антонович выехав за черту города, резко свернул влево по направлению трассы А. За окном мелькали лишь голые деревья и сельхозные угодья. Нужная постройка была в 140 километрах от города, а это не меньше трех часов езды на старом дребезжащем жигуленке.
     Когда половина пути миновала Дина заметила, как впереди что-то быстро приближается к ним. Сколько бы она не всматривалась вдаль, различить неясный объект она не могла.
     - Ко… Коляяя, - не отрывая взгляда от дороги, Диана вслепую дотронулась до плеча следователя, - что.. что это там?
     Следователь, прищурив глаза, начал снижать скорость. Но поняв, что это к ним бежало, скрипнув колесами, затормозил и включил заднюю передачу. Машину слегка занесло вправо, от такого маневрирования.
     Навстречу им очень быстро приближался юноша их терроризировавший. Понятно было, что гонка будет проиграна, мальчик со скоростью разъяренного гепарда гнался за ними. Следователь все же в душе надеясь, что тот их не догонит, вдавил в пол педаль газа.
     - Дави на газ!!! – бешено кричали девушки.
     - Это бесполезно!!! Он движется слишком быстро! - следователь выжимал из машины все что мог.
     Парень настиг их молниеносно. Николай Антонович дернув руль влево, ударил по тормозам. Машину развернуло на сто восемьдесят градусов, они бы врезались в бежавшего, но тот оказался не материальным и автомобиль просто прошел сквозь него. Пассажиры схватились за головы. Боль ударила с такой силой, что казалось мозг, закипел и взорвался.
     Видение исчезло. Все трое хватая воздух губами, озирались по сторонам. Все кончилось, на дороге снова было пусто. Первым от шока отошел Николай Антонович.
     - Н.. ну, те.. теперь мы знаем, что движемся в правильном направлении…, - следователь с выпученными глазами, посмотрел на Диану.
     - Д.. да… похоже на то…, - откликнулась Диана. Ну что ж поехали? Я бы не хотела оказаться там ночью…
     - Что-то мне подсказывает, что днем там тоже не безопасно…, - сделала вывод Кристина.
     Подполковник завел двигатель. Машина снова встала на верный курс. Остаток пути происшествий не было. Все молчали в предвкушении, не ожидая ничего хорошего, но готовые ко всему.
     Если верить навигатору, то дом скоро должен был появиться на горизонте. Диана вертела головой во все стороны, высматривая сооружение. Жигули проехали еще километр и впереди слабыми очертаниями появилась постройка. Николай Антонович свернул в ее направлении.
     Судя по всему здесь когда-то было какое-то хозяйство, но оно давно запустело. Старенькое здание, было огорожено прогнившим деревянным забором. Кругом валялись сломанные доски, осколки стекла от выбитых окон и всякого рода мусор. Хозяйство это было не казенное. На покосившихся балках висела оторванная бельевая веревка. Для одного человека дом был слишком огромный или семейство что здесь жило, было очень богатым, по давним меркам. Возможно, здесь выросло целое поколение. И надо заметить, соседей оно не жаловало, вокруг на целые километры не было ни души. Как до деревень, так и до города было очень далеко.
     Диана внимательно осматривала дом, сомнений не возникало, это тот самый. Здание смотрело на пришельцев черными побитыми окнами. Здесь росло одно единственное дерево и то, тоненькое и низенькое для того чтобы создать хоть какой-то пейзаж. Дверь дома висела на одной ржавой петле, из-за этого волей неволей был виден царивший внутри мрак.
     Начало смеркаться. Скоро грозилась прийти ночь, чтобы погрузить путников с головой в торжествующую зловещую атмосферу.
     ***
     Если переусердствовать с добром, то можно получить отрицательный результат. Всего должно быть в меру. Сегодня ты хочешь совершить благо, а завтра это принесет несчастье и не только тебе.
     Дом семейства Меркушевых стоит здесь уже очень давно, столетиями осыпаясь. Его стены поведали многое. Маленький домик реставрировался, расширялся и совершенствовался в соответствии со временем.
     Он был построен стариком по имени Никонор Тимофеевич Меркушев. Странный был человек. Затворник. Он и его семья, жили далеко от городского поселения. Ему не нравилось соседство с людьми. Место было выбрано в глуши среди деревьев, на много миль ни одной постройки, ни одной живой души, ну может быть только звери: зайцы, белки, волки.
     Старик редко с кем-то общался, даже с собственной женой и детьми, которых у него было пять. Собственно говоря, родственники тоже не горели желанием разговаривать с ним. Вообще семейка была куда как более своенравной.
     Сказать, что дед Никонор был злым, значит соврать. Скорей наоборот, хотел помочь всем и вся. Эта его тяга к добру довела его до полоумия, превратилась в навящевую идею. Он мог часам просиживать в подвале своего дома, читая книги по врачеванию и целительству. Раз в неделю, обычно это была суббота, он ездил в город, загоняя чахлую лошадь. Он скупал тонны книг с одноименным содержанием. Изучал, анализировал и практиковал якобы полученные навыки на своей жене, никто другой бы не согласился на это добровольно.
     С годами старик становился все более безумным и раздражительным. Во взгляде появилась маниакальность, а руки нервно дрожали, выдавая тревогу и нетерпение. В конце концов, семья его оставила, не выдержав постоянного напряжения и страха. Они уехали вглубь города и больше старик о них ничего не слышал. Да и хотел ли он слышать? Если бы не тишина в доме, Никонор не заметил бы их отсутствия.
     Дом пришел в негодное состояние, его единственный житель не обременял себя заботой о хозяйстве. Десятилетний слой пыли на окнах создал искусственный мрак.
     Старик перестал покидать свой подвал. Не чувствуя голода он все глубже погружался в свой придуманный мир. Не переставая бормотать, он расхаживал из угла в угол, вспоминая прочитанное пособие.
     Книга в серебристом переплете привлекла его не сразу. На запыленном столе за грудой бумаг, она лежала уже два года. Безымянная и ветхая. Никонор сел за стол и запустил пальцы в оставшиеся у него волосы. Седина была засаленная и липкая от пота, он перестал мыться еще пять лет назад. Взгляд его задержался на неприметной книге, он не мог вспомнить читал он ее или нет. Из-за отсутствия сна у старика было рассеянное внимание, ему становилось все тяжелее концентрироваться на чем-либо. Решив, что он не читал книгу, старик протянул к ней дрожащие тонкие руки.
     В мифологии, что он читал, описывалось существо, которое было забыто людьми по причине страха, или оставлено ими. Описывались древние легенды, Явившего из пороков людских. Гнетущего разум Сметиля, по сказаниям заточили в мысли о нем, запретили говорит или думать об этом лжебожестве. Ибо оно несет лишь зло и отчаяние.
     Читая легенды, старик погружался все дальше и дальше, гранича в сознании и вне его. Книга была прочитана, за три часа.
     На последней странице старик обнаружил вложенный портрет молодого человека. Лишь едва столкнувшись с глазами неизвестного юноши свеча, едва дававшая свет заколыхалась и потухла. Никонор закряхтел и зажег ее снова. Автора у книги не было, мелкий шрифт плохо читался. Пока дед прочитывал судьбоносный текст, его силы смиренно покидали его до тех пор, пока он не упал на холодный пол.
     Очнулся Никонор спустя трое суток, обезвоженный и обессиленный. Голова отозвалась острой болью, и старик тоненько застонал. Собрав остатки своих сил он пополз к графину с водой, который находился возле лестницы ведущей наверх в жилые комнаты. Ему пришлось пересечь весь подвал, прежде чем он добрался до графина. После трех больших глотков сознание более или менее прояснилось. Что ввергло его в такое состояние старик не мог вспомнить. Голова снова закружилась превратив реальность в размытое ничто. Скрежет внутри непроглядного мрака выдернул старика из пустоты.
     Никонор внимательно прислушивался к тихому звуку. Что может там во тьме издавать подобное скрежетание? Крысы? Заблудший заяц? Звук все усиливался, пока не преобразовался в сильнейший скрип. Старик сжался, сдавливая череп руками.
     Из темноты выплыл образ, приближаясь к деду. Горящие ледяной ненавистью глаза рассматривали призвавшего.
     - Уходи!!! – сорвался голос Никонора.
     - Что не зримое услышииит… - протянул образ, коснувшись склизкой рукой старика. Дед Меркушев дернулся и замер, сделав свой последний выдох. Образ, преобразовавшись в плотную материю, сделал свой выбор. – Еще не всееее собранноооо…, - исчезая, промолвила тень.
     Старик умер, так и не научившись творить благо. Он остался в подвале, навечно похоронив себя в его стенах.
     Со временем местность опустела. Деревья что скрывали пристанище Меркушева, выкорчевали и засеяли землю кукурузой, которая так и не проросла и вскоре была заброшена. Люди посчитали ее не плодородной, мертвой.
     По сей день, прозябающий в одиночестве дом, ждет своего часа.

     Глава XI
     Внутри
     Николай Антонович обшаривал багажник в поисках инструментов. Подруги сидели на земле, ожидая подполковника.
     - Напомни мне, что мы хотим там найти? – спросила Кристина.
     - Что угодно… ну что поможет нам естественно… - отмахнулась Диана. – А можно поживей как-то?! – крикнула Диана подполковнику.
     Из машины раздалось недовольное бормотание, в след за которым показался злой Николай Антонович, в руке у него колыхался чемоданчик.
     - Ты похож скорей на слесаря, чем на следователя, - приметила Диана игриво улыбаясь.
     - Знаешь что? Лучше молчи! Я жутко устал, а нам еще идти в этот хлев. Черт знает, что нас там ждет… Так фонарик у нас есть, к тому же работающий, это уже кое-что…, - пояснял Николай Антонович. – Ну что идем?
     - Идем…, - вдохнула Диана.
     Ночь будет долгой. Дина думала, что если она там умрет, кому оставить свою квартиру? Кристине? Нет. Бред… У Крис и так апартаменты которым позавидовал бы наверное Линькольм. В общем-то, и не факт, что Крис не сгинет там вместе с ней. Все сводилось к тому, насколько она готова к тому, что увидит. И увидит ли вообще.
     Диана обратила лицо к чернеющему небу, вдохнула глубоко с оттяжкой прохладный воздух, словно прощаясь. Надежда, что они все-таки вернутся живыми, покидала ее с каждой минутой.
     Николай Антонович передал чемоданчик журналистке и осторожно стал открывать дверь, а точнее просто снимать ее с петель. Дверь никак не поддавалась, издавала лишь скрип и хруст осыпающейся ржавчины, все закупорилось намертво. Подполковник краснея от натуги какое-то время еще боролся с петлями, но вспомнив что в чемодане есть ломик, решил воспользоваться им. Николай Антонович попросил девушек отойти на безопасное расстояние, чтобы слетающая дверь не придавила их, а затем просунул лом в щель с боку орудуя им как рычагом. Три четких движения и ненавистная дверь рушась с грохотом, упала на землю.
     Диана наблюдая, за работой следователя не смогла не приметить, что глядя на него она воспламеняется желанием. Ей понравилось, как играли его мышцы на руках, от него исходила крепкая мужская сила. Девушка смотрела на подполковника пристально без намека на стеснение, лишь когда она почувствовала приближающееся желание немедленно соврать с него одежду, она отвела горящие от возбуждения глаза.
     Николай Антонович оттряхивая пыль с одежды и волос, всматривался внутрь дома. Там было темно, но разглядеть помещение все же можно. Диана порылась в чемодане и вытащила фонарик. Забрезжил желтый свет, охватив все стены. Запах был отвратительный. Журналистка медленно водила лучом по стенам, потолку и полу. Очень много пыли и мусора. Прямо напротив них была еще одна дверь бледно голубого цвета, а справа лестница ведущая наверх.
     В полном безмолвии они решили сперва подняться на второй этаж. Первым пошел Николай Антонович. Диана передала ему фонарь, и как бы случайно прикоснулась к его руке, подполковник чуть хитро улыбнулся девушке и аккуратно встал на первую ступеньку, та в свою очередь отозвалась хрустом. Перила сильно покосились, так что держаться за них никто не рискнул. Шершавые стены были все в желтых подтеках, очевидно во время дождя крыша протекала, что и привело к этим незамысловатым рисункам.
