# Констант: вестники судьбы

Аноним men/ace

Конфликты на земле достигают вселенских масштабов, заставляя обратить на себя внимание самые развитые формы жизни, вездесущие и нетипичные. Компания Констант ищет уязвимости Империи пяти оазисов. Устойчивый Альянс на грани развала. Человечество частично эвакуируется на планету Терраро. Судный день неизбежен, вот только, пришёл он совсем не оттуда, откуда его ждали.

## История из прошлого


Перед ней, в воздухе висело небольшое, квадратное, плоское изображение. Дюймов двадцать, по диагонали. Это главное меню операционной системы "Операционная система". Приятные иконки, или же это Джузип символика, перетекали из одной в другую. Как будто, множество экранов, слоями наложены друг на друга. То одни значки блекли на фоне других, то наоборот становились ярче. Это уникальная версия ОС, от части является плагиатом инопланетной ПГС (пространственно-графический симулятор), широко распространённый на Терраро. Её земная версия, так же полностью функционирует, без физического и мысленного контакта. То есть исходя из жестов человеческой оболочки, автоматически генерирующийся, как система управления. Аливе нравится Операционная система ОС, да и не только ей, ведь она так проста в управлении. Никаких меню, никаких дополнительных окон. Всё на главном экране. От настроек контактов, до графических программ. Пользовательская оптимизация, кажется настоящим шедевром. Чтобы разобраться с такой непривычной системой, придётся уделить немного времени, зато потом, в использовании она станет неизмеримо проще, всего примитивного, однобокого софта, от популярных компаний. Это как сравнивать автомобиль Тесла на автопилоте, с грузовиками из пятидесятых. Многозадачность и практичность в одном касании - это идеальная система управления. Алива стоит в собственном пентхаусе чудесного небоскрёба, находящегося на берегу острова Палау. Перед ней раскинулись невероятные виды дикой природы. Десятки рифовых островов, как грибы сточенные океаном у основания и усыпанные густой зеленью сверху. Она соединила вместе, кончики большого, указательного и средних пальцев на опущенной, левой руки, и висящее в воздухе изображение увеличилось, превратившись в зеркало. Она отчётливо увидела своё лицо, и небольшое, дугообразное меню управления, снизу. Это приложение 'Color Effect' для нанесения макияжа. Нажав на один из цветов, на её глазах появились тени. Потемнели ресницы, и слегка поменялся оттенок лица. Строя разные мордашки, девушка позировала сама себе. То вытянув губы, то нахмурившись и приоткрыв рот, себе же, она определённо нравилась. Потом она широко улыбнулась и взялась ладонями за щёки. Хорошенько их помяв, она начала пальцами разглаживать морщинки, возле глаз. Потом у носа и на лбу. Боже, они по всюду. Аливе стало не по себе. Она сразу вспомнила, про свой день рождения. Через месяц, ей уже тридцать три! Как же хочется отправится в прошлое, хотя бы на пару лет назад. Или просто остановить время. Сейчас ещё не поздно. Скорее наоборот, сейчас самое время сделать это. Смотреть за тем, как гаснет собственное тело, и не быть способным повлиять на это, для Аливы большая забота. Её внешность всегда занимала большую часть души внутреннего мира. Не ощущая себя красивой внешне, она и внутренне не считала себя полноценной. Несмотря на генетику, которой, она так гордилась, девушка уже считает необходимым перепрограммировать ДНК. А ведь команда Сэма, фактически уже способна на это. Однако, Алива ни с кем не говорит на эту тему, считая это слишком постыдным. В конце концов, тридцать три года, ещё не сорок. И всматриваться в каждую микротрещинку - это уже фанатизм. Можно ещё немного подождать. Будущее очень непредсказуемо. Говорят, Мандэсо уже может преобразовывать тела до самых фантастических параметров. Их жизнь непредсказуема, и в этом есть свой кайф. Уже завтра можно умереть или же обрести полное бессмертие.

Из воспоминаний Аливы Меня зовут Алива. Это мой бренд и псевдоним, к которому я давно привыкла. Моё настоящее имя Милана Милим. Не часто я его кому-то называю, но не из-за какого-то преследования или подписания контракта с Elite Girls. Просто я хотела очиститься от своего прошлого. Имя довольно запоминающееся для публичной занятости. Этого я и боялась. Моя работа, признаюсь, по началу, слишком смущала меня. И, я не очень то горела желанием прославиться. Я сама придумала себе прозвище, сразу, как уехала из родного дома. Сегодня мы главная сторона представителей человечества. Те, кто сотрудничает с инопланетной, могущественной цивилизацией. Они могут быть вечно молоды, они даже способны стать бессмертными. Если сейчас у нас нет возможности обрести такой дар, то в ближайшее время - это точно произойдёт. Не подумайте, я не гонюсь за бессмертием, как глупая девочка. Всё, что мне нужно, лишь немного продлить мою молодость. Даже не жизнь. Как бы сейчас не было хорошо, я понимаю, что человеческое восприятие не способно идти вровень с физической составляющей. Только в наивных, детских сказках, нас обманывали, будто всесильные вампиры или мумии, будучи в неизменном сознании, с одними и теми же проблемами, жаждут жить так, как невинные младенцы, поглощающие новую информацию каждым своим взглядом и каждой клеточкой своего тела. Улавливая каждый звук и шелест, они не просто запоминают окружающий мир, они живут настоящим. Являясь сгустком энергии, отражением наполненной реальности, они формируют свои цели, а не только лишь выполняют поставленные. Но, это бред. Если вы не сумасшедший фанатик, вы не можете заниматься одним и тем же делом тысячу лет, как бы сильно не любили его. Я живу в окружении гениальных учёных и разработчиков. Я не хочу хвалиться, но мне нравится получать и анализировать информацию, касательно последних инноваций корпорации Джузип. Иногда, я даже советую компании принять какое-либо решение, в производственных и экономических вопросах. Я не сотрудница этой организации, поэтому имею дело с ней, строго, как наблюдатель со стороны. Да и не хочется вмешиваться в эту безумную сеть неконтролируемых офисов. Компания, в которой работает и заведует Сэм - совершенно бесперспективная на вселенской арене. Он её основал с упором на разработки новых методов телепортации программного обеспечения. То есть, вне Земной деятельности, в угоду хозяевам. Едва успев подать проект в центральный офис Терраро, неожиданно Шарвей заключили сделку с ещё более могущественной расой Уальпагаями, о которой не кто из нас ничего не знает, кроме того, что они есть. Разумеется, проект Сэма, если и не отклонили, то точно заморозили. Он не желает оставаться в этой должности и ему необходимо получить некое повышение, чтобы, если не попасть в клан Шарвей, то хотя бы под его прямой контроль. Ибо между ним и ведущими, производительными компаниями отсутствует связь, которая позволила бы обмениваться последними инновационными разработками. Я не могу помочь Сэму с его работой, но я его очень люблю. Он по-настоящему первый и единственный человек, к которому у меня возникла привязанность. Формально, хоть мы и находимся в свободных отношениях, в действительности мы постоянные и, надеюсь, единственные половые партнёры. Я чувствую, что он тоже любит меня. Наши отношения особенные. Насчёт детей не знаю, но жениться мы точно не собираемся. Сейчас узаконивать свои чувства не в тренде даже у людей с низким достатком. Это считается позорно. Мол, если необходимо вмешательство третьих лиц, тем более государства, в частные отношения, значит, нет никакой любви, по-настоящему. Мы же никогда не видели в этом смысла. Ну, я понимаю, что это частный случай, так как на момент встречи, мы оба были богаты и независимы. Людям нужны гарантии. Но, по-моему, с этим перегнули палку. Делить имущество, выплачивать элементы. Зачем нужна эта волокита? Не можешь содержать ребёнка - отдай его мужу или наоборот. Это моё личное мнение. В большинстве своём, в Загс ходят не самостоятельные люди. И, кстати, они платят какие-то пошлины государству. Кто-то женится, исключительно ради свадебного обряда, из уважения к традициям. Но, в светском обществе, это делают, чтобы 'большая мамочка', в лице государства, поровну разделила общие конфетки. За годы, проведённые вместе, мы испытали наслаждений, больше, чем все обручённые люди вместе взятые. Это кажется невозможным, до тех пор, пока не поведать нашу чудесную историю. Наша совместная жизнь не просто прекрасна. Для меня она идеальна. Мы на сто процентов подходим друг другу. Мы чувствуем себя рядом совершенно раскованно и свободно. Можем пошутить, поговорить серьёзно и даже поспорить, и это лишь усиливает наши чувства. Мы ни разу серьёзно не ссорились и не обижались друг на друга, и это просто чудо, ведь прошло уже восемь лет после нашего знакомства. Тогда военная обстановка была более-менее спокойной Люди не жили в страхе своего уничтожения. Хотя Гонконг и его окрестности уже были разбиты. Почему-то все думали, что на этом конец. Люди не предполагали, что война будет затянутой, если при имеющихся технологиях, всю Землю можно было уничтожить несколько раз за день, и этого не происходило, значит, никакого полного уничтожения и быть не может. Тем более, человечество уже привыкло к постоянным, точечным конфликтам в странах третьего мира или мусульманских государствах. Сам факт того, что обе конфликтующие стороны использовали свой военный потенциал не на всю мощь, ещё один знак в пользу очередного, пусть очень масштабного, но местного, а не мирового конфликта. Самые ожесточенные схватки ИПО с Констант проходили на двух островах: европейском Кипре и азиатском Тайване. А боевые действия ИПО и ЦС, протекали уже по всему миру. От Сан-Диего, в Калифорнии, до Саудовской Аравии. Причиной конфликта, как я понимаю, стало варварское поведение ближневосточных стран. Они вышли из всех международных конвенций и начали устраивать свои порядки на своих объединившихся, как считают они, святых землях. И всё бы нечего, но они также забрали Израиль, и начали массово уничтожать евреев. Это прорвало точку кипения развитых стран, и они развязали масштабную военную компанию. Однако, на этом всё не закончилось. Между ЦС и Констант возник конфликт, и против компании тоже применили силу. И, теперь, получается, все против всех, в трёх главных противоборствующих сторонах. В те годы всё ещё существовали границы большинства государств. Визовые режимы, все дела. Я жила в США, в Нью-Йорке. Мне генетически повезло с внешностью. Однажды, увидев мои фото, со мной связались в интернете, агенты крупного модного журнала. Я не поверила и по началу игнорировала, приходящие мне сообщения во всех социальных сетях до тех пор, пока наконец, через знакомых, мне не передали подробности сделки. В итоге в восемнадцать лет, я уехала в Америку, оформив рабочую визу. Заключив свой первый же контракт, на полмиллиона долларов, я была на седьмом небе от счастья. Приехав из маленького, провинциального городка, из никому не известной страны постсоветского пространства, я могла ожидать всё, что угодно, но только не это. Мой отец имел славянские корни. Я так и не знаю, какие именно, может быть он был Русский, Украинец или Поляк. Он умер, ещё до моего рождения и в нашей семье не часто был разговор о нём, потому как никто ничего не знал. По слухам, будто он был главарь какой-то мафии и, в очередной разборке в 1999 году его пристрелила полиция, в городе Киеве, из-за оказания, вооружённого сопротивления. Мама же - армянка, с еврейскими корнями. Она плохо относилась ко мне, до последнего убеждая меня в моей ничтожности. Ещё, когда я была маленькой школьницей, мама заставляла меня работать. А в более позднее время, она предрекала мне самую грязную профессию - девочкой по вызову. Говоря, что максимум, чего я добьюсь - это маленькая квартирка, на окраине города с мужем алкашом, который будет бить меня и моих детей, получая не стабильную зарплату и заставлять делать тяжёлую работу по дому. Мы с ней совершенно разные люди. Разные, как характером, так и внешне. Раньше я призирала её за такое поведение, но не позволяла себе вступать в конфликт, потому, что понимала, что целиком и полностью зависела от неё. Поэтому, моя юность была настолько ужасной, что, вспоминая всю свою, уже довольно, не короткую жизнь, уверенно могу сказать - тот период был самый худший. Узнав, что меня пригласили работать в Нью-Йорк, мама обиделась на меня, как будто, я виновата, в том, что буду хорошо жить. Скорее всего, это была не обида, а стыд. Ей стало стыдно, за своё отношение ко мне, ведь она надеялась и дальше меня подстрекать и глумиться. По началу пару тройку раз мы связывались по телефону, но после, как-то перестали. Оно и к лучшему. Звонила всегда я, а она, зная мой номер, адрес социальных сетей, не разу со мной не связывалась. Разговоры были короткими, одинаковыми и совершенно неинформативными, словно нам нечего было сказать. Она говорила со мной в таком тоне, будто все, что у меня есть - её заслуга. Хоть и не давала это чётко понять, но я не могла терпеть, что она не рада за меня, как радуются родители за своих детей, а наоборот. Её разрывало от зависти и ненависти ко мне. Я могла бы сделать её жизнь лучше. Да, я могла бы ей дать много денег, купить всё, что она пожелает. Но зачем? Это потерянный человек. Ей не чужда ни любовь, ни радость. Она призирала счастливую жизнь. Её счастье - это боль и мучение. У неё не было смысла жизни, а перевоспитать её, было уже не в моих силах. Сформировавшаяся личность - худший объект воспитания. Сформировавшаяся личность не способна не воспринимать новую информацию, ни тем более её анализировать. Если речь идёт, конечно, о стопроцентной новой информации, которой и являлась моя новая жизнь в Америке, для моей узко мыслящей во всех смыслах мамы. Заселившись в съёмной квартире, я обустроилась и акклиматизировалась к новым условиям. До этого, я никогда не путешествовала, но быстро привыкаю ко всему новому и с этим мне тоже повезло. Может, потому, что я была такой забитой и скованной, в постоянном ожидании лучшей жизни. Давно известно, что идеал любой внешности всегда относителен. Кому-то нравятся пышки, кому-то - худышки. Я скорее отношусь ко второму. Я не считаю себя тощей, никогда не садилась на диеты, а до двадцати пяти лет, даже не ходила в спортзал. Уж такая природа. У меня никогда не выпирали кости там, где они не должны выпирать. Коленки всегда тоньше бёдер, тазовые кости тоже не виднелись. Хотя с первого взгляда, может показаться во мне излишняя худоба, однако приглядевшись, многие поменяют своё мнение. Помимо тонкой фигуры, моё тело очень стройное, в плане пропорций, и да, большого вымени и сальной задницы в стиле Кардашьян у меня нет. Поэтому, для большинства латиносов и афроамериканцев, я настоящая уродина. Хотя, на самом деле, имею упругие и выпуклые формы, хорошо сочетающиеся с ростом в метр восемьдесят. В некоторый период времени, я всё же была полной, изо всех сил набирая вес избытком белковой пищи и упорными тренировками. Но, потом, всё это надоело, и моё тело стянулось в исходное состояние, Это в очередной раз доказывает, что я не страдаю худобой, и это всего лишь генетика. Хотя многие современные модели, действительно, измучанные анарексички. И мне их жаль. Моё лицо, ну, наверное, самое обычное. Слава богу, не с большим армянским носом, как у моей мамы. Зелёными глазами и немного пухленькими губами. Наверное, в этом и есть красота. У меня никогда даже не было мысли попробовать ботекс, пластику и весь этот тюнинг. Пусть у меня нет особых, запоминающихся знаков отличий, типа родинки, прорехи в зубах или ямки на подбородке. Ведь, некоторые штрихи, подчёркивающие личность, всё же идут на пользу. Но, это уже слишком. В конце концов, у меня одно лицо, и я не Афродита, чтобы угодить каждому. Мне не обязательно наводить профессиональный макияж. Из-за правильного расположения глаз, тёмных бровей и без того ярко-розовых губ, мне достаточно сделать причёску, и можно идти на съёмки, если конечно, это не реклама косметики, которую раньше довольно часто приходилось делать. Я была везде, где только можно. От подиумов, на показах мод, до обложек авторитетных журналов. От обнажённых, эротических фотосессий, до реклам крупнейших брэндов и вывески их, как в центре Нью-Йорка, так и в других городах всего мира. И, как же было ужасно, работать в чужих, брендовых компаниях. Они обращались с людьми, как с вещами. Особенно с моделями. Не считали их не за что. Для них не существует твоего мнения. Есть только твоё тело. Как-то, мне пришлось не спать двое суток, ради одной, к тому же ужасной для меня фотографии. 'Искусство требует жертв', говорят они. Есть и другой путь. Можно стать суперзвездой и зарабатывать в соцсетях. Но, я не публичная личность. Не поверите, но, я не зарабатываю в интернете. В моей закрытой страничке в инстаграм, три с половиной тысячи подписчиков, при тысячи подписках. Хвала всем богам, что я не скатилась до этого массового тренда, и вовремя успела открыть своё модельное агентство. За шесть лет, именно столько времени я жила в США, пока не узнала Сэма, я создала хорошую репутацию, приличное состояние и не сдерживалась от роскошной жизни. Единственное, что всегда бесило меня - это папарацци и журналисты, которые всюду преследовали, пытаясь сделать из меня мега звезду. Да, я ненавижу известность. Может быть, это ломает ваши стереотипы, о молодых, самодостаточных девушках. И, это не потому, что я стыжусь своей работы, или своего прошлого. В прошлом, у меня было несколько слишком пошлых моментов, фото, которые можно откопать на любом порносайте. Я не какая-то порнушница. Это совсем, конечно на грани, справедливости ради, на камеру, ничего в себя я не запихивала. Ножки раздвигала, но никаких половых актов. Зачем вообще, скажете вы, нужны подобные фото? Очевидно, чтобы кто-нибудь пофапал. Причина не в юношеской глупости. Не собираюсь оправдываться. Да, я бесстыжая. Если для вас это порок, замечательно. Можете проклинать и осуждать. Так уж вышло. Я не готова стать мученицей, ради хорошей загробной жизни. Я верю, что бог не садист. Почему, принято считать, что, чтобы жить счастливо в следующей жизни, нужно страдать в предыдущей? Что бы стало со мной, в моей родной стране, если бы я в нужный момент, удачно не сфоткалась, пусть и голышом? В стране, с высокой безработицей, и очень низким уровнем жизни, где даже с высшим образованием некуда деться. Если для вас лучше работать кассиром или акушеркой, за кусок чёрствого хлеба, рьяно отстаивая свою честь и невинность, я вас поздравляю. Все эти моралфаги лицемерные злобные людишки, которых я давно научилась игнорировать. Находясь в одной ситуации, они говорят одни вещи. Но, только, как они попадут в другую ситуацию, то говорят уже совершенно противоположное. Я не нуждалась в известности, но известность нуждалась во мне. Люди из бизнеса подобного формата, очень редко остаются в тени. Когда, я перестала 'торговать телом', мои заработки возросли ещё сильней. Бывало, за год, мой доход превышал сорок миллионов долларов. На самом деле, это не такие-то и большие деньги, по современным меркам. Большое количество моих коллег зарабатывали сотни миллионов. Но, почему-то меня считали, чуть ли не самой состоятельной девушкой модельного бизнеса. Может, потому что, вокруг меня всегда был ареал загадочности. Избегать СМИ - становилось всё сложней. Куда бы ты не пошёл, они караулят в каждом кусте, в каждой щели и каждой улице. Всегда было интересно, кто им сливал информацию моего местоположения. Независимо от того, официальное или неофициальное мероприятие, они всегда на своём месте. Порой, возникает ощущение, что жёлтая пресса работает лучше ФБР. У меня чуть не развилась фобия, чтобы совсем не свихнуться, я наняла вооружённую охрану. Телохранители у меня были давно, но они не справлялись с этими нелюдьми. Я понимаю, что это их работа и всячески пыталась объяснить, что я не из сферы шоу-бизнеса. Потребителю не обязательно знать моего имени, он знал моё тело, как торговую марку. Бренд, который я рекламирую. Я даже не инфлюенсер, в конце концов. А, журналистов интересовала, разумеется моя личная жизнь. И с чего они взяли, что на меня будет большой спрос толпы? Все эти крупные звёзды, которые реально кайфуют от уделяющего им такого колоссального внимания - просто сумасшедшие. Не верю, что это образ жизни. Это психическое расстройство. Однажды, вечером я ехала на работу. Тогда была фотосессия в одном из шикарных офисов, в центре города. Прибыв на место, мы договаривались насчёт подготовки одного из помещений. Как выяснилось, мы были в главном кабинете какой-то технологической компании. Тут было супер круто. Я словно попала в волшебную сказку. В самом центре, бросились в глаза два огромных логотипа. Они парили в воздухе и медленно вращались по сложной траектории, то в стороны, то вверх, то в низ. Стены и окна состояли из движущихся квадратов, неравномерно выпирающих или наоборот вдавленных. В стиле знаменитого, и известного на весь мир первого офисного здания Констант в Гонконге. Которое, власти даже признали достоянием города, а в итоге сами же разрушили. В общем, эти волшебные сверкающие, как бриллианты квадраты медленно менялись местами, светясь разными, приятными цветами. На тот момент, это был всего один из двух Американских офиовс, революционной, вгоняющей всех в мандраж, компании. Самый первый офис стоит в Сан-Хосе, на западном побережье страны. И туда вход был полностью запрещён. Производя первую инопланетную технику не под своим брэндом, Констант, в которой, изначально уже руководил Сэм, славился продажей универсального 'механического ПО' - совершенно фантастической на тот момент технике. Например, маленькие розетки, без проводов, с любым постоянным напряжением, генерируемым из воздуха. Или летающие тарелки, принцип действия которых основывался на том же. Внезапно, в кабинет вошли три парня. Никого из них до того момента, я даже не видела. Все были довольно молоды и одеты далеко не официально. - Хотим, значит засветить наши логотипы? - торопливым шагом, стремительно подходит один из них. И это был Джаред - с виду самый старший из них, и на тот момент, я думала, самый главный. - Здравствуйте - начал мой коллега, организатор и профессиональный очень уважаемый фотограф, модельер и в целом, деятель искусства. - Мы на сегодня договаривались, с вашим начальством. - Мы начальство - сказал второй. Это был юный Кенни. - Это мы приглашали вас, якобы на фото сессию. На самом деле, нам нужно уладить кое-какие вопросы, чтобы в дальнейшем не возникало разных глупых ситуаций, - продолжил он. - Отлично, странно вы выглядите конечно, но в чём же собственно проблема? - Сэм, объясни. И картинки ему покажи. - Сказал тот же неотёсанный грубиян, обратившись к третьему из них. Тот был самый юный, как показалось мне, вообще подросток, достаточно худой парнишка с довольно серьёзным, и спокойным лицом, и это был Сэм, собственной персоны. Он достал дорогой и редкий гаджет, которые тогда уже вышли из продажи (ввиду конфликта ЦС с Констант) и ткнул его почти в самое лицо бедного коллеги. - Что ты можешь сказать, насчёт этого шедевра, гуляющего по всем возможным интернет ресурсам? - Обратился юнец, словно к своему другу, а не пятидесятилетнему, в отличие от него, элегантно одетому мужчине. - А что здесь такого? Ничего противозаконного не вижу. - Забудь о законах мужик. Ты окончательно хочешь сломать без того утерянное доверие к нам, ведущих государств мира? - агрессивно спрашивает этот охламон. - Да в чём же дело? Объясните нормально, - разозлился наш помощник по оборудованию. - Конечно... Разумеется... - начал ходить вперёд-назад, этот взбешённый мужчина. - Зачем вы рекламировали экипировку Констант? (Программируемая одежда по схеме 'Условные положения максимального движения'). Зачем вы... - Джаред подошёл в упор к фотографу, - освещаете то, что мы тщательно скрываем. Сам конфликт начался по этой причине. Государствам нужна Констант экипировка, больше, чем что-либо. Им нужно новое оружие. Мощное и разрушительное. Им нужны все технологии, связанные с разрушением и адаптации к войне. Но мы не могли, и не можем сейчас продавать такое. Отчасти в этом наша вина. У власти всех ведущих государств стоят имбецилы. Мы должны были сменить её, так же, как на Терраро. Современная техника не должна попасть в руки макак. Они же поубивают друг друга быстрее, чем вы успеете это понять. Я. Мы все. В том числе и руководство нашей внеземной корпорации не желают истребления человечества. Но человечество жаждет уничтожить себя, как никогда раньше. Ситуация вышла из-под нашего контроля. - Не успев в него войти, - усмехнулся над ним Кенни. - Не важно. Они не готовы пользоваться этим, понимаешь. Всё, что мы делаем для обычных людей, эти придурки надевают на своих солдат. Мировая война неизбежна. И всё-таки хорошо, что она уже началась. Может, общество одумается и поддержит нас. Хотя нет. Что я опять несу. Нам не на кого надеяться. - О чём это вы? Я не понимаю. Представитесь или проваливайте. Иначе вызову охрану - Рассердился наш коллега. - Беги, не поскользнись! Посмотрим, кого упакует охрана. - Что же это вы такие злые? Почему, не могли нормально назначить встречу? - Об этом не должны были узнать СМИ. Вы бы растрендели всей округе, а мы не публичные личности, - ответил Сэм. - Хорошо, дайте нам двадцать минут. Раз уж мы всё приготовили. Мы бесплатно отрекламируем ваши программированные духи. Всё легально. Ни каких запретных экипировок. - Сэм тихо засмеялся, глядя на Джареда. Он, что-то шепнул ему на ухо. Тот, улыбнувшись, продолжил, обращаясь уже ко всем нам: - Из вас, кто-то случаем, не втирал по всему телу регенератор ароматов? - Тем временем, я смотрела на ноги Сэма и быстро отводила взгляд в сторону, не обращая внимания на разговоры. Почему-то никак не могла понять, что на них было надето. Такое чувство, что он совсем без обуви. Да, на нём были просто серые носки, без каких-либо значков или логотипов. Несмотря на то, что его друзья пришли в обуви. На тот момент, я даже представления не имела, что, оказывается, это был один из первых экземпляров тонкой обуви, его собственного производства. Со встроенным распределителем, равномерного подъёма, по программе, распространяя давление по всей стопе. Если бы не этот серьёзный разговор, я б не выдержала от смеха. А, вспоминая это сегодня, краснею от стыда. Да, я насмехалась над тем, что сегодня с гордостью надеваю сама. Но тогда, посмотрев на него с ног до головы, громко хрюкнула носом. Быстро прикрыв его рукой, пришлось сделать вид, будто я чихнула, чтобы не обращали на меня особого внимания. - Ну да. Было такое. - ответил один из наших коллег на ранее поставленный вопрос. - Ай-ай-ай, как не стыдно. Простачков обманываете, ради лишнего доллара. Нет, я не против, ни поймите, не правильно. Просто, вы сами то, точно знаете об этом? - О чём? - спросил наш помощник. - О том, что они не омолаживают вашу чёртову кожу! - как конь заржал этот тип, Джад, что всё больше бесил меня. Тем временем, Сэм посмотрел мне прямо в глаза, разумеется я тоже смотрела в его. Мы одновременно, быстро отвели их в сторону. Он начал рассматривать каждого из моих коллег, а я в свою очередь рассматривала это красивое, технологичное помещение. - Известно ли вам, что регенератор ароматов, регенерирует только ароматы, никоем образом, не влияя на окружающую среду. А вы подавали это под видом омолаживающего крема, в привычной вам манере, сногсшибательных заголовков. - Ну, давайте без этого, ладно? Мы тоже не маленькое предприятие. Откуда мне знать, кому пришла такая идея? Я в курсе, как он работает, и инструкция подробно это объясняет. Возможно, и есть такая реклама, но к нам это не относится. - Мы с Сэмом вновь посмотрели в глаза друг другу. В этот раз я первая сделала это. Не знаю почему, но его, слишком пронзительный, сосредоточенный взгляд заставил быстро отвести мой. Только уже не в сторону, а чуть ниже его головы. Через мгновение, я снова посмотрела в глаза, и он всё ещё продолжал смотреть. Затем, он слегка улыбнулся и сложив руки на груди, медленно пошёл по кабинету, в сторону стены с движущимися кубами. Строит из себя важного сопляка. Думаю, про себя. Он может позволить это себе. Мне стало неловко и смешно одновременно. Кажется, разговор закончился. Так и не дойдя до конца, Сэм быстро развернулся и вышел, вслед за своими напарниками. - Работаем, работаем! - закопошился персонал, после слов фотографа. Я весь тот день вспоминала Сэма. Он показался каким-то чудаковатым, и, с другой стороны, очень серьёзным. На тот момент, я конечно не понимала, что именно меня в нём зацепило. Наверное, какая-то харизма. А может, наши взаимные взгляды. Или его улыбка. В голову начали лезть разные мысли. Кому или почему он улыбнулся? Улыбнулся, наверное, мне, но зачем? В отличие от него, я была одета в шикарное, полупрозрачное, голубое платье. Не хочу описывать его полностью словами, но могу сказать, оно точно отличалось даже от самых изысканных модельных дизайнеров. С правого плеча, до левой части таза - шла область из закрученных и наложенных друг на друга надутые части ткани. С левого плеча до правой части таза было плотно прилегающая часть, с длинным выступом внизу, в виде короткой юбки. Это место закручивалось вокруг ног с наклоном, выходя с обратной стороны в два оборота. С левой стороны, были видны белые трусики. На ногах у меня были одеты розовые чулки с блестящими, белыми и голубыми камушками в виде цветов. Это очень и очень недурно. Я бы себе вдула. Возможно, такой вид неприемлем для Сэма? Почему он одевается, как босяк странно, слишком безвкусно. Ведь, занимается таким крупным бизнесом. Может, у него нет денег. Или времени. Сейчас же у их компании большие проблемы. С ними больше никто не сотрудничает. Так, стоп. Это уже слишком. Думать о финансовом состоянии подростка, которого я даже не знаю. Кто он такой, чтобы беспокоиться о нём. А вообще, даже если они всего лишь шестёрки своей огромной корпорации, у него точно есть деньги. И совсем не маленькие. Интересно, где он живёт? На Земле или на Терраро? Я никогда даже не была на орбите Земли, хотя сейчас туда может попасть любой желающий, за небольшую цену. А эти люди путешествуют в миллиардах и триллионах световых лет, правда через портал, недавно ими же отстроенный на поверхности Марса. У него, должно быть, очень крутая жизнь. Гораздо насыщеннее, чем моя. Он видится с реальными инопланетянами. Из всех людей этого никто не может позволить себе ни за какие деньги. Даже политики и учёные. Он один из избранных, должно быть, какой-то сверх продвинутый программист, и в скором времени будет задавать нам новые тренды. Всему миру. Люди нового времени, от которых зависит начало новой эпохи. Даже лёжа в постели, одна, я не могла остановиться думать о прошедшем дне. Особенно, об этом симпатичном, юном парне, без подошвы на ногах. Не знаю, зачем, но я прикинула мысли о его отношениях. Есть ли у него кто-то в интимной связи или нет. Ага, слишком он ещё зелёный. Наверное, девственник. Типичный компьютерщик - задрот. Какой он вообще ориентации? С ориентацией, вроде всё нормально. Он же засматривался на меня. У меня особо не было серьёзных отношений, хотя я чувствую, что очень нуждаюсь в них. Просто не везёт. Казалось бы, деньги, красота, что ещё надо? Не повезло с окружением. Если красивый, то говнистый, если приятный в общении, то внешне совсем не симпатизирует. У меня много мужчин друзей. Может, я слишком придирчива, и постоянно жду принца на белом 'летателе' А-класса. И он появился... Этот мальчик подходит! Мужчины говорят, что мужчина должен быть чуть красивее обезьяны, чтоб понравиться женщине. Как бы не так. Это они оправдываются, потому что не хотят следить за собой. Мечтать не вредно. Меня лично смущают даже волосатые подмышки. И всё же, как бы я не хотела, но, как и все люди, с нормальным функционированием половых органов, не могу сдерживаться от потребности к сексу. Двадцать два года. Возможно, недостаток эстрогена. В эту ночь, почти, как обычно, я спала одна. Уже, будучи погружённой в сон, подсознательно, я засунула руку в трусы. Мне не очень-то хотелось заниматься шалостями в тот момент. Для этого у меня был целый набор искусственно удовлетворяющих механизмов, включая человекоподобных роботов, со встроенной программой изменения анатомии их тела. Но пальцы не слушаясь, на автомате, произвольно начали массажировать, ещё совсем мягкий клитор. Лёжа с закрытыми глазами, я в точности представила перед собой лицо Сэма. Он тяжело дышал, немного открыв рот и медленно приближался ко мне, слегка наклонив голову на бок. Тогда я почувствовала большой прилив сил и даже вышла из сонного состояния. Мой клитор резко потвердел. Продолжая его массажировать уже немного быстрее, я почувствовала выделение влаги. Сильно сжав ноги, я просунула один палец во внутрь. Поводив по вспухшей, мокрой области несколько раз, я с бешенным рвением, сунула два пальца на всю глубину и быстрыми сжиманиями руки, помассировала набухшую область влагалища, подняв колени. Через пять-шесть повторов, я резко остановилась, достав руку из трусов. Вспотевшая и возбуждённая, я встала с кровати. Глядя в зеркало на саму себя, в полуночном освещении спальни. Мои соски затвердели, как никогда. Сэм всё ещё был перед глазами, на этот раз уже в полный рост. Я даже не могла представить его голым. Понимая, что он возбуждает меня больше, чем кто либо, идя в душ, по пути, я обещала себе, что если встречу его ещё раз, хоть это и очень мало вероятно, то точно не упущу шанс, заняться с ним любовью. Чем больше я его представляла себе, тем больше хотелось попасть в его объятия. Так и не спав всю ночь, только на следующее утро я перестала о нём думать. Хотя нет, не перестала. Сначала, я всё разузнала о нём в интернете. Нашла его и в соцсетях, но никуда не стала подписываться. Потому как нет времени лайкать фотографии незнакомцев. У меня был сложный график без выходных. Вернее, я сама составляю график, но планы не выполнялись вовремя. Бизнес есть бизнес, я сама залезла в эту работу. Она нравится мне, несмотря на то, что порой выматываюсь на столько сильно, что просто хочется всё бросить. В то время, я постоянно испытывала стресс. Он был обыденностью моей жизни. Если бы меня не успокаивали вовремя мои близкие друзья, возможно, я бы бросила свою работу. Я, как и любой другой человек, не люблю сложности, которые не знаю, как решить. На тот момент их было больше обычного. Разбираясь со своими проблемами, я забыла о Сэме на пару месяцев. Как только среди людей поползли слухи о потенциальном уничтожении любого крупного города мира, я незамедлительно покинула США. И повод действительно был. Если раньше я успокаивала себя мыслью, что страна в которой я живу и ведёт основные бомбёжки, руководя военной обстановкой в мире, то полное уничтожение Сан-Диего, в Калифорнии, а заодно и Мексиканской Тихуаны взбудоражило общественность. За двое суток погибло около двух миллионов человек! Миллион был взят в плен на условиях, какого-то религиозного устава. Я не понимала в чём дело, СМИ просто взрывали мозг. Одни говорили, что на нас напали, какие-то подразделения Джузип корпорации, маскируясь под исламской организацией. Другие говорили, что это прямое вторжение инопланетян, так, как технологии, находящиеся у них, не поддавались воображению. Так или иначе, всё человечество прочувствовало свою беспомощность до дрожи костей. Из-за паники, в штатах погибло ещё большее количество людей, чем в те роковые дни. На улицах нетронутых войной городов начался хаос и беспредел. Люди не знали, кто ведёт с ними войну. Ужасно и неописуемо страшно. Люди чувствовали себя загнанными в угол. Те безумные существа, инопланетяне они или какие-то машины-убийцы, больший ужас навели не количеством убийств, а их способом. Нет. Они не применяли ядерное оружие. Это прошлый век. Но они и не применяли расширяющийся электрогенератор, сохраняемого перераспределения. Эта штука, своей силой тока, могла сравнять с землёй любой город, что там, любую страну, и не выделяя радиации, то есть экологически - безопасна, при этом более смертоносна, чем ядерная энергия. У человечества уже имелось такое оружие, но оно было беспорядочно, тогда, как у Джузип, можно было выделять отдельные области и зоны уничтожения. К примеру, можно было уничтожить всё живое в городе, оставив не тронутыми здания, машины и другие элементы. Власти включили механизм пропаганды на полную мощность, буквально превратив жителей всего мира в послушных роботов. Они пишут, будто, город уже восстанавливается и умышленно уменьшают количество жертв, всего до ста тысяч. Тогда, как некоторые, скорее всего правдивые слухи, говорят, что военные боятся зайти в город, от которого, почти не чего не осталось. Монстры, буквально выросшие за несколько мгновений из земли в неимоверном количестве, начали заживо пожирать людей. Но это кажется безобидным, рядом с произвольным разрыванием тел людей. У некоторых конечности отрывались сами по себе, без видимых на то причин, с некоторых слазила кожа, отрывались головы. Другие с громким треском ломающихся костей, сдавливались в маленькие, кровяные комочки. Разнообразие этого ужаса не поддаётся воображению. Это хуже, чем многие представляли себе ад. По словам многих очевидцев, каким-то чудом бежавших из Сан-Диего, из многих людей изнутри высовывались разные острые предметы, сразу в нескольких местах, разрезая тела на сквозь. Никто не знал, что с ним произойдёт. Подавляющее большинство, крича в ужасе от происходящего, ждали своей очереди. Не то, чтобы я верю в это, но после произошедшего, я могу допустить всё, что угодно. Дезинформация атаковала со всех сторон. Правду невозможно найти, пока не возьмёшься за неё сам.