     На втором этаже они увидели коридор, тянущийся от одного конца дома к другому, а по краям располагались комнаты.
     - Это не частный дом, а общежитие какое-то…, - вертя голову из стороны в сторону, прошептала Диана.
     Тут нельзя было не согласиться. Все действительно походило на студенческую общагу. В коридоре был кромешный мрак. Свет от окон сюда не доходил, поэтому троица шла только по желтому лучу фонаря. Осмотреть нужно каждый дюйм этого дома, во-первых они не знали, что именно нужно искать, во-вторых они не знали где это что-то находится, поиски могут затянуться до самого утра.
     Возле каждой двери висели люстры-бра, но надеяться, что здесь все еще может гореть свет, было бессмысленно. Черт знает сколько времени дом заброшен. Осматривать комнаты решили все вместе, слишком опасно разделяться.
     Николай Антонович отворил первую дверь с левой стороны и осветил ее. Комната являла собой маленькую спальню. В ней кроме древнего на вид шкафа, гардины, железной кровати на пружинах и тумбы ничего не было.
     - Гляньте только даже обоев нет, ни говоря уже о ковре и картинах, - удивился Николай Антонович.
     Подполковник, еще на что-то надеясь, открыл шкаф. Звук открываемой дверцы эхом раздался по всему дому, но внутри было пусто. Диана тем временем проверила тумбу и заглянула под кровать, но и там ничего не было.
     - Ничего, кроме пыли… пойдемте отсюда, - разочарованно сказала Кристина.
     Та же картина их ждала во всех других комнатах. Дом отказывался открывать секреты своих жильцов. Все было будто нарочно подчищено. Ни занавесок, ни постельного белья и матрацев, ничего чтобы хоть как-то создавало уют этому дому.
     - Да… семейство что здесь жило, разнообразием себя не обременяло. Странно это все. Это никак не похоже на частный дом, скорей уж на козенный. Да и сами посудите, вы когда-нибудь видели такое у соседей или друзей? Даже расположение комнат, ни говоря уже об их содержимом. И позвольте спросить, зачем одной семье такой дом. Это поменьше мере странно, - недоумевая, высказалась Диана.
     - Может здесь не одна семья жила, а скажем три или четыре, родственники, как родовое поместье. Хотя должен признать, что дом действительно странный. Кто станет строить таким свой собственный дом? – согласился Николай Антонович.
     - Смею предположить, что возможно когда-то в отдаленном прошлом, это и было родовое поместье, или просто частным домом, а потом его просто реконструировали и сделали из него, к примеру, гостиницу. Вряд ли, но как вариант, - предположила Кристина, ощупывая стены.
     - Возможно… тогда где ванные и туалеты? – съязвила Диана.
     Крис не нашлась что ответить, она молча пожала плечами и двинулась назад к лестнице, остальные последовали ее примеру.
     Диана начинала впадать в депрессию. Прошел уже час, а они еще не продвинулись в поисках ни на йоту. Журналистке ее жизнь сейчас напоминала фильм ужасов снятых в духе Стивена Спилберга.
     Преодолев лестницу, они сразу подошли к двери напротив входа. Дверь открылась с легкостью. За ней была очень просторная кухня, даже скорей столовая. В отличие от тех комнат, здесь имелась домашняя утварь. Шкафчики с посудой располагались в левом углу, на них стояли кастрюли и тазики, с этой же стороны были окна. Висела даже одна занавеска, непонятного цвета. Прямоугольный стол стоял посредине комнаты. Четыре табуретки бледно голубого цвета, краска на которых порядком облупилась, были составлены одна на другую возле стола. Параллельно окнам тянулся коридор, взошедшая луна слегка его освещала. На стенах в углах висела паутина, создавая угрюмый вид.
     Пришельцы сначала пошли по коридору. В самом конце была дверца, открыв ее, у всех троих заслезились глаза.
     - Ну что ж Дина, вот и туалет…, - зажимая ноздри, сказала Кристина.
     - Боже, какая вонь… меня сейчас вырвет, пошлите отсюда, - подавляя тошноту, сморщилась Диана.
     Больше в этой части дверей не было. А вот из кухни вела еще одна дверь.
     - Слушайте, это лабиринт какой-то! - не выдержал Николай Антонович.
     Следующая дверь вывела их в ванную. Та была небольшая. Ничего необычного в ней не было, только вот в полу был как бы люк. Подполковник дернул за кольцо и открыл его. Воздух внутри был затхлый и жутко вонял.
     - Дина дай ка мне фонарь или посвети мне, ничего не видно, - позвал Диану следователь. – Господи во что я ввязался, горя не знал, пока вы в моей жизни не появились.
     - Ладно тебе ворчать, как будто тебя это не касается, - нахмурилась Кристина. – Ну что? Есть там что-нибудь, а то меня эта с позволения сказать экскурсия порядком утомила.
     - Там какой-то хлам валяется, давайте спускаться, - Николай Антонович держа в одной руке фонарик исчез из виду.
     - Да неужели? Хлам, ну конечно давайте пойдем туда, где всякий хлам, куда ж нам еще идти то? – посыпала сарказмом Крис. – Слышала бы вас моя мама…
     - Это подвал…, - сказала Диана.
     В углу стояла печь, ею давно не пользовались. Около лестницы располагался стол, на нем было множество бумаг и книг, покрытых вековой пылью. Никто из предыдущих жильцов не знал об этом подвале или не хотел знать. На полу тоже лежали книги, много книг, очень много. Перечитать все за одну ночь просто не реально.
     Диана пятилась, назад осматривая подвал, как вдруг под ее ногами что-то захрустело. Хруст привлек и остальных. Журналистка замерла, не желая знать, что там может хрустеть.
     Николай Антонович направил луч фонаря под ноги девушки. Диана смотрела на лицо следователя, полными от ужаса глазами. Кристина пришедшая в ужас, прикрыла рот ладонью. Следователь же прищурившись приближался к журналистке. Судя по реакции ее спутников, Диана поняла, что там что-то нехорошее.
     -- Дина… медленно подойди ко мне, - позвал ее подполковник.
     Диана, повинуясь, шагнула к нему навстречу и только потом обернулась посмотреть. Из ее рта произвольно вырвался крик. На полу лежал скелет. Плоти на костях уже не осталось, но от этого не стало легче. Николай Антонович как самый бывалый нагнулся над костями.
     - Неужели никто не знал о трупе в подвале… должен же быть запах… Вот почему здесь так воняет… из-за него, - Николай Антонович встал в полный рост, указывая пальцем на скелет. – Что же здесь происходит, в конце концов? Как можно не знать, что в подвале труп разлагается? У людей нюх отбило что ли?
     - Действительно странно… у нас, когда в квартире там одной дед умер, так на весь подъезд воняло, а здесь прямо под боком, в ванной… Я еще могу понять, что на второй этаж запах не дошел, но в ванной то наверняка чувствовалась вонь…, - все больше удивлялась Кристина.
     Поскольку Диана прибывала в состоянии шока. Подруга взяла на себя роль командовать процессом.
     - Коля, поскольку это последняя комната в здании, я думаю книги, да вообще все бумаги нужно перетаскать в машину, а дома уже их просматривать. Здесь темно, да и сам понимаешь…, - девушка одним глазами указала на кости.
     Николай Антонович долго не думая, приказал Кристине подняться наверх и принимать книги. Девушка поспешно покинула подвал и уже ждала первой партии. Следователь быстро стал поднимать книги с пола и передавать девушке. Управились они буквально за двадцать минут. Печатное содержимое подвала было теперь наверху. Дальше было проще перенести все в машину подполковника. Диана, наконец, вышла из ступора и они втроем перетаскали книги в багажник и на заднее сиденье автомобиля.
     Когда следователь вернулся за последней стопкой в подвале что-то упало. Подполковник, испугавшись, замер. Звук не повторился. Его распирало любопытство, что там могло упасть, они вроде ни к чему кроме книг не прикасались, но одному туда спускаться не хотелось, тогда он позвал девушек.
     Подруги, услышав тревожный крик Николая Антоновича, решили, что с ним что-то случилось и побежали к другу.
     - Там что-то грохнулось, - указывая пальцем в подвал, сказал подполковник. – Мы там ничего не трогали, поэтому я хочу посмотреть.
     - А может быть будет разумней уехать? – спросила Диана.
     - А что если мы не все осмотрели там? Вдруг что-то пропустили? Я не собираюсь еще раз сюда ехать! – выпалил подполковник.
     Николай Антонович был прав. Подвал они толком не осматривали и вполне могли что-то упустить. Может быть, то, что они ищут, лежит сейчас где-нибудь в углу или в даже в печи, а может быть и под костями.
     Они опять спустились в подвал. Подполковник водил фонариком из угла в угол. Он искал, то, что упало. Кристина, тем временем позабыв страх шарила руками по полу, отыскивая еще какие-нибудь вещи или предметы, все, что они могли недоглядеть во тьме. Продвигаясь все дальше она подошла к стене, где стояла печка и пальцы ее нащупали гладкую палку. С минуту она ее ощупывала, напрягая глаза, но так и не смогла понять что это.
      - Коля, здесь что-то есть, - окликнула она подполковника.
     Следователь осветил фонарем руки девушки, которые были порядком грязные. Только когда свет коснулся того места, они увидели что это обычная щетка для чистки пола.
      - Наверное, это она упала, - предположил подполковник. – Да это, безусловно, она, - он подошел ближе. Остался чистый след в том месте, где стояла щетка, а теперь она лежит и след от нее смазанный.
     - Кто-нибудь сюда подходил? – подняв голову на подполковника, спросила Кристина.
     - Нет, там никого не было. Дина поддержи фонарь, - Николай Антонович передал его в руки испуганной девушки, луч закружился по стенам и Диане от этого стало еще страшнее. Трясущейся рукой она направила фонарь на подполковника и подругу, а сама искоса поглядывала на оголенные человеческие кости.
     Подполковник поднял метлу с пола, но не удачно древко выскользнуло и громко стукнулось о стену. Раздался необычный звук.
      - Постойте… что-то не так…, - следователь снова поднял метлу и постучал ею по стене. – Слышите?
     - Что слышим? – напрягла слух Кристина.
     - Там пустота…, - сказала Диана, как будто все, так и должно было быть, словно это само собой разумеющийся факт.
     - Точно, там пусто, - Николай Антонович смотрел на отрешенную от мира Диану, начиная беспокоиться за ее душевное равновесие.
     Подполковник подошел к журналистке и забрал у нее чемодан, который она так и таскала за собой, будто это ее дамская сумочка. Он достал оттуда молоток и пристроил его к стене.
     - Стоп! Что ты собираешься делать? Проломить стену? А если потолок на нас рухнет? Зданию тысячи лет, наверное, не меньше! – забеспокоилась Кристина.
     - Это не несущая стенка успокойся, ничего не обвалиться, - и подполковник стал долбить стену.
     Крис все же отошла от стены подальше. Грохот стоял невозможный. Осыпался бетон, с потолка летела потревоженная пыль. У девушек при каждом ударе моргали глаза, так что они прикрыли уши руками, немного помогло.
     Спустя час утомительных работ, стена, наконец, поддалась. Образовалась довольно большая дырка. Подполковник забрал фонарь и посветил в пустоту. Там за стеной был коридор, конца его он не видел луч не доставал. Тогда мужчина все яростнее и быстрее продалбливал дыру, чтобы можно было пролезть. Если уж он пролезет, то девушки подавно. Бетон все легче и легче осыпался и крошился, и через двадцать минут очень устав, Николай Антонович смог влезть в образовавшийся проем. Девушки, наблюдая за всем этим, просто молча стояли, со странным выражением лица.
     - Вы идете или как? Чего застыли то там? – прикрикнул Николай Антонович.
     Кристина, долго не мешкая нырнула в проход, ее подруга, напротив же, обреченно смотрела на подполковника обрамленного облаком пыли, не имея желания входить внутрь. Диана уже догадалась, что это за туннель Она видела его во сне и помнила, что в нем произошло. Страх сковал все ее жилы. Девушка слышала голос подполковника через призму воспоминаний. Все что она хотела сейчас, так это оказаться как можно дальше от этого места, желательно дома на диване с кружкой кофе в руках. Диана удивлялась смелости подруги, ведь она наверняка тоже помнила сон и знала, куда ведет этот коридор, но Кристина так юрко шагнула во мрак, без тени сомнения и страха, что Диана невольно сделала шаг вперед. В конце концов, нужно покончить со всем этим и вернуться к относительно нормальной жизни.