Прилетев в Папуа-Новую Гвинею, я посчитала это место самым безопасным на данный момент. Так, как здесь не было цивилизации, замешенной в мировой войне. Местные аборигены - самые безобидные существа, по сравнению с обезумевшими людьми. Такие места, как Австралия, Новая Зеландия, Гавайи и почти все острова тихого океана, по уши были завалены эмигрантами, в основном развитых стран. Десятки миллионов беглецов расселились здесь, в надежде спрятаться от войны. Я могла позволить себе частный летатель, современный летающий аппарат, преодолевающий силу тяжести электрическим током, а не потоком воздуха, как вся авиатехника. Мой давний друг и коллега по бизнесу, привёз меня, в какой-то лес. Там уже был маленький лагерь американских беженцев. Мне очень понравилось здесь. Влажный, тёплый тропический климат и полное спокойствие. Лишь бы об этом месте не узнали остальные. Не прошли и сутки, как к нам заявились военные. Мы только расположились, даже не исследовали местность, а они, под угрозой жизни, заставили нас покинуть это место, заодно забрав и уничтожив все наши документы. Перебравшись в один из местных городов, мы решили остаться здесь до следующего дня. Но тогда нас ждал ещё больший подарок судьбы. Оказалось, что город, в котором мы находимся, платный, для пребывания в нём. Если на въезде, каким-то чудом мы никого не встретили, то на выезде, мы столкнулись с огромной очередью людей. В воздухе, над ними замерли около десяти военных летателей. Скорее всего, они уничтожат того, кто сбежит не оплатив. Пришлось встать в очередь за оплатой. На улице было душно. Все вспотели. Всюду были слышны стоны и крики детей. Наконец, уже в ожидании своей очереди, перед нами осталось пару человек, которые прислоняли свои гаджеты, к вытянутой руке, широкой, выставленной, ладони, смешного робота, похожего, на космонавта, только голова у него была тонкая и длинная, напоминая голову дройда из звёздных воин. Скрепя, каким-то прерывисто далёким голосом, одни и те же слова. "пожалуйста проходите". Позади его стояли огромные сетчатые ограждения, за которыми, находились военные, наставляя свои автоматы, прямо на людей, как будто хотят убить их. Проверив счёт на своём устройстве, я приготовилась платить, как из узкого выхода, появился, ничего не предъявляя молодой человек. Меня очень смутило, почему он вошёл, ведь все находившиеся здесь - наоборот выходили. Поняв, что это был Сэм, у меня захватило дыхание. Он не видел меня пока не подошёл в упор. Быстро кинув взгляд на моё лицо, уже проходящий мимо парень, заметил, что я смотрю на него, и просто стаю, тогда, как настала моя очередь платить за выход. Поднеся гаджет к руке робота, я провожала его взглядом, до последнего надеясь, что он обернётся, но он так и не сделал этого. Меня бесило то, что я испытываю к нему сильную привязанность, а он даже не знает моего имени. Если бы в этот день мне сказали, что я и Сэм будем вместе, то я не за что бы не поверила. Это может случиться только при третей случайной встрече, вероятность которой уже стремится к нулю. Я не верю в судьбу. Не верю в бога и вообще была ужасной грешницей. В те годы, в принципе, как и сейчас я очень любила экстрим. Мне нравилось всё, что ставило под угрозу мою жизнь или общественные нормы поведения. Поэтому я часто занималась экстремальным спортом. Посовещавшись с друзьями, мы уехали на остров Савайи, в тихом океане. Его природа позволяла заниматься прыжками в воду со скалы, там была даже какая-то пещера. Всё необходимое для меня и самое главное, он не сильно заселён людьми, относительно остальных островов. Приехав туда, нас уже не беспокоили. Однажды, подруга позвала меня на открытую вечеринку, в какой-то особняк Велтерсов. Туда съехались звёзды шоу-бизнеса и будет грандиозное шоу. Я отказалась. Мне не очень-то интересны вечеринки. Я так часто на них была, что никакого желания присутствовать на таких мероприятиях нет. По крайней мере в этот день. Вечером, когда все ушли, я решила прогуляться по острову. Прейдя на вершину водопада, возле самой воды, я заметила человека. Он сидел на камне, протянув ноги в воду, в десяти метрах от меня. Сначала мне показалось, что он просто смотрит на бурлящий водопад внизу, и почему-то очень испугалась. Я подумала, что он кого-то убил и скинул вниз. Если он заметит меня, то точно сделает что-то нехорошее. Изнасилует, а может и убьёт. Подсознательно, чувствуя прилив адреналина, как настоящий экстримал, я не побежала, а наоборот подходила ближе к нему. На всякий случай, осмотрев обратную дорогу, для побега, я подошла почти в упор, сев возле крайнего дерева. Теперь было видно, что этот человек, что-то делал в своём электронном устройстве. Он водил пальцами по большому экрану планшета и резко выключил его. Повернув голову в мою сторону, он сразу увидел меня. Невероятно, но это реально был Сэм. Не подавая виду, он продолжил заниматься своим делом. Мне стало немного плохо. Толи от испуга, толи от того, что я одна нахожусь рядом с Сэмом, который, к тому же заметил меня. Я не была уверена, что он узнал меня, потому, что я находилась в темноте, а на него светил свет от экрана. Мне хотелось поскорее уйти, но голова совсем закружилась. Такое уже бывало раньше от сильного волнения. Пришлось немного отсидится, тихо наблюдая за Сэмом и журчащим водопадом. Я не могла допустить, чтобы он подошёл ко мне. Меня просто разорвало бы от стыда. Я не смогла бы ничего сказать и это меня пугало больше всего. А какие оправдания можно придумать в данной ситуации? Я наблюдаю за неизвестным человеком. В темноте, да ещё и одна. Глупее ситуации у меня не было в жизни. Сейчас я себя ощущала, на месте папарацци или ещё смешней - на месте насильника, только в противоположном проявлении этого естественного, природного процесса. Вдруг он неожиданно резко встал и пошёл в мою сторону. - Кто там? ...Выходи кто бы ты ни был, или я стреляю. - Сэм подошёл в упор. Я медленно встала и попятилась назад. - Женщина? - немного удивился он. - Стой на месте. Подними руки! - Браслет на его руке, трансформировался в какой-то продолговатый предмет. Он наставил его на меня. - Кто ты? Следишь за мной? Кто тебя послал? - Никто не куда меня не посылал. - В ужасе я остановилась и подняла руки вверх, как он просил. - Пожалуйста, я всего лишь обычная... аам... - У меня затряслись руки и ноги. Бешено заколотилось сердце и даже заложило уши. Он начал ощупывать меня руками. Но, как не странно, это совсем не возбуждало меня. Достав всё из моих карманов, в том числе гаджет, к которому был привязан мой многомилионный счёт, он просто выкинул это в сторону. Осмотрев каждый сантиметр моих рук и ног, он взглянул мне в лицо. - Алива? - уже спокойно спросил Сэм. - Ну, да. - не понимая ответила я. - Помнишь, мы виделись в нашем офисе в Нью-Йорке? - Да. - по моему телу пошли мурашки. - Так вот, я знаю тебя ещё до той встречи. Да, поэтому и обратил на тебя внимание. Я подписан на тебя в инстаграм. Мне нравятся твои фото. Я имею ввиду не пошлые, а те, где ты одета в эксклюзивные дизайнерские решения. Мы равнялись на тебя, создавая некую модель, программированной, высокотехнологичной Джузип одежды, в том числе и летательные костюмы. Получается ты сама, не зная того, немножко поработала на нас. Из уважения, не смотря на давно недействующий закон об авторском праве, мы не делали точные копии. Каждая модель дорабатывалась и с точки зрения дизайна была уникальной. - Я просто молчала. Сэм положил свою руку мне на поясницу, аккуратно спустив её вниз, он быстро слегка сжал мою попу. Мой страх незаметно перешёл в возбуждение. Почувствовав жжение в груди, моё дыхание стало не ровным. - Ты пакостница, засветила все свои дырочки. Ия один из тех, кто оценил их во всей красе и со всех ракурсов. - Появляется тусклый свет, неподалёку от нас, Сэм достал свой планшет. - А что вы не звоните? - обратился он к двум тёмным, похоже, не человеческим фигурам. - Мы сами придём к тебе. - тут же прозвучал ответ. Неужели это лэйро? У меня чуть не отвисла челюсть. Я уже обо всём забыла. - Эмм, у меня встреча, о которой я забыл. - улыбается Сэм, приведя меня в чувства. - Если будет время, приходи в особняк Велторсов. Я там живу, иногда. Ну, если ты конечно, хочешь. Там всегда есть чем заняться - это самое лучшее место на всей Самоа. - Он быстро убежал в сторону исходящего света. Глубоко вздохнув, я решила, что завтра же приду в этот особняк. На следующий день мы снова встретились, уже в его доме. Там, не первые сутки, продолжалась вечеринка. Познакомившись с местными жителями и их друзьями, я изрядно опьянела. В тот день на мне была короткая белая блузка и синие, обтягивающие, чуть ниже колена, брюки. Приняв неизвестный на тот момент наркотик, на подобии ЛСД, я перестала контролировать свои эмоции. Не понимая, как я очутилась в большом коридоре, соединяющим зал и задний двор. Схватившись руками за стену, я медленно лизала её. Затем слегка билась головой. Прогнув спину, я оттолкнулась на вытянутые руки и почувствовала шлепок по жопе. Какие-то два парня небрежно схватили меня, как дешёвую шлюху и повели в сторону двора. Я совсем не сопротивлялась. По пути, мима проходил Сэм. Он щёлкнул пальцами и показал на меня. Улыбаясь, как не в чём не бывало, он прошёл мимо. Мне это очень не понравилось. Вырвавшись из рук довольных мужчин, я догнала и перегнала Сэма. Идя прямо у него перед носом, сделала максимально соблазнительную и медленную походку. Дойдя до большого зала, обернувшись на него, я заметила, что он поворачивает на ступени, ведущие к верху этого же помещения. Снова опередив его, я так же медленно поднималась. Моя попа была на уровне его головы. Наконец, поднявшись на ровную площадку, Сэм сам немного обогнал меня и преградил путь, навалившись одной рукой на стену. Я дошла до неё и слегка навалилась, верхней частью груди, будто не заметила. Посмотрев в лицо Сэму, было видно, что он абсолютно трезв. - У тебя получается. - сказал он, слегка дёрнув одной бровью. - Что получается? - положив голову на его вытянутую руку, продолжила стоять я. - Нравиться мне. - ответил Сэм. - Да? Мне это тоже нравится. - с закатывающимися глазами я подняла на него свою голову. - Тогда пошли. - Куда? - В мои отдельные палаты. - Сэм отпустил руку со Стены. - Нет. - Что значит нет? Почему? - Я прижалась к стене, стоя напротив него. - Сделай всё, что хочешь здесь. - В смысле? - удивлённо, но тихо спросил Сэм. - Я тебе нравлюсь? - эмоционально подняла брови с небольшой ухмылкой я. - Допустим. - Он взял меня за талию, и приблизившись в упор, прикоснулся своим лбом к моему. - Я не буду трахать тебя здесь. - приятно тихим голосом, улыбаясь сказал Сэм. - Будешь. - Быстро просунув руку в его штаны я нащупала член. - О-о-о. - Успев поводить по нему пальцами, он быстра отдёрнул мою руку. - Что-о-о? - Хочешь сделать мне приятно - пошли в мою спальню. - Она начала возбуждённо, глубоко дышать. Мимо проходил какой-то высокий, мужчина в очках с большой шевелюрой на голове. - Эй, Глэйсон или Сэм? - подошёл он к нам. - Сэм. - он обернулся к нему и отпустил меня. - То, то я думаю, только, что Глэйсона видел во дворе. - Со смехом сказал он. - Бёрд Минкас? - Спросил Сэм. - Ага. - Они пожали сверху друг другу руки, похлопав по спине. - Когда выйдет твой следующий фильм о древних цивилизациях? - Да походу никогда. - Смеётся он. - Голливуд в опасности. Сам знаешь. Только там была возможность снимать на высоком уровне. - Сэм, опустив глаза покивал головой. - Ну бывай, удачи тебе. - поднял руку кудрявый мужчина, уходя вниз зала. Сэм, услышав звук расстёгивающейся молнии, быстро повернулся ко мне. Я схватила его правую руку и начала целовать в губы. Он не сопротивляясь приближался ко мне, пока не понял, что я гладила его рукой свою промежность. Прижав меня к стене, он посмотрел мне между ног. Там была расстёгнута ширинка и виднелась совершенно голая, влажная пися. Немного испугавшись, он сразу стал смотреть по сторонам. - Моя комната в десяти метрах. Почему ты делаешь это прямо здесь? - А почему ты так долго не обращал на меня внимания? - Я же говорю, что знал тебя ещё до нашей встречи. Что значит долго... - Тем временем, я расстегнула его штаны и достала его мужское достоинство. - Тут часто ходят люди! - И что? Это твой дом. - Немного помассажировав, ещё полустоячий член, я просунула его в мокрое, горящее влагалище. Раздался шёпот с протяжными выдохами. - А-а-а-а-а, да. - Сэм отворачивал голову в сторону лестниц. - Там никого нет, мм-м-м. - Схватив ладонями за щёки, я повернула его к себе. - Может поможешь мне? - Медленно приседая из стоячего положения, я доминировала, над всё ещё испуганным, но уже возбуждённым Сэмом. Обхватив обеими руками за шею, я сильно давила пальцами в его плечи. Сэм легонько воткнулся своими зубами сбоку моей шеи. Затем быстро понюхал её и опять повернул голову в сторону спальни, затем в сторону лестниц. Были слышны громкие разговоры и музыка, но не кто не шёл. Тогда он перехватил инициативу. - Мм-м. - в голос раздался выдох. - ф-ф-ф. - последовал за ним вдох. - А-а, продолжай. - Крепко обняв его шею я не сдерживала эмоций. Сэм тоже глубоко дышал. Он просунул свою руку мне под блузку, немного помяв одну из грудей, плавно перешёл на живот, поглаживая его внешней стороной руки. Через пару минут моё влагалище начало сокращаться. - А-а-а! - вырвался мой неконтролируемый визг. - Ещё! Быстрей! - Круговыми движениями, я небрежно трала клитор. Он схватил меня одной рукой за горло и довольно расслабленно, неподвижно держал. Потом он резко подхватил меня обоими руками и немного отойдя от стены продолжил, ещё более ускоренное проникновение. Я чувствовала приближающийся оргазм, держась одной рукой за его шею, продолжала массажировать кипящую писю. По телу быстро начал подниматься жар. Он был, как разряд током. Всё тело, особенно в области живота начало содрогаться. Наконец, высшая точка была достигнута. Захлёбываясь воздухом, я больше не могла издавать звуки. Каждый вдох, как огонь прожигал мои лёгкие. При этом, я всё ещё контролировала мышцы влагалища, и могла закончить тогда, кода захочу. Сэм вдавил мне в спину свои пальцы и смотрел то в лицо, то опускал взгляд по всему телу. Я чувствовала его финиш. Сильные струи ударяли одна за другой, как извергающийся вулкан. Оргазм охватил моё тело. Я спустилась на ноги и тоже крепко вцепилась ему в спину. Он достал член и быстро спрятал его. По лестницам поднялись какие-то люди. Немного покосившись они улыбнулись и прошли мимо. Застегнув ширинку и поправив одежду, я взяла Сэма за руки. - Теперь пошли в спальню. - энергично улыбалась, будто получила глоток бодрости. Опьянение уже не ощущалось. Вокруг всё было таким свежим и ярким, что мне хотелось громко смеяться. А он просто куда-то убежал. Вот кабель. Уходить отсюда не хотелось. Я просто продолжала стоять в ступоре, как никому не нужный, использованный прибор. Но, это длилось не долго. Те два парня, что до этого пытались куда-то увести меня, опять подошли. - Пройдёмте с нами, девушка. Что такая грусная? - один из них снова схватил меня и увёл в одну из самых дальних комнат. Другой подталкивал в спину, помогая мерзкому дружку. Я уже собиралась кричать о помощи, как навстречу нам, в коридоре вышла большая женщина. Это Ванесса - главная наложница. - Отпустите девчонку, грязные упыри! - врезала она одному из них по туловищу. Без всяких споров, они убрали от меня руки. Вот же она вовремя, подумала я. Тогда я её даже не знала, а вот она меня ещё как. - Я вижу, ты здесь впервые? - она виновато улыбается. - У нас часто появляются сногсшибательные красотки, но такая, как ты впервые. - Боже, не надо, - застеснялась я. - Это я должна вас благодарить. - Пойдём в мой кабинет. У меня есть к вам очень интересное предложение. Я знаю, что вы живёте в полном достатке, и, наверное, в отношениях, однако от этого просто невозможно отказаться. - Хорошо, даже интересно, какое предложение может поступить, как вы говорите, красивой девушке. Тем более, если вы сделали акцент на отношениях. Мне уже не 16 лет, и имейте в виду, я знаю Сэма Велторса. Будьте осторожней, госпожа сутенёр. - Я сказала это невзначай. Просто пришлось на язык. Ванесса удивилась моим словам, недовольно скорчив свою физиономию. - Окей. Так вы хотите рассмотреть? - спросила она, будто насмехается. - Конечно, - не зная, что сказать согласилась я. - Тогда следуй за мной. - Она увела меня в какое-то вообще непонятное место этого длинного, запутанного дворца. Там было множество галерей и мраморных залов, заставленных всякими антиквариатами, похожих на музей. Затем зашли в круглую комнату, одна из стен покрыта шёлковой тканью, с красивым обзором из окна. Там стоял большой рояль. По другим, голубоватым стенам, шли желтоватые извилистые потёки, словно стекали огромные капли смолы. Похоже, это была башня, или какой-то пристрой. Такое чувство, что при входе со двора это место не видно. - Присаживайся. - пододвинула она мне стул, больше напоминающий трон из множества бардовых маленьких шариков, которые даже не соприкасались друг с другом, а просто парили в воздухе. На столе стояло пара ноутбуков, за одним из которых сидела ещё одна девушка. - Это Сусанна - наш секретарь. - Представила её Ванесса. - Прочитай соглашение, - протягивает она мне свой планшет в руку. Увидев только заголовок документа, я сразу поняла, с чем имею дело: 'Вступление в семейное ложе Констант компани'. Это же знаменитый 'Elite Girls', 'горем Глэйсона' или как его ещё называют в своих кругах, просто 'Семья'. О них ходят дурные слухи в интернете. Считается, что это самые элитные проститутки в мире. Они проходят самый жёсткий отбор. И попасть сюда мечтает каждая шалава. Хотя, возможно, это всего лишь слухи. Стало очень любопытно, и я полностью прочла текст. Вкратце, звучит он следующим образом: Есть некая группа очень состоятельных и занятых людей. Они нуждаются в женщинах, но не имеют возможности их искать. Поэтому, им нужна помощь в поисках любви. Главной причиной, создания гарема, является безопасность ведущих сотрудников Самоанского офиса. Связи с высокой угрозой для жизни от правительственных, конкурентных, заказных и других сил. Во избежание внедрённых агентов, за членами семьи ведётся тотальная слежка 24/7. Поэтому, случайных людей здесь быть не может. Все девушки проходят тщательную проверку от 12 до 18 месяцев. В первую очередь важна визуальная составляющая. Характер, поведение в обществе. Интересы, взгляды, прошлое, родственные связи, здоровье и даже уровень интеллекта должен соответствовать определённым параметрам. Правда, последнее, может быть компенсировано самореализацией и невероятной харизмой. Для того, чтобы подать заявку, девушкам необходимо создать профиль в приложении Elite Girls, написать о себе подробную информацию и выложить три полностью обнажённые фотографии. Вид спереди, вид сбоку, вид сзади. Либо, если вы достаточно известный человек, то с вами свяжутся сами. Этот дом не является борделем, и девушки не обязаны находиться здесь. Девушки не обязаны кому-либо подчиняться. Они должны лишь соблюдать определённый перечень правил. В случае невыполнения правил, контракт разрывается, и девушки, возвращаются к своей прежней жизни или пропадают безвести, в зависимости от ситуации. Правила следующие: находясь в доме, женщины прибывают, либо в статусе наложницы, если она имеет постоянного полового партнёра в семье (т.е. главных сотрудников Констант в Самоанском офисе), либо в статусе ангела (временно свободной). Статус ангела возможен, только в случае, если женщина как внешне, так и по характеру удовлетворяет нескольких сотрудников, однако ни с кем не состоит в отношениях. Девушки не имеют права, иметь связь с правительством любых стран, или подконтрольных им организаций. Они не имеют права распространять информацию о компании, без предварительной цензурированной проверки. А так же, устраивать махинации, по денежным взысканиям. Запрещается брак с сотрудниками, и всеми остальными людьми. Сексуальная ориентация не имеет значения. Вызывающее поведение не приветствуется. Тяга к популярности тоже. Рекомендуется сменить имена и являться на все вызовы, управления, в случае возникновения каких-либо подозрений. - Так, ну, в принципе, понятно, дальше и читать не хочется, - отдала я планшет обратно. - Может, у тебя глаза закрываются? Давай я дочитаю. На чём ты остановилась - быстро водит глазами по экрану Ванесса. - Вот, например, предпоследний пункт. Каждая девушка подписывается в семью на индивидуальных условиях. Средний месячный гонорар составляет от полутора до двух миллионов долларов. Но, деньги выделяются разово, и можно сразу забрать всё из своего годового бюджета. - Деньги для меня не проблема. Секс тоже, - встав с кресла, возразила я. - А что тебе нужно? - смутилась Сусанна, тоже выйдя из-за стола. - Дурачка. Если мы предлагаем тебе этот контракт, а не ты навязываешься к нам сама, значит, кто-то из сотрудников в тебя влюбился. Вот и решай. Ты лишаешь человека чувств, который, возможно тебе понравится ещё больше. Не волнуйся, у нас нет страшных стариков. К тому же, тебя не обязывают спать со всеми подряд. - Подождите, вы мне даже имя не можете назвать этого сотрудника. Я чувствую себя, как товар. Мы что, в средневековье живём? Вот, просто возьму и из принципа, не соглашусь. Какой смысл, лично для меня в этом контракте? - Никакого. Чисто формальность, - зашёл в кабинет Глэйсон, но я подумала, что это Сэм, совсем не обратив внимание на то, что одет он совсем по-другому. - Зачем? Ты долго подслушивал? - возмутилась я, идя ему на встречу. - Это гарантия, - раздался сзади голос Ванессы. - Гарантия, что ты не учинишь разных глупостей. В каждом доме есть свои порядки, не правда ли? По сути, говоря, этот контракт обязывает тебя быть всегда на связи, для всех членов семьи, и время от времени, посещать наши праздничные церемонии, такой как сегодня. Помимо этого ты получаешь большую крышу, полную безопасность. И, как бы пугающе это не звучало, немножко власти. Я имею ввиду, власти над всем миром. Ничего не будет происходить против твоей воли. Никто не будет насильственно прививать тебе вкусы, предпочтения и даже чувства. Если ты думаешь, что я лгу, дочитай до конца и убедись сама. Теперь ты убедилась, что это не притон люксовых проституток. Здесь живут уважающие себя женщины, с настоящими семейными ценностями, которым просто повезло завязать отношения с гениальнейшими людьми нашего времени. - Понятно. Говорите, будто заученными фразами. Ладно, шучу. Я так и не поняла, что конкретно вы с этого получаете? - Зачем ты ищешь подвох? - возмутился Глэйсон. - Мы получаем важного для нас человека, и этого более, чем достаточно. - Хорошо, в любом случае, мне нужно поспать. Я не подписываю контрактов в нетрезвом виде. - Давай, я провожу тебя в спальню, - Глэйсон взял меня за талию и мы вышли из комнаты. Дальше, помню только, как я проснулась. - Привет, красавица. - Улыбнулся он, лёжа на боку со мной под одеялом. Время восемь утра. Я бы повалялся ещё, но у меня есть парочка неотложных дел. Хотя, с такой красоткой, наверное, стоит остаться, подольше. - Сэм, хватит, - убрала я его руку с себя. И быстро натянув одеяло, прикрывая голую грудь. - Иди. Не хочу, чтобы у тебя были проблемы из-за меня. - Эй, я Глэйсон. Мой брат давно в офисе. Офис это его дом, а здесь он бывает реже всех. - В смысле? Сэм, скажи, что это шутка, - быстро начала осматриваться по спальне в поисках одежды. - Да ты не бойся. Он совсем не ревнив. Кстати, одежда вон там, - указал он в потолок. Там были небольшие круги, вровень идущие с поверхностью. Два круга. - Сделай вот так, он выставил мизинец и указательный палец, и один из кругов, тот, что ближе к его стороне, начал выпячиваться. Как только эта выдвижная декоративная колонна опустилась до самого пола, она начала разворачиваться, будто огромный свиток бумаги. Внутри висела одежда, много мужской одежды. Он встал с кровати и снял один из костюмов. Который был словно намагниченный, приклеен без всяких держателей. - Женский гардероб с твоей стороны. - Неспешно одевается он. - Чего так смотришь? вчера ты сама закинула туда свой лук. Уже не помнишь? - Я сделала пальцы так же, как он, и вторая колонна опустилась. - Сэм говорит, этому дому не хватает оригинальности. Я с ним не согласен. В моей спальне, всё куда проще, но если сильно захотеть, этот дом может исполнять твои желания. - Тут в комнату входит Ванесса. Я быстро соскочила и надела на себя первую попавшуюся одежду, без нижнего белья. - Что это за спальня такая, без дверей? - разозлилась я, заметив отсутствие дверей большого арочного проёма, украшенного каменными узорами. - Уже проснулись? - радостно улыбается она нам. - Замечательно. Скажу официанту, чтоб принёс завтрак новому члену семьи. - Надеюсь, это не про меня? - я вздохнула, измученно присев на кровать, всё ещё не оправившись от сна. - Ну, вообще-то, вчера, ты подписала контракт. - С серьёзным лицом, она подошла ко мне и присела рядом. - Эй, детка, всё хорошо. Ну, подписала и подписала. Можешь расторгнуть хоть прямо сейчас. Ладно, я побежал. Не бойся Ванессы, это дитя природы - самая безобидная женщина на свете, - и тут он исчез. - Нет, ну ты, конечно, даёшь, - с восхищением смотрит она на меня. - Я давно нахожусь в обществе альфа самок, и видела многое, но оседлать обоих Велторсов за ночь, ещё никому не удавалось. Откуда ты узнала про Сэма? - с изумлением смотрю ей в лицо. - В этом доме каждый уголок под видеонаблюдением. Не волнуйся, я не раз видела его голеньким. Когда я сверху, он скулит, как пёсик, ведь я вешаю двести фунтов. Сигаретку? - достала она пачку редкого сорта канабиса. - Спасибо, я не хочу. - Смотря в окно, я залипла в собственных мыслях. - Ну и правильно. Продымишь все косточки. Ты такая крошечная, как одуванчик. - Крошечная? Я метр восемьдесят. Боюсь спросить, кто для тебя не крошечный? - Я продолжила искать своё нижнее бельё. Кое-как откопав всю свою одежду, я тот час же решила покинуть этот дом. Набрав Сэму, он, на удивление быстро ответил. Я предложила ему встретиться, когда ему будет удобно и обсудить с ним некоторые вопросы. Он предложил приехать к нему прямо сейчас, но я побоялась и отказалась. Только вечером следующего дня, мы встретились возле моего отеля. Потом, он отвёз меня к себе, и я была немного удивлена, что его офис, вовсе не такой, какой себе изначально представляла. Это были не менее роскошные апартаменты, в совершенно нестандартном стиле, будто из фантастики будущего. Целый комплекс, мини городок, из нескольких грациозных архитектурных причуд. Правда, участок, оставлял желать лучшего. Он был завален разными механическими штуками, всюду построены какие-то гаражи или лаборатории, и это немного портило общую атмосферу. - Зачем вы заставляете меня вступить в свой горем? - спросила я его. - Ситуация такая, что сейчас, очень много крупных и влиятельных сил, желают нам зла. Это естественно. Мы играем на крупнейшей экономической и геополитической арене. Правительство почти всего мира открыло на нас охоту. Собственная компания открыла на нас охоту. Все хотят свергнуть нас. Чем больше ты делаешь добра, тем больше тебя хотят убить, - отвечает он. - Не сочти меня за параноика, но мне, как основному акционеру и ключевой фигуры Констант, есть чего бояться. Я доверяю лишь очень узкому кругу людей. Вступив в семью, ты даёшь разрешение на слежку за тобой и входишь в доверие, наравне с сотрудниками. Это значит, что ты можешь иметь связь со всеми управляющими сотрудниками. Можешь свободно посещать все наши офисы, а так же, получать доступ к некоторой запретной информации. Я, большую часть своего времени провожу именно здесь. И, если ты будешь состоять в семье, мы можем быть всегда вместе. Может, я и сделал бы тебе исключение, но, другие влиятельные сотрудники нашего офиса не допустят этого. Нужно уважать мнение других. У нас есть общие правила, которых должны придерживаться все. Иначе возникнут споры, которые нам сейчас совершенно не к месту. Такова цена свободы. Мы тайные люди. Мы осознанно избегаем прессы и прямых контактов с публичными личностями. Потому что я, например, не хочу, заезжая в каждый город, ставить снайперов на крыши домов. Не хочу, перекрывать дороги, заваривать канализационные люки, и нанимать армию сопровождения. Благодаря тому, что общественность нас не знает, мы можем свободно гулять в центре любого города мира. Но, это не значит, что мы должны чувствовать себя в полной безопасности. У нас очень узкий круг знакомых людей. Но, мы в буквальном смысле доверяем им свою жизнь. Мы общаемся, как обычные люди. И, в случае чего, нас не успеет защитить телохранитель или какой-нибудь спецагент. Мы строим свою безопасность не так, как политики. Мы делаем ставку на анонимность, а не профессионализм охраны. Поэтому, каждый, кто хочет попасть в наш круг, должен показать, что не имеет корыстных намерений. - Понятно, как всё сложно. Значит, находясь с вами, теперь и я подвергаюсь опасности? - Ну да, в случае чего, можешь попасть под раздачу, - смеётся Сэм. - Такова жизнь. Ни в чём нет точной гарантии. Не стоит бояться. Если серьёзно, то у нас установлено несколько уровней защиты. Военные, надзорный отряд, и качественное шифрование. Мы найдём потенциального врага раньше, чем он выдвинется к нам. - А кто такой, этот влиятельный человек из компании, из-за которого меня подписали не совсем по моей воле? - ухмыльнулась я. - Не по твоей? Интересно. Я думал, может я и не в твоём вкусе, но, у меня... не тяжёлый характер, богатый внутренний мир, и со мной ещё никому не было скучно. А вообще, я могу поменяться и адоптироваться. - Что ты оправдываешься, - засмеялась я. - Вовсе не это имела ввиду. Ты очень даже в моём вкусе. Почему ты сразу не сказал, что чтобы с тобой встречаться, нужно куда-то подписываться? - Потому что я не рассчитывал, что у нас что-то получиться. И, это бы только отпугнуло тебя. - И давно вы так живёте? - Нет. С тех пор, как пошёл разлад с правительством. Года два, от силы. Слушай, давай я проведу для тебя экскурсию, по особняку Глэйсона. Там есть очень много секретов и интереснейших вещей, скрытых от общих глаз. Например, подземный инопланетный зоопарк. Я знаю, что тебя уже мало чем, можно удивить, но, уверен, тебя это точно впечатлит. - Зря ты так. Меня ещё много чем можно удивить. Я, не в край зажравшаяся сука, которых тебе приходилось трахать до меня... - Сэм долго смотрит на неё боком, повернув глаза. - Что?? - не выдержала я. - Просто я не хочу, чтобы у тебя возникали стереотипы. Давай сразу расставим всё на свои места. Я живу для себя. Ты для себя. Но, раз уж мы так подходим друг другу... - Немного поживём друг для друга, - продолжил Сэм, подойдя к ней. - Да, немного, - обняла его я. - Я не эгоистка. Мне нравятся непредвзятые отношения. Они щекочут нервы. Играют на ревности. Но, тем непринуждённей и страстней будут наши встречи. Словно нас разлучают обстоятельства. - Поверь, они действительно будут разлучать нас, - прислонился к моему лицу Сэм. - Ну и пусть, - поцеловала его я. - Поехали уже на твою экскурсию. - Через десять минут, мы стояли во дворе 'Семейного особняка'. Сэм остановился прямо на газоне, далеко сойдя с тротуара. Там он ногой начал шерстить по стриженой траве. Внезапно, земля перед ним провалилась, так, что образовалась горка, ведущая в глубину, будто въезд на подземную парковку. Он махнул мне рукой, чтобы я подошла ближе. Там были широкие железные ворота, в виде послойно сгибающихся занавесок. Они отворились сами собой, и мы спустились вниз. Мне показалось, мы спустились слишком далеко. И оказалась права. То, что я увидела, после узкого каменного коридора, чуть не повергло меня в шок. Это целый новый мир, распахнулся перед нами. На потолке, высотой, метров десять, красиво переливались разные цвета, будто гигантской кистью, небрежно намазанные краски, искусственно освещая всё пространство. Эти горизонтальные перегородки, между стенами и разными объектами, задавали особенный, уникальный стиль, поражающий своим смелым дизайном. Кривые колонны, завивались, не к потолку, а к стенам. Разные игольчатые выступы, толстые лазерные лучи. Словно какие-то препятствия в компьютерной игре. Они завораживали и заставляли забыться обо всём. Здесь не было людей. Сэм, взял меня за руку и повёл дальше, иначе, я бы так и стояла, ещё минут пять. Когда я присмотрелась, к окружающим нас деталям, то просто обомлела. В разных светодиодных контейнерах, наполненных разноцветными жидкостями, газами, или, может быть, какими-то другими наполнителями, сидели невиданные создания. Они сидели не в клетках. Я даже, не знаю, как назвать эти штуковины. Большие и маленькие, полупрозрачные фигуры. В форме цилиндров, шаров, квадратов и пирамид. Даже в форме многогранных бриллиантов и непонятных дырчатых массивов. - Первая остановка, Калонс из семейства Виконжу. - указывает на парящую в воздухе, приплюснутую сферу Сэм. Внутри дрыгалось милая катейка. - С первого взгляда, это животное выглядит безобидно, но на самом деле... оно безобидно! - неожиданно ущипнул он меня. Я вздрогнула и отпрыгнула подальше. - Не волнуйся, такое бывает только в фильмах. Когда никому неизвестные, с виду добрые животные, на самом деле, являются разрушительными монстрами. Хотя, в чём-то фильмы были правы. Например, в карантине, который обязательно должны пройти эти иноземные чудики. Вирусы, что переносят они, самые смертоносные, что только можно себе представить. Думаешь, почему они находятся в этих разных наполнителях? Мы создали для каждого из них отдельную среду, при которой, животные смогут безболезненно функционировать, не нанося нам вреда. Все эти экземпляры, привезены с планеты Терраро. Но, не все они родом оттуда. Есть и завезённые к ним с других планет. Этот зоопарк, мы построили по инициативе Глэйсона и его друга Дерика. Он живёт тут по соседству. Изначально, зверей привезли исключительно в целях лабораторных исследований. Кстати, иначе нам бы, даже не оформили разрешение. Но, однажды мы решили, почему бы не сделать что-то подобное развлекательной выставке. По-моему, получилось забавно. - Не то слово, - я близко склонилась перед рядом стоящим маленьким стаканом, с голубыми тараканами. Или, что-то похожее на них. Плоские, чешуйчатые жуки, спокойно сидели, будто не живые. Все они находились в отдельных друг от друга ёмкостях. - Это Ламфидозы - паразиты, живущие глубоко под кожей Страгедов. Самых огромных животных Терраро, размером с Годзиллу. Они зарываются в мясистые, воздушные ткани, и медленно пожирают их. Очень необычные создания. Это никакие-то бактерии. Это, своего рода, чудо вселенской природы. Они установили сразу несколько рекордов. Во-первых, по скорости размножения. Эти создания размножаются, быстрей, чем мыльные пузыри, выдуваются из палочки. Стоит им соприкоснуться друг с другом и, давай-ка я покажу. Именно поэтому, они все сидят отдельно друг от друга. У них могут спариваться даже самцы с самцами, а самки с самками. Но, если самец, встретится с самкой, жди беды. До двадцати пяти штук в секунду. Благо их детёныши некоторое время бесплодны. Иначе, они увеличивались бы в геометрической прогрессии. - Сэм поднял один из стаканов, положил его поверх второго. Затем, достал свой планшет и ввёл какие-то данные. Перегородки между стеклянными с виду ёмкостями исчезли, и верхний жучара свалился на нижнего. Произошло ровным счётом то, что он и говорил. Эти тараканы затрещали, как попкорн в микроволновке, и в ту же секунду, до отказа заполнили оба стакана. Они продолжали почковаться, даже, несмотря на то, что уже начали массово раздавливаться о твёрдые стенки. Их бархатистые тела, лопались от сильного давления и стекали вниз, густой, как кисель, белой слизью. В один момент, они неожиданно затихли. - Вот это да! - прижалась я к Сэму на всякий случай. - А что они остановились? - Им нужна еда. - Брать энергию из неоткуда они не умеют. И это к лучшему. - Он вернул перегородку, и обратно разъединил стаканы. - Ещё эти букашки, жутко уязвимы. Им так же принадлежит рекорд по смертности. Оно и вполне закономерно. С такой способностью к размножению, их тела совершенно не приспособлены к восстановлению. Стоит слегка надавить пальцем, и они умрут. Издать громкий звук или вибрацию, и они умрут. Они умирают даже от страха. Если в панике начнут суетиться. Два часа мы ещё бродили по этому захватывающему месту, и мне показалось, что прошло всего пару минут. Но, Сэма вызвали в офис, и мы уехали к нему. - Наконец, освободившись от работы, Сэм ещё раз предложил мне остаться жить здесь. Он рассказал о своей занятости и интересах. Я с удовольствием слушала. В его лаборатории работали и жили сотни тех самых статусных сотрудников, которые являлись членами семьи. И, всё же мне здесь не по себе. Слишком тут всё какое-то искусственное. Скорее это была маленькая база, чем полноценное жилище. Научно-исследовательский городок, нежили бизнес компания. Мне было не комфортно среди всех этих учёных. Они, какие-то занятые и бездушные. Как роботы, интересующиеся только числами, уравнениями и непонятными программными алгоритмами. Цифры, цифры, и больше ничего. Со мной ни разу никто не поздоровался. Меня будто никто не замечал. Все заняты своими делами. Их головы забиты непонятными мне вещами. И только секьюрити, время от времени, косились в мою сторону. И то, потому что у них такая работа. Я с первых секунд почувствовала себя здесь лишней. Отвлекающим объектом. Но, всё же Сэм уговаривал меня остаться здесь жить. Или хотя бы, спать ночами. А остальное время проводить в их с братом общем особняке. Я конечно отказалась. Будучи самостоятельной и обеспеченной девушкой, мне не привычно слышать такие предложения. Я сама решу, где мне спать, а где проводить остальное время. Может, со стороны, это выглядело, как неуместная вредность. Я сама понимала это. Однако, мне хотелось проявить самостоятельность и хоть какую-то недоступность. А то, у нас с ним получается, всё как-то уж слишком быстро. Неестественно быстро. Если, для него это было нормально, и он привык быстро приспосабливаться к разным переменам, то мне нужно время, чтобы некоторые вещи улеглись в голове, прежде чем переходить к другим. А то такими темпами, он через неделю и ребёнка у меня просить станет. Такое чувство, что раньше Сэм всегда был рядом со мной. Его обаяние притягивало к себе, как родного. Он будто старший брат, в хорошем смысле. Прожив с ним всего сутки, я поняла, что он останется в моей жизни надолго. У меня было отличное настроение. Я боялась, что если узнаю его поближе, то он окажется чёрствым, бездушным задирой. Как все мои бывшие, которые хотели от меня больше, чем секс, но не понимали, насколько же они отвратительно вели себя. Мне не нужен подкаблучник. И мне не нужен самовлюблённый эгоист. Для меня идеальный человек, это что-то посередине. Он должен постоять за себя, когда я ошибаюсь и пойти на уступки, когда я очень нуждаюсь в них. Естественно, под должным, я понимаю образную обязанность. Мне никто не должен в плане отношений, так же, как и я. Но, если человек не подходит под мои определённые требования, у нас не будет серьёзных отношений. Лично я традиционной сексуальной ориентации или гетеросексуалка. И, от своего мужчину хочу видеть таким же. Мне не нужны полноприводные жеребцы. Не могу сказать, хорошо ли это, но у меня был опыт с одной бывшей подругой лесбиянкой. Она, можно сказать, изнасиловала меня. Принудительно занялась со мной ласками. Она была здоровой, почти как Ванесса и, разумеется, активной. Я, блин, пассивной. Как она не старалась, мне было стрёмно. У меня был период, когда я экспериментировала и хочу про него забыть. Секс втроём, вчетвером, БДСМ, всё это было. Но, видимо, это была юношеская дурость, и теперь я повзрослела. С тех пор, меня воротит от разного рода извращений, я даже, стала отрицательно относиться к геям. Хотя, скорее не к самим геям, а к их сообществу ЛГБТ. Люди остаются людьми, и глубокая личность для меня важней сексуальных предпочтений. Однако, я не собираюсь отстаивать их интересы. Я не считаю себя обязанной проводить марши с радужными флагами, в день борьбы с гомофобией. Может, это звучит неприемлемо для так называемых 'свободных государств', но я имею право на своё мнение. Никто не заставит меня поменять своё мнение, пока я сама не сочту это необходимым. На самом деле, дело даже не в геях, а в любых, каких бы то ни было меньшинствах. Их поведение заставляет желать лучшего. Они бесят своими радикальными нападками. И проблема совершенно очевидна. Они пытаются донести своё, равенство до каждого человека на Земле. До каждого зверя, насекомого, растения и всего, что их окружает. Мало того, что это в принципе невозможно, каждому навязать свою точку зрения, какой бы правильной она не была, так они ещё и делают это самыми раздражающими и тупыми способами. Законом наказывая несогласных, они противоречат сами себе в либерализме и свободе мнения. Ну, представьте, что, азиаты и чернокожие, побежали бы доказывать каждому белому фашисту, что они такие же, как они. Просто одни подзагорели, а другие не выспались. Зачем устраивать агитации, митинги, в поддержку меньшинств в тех государствах, в которых они и так приняты, как равноправная часть общества? Чтобы раздражать не согласных с ними? А кто сказал, что не соглашаться с ними это не правильно? Да, кто-то относится к ним с предвзятостью и большим негативом. Это плохо. Но, блин, это же не норма, любить себе подобных. Кого они обманывают? Любить себе подобных - это психическая болезнь. Не опасная болезнь. Такие люди не опасны для общества. Это большое заблуждение, что все психические болезни опасны для общества. Вы можете сказать, что в наше время развелось много больных. Чуть ли не каждый второй. Но, говорить, что геи такие же, как все, тема тоже довольно сомнительная. Это уже скорее оправдания. Известные психологи просто умалчивают об этом, дабы не портить своё имя. А то их тут запишут в гомофобы. Если гурманы думают, что их ущемляет само общество, то митинги лишь усугубят их ситуацию. Почему? Да потому что все их митинги, как правило, настроены агрессивно. Они в лоб читают свои права всем присутствующим вызывающими плакатами и лозунгами. И, только попробуй сказать что-то против, разорвут на месте. Они верят, что это заставит ненавистников полюбить их. Я думаю, если человек не нуждается в чём-либо в определённый момент, то намеренное, безобъяснительное навязывание этого, будет провоцировать в нём ещё большее отторжение. И даже, если, кто-то сохранял нейтралитет, но вы начинаете насильно что-то впаривать, неготовому к выслушиванию вас человеку, это заставит его взгляды склониться в худшую сторону. Феминистки, нетрадиционщики, расовые меньшинства - все они с прибабахом. Вернее, не все, а подавляющее большинство. Просто, под удар попали заднеприводные. Они придерживаются своей идеологии, потому, что подобные им всегда её придерживались. Это что-то вроде традиций. И ведь никто не направит бедолаг в другом направлении. Ибо они сами не нуждаются в нём. Это массовый парадокс. Они мучаются, чтобы страдать. Они лишь внушают себе, что им нужна помощь. На самом деле, такие люди, в реальности даже неспособны принять ту жизнь, о которой мечтают. Я, могу это сделать. Это может сделать и Сэм. Я делаю вид, при всех, особенно при нём, что я его не ревную. Однако в глубине души это проскальзывает. Я считаю ревность слабостью, и стыжусь, когда у меня временами, на ровном месте, ни с того ни с сего, возникает это чувство. Это чувство предвзятости, созданное природой для борьбы за уже удачно использованного полового партнёра. Древний инстинкт выживания, с которым придётся смириться. Под обаятельной оболочкой, и может быть, гениальным складом ума, скрывался не простой человек. Он не только посвящал себя своим научным увлечениям, работе, но и успевал часто интересоваться мной. Его характер я ещё долго не могла раскусить. Он был огромной не решаемой загадкой, что притягивало к нему ещё больше. Прежде, я не встречала подобных людей. И, вряд ли когда-либо встречу. Всё, о чём бы он не говорил, было поверхностно. У него не было каких-то чётких границ и дилеммы. Ни то, чтобы он пытался угодить, скорее просто придерживался нейтралитета. Во всём. Ну, или почти во всём. А то в чём нейтралитета не было, наши взгляды совпадали. Это уникальный человек. Сбалансированный и спокойный. Всегда отдающий отчёт за каждое своё действие. Он всегда делал то, что хотел, и, при этом думал о последствиях на несколько шагов вперёд. Я чувствовала, что точно не найду, кого-то подобного. Такое чувство, что больше никто и не нужен. Да, это была любовь. И в двадцать два года не стыдно себе признаться в этом. Напротив, осознавая это, приходило чувство удовлетворённости. Уверенности и защищённости. С этого дня, мы хоть и жили пока отдельно, но встречались каждый день. Мой дом стоял в паре километров от лаборатории Сэма. Он почти всегда там проводил своё время, пока я не могла постоянно находиться в той обстановке, я постепенно втягивалась в это. В один момент, я предложила ему большое путешествие вокруг света. Обещая, что оно будет самое незабываемое, экстремальное, чувственное, романтическое, сумасшедшее и до безумия развратное. Сначала он колебался, но потом принял это, как вызов. Мне было слегка стыдно, когда я узнала от его знакомых, что ему недавно исполнилось двадцать один. Выходит, он прилично младше меня. В моей жизни, это был первый парень младше меня. Да, он выглядел слишком слащаво. Я бы даже сказала не мужественно. Нет-нет, я не считаю себя любительницей юных мальчиков. Просто, в таком возрасте, он был мудрее всех мужчин, что я знала, вместе взятых. При встрече его, моя развратная натура дала новый оборот. Потеряв любой страх, в какой-то момент, я стала самим воплощением бесстыдности. Извращенка со стажем. Порой неприемлемые вещи, как в обществе, так и в моих физиологических способностях, доходили до одержимости, и Сэм этого явно не ожидал. Понравилось ли ему это? В самом процессе нет. Но после он не раз благодарил меня, за данную возможность, самых невообразимых на его взгляд испытаний, через которые нам с ним удалось пройти. Алива сидит на маленьком сиденье с боку, быстро мчащегося поезда в метро или подземном тоннеле. Она внимательно осматривает каждого человека. Их было не много, в основном все сидели. Стояло, может, человек пять. Рядом с ней сидел Сэм. Он внимательно уткнулся в гаджет, смотря какое-то развлекательное видео. Усатый мужчина, среднего телосложения, смотрел в окно. Он держался за ручку сверху. Напротив, сидела полная бабушка, лет семидесяти. Она неспешно осматривала всё подряд. Рядом, старательно высунув язык, смотрел в планшет, мальчик, лет десяти. Обычная женщина, средних лет, с длинными, чёрными завивающимися волосами, внимательно направила взгляд на пол, в одну точку. Она о чём-то задумалась. Алива положила свою руку ему на колено. Игриво впивая свои пальцы, она начала тихонько шлёпать по ноге. Сэм схватил своей рукой её руку и не обращая внимания, продолжил смотреть видео. Солнце ярко ослепило глаза. Его белые лучи освещали тёплую летнюю равнину. Зелёная, короткая, будто подстриженная трава. Время от времени, поддувает тёплый, но свежий ветер. Местами, из земли растут маленькие, белые цветы. Алива бежит в лёгких, серых спортивных кроссовках. Она бежит очень, очень быстро. Сильно размахивая руками и делая огромные шаги. Белые спортивные, короткие, обтягивающие шорты и бардовая, так же плотно сидящая, безрукавная майка, с символикой Биллиаф (спортивная компания на планете Терраро). Ей пришлось быстро оглянуться. Сзади бежал Сэм. Он был в уже в нескольких метрах от неё. Одетый в простую жёлтую футболку и чёрные, относительно длинные узкие шорты. Он бежал равномерно, технично. Внизу мелькали его красная обувь. С серьёзным выражением лица, он смотрел на убегающую девушку. Она начинала захлёбываться. Её дыхание сильно участилось. Шаг становится короче, размах рук меньше. Скорость бега уменьшается. Так же и уменьшается расстояние между ними. Ещё раз оглянувшись, запряженные волосы Аливы вырвались ей на лицо. Они закрывали обзор и попадали в рот. Ей стало ещё сложней. Слыша приближающиеся шаги, она резко сменила траекторию. Повернув в право на девяносто градусов, на мгновение, девушка ввела в заблуждение своего гонца. Она немного разорвала дистанцию. После хитрой уловки, Сэм представил, что играет в футбол и вновь ускорился. Большой небоскрёб Эмпайр-стейт-бидинг быстро кружился в глазах, вокруг старого Нью-Йорка, образца начала двухтысячных. На крыше стояло два человека. Они навалились на его высоченный шпиль. Сэм и Алива плотно прижались друг к другу. Теперь на них одеты чёрные летательные костюмы. Под низом у девушки красное платье, на ногах туфли с острым каблуком. Сэм в чёрных узких штанах, с параллельными белыми полосками. Жилетка летательного костюма, одета поверх его голого торса. Он обнял её обеими руками за талию, а она его за шею. Они, улыбаясь, смотрели друг на друга. Вокруг них всё сильно начало расплываться. Голубое небо Нью-Йорка сменилось таким же ярким пейзажем Лондона. Они стояли прямо над часами башни Биг Бен. Ослепительно яркие, солнечные лучи, отражались от огромных египетских пирамид. Вокруг всей пустыни не было никого. На высокой площадке Скай Тауэр, в Окленде, они нежно поцеловались в губы. Продолжая, ласкать друг друга на вершине Эйфелевой башне, внезапно, на них яростно побежал лысый, темнокожий мужчина. Сэм, не отвлекаясь на него, достал пистолет и быстро направил в его сторону. Мужчина резко остановился и скукожившись, встал боком, подняв руки вверх. Раздался выстрел. Над Аливой и Сэмом образовалась большая, обтекаемая, полупрозрачная, голубоватая плёнка. В виде полукруга, она, как купол полностью прикрыла их. Разозлившись, дикарь начал издавать непонятные крики. За ним хлынула толпа людей. Они, как зомби пытались достать Аливу и Сэма, но втыкались в стоящий перед ними купол. Подобно тем безмозглым созданиям, из фильма 'Я легенда'. Это были бородатые женщины и грудастые мужчины. Накаченные негры, с розовыми гребешками - ирокезами, и, просто гориллы. Реальные, настоящие гориллы! Будто с Планеты обезьян. Как они оказались здесь? Странно. Хотя... это же Париж. Яростно ломясь своими телами, местные жители явно недовольны их натуральными поцелуями. Однако ни Аливу ни Сэма, это совершенно не беспокоит. На крыше Тайбэй 101, они целовались ещё более страстно. Падающая башня Кэпитал Гэйт, соединённые небоскрёбы Петронас, а вот и вершина Бурдж халифа. Вокруг них только успевали мелькать самые известные архитектурные достопримечательности. Спрыгнув вниз, с крыши Уиллис-Тауэр, держась за руку, они пролетали уже мимо круглого небоскрёба - Башни Банка в Лос-Анджелесе. Все города мельтешили вокруг с такой скоростью, что было ничего не заметно, кроме самой, удовлетворённой пары. Сэм снял свой летательный жилет и кинул на соседнее, близко стоящее здание HyattRegencyTokyo, что центре Токио. Алива подошла к самому краю и посмотрела вниз. Разбежавшись, парень перепрыгнул с одной крыши на другую. Девушка, одновременно летела рядом, подстраховывая его. Солнечные блики, на голубом небе, придавали всё больше прозрачности, текучими, играющими красками. Девушка держала в руке пышную, зелёную травинку. Она водила ей по лицу парня. А он морщился от щекотки. Вода плескалась о прибрежные скалы. Постепенно темнела и успокаивалась. Теперь всюду лишь одна вода. Пара находится уже где-то на глубине. С летательными костюмами и кислородными масками. Альва одета в жёлтый сплошной купальник, Сэм в белый плотно прилегающий, сплошной костюм. Они с огромной скоростью плыли наверх. Извиваясь из стороны в сторону, им удавалось симметрично рисовать своими телами, создавая длинные, бурлящие дорожки пузырей за собой. Вытянув руки вперёд, они переплетались и синхронно отталкивались друг от друга. К ним на встречу плывут причудливые, не существующие ранее, или просто неизвестные водные животные. Светясь под водой, словно фосфорные лампы, некоторые из яйцевидных созданий, похожих на овальные мячи в американском футболе, и сильно выпученными, белыми глазами, из которых, как щупальца высовывались и извивались тонкие чёрные нитки, прижимались к ним. Они гладили этих чудных существ и продолжали плыть дальше. Наконец, на большой скорости, они вылетели из воды и ясное светлое небо засыпали лепестки цветов. Это были красные и белые розы. Взявшись за руки, они кружились, продолжая лететь в облака. Пока большая туча, постепенно не прикрыла солнце. Свет погас, с громким щелчком. Чувствуется лишь дуновение ветра и морской прибой, где-то вдалеке. Постепенно проявляется вечерняя картина. Это футбольный стадион. Его зрительные трибуны совершенно пусты. Тем не менее, на поле собрались игроки двух команд. У них была интригующая и захватывающая схватка. Это настоящие профессионалы. Возможно, лучшие ребята в своём деле. В небе собрались густые тучи. Это из-за них здесь было так темно. Они быстро рассосались, и, с первыми лучами солнца, стадион налился ярким дневным светом. На трибуне появляется единственный человек. Это Алива. В её руках была коробка с сухофруктами. Устроившись поудобней в центре первого ряда, она как обычный болельщик, с азартом смотрела на последний даун, от неизвестной команды. Им противостояли чемпионы национальной лиги - Филадельфия Иглс. Сегодня они в сине-зелёной форме. Их оппоненты одеты в белом. Обстановка накаляется. Никто не верит в победу новеньких выскочек, кроме одного человека. Того, что на трибуне. Сэм посмотрел на девушку и улыбнувшись надел шлем. Она улыбнулась в ответ, крепко сжав картонный стакан с трубочкой в левой руке. Удачный снеп. Квотербек схватил мяч и отскочил назад. Он быстро ищет взглядом, кому отдать пас. Один из игроков выбежал в открытую зону. Другой, резко опередил только что закрывающего его соперника. Он кинул мяч Сэму. Парень стоял всех ближе к нему. Как-то немного неправильно было отдавать ему. Но, думать уже некогда. Со всех ног, он сорвался с места, плотно прижав правой рукой кожаный, вытянутый мяч к груди. Он, как-то умудрился вырваться из захвата догоняющего соперника. Сорок ярдов! Сбоку его жёстко подсекает другой игрок, и он с резко остановился, с бешеной скоростью провернувшись, упав на шею, и покатился бы кубарем, но тот упал не него сверху, плотно прижав к земле. Затем, с улыбкой, обидчик быстро соскочил на ноги. Показав бицепс правой руки, довольный, он покачал им, и отправился в игровую зону. 4st. & 10. Это был последний шанс продвинуться вперёд. Сэм корчился от боли, ожидая, что кто-то поможет подняться с земли. Но, его будто не замечали. Когда началось построение, капитан с воплями замахал ему рукой, заставляя занять свою позицию. Еле поднявшись, он поплёлся по полю. Белая форма уже не была такой белой. Она хорошо исшаркалась о сухой газон, пробороздив его до самой почвы. Теперь мяч разыгрывают ребята в тёмной форме. Квотербек даёт пас в даль. Сэм пытается перехватить мяч, но он пролетел слишком высоко. Но другой член их команды, как-то умудрился схватить его. Это немыслимо. Алива подскочила с места, обоими руками схватившись за лицо. Соперник уже схватил за спину, мчащегося со всех ног темнокожего паренька. Тем временем, Сэм подбегает сзади. Он просит скинуть ему мяч, увидев это, мужчина крутанулся, на мгновение вырвавшись из захвата, и кинул ему в грудь. Это был неуклюжий, ужасный пас в толчке. Мяч выскользнул из рук, на отметке в двадцать ярдов. Не успев обрадоваться, капитан расстроенно вздохнул. Они чуть было не вышли на удачную контратаку. Возможно, совершили бы сенсацию. И, вместо того, чтобы радоваться, что им не провели тачдаун, они начали сраться друг с другом, ища виноватых. Один удачный момент, разбудил в них такой азарт, что они всерьёз поверили в своё превосходство. Второй розыгрыш противника, и в этот раз их квотербек, сильно сместился влево от построения, замешкав с пасом, он увидел, как те, наивно разбежались по сторонам. Тогда владелец мяча сам понёсся сломя голову, в очковую зону. Этот тупой ход, с их стороны, оказался выигрышным. Быстрый и большой парень, продвинул мяч на десять ярдов, пока его не сбили с ног. Очередной розыгрыш соперника. Подавленный, Сэм шёл на свою позицию. Как вдруг, с трибуны раздались громкие звуки. Это кричали в исполнении группы поддержки. В исполнении одного человека. Альва прыгала уже в первом ряду. В её руках были яркие пушистые штуки, и короткая юбка в чёрно-розовую полоску и такого же цвета майка. Один прыжок - ноги врозь, второй - ноги вместе. Руки вверх-вниз. Потом просто тряся этими лахмушками со всех сторон, поворвчиваясь боком. На самом деле это смешно. И, всё же, не получается у неё кривляться. На время, она заставила обратить на себя внимание обеих команд, надеясь снять напряжение. Очередной розыгрыш Орлов. Удачный пас вперёд, в открытую зону, иии... соперник ловит, спиной вперёд забегая за последнюю линию, опозорив соперников, как новичков. Он крутанул заднее сальто, и с силой вонзил мяч себе под ноги. Сэм лишь развёл руками, глядя на капитана. Не он был виноват в их несыгронности, но почему, то посчитал нужным оправдаться. Когда, наконец, настыла их очередь разыгрывать, все взяли себя в руки. Почти незаметный снеп, но квотербек задерживается. На этот раз, в правом углу, Сэм был открыт, тогда как другие все закрыты. Время будто остановилось. На улице резко стало пасмурно. Редкие, но большие капли дождя, разбивались о шлемы отчаянных игроков. Сэм хотел было помахать ему руками, подать сигнал, пока не поздно. Но, это выглядело бы глупо со стороны. И, если у него открытые глаза, он просто обязан увидеть его сам. Но, похоже не в этот раз. Капитан словно ослеп. Он скинул мяч, только что выбежавшему пареньку, у самой линии розыгрыша. А может, он обиделся. Может, он сдался? Сэм даже не смотрел на поле. Он опустил голову и лёгким бегом двинулся в защиту. Тот парень не пробежал и десяти ярдов. Его жёстко прессонули сразу с двух сторон. Потеряв равновесие, его ноги подкосились, и он покатился по сырой траве. Вот и первая травма. Все знают, что на замену выйти некому. Мужчину на носилках двое человек из команды противников, таким образом принеся свои неформальные извинения. А, ведь, нарушения не было. Остолбенев, и затаив дыхание, Алива бросила свои пушистые хрени. Неуверенно пятясь назад, слегка споткнувшись, она села обратно в кресло. Очень долго, она смотрела только на Сэма. И он, будто почувствовав это посмотрел на неё. Это был его собственный стадион на острове. Но, он не чувствовал себя героем. В детстве, он мечтал сыграть с лучшей командой. И, почему-то, всегда был уверен, что победит. Сон ли это был, а может и реальность. Остановившись на месте, в ответ девушке, он лишь пожал плечами, нисколько не оправдывая свою беспомощность. В эту секунду, Сэм был разочарован в себе больше, чем в ком-либо другом. Она с грустью опустила глаза. Игра продолжается в меньшинстве. Удачный пас вперёд. Игрок в белом поймал, боком подбегая к высоко летящему, как стрела, дугой рассекающая воздух, коричневому мячу. Он бежит без оглядки. Впереди на него мчится очередной здоровяк. Сэм заметил его и рванул пресекать того по флангу, под углом. У него получилось! Он не смог повалить атлетичного мужика, но хотя бы сбил его с курса. Вроде бы, путь свободен. Да! Десять ярдов позади. На подходе двадцать. Осталось всего несколько шагов. И, с другого фланга, мчится настоящий монстр. Парень, весом, не меньше трёхсот фунтов, вот-вот переедет его, как поезд. Увидев это, ещё до столкновения, Сэм знал, что такое закончится травмой. Дык!! Есть двадцать ярдов... Но, стоили ли они того? Самый большой чувак их команды, как и следовало ожидать, снёс бедолагу с ног, откинув за пределы поля, вдобавок, врезавшись своей головой в его голову так, что у того слетел шлем. На удивление, бедняга поднялся на ноги и потащился в сторону шлема. И, как оказалось, он прибывал в состоянии шока. Внезапно, схватившись за рёбра со стороны удара, он присел на колени. Ещё одно удаление. На таблоиде, счёт пошёл помчался в перёд. Шесть тачдаунов от Орлов и не одного от команды белых. Мяч устанавливают на отметку в тридцать пять ярдов. Разбег, и сумасшедший удар ногой. Кик офф от опытнейшего киккера, и опять у них получилось. Они уже не соревнуются. Скорее доигрывают, нежили играют. Интриги больше нет. Они делали всё, что могли. Они знали правильную стратегию, несмотря на то, что им никто не верил. Что же делать, если ты не получаешь результата за свой труд? Продолжать. Пахать ещё больше и больше, скажет каждый в игрок в команде. Никогда не сдавайся. А что, если всё-таки ты продолжаешь? Если отдал все силы и исчерпал весь потенциал, а результата по-прежнему нет? Может, в некоторых случаях не существует другого подхода, ко всему? Да, буквально ко всему, с чем ты взаимодействуешь.Что если тебе не повезло с обстановкой, местом и временем? Индивидуальным окружением. Просто так сложились карты или судьба. И, если выхода нет снаружи. Он обязательно будет внутри. Пусть намного дальше, но он будет. Яркие лучи пронзили густое небо. Внезапно, на трибунах раздались множественные крики. Там сидели оживлённые, хором ликующие тысячи людей! Погода снова стала ясной. Что происходит? Недоумевает Сэм. Сразу стало как-то неловко. Как будто бы они на главном событии супербоула. И, сейчас это вообще не кстати. С таким разносом проигрывать на глазах всех фанатов. Где же Алива? Где-то смешалась с толпой. Нет времени на раздумья. Начинается четвёртый период. Последняя пятнадцати минутка. И всё, что сейчас хочет команда новичков - не проиграть со столь жёстким отрывом, как никчёмная школьная сборная. В первые же пару минут, они уже пропустили очередное продвижение. Какой-то парень закричал на Сэма, а тот показывает пальцем на другого, доказывая, мол тот совершил ошибку. Он даже не устал. Он просто не мог. Они все не могли. Не знали теперь, какой подход сможет остановить этих тиранов. Возле выхода под трибуны, с громким свистом разлетелись салюты. Из раздевалки выбегает человек в белой форме. Это же Алива. Хрупкая женщина на ходу одевает на голову большой шлем. Она выбегает на поле. Команда соперников не сдержались от смеха. Капитан подошёл к Сэму и нахмурился, возмущённо покачивая головой. Тот, не зная, что ответить, пошёл на построение. Всей команде было стыдно, что за них вышла играть беспомощная девушка. Но, у них нет ни одного запасного. Хуже уже некуда. Умирать, так с музыкой. Полным посмешищем. Последняя раздача соперника прошла неудачно. Орлы не продвинули мяч, и теперь Сэм снова загорелся возможным успехом. Он открылся, выбежав в лучшую позицию, и квотербек отдал мяч ему. Неужели! Теперь это реальный шанс. Со всех ног, парень стартует с места. Но ему предстоял совсем не такой лёгкий путь, как казалось изначально. Есть тридцать ярдов! Он продолжает перебирать ногами, без оглядки, немного смещаясь волной, в любой момент ожидая захвата со спины. Крутя головой из стороны в сторону, он услышал восторженный рёв болельщиков. Они поддерживали его. Верили до последнего. Спереди на него несётся соперник. Сэм уходит в бок, но тот быстро перестраивается и тоже меняет траекторию. Захват за руку... Сэм перехватил мяч под мышку и крутнулся вокруг своей оси. Двадцать ярдов! Сбоку подсекает другой игрок ии-и... При столкновении он потерял равновесие! Сэм, еле устояв на ногах, и тут же вновь ускоряется. Будто ничего и не было. Десять ярдов! Что творит этот парень. Трибуны взорвались, обезумев от происходящего. К нему подбегает Алива, чтобы принять эстафету на последнем рубеже, измотавшегося парня. Только она вытянула свои руки забежав назад, и соперник сносит её, как пушинку. Она вперёд мяча, кубарем улетела за линию тачдауна. Сэм добежал до конца. Он увернулся в очередной раз и остановился, продолжая идти пешком. Соперники уже было смерились с первой и единственной неудачей. Сняв шлем, защитник яростно бросил его в землю. - Вы только посмотрите!! - Вопят изумлённые комментаторы. Парень деловито входит в очковую зону, и без интереса опускает мяч через плечо. Тачдаун! Нет... Не было. Мяч падает прямо перед линией. Что происходит?! Игроки белых схватились за головы. Сэм даже не оглядывался назад. Он подошёл, к лежащей, облокотившейся девушке и подал ей руку. Она быстро поднялась. Как и все, в недоумении, смотря в лицо парня, пытаясь что-то понять. Он взял её за вторую руку и просто улыбнулся. Она ответила взаимно. Затем, они начали кружиться и трибуны как-то утихли. А может, они просто не замечали их, как и всех игроков. Девушка начала смеяться. Всё громче и громче, уже взахлёб. Они прикоснулись своими касками, взявшись за плечи, и счастливо смотрели друг другу в глаза. Они не хотели целоваться. Не хотели делать что-то ещё. Им было достаточно прикосновений. Достаточно видеть и слышать. Просто находиться рядом. Солнце уже заходит за горизонт. В розовом закате, незаметно, они уезжали от сюда. Просто ехали на машине, с опущенной крышей. Неважно куда. Тёплый морской ветер сильно обдувал их спереди. Девушка привстала с распростёртыми руками, закрыв глаза и приподняв голову. Сэм слегка толкнул её, и она вздрогнула. В ответ, шутя, ударила по его плечу ладонью. Он схватил её за талию и подтянул, прижав к себе. Одним глазом, подглядывая на ровную совершенно свободную дорогу. Они просто прикоснулись губами. Этот особенный момент, был экстремальным и одновременно умиротворённым. Хотелось, чтоб время навсегда замерло на месте. Чтоб все их фантазии оставались невинными и чистыми. Спокойствие. Нирвана. Это не вечность. В какой-то миг это прекратится. И в округе всё померкло. Осталась лишь одна дорога, среди пустынной серой глади. Холодает. Странный металлический запах развеялся в воздухе. Это огромные автомобили несутся на встречу друг другу. В одном сидела Алива, а в другом Сэм. Они ехали по застывшей грязи Титана. И вот-вот врежутся друг в друга. Остались считанные мгновения, кто же отвернёт первый? На полном ходу, они пролетели насквозь! Будто тени. Неосязаемые, яркие тени. Рядом с ними, на полном ходу так же ехали два похожих агрегата. Они, не успели соприкоснуться, и с силой врезались в воздух. Так, что их смяло, в груду железа. Это настоящее чудо. Всё происходит наоборот, но никого это не удивляет. Этот аттракцион позволяет потерять связь с реальностью. Окунуться в детство, и воплотить любые фантазии на стадионе 'Мандра'. Они выгрузились из виртуальной реальности, и расстегнули ремни. На самом деле, они сидели за рулём обычных автомобилей, но всё на той же чёрной глади. Оказывается, все фокусы происходят в программе, транслирующей изображение в зрительный отдел головной мозга. Отчасти, создавая картинку сюрреализма, этот современный парк развлечений, мечта для каждого гонщика. Здесь не ставят двойки, и не убеждают в бездарности. Этот симулированный мир нельзя заучить. Его можно только понять. Здесь нельзя полагаться на инстинкты, и только игра диктует правила. Оставив здесь одни из лучших впечатлений, мы не останавливались сходить друг от друга с ума. Яркие, разноцветные огни ночного клуба ослепляли своими бликами. Алива зажмурилась, подняв голову к верху. Её чёрные, длинные ресницы и необычный, броский макияж, заметны даже в темноте. Вокруг странно танцевали люди. Они еле двигали своим телом, под довольно приятную, спокойную электронную музыку, будто их хорошенько вштырило от чего-то нехорошего. К лицу Аливы тянется рука. На ней не было ни колец, ни чего-то другого. Ровные, длинные пальцы, гладкая кожа и слегка выступающие вены. Это рука Сэма. Он положил ладонь на правую щёку девушки. И медленными движениями, начал водить по лицу. Её макияж сильно размазывался, как будто по лицу водят влажной салфеткой. Алива тянула свою руку к Сэму. Она держала флакончик с помадой. Медленно нанося её на губы Сэма. Они становились более выраженными, бордовыми, с еле заметными, белыми и голубыми блесками. Сэм рисует кистью серую щетину на её подбородке. Она быстро водит из стороны в сторону толстым карандашом, наводя тени на его лице. Их обоих обнял неизвестный молодой человек. Он улыбался и смотрел то на Аливу, то на Сэма. Его внешний вид заставил бы давление подскочить у пердунов консерваторов и вызвал бы восторг у европейских Кончит. На голове, странного человека, непонятного пола, одета тёмно-синяя мусульманская шапочка, с выступающим, блестящим полумесяцем и звездой. Широкие очки с полупрозрачной, разноцветной оправой, усыпанной стразами. На шее висит толстая золотая цепь. К ней прикреплён красивый, плоский золотой крест, дюйма три в длину. Яркий макияж, с блесками возле глаз и качественной подводкой. Длинные, белые, немного вьющиеся волосы, уложены в красивую причёску. Они широко тянулись до плеч, затем сплетались розовым бантом в толстую, короткую косу, которая лежала спереди, на одном плече. Лёгкая, тёмно-синяя, под цвет шапочки, узкая куртка, с застёгнутой молнией. Из-под неё немного торчал гладкий, подтянутый, белый мокрый живот. На одной руке, возле правого плеча, у него одета красная повязка, с изображением фашисткой свастики. На другой руке - белый символ Джузип корпорации. На правой части груди - георгиевская ленточка. Короткая, голубая, широкая юбка со складками. Тёмно-синие, в цвет куртки, обтягивающие штаны из латекса сильно утягивали его, без того тощие ножки. Яркие, экранизированные кроссовки светились, как два фонаря. Один полностью окрашен в цвет флага США, второй, в цвет Северной Кореи. Они состояли из какого-то вязкого, текучего вещества. По всей поверхности обуви, вылезали длинные, гнущиеся штуки, похожие на пальцы. Они ползли по его ногам, трансформируясь уже в высокие, не менее яркие сапоги, или что-то похожее на них. Сливаясь с ногами, странное вещество дополняло их выпуклыми узорами. И всё же это был мужчина, причём довольно молодой. Он имел слишком широкие плечи и узкий таз, что не очень вписывается для девушки с такой комплекцией. Хотя бёдра, выделялись, как женские. Но скорее, это были накладки или утяжка. Может, это мираж, произвольно дорисовывающийся картины. Наконец, он отпустил руки с их шей. Взяв Сэма за ладонь, он что-то прошептал ему на ухо. Потом он ухватил его за вторую руку и потянул танцевать. Алива осторожно стянула его руку, и сама крепко обхватила ладонь Сэма. Она тянула его в свою сторону, неизвестный чудак, тянул его в свою. Сэм не мог определиться, к кому он пойдёт. Не сопротивляясь, он просто доверил им всего себя. Повернувшись лицом к Сэму, крепко опиравшись ногами, Алива дёрнула его рывком. Неизвестный трансвестит распался на голубые циферки. Его тело, как маленькие снежинки из нолей и единиц, беспорядочно, плавно кружащих и опускающихся вниз. Огни исчезли. В тёмном помещении, будто включили свет. Сэм и Алива упали вниз. Они улетели в какой-то белый, монотонно, всюду подсвечивающийся сам по себе, странный мир. Вместе, они упали на бесконечную, складчатую поверхность красного, шёлкового одеяла. Сначала оно глубоко провалилось, а потом подкинуло их обратно вверх. С радостными лицами, молодые люди прыгали словно на батуте. Они снова выглядели естественным образом. Медленно подлетая вверх, Сэм начал крутить заднее сальто. Он под наклоном приземлился уже не на красную, а на голубую волнистую, поверхность. Под его ногами была доска для сёрфинга. Он катился по огромной волне океана, с лёгкостью удерживая равновесие. Алива скатывалась рядом. Когда над ними вырос большой гребень, Сэм свернул на него и подпрыгнул, сильно подогнув ноги. Он скрутил боковое сальто и продолжил ехать вперёд. Наконец, гребень обрушился вниз. Он, как водяной язык, полностью укрыл их под собой. Круглый, синий коридор, налился всеми цветами радуги. Они больше не катились вниз. Пара крутилась в этом странном коридоре, как белки в колесе. Коридоров стало много. Вверху, внизу и по бокам. Они цепляли друг друга, как шестерни, как множество больших колёс. Алива крутила велосипедные педали. Она сидела за рулём высокого, непонятного велосипеда. Колёса которого состояли из множества разноцветных, крутящихся в разные стороны, кругов. Она стояла на месте. Мимо неё, на такой же штуке проехал Сэм. Он крутил педали не вперёд, а в разные направления. Сначала вперёд, потом назад. Его колёса - это будто забавный ребус, для решения которого нужно крутить педали так, чтобы множество не зависимых друг от друга валов, находящихся внутри, вошли в зацепление. Так и не поняв, как двигаться, она осержено спрыгнула с этого механизма. Сэм схватил её за руку. Они снова находились в тропическом лесу. Подняв девушку обратно на дерево, Сэм поцеловал её. Алива не спешно сняла оранжевый купальник и полу плетёные трусики, бросив их на большой, с толстыми и широкими листьями, куст. Они начали страстно сношаться, несмотря на неудобную позу. Упиравшись коленом на одну ветку, в противоположный бок, Алива закинула ногу на другую. Прижавшись спиной, к зелёному, обросшему мхом, стволу дерева, она обхватила его через низ, задрав руки назад. Сэм медленно проникал в неё, сильно давя руками, он гладил её тело лёгкими прикосновениями. Алива перехватила инициативу, начав подпрыгивать, постепенно ускоряясь. Её, на половину закрытые глаза, закатывались вверх. Она очень глубоко дышала и время от времени, медленно опрокидывала голову назад. Стало слышно шлепки, мокрых, ударяющихся ягодиц. Смотря на ничего не понимающую обезьяну, что сидела вверху, Алива продолжала наслаждаться. Нисколько её не смущаясь, она прикусывала нижнюю губу, и слегка, морщила глаза. Видимо зверю это не понравилось. Обезьяна отломила маленькую ветку и бросила в неё. Алива, быстро подняла руку прикрыв лицо. Затем, только усерднее продолжила, издавая громкие выдохи. Тогда обезьянка, от куда-то, взяла большой камень и снова кинула в них. Они продолжали голышом возиться в траве, в шутку отрабатывая приёмы борьбы бразильского Джиу Джитсу. Алива схватила его на треугольник, однако, тот поднял её вверх, загнул ногу, под тело и начал давить в сверху. На удивление, гибкая девушка не отпустила ноги от его шеи. Тогда, Сэм провернул свою зажатую руку и снова оторвал Аливу от земли. Она по-прежнему висела на нём. Тогда он просунул два пальца в её влагалище. Алива закричала, но не отпустилась. Торопливо, он уже делает куни, и она засмеялась. Быстро упав на землю, она пнула его в грудь обоими ногами, слегка откинув от себя. На улице быстро потемнело. В небе проступили яркие звёзды. Держась за руки, они бежали по высокой, сырой траве. Слегка заморосил дождь. Он промочил их одежду на сквозь. Их путь резко преградило болото. Алива не удержалась на ногах, нечаянно прыгнув в мутную воду. Оттуда всплыла огромная, грифовая черепаха. Девушка наступила прямо на её панцирь. Сделав ещё шаг вперёд, из лужи всплыла другая черепаха, снова не позволив ей наступить в воду. Наконец, она перебралась на другой берег. Маленький дождь, превратился в сильный ливень. На улице очень тепло и безветренно. Она стояла словно под душем. Сэм вышел к ней, будто из водопада. Алива возбуждённо стала целовать его в засос. Её затвердевшие соки сильно выпирали из полупрозрачной, сырой майки. Потом она попыталась снять свою одежду. Но, почему-то не могла прикоснуться к своему телу. Тогда она агрессивно стала кусать Сэма за губы. Девушка, что есть сил, впивалась в него своими короткими ногтями. Сэм пытался оторвать её от себя, но она не позволяла ему сделать это. Она начала рвать одежду на нём. Сэм попытался, нормально снять свою влажную, бирюзовую рубашку. Тем, самым помочь, одичавшей девушке. Однако, его руки, тоже проходили сквозь одежды и всего тела. Он мог дотронуться только до неё. Она могла дотронуться только до него. По началу, Сэму казалось это забавным, но вдруг, он понял, что чувствует, свою шею, там же, где прикасается к Аливе. Он посмотрел на её лицо. Оно слегка засветилось белым цветом. Глаза перестали моргать. Вся мимика, куда-то незаметно исчезла. Он увидел длинный, тонкий нож, в её руке, и сразу оттолкнул её от себя, что есть сил. Её тело отлетело в даль, но руки остались на месте. Они разматывались, как клубок длинных верёвок. Создавая волнистые извилины, руки, как и всё тело, летящее во тьме, начали светиться белым. Это выглядит совсем не забавно. Поистине пугающе. Зелёный туман в дали, образовывал мутную узкую голову, с сильно выпирающей челюстью. Вокруг головы были красные и синие полосы. Они быстро рябили, словно помехи в экране телевизора. Эти помехи, к тому же, сопровождались шипением, прерывистыми гудками и другими беспорядочными звуками. Глядя на эти, то переливающиеся, то резко моргающие картинки, уставали глаза и кружилась голова. Руки Аливы, держащие Сэма, больше не принадлежали ей. Они тянулись, куда-то вниз, и пропадали в бесконечности. Она стояла перед ним, на невидимой поверхности. Её было трудно разглядеть. Она рябила вместе с окружающими, быстродвижущимися пятнами и полосами, словно сама стала частью этих помех. Было видно, что её руки подняты вверх. Наконец, она на мгновение остановилась. Девушка совершенно не походила на сому себя. Её улыбка, с широко открытым ртом, наводила ужас. Рот был полон зубов. Они, как у кита, скорее, даже, как у мультяшного персонажа, это сросшиеся перегородки между верхней и нижней челюстями. Глаза будто анимэшные. Они стали, какие-то полукруглые и немного шире. Возможно, это из-за широкой улыбки. Её щёки, так сильно приподнялись вверх, что изменили свою форму и форму глаз. Противные звуки, сменились монотонной, такой же отвратительной музыкой. Алива по переменно, быстро выбрасывала руки вверх. Подняв одну, она отпускала вторую, сжимая её в локте, и прижимая к телу, при этом вытягивая указательные пальцы, обоих, сжатых в кулак, рук. Это походило на танец. На очень мерзкий танец. Не естественно быстро, она виляла своим телом из стороны в сторону. Словно у неё не было костей. Тело скорее искривлялось, или тянулось, как резиновое. Сэм попытался отвернуться от неё. Она шаг за шагом, неуклюже продвигалась к нему. Её ноги вытягивались сильно вперёд. Как ступеньки, они образовывали изогнутые кривые. Тоже самое, произошло с телом. Сэму, почему-то не хотелось на это смотреть, но любопытство взяло над ним вверх. Он обернулся, к искажённому силуэту девушки. Контуры её тела уже напоминали пружину. С одной стороны, острые углы начали быстро двигаться. Продолжая постепенно вытягиваться. Это был уже не человек. Теперь это была книга. Книга, которая сама быстро листалась. Листы книги начали мяться. Они не рвались, но сильно комкались. Затем книга вытянулась в длину. Её шуршащие страницы создавали множество ярких бликов. Шорох перешёл в журчание. Большая струя книжных страниц, оказалась падающей, желтоватой жидкостью. Она текла из картонной коробки, которую Сэм держал на вытянутую руку, над своим лицом. Он широко открыл рот и утолял жажду, столь вкусным напитком. Но почему-то он вообще не глотал. Оказалось, что жидкость течёт не из коробки в рот, а наоборот. Когда струя прервалась, она поднялась с низу вверх. Сэм выкинул, бутылку, но та увеличилась в размере и поглотила его. Розоваты, мягкие стенки, со всех сторон, плотно прилегли к его телу. Он пытался вылезти из этой странной, скользкой хрени. Как только он делал какое-то движение, стенки сжимались намного сильнее. Они не просто обездвиживали его. Они сковывали его дыхание. Наконец, он увидел чёрный просвет и что есть сил, пополз к нему. Выход оказался слишком узок. Он затылком вдавил большую кочку, что выпирала над его головой. Его сдавило так сильно, что он вылетел наружу, как пробка. Языки лизали всё тело девушки. Их настолько много, что она даже не видела, кому они принадлежат. Успевая только закрывать лицо руками, она громко кричала, в надежде на помощь. Сэм разматывал эти языки. Они принадлежали, как людям, так и разным животным, в особенности, кошкам, собакам и лошадям. Когда он всё же достал девушку, она сама начала лизать его. Сначала по лицу, затем всё ниже и ниже. К ней подключились другие языки. Сэм оттягивал её от себя, но красные, тёплые мясистые ткани, как пружины тянули его обратно. Лицо Аливы обрело очертания маски и вновь засветилось белым светом. Они бились лбами друг о друга. Всё быстрее. Всё сильнее. Девушка стала смеяться, но её рот оставался закрытым. Парень начал паниковать. Она держала его одной рукой за шею, а другую положила на живот Сэму. Её вторая рука оказалась такой холодной, словно ледяная. Сумасшедший смех, стал менее разборчив. Не понятно, толи она рыдала, толи продолжала смеяться. Её язык просто болтался. От резких движений, он развивался во все стороны, как плоская ленточка. Сэм попытался сдёрнуть её руку, но, он не может оказать на неё давления. Он может только прикоснуться к ней. Оказывая сильное давление, его рука проходит насквозь руки девушки. Всё ещё продолжая биться головами, из которых уже струилась кровь, ощущалась не сильная боль. Алива вонзила в него свою руку. Пальцами, она расковыряла плоть и углубилась по кисть в его живот. Сэм сдёрнул с неё одежду. Её морщинистая, заострённая грудь была в форме свисающих конусов, с огромными, взбухшими сосками. Она начала выгребать все внутренности из его живота. От безысходности, Сэм стал делать тоже самое с ней. Он пронзил её тело своей рукой и вытянул весь кишечник. Она громко издавала звуки оргазма. Потом её вопли перешли в ужасный визг. Подогнув руки, словно парализованная, она стала трясти пальцами, прямо перед лицом Сэма. Изо рта пошла пена. Выставив блестящие глаза и полорото открыв рот, она словно пыталась взбесить и убить его одновременно. Внешне, её лицо всё ещё оставалась собой. Несмотря на это, Сэм испытывал к ней худшее отвращение в своей жизни. Он уже был готов умереть, лишь бы больше не видеть её. Достав свою руку из её живота, по носу ударил жуткий, говённый запах. Он словно окунул руку в канализацию. Не принуждённо, он начал блевать. Альва стала рыгать. Она просунула одну руку, к себе в живот и достала большую, коричневую, густую лепёшку. Трясущейся рукой, она поднесла её к голове и быстро начала лизать языком. Он дёргался также быстро, словно парализованный. Потом, просто запихала всё говно в рот. Половина размазалась по её лицу. Она слизывала говно и с его руки. Её волосы стали очень редкими. Такими редкими, что отчётливо виднелся затылок. Сэм начал запинывать её ногами. Сзади, на его плечо навалилась чья-то голова. Он испугался быстрого, как у голодной собаки, дыхания. Это была ещё одна Алива. Она шевелила ноздрями. На противном лице совершенно не было губ, она нахмурившись, что есть мочи смотрела вниз, как Сэм пинал другую страхилатину. Будто, ей этого хочется ещё больше. Тогда парень переключился на неё. Сперва он врезал ей локтем. Затем быстро продолжил кулаками. Мерзкие твари, окружили его со всех сторон. Они повалили отчаявшегося парня и начали насиловать. Полу лысые женщины с морщинистыми, и глупыми мордами, глупыми выражениями лица и кривыми телами, воняли одна хуже другой. Они пытались сделать ему хорошо, при этом понимали, что они противные и мерзотные. Они понимали, что доставляют ему дискомфорт и с виноватыми рожами, продолжали делать своё, в надежде, что дальше ему понравится. В какой-то момент, у Сэма переклинило в голове. Он мог продолжать избиение, но почему-то остановился. Его накрыла жалость. Он терпел. Он делал это впервые. Сэм никогда не терпел. Он всегда находил выход. Но сейчас, тот редкий случай, когда терпение оказалось лучшим выходом. Он смотрел на происходящее, как на случившиеся факты. Он не сопоставлял себя вообще ни с чем. Он просто был. Просто чувствовал. Окружающие девушки заметили это. Им это не понравилось. Отойдя в сторону, все они распрямились, в ровные, большие бумажные листы, с непонятными надписями. Они плавно улетали вдаль. Оказалось, что все девушки, были просто скомканной бумагой, которая разворачивалась и собиралась в одну, целую книгу. Когда все листы были на месте, книга громко захлопнулась. Темнота постепенно заполнялась красками. Она словно заливалась маленькими ручейками. Сзади Сэм продолжал чувствовать прикосновения. Они были довольно приятными и едва заметными. Оттуда донёсся чудесный запах. Это были не духи. Запах женственности и обаяния, от которого закрывались глаза, и расслаблялось всё тело. Ему хотелось дышать им вечно. В нижней лаборатории уже никого не было. Все разошлись. Сегодняшний план выполнен. Но все экраны ярко светились: на столах, на стенах и просто в воздухе. Они показывали в основном текстовую, информацию. В самом центре, Алива заметила сидящего за столом, единственного человека. Она подошла к стулу, с невысокой, широкой спинкой, на котором сидел Сэм, боком уткнувшись головой в стол. Сначала, девушка долго смотрела в его экран, пытаясь, что-то понять. Он заметил её, и, не подавая виду, слегка постукивал кистью, сжатой руки, себе по затылку. Заметив, что Сэм измотан, она начала делать ему массаж. Слегка втыкая пальцы в плечи, и щепая кожу, она, молча, продолжала осматривать его спину, время от времени бросая взгляд на лицо. Затем Алива совершала медленные, круговые поглаживания, нижними частями ладоней. Она сама получала удовольствие, делая ему приятно. Сэм не спеша повернулся назад: - И сколько ты здесь стоишь? - Недавно, - она продолжает гладить. - Я приготовила стейк. Тебе принести? - С чего ты решила это сделать? - Просто, соскучилась по готовке. Я, наверное, лет пять не готовила мясо. И года два не ела его. - Не надо. - Сэм встал со стула и обнял её одной рукой за талию. - Я не хочу тебя расстраивать. Но, мне некогда. - Он взялся ладонями за её узкие плечи. - Ты веган? Ниразу не видела, чтоб ты ел мясо. Он глубоко вздохнул, глядя ей в глаза: - Какой ещё веган? Нет. - Сэм опустился от Аливы и пошёл вдоль компьютеров, снимая свой браслет с руки. - Видишь эту штуку. - Он показал заднюю часть гаджета, ту, что прислоняется к руке. - Мне не нужна еда. Это и есть моя пища. Да, звучит очень странно. Я привык к этой штуковине, и теперь мой организм адаптировался к искусственному, капиллярному введению питательных веществ. Даже когда я ем фрукты или овощи, организм их уже с трудом их переваривает. Поэтому не удивляйся, что я ем вместе с тобой диетическую еду и то, за редким исключением. Кушать мясо сейчас для меня, наверное, очень рискованно. - Почему эту технологию не используют другие, например, твой брат, Макс, Джаред, тот же Купилаба? Ты что ли скрываешь это от всех? - Нет, конечно. Они давно в курсе. Просто эта хрень далеко не подарок. Поверь, питаться через браслет, не лучше, чем традиционным способом. Скорее, это нестандартно. Проблема в том, что она создаёт скопления подающегося нано материала. Те, в свою очередь расширяются. Это что-то вроде облучения. В итоге, за пару месяцев, возникают злокачественные раковые опухоли. Понятно, что я давно бы конягу двинул. Поэтому, мне приходится проходить специальное облучение, в моём инкубаторе, пару раз в неделю. Ну, всё же эффективней, чем каждые три часа закидывать в себя мясо и растительность, как глупое животное. Везде есть свои побочки. Хрень рискованная. Ещё сильно нуждается в доработке. Я даже не знаю, с чем это сравнить. В общем, мой организм сломается, если его вовремя не обслужить. Алива дослушала с грустным выражением лица и ушла в гостиную. Сэм ещё поработал пару минут, на другом мониторе, огромного изображения и пришёл к ней. Воткнув вилку, Алива разрезала ножом маленький кусочек мяса, в чистом, белом блюде. Увидев Сэма, она, молча, продолжала сидеть за столом. Он подошёл к ней и, пододвинув соседний, стул сел рядом. Обняв девушку одной рукой, Сэм внимательно смотрел, как она ест. - Мне неприятно, - сказала она, снимая с себя его руку. - Зачем ты смотришь? Неужели интересно? Ты так воспринимаешь меня животным. - И что? Разве это плохо? - Это унизительно... Хотя, знаешь. - Она с трудом пережёвывает горячий кусочек. - Я всего лишь человек. И мне не то чтобы хочется быть естественной. Мне просто хочется быть похожей на тебя... Но, как оказывается, ты уже не человек. Даже наполовину. Я сижу в твоей чёртовой лаборатории, чтобы найти максимальную связь между нами. Я готова сделать всё возможное, чтобы найти больше общих интересов. Похоже, что секс, будет единственным, что нас по-настоящему, искренне объединяет. - В некоторые моменты, её голова слегка тряслась. Временами, у неё прослеживается нервный тик. - Ошибаешься. Я действительно ценю тебя как личность. Порой, больше, чем себя самого. Пусть ты не всегда являешься главным в моей жизни. Твои интересы стали частью моих интересов. Ты занимаешь во мне больше места, чем какая-либо другая женщина, в сердцах других мужчин. Может, это выглядит как абсурд. Но с моей не человечностью, я способен видеть то, чего не видят самые человечные. И я и ты, далеко за гранью не только животных инстинктов. Мы открыли горизонты несуществующей любви. Благодаря правильным расчётам, и сложному восприятия мира, мы получаем всё новые и новые чувства. При этом старые чувства лишь усиливаются. - Милана доела и продолжала смотреть ему в лицо. По её щеке скатилась слеза. Сэм осторожно вытер её. - Мы стремимся к совершенству, не совпадающему с нашими идеалами. Будь тем, кто ты есть, и ты всегда будешь нужна мне. Если осознать это сейчас, жить будет намного легче. Нам не нужна вечная молодость и вечная жизнь. Мы станем сухими. Мы разучимся страдать и наслаждаться.


## Важная встреча


'Да' Ричард Брансон

Из воспоминаний Сэма Велторса Меня зовут Сэм Велторс. Наверное, вы уже слышали обо мне. Как-никак я здесь в одной из главных ролей. Что ж, и вы всё ещё не знаете, с чего всё начиналось. Что было до прихода Джузип со мной и с другими энтузиастами. Эта история не стоит подробностей. Ну раз уж я начал... Ещё в школе, в старших классах я мечтал стать инженером. Хотя нет. Инженером я мечтал стать с детства, а в старших классах предпринял первые попытки осуществить свои мечты. И мечты мои были довольно простые. Я хотел сделать летающие машины, как в фильмах. Ну, или летающие тарелки. Чтобы у них не было крыльев. Не было крутящихся винтов и ничего, что связано с авиацией. Я перечитал все исследования и эксперименты в этой области. Но не нашёл ничего путного. Даже забавные экземпляры летающих игрушечных дисков, как-то по-хитрому загребали под себя воздух и разряжали его над собой. Меня не интересовали перепады давления и воздушные потоки. Я хотел поднимать объект с помощью магнитного поля. Но, на тот момент это было только в фильмах. Надо мной бы смеялись все знакомые, если бы я рассказал им над чем работаю. Нет, я не был изгоем своего общества. Но я не был тем, кем являюсь на самом деле. Перед всеми людьми, я надевал маску. Прикидывался обычным пареньком, с обычными мечтами. Так было проще. Я не нуждался в помощи. Ведь я знал, что мне никто в мире её не окажет, даже если сильно захочет. И тогда я начал конструировать свой первый двигатель. Я делал всё исключительно на чертежах. Даже в то время, я был не настолько тупой. И не видел необходимости в набирающих популярность бессмысленных экспериментах, когда расчёты явно указывают на отрицательный результат. Этот мир я начал познавать издалека. В начальных классах, я фанател от астрономии. В средних классах, я увлёкся физикой. В старших классах, я углубился в физику и химию. И только по окончанию школы, плавно переходил в математику. И только после школы, я плотно занялся программированием. В 19 лет моя жизнь перевернулась с ног на голову. К этому времени, у меня были уже сотни разработок и тысячи идей. Я начал осознавать функцию универсального кодирования. Только после того, как я собрал тэтраэдральную схему условных магнитных потоков, я понял, что на практике применил равенство p и np алгоритмов. Но это не было каким-то потрясением. Я мог оптимизировать решение всё больше и больше. Словно, огромный камень дробил на мелкие песчинки, магнитные потоки всё больше получали условий. Наконец, я смог направить их в любом направлении, с любой силой. Но радости на этом закончились. После столь грандиозного открытия, я начал искать инвесторов для сборки этого двигателя и выпуска его в массовое производство, параллельно конструируя свой первый летающий корабль. И, кстати, я ещё учился в колледже. Вернее, числился там. Из-за упрямых, стереотипных родителей. Реально же, я совсем туда не ходил и не сдал не одной сессии. Они ругали меня за это, но я не обижался на них. Я хорошо осознавал, что между нашими поколениями слишком огромный разрыв в модели общественного поведения. В эпоху глобализации стёрлись все границы в достижении любых целей. Любую информацию, даже самую секретную, можно получить в интернете. Другое дело, что не любой её там найдёт. Они не понимали, как можно одному разработать какое-то приложение, лёжа у себя на кровати и заработать миллионы долларов. Они думали, что на это способны лишь настоящие гении, избранные. Или просто люди, которым повезло. От части, они правы. Чтобы самостоятельно добиться высот на IT площадках, в условиях огромных бизнес монополий, необходимо, либо быть оригинальным художником, артистом, либо не стандартно мыслящим гением, либо целеустремлённо ждать, когда тебе повезёт. Слава богу, меня не постигли последствия юношеского максимализма. Боюсь даже представить, что было, если бы я не попал в Дузип. Мне бы пришлось отчислится из колледжа и, наверное, поссориться с родителями. Пришлось бы искать работу. А это дополнительные трудности и огромная трата времени. Мой брат Глэйсон, тоже не горел желанием учиться. Ну, он хотя бы посещал университет. А вообще, братишка не жаждал быть высокого полёта птицей. Ему лишь бы хватало на жизнь. Он готов был взяться за любую работу, если хорошо заплатят. И, в отличие от меня не мало поднял, на разного рода подработках, по тем меркам. Он был дальнобойщиком, ремонтировал старую технику. У него в кармане всегда была пара сотен долларов, и он успешно клеил разных девчонок. Мне было не до этого. Прежде, чем я получил уведомление судьбы, я успел запатентовать свой магнитный двигатель. Разместил свой проект на 'кик стартере' и ждал инвесторов. Одновременно, шерстил весь интернет, в поисках подобных проектов. Ни чтобы выявить конкурентов, а, чтобы понять, действительно ли я единственный в мире, кто применил технологию универсального кодирования. Я так ничего и не нашёл, хотя подобные проекты существовали. Просто они преследовали другие цели, и по-другому сформулированы. Цзума, Кенни, Макс, Джаред. Сразу несколько гениев, независимо друг от друга, в разных точках мира, работали над одним и тем же. Все они были в деле. Кто-то ждал момента, а кто-то продолжал двигаться в одиночку. Однажды, появился странный сайт. Его особо не пиарили, но в кругу айтишников, он вызывал бурю эмоций. Там предлагались бешенные гонорары всем, кто просто пройдёт тестирование. Один миллион долларов. И все искали подвох. Может, он был в том, что на некоторые вопросы не было вариантов ответа. Однако, когда я решил глянуть тест, я был поражён. Первые вопросы были простые. От того, как я понимаю этот мир, до личных социальных и политических взглядов. Но каждые последующие всё больше уходили в фундаментальную математику, вплоть до универсального кодирования! Это не походило не на один опрос, что мне приходилось проходить. В одном из последних вопросов, нужно было набрать необходимое количество баллов, иначе доступ к нему закрыт. И этот вопрос звучал, что-то вроде: 'Как вы относитесь к инопланетным цивилизациям, и готовы ли вы с ними сотрудничать?' Я так и не знаю, сколько баллов я набрал, но, судя по всему немало. Интересный факт. Даже после вступления в Джузип, я так и не получил предложений от инвесторов. Более того. Даже после создания Констант и организации собственных производств, люди до сих пор не верили, в то, что это происходит на самом деле. Не один смельчак не вложил в нас не цента, до тех пор, пока мы сами не захватили весь рынок. Да так быстро, что и моргнуть никто не успел. Ведущие автопроизводители даже не знали, что где-то в Гонконге, уже делают летающие тарелки на вечном двигателе. А Интел продолжали клепать свои бесполезные процессоры, когда в продажу вышел Джузип гаджет. Они обанкротились в мгновение ока, похоже, до конца не осознавая того. Благо, мы осознали тёмную сторону данной ситуации. Вернее, осознали это инвесторы. Они сами предложили нам ограничить продукцию и не поднимать цены. По сути, рынок уже принадлежал нам. Одним щелчком пальцев, мы могли разорить кого угодно. Наконец, я ощутил свободу. Ведь все мои идеи оказались придуманы не зря. И теперь, я смогу воплотить в жизнь всё, о чём мечтал. Электричество, электричество, электричество. Весь мир - это электричество. Люди, воздух, земля. Я видел его везде и всюду. Но долго не мог понять самых основ. До тех пор, пока ребята не объяснили мне это по-своему. Например, я никак не мог представить, почему ток, текущий при определённом напряжении, мог удерживать или добавлять большие потоки в резисторах, с помощью лишь одного изменения. И, вроде Хи Гу Лим сказал мне, что на самом деле, потоки просто меняются направлением, как раз таки вносимым данным изменением. То есть вся энергия, связанная с вычислительным механизмом, всегда имеет одинаковое количество разнонаправленных потоков не только в источнике, но и во всём остальном, как неразрывном целом. Выходит, что при изменении потоков, фактически, полюса не меняются. Они меняются относительно содержания конкретных направлений. Казалось бы, банальная истина, но все книги это просто игнорируют. А весь этот шлак с работой транзисторов и перетекания зарядов управляющих электронов в пнп и нпн ячейках - полный бред. Забавно, что люди смогли построить столь сложные электрические схемы, так правильно и не поняв их работу. За какое-то мгновение, получив огромные деньги и мировую власть, я только больше отдалился от реальности. И погрузился в себя. Может, я не понимал той ответственности, что возложили на меня. В прочем, не я один вёл себя подобным образом. Макс, например, мистер всезнайка. С детства был гиперактивным вундеркиндом. Ещё в школе он вызубрил все тонкости платформы .net framework и строчил на низкоуровневом Ассемблере. Он первый из нас протестировал элементарную ПО с генерируемой оптимизацией, на стандартном процессоре. Однако, в математике, он был не моего уровня. И я не хвастаюсь! Каждый раз, как мы беседовали, с искренней радостью, мы делились всем, что знаем. Все мы впервые встретили себе подобных. И мы были первыми людьми, которые попытались друг друга понять. Уже при первой встрече, я знал о таких фундаментальных вещах, как отрицательный ноль. И то, что любое движение - это расхождение векторных рядов трёхмерной матрицы, как в прямом, так и в обратном направлении, в зависимости, от точки отсчёта. Другими словами, я уже знал форму многообразия и то, что она одновременно делится на фиксированное конечное и не фиксированное бесконечное состояние. Даже Цзума до этого не дошёл, хотя, почему-то именно его в Джузип изначально назначили самым ответственным. Он на английском-то, еле говорил. Может поэтому, он так туго соображал. Легко озвучивать свои идеи, а вот понять что-то, уже не так просто. Не редко приходилось ломать голову, на долгое время закрываясь от всех. И всего через пару недель знакомства, мне казалось, что я знаю их целую вечность. Мы слетали на другую планету, и получили от них предложение о сотрудничестве. Некоторое время, они следили за нами, прежде, чем дать в пользование свои технологии. По их прототипам, нам было легче изготавливать собственные продукты, ориентированные на нашу планету. Всего через три года, всё кардинально поменялось. Началась большая война США с ближним востоком. И, по началу, это не сказывалось на нас. Однако, было очевидно, что в ближайшие годы, перспектив развития человечества особо ждать не придётся. Покупательная способность упала по всем категориям. Скоро, просто никто не сможет купить наш товар. Как обычно, ранним утром, в пять тридцать, я пришёл в главный офис, в Сан-Хосе. В лабораторном отделе ещё никого не было. Кроме одного человека, который сутками не покидал её. 'Мы живём в виртуальной реальности. Всё больше отдаляясь от действительности, человечество теряет связь с истиной'. Это один из заголовков, на большом висящем в воздухе экране, который бросился мне в глаза. Цзума пролистывал ленту новостей мировых СМИ. Он остановился, немного вздохнул, на мгновение, на его лице появилась ухмылка. Затем он продолжил листать дальше. - Что-то интересное нашёл? - спросил его я. - Нет, - тут же обернулся и ответил он. - Я думаю, пришла пора уходить из Констант. - И куда же ты пойдёшь? - Я найду куда. Слушай, Бимбо и Рики идут со мной. Луго и Майрон тоже. Наша команда распадётся в любом случае. Я ничего не имею против вас. Пока кто-то из вас будет возглавлять совет директоров, я буду помогать вам. Мне не нравится их отношение к нам. Хватит глотать обиды. Здесь мы творцы, а не дядьки в пиджаках. Мы должны проучить правительство. Они увидели в нас серьёзную угрозу. Это тешит моё эго. Но, в данный момент, мы не в силах противостоять им. - И что ты предлагаешь? - Основать собственную компанию. У Констант нет будущего. Это факт. Мы можем организовать проекты независимые от Джузип. Здесь, на Земле. Тогда, наши руки будут полностью развязаны. Мы сможем не просто обороняться от дикарей, но и полностью искоренить их. Я не хочу торговать с людьми. Зачем? Они же... Мы способны на большее. Мы можем выйти на межпланетную торговлю. Нас удерживает только одно - Шарвей. Неужели они боятся конкуренции? Ты видел, чем они башляют? Строят из себя самых умных, а сами покупают сканирующие автоконструкторы с других планет. - Но, их сканеры круто оптимизированы. Нам такие ещё долго не собрать. - Да хрена с два, чувак. Ты забыл, как мы обдумывали непривязанную сетку? Это уже не фантазии. Рики, Хи Гу и Мандэсо составили полноценный проект. Они даже дополнили это внешней фиксацией. Хотя, признаюсь, я думаю, всё это немного бред. Мы не должны зациклеваться на скорости выполнения алгоритма. Нужно разобраться с масштабами. Я думаю, как-то можно откинуть внесистемные данные, если численным значениям задать бесконечный диапазон, с помощью условий, направляющих к одной и той же комбинации. - Это всё предположения. - говорит Сэм. - Мысли нужно доводить до конца. Мы до сих пор не понимаем самых основных вещей. Но, я чувствую, мы можем понять их. Только бы нам никто не мешал. - Вот именно. Это всё, что нужно. Люди, которые не в теме, мешают нам. Мы должны как-то отстраниться от них. - Давай только обойдёмся без всяких там воин и массовых уничтожений. Мы легко можем устроить апокалипсис, и ответственность будет только на нас. - Да не собираюсь я всех убивать. Просто отпугнуть. Чтобы они оставили нас в покое, - он встал с кресла и подошёл к одному из длинных, узких столов, проходящих через всё помещение, и начал там крутить деталями, представляющих какую-то маленькую, металлическую конструкцию. - Ну... ты не хочешь со мной. - Не знаю. Это слишком рискованно. - подошёл я, в недоумении. - Мы будем работать двадцать четыре часа в сутки, как ты любишь. - посмеялся Николай. - У нас есть стопроцентный прототип восстановительных процессов. Я стырил с рынка в Пангоне. Там, как раз шла его презентация... Да шучу, я купил его. - Эй, вообще-то, я не люблю работать без перерыва. - Ну ты же знаешь, что я имею ввиду под работай, - Он подошёл к Сэму в упор. - Мы будем делать всё, что захотим. - А как же Алива? Ты забыл, что у меня есть женщина. Я не хочу изолироваться от всех и каждого. У меня есть другие интересы помимо твоих идей и проектов. - Не моих, а наших. Отстань уже от неё. Эх ты, зверёныш. Я, например, подавляю возбудимость препаратом Кетлим, от Киромото. - развёл он руки по сторонам. - Давай, я сделаю для тебя симулятор Альвары. Её точную трёхмерную копию. Ну, просто она не эффективно распределяет твоё время. - А ты эффективно его распределяешь? - Получше её, - он положил руку на спину Сэму. - Ладно, уговорил. Если хочешь, пусть она живёт с нами. - Ты разрешаешь? - он заломил руку Цзуме, локтем назад. Дело было ещё в мае двадцать седьмого. Кто бы знал, что через пару месяцев, они больше не увидятся. Коулн (исследовательская база Констант в Антарктиде) 16 марта, 2027 Ранним утром, едва успела стихнуть метель, на единственную улицу небольшого научного поселения, приземлилось четыре гражданских летателя. Оттуда появилось множество тепло одетых людей. Они торопясь направились к одному из таких же белых, как снег зданий. К ним на встречу вышел молодой мужчина. Увидев людей, он явно не ждал встречи. Вытянув руки вперёд, показав крест, он быстро побежал в сторону другого транспорта. Похоже, это был Джаред. Он не назначал ни с кем встречу, но был в курсе, что сюда явятся журналисты со всего мира, взять интервью у Сэма Велторса, Сатоши Накамото, Кенни Валдера, Хи Гу Лима, Николая Цзумы и Макса Мэлтерберга. Это был особый день. День, когда главные лица Констант, совместно с финансовыми экспертами, пообещали ввести в курс мировые правительства, относительно 'плавающей резервной системы США' и влияния Нупий, на земные цифровые валюты. Когда эти люди заметили Джареда, они тут же оторвались от земли, и подлетели к нему, окружив со всех сторон в считаные мгновения. Не произвольно, мужчине пришлось остановиться. - Мистер Стивенс - торопливо обратился один из журналистов, наставив на него свой планшет. Это ваше первое интервью, почему вы не выходите на связь с общественностью? От кого вы прячетесь? Вам есть чего бояться? - Почему вы игнорируете правительственные предложения? - тут же следом прозвучал вопрос от женщины. - Я ничего не знаю, - слегка отмахиваясь правой рукой, от лица, сказал Джаред. На него со всех сторон направили гаджеты, тогда он быстро накинул капюшон своей куртки и попытался ускорить шаг. - Шон, на меня напали, - говорит он по встроенному, в поры его кожи, наномикрофону. - Правда, что Сатоши Накамото, намеренно запустил Биткойновую пирамиду? - спросил, уже преградивший дорогу молодой человек, с блестящим лицом, будто обтянутым прозрачной резиной или несколькими слоями клеёнки. Лицо Джареда нахмурилось. Он снял капюшон и осмотрелся вокруг. Потом недовольно громко вздохнул, и двинулся в другом направлении. - Да, да, да. Накамото сейчас в обсерватории, почему бы вам не поговорить с ним? - Но цифровые майнинги остановлены. Почему крипто валюты продолжают падать? - Потому, что ИПО запустила крипто доллар. - Он наконец подошёл к летателю, и перед ним открылись двери. - Но его стоимость не равняется стоимости реального доллара. - Это точно. Говорят в Аль-Макка своя резервная система. - Уже залез он во внутрь. - Это их ответ, за ваши тупые бомбежки. Благодаря нам, ваши деньги всё ещё не стали бесполезными бумажками, непригодными даже для подтирания задницы, понимаешь? Но, меня и Констант не сильно беспокоит ваша состоятельность. Если бы не Джузип, пекущийся о вашей платёжеспособности, мы бы просто положили на вас болт. - двери медленно закрываются. - Подождите, а как насчёт вашей биржи? Что, если цифровой доллар и есть Нупий? -Внезапно подбежали солдаты в светлых брутальных костюмах и откинули всех журналюг от Летателя Джареда. - Извините, что не вовремя. - оправдался Шон. - Мы предупреждали их не подходить и держали на прицеле, просто думали, вы успеете сесть. - Всё нормально. - Как только дверь захлопнулась, судно взмыло вверх и ускорилось в неизвестном направлении. На следующий день, новостная лента пестрила ужасными заголовками: 'Накамото - рептилоид', 'Мошенник на 10 триллионов', 'Крах криптобиржи был предопределён'. Очевидно, там не в лучшем свете высказывались о бывшем японском профессоре. Видно, на закрытой пресс-конференции, ЦС явно что-то не понравилось. Ещё через два дня, Сатоши был пойман властями США и заключён под стражу. Через неделю, над ним состоялся суд. Ему предъявили обвинение в намеренном подрыве резервной системы США и всех мировых банков. А также, в мировом финансовом кризисе 2026 года, который привёл Америку к Дефолту, заставив Центробанк выплачивать госдолг. Его приговорили к публичной смертной казни через электрический стул... Но ненависть народа только росла. Ведь главное зло в лице ИПО и Констант продолжает процветать.

8 февраля, 2034 Савайи, Самоа. Особняк Велторсов.