     Когда журналистка поравнялась с Николаем Антоновичем, явно обессиленным после тяжелой работы, вдали неимоверно длинного коридора замерцал холодный свет. Все трое замерев, пристально посмотрели на это явление. Это их испугало, но отступать уже не имеет никакого смысла, после того как они зашли так далеко, просто взять и развернуться. Это было бы глупо.
     В туннели был низкий потолок, поэтому они пригнулись и на полусогнутых ногах двинулись вперед. Шли очень осторожно всюду торчали ржавые гвозди, непонятно откуда здесь взявшиеся. По пути было много препятствий, например, деревянная балка, косо висевшая под потолком. Подполковник не заметил ее и шарахнулся лбом, так что в глазах заискрилось. Плюс к тому на полу тоже было много мусора: камни, палки.
     По левому краю проходила толстая труба, если бы все не было так абсурдно, они бы подумали что здесь проходит труба с горячей водой, впрочем, возможно это она и есть, должно же в этом доме быть отопление. Из-за трубы идти пришлось цепочкой, она сильно сужала и без того узкий коридор.
     По мере приближения к слабому свечению давление в туннели словно возросло, стало тяжело дышать, будто на грудь положили здоровенный булыжник, кислород поступает, но грудная клетка в полную силу развернуться не может.
     - Чувствуете? Воздух словно загустел… и башку сдавливает, - оповестила всех Кристина.
     - Да… скорей всего это из-за нехватки кислорода. Коридор ведь был закрыт много лет, а то и веков. Поэтому надо двигаться быстрее, - поторопил девушек Николай Антонович.
     - Вам не кажется странным, что в этом доме есть такой коридор? – поинтересовалась Диана.
     - О чем ты? – не оборачиваясь на девушку, спросил подполковник.
     - Ну, мы обошли весь дом и он не такой уж большой, то есть я хочу сказать, что если бы еще этот коридор был расположен поперек, а не вдоль я бы еще поняла. Просто здесь не должно быть этого туннеля, по теории мы должны были уже оказаться на поляне с задней стороны дома… вас это не удивляет? – Диана с задумчивым лицом смотрела в спину Кристины, уворачивающейся от очередной балки.
     - Разумеется удивляет, но я стараюсь об этом не думать. Тебе мало странностей. Чтобы еще на это обращать внимание? Я вообще думаю, что туннель проходит под землей, скорей всего, ведь мы были в подвале, когда вошли сюда. Так что в принципе в этом нет ничего странного. Хотя с другой стороны если все-таки здесь проходило отопление, то кому понадобилось замуровать туннель? Вдруг трубу прорвет, как они собирались ее ремонтировать? – увлекся Николай Антонович.
     - Слишком много вопросов гражданин полицейский, - улыбнулась Кристина, все еще сохранившая чувство юмора.
     Прошло порядочно много времени, когда они подошли к свету, он разливался из-под железной ржавой двери. Впечатление сложилось, что они в бункере. Им оставалось, надеется, что ржавчина не слишком сковала дверь, что она откроется.
     Подполковник поскольку шел впереди всех направил фонарь на дверь в поисках ручки, но ее не было, более того скорей всего ее здесь никогда и не было. Тогда он ухватился пальцами за край, готовясь резко дернуть на себя, но дверь открылась легко и подполковник, не ожидав такого, упал на Кристину, та в свою очередь на Диану. Подполковник, понося дверь, на чем свет стоит, тяжело поднялся на ноги, не забыв извиниться перед девушками.
     Источником света была крохотная лампочка, ее света не хватило бы даже на маленькую комнату. Она освещала ступеньку. Фонарь Николай Антоновича выхватил лестницу, она уходила глубоко вниз. Лестница была не полная с правого края, и очень узкая. Подполковник, крепко сжимая в одной руке фонарь, а в другой молоток по стеночке боком стал спускаться вниз. Девушки от него не отставали.
     Они прошли два пролета, как Николай Антонович остановился.
     - В чем дело? Что там? – тревожно спросила Кристина.
     - Вы слышите? Будто вода капает…, - подполковник посмотрел на Крис и стал вслушиваться в тишину.
     Действительно где-то внизу непрерывно капала вода. Следователь вновь стал спускаться. Ноги мужчины начинали гореть от переутомления. Он то и дело спотыкался. Один раз, оступившись, он, чуть не покатился вниз, но Кристина крепко его схватила за руку, сама при этом едва не упав.
     Наконец преодолев злополучную лестницу, троица оказалась в колоссальных размерах комнате. Свет фонаря не доставал ни до одной из стены. Они словно очутились в бездне, из которой шел тошнотворный запах.
     Николай Антонович осторожно пошел дальше, но сделав пару шагов понял, что находиться по бедра в воде. Но в воде ли? Следователя смутил запах, он его уже чувствовал раньше. Направляя фонарь к своим ногам, он зажмурил глаза. А когда открыл их, то его сомнения развеялись в пух и прах, он действительно стоял по бедра в крови. Желудок вызвал рвотный рефлекс, но Диана с этим опередила подполковника. Девушка схватилась за живот и ее обильно вырвало.
     - Диана как ты? – участливо спросил подполковник. Девушка стояла вся бледная и напуганная, она ничего не ответила. Да это было и понятно, не в том состоянии, чтобы говорить. Кристина же беззвучно открывала рот, что-то говоря про себя, она держалась за голову и с широко открытыми глазами озиралась вокруг.
     - Все повторяется…, - сумела вымолвить Диана.
     - Хотим мы того или нет, нужно идти вперед, отступать уже поздно, может здесь есть и другие комнаты, надо найти этого ублюдка и разобраться кого черта здесь происходит! – крикнул в темноту следователь. – Идите медленно, кто знает, что там под ногами.
     Николай Антонович осторожными, но уверенными шагами двинулся вдоль комнаты. Он хотел найти какой-нибудь проход. Возможно, что здесь имеются и другие помещения.
     Как показалось следователю, они уже были на середине, ну или приблизительно там, как вдруг позади себя услышал громкий всплеск и крик Дианы. Он быстро обернулся. Диана, согнувшись, засунула руки по локоть в кровь и выкрикивала имя подруги. Кристины нигде не было, только круги на поверхности. Николай Антонович подошел к тому месту, где была девушка и тоже принялся ее искать. Он задержал дыхание и нырнул в холодную густую красную жидкость. Он выныривал и снова погружался, ища девушку, но Кристины, словно след простыл. Диана была в панике и все кричала и кричала. Подполковник схватил журналистку за плечи и с силой тряхнул ее, приводя в чувство.
     - Диана, помолчи, пожалуйста, не надо паниковать, мы найдем ее! Нам только истерики не хватало! Ты можешь рассказать, что произошло?! – не переставая трясти девушку, допытывался Николай Антонович.
     - Ооона шлла ввпередии меменя… - заикалась журналистка, - кккак ввдруг резко иссчезлла в глубине…
     Николай Антонович отпустил девушку и осмотрелся. Вокруг все тоже непроницаемое спокойствие и мерное капанье.
     - Мы найдем ее, обещаю. Слышишь меня? Пошли, – следователь взял девушку за руку и пробрел быстрыми шагами. Судя по всему, они скоро должны наткнуться на стену, а там уже вдоль стены будут шарить в поисках прохода.
     Время шло, а стены все не было, но зато появились крысы, дохлые крысы. Их маленькие безжизненные тельца плавали на поверхности. Судя по запаху, они плавают здесь давно. Трупный запах, и запах крови смешались в единый блевотный коктейль, от этого даже организм подполковника не выдержал. С минуту следователя выворачивало наизнанку. Немного придя в себя, точнее, когда блевать было уже не чем, подполковник увидел впереди стену, как маяк надежды для тонущего корабля. Николай Антонович сдавил руку журналистке и побежал к стене. Он исследовал стену руками ища какой-нибудь лаз или дверь что угодно, лишь бы выбраться отсюда, впрочем, особенно не надеясь на смену пейзажа.
     Он двигался вдоль стенки все быстрее и быстрее, забыв о безопасности и страхе. Диана, вцепившись двумя руками в мужчину, семенила за ним. Вдруг пустота. Николай Антонович спикировал куда-то вниз, а в след за ним и девушка. Они провалились в какую-то дыру и упали на уровень ниже. Подполковник больно ударился затылком и явно рассек его. В голове от удара все звенело и покачивалось, его, будто отправил в нокаут сам Майк Тайсон. Следователь почувствовал, что сознание покидает его, но понимал, что сейчас это недопустимо, не время сейчас прохлаждаться, хотя желания его говорили совершенно о другом, он очень хотел на время забыться, провалиться туда, где ничего не происходит, где тишина и покой. Сквозь туман в голове полузакрытыми мутными глазами, он заметил, что Диана трясет его, призывая подняться на ноги. Девушки страшно, ее нельзя оставлять одну.
     Поборов острое желание провалиться в бездну, следователь приподнял голову и оперся на локти. Он почувствовал, как заныло солнечное сплетение и область паха. Диана упала на него, ей повезло больше, хотя она разбила коленку. Он даже почувствовал некую удовлетворенность от этого. Ни одному же ему страдать.
     Превозмогая боль, он поднялся на ноги. Болело абсолютно все: позвоночник, зад, грудь, живот, но особенно болела голова. Он с облегчением подумал, хорошо, что он ничего не сломал. Сконцентрировавшись на обстановке он увидел, что они находятся в помещении из которого есть четыре выхода. Света здесь также не было, да и откуда ему было взяться. Самое удивительное было то, что крови здесь не было, ни одной капли, кроме той, которая вытекла из раны подполковника.
     Николай Антонович освещая фонарем дыру, в которую они провалились, заметил, что там колышется жидкость. Почему она не льется в эту комнату, была загадка. Следователь блуждал лучом из стороны в сторону, решая в какой проход им войти первым, как внезапно где-то в глубине других помещений раздался утробный крик.
     - Что это было?…, - шепотом спросила Диана.
     - Не знаю, - также шепотом ответил подполковник, - но это раздалось вон оттуда. – Николай Антонович указал пальцем в направлении прохода, который находился в ста метрах напротив них.
     Подполковник неуверенно пошел вперед, как Диана остановила следователя резким движением. Он обернулся на нее недоумевающе, заглянул в ее глаза, в которых читался страх и что-то еще, но что он понял через минуту, когда девушка крепко прижалась к нему и поцеловала. Николай Антонович не сопротивлялся, да и не хотел, внутри него вспыхнул пожар. Он схватил девушку и стал с жаром целовать, бесцеремонно лаская ее тело. Диана, отзываясь на его прикосновения, срывала с него одежду. Что-то внутри нее говорило, что нужно остановиться, что сейчас не время и не место для любовных игр, но другая ее часть отдавалась страстным порывам.
     Николай Антонович повалил девушку на пол и ловкими движениями рук оставил ее без одежды. Он целовал ее везде, где только успевал. Диана мерно и нежно постанывала, принимая его ласки. Он любил ее, весь отдаваясь страсти и наслаждению. После стольких лет воздержания тело следователя все тряслось от нетерпения.
     Они двигались быстро и с каждым разом все быстрее и быстрее, их дыхания переплелись, их разгоряченные тела стали единым целым. Мысли были далеко за пределами этих стен. Сейчас для них не существовало абсолютно ничего, только они и теплые волны удовольствия, накатывающие раз за разом с новыми силами. И наконец, все достигло своего апогея. Мужчина дернулся в последний раз и замер. Снова тишина и глубокие частых вздохи вспотевших любовников.
     Диана посмотрела подполковнику в глаза и рассмеялась, мужчина тоже. Они смеялись непринужденно, забыв напрочь, где они находятся. Но их веселье долго не продлилось, странный звук повторился снова. Николай Антонович стал быстро одеваться, помогая Диане отыскать ее одежду. Справившись с вещами подполковник схватил фонарь.