Глэйсон сидел на диване, копошась в своём планшете, Эмми что-то смотрит на панели встроенного в стену экрана. В комнату врывается здоровяк Шон, с ровно стриженой щетиной, в чёрном бронированной экипировке. С виду он латиноамериканец. - Глэйсон. - твёрдо обращается он, идя к нему на встречу. - Шон? - не вставая бросил взгляд на него парень. - Дуэйн Джонсон хочет видеть тебя, - остановился он у самого дивана, не преграждая обзор с экрана Эмми. - Меня? Что случилось? - они быстро переглянулись с девушкой. Шон был главой департамента охранного подразделения Саоанского офиса. Теперь, когда генерал Фарахза ввёл новый вид войск Моджаев, отряд Шона, стал охранять особняк Глэйсона. Он не был сотрудником Констант, однако находится в полном доверии главных сотрудников. Он работает с адмиралом Киромото. Помогая менять базы данных, сканированных локаций, в близи островов, во избежание внедрения вражеских взламывающих кодов. Чтобы не возникали системные баги, программного наблюдения, внедрённого прямо в окружающую среду, ему приходится перенастраивать местоположение контрольных точек. В общем, работы парню хватает. Но, деньгами и властью его не обижают. Иногда, он даже замещает мистера Свейка, по делам финансовых отсчётов. - Мистер Свейк вёл переговоры с Герольдом Бэйлом (министр обороны ЦС). И... некоторые вещи мы должны обсудить с вами. - говорит он Глэйсону, с серьёзным лицом. - Ну, конечно, выкладывай. Или опять секретная информация? - Разумеется, - быстро ответил он глядя на Эмми. Она тут же закатила глаза, вздохнула и встала с дивана. - Эй, я не это имел ввиду. - вытянув к ней руку, ладонью вперёд. - Присядьте, леди. - она села обратно и ухмыльнувшись взяла в руки свой гаджет. - Я лишь, пришёл ввести в курс дела. Макс Мэлтерберг готов отдать им свою долю компании. А Кенни уже отдал. Вам нужно подписать несколько договоров, чтобы они обрели, наконец свои акции. Они не остановятся, пока не получат долю. Таков был уговор между Джейсоном и белым домом. Не волнуйтесь, мы не отдадим им ничего. У нас есть план. Мистер Свейк хочет встретиться с тобой, Сэмом и президентом. В Калифорнии, в долине смерти. Там то всё и обсудим. - Что? Почему там? типа, нейтральная территория? Насколько мне известно, это опасная зона. Там бродят каратели ИПО. С ними шутки плохи. Если они заметят нас, то просто уничтожат. - А вот и нет, - сейчас мы ведём переговоры с Рахмудом ибн Аль Саудом. - Глэйсон громко засмеялся. Бросив планшет, он начал хлопать себя по коленкам. Потом быстро соскочил с дивана, и продолжил в захлёб хохотать. Эмми посмотрела на него и нахмурилась. Потом, будто до неё дошло, и она подхватила его смех. - Он не будет вести с вами переговоры. Это фейк. - сквозь улыбку говорит Эмми. Шон молча вздыхает, и совсем грозно нахмурившись, осматривает их комнату. - Нет, ну, посмешил. Ты Сэму это говорил? - наконец успокоился Глэйсон, начав ходить по комнате. - Да. Он уже в курсе. И, у меня нет времени. Посмеёмся вместе, в пристанище Маджаев. - уверенным шагом пошёл он к выходу. - В 13:00 завтра, я жду вас ЛА, в доме Мэлтерберга. Попрощайся со своим капиталом, смешливый евнух, завтра с тебя смоют весь позитив. - Эй, выбирай выражения, громила. Чего такой обидчивый. - Можно потише! - прибавила звук, подскочив в упор к экрану Эмми. По телевизору начали показывать какие-то списки. 'Монополизация современного мира достигла небывалых высот. Сейчас, достаточно просто взглянуть на богатейших людей мира. Из двадцати пяти, самых состоятельных, двадцать три, это бывшие или действующие сотрудники компании Констант, только по официальным данным. Лидирующую позицию, продолжает удерживать Диа Мусперини. Его состояние 4,8 трлн.$. За ним идёт второй, и слава богу, последний триллионер, Азан Купилаба, с состоянием в 1,3 трлн.$. Остальные, сильно поубавили. Имея от 900 до 300 млрд.$, на человека. Но не надейтесь, что их средства пошли на благотворительности. Зная таких лицемерных проныр, как Сэма Велторса и Кенни Валдера, мы быстрее поверим, что они финансируют проект по возникновению апокалипсиса, нежили искренне помогут нуждающимся'. - Опять твоему брату досталось, - с ухмылкой помотал головой Шон, и быстро ушёл. 'Мы не можем позволить дальше разрастаться монополии. Мы уже привыкли, что горстка людей владеет финансами всего мира. Однако, здесь уже пройдены все возможные грани. Скоро люди начнут вымирать с голода в развитых странах. Компания констант механизировала и автоматизировала все виды производства, подняв уровень безработицы на 20% за пять лет, и послужила причиной банкротства для сотен конкурирующих компаний только в области IT. В их числе такие гиганты, как Apple, Google, IBM, Sony, Microsoft, Oracle и многие другие. Нефтяных компаний ExxonMobil, Royal Dutch Shell, Pemex и даже Китайской национальной нефтегазовой корпорации. Так же, Констант сильно пошатнула строительный сектор, машиностроение, и сферу услуг. Предположительно, их активы оцениваются уже в 38 триллионов долларов, что равняется экономики США и Китая вместе взятым. Все эти деньги находятся в распоряжении пары тысяч человек, не работающих в интересах не одного государства. И это лишь то, что лежит на поверхности. В сети гуляют десятки совершенно неизвестных нам людей, с позывными Рики, Луго, Майрон, Бимбо, Мандэсо, которые так же владеют около триллионными капиталами. Почему мы должны доверять им свои судьбы? Нельзя сильно запускать простуду. Любую болезнь лучше лечить на ранней стадии. Объединившись, всем миром, мы крепко схватимся за эту компанию, возомнившую себя творцом. Мы возьмём то, что по праву принадлежит нам, положив конец алчному эгоизму раз и навсегда. - Ой, выключи. Уши от них вянут. - пожаловался девушке Глэйсон. - Каждый день одно и тоже. - Он тут же связался с Даймаком: - Ты слышал, какая чертовщина сейчас происходит? - с иронией спрашивает он адмирала. - Нет, - с недоумением ответил голос на громкой связи. - Команда Свейка, завтра хотят провернуть какие-то махинации с продажей Констант властям. Встреча будет вблизи оазиса прокажённых. - Не может быть, - с изумлением бормотал Даймок. - Там будут владельцы компании, Скала Джонсон и, Рахмуд ибн Аль-Сауд. - Ты опять что-то не так понял. Ты с Сэмом говорил об этом? - Ещё не успел. - уже серьёзный парень вышел на улицу, захватив стакан с напитком. - Дуй к нему в офис, лабораторию, или где он там. Я тоже хочу с вами встретиться. - Пять минут. - одним движением руки Глжйсон свернул устройство и сел в летатель. Прилетев к месту, Глэйсон быстро побежал вовнутрь главного здания, к брату-близнецу. Войдя в главный офис, была обычная будничная атмосфера. Там сидело человек тридцать, упорно кроптя над компьютерами, среди которых был и Сэм. Он копошился в своих экранах, нажимая клавиши сенсорного стола. Глэйсона расслабила столь, уже привычная обстановка. Он решил проверить свои недавние отсчёты, пройдя за один из компьютеров. Когда зашёл Даймок, он быстро соскочил с кресла, и они вместе подошли к Сэму. Тот быстро бросил на них взгляд и как ни в чём не бывало продолжил клацать немеханические мониторы. - Ничего не хочешь нам сказать? - отвлекает его Даймок, взявшись за спинку кресла. - Я пока занят, - быстро ответил Сэм. - десять минут. - вдумчиво смотрит он на изображения стола. - Или ты за меня закончишь? - посмотрел он серьёзным взглядом на адмирала. - Нет... - Даймок нахмурившись смотрит в его экраны, будто пытается разобраться, что там такое. - Вы завтра летите на мексиканскую границу, на съедение карателям. Как это объяснишь? Мы не можем пересечь эту зону, - продолжает Даймок. - Для вас это не имеет значения, лейтенант Даймок, - быстро ответил Сэм. Затем, оттолкнулся ногой, и провернулся в кресле, лицом к нему: - Глэйсон, братишка. Зачем ты его опять притащил. Твои друзья напрягают меня. Особенно вояки, - он отвернулся обратно. - Извините, мистер Велторс, за мой буйный армейский нрав, но, для меня это имеет огромное значение. Всё, что связано с ИПО и Констант. Всё, что связано с ЦС и Устойчивым Альянсом и всеми сделками между ними. А на Джузип мне насрать. Всё, что происходит на моей планете, это мои чёртовы проблемы, как и любого другого человека - чуть ли, не плача во весь голос, закончил вспыльчивый мужчина. - Хорошо. Отлично, - спокойно ответил Сэм, повернувшись обратно к экранам. - Эй, а для меня это тоже не имеет значения? - раздался позади голос Глэйсона. Тот как будто ничего не слышал, продолжал копошиться ещё секунд двадцать. Затем глубоко вздохнул и встал с кресла: - Что происходит? - недовольно взвизгнул Сэм, вызвав улыбку даже у Даймока. - Вообще-то мы хотим тебя об этом спросить. - продолжил адмирал. - Сейчас ко мне приходил Шон. Он сейчас работает со Свейком. Так вот, он сказал, что завтра в час, у нас встреча в ЛА. И, мы поедем в Оазис Прокажённых. - Да. А что? Боишься? Не волнуйся, ИПО нас не тронет. - Шон сказал там будет Мекканский визирь. - Нет. Что ты несёшь? Какой нахрен визирь. Хотя, я не знаю, может быть. Разумеется, на встрече будут их представители. Каратели, проводники, возможно пастухи, в общем, какие-нибудь главари. - Чёрт, да то место просто кишит монстрами из преисподни! Так же, как на Кипре. - Даймок уселся на место Сэма. - Зачем туда ехать? Не хватило одной поездки в Аль-Макка? Ты еле выжил в том безумии, Сэм. Возможно, то место ещё хуже. Оно же под силовой оккупацией. Им нельзя доверять. Они используют нас и уничтожат. - Спокойно. Они говорили с нормальным человеком, - Достав планшет, Сэм показывает им переписку со Свейком в соц. сетях. Затем сам посмотрел в экран: - Хотя, Ямин Альраб говорил мне, что за пределами Арабской губернии, всем управляют, неконтролируемые ими психопаты, джинны, шайтаны и подобные им отродья. Нет. Стоп. Вообще, что я несу. Это же Саудовский принц. Его-то все знают. - Какой именно, - возмущённо, быстро уточнил Даймок. - Ну, этот. У которого отец самый популярный в твиттере. - Мухаммед ибн Салман аль Сауд? - грозно спрашивает адмирал. - Да, он самый. А что не так? Я не могу их всех знать. Извините, публичные личности меня не интересуют. - Ты, оказывается многого не знаешь, малыш. Известно ли тебе, что принцев несколько. Я полагаю, ты говоришь о его старшем сыне, то есть наследнике. - В смысле? - посмотрел он на Глэйсона. - Разве это не... я не помню. Можно мне собраться с мыслями? - Да. Желательно вспомнить его имя, чтобы хоть была возможность молить о пощаде. - Даймок встал и направился к выходу. Глэйсон похлопал брата по плечу: - Мы ждёт тебя на улице. - двинулся к выходу брат. - Подожди, но... это же Рахмуд ибн аль Сауд. Он человек. - недоумевая возмущается Сэм. - Возможно и человек. - Глэйсон вернулся обратно. - Но, видишь ли. Если внимательно следить за соц.сетями его отца, то однажды произошёл инцидент. Странный. И, ужасный... Сейчас на это нет времени. Расскажу вечером. - Собрав необходимое оборудование в ангарах, для завтрашнего дня, они прилетели к Даймоку. Там было ещё пару человек из отряда охраны, судя по всему, его приближённых. Усевшись за гостиный стол, адмирал предложил всем по кружке чая: - Ну что там говорил Свейк? Он связывался с вами? - Ко мне приходил Шон, - отвечает Глэйсон. - Завалился средь бело дня. Он ничего не сказал, кроме того, что завтра нужно быть в доме Макса и, у них есть какой-то план по продаже нашей доли Альянсу. О какой доли идёт речь, я не имею представления. Моя доля и так меньше процента, и... я не могу её отдать. Что скажут в Шарвей? Это предательство Бимипи. Единственной поддержки в клане. Никто не должен отдавать акции. - Думаешь, Купилаба отдаст? Наивный. Хотя, по большому счёту с этого ничего не изменится, - отвечает Сэм. - Мы отдадим эти чёртовы бумажки. Это же всего лишь цифры. У них нет кадров. Нет сотрудников. В этом вся соль. Они получат контроль над нами, только по документам. Чтобы успокоить население. Им необходимо приватизировать Констант. Сделать её прозрачной государственной компанией. Более того. Герольд Бэйл сказал, что лучше уволить весь состав сегодняшней команды. - Зачем? Как это играет в нашу пользу? - чуркнув чай спрашивает адмирал. - А так, что там у них всё тщательно спланировано. Они разыграют сценку. Самый невероятный спектакль в истории человечества. - Даймок скосил брови и сморщил лицо. Глэйсон слегка улыбнулся. - Опять трюк пропаганды? - спросил рядом сидевший, налегке одетый охранник. - Да. - с гордой интонацией ответил Сэм. - У нас нет времени экспериментировать, и власти ЦС, к счастью это понимают. - В двух словах. Что именно они хотят сделать? - взволновался адмирал. - Сам не знаю. Могу только догадываться. Возможно, они наймут актёров, которые будут отыгрывать новых сотрудников. Возможно, они сами отыграют нашу роль. Завтра всё прояснится. В любом случае, им нужен кто-то свой. - Что значит свой? - быстро спросил Глэйсон. - Ну, свои, чужие. Не забывай, что масса мыслит прямолинейно. Перед ними так просто не искупишь вину. Понимаешь? Все мы сейчас для них предатели. И нет нам прощения. Настроения в народе такие, что нас нужно либо лишить власти, либо уничтожить. - Но уничтожать Констант они конечно же не хотят! - засмеялся ещё один мужчина. - Проклятые учёные, но святой товар, - Сэм ухмыльнулся и что-то вспомнив, быстро достал гаджет, опять погрузившись в свою реальность. - Дуэйн Джонсон не должен лететь с вами, - вдруг возразил Даймок. - Это ещё почему? - возмутился Глэйсон. - Да он всё боится, что нашего президента убьют, - вдруг оторвался от мобильного устройства Сэм. - Слишком рискованно. - стукнул генерал по столу. - Да, я боюсь. Ты не знаешь во что вы ввязываетесь! Почему Свейк не отписался нам об этих переговорах? Раньше он показывал свои отсчёты или эта информация не важная? - Это называется секретные переговоры, сержант, - ни к месту глумится над ним Сэм. - Не вся информация должна доходить до вас. Это нормально. - Может сразу рядовым меня назовёшь! Наивный всезнайка. Не знает с кем едет на переговоры. Не знает даже короля Эр-Рияда. Ах, да. Ты же у нас гениальный математик. Программист. Тебе некогда изучать реальность простых смертных. Так вот, что я тебе скажу, дружище. - он подошёл к Сэму, и взял его полную кружку чая. Опустошив её до дна, поставил обратно: - ты знаешь, кто такой Хамдан Аль Мактум? Сакком Нубире? Нет? Может быть, эмир Коходос, знакомое тебе имя? - Аравийские Шейхи. На подсосе у пастухов. - Сэм взял свою пустую кружку и посмотрел во внутрь. - Да. Знаешь что с ними сейчас происходит? Это не просто Шейхи... Они во что-то превращаются. В нечто сверхчеловеческое. - Брось. - засмеялся один из мужчин. - Все мы скоро будем сверхлюдьми. Хочешь сказать, их телами реально завладели боги? - ухмыляясь продолжил он. - Нет. В богов я не верю. - После того, что произошло в Мекке, я бы не был столь категоричен. - вмешался Глэйсон, достав из кармана пакетик с орешками, и принялся их есть, с интересом слушая диалог. - Король Саудовцев, однажды написал чудный твит, который, как реликвия хранится в нашей базе данных. - продолжает адмирал. - Твит продержался не долго - пол минуты. Затем он его удалил. Не часто же он делает это. Но я, ты не ослышался, я, успел заскринить его. Хотя это не входит в мои обязанности. Как бы ты не занижал моих достоинств. Мы пока не можем внедряться в их вебузлы, поэтому приходится следить за всеми публичными взбросами, в надежде найти новую информацию. К слову, после всего того, что произошло, и продолжает происходить, это откровение вызывает множество вопросов. Порождает самые худшие догадки и опасения. - Точно! Глэйсон. - быстро обратился Сэм к брату. - Ты же хотел мне рассказать об этом. Я весь в предвкушении. Глэйсон глубоко вздохнул и открыл свой планшет: - Сейчас перешлю. Прочти дословно. - Сэм зашёл в одну из соц. сетей, куда только что пришло важное уведомление, открыв его, всплыл текст на латинице, следующего содержания:

@☆|Мухаммед ибн Аль Сауд 23 июня 2029, 5:56 Доброе утро, мир! Я счастлив. Моя семья счастлива. Хочу поделиться своим настроением. Мой сын @Рахмуд_(с.а.в) не разрешает звать его родным именем :/ очень изменился в последнее время. Он не обдумывает свои решения, будто знает всё наперёд ))) и вообще не оступается. #AllahyAkbar Желаю и вам таких сыновей #Mashalla

- Что здесь странного? Отец радуется за сына... - пытается найти смысл, в только что прочитанном тексте Сэм. - Знает всё наперёд, где-то я это слышал... - Нихрена ты не понял, Сэм! - крикнул на него Даймок. - Ну извини. Я не детектив. Ты лучше всех справляешься с этой ролью, - нервно свернул свой гаджет парень. - Нас зацепила фраза 'очень изменился в последнее время'. Понимаешь? - говорит ему Глэйсон. - Это, самые странные слова, которые он когда-либо писал. Мужик явно волнуется за своего отпрыска. И ещё один невероятный факт в том, что раньше он частенько писал о своём старшем сыне. Но теперь, он больше не пишет о нём. Совсем. Только о младших. - Что это значит? - озадаченно смотрит на него Сэм. - То, что это сообщение - последнее упоминание о Рахмуде, - без колебаний ответил ему Даймок. - Вот чёрт. - Сэм опять раскрыл свой планшет, будто, что-то забыл сделать. - Зачем вы мне всё это рассказываете? Ну, не хотят они показывать свою личную жизнь, что с того? Какое к нам это имеет отношение? - спрашивает он, одновременно юзая своё устройство. - Сэм, я не могу удержаться, чтобы не назвать тебя идиотом, - переходит на личности вспыльчивый Даймок. - 'Свейк договорился с Рахмудом' - уродливым голосом, кого-то изобразил он. - Кто из вас сказал это? - посмотрел он на Глэйсона. - Ты исковеркал мои слова. - улыбнулся в ответ Глэйсон. - К тому же, так сказал Шон. Я за него не в ответе. - Да будет вам известно, Рахмуд сейчас воюет в Иране. Он известен, как самый жестокий предводитель Аль-Макка. Он больше уже не принц. Он отвернулся от своего отца. От своего собственного рода. Пастухи поставили его в звание великого визиря. И теперь он безнаказанно творит произвол, превращая мир в анархию. - Не пугай их так сильно, а то не уснут, - усмехнулся один из мужчин. - Так, время уже 23:15. Мы пропускаем крупное событие. - Один из мужчин, быстро вынул из кармана маленький пульт, нажав на кнопку, спроецировал на стену большое изображение футбольного матча, и засунул его обратно в карман своих шорт. (изображение подаётся не методом светопередачи, как проектор). - Супер Боул 68 - обрадовался Сэм. - Игра то в самом разгаре. - И всё же, сейчас нам не до этого, - закрыл обзор адмирал. - Почему? Оставь! - крикнул на него Сэм. - Это прямой эфир! Потом расскажешь о несносных арабах. Как же я люблю эту дичь. - Больше, чем Глэйсон любит ММА? - с насмешкой бросил на него взгляд мужчина. - Конечно. - без сарказма отвечает Сэм. - Его бои идут каждую неделю, а национальная лига играет раз в год. - Да чёрт бы вас подрал, вы точно опозоритесь на завтрашних переговорах, - сдался, сев рядом с ними Даймок. Посмотрев трёхчасовой матч, Сэм и двое мужчин вышли из дома Даймока. Глэйсон давно улетел к себе. Не досмотрев и первого периода. Даймок, разумеется собрался лететь с ними, хотя останется в городе. На следующее утро, к ним явились люди Свейка. Целая бригада на четырёх легковых летателях, и одном военном, С-класса. В десять часов они вылетели с Самоа в Лос-Анжелес. К одиннадцати, уже были на месте. Вместе с Сэмом из Самоанского офиса Констант, полетели ещё четыре человека, главных сотрудников и совладельцев компании. Эта встреча была не согласованна с Шарвей, поэтому им пришлось лететь в мрачный Оазис Прокажённых, на территорию ИПО. Как они утверждают, там работает мощная перепрошивка универсального кодирования. Достаточно мощная, чтобы вывести из строя Джузип оборудование, через которое, за всем персоналом ведётся тотальный контроль со стороны Терраро. Пришлось пойти на такие меры, чтобы сделка стала анонимной. Мистер Свейк встречал их у публичного дома Макса - ключевого сотрудника, до сих пор владеющего одной из крупнейших долей компании. Сам Макс, прилетел вместе с Сэмом. Ещё с ними был Кенни - сооснователь, который так же не изменяет интересам старой команды. Капитан команды Джаред, так же член совета директоров, и Лео Хетч владелец холдинга 'Летатель'. Все эти высокопоставленные личности, ведут тёмный, незаконный бизнес, по мнению общественности, да и по мнению официальных представителей Констант. После того, как они отделились от главного офиса Сан-Хосе, даже перестали платить налоги. Однако, официально, это до сих пор не подтверждено, из-за тотальной коррупции, между посредниками, на которых, оформлены новые проекты, что вызывает вопросы в сенате США. Вернее, они сами не хотят подтверждать это. Сейчас, по отношению к Констант, правительство ЦС разделилось на две ветви - те, кто сомневаются в них, и те, кто их ненавидит. Население, естественно испытывает ещё больше негатива. Купилаба вообще не явился на переговоры, ни в какую не идя на диалог с властью. А вот и Макс, уже беседует с несколькими людьми, судя по всему из ЦС. Очевидно, что к нему относятся с неприязнью. Это строго закрытые переговоры. По заявлению Фарахзы, журналистов, полицейских и даже телохранителей, Моджаи будут отстреливать на входе в особняк. Весь Лос-Анджелес заминирован, и в случае чего, 'новая армия' готова испепелить город в любую секунду. Но самое обидное, для дядек в пиджаках, это то, что даже сдав свои полномочия, каждый из сотрудников, останется под эгидой Шарвей. И они продолжат иметь реальную власть над финансами, до тех пор, пока Джузип не расторгнут с ними контракт. А сделать это, на данный момент нереально. Терраро ведёт такую политику, что все её сотрудники не могут быть уволены полностью. Они могут быть 'заморожены' вместе с проектами, над которыми работали. То есть, не в прямом, конечно, смысле. А в том смысле, что им придётся смерится с полной вербовкой. Им самим такое не по душе. Но, условия контракта, были не совсем поняты, на момент подписания. Теоретически, сотрудник имеет право на полную свободу, вплоть до продажи всех своих облигаций. Однако, корпорация продолжит за ними следить вплоть до самой смерти. Правительство хотело бы наказать каждого сотрудника, так же, как Сатоши Накомото, но не могут. Не могут, потому что боятся. Раньше, они боялись, что к ним прилетят инопланетяне, и впрягутся за своих земных коллег. Теперь они уже боятся их самих. Внутри, политики возможно чувствуют, что их битва уже проиграна, и, не теряя времени, они пытаются извлечь максимальную для себя выгоду. Они хотят заполучить доверие самых значимых фигур компании, воспользовавшись их враждой с главным офисом. А вот и подлетел летатель из ЦС. Оттуда вышел никто иной, как Министр Обороны США, и какие-то министры из других стран. По всюду были папарацци ограждённые забором. Во дворе началась торжественная церемония. Тут же подъехали автомобили с министерством иностранных дел Японии и Южной Корреи. Странно, но представителей Китайской делегации не было. А вот и бронированный кадиллак президента Дуэйна Джонсона. Кажется, все в сборе. Увидев братьев Велторсов и Даймока, журналисты даже не направили в их стороны камеры, потому что не знали их. Они свободно прошили в дом Макса, ожидая вылета в Оазис Прокажённых. - Что вы здесь делаете? - спросил Свейк Даймока, по пути в гостиную. - Приехал тебя навестить, диабетика. Не волнуйся, я останусь в городе, - ответил он ему. - Ты только раззадориваешь всех своим появлением. Хочешь сорвать переговоры? - еле слышно, без мимики спрашивает Свейк. - Нет, - быстро ответил адмирал. - Тогда лучше тебе сейчас быть на своих островах. - Хорошо. Через пару часов улечу, - злобно посмотрел на него Даймок. - Леди и Джентльмены - обращается какой-то незнакомец к людям в гостином зале, - хочу представить вам новую прошивку OSos. Теперь, она доступна на официальном сайте. - Что это? - Спросил Сэм у Глэйсона. - Тут их путь преграждает радостный Макс. Протянув руку Свейку, они поздоровались: - Это новые инвесторы, Сэм. - так же с улыбкой на лице ответил он. - Они покупают фонд заскриптованного ПО. - Кто позволил им? - не менее возмутился Глэйсон. - Брось! - дёрнул он его за локоть. - Я продаю свои акции. Полностью! И вы должны сделать то же самое. Сегодня, мы обсудим все условия в 'Долине Смерти'. Просто умора. Поверь, тебя это устроит. Не задавай пока лишних вопросов. Просто поверь, так надо. В противном случае, они не остановятся, понимаешь? - Наверное, это верное решение, - вмешался Кенни. - Назло Купилабе. - улыбнулся он. - Глэйсон глубоко вздохнул: - Посмотрим, - вдумчиво ответил он. Присев на пару часов, они поговорили на счёт стратегии, к которой ведёт сегодняшняя сделка. Мистер Свейк подробно описал все нюансы. Они решили прибегнуть к новой резервной системе Калифорнийского губернатора Чеда Милмана. Да-да. Того самого, что в 26-ем сорвал самый большой куш на падении цифровых валют. В чём суть? В двух словах: современный рынок стал уже на столько не совершенен, что не сможет без потерь принять даже необходимую продукцию Констант. Ещё до войны брокеры это понимали и воздерживались от шортинга. Так, как банки начали бы раздувать новые пузыри инвестиционных средств. Чтобы избежать этого, Милман разработал новую форму смещения экономических секторов. На сегодняшний день существует плавающая и стабильная. Не одна из них не застрахована от синтетических резерваций. И согласно его плану, для мягкого перехода экономики, необходимо не просто перемещать активы из одной сферы в другую. Необходимо избежать девальвации в стороннем обороте. Когда один инвестор не цепляет всех остальных, назначая новую стоимость продукта. Так, как заморозить экономику невозможно, необходимо искусственно занизить тот финансовый сектор, который взаимодействует с новым сектором. Таким образом получается обратная пирамида. И если банки начнут злоупотреблять облигациями нового сектора, они начнут терять в акциях прямо пропорционально росту их вклада. Что ж, главные сотрудники компании Констант не так сильны в экономике, как ребята с Уолл-Стрит, поэтому они тяжело восприняли эту информацию. Но им это и незачем. Разработчики новых технологий не нуждаются в деньгах. Это незачем и людям, по большому счёту. Это нужно тем, кто хочет наживы, под предлогом нового толчка общественного развития. Вот они и пусть расхлёбывают своё дерьмо, бессмысленно нагроможденное столетиями. Делегация Альянса, в лице министра обороны Герольда Бэйла, президентов США и Южной Кореи, сели в летатели вместе с Максом, Джаредом, Кенни, Хетчем, Свейком и Велторсами, вылетели в оккупированную ИПО зону, на юго-востоке Калифорнийской пустыни. Перелёт был быстрым. Бурные обсуждения вдруг сменились тишиной. Никто не знал, что их ждёт в этой пустоши. В очередном оазисе, прямо на территории США. Который построили лишь для того, чтобы показать американским властям, что они больше не хозяева этого мира. Они летели на двух гражданских летателях, одним из которых был летающий Кадиллак Президента Джонсона, в одно из логов доминирующей силы Земли. Добро пожаловать в Оазис Прокажённых! Перед ними пошли огромные трещины по песке, в виде приветствующей надписи. Вот они пересекли границу, которую простые смертные не пересекали уже минимум восемь лет. Что же представляет из себя этот Оазис, и почему в ЦС о нём умалчивают? Дело было в далёком 2022-м году. Тогда, когда ещё не было не ИПО, не Констант в той форме, что они есть сейчас. Секретная база ?51, слышали о такой? О ней слагали легенды. Мол, там проводят разработки летающих тарелок и других невероятных технологий. Будто бы, там держали потерпевших крушение инопланетян, и исследовали их мёртвые тела. Последнее, конечно - ложь. А вот разработкой инновационных, в частности военных технологий, там действительно занимались. Один за другим, все проекты проваливались, пока, в конечном счёте правительство не перестало их финансировать. В итоге, Зона 51, где-то с начала 2000-х, стала обычной военной базой, где проходили испытания обычных самолётов, танков и другого тяжёлого оружия. Пока в ноябре 2022, этим местом не заинтересовался один инвестор. Человек это, или какая-то частная организация, доподлинно неизвестно. Сейчас все склоняются к тому, что это был Алаян. Через посредников, он, якобы подписал контракт с правительством США. И снова решил возродить инновационные разработки. Разумеется, всё делалось под контролем властей, более того, он даже платил налоги, как частный предприниматель. С самого начала, исследователи сфокусировались на военной промышленности. Они разрабатывали универсальные костюмы, с невидимым режимом и непробиваемым даже взрывом гранат. Всё это казалось безумием, пока Констант не накрыли мир универсальным кодированием. Получив вечный двигатель, США больше не нуждалась в проектах неизвестных инвесторов, и хотели было свернуть эту сомнительную лавочку. Но местные программисты подсуетились и тоже применили схему абсолютной оптимизации. Только теперь не в военных разработках, так, как в этом направлении они уже не могли конкурировать с инопланетной компанией-гигантом от Джузип. Тогда уже появились летательные, невидимые и защищённые костюмы, к тому же в общем доступе. Теперь они перестроились на нейро-сетевые и биологические системные разработки. Тем же, чем сегодня занимается Патоген17. На деле, достоверно не известно, как к ним попали исходники новых программ. Производились первые попытки трансформации сложных нервных систем на животных и людях. Всё это было в мирных, медицинских целях. До поры до времени. Однако, события жестокой войны Альянса с ближним востоком очень изменили это место. Некогда американская, неприметная компания 'Биоэнергетик', примкнула к Оазису Аль-Макка. С тех пор, там стали работать программисты из всех оазисов. Наёмные хакеры, а возможно, высшие силы, занимающиеся близкой перепрошивкой, или макро-прошивкой окружающей среды. Это, своего рода - глобальные программные архитекторы. Они основали город - Пристанище Карателей, где производились, и по сей день производятся сами Каратели - лучшие и единственные стражи ИПО, с бесконечной силой, способные перевоплощаться во что угодно. Это монстры, не знающие ни жалости, ни слабости, под оккупацией которых, сегодня уже почти весь Центр Сопротивления. За последний год, они по-тихому, без особого сопротивления, захватили Китай и Европу, которые сами капитулировали. Взяли в рабство Индию и Иран. Официальные источники изо всех сил умалчивают это, чтобы не посеять панику среди населения. Свейк настроил авто маршрут, который ему выслали из ИПО. И вот осталось уже совсем немного. Два-три километра до места прибытия. Глэйсон молча смотрел в окно, на раскалённые, растрескавшиеся пески. Температура на радарах летателя, за бортом указывала 22 градуса Цельсия, но с виду будто 50. Ясное небо. Никакой растительности. Только равнины, и небольшие красные возвышенности, похожие на скалы, маячили на горизонте. Наконец, точка прибытия совпала с их местоположением. Вокруг всё так же пусто и безжизненно. Зависнув в воздухе, они думали, что делать дальше. Сэм сидел по одну сторону со Свейком. Глэйсон и Кенни по другую сторону. Их сиденья направлены навстречу друг другу, как в автобусе. Макс занимал рулевую позицию, чуть впереди. Быстро ворочая головой по сторонам, Сэм по привычке, решил развернуть свой гаджет и найти там какую-нибудь подсказку. Внезапно, между Глэйсоном и Кенни появляется человек. Прямо на сиденье! Мужчина, одетый в тёмно-зелёную рубашку с коротким рукавом. Он весь слегка моргает, и рябит. Будто некачественная голограмма. - Привет Сэм. - спокойно поздоровался он, не обращая внимания на остальных. - Какого хрена!? - вздрогнул парень, но тут же пришёл в себя. - Они не видят нас, - продолжил незнакомец. - Что ты здесь делаешь? - недоумевая спросил его Сэм. - Изображение быстро исчезло. - Я здесь живу, - резко повернулся к нему Свейк. Он смотрел холодным, неестественным взглядом, будто превратился в манекен. Его глаза широко открыты. Он быстро моргнул одним глазом, затем другим. У Сэма по спине пробежали мурашки. Он привстал и прижался к противоположной стене. Сердце громко застучало. Затем он быстро переглянулся с Глэйсоном и Кенни. Брат улыбнулся ему в ответ: - Не бойся меня. Я не причиню тебе вред, - чужим голосом продолжает говорить Глэйсон. - Это розыгрыш? - нахмурился и глубоко задышал Сэм. - Это принц Рахмуд? - сел обратно напуганный парень. - Нет! - громко раздался ответ из ниоткуда. Стены летателя завибрировали. Казалось, что он медленно идёт на посадку. - Тогда кто ты? - ни на что, не обращая внимания, у голоса спрашивает Сэм. - Я не помню... - спокойно раздалось из пустоты. На левой ладони Сэма, в двух точках внезапно стала белеть кожа. Под указательным пальцем и под мизинцем, два больших пятна начали выпирать, будто слизкие мозоли. У запястья появилось красное воспаление. Его физиономию перекосило, когда мозоли превратились в глаза, а воспаление у запястья растянулось, как губы. - У меня нет имени, - сказала его ладонь. - Что ты делаешь в моей руке? - тут же схватился за запястье правой рукой Сэм. - У меня нет облика, - ответил Кенни. - Рука вернулась обратно. Сэм попытался сосредоточиться и прийти в себя. - Я потерялся в собственных фантазиях, - продолжил он. - Чего ты хочешь? - нахмурившись спросил его Сэм. - У меня к тебе такой же вопрос. Единственное, что я знаю, это то, что управляю этим местом. И ты не покинешь его без моего согласия. - Внезапно все исчезли. Глэйсон, Кенни и Свейк. Никого нет. Сэм быстро посмотрел в окно летателя. Он уже стоял на земле. Когда он успел приземлиться? Там, на улице виднелся Кадиллак Дуэна Джонсона. А рядом стояли его товарищи! - Что за чертовщина? - он быстро выскочил на улицу. И тут начали происходить совсем безумные вещи. Автомобиль президента резко исчезал и так же резко появлялся неподалёку, в рандомных местах. Иногда исчезала только половина, а другая половина, будто срезанная оставалась на месте. То же самое происходило с людьми. Подняв перед собой руки, Сэм увидел лишь части от них. Это будто компьютерный лаг. Будто все окружающие вещи не погружаются. - Не забывай про бессознательные ямы, которыми славится Пристанище Карателей, - говорит ему тот же голос. - Какие ямы? Ты что местный программист? Проиграться со мной захотел! - Остановился на месте Сэм и поднял голову в небо. - Они называют меня Марагмон. Система управления искусственного интеллекта. Я и в правду создал это место. - Разве ты один? - продолжил идти по пустыне в неизвестность Сэм. - Нет, нас много... когда-то мы были другими. Сейчас мы в разных мирах. - Не понимаю о чём ты? - Сейчас мы мыслим, как единое целое. С одной и той же точностью. И, не всегда находим контакт... Пока Каратели развлекают одичавших джиннов, мы ищем точки входа. - Во что? - будто сам с собой говорит Сэм. Он опустил голову в низ и продолжал ковылять, еле волоча ноги. - В общую систему. Мы расширяем её. Они как-то заколдовали нас. Я не могу этому дать трезвое объяснения. Мы будто невидимые компьютеры, встроенные во всю окружающую материю. С человеческим прошлым. И человеческими нравами. Это мы спроектировали душетрепещущие города Аль-Макка. Мы создали самое прекрасное для них. - Но, как вам всё это удаётся? От куда у вас столько достижений? Неужели кто-то...? - остановился, задумавшись Сэм. - Нет. Мы всего лишь главные архитекторы. Все теоретические знания у Пастухов. - Не может быть. Это невозможно! - снова смотрит он вверх. - Большинство из них не из этого мира. Они пришли из вне. Оттуда, куда идём мы, - Сэм начал кружить на месте, переступая с ноги на ногу. - Кого-то завербовали, кого-то воссоздали, а кого-то создали из ничего, - неизвестный голос стал каким-то тревожным: - Я угодил в эту ловушку. - уже чуть не плача продолжает он. - Теперь я заложник собственных фантазий. Это чувство не покидает меня. Зачем они сделали меня мучеником? Я даже не знаю своей сущности, но хотел бы быть человеком. Хотя бы похожим на него. Будто, они заточили мою душу где-то в междумирье. - Но чем я могу помочь тебе? И должен ли я это делать? - недоумевает Сэм. - Нет. Наверное, ты никому не должен. Но, у вас ещё есть шанс. Мы можем выиграть эту битву. - Как показывает практика, лучше проиграть битву, но выиграть войну, - ухмыльнулся парень и между тем достал свой планшет. Всё вокруг стало нормальным. И он двинулся в сторону своих коллег. - Нельзя выиграть то, чего нет или прервать то, что длится бесконечно. Нельзя бороться с аномалией. Её можно лишь переждать, как бурю. Как стихийное бедствие. Вопрос, хватит ли терпения? - Тревога ударила по лицу Сэма. Вокруг начали происходить настоящие чудеса. Какие-то толстые нити окутывали пустыню со всех сторон. Красные и бордовые, они словно змеи вырывались из земли и обвивались вокруг друг друга. Они тянулись до самых небес, закрывая солнце, и расползались по всему периметру пустынной местности: - Все мы рабы. - продолжает голос. Скоро они привнесут божественный мир. Это не шутки. - послышался тяжёлый вздох голоса собеседника. Казалось, что он и в правду ещё человек. В нём чувствуется какое-то сожаление и раскаяние. Тем временем, пески под ногами начали вибрировать. Будто под почвой пустыни завёлся огромный двигатель. - Что это такое? - открыл дверь своего Кадиллака Дуэйн. - Спокойно, Хоббс, - немного присел и развёл руки в стороны Глэйсон. - Я не Хоббс! - собрался уже залезть во внутрь Скала. - Сейчас не до шуток. Я завязал с фильмами и все это знают. Или это прекратится прямо сейчас или я улетаю!! - не успел договорить президент, как земля разделилась на части прямо под его машиной. Он успел отпрыгнуть, а его летатель провалился в неизвестность. Всюду формировались огромные трещины. Спустя мгновение стало понятно, что это не просто трещины. Вся почва под ними - это огромные стальные плиты, на которых лежал небольшой слой песка, сантиметров тридцать. Было видно, что провалившиеся части почвы не исчезали. Они задвигались во внутрь других подземных сооружений. Оставшаяся земля формировала небольшие островки, в форме нескольких закручивающихся в одну сторону лучей, которые сходились к одной точке. Люди прыгали с места на место, только бы не упасть вниз. Пока наконец всё не остановилось. К слову, второй летатель, принадлежавший Максу не провалился. Он остался висеть над пропастью. Спирально закручивающиеся дорожки оставшейся поверхности начали наклоняться вниз, как горки. - Почему я не могу взлететь?! - закричал Дуэйн, пытаясь активировать свою летающую жилетку. У них у всех, одновременно, отказали летательные костюмы, и они покатились в низ. Но продолжалось это не долго. Мужчины упали на какую-то подземную поверхность, как подставку, мгновенно высунувшуюся из стены. Затем эта поверхность задвинулась уже вместе с ними. Теперь они будто в бункере. Внутри прямоугольного помещения, по всему периметру спускались вниз, гладкие, серебристые ступени. - Думаю нам сюда. Нужно спуститься в центр. - сказал Макс, посмотрев на всё ещё пытающегося встать - толстяка Свейка. По сути в комнате был тупик, и в центре, в самом низу был просто маленький участок - 2x3 метра, примерно. К счастью никто не запаниковал и молча, один за другим, они начали спускаться. Макс первый ступил на самую нижнюю часть тупикового спуска. Не успел он приставить вторую ногу, как верхние ступени начали сдвигаться во внутрь, а нижние расширяться во все четыре стороны! Оказалось, что самый нижний квадрат был, своего рода кнопкой. Один слой за другим, помещение зеркально перевернулось с верху вниз. Теперь они стояли на ровной поверхности, будто бы внутри пирамиды. С одной в полу, ближе к стене, они увидели большой вентиль. Подойдя по ближе, оказалось, что под ним вровень шла какая-то огромная дверь или люк. Всё из той же блестящей стали. Сэм попытался повернуть, но вентиль не поддавался. Он попробовал в другую сторону, не получилось. Тогда он стал дёргать, что есть сил. Сзади, на его плечо легла большая рука: - Оставь это мне, приятель, - улыбнулся старина Дуэйн. Схватившись обоими руками, он сделал глубокий вдох, и всё же крутанул вентиль. Под ними полностью провалился пол. Они упали на огромные двигающиеся конструкции. Это невероятное подземное сооружение. Как скейтборды, продолговатые пластины, на которые они приземлились - полетели по этому фантастическому заводу. Кто-то стоял на ногах, кто-то лежал, вцепившись обоими руками в эту штуку. Чунг Сон (президент Кореи) не выстоял и слетел в низ, исчезнув в массе неведанных механизмов, похожих на рычаги, бочки, стальные балки и разные объёмные фигуры. - Нее-е-ет! - взвыл Скала Джонсон. - Держитесь президент, я спасу его. - Говорит ему Герольд. - Ты в своём уме!? Как ты это сделаешь? - лежит на животе, крепко держась лысый здоровяк. - Скажите моей жене, что я любил её. - Затем он сорвал с шеи какой-то амулет и протянул его Року: - Отдайте это моему сыну. - Если ты спрыгнешь туда, я надиру задницу твоему сыну! - От судьбы не убежишь, - Он отдал честь и спрыгнул вниз. Неизвестно даже остался ли он жив при падении. Не известно, остался ли жив мистер Чунг. Тем не менее, Джонсон взял амулет и пустил слезу. - Дорогие наши гости! - ото всюду раздался громкий голос, с отдающимся эхом. От испуга, Дуэйн выронил амулет. - Отвали! - тут же кинул он в ответ. - Мы договаривались с вами о мирной, дипломатической встрече, но вы в очередной раз обманули нас. Так не пойдёт, - отчётливо сопровождает их неизвестный звонкий голос. - Что случилось? - недоумевает Кенни. - Это вас нужно спросить. - отвечает голос. - Что происходит снаружи? - А что там происходит? - обращается ко всем присутствующим Сэм. - Охотники и Мождаи. Группа поддержки, - отвечает Джаред. - Ничего страшного. - Группа поддержки - это смотрители, - недовольно отвечает голос. Ладно, мы выпустим вас, но имейте ввиду, такой выходкой, вы задали негативный тон для переговоров. Это мы будем держать вас в страхе, а не вы нас! - Верните нам Бэйла и Чунга! - возмутился Скала. - Чёрт, Джаред, ты всё испортил! - расстроился Кенни. - Это не я. Угус отправил их с нами без моего ведома. - Лучше скажите, кто будет спасать наших лидеров?! Пока они не вернутся, не о каких переговорах и не мечтайте! - почти сразу перебивает Дуэйн. - Тем временем они влетели в какой-то коридор. Круглый, как огромная труба, он переливался яркими красками. Внезапно, механизмы, на которых они двигались, резко остановились. Все улетели вперёд. Упав в этом коридоре, они не остановились. Напротив, будто мощная магнитная сила стала толкать их вперёд. Скорость набиралась и набиралась, а коридор тем временем начал извиваться. То он поднимался вверх, то в низ, то сворачивал по сторонам. Вот они уже не скользили по его поверхности, а летели, как пучёк нейтрино в адронном каллайдэре. Похоже, здесь не было сопротивления, и с неимоверной скоростью они вылетели на поверхность, стукнувшись о воздух, как о мягкую стенку. Там происходило больше, чем нечто невероятное. Те огромные нити, сплетающиеся вокруг самих себя, больше напоминали огромную паутину. Они продолжали двигаться и изменяться, извергая вблизи себя странный блеклый свет, как цветные клубы тумана. А почва как прежде усыпана ровными песками. Но на это уже точно никто не обращал внимания. - Знакомьтесь, это Охотники. - улыбается Макс. - Высшие силы компании Констант. - Охотники за кем? - испуганно уточнил Скала. - За всем, что может причинить нам вред. - Матерь божья - Рок застыл указывая на небо. Там образовалась огромная, чёрная туча, вьющаяся, почти прямо над ними. Из её центра вылезла огромная рука. Будто воздушная воронка, она тянулась прямо к ним, беззащитным и уязвимым людям. Все просто стояли и наблюдали. От этого невозможно убежать. Огромные пальцы уже вот-вот дотянутся до них. Как вдруг, рука оттянулась назад. Она затряслась и сжалась в кулак, обретая всё более тёмный, серый оттенок, из-за большого обилия пыли в ветреных потоках. - А вот и один из них. - Сэм вновь услышал тот голос у себя в голове. - Не бойся, вас не тронут, - продолжил он. - Ты следишь за нами? - встревожено спросил Сэм. - Теперь нет. Даже не пытайся ему рассказать обо мне, - Огромная рука отдалилась на ещё большее расстояние и почти полностью втянулась обратно в небо. Это был размах. Затем, на огромной скорости, она врезалась кулаком прямо в землю. И будто бы впиталась в почву. В последний момент, она стала какой-то водянистой, и водопадом обрушилась вниз, засосав с собой всю огромную тучу. Толстые паутины, окутывающие всё вокруг, в основном из светящихся тёмно-красных волокон, тут же разрушились, как хрустальные вазы, они осколками полетели к земле. И, мгновенно сформировали толпу людей... Это была не толпа. Это был ровный строй из скрытых с головы до ног в фантастическом обмундировании. Их жуткие шлемы, будто клубком свёрнутые змеи, разделёнными сегментами, и большими красными огнями на глазах напоминали карателей в Сан-Диего. Но, это были не они. Анимированная броня, в стиле роботов-самураев, это что-то новенькое. Это элитный, первый батальон Моджаев. Они появились из обломок этого вещества, образовав два строя, по обе стороны от наших героев. Их было около тысячи, и все они застыли, как каменные статуи, в ожидании команды своего хозяина. - Вот это я понимаю, боевая пехота! - поразился Сэм. - Я и не думал, что у нас есть такие молодцы. Только бы они стояли смирно и не рыпались. Нас же они не слушают? - посмотрел он на Джареда. Раздалось тяжёлое дыхание. Оно доносилось ото всюду. Стал слышаться какой-то неразборчивый шёпот. Макс двинулся вперёд. Сэм и Свейк, неуверенно пошли за ним. По телу Глэйсона пробежали мурашки. Он даже немного попятился назад. Эти создания, все как один поворачивали головы вслед за идущими. Они не создавали чувство безопасности, а наоборот, лишь навеивали тревогу. Но настоящий ужас окутал Глэйсона, когда впереди он увидел водянистый шар. Он катился им на встречу по пустынной глади, как сильно сплюснутый резиновый мяч. Из него вылезли чёрные нити, как щупальца, или скользкие смоляные верёвки. Они вели в воздух, прямо над ними. И быстро образовали два вытянутых кокона. Белая вспышка, заставила зажмурить глаза. Внезапно, оттуда, прямо из воздуха выпрыгнули две гигантские твари, очень похожие на... Подождите, это же известные доисторические животные. Громадины Завропосейдона, или что-то вроде того. Два длинношеих динозавра прыгнули на поверхность так, что земля содрогнулась, как от огромных метеоритов. Медленно, травоядные шли на встречу людям. Верхом на них сидели два не менее крупных человекоподобных создания. Они сидели на гигантах, будто на коне. Один из всадников, по форме напоминает женщину, в стальных доспехах, с ярко выраженной грудью, талией, и перемотанной белыми тряпками головой, вместе с лицом. Сзади развивался огромный тёмно-синий плащ. Белые, руки, размером с туловище взрослого человека покрыты чёрными пятнами. Второй был похож на мужчину в такой же броне, только в безрукавном жилете с чёрным плащом и длинными, широкими рукавами, полностью скрывающими его руки. На голове одет такой же чёрный капюшон. А высокий воротник, выпирал, будто множество острых ножей, торчащих остриём вверх. Его лицо невозможно разглядеть. Тем временем, сплющенный водянистый шар был уже в нескольких метрах от них, как вдруг раздалась громкая музыка. Старый трек 50 Cent - GetUp. Из шара будто в слоу мо вынырнула громадная акула. Это Мегалодон! С открытой пастью он летел в сторону обескураженных людей. На ней стоял человек. Крохотный мужчина, ростом со спинной плавник был перед самой головой ужасающей рыбины. К слову на голове у ней одет золотой намордник. Он держался за поводок обеими руками, и сурово смотрел в даль. Молодое мокрое лицо, лет двадцати, и смуглая кожа. Чёрные, длинные кудрявые волосы тянулись почти до плеч. Находясь в десяти метрах от наших героев он не естественно высоко подпрыгнул и приземлился рядом с ними. Музыка стихла. Снова раздался этот неприятный шёпот и громкое дыхание. Динозавры остановились рядом по обе стороны от него. Посмотрев на присутствующих людей, на его лице появилась улыбка. - А ты, судя по всему, Рахмуд - ухмыльнулся, глядя на него Сэм. - Так и есть, друг мой. - Вытянув руки по сторонам деловым шагом он подошёл по ближе. На коленях были заостряющиеся в несколько слоёв, с виду стальные пластины, похожие на наколенники. Чёрные, свободные штаны, грудные доспехи со сложными рельефными формами, тонкие ребристые перегородки поперёк всего торса, от пояса до груди. Бордовые заостряющиеся, в два слоя налокотники, поверх такого же бардового плаща, с жёлтыми узорами. На его правом плече был флаг Оазиса Аль-Макка, на левом, один под другим - другие знамёна, всех завоеванных Оазисов ИПО. - Мы очень рады видеть вас, - с трудом выдавил улыбку Свейк. - Все эти трюки, нечто невероятное. - Сколько дашь по десятибалльной шкале? - спросил его радостный незнакомец. - А в нашей оценке учитывать потерю двух человек? - возмутился Скала. - Ну, конечно. - приглаживает свои волосы молодой араб. - Стой. Подожди, - продолжил мистер Свейк. - Мы так не договаривались. Ты сам просил предоставить этих людей для переговоров. Значит обманул? Что вы с ними сделаете? - Вот об этом мы договаривались? - вздохнул Рахмуд, указав пальцем на Мождаев. - Вы нарушили уговор, я нарушил уговор. Один-один. - Но они здесь не причём! - взорвался президент Дуэйн. - В этом виноваты генералы Констант, убивайте их! А это были большие персоны. Самые большие и важные! Лучше бы вы их вернули нам как можно быстрей. Иначе... ничего хорошего от нас не ждите. - Я хорошо знаю, кто и в чём виноват. Хорошо знаю, кто устраивал ядерные бомбардировки и химические атаки на святых землях. Хорошо знаю, кто ответственен за войну между нами и Альянсом. - Если это была подстава, тогда есть ли гарантии нашей безопасности? - возразил Глэйсон. - Ну, разумеется. Вот же она, ваша безопасность. - опять указал он на Моджаев. - Рано или поздно, весь этот цирк, должен закончиться. И мы хотим начать прямо то сюда. - Продолжил президент. - Ведь ты, далеко не тот за кого себя выдаёшь. - Неет. - мужчина резко исчез и появился рядом с Глэйсоном. В этих руках до сих пор течёт королевская кровь, - поднёс он свои ладони к его лицу. Всё, что создано мной, принадлежит Земле и всевышнему. - Насколько известно нам, ты создал лишь разруху, - продолжает Кенни. - Когда ты стал визирем, ты утопил в крови Индию и Иран. Думаешь, этого хотел ваш народ? Короли - это всего лишь люди. Посланники Аллаха, и другие утвари мира сего. Не знаю кто, и какой силой тебя наделил, но это не наши технологии. Этот мир не вечность. Этот мир не идеален и вы должны понимать это. Как говорил пророк Мухаммед сали алльах алейхи вассальам, каждый из вас был каплей спермы. Даже я где-то слышал это, хотя не читал Коран! Ты только что взял, исчез в одном месте и появился в другом. Позволительно ли это с твоей религией? Что, лень было сделать три шага? И после этих вещей, ты говоришь нам, что ты один из нас? - Не спеши порочить меня раньше времени, мальчик, - посмотрел на него Рахмуд. - В Аль-Макка полно лицемеров, но я не один из них. Этот мир никогда не будет идеален, но он всегда будет стремиться к нему. - Верните моих людей, - уже умоляющим голосом обратился к нему Дуэйн. - Я верну их. Обязательно. Но сначала мы должны уладить парочку вопросов. Мистер мускул! - подошёл араб к президенту. Он был немного ниже лысого здоровяка. - Пришёл черёд расплаты для твоего народа. - Что ты хочешь этим сказать? - запаниковал Рок. Он явно вспотел и его глаза начали быстро бегать из стороны в сторону. - Не бойся. С ними ничего не случится. Вы должны принять некоторые законопроекты всего лишь по двум городам. - Рок безотрывно начал смотреть на динозавров и их гигантских всадников. Заметив это, Рахмуд улыбнулся и оглянулся назад. - Ах да. Я же забыл представить вам моих помощников по людским делам. Это Байва и Торхам - верховные Каратели, великие проводники. Байва провожает смертных до врат рая. Торхам, до врат ада. Это беспристрастные всадники Аллаха и его верные слуги. Чего молчите! - крикнул он на них. - Представьтесь моим гостям, проявите вежливость, покажите хотя бы лица, - Сэм и Макс переглянувшись немного улыбнулись. Остальным же было не до шуток. Огромная женщина быстро размотала тряпки со своего лица. О боги! Это было вовсе не лицо... Это огромный улей, с сотнями шершней, разлетевшимися по округе. Голубые глаза, светились, как два фонаря. На месте рта и носа были большие тёмные впадины. Тем временем, со второго создания снялся капюшон, сам по себе. Чёрная, смоляная гримаса, постоянно искривлялась и меняла форму. В один момент она резко вытянулась, как собачья морда, и издала тихий монотонный рык. - Они и в правду прокажённые, - с удивлением смотрит Сэм. - Не обижайте их. Их сила настолько велика, что они вдвоём могут уничтожить всё живое. Я хочу показать вам кое-какие вещи. - сложил руки на груди араб. - Но сначала, разберитесь между собой. Вы должны подписать эти грязные бумаги, - Смотрит он на Скалу. - Если вы хотите мирного соглашения. - Я ничего не подпишу, пока не вернёте Чунга и Гарольда, - возмутился Дуэйн. - И потом, с чего вы взяли, что этим всё закончится? Думаете передать Констант под контроль ЦС - единственное условие для урегулирования конфликта? Помните, что случилось с Накомото? Народ трудно убедить в чём бы то ни было. Особенно теперь... - Он подошёл к Рахмуду в упор, тыкая в него пальцем,- Когда появилась Империя Пяти Оазисов... Когда появился Уральский Эмират, Арабская Губерния и другое дерьмо! - он бросил взгляд на всех остальных. - Неужели в вас не осталось ничего человеческого?! Тогда знайте. То, что цивилизованные люди, всего за пару лет превратились в стадо запуганных животных это ваша вина!! Не правительства США. Не правительства Канады или Китая. Вы мракобесы. И я один здесь человек. Я один представляю интересы людей! Мистер Свейк, - подошёл к нему Рок. - Неужели вы думали, что я ничего не пойму? неужели вы думали скрыть свой отвратительный, подлый блеф? Мне плевать, о чём вы там болтали за моей спиной в ЛА. Я - гражданин США. Но в первую очередь, я свободный, мыслящий человек! Всю свою жизнь я сплю по пять часов в сутки, чтобы заниматься тем, что мне нравится. Тем, что мотивирует других. И делает их счастливыми. - Хватит, - вмешался Рахмуд. - Ты не на заседании ООН. - Ближе к делу старик. У вас осталось не так много времени, чтобы постичь участь Европейцев или Китайцев. - Что мы вам сделали! - всхлипнул президент. - Вы вот-вот введёте мир в хаос и анархию. Не спорю, мы тоже наделали ошибок, но, мы их признаём. Пожалуйста, остановитесь. - Громкий шёпот то пропадал, то внезапно появлялся снова. Он был еле разборчив, и на непонятном языке. - Это вы виноваты в том, что сейчас с вами происходит. - Рахмуд прищурился, глядя вдаль. - И я расскажу почему. Религия тут не причём. Раз уж ты стал глобалистом, приятель, ты должен войти в курс иерархической пирамиды вашей власти. В трёх словах, на пальцах, я раскидаю тебе, как студенту первокурснику... Возьмём последние двести лет истории человечества. Учёные, бизнесмены, политики и все остальные. Все остальные - теперь это рабы, биороботы. Чем дальше идёт время, тем бесполезнее они становятся. Ибо вас совершенно не беспокоит их судьба. Вы боролись между собой. Делили власть. Создавали целые кланы. Сперва семейные, затем корпоративные. Кто-то был сильным, кто-то слабым, кто-то настойчивым, а кто-то компромиссным. Но, десятилетиями, вас объединяли одни и те же цели. Алчные и ничтожные. Они хотели сохранить стабильность. Равновесие и совершенство, но не во благо народа. А во благо себя. Чтобы навсегда остаться у власти и всегда получать прибыль. Были и другие случаи. Когда создавали социализм, коммунизм. Тогда жизнь была во благо народа. Но и правители были из народа. Тупые, как пробки колхозники. И так у вас началось противостояние. Безмозглые крестьяне и ненасытные волчата. Эгоисты против недоучек. Ненужные споры. Ненужная конкуренция. В правительстве не должно быть эмоций, соперничества. Все вы тянули мир к анархии. Человечество не раз стояло на грани ядерной войны. Тогда я думал, почему ваши люди позволяют так обходиться со своими жизнями? Пока в этом столетии окончательно не разочаровался в них. - Постой, с виду тебе не больше двадцати. - Начал Глэйсон. - Ты был свидетелем тех событий? - Ухмыльнулся он. - Нет, к счастью, - из стороны в сторону начал перемещаться Рахмуд. У меня есть хорошие источники, которым я доверяю. Тогда казалось, что хуже уже некуда. Но вы кретины, как всегда доказали обратное. Когда ваши псевдоучёные вспомнили об экологии. О том, что они живут не в матрице, а всё на той же Земле, по которой когда-то ходили динозавры. - Он посмотрел на слева стоящего Завропосейдона. Тот громко приступился с места на место и зарычал. - Спокойно малыш. Придёт наш час. - Гигант с чёрной, бесформенной головой, спрыгнул на землю. И осторожно начал гладить его по башке, своей стальной, как у рыцарей перчаткой. Он, наверное, в пять или шесть раз выше обычного человека. И громадный травоядный, на его фоне был, как обычный конь. Все внимательно смотрели на это зрелище, пока динозавр не успокоился. - Эти люди до сих пор живы. Они решили, что конец намного ближе, чем казалось раньше. Мегатонны выбросов CO2 в атмосферу, иссякающие запасы пресной воды. На фоне роста населения, это выглядело не так перспективно, как им хотелось бы. И они решили подсократить население. Вакцинацией, локальными войнами и некоторыми законопроектами. К тому же, ваше общество на тот момент уже лишилось человечности. Продукты доминирующей власти, стали извращенцами. Преувеличивая и отожествляя всё вокруг, они сошли с ума. Такие, как мы с вами, должны быть сумасшедшими. Это нормально. Ведь у всех здесь присутствующих, есть способность к анализу. Я надеюсь, - грозно посмотрел он на Глэйсона и президента. - Но, когда толпа становится сумасшедшей - это конец. Их мышление прямолинейно. Их мозг устроен проще, чем калькулятор. Что-то типа Helloworld! (программа). - Неправда! - вмешался президент. - Не надо! - быстро его перебил Рахмуд. - Ты прекрасно знаешь, о чём я. Не затирай сказки про то, что все люди равны. Не важно, что представляет оболочка. Важно то, что у неё внутри. И ваша демократия, самый лучший тому пример. - Скала лишь глубоко вздохнул. - Семь миллиардов, ныне живущих уже обрекли себя на вечные страдания. Вы превратили людей в отвратительных животных, и мы решили помочь вам избавиться от них. Не только Европейцы подверглись гиперболизации своих ценностей. Мы распылили среди них болезнь 'Лампа' инфекции. Это вирус, разработанный, между прочим вашими людьми. Здесь, неподалёку, на зоне 51. Жители Оазиса Гуанчжоу так же негодуют. На них мы скинули вирус 'Хальтонья'. Отныне им запрещено быть неоригинальными. Если они осмелятся, как раньше повторяться за европейцами, их тела начнут разлагаться, заживо. У нас есть куча подобных вирусов, которые как компьютерные программы, могут задавать людям правила поведения, жизненные условия, и вообще делать с ними всё, что угодно. Кстати, китайцы справились с нашим испытанием. Да, скрепя зубами, но это факт. Не потому, что умеют быстро приспосабливаться к новому. А потому, что, их подражание западу, как выяснилось, было всего лишь образом жизни, а не генетическим кодом. В отличие от немцев, французов и тому подобных европеоидов, смирившихся с волшебными нововведениями. - Вы совершаете ошибку. Ещё не поздно остановиться. Верните нам корейского президента и министра обороны! - одно на уме у Скалы Джонсона. - Вот видишь... - Рахмуд опять исчез и появился позади них. - Для тебя два человека важнее семи миллиардов. И однажды, эти звери порвут вас на части. Народные волнения, массовая паника. Безумные деньки ждут вас в ближайшее время. Вы, глобалисты последних двух столетий, создали социальное чудовище, паразитируя на нём, и визжа от радости. А мы направили этого монстра против вас. Чтобы вы посмотрели на своё творение со всех сторон. Вы плевать хотели на науку. Плевать хотели на перспективы человека, как вида. И вас ни что не интересует, кроме прибыли, и культа личности. Вы готовы жить в неведомом мире, и исчезнуть в один миг... - Я хотел исправить ситуацию, но, это не просто, - начал Сэм. - Проще оставить это дерьмо и свалить на Терраро. Люди, как вид, уже создали там новое общество. - Вот видишь, мистер Дуэйн. Своими действиями, вы настроили против себя таких людей, как Сэм. Таких, как Диа Муспирини, Бимбо, Рики, Накомото и многие другие. Алчность и эгоизм не приветствуется среди умных людей. Среди настоящих учёных. И ваша цель, все ваши страхи заключались в том, чтобы власть не попала в руки к таким людям. К думающим глобалистам, чьи цели и желания больше, чем деньги. У стадных животных вы легко отберёте власть. Потому и дали им волю, в последнее время. - Хочешь сказать, что за последние двести лет в мире не было гениальных учёных, поддерживаемых властями? - вдруг спросил Свейк. - Нет, конечно, - тут же ответил араб. - Не слушайте его! - закричал Джонсон. - Очевидно, что он хочет настроить вас против правительства ЦС. - Неужели, вы поверите ему. Во все времена власти искали талантливых людей по всему миру! Это полный абсурд... Как тогда мы совершили научно-технический прогресс, мистер? - Да, были хорошие люди. Сопротивляющиеся вашей системе. Но они стояли у истоков. - отвечает ему Рахмуд. - Они внесли свой вклад в фундамент абстрактных наук, но не более того. Этот этап пройден. И жизнь не остановилась. С тех пор прошло столетие, по меньшей мере, вы не стали для них препятствием, вы стали природной угрозой, неправильно пользуясь техническим и научным потенциалом. - Какой фундамент? - вмешался Глэйсон. - Хочешь сказать во второй половине двадцатого века ничего не было? А как же Стив Хокинг, к примеру? - Во второй половине ваше общество деградировало семимильными шагами. И весь прогресс по инерции мчался с прошлых лет. Учёные вошли в стадии алчных торгашей, как и те, что сидят у власти, либо 'не таких как все', - мужчина поднял руки, пальцами указав кавычки. - Обиженные, ущемлённые. Хокинг стал популярен, потому, что инвалид. Он заставлял людей обращать на себя внимание из жалости, а не за заслуги. - закончил кучерявый чудак. - А Илон Маск? - спросил Глэйсон. - Любитель ковбойских шляп? - Бизнесмен с недостатком внимания, - быстро ответил араб. - А как же Нил Тайсон? - спросил Сэм. - Мистер самоутверждение. Мотиватор ленивых чёрных задниц, - ответил Рахмуд. - Ты специально спросил о Тайсоне? - недовольно улыбаясь Глэйсон смотрит на брата. - Нет, нечаянно, - улыбнулся тот в ответ. -Отчасти, я согласен с ним. Не вижу смысла попусту сотрясать воздух, ради нашего толстолобого президента, если ваше великопочтенничество не сочтёт это за грубость. - глумится над качком Сэм. - Ты прав. Пусть президент подпишет бумаги и дело с концами. - подошёл Макс лицом к Дуэйну. - Нужны официальные лица. Это так не делается. - возмущается большой Рок. - А это что, не официальные лица? - улыбаясь Сэм показывает на строй Моджаев. - Я не шучу! Нужны журналисты от ЦС. Заседание парламента! - Будет тебе парламент. - продолжил Рахмуд. Нужно всего лишь твоё согласие. Я выслал тебе наш план, на почту. А с теми двумя крысами можешь попрощаться. Сделаешь всё, как там сказано, протянешь до судного дня. Будешь действовать по обстоятельствам, раньше времени обречёшь себя и свой народ на страдания. - Рахмуд немного взлетел в воздух. Он поднял руки к верху и опрокинул голову назад. - Что значит раньше времени!? - завопил Дуэйн. То есть, это всё неизбежно? Что ж вы хотите от нас? Что нужно сделать, чтобы ИПО оставило нас в покое? - Рахмуд резко опустил голову обратно. Его глаза засветились белыми лучами. - Ничего, - из него раздался тихий нечеловеческий смех. - Вы всё уже сделали. Теперь молитесь, чтоб судный день пришёл как можно раньше. - Он плавно опустился обратно на землю. Его плащ стал сильно извиваться на ветру. Из чёрного рукава огромного создания, медленно вылезала какая-то слизкая чёрная хрень. Она вытягивалась всё больше и тянулась к ним. Её конец заострялся и походил на толстый, мягкий червь. - Что это такое? - Дуэйн вынул свой пистолет и наставил на змееподобную руку, вот-вот дотянувшуюся до них. Громкое дыхание, заставило вздрогнуть Сэма. Издался пронзительный писк. Или какой-то скрип. Он быстро утихал, сменяясь шуршанием, и тем самым шёпотом, похоже исходящих из окаменелого строя Моджаев. Вдруг картинка резко затряслась и в глазах Сэма всё поплыло. Похоже он вошёл в психоделический транс. Он видел, что сейчас идёт диалог между Глэйсоном и Рахмудом, но не мог разобрать о чём они говорят. И как они это делают. Будто на невиданном языке. А может, телепатически. Время от времени их тела искажались. Блекли и резко перемещались с места на место, как в прошлый раз. Бессознательные ямы? Подумал про себя Сэм. Он посмотрел на себя и дёрнулся от неожиданности. Его ноги были по колено в земле. Но они совершенно свободно двигались. Просто провалились в текстурке. Он попытался вылезти от сюда, но буксовал на месте. - Зачем строить конкуренцию, подвергая этому жизни всего человечества? - спросил приторможенный голос, вроде бы Рахмуда. - Мы хотим их обесценить. Мы прислужники Шайтана. - ответил президент Дуэйн. - Масоны играли человеческими жизнями, когда всё было намного проще. Но сейчас мы не можем удержать власть. Это кощунство. - Ваше социальное чудовище не заслуживает смерти. - Ответил Рахмуд. - Они будут полыхать адским пламенем. На этой планете и на всех остальных. - Вам не поможет Джузип, - ответил Свейк. - И другие тоже, - раздался чёткий шёпот из неразборчивых звуков. - Уольпагаями? Не знаю таких. Их не существует. Это выдумки обычных людей. - говорит неизвестный голос. Внезапно, динозавры позади Рахмуда помутнели. Это были здания. Две одинаковых постройки. Сэм будто вышел из состояния анабиоза. Он стоял уже где-то в совершенно другом месте. Рядом никого не было. Под ногами уже совершенно другой песок. Рыхлый, и более желтоватый, а не серый и не сухой. Обернувшись по сторонам, он увидел какую-то суету с виду военных армии США. Всюду стояли (некоторые парили в воздухе) незнакомые летатели и большие квадратные здания. Тёмно-серые. Или даже чёрные. Без окон, без крыши. Они больше напоминали гигантские коробки. Сэм быстро поднял руки перед собой, осматривая их со всех сторон. Вроде бы всё в порядке. Но где он находится, так и не понял, пока сзади не подошёл Макс. - Что, так и будешь стоять? - с улыбкой на лице толкнул он Сэма в плечо. Тем временем, взор парня упал на табличку вдалеке, прикованной к сетчатому железному забору. На ней была надпись 'Зона 51'. Тогда Сэм улыбнулся ему в ответ: - Какого хрена я здесь делаю? Хотя нет, - быстро перебил он пытающегося ответить ему Макса. - Какого хрена ты здесь делаешь? - Мы в двух ста милях к северу от пристанища Моджаев. Штат Невада, зона 51, - отвечает ему напарник по офису. - Ну спасибо, приятель. Это я уже понял. Где все остальные? И почему я не помню, как оказался здесь? - Остальные разъехались живые и невредимые. - Макс залип в своём гаджете. - Они подписали, всё как договаривались. Нас типа распускают, компанию, разделяют и частично передают в руки Альянса. Офису в Сан-Хосе устроят байкот. Они больше смерти боятся Купилабу, и хотят свергнуть его с помощью нас. Сделать его продукцию невостребованной. Тогда Шарвей сами уволят его. Сейчас Рахмуд хочет договориться лично с тобой. - И о чём же? - кружится на месте Сэм, тщательно пытаясь всё разглядеть. - О внедрении программы сокращения разных популяций людей, преобладающих в избытке по своду ИШат. Просто ужасающая херня. Скажу сразу, только извращённому безумцу придёт в голову применять это. - Макс быстро оглянулся по сторонам. - Но, взамен, они хотят дать нам образцы своего невероятного вируса. - загорелись его глаза. - С его помощью, мы сможем взять под контроль ИПО. Да, хоть весь мир. Я до сих пор в шоке. Оказывается, этот визирь вовсе не на стороне пастухов. - Неужели? - Сэм пошёл к одному из квадратных зданий, высотой с пятиэтажный дом. Макс двинулся за ним. - Да. Он на нашей стороне. По край ней мери, сейчас. Мы не можем отказаться от этого. Ты представляешь, какие возможности перед нами это откроет? Мандэсо сойдёт с ума. Патоген17 нуждается в этих образцах. Мы должны изучить их. - Из группы солдат к ним на встречу шёл Рахмуд. По пути он с кем-то разговаривал на отдалённой связи. Увидев Сэма, он остановился. - Извини, что так вышло приятель, - обратился он к недоумевающему парню. - То, что тебя пришлось телепортировать сюда без твоего ведома. Ты же не думаешь, что твои лучшие друзья устроили против тебя заговор? - Да что уж там, - оправдывается Сэм. - Если бы я мог оказать хоть какое-то сопротивление. Право выбора. Вам не знакомо такое понятие? - Вот об этом-то мы и поговорим. Следуйте за мной. - махнул головой в сторону длинноволосый араб. - Всему когда-то приходит конец, неправда ли? Улыбнулся он, смотря вперёд по пути. Этот мир создан не для людей. - И для кого он создан, - с наигранным умилением спрашивает Сэм. - Для зверей. Для лесов. Для земли и океана. Для травы и утренней росы. Для всех тех, кто не приближает мир своим существованием к апокалипсису. - Должен сказать, в этом есть логика, - посмотрел Сэм на Макса. Тот молча посмотрел на него. Они шли по обе стороны от Рахмуда. - Допустим, это так, что дальше? - смотрит он на сооружения, невиданных конструкций, которые всё больше напоминали мегаполисы Аль-Макка, нежили военную базу. - Мы должны внедрить некоторые противоестественные изменения в их среду обитания. - продолжает говорить и смотреть только вперёд Рахмуд. Впереди виднелся какой-то обрыв. Или, может быть склон. Они шли прямо к нему. И вот... подступили к самому краю... Невероятное зрелище! Громадная пропасть со всех сторон сливалась с горизонтом. Всё это время, они будто бы шли по горе, с ровным пустынным покрытием. На горизонте, тёмное небо сверкало розовыми вспышками и белыми молниями. Белое, как молоко, огромное озеро, расположено по середине раскинувшихся видов. Множество каменных скал, с тоннелями внутри, напоминали арки разрушенного Колизея, только природного происхождения. От сюда эти красоты казались маленькими. Но в реальности они огромны. Под ногами была тропа. Хотя очень трудно это назвать тропой. Очень опасный спуск, извивающийся в разные стороны, вёл куда-то в неизвестность. По всей долине виднелись гигантские, как деревья кактусы, и больше не единого растения. Озеро, судя по всему чрезмерно солёное, потому и не питает сухую почву. - Мы пойдём туда? - обратился к ним обоим Сэм. - Нет. - ответил Рахмуд. - Посмотрим со стороны. - Как думаешь, почему масоны хотят враждовать со всеми? Все эти гонки вооружений. Попытка самоутвердиться или страх потерять власть? - И то и другое, - ответил Сэм. - Ты должен кое-что пообещать мне. - Смотрит в даль опрометчивый бедуин. - Ты сделаешь всё возможное, чтобы наша сделка осталась анонимной. - Хм, - Улыбнулся Вэлтерс, о чём-то задумавшись. - Мы сделаем всё, что в наших силах, - ответил за него Макс. - Вот и славно, - посмотрел на них Рахмуд. - Не могу обещать. Я, так понимаю, мы должны сделать что-то нехорошее, - тут же вмешался Сэм. - У меня нет варианта оставаться нейтральным? - Зависит от обстоятельств. - отвечает араб, делая странные медленные движения. Рассматривая ладони своих рук, будто бы он не в своём теле. - Вы вербуете меня? Что это значит... Макс? - ждёт ответа Сэм от своего коллеги по цеху. - Нет. Очевидно, он делает нам предложение. Но, в нём нет ничего плохого. Мы сделаем людей такими, какими они сами хотят быть. Да, мы лишим их права выбора. Должны же мы пойти на какие-то жертвы. Ни строй из себя либерала. Модификации Лампа инфекции и Хальтонья, позволят нам установить стабильность и процветание. Мы можем сделать счастливым каждого человека на земле, а самое главное, разобраться с ИПО. - Вот именно. Зачем сейчас кяфиры раздувают глобальные конфликты? Против кого направлена их алчность и ненависть? - спрашивает Рахмуд. - Наверное против нас. Против Констант и Джузип. Против ИПО и всех несогласных с ними. Знаю, что им не нужен прогресс. Им нужна власть и тотальный контроль. - продолжил Сэм. - Но это не повод превращать людей в безвольных зомби. - Жизнь и смерть - для вас это не одно и тоже, - начал ходить из стороны в сторону араб. - Ибо все вы в гостях. А я уже дома... - Сэм опустил глаза вниз. Макс молча сжал в кулаки вспотевшие руки. - Геополитика всё ещё играет важную роль для них. Несмотря на то, что у них не осталось врагов. И несмотря на то, что наши Оазисы расположены во всех точках мира. Иран и Россия развалились. Северная Корея - полигон для испытаний, а африканцы стали пищей. Это всё их инициативы. Не наши. Эти твари никак не успокоятся. Если их бессмысленное существование для вас имеет смысл, то вы не имеете рационального мышления. - А, разве ты не на стороне ИПО? - спрашивает Сэм. - Уже нет. ИПО это фанатичные маразматики, разве не понятно. Однажды им надоест ждать апокалипсиса, и они устроят его сами. Мы должны избавиться и от них тоже. - А как же все эти новые страны. Уральский Эмират, Орден Тамплиеров. Они очень окрепли в последнее время, - вмешивается Макс. - Фанатизм мутит их рассудок. Ещё больше выводит на эмоции. Если они опередят нас? Или что-то заподозрят? - Загнав крысу в угол, вы не оставляете ей шанса. - продолжает Сэм. - Сознательно, население Альянса намного выше, чем кажется. Вы просто хотите видеть их такими - никчёмными животными, а зря. Мне это не нравится. Почему бы просто не поменять власть? И всё встанет на круги своя. - Орден Тамплиеров - наш проект, - ответил Рахмуд. Они не представляют угрозы для ЦС, в отличие от УЭ, и других злосчастных организаций, созданных пастухами. Они просто соблюдают наш устав, чтобы не постигнуть судьбу бездушных европейцев. - Пастухи не работают за пределами Аль-Макка. - отвечает ему Сэм. - Здесь ты прокололся. - Кто сказал тебе такое? - усомнился Рахмуд. - Один из них. Да-да. Как-то мне посчастливилось пообщаться с одним. - Возможно ты прав. Возможно это другие силы. В этот мир пришло много нечестии, о которой вы ещё не знаете. - В любом случае, тамплиеры очень серьёзная сила. - продолжает Макс. - Игроки, с которыми нам придётся считаться... От Норвегии до самого Урала. И ладно бы это были люди. Это земли, подконтрольные Карателям и религиозным фанатикам. Президент Герман Стерлигов и его наставник патриарх Петербуржский и всея Руси - Блаженный Сельдь Христос-воскресевич - ярые безумцы. Они ненавидят всё, что их окружает. - Никакая это не серьёзная сила, - отвечает Рахмуд. - Демоны, которых сдерживают пастухи, вот где серьёзная сила. А эти получают по заслугам, за свою разгульность, распущенность и безответственность. Западный мир отвернулся от религии. В средневековье их общество обожглось о безумие христианских сектантов. Бизнес, насилие, грязь - главные ценности католической церкви с четырнадцатого века. И поэтому, всевышний ссылал на них всяческую проказу. - Но, зачем сейчас то это нужно? - ехидно смотрит Сэм на Рахмуда. - Ты говорил, что вы не поддерживаете ИПО из-за фанатизма, а сами привели к власти сектантов в восточной Европе. Даже несмотря на то, что они православные христиане, а не мусульмане, и тем более не сунниты. Складывается впечатление, что вы выбираете вожаков, исходя из степени их безумия, и не по каким другим принципам. - А ты смышлёный малый, - спокойно посмотрел на него араб. - Пройдёмся до здания бывшего Центра Биоэнергетик. - Он пошёл в сторону больших построек. Сэм и Макс молча двинулись за ним. - Их постигнет незавидная участь. Мне многого от вас не надо. Просто, чтобы вы не мешали. Мы накажем тех, кого считаем нужным, а после целиком доверим вам весь этот мир. - продолжает Рахмуд. - Пусть наши враги немного порезвятся. - На глаза то и дело попадались какие-то мутанты, совсем не похожие на людей. Огромные личинки или летучие мыши с обвисшими мордами. Время от времени, мимо проходили солдаты, наверное, какой-то обслуживающий персонал, а может, замаскированные под людей Каратели. Сэма это не сильно интересовало. Его взор упал на какие-то толстенные шланги. Мягкие, прозрачные трубы тянулись вдоль забора. По ним пульсировала белая, густая консистенция. Будто насосом, это вещество рывками двигалось в огороженном сетчатым забором участке. А в центре участка нефтекачалки! Серьёзно, это были станки-качалки, пять штук. Все они работали. Но самое удивительное то, что огромные шланги, толщиной с метр, вели к ним. Жидкость текла оттуда, по направлению, в большие цистерны, из нержавеющей стали. - Что это за вещество? - не мог не поинтересоваться Сэм. - Сперма чистокровных геев, - незамедлительно ответил Рахмуд. Сэм громко чивкнул, что есть сил сдерживая смех. - Зачем? - спросил ошарашенный Макс, на мгновение остановившись. - Экспортируем в Европу, - продолжает идти Рахмуд. - Они так любили нашу нефть Аравийского полуострова. Но теперь она закончилась. Да и нравы людей поменялись. Теперь каждый европеец, обязан выпивать стаканчик спермы по утрам, вместо завтрака. - Вместо йогурта? - в голос рассмеялся Сэм. - А им не до смеха. 200 миллилитров - суточная норма, в противном случае они отправятся в кремоторий, - ухмыльнулся ему в ответ Рахмуд. - И не думай, что это бесплатно. Они ещё и платят за это. Он остановился, кинув взор на разноцветные нефтяные качалки. - У каждого станка своё предназначение. Вон та. - тыкнул он пальцем. - Качает кровь феминисток. А вон та. - тыкнул он на другую. - Говно Индейцев. - Почему Индейцев? - уже прослезился от смеха Сэм. - А это для вашего Американского народа. - спокойно ответил ему араб. - Чёрные и азиаты стали полубогами. А вот про индейцев все забыли. Ещё бы, ведь они в подавляющем меньшинстве, не могли постоять за себя. Не могли выразить своё возмущение. Не устраивали митинги перед вашими вельможами. Не наводили беспорядки. Не подавали в суд, за то, что их не было в главных ролях голливудских фильмов. За то, что не поступали в институт, набрав меньше всех баллов. И это коренной народ. Сюда приехали белые завоеватели. И их трусливые потомки знают об этом. Но им и так приходится лизать слишком много возмущённых задниц. Индейцы - единственные, кто стоит рангом ниже белых. Это наглядно показывает, что мнение терпил нигде не учитывается. Даже в самом демократичном месте во вселенной - вашей свободной Америке. А интеллект не играет никакой роли, в мире, где правители жаждут сохранить власть. Общество всегда было их основой. И они сделают всё, чтобы угодить толпе, какой бы безумной она не была. Потому, что по-другому не умеют. Они готовы вернуться в каменный век. Деградировать до насекомых. Они готовы позволить массам самостоятельно определять ценности. Но у массы нет мышления. Оно присуще только индивиду. - Дуэйну Джонсону ты говорил насчёт каких-то двух городов, - уже посерьёзнел Сэм. - Законопроекты, которые он должен подписать, так понимаю, по поводу вот этого дерьма? - Да. Сан-Франциско и Детройт. - Столица геев и темнокожих... бормочет в слух сам себе Макс. - Чем они могли насолить вам. - Сэм посмотрел на него и вздохнул... Он опустил взгляд вниз, о чём-то задумавшись. - Любой, кто увидит радугу в Сан-Франциско, превратится в обычный фаллоимитатор, а безработные Детройта, в автомобили, марки Форд. - Зачем вы всё максимизируете? - спросил Сэм. В Сан-Франциско невозможно не увидеть радуги. В них выкрашены даже пешеходные переходы. Найти работу в Детройте тоже невыполнимая задача. - Любая задача выполнима. Они нуждаются в этих испытаниях. Это часть человеческой сущности. Их пороки - стремление к идеалу. К максимальному результату. И им не важно, что стоит за их желаниями... Они подошли к большому, прямоугольному зданию. Очень длинное, но не высокое. Явно выделяется среди остальных. Вдоль всей стены есть характерные выступы. Прямоугольные, от земли до самого верха. Будто небольшие башни, наполовину в стене, и обычными, невысокими крышами, в виде четырёхугольных пирамид, возвышающимися, как раз над этими выступами. Огромная ярко-жёлтая надпись, нарисовалась вдоль всей серой стены. На английском языке: 'Центр Биоэнергетик', затем, на арабском: 'исследовательская обсерватория'. Эффект появления букв, схож с тем, как будто их рисовали от руки. Рядом стояли большие стеклянные купола со стальными перегородками, соединёнными треугольниками. Они подошли к центральной секции здания. Очевидно, там был вход во внутрь, хотя ни окон не дверей нет, как в принципе и во всех других постройках, больше напоминающих катакомбы или военные ангары. Фиолетовым цветом, на ней высветился ещё один длинный арабский текст, мелким шрифтом. И большая круглая эмблема Оазиса Прокажённых. Только сейчас Сэм поднял голову к верху и замер от увиденного. На шпилях двух соседних башен развивались горящие ярким пламенем синие флаги с жёлтыми звёздами по кругу. Макс и Рахмуд тоже остановились. Огромный купол стоял на верху безжизненной постройки. Он был из стёкол разноцветных треугольников, и сразу предавал органичности зданию. На верху купола торчал шпиль с серебряной эмблемой головы Эйнштейна с высунутым языком! Это не то, чтобы надругательство, это выглядит невероятно, и в то же время... странно. - Идём, Сэм. - позвал его Рахмуд. - Когда-то это было рабочее место пастуха Алаяна. А ты говоришь, они не бывают за пределами Аль-Макка. Впечатляет? - Да не очень, - нахмурившись пошёл парень. - И я о том же, - без эмоционально поднял одну бровь аль Сауд. - В Мекке над такой архитектурой бы рассмеялись. Но должен признать, в Медине гораздо более насыщенный, традиционный стиль. И всё же у него нет вкуса. - Да мне плевать на его вкусы, - они вместе продолжают идти. - Горящие флаги Евросоюза. Что за невежество? Ничего лучше придумать не могли? - Этим он даёт понять, что программное расширение трансформации человеческих нервных систем используется на базе стандартизации благородных животных конкретного ареала обитания. Ничего личного. - Это маразм! - крикнул на него Сэм. - Такова реальность, - ответил Рахмуд. - Почему вы просто не убьёте их! Если так сильно ненавидите. В чём прелесть быть таким жестоким? Зачем изобретать все эти вирусы и крематории? - Это высший замысел, осознать который не под силу смертным. Мы сохраним их популяцию во всех комбинациях. И это должно успокоить тебя. - В смысле? - скромно спросил его Макс. - И в прямом, и в переносном. Британия и Швейцария, к примеру, не наши союзники. Но они останутся такими, как есть. Как чистый образец. Пусть сохранят свои традиции. - Вот чёрт... - задумавшись смотрит в одну точку Сэм. - Значит, вы хотите раскидать людей по эволюционной лестнице в одном временном промежутке? - Рахмуд молча посмотрел ему в глаза и слегка поправил волосы. Макс с ужасом взглянул слюни. - Предупреждён, значит вооружён. Вы поможете нам в этом. Можете сделать всё по своему. Просто, я должен был это сказать, - засветился довольный бедуин. Они подошли к легковому летателю. Сэм и Макс сели во внутрь. - Помните, дети мои, - стоял рядом аль Сауд. Наш замысел очень рискован. Нам попытаются помешать. Но, то, что стоит на кону, стоит любых рисков. - Напомни, что для тебя стоит на кону? - поинтересовался Сэм. - Честь и достоинство. Возмездие и справедливость. Такова моя натура. Я лишь хочу отстоять свою идеологию. А современный мир не даёт ей даже право на существование. - Приму к сведению. Что, если Шарвей вмешаются? Их решение не зависит от нас. - устроился поудобней в сиденье Сэм. - Они не вмешаются, если вы не поспособствуете. - Что ж, тогда предай привет своему отцу, если он всё ещё твой отец, - с насмешкой ответил Сэм, введя что-то на ручном браслете, спроецировав матричное изображения меню управления в сетчатки своих глаз. - Обязательно, - неподвижно смотрит на него араб. - Мы ещё обязательно встретимся. Я познакомлю тебя с Марагмон. Разве он сам с тобой ещё не говорил? - Нет. С недоумением оторвался от гаджета Сэм. - Значит Макс за него скажет. - О чём? - посмотрел он на Макса. У того пополам раскололась голова, на уровне висков. И задёргалась, будто рот у мягкой игрушки. Оттуда раздался писклявый хлюпающий голос: - О том, что я всё знаю! - Сэм дёрнулся и упёрся спиной к двери летателя, отдалившись от него. Рахмуд двигал пальцами правой руки и управлял телом паренька, как куклой Вуду. Макс закрыл дверь, и его голова обратно срослась. - Это ты? - до сих пор остерегается его Сэм. - А что случилось? - своим голосом отвечает ему Макс. - Ничего, - с облегчением вздохнул Сэм. - Так что там с акциями? - Ах да. Забыл сказать. Макс достал сигару в коричневой обёртке из коробки с лепестком канабиса, и хорошенько затянул. - Ну, вообще, это длинная история. - он говорит и одновременно настраивает маршрут полёта на рулевой панели. - Короче, всё, как мы и предусматривали. Они наняли бригаду профессиональных актёров, которые будут играть даже нас с тобой, представляешь? - засмеялся он предложив затянуться Сэму. Тот молча отмахнулся, продолжая его слушать и залипать в смартфоне. - Так вот, нас типа отстранят, будут таскать по судам, все дела. Дуэйн Джонсон и вся его партия бодибилдеров должны сыграться с ними. - Что, и Кали Масл? - с улыбкой спросил Сэм. - И Фил Хит и Рони Коулман. Все политики. Весь сенат, ЦС, а и Альянс тоже. Они получили Облигации Констант. Официально, теперь они полные владельцы нашей доли. Там, около десяти процентов. Но, на деле, всё остаётся, как прежде. - Мне нравится, - отмахивается от дыма Сэм. - Пусть Купилаба кулаки кусает... скоро мы выкурим его с поста. - Ага, - довольно посмотрел на него Макс. - Вот только эту сишку докурю. И сразу возьмусь за него. Странный он какой-то. Этот тип Рахмуд. Чересчур странный. Ты думаешь, они сдержат своё слово? А что, если они не остановятся? Что, если они хотят лишь воспользоваться нами и в конечном итоге к чертям расхерачить всю Землю? - Возможно... - задумался Сэм, глядя на ясное, полуночное небо в окно. - Возможно у нас ещё есть шанс остановить их. Я в полном замешательстве. Но, кажется у меня созрел план. Мы должны любой ценой заинтересовать сторонние силы... Пока не поймём, с чем имеем дело. - А с чем мы можем иметь дело? Гомерополо? - спрашивает Макс. - Ха-ха. Надо всерьёз заняться расследованием. И, начнём пожалуй с Терраро. Они прилетели в Лос-Анджелес. Там их встретили люди из ЦС и Констант. Большой компанией они немного посидели в особняке Мэлтерберга и на утро вернулись в Самоа.