     Следователь крадучись пошел на звучавший крик. Диана взяла мужчину за руку, безумно оглядываясь по сторонам. Крик больше не повторился, но произошло кое-что другое. Возле подполковника резко пробежал ледяной ветер. Мужчина замер. Он ощутил что, что-то не так. Он не расслышал, что спрашивала его Диана, как вдруг его куда-то потянуло, сначала медленно, а потом молниеносно и все закончилось.
     Диана осталась одна с крутящимся на полу фонариком. Девушка осознала это спустя только две минуты и стала кричать, надрывая глотку. Что ей делать? Идти назад или искать ее спутников? Разум кричал, что нужно возвращаться и убираться отсюда ко всем чертям, пока не стало слишком поздно, но совесть не позволяла бросить на произвол судьбы любимого и подругу.
     Диана, немного успокоившись, но, не переставая громко и часто дышать, дрожащей рукой подняла фонарик. Ноги пришлось в буквальном смысле с силой переставлять, они одеревенели. Каждый ее шаг отдавался громким стуком в ушах. Сердце от бешенного ритма стало побаливать и давить. Она как в замедленной съемке пошла туда, куда несколько минут назад шел подполковник.
     Там оказалось еще одно огромное помещение, похожее на то где была кровь. Здесь ничего не было, только мрак и давящая ощутимая тишина. Стало очень холодно, волоски на коже девушки встали дыбом. Всматриваясь во тьму, она заметила вдали два маленьких тусклых огонька, их можно было бы не увидеть, если бы она так не напрягала зрение.
     С каждым шагом идти становилось все труднее, а сердце билось все быстрее. Диана подумала, что если она не успокоить свое несчастное сердечко, оно остановиться или разорвется.
     Медленно приближаясь к огонькам, она старательно пыталась разглядеть, что же это мерцает? Что это за светящиеся точки? Она постаралась идти быстрее, с трудом, но ей это все же удалось. Подойдя вплотную к огонькам, она с ужасом поняла, что это горело в темноте. Задыхаясь от страха, Диана стала отступать. Во мраке сидел преследовавший ее юноша и, не моргая смотрел на нее с неприкрытой ненавистью и некоторым любопытством. Он сидел на полу в позе лотоса, скрестив руки на груди. Его лицо не выражало ничего, только глазами он ненавидел потревожившую его уединение.
     Диана от ужаса открыла рот и все отступала назад, как внезапно парень одним движением встал на ноги и со скоростью света оказался перед девушкой. Журналистка оторопела от такого действия и от страха стала быстро говорить.
     - Где они? – она смотрела на него не мигая, боясь прикрыть глаза даже на секунду.
     Она не пыталась его разглядывать, просто потому что боялась увидеть его целиком. Он подошел до интимного близко к ней и стал отвечать. Диана упала на колени, обхватила голову двумя руками и через океан боли расслышала речь юноши. Голос раздавался из глубины его существа, из пространства, даже словно из стен, его голос был везде. Хладнокровный, размеренный голос. Он говорил с полным сознанием убийцы, человеконенавистника.
     - Онннниии блужжжждают…, - он резко наклонил голову на бок и всмотрелся в глаза девушки.
     - Верни их! – плача от боли кричала Диана. – Верни! Оставь нас! Забирай, что тебе нужно и убирайся!!!
     - Тыыыы искалааа мееееняяяя… скооорррооо тыыыы всееее увидиииишшшшь…, - он раскинул холодные руки в стороны и громко закричал, сотрясая, казалось весь дом.
     Дина упала на пол и сжалась в позе зародыша. Боль в голове становилась все сильнее и сильнее, пока она не поняла, что находиться уже не в этой комнате, а где-то далеко. Где-то, где все стирается и рисуется снова, где цвета тускнеют, где тонны душевной боли. Она погрузилась в саму себя, так глубоко, что надежда перестала существовать. Она словно находилась на лезвии бритвы и каждый раз медленно по ней скатывалась. Она увидела саму себя с ног до головы окровавленную и замученную.
     Она была внутри своего страха, в его темных углах, которые таились с самого рождения.

     Глава XII
     В плену безумия
     Очень редко наши сны становятся реальностью. Когда это добрые сны нам это нравится, но если вы оказываетесь в своих кошмарах, таких, когда вы просыпаетесь с криком и как можно скорее пытаетесь их забыть, закинуть в дальний ящик вашей памяти, стряхнуть с себя тягостное ярмо этих воспоминаний – вам уже не до шуток. Учащенное дыхание как следствие сильнейшего испуга, сбивает с ног, вам начинает казаться, что вы упадете, вы хватаете воздух ртом, как рыба, оказавшаяся в плену суши и ослепительного солнца, будто это может помочь. Это наши рефлексы. Защита, которая спасает наш мозг от негативного психического воздействия, чтобы наше сердце не остановилось. Но иногда страх настолько сильный и могущественный, что никакие старания самозащиты не способны помочь.
     Каждый из нас реагирует на страх по своему, но чаще всего это стереотипы. Кто-то начинает бежать без оглядки, кто-то напротив впадает в ступор. Одни начинают быстро действовать и решать, как им защититься, вторые же плачут как младенцы и становятся беспомощны и уязвимы.
     Когда вы находитесь одни в темноте, вам становится тревожно на душе, нет, это еще не страх – это всего лишь тревога, но когда где-то совсем рядом с вами, что-то падает или издается неясный звук, вы задерживаете дыхание, прислушиваетесь, казалось бы, тишина – ничего, но воображение опережает, рисует странные образы из теней, и вызывает звуковые галлюцинации. Вам начинает казаться, что вы слышите шаги, шорох, это может быть все что угодно, даже ваше собственное дыхание, но страх твердит, что вы уже не одни. И нет, чтоб уйти от пугающего вас звука в противоположном направление, мы идем прямо на него. Это не говорит о том что вы тупы, это тоже своего рода самозащита, нам нужно убедиться, что звук, который вас напугал, это не шаги, не шепот, а например, просто сквозняк, уронивший на пол пластмассовую подставку под салфетки. Все из нас ругают подобные действия, когда например в фильме ужасов нерадивая героиня, вместо того чтобы убежать, идет туда где что-то с грохотом упало. Конечно, проще критиковать, когда сам сидишь на диване с попкорном, ведь никто из нас не был в той ситуации и не знает, как бы он себя повел. Что ж держу пари, мы бы сделали то же самое.
     В детстве мы все как один боимся остаться одни дома без мамы, потому что в детстве мама это наш телохранитель, да и во взрослой жизни тоже. Когда вам страшно вы звоните или бежите к матери, кто как не она защитит вас? Но давайте представим, что у вас нет такого близкого человека, кому мы позвоните в первую очередь? Лучшему другу? А что если такого нет? Что если вы совсем одни? Вы впадаете в отчаяние и страх становиться всеобъемлющим. Маленький испуг превращается в кровожадного монстра.
     Страх – это первобытное чувство. Возможно благодаря ему, во многих ситуациях мы остаемся живы. Например, вы боитесь спускаться в подземку, вы воображаете, что тонны земли и бетона обрушаться на вас, и вы умрете. Что ж туда вам не дорога. Обойдя стороной это место, мы спокойно идем домой и из выпуска новостей узнаем, что произошел обвал, сотни пострадавших и умерших. И теперь из обыкновенной боязни, ваш страх становиться фобией. Как вы думаете, что помогло вам избежать участи тех несчастных? Страх или предчувствие? Наверное, мы этого не узнаем.
     Страх и безумие – две стороны одной монеты… не всегда конечно. Вы когда-нибудь задумывались, чего боитесь на самом деле? Мне кажется вряд ли… Немногие из нас повстречались со своим истинным страхом, с таким который лишает вас возможности дышать и здраво мыслить. Ужас поглощающий нас сводит с ума, заключает наш разум в плен. Страх словно паук оплетающий нас паутиной. Иногда кажется, что у него есть свой собственный интеллект. Он всегда знает, когда появиться вовремя, с чего нужно начать и как плести свою сеть.
     ***
     Узкий грязный коридор. Он ведет в никуда. Замкнутый круг из бесконечного серого камня. Диана бредет по нему уже битый час. Кристины и Николая Антоновича, она не встретила… их нет, никого нет, нигде нет. Этот коридор как гипнотическая картинка на приеме у психиатра. Идя все вперед, девушка уже начала запинаться и шумно зевать, но она должна идти, нельзя останавливаться иначе она заснет и неизвестно что произойдет. Ее мучителя тоже не было, она была совсем одна.
     - Я так устала… я не могу больше идти, но боюсь остановиться, вдруг если я засну, то он убьет меня или я никогда больше не проснусь…, - Диана тяжело соображала и говорила сама с собой чтобы просто нарушить тишину, чтобы коридор оживился хотя бы эхом.
     Монолог с собой немного ее ободрил и она решилась оторвать взгляд от своих ног, а напрасно. Ее ноги провалились и Диана погрузилась с головой в ледяную грязную воду. Коридор не исчез, но он словно углубился и почти под самый потолок наполнился водой, оставив только пару сантиметров полоски воздуха. Диана умеет плавать, но не долго, а за стены невозможно уцепиться.
     Девушка подалась было панике, ей отчетливо представилось, как она устанет бултыхать ногами и пойдет ко дну. Она и так была изнурена пешей прогулкой, а тут еще придется плыть неизвестно сколько. Диана начала кричать и в отчаянии бить рукой по стенке разбивая ее в кровь. Она не могла думать, вода была ледяной, ноги все реже и реже двигались. Девушка последний раз вскрикнула, наглотавшись сполна воды и пошла ко дну. Последние крупинки воздуха она еще не выпустила и крепко сжимала губы, но немного погодя легкие стали гореть и требовать кислород с каждым ударом сердца все настойчивее и настойчивее. Диана не выдержала выдохнула воздух и резко вдохнула. Девушка ощутила, как вода быстро проникает в легкие, удушье прошло не сразу, помучив ее еще немного. Но смерть все же наступила, Диана даже ждала ее как спасение от муки.
     Это был не конец. Журналистка почувствовала, что жизнь возвращается к ней. Первое что она сделала, начав приходить в себя, это громко и протяжно крикнула, резко открывая глаза. Легкие горели адским пламенем, а сердце намеревалось выскочить из груди.
     Существо что подвергло ее таким страданиям, подгадал все верно со страхом. Диана, как уже упоминалось, больше всего боялась смерти. Не просто страшилась перед не изведанным состоянием, а по-настоящему боялась. Боялась утратить возможность дышать, видеть, слышать. Боялась ощутить слабость, падение в бездну, исчезнуть.
     Адреналин медленно отступал, давая возможность дышать более или менее спокойно. Девушка огляделась, коридор словно стерся, были еще видны его очертания вокруг, словно художник пытался стереть его ластиком, но так толком и не смог этого сделать. На месте коридора появилась круглая комната с черными стенами. Диана кое-как встала на ноги, ощупывая себя, она вдруг поняла, что одежда сухая и волосы тоже, как будто и не было никакой воды.
     - Что же это, Боже?! – ее крик вспорол покой комнаты, но звуковой волны не последовало. Звук ее голоса сам в себе утонул. Диана не поняла, что случилось, но почувствовала что что-то не так. Так не должно быть. Что-то тут не правильно. Она не была сведуща в физических законах, но по идее голос должен был отразиться от стен и дойти до органов слуха, но этого не произошло.
     Пока девушка пыталась разобраться в этой дилемме, появился посторонний запах. Гарь. Сначала едва заметная вонь, но с каждым вдохом все усиливаясь. И тут случилось самое страшное, по стенам плавно подымалось пламя. Бетон будто был облит бензином или каким-либо другим горючим.
     - Да быть этого не может!!! Только не огонь!! Прошу тебя!!! – Диана кричала, срывая глотку, - Нет, нет, нет!!! Умоляю тебя!!! – но изверг не отвечал.
     Огонь медленно, но верно подбирался в центр комнаты, где и находилась журналистка. Еще мгновение и пламя сначала облизано ее ноги, а потом охватило всю ее. Огромная печь была беспощадна к слезам и крикам девушки. Кожа как в замедленной пленке сползала с Дианы. В ушах стоял противный и ужасающий звук плавления и горения плоти. Но хуже всего невыносимая боль. Журналистка упала на горящий пол, сдирая с себя мясо безумно крутясь. И наконец, смерть. Рот девушки так и застыл в крике. Огонь отступил, оставив на полу обугленное дымящееся тело. Остатки вскипяченной крови все еще шипели, растекаясь на полу.
     И вот снова она слышит свой крик. Безумный крик оглушительно разлетелся в пространстве. Диану вырвало из огненного ужаса в настоящее. Жизнь снова вернулась к ней. Девушка все еще ощущала запах горения. Она молниеносно встала, учащенно дыша. Полными слезами и ужаса глазами, журналистка оглядывалась по сторонам.
     Жаровня испарилась, с ней произошло ровно тоже самое, что и с коридором. Их очертания еще видны глазу. Теперь обезумевшая от страха девушка находилась в очень маленьком квадратном помещении, также пустом, как и предыдущие пыточные. Диана в истерике забила кулаками в стены.
     - Выпусти меня, ублюдок!!! Оставь меня в покое!!! Боже, ну что же тебе нужно?!! Отпусти меня…, - слезы отчаяния бежали по ее щекам, как маленькие реки. Веки опухли, их щипало от соли. Диана рухнула на пол и обреченно обняла колени все еще моля о пощаде.
     В голове у девушки выстраивались страшные и мучительные способы умереть. Какой из них ей придется испытать сейчас? Что приготовил ей сумасшедший садист на этот раз? Она безысходно всхлипывала и одними губами просила о помощи, силы ее покинули. И снова что-то вверху засветилось. Девушка перестала рыдать и медленно откинула голову назад. Свечение исчезло. Журналистка осторожно поднялась на ноги. Она испуганно задышала и стала вертеться как юла, осматривая стены, пол и потолок. Снова вспышка света по левую сторону от нее. Диана резко повернула голову, чуть не свернув ее, лучше бы так. И тут все начало. Ток. Электрические разряды справа, слева, везде.
     Быстрые мелкие искорки сначала едва касались тела девушки. Они не причиняли боль, только пугали своей неожиданностью. Но с каждым разом заряд тока становился все мощнее и вот он стал таким сильным, что уже ощутимо причинял боль и сотрясал тело мученицы, но пока только изредка с разных сторон.
     Диана пугалась каждого удара и коротко покрикивала, стараясь увернуться от вспышек, но предугадать их было невозможно. И вдруг все прекратилось. Девушка с минуту стояла в полной темноте, шокированная от происходящего. Но ток пропал. Диана закрыла глаза, ожидая, что ее снова куда-нибудь вышвырнет в другую комнату или еще куда, но ничего не происходило. Журналистка находилась все там же, она уже облегченно выдохнула, понадеявшись, что ее мучитель насытился ее страданиями и решил пощадить ее. Но не тут то было. Над ее головой полз вниз синеватый свет и вот он уже покрывал все стены кроме пола. Диана сжалась, пытаясь себя сузить, чтобы не коснуться напряженных стен. Еще секунда и отовсюду поползли тоненькие нити тока. Они ползли, пока все разом не дотронулись до девушки.
     Диану затрясло как в припадке, челюсти беспрестанно стукались друг о друга, кроша зубы. Все частицы тела содрогались так яростно, что казалось, вот-вот оторвутся, а из головы тоненькими струйками пошел дым. Сердце девушки не выдержало и взорвалось в груди, оставив дыру и ошметки. И вновь частично обугленное тело упало на пол.
     Волна мыслей вновь вызволила девушку из лап смерти. Опять Диана почувствовала, как колотиться сердце. И она была этому не рада. Девушка отказывалась открывать глаза, не хотела видеть, куда ее снова закинуло. Какую еще пытку ей придется вытерпеть? Так она лежала с закрытыми глазами довольно долго, пока ее не заставил открыть глаза шум какого-то механизма.
     Девушка лежала на спине. Она находилась словно в гробу, только каменном, как в саркофаге. Перевернуться или встать она не могла, не хватит для маневра места. Но что-то, безусловно, шумно работало, где-то там, где находились ноги. Она как не старалась, не могла разглядеть что это, но зато почувствовала.
     Резкая неожиданная боль охватила ее всю с ног до головы. Диана услышала, как раздается хруст ломаемых костей, и струиться кровь из разорванных вен. Девушка забилась в судорогах, надрывая голосовые связки, она кричала лишь одно слово: «Нет!». Что-то неумолимо раздавливало ее тело, плющило. Вот оно уже подобралось к тазовым костям, но тут сердце остановилось, не выдержав мучения.
     Жизнь пришла как проклятие.
     - Да сколько это будет продолжаться?!! Забирай, что тебе нужно и оставь меня!! – кричала в темноту Диана.
     ***
     Юноша стоял над корчившимся телом Дианы, как каменное изваяние. Его лицо не выражало абсолютно ничего: ни жалости, ни печали, ни сострадания, ни даже интереса или удовольствия. В конечном счете, для чего все это было нужно?
     Когда ему наскучило наблюдать муки его пленницы, он лишь хмыкнул и отправился к ее друзьям, также находившимся в плену безумия и страха. Несомненно, они тоже переживали свои кошмары снова и снова в разных проявлениях.
     ***
     Журналистка вдруг почувствовала что, что-то изменилось. Стало как будто легко. Какое-то давление, присутствующее до этого, пропало. И тут она поняла, что все это нереально. Что все эти кошмары лишь иллюзии, ужасные, конечно иллюзии, построенные для нее этим юношей. До нее дошло, что нужно всего лишь вернуться в свое истинное сознание. Она вспомнила, что находиться где-то там. Лежит на полу в комнате. А еще Диана поняла, что ее друзья тоже в беде.
     Журналистка напрягла мозг, твердя, что все это нереально, что надо вернуться назад. Она боролось сама с собой. В какие-то моменты ей ненадолго удавалось увидеть очертания комнаты, где лежало ее тело, но плен слишком крепко опутал ее. Она падала обратно в комнату с кипящим полом.
     Кипящий пол? За своей борьбой она не обратила внимания, где находиться и что вокруг нее. Но пол явно кипел.
     - Что?! Кипяток?!! Задумал сварить меня как рака?!! Да что с тобой такое, выродок?!! – яростно кричала Диана, обращаясь к потолку. – Я знаю, что ты слышишь меня!!! Ведь слышишь же!! - Но ответом было шипение воды, которая подступала к Диане очень быстро. Жидкость коснулась ее, когда девушка собиралась покрыть матом своего надзирателя. Слово застряло в ее глотке, Диана уже собиралась почувствовать обжигающий кипяток, но это был не он. Ступни обдало сильнейшим жжением, но то был не кипяток.
     - Что?! Нет!! Кислотаааа!!!!! – Диана закричала пуще прежнего. Кислоты на полу было всего лишь пару сантиметров. Ей предстояло медленно таить. – Чертов садист!!! – Диана по переменно поднимала то одну, то вторую ногу. Кислота успела съесть ее ступни до костей и уже принялась сжирать и их, медленно растворяя.
     Девушка покачнулась не в силах больше стоять на культях и упала в смертельную жидкость. Все тело пронзала неистовая боль. Она страдала еще минуты две, прежде чем ее сердце вновь остановилось.
     Сколько способов смерти существует на свете? Их не исчислимое множество и один страшнее другого. Несчастной девушке предстояло испытать их всех. Если не остановить это безумие. Она будет умирать раз за разом, каждый раз по-новому. Каждый раз испытывать невыносимые страдания, пока ее мучитель не насытиться агонией сполна. Или… для чего он все это делает? Может таким изощренным способом, он и забирает что-то из ее души и душ ее друзей? Священник что-то об этом говорил, но Диане слова служителя церкви сейчас ни за что не вспомнить. Не до воспоминаний.
     Одно она поняла четко нужно выбираться из этого кошмара и как можно скорее, пока вновь дьявольская машина смерти не убила ее. Диана опять стала напрягать мозг, собирать все мысли воедино. Пройдя еще через три смерти, в которых ее разорвало, освежевало и удушило, ей, наконец, это удалось.
     Сознание возвращалось медленно, но верно. Шаг за шагом. Сначала она стало мутно видеть очертания камер пыток предназначенных убить ее. Потом ощутила холод, она продрогла и это не удивительно ведь все это время она лежала на холодном полу мокрая от воды, в которую она провалилась несколько… (часов?) назад. Затем ее тело стало ее слушаться, пальцы шевелились, и вот она уже пытается оторвать от пола голову, которая, как и можно было догадаться, чертовски болела.
     Открыв опухшие веки, ее взгляд встретился с черными, как сама тьма глазами. Он был здесь. Он смотрел. Диана, позабыв о затекшем теле и адской головной боли, быстро поползла прочь от него. Понимание что это бесполезно настигло ее не сразу. Как бы быстро она не ползла, он оказывался рядом. Поняв это, она остановилась и замерла, боясь дышать.
     - У тееебяя сииильноеее сердцццце… твооиии спутникиии слабеййй…, - парень говорил об этом как о само собой разумеющемся. Как будто это все в порядке вещей.
     - Оставь нас, дай нам уйти! – Диане казалось, что ее голова двоиться, а внутри часовая бомба. Крепко сдавливая череп руками, девушка просила отпустить их, дать им возможность уйти, даже просила прощения за то, что посмели проникнуть в его обитель.
     - Ещееее не всеее сообранооо, - сорвался зловещий шепот с его губ. С этими словами он исчез. Девушка осталась одна.
     - Неужели он отпускает меня? Что там такое? – Диана повернула голову вправо, она слышала мужской крик. Это следователь горел в своем аду.
     - Держись, Коля, я уже иду, я слышу тебя! – девушка с новыми силами кинулась на выручку подполковнику, который уже успел стать ей другом и любимым.
     Продираясь через лабиринт многочисленных комнат и коридоров, Диана впотьмах искала подполковника, ориентируясь лишь на звук его голоса. С каждым поворотом мужской крик усиливался, а значит, она бежит в правильном направлении. Кристины по-прежнему не было слышно. Диане казалось, что она бежит по кругу. Комнаты сменялись одна за другой. В голове поселилась мысль о том, что в этом подземелье не может быть столько комнат. И вообще что это: подземелье? Заброшенный коллектор? Бункер со времен войны? Или все это было создано этим психопатом для осуществления его безумных идей? Диана склонялась к последнему. Все было похоже на зачарованный лабиринт кошмаров.
     Во всех помещениях не было ни единой двери и даже намеков на то, что они, когда здесь были. В каждой из комнат царила пустота и мрак. Журналистка потеряла счет времени, казалось, что здесь его вообще не было.
     Проходя в очередную безликую комнату, Диана мельком заметила быстрое мерцание хозяина лабиринта. Он следил за ней, он никуда не уходил. Чем ближе она подбиралась к подполковнику, тем чаще тюремщик становился видимым ее глазу. Девушке стало казаться, что она никогда не найдет своего любимого человека. В отчаянии она бездумно врывалась в очередную комнату и было, похоже, что она заблудилась или бежит по кругу. Крик следователя несколько раз был настолько близок, что создавалось впечатление будто кричит он, где-то над ее ухом, но стоило ей повернуться на звук его голоса, как он тут же отдалялся.
     Изнуренная пустой беготней, Диана остановилась. И тут она услышала помимо крика ее любимого лязгающий звук. Эхо доносилось справа от нее, прямо за стеной. Девушка насторожилась. Она подумала, что это козни ее преследователя, чтобы сбить с толку. Минуты две, как ей казалось, она стояла не шевелясь. По пути ей не встречалось ничего похожего на металлические предметы, так откуда здесь взяться глухому стуку металла? Напрягая память, до Дианы дошла истина. Молоток. У подполковника был молоток. Видимо следователь, специально подавал звук, чтобы его можно было найти. Это бы Диану успокоило, если бы не одна странность: удары молотка были глухими, если бы подполковник бил по стене или полу, звук был бы громкий, тем более что вокруг такая тишина. Чувство тревоги стало нарастать и Диана медленно пошла на звук.