## Последний штрих

Оазис Аль-Макка. Святилище Джедда 19 февраля 2034

Большой грузовой летатель B-класса приземляется на окраине города. Все его контуры светились белыми и синими линиями. Сам корабль серого цвета, будто из стали, довольно плоский, и слегка вытянутый. Не успел он коснуться земли, как снизу расправился мост, прислонившись к сухой почве. По мосту расстилался свёрнутый, широкий ковёр. По обе стороны прибежали военные. Это люди в чёрно-бежевых нано-костюмах, похожих на обмундирование Джузип. Их головы, вместе с лицами скрыты в грозных шлемах. Наконец из транспорта выходит свита. Впереди идущие, похожие на генералов - люди в высоких фуражках. На груди множество медалей, а на плече флаг бывшей Саудовской Аравии, только в двух цветах. С левой стороны зелёный, а с правой, разделяясь волнистой линией - чёрный. За ними вышли три шейха, одним из которых был Мухаммед ибн Салман Аль Сауд. - Король Эр-Рияда. Он остановился у самого входа, на мгновение осмотрев всю округу: - О Аллах, что ты с нами делаешь. - еле слышным басом прошептал он. На улице уже вечерело, но небо было ярче чем днём. Оно сверкало красными вспышками, как шаровая молния, перемещаясь и медленно испуская лучи во все стороны. Казалось, что этот город новые технологии обошли стороной. Обычные средние кирпичные дома, которые и небоскрёбами-то не назовёшь, скромно теснились на горизонте. Но в небе происходило что-то по меньшей мере странное. Там не только сверкали вспышки из неоткуда, но ещё и резко искажалось пространство. Словно жаром от костра, мутными волнами небо смазывалось в разных местах. Затем, обретало более яркие, голубые очертания и стекало вниз, как густая смола в виде сталактитов. На встречу Мухаммеду вышли другие люди. Некоторые были одеты в традиционном стиле, а некоторые в европейском. Сзади одного из них слуга размахивал большим, как зонт веером на длинной палке. Он поднял руку вверх, поприветствовав гостей. Мухаммед помахал ему в ответ, продолжая идти на встречу. Вот они встретились. Поклонившись друг другу, незнакомец улыбнулся. Это был один из членов правительства здешних мест. - Как ваши дела, господин? - спросил он короля. - Приехал к сыну. Нужно обдумать множество проблем. По странам персидского залива в частности. - Он занят, - ответил шейх, посмотрев в небо. - Они ищут его? - спросил старший Аль Сауд, тоже подняв глаза вверх. - Да. И они найдут, - спокойно ответил мужчина, вскинув свой белый халат на правую руку, словно рукав. - Они ищут уже неделю, - ответил мужчина в фуражке со стороны короля. - Ты же знаешь, для них нет ничего невозможного, - ответил тот, и медленно двинулся в сторону города. Неспешна они шли к зданию городской администрации. По приказу Мэта Ламаса, сегодня местное самоуправление сдаёт свои полномочия. А вот и он. В неприметной европейской одежде спускается по золотым ступеням роскошной террасы. Следом за ним идут двенадцать солдат-Карателей - его личная охрана. Он занимает высочайшую должность в Аль-Макка - верховного инженера. Генеральный директор Шеком - компании по удержанию неконтролируемого кода и внедрения туда существующей прошивки в алгоритмах Валдэра (эмуляции решения, не входящие в систему условий). Ответственный за 'Оазис Прокажённых' и президент ПАО (поверхностной архитектуры оазисов). И что не маловажно, он один из немногих, кто никогда не работал на Констант. Разумеется, всю поддержку он получает от ИПО. Он, как и все члены 'нового' правительства ведёт скрытный и в основном затворнический образ жизни. Лицом к лицу они встретились с королём. - Мэтью? - не верит своим глазам Мухаммед. - Ты тоже изменился, - улыбается в ответ подтянутый белый мужчина, с виду лет тридцати. У него немного волнистые, светлые волосы. Очевидно, он не араб, хотя имел достаточно смуглую кожу. Белая футболка с разными всюду пришлёпанными значками, не имеющих большого смысла. И бежевые, короткие брюки, сужающиеся в обтяжку в самом низу. Он не отличается от среднестатистического американца. Хотя нет. Для обиженных, довольно плохой пример. Но всё же. Этот человек по истине гениален, и хоть вырвите все волосы из головы, но он не темнокожий, не женщина и не азиат. В любом случае, мы не претендуем на Оскар, поэтому двигаем дальше. - Что вы сделали с моим народом? - искренне смотрит на него Мухаммед. - А что с ним не так? - спрашивает мужчина, посмотрев вдаль улиц. Люди суетились. Кто-то бегал из стороны в сторону. Кто-то молился, а кто-то старался ни на что не обращать внимание. - Они запуганы. Они вот-вот сорвутся, - печальным взглядом окутывает местность король. - Они избранные... С ними будет всё хорошо. - ответил Мэтт. - Ваше величество, местное население ещё не привыкло к такому, - говорит мужчина в военном, подняв голову в сверкающее небо. - Они свыкнутся, дайте им время. - поправляет свою серую фуражку генерал. - Отныне я не могу ничего им дать... Ни времени, ни радости - начал поглаживать небольшую бороду с сединой печальный мужчина. - он двинулся в здание администрации. Остальные молча последовали за ним. Мэт ухмыльнулся, глядя в след королю, и ушёл в своём направлении. У некоторых окружающих его солдат светились глаза. У других, пузырились лица. Будто этим Карателям было тесно в человеческих телах. Перед королём открылись арочные ворота, они вошли во внутрь. Там царила напряжённая обстановка. Помещение с высоким изогнутыми потолком больше напоминало мечеть. Там были сотни людей. Все они о чём-то говорили. Что-то бурно обсуждали. Увидев короля, народ отвлёкся. Они начали расступаться. А рядом стоящие - склоняли головы. Пока он не дошёл до Хэриса Тона. Ещё один 'посланник', задействованный почти во всех Мекканских и Мединских проектах. Он что-то увлечённо рассказывал Шейхам Арабской Губернии. Заметив Мухаммеда, он сразу отвлёкся. - Пришли навестить сына? - тут же обратился он к королю. - Да, - последовал твёрдый ответ. - Я предлагаю присоединиться к нам. - Шейхи поприветствовали Аль Сауда и продолжили свои обсуждения. - скоро Рахмуд сам должен прийти сюда. Можешь подождать за чашечкой кофе. Мы всегда рады братьям из Эр-Рияда. - К его руке подлетела белая чашка с кофе. Мужчина неуверенно взял её и попробовал. - Что ж. Неплохо. - улыбнулся он, глядя на остальных. - Садись к столу, если пожелаешь. - один из Шейхов указал ему на высокое, как трон кресло, перед узкой частью стола. - Спасибо. Очень признателен. - Мухаммед уселся поудобнее. Его люди тоже сели на свободные места, по обе стороны. Перед ним было огромное окно во всю стену. Он долго смотрел туда в надежде что-то увидеть. Но ничего не происходило. - Помните программу золотого миллиарда? - обращается ко всем Хэрис. - Мы просто хотим сузить этот круг. Сначала до 700 миллионов. А затем до 250. Это самое гармоничное значение, заданное естественной средой. Человечеству незачем существовать в том количестве. - А можно в этом месте по подробнее, - грозным голосом перебил его Аль Сауд. - Конечно, ваша светлость. - Тон подошёл к нему поближе. - Видите ли, мы обсуждаем программу распределения населения. - Людского? - спросил король. - Разумеется. Долгие годы мы взращивали их, опираясь на чувства, религию и другие морали. Пора остановиться и посмотреть на это в самом широком смысле. Посмотри на них. - указывает он в окно. - Чего они хотят? Куда они идут? Вечно спешат, спешат. Спешат! Ради чего? Они так похожи друг на друга. Они могут подойти к незнакомцу и получить от него любую реакцию, любые эмоции. Они ничем не удивят нас. Потому что всё это работает по одной схеме. Каждый из них особенный, но только в своём маленьком мирке. В целом, они утратили индивидуальность. Но это не суть. Мы не собираемся возлагать на них особые миссии. Люди всегда были частью системы. Система поменялась. Пришла пора менять людей. - Уже ищете оправдания апокалипсису? - возмутился Мухаммед. - Ошибаешься. Никто не ведёт речи о полном вымирании. Мы уже никогда не будем единым целым. Общество потеряло цену. Они будут играть в нашу игру. А мы нет. Мы всего лишь наблюдатели. - Почувствовали себя творцами? Совсем зазнались. А ещё твердят о всевышнем. Нет на вас твёрдой руки. - Ты просто не хочешь это признавать. Я могу привести тебе сотни, тысячи примеров о том, что мои слова - есть правда, лучшая для большинства, а не для лидеров. - Нет. Не нужна мне твоя правда. Я знаю, вы не послушаете меня. Никого не послушаете. Знай, что ваши деяния караться будут по заслугам. - Слушай, - наклонился к столу Хэрис. - Он взял тарелку салата и пододвинул к себе. В ней лежали дольками нарезанные томаты и авокадо, присыпанные зеленью. - Чтобы поесть салат, не обязательно иметь ведро помидор и ведро авокадо, ни так ли? - Если ты один. А если мы все хотим. Думаю, и ведром тут не обойдётся. Но наша планета одна. Почему она должна носить семь миллиардов людей? Только потому, что они вмещаются? Или потому, что им всего хватает? - Нет, - растерянно отвечает Мухаммед. - Тогда почему!? - Я не знаю! - хлопнул по столу разозлившись король. Да так сильно, что рядом стоявшие стаканы упали и пролились. - Прошу прощения. - Извинился он перед людьми и встал изо стола. - Воины, болезни, эпидемии и разные катастрофы, - продолжил он. - Так легче предостерегаться от вымирания. Ты смотришь на людей, как на числа. А с точки зрения чисел ничто не имеет смысла! Даже вы. - Брать надо не количеством, а качеством, ваша светлость. Войны можно остановить. А вирусам от многочисленной живности будет только легче распространяться. И потом, вы же знаете. Болезни, увечья и даже смерть остались в прошлом для нас. - Ну это же разумные существа! Может они сотворили бы что-то стоящее. И вы этого уже никогда не у зреете. - Может. Но это лишь домыслы. А пока, всё, что они сотворили - чрезмерные выбросы СО2 в атмосферу. - И что теперь? Вы легко можете решить эту проблему, - посмотрел на время в своём гаджет-браслете король. - Конечно можем. Это как ухаживать за котятами, понимаешь. Когда они какают, где не надо - приходится затирать. Когда они бьют посуду, приходится искать новую. И всё это ради забавы, в нашем случае, пустой траты времени. Я не говорю, что это плохо. Это... не в наших интересах. - Не в ваших!? Вы умом тронулись на своих программах, - соскочил с места старший Аль Сауд. - Мы не можем содержать их только потому, что они тоже люди. Потому, что они дышат, чувствуют и плачут. Потому что они особенные, непостижимые и бла-бла бла! - Хватит! Я ни хочу больше тебя слушать. Богохульник. - Вовсе нет. Все мусульмане останутся невредимыми. - Только всевышний решит, кто останется невредимым. Почему бы вам не применить ваши вирусы? Для чего вы их тогда создавали? Уж лучше одурманить людей до белого каления, чем совсем убить, - Мухаммед вышел во двор. За ним вышла его свита приезжих Шейхов. - Оставьте меня. - поднял он руку вверх, стоя спиной к ним. Когда те ушли, он медленно спустился с террасы. - Где же ты, сын мой? - продолжает он идти по дороге. С неумолимой жалостью он смотрел на суетившихся людей. Мужчины помогали женщинам нести какие-то чемоданы. Они загружали их в автомобили. Неподалёку ревели оставшиеся без присмотра дети. Впереди, у самых больших домов, собрался густой туман. Присмотревшись, Мухаммед увидел какие-то фигур, похожие на статуи. Или, быть может, это просто высокие брёвна, на которые нанесены людские изображения. Неуверенно, шаг за шагом, он вошёл в эту мглу. Так и есть. Непонятные фигуры, оказались высокими бочонками, как украшенные матрёшки. Оглянувшись по сторонам, он не видел не единого просвета, но по-прежнему оставался спокоен. Вдруг, все городские звуки стихли. Впереди раздался детский смех. Нахмурившись, быстрым шагом король продолжал идти в неизвестном направлении. Пока туман не рассеялся. Он остался только в ногах, ниже колена. Перед ним стоит, метра три высотой, тёмная статуя, а рядом тусклый, едва горящий костёр. У костра сидел какой-то человек. Он грел руки, ни на что, не обращая внимания. Чем ближе к нему приближался король, тем больше тускнел неизвестный. - Кто ты? - Крикнул Мухаммед. - Тем временем он совсем исчез. Тогда мужчина пошёл к статуе человека в чёрной мантии. Его лица не было видно из-за низко опущенного капюшона. Лишь длинная борода опускалась почти до груди. Его руки сложены вместе, с немного протянутыми вперёд ладонями. Там сидел живой младенец. Это его смех доносился издалека. Похоже, что он ангел. За его телом видны белые крылья, прижатые к спине. Он продолжал смеяться. Недоумевая, мужчина подошёл к нему в плотную. Из тумана, под ногами начали сочиться пузыри, похожие на мыльные. Они медленно поднимались вверх и исчезали в полуночном небе. Ребёнок замер от удивления. Он бантиком вытянул губы, заставив улыбнуться Мухаммеда. Тогда мужчина осторожно поднёс палец к одному из пузырей, и лопнул его касанием - Пак! - с таким забавным звуком. Малыш рассмеялся ещё сильней. Тогда он начал лопать все окружающие его пузыри. Спустя мгновение, ребёнок успокоился. Похоже, он утратил интерес. Пока прямо перед ним не выплыл огромный, как воздушный шар, пузырь. Он снова затаил дыхание от восторга. Мухаммед подошёл, чтобы лопнуть его, как вдруг, пузырь подлетел к младенцу. Сквозь него смотрел вовсе не ангел. Это... это ужасное создание. Морщинистая мордочка и маленькие, чёрные рожки торчали из кудрявых волос. Его глаза светились жёлтым пламенем, а совсем не искренняя улыбка наводила тревогу. В ужасе, мужчина рукой сбил этот пузырь, и перед ним снова оказался чудесный младенец. Но это совсем не успокоило Мухаммеда. Напротив, тревога окутала его с головой. Он перестал лопать эти пузыри и медленно подступил к высокой, каменной статуи, пытаясь заглянуть под капюшон. Узнать, кто же там. Оттуда раздался тихий, монотонный скрип. Дыхание, похожее на рык. Инстинктивно, мужчина тут же отпрыгнул назад. - Отец, - тихим голосом позвал его человек у костра. - Салман? - запыхавшись от растерянности спрашивает король. - Не называй меня так, - так же спокойно ответил он. - Мне холодно... - продолжает неизвестный, грея руки у костра. - Помоги мне. - закашлял молодой человек в бардовом плаще и длинными волосами. Мухаммед подошёл к нему и непроизвольно, подсознательно протянул руки к этому тлеющему огоньку. Его рукава вспыхнули еле заметным прозрачным огнём, но не горячим. Это не испугало его, а лишь больше ввело в замешательство. - Что происходит? - спрашивает мужчина сам у себя. Громкий грохот заставил его вздрогнуть. Он попытался сбить пламя с рук, которое поднялось уже до плеч, как вдруг, оно превратилось в холодный туман и медленно улетело в даль. Громкие удары всё усиливались. Туман под ногами обрёл розовый оттенок и разорвался на множество кусочков. Всё это влетело в плащ стоящего перед ним молодого араба. - Почему ты без охраны? - спрашивает он короля. - Здесь не безопасно. - Не делай вид, что тебя волнует моя безопасность, - с сочувствием смотрел на него Мухаммед. - Я знаю... Знаю, что они сделали с тобой. - Тогда зачем приехал? - холодным взглядом смотрит на него Рахмуд. - Я... - еле сдерживается отец. - Просто хотел увидеть тебя. - подошёл он в упор, положив свои руки ему на плечи. - Когда ты вернёшься домой? - Это и есть мой дом, - подозрительно прищурился Аль Сауд младший. - Мы не виделись шесть месяцев., - гладящими движениями он медленно отпускал свои руки вдоль его рук. - Ну давай... Обними отца. - умоляемым взглядом смотрел он в глаза любимому сыну. - На лице Рахмуда появилась ухмылка. - Конечно. - они крепко прижали свои спины друг к другу. Его гладкая молодая рука прикоснулась к старому отцовскому лицу. - Сколько боли я вижу в твоих глазах. Мухаммед глубоко задышал. В его глазах скопились слёзы. - А в твоих лишь пустота. - Не ищи виноватых, старик. Ты считаешь меня эгоистом, но посмотри на себя. Во что ты превратил нашу страну? Да, я убил собственных детей. Возможно, будущих наследников. Потому что, наш род должен прерваться. Такая же судьба ждёт всех моих братьев. - Что ты несёшь? Очнись. Пожалуйста, не убивай своих братьев! - уже плача умоляет его отец. - Пастухи вылечат тебя. Они выгонят джинна. - Твоя фамилия должна исчезнуть с названия нашей страны. Есть много других достойных лидеров. Твоя заносчивость поражает меня. Ты печёшься о вечной власти, но сам не способен овладеть ей. Почему, потомки, должны продолжать порочные заветы? Лишь всевышний в праве возлагать на нас миссии. Я слушаю своё сердце. И оно бьётся не в такт с твоим. Громкие крики людей заставили встрепенуться короля. Бросая вещи, все бежали куда-то в одном направлении. - Они нашли его!! Они нашли его!! - вопил мимо бегущий человек. - Он пришёл!! - навзрыд кричит женщина, куда-то указывая пальцем. Ото всюду раздались звуки, похожие на прерывистый, мелодичный крик овец. Снова и снова он повторялся как сирена. Рахмуд со всех ног кинулся туда. Там скопилась уже большая толпа. Мухаммед, что есть сил побежал за ним. В том месте, в небе было тёмное расплывчатое пятно. Мгновенно, всё вокруг начало то исчезать, то появляться обратно. То кромешная тьма, то ясный солнечный день. Из того пятна словно на мгновения вырывались другие миры. То снег, то трава, то засуха и дожди, а то и вовсе звёздная пыль. Пока все краски не смешались воедино. Люди в первых рядах мешали пройти Рахмуду. Тогда он махнул рукой, и будто невидимой ударной волной, их сместило на несколько метров назад. Остановившись, он замер в ожидании. - Пропустите! Пропустите! - сквозь ряды пробился к нему отец. - Не может быть. - смотрит он на маленькое пятно в центре, размером с человека. К нему подходят несколько людей, среди которых Мэт Ламас, Мохаммед Аль-Бальхир и высокий, в парадной форме человек, под руку идущий с женщиной в фиолетовом хиджабе, закрывающем лицо. В бело-розовую клеточку куфия заматывала его голову, рот и шею, а на лице одета золотая маска с орлиным клювом. На плечах круглые погоны со свисающей бахромой, обведены красными контурами. На правой руке у него по отдельности прикреплены цветные треугольники, вместе образующие флаг главного Оазиса. На другой руке светло бежевого мундира как у Рахмуда, один под другим - три других знамени ИПО. Белоснежная рубаха, под низом, торчала до колена. Бежевые брюки со стрелочками и чёрными полосками по бокам. Что-то похожее на обувь - толстые золотые нити, декоративно сплетались по форме, как туфли. С другой стороны, от него шли ещё две женщины. Неуверенно шагая, они выглядели растерянно. При очередной вспышке они прижались к этому, с виду, человеку. Тогда, та, что держала его под руку, выхватила чёрную плеть из пояса своего длинного светлого платья и хлестнула их по телу. - Что она себе позволяет? - обратился Рахмуд к этому мужчине. Тот молча посмотрел на грозную женщину, медленно повернув к ней голову. Затем повернулся обратно. - Они не смеют прикасаться к нему в моём присутствии, - тут же ответила она, внятным голосом. Мухаммед посмотрел ей в глаза. Она тут же заметила это и в ответ пронзила его своим убийственным взглядом. Её ровные, карие накрашенные глаза не имели ни жалости, ни покорности. Она отпустила руку от своего любимого и двинулась в сторону короля. На её руках одеты обтягивающие перчатки, золотого цвета, а на пальцах кольца с огромными драгоценными камнями. Подойдя уже почти в упор, она откинула руку назад и в ней появился длинный меч, с белым, волнистым лезвием. Как вдруг, она замерла на месте. - Усмири её Алаян, - раздался голос Мохаммеда, как обычно одетого в камуфляжную толстовку, стоящего напротив того высокого мужчины. - Её состояние ухудшается. Она не успеет спросить, - донёсся грубый голос из куфии. - О чём? - встревожено смотрит на них Мухаммед. - Аль-Сауд старший нужен таким, - продолжает Мохаммед. - Я его занял, - ответил им Рахмуд. - Да в чём же дело? - недоумевает король. - Всё в порядке. - обернулся на него сын. Как вдруг, женщина зашевелилась. Она словно забыла, что происходит. Посмотрев на свой клинок, она бросила его и вернулась назад, взяв под руку возлюбленного. Клинок мгновенно исчез. - Минура совершила ошибку в будущем, и мы исправили её, - продолжает Рахмуд. - Я спас тебе жизнь. Только не позорь меня. Не говори им про свою выдуманную болезнь. - Женщина лишь нахмурено посмотрела на них. - Начинается. - внимательно наблюдает Мэтью. Он словно медитирует, встав и замерев в одном положении и слегка вперёд вытянув руки. Из серого пятна появляется человек. Он слегка висит над землёй. Начав махать руками и ногами, они сильно расплывались. Скорее даже размазывались с окружающим его воздухом. Он словно пытался спуститься, но у него не получалось. Тогда его ноги просто вытянулись, метра на два, коснувшись почвы, затем довольно быстро подтянулось тело. Человек полностью обрёл свои очертания. Он посмотрел на присутствующих перед ним и широко улыбнулся. - А вот и я, - прозвучали его первые слова. - Соскучились? - С возращением, - кончиком пальца прикоснулся к его плечу Джеддинский пастух Суггур Каммарах. - Ты явно задержался. Этот мир уже не будет принадлежать тебе ни секунды. - Я не уходил, брат мой. - ответил, с виду обычный мужчина в клетчатой рубашке. На нём одеты круглые прозрачные очки, но глаз не было видно. Похоже их и не было. Глазницы просто обтянуты кожей. На голове высокие, назад уложенные волосы, а по вискам коротко выстрижено. Короткие, узкие штаны и кожаные сандалии. - Я знаю, - в упор подошёл Алаян. 'Я вечность ждал этого мгновения' - появилась зелёная надпись воздухе, на арабском, когда он развёл руками. Затем, подняв руки перед собой, он начал их сгибать-разгибать и рассматривать со всех сторон, словно привыкая к ним. - Мы давно ждали тебя. У тебя полно работы, а времени в обрез. - Где мой хозяин? - спрашивает он всех присутствующих. - Я чувствую, что он среди вас. - Ты не увидишь его, - продолжает Аль-Бальхир. - Мы надёжно заточили этого духа, в теле бедной смертной женщины. - Минуры, - продолжает за него Алаян, осторожно обняв свою жену за плечи. Тем временем очки неизвестного полностью залились зелёным цветом. И покрылись вытянутыми крапинками - небольшими острыми шипами. - Эта целостность сводит с ума, - осматривает своё окружение псевдочеловек. - Будоражит меня изнутри. - Радуйся, пока можешь, - будто успокаивает его высокий мужчина в золотой маске. - Всевышний наложил на тебя проклятие неприкосновенности, до тех пор, пока ты не изгонишь джиннов. Ибо его милосердию нет предела. И даже зло может послужить во благо. Но, придёт время, и ты вернёшься в ад. - Продолжайте, - вмешался в их разговор Мэтью. - Не разговаривайте с ним. Иначе он узнает имя. - Алаян, ладонью к верху, протянул свою руку в золотой, обтягивающей перчатке двум другим пастухам. - Машалла, - произнёс он. - Раскройтесь братья мои. - Да будет то, что быть не может, - с этими словами, недолго думая, Аль-Бальхир положил свою правую руку на его ладонь. - Если всё возможно быть, - тоже подал руку Каммарах. - Не падает тот, кто ещё не вознёсся, - внимательно наблюдая подошёл к ним Рахмуд. - К тебе это не относится, - спокойно ответил ему Мохаммед. - Отсюда нет пути короче, ведь они услышат нас. Маскируясь под высшие инопланетные силы, поглотившие вселенную. - Отпустив руки, они развернулись по сторонам. Суггур поднёс руки к груди, сжав их в кулаки, со словами: 'Идха ам уалеанухум, лекан арахимах аллах лилжамирьи', что означает, 'Если бы он не проклял их, он был бы ко всем милостив' (цитирование слов всевышнего от 2-го лица из 'Ас-саджда', 13 аят). Затем, он вскинул руки по сторонам и посмотрел на стоящую перед ним толпу. - Иншалла, Мел кабелу кауанин алла, только по воле всевышнего, мы встанем на сторону Иблиса. - Оо, да. Но, тот час ещё не пришёл, - радостно оскалился тот в клетчатой рубашке. - А теперь, слушайте мою речь. - Его слова разносятся по всему миру! В каждом уголке света, их слышно, словно, каждый человек стоял в той толпе, к которой он обращается. - По воле всевышнего, я спустился с пламенных небес, чтобы помочь вам в судный день. - В одном из американских торговых центров, люди в большом недоумении. Кто-то смотрит рекламу с огромных цифровых экранов, кто-то покупает различные вещи, а кто-то, в ожидании сидит на скамейках. Автомобили резко затормозили в ночном Шанхае, спровоцировав несколько аварий. Молодая пара, уединённая в тёмном переулке Лондона, резко остановились, оборачиваясь по сторонам, они оделись и побежали прочь. - Трепещите смертные, моё имя Азазель Айархаман! С Этих слов и этой минуты, я начинаю новую эру в истории человечества. В истории всего живого. - Диа Муспирини остановился, по пути к бухгалтерской администрации (ведущая переговоры с союзом Пхэйт) в борделе своих друзей. Указательными пальцами, он заткнул свои уши. Затем отпустил. Затем снова заткнул и отпустил. Похоже, его это не удивило, и он пошёл дальше. Ребёнок, лет шести, где-то в Нью-Йорке оторвался от игры на большом гаджете. Он подносил его к уху, в испуге корча лицо. Затем начал громко звать родителей. - Кем бы вы небыли и чем бы сейчас не занимались, - продолжает Азазель. - Сейчас вы на правильном пути. Пока что я не знаю имени моего господина. Они стёрли его из моей памяти. Но, стоит мне произнести его вслух, как он ворвётся в этот мир. Но, вы точно знаете его. Пожалуйста, напомните мне его имя. Просто шепните и я услышу, - Следующие слова были слышны лишь тем людям, к которым он обращается: - Вы не поддались на провокации. Не пошли на Джихад против безмозглых кяфиров. Вашему терпению, стоит только позавидовать. И это есть ваша победа... - Задумавшись, он опустил голову вниз. - Пришла пора опустить смятение и окунуться в мир насыщенный, о котором ваши заблудшие души не имели права мечтать. Мир без денег и предвзятости. Мир, где нет места бизнесу и равенству, политике и государственно-племенным режимам. Мир, где Хорам это Сунна, а вседозволенность - свобода выбора. Мы позаботимся о вас в этом мире и в следующем. Всевышний отвернулся от вас, а у нас большой заказ, - после этих слов он просто исчез. Остальных пастухов уже не было. - Боже правый. - дрожащей рукой Джейсон Бакос набирает Глэйсону. - Алло, - ответил ему голос из гаджет-браслета. - Глэйсон, дружище, что это было? - Даже не спрашивай. Никто не знает. Дай нам время, - вроде бы спокойным, но при этом неуверенным голосом ответил он. - У нас больше нет времени. - Из стороны в сторону ходит по круглому залу белого дома Джейсон. - Я захожу к президенту. Думаю, после этого инцидента, он тем более не откажется. - Хорошо. Мы всегда на связи, приятель. - закончил Глэйсон, сидя у себя в гостиной, в окружении своих знакомых. - Что будем делать? - спросил он у Даймока и Дерика. - Чед Милман давно не даёт мне покоя, - отвечает адмирал. - Он соврал нам насчёт поставок в Китай новой продукции. Он соврал и белому дому. Из-за него, Китай может выйти из ЦС. Они и так захвачены. Мы не можем потерять их полностью. - Кто его союзники? Он всё ещё на посту губернатора? - спросил Шон, закрепляющий на руках своё оружие. - Это нужно исправить, пока его полномочия не превзошли полномочия президента, - с серьёзным выражением лица встал из-за стола Глэйсон. - А что не так? - снова спрашивает Шон. - Вам всё-таки неймётся, что они воспроизвели УК? Так они же на вас работают. Они подняли налог до 35%, но не забывай, что вы реальные владельцы. - Серьёзно? Капитан очевидность. А куда уходит этот налог? - К властям Соединённых штатов, а вся выручка компании Констант, - ответил здоровый латинец. - Ну да... Налоги идут только в Калифорнию, - слегка кивает головой Глэй. - И что в этом плохого? - недоумевает Шон. - Нет, ничего. - Глэйсон направился к выходу. - Куда собрался? - останавливает его Даймок. - В офис, куда ещё то? Если что ищите меня там, - быстрым шагом вышел из особняка парень, оставив гостей наедине. Приземлившись во дворе, он увидел Сэма. На удивление, тот игрался с роботами, эмитирующих насекомых, размером с грузовой автомобиль. - Решил вспомнить детство? - идёт на встречу ему брат. - Проверяю на работоспособность, - через гаджет управляет гигантским пауком-тарантулом Сэм. - Эти штуки ржавеют здесь долгие годы. - Так отдай их в детские дома, - подтыкает его локтем Глэйсон. - А может и отдам. - с грустным, задумчивым лицом, Сэм продолжает клацать сенсорные клавиши управления. - Чей это голос? - спрашивает его Глэйсон. - Кто-то взломал звуковые частоты. Но в каком диапазоне? Однозначно это ИПО. - Он представился как Азазель Айархаман, - отвлёкся Сэм, поставив роботов на место к стенам ангаров. - Звучит, как имя еврейского или исламского демона. Это точно связано с Аль-Макка. Скорей всего он именно там. - И что будем делать? - Кажется у нас большие проблемы, - быстрым шагом Сэм пошёл в офис. Осмотревшись по сторонам Глэйсон двинулся за ним. - Что происходит? - подошёл он к занявшему своё кресло у компьютеров брату. - Зайди на их сайт. Там уже всё есть. - он обернулся, посмотрев ему в лицо. - Какой-то ты сегодня не оперативный. - Да ладно тебе, что здесь такого, - позевает, прикрывшись ладонью Глэйсон. - Для тебя может ничего. Расскажи-ка мне лучше кто такой этот Мединский Алаян. На сайте написано, он первый пастух, спустившийся с небес. Основатель свода правил ИШат. - пролистывает сайт на широком экране Сэм. - Я тебя не узнаю, - смотрит на него Глэйсон. - С каких это пор тебя беспокоило ИПО? Неужели нет дел поважней? Как всегда ты обычно говоришь. - С тех самых пор, когда повстречал Аль-Бальхира, поверь, я уделяю им достаточно внимания. И вся остальная команда тоже. - Это хорошо. Наконец до тебя дошло, что мы не просто в полной заднице, а ещё и неразберихе. Что они творят. Зачем. Как им это удаётся. Хоть реально Ислам принимай от безысходности. - Ты поможешь мне или нет? - злостно смотрит на него брат. - Я говорил с одним важным существом на Терраро, тебе не обязательно его знать. Но, он очень умён. Умней всех, кого я когда-либо встречал. Так вот, он сказал мне, что этот феномен появления релегиозных колдунов, называется каким-то эффектом. Природной аномалией, или что-то вроде того. Я не помню всего нашего разговора. Это странно. Проблем с памятью у меня никогда небыло. - Стареешь. - ухмыльнулся брат. - Эх, - вздохнул Сэм, - Может быть. Тут написаны эти грёбаные правила. Шариатские законы или что-то вроде того. - Глэйсон молча смотрит к нему в экран. -

## Глава 1.1.1 - начало. Внесено буквально вчера! 'И каждый путник Халифата примет облик свой последний' Что мать твою это значит!? Если это закон, то как его выполнять?

- Я не знаю! - также отвечает ему брат, усевшись рядом. - А в конце. Что это такое? - он листает страницу с пустыми главами. - Может, ещё не написанные законы. - Так и есть, но ты посмотри на цифры. В каком порядке они не написаны, - хмурится Сэм, и туда-сюда юлозит указательным пальцем поверхность сенсорного стола. - В порядке возрастания? - не понимает его Глэйсон. -

## Глава 2.14.3 - не знаю, как это называется, но это целая система контроля, как и предыдущие, состоящая из сотен правил и дополнений. А вот глава 2.14.4 состоит из одного пункта. А все другие ненаписанные главы тоже разбиты на множество обозначений. На некоторых даже есть ссылки, ведущие к другим пустым обозначениям. Выходит, 2.14.4 какая-то особенная.

- Я не знаю. - Вздохнул Глэйсон. - Пойду составлю отчёт для Джузип. Сэм долго сидел на разных ресурсах, в надежде найти больше информации о Алаяне, Суггуре и планах Аль-Макки. Чем дольше он искал, тем больше его бесила тотальная анонимность вокруг столь, вроде бы известных в широких кругах персон. Сегодня он даже забил на всю работу. За весь день ему удалось откопать лишь два гиф изображения, по описаниям больше всего похожих на того самого мужа коварной создательницы пыточных крематориев. Теперь у Сэма нет сомнений, эти ребята точно не имеют отношения к Джузип. И контрабанда, о которой ему напевают коллеги в Констант - жалкие оправдания, придуманные, лишь бы не погружаться в суть проблемы. Пустая ложь, вводящая в замешательство. Его голова разваливается. Но упорство всегда берёт вверх. Теперь Сэм играет не на привычной для себя территории. На неизведанной и абстрактной. Ему приходится включать интуицию, чтобы понять хоть что-то в миллионах гигабайт всесторонней информации. На один из экранов он включил первое видео. Оно сопровождалось тяжёлым музыкальным исполнением на органе и длилось чуть ли не пять минут. Изображение повторялось каждые две секунды. Это как бумеранг в инстограме. Мужчина в мрачной обстановке, показывал свой медальон, висящий на шее, приподнимая его, поднося к камере и отпуская обратно. У него большая кудрявая чёрная шевелюра и достаточно длинная, густая борода. На лице большие чёрные очки и смуглая кожа. Одет он в чёрный лёгкий свитер, руки в блестящих чёрных, тонких обтягивающих перчатках. На его шее между тем висит ещё один медальон. Один на серебристой цепи, другой на золотой. Тот, что он показывал, была голова Эйнштейна с высунутым языком, украшенная разноцветными яркими брильянтами, а тот, что висел на груди - тёмно-красный полумесяц с крестом, вместо звезды. Он не показывал эмоций. Из раза в раз, лишь поднимал медальон и обратно отпускал его к груди. Сэм вспомнил, именно такое изображение он видел в Зоне 51. Как раз на том здании, где по словам Рахмуда когда-то заседал Алаян. Только та эмблема была полностью серебристой, а эта цветная. Однако, это не имеет значения. Никто не знает этой взаимосвязи, потому как никто кроме Сэма и Макса не был там. А источник, в котором найден этот файл, предлагает совсем другие аргументы в доказательство данной загадочной персоны. Форма носа, скул, бровей. В общем всё, что связано с лицом. Следующее изображение, тоже двухсекундное с обратной отмоткой. И там был тот же самый человек. С кучерявой головой. Немыслимо, но он был в толпе людей. Просто куда-то шёл. И более того, кажется он здоровался с окружающими его людьми, и вроде даже журналистами. Такое чувство, что это где-то в ЦС. Нью-Йорк или ЛА. Одет он в парадную форму. Тёмно-зелёный мундир с круглыми погонами на плечах и увешанной медалями грудью. Опять в перчатках, на этот раз в цвет мундира и в бордовых брюках с обтягивающей резинкой на конце. На фоне серого здания, он поднимал свою руку, сжимая в локтевом суставе, возможно, в знак приветствия толпе, которой не было в кадре. Делал шаг вперёд, слегка повернувшись влево, сжимал руку в кулак и разжимал уже с другой стороны! Из-за переутомления Сэм заметил это не сразу. Поднимая ладонью вперёд, опускал ладонью к себе. Он попробовал это на своей руке. Похоже, что его рука просто выворачивалась на изнанку, ведь он не поворачивал ни локоть ни даже кисть. Может, это зрительная иллюзия. - Как ему это удаётся? - Сам себя спрашивает Сэм. - Чёртов фокусник. Теперь найти бы твоего дружка Камарра... - Сэм выключил эту грубую, низкочастотную музыку из первого видео. - Это точно он. Ну что ж. - Он оглянулся по всему офису, затем спустился до лаборатории. Никого не было. - Может, попробовать найти его профиль? Плановые документы или хотя бы черновики. Чёрт! Я не успеваю перепрошить портал. Да и хрен с ним! Для этого есть Купилаба. - обеими руками он взялся за голову и наклонился к столу. - Нужна помощь. От Шарвей её не дождёшься. Хотя, если собрать максимум информации и доказательств, можно попробовать. Или, проще найти Цзуму, - он вздохнул и вывел на экран старый заблокированный профиль бывшего приятеля. - А может и не проще. Если бы я мог восстановить его страницу и внедрить её шифр вместо новой. Может он стал отшельником... а может покончил с собой... Он обиделся на меня и я это помню. Пора исправить это. Иначе я не сдвинусь с мёртвой точки. Он слишком умён, чтобы покончить с собой. У нас были большие планы. Неужели они так и останутся в мечтах? Нет уж! - уже думает про себя Сэм. - Я найду тебя приятель. Сейчас только взбодрюсь. - Он засунул в нос две какие-то пилюли. Встал с кресла и спустился в жилой сектор здания. В гостиной сидело пара сотрудников, смеясь над чем-то в своих гаджетах. У террасы вообще никого. Видимо, все разъехались по своим норам. В одной из комнат спали три женщины, среди которых была Алива. На двух кожаных диванах, были её подруги из гарема. Сама она лежала на мягком круглом кресле, в виде вмятого шара. - Какое сейчас время? - думает про себя Сэм, пытаясь найти часы. Очевидно, за окном застеклённой стены - темно. 4:02 - присмотрелся он к большим стрелочным часам, выполненных в старинном стиле, на высоких каменных подставках. Он ещё раз посмотрел на спящих и ему захотелось пойти в спальню. Тогда он достал из кармана небольшую пластинку и приклеил её на шею. Сон для слабаков, - подумал он и поднялся обратно в компьютерную комнату. - Я больше не знаю никаких его аккаунтов, но я точно знаю, что они у него есть. А если и нет, я должен сделать что-то такое, что вычислит тебя по любому адресу. Точно! - широко открыл утомившиеся глаза Сэм. - Я же сделал эту хрень, - начал он копаться в столе. Достав несколько исчёрканных тетрадных листов, он широко улыбнулся. - Вернее, почти сделал. - К нему в голову пришла идея, на секунду взломать весь интернет на Земле! Это не шутка. Это реально может получиться на крошечный промежуток времени, если колдуны из Аль-Макка не помешают ему. В своих чертежах, совсем недавно, он пытался накладывать одни условия на другие, таким образом, что последние условия были неизвестны, однако задавались последовательностью конкретных уравнений и вели к абстрактному решению, вернее к последовательности решения. Таким методом можно вычислить ещё не существующий сдвиг конкретной системы условий. Его вдохновил сделать это Аль-Бальхир, когда заявил, что сайт ИШат работает по принципу ни просто равенства сложного и простого, но ещё и известного с неизвестным. Сэму нужен был повод, чтобы написать программу по этой схеме. Это достаточно сложная задача, учитывая, что ему понадобится некоторое время для перебора и распределения внутренней системы условий вручную, так, как по факту, её нет. Она работает не с конкретными числами, а с их взаимоисключающими последовательностями, в конечном итоге, за один сдвиг абсолютной оптимизации, точно так же ведущая к конкретному решению. А если таких внутренних систем сделать столько же, сколько они способны вместить отличных друг от друга алгоритмов, то внутренние условия полностью оптимизируются на абстрактном уровне. Они достигнут максимального количества, привязанных к начальным условиям. Самое главное, знать, что нужно из этого получить. И Сэм придумал вывести на экраны всех устройств, в том числе не подключенных к интернету (но имеющих возможность доступа) картинку с обращением. Чтобы, увидев это, Цзума захотел связаться с ним. Осталось придумать текст. Короткий и внушительный. Спустя четыре часа в лабораторию вошли сотрудники. Полным составом. - Как настроение? - спросил с улыбкой один из них. - Как огурчик, - закатив глаза вяло ответил он, провернувшись два оборота на кресле. - Так, у меня нет вчерашних загрузчиков. - обратился другой. - Простите ребята, я их не сделал, - продолжает работать со своими экранами парень. - Что значит не сделал? - тут же подошёл с призрением тот сотрудник. - А то и значит. Не успеваю, видишь. Я не сплю всего недельку! Почему чёртова пластина не действует? Обычные люди не утомляются, а я всё равно хочу спать. - Ты перегружен, чувак. Нужно испытывать меньше стресса. Меньше лишней информации. Оставь уже свои мечты. Все мы знаем на что ты тратишь своё время. Без конца придумываешь эти бесполезные задачки, не имеющие отношения к реальности, сам же решаешь их, но ничего с этого не получаешь, - взялся за спинку кресла мужчина. Он пытается разобраться, вглядываясь в экраны Сэма. - Что это за программа? - гнусным голосом и с наплевательским выражением лица спросил он. Затем, он заметил блокнот, с записями и взял его в руки. - Аа, понятно. - Сэм повернулся к нему лицом: - Слушай, Билли, я тут кое-что вспомнил, - он немного посмотрел в одну точку, будто завис. - Мой мозг вышел из строя, - продолжил он. - Может ты сегодня подгонишь эти загрузчики. - С удовольствием бы. Но у меня у самого полно работы. - Твою работу возьмёт Дейв. - тот с недоумением оторвался от своего компьютера. - Что с тобой сегодня? Шарвей хотят возобновить сотрудничество с нами. Мы вернули себе большую часть рынка, опередив офис гендиректора. И теперь ты хочешь всё испортить? - Слушай, не начинай, пожалуйста. В конце концов, ты не Джаред, чтобы мне указывать. Или сделаешь то, что я говорю или я заблокирую сюда доступ. - Сэм встал со своего кресла и пошёл вдоль столов. Он пришёл в спальню и продолжил работать в мобильном гаджете. - Как же это долго. Если бы сделать уравнение, определяющее все неизвестные условия. Но это уже слишком. Это за гранью понимания. - Дверь в спальне тихо открылась. - Уже выспался? - спрашивает Алива. - Да, - не отвлекаясь продолжает он. Девушка легла рядом. - Всё понятно, - она пальцем погладила пластинку на шее. - Что может быть настолько важное, что ты даже разругался с сотрудниками? - Они уже доложили, - ухмыльнулся Сэм. - Может я отвлекаю? - встала она с кровати. - Уже нет. - Сэм откинул гаджет в сторону. - Я бы мог бодрствовать ещё неделю, но этой ночью, ты раздразнила меня своим сладким сном. Теперь, я не успокоюсь, пока тоже не усну. Расскажи мне сказку. - Надо срочно сменить обстановку, чтобы мозги полностью не превратились в кисель. - Нет уж, лучше поспи, - улыбается она в ответ. - Раз, у тебя на счету каждая секунда. Видимо эти штуки и правда нуждаются в доработке, если не справляются с утомлением. - Они не нуждаются в доработке . У них немного другое предназначение, - показал он на свою шею. - С ними я не хочу спать, но сознательно устаю. Концентрация падает. - Ну вот видишь. Они не дают тебе ясность ума. Тогда зачем ты себя мучаешь? Никакой энергетик не поможет скоординировать всю информацию. Когда ты долго привязан к обстановке, то не даёшь мозгу запомнить другие несвязанные вещи. Значит, мыслительный процесс должен генерироваться как-то иначе. - Я тебя не понимаю, - неподвижно улыбаясь Сэм смотрит в потолок. - Бедненький, ты превратился в овощ, - засмеялась она и опять прыгнула к нему на кровать. Аккуратно, она отклеила пластинку от его шеи и положила в картонный футлярчик. Сэм тут же широко зевнул. - А где твои соратницы? - спросил он, вспомнив про двух девушек, что спали на диванах. - Спят ещё. Это новенькие. Вчера только первый раз пришли сюда. На острове они уже два месяца. Одна из Испании, другая из Колумбии. Такие, странненькие, конечно. Одна из них даже работала проституткой. - Ни место им здесь. Путь им продлят испытательный срок. Как проснутся отведи их в дом к Глэйсону. - ты же понимаешь, что будет, если они хоть что-то возьмут в лаборатории? - Хорошо, хорошо. - вздохнула Алива. - Ты же знаешь, что с них не спускают глаз. Целая надзорная команда, внедрили в них средства связи и следит за каждым вдохом. - Сэм закрыл глаза и обнял её за шею. - Ладно, плевать на них. Расскажи что-нибудь, пока я не вырубился. - Отстань, я не знаю ничего. Что ты от меня хочешь услышать? - Сымпровизируй. Я знаю, какая ты сказочница. Постоянно смотришь фильмы. Расскажи пару премьер, из жанра страшилок. - Пф, все фильмы одинаковые, ты же знаешь. Что бы такое вспомнить. Жил был мальчик. - начала она. - Кх-х, в попытке засмеяться прошипел парень. - Его звали Сэм. - Эй! Опять! - он приоткрыл глаза от возмущения. - Не про тебя это. Просто тёска... По фамилии Велторс. - Эй! - уже не открывая глаз возразил Сэм. - Эту ты уже рассказывала. - Я знаю. Не перебивай. Это совпадение. Как будто его так же звали. - Знаю я твои совпадения. - что есть сил он привстал, снял с себя свитер и положил его рядом. Во всех твоих историях главный герой Сэм Велторс. Всегда с ним происходит какая-то жесть и в конце он умирает. - Ну, в этот раз не умрёт... Пошёл он в лес, заболоченный. - Алива продолжает рассказывать тихим голосом. - Там стоял дом. Маленький из брёвен. Он был мокрый, гнилой. Низ его покрылся мхом. Высокая крыша с медным крестом наверху и ни одного окна. Только дверь. В этом доме жил монах. Ел он грибы и ягоды. Но очень не любил людей, потому и поселился в глуши. Наткнулся Сэм на его дом и стало ему любопытно. Кто там есть? Подошёл поближе и засосало его ноги так, что выдернуть не может. А слева от него, едва смог разобрать во мраке, сидел кто-то спиной к нему в белой рубахе. - Помогите! - крикнул он незнакомцу. Его голова захрустела, заскрипела. Медленно он поворачивается к нему. Седые волосы и длинная седая борода, а из головы торчали рога. Небольшие, но заметные. - Это что, леший что ли? - почти во сне мямлит Сэм. - От куда ты знаешь? - недовольно потёрла ему волосы Алива. - Я о нём тебе не рассказывала. Только про бабу ягу. - Цзума говорил. - Сэм усмехнулся, что-то вспомнив. - Кто его злил, он часто обзывал того Леший. Ну, я естественно спросил, что это такое. Он сказал, что деревянный старик с рогами, обитающий в лесу. Это ваши Русские страшилки. Только не говори, что ты из Украины и у вас разная культура. Ты постоянно его напоминаешь манерой речи. Вроде без акцента говорите, но на каком-то своём диалекте. - Алива засмеялась, взяв небольшую паузу. - Вижу, тебе его явно не хватает. Ладно, слушай дальше, - она опять глубоко вздохнула, придумывая продолжение на ходу. - Увидел его старик, соскочил с пенька и поплёлся к мальчику. - Тот понял, что это вовсе и не человек, а леший, что убил монаха и поселился в его доме. Теперь он хочет утопить в трясине бедненького Сэма. - подёргала она его губы указательным пальцем. - Схватил своими когтями и повис на нём, чтоб побыстрее провалиться. Открыл рот и хотел укусить за лицо, как вдруг сзади, топор воткнулся в его деревянную шею. Неизвестный странник в чёрной широкой шляпе и длинном плаще срубил голову чудовищу. Подал парню ветку и вытянул на твёрдую землю. Мальчишка поднял край шляпы, чтоб разглядеть лицо спасателя, а там... там была девушка с красивым лицом. Да таким красивым, что он в неё влюбился. Дальше они поженились, нарожали детей, жили долго и счастливо и умерли в один день. Шучу. Они люди современные. И не бедные. Они не поженились. Просто стали жить вместе. И, потом, им стало скучно, и они родили ребёнка. Одного. Ну, ни по приколу, конечно. Просто... захотелось новых ощущений, - Сэм глубоко вздохнул, и шлёпнул её по ноге: - Это конец? Я почти заснул и такой поворот событий. - он повернулся к ней лицом. - А ту девушку звали Милана Милим, - открыл глаза, с улыбкой посмотрев ей в лицо Сэм. - Нет, - с надменным флиртом ответила она. - Ну, если ты хочешь. - Началось, - перебивает её Сэм. - Мне без разницы. Решай сама. - Нет уж. Тебе не должно быть без разницы. - Ах вон как. Значит ты всерьёз над этим задумалась. - Сэм пошлёпал ей по животу. - Я знаю, что мне не должно быть без разницы. И мне не будет без разницы, если ты решишь сделать это. А до тех пор, пока ты не решила, я не парюсь. Я не знаю, какая судьба ждёт даже нас с тобой. Переживём ли мы вообще завтрашний день, например. ИПО может оказаться не тем, за что себя выдаёт. В любом случае, так устроена жизнь. Люди никогда небыли уверены в своём будущем... Поэтому, всё к лучшему. - Тебя напугали те слова, позавчера которые везде было слышно? - От части да, - пальцами одной руки он взялся за глаза. - Замаскированное послание. - Но там же не было никаких угроз, - смотрит на него Алива. - Это намного хуже угроз. Не важно. Он обратился ко всему человечеству. Попросил назвать имя, которое я даже знать не хочу. Если кто-то вдруг назовёт то что он просит, миру придёт конец. Теперь, ядерная кнопка в руках каждого. Рано или поздно, найдётся безумец, или дурак, который подскажет ему, - он отвернулся на другой бок. - Надеюсь, его остановят... Я не смогу уделять достаточно времени, для воспитания малыша ты же знаешь. А вообще, я слышала, что с ребёнком надо быть, никогда он просит, а когда он сам чем-то занят. Помогать принимать решения, которые лягут в основу воспитания. Его нравов, культуры, понимания в целом. В сегодняшнем мире это важнее всего. - Думаю нашего опыта хватит с лихвой. - Это точно. Наверное, плохо быть молодыми родителями. Так и вырастают, такие беспризорники, как твой дружок Николай. - Думаешь, его плохо воспитали? - Ни очень-то хорошо. Сам то как думаешь? Ему правильно подали знания. Не сам же он их откапал. Всё равно, его заставляли анализировать, логически мыслить. Вот только основы, базовых ценностей, я в нём не видела. - Со временем, он сам расставил приоритеты. Его настрой к миру стал такой же, как и мир был настроен к нему. Он что есть сил держал это в себе. И продержался, только потому что попал в Джузип. Всё просто. Он стал слишком умён для мести. - Тогда куда он пропал? - Вот и хочу найти его. У нас была старая обида. Но, пора с этим кончать... - А ты хочешь, чтобы наш ребёнок обязательно был гением? А если будет девочка? Тогда ты не будешь принимать участие в её воспитании? - облокотилась она, лёжа на боку. - Какая разница. Сегодняшний гений - есть завтрашний обыватель. По мне достаточно того, чтобы когда-нибудь, он или она жил в своё удовольствие и без нашей помощи. Я сделаю всё, что в моих силах. В разумных рамках. Если хочешь, сам проведу роды. - Да ладно, засмущалась она. - Я серьёзно. Да со своей аппаратурой, я могу искусственно вырастить сотни людей из одной лишь ДНК. - Сэм залез под одеяло. - Зачем искусственно выращивать? Ты не понимаешь смысла. От части это делается, чтобы удовлетворить потребность организма. Это у мужчин, достаточно испустить семя, а у женщин секс, это только первый этап несущих функций. Поэтому моё желание преобладает над твоим. Может, твой отцовский инстинкт проснётся, когда малыш появится на свет. - Ну, значит заведём его в твоём мешочке, - снова закрыл глаза Сэм. - Он уже две недели там обитает, - спокойно ответила Алива. - Круто, - не открывая глаз улыбнулся он. - Ну-ка покажи. - Как? - смеётся она в ответ. - Задери футболку. - Это вообще-то платье, - Она задрала его до груди. - Эй, ты даже не смотришь. Неподходящее я, конечно, выбрала время, для того чтоб сказать об этом. С другой стороны, так ты совсем неэмоционально воспринял, сонный мой бурундучок. Или сейчас или никогда. Потом, его уже будет жалко убирать. - А как же я теперь, - Он оттянул её синие трусики сбоку и шлёпнул резинкой. - Да в последнее время у тебя вообще то и желания не было. - Ну отлично. Эмми постоянно напоминает, что они с Глэйсоном хотят ребёнка, а мы смеялись над ними. И каков итог. Ирония судьбы. - В двери постучали те девушки. Кажется, они только что проснулись: - Можно к вам? - широко улыбаясь спросила одна из них. - Пусть он спит, - прошептала Алива, быстро встав с большой кровати. Бросив взгляд на Сэма, она пошла к выходу. - Девочки, мы хотели заняться Йогой на свежем воздухе. - Ну сначала позавтракаем. - тоже шёпотом отвечает вторая подруга. Двери спальни закрылись. Сэм был в глубокой отключке... Ближайшие пять часов он ничего не видел и не слышал. До тех пор, пока не начался праздник. Шум не давал ему покоя. Вялый с затуманенной головой, он взял виски, что налил ему бармен. Все смотрели куда-то в сторону. В глазах всё ещё было мутно. Что есть сил он повернулся, не вставая со стула. Оказывается, это модный фестиваль в Нью-Йоркском сезонном показе. По длинному подиуму уже шли девушки, но как только он попытался к ним присмотреться, они исчезли. Все кроме одной. Которая только-что вышла из занавеса. - Это она, - раздались голоса по сторонам. - Сейчас всё покажет. - Сэм пытался пройти через толпу поближе, но у него не получалось. - Модель шла в каком-то чёрном корсете и розовых туфлях на высоком каблуке. Как и все предыдущие она была с голыми ногами. Подойдя к самому краю дорожки, обеими руками она опустила воротник так, что грудь оголилась. Высунув безымянные пальцы посылая 'Fuckyou', она сжала грудь несколько раз. Это же была Алива. На её лице тонны макияжа и холодный взгляд в пустоту. Волосы прилизанные назад отражались от прожекторов светомузыки. - Спускайся сюда! - Крикнул голос в толпе. Посмотрев ниже, Сэм слегка возмутился. На ногах не было ничего, даже трусиков. Её корсет не прикрывал эрогенной зоны. Отчётливо виднелись небольшие волосы на лобке. Она посмотрела в толпу и спрыгнула к ним. От злости Сэм сжал кулаки. Она была какой-то недосягаемой и в то же время бесчеловечной. Он не ревновал её. Просто хотел быть ближе. Посмотрев в правую руку, Сэм увидел осколочную гранату. Недолго думая, он оторвал чику и кинул в толпу, куда спрыгнула девушка. На душе появилось облегчение, как вдруг, граната летит к нему обратно со словами: - Сам лови. - ответил спокойный мужской голос. Он даже не видел, кто её кинул. И просто застыл на месте выпучив глаза на котящуюся у него под ногами гранату. Он понял, что, взрыв сейчас произойдёт и он ничего не сделает. - Бах!! - резкая вспышка и он отлетел. Вокруг всё белое, как простыня. Не было ни одной стены. Не одного входа или выхода. Ровная поверхность. За его ногами оставался грязный след от ботинок. И... похоже это не грязь. Что-то бордовое краснеет прямо на глазах. Вся гладь наливается красными пятнами. Раздался детский плач. И одновременно, женский смех. Он еле заметен. Где-то в дали. Сэм пошёл в ту сторону. В сторону смеха. И резко уткнулся в стену. Это белая стена, такая же, как пол. А вот и дверной проём. Из-за монотонного, яркого света его совсем не видно, он нашёл его на ощупь. Зайдя в проём, Сэм оказался в комнате, с белой, немного другого оттенка кроватью. Под одеялом кто-то лежал с закрытой головой. Времени не было. Под ногами опять просочились кровавые пятна. Он подошёл к кровати и скинул одеяло. Там лежали новорождённые младенцы. Они были все в крови и не двигались. Может просто спали. Внезапно, смех раздался прямо у него за спиной! Резко обернувшись от испуга, в дверном проёме он увидел Аливу. Она стояла спиной к нему в нижнем белье и не двигалась. - Хэй! - позвал он её. Она повернулась боком. У неё был большой живот. Помахав пальцами, с улыбкой на лице она ушла. Сэм вышел за ней. Там было море крови. Не глубокое, даже не скрывает стопу. Она бежит от него лёгким бегом, обеими руками схватившись за живот. Но он не мог бежать. Ему не догнать. Он мог лишь смотреть ей в след. Что-то странное в отражении в полу. В красном отражении он снова её заметил. Обернувшись по сторонам, Сэм никого не увидел. Тогда он лёг на пол, прямо в лужу. Она тоже легла в отражении. Он начал гладить её, хотя на самом деле гладил лужу. И она помутнела. Пытаясь вернуть назад, Сэм всё сильней и сильней плескал ладошками, пока с силой не провалился туда, захлебнувшись в бесконечности. Дёрнувшись в кровати, он даже не встал. Поняв, что это сон, с закрытыми глазами, Сэм просто улыбнулся. Он почувствовал, как сердце забилось сильней. Организм только что вышел из состояния покоя. Тогда он целенаправленно сделал парочку глубоких вдохов, чтобы снизить нагрузку и привести пульс в порядок. Ему было лень даже посмотреть на время, но с большим трудом, он открыл глаза и поднёс к лицу гаджет. На экране 18:25 и сотни новых уведомлений. Он откинулся на спину и снова закрыл глаза.


## Конфликт интересов


По телевидению больше не показывают развлекательных программ. Не детских мультфильмов не сериалов. Куда не включи, везде новости, новости, новости. Экстренные, чрезвычайно важные, прямые трансляции с места событий и так далее. Наверное, в столь сложное военное время, это актуально, как ничто другое. А вот и нет. Просто это собирает максимальную аудиторию. Ведь спортивные каналы размножаются наравне с политическими. В последнее время, весь январь 34-го, телик крутится возле одной персоны - Чеда Милмана. Относительно новый губернатор Калифорнии. С тридцать второго года. Но его не беспокоит ситуация в мире. Ему важно, чтобы его штат продолжал доминировать и развиваться. Его радикальные, по ранним меркам подходы, сегодня кажутся обыденными. Накануне, он запретил въезд в штат всем, не гражданам США. И это не противоречит современной конституции. Зачем бы вдруг ему это понадобилось? Всё просто. Чед подписал соглашение с правительством, насчёт производства продукции Констант на своей территории. Именно здесь построили свои предприятия новые официальные владельцы, под полным руководством Самоанского офиса. И они запустили на конвейер, имеющиеся у них схемы универсального кодирования, по разработке нового ПО, гаджетов, и строительных, антигравитационных блоков (применяемые в подвижной архитектуре), разработанные ещё лет десять назад. Это, наверное, самые востребованные продукты для человечества, на данный момент. Они нанесли сильный удар по местному офису в Сан-Хосе. Который, всегда забирал основную прибыль компании. Они до сих пор ведут закрытую политику. Но их основной продукт 'Пища из ничего', в данный момент несёт просто феерический эффект. Владелец проекта, Иэн Пак, продолжает обогащаться, укрепляя монополию уже в сфере пищевой продукции. Один только их образец обеда 'Большой и сытный', а также образец напитка 'утоли жажду', за пару месяцев разорил все рестораны быстрого питания. Что это такой? Первое - это маленькая коробочка, как от гамбургера, только герметичная, из толстого пластика. В ней, с помощью программы появляется несколько вариантов еды: бутерброд из двух булок и куриной котлеты между ними, рыба, картофель, печенье, в зависимости от комплектации. После извлечения содержимого, закрыв коробку, нажатием одной кнопки, в ту же секунду получаешь новую порцию. Второе - это пластиковая бутылочка, точно так же бесконечно наполняющаяся разным содержимым. От человеческого молока, до говяжьего бульона. От томатного сока, до простой газировки. Невероятно, но с помощью одной такой бутылочки, теоретически, можно напоить всё человечество, а с помощью одной коробочки - накормить. Вы всё ещё хотите посетить Макдоналдс? А что, если у вас будет тысяча подобных коробочек? Или десять тысяч? Вы навсегда избавите от голода миллионный город. Теперь, хотя бы частичное сотрудничество властей с Констант, хоть немного оставляет людям сферу занятости. Несмотря на то, что принадлежащие им заводы, всего лишь тень от остальных предприятий Констант, подвластных лишь совету директоров, они охватили достаточно широкий спектр от бытовых вещей до рабочего оборудования. Вечные розетки, мощные генераторы, летающие средства, одежда, гаджеты на ОSos, различные медицинские инкубаторы, излечивающие от несовместимых с жизнью травм или инвалидов. Теперь они владеют всем, чтобы избавиться от тотальной зависимости главного офиса. И что дальше? Теперь нужно просто ждать. Следующий ход за Купилабой. Теперь весь мир сплотился против него. Губернатор вводит довольно странные законопроекты, вставляя палки в колёса совету директоров. Ещё, он нередко полностью пересмотривает правильность фундаментальных законов общественного урегулирования. Этим он ставит под сомнение свою репутацию в Вашингтоне. И не зря... Несмотря на откровенное подлизывание к Альянсу, показательно угождая большинству, этот человек ищет выгоду лишь для себя. Такой мошенник, что поискать ещё придётся. Однажды он уже воткнул нож в спину Конгрессу, но они простили его. Однако, один инцидент стоит рассмотреть поподробней. После того, как соглашения были подписаны, в неформальной обстановке, в местечке Мак-Уэй Фолс в Пфеиффер Биг Сюр парке, было построено три экологичных фабрики. Затем ещё три в Орлеане, на островах Санта Круз и Санта Роза Исланд. После, Устойчивый Альянс, разработал политику быстрого распространения товаров на межгосударственном уровне. США заключили контракт с Китаем для бесплатных поставок 'новой' продукции в определённом количестве. Тогда местное самоуправление подготовило все документы об отправки, но ничего не отправляло. Всё оставалось пылиться в складах, тогда как они выдумали интересную историю. Мол, через тихий океан поставлять они не могли, потому, что там их задержат нанятые главным офисом надзорные смотрители Констант, охраняющие Австралийские и Новозеландские воды от пиратов. И стали поставлять через Европу. Но и там их перехватили варвары Ордена Тамплиера. Проверять достоверность этих событий не стали. Когда две сфабрикованных партии не дошли до заказчика, губернатор предложил Китаю нанять их лучшую охрану государственных спецподразделений. И, о чудо, третья партия дошла. В целости и сохранности. Так он вытянул из них последние деньги, пока Сяо Ким - верховный лидер, не признался США в невозможности больше оплачивать данные услуги. Тогда вскрылся ещё один факт, что реальные продукты поставлялись вовсе не по тому стандарту, что заявлял губернатор. Они были намного менее качественные, чтобы со временем заставлять покупать всё более совершенные товары. Таким образом просто садили их на иглу, по стандартной бизнес схеме. Несмотря на это, учитывая плачевный судьбу прошлых техно-монополий, компания дефицитные товары не поддавалась критике. Потребитель думал, что так и должно быть. А у заказчика не было выбора. Из-за этого Между Вашингтоном и Пекином возник спор. Мол, не может быть, что программы одних и тех же продуктов совершенно разные. После исследования нескольких Китайских образцов, Конгресс приказал провести тщательный осмотр всех партий. Всё было, как надо, с правильной программой, кроме одного цеха, который именно в это же время, буквально пару дней назад сгорел с потрохами, в результате производственной аварии. Они стали догадываться, что было в этом цеху. Но, вместо того, чтобы предъявить Чеду Милману обвинение, они решили больше не иметь с ним дело, и построить предприятия в Чикаго и Новом Орлеане. Удивительно, но Милману удалось подкупить власти Иллинойса и Лузианы! В Вашингтоне об этом ещё не знают. Они могут лишь предполагать. Фабрики, что построенные там - просто макеты. Ничего не производят и стоят для вида. Таким образом, он не просто создал подпольную империю 'новой' продукции, но и взял контроль уже над половиной страны. Зачем ему это? Внутренние конфликты в условиях мировой войны приведут ЦС к неминуемой гибели. И он это понимает. У него у самого нет ответа на этот вопрос. Возможно, еврейский инстинкт. Желание властвовать и богатеть не даёт ему покоя. Не зря у него в кабинете стоят иконы Джона Рокфеллера, Тима Кука, Джеффа Безоса и других 'испытывающих неприязнь' к деньгам личностей. Однако, в отличие от своих идолов, Чед гораздо более расчётлив и придерживается немного другой идеологии. Он понимает, что, если вскроются его коррумпированные связи, его выбросят с поста и разорвут на миллион кусочков. Поэтому, он заведомо набирает поддержку народа. Запускает механизмы пропаганды, инициирует митинги и бунты, направленные на разделение интересов Американского народа. Пока далёкими намёками, ведущие к тому, что у Невады и Калифорнии свой путь дальнейшего развития. К слову, Невадский губернатор - его очередная подстилка. А 'Город грехов' Чед в шутку называет своей дачей. Но, стоит признать, что в его жизни далеко не всё складывалось гладко. В начале двадцатых, он работал на бирже. Он ненавидел свою работу, хотя хорошо понимал её. Чем больше он углублялся в экономическую систему, тем больше находил дыр и уязвимостей. Пока однажды, он не пришёл к заключению, что современная система настолько неправильная, что любая другая будет работать стабильнее и надёжнее. И кризис 2008 года доказал ему это во всей красе. Каждый встречный в Нью-Йорке говорил ему: 'большие деньги - всегда риск' Но в глубине души, Чед знал, что большие деньги без риска - это реальность. Принцип 'Деньги любой ценой' не впечатляет его. Он больше склонен к идее 'постоянных денег'. Так, как рынок был не постоянен, никакая, даже идеальная бизнес-стратегия не могла гарантировать успех. Ещё в колледже, он видел весь рынок, как на ладони. Он представлял его словно кипяток бурлящих пузырей. Бюджет то раздувался, то лопал в разных отраслях промышленности. И если это можно было рассчитать, проанализировать, то предсказать дальнейшее развитие абсолютно невозможно. Проблема в том, что люди по-разному видят рынок из-за скрытых, разного рода ловушек, так называемых 'подводных камней'. Таким образом, каждый, кто имел с этим дело, можно сказать, играл в лотерею. Это бесило его и со временем к нему в голову приходили разные идеи, о том, как изменить рынок, пусть даже ценой разделения глобализации, и полной независимости от существующей системы. Когда ему улыбнулась удача, поставив против биржи цифровых валют, он поднял десятки миллиардов долларов всего из пары миллионов. Став вторым крупнейшим инвестором в истории, после старикашки Уоррена. И тут он понял, что перед ним открылись новые возможности. Чед решил вернуться на родное западное побережье страны, но не для того, чтобы загорать на Калифорнийском пляже или прожигать деньги в казино, одним словом - деградировать. В условиях начавшейся мировой войны и дестабилизации он решил побороться за пост губернатора, публично озвучивая свои идеи по реформации рынка. Пять долгих лет ему пришлось идти к этой цели. И вложить почти всё своё состояние - более двадцати миллиардов долларов, в экономику одного штата. О Долине смерти и Зоне 51, он старается не думать. Так, как знает, какой хищник таится в этих пустынях. Они даже не думают соваться туда после того, как 'померялись гениталиями' с ИПО в Сан-Диего. Но и бог с ними, успокаивает себя Милман. Сидят себе там, в безлюдном месте и не рыпаются. Пока что не рыпаются. Конечно, ужасно осознавать, что у тебя под носом стоит один из управляющих штабов ИПО. Чед не раз просыпался ночью в холодном поту, ловя себя на этой мысли. При этом Американские власти до сих пор продолжают бомбить ближний восток. Наивно надеясь напугать врагов. А теперь давайте перенесёмся в его резиденцию в ЛА и посмотрим на простой будничный день непростого губернатора. С утра он вышел из своего коттеджа. Как всегда, в отличном настроении. У него вверх приподнятые рыжие волосы. Обычное овальное лицо, и небольшая полнота. Ноги слегка иксом. Четыре охранника сопроводили его до последней модели летателя А класса. Он посмотрел на свои Ролексы и с улыбкой на лице сел во внутрь. Сегодня заседание палаты министров ЦС. Прилетят делегации из Вашингтона и Оттавы. Возле здания администрации собралась большая толпа. Очередные митинги недовольных граждан, только в этот раз не согласованных, а значит против правительства. Пришлось посадить судно на крыше и спуститься по чердаку. - Почему спецназ не разгонит их? - сам себя спрашивает Милман. - Я покажу им. - по дороге он скинул с себя пиджак и громко засмеялся. - Требуем ответов! Требуем ответов! Требуем ответов! - кричат полные женщины в первых рядах пока не агрессивной толпы. К ним подбегает журналист телеканала АВС. - Что беспокоит вас, в столь прекрасную февральскую погоду? - поднёс он микрофон к одной из них и улыбнулся в камеру оператора. - Мы не хотим больше так жить! - брызгая слюнями, верещит очкастая жирдяйка. - Свободу старым сиськам!! - чуть не сбила с ног его голая разукрашенная толстуха с длинными висячими жележками. Журналист быстро сгруппировался и отпрыгнул в сторону. - Как так? - быстро уточняет он у первой собеседницы, теперь оглядываясь по сторонам. - Почему мы должны платить деньги в колледжи нашим детям? Почему правительство прикрыло наши новые компании? - А что не так с колледжами? - недоумевает интервьюер. - Что с ними не так? Там ничему не учат, пустая твоя башка. 60 тысяч долларов в год обходятся почти все Калифорнийские вузы! А что там делают?! Учат квантовую физику? Гражданские права? Пошли вы нахрен! Констант управляют миром! Пусть их специалисты и обучают нас!! - А у вас есть дети? - спросил журналист. - Пока что нет. - На каком вы месяце? - Это грыжа. Шутник. - У меня есть дети! - врывается к микрофону ещё более полная, чёрная женщина со свиным рылом. - Не валяйте дураков! Вся программа обучения устарела. Она не подходит к действительности, разве не видно? Гении самоучки захватили наш мир! И им плевать на остальных. Они сами по себе развиваются дальше! - Так вы предлагаете поменять программу или снизить стоимость обучения? - Желательно и то и другое! - чуть не проглотила микрофон трёхсот фунтовая дама. - К чёрту Америку! К чёрту Альянс! - из раза в раз повторяются уже более сепаративные лозунги с другой стороны толпы. На этот раз преуспели журналисты от Фокса. - Что случилось, граждане? - из далека спросила их журналистка. - Пусть вернут наши предприятия! Нас прикрыли за то, что мы торгуем с Китайцами? С каких пор это противозаконно? Почему в Иллинойсе можно, а у нас нет! Они лишают нас свободы выбора. Они лишают нас права конкурировать с тираном Купилабой! У нас уничтожили целый город, и эти подонки из Вашингтона ничем не помогли. Тогда зачем они нам?! Почему они не закроют главный офис? Да, там куча охраны. Но, у нас самая большая и сильная армия! Куда она подевалась? Почему они просто не могут взять штурмом этот грёбаный мордер! К чёрту Америку! К чёрту ЦС!! - Проваливайте от сюда! - закричал на журналистов мужик с бейсбольной битой. - Вы всё равно всё переделаете и покажите по телику, какие мы не хорошие ублюдки, а вы такие правильные и святые! - Мы в прямом эфире, - остерегаясь она подняла перед собой другую руку, защищаясь от агрессивного буяна. - Тогда запишите мои слова, - дикими глазами он ищет камеру. - Долой президента Джонсона! Долой партию качков! - Мы хотим пидаров, - с улыбкой выкрикнул чёрный паренёк. Его тут же толкнули плечом за неуместную шутку. Мужчина, что был у микрофона покачал головой: - Уж лучше пидары, чем ходячее ГМО с атрофированными мозгами! Да блохи в моей заднице справятся его работой лучше. - Хе-хе-хе! - потирает подбородок Чед, сидя у себя в кабинете. Он смотрит на происходящее через свой гаджет, вскинув ноги на стол. - Если у нас есть Голливуд, это не значит, что мы будем лизать яйца певцам и музыкантам! - А-ха-ха! - В захлёб продолжает губернатор, как вдруг в двери врываются два человека. Премьер министр Канады и президент Джонсон. - От чего это нам весело? - спрашивает его Дуэйн по пути к креслу. Тот быстро убрал ноги и поправил все бумаги на столе. - Я ждал вас, господа, - с серьёзным выражением лица он спрятал своё устройство. - Ничего не хочешь объяснить? - готов растерзать его на месте Скалистый старичок. - У вас протесты прямо перед центральным входом. - уточняет Джордж Ваккли - что прибыл из Оттавы. - Он всё знает! - не может найти себе места Дуэйн. - Мы намеренно раскачиваем лодку, неправда ли, мистер Милман? - Я уже связался с силовыми структурами. Через десять минут они исчезнут. - оправдываясь соскочил с кресла Чед и посмотрел в окно. - У меня к вам о-о-очень много вопросов. Судя по тому, что я услышал на улице, боюсь, вы рискуете своей карьерой. Зачем вы намеренно дезинформируете людей? Я понимаю их негодование. Разве мы прикрыли Калифорнийские производства Самоанского офиса? Не напомните, мистер Милман? Разве мы поднимали пособие по безработице, установленным общим стандартом ЦС? Тем более за счёт Калифорнийского бюджета! Это написано на плакатах. Будто они живут в своём отдельном мирке. Этот обман дорого обойдётся вам. Нельзя так играться с отчаявшимися людьми. - Виноват, мистер президент. Я возьму под личный контроль наши СМИ. - А то они были не под твоим контролем, - ехидно ухмыльнулся здоровяк. - Я тут недавно приболел. И меня замещали, судя по всему некомпетентные люди. - Хватит выкручиваться! В любом случае, мы приехали по более важным вопросам. На кону жизнь всего человечества. - Где-то я уже это слышал. Чёрт возьми, мы же не на съёмках мистер президент. - подкалывает его Чед. Рок и Джордж с едким взглядом подозрительно нахмурились. - Пройдёмте в совещательный зал, с вашего позволения, - вышел из положения заносчивый губернатор. Молча они покинули кабинет и спустились в представительскую палату. Как и обещал Чед, через 10 минут гул на улице прекратился. Полиция быстро разогнала дебоширов. Однако, президент догадывается, что это намеренно спланированная акция от местного самоуправления, чтобы в лишний раз показать, что их не устраивает внешняя политика США, и в частности её статуса в ЦС. Где по новым договорам они безвозмездно вынуждены помогать отстающим или разваленным странам. Как-то это не по-американски, ну или не по-жидовски, что ли. Хотя в Вашингтоне понимают, что в настоящее время, у них нет замены этому режиму. Ибо в этом регионе большинство людей настроено к власти оппозиционно. Скала Джонсон присел к коллегам за круглый мраморный стол. На самое высокое кресло из красного дерева, сел Чед Милман. Политики копошились в своих вещах. Кто-то в планшетах, кто-то в бумагах и чемоданах. Подождав, пока все приготовятся, президент осторожно начал свою речь: - Внимание, друзья. Вы должны понимать, что за нами может быть прослушка, поэтому я отключу ваши устройства, ненадолго. - Он взял в руку какой-то маленький пульт и нажал на одну из множество механических кнопок. - Последние разработки пентагона? - спросил Чед. - К сожалению, нет. - Это универсальное кодирование, поэтому, можете не стараться что-то взломать. К тому же, среди нас нет программистов, - Улыбнулся Дуэйн. - Имейте ввиду, все жучки, которые на вас нацеплены, временно тоже накроются. - Давайте перейдём к делу, - говорит полный седой мужчина в белом пиджаке. Президент глубоко вздохнул, хлопнул в ладоши и потёр руки. - Что ж. Все мы знаем, что в таком режиме долго не протянуть. Не для кого из вас не секрет, что ИПО может сделать с нами всё, что угодно. И мы ничем не сможем ответить им. - Подождите пару месяцев и у нас будет новое оружие, - дал ответ губернатор. - Оно не поможет... К сожалению, ни одно оружие не способно остановить их. - Чушь собачья. - нахмурился Чед. - Я был там. Я встречался с ними, и я знаю, что говорю. - смотрит на всех Джонсон. - И у нас есть план. Очень рискованный, но он, пожалуй, единственный. Мы должны довериться своим инопланетным партнёрам. - Терраро нам не партнёр! - возразила пожилая женщина, в деловом костюме. - Послушайте, мисс. Я понимаю, что мы интересуем их исключительно, как источник дохода, но из двух зол мы вынуждены выбирать лучшее. В конце концов, раньше наша страна неоднократно была в противоположном положении, относительно отсталых стран с большими сырьевыми запасами. Может быть, это знак свыше. Теперь мы должны ощутить себя на их месте. - Отвечает ей президент. - Я лично не хочу ощущать себя на их месте, - возразил Чед. - Придётся, мистер Милман, придётся, - с оскалом отвечает ему Джордж Ваккли. - Вы ещё не услышали самой идеи, а уже паникуете, как плаксивые нытики. - Продолжает Скала. - Идея заключается в эвакуации людей с Земли на Терраро. План действий таков. Сегодня обойдёмся без презентации. Конкретные цифры нас пока не волнуют. Мы проконсультировались с учёными, и они дали нам следующие факты. Для выживания человеческого рода в современном, подчёркиваю, в современном социуме, необходимо как минимум сто тысяч особей, с учётом всех рас и гендерных принадлежностей, разумеется. Мы должны отобрать восемьдесят тысяч здоровых молодых людей. Исходя из того, что двадцать тысяч уже на постоянном жительстве на Терраро. Мы проконсультировались и с ними, само собой. И, они вроде как дали добро. Клан Шарвей или как их там. В общем, они не предоставят нам лучшие условия, и скорее всего даже жильё предоставят не всем. Но они впустят в город. Пангон, по-моему, называется. На полюсе Лэйро. Этого достаточно для выживания. Их планета невероятно огромна. Она больше всех планет в солнечной системе. - Зачем нам это знать? - подгоняет его Милман. - Не перебивай, дружище... Так вот. - сбился с мысли Дуэйн. - Планета хоть и огромна, но пригодная для жизни территория, чуть больше территории нашей страны. Они просят за это плату. Очень большую. На сегодняшний день, у нас нет таких сумм. Вернее есть, но она равняется всей нашей экономики. И мы взяли в кредит у корпорации Джузип. Они с удовольствием одобрили нам его только потому, что думали, что нам не расплатиться в ближайшие эдак, пару поколений. И выкачают из нас по полной программе. Но, не знают, что Констант поможет нам расплатиться с ними. - Это самоубийство! - опять возмутилась нелицеприятная женщина. - У вас есть другие варианты? - спросил её Джордж. - Лучше умереть свободным на своей планете, чем в рабстве на чужой, - продолжает она. - К тому же, основными финансами компании распоряжается Купилаба, а он вряд ли одобрит вашу идею. - Дайте людям самим решить, что лучше. Извините за грубость, но неужели вы думаете, что мы рассчитываем на его чёртовы деньги? Наверное, мы учли это, - дерзко отвечает Канадский представитель. - Если бы главный офис помог нам, то нам бы вообще не пришлось бы брать кредит. Да, есть риски. Неприятные казусы. Но, мы никого не принуждаем. Это всего лишь альтернативный вариант. И мы обязаны предоставить хоть какой-то выбор. - Он дело говорит, - подытожил президент. - Что скажешь Чед? Насколько это безумная идея? - Восемьдесят тысяч человек? Да ничего безумного, даже если они обречены. В плохие дни, мы теряем гораздо больше, на протяжении всей истории человечества. - Ну, вообще-то мы хотим удвоить эту цифру, для перестраховки. - Сто шестьдесят тысяч? Пфф, - отмахнулся Милман. - Вот если бы речь зашла о десятках или сотнях миллионах. - Да ему всех больше наплевать на нас, - наезжает на него мисс Алексис, представляющая Нью-Йоркский департамент. - Зачем вы вообще спрашиваете его мнение. Поднимите руку, кого оно интересует? Так легко раскидываешься миллионами жизней, а сотни тысяч уже ни во что не ставишь. В вашей должности нельзя так просто говорить о людях. Словно они вещи. Вы совсем не учитесь на исторических ошибках прошлого. - Мы здесь собрались не бороться за права людей, - заступился за него президент Рок. - Видишь, старая мымра. Президент говорит, ты не права. - Самозванец! Что ты себе позволяешь, - у тётушки сдали нервы. - Не забывай, где ты находишься. - продолжает Милман. - Успокойтесь! - вмешивается Дуэйн. - Мы все на пределе. Но мы должны сохранять самообладание. Иначе какие из нас лидеры. - Ему нельзя доверять. У него нет ни чести, ни достоинства, - встала со своего места госпожа Алексис. - Неужели вы не понимаете, он устраивает разлом нашей страны. Ему наплевать на нас, - повторяет отчаянная бабуля, схватившись за спинку своего стула. - Может мне и наплевать на вас. Конкретно на вас, миледи. Но за жителей Калифорнии и Невады я отдам свою жизнь. - Уже и Неваду себе прибрал? Я ушам своим не верю. - она подошла к нему в упор. - А мы отдадим свои жизни за Японию. За Китай. За Южную Корею, Канаду и США. За мир в Устойчивом Альянсе и мощь Центра Сопротивления. - Сядь на место, - отворачивается он от неё. - Видел я как вы за Китай жизнь отдали. - А что такое? - наклонилась она к столу прямо перед ним. - Я не в прямом смысле говорю, умник. Но, это мы можем обсудить. Вы же у нас, специалист по Китаю. - Так, давайте мне договоры, если надо, я всё подпишу, - уже измученно смотрит Чед на президента. - Нам нужно организовать отборочную комиссию, - передаёт свои бумаги Джордж. - Ознакомьтесь. - другие передают рядом сидящим коллегам. - С вас мистер Милман, двадцать тысяч человек. Через две недели, - предъявил канадский премьер. - Две недели? - удивился он, - Почему так быстро? Дайте мне два месяца, и я дам вам хоть в два раза больше. - Нет у нас времени. Мы уже установили сроки для лэйро, - говорит Джонсон. - Как видите из подписанных мной документов. А ещё, вы должны организовать комиссию для медицинского обследования, чтобы получить полную физиологическую информацию о людях. Их генетику, вирусные болезни, способность к размножению, психические расстройства и все возможные отклонения. Исходя из этих данных, мы будем определять годность или негодность. Некоторые уникальные виды мы всё же не учли. Например, Африканские, Новозеландские, Ново-гвинейские или Австралийские племена. Но, мы не могли выделить места для всех. На Земле живёт слишком много народов. - И вы отобрали самых-самых. - Опять возмутилась женщина. - Можете забрать всех мексиканцев. После кипиша в Сан-Диего, они совсем озверели. -усмехнулся губернатор. - Да он сумасшедший, - продолжает она. - Разве вы не видите? - Старая ведьма. - последовал нахальный ответ. - Рыжий прохиндей! - Хватит! - не выдержал Скала Джонсон. - Зачем вы привели эту ненормальную. - Ну всё, - продолжает успокаивать их президент. - Уведите её от сюда, - совсем обнаглел Чед, обращаясь к присутствующим. - Это приказ? - возмутился Дуэйн. - Нет, - назойливо ответил губернатор. - Что ж, всё, что нужно было, мы обсудили. Остальное скину позже. Мы обязательно со всем разберёмся, а так же, проверим на соответствие все дела Мистера Милмана. - А разве для этого есть повод? - вдруг растерялся он. - Похоже он и вправду держит нас за ослов, - усмехнулся Джордж. - Нееет, - улыбается Скала. - Ведь он не имеет отношения к Иллинойским конвейерам. Верно! - саркастично смотрит он на Чеда. - Он не хотел подпольно продавать новые продукты в Китай. Не хотел клеветать об остановки здешних заводов. И самое главное, он производит только то, что указано в договорах. Никаких летателей, оружия, IT технологий, стройматериалов или городских генераторов. Только мы начали рушить незыблемую монополию Констант, как вдруг нашёлся леприкон, желающий на этом подзаработать. Зачем воровать на строительстве, если на готовом можно своровать больше? Ты же сам поддерживаешь Самоанский офис. Дай им встать на ноги. Дай им влиться в рынок. И ещё один момент. Дамба Гувера полностью опустела, но ЛА и Лас-Вегас горят ярче прежнего. В городах во всю строят подвижные дома. И мы ни о чём из этого не знаем. Может, вы считаете слишком низко, отсчитываться перед нами? Но, Калифорния пока не отдельная страна, а ты не президент. Поэтому, будь добр, хоть чуть-чуть соблюдай законы. Мы ничего не забываем. Просто в один прекрасный момент, тебе прилетит такой огромный, сочный, мясистый бумеранг, что на ногах не устоишь. - Началось. Делаешь людям хорошо - не нравится. Делаешь им плохо - не нравится. Ничего не делаешь, тоже не нравится. Что вы всё время набрасываетесь на меня? Мы поставили первую и единственную станцию в Боулдер-Сити. По ней просто не успели ещё сделать отчёт. А про подвижные дома сам первый раз слышу, - осержено свесил голову Чед. - Да да-да. И в Аризоне теперь недостаток электроснабжения. - Скоро и их подключим. Всему своё время. - Так, - вздохнул Дуэйн. - Ставьте подписи и возвращайте мне документы. - Чед долго рассматривал большой желтоватый лист. - Что ты мешкаешь? - торопит его Дуэйн. - Это что, печать от самой Джузип? - озадаченно прищурившись спрашивает губернатор. - Да. Это уникальный скрипт-шифр, созданный на атомарном уровне. Его невозможно подделать. Какая-то супертехнология. Они дали эти бумаги мистеру Свейку. А он лично передал их нам. - И что, инопланетянам так важно наше мнение? Пустая трата времени, - он разорвал документ прямо в месте печати. - Что ты делаешь!? - соскочил с места президент. - Перед кем они за нас будут отсчитываться? - кинул маленькие кусочки он прямо в центр стола. - Ты идиот! ... Ты!! - не зная, что сказать, скала тычет на него пальцем. Остальные сидящие тоже разорвали соглашения. - Они все заодно, - выпучил глаза Джордж, словно его схватил инфаркт. - Не может быть, - пятясь назад, дрожащим шёпотом говорит Алексис. - А я то думаю, что они молчат, слушая его бредни. - Пришла пора узнать кто есть, кто, - встал со стула и подошёл к окну Милман. - Господа, мы же не хотим сталкивать западное побережье с восточным, - продолжает он стоять спиной ко всем. - За восточным побережьем стоит Канада, Китай, и Япония. - сжав кулаки, сосредоточено отвечает ему Дуэйн. - Это точно, - повернулся к нему лицом Чед. - У вас есть Пентагон. А у нас главный офис Констант, и парочка заводов. Всего ничего. - Тебе не поможет это! Констант не принадлежит тебе целиком! - Взбесившийся здоровяк схватил свой чемодан и подошёл к выходу. - Купилаба проглотит тебя с удовольствием. Ты хороший губернатор, мистер Милман. Но твоё эго не влезет даже в большой каньон. - Думаю, твой бицепс там тоже не поместится, - артистично поднял брови Чед. - Мисс Алексис и Джордж спешно покинули совещательную комнату. Остальные продолжали сидеть, как ни в чём не бывало. - Продажные собаки, - перед выходом сказал он политикам. - Смирись, мужик. Мне принадлежит уже пол мира. Устойчивый Альянс не так уж и устойчив. Вся эта мишура не по мне. Давай просто останемся друзьями. - Разумеется - наконец вышел президент. Охрана проводила его на улицу. Выйдя из здания, на него посыпались гневные выкрики и непристойные выходки от окружающих. Люди, стоящие по две стороны от его пути, корчили недовольные морды. Показывали пальцы вниз и даже пытались чем-то кидаться. Варёное яйцо просвистело над головой. Спелый томат, мужской ботинок. Президент только успевал уворачиваться. Лицо Дуэйна в этот момент было настолько грустным, каким не было в самых печальных сценах всей его кинокарьеры. Хотя эмоциональной игрой он особо не славился, сейчас ему позавидовал бы даже ДиКаприо. Он улыбался, но в глазах были слёзы, и отчаянная беспомощность... Сев в старенький военный летатель, он молча смотрел из окна. Взлетев вверх, Джордж решил прервать тишину: - Ты говорил с мэром Сан-Франциско? Может не всё так безнадёжно? - Нет, - еле выдавил из себя президент. - Посадите корабль, - подавленно смотрит он в пустоту. - Что? - недоумевает Алексис. - Посадите корабль! - крикнул он на водителя. Летатель тут же пошёл вниз. Они были уже на окраине города. - От сюда разъедитесь самостоятельно или забронируйте отель. Моя охрана сопроводит вас. - Что он задумал? - выходит женщина, держась за руку Джорджа. - Ты же не сделаешь этого? - печально смотрит на него Канадский премьер. Дуэйн молча закрыл двери и летатель мгновенно взмыл вверх. А вот и Милман с остальными вышел на улицу. Ото всюду на него засверкали вспышки. Люди радостно аплодировали, и торжествовали. Чед взаимно помахал всем рукой, перед тем, как спуститься с крыльца. Затем, деловой, размашистой походкой он спустился по лестницам. Его руки нелепо размахивали из стороны в сторону. Он и вправду напоминал леприкона. Ему под ноги разослали голубую ковровую дорожку. Он продолжал улыбаться во всё лицо. Его эмоции были неподдельны. Он чувствовал настоящую поддержку народа. Чувствовал себя победителем. Настоящим лидером. Журналисты пытались взять интервью, но он вежливо показал маятник указательным пальцем, в знак отказа. Без вопросов, они тут же отступились. Его коллеги расселись по своим автомобилям и летателям, а он продолжил деловито идти вдоль проезжей части. С довольной улыбкой, Чед начал щёлкать пальцами, словно настраиваясь под ритм. Под забавный бит, он стал размахивать руками в танцующей походке. Вот, он подошёл к своей парковке летателей. Там стояли невероятные судна всех цветов и последних моделей. Тыкая на них, он начал размахивать пальцем, будто рассчитывал их по порядку. Остановившись на салатовом А-классе, с дерзким дизайном, что-то между суперкаром и летающей тарелкой. Его водитель открыл ему дверь. Он мигом влез во внутрь и отправился по делам. Выйдя, где-то в криминальном квартале, там, где боятся ходить простые люди, он продолжил весело шагать сам по себе. На обочинах стоят палатки. На него с призрением посмотрели в хламину обдолбанная кампания. Только губернатор прошёл мимо них, как выбежала полиция, и засунула торчков в свои летатели. Музыкальный ритм разбавился старым добрым рэпом. Чёрные ребята, стоявшие возле грязного переулка, с улыбкой пошли к нему на встречу. Они читали на очень высоком уровне, да и бит звучал совсем не дёшево. Они прикольно одеты, будто прямо сейчас снимают клип. Первый чувак, загибая пальцы, одет в стильные белые кроссовки Адидас и в серые шорты. Первый куплет был его. Он быстро повернул кепку козырьком в бок и, не опускаясь, обратно вперёд. Затем поднял руки вверх и в сторону, повернув голову, в знак приветствия Чеда. Тот начал выдавать жёсткую встряску. После припева, куплет взял следующий чувак. Между тем, в танце, губернатор продолжил идти по улице. В его руке была коробка продукта 'Пищи из ничего', настроенная на Сэндвич. Он кидал их стоящим у обочин угрюмым людям. Пока не дошёл до бездомного, с табличкой, просящего о помощи бедняка. Милман кинул в его руки саму коробку. Какая-то женщина быстро подбегает к нему со стороны. В её руках были бумаги с данными о безработице штата. График стабильно идёт вверх с начала двадцатых, останавливаясь на отметке в 28%. На следующей бумаге - пособие по безработице. Оно падало до последнего момента. И только в тридцатом году виден огромный скачок вверх. В несколько раз больше, чем было изначально. С улыбкой, он поставил свою подпись об очередном повышении. Продолжая свой нелёгкий путь, губернатор вышел в парк. Сперва люди с недоумением смотрели на него, проходя мимо. Но затем заражались его настроением и начинали пританцовывать. Постепенно, они выстроились в ряд, слева от него. Тем временем, лёгкими покачиваниями у своего достоинства, он расплёскивал водичку в литровой пластиковой бутылке прямо на дорогу. Затем поднял её и начал брызгать на людей, будто крестил их движениями вверх-вниз и слева-направо. А вот и самые заводные, визгливые девчонки, как резвые свинки, скакали на месте, поднимая вверх руки, как на лучшей вечеринке в их жизни. Он плеснул им в лицо. Потом, подняв над собой немного налил себе в рот. И опустив голову, продолжил лить на себя сверху, промочив все волосы. А вода всё не кончалась и не кончалась. Как рыжий Аполлон, он медленно встряхнул головой и выкинул бутылку через плечо. Мимо, на велосипеде BMX проносился один из рэперов. В одной руке у него был пистолет, а другой он поймал бутылку. Полностью опустившись от руля, в прыжке, его руль быстро проворачивался по кругу. Приземляясь, чувак кинул бутылку в одну сторону, а пистолет в другую. Люди поймали бутылку, и готовы были поймать пистолет, как тот внезапно отпружинил в руку задорному пареньку. Пистолет оказался на резинке, приделанной к его поясу. Приподняв кепку пушкой за козырёк вверх, он крутанулся в пол оборота и сойдя с велика взял свой куплет. Здравые ребята синхронно подтягиваются на турниках. Рифмоплёт подошёл к ним и начал хлопать в ладоши. Они продолжили тянуться в разнобой. Словно образуя звуковую дорожку. Один делал выход силы, другой висел на уровне груди, а третий еле сгибал локти. Соединив между собой пальцы всех рук, чувак сильно растянул их будто резинки. А турникмэны ускорились и засветились разными цветами, эмитируя реальный эквалайзер. Далее, Чед входит в какой-то офис. Несколько людей в деловых костюмах проводили его за компьютер. Там, судя по всему, он оценил результат их работы. Поманив рукой, того, что стоял напротив, он, как в дверь постучал по его голове. Затем быстро что-то объяснив, в конце молча покачал головой и пошёл дальше. Его настроение нисколько не испортилось. Да-да, трек продолжается, и Милман уже в элитном баре. Он не жалеет денег для стриптизёрш, несмотря на то, что женат. Открыв бутылку шампанского, он заливает всех девочек, в восторге вьющихся возле него. Ди-джей одет в странном костюме. Это же тот парень с района. С красными накладными наушниками, зачёсанной назад шевелюрой и длинными брегетами по бокам. Весь его свитер состоял из тонких трубочек, вытянутых вверх. Он немного летал над землёй, кружась возле своей оси вместе со звуковой аппаратурой. Аппаратуру держал, голый по торс карлик. Вспотевший от старания, он кружился на гироскутере. Жизнь хороша. Все довольны. Но время идёт. На улице совсем стемнело и собравшись с мыслями, Чед отправился домой. Уже в спокойной обстановке, в дороге, настраиваясь на завтрашний день. Приземлившись в Сан-Франциско, Скала Джонсон, мрачный и подавленный, шёл по центру города. Он смотрел на окружающих людей. На большие здания и проезжающие машины. Ему на встречу идёт странный человек. Темнокожий транссексуал - Генри Фьюзи. Это мэр города. Очевидно, что он пытался скрыться от посторонних глаз, то и дело поправляя капюшон своего балахона. Дуэйн тщательно огляделся по сторонам, прежде чем начать разговор: - Привет Генри. - без особой радости подал ему руку Скала. - Привет, пупсик, - пожав её, почти шёпотом отвечает мэр. - Как тебе мой педикюр? - Просто прелесть. Мы разработали новый законопроект. И, как я понял, губернатор отказывается с нами сотрудничать. Ты можешь подписать пару бумаг за него. - Эмм, ты можешь не светить здесь своей знаменитой лысиной. Нас могут заметить. - Конечно, - Дуэйн достал кепку, из сумочки на ремне. - Что именно я должен подписать? - Чуть громче спрашивает Фьюзи. Они продолжают стоять возле проезжей части, проходящих мимо людей. - Пустяки. Нам нужны добровольцы для переселения на Терраро. Я скину тебе подробный отчёт. - Если Милман отказал вам, не думаю, что это пустяки, - встревожено возмутился мэр. - И потом, я не могу здесь что-то решать за него. - Он начал глубоко дышать, видимо от волнения. - Я не знаю, как вам правильно это сказать, но... лучше вам больше здесь не появляться. Он ненавидит Вашингтон. Всю вашу действующую систему. Вы же знаете, я просто... Просто... - Ты в любом случае с ним. - помог ему закончить Дуэйн. - Даже если начнётся гражданская война. - Тот молча смотрел на него с печально подкошенными, обведёнными бровями. - Не думал я, что всё так плохо. Что ж, в этом моя вина. Я просмотрел вас. Нужно было гнать вас поганой метлой, пока не поздно. И я исправлю эту ошибку. - Президент отвернулся и пошёл не попрощавшись. Генри лишь смотрел ему вслед. Лицо Дуэйна было разбито. Он больше ни на что не смотрел. Просто шёл мимо людей, словно под гипнозом. Внезапно, его глаза загорелись. Бешеный взгляд медленно обогнул окрестность. Достав свой гаджет, Джонсон быстро что-то ввёл на сенсорном экране. Медленно опустив руку, он выронил своё устройство. Планшет упал на асфальт, немного провернувшись, от удара, он слегка отскочил вверх. Скала прошёл мимо него. Продолжая идти, глубоко скорбя, он опустил голову. По дорогам и зданиям быстро разрастаются трещины. Здесь должна быть грустная мелодия. С обоих сторон от Дуэйна, в замедленном виде проходят Каратели. В их руках были огромные штуковины, похожие на огнемёты. Безликие создания, в устрашающих костюмах. Он будто не видел их, а они не видели его. Густые облака в небе налились розовым цветом. Монстры в шлемах с красными глазами начали палить по прохожим. Словно, из пожарных шлангов, из их орудий под сильным напором летела какая-то жидкость двух цветов. Белая, немного вязкая и тёмно-красная, густая. На удивление, это почти не причиняло людям ущерб, лишь разводило панику. Но это было только начало. В небе, чуть выше людей, всюду появились круглые коптеры. Они стреляют разрядами тока по всем без разбора. Считанные секунды, в городе началась анархия. Движение машин остановилось. Люди спасались в бегстве, куда глаза глядят. Камера резко отдаляется с переднего плана, так, что видно весь центр города. И поворачивается немного влево. Там творится нечто невероятное. В почве образовалась огромная дыра, размером с несколько кварталов. Соседние здания, по крупицам летели туда. Их затягивало в эту впадину словно пылесосом. И вдруг... Моментально от туда всё вылетело обратно. Множество частиц, по большей части - изогнутые стальные трубки, начали кружиться в общей массе на месте ямы. Они, как конструктор, в считанные мгновения собирались в огромный механизм, размером с небоскрёб. По форме напоминая, скорее, высокую круглую арену, или бочку. По бокам этой штуки быстро двигались разные приборы, похожие на рычаги. Стенки были в виде множества наложенных друг на друга толстых сеток, с метровыми отверстиями. Внезапно, люди начали попадать в большие пузыри. Они летели в сторону того механизма. И люди не понимали, как выбраться оттуда. Остальные в ужасе звали на помощь, разбегались, суетились. И лишь одна маленькая девочка заметила, что в шары попадают не все. - Мама! Мама!! Что станет с папой? И почему улетают только дяди? - О боже, - остановилась женщина в слезах, осматриваясь по сторонам. Она взяла девочку крепко за руку. - Я не знаю, Люси. Я не знаю. Люди со всех сторон, в шарах залетали через сетчатые отверстия, внутрь этой огромной хрени. Внутри была ужасающая картина. В этой ёмкости, которую и представлял из себя громадный механизм, плавала густая консистенция бурого цвета. На самом верху стояли люди. На круглом железном мостике. По всему объёму, спинами к центру. И это были не просто люди. Вашу ж мать, это были индейцы! Одетые в старую, традиционную одежду североамериканских племён. Один из них - вылитый вождь 'Сидящий бык'. Причём, сидящий в прямом смысле. Он сидел на кортах, повернув голову сначала в одну сторону, улыбнувшись своему соотечественнику. Затем в другую, отбив кулак, в знак чёткого результата, они продолжили тужиться. Густая масса вращалась по кругу. Когда шары залетали вовнутрь, они тут же лопались и люди тонули, захлёбываясь в этой трясине. Сотни людей видны только на поверхности. Внутри были тысячи, а то и десятки тысяч! Спустя пятнадцать минут, эта хрень снова провалилась под землю, рассыпавшись на миллионы частей, хаотично разлетевшихся по всему городу. Вместе с ней исчезли и Каратели. Дуэйн Джонсон в ужасе лицезрел на весь кошмар из окна своего летателя. И улетел, как только катастрофа остановилась, убедившись, что разрушений больше не последует. Разъярённый Кенни ворвался в свой кабинет. Остальные сотрудники со скорбью неподвижно сидят. Эта минута молчания длилась целую вечность. И не столько в дань уважения погибшим, сколько от того, каким чудовищным способом это сделано. Между прочим, Кенни там потерял своего младшего брата. Он был готов взорваться в любой момент. И тишина, пожалуй, шла ему на пользу. Пока вдруг, с его гаджета не раздался звонок. - Хэрис? - немного придя в себя, в недоумении ответил он. - Мои соболезнования... - вздохнул голос на громкой связи. Кенни вывел его в трёхмерное изображение перпендикулярно поверхности экрана. - Ужасная трагедия. - продолжает он, словно ему и вправду жаль. - Я тебя знаю. Но, от куда ты знаешь меня? Что ты хочешь? И зачем ты звонишь мне? - посмотрев на присутствующих, Кенни, не может поверить, что одна из крупнейших фигур ИПО, вдруг, лично связался с ним. - Мы можем остаться наедине? - спросил Хэрис. Недолго думая, сотрудники сами покинули кабинет. - Отлично, - он будто увидел, когда все вышли. - Что ж, пришли худшие времена, Кенни. Худшие времена для Америки и, вашего этого... - вспоминая, он потирает свои большие и указательные пальцы. - Альянса. - Глубоко вздохнув, через качественную цветную голограммку, он потёр ладоши. - А ведь в этом не наша вина. Это планы вашего правительства. Государственных структур. - Что? Что ты несёшь! - он положил гаджет на стол и упёрся в него руками. - Да, друг мой. Ты можешь не верить мне. Кто я такой? Всего лишь шестёрка Империи Пяти Оазисов и, уж точно не вызываю доверия за пределами Аль-Макка. Однако, в наших интересах, оставить Америку свободной, понимаешь. Мы давно бы стёрли вас в порошок. Х-х-х, - прерывистым смехом выдохнул он. - Не обижайся. Я ведь сам американец. Мы же уже у вас под носом. Наша армия свободно чувствует себя в Калифорнии. Более того, она не разу не испытывала сопротивления. В целом, нас устраивала ваша политика последних лет. Всё, что от вас требовалось - поменять внешнюю политику и монополистические взгляды. Это, что касается Констант. Что касается ЦС, им нужно перестать бомбить всех неугодных. Ценой многих жертв, но всё же, все вы встали на путь исправления. С офисом в Сан-Хосе, у вас явно проблемы, но, в некоторых аспектах, вы так преуспели, что даже нам есть чему поучиться у вас. И мы возмущены тем фактом, что правительство устроило заговор, против собственного, тем более неповинного народа. - Это бред. - пытается сообразить Кенни. - Помнишь, вы были на встрече в долине смерти? Там вы потеряли двух значимых личностей... - Мужчина в растерянности молча кивает. - И президент решил отомстить нам. Очень нелепо, но это факт. Некоторые из вас отправились в зону 51. Они продолжили беседу с нашим пророком - предателем, и, он выдал им план по частичному уничтожению вашей страны. А в дальнейшем и всего мира. Мы ищем его. И на Земле ему уже не спрятаться. Нас волнуют некоторые нюансы политики Альянса, однако к вам это не имеет никакого отношения. Твои друзья по офису, предали тебя, так же, как нас предал собственный визирь. - Кенни сел за ближайшее кресло, всё представляя в своей голове. - Но зачем им было обманывать меня? - Они знали, что ты не согласишься. Ты не пойдёшь на такое подлое преступление. И, сейчас, когда их планы уже в действии, ты всё ещё можешь остановить это. - Что остановить? - Кенни опять на взводе. - О-о-о, это только начало. Следующая остановка - Детройт. - с печальным выражением лица, Хэрис пошёл куда-то в сторону. - Всего через пару недель. Один за другим все города будут осквернены. А далее, когда месть других существ свершится, ваши тайные силы развернут большую игру, направленную против всей планеты. И ведь никто, кроме тебя и нас не знает этого. Никто не сможет этого остановить. У нас и так худшая репутация. Ты же не думаешь, что мы задействуем свои силы, в попытках доказать это безумие? В такое не поверит даже наш собственный народ. Думаю, тебя, достаточно предупредить. Подкину ещё несколько фактов. Департамент управления не виновен. На них давит Констант из твоего офиса и некоторые правительственные крысы, - Он остановился, помахав Кенни, обращая на себя его внимание. - Скажи своим друзьям подождать ещё пару минут. - развёл он руки в стороны. - В смысле? - недоумевает мужчина. Дверная ручка начала дёргаться. - Кенни, ты там? - спрашивает голос с другой стороны. - Откройся, мне срочно нужен компьютер. - Но я не закрывался, - в ступоре он пробубнил, смотря на дверь. - Пять секунд, ребята! - крикнул он стоящим снаружи. - Как ты это сделал?- парень подскочил к своему гаджету и перевёл изображение в тихий разговорный режим. - В этой двери даже нет электроприборов. Её невозможно взломать. - Не важно. Слушай сюда. 1 марта, президент Джонсон будет на торжественной отправке людей на другую планету. Ты можешь убить его прямо там. - Что?? Я? Ни за что, - суетится Кенни, посматривая на дверь. - Ты знаешь, что сможешь сделать это. - Но там будет лучшая охрана. Целая армия, - быстро возмутился паренёк. - В том то и дело. Ты для них свой. Они не помешают тебе. Мы найдём самое подходящее, место, чтобы ты успел скрыться и подадим сигнал. - И что дальше? На этом всё закончится? Виноват один Джонсон? - Да. Это его инициатива. Поверь, с его смертью многое решится. Вы сможете спокойно вынести Купилабу. Мы поможем тебе возглавить компанию. - Может, вы используете меня, чтобы остановить миграцию людей на Терраро? - Не думаю, что смерть президента, заставит их остаться. Мы сами не понимаем, чего он добивается. Может, он хочет всех напугать? Чтобы заставить как можно больше людей улететь с Земли. Зачем он надругался над Сан-Франциско? Я даю тебе возможность отомстить за брата, и полностью взять под контроль Констант, объединив два основных офиса. Я оставлю тебе свои контакты. Свяжешься со мной, ближе к делу. Если тебе безразлична судьба народа, может, позаботишься хотя бы о своей? - Кенни скинул трубку и сразу открыл дверную защёлку. Выслушав недовольство долго ожидающих коллег, он молча покинул офис. Через пару часов после трагедии, Милман прилетел на место событий. Город стоял на ушах. Люди требовали ответов. И в первую очередь от губернатора. Улицы были переполнены. Крики. Стоны. Лозунги. Полиция всё ещё улаживает беспорядки. Он больше не мог ждать. Его рейтинги упали в одночасье. Народ начал сомневаться. Выйдя на улицу, к разъярённой толпе, Чед даже не знал, что им ответить, надеясь сообразить с ходу. Ведь, у кого, у кого, а у Милмана была лучшая репутация в Штате. В этой суматохе, люди его даже не замечают. Ничего не понимая, он просто шёл, вертя головой по сторонам. Ему на пути выходит большая толпа. Целая колонна, вдоль одной из центральных улиц. Похоже, полиции пока нет времени до этих бунтарей. Их выкрики заставили выйти из себя губернатора. - Власть белым мужчинам! Власть белым мужчинам! Власть белым мужчинам! - без остановки повторяют они. Чед в одиночку, в ярости двинулся им на встречу. - Что за Ку-клус-клан? Что вы орёте?! У-у-а-а!! - он напряг и оттопырил свои пальцы у груди согнутых рук. - Идиоты!! Они специально провоцируют вас! - Толпа медленно остановилась. Здесь были только белые мужчины. Заметив губернатора, первые ряды перестали кричать и начали бубнить между собой. - Какие ж вы тупые! - не стесняется в выражениях мужчина, осознавая, что они могут разорвать его в любой момент. - Зачем вы ведётесь на это? Чем тогда вы отличаетесь от тех, против кого идёте? - подойдя в плотную, он взялся обоими руками за лицо. - Вы знаете, что сегодня погибли только белые мужчины натуралы? - крикнул кто-то из толпы. - Нам надоело терпеть! Это не провокация. Это призыв к действию! Хватит унижаться, пора показать обществу, кто есть кто! Так. - поднял руки Чед, пытаясь успокоить вновь загудевшую толпу. - А что, геев и чёрных не трогали? Я не знал. Я не знал, - пятится он немного назад. Кажется, в дали уже образовалась давка. - Пора проучить этих уродов! Мы должны казнить в том же количестве всех остальных! - Что ты несёшь? Какие же вы все близорукие, тщедушные и... Вы не способны на равенство. А значит, вы и не заслуживаете его. Никто из нашего общества не способен на равенство. И это нормально. Человек рождается с враждебным настроем к не себе подобным. Я согласен, с тем, что последние тридцать лет, наше общество яро пропагандирует ненависть к белым мужчинам натуралам. Но, кто виноват в этом больше, чем вы сами? А? Вот вам мой ответ: Вы сами залезли в эту петлю, а они лишь затянули потуже. Но это всего лишь тенденция. В реальности, белые мужчины всё ещё правят миром. Вы же знаете, я не буду врать. Когда я работал на Уолл-Стрит, в офисах, я не видел никого, кроме пузатеньких пожилых белых мужчин. Женщины в основном секретарши. Темнокожие почти всегда рядовые банковские сотрудники или таксисты. Что вам не нравится? - Вы сами сказали, идёт тенденция разжигания ненависти к нам. По-вашему, это нормально? Почему мы должны отсчитываться перед чёрными за их рабское прошлое, а перед женщинами, за отсутствие в прошлом прав и свобод. Да, наши предки поступали не верно. Но, выходит, мы из-за них теперь прокляты?! Это должно остановиться. Пусть мы не заслуживаем равенства. Но унижений, мы тоже не заслуживаем. - закончил их главный оратор. - А вы знаете, что такое равенство? - обращается к нему Чед. - Равенство, это когда я могу назвать нигера нигером, и за это он не подаст на меня в суд. - Да! Да! - раздались восторженные вопли в толпе. - А если он назовёт меня белой сучкой, я тоже не подам на него в суд. - Так они всё время нас так называют, - выкрикнул чувак из первого ряда. - И мы ничего им не делаем. Это норма. А вот слово 'нигер', как вы знаете, у нас под запретом. - Вы не должны обижаться друг на друга, - продолжает Чед. - Я не знаю, как решить проблемы неравенства, но я знаю, из чего они вытекают. Обиды, зависть, злость. Три основных фактора. Некоторые вопросы, нужно уметь решать без вмешательства государства. Иначе, вы окончательно отупеете. Если бы у вас было хоть немного самоиронии, мир бы изменился. В чём разница, между оскорблением и унижением? - обогнул взглядом он всех присутствующих. - За унижение, умному человеку не стыдно прийти в полицию. А вот за оскорбления, права качают, простите, полные дебелы... Расовая дискриминация. Кто это вообще придумал? - Вас надо спросить, мистер Милман. Вы сидите во власти. Вы создаёте законы. - усмехается рядом стоящий мужчина. - У меня нет возможности уделять время таким пустякам. Это же просто детский сад! Я что вам каждому должен соску в рот засунуть? Каждого погладить по головке? Чтобы вы больше не обижались друг на друга. Пусть психологи и социологи разбираются с этим дерьмом. Обиженный человек - глупый человек. А если вы тупые, то нет вам больше места в этом мире! Всё изменилось. Мы в безызвестности. Сейчас в каждый момент может произойти всё, что угодно. То, что сегодня мы и представить не можем, завтра станет обыденностью. Цепляйтесь за каждую возможность или сдохните в нищете! Некогда обижаться. Извините, но я не ваша мамочка. Я всего лишь губернатор. Моя обязанность, обеспечивать вас материальными благами, а не подтирать сопли. Приспосабливайтесь и доминируйте, такова наша природа, - с выдержанными паузами закончил он последнее предложение. - А ведь он прав, - согласился их оратор. - Только эти бы слова, да темнокожим братьям в уши. Вообще бы было замечательно. - Вон они ходят. Смотрят на вас, как на клоунов. - Чед показал на пешеходную дорожку возле перекрёстка. Усмехнувшись, он пошёл в обратном направлении. Толпа мирно разошлась сама.

1 марта, 2034 Вашингтон, ЦС

Скала входит в белый дом. В его руке большая чёрная сумка со сменной одеждой. На ней было изображение красной бычьей головы. Идя по коридору, ракурс направлен на его могучую спину. Он медленно шагает, а с головы стекают капельки пота. Дуэйн открыл дверь в главный зал и с харизматичной ухмылкой снял тёмные очки. Это была крутая качалка, наполненная большими, потными ребятами. Увидев скалу, парень в приподнятой толстой чёрной шапке Голубой футболке, чёрных свободных штанах, и высоких голубых кроссовках подошёл к нему. На его шее висела толстенная золотая цепь, с двумя крестами. Один размером с ладонь, другой чуть меньше. - Где ты пропадал, бездельник! - наехал он на Скалу. - Спокойней, - приподнял руки Дуэйн. - Я был немного занят. - И чем же? - в отдышке грозно нахмурился он. - Ну, я, мм... как бы президент этой страны. - Жалкие отмазки. - А ещё я открыл качалку на Марсе и даже на Луне. - Вот это я понимаю. Действительно, веская причина отсутствия. Но, это место особенное. Оно пропитано духом железного Посейдона! В наказание, за прогулы, сегодня ты жмёшь 400 фунтов в три подхода. Два сделаешь разминочными. - Эй, мужик, мне уже не тридцать лет. И даже не сорок. И вообще, почему ты указываешь, что мне делать? - Посмотри на свою грудь, тюфяк. Посмотри на свои дельты! Посмотри на свои трапеции! - Он достаёт портрет Дуэйна с фильма форсаж 6, 2013 года. - Теперь посмотри сюда. Кто это? Кто это!? - Хватит! - не выдержал Рок. - Не забывай, где ты находишься. Я взял тебя только потому, что ты похож на плюшевую бороду СиТи Флетчера! Пошёл вон! - указал ему пальцем к снарядам Дуэйн. Денёк шёл по плану. Как обычно, в перерыве между подходами, президент обсуждал новые законопроекты. Вдруг, в дверь врывается охрана. - Мистер президент, вас ждут сенаторы. Скала бросил гантели, и схватив по пути полотенце, в солу мо начал вытирать не по годам мощное тело. На крыльце его встречают Кали Масл и Фил Хит. Их внешний вид достаточно меркантильный. Их, без того вызывающие внимание мясистые тела, одеты не подобающе для политиков. Они были в шортах и пиджаках. Вернее, так выглядел Фил, Кали в жёлтой жилетке и синих обтягивающих штанах, закатанных выше колена, из-за этого создавались огромные складки, зрительно увеличивая и так не маленькие бёдра. На голове у него белая кепка с плоским синим козырьком. - Как дела, Дуэйн? - спрашивает Кали. - Не забываешь пить протеиновые коктейли? - Нет, - смеётся Скала, похлопав по спине маленького широкого мужика. - Я на бабушкиных блинчиках сижу. - А-а-а. - смеётся Фил, щёлкнув пальцами, указав в сторону Рока. - Мы тоже не курсим, - хлопнул себе по руке качок в кепке. - Ты же слазил с фармы, Кали. - подколол его Дуэйн. - Зачем разулся снова? - Теперь я занимаю немного другой статус. И технологии теперь позволяют быть возрастным качком. - Ах вон оно что. Убедительно, - наклонив голову в бок, довольно кивает ему президент. - Да. Носорог вернулся. Кажется здесь большая концентрация брутальности, - одевает солнцезащитные очки Кали. - Судя по тому, что тебе понадобились очки, здесь большая концентрация гладких голов. Не ослепите гостей, - закинул свой панч Фил. - Эй, мой прожектор закрыт. - толкнул его плечом Масл, указав на свой головной убор. - Что ж парни, у меня нет времени. - с улыбкой собирается пойти дальше президент. - Инсулин закончился? - ещё сильней заржал Кали, и дал пять Филу. - Я серьёзно, ребята, - уже не улыбается Джонсон. - Вообще-то мы по делу спросить хотим. - подошли они ближе. - Это вопрос организационного характера. Ну отправим мы их. И что дальше? В чью власть они попадут? Само собой, они будут жить по законам лэйро, но... будем ли мы оказывать на них какое-то влияние? И если да, то как? Об этом вы не подумали? Какую страну они там будут представлять? - Мы отпустим их. - отвечает Дуэйн. - У нас нет ни сил, ни средств, ни желания контролировать кого-то на другой планете. Они будут представлять страну людей. В полюсе Лэйро нет никаких границ. Им незачем делиться, как нам. Для них так будет лучше подстроиться под новые правила. Не думаю, что их встретят с распростёртыми руками. Вспомните наши фильмы. Когда к нам прилетали инопланетяне, мы в лучшем случае их всех убивали. С чего они должны полюбить нас? - Ну, по фильмам, инопланетяне всегда хотели убить нас, - в шутку возмутился Филли. - Классика жанра, - поддержал Кали. - Простенько и хорошо продаётся. - А мы не собираемся их завоёвывать и даже притеснять. И вообще мы платим им за это, -продолжил многократный мистер Олимпия. - Остаётся только надеяться на милость хозяев. И людей не превратят в рабов, не уничтожат и не посадят в заповедник, как грязных животных или опасный млекопитающий вид. - У тебя ужасные фантазии, Фил, - отвечает Рок. - Мы будем верить в лучшее. Не надо всех судить по себе. Ведь, если глянуть в статистику ОИК, Лэйро умнее и мудрее людей. - Наши СМИ про них и не такое говорят. И всё-таки попытайся отправить туда членов нашего правительства, - серьёзно нахмурился Фил. - Им нужны действующие лидеры среди своих, иначе могут возникнуть конфликты с серьёзными последствиями. Вы же знаете нашу человеческую натуру. Но, не можем мы не делиться на племена. - Я понял вас парни. - Дуэйн собирается идти на встречу приближающейся толпе официальных лиц. Сегодня состоится торжественная, публичная церемония отправки первых десяти тысяч переселенцев. Они стартуют прямо из Вашингтона. Включены прямые трансляции всех телеканалов. Весь мир может лицезреть столь захватывающие проводы. По плану, на большой площади должно состояться выступление самых разных политиков Альянса. Концерты и другие выступления известных личностей. Всё, чтобы привлечь как можно больше внимания. Чтобы люди восприняли это не как эвакуацию, а как добровольное решение. Властям не нужны новые волнения. Наоборот, они хотят расслабить людей, от повседневной суеты современного мира. Вот президент садится в свой праздничный Майбах. Рядом с ним стоит целая колонна машин. По обои стороны дороги выстроились солдаты. Вооружённые силы Центра Сопротивления. Подъехав к главной площади, он поднялся к трибуне. На улице собрались десятки тысяч человек из разных стран. Они начали громко ликовать, увидев президента. Словно на огромной футбольной арене. С широкой улыбкой, немного помахав рукой в разные стороны, Дуэйн вплотную пригнулся к микрофону. - Как слышно, друзья... Отлично, - ещё немного подождав, когда гул стихнет, он продолжил. - Хороший сегодня денёк. Вообще-то первый день весны. И этот день станет, наверное, самым знаменательным в истории Земли. И это никак не связано с напряжённым состоянием в мире. С терактами в Европе, и в нашей стране. С оккупацией Китая, Индии и Ирана. С войной против Арабской Губернии, унёсшей жизни десятки миллионов человек. И, с этими ужасными трагедиями в Калифорнии, произошедшими буквально на днях. Сегодня мы не будем о грустном. Жизнь продолжается, и мы сделаем всё, чтобы в будущем избегать подобных инцидентов. Понимаю, это звучит глупо. Каждый раз, когда происходит что-то ужасное, я обещаю, что этого не повториться. Но это происходит снова и снова. - Скала отвернул голову и глубоко вздохнул. - Теперь с нами Констант и мы начнём всё с начала. Вернёмся на восемь лет назад и наверстаем упущенное. Я поздравляю всех, кто согласился отправиться добровольцем на Терраро. Имейте ввиду, что вы не колонизаторы. Вы независимые и непринуждённые эмигранты. Вам там не будут вытирать задницу влажными салфетками. И мы не будем взаимодействовать с вами. Тем временем, Кенни бросил большую сумку в свой Летатель. Он всё ещё в ЛА, на западном побережье. Одевшись в военную сверхтехнологичную экипировку, он набрал Хэрису перед отлётом. - Я готов. - нацепил он грозную шлем-маску из твёрдого материала. - Замечательно. А я уже хотел было разочароваться в тебе, - отвечает ему голос. Переведя собеседника на панель управления, Кенни взялся за руль и резко оторвался от земли. - План очень прост. Там действительно, хорошая охрана. И даже действует перепрашивка окружающей среды. Но, нам немного повезло. Ваш генерал Угус не задействовал охотников. Там куча смотрителей, и пара сотен моджаев. Они не ожидают от тебя ничего подобного. - Его лицо мерцало среди кучи цифр и датчиков, яркими пятнами, словно в тепловизоре. - А сейчас внимание. Ты должен сесть внутрь одного здания, на предпоследний этаж. Я уже выслал точные координаты. Мы сканируем местность в онлайн режиме. Это безопасное место. - И что, мне стрелять из снайперской винтовки? - спрашивает Кенни. - Почти, - усмехнулось лицо. - Ты создашь эмуляцию Шона. Вашего главного охранника. Одного из этих предателей. Его как раз там нет. Повесишь на него подозрения и убьёшь двух зайцев сразу. - Весело, - бормочет Кенни забивая координаты на вытянутом экране. - Только не знаю, зачем я это делаю. Наверное, сошёл с ума. И всё из-за того, что долго сижу за компами. - Не заставляй напоминать мне зачем мы делаем это. Ты рискуешь, ради своего же будущего. И потому, что кроме тебя больше не у кого нет такой возможности. Эмуляция будет в противоположном здании. Но ты должен иметь обзор, чтобы создать качественный обход перепрошивки. На том этаже, где ты будешь, нет не одного охранника Самоанского офиса. Только правительственные силы и смотрители. Они не успеют сообразить, но ты не теряй время и припаркуй летатель с обратной стороны на автоуправлении. Подними его на уровне с этим этажом и прыгай туда прямо из окна. Ты же взял лётный костюм для перестраховки? - Ну да, - волнительным голосом отвечает парень. - Естественно. - Там будет генерал Войл - военачальник смотрителей и Велторсы. Эти охламоны как обычно спрячутся от чужих глаз. Они просекут тебя, если ты дашь им время. Не забудь войти в невидимый режим. Чтоб среди простаков тоже не оставить свидетелей. - Кенни, всё больше осознаёт, на что он решился. Но поворачивать уже поздно. Он пролетел Чикаго. Будто под гипнозом, он отбросил все лишние мысли, не ища себе никаких оправданий. - Рассчитай точное расстояние. Прогрузи выбранную среду и уничтожь ему мозг. - продолжает Хэрис. - Теперь у вас довольно хорошая медицина и поражение других органов не представляют для него опасности. Другие политики вставили свои пару слов и на площади начался концерт. Войл и Джейсон Бакос что-то обсуждали в первых зрительских рядах. Глэйсона и Сэма не было видно. Возможно, они сидели в зрительских рядах, а возможно за сценой. Весь город был по уши набит охраной. Военных здесь достаточно, чтобы устроить полноценную войну. На крышах, всех зданий, стояли смотрители и войсками ЦС вперемешку. Ближе к месту событий, среди них были моджаи и даже наёмные лэйро. Все дороги, входы и выходы перекрыты Джузип-дронами. На каждом перекрёстке, в воздухе висели сферические летатели Д-класса. Казалось, мимо этого не пройдут и Каратели. Тут было, что охранять. Сегодня прилетает миграционная служба Терраро, второй раз за всю историю. Первый раз, они лично посещали Землю, когда ещё набирали сотрудников Констант. И, к слову, это было не торжественным мероприятием. Остальным приходилось оформляться, въезжая в Марсианский портал. Лэйро наслышаны от главного офиса, происшествиями, что творятся здесь в последние годы. Они прибудут сюда с личной охраной от Шарвей. И, лучше бы Кенни успеть до их приезда. Прилетев в то самое здание. Он сделал всё, как просил Хэрис. Перешёл в невидимый режим и оставил летатель у окна. Не успел он подняться на нужный этаж, как раздался звонок от Сэма. - Говори, - продолжает неспешно идти по лестницам Кенни. - Ты, что не приедешь? - спрашивает он. - Что-то приболел. Я вас из ЛА хорошо вижу, - подходит он к окну, судя по помещению, маленького офиса. - Как знаешь, приятель. - возмутился Сэм. - Вчера Джейсон говорил, что ты был подавлен. Может, что-то серьёзное? - к нему подходят военные ЦС, требуя представиться. Кенни отмахивается от них рукой, намекав, чтоб немного подождали. - Вы из Констант, сэр? - спросил один из них. - А как вы узнали? - недоумевает Кенни. - Вас пропустили невидимые Джузип-дроны у входа. - Чёрт! Дьявол! - схватился он за голову. Все Джузип-дроны отправляют сканированную ими информацию в базу данных, к которой есть доступ у каждого второго в Констант. И в этот день, за базой данных особый контроль. Несколько сотен человек возможно обновляют её без перерыва. У него не оставалось времени. Он только что соврал Сэму и счёт пошёл на секунды. - Оставьте меня. - Охранники отошли в сторону, не понимая, что он делает. А делал он не хорошие вещи. Удобно расположившись на диванчике у окна, он начал сканировать положение Дуэйна Джонсона, относительно его гаджета. Хэрис уже скинул ему готовый эмулятор, на который нужно наложить защиту от обновлений перепрошивки. Для этого, на глаз он запустил примерную проекцию, так, чтобы она смотрелась реалистично. На самом деле, это можно было сделать и дистанционно, однако скорость перепрошивки компьютеров Констант достаточно высока, чтобы охватить большую среду с посторонней программы. Он должен рассматривать объект оружия и объект уничтожения по отдельности, чтобы не тратить вычислительную мощь на расстояние между ними. Проще говоря, он должен не допустить ситуации, что эмулятор стреляет в стену и попадает в голову президенту. Или вообще, тупо неподвижно стоит, а голова президента вдруг превращается в фарш. Ему понадобилось пять минут, несмотря на то, что ввести нужно было пару алгоритмов. Прежде чем нажать последнюю клавишу, Кенни бросил взор на свой путь побега. В больших тёмно-синих очках Шон, а точнее его оболочка, сидел у окна с винтовкой NTW-20. Он прицелился и сидел не подвижно. Всё. Времени нет. Джонсон двинулся на выход. Он махал руками во все стороны, прощаясь с окружающими людьми. С кем-то, даже успевал сфоткаться, пожать руку или просто прикоснуться. Кенни глубоко вздохнул и быстрым шагом пошёл по коридору, через экран, видя прицел эмуляции Шона. Затем, он переключился на экран своего браслета. Сделав пару жестов, его невидимый летатель обрёл еле заметные контуры, из тонких красных и синих линий, видные только ему. Нажав клавишу на планшете, он быстро спрятал его в грудной отсек, и прежде, чем прыгнуть в окно, сам вошёл в невидимый режим. Джейсон, радостный сопровождает Скалу вместе с телохранителями. И вдруг... раздался выстрел. Бысс! - разбилось окно где сидел Шон. Огромная пуля двадцатого калибра, волнами разрезает воздух. - Пч!!! - как арбуз разлетелась голова Джонсона... Джейсон на мгновение замер выпучив глаза. Всё его лицо было в крови. Люди умолкли на пару секунд. Дуэйн рухнул на землю, скользив ещё около метра, как от хорошего толчка. Первыми звуками реакции стал пронзительный женский визг. Потом его подхватили другие вопли. - Чего вы встали!? - смотрит на телохранителей Джейсон. - Уберите его! - быстро вытер он лицо ладонями и прищурился к разбитому окну здания. К нему подбегает Войл. Он тоже смотрит туда, полорото приоткрыв рот и схватившись за подбородок одной рукой. - Не может быть, - мямлит он себе под нос. Тут же подскочил и Глэйсон: - Кто бы это не был, бы достанем его, - он быстро достал свой гаджет и внимательно там начал шерстить. А вот и Сэм подходит неспешным шагом в начавшейся суматохе. Тем временем, на Скалу накинули одежду, чтоб не пугать людей и куда-то понесли. Сэм поднёс к лицу свой гаджет-браслет и покачав головой опустил руку обратно. - Ваши предложения, господа, - с грустью опустил голову Войл. - А где Шон? - спрашивает их Глэйсон. - На острове, - спокойно ответил Сэм. - С Киромото и Даймоком, сторожат наш офис. - Моё сканирование определяет его, - возмущённо оторвался от экрана брат. - Это был кто-то из наших, но точно не он. - думает Джейсон. - Может, Макс? - строит догадки Глэйсон. - Он на Терраро. Вместе с мистером Свейком, - тут же ответил ему Сэм. - А где Кенни? - спрашивает Джейсон. - Приболел. А я было поверил ему, - улыбаясь Сэм повернулся в противоположную сторону. - Его координаты уже в базе данных. Ваш ход, генерал, - похлопал он по плечу мистера Войла. Из неоткуда появляется хорошая песенка. Чёрт возьми, это же PackAPistol. Хэрис снова связался с Кенни. Он летит на максимальной скорости вверх. - Молодец, мои поздравления. - Вытащи меня от сюда! - Могу лишь пожелать тебе удачи, приятель. Она тебе действительно понадобится. - Ублюдок! - отключил его Кенни, несколько раз врезав кулаком по панели. Сзади уже приближались летатели Д-класса. В него полетели первые заряды. Испугавшись, Кенни резко, под углом дал вниз. Он снова влетел в город, надеясь спрятаться за домами. Но здесь его ждал не меньший сюрприз. Сотни летателей, как пчёлы, летели на него со всех сторон. Пролетая в узких переулках, он как мог уклонялся от выстрелов. Раз за разом они поражали здания. Похоже, его захотели уничтожить любой ценой. Долго он так не продержался и один из выстрелов зацепил его судно сзади. Летатель закрутился, как диск и врезался в стену дома. Отлетев на дорогу, Кенни выпрыгнул и достал пистолет. Он встал на пути первой приближающейся машины и выстрелил в водителя. Вытряхнув его из машины, как в гташке, Кенни продолжил свой путь, куда глаза глядят. Он ещё не осознавал, что это конец. Отсюда невозможно скрыться. Но он не собирался сдаваться. Объезжая встречные машины и обгоняя попутные, он стрелял из окна электропушкой, трансформировавшейся из рукава лётного костюма. С каждого здания и перекрёстка в него сыпался град огней. Взрывы, искры! Ска, это надо экранизировать. Его машина уже превратилась в кусок метала, и он выпрыгнул из неё, просто полетев в своём спец костюме. И, даже будучи невидимым, огонь продолжал лететь в его сторону. Залетев в ближайшее здание, выстрелом пробив стеклянное окно, он остановился, в замешательстве, крутя головой по сторонам. Люди разбегаются в разные стороны. Наконец, он просто побежал вперёд. Не успев добраться до первой двери, как сзади, в то же окно, пулей влетает с десяток моджаев. Они расхерачили его спину, своими энергетическими пулями, сняв защитный барьер с костюма. Упав на пол, его тело стало видимым. Оно покрылось, каким-то белым волокном. И будто, окаменело. Они стрельнули в него липкими верёвками и забросили в шаровидный летатель, который в плотную подлетел к стене. Осмотрев всё вокруг, стоя на месте, не перед кем не извиняясь, солдаты вылетели обратно.