     Беспокоилась девушка не зря. Войдя в комнату, ее глазам предстала ужасающая картина. Николай сидел по средине помещения, безумно крича и пробивая молотком свою собственную голову, в надежде спастись от чудовищных видений. От увиденного Диана оторопела. Она просто стояла и невольно наблюдала за тем, как рука ее любимого с силой опускается на его череп. Постепенно выйдя из ступора, девушка кинулась к нему, но слишком поздно. Зажатый в руке молоток последний раз с треском обрушился на голову мужчины и наступила мертвая тишина. По полу не торопясь расползалась красная жидкость.
     Диана наклонилась над телом мужчины. Осознание смерти ее возлюбленного пришло не сразу. Девушка, широко раскрыв глаза, какое-то время трясла подполковника за плечо, стараясь привести его в чувство. Она повернула его лицо к себе и тут она все поняла: следователь не очнется, он мертв. Его наполненные страданиями глаза застыли на век, погруженные в адские иллюзии. Диана положила голову ему на грудь и зарыдала.
     Так она лежала довольно долго, сотрясаясь от слез. Она не могла, да и не хотела принимать смерть так внезапного полюбившегося и ушедшего от нее мужчины.
     - Прости меня, это я во всем виновата…, - шептала девушка, - если бы не мое любопытство, ничего бы этого не было, никто бы не пострадал… Господи! Это все я! Только я…, - за этими причитаниями, она не заметила, что была уже не одна.
     Парень стоял над ней. Он наблюдал за ее скорбью. Девушка поняла это только тогда, когда почувствовала легкий холодок на своей коже. Она оторвалась от груди мужчины и подняла полные слез глаза на своего мучителя. Сейчас ей он был безразличен. Она не испытывала страха, от того, что он рядом, нет, она испытывала лишь злость.
     - Тыыы опечалинаа утратой? Теперррь он свободееен…, - сказав это, он растворился в воздухе.
     - Чертов ублюдок! – крикнула ему вдогонку Диана.
     Как это было не странно, но его присутствие придало ей сил. Именно гнев и ярость заставили подняться на ноги и действовать. Еще ничто не кончено. Ее подруга так и не найдена. Мысль о том, что она может умереть, не менее страшным образом накатилось на девушку волной решимости. Диана резко встала на ноги и подняла молоток следователя.
     - Я найду тебя, Кристина, - Диана вытерла слезы и выбежала из комнаты.
     Оказавшись в соседнем помещении, девушка внимательно вслушивалась в тишину. Подруга не подавала голоса. Было абсолютно тихо. Где искать Крис, Диана не имела ни малейшего понятия. Тогда она решилась на отчаянный шаг. Поговорить с парнем.
     - Где ты? Покажись! Я хочу поговорить с тобой! Слышишь меня?! – журналистка кричала в темноту, оглядываясь по сторонам, - ну же покажись!
     - Зачеем тревожитть пустотууу? – он стоял за ее спиной.
     - Где она? Где Кристина? Куда ты ее дел? – подскочив от неожиданности, затараторила девушка. Несмотря на усталость, в Диане била энергия. От страха и сомнений не осталось и следа. Ее даже не волновала головная боль, от его голоса. Девушку перестало бросать в дрожь от его глаз, ей было все равно как он выглядит и что он сделает.
     - Зачеем стремиться найти то, что уже утерянооо? – сверкая черными глазами, ответил вопросом на вопрос юноша.
     - Скажи или дай подсказку! Прошу тебя…, - последнюю фразу она еле слышно пошептала.
     - Тыыыы просишь меняя? – удивился парень.
     - Да я прошу тебя… я хочу ее найти, отпусти ее, пожалуйста, - умоляла Диана.
     - Идии за мнооооййй…, - видение двинулось вперед, быстро мерцая в темноте.
     Диана испугалась этого. Ведь он мог обманом затащить ее еще дальше в лабиринт, так далеко, что она никогда не найдет дороги назад. Признаться в глубине души она рассчитывала на то, что он не согласиться. Юноша двигался резко и быстро, то появляясь, то исчезая. Тем самым пугая девушку неожиданностью своего появления все больше и больше.
     Парень явно знал этот лабиринт как свои пять пальцев. Он уверенно (шел?) вперед. Прошло минут пятнадцать, прежде чем он остановился. Диана от неожиданности резкой остановки пробежала сквозь своего проводника, что ему совсем не понравилось. Он яростно закричал и исчез. Журналистка уже хотела извиниться для того чтобы он вернулся и показал дорогу, но это было не нужно.
     Кристина сидела на полу обхватив свои колени и не переставала шептать: «Я должна найти хоть кого-нибудь… должна найти».
     Теперь слова парня о том, что «зачем искать то, что уже утеряно» стали Диане понятны. Перед ней сидела уже не ее подруга, вернее не та подруга, которую она знала. Девушка что сидела на полу была абсолютно безумной. Она не предпринимала попытки убить себя, как это делал Николай Антонович, но она и не была собой. Кристина ничего не видела, она была где-то глубоко в своем сознании. Для нее уже все кончено, подруга оставила ее. Он забрал что-то из ее души и души подполковника. Осталась только Диана.
     - Что же ты с ней сделал! За что ты с нами так! – яростно прокричала Диана.
     Журналистка подошла к подруге и попыталась поднять ее на ноги, но все старания были тщетны. Кристина не могла стоять, а тем более идти. Диана не в силах нести подругу на руках, поэтому она подхватила ее под грудь и потащила вон из рокового лабиринта, лишившего ее всего, что у нее было.
     Не успела Диана вынесли подругу из комнаты, как лабиринт начал исчезать. Помещения лопались одно за другим. Журналистка остановилась пытаясь понять, что вокруг происходит. Со всех сторон доносились хлопочущие звуки. Морок сужался. Хлопки раздавались все чаще и чаще пока, наконец, не добрались до комнаты, в которой находились девушки. Помещение дрогнуло и с громким хлопком разлетелось в разные стороны, оставив Диану посреди тумана, сотканного пылью. Девушка пришла в себя от недоумения и испуга, лишь, когда туман рассеялся. Она выронила обезумевшую подругу, когда стремилась закрыть лицо руками, но та, похоже, даже не почувствовала этого.
     Журналистка осмотрелась. Она находилась в том самом коридоре, с которого и началось их погружение в бесконечную паутину ужаса. Неподалеку от нее у двери без замка и ручки лежало тело подполковника. Они никуда не уходили: не спускались по лестнице, не терялись в комнатах, ничего не было. Дверь, которую Николай Антонович с такой неожиданной легкостью растворил, была плотно закрыта, а позади Дианы зияла дыра, ведущая в комнату в которой были книги.
     Журналистка подошла к железной двери. Она хотела попытаться ее открыть, но страх перед тем, что она может вновь очутиться в кошмаре, подвергал ее действия сомнению и тревоги. Минут пять девушка смотрела на ржавую дверь, совладая со страхом. В конечном счете, зачем ей это делать, но любопытство все же перевесило. Диана резко дернула дверь на себя, но та и не думала открываться, она недовольно простонала ржавыми петлями, оставив на ладони девушки частицы коррозии. Сомнения, таившиеся в мозгу журналистки, что они все же были в том месте, развеялись без следа. Было очевидно, что морок настиг их у этой двери.
     Стоять и размышлять об этом Диана не стала. Она подхватила подругу и понесла наверх к выходу из этого проклятого места.
     Лишь оказавшись вне здания, Диана рухнула на землю и громко закричала от нахлынувшей скорби. Ее подруга, которую она успела положить на заднее сидение машины следователя, крутясь без устали, повторяла одни и те же слова.
     На улице тем временем царила молчаливая ночь. Звезд на небе было не видно из-за пелены серого тумана, лишь изредка скучающе, выглядывал лунный диск. Было так умиротворяюще, что сумасшедшие события этой ночи, казались ничем иным как плодом больного воображения. Даже пустынное здание с его единственным обитателем, более не казалось зловещим, оно было всего лишь домом, помнящим и хранящим печаль минувших лет.

     Глава XIII
     Воссоединение
     Вернувшись домой Диана первым делом позвонила в неотложку. Надо было что-то делать с Кристиной. Она надеялась, что врачи смогут ее привести в чувство, поскольку самой ей это не удалось. Диана обливала подругу ледяной водой, била по щекам, трясла ее за плечи, кричала на нее, пыталась дать успокоительное, но ничего не помогло. Крис, казалось, ничего не слышала и не видела перед собой. Скорая психиатрическая помощь прибыла очень быстро. Оно и не удивительно, весь город спит и ему неведомо, что твориться за окном, сейчас его волнует лишь сладкие грезы и пуховые одеяла, любовно укутавшие своих спящих хозяев.
     Диана сидела на подоконнике и всматривалась в ночную синь. Она всячески отгоняла от себя воспоминания и любые мысли связанные с роковым походом. Признаться, она и не могла о чем-либо думать, переживания и страхи выпили из нее соки, осушили до дна. Так она бы и сидела, бесцельно смотря на старый клен под окном, но ее покой нарушил звук подъезжающей газели с красным крестом на капоте и проблесковыми маячками. Из нее вышли трое людей в белых халатах, и синей форме под ними.
     Диана сползла с подоконника и распахнула настежь входную дверь. В подъезде раздавался звук уверенных тяжелых шагов и мужские голоса. Врачи вели какой-то свой диалог, начавшийся еще в машине по пути.
     Журналистка стояла в коридоре, ожидая врачей, и вот первый совершенно молодой врач прошел в коридор, а за ними и остальные два. Разговор их тут же прервался, увидев, в каком состоянии находятся девушки. Диана врачей заинтересовала меньше, их внимание привлекла лежащая на полу возле шкафа девушка. С минуту они рассматривали ее, оценивая насколько все плохо, а потом самый старший и видимо главный врач обратился к Диане.
      - Это вы нас вызвали? – поправляя очки, спросил доктор.
     - Да… вы, может быть, пройдете в комнату…, - предложила Диана, а сама тем временем соображала, что же им сказать. Как объяснить врачам, по какой причине ее подруга спятила? Рассказать им правду? При таком раскладе они с Кристиной будут соседками по палатам. Нужно им рассказать то, во что они поверят, а это значит врать.
     Врачи, приняв ее приглашение, прошли в комнату и уселись на разложенный диван. Диана стащила со столика телевизор и подтянула его к ним. Они дружно, будто сговорившись, достали блокноты и ручки. Задав Диане стандартные вопросы про имя и год рождения Кристины, самый молодой врач начал вести диалог.
     - Это ваша подруга, как я понимаю? – не дожидаясь очевидного ответа, он снова спросил, - Давно вы ее знаете?
     - Да… давно, - погрузившись в воспоминания, ответила Диана.
     - И как давно вы ее знаете? – уточнил врач.
     - С пяти или с шести лет… мы выросли вместе, - вдруг загрустила журналистка, до нее только что дошло, что она потеряла последнего самого близкого ей человека. Что она уже никогда не поговорит с подругой, не услышит ее звонкий смех, больше не будет шуток, которые Кристина отпускала по поводу и без. Больше не к кому будет прийти в гости просто так, где ей действительно были всегда рады. Они не сходят теперь с ней в кино, не посидят дома, за кружкой ледяного пива обсуждая свою личную жизнь. Тот парень был прав, Кристина уже потеряна, потеряна навсегда. Боль от потери подступила к самому горлу горьким комком и у Дианы невольно потекли слезы.
     - Как давно и где вы ее застали в таком состоянии? – понимающе выдержав паузу, спросил старый врач.
     - Часов пять или может быть восемь назад, точно не скажу… а пришла она ко мне сама…
     - Сама? – оборвал Диану молодой врач.
     - Да сама. Она пришла ко мне в возбужденном состоянии, - на ходу сочиняла Диана, - все твердила про какого-то призрака якобы ее преследовавшего, а потом она впала в беспамятство…
     Тем временем второй врач, тоже молодой лет тридцати не больше, маленьким фонариком светил в глаза Кристине и что-то время от времени писал. Услышав ответ Дианы, он прекратил свое обследование и посмотрел на коллег. Они переглянулись и что-то быстро записали в блокноты. Было видно, что ее рассказ вызвал у них сомнения.
     - А раньше с ней что-то подобное происходило? – спросил первый молодой врач.
     - Родственники у нее есть? – спросил второй.
     - Почему вы сразу нас не вызвали, когда с ней это случилось? И позвольте, спросит, почему она вся в пыли, да и вы, простите, тоже? – спросил старый врач.