## Забвение

Красноуфимск, Россия Июль, 2019

Темнота. Грустная музыка. Старые, маслянистые руки месят тесто. Маленькое пустое помещение. Сырой запах старого дерева. Раздалось тяжёлое дыхание. Громкое глотание слюней. Чёрно-белая картинка того же помещение. На столе горят свечи. Всё меркнет. Рябит в глазах, словно какие-то воспоминания. Удары отбивным молотком по чистому мясу. Тиканье настенных часов. Громкое жужжание мухи. Вспотевшая рука держалась за дверную ручку. Он зажмурился, стоя перед входом в комнату. Пытаясь расслабиться, он всё же провернул круглую рукоять. Это маленькая комнатушка старого дома. За пустым столом сидела старуха. Она бросила взгляд к двери. - Подойди ко мне, мальчик. - протяжным хриплым голосом проворчала она. - Сядь сюда. - У стола стоял ещё один свободный стул. Скрипя горлом она с трудом вдыхает воздух. На стене висели большие деревянные часы. Единственное окно хорошо освещало помещение. На подоконнике лежали разные сухие травы и бутылочки. На улице ясный день. Дом стоял один на зелёной поляне, вокруг несколько деревьев. Чёрствый, едкий запах, стоявший в комнате, уже вызвал привыкание. Неуверенно, подросток, лет четырнадцати отодвинул старый мягкий стул, скрепя по доскам деревянного пола. Едва успел сесть он, как старушечьи руки задрожали. Она закрыла глаза. - Открой мне свои страхи. - пробубнила она. Он лишь скорчил лицо от недоумения, ожидая более внятного объяснения. Затем присмотрелся к её шее и увидел тонкую цепочку с медальоном блестящего кактуса, из далека похожего на перевёрнутый крест. - Может быть, ты болен? - спрашивает она. - У тебя есть головокружения? психические травмы? - Нет, - взволнованно отвечает парень. - Ты слишком впечатлителен. И, тебе не убежать от страха, что преследует тебя, до тех пор, пока не заглянешь ему в лицо. Покажи мне то, чего следует бояться. То, что страшнее смерти. То, что больнее боли. То, что не ведомо другим. Ведь, ты сам искал это. И ты нашёл... - Да, - он продолжает тяжело дышать. - Сейчас я буду называть слова, а ты говорить, с чем они ассоциируются у тебя... - Он тоже закрыл глаза. - Радость. - медленно тянет она слова. - Запах весны. Вкусная еда... Понимание. - Отчаяние, - продолжает старуха. - Безысходность. Злость, ненависть, отвращение, - на этот раз без колебаний отвечает он. - Глупость, - медленно, но внятным высоким тоном прозвучала она. - Девочка подросток, - ответил мальчик. - Почему? - поинтересовалась она. Почему не дети? - Потому что в отличие от детей, они могут высказать свои мысли и повергнуть в шок их не связанностью. - Хорошо. Ты уверен, что это не заблуждение? - Это мировая тенденция, бабауль. Гугл в помощь. - Какая ещё тенденция? Порой, ты говоришь, как взрослый. Но, эмоции заставляют тебя ошибаться. И это плохо. Взрослые - истинные глупцы. Они не способны творчески мыслить. Все художники - дети. А великие гении - это большие дети. Избавься от шаблонов. Выйди за рамки, которые перед тобой ставят каждый день. Может, ты обжёгся о подростковую любовь? Я знаю, что у тебя есть маленькая тайна. Страх, искусственно выращенный. Даже здесь, когда ничто не угрожает тебе, лишь одна мысль об этом вгоняет в панику. Психологи развитых стан десятилетиями пытаются открыть этот феномен. Я видела твои записки. Картинки. Все считают тебя сумасшедшим, но это не так. Ты совершил невероятное открытие, за которое можешь получить от меня много конфет, и не загреметь в психушку. Попытайся вспомнить те картины. Передать их описание. - Когда я вырасту, я бы хотел возглавить страну и заставить людей страдать, - он открыл глаза и сильно сжал вспотевшие кулаки. - Я хочу делать больно, потому что в боли есть смысл. Она даёт эмоции. Самые разные. Иногда это страх. Невыносимый. Это очень неприятно осознавать. Когда грань пройдена, остановиться уже невозможно. Тело сковывает изнутри, а сознание пытается найти объяснение необъяснимым вещам. Когда приятные вещи переходят в тревожные. Наступает страх неопределённости. Худший из всех, что мне приходилось испытать. Это не тот страх неопределённости, о котором вы знаете. Он не имеет отношения к сложности выбора. - Поэтому сюда и приехал мистер Галон, - отвечает она. - Не так часто к нам заглядывают иностранные гости. - Где он спрятался? - оглядывается по сторонам парень. - Не важно. Именно благодаря ему, ты сейчас в безопасности. Ты давно стоишь на учёте в полиции. Тебя заберут либо в тюрьму для несовершеннолетних, либо на принудительное лечение, если ты не будешь работать с нами. - Это не страшно, - спокойно отвечает он. - В обоих случаях, я сразу покончу с собой, но прежде... я наслажусь смертью тех, кто это сделает. - Старуха засмеялась тихим скрежетом. - Если бы тебя слышали наши психиатры, - продолжает смеяться она. - Боже, я боюсь сидеть здесь, - она протёрла свои глаза и снова посерьёзнела. - Тебя обвиняют в убийстве трёх человек, а тебе нет и шестнадцати. - Он громко усмехнулся: - Вы же знаете, что ту девчонку сбила машина. У меня нет машины. Это доказано. - Это сделали твои друзья, в твоём присутствии. Значит ты причастен. - продолжает старуха. - Ты покрывал их. - Они не друзья мне. У меня нет друзей, - почти сразу отвечает он. - А покрывал, потому что мне угрожали расправой. - Тебе вообще не нужны друзья или ты не можешь найти их? Очень важно делиться с кем-нибудь своими мыслями. Получать поддержку. Одиночество в твоём возрасте очень опасно. Нельзя быть всегда замкнутым в себе. - Друзья нужны детям и дуракам. - Кто это сказал тебе? - с недоумением облокотилась она на стол. - Неправда. Расскажи мне про тот случай. Обещаю, об этом никто не узнает. - Жаль, - с дьявольской ухмылкой он посмотрел ей в лицо. - Хочу, чтоб каждый знал это. Раньше весь мир для меня был серым, но с тех пор он полностью почернел. Я не знаю, что заставляет меня продолжать. Может быть любопытство. Ни в чём больше нет смысла. И я никому не желаю мести. Вы её даже не заслужили. - Кто мы? - уточнила пожилая женщина. - Люди. Я испытываю ненависть ко всем людям. И, иногда я хочу, чтобы они мучительно страдали, все до одного. Или, чтобы просто исчезли. - Ты прошёл трудные испытания. Но ты не должен ломаться. У тебя впереди вся жизнь. Ты здоровый и неглупый парень. Даже не думай сдаваться. Ну, что там было, давай вспомним. Девочка по имени Настя пропала без вести. И, в лесу было найдено расчленённое тело, вблизи вашей деревни. Сожжённые останки были закопаны в земле. - Он молча опустил голову, смотря в одну точку. Старуха прерывисто осторожно вздыхает. - На двух машинах были вмятины и как на это смотрела полиция? - Их тоже проверяли. Они сказали, что врезались в столб у себя во дворе. Это железная труба для газового отопления. - начал парень. - Они специально пробили этот столб большим молотком, на уровне капота. Так же как пробили бампер машины моего отца. И им поверили. - Её сбили на твоих глазах? - Нет. Они привезли её в багажнике. - Собравшись с мыслями, он посмотрел в окно. Старенькая Toyota Camry въезжает в последний двор деревенского дома. С одной стороны, стояли другие дома. С другой стороны - лес. Это окраина небольшого селения. Во дворе было достаточно чисто. Возле белого, железного забора, стоял отцовский кроссовер Шевроле. Всюду усажены цветы и кусты, огороженные декоративными камнями. Из приехавшей машины вышли четыре человека. Они вели себя спокойно. Или пытались так вести себя. Всё же ощущалась нервозность. Какая-то внутренняя тревога. Особенно, у парня с водительского сиденья. Это был Сергей. Они подошли к дому, собираясь позвонить в дверь, как вдруг один из них повернул голову: - Вон он, - без особой радости, остальные посмотрели в ту же сторону. - Привет, Коля. Как дела? - начал Сергей. Он был его одноклассником и другом детства. - Как обычно. - улыбнулся парень в ответ. - Кто у тебя дома? - спросил другой парень. - Какая разница. - тут же ответил Николай. - Пойдём, кое-что покажем. - Сергей подошёл к переду машины. - Сильно заметно? - напрягшись, он ждёт реакции друга. - Пустяки, царапина, - усмехнулся парень. Тот взволнованно улыбнулся в ответ. - А теперь иди сюда, - он открыл багажник. Там лежало человеческое тело, в большом чёрном пакете. Он приоткрыл его, и оттуда показались босые ноги. - Что это? - испугавшись, парень встал, как вкопанный и глубоко задышал. Он хотел убежать от сюда, но бежать некуда. Он был у себя дома. - Ни что, а кто. - поправляет его другой парень. - Это Настя Цзума. - Продолжает Сергей. Глаза его налились слезами. Руки затряслись. Он заправил ноги обратно в пакет и закрыл багажник. - Она не дышит, мы проверяли. - Еле сдерживаясь от слёз, он осмотрелся по сторонам. - Помоги нам куда-нибудь её деть. - Николай в ужасе, молча стоял на месте. Словно во сне, он слышал, что говорят ребята, но не разобрал ни слова. Другой парень, Вадим, тоже одноклассник Николая. Он схватил его за плечо и толкнул в открытую заднюю дверь машины. С двух сторон сели другие парни, зажав его по середине. Сергей сел за руль, и рядом с водительским сиденьем, Вадим. Они молча поехали по ухабистой дороге, шмыгая носами и смотря на улицу через окна дверей. Судя по всему, они уже знали, куда едут. На поляну, за большим карьером. Там были старые сенокосы. Но сейчас, сюда почти никто не ходит. Может, только охотники. Остановившись, они вышли из машины. - Это машина твоего отца? - спрашивает Николай Сергея. - Только попробуй хоть кому-то сказать про это, - со злостью он смотрит ему в глаза. - И где ты её сбил? - снова спрашивает Коля. - В горе, на повороте. Возле дома твоей сестры. Вроде бы никто не увидел. - Николай без эмоционально, молча смотрит ему в лицо. - Что смотришь? - психанул тот. Он взял Колю за грудки. - Хочешь, расскажу наш план? Ты разрежешь её по частям, и мы сожжём её. - бешенным взглядом смотрел он на него. Сергей был выше почти на голову и ощутимо здоровей щуплого паренька. - Да отпусти его. - возмущаются друзья. - Зачем разрезать, если можно и так сжечь или просто закапать. - Ты тупой, что ли? - переключился на него, разъярённый здоровяк. - Тут же скоро весь лес прочёсывать начнут. Если просто закапаем, тело быстро найдут и распознают. А если так сжечь, нам придётся пионерский костёр разводить. Тоже увидят. - Точно. - согласился другой парень. - Пусть он её расчленит, - Сергей взял Николая за шею. - Если что, мы на него всё свалим. Намажем кровь на машину его отца. Стукнем её кувалдой, и делов то. Поэтому, молись, чтобы об этом никто не узнал. А если расскажешь всё, мы тебя тоже убьём. Терять будет уже нечего. Усёк! - А она так-то красивая, - достал из багажника тело Вадим. - Может сначала её трахнем? - спросил он остальных. - Давай. - согласился второй парень. - Я первый. - Они вместе распечатали пакет. Странно, но не каких повреждений на теле не было видно. Внутри Николая началось какое-то жжение и тошнота. Он смотрел, как они раздевают мёртвую пятнадцатилетнюю девчонку. Стянув с неё трусы, не долго мешкая, он подогнул одну ногу вверх и без особой брезгливости засунул своё хозяйство по самые яйца. - Афигеть! - смотрит он на другого парня, продолжавшего снимать бюстгальтер. - Я думал у неё расслабятся мышцы и не будет так хорошо обжимать. - Он продолжил быстро всовывать и высовывать. - У неё даже лучше, чем у живой. - он глубоко задышал, подняв вторую ногу. - Она точно хоть умерла? - подставил ухо к её рту второй парень. - Хоть бы искусственное дыхание сделали. - У неё сломана шея. Какое нахрен искусственное дыхание. Там уже все артерии полопали. Отойди, не мешай! - замедлился в проникновении Вадим. - Вот придурки. - Морщит лицо, смотря на них Сергей. - Живая не давала, хоть мёртвую вздёрнут, идиоты. - покачивает он головой. У Николая затряслись коленки. Он подошёл к машине. В багажнике лежала лопата. Ничего не понимая, он схватил её и побежал в сторону ребят. Размахнувшись, со всей силы, он ударил по спине акрофила, похоже, сломав пару рёбер. Катнувшись в сторону, Вадим застонал: - Спина, спина-а-а. - Сергей с силой толкнул парнишку в спину, что тот упал, кубарем прокатившись пару метров. Схватив лопату, он подбежал к нему и начал лупить по ногам. - Что ты делаешь, ублюдок! - перестав бить, он пошёл в сторону машины. - Караульте, чтоб он не сбежал. - Обратился он к другим. Вернувшись с большим, разделочным ножом, он бросил его возле трупа. - Давай, разрезай её. Тебе не впервой. Ты и не такое делал раньше. Быстрей! Мы до вечера должны успеть. А ты помолчи. - обращается он к стонущему приятелю. За шкирку, он поднял Николая с земли: - Ты не слышишь, что я тебе говорю. Мы тебя тоже тогда тут похороним. - продолжает давить на него Сергей. Левым кулаком, Николай врезал ему прямо в печень: - Я быстрее тебя расчленю, чем её. - Отскочив от неожиданности, рослый парень схватился за живот. Его глаза блестели. В агонии, он улыбнулся в лицо старому другу. Эту ненавистную улыбку Николай запомнил на всю жизнь. Схватив нож, Сергей начал махать им прямо по рукам отбивающегося бедолаги. Длинные глубокие парезы, в состоянии шока почти не ощущались. Он лишь чувствовал колкие прикосновения, и видел, как кровь стекала по локтям. - Ладно! Ладно! Ладно!! - заревел Коля пятясь назад. - Я сделаю, всё, что хочешь. - Сергей наконец остановился. Он снова бросил нож возле трупа. - Давай. - махнул он головой. Еле волоча в больших гематомах от ударов лопатой, свои ноги, Николай сел на карачки возле тела. Дрожащей рукой, он схватил нож и подполз к девчонке. - Прости меня... Так и не успели познакомиться, - еле слышно, в слезах и соплях мямлил он. Осторожно прислонившись своей щекой к её лицу. - Быстрей! - следит за ним Сергей. Николай осмотрел её голое тело и, в состоянии эффекта, принялся за коленные суставы. Он даже не знал, где ни точно находятся, и резал наугад, там, где помягче. Чуть ниже чашечки. Постепенно, в руках появилось жжение. Порезы продолжали сочиться кровью. Через пару минут, он отрезал ногу. Ещё через две - вторую. Затем стопы, кисти, локти, плечи, голову и бёдра. Ничего не осознавая, он до последнего надеялся, что это просто страшный сон. Закончив, Сергей тыкнул лопатой ему в спину: - Отдавай нож. - Тот бросил тесак в сторону. - Пожалуйста. - скулит Николай. - Отпустите меня. - Сейчас сожжём и отпустим. - Второй парень кидал ошмётки тела в давно разведённый костёр. Другой, подошёл к нему с бутылкой воды. Он поливал на его порезы в руках, что-то приговаривая. Николай упал на спину от изнеможения. Он смотрел на пасмурное небо. Ветер разгонял пушинки одуванчиков. Они медленно, спускались вниз. Как белые зонтики, крутились и падали. Верх поднимался дым горящего костра. Запах жареного мяса. Такой же, как на шашлыках. Он закрыл глаза. В темноте, он видит крутящиеся зонтики. Они налились красным цветом и кружились вокруг него. - Всё ясно, - старуха поставила перед ним большой прозрачный стакан с коричневой водой. А рядом положила горстку разных таблеток и пилюль. Справа, молча сидел мужчина средних лет. Он был в инвалидной коляске, а в ухе торчал беспроводной наушник. В руках у него стакан с тем же содержимым. - Это Какао? - по запаху определил Николай. - Да,- ответила она. - От куда вы знаете, что я люблю его? - Твои родители рассказали. - Эти ублюдки ничего обо мне не знают. А таблетки оставьте себе, - отодвинул он их рукой. - Ты живёшь в благополучной семье, по меркам нашей страны. - Старуха снова села на своё место. - Что не так с твоими родителями? Они бьют тебя? Унижают? - Они в первую очередь свалили на меня всю вину. Вместо того, чтобы скрыть вину, они не могли даже выслушать меня. Они сами рассказали милиции, что я угнал их машину. Не думая обвинили меня. Они во всём и всегда обвиняли меня. Постоянны недовольны. У нас полное непонимание. Наверное, потому что я не такой, как они. Мы живём в разных мирах. У них крестьянское мышление. Они хотят сделать меня себе подобным куском дерьма. Они, как и все, издеваются надо мной за другие взгляды на жизнь. - Я долго беседовала с ними, - продолжает пожилая женщина. - Они не показались мне странными. Обычные родители. Они хотят, чтобы ты хорошо учился. Поступил в институт и хорошо зарабатывал. В чём здесь проявляется, как ты сказал, крестьянское мышление? Они не дают тебе работать на себя? - А что для вас хорошо зарабатывать? Зачем хорошо зарабатывать? Выделиться из массы окружающей толпы? Носить дольчи и габбана, вместо китайских шмоток? Купить машину не в кредит, а сразу? Или купить городскую квартиру, не на окраине, а в центре? Зачем? Это одни и те же ценности. Безработных нищебродов и людей с высокими зарплатами. У них общие стремления. Общее видение мира. Но, мне это не надо. Я рот топтал вашим ценностям. Для меня они всего лишь воздух. Я не хочу загорать на заграничных пляжах. Не хочу выплачивать ипотеки, налоги, кредиты. Я не какой-то борец за справедливость. Мне плевать на вашу систему. Но я родился частью этого дерьма. И, это не то, в чём бы я хотел пулькаться всю жизнь. Этот грёбаный мир не может больше дать мне ничего нового. Может, следующий ход за мной? Я по-другому чувствую. По-другому ощущаю. А вы... Вы на столько пусты, что порой, мне кажется вас не существует. Что вы, всего лишь плод моего воображения. - И в кого ты такой умный? - спрашивает старая женщина. - Пфф, - с насмешкой выдавил парень. - Мои родители спрашивают это в противоположном ключе. - Я знаю, что счастье не в деньгах. И, даже не в материальных ценностях. Зря ты думаешь так про всех, судя лишь по своим знакомым. Деньги дают возможность выбора. Но, не счастье и даже не свободу. - А вы знаете, что миллионеры имеют больше свобод, чем миллиардеры? Это самые свободные люди на свете. - Нет. И почему же. - Они не привязаны так плотно к своему бизнесу. При этом, они могут позволить себе всё то же самое и даже больше. Покататься на яхте, самолёте, отдохнуть в лучшем пентаусе. Разница в том, что одни покупают это, а другие берут в аренду. И те, кто покупает, пользуется этим реже, чем те, кто арендует. Ну, если, вы конечно, миллиардер из развитых стран, и более-менее честно заработали капитал. Чтобы удержать его, день и ночь нужно следить за рынком. Искать уязвимости и перспективы, чтобы не остаться с пустыми руками. Сегодняшние миллиардеры - заложники собственной игры. Рабы - мазохисты. Мужчина в коляске слегка улыбается, поднимая брови. Почесав голову, он обращается к старухе: - Давайте меньше лишних слов. А то я на рейс опаздываю. Что там с его родословной? - глубоко вздыхает он. - Я слышал, его дед по отцовской линии страдал психическим расстройством. - Николай озадаченно смотрит на него. Затем на эту бабку, в надежде, что она переведёт. - Да. - тоже на английском отвечает она. - У него были наклонности к разным вещам. При этом... я не помню, как его зовут, но он был большой фигурой. Генеральный директор или что-то вроде того. Не формально, ему принадлежали большие предприятия, ещё с советских времён. И, был, например, один инцидент, когда в столовой ему подали холодную еду. За это, он заставил поваров пить жидкий азот. В результате, у нескольких людей была язва. - Кошмар. - поразился доктор. - Так же по словам родных, он немного симпатизировал фашисткой германии. - А от куда он родом? - Из какого-то села Свердловской области. По национальности - русский, вроде бы. - И, что с ним стало? - спрашивает мужчина. - Он скончался в бедности от передозировки наркотиков, где-то в начале двухтысячных. Медленно, но верно сам загнал себя в могилу. Всё его имущество принадлежало государству. А после смены режима, он так ничего и не приватизировал. Испугался дяденек в кожаных куртках, ну вы понимаете. - Теперь понятно, чьи гены у мальчишки. - усмехаясь смотрит на него мистер Галон. - О чём вы говорите? - спрашивает парень. Старуха глубоко вздохнула. - Учи английский, Коля. - улыбается она в ответ, уходя от темы. - Нам интересно, откуда ты всё знаешь. У тебя хорошее глобальное мышление. Не дай боже, тебе прийти к власти. - Не волнуйтесь, Софья Венедиктовна. У вас ещё есть шанс спрятать меня в психушку. - ехидно смотрит он через лоб. - Это правда. - улыбается она, смотря на приезжего коллегу. - Но сначала, ты расскажешь нам ещё кое-что. - Собственно, можем начинать. - сказал доктор, поближе подкатившись к столу и поставив свой пустой стакан. - Начинайте. Всё по его записям. Мы попробуем представить это максимально полно, и определим, стоит ли это реальных экспериментов или нет. Старуха вдумчиво смотрит в окно. Они замолчали на пару минут. Будто собирались с мыслями. - Сконцентрируйся. - внимательно посмотрела она на него. - Не забывай, зачем ты здесь. Откуда ты приехал? Давай же, зайди туда. Открой... - тянет она свои слова. - Открой дверь своего старого дома. - Коля начал крутиться по сторонам. Звуки вокруг усиливались. Он слышал, как вода капала из крана. Как стучали стрелки часов. Как шумел холодильник в соседней комнате. - Те ужасы, что случались в жизни, ничто по сравнению с этим. - продолжает она. Раздались ужасные звуки скрипки. Это мелодия, монотонная и до отвращения фальшивая. Он просто начал смотреть на стол в одну точку. Перед ним появилась картина, относительно небольшого дома. Двухэтажный, довольно красивый для здешних мест коттедж. Это его дом. Дом его семьи. Он стоял один, на краю старой деревни. Подойдя к калитке, он повернул ручку и открыл её. Медленными, неуверенными шагами он вошёл во двор. На улице сразу наступил вечер. Сумеречные огни хорошо доносились с пустой дороги. Дом резко вспыхнул ярким пламенем! И снова потух. Это было едва уловимо, и почти не напугало его. Скорее, озадачило. Противные звуки скрипки стихли. В доме разносились какие-то стуки. Словно загипнотизированный, он открыл дверь и вошёл в тёмный чулан. Впереди был вход в дом и ещё в одно помещение. Та дверь была открыта и в кромешной тьме, на ощупь он подошёл поближе. Мельком бросив взгляд в ту темноту, он увидел черты застывшего человеческого лица с тёмными впадинами в глазах и скулах. По телу пробежали мурашки, он в голос вздохнул и ворвался в дверь дома, с силой хлопнув её за собой. Осмотрев прихожую, он хотел было двинуться в гостиную. Оттуда доносился разговор. Пытаясь прислушаться, парень подошёл поближе и ещё больше пришёл в недоумение. Это был совсем не человеческий голос. Он не естественно быстрый, и высокочастотный, словно в быстрой перемотке. Более того, слова вполне разборчивы, но совершенно непонятны. Это полный бред. Просто набор букв. Появляются небольшие паузы. Словно задаётся вопрос. А затем, не меняя интонации сам себе отвечает. Что-то вдруг перехотелось идти туда. Он побежал по лестнице в свою комнату на втором этаже. Надеясь оградиться от всех и просто спрятаться под одеялом. Поднявшись в коридор, там стояли цветы. С большими лепестками и длинными ветками. И журнальный столик. - Открой меня. - говорит детский голос из нижней дверцы стола. - Это голос его брата. Он прошёл мимо, открыв дверь в спальню. У окна, спиной к нему стоял мужчина. Это был его отец. Он что-то высматривал на соседском участке. Не придав этому значения, парень двинулся к своей кровати. Он осторожно сел, в ожидании, когда мужчина покинет комнату. Тот начал качаться из стороны в сторону и переступаться с места на место. Он так поворачивался. Его тело неподвижно, как и суставы. Он, словно окостенел. Пол под ним заскрипел. Ужасные звуки той скрипки вернулись. Они убивают своим фальшам. Беспрерывным воем. Он повернулся и быстро двинулся вперёд. Неуклюже, как манекен. Его словно переставляли с места на место! Нет, нет! Он идёт ко мне! Голова мужчины затряслась. Сверху вниз. Быстро. Очень, очень быстро! Парень соскочил с кровати и побежал из комнаты. Но тот догнал его и прижал к стене! Нет!! Его руки холодные и твёрдые. Он весь твёрдый, как пластмассовая кукла. Глаза его выпучены в одну точку. А зрачки были подвижны. Они быстро вертелись по сторонам. Его лицо сморщило толстыми вертикальными складками. Он завизжал! Завизжал в ужасе или от боли. Он не был зол. Он был напуган. Его рот скукожило, так, что губ уже не видно. Нырнув ему под мышку, сломя голову парень выбежал из комнаты. Журнальный столик был открыт, и оттуда торчали детские ноги. Они, как желе вертелись и сгибались во всех направлениях. Как большие сардельки с сопровождением с непонятными звуками, доносящимися с низу. Это же старая весёлая мелодия: Ай хапл пээн ай хапл апл, оу, пайнапл пэээн. Ай хапл пэээн, пайнапл апл, оу пэн пайнапл апл пэн. Ту-ту-ту-ту-ту-ту-тутуту. В музыкальном сопровождении. Он мигом спустился вниз, перепрыгивая сразу по две ступеньки. Прямо у него на пути, неподвижно стояла женщина. Он подвернул ногу, резко затормозив. Её голова повёрнута в зал. Туда от куда разносилась музыка. Она медленно повернула голову на паренька. Её лицо размазалось. Оно повернулось лишь частично. Шея стала толщиной с голову. Глаза смотрели в пустоту. Они выпучивались, становились ярче и чётче. Это ужасно! Парень хотел на одной ноге попрыгать обратно наверх, но услышал, как там быстро захлопала дверь. Это лицо наводило всё больше ужаса. Оно продолжало кривиться. Скулы вытягивались. Губы растягивались, глаза увеличивались, а кожа рябила чёрно белыми пятнами. Мгновенно, её волосы поседели, а руки по плечи исчезли. Тогда он с криком, зажмурил глаза и побежал прямо на неё. На удивление, её уже не было. Открыв глаза, в темноте, он увидел множество чёрно-белых портретов, увешивающие весь коридор. Свет включился сам по себе и в этих портретах была эта женщина. На каждом из них она ужаснее и ужаснее. Мелодия танцующего японца ускорилась. С дрожащим дыханием, прихрамывая парень вошёл в зал. Там танцевал неизвестный мужчина. Точно так же, как мужик на видео, только быстрей. Музыка не только ускорялась, она ещё и менялась. Она становилась менее чётким. А песня вообще поменялась. Поменялся голос. Неразборчивый, женский вокал под гудки, хлопки и противное шипение. Парень одним глазком залянул на кухню. За столом сидела неизвестная женщина. Она быстро хлопала себе по лицу обоими руками. Это лицо становилось всё более плоским. За открытым холодильником стояли голые ноги. Танцующий парень неестественно задёргался. Его ноги начали быстро переступаться. Но ужас наводило то, что они гнулись так, словно без суставов. Очень резко он принимал самые неудобные позы, и каждое его движение наводило всё большую тревогу. Словно не одна его конечность не принадлежала ему. Между тем лицо мужчины продолжает улыбаться, как ни в чём не бывало. Вдруг... из-за дверцы холодильника высунулось женское тело. Оно надломилось в пояснице на девяносто градусов. У неё самое обычное, живое лицо. Волосы свисали до пола. Она начала стукаться о стену. Как надломленная соломинка, переступаясь на месте, она вертела туловищем и колотилась своим окоченевшим телом глухими. Та, что хлопала по своему лицу, начла соскребать с свою плоть, словно мягкий пластилин. Она отрывала куски лица в одном месте и небрежно приляпывала их в другом. Парня будто парализовало. Он уже прибывал в полном шоке. И даже не чувствовал боли в ноге. Побежав из дома, в глубокой панике, он без оглядки в дверь чулана, хотел было вырваться на улицу, но она не открывалась. Ему нужно было нащупать затвор. Но его там не было. Нужно было включить свет. Снова подойти к входной двери. С отчаянными воплями, держась за стену одной рукой, чтоб не запнуться, он пошёл к включателю. Уже почти подойдя, он врезался в какой-то большой мешок. Лицом уткнувшись в него. От неожиданности, он оттолкнул его от себя, что есть сил. Эта преграда отлетела, но не на долго. С такой же силой, она врезалась в него. Отмахиваясь, зажмурившись даже в темноте, он всё же включил свет... Это вовсе был не мешок. Это повешенное человеческое тело. На голове одет серый плетёный мешок. Это тепло одетый мужчина. Из последних сил, парень подбежал к двери... Но затвора не было. Его не было! Просто пустая дверь с рукояткой. Громкий удар заставил его подскочить на месте. Тот труп упал с верёвки и продолжил неподвижно лежать. Лампочка стала светить красным светом. Ужасные звуки. Они опять усилились! Инстинктивно бросив взгляд в открытую дверь чулана, он увидел то самое лицо. Оно улыбалось. Неестественно и безумно! Его рот был в форме треугольника. Красный свет замерцал. Всё вспыхнуло ярким пламенем. Его тревога достигла максимума. То лицо, неподвижно начало вытягиваться к нему. Голое, тощее красное тело ползёт сквозь огненное пламя. Громкие вопли, напоминают бешенный прерывистый смех. Постепенно, лицо вытягивается вниз. И, вдруг, когда он уже не может продолжать. Когда его психика уже сломлена. Перед ним открылась дверь. Дверь на улицу. Соскочив из последних сил, он выбежал во двор. И подбежал к калитке. И тут, ужасные звуки стали ещё более ужасными. Громкие помехи резали его уши. Прежде чем открыть крючок, он наклонился за забор низкой стальной двери. Там, на корточках неподвижно сидел тот красный урод! Эта голова поднята кверху, смотря ему прямо в лицо. Полностью чёрные глаза, и не каких эмоций. Сердце сжалось от испуга. Повернувшись назад, он побежал на задний двор. Как вдруг резко остановился. Ровно, с прижатыми по бокам руками, тот человек стоял в углу возле гаража. Он хотел было снова рвануть, но тот стоял уже на его пути. Так же ровно и неподвижно. С немного искривлённым, без эмоциональным лицом. Он начал появляться везде и всюду. В каждом углу и на каждом шагу. Зажмурив глаза и закрыв уши, он упал на землю, там, где стоял, в конвульсиях дёргаясь, как сумасшедший. Мало кто в жизни достигал максимального уровня тревоги. Но, если это произошло, нельзя закрываться в этом состоянии, иначе могут ждать худшие последствия. Психические осложнения гарантированы каждому здравомыслящему. - О ужасть, - вмешалась старуха. - Теперь, открой глаза. - Жуткий скрежет засел в его голове. Он до сих пор преследовал его. Отдалённые отголоски пронзительного шёпота, не куда не исчезли. Открыв глаза, он остолбенел в холодном поту. С выпученными глазами, старуха улыбалась тем же треугольником. Её скулы слегка вытянулись по сторонам, а кожа стала гладкой, словно смазана парафином. Слизкие маслянистые руки сзади схватили его за лицо. Он завертел головой и в панике разбил стакан, что стоял на столе. - Достаточно. Остановись. - дёргает его профессор, говоря на английском. У Николая помутнело в глазах. Он сильно запыхался. Быстрым взглядом, он взволнованно обежал всю комнату. Сердце бешено колотилось. Во рту пересохло. Придя в себя через пару минут, он продолжил беседу: - Это можно продолжать до бесконечности. - Интересно. - смотрит на своего коллегу уже нормальная старуха. - В этом направлении ещё не работали так углублённо, но ты должен привести более весомые аргументы, чтобы рассматривать это, как феномен 'сознательной смерти'. - Обойдётесь без более весомых аргументов, - рассердился парень. - Может вам ещё фильм снять? Может это и не физическая смерть, но могу поклясться, если вы пройдёте через все описанные мной этапы, вы не будете прежним. И, нужно учитывать, что к каждому должен быть индивидуальный подход. Мой дом - это мой страх. Это вам не жалкие сцены насилия, по стандарту фильмов 70-х. Я не пытаюсь подавить инстинкты самосохранения. Напротив, я пытаюсь обойти их. Лучшее применение этого воздействия, наверное, в видеоряде. Это, как в 'Заводной апельсин', если помните. Только с научной точки зрения. Мой страх неопределённости достигается при чётком соблюдении всех условий. Сделать забавное странным. Странное сделать тревожным. И удерживать это, в течении того времени, пока мозг не откажется продолжать. Очень важно не закрываться. Очень важно не заходить в тупик. Необходимо предоставить свободу выбора. Чтобы человек остановился по своей воле. Чтобы он замкнулся в себе. Замкнулся на всегда. Мозг не выработал к этому защитный рефлекс. Так как это не входило в эволюционное развитие действительности. Это всего лишь одна из множества уязвимостей, не успевших не то что бы адаптироваться, но и сформироваться. Я чувствую, что если продолжу прибывать в этом состоянии долго, то просто исчезну. Исчезну, как личность. - Сомнительная тема для диссертации, не правда ли, мистер Галон. Ты говоришь так, словно твои слова - это факты. - разводит руками опрометчивая бабулька. - Такие мысли, лучше начинать со слов 'я думаю', что мозг не выработал защитный рефлекс. Понимаешь? Ты же не делал исследований на эту тему. И, пока что у тебя недостаточно знаний для этого. Ты не знаешь даже большинство элементарных вещей из психологии. Отсюда, все твои домыслы, в лучшем случае - предположения. - Я ещё раз посмотрю его бумаги. - говорит ей мужчина. - Я не могу так сразу опровергнуть его слова. Но, нужно учитывать, что у него серьёзные психические отклонения. Меня не пугает его рассказ. Или, может у меня недостаточно богатое воображение? - Как будто фильм ужасов пересказал. - смеясь отвечает ему старуха. - Теперь объясни поподробней. - она снова обращается к парню. - Сначала ты взял забавные вещи и сделал их тревожными, как например нелепое перемещение мужчины в твоей спальни, танец или хлопки по лицу. И только потом начал наводить страх. Почему бы не сделать наоборот? - Потому, что таким образом копится эмоциональная энергия. Когда вы точно должны как-то отреагировать, но не знаете, смеяться вам, плакать или бояться. И в тот момент, когда мозг готов выплеснуть это, я указываю ему путь. И это путь страха. - Забавно. А если выбрать другой эмоциональный путь? - спрашивает доктор. - Ты сойдёшь с ума от смеха? На самом деле, София, я приехал сюда не столько из-за увлечений мальчишки, сколько из-за судьбы. Лучше бы Николаю серьёзно заняться точными науками. Я слышал у него к ним особенный дар. - С таким восприятием мира у него ко всему особенный дар. - она встала со своего места и замела в совок осколки стекла от стакана, вытряхнув в мусорное ведро. - Я бы тебе советовала заняться более простыми вещами. - обращается она к мальчишке. - С твоей биографией, стать простым работягой уже подарок судьбы. - Я замечаю некоторые вещи, в последнее время... - задумался паренёк. - Я всё больше понимаю, чем я отличаюсь от вас. Когда перед людьми ставят преграду, они останавливаются. Когда преграду ставят передо мной, я иду ещё быстрее. - Говоришь цитатами. - снова усмехается бабулька, копошась в кухонных шкафчиках. - Читаешь книги по мотивации? - Нет. Мне насрать на сколько оригинальны мои слова. У меня нет особой мисси, как у вас. Я не являюсь частью вас. А вы не являетесь частью меня. Я отдельный элемент. И я всегда знал это. А вы полоротики, даже имея все богатства, не сможете насладиться жизнью так, как я. Не сможете почувствовать мою боль, мои страхи и желания. - Тут попахивает манией величия. - вмешивается старушка. - Возможно. Я не отрицаю этого. Я считаю себя выше той падали, что окружает меня все пятнадцать лет. - Ему бы к нам в реабилитационный центр. - похлопав парня по плечу, с улыбкой мужчина выехал на своей электрической коляске во двор. Старуха с парнишкой вышли за ним. - Можешь идти, Коля. - провожает она его. - Мы услышали всё, что хотели. Ухмыльнувшись, быстрым шагом, тот отправился на свою улицу. Октябрь, 2029 Святилище Хамунаптра, Потерянный Оазис, Уральский Эмират Абдул впервые прибыл в Смятение, хотя для него это открытая локация искусственного городка. Он получил очень ответственное задание от ИПО. Ему необходимо собрать сведения о людях, переселившихся из Реальности Газавата - запретной локации. Лишь каратели и проводники имеют доступ к ней. Однако, в этот раз пришлось сделать исключение. Он не понимает, в чём смысл его задания, но ему ужасно интересно побывать там, куда нельзя входить даже Диа Муспирини. Абдул, далеко не глупый человек. Иначе бы не занимал столь высокого статуса в Эмирате. Он прибыл сюда из Германии. Из города Ахен. Программист, инженер-конструктор, гвардеец УЭ. Один из руководителей архитектурных проектов Аль-Кунбада и многое другое. Альянс даёт за него невероятное вознаграждение в 15 млрд.$ только за мёртвого, и в два раза больше за живого. Но, пока Абдул не покидает эти жуткие места, он может чувствовать себя в безопасности. Это маленькое село окутано вечным мраком. Не одно живое существо не решится прийти сюда. Смятение - рабочая локация. Самая привычная для человека. На въезде, здесь находится огромное пустое поле. Ну, почти пустое. С одной стороны, стояли высотки подвижных небоскрёбов. Этот комплекс из десяти домов, смотрелся, словно в пустыне. С другой стороны, огромное круглое здание, похожее на храм. Оно было невероятно красивым и оригинальным. Из центрального купала, поднимались ещё два, прямо идущих один из другого, более маленьких куполов. На верху большой золотой крест. К этому зданию, под углом, тянулись кривые башни. Они были овальной формы, с направленной вниз выпуклостью. На верхних частях башен, вдоль всей изогнутой стены, выпирали разноцветные конусные возвышенности. Красные, синие, зелёные. Интересная неподвижная конструкция, разумеется с применением универсального кодирования. Здесь, как и в ледяном Оазисе, Ислам является не обязательным. Но абсурдность ситуации в том, что сюда никому нельзя. Интересно, а что ещё есть в других районах? Абдул знал, как пройти в запретную зону. Не так давно, он подсмотрел нужные ключи через аккаунт Муспирини. Собрав нужную информацию, объехав все соседние деревни, он хотел было вернуться в главный город. Но, что-то остановило его. Пролетая над Хамунаптрой, он внимательно смотрел на огромные территории большого леса. Это не тронутые человеком места. Большие участки высыхающих и узкая асфальтовая трасса - единственное, что было видно с высоты птичьего полёта. И, вдруг, его взгляд пал на огромные, непонятные буквы. Это русские буквы. Каждая из них, размером с небоскрёб и светились яркими цветами. Они стояли так далеко от локаций, что их практически не было видно. Он немного сменил курс, чтобы разглядеть их поближе. Очевидно, это дело рук не здешних деревенских дикарей. Это старое название посёлка, что был на месте Хамунаптры. В одну из букв, по середине, шла обычная двухполюсная асфальтовая дорога. Странная буква, похожая на о, с прямым столбом рядом и перегородкой между ними. Абдул не знал этой буквы. Да и хрен с ней. Самое забавное оказалось то, что эти буквы не просто стояли в одном цвете и образе. Они меняли свою составную оболочку. То они превращаются в хлопья серого тумана, то в синее пламя, то просто цветные орнаменты, с ровными формами. А вдоль всей дороги, по обе стороны стояли довольно часто повторяющиеся флаги. На фоне букв - они мизерные. Метров десять в высоту каждый. Слева - знамя потерянного оазиса. Справа - знамя Хамунаптры. На всей дороге не было не единой машины. Куда она вела? Подумал про себя Абдул. И почему это стоит в чаще леса? Любопытство взяло вверх, и он спустился до уровня деревьев. Может глянуть, куда это ведёт? А почему бы и нет. Он полетел вдоль дороги, которая привела его в святилище, с другой стороны. 'Пристанище мятежников' высветились буквы прямо над лесом. Он уже чувствовал себя, словно в компьютерной игре. Но то, что творилось дальше, просто стирает границы между реальностью и старыми рпг играми десятых годов. Он приземлился у большого холма. Заметив, несколько ручьёв, протекающих рядом с ним. Кажется, где-то по близости бьют ключи. В дали, была горная местность. Там стояли чудные сооружения. Тёмно-серые замки, на больших расстояниях друг от друга. Башни, оборонительные посты. Всё сделано в средневековом стиле. Будто это стоит здесь целую вечность. Дороги в этой местности, выложены из ровных камней, похожих на кирпичные блоки. Не сказать, что эти холмы, уж очень большие. Метров пятьдесят-семьдесят в высоту. И тут легко можно ходить пешком. Тем более, куда не глянь, всюду выложены тропы. Вот он вылез из своего летатателя и просто двинулся вперёд по главной дороге, осматривая всё в округе. Странно, что всех домах были пустые окна с кромешной тьмой. Будто там ничего и нет. Было слышно пение птиц, журчание воды. Скуление собак в дали. Это место было живое и пустое одновременно. Не было не одного человека. Возникали странные ощущения, при видя таких грандиозных строений, без того, кто фактически сделал это. Конечно, технологичностью, данная местность ничем не превосходит Аль-Кунбад. Но она насквозь пропитана атмосферой, какой-то мрачности и, одновременно спокойствия. Здесь не хотелось долго оставаться, и не хотелось быстро уходить. Наконец, Абдул дошёл до маленького железного моста, ведущего уже через быстро текущую речку. Пройдя мостик, он оказался на перекрёстке. Из неоткуда, на него выпрыгнули две чёрных твари. Ужасные создания, с одной стороны напоминающие тощих, длинных собак. Но их плоские спины были схожи с человечьими. Круглые, слегка вытянутые, обвисшие морды. Они тихо рычали, медленно идя в сторону Абдула. Тот в ужасе пятится назад. Затем быстро обернулся и ускорился отступать спиной вперёд. Только он ступил на мост, твари сразу остановились. Они просто неподвижно стояли и смотрели на него. Внимательно вглядываясь в них, он увидел чёрные зубы в несколько рядов, сливающиеся с их чёрными мордами. Жёлтые, вытянутые глаза светились, как маленькие фонарики. А на передних лапах длинные, изогнутые пальцы. На них даже небыли когтей, но они не смотрелись от этого менее жутко. Ради интереса, Абдул просто вытянул ногу на шаг вперёд. Едва ботинок прикоснулся к почве, одна из тварей прыгнула на него, отлетев на несколько метров, мужчина упал на спину. Создание прижало к себе руки, как клешни. Оно словно ножницами хотело разрезать его, но врезалось своей башкой ему в бок и промахнулась. Соскочив на ноги, он просто влетел вверх на своём летающем костюме и облетел их. Двигаясь прямо над дорогой, ведущей по холму вверх, на следующем перекрёстке появляется рыцарь, полностью покрытый железом. А может, это просто пустые доспехи. Абдул думал облететь и его. Но тот подпрыгнул на несколько метров, и махнул длинным мечом прямо над головой инстинктивно нагнувшегося мужчины. Чуть не наложив в штаны, что есть мочи бедолага полетел в другую сторону. Слава богу, этот псих оставил его. Все эти утвари, какие-то глупые, что ли. Не гонятся за ним и не зовут поддержку. На всякий случай, он ввёл что-то на своём гаджете, и его судно подлетело к нему. Он всё же решил отправиться домой, как на его пути встретился ещё один перекрёсток. С маленькой, круглой площадкой по середине. Она так же уложена ровными плитками. В центре маленький, ничем не примечательный фонтан. Четыре дороги, под разными углами расходились в разные стороны. Там стоял один высокий дом, занимая треугольную площадь, между двух дорог, по направлению которых, вылетает Абдул. Одна из дорог вела обратно в 'Смятение', и последняя в 'Реальность газавата'. Там стояли две, довольно большие статуи, размером с трёхэтажный дом. Одни их руки подняты ладонями вверх и горели светло-розовым пламенем. В других руках были длинные копья, направленные друг к другу. Они скрещивались и закрывали проход. Дорогу, ведущую к последнему холму. На концах обоих копий висели чёрно-голубые флаги с маленьким красным треугольником внизу и цифрами 010011 наверху. Абдул не знал, что это значит, но это определённо имеет смысл. Он знал, что только стоит ему пересечь территорию этой локации, он просто исчезнет. Превратится в воздух. Над этим местом нельзя летать ниже пяти километров. Ибо здесь не просто перепрошивка окружающей среды, здесь нечто другое. Гораздо более мощное. То, что есть во всех оазисах. От сюда было видно обычную улицу. Обычные, с виду частные жилые дома, как во всех современных деревнях развитых стран. Очевидно, что эти дома построили не бывшие власти. Не похожие друг на друга ухоженные коттеджики, скорее в американском или европейском стиле. Но это мог быть просто муляж. Сто процентов это и был муляж, думал Абдул. Не может быть, что эти никчёмные домики так важны для ИПО в глуши далёкой северной страны. Остерегаясь, он всё же сел на этот перекрёсток. И не спеша вышел. Полное спокойствие. Ладно, хоть тут нормально можно постоять. Он вздохнул с облегчением. И прошёлся по кругу каменной кладки, ещё раз осмотрев здешние сооружения. Не так далеко были пару забавных домов в старинном стиле. У них бурые, деревянные балки, между блоками и окнами. Сами они белые, а из окон светил свет. Это, наверное, единственные дома, в которых был свет. И эти дома в запретной зоне. Неужели там кто-то есть? Не выдержав, Абдул достал свой гаджет и ввёл ключи активации для входа. Огромные статуи зашевелились. Они подняли свои копья, освободив дорогу. Неуверенным шагом, Абдул вошёл на ту улицу... Как и следовало ожидать, это не то, что было с наружи. Вернее, почти не то. Над ним резко опустилась ночь. Но вдоль дороги стояли фонари. Этот тусклый жёлтый свет в больших старинных люстрах еле доносился. Там стояли всё те же дома. И в окнах горел свет. Справа стоял, еле заметный, чёрный железный забор. Он очень высокий. Метра три, а то и больше. Толстые вертикальные прутья слегка отражали сумеречный свет. Не так далеко стояла огромная калитка. С обоих её сторон, двумя волнистыми рядами расходилась декоративная каменная изгородь. Она велела к калитке и уменьшалась, по мере отдаления от входа. На вершинах изгороди стояли факела. Они пылали большими, но тусклыми зелёными огнями. И слегка, кривились на прерывистом ветру. Обернувшись назад, Абдул не увидел выхода. Там был вовсе не перекрёсток, а огромная чёрная стена, сливающаяся с небом. Из стены торчало лицо! Это безликое, не совсем человеческое лицо дуло своим ртом вдоль всей улицы. Так вот от куда был ветер! - Идиии... идии ко мнеее... - низким, ветреным шёпотом донеслось оттуда. Абдул засуетился. Он схватил гаджет в надежде вернуться обратно, пока не поздно. Лицо шевелилось. Как живое, оно слегка поворачивалось в разные стороны. Странные грубые звуки окружили его со всех сторон: ы ы ы а а, у у у а а. Словно резкие махи по ветру. Из стены появились другие, обычные, как у людей маленькие лица. Они быстро вытянулись вперёд и выползли наружу. У них были руки, но не было тел. Они тянули за собой всю эту чёрную консистенцию, как густую смалу. Времени нет. Мужчина спрятал устройство в карман и сжал кулаки. Нажав на какие-то кнопки, установленные в ладошках лётного костюма, он выпрямил руки и вытянул пальцы. Его ногти засветились белым светом. Все кончики пальцев засветились, как фонари. Он выпустил в тварей мощный заряд, словно ударом молнии. Те разлились на него рекой, но не исчезли. Их стало ещё больше! В считанные мгновения, эта тьма поглощает всю улицу. Тогда он стрельнул ещё и ещё. Затем, отклеил от плеча, какую-то застёжку и нажал на единственную механическую кнопку. Из его ладоней вырвались невидимые волны, очень сильно искажающие воздух. Они стали толкать чёрную массу назад. Он посветил на огромную голову. И сердце его замерло. Глаза безликого лица наполнились его светом. Выпученные, круглые серые шары, смотрели на него не моргая. Теперь, оно само стало вытягиваться к нему. Гигантские ладони легли на дорогу. Огромные руки упёрлись локтями кверху и поползли вперёд. Абдул направил на него своё оружие, искривляющее пространство. И голова медленно втянулась назад, полностью скрывшись в стене: р-р-р-р... - последовало тихое рычание. Кисти его рук остались лежать на земле. Как вдруг, они схватились за землю, и потянули к себе всю поверхность улицы, словно покрывало! Мужчина было направил и на них свою энергию, как вдруг, эти штуки прекратили работать и раздались гудки. - Чёрт! - посмотрел он на свой браслет. 'заряд будет готов через 29 секунд' Что есть мочи, он побежал к калитке ворот, где горели зелёные факела. Его, то откинет назад, как на беговой дорожке, перебирая ногами на месте, то снова быстро бежит, пока торчащие из стены руки перехватываются. Наконец, он схватился за ограждение и подёргал. Заперто! Ему пришлось подпрыгнуть, оперившись ногами в забор, чтоб больше не съезжать. Белый свет засветил за его спиной. Он обернулся. - Боже правый. - Думает он. Там была лишь сплошная масса серого, как тучи пространства. Оно быстро закручивалось в спираль и тянуло всё за собой. Он двигался туда сам. Его будто затягивало в чёрную дыру, по круговой траектории вместе с забором. Раздалась сильная вибрация. Отдалённый грохот. Шелест. Скрежет. Шипение. Новые звуки беспрерывно добавлялись, ноне усиливались. Вдруг, серая масса налилась красками. Как огромный калейдоскоп. Разные фигуры из ровных линий, складывались всё в более сложные многоугольники. Их цвета тоже постоянно добавлялись. За пару мгновений, границы многоугольников слились друг с другом. Голова закружилась. Он резко потерялся в пространстве. Его вестибулярный аппарат полностью дал сбой. Ему пришлось опуститься от забора. - Это конец. - подумал он. Всё, что он делал, происходило полностью наоборот. Поднимая левую ногу вверх, его правая тянулась вниз. Опуская голову вниз, чтобы на это посмотреть, она задралась вверх. Тогда он сжал кулак своей руки, и она... Она свернулась по запястье вовнутрь, а затем развернулась обратно, как надувная перчатка! Но рука уже не была прежней. На ней были маленькие серые кристаллы. Всё тело покрылось разноцветными пятнами. На груди появился лес. На нём выросли мизерные, как мох деревья. А руки между тем, уже отсоединились от тела! Ноги вытянулись и обтекали разным веществом. То густым, то жидким, они растянулись в целый мир, образуя все виды материи. То камни, то плазма. Его голова стала двухмерной. Она выпуклая, как маска. Его лицо начало вытягиваться чёрными нитями вперёд. На этом лице появились другие, маленькие лица. А в округ них ещё более мелкие лица. Перед ними был маленький человечек. Это он сам. Это он, сражается с самим собой! Как и в прошлый раз, он вытянул у маленького себя из-под ног землю и снова схватился за решётку. - Помогите - говорит он, дёргая калитку. А может, ему только кажется, что он говорит. На этот раз он был собой маленьким и видел себя со стороны. На этот раз, сзади уже не серая масса. Там формируются яркие созвездия. Галактики! Чёрные дыры. Одни пролетают мимо него, другие приближаются, едва не поглотив. Многообразие вот-вот разложит его на части. Он начинал чувствовать себя водой, землёй, всеми простейшими организмами. Меду тем, старое сознание всё ещё принадлежит ему. Он просто взял и отворил сам собой ворота. Он воссоздал себя внутри, копируя исходное тело. Голова кружилась. Он пытался приблизиться. Вернуться в прежний облик. Его колени выехали сквозь бёдра и дёргались в разные стороны. Голова провалилась в туловище, а руки просто стекли, как желе. Невозможно сохранить самообладание. Он думал только о старом себе. Двигал только старого себя. Он играл собой, как куклой, пытаясь вселиться в неё. Наконец, он решил продолжить идти. Там, по земле. Он смирился с расширением сущности и сконцентрировался на обстановке. И вдруг, он понял, чем больше он концентрировался, тем больше он ограничивал себя от внешнего мира. Пока окончательно не остался всего лишь человеком. Сначала ему показалось жутко не удобно. Он почти ничего больше не осознавал. Исчезли даже почти все инстинкты. Каждое его движение, каждый вдох были несовершенны. Но, именно таким он и был всегда. Наконец, он вышел из своего внутреннего мира. Что-то незначительное, здесь, в ограниченном мире отвлекло его. Всё так же во мраке, он шёл по кривой тропе. Высокая, по пояс трава шелестела о его руки. За деревьями горел свет. Это обычное, оранжевое пламя пылало прямо из каменной, круглой возвышенности. Абдула снова пронзила тревога, когда он понял, что находится на кладбище. Большие каменные скрепы и могилы окружали его со всех сторон. Деревянные и каменные кресты, посреди редкого берёзового леса. Вдали, прямо по курсу, листва деревьев подсвечивалась розоватым оттенком. И небо там было немного светлей. Не о чём не думая, Абдул двинулся в том направлении. По пути, он пытался рассмотреть надгробия. Там всё было на русском. Ничего особенного. Имена и фамилии усопших, судя по всему. Дойдя до розового света, он вышел на поляну. Её окружали густые кустарники, в близи которых веял фиолетовый туман. Ещё раз бросив взор на деревья, он убедился, что эти листья подсвечивались сами по себе, без какого-то либо источника. - Кха-кха! - раздался кашель слева от него. Он посмотрел туда и обомлел, остановившись на месте. Там стоял мужчина в очках, облокотившись на эту самую оградку. У него закатанные рукава серой рубахи и свободные чёрные треко. Кожа на руках немного с желтизной. Он смотрел на него спокойным взглядом и курил сигарету. - Сядь со мной. - улыбается мужчина кивнув головой к скамейке в своей оградке. - Чай попьём. - Ты кто такой? - спрашивает его заблудившийся гость. - Прочитай. - он медленно повернулся назад. - Там написано... я не вижу. - говорит мужик наклонившись над могилой. - Как выйти от сюда? - снова спрашивает Абдул. - Да, как, как... - мямлит он себе под нос. - Я не узнавал. - начал дёргать дверцу своей оградки. - Не тебе выйти, а мне, - уточняет Абдул. - Ты не настоящий... - смотрит он на возрастного мужчину. - Ты уже умер, наверное. - Абдул внимательно осмотрел поляну впереди. Там было ещё несколько могил с рядом сидящими людьми. Не спешным шагом он подошёл к ним. - Кто вы все такие? - таблички их надгробий были с одинаковыми фамилиями. Разные только имена. Мы - твои самые близкие люди. - Отвечает старушка, в Плотке и длинном узком платье. - Что ты несёшь, бабуля. - мужчина подскочил к ней поближе, пытаясь прочесть имя. - У меня не было русских друзей. Я из Германии. - Нет. Здесь твоя родина. - отвечает рослый мужчина у соседней могилы. - Да какого чёрта, вы меня с кем-то путаете? - Абдул достал гаджет и начал искать своё местоположение. Пустота. Карты показывали пустоту по всей Земле. - Скажите парню, как домой уйти. - донёсся сзади ещё один старушечий голос. - он резко встрепенулся и подошёл к незнакомке. Лицо её во мраке, казалось каменным. Губы синие. Глаза блестят, отражая близкий к ней туман. - Вон твоя тропинка. - Указывает она прямо в кусты. - Плохо у нас тут чтили? Ну поди туда. Тебя там родители ждут. - Что? - Абдул со всех ног ринулся в указанное ей место. - Возвращайся потом. - добавил ему в след мужчина. - Нам тоскливо. - Перейдя через кусты, он вышел на ещё одну тропу. Долго идя по ней, он всё же вышел на дорогу. Ту самую улицу, от куда он заходил, только, с другой стороны. Осенняя листва шелестит у него под ногами. Ровно высаженная аллея идёт вдоль поляны. Вдруг, резко наступил день, но солнца не видно. Он шёл не по поляне, а по краю большого холма. На пару мгновений, него дунул ветер, с ливневым дождём. И снова прекратился. Его гаджет вибрирует от уведомления. - Наконец то. - думает он, мигом вынув его из грудного отсека. 'Снизьте вычислительную нагрузку. Заряд не успевает восстанавливаться' - Что? - как вкопанный остановился он, посмотрев на время. Цифровые часы мигали с неимоверной скоростью. Так быстро, что цифры не было видно. Они просто слились воедино. А крайняя левая, была, чуть тусклей остальных. Он оторвал свой взор, выйдя из аллеи. Его окутал чёрный едкий дым. Перед ним стоял дом, полыхающий ярким пламенем. Оттуда разносились непонятные возгласы и крики. Быстрым шагом, Абдул направился туда. Его дорогу перебегает горящий кот, выбежавший со двора. Подойдя к забору, он увидел женщину в окне первого этажа. Она стояла прямо в огне, оперившись руками в стекло. Увидев Абдула, с сумасшедшей улыбкой, она начала лизать раскалённое стекло. Похоже, она не нуждалась в спасении. Тут мне не место, подумал он и хотел было пойти по улице, как она резко начала наливаться тем же калейдоскопом, что и в прошлый раз. Раздалась неразборчивая детская песенка. У соседнего дома, обычный ребёнок качался на качели. Из неоткуда, мимо него проходит мальчик. Он мерцал небольшими полу видимыми волнами, медленно плывущими поперёк его тела. За спиной был школьный рюкзак. Он снял его и положил на парту, что стояла прямо в обочине. В глазах немного двоилось. Как будто это место слилось с каким-то другим. Так и есть. Парень сидел в окружении других детей и что-то рисовал. Они кидали в него разными предметами и громко смеялись. К ним подходит женщина и что-то объясняет. Её почти не слышно. Голос, еле доносится, словно эхо из замкнутого пространства. Парень-изгой встал и захватил свой рюкзак. Он шёл уже в другом помещении, которое светилось на этой же обочине. Сев за стол, в одиночестве, он продолжил что-то писать. На полке его стола, в ряд стояли учебные книги. Он доставал одну за другой, и кропотливо листал их. Абдул подошёл к мальчику в упор. - Что ты делаешь? - спросил он его. Парень посмотрел на него грозным видом и что-то крикнул. Как оказалось, он кричал не ему. Соскочив со стула, мальчишка выбежал во двор. Цвета всё больше наливались красками. Окружающая атмосфера стала совсем натуралистичная. Тело Абдула резко расслабилось, и он упал без чувств... Грусть окутала его с головой. Парень продолжает бежать по дороге в замедленном виде. Он резал длинной катаной всех, кого видел на своём пути. Сначала люди противостояли ему. Затем убегали... Потом просто пытались успокоить его... а он всё кромсал и кромсал их на части. Теперь они умоляют. Они рыдают, но он не останавливается. Тяжёлые шаги разносятся от пола деревянной террасы, возле стеклянной голубой витрины. Тяжело дыша, мальчик идёт с опущенной головой. Он посмотрел налево, через стекло. Там, так же, словно в отражении напротив него шла девочка. Она тоже повернулась на него, и улыбнулась, медленно продолжая идти. Парень отвернулся, продолжая глядеть себе под ноги. Это уже не парень. Это взрослый мужчина. Он... так похож на Диа Муспирини, только с обычным, нормального цвета лицом. Снова повернув голову, к стеклянной стене, он ничего не увидел. Пустое отражение. В его руках была кровавая катана. Он побежал. По очереди врываясь во все дома у него на пути. Там никого нет. На улице тоже. В ярости, он побежал в поле, надеясь найти кого-нибудь там. Но нет. Не было больше ни птиц, ни зверей, ни даже насекомых. С громкими воплями он выбросил клинок и упал на колени. Всё вокруг начало исчезать. Исчезла трава. Исчезли леса. Исчезло небо и земля. Теперь он в космосе. Один в безвоздушном пространстве в окружении звёзд. Но это длилось не долго. Одна за другой, потухли и звёзды. Все галактики и весь свет. Наверное, все умерли, закрыв глаза думает паренёк. А что, если умер я? Он открыл глаза и мир обратно наливался светом. Он ворвался в свою комнату и сел за стол. Немного подумав, парень встал, откинув стул назад. - Это мой мир! - Одним движением руки, он сбросил все книги, что стояли на его полке. Он положил туда новую стопку. Джефри Рихтер по си шарп, си плюс плюс и тому подобные. Открыв свой ноутбук, он безустанно печатал. Время ускорилось. Его образ жизни не менялся несколько дней. Спать, есть, печатать. Спать, есть, печатать. Впервые за долгое время, на нём появилась улыбка. Он вводит название своего проекта, перед отправкой в интернет. 'Эмулятор windows10/ Время пришло / Бесконечная энергия и вычислительная мощь' Как и Сэм, в ожидании ответа, он наткнулся на тест от Джузип. Со всех ног, Абдул отправился обратно к аллее. И парень побежал вместе с ним. Он понял, что он сам становится этим парнем. Наблюдая, он постепенно перевоплощается в него. Быстро бросив взор на большое ущелье, метров сто глубиной, с резким спуском, упирающееся в другой холм. Он пытался как-то отвлечься, вернуться в себя настоящего. Там была река. Она очень далеко, но в этой тишине, её журчание доносится за километры. Рядом с рекой стояли дома, вдоль всего ущелья. Отсюда он увидел незнакомые места локации 'Пристанища мятежников'. На соседнем холме тоже складывались яркие фигурки. Они поглощали всё вокруг и двигались по направлению к нему. Теперь он окружён. - Идиии... - опять тот голос! - Идии ко мнеее... - Нет! - Абдул продолжает сломя голову нестись вдоль Аллеи. Сухие листья начали подлетать вверх и кружить возле него, как в невесомости. С впереди стоящего дерева спрыгнул огромный монстр, преградив ему путь. Он на двух ногах, но больше похож на какое-то животное, чем человека. Мощное туловище, напоминало быка. На нём одет коричневый плащ. И, что-то вроде доспехов, на ногах. А голове, огромный, пупырчатый, оранжевый панцирь. Из-за разноцветных выпуклостей не было понятно где глаза, где рот, и были ли они вообще. Длинная морщинистая шея. Его голова качается на ней в разные стороны, как на пружинке. Резко развернувшись, Абдул хотел сменить курс, но его ноги прилипли к земле. Они втянулись и уменьшились, как маленькие ниточки. Он поднёс к своему лицу руку, и она на его глазах стала мизерной. Но она не уменьшилась. Она будто просто отдалилась. По всему телу пошли прозрачные пятна. Он исчез... его за шею держит рука с ребристыми контурами. Знакомый фонтан. В глазах ещё мутно. Он еле волочил ноги, находясь на той площадке, где оставил летатель. Он был у входа. Его сопровождали Моджаи. Один, скрутив его, куда-то вёл держа за шею. Другой просто двигался рядом. Они закинули его в свой летающий корабль. Две статуи, снова скрестили свои копья, преградив путь в 'Реальность газавата'. На голову Абдула надели какую-то квадратную коробку. Она плотно сплела его шею разными механизмами. Он больше ничего не видел. Он только слышал, что они улетают отсюда. Его рот показан крупным планом. Это чёрное лицо, старательно быстро чавкало. С закрытыми глазами, Диа Муспирини сидел под крэком в своём борделе Аль-Кунбада. Он с головой погрузился в себя. В его руке были китайские палочки для еды. На красном большом диване, рядом не было никого. Перед ним стоял длинный стол... на столе, спиной кверху лежал человек. Вернее, тело. Это мужское тело. Открыв глаза, он потянул к нему свою руку и просунул палочки в одно из отверстий. Вся его спина покрыта глубокими вырезами, в которых лежала крупная клубника. Он вынул кровавую ягоду, и медленно положил её себе в рот. Смачно пережёвывая, он снова закрыл глаза. К нему подходит неизвестный: - Эй, очнись, - встал напротив него чувак. Диа тут же открыл глаза и приподнял голову. - Они сказали, что у них мало места. - О чём ты? - достаёт он следующую ягоду из плоти. - Ну ты спрашивал про начало. Читаны говорят, у них нет места для точки сбора. Не имею представления, что это значит. Но они расстроены не меньше тебя, Диа. - С чего бы им расстраиваться? - в злобе выкинул он палочки. - Теперь они думают, что я предал их. Они так просто это не оставят. И мне не скрыться от них. - А где Абдул? - спрашивает незнакомец. Муспирини схватился одной рукой за волосы лежащего перед ним тела, приподняв голову и повернув лицом. - Оу. - тот скорчившись отвернулся. - Но, как он вышел оттуда? - Оттуда легко выйти, дурачок. Ты лучше скажи мне, почему его не успело поглотить?! - Они говорят, чтобы всё влезло, вход должен быть привязан к действительности. Я не знаю, что это значит! Поговори с Мэтом. - Этот сукин сын влез в моё сознание! - Диа встал с дивана. - Я доверял ему больше всех, а он чуть не убил меня! И ещё и подставил! - бешённый парень перевернул стол с трупом. - Спокойней, спокойней. - отпрыгнул он немного назад. -Может он не хотел. - Всю мою грёбаную жизнь. Все, кому когда-либо доверял я, предали меня, - он подошёл этому парню и смотрел сквозь его душу. Вдруг, к ним подбегает барменша: - Что происходит? - словно предъявляет им не совсем трезвая девушка показывая свой гаджет. - Отвали, - даже не посмотрел в экран Диа. - Нам нужен король, - врываются в здание гвардейцы, расталкивая встречных людей. - Мой повелитель! - увидел один из них парня с чёрным лицом. - Что-то нехорошее происходит в сети, - он тоже показывает ему свой планшет. - Это не в сети. Это везде, - доносится из-под маски голос другого. - Это обращение Сэма Велторса к вам. Оно никак не убирается. Мы не можем даже выключить свои устройства. Похоже он взломал всех нас, - Недолго думая, тот вырвал у него из рук устройство и прочитал сам: 'Ты очень нужен Сэму, Николас. Свяжись со мной. Дай нам последний шанс' - Чушь собачья, - усмехаясь Диа сел обратно на диван. - С чего вы взяли, что это Велторс? - А какой ещё Сэм сделает это? - усмехается барменша в расстёгнутой рубашке, с чёрным бюстгальтером на виду. - Чёртов хакер похоже в опасности, - недовольная пошла она за стойку, быстро перешагнув труп Абдула. - Почему Никалас? Дебильное имя. Даже в паспорте было по-другому. - Продолжает парень с чёрным лицом. Меня зовут Диа. Шейх Диа, - гордо сложил он ногу на ногу и откинул руки на мягкую спинку. - Уберите этот кусок дерьма и проваливайте от сюда. - Гвардейцы подняли голую мужскую тушку и покинули зал. Взяв свой гаджет, он увидел ту же картину. - Чёрт, как мне с тобой теперь связаться, недоумок. Как ИПО допустили такое. - Через несколько секунд, всё вернулось на свои места, и перед ним всплыло меню главного экрана. Он быстро что-то ввёл и отбросил устройство на диван. Затем забросился какими-то таблетками и снова закрыл глаза. Перед ним мелькали разные картинки. Громкие, непонятные звуки. Сэм довольный сидел у себя в офисе. Он доволен просто тем фактом, что ИПО не перехватили его взлом. На мгновения, он почувствовал себя компьютерным богом. Но он понимал, что эта минутка славы имеет и негативные черты. Например, не очень-то и хотелось бы, чтобы это видели прямо все. Мало ли кто и в чьих интересах работает. Если Цзума - создал образ Муспирини, это значит, что кому-то на руку такой расклад. И, исходя из идеологии, не сложно догадаться кому. А вот с президентом Джонсоном всё куда сложнее. В ИПО знали про конфликт Вашингтона с Милманом. Они подставили большую фигуру, участвующую в калифорнийских разработках, чтобы у других не возникло сомнения, насчёт настоящего заказчика. А глупая подстава с Шоном - всего лишь уловка, для отвлечения внимания, со стороны губернатора. Идея с двойной подставой, не такая уж и сложная, думает Сэм. Однако, в этом ещё предстоит убедить правительство. По крайней мере, над этим уже пусть работает Даймок, и младший брат по разуму - Глэйсон. А ему предстоит заняться куда более сложным делом. Как только его сообщение пропало со всех экранов лаборатории, Сэм обзвонил всех знакомых, убедившись, что у них оно тоже было. Потом он собрался. Собрался и был наготове, в любой момент отправиться в любую точку мира. Если Цзума ещё жив, он точно видел. Оставалось только ждать и надеяться. Не прошло и двух минут, как в его сообщениях появилось то, что он искал, среди сотен бесполезных уведомлений. Письмо от незнакомого имени: 'Встретимся в АГ у 2 поста, на нейтральной территории, завтра в 10:00. Только ты и я' Сэм никому не показывал это сообщение. Оно и не стоило того. Однако, он был уверен почти на сто процентов, что это Николас. И то, что территория АГ для него теперь нейтральная, полностью развеяло сомнения в его причастности к проекту УЭ. Сэм не знал, чего ждать от нового Цзумы. Он не знал даже, не хочет ли он его убить? И как обращаться к нему по имени. Поднявшись в свою комнату, он долго думал, лёжа на кровати. Он не отвечал на звонки, ни с кем не говорил. Просто смотрел в одну точку. В терзающих его сомнениях, Сэм быстро соскочил с кровати и взял стакан сока что был на столешнице, вдоль спальни. Цзума пил из такого же стакана. Сидя в своей резиденции, он выкинул упаковки с таблетками, что крепко сжимал в кулаке и сильно зажмурился. Всё его тело начало слоиться, как чешуя. Вращаясь, как длинная палка, он потерялся в пространстве. Уже, как верёвка, изгибаясь, он подхватил Землю. Он обмотал весь земной шар и закружил его вокруг темноты, своей оси. Затем резко отпустил. Земля улетела и врезалась в огромное Солнце с маленьким всплеском раскалённой материи. С тем же всплеском, Сэм поставил стакан своего оранжевого сока на стол. Неспешным, но уверенным шагом он вышел из лаборатории. Нахмуренный и немного потерянный взгляд. По пути он снял свой чёрный, лётный костюм с бронированными пластинами и бросил его в ангаре с летателем D-класса. Рядом с ним, еле заметно что-то мелькнуло. Будто какая-то серая тень резко вылетела из его тела, и исчезла в ту же секунду. Чёрные пятна на лице начали быстро стягиваться. Лицо Цзумы стало обычным. Он на машине ехал вдоль одной из городских улиц, и остановился напротив здания больницы. Войдя туда, он шёл по коридору. Проходя мимо кабинетов с надписями: 'для бюджетников', 'платный приём', 'для крутых ребят'. Зайдя в последнюю дверь, его с улыбкой встретил стоматолог. Зубы на месте и сросся язык. Он вылез из камеры инкубатора и что-то сказав врачу, с улыбкой вышел на улицу. Проходящие мимо шахиды недоумевают. Как будто они впервые видят его таким. Сев в свой летатель, он отправился в Арабскую губернию, на пост 2, что вблизи города Абу-Даби. Это автомобильная парковка в маленьком тропическом парке, посреди пустыни. Увидев внизу шарообразный корабль, он приземлился в том же месте. Сэм первый вышел из судна. Его внешний вид говорил, что он готов отдаться на растерзание. Ну, вроде не обманул. Вроде он здесь один. Вот и сворачивается дверь второго летателя. Цзума осторожно смотрит по сторонам. В отличие от Сэма, он в военной Джузип экипировке. Увидев его, впервые за 6 лет, Сэм немного растерялся. Он просто молча смотрел с головы до ног, вспоминая его образ с последней встречи. Когда тот заметил, что Сэм на него смотрит, тут же остановился. Он тоже внимательно всмотрелся и усмехнувшись подошёл в упор. - Давай не будем о внешних изменениях, - начал Цзума. - Я не изменился, ты не изменился. - улыбаясь отвечает ему Сэм. - Хотя нет. Твоя задница стала толще. - А ты только на неё и смотришь? - Я говорю в целом о тебе. - Ну спасибо... Сэм положил руку ему на плечо, - затем подошёл ещё ближе, и они обнялись. Из локтя Цзумы выдвинулась пушка. Он наставил её в бок Сэму. - Прости, меня, парень. Я должен был намного раньше сделать это. - Ничего страшного, я сам виноват, - Уже готовившись выстрелить, в последний момент он спрятал оружие. Сжал кулак что есть мочи и врезал ему под ребро. - Уф, - выдохнул, согнувшись от неожиданности Сэм. - Что ты делаешь, балван. - Попрощайся с жизнью, идиот. - он снова выдвинул пушку и наставил на лежачего парня. Тот молча ползёт от него спиной вперёд. - Что с тобой? - недоумевает Сэм. - Я безоружен. - трясёт он поднятыми вверх ладонями. - У меня всё дерьмово. Всегда было всё дерьмово. - Остановись. Только вместе мы получим то, что хотим, - вытянул он одну руку, пытаясь успокоить его, облокотившись на другую. - Зачем? Зачем тебе это надо? - Ты ни хрена не понимаешь! - в гневе стукнул он себя по колену оружием. - Я так хотел войти в этот чёртов межпланетный союз. Я разработал для них уникальные коды! И никакого толка. Союз Пхэйт - кусок дерьма, так же, как и наш мир, повязший в бизнесе и скудоумии. Мне не нужны их деньги. Но они не могут мне дать ничего кроме них. Только коммерческие продукты! Бесполезные аксессуары! - А что ты хотел? - пытается встать Сэм. - Всё логично. Код в обмен на код. Если бы они имели то, что ты от них хотел, они бы вообще не связывались с тобой. - Наконец встал он в полный рост. - Мы сами можем разгадать все загадки. И наша самая большая ошибка в том, что мы не там ищем ответы. Не нужно смотреть в далёкие галактики. Не нужно ждать помощи от беспомощного. Всё сущее всегда было у нас под носом. - он медленно опускает руку Цзумы. - Давай разберёмся с этими нелепыми недоразумениями. Зачем тебе нужен этот уральский эмират? Зачем ты служишь империи пяти оазисов? Зачем ты уничтожил Москву? Ты угрожал Нью-Йорку, а когда-то называл его любимым городом. - Это был не я! - он убрал пушку и схватился за голову. - Оправдываешься? - уже уверенно чувствует себя Сэм. - Нет. Они заставили меня. Они превратили меня в чудовище! И я не вру. Мне незачем оправдываться. Я и до этого был самый грешный человек на этой чёртовой планете. Сейчас, я наверное, злодей вселенского масштаба. - И как же ты допустил это. Ты готов приехать туда и извиниться? Посмотреть на результат своей работы. - Нет. Это бессмысленно. Я оценил ущерб инфраструктуры, и..., наверное, там много погибших. - Миллионы. Лучше тебе не вдаваться в подробности. Но, то, что творилось в этом эмирате, вообще за гранью моего понимания. Если это не демон вселился в тебя, то нет тебе прощения. - Николай глубоко задышал, будто вот-вот заплачет: - Я не могу сказать, что это был не я. Мои мысли. Я больше не мог их контролировать. Скорее, это тёмная сторона меня. Словно в пьяном сне, я прибывал в глубокой депрессии. И всё после того, как я съездил в Аль-Макка, в двадцать седьмом году. Вся моя ненависть, что копилась долгие годы выплеснулась в один момент. Я бы никогда не допустил этого. Но, у них были другие планы. И я расскажу тебе, что произошло в тот роковой день.

Святилище Медина, ИПО, 2027

Нам сейчас не хватает специалистов вроде тебя, Николас. - говорит ему неприметно одетый мужчина по пути в огромный красочный дворец. Эти тонкие, высокие башни, с вытянутыми блестящими крышами, очень плотно стоят друг к другу, будто срисованные из волшебной сказки. Это перестроенный Масджид ан-Набави. Крупнейшая городская мечеть и до этого славилась своей красотой. Но, с новыми технологиями, шейхи дали волю воображению. - Сначала я хочу услышать предложение. - говорит он. - Я свободный агент, и вам нужно постараться, чтобы заинтересовать меня. - заранее набивает себе цену Цзума. - Всё будет. Они дадут тебе то, о чём ты и не мечтал. - мужчина проводил его до первого входа и остановился. Из высоких арочных ворот выходит странное создание. Это не человек. Длинный и тощий мутант. Его ноги перемещаются перекатом, не отрываясь от земли. И сильно подгибаются. Ещё бы, судя по всему, у него два коленных сустава на каждую ногу. Один сгиб его ног, как у людей, вперёд, а другой - назад, как задние копыта четвероногих млекопитающих. - Приветствую тебя, чужестранец. Будь нашим почтенным гостем, - говорит он грубым хриплым голосом. Они вместе вошли во внутрь этого строительного комплекса. - Сейчас идёт священный месяц Рамадан, и наши владыки готовы пойти на любые вменяемые условия. Ты не первый, кто вступает в наши ряды. И ты не будешь последним. - Они проходят по большой площади, декоративно украшенной разными узорами. На высоких каменных подставках, стояли густые, зелёные деревья. Они вошли в большое круглое строение по середине. За большими длинными столами, там сидело много людей. На столах не было ничего, кроме воды. Они о чём-то разговаривали, но как только вошёл Цзума, они замерли. Все, как один посмотрели в его сторону. - Пойди сюда, парень, - раздался приятный голос из центра зала. Его позвал ряженный, как генерал, весь в орденах, с чёрной косматой головой и густой бородой, мужчина. Подойдя к нему ближе, он оказался неестественно огромен. Сидя на скамье, он был такой же, как стоящий человек в полный рост. - Меня зовут Алаян. Наверное, ты уже наслышан обо мне. - Парень молча ему кивает. Между тем, один из шейхов предлагает бокал воды. Он взял, и пивнул разок для приличия. - Я вижу у тебя трудные времена. Доверься мне и моим братьям. И мы укажем тебе путь истинный. - Давайте своё предложение, - говорит ему Цзума. - Ты должен взять под контроль северные земли. Привнести туда наш отпечаток. - К нему подошла женщина в длинном сером платье и клетчатом фиолетовом хиджабе. Она положила одну руку ему на плечо. - Познакомься с моей первой женой. Минура. Она чтит мои законы шариата. - Твои? - недоумевая парень смотрит на остальных, - Я думал, они написаны ещё в шестом или седьмом веке. - В седьмом. В ночь аль-Кадр Коран уже был в первозданном виде. Но это не важно. Твоя душа скитается в забвении. И всё равно мы найдём тебе достойное место. - Мне не нужно место. Я пришёл сюда наёмником, а не рабом. - Женщина в фиолетовом платке злобно усмехнулась. Она что-то прошептала на ухо этому гиганту и подошла к парню в упор. - А ты горяч, чужеземец. - Она поднесла свою руку к его лицу, но не прикоснулась. - Все мы рабы Аллаха. - Она закрыла глаза, продолжая стоять лицом к лицу. - Ты всегда хотел повелевать своими землями. Неправда ли? - Я не понимаю вас, - отступил он пару шагов назад. - Всё просто. Твоя миссия заключается в смене режима в твоих родных краях. Запрягаешь уральских свиней и вспахиваешь ими землю до самой Москоляндии, а мы платим тебе всем, что у нас есть, - идёт она за ним, шёпотом говоря прямо в лицо. - Я не политик и тем более не диктатор. Вам программисты часом не нужны? - Нам нужен ты, - остановилась наконец она. - Ты превратишь свои загнившие города в сказку. Столица Урала воссияет выше всех кяфирских, вместе взятых. Ты будешь волен своим желаниям. Сможешь создать и произвести любую технологию. Как мечтал в детстве. - Интересно, - переступался он с места на место, - Если вы дадите мне хорошую команду, почему бы и нет. - Вот и прекрасно. - продолжает она неподвижно стоять. - Ну, и с чего начать? - он смотрит в её карие глаза с густыми ресницами. - Начни с себя. Ты должен присягнуть на верность новому своду ИШат, как и все мы. - она отошла назад к сидящим шейхам. Они нахмурились выражая недовольство. - Как же насчёт контрактных обязательств? Я, что, навсегда перехожу на верность к вам? - А почему бы и нет, - довольно подняла она брови. - Ты всеми отверженный изгой. Может, ты хочешь вернуться в Джузип? - все присутствующие стали какие-то размытые. Они медленно двигались и вообще не обращали внимания на разговор. Исчезли все посторонние звуки. Доносилось только её дыхание. - Я дам тебе всё, что пожелаешь. Любая помощь. Оборудование, персонал. Всё. - Сядь на место! - поднял перед собой руки один из шейхов. В ушах раздался протяжный звон. Окружающие звуки тут же вернулись. Он соскочил, со скамьи и его лицо засветилось, как лампа тусклым синим цветом. Из его глаз вылезли красные, толстые нити, как когти, хищной птицы. Они шевелились с громким отвратительным скрипом. Его сжатые кулаки начали трястись, и из них пошёл густой белый дым, с мелькающими жёлтыми искрами. Цзума испугался и выставив глаза, попятился назад. - Что она ему сказала? - между делом спрашивают другие шейхи друг друга. - Что здесь происходит? - смотрит на Алаяна перепугавшийся парень. - Тот будто погрузился в анабиоз. Смотрит в одну точку и не на что не реагирует. - Не отвлекай их! - крикнул на него рядом сидящий мужчина. Остальные соскакивать со своих мест. Они все столпились здесь и бормотали разные молитвы себе под нос. Тот, у которого вылезли из глазниц проволоки, направил руку на Минуру. И медленно начал тянуть её к себе. Из женщины вылетела её собственная тень и впиталась в его задымлённую руку. Затем ещё одна тень. И ещё. Десятки силуэтов вырываются из неё, будто злые духи и впитываются во всех присутствующих. Наконец, Алаян зашевелился. Он медленно огляделся по сторонам. Все шейхи сели на места. А у которого были страшные глаза, приняли нормальный вид. Минура продолжила стоять, как ни в чём небывало. - Что, опять? - испуганно смотрит она на своего мужа, будто не понела, что только что произошло. - Иди сюда, красавица. Всё обошлось. - протянул ей руку Алаян. Она бросилась в его объятья. Он погладил её по голове. Затем подбежали его остальные жёны, и помогли Минуре сесть за стол. - Она больна. - обращается он к Цзуме. - Она больна страшной болезнью. В неё вселился джинн. Самый древний и самый могущественный. Но, я не могу её убить. Потому что люблю. - Что ты врёшь! - соскочила Минура с места, закричав чудовищным голосом. - Я ненавижу джиннов! Скажи ему, кто я на самом деле! - Её вдруг резко перекосило. Она стала резко дёргаться. Кости начали трещать. Загибая шею в разные стороны, она опять вышла в центр. - В отличие от всех них, моё имя знает каждый на этой земле. Я спослано Аллахом, чтобы защитить вас. Они истинные демоны. Пастухи сатаны. Затачили меня в этом отвратительном ряженом животном. - Она сдёрнула с себя хиджаб и разорвала платье на груди. Алаян взялся за голову рукой и, погружённый в мыслях наклонился над столом. Прейдя в себя, женщина снова села. Ей тут же одели новый, такой же головной убор. - Тебе кажется, что мы просто сидим. - поднял свою большую кучерявую голову Меддинский пастух. - Но, мы без престранно боремся с этим чудовищем. В данный момент у нас идёт настоящая война в других измерения. Что есть сил, мы пытаемся контролировать эту сущность. Она успела что-то сказать тебе, но мы этого не слышали. После судного дня, оно сделает этот мир частью ада. Она может манипулировать каждым смертным, даже будучи в заточении. Будь осторожен, борись, не поддавайся на провокации. - Я просто в шоке. - смотрит на неё не отрывая глаз Цзума. - Неужели это правда? Все эти демоны существуют. - Да. И лучше тебе побыстрей покинуть это место. Нам повезло, что мы поймали его. Теперь, мы не сводим с него глаз. Нам нужна помощь избранных, чтобы бороться с внешним миром. - продолжает Алаян. - Умных и стойких вроде тебя. На нас злятся другие страны, за то что больше не могут за счёт нас зарабатывать деньги. Мы не считаем себя обязанными выкачивать для них нефть. С нашими способностями, она нам больше не нужна. Когда я был единственным пастухом, то ещё мог заниматься внешними делами. Но сейчас, я пасу слишком большое стадо нечисти, преждевременно врывающихся с других миров, и не успеваю дать отпор Альянсу. Мы нуждаемся в защите. Наши воины Каратели помогут тебе в этом. Если ты думаешь, эффективнее входить в какие-то межпланетные союзы. Что ж, дело твоё, но там мы тебе не поможем. - Да от куда вы всё это знаете, мать вашу? Кто-то слил мою биографию в тончайших подробностях? - Ты сам слил её ещё до своего рождения, - отвечает ему Мединский пастух. - Вы смеётесь надо мной! - занервничал паренёк. - Полная власть, в обмен на верность. Не вижу ничего смешного. Мы нуждаемся в помощи, но мы не должны никого убивать, - попил водичку один из шейхов. - Мы не устраиваем воины. Мы только защищаемся. - Николай немного задумался. - Именно. - поправила перчатки на руках Минура. - Об этом я и говорю. Наведёшь шороху в восточной Европе, отвлечёшь от нас внимание, заодно удовлетворишь свои буйные фантазии. - Что ж, я согласен. По рукам. Значит, взять под контроль уральские земли и вырезать там всю нечисть. - Какой хороший мальчик. Теперь ты понял условия сделки. Да, она немного необычная. Не в денежном эквиваленте. Ты даёшь нам свою душу, а мы тебе безграничные возможности, которыми ты можешь пользоваться в любом ключе. Договорились, - прищурившись смотрит он на неё. Пойдя обратно, он чувствовал, что их предложение, либо то, что он действительно хочет, либо над ним насмехаются. Но, если это всё правда, то это какое-то безумие... В порыве гнева и отчаяния, как и у всех людей, его эмоции брали вверх, но только в мыслях. Только на словах. Он отдавал отсчёт своим действиям, и в глубине души понимал, что это сумасшествие. Воплощение детских обид в реальность. Он хотел создать собственное государство только для того, чтобы издеваться над людьми. Чтобы отомстить за свою сломанную судьбу. И, даже в такой, очередной переломный момент жизни, его окутали сомнения. Но, когда так сладко соблазняют, обещая фантастическое вознаграждение, и исполнение любых прихотей, за выполнение собственной мечты, просто невозможно не пойти на попятную. Не сломлен духом, или просто струсил. В нём точно осталось что-то человеческое, и покидая площадь, он уже придумывал, как можно мирно решить проблему. Как можно обмануть их. Поднимаясь к выходу, возле последних арочных колонн, его шёпотом позвала симпатичная молодая девушка. Она одета не подобающе здешним местам. В коротких джинсовых шортах и чёрной обтягивающей кофточке. - Подождите пожалуйста, - вежливо она обратилась. Николай остановился. - Я знаю, что вы сделаете всё, как они просят, не правда ли? - Тебе то какая разница, - с призрением собирается он пойти дальше. - Они убьют меня, если ты ослушаешься. - Что ты несёшь? - Это правда, - она быстро посмотрела назад, убедившись, что по близости никого. - У них уже такая традиция. Каждый раз, когда их деловые партнёры отказываются сотрудничать, они казнят своих наложниц. В знак поражения. - Подумаешь - жертвоприношение. Тоже мне, - он продолжил идти на выход. - Пожалуйста, умоляю. - она загородила ему путь, и схватив за руку повела в сторону золотых фонтанов и маленьких круглых столов, в отдельном ярусе. - Я сделаю всё, что вы хотите. - Что ты можешь дать мне, арабская женщина? - она молча опустила глаза. - Только себя. Сам ответил он на свой вопрос. - Моя жизнь в твоих руках. Решай, как знаешь. - Почему ты так одета? Это Аль-Макка или Лас-Вегас? - Нам разрешено одеваться так. Мы все лишь рабы. Нас не считают людьми. Мы как куклы. Мы здесь для украшения, для людей с западной культурой, вроде тебя. Но, я не зверушка. Я хочу то же, что и все остальные. - Она крепко обняла его за шею и начала целовать. - Ну, раз я обречена, позволь на прощание мне заняться любовью с таким мужчиной, как ты. - Она сняла свои шорты и легла на один из столов. - Нас же заметят, дура. Я не хочу, чтоб меня из-за тебя закидали камнями. - Пытается он вырваться из её рук. - Нет. Тут никого не будет минут десять после захода солнца. Сейчас у них будет Ифтар - ночной обед, во время поста. - Она сама сдёрнула с него штаны. Сняв свои белые трусики, она позволила ему самому просунуть свой пречендал. Внезапно инстинкты затмили его разум. Забыв о всём на свете, словно голодный самец, он раздвинул её ноги... - Оп! Промазал, - улыбаясь смотрит она ему в лицо. Затем, она просто ковырнула пальцем на своём лобке и отклеила весь свой половой орган, словно резиновую наклейку. Её настоящая вагина была намного левей. Ошарашенный парень едва успел натянуть штаны, как сзади раздался знакомый голос: - А ты думал, так просто заняться сексом в Масджид ан-Набави? - Это та женщина в фиолетовом хиджабе. Это была Минура. В её руке длинный волнистый меч. - Интересно, что скажет мой муж на этот счёт. - Она совратила меня, - растерянно оправдывается Николай. - Грязное животное, - одевает та свои шорты. - Вроде из цивилизованного мира. - нахально бурчит на него незнакомка. Минура подняла свой клинок и тщательно осмотрела его с двух сторон. Внезапно... лезвие оказалось в теле, даже не пронзая его. Словно этот момент был пропущен. Она стояла и держалась за рукоять. Меч входил под солнечное сплетение и выходил из спины, сантиметров на тридцать. Кровь медленно стекала по его одежде. - А со мной передёрнуть не желаешь? - другой рукой, она опять сдёрнула хиджаб и взмахнула своими длинными, волнистыми волосами. Парень еле выдавал неразборчивый стон. От её головы чувствовался приятный аромат, даже сквозь ужасную боль. - Она резко выдернула свой меч и бросила его прямо перед рухнувшим на пол телом. Кровь хлынула из него ручьём. Он ещё шевелился, но не мог даже сдвинуться с места. - Ты забыл, кто ты есть на самом деле. - наклонилась она к нему. - Ты забыл, почему ты взял себе имя Цзума. Ты забыл, как они издевались над тобой. Твоя боль не сделала тебя сильнее. - Она макнула свою руку в лужу алой крови и обмазала о его лицо. - И лишь в религии ты найдёшь спасение. Этот день войдёт в историю. Наконец, они поймут цену своей ошибки. Отныне, ты не Николай Цзума. Отныне, ты шейх Диа... Диа Муспирини. Я приказываю тебе отомстить за себя. - Парень уже перестал шевелиться. Его глаза смотрели в одну точку. Она подняла его голову и лизнула щеку. Вся кровь начала затекать обратно. Она втекала прямо в место пореза. На его лице вылезли чёрные вены. Всё лицо покрылось чёрными пятнами. Рана полностью исчезла, но он не подавал признаков жизни. Странные звуки раздались в голове. Похожие на удары дефибриллятора. Пших! Пших! Мутная картинка ни как не соберётся в глазах. Он летел. Он чувствовал, что летел на большой скорости. Это был пассажирский летатель. Рядом сидели неизвестные люди. Они копошились в его теле. Подняв голову, парень увидел, что всё его тело покрыто какой-то эластичной плёнкой. На груди приделан механизм, в виде небольшой железной пластины, с синей мигающей лампочкой. Он не чувствовал ничего. Не одной клетки своего тела. Подняв руки перед лицом, он запаниковал: - Что со мной? Где я? - Успокойтесь, мой повелитель. - раздался голос одного из людей. Он, как и все остальные, был в красной мантии и внимательно следили за состоянием тела. - Мы летим домой. - Какой домой? - словно замороженный заплетается язык. - Похоже, он больше ничего не помнит. - К вам домой. - отвечает неизвестный. Наконец, в глазах перестало двоиться. Передним сидели арабы, одетые как бидуины, только в красном. Чёрные густые бороды, без усов. А на головах, поверх платков короны с редкими высокими прутьями. - Мы спасли вам жизнь. - продолжает тот. - Через пять минут этот восстановитель полностью приведёт в порядок ваш организм. - Он посмотрел в окно. За большой стеклянной дверью мелькали облака. - Лететь нам ещё минут десять. - А куда мы летим? - с меняющейся интонацией еле выдавил он. - В славный город Аль-Кунбад. - Я не знаю такого. - недоумевая, пытается сесть он. - Не шевелитесь, пожалуйста. - положил на него руку этот мужчина. - Наши владыки доверили вам этот город в управлении. Теперь вы главный заседатель. Наш имам и просветитель, великий шейх Диа Муспирини. - Что? Я? - он начал ощупывать себя со всех сторон. Увидев маленькое зеркало на потолке, он обомлел от ужаса. - Почему я чёрный? - его глаза на половину вылезли из орбит. - Что с моими глазами? Почему я не чувствую своего тела?! - Корабль приземлился в центре Екатеринбурга. Они сняли с Николая эту клеёнку и выпустили на улицу. - Наши воины уже ждут вас. - они закрыли дверь и куда-то улетели. - О, гы-гы-гы, вот это прикол, - стоят возле лавочки на тротуаре удивлённые гопники. В их руках были бутылки пива. Они ели семечки и о чём-то переговаривались. - Ауе, братишка! - крикнул один из них, идущему одному парню. - Эй, я тебе говорю, ты, с чёрной мордой! Подойди сюда. - Средь бело дня, они намекают пояснить за внешность. Он остановился и посмотрел на них. - Фарту масти, я рву пасти. - подошёл самый блатной из них. - Слушай, парень, тут это, пацанам надо помочь на зоне. - И, в чём проблема. - собирается он пойти дальше. - В смысле в чём? - он тряхнул своими семечками ему в лицо. - Я же только что сказал, пугало ты крашенное. Доставай, чё есть. - Пощупав рукой у пояса, Цзума выхватил обычный боевой пистолет и стрельнул тому прямо в живот. На улице раздались крики. Прохожие разбегаются по сторонам. - Он подошёл к дерзиле и пнул его пару раз в бок: - Передай пацанам, что таких животных, как вы я вырежу всех до единого. - По верх рекламных вывесок и городских плакатов наклеивались радикальные религиозные призывы. Армия боевиков, неподалёку захватили ещё одну толпу гопорей. Они кидали их в кузов своего пикапа. А в этом кузове была мясорубка. На землю, длинными полосками стекал жирный фарш. Другие солдаты взяли лопаты и ради забавы стали кидаться этой массой в мимо проходящих людей. Город стал преображаться. Все некрасивые дома сносили, а на их месте, инженеры ИПО, а точнее их наёмники, возводили небоскрёбы по технологии универсального кодирования. Когда люди решили пойти на демонстрации против произвола, их просто вырезали, в прямом смысле. Длинными острыми мечами, Королевский отряд раскромсал всех на части, вместе с полицией и спецназом. Они поняли, что связались с нечеловеческой силой. И с тех пор, даже открывать глаза боялись без разрешения.