     Вопросы посыпались на Диану так быстро, что она не успела ответить ни на один из них. И решила подождать, когда они закончатся, чтобы поочередно на них ответить.
     - Я упала, когда шла домой с работы, а она не знаю…
     Старый врач глубоко вздохнул и посмотрел на своего коллегу, что сидел на диване. Он поправил очки и пристально посмотрел на Диану. Все они прекрасно понимали, что девушка врет и врет не умело.
     - Девушка вы отнимаете наше и ваше время своей ложью, - откровенно заговорил доктор, - если бы вы действительно упали на улице, как вы утверждаете, то вы бы были вся мокрая или по крайней мере, если прошло так много времени, на вас была бы засохшая грязь. Вы на улице то были? Дожди ведь идут и кругом лужи. А вы и ваша подруга именно в пыли, причем пыль какая-то строительная, я еще могу представить, что вы катались по полу, который давно не мыли. Поймите, если вы хотите чтобы мы разобрались, что случилось с вашей подругой и помогли ей вернуться в прежнее состояние, то нам нужна - правда. Ведь ваш рассказ явно смонтирован, - доктор замолчал, ожидая ответной реакции девушки.
     Диана пристыдившись своей лжи, нервно накручивала локон волос на указательный палец. Врать она никогда не умела. Эта «наука» была сложна для нее, враньем в совершенстве владела Кристина, причем, когда она врала ей верили не только ее слушатели, но и сама Крис.
     - Да… я понимаю… что ж, тогда вот вам, правда… Я работаю журналистом в газете «Спроси нас». Я наткнулась на любопытную статью, там говорилось про исчезновение некого юноши, а также было сказано, что парня так и не нашли. Я решила выяснить ведутся ли еще поиски и каковы результаты? Меня чрезвычайно заинтересовало это дело. А так как мое расследование было независимым, то времени мне бы просто не хватило им заниматься, а уж очень хотелось. Поэтому я попросила мою подругу помочь мне разобраться. В полиции мы выяснили, где жил тот юноша и кто его родители. Нам сказали, что дело не было возбужденно, поскольку там не совсем нормальные супруги были, но не суть. Так вот мы с Кристиной отправились по адресу, там давно уже никто не жил и поэтому мы такие грязные, в общем-то, мы искали какие-нибудь сведения о нем для начала и как вы выразились, буквально ползали по полу. С Крис уже там стало плохо. Когда я обследовала комнату его родителей она была в соседней, в комнате парня, я пошла к ней сказать, что ничего не нашла и обнаружила ее в таком вот состоянии, а потом привезла ее домой. Это все, - Диана намеренно опустила все события связанные со зданием, и с сверхъестественным происхождением юноши. Решила придерживаться выдуманного рассказа, который бы объяснил ее теперешнее состояние. Врачам не зачем знать правду.
     - А с ней такое раньше случалось? - повторил свой вопрос доктор, - Или, может быть, вы наблюдали какие-нибудь отклонения в ее поведении, скажем, вспышки неконтролируемой агрессии, депрессии, неясность мышления, дезориентация? И еще родственники, я полагаю, у нее есть? В семье у нее никто не страдал психическими расстройствами, может кто-то наблюдался в клинике?
     - Нет, ничего такого с ней не было, насколько мне известно, хотя она всегда нестандартно мыслила, но ничего такого особенного не было. Родственников ее я знаю хорошо, всегда тесно общались и я могу с уверенностью сказать, что никто из ее семьи не был болен, так что это не наследственное, если вы на это намекаете. Алкоголиков в семье тоже не было, приличная семья. Она не злоупотребляла алкоголем. В общем, обычная семья. Доктор вы знаете, что с ней такое? Она поправится? – задала Диана давно мучающие ее вопросы, хотя она и так знала ответы.
     - Сейчас трудно судить. Нужно провести ряд обследований, провести тесты, сделать анализы, тогда только можно будет знать что-то наверняка. Когда мы выясним что ввергло ее в такое состояние, причину психического расстройства, то при правильно выбранном лечении она быстро пойдет на поправку. Это болезнь и она лечиться, - подал надежду доктор, а затем обратился к своим коллегам, - позвоните санитарам, пусть принесут носилки.
     - Надо сообщить ее родственникам, у вас есть их телефон? – спросил молодой врач.
     - Есть. Я сообщу им…, - Диана не знала, как сказать родителям Кристины, что их дочь по ее вине, оказалась в психушке.
     В комнату внесли носилки два здоровенных мужика. Врач, который обследовал Кристину, вколол девушке успокоительное и огромные детины отработанными до автоматизма действиями, понесли ее в машину. Диана, наблюдая, как ее подругу волокут вон из квартиры, горько заплакала. Еще вчера все было хорошо с ней, а сегодня ее увозят в дом умалишенных. И это только ее вина. Если бы она не втравила ее в это дело, Кристина бы сейчас улыбалась как прежде и вела долгие беседы о сущности нашей жизни.
     - А вам я выпишу вот это средство. Вам нужно успокоиться. Такое потрясение не каждый день случается. Тут никаких наркотиков, таблетки на отваре трав, они просто успокоят нервы. Сегодня я вам вколю слабенькое успокоительное, чтобы вы могли поспать, а завтра сходите в аптеку, - доктор протянул Диане рецепт и вколол ей лекарство, - позвоните родным подруги, им нужно будет подъехать к нам для оформления документов. Только обязательно позвоните прямо сейчас, без их согласия мы не сможем начать лечение. Вот адрес, - доктор протянул визитку.
     - Я поняла, я прямо сейчас позвоню, - вяло ответила Диана, успокоительное начинало действовать.
     Врачи ушли, оставив Диану один на один со своей обреченностью. Журналистка закрыла за ними дверь и включила свет во всей квартире. Ей нужно было сообщить родителям подруги о случившемся, а еще сообщить полиции, что Николай Антонович Ошпингов умер. Его тело так и лежит в заброшенном коридоре проклятого здания. Как все это объяснить полиции, она не имела ни малейшего представления. Чтобы она не сказала, подозревать станут ее. У нее его машина, молоток, который она брала в руке для самозащиты, только ведь они этому наверняка не поверят. К тому же она уехала из того места. Только сейчас она стала понимать, что полицию то нужно было первым делом еще там вызвать, тогда бы подозрений было меньше, был бы, хотя бы один шанс на миллион что ей поверят. Но выбирать не приходиться, звонить все равно нужно. Она даже подумала, что тюрьма будет достойным возмездием для нее.
     Диана набрала номер 02. На звонок ответила женщина и внимательно выслушала все подробности. Диспетчер сообщила, что к Диане приедут сотрудники полиции в ближайшие пол часа. Потом Диана по совету доктора набрала номер мамы Кристины, разговор предстоял трудный, но девушка полная решимости ожидала пока возьмут трубку. Ответа долго не было, Анна Анатольевна конечно уже спала. Диана настойчиво набирала номер пока, наконец, приятный сонный голос не ответил. Журналистка сообщила женщине, что приключилось с ее дочерью, сначала мама Кристины не поверила ни единому слову Дианы, решив, что та перебрала спиртного, но девушка заверила, что она в трезвом уме и здравой памяти. Они долго разговаривали по телефону. Анна Анатольевна спрашивала все подробности, как и почему ее дочь увезли в психушку. Конечно, женщина была зла на Диану и высказала ей все, что она о ней думает. Уточнила адрес больницы и повесила трубку.
     Диана, услышав короткие гудки, тяжело вздохнула. На этом ее мучения не закончились, ей еще предстоит встреча с полицией, которые уже подъехали к парадному подъезду.
     Разговор с полицией укоренил в ней ее подозрения, как и следовало ожидать, ей никто не поверил. Они вежливо попросили, поехать с ними и показать то самое место. Диана ожидала этого, а поэтому была готова. Она села в полицейскую машину без вопросов.
     Три машины быстро ехали к месту смерти их сотрудника и не просто сотрудника, а начальника. Всю дорогу Диана молчала, да и они не задавали вопросов. Журналистка чувствовала, что вот-вот уснет, лекарство все настойчивее действовало на сознание девушки. Она встрепенулась, только когда автомобили затормозили у одинокого здания. Все сотрудники, включая Диану, вышли из машин.
     - И на кой черт вас сюда понесло? – зло спросил оперативник.
     - Я же вам уже рассказала. Мы расследовали смерть мужчины. Проверьте у себя там, наверняка вспомните, как на улице Ленинградской 7А, мужчина покончил жизнь самоубийством, а я его жена сейчас находится в лечебнице, - понимая абсурдность своих объяснений, пояснила журналистка.
     - Разумеется, мы проверим. Так вы утверждаете, что подполковник Ошпингов поехал расследовать дело, о самоубийстве, по зову скандального журналиста? Хахах… интересно конечно, - посмеялся мужчина.
     - Позвоните его секретарю и спросите об этом она видела, что я приходила, а также меня видел дежурный, он меня и проводил к нему. Узнайте, что Николай Антонович звонил, кому-то из своих друзей выясняя, где находиться этот дом. Позвоните, узнайте, вам все скажут и подтвердят мои слова, к тому же я думаю, что мобильный телефон Николая Антоновича где-то у него, может быть в машине или в карманах. Проверьте историю звонков, - начинала психовать от усталости журналистка.
     - Не волнуйтесь, все выясним, - с этими словами группа оперативников с криминалистом, растворились во мраке здания.
     Диана осталась стоять на улице, охраняемая двумя мужчинами. Сотрудники без труда нашли тело их коллеги, ведь журналистка подробно объяснила, как идти. Полицейские пробыли внутри здания целый час. Чем изрядно разозлили Диану. Она уже валилась с ног, ее качало из стороны в стороны, так сильно ей хотелось спать, но по всему видно было, что сна она так и не увидит.
     Сотрудники полиции вынесли тело подполковника в черном мешке и погрузили в микроавтобус. Диане приказали сесть в машину и поехать в управление внутренних дел, для дачи показаний.

     ***
     Выпал первый снег. Городу предстояло шесть месяцев проспать под снежными завалами. Запотевшие окна домов безучастно смотрели на ледяную пелену. Жизнь замедлилась, погрузилась в морозную спячку. Город, не видевший толком солнца, быстро сковал холод.
     Зима застала Диану в кабинете редактора. Она решила покончить с карьерой журналиста, осознав глупую до невозможности истину, что иногда любопытство и бесконечное участие в чужих жизнях, может стать причиной чьей-либо сломанной судьбы и даже смерти.
     На время расследования гибели подполковника Ошпингова, которое казалось никогда не кончиться, Диана находилась под подпиской о невыезде. Ее то и дело вызывали, в связи с новыми открывшимися фактами. Безусловно, девушка была главным подозреваемым, но так как улик против нее, как оказалось, не хватает, обвинение так и не было предъявлено, что конечно же было весьма странным, но девушка уже ничему не удивлялась.
     Полиция, как стало известно Диане, разобрала буквально по кирпичикам проклятое здание. Железная дверь потайного коридора, была снята с петель, но за ней оказалась бетонная стена, что не могло не удивить сотрудников полиции. Все было нереально и бессмысленно. И только одной Диане это не показалось странным. Этого и следовало ожидать. Он бы никогда не выдал своих секретов, не дал бы себя обнаружить.
     С той бессонной ночи, полной кошмаров наяву, он больше не являлся, ни во снах, ни в реальности. Все что осталось у Дианы – это пустота и нынешняя безрадостная жизнь, с которой она изо дня в день мирилась. Приходя домой после скучного дня, она включала свет во всей квартире, это с не давних пор вошло в привычку, выпивала три кружки чая с ромашкой и вспоминала прошлую жизнь. Диана престала жить настоящим, она просто в нем существовала, она прежняя была там, за пеленой дней. Каждое утро она просыпалась с мыслью о суициде, но она не хотела доставлять радость Ему, а поэтому продолжала жить. Пусть думает, что он не сломал ее.
     Время от времени Диана навещала подругу. Заботливо покупала апельсины, любимый фрукт Кристины, и просиживала возле ее койки ровно два часа. Подруге не становилось легче, она превратилась в тень без мыслей и эмоций. Врачам удалось только заставить ее прекратить повторять одну и ту же фразу. Каждый раз, видя лучшую подругу, в таком плачевном состоянии, сердце Дианы обливалось кровью, чувство вины за искалеченную жизнь, стало для нее вечным наказанием. Она терзалась мыслями о том, скольких радостей она лишила несчастную девушку, которую уже даже и человеком не назовешь, это была всего лишь оболочка.