- Но сейчас-то всё хорошо. - успокаивает его Сэм. - Твоё лицо не чёрное, значит, проклятие спало. - Боюсь, в эти проклятия никто не поверит, - они шли вдоль пышного зелёного сада. - Я и сам не верю в них. Это же был я, и никто не заставлял меня это делать. Я не отдавал отсчёт своим действиям, но, я помню всё, как ясный день. - А я верю. Эти ублюдки завербовали тебя. - Но почему они не завербовали тебя? - они остановились возле уличных сидений с голубыми зонтами. - Они не упустят такую ключевую фигуру, как ты. Им нужны люди вроде нас, и они это признали. - Я уже был там... - присел, спрятавшись от солнца Сэм. - Я был в Мекке. И встречался с Мохаммедом Аль-Бальхиром, вторым пастухом. Он ничего со мной не сделал. - Не может быть, - присел рядом Николай. - Если ты встречался с ними, значит дело уже сделано. Ты уже работаешь на ИПО, пусть даже не осознавая этого. - Нет. Думаю, мне просто повезло, что я не встретил таких озлобленных созданий, вроде этой Минуры. Мы общались только с ним, и никто нам не мешал, вроде бы. Но, мы так и не договорили... - чешет подбородок, вспоминая подробности встречи Сэм. - Я улетел от них без предупреждения, и они устроили погоню. Они могли убить меня, но, почему-то отпустили. - Это странно, - всматривается вдаль Цзума. - Почему меня не отпустили? ...Они не люди. Они знают слишком много. Больше нас и даже больше, чем Джузип. Если им и нужна наша помощь, то лишь в роли сторожевых собак, не более. - И ты так спокойно говоришь об этом? - возмутился Сэм. - Нужно бить тревогу. По всей грёбаной вселенной! Мы должны убедить в этом Шарвей. А они по цепочке раскачают эту колыбель. Пока наконец, мы не приткнёмся к истоку всех этих явлений. - Зная, их предвзятое отношение к нам, это будет сделать не просто. - А у нас есть выбор? - Выбор есть всегда. Не нужно ограничивать себя. - Брось, ты видишь альтернативу? - Поговорить с Купилабой, если он ещё директор. Что вы как дети бегаете друг от друга? Пусть объявит ультиматум, заморозит активы. Неужели он не понимает, что в таких условиях бизнес скоро накроется? - Он открытым текстом послал нас в задницу. Я не хочу иметь дела с этим клоуном. Он из другого теста. Он не даёт творческой свободы, понимаешь. Заставляет выполнять только поставленные им задачи. Но, у нас так не принято. Мы не его подчинённые. Нам не нужны боссы. Тем более, он довольно туповат. Я бы не взял его в свою команду, даже если бы он не был придурком. - Смеётся Сэм. - Сейчас у него другие проблемы, - снова сделал серьёзное лицо. - Они судятся с государственными органами по причине организации монополии. Целая юридическая война, без преувеличения. Армия адвокатов с одной стороны и армия обвинения с другой. Это выглядит забавно со стороны. США из кожи вон лезет, чтобы их засудить. Они даже меняют законы, каждый месяц принимают новые законопроекты, но это им не помогает. Те умудряются выходить сухими из воды. Даже, наоборот, заставляют власти идти на уступки. Например, им разрешены продажи по заниженным и фиксированным ценам в некоторых сферах услуг. В Шарвей нам поставили условия не нарушать законодательство и не настраивать общество против себя. Но, у нас всё с точностью до наоборот. Люди ненавидят нас. И правильно делают. Такими темпами, через пять-шесть лет, рынок будет полностью принадлежать Констант. И они не скрывают, что хотят захватить его. Оставив наше общество без гроша, Джузип перейдут на другие планеты. И так, по цепочке, союзы разоряют всю вселенную. - Проблема отсутствия конкуренции очевидна, - продолжает Николай. - Людей знающих концепцию нового кода очень мало. И все они в одной тусовке. Остальные производственные этапы, не столь важны. Нам нужно подготавливать новых кадров, но, мы не делаем этого. А почему? Внедрять код не так трудно, согласись. Мы справляемся. У нас полно других интересов, помимо подготовки новых спецов. Лишнего времени вообще нет. Лично меня никто ничему не готовил. Я делаю то, что хочу. И лучше я буду осуществлять свои новые мечты, чем мусолить одно и то же. Благодаря такому подходу, я очень много сделал, за эти годы. Узнал множество новых вещей. Может и ты поделишься открытиями? - Конечно, - смеётся Сэм. - Я тоже не страдал фигнёй, понимаешь ли. Это всё из-за тебя, если что. Все замкнулись в себе. Ты настроил так всю команду, в том числе и Азана, когда был директором. Ты внушал нам, чтобы не останавливались на достигнутом. 'Двигайтесь только вперёд. Развивайтесь в своих направлениях. Не суйтесь в зону чужих интересов. Не тратьте время без причины, на объяснения того, что уже знаете. Сами планируйте и сами решайте'. - Было такое. Помню. Тогда я думал, в кротчайшие сроки совершить максимальный рывок, чтобы никто не успел затормозить нас, в целях своей выгоды. - То было лучшее время. Сейчас, вся эта суета с Констант изрядно вымотала меня. И, в отличие от тебя, у меня почти не было свободного времени. Но, как ты знаешь, по тому сообщению, что я вывел на все портативные устройства, я применил новую последовательность. По мне, вполне органичную, даже чтоб выставить на продажу в союз. Видимо есть ещё порох импровизировать на ходу. - Что ж, рад за тебя. Мы вольны выбирать свои дороги. - Ники достал свой гаджет, и внимательно читает с экрана. - Это я насчёт Констант. Я отдохнул от вас, и сохранил бодрость духа. Здорово вы, конечно, придумали с Самоанским офисом. Но, не думай даже, что я вольюсь к вам. За последние годы, я стал более счастлив, чем когда-либо. Я выпустил весь гнев и все обиды. Я написал интересную штуку. Вот зацени, эту хрень купили в Пхэйт на космическом рынке, - он показывает ему своё устройство. Непонятный набор цифр и букв. - И это не единственное, что я продал. Думаю, у в этой архитектуры ещё очень большой потенциал, и её ещё можно использовать в дальнейших разработках. - Ну, объясни, что может быть таким грациозным, - всматривается в незнакомый код Сэм. - В чём суть, - начал Николас. - Мы постоянно пытаемся ускорить процесс выполнения кода. Или, как сказали бы юзеры традиционного кодирования - ускорить компиляцию. Так вот. С тех пор, как наша универсальная система стала универсальной, мы ускорили её в неимоверное количество раз. Но, она всё равно не максимальна. И, как ты знаешь, выжать максимум невозможно, до тех пор, пока не привяжутся все существующие комбинации. Я просто заставил работать систему в двух направлениях. Ряды расхождения можно заведомо считать, как сходящиеся, в ещё не существующем решении. Матрица состоит из соприкасающихся вершинами тетраэдров. Они имеют два направления возможного начала. Если ты разбивал их. Первое направление - это первый сдвиг. Оно задаёт параметр относительного движения. Второе направление всегда меньше, если двигаться из любой другой вершины, навстречу первому сдвигу. Это значит то, что мы можем считать второе направление, как продолжение первого. Понимаешь? Эти условия не входят в первоначальные. Они имитируются по соотношению прямого и обратного положения фиксированных величин. Проще говоря, я сделал любое направление движения правильным, на уровне конкретных последовательностей. - Просто взял два противоположных начала и увеличил систему, не входящую в условия. Смотри-ка, а ведь я делал почти так же, только вручную, - взял его гаджет в свои руки Сэм. - Я создавал искусственные условия. То есть последовательность для них. И решение вне системы тоже входило на несколько этапов вперёд, конкретизируясь при выводе. Когда независимые уравнения замыкались в общую цепочку. - Детский сад, - иронизирует парень. - На самом деле у нас четыре начала, как ты знаешь. - Понятно. Я образно говорю. - Выходит, я превзошёл тебя. - Встал с сиденья Николай. - Пора думать, как объединить направления в единичном расширении. - А кроме этого, ты ещё что-то сделал? - Нет. По-твоему, этого мало? - Я заработал миллиард Нупий только на этой херне. - Да мне плевать на заработки. - Сэм тоже встал, и они пошли в сторону своих летателей. - Ещё напомни, что ты самый богатый в мире. Я вгрохал два миллиарда в проект Патоген17 и ещё пол миллиарда в парочку интересных проектов. А что толку сидеть на этих деньгах? Я занимаюсь познанием и нововведениями, а не бессмысленным бизнесом в отличие от Джузип и нынешнего гендиректора. Возможно, когда-нибудь я стану банкротом, но для меня важней покончить с теорией алгоритмов, чем считать нули банковского счёта. - Узнаю старого доброго Сэма. Энтузиаст. Даже в Шарвей не покончили с этим, куда ты лезешь, - возразил Цзума. - Для меня деньги тоже не в приоритете. Просто, меня обеспечивали ИПО и мне некуда их было тратить. - А что тебе Шарвей? Равняешься на них? Ты вперёд их загнал разносторонние условия в Пхэйт. Выходит, они тупицы, такие же, как и люди. - Да уж. Ностальгия. Помню, как мы потешались над людьми за их неординарные умственные способности. Бедолаги до сих пор, наверное, в SLR компилируют. Не перестаю удивляться, как они пользуются этими библиотеками? Это ж на сколько нужно не понимать, что ты делаешь. Оптимизировать точки взаимодействия, но не оптимизировать маршрут. Это всё равно, что пытаться выкопать яму, тыкая в землю черенком. - Ага, не желаешь преподавателем пойти в Калифорнию. Там как раз изучают самые азы. - Да пошли они нахрен, - остановился у своего судна парень. - Я ни за что не буду обучать кого-то, чему-то, если это не поможет мне в выполнении моих задач. Лучше скажи, куда мне сейчас ехать. - Чувствую на Самоа, меня не особо заждались, а возвращаться во мрак я уже не думаю. - Это даже не обсуждается, приятель, - похлопал его по плечу Сэм. - Мы едем ко мне домой, там тебя ждёт офигительный сюрприз. Мы собрали эту треугольную сетку и внедрили в неё самоуправляемую комбинированную биоструктуру, с исходниками прототипов, с функцией обмена, как говорит Мандэсо. Это любые живые организмы с обменом энергии. Образец B1A1. Он может генерировать несуществующие решения, как в генах, так и в нейросетях, в физически не привязанной области. Но, один чудик, вроде как из ИПО, поделился с нами вирусами серии 'Лампа'. Не спрашивай менякто это, и зачем он это сделал. Файлы уже скинуты. Мы изучим их и реконструируем. Думаю, с их помощью, без преувеличения, можно выйти на новую ступень эволюции.


## Обратный отсчёт


Постепенно, мир погружается в безумие. ИПО по большей части суши распылили волшебные вирусы, двух модификаций. Он сводил людей с ума и заставлял делать то, чего они никогда бы не делали. Он опьянял и зомбировал, превращая людей в инструментальные, полностью контролируемые объекты. Задавая любу модель поведения, физическое состояние и даже способ мышления. Взгляды людей, их настроения и возможности, можно было менять в любое время. Это настоящая мечта дядек в пиджаках. Пусть, религиозные фанатики из Арабской губернии остались не тронуты. Но, они искренне верят, что внезапно затуманенный рассудок человечества - есть кара господня. Они не нуждаются в трансформации сознания, и только поэтому не подверглись ей. И только поэтому, кажутся самыми вменяемыми. Они не представляют угроз для своих повелителей. Непонятно, кем были разработаны чудо действенные вирусы. Людьми или вселившимися в наш мир сторонними силами, но их технологические инструкции явно отличаются от стандартного общепринятого кода. Архитектурная система, настолько странная, что для неё даже не нужен компьютер. Управление и загрузка осуществлялись прямо в сознании пользователя. Алгоритмы забивались при поглощении разных материальных частот, в виде изображений, прослушивании звуков и представлении образов. Такой метод программного построения не используют не на одной планете, известных космических союзов. И сотрудники Патоген17, в ожидании побыстрей изучить новую схему, прибывали в некоторой растерянности. Им понадобились все силы компании, чтобы продолжить дальнейшие исследования. А тем временем, под воздействием инфекции, восточную Европу, уже с головой накрыла сказочная реальность.

19 февраля, 2034 Хельсинки, Орден Тамплиеров.

Герман Львович спрыгнул со своего воронова коня. Он со свитой остановился в саду у центральной церкви. К нему на встречу идёт мужчина в деловом костюме. Сам Герман одет в чёрную кожаную куртку и норковую шапку. На нём маленькие прозрачные очки и длинная седая борода. - Не холодно тебе в февральские морозы? - сразу спросил его своим звонким голосом пожилой, но довольно резвый мужчина. - Нет. Ради вас и голышом можно выйти. - с финским акцентом отвечает мужик. - А ты не дерзи, а то в кандалы залезешь. А может и вовсе, как твой предшественник, в темницу попадёшь. Вы теперяче батраки, а мы - хозяева. - Не надо, пожалуйста. - они идут по снежному саду ближе к зданию церкви. - Хорошо тутака у вас. - Смотрит по сторонам мужик в кожанке. - Красиво... У нас на Руси тоже ничего. - они остановились у входа. - Жалко, не могу я зайти сюда. Не православная это церковь. Нечистая. - Так, окочуритесь же здесь, царь батюшка. - мужик в пиджаке уже трёт свои покрасневшие руки, втянув плечи от холода. - Не боись, - улыбается Стерлигов. Сейчас мне сын позвонит, и мы поедем в отель. - А ты давай, решай уже. Когда наш чистейший мёд брать будете? - Не нужен нам ваш мёд, как же вы не понимаете! Почему батьку Николаи можно отказаться, а нам нет? Вам, что денег не хватает? - уже открыл дверь храма местный депутат. - Они ответственны за 'Картофельную долину' (бывш. Белоруссия). - обратно закрыл дверь Герман. - И потом, он ещё не опытен. Его отец, с пелёнок готовил к престолу, но сам довольно рано ушёл из жизни... Это ему божья кара. - машет пальцем бородач. - За химикаты, которые они добавляли во всю свою продукцию и травили нас! В общем, не суть. Николаи Лукашенко несёт большую ношу. И это не смешно. Они уже сейчас могут прокормить весь Орден! Понимаешь? Причём, теперь уже натуральной продукцией. - Ладно, ладно. Можно я зайду? - не отпускается он от дверной ручки. - Быстрей, а то выпустишь духов нечестивых. - пнул ногой захлопнув за ним ворота Герман. - Доходяга. - поправив свою шапку, Львович сам набрал сыну на своём шестнадцатом айфоне: - Ну где ты там? Сельдь мой, дорогой. - Едюу, папа, едюу! - раздался медленный, громкий голос с ветром на перебой. - Слюнки сплюнь, опять речь не связанная. - подходит он к своему коню. - Можить хоть зимой на машинах будем ездить? - Ну коготи собирашь околёсную! Терпи казак. Атаманом станешь. Чё баба, что ли? Колдуны, проклятые придумали машины. Я как-то из Слободы приехал и ничего. Тебе из Петербурга то, пять шагов, четыре ската, три ползка, два переката. Так что давай, крепись. - Он положил трубку и оседлал своего чёрного коня, выехав на одну из центральных улиц. Там ездили только повозки. Никаких машин. Увидев его, люди разошлись по сторонам, длинными колоннами выстроившись в обочинах. - Слушайте меня, мракобесы! - обращается он к народу. - Вы последние, кто не принял нашу святую клятву ордена! Я не хочу пугать вас. Не хочу убивать. Вы не хотите быть с нами. Не хотите покупать наш мёд. Не хотите отключать электричество. Я что с вами торговаться буду, что ли? - позади него, так же на лошадях ехали солдаты. Одетые, как казаки и богатыри. У кого-то были копья, сабли, шашки. У кого-то ружья и даже автоматы. - Меня вы не боитесь, так побойтесь бога! Я лично приехал к вам, чтобы последний раз попросить по-хорошему. - На перекрёстке, он повернул на другую улицу. Там, во всю дорогу стояли три креста. Высокие, метров пять каждый. К ним привязаны люди. - Что вы творите! Варвары! - увидев Стерлигова заорал один из узников. Тот молча поправляет свои очёчки. Борода Германа покрылась инеем. Он подъехал к своим воякам и спрыгнул с воронова коня. - Может отпустим их, ваше сиятельство. - обращается местный Фин. - Что они сделали? - спрашивает Герман. - Украли. - отвечает мужик в доспехах. - Кого? - дёрнув голову кверху, справляет с него Стерлигов. - Луку мешок. - поправляет каску служивый. -Один? - Да хер его знает. - нахмурился он. - Может и больше. - А эти двое? - махнул Герман головой, подразумевая остальных узников. - Помылись. - И что? По нашей вере можно мыться. - Ну, то есть, они побрились. - Другое дело. Так бы и сказал. - смотрит он на нечисть, в телах привязанных крестьян. - Казнить, нельзя помиловать. - приказывает вожак в чёрной кожанке. - Ну их подставили. Это же мои братья. Да вы словно еретик! - не выдержал другой мужчина. - Даже разобраться в ситуации не хотите. Неужто ни капли жалости в вас не осталось? - На кол его посадить. - обратился Герман к солдату. - Что? - недоумевая тот смотрит на схвативших его за пазухи здоровяков. - Чтоб другим неповадно было. - поглаживает он свою бороду. - Как говориться, кто на праведных клевещет, тот в аду пущай трепещет. - Ошибаетесь - смеётся один из солдат. - Там говориться, кто на праведных клевещет - тот умом своим не блещет. - Так, ты это, не указывай, как правильно. К стенке его поставьте. - указал он на солдата. - На горох что ли? - продолжает улыбаться тот. - Расстрелять конечно, какой горох? - Солдат засуетился. - Это же шутка? - спросил другой охранник. - Шутки - это грех. - потоптавшись на месте, обратился он к нему. - И его рядом поставьте. - отмахнулся от него Львович. - За что? Вам что и слова сказать нельзя? - он готов уже наброситься на своего господина. Но, его тут же схватили другие охранники. - Слово можно. Только доброе. А из ваших хойл, окаянных, мерзопакостных, сам сатана говорит. - Ушёл от них Герман. - Уважайте чувства верующих! - крикнул на них казак на коне, размахивая саблей. - Так уж повелось, что шибко мы чувствительны. - улыбнулся он, глядя в след уходящему командиру. Стерлигов обернулся, и пригрозил ему пальцем. Фина и двух солдат казнили на этом же месте. Привязанных к крестам, распяли длинными копями, пронзив их в самое сердце. За городом стояла большая армия. Их предводитель - патриарх Сельдь Христос Воскресевич поднял свою руку, дав приказ остановиться конной гвардии. Он одет в тёплую бурую шубу с толстым белым мехом у воротника и вдоль пуговиц. Леопардовая накидка сверху и белая меховая шапка, вшитая в золотую корону. Длинная, достаточно узкая, небрежная чёрная борода. И высокие кирзовые сапоги с подковами. Он смахивал на знатного купца 19 века. Позади везли повозки со старинными пороховыми пушками. Он присмотрелся в даль и увидел скачущего к нему отца, в сопровождении нескольких всадников. - Ну, что там? - спрашивает его патриарх. - Плохо всё. Для них... - тоскливо посмотрел в сторону города, отец. - Ну, как хоть доехал-то? Не замёрзли руки в шиншилловых рукавицах? - Нет. - с насмешкой вытирает сопельки Сельдь. - Ну и слава богу. - Герман поправил очки и подъехал к главному воеводе, что стоял слева от сынишки. - Здравствуй, Макар Петрович. - Тот молча кивнул ему головой. - Давай приказ заряжать пушки. - Они отказались? - спрашивает патриарх. - Разумеется. Глупые вопросы. - Войны распечатали все повозки. Они выкатывают сотни больших деревянных бочек. Вскрывая их кинжалами, что думаете там было? Порох? А вот и нет. Там был мёд. Густой, застывший на морозе мёд. Из задних рядов выпрыгнули хозяюшки. Они затопили свои большие печи, привезённые на санях из самой Слободы, и давай месить тесто, разослав тряпки прямо на земле. Затем они обляпывали пушечные снаряды этим тестом. Солдаты уносили их прямо в печь. - Не жалейте дрожжи! - верещит Сельдь. - Добавляйте им дрожжи! - повторяет Герман. Спекшиеся снаряды кидали в бочки с мёдом. Когда мёд делался жидким, от высокой температуры, они, наконец заряжали эти липкие, хлебные шары в пушки. Фитили уже горят. - Целься! - кричит воевода подняв правую руку. - Крестьяне нацелили орудия прямо на церковь. - Огонь!! - десятки выстрелов, последовали один за другим... Вот так вот, великий князь Срерлигов со своею православной свитой взял непокорный Финский город, официально давно входящий в Орден Тамплиеров - православных освободителей. Не легко контролировать исторически не связанные земли. Но война войной, а распыляться долго тут нет смысла. Герман назначен главным пастырем от ИПО. И теперь никто не может ему перечить. Земледелие - его мечта. Он до сих пор не мог поверить, что получил реальную власть. Теперь, он может воплотить все свои задумки. Внедрить их в новую, сверх продвинутую экономику. И первым своим указом, в две тысячи двадцать пятом году, он издал указ 'о вольных хлебопашцах'. По его глубокому убеждению, мир страдает от колдунов учёных. Потому, что они 'проклятые'. Хотя, на самом деле, не только поэтому. От части он прав. Его не устраивало то, что человечество губит само себя со всей этой промышленной зависимостью. Из-за добычи нефти почти исчезли запасы пресной воды. А из-за китайских заводов, углекислый газ изменил климат. Леса исчезали, животные вымирали, а политики требовали ещё. Этим тварям нет оправдания, не для одного здравомыслящего человека конца двадцатых годов. Но превращать идею в фанатизм, какой бы правильной она не была, не принесёт нужных плодов. Напротив, со своими радикально православными взглядами, в нулевых и десятых годах, Стерлигов лишь отталкивал нормальных людей, вызывая насмешки. Впрочем, его взгляды не изменились и сегодня. Он полностью отказался от всей техники, кроме смартфонов и компьютеров. И то, они есть только у правящего персонала, чтобы иметь доступ в интернет, и быть на связи с Аль-Маккой. Нынче надо быть сильным. Физически. Слабые крестьяне никуда не годны. Запрягая свой плуг, на 'натурального' бычка Сирёньку, по осени, каждый год Герман сам пашет свой участок в Слободе. С его головы ручьём течёт пот. Ох эти грязные воспоминания. Он давит на свою деревянную конструкцию, разбивая земляные комки. Что посеешь - то пожнёшь. Даже сейчас, когда во всём Ордене едят само выращенную пищу по всем крестьянским стандартам, он всё равно растит свою. Может быть подаёт пример, а может не доверяет даже местным лавкам. Труд - всё перетруд. Его грубые мозоли на руках уже, как толстые перчатки. Кто-то сзади закидывает ему на плечо огромный мешок. Но как бы он не мучился, он знал, что теперь он самый свободный человек на свете. И делал всё по своему убеждению. На второе плечо тоже взвалился мешок. Его ноги немного подкосились. Большим прихватом кто-то поставил рядом маленькую стеклянную бутылку. Из-за неровной земли, она сразу упала. Тогда Герману взвалили ещё один мешок сверху. Он терпел, что есть сил и продолжал шагать, уже опустившись от плуга. Сверху маленькими вёдрами досыпается зерно. Его ноги подкосились ещё сильней. Прихват опять поднёс бутылку, только побольше. И она снова упала. Урожай закончился, но на его спину падает четвёртый мешок. Это мешок с землёй. Ноги затряслись. В полуприсяде он готов остановиться. Он не знал, что несёт, но во чтобы то ни было, нужно продолжать. Под ним стоит полторашка. Стоит и не падает. Он хотел обернуться, чтобы узнать, кто подставил эту чёртову бутылку. Но, у него больше не было сил. В глазах потемнело. - Кхр! - звук порвавшихся штанов. - А-а-а-а-а-а-а!!! Герман верил всем сердцем, его истина - единственно верная. Ибо все мракобесы, не православные христиане, будут гореть в аду, за свои искушения, в поставленных перед ним условиях, выгодных для сатаны, беспринципных, потому, как непонятных моралей. Неведанных, а значит и неправильных, несправедливых деяний. Он не терпит унижений. И никогда не позволит покушаться на свою честь. Для людей праведных, всё неведанное - и есть непостижимое. Здесь, на Земной плоскости. А у бога всё не так. Там можно и подумать. Ведь в противном случае, кроме яблони в раю тебе ничего будет не нужно. Если, конечно, ты не собираешься менять своё мнение, и представление, о правильности.

Савайи, 27 февраля, 2034

На островах Самоа грянул шторм. Даймок весь на нервах копошится в смартфоне по пути к Глэйсону. Очевидно, он нашёл, что-то тревожное что даже не смотрел себе под ноги, в столь сильную грозу. Сзади его догоняет Шон. Он вылез из того же летателя, припаркованного на большом участке. Молча, они вошли в особняк. Кроме охраны, в доме никого не было. По крайней, мере, они никого не нашли. У большой стеклянной стены гостиной стояла Эмми. Она фотографировала бесконечные вспышки молнии. Заметив проходящие знакомые лица, она откликнулась им: - Эй, ребята! Глэйсон и Сэм сейчас у Свейка. - Что? - озадаченно нахмурился, повернувшись к ней Даймок. - Да, они составляют какие-то планы для демонстраций по переселению. - Она положила на узкую высокую тумбу, примитивненький оптический фотоаппарат с длинным объективом. И взяла кружку с чаем. - Я не об этом, - нахмурился адмирал. - Что ты делаешь в этом доме? Шон, разве у неё есть лицензия? Тебе лучше жить по соседству в отеле, дамочка. Наше благородство не бесконечно. - У меня индивидуальное соглашение, вообще-то. - обиженно смотрит она на него. - Мне заверили его в офисе. - На конкретных условиях. Я знаю. Я читал, - продолжает Даймок. - За тобой не ведут слежки, поэтому ты должна быть под чьим-то присмотром. Там есть чёткий пункт. Никогда не оставаться одной. - Я не одна. Алива только что отошла в туалет. Мне нужно было пойти с ней? - Ладно, оставим её, адмирал. Дом всё равно под наблюдением. На первый раз сделаем замечание. Когда вернётся Глэйсон? - подойдя к ней в плотную спрашивает мужчина. - Они там до первого марта, - немного задумавшись обернулась она к окну после очередного удара грома. - Ты видела эту херню в твиттере? - показывает генерал ей свой аппарат. - Просто, какое-то безумие. - ждёт он реакции от Эмми. По центру экрана, было следующее сообщение: Алан Сайгер @АланДиктор 'Наши братья снова с нами. Муаммар Каддафи и Саддам Хусейн. У нас ещё есть незаконченные дела'. - Я не знаю кто это, - смотрит она на Даймока. - Этот чувак работает на ИПО. Он их главный секретарь. Отвечает за самую важную публичную информацию. Ты не подписана на него? Эти люди, о которых он пишет давно мертвы. - И, они оживили их? - спокойно чуркает чай Эмми. - Похоже, что да, - отвечает обескураженный Шон, взмахнув руками. - И сделали это не просто так. Эти люди. Они были нашими врагами. - Американскими врагами, - уточняет Даймок. - И наши власти убили их. Как думаешь. - обращается он к Эмми, - Какие незаконченные дела ждут их? - Не имею представления, - задумалась девушка. - Да уж. - кивает, засмотревшись в одну точку Шон. - С этими словами, мы ещё на шаг ближе к Апокалипсису, - глубоко вздохнул адмирал и спрятал свой гаджет. - Вот бы Кенни оживить. Он был большим важным звеном нашей команды. И пал он от их рук. Эти отморозки не остановятся. Они будут мстить нам. Мстить Америке. - Конец для Америки, значит для вас, конец всего? Странно. И потом, вы уверены, что эти люди, эти восточные лидеры, заслужили смерти? Действительно ли их смерть была так необходима? И почему именно наши власти должны решать, как жить правильно? - не дожидаясь ответа, она куда-то пошла по залу. Шон смотрел на её задницу в коротких обтягивающих шортах. Заметив это, нахмурившись Даймок щёлкнул пальцами перед его лицом. - Хороша чертовка, - быстро придя в себя оправдался он. - Правильно. Не спускай с неё глаз. Ей мы не можем доверять, - он быстро пошёл на улицу, где уже хлынул ливень. Шон бегом последовал за ним. - Завтра я лечу в Вашингтон. - разъясняет ему по пути к летателю генерал. - Поедешь со мной или останешься? - весь в воде, даже не пытается прикрыться Даймок. - Сэм говорил остаться во дворе комплекса! (офисных зданий), - кричит сквозь громкие шлепки дождевых потоков Шон. - Посмотрим, как всё сложится. Мы всегда должны охранять это место. Все наши силы будут сосредоточены там. Этим могут воспользоваться. - Они наконец залезли в судно и улетели на соседний остров. Алива собирает свои вещи в гостевой спальне на втором этаже, третьего корпуса особняка. Раздался стук в двери. Эмми молча зашла к ней. Увидев её, Алива не отвлекаясь улыбнулась в ответ. - Куда ты пропала? - спрашивает она Эмми. - До меня опять докопались эти военные. Оставила меня там одну, делай что хочешь? - Ну, ты же знаешь, что я здесь. Ванесса всегда здесь. Ничего они не сделают. И вообще, по моему, это уже маразм. Не пускать в гостевой дом. Это же не офис, в конце концов. - Вот-вот. - осержено она села на овальный диванчик рядом и задумалась. - Я тоже поеду с вами. - Всё-таки решилась? - улыбнулась и посмотрела на неё Алива. - Да. Нет. Я до сих пор думаю. Эти охранники опять перепуганы какими-то сообщениями в сети. - Она смотрит, как Алива складывает целые упаковки всевозможных брендов нижнего белья. - Всё идёт к тому, что в будущем, действительно что-то произойдёт. Это вся одежда что тебе понадобится? - усмехнулась девушка. - Хотя, там же тепло. Тебя и здесь можно увидеть одетой только по праздникам. - Эй. Не преувеличивай. На острове жарко и я постоянно в воде. Здесь почти все ходят так. - ...Этот дом такой огромный, - осматривает спальню Эмми. - В общей сложности, я провела здесь больше года, и в некоторых комнатах, например, в этой, была, может, лишь раз, во время первой экскурсии. - Да уж. Тут хорошо играть в прятки. - отвечает, застёгивая вторую сумку Алива. - Давай, одну я понесу, - подошла девушка к кровати. - Они лёгкие. Если бы они были тяжёлые, я воспользовалась бы МООД - подняла оба чемодана Алива. - Не понимаю, зачем вообще я сюда завезла почти всё бельё. Я и Сэм здесь вообще не бываем. - Что такое этот моод? - Эмми сама забрала у неё из одной руки довольно большую, хоть и реально не тяжёлую сумку. - Ты же надсадишься, худышка, - со смехом пошла она впереди её. - Я смотрю, и ты не пауэрлифтер, - без особых претензий Алива отдала свои вещи Эмми. - Со мной то уж ничего не будет, - оглядывается с улыбкой девушка, спускаясь по пяти ступеням порога промежуточного помещения. - А, значит, со мной что-то будет? - недоумевая, плетётся она следом. - Кажется, я начинаю догадываться. Сэм сказал, что я в беременна. - Я обещала, что никому не скажу, хотя... не понимаю, что здесь секретного. Может, тебе стыдно? - Мм. Может и да, - смеётся в ответ Алива, наконец дойдя до гостиной. - Я не знаю почему. Просто не хочу чтоб все знали. - А я знаю. Боишься осуждений со стороны девушек. Забей на их мнения. Я лично рада за вас, как за собственную семью. Уверена, Ванесса тоже будет рада за тебя. - Просто, типа, раньше говорила одно. Потом совсем другое. Я не чалдфри, но всегда осуждала это при них. - Ничего страшного. Ты же не переобулась на ходу. Менять свое мнение - это нормально. В рамках разумного, конечно. Вот, если, ты обратно поменяешь мнение, тогда уже нужно серьёзно задуматься над своей определённостью. А пока что, это лишь повод в очередной раз подкалывать тебя. Многие из них всегда завидовали тебе. - Они остановились у выхода смотря на проливной дождь. - На Терраро мы будем в полной безопасности, - бросила сумку на пол Алива. - Прямо в полной? - положив рядом вторую сумку, медленно закружила по комнате Эмми, активировав свой гаджет-браслет и загрузив какое-то изображение на поверхность своих глаз. - Думаю, да. У ребят там хорошие связи. О нас должны позаботиться, - она села на мягкий стул с высокой деревянной спинкой, и тоже достала своё устройство. - Мы поедем в марте? - спросила Эмми. - Я хотела шестого марта. - Уже так скоро? - поразилась девушка. - Но, я даже ни с кем не обсуждала это. Ни с кем не попрощалась. Мне нужно поговорить с родителями. Ни хочу, чтобы они оставались здесь. И, если честно, я вообще ни хочу ехать на эту планету. Потому что она совсем не похожа на нашу. Потому что не остаётся выбора. - Эмми свернула экран, и её глаза перестали подсвечиваться. - Нам никогда не приспособиться к тому климату. Наш организм не сможет принять их природу. Он будет отторгать её. - Это точно, - ладонью свободной рукой, гладит пустой стол Алива. - Но, у них есть высокие технологии. Частично они могут в точности воссоздать нашу среду. Хотя бы в помещениях. И... это, конечно ужасно. На такой огромной планете, и так мало места. Даже в нашей Антарктиде лучше, чем в их пустынях за пределами единственного города. - Может, это не навсегда, - успокаивает её и заодно себя, Эмми. - Может, что-то изменится. И, всё будет так, как мы хотим. - Но, почему они не хотят помочь нам? Эти лэйро. Они видят, что нам пришёл конец, но ничего не делают. - Для меня это тоже загадка. Мы сотрудничаем с ними. Отправляем к ним людей на переселение. И, ведь, они готовы принять беженцев, но не готовы вмешаться. Это странно, - задумалась Алива. - Может, они все за одно. Или, они знают, что это невиданная сила, с которой нельзя бороться. - Через террасу входят три человека. Ванесса, Джулия и Лили. Девушки тут же закрыли свои обсуждения и переключились на бытовые проблемы. Чьи шмотки сколько стоят и кто где провёл выходные. Чуть позже, вместе они перевезли вещи Аливы в офис, когда дождь хоть немного стих. Тем временем, эмир Дубая - Хамдан ибн Аль Мактум уже прибыл в Медину. Его позвал Мухаммед аль Сауд, чтобы принять новые поправки в конституции свода ИШат. Они шли по роскошным дорожкам, длинных балконов Масджид ан-Набави. На встречу идут известные проводники. Они поклонились владыкам Арабской губернии. Один из них одет в сказочные пышные балахоны. Его шапка, как круглая светло-сиреневая подушка. А сзади весит прозрачная фата, того же оттенка. - Что это вы так вырядились? - поинтересовался Мухаммед. - Пройдёмте за нами. Сейчас мы вам всё расскажем, - с улыбкой ответил тот. Они отправились по второму ярусу, к центральной молитвенной площади. - Шариатский свод перетерпел большие изменения, - продолжает тот чудак, с длинными, острыми пальцами на руках. - Мы должны сказать вам кое-какие вещи. - На его лице не было ни единого волоса. Даже бровей. - Коран. Наше священное писание. - неспешно продолжает он. Эта рукопись была спослана Аллахом... но не на прямую. - В смысле? - от удивления остановился Хамдан. - В прямом. - Даже не оборачивается на него проводник. - Это они. - смотрит он на молящихся людей, на сияющей всеми огнями под ночным небом, площади. - Трое, спустившихся с небес, передали его по частям пророку Мухаммеду, сали алла алейхи вассальама. А тот, изменил его, по их же просьбе. - Зачем? - ещё больше возмутился Дубайский лидер. Наконец, они остановились, подождав, когда он догонит их. - Это было испытание, которое люди должны были пройти, чтобы доказать свою способность продолжать бытие. - ответил ему второй проводник, одетый, в контурный костюм, похожий на воина Карателя. - Да, - подтвердил слова первый и снова двинулся вперёд. - Они намеренно исказили истину писания. Но, не для того, чтобы ввести вас в заблуждение, а для того, чтобы понять, способны ли вы сами чувствовать истину своего пребывания. - Разве это возможно? - спрашивает Мухаммед, осматривая невероятные башни, окружающие площадь со всех сторон. - Нет. Они вернулись к нам. И вернулись, ни чтобы предупредить. - Шейхи молча вздохнули, продолжив неспешна шагать. - Но, мы делали всё, что в наших силах. - продолжает Хамдан. - Мы верили и поклонялись сотни лет без остановок. Каждое поколение. Мы делали благо чужим, как своим. Сохраняли традиции даже под угрозой смерти. Неужели этого мало? - Этого мало, - бесчувственно отвечает проводник. - Вы позволили кяфиром творить произвол. И, когда они стали готовы уничтожить весь мир, вместо джихада, вы начали сотрудничать с ними. Они расплодились до всевозможных численных популяций. И, большинство из них выживают. Они маскируются, давят на самые тонкие чувства. Они страдают. Потому как здесь они в аду. Всевышний дал им холст - нашу Землю. Всевышний дал им кисть - их тела. И они нарисовали преисподнюю. Их никто не толкал. Они осознанно сделали этот выбор. И, теперь, они сделают всё, чтобы ослабить свои мучения. Заставят страдать другие, неповинные души, передавая свою боль, как холеру. Они продают себя, как голодные собаки. Отмахиваясь от всех последствий, ведущих к гибели всего. Поведясь на их провокации и соблазны, вы сильно разочаровали творца. И, нет им больше места здесь. Их род прервётся. Они всё осознают, когда будут полыхать в адском пламени. Но это ничего не изменит. Они намеренно созданы творить зло. Они созданы лишь для проверки верующих. И, к сожалению, большинство из нас последуют их дорогой. - Ты будешь читать мне проповеди, нахал? - разозлился на него Мухаммед. - Ты ничего не знаешь об Исламе. Сам обычный кяфир. И ставишь себя в один ряд с пророками. - Я не претендую на ваши знания, - возразил ему проводник. - Ведь мы, так же, как и вы, не нарушали высших правил. А, если и нарушали, то исправиться уже нет времени. - Он с ехидной ухмылкой посмотрел на короля. Они оба держались за перила, смотря на молящихся с небольшой возвышенности. - На Земле остались чистые души. И только ради них последние пророки спустились во второй раз за всю эру. - Наконец, они дошли до перехода на широкий круглый балкон, вокруг всей мечети. - Рай и ад будут созданы здесь. - продолжает тот уже остановившись возле низких, сплошных белых перегородок. - В нашем тленном мире. На нашей Земле. Для кого-то выбора больше не будет. А для кого-то он станет бесконечным. Милосердие - путь к спасению, когда оно во благо. Теперь-то вы осознали, почему большинство людей должны исчезнуть? Как вид, они самоуничтожились бы, уже в следующем столетии. А заодно, уничтожили бы и всё живое. Площадь забита до отказа. В самом центре стояла огромная открытая книга. В ней, как в караоке, по бледно жёлтой поверхности перетекали буквы. Синим ярким пламенем, они светились быстробегущей строкой, справа на лево, арабских символов. Это нечто невероятное. Слышатся громкие упругие удары. Там же по кругу, парили в паре метров от земли, семь больших каменных столбов. На каждом из них установлены механические стрелочные часы. Внизу стояли барабаны. Из этих столбов падали огромные, чёрные, смолянистые шары. Как огромные густые капли, они, сначала впитывались в поверхности барабанов. Затем, выпрыгивали обратно, и втягивались в столбы. Прямо напротив книги, на большом, покрытым цветными узорами, мягком ковре, сидел пастух Алаян. Он молился, как и все. Перед ним, медленно перетекали вертикальные тонкие, длинные полосы. Вокруг него стояли люди. Это не просто люди. Это же вообще не люди. Это какие-то бесформенные массы, намазанные на землю размером с людей, издающие громкие изрыгающие возгласы. Ещё ближе, прямо у ковра, в трёх метрах от него, были ещё люди в небольшом кругу. Стоя в длинных белых рубахах, и с босыми ногами, они все обнялись за плечи и быстро, синхронно качались из стороны в сторону. - У-у-у. Э, У-у-у Э. У-у-у. О. - Из раза в раз хором повторяют они, будто напевают какое-то заклинание. Опустив голову вниз, с закрытыми глазами, Алаян, обеими руками перебирал каменные бусы. С каждым ударом чёрных шаров в барабаны, стрелки часов сильно дрожали. Они дёргались из стороны в сторону, каждый раз останавливаясь в разных местах. Причём все они указывали разное время. Когда бегущая светящаяся строка проходила по белому тексту, она меняла его. Текст был уже совершенно другого содержания. И, когда она дошла до конца, огромная страница, примерно, с пятиэтажный дом, книги, плавно, но быстро, перевернулась. Она скрипела, словно старые двери, и слегка подгибалась в движении. - Что они делают? - от изумления приоткрыл рот Хамдан. - Дописывают Коран, - тут же ответил бледнолицый проводник. - Может быть, переписывают? - всматривается в содержимое текста Мухаммед. То, что он увидел там, навело на него неистовый ужас. На месте одной, известной его заповеди, появляется текст с весьма интересным содержимым: 'И пригласил один в гости другого. Похвастать своими красотами. Зависть затмила рассудок его. Тогда бросил он вызов душам самым необъятным. И они приняли это за честь, показав свою гордыню. Осквернив себя, они бросили вызов Аллаху. Когда пастухи прокляли свои души, дабы взять всё сущее, они затмили других, стоящих под ними. Они очернили каждого смертного, так как они в ответе за каждого. Как отец, в ответе за сына. Как огонь в ответе за пламя'. - Не успел он дочитать, как страница снова перевернулась. - На самом деле, у нас произошла большая трагедия, - отвлёк его проводник. - Об этом никто не должен знать, даже вы. Но, я возьму на себя риск, и поделюсь тайной... Минура умерла вчера. Они не смогли удержать мощного демона в теле бедной хрупкой женщины. И теперь он свободно скитается по свету. Великие пастухи осознают, что уже успеют его поймать, и пытаются его хотя бы отвлечь. - О ужас. Чем именно, и как долго они смогут его отвлекать? - спрашивает Хамдан. - Как видишь, они пошли против священного писания, примкнув к силам хаоса. Принося в жертву свою невинность, они заставят тёмные силы возрадоваться, и на мгновенье забыться. - Но, для чего нам нужно это мгновенье? - Мухаммед нахмуренно смотрит на него. - Такова их миссия. Я не знаю. Им предписано продержаться до конкретного часа. В этом точно есть какой-то смысл, но нам этого никто не говорил. Неподалёку от сюда, были лестницы, ведущие вниз, на площадь. Проводники молча двинулись к ним. Хамдан и Мухаммед, переглянувшись отправились за ними. Только аль Сауд ступил на первую ступень, в его глаза бросился один человек. Стоящий прямо на подъёме, будто встречает их. Кого-то он напоминает. Сердце замерло, и по телу прошли мурашки, когда он узнал Муаммара Каддафи. Перед его лицом всплывали картины тех лет. Мутные воспоминания, которые в эту секунду, стали ярче реальности... Журналисты берут интервью молодого Саудовского принца. Он внимательно, выслушивает вопрос от европейского мужчины. Его слова понятны, но совершенно не внятны, так как не несут особого смысла. Сидя за длинным столом, накрытым белой скатертью, перед ним стояло пару небольших микрофонов. - Мы найдём место этой выскочке. - засмеялся юный Мухаммед. - Каддафи не понимает с кем связался. Мы можем на столько снизить цену за баррель, что его Ливия исчезнет через неделю. - Раздались громкие аплодисменты. Западные СМИ в полном восторге. - Сейчас в этом нет необходимости. Он не стоит того. - закончил Саудовский лидер. Заглотнув слюни, быстро придя в себя, король Эр-Рияда посмотрел в глаза тому человеку. Его длинные кудрявые волосы торчали из-под чёрной шапочки. Серый китель полковника увешан большими орденами. Он улыбнулся, немного приклонив голову перед недоумевающим мужчиной. Не выдержав, король резко ушёл отсюда. Обратно, откуда пришёл. Хамдан присел на единственный свободный коврик в самом последнем ряду. Засмотревшись в одну точку, он поднял перед собой ладони и начал что-то шептать, приподняв голову вверх. Красные пушинки, воссияли в ночи ясного неба. Они, смешались со звёздами, плавно двигаясь и кружась в своём направлении. Они, как ватные листья, начинают спускаться и усыпать весь город. Пышные деревья засветились, как при дневном свете. Лошади щипают траву, возле двух чудных небоскрёбов, которые начали складываться, медленно разделяясь на отдельные башни, и двигаясь вниз, полукругом, как пальцы рук. Наступило утро. Но свет шёл не неба к земле, а наоборот. Все просторы освещались снизу-вверх. Постепенно и размеренно. Этим утром, в святилище мир оживился, как никогда. Огромные зелёные гусеницы, размером с руку человека, ползут по сверкающей голубой расе толстых, как вёсла, листьев, неведанных кустарников. Доисторические животные пили из ручьёв, которые как узор на картине, зигзагами растекаются, в разных направлениях. Светлый туман закручивался в разные фигуры над водой и распространялся повсюду. 'Ляа-а Илльа-аха иль Алльа-а, Ляа-а Илльа-аха иль Алльа-а, Ляа-а Илльа-аха иль Алльа-а-а-а-а' (напевают хором несколько голосов). Раздались удары в бубны. Воздуха как будто стало больше. Эти звуки. Этот запах. Они опьяняли каждого, как первый вздох новой жизни. Солдаты, несчастные боевики бросили свои автоматы. Завораживаясь окружающими красотами, они упали на колени. Кто-то снял маску и крепко сжал её в руках. По их щекам текли слёзы. Они тронуты до глубины самой души. Их сердца переполнены самыми лучшими эмоциями. Они, как дети. В этот миг, они видели этот мир таким прекрасным, что забыли о всех болях и печалях. Их пороки исчезли. Исчезли со всем негативом, что может таиться в человеке. 'Иии квиейта та панца тшуи-и, Иии квиейта та панца тшуи-и (повторяют несколько отдалённых голосов) Иии квиейта та панца ии-и, Ии-и квиейта та панца ии-и (снова повторяют они), Иии квиейта та иёшан зан сии-и-и-и, соо мовиз мэни буантии-и'. Резко всплывают чёрно-белые картины. Спиной стоящий неизвестны, надевает медаль на шею Ахмада Хаджи Кафырова. Тот молча улыбается, немного наклонив голову. Они похлопали друг другу по плечам, и взяв другую медаль, неизвестный надевает её на шею маленького мальчика. Эти кадры постоянно блекнут и размываются. Будто это старая плёнка. Будто это не по-настоящему. Будто это всего лишь воспоминания. Но это не так. Юный Мустафа, поднял свою награду. Это тот самый мальчик, что в одиночку оборонялся от американской армии. Тот самый, что героически погиб в далёком 2003-ем. Тот, о ком старались умалчивать. И теперь он стоит, как раньше. В ряду избранных. В своей длинной чёрной рубахе, на вид ему так же четырнадцать. Здесь присутствовали и ныне живущие. Мёртвые среди живых. Или живые среди мёртвых. А вот и Усама бен Ладен. Он пожал руку подошедшего к нему и тоже поклонился. Бросив свой взор в небо, он увидел медленно и низко летящую, большую белую чайку. 'Хи майдаст онхат джасти-и, (хи майдаст онхат джасти-и). - продолжается песня. - Ууу овейа хгест дъэхии-и-и, (ууу овей охгест дъэхии-и-и). - Небо, длинной скатертью наливалось цветом заката. Оно словно сгущённое молоко растекалось до самого горизонта. Огромные розовые полумесяцы качаются на золотых цепях, тянущихся из небес. В разных местах, они наливаются синими и фиолетовыми цветами, меняя палитру растущими пятнами. На внутренних частях месяцев раскинулись зелёные сады. Где леопарды ходили рядом с антилопами. Где росли самые разные плоды. При движении, месяца оставляли за собой следы длинных блестящих волокон. 'Оо-о Аллах оф манс этнии-и, сиии нэуэй онхос тэзии-и... Джаллаллья ум фи улля, наа-аналяра пунсиуа, Джаллалльяаа ум фи улля, наа-аналяра пунсиуаа-а-а-а-а. (хором) Ляа-а Илльа-аха иль Алльа-а, Ляа-а Илльа-аха иль Алльа-а, Ляа-а Илльа-аха иль Алльа-а-а-а'. Двигаясь дальше, видятся горные пейзажи, заросшие пышными лесами, которых раньше никогда не было в этом месте. Это настоящее блаженство. Это даже сводит с ума. Но это именно то, о чём мечтает каждый, независимо от убеждений, расы, пола, и материальных ценностей. Природа стала такой насыщенно, какой она не была даже в самом рассвете. Божественный мир развернул свои лучшие тайны, как хрупкий райский цветок. Но, этого было мало... И позвал один пророк другого в гости... И явился Алаян, в Мекку, 'Новый аль-Харам'. Быстрое перемещение по городским проспектам. Зайдя сквозь стену центрального небоскрёба, вид сфокусирован на широком коридоре, с красной ковровой дорожкой, прошитой серебряными нитями. Быстро двигаясь прямо, до огромного зала, с цветным мраморным полом, резко останавливается. Зал украшен золотыми колоннами вдоль всех стен, и стеклянной мозаикой в промежутках. Потолок, выступал белыми россыпями, как песочная насыпь. Его некоторые места светились, вместо люстры. Высокие, на вид стальные, арочные ворота вели от сюда на улицу. По обои стороны от ворот, в две длинные шеренги выстроились шейхи, в своих длинных белых рубахах. В их руках были длинные, немного выгнутые сабли. Они держали их прижатыми к телу, в правой руке, и неподвижно стояли в ожидании. Внезапно, ворота начали двигаться. Они складывались во внутрь, разрезаясь ровными фигурами, и сгибаясь по частям. Потом, сжались в неровный комок, как бумага, и просто исчезли. Из проёма показался дневной свет. Он нисколько не ярче, чем в помещении. Сюда сразу заходит большая свита проводников и пророков. Впереди всех идут Алаян Мединский и Мохаммед Аль-Бальхир. Шейхи, по обе стороны от них вытянули свои мечи вперёд и начали их крутить по кругу. Другой рукой, они приподняли свои длинные рубахи и правой ногой вперёд начали подступаться к центру. Они исполняли какой-то национальный танец, больше похожий на ритуальный. Немного не доходя друг до друга, так же синхронно, они положили концы сабель на пол и волоча их, двумя ширенгами, отступали другой ногой, сильно приподнимая колено. Один из читанов улыбнулся, посмотрев на них. На его зубах, или вместо них, была какая-то серая штука, похожая на толстую капу, с салатовой подсветкой непонятных силуэтов. Они молча рассматривали помещение, проходя по ковровой дорожке. Выйдя с другой стороны небоскрёба, они вошли во внутрь великой мечети, и пред ними предстала площадь с Каабой. Это место заставляло сильно теряться в пространстве. Они вышли на какой-то, изогнутый по ширине мост. Под этим мостом были десятки других, один ниже другого, под разными углами. Комплекс небоскрёбов, окружающий площадь, рисовал своими движениями изящные картины. Башни то размножались и искривлялись, то, вытягивались и соединялись кольцами, создавая яркую конструкцию, похожую на пузырчатую пену, белого и жёлтого цвета. Вырастая до самого невиданной высоты, она расползалась по стенам, превращаясь в массивные скопления, с ярко выраженными выступами, словно сияющие, плоские горы. На той возвышенности, из которой они вышли, с этой стороны висели огромные, но не выступающие за края стен, круглые часы. Они были без цифр. Гигантские светящиеся стрелки на месте. В центре. А вот цифры пропали. Их будто и не было. Окружающие площадь стены, то и дело формировали новые мосты. Они, как конструктор, постоянно разбирались из одного состояния, и собирались в другое. Здесь не видно земли и не видно неба. Длинный, серый столб, по середине, усыпанный золотыми блёстками, тянулся из бесконечной пропасти. На нём была относительно небольшая площадка. Скорее, даже, подставка. Для ровного чёрного куба. Эта площадка напоминала раскинувшиеся по кругу пальмовые листья. Когда читаны и пастухи подошли к краю моста, листья пальмы выдвигались ступенчатыми треугольниками, соединив путь с несколькими мостами одновременно. Они поднялись туда. И прикоснулись ладонями к большой квадратной стене... Они закрыли глаза. И, когда открыли их, Аль-Харам преобразился. Внизу были густые, белые облака, с завивающимися, как кудри комками. Будто живые, они оплели окружающие башни. А вся огромная площадь медленно плыла, словно в бескрайнем океане. Это самый чудный сон, что мог представить себе смертный. Подняв руки над грудью, ладонями к верху, Алаян ухмыльнувшись посмотрел на остальных. Его руки, сквозь перчатки начали затекать алой кровью. Она скапывала с них. Вот уже сбегала ручьём, заливая рукава. Над ладонями, в воздухе, появилась целая лужа, бурлящая, как кипяток. Справа к нему подходит Мохаммед. Подняв указательный палец вверх, над его рукой вращался небольшой шар. Это миниатюрная Земля. Размером с крупный апельсин, вокруг её кружили маленькие облака, и даже звёзды, в кольце обогнувшей её темноте. Слева стоит, и даже не смотрит на них Суггур Камаррах. В его руке был кубик рубик - четыре на четыре. Он быстро вращал его без остановок. Так быстро, что невозможно было уследить за положением цветов на сторонах квадратов. Они лишь мелькали, в разных комбинациях, а пальцы, как без костей, обвивали игрушку со всех сторон. Они вернулись. Вернулись обратно домой, чтобы ещё сильнее украсить свои владения. Город Джедда, совсем не похож на себя прежнего. Ещё неделю назад, тут не было ни единого намёка на фантастические конструкции. Теперь он преобразился. Да так сильно, что не отличить его от двух рядом стоящих святилищ. Роскошные сады, морские каналы и сияющая пелена, окутывающая небоскрёбы, медленно сминается к центру. К десяткам огромных изумрудных колонн, со змеиными головами на концах. Они строились в несколько дорожек, и по ступеням поднимались к площади с главной жемчужиной - самого высокого сооружения, небоскрёба в виде арабского символа, имени всевышнего. Он быстро менял ракурсы. Боком, полу боком, снова передом. Этот символ светился жёлтым цветом слева, и розовым справа, с яркими, белыми бликами по середине. Он был на столько огромен, что с земли его видно лишь на половину, как и главную башню Аль-Харам, чтоб это чудо воззреть в полный рост, находиться надо на очень дальнем расстоянии. Огромные, изогнутые башни центральной Мединской мечети, изогнулись ещё сильнее. Их острые крыши, с выступающими краями конусов, надулись, как огромные шары, напоминая круглые купола. В один момент, они будто взорвались. И из них вылетели сразу по несколько других, более тонких, таких же кривых башен. Это невообразимое зрелище. Башни вытягивались и почковались, снова и снова, словно мягкие верёвки, сплетаясь в более массивные конструкции. При каждом новом разделении, испуская салюты, яркими искрами, передовая световую гамму на сами стены, создавая ещё более завораживающий эффект. В святилище Мекке, все сады, что в несколько рядов вели к центральной площади, вырвались из земли. Корни высоких лесов, были почти такие же пышные, как и вершины. Они слегка испускали белый свет, и продолжали перемещаться в вертикальном положении. Как длинной волной, деревья взмывали над землёй и опускались обратно. Дойдя до центрального небоскрёба, их листья слетели, и спиралью начали огибать главную башню. Часовня разделилась на множество тонких, вертикальных сегментов. Будто плотно стоящие друг к другу столбы. Они нарастали и вываливались новыми объёмами, по порядку вытягиваясь вверх. Всё выше и выше. Чёрные волокна стягивались к симметрично расположенным на небольшом расстоянии от стен, точкам. Дальше из точек, по всему периметру надувались шары, постепенно стягиваясь к центру. Пока наконец, всё это диво не образовало длинный, заостряющийся купол, из разноцветных шаров. Каждый из этих шаров оказался часами. Сотни разных часов. Здание продолжало увеличиваться снизу. Его фундамент преображался вместе с площадью. Всё выше и выше. Больше, чем в Джедде, красивей, чем в Медине. Тем временем, Суггур безукоризненно, тыкает указательным пальцем на свои красоты. И они тут же делаются в тысячи раз необъятней и красочней. Озёра налились вином, а земля пропиталась всеми минералами. Алаян тыкает пальцем на свои небоскрёбы, и они как ракеты полетели в атмосферу! Пронизывая облака и углубляясь в землю. Почва, как веер распахнула глубины самых дальних недр. Она осветилась всеми цветами радуги, оставив город парить в воздухе. Тогда Аль Бальхир наклонился к земле. Он взял горсть песка в одну руку и раздул его по всей пустыне. Моментально, из сухой почвы вырвались все райские красоты, которые описать уже невозможно. Это не то, что прежде удавалось лицезреть Сэму. Все эти лини и узоры имели смысл. Они множились, разветвлялись, пузырились и расширялись. Закручиваясь в одну сторону, цветные ветра, напоминающие густое желе, принимало форму разных светящихся контуров, увеличивающихся в размерах. Одновременно, вращаясь в обратную сторону, палитра красок менялась и представали совсем другие картины сложных узоров, уже уменьшающихся в размерах. Подобное движение стало совершенно хаотично. Оно порождало немыслимые картины. Будто потоки разных красок, рисовали пейзажи прямо друг в друге. Они распространились на сотни, тысячи, миллионы километров. Приближались и отдалялись одновременно. День и ночь быстро заморгали. Светло, темно, светло, темно. Тона преображались кристалловидными скоплениями, цветными туманами и непонятной вязкой консистенцией. Ориентации в пространстве больше не было. Звёзды спустились сверху, и поднялись снизу. Целыми галактиками, они окружили всё пространство, и, в зависшей темноте, расползлись, по всюду. Некоторые увеличивались и светили, как прожекторы, красным, жёлтым, фиолетовым цветами. Затем быстро сдувались обратно. Другие бледные и маленькие звёздочки, летали, шелестя, как сверчки. Это была уже не земля. Многообразие целой вселенной захлестнуло это место. Растительности, сооружения, всё это проносится перед глазами, как длинные струи воды на ветру. И всему этому нет конца. Отсюда совсем невозможно выбраться, как будто земля стала бесконечностью. Но, с реальной орбиты Земли было видно только резкое озеленение Аравийского полуострова со стороны красного моря. Словно зелёные реки вырвались из берегов, исходящие сразу из трёх точек. Из всех святилищ. И расширялись до тех пор, пока они не соединились. Теперь, это уже не волшебные города. Это нечто намного большее. Флаг с чередующимися, серо-зелёными треугольниками слегка колыхался над сросшимися, заострёнными арками одной из Мекканских возвышенностей. Постепенно, с плотной ткани начала сползать краска. Она улетучивалась, как пыль. Словно блеклый туман, растворяющийся неподалёку, оставляя лишь черноту, на медленно развивающемуся по ветру флагу. И вот, он полностью почернел. На нём нет ни единого знака и символа. И это может значить только одно... Аль-Макка больше не Оазис, теперь Аль-Макка - Халифат. Пастухи опорочили себя, из последних сил отвлекая демонов от разрухи. Сэм и Цзума подлетели к Самоанскому офису. Они посадили свои летатели во дворе, рядом с ангарами. Двери медленно открываются, и они выходят, как ни в чём не бывало, идя в дом. Всюду стоят по уши вооружённые Моджаи. В своих киберкостюмах. На их руках были длинные, толстые пушки, в виде браслетов. Они молча смотрят на них, поворачивая головы в след. На встречу идёт Эмми и Глэйсон. Чем-то недовольные, похоже они ругались. Внезапно, Глэйсон остановился, рассматривая своего брата и рядом идущего парня. Нахмурившись, сразу замолчав, казалось, что он обо всём забыл. Девушка, сначала не понимала в чём дело, и продолжала что-то высказывать ему, но потом и она замолчала, явно изменившись в лице. Даймок и Киромото радостные выходят из главного здания с несколькими сотрудниками. Они остановились в недоумении. Будто не понимали, что происходит. Они проходили в упор мимо него. И тут глаза Даймока налились глубокой злостью. Казалось, он еле сдерживает себя, и вот-вот сорвётся. Через мгновение, в нём что-то щёлкнуло, и он продолжил идти в своём направлении. Все смотрели на Николая, как на чудовище. Они молчали. Но их молчание кололо больнее тысячи слов. Цзума никому не смотрел в глаза. Он опустил голову, смотря лишь себе под ноги. Зайдя в помещение, они остановились. Алива сидела за столом перед пустой тарелкой своего завтрака и смотрела кино на стене-экране. Услышав шаги, она на мгновение отвлеклась и повернула голову. - Что? - вслух спрашивает сама себя. - До завтра, это место самое безопасное в мире, - не обращая на неё внимания подошёл к столу Сэм и взял одно из своих портативных устройств. Николай осматривая всё вокруг, стоя по среди офиса, пытается найти путь в лабораторию. Так и не поняв, куда идти дальше, он неуверенно подошёл к ним. - Ты всё ещё здесь? - обратился он к девушке на русском. - Не волнуйся, завтра улечу на другую планету, - на том же языке отвечает она. - Тогда я с тобой, - уже без стеснения улыбнулся он. - Эй, говорите нормально. - возмутился ничего не понимающий Сэм. - Я знаю, что вы соскучились, но... не вынуждайте меня всегда закапывать в уши звуковой преобразователь. - А ты используй непрерывную версию, - отвечает она ему. - Что, нельзя и пары слов на родном языке сказать? - Это даже не твой родной. А мальчик этот, как обычно ревнует, - говорит Цзума. - Провоцируешь? Хорошая попытка. - иронично покачал головой Сэм. - Мне тоже нравятся славянские самочки, - с ухмылкой смотрит на неё Цзума. - Так, давайте не будем отвлекаться, - вздохнув навалился на стол Сэм. - Ты уже придумал, как искупить свою вину? - обращается он к другу. - Допустим, я простил тебя. Но, остальные, в лучшем случае не хотят тебя видеть. - А что тут думать? Кто эти остальные? Сегодня я перекантуюсь у вас, а завтра лечу в Сан-Хосе. Там моё место. - Это бред. Тебя не пустят. - возразил Сэм. - Ошибаешься. Я еду туда вовсе не возвращать свой руководящий пост. И даже не устраиваться в рабочий персонал. Я всё ещё самый крупный акционер компании. Вряд ли меня забыли. Ты говорил, вам нужна помощь главного офиса? Я постараюсь это устроить. - Было бы круто, - пошёл вдоль зала, в сторону компьютеров Сэм. - Если что, я буду здесь. - обратился он к ним. - Сегодня для тебя роботы нет, но ты можешь сделать мою. - Давай иди уже. А что прислуги у вас больше нет? - сел за один из ближайших, нерабочих столов Цзума, обращаясь к Сэму. - Хочу пивнуть водицы, в горле пересохло. - Горничные уже не в моде, - ответил он ему. - Оу, какие вы самостоятельные. И бельишко постельное сами меняете? - Бельишко меняется автоматически, на трансформирующемся матрасе. Само стирается, сушится и гладится внутри матрасной камеры. Смотрю ты совсем одичал. - выключил Сэм, мешающий говорить звук из настенного экрана. - А вообще, прислуживающий персонал у нас есть в другом доме неподалёку отсюда. Ты же знаешь, здесь нет места лишним глазам. - Я одичал? Дай сюда свой стакан, - он взял его стакан и посмотрел на донышко. Улыбнувшись и глубоко вздохнув он поставил его на место. - Там есть летательная пластина, как и на всей нашей посуде, - засмеялся, сев рядом Сэм. - Что нам теперь, сидеть и не шевелиться? Поднеси подай - профессия прошлого. - Успокойся уже. Это сарказм. Не сходи с ума, чувак. Может лучше отведёшь меня в систему 'Late mine' (адаптированная комната одиночных разработок). Хочу попрощаться с нашими старенькими компьютерами. - вглядывается в два коридора Николай. - Спешу расстроить тебя, дружище, в нашем офисе её нет. - Зачем она нам? Всё происходит здесь. Нам больше незачем разделяться, - усмехнулся Сэм. - Планировка не существенно поменялась, как ты мог заметить. Вся рабочая площадь, вот эти три больших ступенчатых зала, объединённые в один, соединяющиеся в центре. Здесь невозможно потеряться, даже если никогда не был здесь, - подошёл он к стеклянной стене с противоположной стороны, рассматривая маленькую лужайку. - И лучше мне здесь не задерживаться, - тот встал изо стола, быстро посерьёзнев. - Теперь я слишком много знаю. - Имею ввиду на Земле - уточнил Цзума. Я должен уехать навсегда, - медленно пошёл он в направлении Сэма. - Возможно ты прав, - повернулся в его сторону парень. Они вместе спустились в дальнюю часть помещения, остановившись у п-образного стола. Там, на рабочих местах сидели несколько сотрудников. - Расскажешь всё что у тебя было на Терраро, - прервал тишину Сэм, взявшись за спинку одного кресла. - Николай глубоко вздохнул, пробежав взглядом по всем экранам. - Был один мужчина, - начал он. - Мой подданный... Он зашёл в запретную локацию, и... чуть не превратился в меня. - Не понимаю, о чём ты? - Да, не важно, - отвернулся он в сторону. - Потерянный Оазис знаешь? - снова собрался с мыслями Цзума. - Сэм без радости улыбнулся в ответ. - Мы сделали там Хамунаптру. Ещё одно святилище. Будто бы по нашей инициативе. Но, это не так. Я чувствую, проводники и пророки ведут там самые грандиозные проекты. Они специально выбрали это отдалённое место. И завербовали меня, чтобы охранять его. Помимо остальных загадочных мест, там есть одно особенное, странное место. Однажды, знакомый мне человек вошёл туда. И его достали только через четыре месяца. - Портал во времени и пространстве? - ухмыльнулся Сэм. - Нет. Не корчи из себя безмозглого физика. Ты же знаешь, почему он задержался там. Они делают точку входа в полное многообразие в обоих направлениях. - Но, не в обоих началах, - подумав снова ответил Сэм. - Им пришлось бы делать этот вход по всей вселенной. - Ошибаешься, дружище. - закачал головой Николай. - Это не обязательно. Они воссоздадут ту же бесконечность в меньшем масштабе. На это нужно чуть больше времени. Представь себе, там уже встроена оптимизация всех четырёх начал, по положению. И двенадцати по направлению. Любые внесистемные алгоритмы, хоть все вместе взятые, будут медленнее их. Мы уже проиграли. И можем только замедлить эту бомбу, но не остановить. - Пока Сэм думал, он пошёл вдоль пустой лаборатории, осматривая сувениры на длинной сплошной полочке, стоящей над столом. Машина с огромными овальными колёсами мчится по непроходимому бездорожью горного ландшафта. Оттуда разносилась громка электронная музыка. Это монстр трек, производства Констант. За рулём сидит Джейсон. Рядом, пристёгнутый через два плеча ремнями, держался обеими руками Глэйсон. Вот, на большой скорости, они въехали в быстро текущую реку. На мгновение, внедорожник снесло потоком. Один его бок приподнялся, и их крутануло, градусов на сорок пять. Но колёса быстро гребли. И через пять секунд они уже на другом берегу. Только берег этот не пологий. Скалистый порог, метра три высотой, тянулся вдоль всей реки. Словно уложенный плоскими камнями, он почти, как ровная стена, с едва заметным уклоном. Благо, от реки, до преграды было пару метров. Этого хватило, чтобы сделать резкий рывок, и забросить передок машины, встав в дыбы. Камни и брызги летят из-под всех четырёх колёс. Их начало переворачивать. Внедорожник вот-вот кувыркнётся назад, прямо в воду. Но Джейсон не растерялся и повернул колёса, продолжив шлифовать гору полу боком. - Давай, давай! - перекрикивает рёв гибридного ДВС и электро-усилителей, в совокупности под две тысячи лошадиных сил, Глэйсон. - Резко выпрямляй обратно. - испуганно смотрит он в своё окно. Теперь их начало переворачивать на бок. Джейсон повернул колёса вниз, и остановился. Затем вывернул их в другую сторону, и дал заднюю со всей дури. - Что ты творишь?!- выпучил глаза смотря в реку, пассажир. Зад оторвался от земли. Осталось совсем немного. Они уже встали в свечу, и тут Джейсон снова вывернул колёса, продолжая газовать, до тех пор, пока машину не крутануло в противоположную сторону, передком от реки. Резко дав по тормозам, их отпустило. С грохотом, колёса слегка отпружинили от ровной почвы. - Со мной не соскучишься. - дал ему кулаком в плечо Джейсон и убавил музыку. - Я с тобой поседею скоро. - вытирает свои потные ладони Глэйсон. - Чувствовал, что надо было лететь сюда, а не ехать. - Достав свой гаджет, Бакос навёл его на местность в дали. Там, за протяжённой поляной, стоял лес. На большом склоне. Увеличив масштаб, на его экране началось сканирование. Поставив точку на только что выскочившей красной схеме, поверх изображения, Джейсон снова опустил педаль в пол. - Не можешь по тише! - голова Глэйсона опрокинулась назад. - Мы никуда не торопимся! - пытается он перекричать грубый, насыщенный вой мотора. На что тот с улыбкой прибавил музыку и продолжил набирать скорость, оставляя за собой вмятины на нетронутой зелёной траве. Наконец, они остановились в лесу. Выйдя возле большого одноэтажного дома. Он был с плоской крышей. И на ней стояли два Летателя А-класса. Некоторые стены почти полностью застеклённые. Перед входом стоял низенький декоративный белый каменный заборчик. На нём навешана зелёная растительность, цветущая жёлтыми цветами. Внутри стоял бассейн с сухими опавшими листьями и ветками на поверхности мутной воды. Похоже им давно никто не пользуется. Из стеклянной двери вышел мужчина в бардовом свитере и широких светлых шортах. Это был Милман. В забавной красной кепке с чёрной выпуклой эмблемой. Где белыми буквами было написано R.I.P. Очень символично, подумав про себя, усмехнулся Глэйсон. Чед махнул им рукой в знак приветствия и быстро пошёл на встречу. - Крутая тачка, может подгоните? Какие новости? - сразу спрашивает он дальше, обращаясь к обоим. - Новости очень нерадушные. - отвечает ему Глэйсон. Он продолжает осматривать всю территорию. - А тачка эта в единственном экземпляре. Извини приятель. Кстати, ты не из трусливых. - улыбнулся парень, поняв, что здесь больше никого нет. - В курсе, что правительство хочет устранить тебя? - Разумеется, - он пинает маленькие камушки, под ногами. - И как же холодно сегодня. - нахмурившись вздыхает губернатор. - А ты не думаешь, что мы могли привести с собой федералов? - спросил Джейсон. - Нет. Я вам доверяю. - Это хорошо, - улыбается Глэйсон. - Тогда может пройдём в дом? Нам нужно много о чём поговорить, - мужчина сделал руки назад. - Конечно, проходите. - Они зашли во внутрь и расположились на стульях. Сам Чед открыл бутылочку воды и сделал пару глотков: - Вы не обидитесь, если я не предложу вам выпить? - он поставил обратно бутылку. - Просто, это не мой дом. Одолжил у хороших знакомых. - Специально для нашего разговора? - спросил Джейсон. - Тот выставился на стену, думая, что сказать. - Да ладно, чем тебе здесь не нравится. - подтыкает его Глэйсон. - Уютное местечко. - Так, давайте ближе к делу, - с серьёзным выражением лица торопит их Джейсон. - Плохи ваши дела. Очень плохи. - смотрит он на губернатора. - И что нам делать? - спрашивает тот, сев в кресло качалку, по середине комнаты. - Вы же не оставите меня? - обречённо смотрит за окно мужчина. - Лучше бы тебе оставить это дерьмо, - продолжает Глэйсон. - Пока не поздно. Ещё всё в твоих руках. Даже если это была подстава. Дружище, сейчас ты не в том положении... Тебе надо уйти, - безукоризненно он пронзает взглядом его лицо. - Почему не им? - возмутился Чед. - Вы же знаете, что они менее компетентны, чем я. - Пусть даже так, но за ними стоит весь ЦС, понимаешь? - мельком осмотрел помещение Глэйсон. Затем встал и подошёл к нему в упор. - Они захватят вас. Не сразу, но захватят. И тем хуже для людей. Ты знаешь, что бывает, когда равные силы сталкиваются. Ничего хорошего. - Тот молча продолжает качаться. - И мы были в Вашингтоне, - встал со стула Джейсон. - Там сказали, что у вас есть только два варианта, мистер Милман. Либо вы мирно теряетесь, со всеми своими дружками, либо к вам введут армию и вам не поздоровится. А заодно и нам. - Можно я выберу третий? - Как хочешь. Только не жди от нас помощи, - закончил Глэйсон и вышел на улицу. - А я говорил ему, что наш разговор будет коротким. Надеюсь, ты примешь мудрое решение, - вышел за ним Джейсон. Чед выскочил за ними. - Эй! Стойте. - остановился он у двери. Те шли уже возле бассейна. - А как же заводы? Они все их прикроют. - В том то и дело, - без особого интереса продолжил идти к машине Глэйсон. - Но, разве вас это волнует? Разве Альянс заинтересован в реальном сотрудничестве с нами? - С вами - да. С Джузип - нет. Пока офис Сан-Хосе на службе у лэйро, я не могу допустить их до абсолютной власти над нами. Неужели вы этого не понимаете? - догнал он их и преградил дорогу. - Мы не можем этого допустить. Это всё равно, что доверить власть одной страны, президенту другой. Объясните мне, зачем нам нужно партнёрство с инопланетянами? Вы даже мне этого не можете объяснить, как вы собираетесь объяснять это старикам в пиджаках? Они же только усмехнутся над вами. Они сумасшедшие. С ними даже говорить бесполезно. Ваши взаимоотношения были достигнуты, только благодаря Вакли и Джонсону, да помилует господь его душу. Но, что теперь? Вы не нужны им, и мы не нужны им, потому что мы хотим иметь дело с вами. Хотим развиваться. Постоянно двигаться вперёд. А они удерживают нас в своём средневековье, потому что их масонская картинка мира, не вписывается в нашу. Их нужно всех мочить. Просто выжигать, как саранчу. - Что ты несёшь, чёртов лжец, - наступает на него Глэйсон. - Куда это интересно ты хочешь развиваться? Ты нагло зарабатываешь на наших технологиях. И, если ты не разоряешь США, это не значит, что ты не разоряешь другие страны. Нам не многое про тебя не известно, и бог знает, сколько за тобой ещё грехов. Поэтому, я не собираюсь давать тебе шансы. Таким упрямым ослам, как ты бесполезно что-то давать. Каждое твоё слово можно купить. Ты же существуешь в этом мире только ради денег. И, если простых, жизненно нуждающихся людей в этом можно понять, то таких как ты понять невозможно. Для тебя это игра. Но, на самом деле, это болезнь. Ты болен, мужик. И, ты ещё имеешь совесть ставить себя выше сената. - Это не правда! Нет, такое было, но сейчас плевать на деньги. Хочешь, я раздам все свои деньги? Так, давай серьёзно. Какой нахрен Устойчивый Альянс? Ты и правду думаешь, что они все в одной лодке? Тут всё работает по принципу, кого пушка, тот и прав. А на самом деле, они так же готовы порвать друг друга в любой момент. Я просто вынужден делать то, что делаю сейчас, понимаешь? Я не хочу, чтобы экономика зависела от этих старых пердунов. Я хочу, чтобы власть не была привязана ко всяким традициям и ритуалам, не имеющих отношения к реальной инфраструктуре. Эта секта держит мир с незапамятных времён. Вам не кажется, что им пора на пенсию? Из-за их капризов, люди, за пределами Америки до сих пор живут в нищете. Поэтому, мире должен быть только один управляющий центр, как на Терраро. И там соберутся лучшие из лучших, со всей Земли. - Хх, - беззвучно швыркнул, обойдя его стороной парень. - Мир бедный за пределами Америки, благодаря тебе, в том числе, Чед. Извини дружище, ну я тебе не верю. - залез в кабину внедорожника Глэйсон. Джейсон снова занял водительское место. - Есть один маленький нюанс. На Терраро всего один город. А у нас ими усеяна вся планета. Мы приехали, в надежде договориться, но вы не понимаете даже сути проблемы. - И в чём же она? - В том, что вы устаиваете большую войну. Если вы не способны создать условия для нашей компании, создайте их хотя бы для народа. Иначе, мы будем вынуждены уйти с рынка. Но, этим вы сильно разозлите наше управление, и кто знает, может, перед отлётом, они кинут спичку в вашу навозную кучу. - Значит, вы не со мной, - опустив голову фыркнул Милман. - Тогда почему бы вам не убить меня, прямо сейчас? - Потому что ты доверяешь нам, - ответил ему Джейсон заведя мотор. - Очень остроумно, - устало покачал он головой. - Что ж, прощай Чед, - поднёс два пальца к виску Глэйсон и отмахнул от себя, - Возможно мы видимся в последний раз. - Тачка рванула с места, немного привстав в дыбы. Он даже не смотрел им вслед. Достав гаджет, он сразу вернулся в дом. В это же время, Войл с командой идут по коридору здания сената имени Дирксена. Из одного кабинета, незаметно выходит пожилая женщина: - Господа, прошу зайти сюда, - остановила она их громким обращением. - Очень признателен. Нам нужен этот, как его, - смотрит он на рядом стоящих, вспоминая имя. Кёртис Пол. Ваш главный активист. - И всё же вы нахал, - отошла она от прохода, держась за дверь. - Скорее всего, это будущий президент, к вашему сведению. - Извините, дамочка. - ухмыльнулся генерал. - Мисс Алексис, - нахмурившись быстро представилась женщина. - Нам неведомы хорошие манеры. Как видите, - кивает он на остальных, - эти ребята не ходят в пиджаках и ворочают триллионами. Хотя мистер Свейк, сегодня первый раз без этого похоронного отрепья, что вы носите сначала времён. - Исправляюсь, - засмеялся пузатый мужчина, в синей худи. - Прошу, пожалуйста, - грозно поправила она свою белую рубашку, указав дорогу. - Какие люди! - радостно спускается с пустой трибуны, коротко стриженный, мужчина средних лет. - Я Кёртис. - подаёт он руку всем по порядку. - Выдвиженец от партии старых добрых республиканцев. - Я представитель оборонного сервиса, первого рубежа Констант, - начал Войл. - Вы, наверное, знаете, зачем мы пришли. - Тот в недоумении вытянул нижнюю губу. - Даже не думайте развязывать эту войну. Я хорошо знаю Милмана. Он настоящий ублюдок, но это не он. Это не он виновен в смерти президента. Не он виновен в разгроме Детройта. - Ваши доказательства, - поднимая брови жестикулирует мимикой, влиятельный политик. - Сэма Велторса и Макса Мэлтерберга знаете? - Нуу... естественно. - Этим ребятам сказали заранее, - продолжает генерал. - Это было в Неваде. Ещё девятого или десятого февраля. Почти месяц назад. Но они ничего не могли сделать с этим. Это были Каратели или какие-то другие силы ИПО, неважно. Они творят всё, что хотят и пока что, мы тоже бессильны перед ними. - В смысле, не важно? - смотрит Кёртис на подошедшую к ним миссис Алексис. - Вчера мы потеряли сто пятнадцать тысяч человек! Вы понимаете? - Свободных человек, - полушёпотом уточнила женщина. - Сегодня количество возросло уже до ста сорока тысяч и я уверена, ещё увеличится. - Я сожалею. Мне искренне жаль, - отвернул в сторону голову Войл. - Сколько ещё мы должны это терпеть!? - Пол сжал кулаки, сильно зажмурившись. - Вы не должны сходить с ума, - успокаивает его один из сотрудников. - Они специально провоцируют вас. Только вместе мы пройдём эти испытания. Доверьтесь нам. - А эти испытания когда-то вообще закончатся? - с отдышкой, диким взглядом он обегает каждого. - Нацепили на себя мундиры со звёздами и стали великими военачальниками, которых мы будем слушать? Кто вы вообще такие? Вы работаете не в наших интересах. Вы работаете в интересах вражеской нам компании. Когда последний раз мы были Лос-Анджелесе, госпожа Алексис не даст соврать, мы, при всех выложили свои подозрения. Точнее, это сделал президент. Он обвинил Милмана во всех махинациях, а тот в ответ разорвал соглашения с лэйро. Может быть, вы правы, что корень проблем - это ИПО, но... - глубоко вздохнул он. - Порой, нескорые цели, достигаются в несколько этапов. Чтобы устранить внешние проблемы, необходимо решить внутренние. - Здесь это не работает, - вмешивается генерал. - До этого случая, у вас не было внутренней вражды, тем не менее, вы глотали всё, что летело в вас из Аль-Макки. Сан-Диего, оккупированный Оазис Прокажённых, разрыв всех европейских соглашений. Может, это было по вашей воле? И, если уж забегать вперёд, могу обрадовать вас тем, что на этом они должны остановиться. Пока что. - Передай им низкий поклон, - на взводе, не может найти себе места сенатор. - Вы же знаете, что этот идиот Чед не остановится, - продолжает Алексис. - Мы в любом случае должны снять его с должности, и, если это невозможно мирным путём, он не оставляет выбора. Ему подчиняются местные генералы, армия, полиция и даже вы потакаете ему. Вы понимаете на сколько он далеко зашёл? Понимаете, что это неправильно? - Согласен, он не нравится мне, как человек. Но, как лидер, он намного лучше вас. Люди же в курсе всего этого. Однако, они предпочитают оставаться на его стороне. - Ещё бы, - встревает Кёртис. - Этот урод владеет всеми вашими заводами! Заберите их у него. Вам всё равно нужно принять чью-то сторону, вы же понимаете. - Не хочется нам принимать вашу сторону, - начал Свейк. - Из-за вас, мы заморозили компанию на несколько лет. Что вы сделали с нашими офисами в Америке, в Гонконге, да во всех частях света? Вы прикрыли офисы даже в Антарктиде. Думаете, мы это забыли? Как ком в горле всё ещё стоит. Мы уже поняли, как с вами нужно действовать. Вас нужно пугать, как это сделали Лайгибе. То та, вы хвосты свои поджали. Боитесь Купилабу больше самого ИПО. На главный офис не рыпаетесь. Похоже, вам нравится, когда вам угрожают? Только так вы понимаете границы дозволенного. - Согласен. Неприятный осадок, - поддержал его Войл. - Мы не обязаны принимать чьи-то стороны, не вводите нас в заблуждение. Вы слишком многое на себя берёте и очевидно не справляетесь. Вы сильно сковали бизнес. Ни к чему хорошему это не приведёт. Ведь, вы знали, что мы не отдадим вам управление компанией. Вы и сейчас ей не управляете. И никогда не будите управлять, потому что не способны. Я уже как-то спорил на эту тему, до всего этого переполоха. И сделал вывод, что вы даже не способны понять то, что не способны управлять нашей компанией. Если бы вы были хоть чуточку умней. И, если бы не появилось ИПО, к сегодняшнему дню, мы бы уже вышли на межпланетную торговлю. Я сам не обладаю экстраординарными способностями. И не хвалюсь тем, чего у меня нет. Я всего лишь генерал. Даже, не самого высшего ранга. Пусть для вас я самозванец, не госслужащий. Но, я понимаю все детали, касающиеся нашей компании. Я обязан понимать их, иначе меня бы уволили. Если Джузип дала власть никому неизвестным мальчишкам, значит только они знают, как управлять этим. - А что вы предлагаете? - разводит руки Пол. - Вернуться на сто лет назад? Помните, что было до Рузвельта? Мы не можем сделать бизнес полностью свободным, иначе ненасытные богачи захватят власть, и наша экономика окончательно взорвётся. - Сто лет назад всё было по-другому. Тех богачей больше нет. Посмотри на мистера Свейка. На Джареда, на Велторса и Мэлтерберга. Неужели, ты считаешь их тиранами? Современные богачи уже всё ещё ставят прибыль на первое место. Это, касается всего совета директоров. Но, дайте нам шанс, наладить отношения и мы возьмём под контроль все прибыли и расходы. Мы будем инвестировать в будущее, беря в расчёт всю экосистему. Мы делаем это и сейчас. Самоанский офис. Пусть не всегда деньги вливают в то, во что хотелось бы, но всё же, это другой уровень. Теперь им снова можно доверять. Понимаю, цена ошибки высока. Но, завязав нам руки, вы развязываете войну, против собственного народа. - Вы льёте нам какую-то воду. Разберитесь сперва с собой, а потом учите жизни остальных. Как вам доверять финансовый сектор, когда вы сами друг с другом кусаетесь, не меньше нас. Всё, у нас нет времени. - возмутилась старуха, глядя на Даймока. - Пока Констант целиком и полностью не будет принадлежать одному центру управления, я не хочу слышать вас. Завтра выйдет план захвата Калифорнии. И, вы не дали нам против этого не одного стоящего аргумента. Мы обязательно найдём общий язык, но уж точно не сегодня. Сейчас для этого самое не подходящее время. - Жаль, - Войл прошёлся по высокому кабинету. - Зачем вы сравниваете конфликт внутри компании, с военным конфликтом? Наши междоусобицы никому не мешали, кроме самого руководства. А вы покушаетесь на права и свободы граждан. Дело же не только в губернаторе. Уже весь штат вражески настроен к вам. Что ж, к тому же у него есть электрогенерируемая бомба. Которую разрабатывали, между прочим под руководством покойного Кенни. Посмотрим, как вы справитесь. - Справимся. У нас тоже есть пару сюрпризов. - Мне насрать на вас. Людей жалко. Особенно таких ключевых фигур, как Кенни и президент Джонсон. Когда они падают жертвами столь грязной и бессмысленной игры, становится вдвойне обидно. Значит такая судьба. Я не собираюсь вам что-то доказывать. Разве я должен искать аргументы, чтобы вы не убивали невинных людей? Убив Милмана, вы ещё больше разозлите их. Эту гражданскую войну Америку не выдержит. А арабы потешаются над вами. Стравливают как бешённых собак, и иногда подпинывают, чтоб скулили громче. - От злости Кёртиз надул щёки и глубоко задышал. Он сам молча ушёл из своего кабинета. Задумавшись, Алексис подошла поближе к Войлу: - Если жители западной части страны хотят отделиться, пожалуйста. Мы не держим их. Пусть будут сами по себе. Но вмешиваться в наши дела, это уже слишком. Я всё прекрасно понимаю. Люди хотят мирной и спокойной жизни. Им внушили, что все беды идут от нас, чтобы просто прикрыться и продолжить наступление на государственный аппарат. Пока Милман не возьмёт белый дом, он не успокоится. Не важно, кто сделает первый выстрел. Это в любом случае закончится военным столкновением. - Сейчас они должны встретиться с Джейсоном и Глэйсоном. Посмотрим, что будет дальше. - Как только министр обороны разошлёт план, операция начнётся в ту же секунду. - С призрением улыбается она, сделав небольшую паузу. Затем тоже вышла из помещения. Войл запустил системное изображение внутри своих глаз, отправив сообщение Глэйсону. Они быстро покинули здание, отправившись на Савайи. Через два дня границы Калифорнии и Невады окружили со стороны Медфорда, в Орегоне, HallIsland в Аризоне, вблизи Оуайхи, штата Айдахо, и Рейлрод Пасс, возле Боулер Сити, непосредственно, в самой Неваде. Тем временем, Чед Милман был внутри скалистого острова Кеймада-Гранди, возле Бразильских берегов. Люди абсолютно ничего не подозревают. Они ведут обычный, будничный образ жизни. Внезапно, во всех динамиках, начали раздаваться одни и те же сообщения: 'Внимание, внимание! Жители штата Калифорния и Невада. Пожалуйста, сохраняйте спокойствие. Вводится чрезвычайное положение. Это ужасное недоразумение. Мы должны отстранить губернатора от занимаемой им должности'. - едва прозвучали эти слова, как в городах раздались звуки сирены. Все засуетились. Началась паника. В ЛА, Сан-Франциско, Сан Хосе, Лас-Вегасе и других крупных городах началась срочная эвакуация. Местное самоуправление ввело военное положение. Они ждали этого момента. И были готовы. Генералы внимательно наблюдают за радарами в большом закрытом помещении. Некоторые люди вводят данные, на длинных сенсорных панелях. Чед молча наблюдает за одним из экранов. Мистер Вакли, в последний момент, вступил в должность министра обороны США. Не трудно догадаться почему Вашингтон назначил его. Они доверяют ему. И готовы положиться на его способности проявить себя в роли главного главнокомандующего. К тому же, у него была личная неприязнь к Милману, как и у большинства действующих лидеров, не только Америки, но и всего ЦС. Войска вторгаются на территории первых поселений. В пригороде Лос-Анджелеса разразилась жуткая бойня. Оборону города держала лишь полиция и местный спецназ. Но, это длилось не долго. Когда самолёты и летатели уже достигли центра, оккупировав ключевые места, они окружили здание правительственной администрации. Выдвинув ультиматум всем, кто причастен к политике губернатора. - Приказываю всем покинуть правительственный штаб! Вы окружены! Немедленно сдайтесь, или будете уничтожены! - как в граммофон, вопит один из солдат в сплошной бронированной маске, закрывающей всё лицо. Все остальные выглядели так же. Это отряд особого назначения, в продвинутой экипировке, по виду из углепластика, похожей на Джузип. У них были ярко выраженные контуры, подсвечивающиеся тонкими линиями. В первом ряду, в руках у всех были большие широкие пушки, как маленькие брёвнышки. Это электрогенерируемые гранатомёты. Не известно, где они их достали, но с этими штуками шутки плохи. Тем временем, из грузовых летателей В-класса, продолжают выпрыгивать пехотинцы. У них не было парашютов. Они все были в лётных костюмах, и быстро, одними своими телами, как супермены подлетали к остальным, выстраиваясь в несколько рядов. В городе продолжала раздаваться сирена. Полиция больше не оказывала им сопротивления. Внезапно, дверь здания широко распахнулась. Оттуда выходит перепуганная уборщица. За ней, какой-то мужчина. Они оба подняли руки, медленно двигаясь по лестничной площадке. - Лягте на пол! - кричит всё тот же солдат. - Лицо в пол, руки за голову! - Они беспрекословно выполнили его просьбу. Женщина тихо скулила, едва сдерживаясь от паники. Далее вышло ещё человек пять. Все они были рабочим персоналом. И все разлеглись прямо у выхода. - Нам нужны правительственные представители! Я даю вам последние десять секунд. Выходите! Обещаю, что с вами нечего не произойдёт, если вы дадите свои настоящие показания. - Рядом, стоящий с ним солдат внимательно всматривался в окна верхних этажей. - Там никого нет. - говорит он, не отвлекаясь, и не спуская прицел. - Тогда разнесём эту контору к чёртовой бабушке. - он поднял свою руку в тёмно-синей перчатке, подавая сигнал остальным. - Граждане, быстро поднялись и ушли! Сегодня ваш рабочий день официально завершён. - Люди соскочили и бегом спустились к проезжей части. - Стойте! - закричал человек на крыше. Он был в деловом костюме, с поднятыми вверх руками. - Пожалуйста не делайте этого! Их здесь никого нет. Они ушли, все до одного. Они оставили всё вам. Точнее, нам. Я не с ними. Я всегда был предан только официальным властям ЦС. Теперь это всё наше. Они не вернутся. - К нему подлетели два летателя А-класса, с тяжёлым орудием на борту, и зависли в воздухе. - Скажите нам, где губернатор, и мы отпустим вас! - заявил главнокомандующий, сидя в одной из этих посудин. - Полковник Салкинс? - недоумевая опускает руки мужчина, подойдя к самому краю. - Они оставили вам подарок. - не дожидаясь ответа, он ухмыльнулся и ещё раз осмотрел окруживших здание вояк. - Заберите же меня от сюда, я готов сотрудничать. - Залезай - немного подумав, грозно ответил тот. Только они успели отлететь на несколько метров, как из всех окон здания вырвались яркие вспышки, с грохотом мощных взрывов. Но, это были не взрывы. Толстые, светло-голубые лучи вырвались на улицу, и размозжили всё в округе, испепелив пехотинцев, за доли секунд. Окружающие летатели мигом разлетелись по сторонам. Некоторые из них тоже попали под огонь. Огромные судна В-класса, что высаживали солдат, открыли огонь по зданию, мощным токовым разрядом, в виде быстро вылетающих шариков, размером с мяч. Когда шары летели, они быстро росли в диаметре, и врезались в стены уже пятиметровые громадины. Они обволакивали поверхность, и словно масло, растопили бетон и сталь, тут же рухнувшей постройки. Тем временем, неизвестный мужчина, что залез в корабль, быстро вынул широкий, но короткий бластер и пристрелил двух солдат, сидевших рядом с полковником. Пока водитель пытался увернуться от ударных потоков, разлетающихся из здания, этот чувак, прямым ударом ноги врезал полковнику в челюсть. Бах! Красивый фронт кик. Но тот не отключился. Мужчина быстро залез ему за спину, положив на пол, и опустил водительские жалюзи. - Какая крупная рыбка нам попалась, - он скинул свой пиджак. На нём был военный лётный броникостюм. Сняв шлем с покойника, он нацепил его на себя. Упираясь, между тем коленом в спину пожилому командиру. Достав гаджет из браслета, он связался с калифорнийским генералом армии Бартоном Диксоном. - Они всё же сделали это. - качает он головой, подглядывая за водителем в небольшую щель. - Они открыли огонь. Можно начинать. - Что начинать? - повернул голову полковник. Тот, подскочив, ещё сильней давнул коленом ему в позвоночник. - Оборонительную операцию. - с улыбкой посмотрел он ему в глаза. - Со мной полковник Салкинс, знаете такого? - Да. Он живой? - спрашивает генерал. - И невредимый. - загнул ему одну руку за спину, физически подготовленный агент. - Вези его в Никольский (на острове Умнак, Аляска). Там разберёмся. У нас построен специальный лагерь для таких ребят. Зададим ему пару вопросов. Главное, чтоб вас не заметили, пока не покинете континент. И ещё кое-что. - в серой форме, при пагонах, сидит за длинным узким столом, рядом с несколькими офицерами, с довольно большими, в бок расчёсанными волосами, мужчина средних дет. - Мы особо не собираемся с ними нянчится. Никому не нужна эта война. Устраним власти Вашингтона и дело с концами. Если мы не справимся за три-четыре дня, в стране начнётся гражданская война. Мы не должны вмешивать в это простых граждан, неважно на какой территории они находятся и каких взглядов придерживаются. Помни это. - Джонни!! - заверещал полковник, крутанувшись в бок, и скинув с себя колено обидчика. - Водитель быстро подскочил к закрытому окну. Агент врезал ему бластером в лицо, раскровив нос и быстро выстрелил в прикрытое стеклянной шторкой и занавеской окно, попав прямо в лоб водителю. Затем врезал лежащему ещё пару раз, отключив его, и одел на него наручники, в виде маленького, широкого диска, как кандалы. Затем, прыгнул за руль, сняв с себя эти неудобные брюки, он рванул на север по городу, не поднимаясь выше пятидесяти метров, в зону видимости, где не работают глушители, или как их называют программисты - перераспределители рандомного положения и перемещения конкретных объектов, только на уровне радио сигналов. А, более мощные и не нужны. Уже через пять минут, он вылетел в Тихий океан, выдавливая максимум из этой колымаги, начала двадцатых годов выпуска. Едва набрав пятьсот миль в час, он установил автоматический маршрут и вернулся в пассажирский отсек к оклемавшемуся, безоружному офицеру. - Как дела, командир? - спрашивает он его, не снимая шлема. - Это ведро летит тише самолёта. Боюсь нас ждёт долгая дорога. Пять часов, не меньше. - Ну это же стоит того. - полковник вытирает кровь с лица, с трудом сев на пол. - Это уже не моя забота. Я не собираюсь тебя не пытать, не мучать. - Зачем вам это надо? - сплёвывает кровавые слюни мужчина. - Чем вам выгодна эта независимость? Мы же позволяем вам всё, что у вас есть. Просто, не обманывайте нас. Это единственное требование. Не зарабатывайте на нас. Нам сейчас очень тяжело. - В этом вся суть, полковник. - внимательно следит за ним агент. - Если всё будет нормально, вы не выпустите нас из этой гнилой системы. У нас появился единственный шанс, пока обстановка максимально дестабилизировалась. Мы были вынуждены зарабатывать на вас. Ценой своего будущего. Но так будет не всегда. Когда авторитарный режим рухнет, мы восстановим справедливость, о которой вы и не мечтали. - Это Милман так говорит? Самые наивные фантазии, что я слышал. - В ответ тот просто покачал головой. В пустыне, в северной части Лас-Вегаса, раздвигаются подземные двери. Оттуда вытянулись большие ракеты. Это не атомные бомбы. Это то, над чем работал Кенни, в последние дни своей жизни, совместно с правительственными инженерами. Встроенные генераторы, с напряжением в двести миллионов вольт, и силой тока в сто тысяч ампер, нацелились в восточном направлении. Эта мощная система, второго класса распределения энергии. Самая продвинутая, из доступных Констант на сегодняшний день. Их огневая мощь управляется автоматически, с точностью до замкнутых, составных объектов (т.е. способность выбирать конкретные здания, автомобили, людей, животных, насекомых, растения и т.д.). Несколько десятков установок, выстроились в один ряд. Одна за другой, они вырвались из земли, с мощными звуковыми хлопками, так, что почва вибрировала на несколько километров. Они не испускали не капли огня. Просто вылетали, как мелкие крупицы в мощном магнитном поле, и исчезали в горизонте, за доли секунд. Армия ЦС окружила все города. Но нигде и никого некого не было из правительственного штаба. Поздно было отступать. Они знали, что теперь подвергли себя большой опасности. И, чем целее их города, тем больше у них возможностей. Вакли принял самое сложное решение в своей жизни. Они решили пойти в а банк. Ломать всю инфраструктуру, с упором на долгосрочный, затянутый конфликт. Они, конечно, не собирались намеренно убивать граждан. Их план, до основания разрушить ключевые объекты, офисы, и самое главное - заводы. Но, не успели они отдать приказ на огонь, как пентагон и белый дом разлетелись в дребезги. Вместе с другими центральными зданиями. Само собой, власти сидели не там. Они шкерились в подземных бункерах, так же, как и их заклятые враги. Возможно, они даже не на территории США. Нью-Йорк, Филадельфия, Бостон и множество других городов северо-востока были выборочно атакованы с запада. В ответ федералы начали крушить калифорнию. Просто рвать и метать. Они знали, расположение завода в Сан-Хосе, и направили туда огневую мощь. Но, они не знали других ключевых объектов, для этого пришлось отправлять разведгруппы. Между тем, в центральной части страны вспыхнула настоящая бойня. В течении, последующих десяти часов, Чикаго начал добивать Детройт, ещё не отошедший от недавней трагедии. А из Нового Орлеана, началась бомбёжка Хьюстона и Оклахома-Сити. Это сторонники Милмана. В этот раз в ход пошли и огневые ракеты. Всё, что пылилось на складах десятилетиями, кроме ядерного и химического оружия. Официальные власти допустили большую ошибку в том, что Губернатор давно просчитал их вторжение. Все знали, что он даст бой, если останется на свободе. Возможно, их нервы уже просто сдали. Они и без того были на пределе. Старая добрая войнушка, это то, что нужно обоим сторонам, как бы они этого не скрывали внутри себя. Это даже то, что нужно людям. Они устали бояться. Устали ничего не понимать. Это их воля. Так будет легче. Люди инстинктивно ищут лёгкие пути. Пусть даже они ни к чему не ведут. На следующий день, армия ЦС активировалась в полном составе. Тут уже невозможно обойтись без жертв. Городские перестрелки, взрывы, крики, боль. Всё это можно бы было вставить для красивой картинки, но тема эта уже заезженная вдоль и поберёг. Неинтересно. Рука не поднимается. Вот же ленивый ублюдок, думаешь сейчас ты. Люди сто раз пережёвывают знаменательные события прошлого, а этому войну будущего в падлу описать. Вторая гражданская война стала для Америки самой кровопролитной, со времён первой. Так уж повелось, что в этой стране, главные угрозы идут изнутри, а не с наружи. Причём, не потому, что не было внешнего врага. И первая и вторая власть, хочет мира и добра американскому народу. Восточные консерваторы, против бизнес-империалистов запада. Уже на следующий день, к ним подключились другие страны. Китай давно жаждет мести. Ведь он больше всех пострадал от политики Милмана. Всё, что могли сделать в Констант, сделали. Вернее, всё, что от них зависело. Не сумев договориться не с одной из сторон, они прибегли к уже проверенному плану президента Джонсона. Мистер Свейк поставил на кон всю долю компании, самоанского офиса. Вот он подписывает последние бумаги, смотря в окно своего маленького кабинета, и, без малейшего сожаления, отправляет их в принтер-телепорт. Там, на большой площади всё ещё открытой базы Арабской губернии, вблизи бывшего Джизана, стояли несколько больших субмарин. Как оказалось, Шарвей больше не высылает за ними свой транспорт. Теперь, приходится добираться на том, что есть. Но, это не главная проблема. В любом случае, в последующие три дня, только из США улетело четыреста тысяч человек. И, в общей сложности, миллион, за неделю. Основные переселенцы, за пределами штатов, пришлись на Китай, Европу и Африку. Вот, что значит авторитет компании. Ведь, президент Джонсон оставил залог в размере всей экономики ЦС, ради всего ста шестидесяти тысяч мигрантов. Но, с Констант решить эту проблему оказалось проще. Как бы не хотелось остановить кровопролитие начавшейся вражды, вышедший на новый уровень, быстро сделать это не получится. Два флага расчерченных треугольниками в шахматном порядке, в синий цвет слева, белый справа, и фиолетовый цвет по всей длине. На высоких опорах, они развиваются по сильному ветру, почти на стадии урагана, белой, ровной заснеженной пустыни. Антарктида. Сейчас здесь минус шестьдесят пять градусов Цельсия. Довольно холодно, для начала марта. Единственное плоское, прямоугольное здание, без окон и дверей, размером с пятиэтажку стоит на ровной глади, где-то в центре материка. Несколько пристроенных к стенам круглых башен, с неполным контуром, сверху образовывали спираль, сияющие, как ледяные сосульки в свете прожекторов. Они скручивались к центру и утоньшались, поднимаясь вверх. В нижней половине, выделялись из стен арки. Они расходились с двух самых широких сторон здания, в несколько рядов сначала долем, затем поперёк, как ступени уменьшаясь в размере. Это Ледяной Оазис. Внешне, эта постройка мягко говоря ничем не впечатляющая. Однако, стоит заглянуть в арки, и этот микромир покажет себя с другой стороны. Доказав, что это, из далека, простое сооружение, не дело рук человека. Большие и маленькие снежинки, как погремушки гремят, стукаясь друг о друга. Они такие плоские прозрачные, будто из хрусталей. Некоторые быстро вращаются, издавая лёгкий свист. Они то падают, то поднимаются. Лишь немного смещаются по сторонам, оставаясь висеть в воздухе. Внутри здания не было ничего. Пустота. Голые ровные стены, как зеркала, отражали все кристаллы, которые тоже кружились там, но без ветра, уже более спокойно. В отражении одной из снежинок было лицо. Человеческое. Нет... Лошадиное. Или это какой-то узор. Червь, в виде густой массы натекает волнами, образуя высокую горку. Тут есть всё. Зеркала, как волшебные, ярко светили дневным светом. Стены, башни, и даже снег, на земле то и дело выдавали несвязанные картины. Которые по цепочке распадались на разные предметы. Непонятные. Они совсем не симметричные, и сияют всеми цветами радуги. А, ведь, относительно не далеко от сюда стоит заброшенная база Констант. И они ничего не знают. Не одна перепрошивка не берёт эти координаты, впрочем, как и Реальность Газавата. Насколько мощная среда регенерации, доподлинно неизвестно. С какими целями создано это до жути странное, мёрзлое место так же не поддаётся объяснениям. Но, это часть ИПО, а значит имеет к нему прямое или косвенное отношение. Это место нигде не разу не упоминалось. Все знают, что 'Империя Пяти Оазисов' состоит из пяти оазисов. Но, вдаваться в подробности, как оказалось, никому не захотелось. Ещё бы. Аль-Макка хорошо взяла на себя роль отвлекающего манёвра, со своей невиданной силой, в виде прислужников господних. И, по сей день, этому тихому, скромному местечку никто не уделял внимания. А зря. Наверное, оно самое загадочное. И, возможно, не только на Земле. Это словно обратный калейдоскоп. Любое движение в этом месте вело к хаосу. Как во втором законе термодинамики. Казалось бы, энтропия возрастает, однако энергия не убывает. Это невозможно ощутить. Нельзя передать. В этом месте, мир расширялся в замкнутом пространстве. Многообразие бесконечно росло, самые маленькие частицы не уменьшались, а объём оставался прежним. Это безумие. Парадокс, который нельзя даже представить, не то чтобы решить. Здесь никого не было, и были все одновременно. 'Пристанище Карателей' прозвали это место, главные архитекторы. Но, вряд ли они сами сделали такое. Движение от большего к меньшему, возведённое в Абсолют, то есть, теоретически, начальная точка сдвига - пустота. Она пожирает материю, расширяясь относительно её, будто сама имеет размер! Грубо говоря, генерируя разные комбинации из одного и того же числа. Отрицательного нуля. Но этого быть не может относительно мира расхождения. Это будет означать, что две противоположные бесконечности являются одним и тем же. А если бы это было так, относительности, и как следствие, самих вычислений, вообще бы не существовало. К чему бы это не вело, лучше бы отгадать эту загадку, как можно скорей, ведь она на корню противоречит теории алгоритмов. И если вселенские союзы не собираются лишиться существующей реальности, им нужно срочно обратить внимание на эту маленькую примитивную планету.