     Жизнь Диане стала неинтересной и бессмысленной, ее лучшими подругами стали боль, скорбь и печаль. Сколько она еще так проживет, она не знала, но надеялась, что не долго.
     Душевная пустота не могла продолжаться вечно. Своеобразный покой Дианы, вновь нарушили.

     ***
     Проснувшись субботним утром, девушка на автомате пошла, подогревать чайник. Умываться она даже не думала, ей нужна была лишь чашка горячего чая и книга, чтобы занять день. Диана давно не убирала квартиру: тут и там валялась на полу одежда, раковина была полна грязной посуды, а по углам ютился мусор.
     Вода, как показалось, закипала больно уж долго. Потеряв терпение, девушка его выключила, не дав ему прокипеть, как следует. Следующей ее целью было дойти до комнаты и лечь на диван. Диана шаркающей походкой на ходу отпивала чай, когда вошла в комнату, но в ней уже кто-то был, и она знала кто.
     - Не прошло и года…, - вяло проговорила Диана самой себе, и как ни в чем не бывало села на диван.
     Парень стоял возле пустой рамки из-под фотографии, которую он же и украл. По-хозяйски прошел по комнате, внимательно ее рассматривая. Убедившись, что дело обстоит хуже некуда, он повернулся к Диане.
     - Зааачеем напраснооо страдаттть? – он приблизил свое лицо к девушке настолько, что она почувствовала его ледяное дыхание.
     - Ты не устал меня преследовать? Что тебе еще от меня нужно? Ты добился своего… превратил мою жизнь в ад… так может, ты уйдешь туда, откуда пришел? – пересиливая громкий шум и боль в голове, тяжело выдохнув, спросила Диана.
     Парень, призадумался. Он то появлялся, то исчезал перед Дианой, как плохая картинка в телевизоре. Из-за это мельтешения у девушки зарябило в глазах.
     - Ты можешь это прекратить? – зажмурившись, она обхватила голову руками, - Почему, когда ты приходишь такой свист в ушах и боль в голове? Ты можешь не рябить перед глазами?
     - Не могууу. Человеческомууу глазу не под сииилу меня видетттть. Твойй слуххх противитьсяяя мне, как и твойй рааазуум…, - туманно пояснил гость.
     - Зачем ты явился? – Диана хотела как можно скорей от него избавиться.
     - Яяяя пришееелл за тобоййй…, - он отвернулся от своей мученицы и взял в скользкие руки книгу.
     - Ты и меня убить хочешь? Или как мою подругу превратить в овощ? Что ж если ты думал меня этим напугать, зря стараешься… мне все равно, - отмахнулся Диана.
     - Яяяя пришелллл чтобы заабрать, а не пугаттть. Я хочччуу предложиттть пойти со мнойййй, - он вновь повернулся лицом к девушке.
     - Что значит предложить? Ты хочешь, чтобы я пошла с тобой добровольно? Мне любопытно, ну так для справки, куда это уйти? – с не прикрытой насмешкой спрашивала Диана.
     - Этттто не имеет значчччения…, -ничуть не смутившись, отвечал гость.
     - Убирайся из моего дома!!! Оставь меня наконец!!! – Диана вскочила с дивана и бросила в непрошенного гостя чашку с чаем.
     Чашка пролетела сквозь него и угодила в дверцу шкафа, расколовшись надвое. Гостя позабавила ярость девушки. Он лишь хитро улыбнулся, смотря на осколки. Его не удивил ее поступок, он ожидал его.
     - Что жжж если передумаешшшшь, ты знаешшшь где меня искаттть… - прошипел юноша и испарился.
     Диана после его исчезновения все еще стояла и свирепела. Ее так разозлила наглость предложения. Она недоумевала, как он вообще посмел явиться после всего, что он с ней сделал, да еще и предлагать что-то. Неужели ему было мало ее стенаний? Эти вопросы она задавала себе слишком часто.
     План почитать книгу, улетучился, так же как и спокойствие. Весь день Диана ходила по квартире и кляла на чем свет стоит утреннего гостя. Ее разрывало от злости. Она хотела рвать и метать все, что попадется ей под руку. Чтобы уснуть ей понадобилась изрядная доза снотворного.
     Утро воскресенья успокоило ее. Одев на себя мятую синюю кофту и такие же джинсы, она собралась съездить в клинику. Пуховик с прошлой зимы выглядел неприглядно, но Диана не привередничая, натянула его на себя и вышла из дома.
     Шапок она не носила, обходилась капюшоном, из-за которого была видна лишь небольшая полоска асфальта, усыпанная снегом. Зайдя в универмаг, она купила килограмм апельсин и пошла на автобусную остановку.
     Людей в транспорте было мало, всего три человека не считая кондуктора, мирно спящего на своем тронном месте. Мужчина преклонного возраста, зевая, листал утреннюю газету, которую раздают на остановках, а двое молодых парней над чем-то весело смеялись. Диана, всунув руки в рукава пуховика, отсутствующим взглядом смотрела в окно. Предстоящая встреча с подругой, угнетала ее и без того скверное настроение. В ее душе роились противоречивые чувства: с одной стороны она очень хотела увидеть Кристину, как бы там ни было, она очень скучала по ней, ей ее не хватало, пусть даже она не говорит и возможно даже не слышит ее, а с другой это снова ощутить чувство вины и пустые глаза подруги. Диана в глубине души надеялась, что подруга хотя бы ее слышит, а потому каждый раз просила у нее прощения. Она думала, что это возможно, как разговаривать с человеком в коме, может быть люди в таком состоянии действительно слышат и понимают, ведь никто пока не доказал обратного. Надежда есть всегда.
     Автобус проехал почти весь город, прежде чем остановился возле клиники. Диана не торопясь вышла и направилась к главному входу, чтобы зарегистрироваться и получить разрешение от врача для посещения. Внутри было тихо. В воскресенье всегда очень мало посетителей, да и большинство персонала дома на выходных.
     Диана долго ждала, пока девушка в регистратуре выпишет ей пропуск. В это время по лестнице, ведущей в палаты, спустился лечащий врач Кристины, увидев Диану, он приветливо улыбнулся и легкой походкой пошел к ней на встречу.
     - Вы сегодня что-то рано совсем. Не спалось? – улыбался доктор.
     - Я последние месяцы вообще плохо сплю, - заставила себя улыбнуться Диана.
     - Мм… апельсины? Что ваша подруга только их есть? – дружелюбно спросил доктор.
     - Да она очень их любила…, - загрустила девушка.
     - Почему вы говорите о ней в прошедшем времени? Она ведь не умерла, а болезнь можно вылечить, - доктор был полон энтузиазма и веры в свои слова.
     Диана лишь уныло улыбнулась. Она не разделяла оптимизма доктора. Ей такая перспектива казалась не более чем иллюзией, несбыточной мечтой. Кристина уже никогда не будет прежней. Если бы только доктор знал, что произошло на самом деле, он бы не был так уверен в возможности выздоровления. Кристине поможет только чудо.
     Доктор поторопил, уже начинающую засыпать, девушку за стеклом и вместе с Дианой пошел к Кристине. Войдя к ней, врач поздоровался с пациенткой и оставил их наедине.
     Подруга сидела в своей привычной позе и не реагировала на гостей. Ее волосы отрасли и показались некрашеные корни. Она красила волосы в черный цвет, а настоящий был светло-русый, поэтому корни сильно выделялись и придавали облезлый вид. Кожа подруги посерела, щеки ввалились, а под глазами стояли синие тени.
     Диана невольно отвернулась. Вновь проступили слезы. И в этот момент Диана решила, что это ее последний визит. Ни Кристине, ни ей не становиться легче от этих встреч, а мучить себя и ее, ей не хотелось. Один бог знает, что чувствует сейчас ее подруга, но Диане казалось, что это никак не радость.
     - Возможно, ты меня возненавидишь, хотя скорей всего ты меня уже давно ненавидишь, я пришла к тебе в последний раз. Прости, что позволила ему сделать это с тобой… поверь мне нелегко с тобой прощаться, но еще хуже видеть тебя такой. Я тебя никогда не забуду. Не забуду твоей доброты и понимания, я хочу помнить тебя такой, какой ты была, и хранить тебя в своей памяти веселой и беззаботной. Я надеюсь, что ты простишь меня когда-нибудь, но я себя никогда не прощу. Прости меня Кристина, я больше не могу…, - Диана положила пакет с апельсинами на прикроватный столик и молча вышла.
     Сегодня она решила покончить со всем. Она решила это уже давно, но почему-то откладывала. Диана давно готовилась к смерти, больше она ее не боялась. Последнее, что она хотела сделать в этой жизни, это навестить могилу человека, которого полюбила и сама же погубила, что она так и не сделала с момента похорон.

     ***
     На кладбище было пусто. По иронии судьбы подполковника похоронили на том самом кладбище, где якобы покоился тот ублюдок. У надгробия Николая Антоновича, было много цветов как искусственных, так и живых. К нему на могилу часто приходили люди: коллеги, друзья, родные – он всеми был любим.
     Диана присела на корточки и прикоснулась пальцами к фотографии. Она не знала, что ему сказать. Девушка просто сидела и смотрела на улыбающееся лицо подполковника. Ничего в голову ей не приходило, кроме слов сказанных непрошенным гостем. Сказанная им последняя фраза, жужжала в ушах Дианы: «..ты знаешь, где меня искать…» и она знала. Это пришло к ней не с того не сего, само на ум пришло. Она всегда знала, где он.
     Девушка встала на ноги и уверенным шагом пошла к лжемогиле.
     Корявый дуб недобро покачал ветками. Диана встала у надгробия и осмотрелась. Никого не было, лишь вой ветра и одинокие легкие шаги.
     - Яяя зналлл что ты придешшшь. Я ждаллл тебяяяя…, - он стоял за ее спиной.
     Она знала, что он идет, и все же была не готова вновь ощутить боль от его присутствия. Диана упала на колени.
     - Давай без церемоний, - поторопила она призрачного собеседника.
     Он повернул ее к себе лицом. От его прикосновения, ей стало жутко. Она вновь почувствовала безумный страх перед ним. Холодные руки взяли ее за плечи и подняли на ноги. Диана не сопротивлялась, она отдалась в его власть. Он приблизился к ней интимно близко, продолжая смотреть ей в глаза. Диана тоже не отрывала от него взгляда, она не ведала, что он собирается сделать, но ничего не хотела пропустить и поэтому даже страх не смог сомкнуть ее век. Он зло улыбнулся и поцеловал Диану в губы.
     У могилы, где только что стояла девушка, клубился легкий туман.

     Послесловие
     Предсмертный крик пробудил ночную мглу. Стая испуганных птиц сорвалась с насиженных мест и полетела прочь. Упавшее с высоты тело молодой женщины одиноко распласталось на мокром асфальте. Послышался шум открывающихся окон и тревожный перезвон десяток голосов. Зеваки смотрели на окровавленный труп самоубийцы. Одни поднимали головы вверх, пытаясь определить с какой высоты она скинулась, другие, зажав рты, с ужасом взирали на кровавую картину.
     Люди суетились, кричали, бегали. В этом хаосе, казалось, ожило все: здания, машины и деревья. И лишь вдоль парковой аллеи рука об руку проплыли две безликие тени…



 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) М.Ртуть "Строптивая невеста"(Любовное фэнтези) М.Атаманов "Альянс Неудачников-2. На службе Фараона"(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "Дисгардиум 5. Священная война"(Боевое фэнтези) К.Тумас "Врата на Изнанку"(Боевое фэнтези) Ю.Резник "Семь"(Киберпанк) М.Атаманов "Альянс Неудачников. Котёнок и его человек"(ЛитРПГ) Грейш "Кибернетный человек"(Антиутопия) М.Боталова "Темный отбор 2. Невеста дракона"(Любовное фэнтези) Е.Вострова "Канцелярия счастья: Академия Ненависти и Интриг"(Антиутопия)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"