Тем временем, на Самоа, работа идёт в обычном режиме. Сэм мечется между компьютерами, о чём-то совещаясь и шутя с персоналом. Внезапно, на входе раздался громкий крик: - Тревога!! Все покиньте помещение! - Первым делом, Сэм глянул за проекцией охраны на входе. Там творилась полная неразбериха. Большое столпотворение. Но, никаких разборок. Они о чём-то возбуждённо беседуют. Поначалу, программисты засуетились, соскочив со своих мест, но потом, засмеялись. 'Не очкуйте, это свои!' ввёл всех в курс дела один из сотрудников. Сэм подключился к наблюдению за Шоном. Тот довольный идёт на изображении экрана, в окружении большой толпы. Все повернулись к входу, на креслах, в ожидании буйных, отвлекающих посетителей. И, хорошо, что Джаред в последний момент тоже присел, потому что мог бы упасть. В помещение заходит сам Купилаба, собственной персоны. Рядом с ним Цзума, Бимбо, Рики, Садо. Иэн Пак, и несколько директоров главного офиса. Их ведущие разработчики Матео Якс, Вин Геро, Стил Амбро. Генерал Угус и Фарахза, адмирал Даймок и Киромото и ещё несколько человек. Они остановились в самом центре, и молча начали осматривать всё вокруг. - Что это такое? - в полном недоумении прервал их Сэм. - Бросай свои дела, мальчик, - отвечает ему Цзума. - Ты говорил собрать команду? Вот она. Я искупил свою вину. От части. Теперь твой ход. - Что ты такого сказал нашему директору, что он соизволил явиться к нам? - потирает лоб удивлённый Джаред. - То, что у нас есть большое дело. - взмахнул руками Николай. - Дело, от которого все присутствующие будут в плюсе. - Давайте без подробностей. Пора бы нам навестить твоего комнатного таракана Мандэсо. - улыбаясь, обращается к Сэму Угус. - Твой друг умеет убеждать. - заговорил Купилаба. - Он заинтриговал нас самой идеей. Тем, что вы получили странные программные образцы. Зашифрованные нестандартно. Я всегда готов, как в старые добрые объединить усилия. Для этого нужно правильное время, люди, цель и мотивация. И, кажется оно настало. - Я не знаю, что наплёл вам Николай, но я до сих пор не могу поверить, что это правда. - Джаред встал, подойдя к ним ближе. - Рики, сколько ж я не видел тебя. А ты Садо, куда пропадал? Ладно. Сейчас, дайте нам всем пару минут, чтобы собраться, успокоиться, и вылетаем.


## Космические баталии


На протяжении долгих лет, наша вселенная считалась невероятным творением. О ней выдумано много загадок и легенд, за годы долгого человеческого существования. И каждая из этих загадок имеет место быть. Так же, как и легенда о Гомерополо - планете богов. Никто не знает наверняка, как именно появилось человечество. Как появилась материя? Как появилась самое сложное материальное чудо - сознание? Как появилось пространство, время? Как всё вылезло из ничего? И почему оно вообще вылезло? Тогда от куда появилось ничего? Эти вопросы может задавать любой человек. А ответы на них не сможет дать ни один. Если кто-то такой вдруг появится, знайте, он не человек. Нет, куча людей считают себя знатоками в области фундаментального мироздания. И они не ошибаются. Их представления более, чем реальны. Проблема заключается лишь в размере этого реализма. В размере их представлений. Как правило они жутко малы. Минимум аргументов, на, казалось бы, очевидные вопросы. Сводить разные условия к одному ответу, не лучшая идея. Получается, кто больше выстроит логическую цепочку, тот ближе подойдёт к истине. Интересный факт. Логика, изначально, не имеет фундамента. То есть, несмотря на статус, занимаемые должности или авторитет, никто не знает всей правды. Таким образом, можно выстроить логическую цепочку о сотворении Земли богом, больше, чем о большом взрыве. В этом случае, с точки зрения математики - самой точной науки, религиозное начало будет реальнее нерелигиозного. Именно поэтому, атеизм - самая глупая позиция фундаментального мышления. Атеисты - это обыкновенные язычники. Вместо одного, пусть простого и нелогичного утверждения, как у верующих, они доверяются источникам массовой информации. Это не говорит о их широком восприятии мира и способности анализировать. Как правило, это не играет в их пользу. Это всего лишь мода или тренд. Они не верят только потому, что это не модно. Ссылаясь на научные открытия, которые опровергают священные писания. Доказывать свою правоту, неубедительностью других, может только тот, у кого вообще нет своих предположений. И, более менее адекватные учёные так и говорят: 'мы не знаем, как устроен мир. Мы всё ещё познаём его. И только приспосабливаемся'. Но, нашим модникам видней. Они, по сути сами верующие. Они покланяются Дарвинам, Энштейнам, Борам, Пифагорам, утверждая, что если мир до конца и не изучен, то он обязательно укладывается в рамки авторитетных учёных. Главная ошибка атеистов умещается в одном предложении, но почему-то её никто никогда не озвучивал. Попы берите на вооружение, а Соколовские крепче закусите губы. Наш мир может совершенно не укладываться в законы учёных, только потому, что не изучены его самые основы. Поймите же, чугунные вы головы, нам не известно даже начало, а вы смотрите в конец. И то, что сегодня яро отстаивают физики-всезнайки, может оказаться посмешищем, похлещи любой религии. А ведь каждый из сегодняшних законов, можно вписать в любую другую систему мировоззрения, нежили только в те, которые создали сами, конкретные учёные. Перед нами есть невероятный пример. Как до сих пор удаётся человеку выполнять свод правил ветхого завета и Корана, которые, между прочим, были написаны тогда, когда жизнь кардинально отличалась от сегодняшней. Поменялась сама мораль поведения человека. А это и есть основа всего религиозного. Как же невероятно можно посмотреть на мир, используя комбинаторику, на примере человеческого многообразия мышления. Если исходить из того, что не одна теория, на сегодняшний день, не является стопроцентной основой существования, можно с уверенностью сказать, что максимально верный взгляд на мир, будет тот, который максимально широкий. Соответственно самый узкий взгляд - самый необоснованный, самый лживый. Возьмём два понятия: верить и не верить. И распределим людей по их уровню интеллекта, то есть размеру их мышления, от меньшего, к большему. Не верить - атеизм или самый узкий взгляд. Верить - столь же узкий взгляд с точки зрения комбинаторики, однако в реальной жизни, некоторые факты расширяют его. Не верить и не не верить - сомневаться. Сомнение включает в себя два типа допускаемых предположений об основах. Не верить, не не верить и верить - именно эта ступень, в силу многих факторов является следующей. Не верить, не не верить (сомневаться, что нет) и верить, не верить (сомневаться, что есть) - это максимально возможный вариант. Он позволяет иметь, аж четыре типа отличных друг от друга взглядов. Сомнение в существовании, сомнение в отсутствии, отрицательное утверждение и положительное утверждение. Возможно ли одному человеку придерживаться всех четырёх или хотя бы трёх заключений. Нет. Конечно невозможно. Такими способностями, даже в расе Лейро владеют лишь избранные. А именно - клан Шарвей. Но стоит заметить, что не всё, что не способен сделать человек, невозможно в принципе. По сути, человек вообще не способен сделать ничего. Он не способен не то что бы сделать себя бессмертным физически. Он даже не готов к бессмертному существованию. Казалось бы, и что в этом такого? Давно известный факт, что люди ещё при жизни устают от неё. Но религиозный парадокс, напрочь зарубающий фундамент загробного, вечного существования, заметен не каждому. Ведь устать можно и от наслаждений. Устать можно в раю. Так же, как привыкнуть можно к любым мучениям, если они действительно вечны. Выходит, что рай и ад, с точки зрения вечного существования это одно и то же. Эти, и многие другие заставляющие задуматься, а для Землян, довольно провокационные и сомнительные слова, пишет в своих работах, мудрый лэйро Тиндайу Мугис - писатель с планеты Терраро. Он родился в 1724 году, а умер в 2018, по Земному времени. Его основным творением, является "Легенда о пяти могущественных". Она обрела невероятную популярность среди Терраро и интеллектуальной элиты Земли. Почему же на эту легенду обрушилось столько внимания со стороны науки? Дело в том, что Тиндайу Мугис писал не о вымышленных персонажах, а на основе реальных событий. Это не просто рядовой лэйро. Он был отъявленным путешественником и довольно странной замкнутой личностью. За свою не короткую, по человеческим меркам жизнь, Тиндайу побывал на более, чем десяти разных жилых планетах. К сожалению, Земля не входит в их состав. Да и в период девятнадцатого, двадцатого веков, на ней особо-то и нечего было делать. До сих пор остаётся загадкой, как именно он составлял свои работы, относительно самых развитых планет во вселенной. Ведь всемогущие жители - полубоги, никогда не вступали в контакт не с одной из тех, относительно простеньких, планет, которые посещал мудрый писатель. Не вступали до определённого времени. А именно, до того, как его скандальная легенда разлетелась, чуть ли не по всей восточной вселенной. И в один прекрасный момент, на следующий год после смерти Тиндайу, некие волшебники заявились на Терраро, представившись, не больше не меньше, самими Уольпагаямцами. Теми самыми, кто описывался в его легендах, как вторая раса, по высоте интеллекта, и первая по скорости развития. Это похоже на полное безумие. Представьте себе, что кто-то сочинил сказку, а её герои вот так взяли и ожили. Ведь весь парадокс заключается в том, что легенда, родившаяся на Терраро, на самом деле не основывалась на реальных событиях. Писатель специально подогревал к ней интерес, утверждая, что знает всё о нашей вселенной. Однажды, по словам самого Тиндайу, в некоторых откровенных интервью, он подтвердил, что даже названия планет и рас, он придумал сам, не говоря уже о их политическом и экономическом устройстве. На данный момент никому не известно, что за чертовщина твориться на Терраро. Зачем и от куда появились странные пришельцы? И почему они представились, как Уольпагаямцы? Почему они подтвердили знаменитую сказку, как существующую реальность, в точности до мелочей? Не находите некие параллели с ИПО? Возможно, кто-то решил построить реальность по уже созданным, но пока не реальным сюжетам. Странно то, что сами искусственные сюжеты, порождены исключительно там, где они и воплощаются в реальность. Заговор или совпадение, это останется загадкой, пока кто-то не убедиться в целостном понимании мира на практике. А до тех пор, можно лишь следовать логике сверх могущественных пришельцев. Убедиться в их правоте не представляется возможным, не для Терраро, не, тем более, для Земли. Легенда "Пяти могущественных" расписывает всё существование, как таковое. От размера вселенной, до её состава. От разумных, жилых планет, до истреблённых. От вселенской политики, до роли каждого в отдельности. Начнём путешествие о самой популярной, уже межпланетной, знаменитой легенде, с самого её начала. Где игрек - максимальная величина, или один Хэйдон, а икс - минимальная, или один Мугис. Это уравнение не только задаёт зависимость максимальных и минимальных величин, но и наводит на возможное комбинирование, внутри этой системы. Что бы понять принцип комбинирования, необходимо разобраться с двумя бесконечностями. Понимание дальнейших преобразований, будет немного неправильно, ведь это уже не входит в знаменитую легенду. Однако невозможно не упомянуть ещё более знаменитую, пожалуй, самую известную формулу во вселенной, которую, первым предложил на Терраро, математик Дезмонт. Это формула, определения количества комбинаций в заданной системе вычислений. Записывается она ещё проще предыдущей. Игрек равняется, два в степени икс минус один. Это основа универсального кодирования. Основа равенства всех классов алгоритмов. Уравнение Дезмонта для Терраро, всё равно, что сборник цитат Мао Цзэдуна, для китайцев. Его просто не прилично не знать.Теперь разберёмся с двумя бесконечностями. И ту, и другую можно приравнять к нулю. Это значит то, что существует два, отличных друг от друга нуля. Нуль - всё и нуль - ничего. Если нуль - ничего, известный факт, даже среди людей, то нуль всё, не очень-то понятная штука, особенно, для тех, у кого отсутствует абстрактное мышление. Дело в том, что обе бесконечности, математически равняются друг другу. Однако, первая из них, относительно второй, всегда стремится к исчезновению. Её принято обозначать точкой. Вторая - на любом участке и в любой момент времени, собственно, как и первая, всегда стремится стать больше, относительно первой бесконечности, или относительно ничего. Важно то, что многообразие конечно. И доказательство этого, пожалуй, после определения размера существования, является самым сложным. Приводить его так же нет смысла, однако в клане Шарвей, над ним поставил галочку, не безызвестный, гениальный математик - Мимамб. Но всё это лирика. Как бы не был крут клан Шарвей, они не знают ответа на главный вопрос. Они не могут с абсолютной точностью отделить конечное от бесконечного в фиксированном положении, любой системы многообразия. Не сделав этого, вычислить размер существования - будет невозможно. Главная проблема теории алгоритмов, остаётся не просто самой сложной загадкой, но и единственной для планеты Терраро. Для решения этой проблемы, необходимо найти уравнение, обратное уравнению Дезманта. Иначе говоря, универсальное уравнение, для поиска всех возможных комбинаций, должно получаться не только умножением, но и делением. Пока, что это всё, что совпало между легендой и реальностью. Однако, Тиндайу не остановился на разделении миров. Помимо этого, он разделил сами миры на несколько подсистем. Так называемые "Разделительные сферы". На сферы делятся только два мира: Вселенная и Антивселенная. Параллельный мир не способен разделиться, так, как не имеет многообразия. Что представляет из себя это разделение? Граница сферы - это и есть максимальная величина. То есть, для любого многообразия (кроме полного), пересечь ни одну сферу невозможно. Причина в том, что сама по себе граница, не является сферой, как таковой. Её образно называют сферой, потому, что реальная форма - сложнейшая функция тройного, в том числе замкнутого интеграла. Рассчитать для всех, с абсолютной точностью её невозможно. Поскольку, между ней и любым объектом, существует полный контакт, полного многообразия. Это говорит о том, что некоторые элементы всех сфер, для каждого индивида, находятся в совершенно разных участках вселенной. К примеру, для одного человека, граница десятой сферы находится ближе, чем граница его собственной, третьей. А для какого-нибудь лэйро, граница его собственной, четвёртой сферы, так же дальше третьей сферы. Поэтому сами сферы, нумеруются вовсе не по их отдалённости от центра вселенной, а по количеству переходов, из одной в другую. Таким образом планеты из дальних сфер, таких, как Гомерополо, Уольпагаями и Антуроту, не обязательно располагаются на краю вселенной. Они могут быть ближе к центру, чем, даже Земля. Могут быть в самом центре. А могут быть настолько близко к Земле, что даже соприкасаются друг с другом своими поверхностями. Однако на них не действует ни гравитация, ни какие-либо другие физические законы, для взаимного восприятия, до тех пор, пока объекты разделены, хотя бы одной сферой. Несмотря на это, планеты из разных сфер, всё же имеют одну общую характеристику, благодаря чему и являются частью одного мира, частью вселенной. Эта характеристика - расположение в пространстве вселенной. Но не такое расположение, каким его привыкли видеть люди. Опять же, здесь имеется ввиду расположение многообразия. Которое можно скомбинировать таким образом, что привычные десять километров, покажутся, как миллион, или наоборот прямо перед носом. Дело в том, что сама вселенная, изначально уже запрограммирована. И количество операций, кажущимися произвольным движением, разнятся, с проделанным путём, относительно конкретных материальных объектов или времени. Интересно то, что, никто не способен проникнуть за пределы собственной сферы, без взаимного контакта, по другую сторону. Иначе говоря, чтобы выйти из своей сферы, номер которой, определяется теми планетами, что вошли в неё, необходимо согласовать это по обе стороны. Сразу возникает вопрос. А как же тогда они договариваются об установке контакта, если ни построив, так называемый, "междусферный коридор", они не имеют ни одной возможности связаться друг с другом? Это очень непростая, но решаемая задача. Для того, чтобы установить, этот самый коридор, необходимо поставить на конкретном участке, собственный перераспределитель, который сохраняет информацию о положении входного контакта и замыкает её на стадии трансформации многообразия выходного контакта. На выходе, другая цивилизация, должна перехватить этот коридор, запустив анализ "минимальной фиксации". После обнаружения, наименьшего, относительного изменения, в стадии полной трансформации, собственной передачи информации, то есть в стадии полного прикосновения к сфере, можно замкнуть цепь. Это и есть точка контакта. И последним этапом, для создания, непосредственно, самого коридора, необходимо влиться в чужеродную сферу. Этот процесс, может происходить, как в одну, так и в другую сторону, одновременно. Важно то, что любая информация, будь то материя, пространство или время, не просто проходит через коридор, а создаёт, так называемую копию себя. Поэтому, для того, чтобы полноценно перемещаться между сферами, создаются специальные порталы. Их основная роль заключается не только в переводе из одной сферы в другую, но и в форматировании остающихся копий. Тогда назревает ещё один вопрос. Как Терраро вошла в контакт с третьей сферой, если Земляне, полностью не разобрались с универсальным кодированием и, тем более, не открыли методику контактного алгоритма с инородной информацией. Всё просто. Земля - не есть ведущая планета в своей сфере. В южной вселенной, существует одна планета под названием Алжайо, которая, по возможностям, даже немного превосходящая Терраро. Она-то и вошла в контакт с четвёртой сферой, открыв друг другу широкие возможности, в том числе доступ к многим другим развивающимся планетам. Теперь, четвёртая и третья сфера соединились в единую вселенскую информационную "оболочку многообразия". И все планеты, внутри неё, в свободном доступе, могли пользоваться этим пространственным коридором. Оболочка многообразия - фиксированная, конкретная подсистема, полного многообразия. Её минимальная величина относительна, даже с учётом собственных условий, возможных изменений.А для тех, кто ничего не понял, вернёмся к легенде, старины Тиндайу. Хватит математики и фундаментальных истин. Пришла пора, узнать политический строй в нашей чудной, невероятно большой, хоть и конечной вселенной. Раса грул ведёт статистику всего живого и не живого во вселенной. Они описывают и располагают в разном порядке, все возможные характеристики, всех существ. Наверное, самой важной характеристикой, будет уровень интеллекта, той или иной формы жизни. Не трудно догадаться на какое место они поставили себя в этой области. Однако, общая картина, довольно удивительная и привлекательная. Казалось, бы, что в этом такого? Распределять разумные планеты по их могуществу и влиянию. Действительно, в этом нет ничего особенного, пока не поймёшь тот факт, что количество разумных планет во вселенной, настолько огромно, что сразу задаёшься вопросом, а на какой позиции стоит та или иная планета. Чем занимается её цивилизация и где же она расположена, относительно других, разумных планет. Начнём с общего количества. По легенде Тиндайу, всего во вселенной, около сорока пяти тысяч пригодных для жизни планет. Из них, только на двадцати одной тысячи существует жизнь. Из этих двадцати одной тысячи, на восьми тысячах планет, существуют, только простейшие - одноклеточные. Бактерии, археи и другие. Из тринадцати оставшихся тысяч, на шести с половиной тысячах живут сложные, многоклеточные животные. На некоторых из них выстраиваются такие сложные пищевые цепочки, которых нет даже на разумных планетах. На последних шести с половиной тысячах планет, живут разумные существа. По статистике Гомерополо, эти планеты, считаются самыми сложно устроенными. Однако, подавляющее большинство, не так уж и развиты, как это может показаться на первый взгляд. Дело в том, что разумными считаются уже те, кто построил общественную ячейку, и способен создавать орудия труда. К примеру, люди входили в состав разумных, ещё миллион лет тому назад, когда даже не появился Хомо сапиенс. Умения добывать огонь и точить камни, более, чем достаточно, для выделения из остальной животной массы. Исходя из этого, можно с уверенностью сказать, что сегодняшняя Земля, и тем более Терраро, далеко не на последних строчках рейтинга. Терраро, в последние сто лет, значительно продвинулась вперёд. Сейчас эта планета размещается на двадцать шестой строчке. Согласитесь, среди шести с половиной тысяч, не самый печальный результат. Земля же, расположилась на сорок девятой строчке. Тоже, довольно позитивный результат. Однако, в этот рейтинг не включены планеты искусственного происхождения, которых, к слову, уже более ста штук и преимущественно, на них проживают сверх расы, такие как Грул и Мантьямуи (Уольпагаями). Ещё в рейтинг не включены планеты, заселённые пришельцами. Таким образом, в реальной статистике, Терраро не попадает даже в первую сотню, а Земля и вовсе за пределами трёх сотен более разумных планет. Общий политический строй вселенной, на столько запутанный, что по началу, невозможно понять самых очевидных и простых вещей. Например, почему не все планеты рангом выше, вступают в экономические отношения, с планетами рангом ниже? Понятно, что в обратном случае, более развитые планеты, просто могут отказать в сотрудничестве, или существовать в зоне недосягаемости, для своих, более примитивных, потенциальных партнёров. Начнём с общей картины. Если не брать в расчёт более отсталые планеты, чем Земля. И, если учитывать только их естественное происхождение, то получим следующее. В нашем распоряжении сорок девять планет. Все они объединены, в так называемые союзы. Земля, в союзе только с Терраро, но Терраро входит в союз, семи планет (включая Землю и не включая Уольпагаями). Некоторые планеты, входят в союзы из нескольких десятков других планет, а некоторые, как Земля, только с одной. Однако ни одна планета, начиная с пятидесятого ранга, то есть ниже Земли, не состоит не в одном союзе. Не в одном бы и не существовала Земля, если бы инопланетяне сами не предложили сотрудничество. Однако, не только более разумные планеты изъявляют желание в сотрудничестве. Есть и такие, те, что в первой десятке рейтингов, которые пытаются договориться с ещё более продвинутыми. В настоящее время, во всей вселенной пятнадцать союзов. Шесть из них, находятся в северной вселенной. В интервале, от третей, до шестнадцатой сферы. Земля находится в центре третей сферы. Уольпагаями на краю тринадцатой. В южной вселенной, находится четыре союза. Интервал: 3-15 Три союза в западной вселенной. Интервал: 3-14. И только два союза в восточной вселенной. Интервал: 5-24. Названия союзов: Вилиме - это самый большой союз, включающий в себя четырнадцать планет, стоящих на 48, 46, 42, 41, 37, 35, 34, 31, 30, 29, 28, 24, 22, 21 местах, по рангу уровня интеллекта. Следующее по размеру, экономическое объединение: Фуянфо, состоит из 47, 44, 40, 33, 27, 26 (Терраро), 25, 23 (Алжайо), 22, 21, 20. Следующее объединение: Тшит. Состоит из 39, 38, 36, 32, 23 (Алжайо), 22, 20, 19, 18, 17. Следующее - Куо, состоит тоже из десяти планет. Самый низкий ранг: 42, самый высокий: 18. Союз Бона: от 35 до 15. Союз Хамип: 30-11. Союз Пхэйт: 26 (Терраро) - 11. Союз Мивво: 20 - 10. Союз Джуа 18 - 8. Союз Пиккеб: 14 - 7. Союз Линсу: 12 - 7. Союз Гауи: 10 - 6. Союз Йо: 13 - 5. Союз Иммэ (Пяти Могущественных): 5 - 1. Союз Даада: неизвестно. Последний союз, точно включает в себя планеты тройки лидеров, а также, по разным подсчётам, от пятидесяти, до сотни, таких же могущественных планет, населённых собственной расой Грул и Мантьямуи. Список десяти самых могущественных планет естественного происхождения, согласно легенде Тиндайу, выглядит следующим образом. Так, как могущество равнозначно интеллекту, их соотношение проводится по шкале, общей статистики, созданной Грул.Если бы экономику представленных планет, хотя бы одной из первой десятки, измеряли в нупий, счёт пошёл бы на дециллионы. Чисто для справочки, чтобы убедиться в том, что общественному совершенству нет предела. К тому же, большинство из них, выступают действующим сопротивлением: 1. Гомерополо. ОИК (общий интеллектуальный коэффициент) равен 156. 2. Уольпагаями ОИК равен 139 3. Антуроту ОИК равен 128 4. Валаро ОИК равен 118 5. Адимит (Планета Мёртвых) ОИК равен 113 6. Пектимум ОИК равен 85 7. Линсу ОИК равен 79 8. Джуа ОИК равен 72 9. Тшейди ОИК равен 64 10. Мивво ОИК равен 58 26. Терраро ОИК равен 5 ... 49. Земля ОИК равен 3.


## Они услышали


'Моя твоя не понимать' Борат.

Два человека стояли на возвышенности Канченджанги. Мэтью Ламас - верховный читан пристально всматривался в заснеженную пропасть. У них открытые головы и руки, но порывы холодного ветра совсем не смущали их. В своих тонких сплошных костюмах, они молча посмотрели в даль. - Это и есть точка входа? - наконец спросил неизвестный. В его глазах, оранжевым цветом светились мизерные микросхемы. - Как один из вариантов. - отвечает Мэт. Его глаза были обычными. - Ты говорил с пастухами? - он обернулся назад, бросив взор на соседние горы. - Они знают... Вернее, после того, как я скажу им, они будут это знать на протяжении всех промежутков времени. Тем более, это не имеет большого значения. - Но, почему именно здесь. Странно, неправда ли? Кто или что это могло быть? - Это могло быть всё, что угодно. - Мэт поднял перед собой руку, и она засветилась со всех сторон, как экран гаджета, высвечивая разные иконки и символы. - Факт в том, что это единственное место во вселенной, которое не поддаётся всем этапам расхождения. Оно всегда фиксируется над нами, выходя из системы доступных максимальных величин. Совпадение это или реальное слияние двух бесконечностей, могу лишь гадать. Но, это не на долго. Придёт время и это место мы тоже поглотим. - Разные циферки быстро мерцали от ладони до самого локтя. - В смысле? - недоумевая, тот подлетел лицом к нему, зависнув над пропастью. - Есть два варианта. Либо от сюда начинается максимальная величина нашего исходника. Либо противоположного. Но, второй случай маловероятен. Скорее всего, здесь замешаны какие-то разумные сущности, для которых неблагоприятные условия жизни - не являются преградой. Для тех, кто создал такое, это хорошее место. Труднодоступное и безопасное. - продолжает смотреть в свою руку Мэт. - Может, это мощный муляж. - Вполне себе. Мы на поверхности жилой планеты. И это сильный аргумент. Ну и что, что в горах? Если это не дело рук цивилизаций, нас ждёт большое разочарование. Ведь мы не хотим, чтоб в этот раз матрица полного многообразия поглотила нас с обратной стороны. Со стороны расформирования. Наши желания ведут нас в этом направлении не просто так. С таким арсеналом, освободив дорогу, нам просто передают эстафету. Поэтому, как и всё в этом мире, мы должны занять своё место.

В океанскую воду, с огромной скоростью влетает с десяток объектов. Они успели только промелькнуть, и шлёпнуть по поверхности воды, с неистовой силой, создав высокие волны. Подводная, засекреченная база, выслала ключ для входа и появилась в глазах, сняв все барьеры своего нахождения. Лучшие сотрудники Констант, прибыли в логово негласного проекта Патоген17. Всей дружной компанией, они шли вдоль множества непонятных, роботизированных лабораторий, пока наконец не дошли до отдела с людьми. - Эй Мандэсо! - окликнул Сэм сидящего с кучей приборов в руках, бородача в белом халате. - Загружай все свои компьютеры, у нас большой заказ. - Тот быстро отвлёкся, выпучив глаза. Затем, на его лице нарисовалась улыбка. Он молча, ввёл какую-то команду в своём экране, и отовсюду начали вылезать приборные панели, с большими, плоскими изображениями в несколько этажей. На полу засветились разные цифры, отвечающие за всякие характеристики. Появляются трёхмерные голограммы, сиденья, столы, непонятные блестящие штыри и множество другого вспомогательного оборудования. Не сказать, что помещение сильно преобразилось, но оно заметно изменилось. Трансформировавшись под конкретные условия работы. - Так-то лучше. Устраивайтесь поудобней, - осматривает всю команду Цзума. - Сейчас, мы взаимно будем вводить друг друга в курс дела. - Мне уже не терпится! - потирает ладоши Угус. - Жду не дождусь, когда активируем охотников. Тогда я докажу вам, что читаны превосходят моджаев по всем критериям. - Зачем тебе это первенство? - спрашивает его Фарахза. - И твоя и моя армия, по отдельности растолкут этот мир в кашу. Не бойся, мы успеем показать себя во всей красе. Мне тоже не терпится начать. Осталось подождать совсем немного. - Чего это подождать? - возмутился Джаред. - Вы что собираетесь уничтожать Землю? - Не обращай на них внимания, - улыбаясь, Цзума начал разбираться в окружающих экранах, везде тыкая руками. - Давайте уже сюда свои образцы. Инфекции ИПО и B1A1. Хочу видеть их структуры. - маниакально он подёргал пальцами своих рук. - Бимбо, расскажи пока нашим Самоанским друзьям, над чем ты работал. - Я изучал методы внедрения. - говорит Бимбо. - На основе эмулятора программистов из Аравии, который, мы взломали, я понял как они распространяют движения. Сама методика очень запутанна и интересна. Они хорошо зашифровали её, манипулируя, формами и объёмами, которые наше восприятие игнорирует или не воспринимает. Они взяли все большие объекты, за бесконечное сужение, а маленькие - расширение. Подвижные - фиксированные, а неподвижные - с переменным масштабом. Это целые отдельные локации их Оазисов, которые создавались лишь с одной целью. Чтобы ввести нас в заблуждение. Люди - это сосуды, наполненные расширением, через вирусы Лампа. А остальное пространство, заполнено двумя методами изменчивости. То, что вокруг нас - устойчивое, и повторяющееся, то, которое не просматривается даже ими. Да, они поступили очень хитро. Им известны все метаматематические приёмы, и они используют их на максимум. Но, пусть мы и отстали на голову, жизнь - это не честная игра. Зная их правила, мы можем их же изменить. Если всё сложится как надо, мы наверстаем упущенное в считанные дни. - А теперь, давайте поясню, как понимаю это я, - продолжает Рики. - У нас есть физическая и биологическая матричная решётка. И мы должны внедрить их по отдельности. Причём, именно так, чтобы перекрыть уже действующие. Иначе, нам не выбраться из действующей реальности. У нас две, на первый взгляд одинаковые тетраэдральные системы координат. Не обращайте внимания на внешние факторы. На сам деле, они отвечают за два раздельных независимых мира. Они не относятся к живому или не живому. Понимаете, на самом деле мир делится не только на всё и ничего. Ещё он делится на постоянный и не постоянный. Это самое постоянство, определяет масштаб, но не надо путать его с фиксацией относительных величин. Они очень похожи. Но есть одно маленькое отличие. Конечное и бесконечное, может быть внутри постоянного, неизменчивого состояния, а может быть и внутри любых других, внесистемных величин. - Начал он крутить цветные трёхмерные модельки, каких-то искусственных клеток, парящих в воздухе, возле сенсорных столов как надувные шары. - Лампа инфекция - это прототип нашего В1А1, - уселся поудобней в летающее кресло Цзума. Система защиты этого места, прототип физического воздействия. Мы объединим их и скомбинируем. Скомбинируем все составляющие. Масштабы с конечностью и бесконечностью. Первичную изменчивость со вторичной. О, я даже формулировку для этого придумал. И тогда, всё к вашим услугам. Мы станем хозяевами целой вселенной, господа. Если пожелаете, мы можем получить то заветное одношаговое решение, по вхождению в общую систему многообразия. - Стоп, подождите. - своим тонким голосом перебивает Мандэсо, будто опомнившись. - Откуда вы знаете про наши прототипы и систему защиты? Я не давал вам информацию. - Да ладно тебе, - усмехнулся Сэм, - они же свои. - Что значит свои? - возмущённо настаивает он. - Об этом не знает никто, кроме меня и моих коллег Вамады и Сти. Эй Сти! - крикнул он на уткнувшегося в экраны, сгорбившегося кудрявого чудака с плешиной, и в белом халате. - Подойди сюда. Ты знаешь этих людей? - тот молча подошёл и помотал головой. - Ты кому-то давал данные о физ.защите? - он снова помотал головой, в недоумении выпучив глаза и свесив губу. - Он не будет врать мне, - развёл руками косматый учёный. - Слушай, Мандэсо, - взялся за голову Цзума. - В век высоких технологий, информация имеет свойства утекать в самые узкие щели. Я не думал, что тебя это так огорчит, но нам известно почти всё о твоих разработках. Мы сами принимали участие в создании модификации вируса для Северной Корее, Ордена Тамплиеров, и Урала. Думаете, почему там люди стали сумасшедшими? Они придерживаются той модели поведения, которую мы им задали. Теперь, то же самое, мы сделаем со всем миром. Вернее, ИПО уже сделало, а мы подкорректируем. - Сэм внимательно всмотрелся в его лицо. От его дыхания выходил, еле заметный, пар, как будто здесь холодно. Но, здесь вполне комфортная температура. По ощущениям, градусов двадцать. Может, он опять, напичкался какой-то хренью, подумал Сэм. Но у остальных было точно так же. Генералы Угус и Фарахза. Рики и Бимбо. Даже стоящий в сторонке Купилаба. За Максом, Джаредом и Мандэсо такого не наблюдалось. Тоже мне свежее дыхание. Между тем, все уже принялись за индивидуальные работы. Сэм уселся за ближайший компьютер и ознакомился с планом перестройки вирусов. Пока его не сбило громкое дыхание. Это Садо. Кажется ему не по себе. Он будто задыхался. - Что с тобой, приятель, - увидел Сэм, как из его рта выходит чёрный дым. - Он быстро повернулся к нему. Его глаза тоже были залиты чернотой. - Тебе нужна помощь? - Нет, - глубоко вздохнул он и зажмурился, схватившись руками за лицо. Когда он отпустил руки, глаза были уже нормальные, и дым исчез. - Сейчас может полегчает. Климат здесь какой-то, странный. - улыбнулся он. - Похоже, мистер Мандэсо по тихому ставит опыты на своих же сотрудниках. У Сэма внезапно закружилась голова. - Мы знаем про Гуанчжоу, Европу и Америку. - говорит на заднем фоне Макс. - А каков эффект Лампа инфекции в Северной Корее? - О-о-о да. Эффект невероятен. - отвечает ему кто-то неизвестным голосом. - Он сравним с вашим любимым крематорием FY4. При заражении, внутренние органы неравномерно увеличиваются. Они заставляют тело деформироваться, обездвижить и сморщиться. Нервные окончания, возбуждаются, взбухают и возрастают в количестве. Они испытывают столько боли, сколько способен передать их мозг. Чтобы мозг не привык к ним, нейроновые процессы, не отвечающие за боль, усиливаются не простым способом. Они возрастают до определённой отметки. Когда задаётся полная информация боли, канал перекрывается, а затем это повторяется снова и снова. Таким образом, они чувствуют, свою пронзительную, ужасную боль, всегда с нарастанием. И в завершение, чтобы бедолаги не покончили с собой, их организмы каменеют. Это, что-то вроде трупного окоченения. Их мышцы резко сводит, по специальной, протекающей химической реакции. После чего, они становятся твёрдыми, как сталь. Их конечно можно уничтожить из гранатомёта или долгим сжиганием. Но не все больные могут позволить себе такую роскошь. Это бедная страна, и большинство людей не имеют доступа к самоуничтожению. Поэтому, прежде, чем умереть, они страдают, от недели, до месяца. Пока организм не истощится от недостатка питательных веществ, которые, разумеется, они не способны принимать. - Сильно. Надеюсь, за рамки Северной Кореи это не выйдет? - Нет. Эти зверьки не покидают своего племени, - с насмешкой отвечает Фарахза. - Для них это табу уже долгое время. Тем более, сейчас им нигде не рады. Возможно, некоторые сбегают и заражают окружающих. Поэтому, будь бдительней. - Не пугай меня. Ты же знаешь, я и все остальные, можем улететь на Терраро. Всей командой, в любое время. Поэтому, тут, скорее всего, нравственный и моральный вопрос. Если кто-то хочет уничтожить человечество, пусть дерзает. Ведь великодушию всевышнего нет предела, и он этого не допустит. - засмеялся тот. Голову обносит ещё больше. Сэм попытался встать на ноги, но он почти не может даже пошевелиться. - Начинаем завтра! - крикнул Кенни. Подождите, Кенни? Откуда он здесь? - О, посмотрите-ка. - подзывает остальных Рики. - Недотёпы пастухи, теперь на нашей стороне. - К нему подскочил Цзума и Угус. - Значит, охотников, запускать пока не будем? - спросил у них генерал. - Нет. Они от нас отстали. Теперь им не до нас, - голосом Рахмуда отвечает Кенни. - Чёрт, что происходит?! - крикнул Сэм. - У меня пошли голюны. - Они у всех у нас пошли, - подойдя, успокаивает его Николай. - Нам предстоит сумасшедшая работа. Может, ты переутомился, отдохни немного. - Глаза закрылись сами собой. Когда Сэм проснулся, то просто обомлел от увиденного. Работа кипела во всю. А он лежал рядом, как декоративное растение, как будто в нём и не нуждались. Они раскрыли базы данных высланных, загадочных кодов и кропотливо оптимизировали их, под образцы Мандэсо. Перед самыми глазами Сэма, открыта огромная карта, как презентация, на экране в несколько метров, на стенде, типа небольшой сцены. Там идут бурные обсуждения. Всюду были военные. Со своим оборудованием. Да, они одеты странно. И, среди них не одного знакомого. Похоже, это команда отряда Читанов, генерала Угуса. Что они могут так фанатично обсуждать? - Ознакомься Сэм, - подошёл один из них, к нему сам. - В его руке, пространственное изображение. - Мы провели первую репетицию. Ты всё проспал. - Какую ещё репетицию? Куда делись те, с кем я сюда пришёл? - Да не волнуйся ты. Все здесь. Они в другом отделе. - Сэм соскочил с кресла, и подошёл к карте в упор. Там обведены крупные города всего мира, и нарисованы толстые красные стрелки с востока на запад. - Что это? - спрашивает он вслух сам у себя. - Города миллионщики и стотысячники. 5236 штук, на сегодняшний день. Там мы размещаем дроны-распылители с Лампа инфекцией. Второй образец вируса мы не стали изучать. Нам хватит и этого. - Понятно. Вы же не будете задавать программу поведения млекопитающим? Только использовать их как записывающие устройства? - заинтересованно осмотрел он присутствующих. - Конечно, - улыбнулся в ответ другой сотрудник. - Всё максимально гуманно, мистер Велторс. Но, это с условием, что ИПО не успеет вмешаться. - А если они вмешаются? - нахмурился Сэм. - У нас есть план Б. Это уже вопросы к нашим генералам. - Сэм пошёл искать своих напарников, направляясь вдоль лабораторий, по которым сюда пришёл, пока не увидел старичка Мандэсо. Он стоял со своими сотрудниками, и обсуждал разные всплывающие перед ними картинки. - Эй, а что, у меня нет никакого задания? - положил он руку ему на плечо. - Ну, почему? Тебя заждались твои друзья. Там за этими перегородками. Они оккупировали все мои компьютеры и опять придумали какую-то хрень. Иди поправь им мозги. А лучше, выгони нахрен. Чем дальше, тем больше не нравятся мне их затеи. - Сэм быстро обогнул центральный свод, встретив старых приятелей. - Наконец-то он здесь, - иронично возрадовался Купилаба. - У нас Джаред совсем рехнулся. Представляешь, в соц.сетях опубликовал запись 'Карантин', и смеющиеся смайлики. Шутник хренов. Ладно хоть не с нашего аккаунта. - Ой, да ладно тебе бурчать. Кто воспримет это серьёзно? Вон, посмотри, у меня уже десять тысяч лайков. - И что? Эти дураки лайкают всё подряд на автомате. Моя бывшая набирала миллионы этих лайков, просто показывая с разных сторон свои накаченные губы. - Не ссорьтесь девочки. - обратился к ним Цзума. - Давайте уже соберёмся и нормально примем запасной план действий. Если ИПО перехватывают инфекцию, Угус активирует Охотников. Они начнут расформировывать Аль-Макка и весь их мозговой штаб. По крайней мере, доставят им проблем. Если в народе начнутся волнения, мы быстренько перенастраиваем их поведение. Внешняя среда под моим личным контролем. Масштабирование необходимо просто шифровать. Этим можешь заняться ты, Сэм. А генерал Фарахза устроит бойню с карателями, как отвлекающее шоу, для нашего манёвра. Жаль, что мы привязаны к конкретным масштабам. Раньше, я думал, сделать это в миниатюре или где-нибудь в космосе. Но, как оказалось, чтобы осуществить сборку суперкомпьютера, придётся задействовать симуляции, и каждую существующую молекулу в том числе. Начнём в 8:00 по Токийскому времени, с Японии, Австралии и Новой Зеландии, в час пик. И пойдём по кругу, до самых Гавайев. Через 24 часа, мы либо победим, либо проиграем. Риски очень велики, и если что, мы должны пожертвовать всем. Всем, что имеем на нашей планете. - Мы можем улететь отсюда, и работать дистанционно с Терраро, - Говорит Сэм. - Зачем подставлять себя, если не уверены в своих силах? - Нет, мы останемся, - ответил ему Бимбо. - Чтоб боролись до победного конца. К тому же, при любом исходе, мы в безопасности. В случае провала, у нас заготовлены сюрпризы, к которым ИПО не готовы. Мы обернём против них, их же армию карателей и джиннов, которые под воздействием нового прототипа DE42, изменят контроль Лампа инфекции. А прототип свободной физической решётки останется незамеченным, потому, что мы нанесём их, поверх их собственных шифров в Ледяном и Потерянном оазисе. Мы свяжем руки пророкам-пастухам, которые и так отказались сопротивляться. - Умно. Хоть какой-то плюс, от того, что вы работали с ними, - довольно закачался на месте Сэм. - Как чёртовы шпионы, выследили все их секреты и заморочки. - У нас всегда есть козырь в рукаве, - похлопал по спине его Цзума. - Иначе и быть не может. Мы покажем им, кто настоящие колдуны этого мира. А вам нужно следить за инопланетным вторжением. Наша вечеринка не останется незамеченной не в одном уголке вселенной. В первом звездалёте D-класса тихая и спокойная атмосфера. Остальные сотрудники Констант, в составе главного офиса, после последних новостей, навсегда покидают Землю. Их никто не принуждал. На это указывают обстоятельства грядущей операции. Это понимают все. Теперь, чтобы сохранить свою работоспособность, им необходимо немного перестроить бизнес. Обмануть Джузип, сфокусировавшись на другие, инопланетные, гораздо более востребованные, избалованные уже всеми причудами рынки сбыта. Попытаться полностью поменять потребительскую базу. Иначе, попросту не выдержать конкуренции. Но, в данный момент это волнует не всех. Сегодня, у всех свои заботы, не дающие покоя. Они достаточно сильно задержались. Ожидая всех членов команды. В частности, не относящихся к числу важных людей. Эмми собрала полным составом близких и родных, а те, в свою очередь других знакомых, братьев, сватьев, целым табором заполнив двухсот местное судно. Другие девушки гарема, тоже настояли на выделенных местах для своих родственников. Помимо простых людей, в этот день улетают ещё некоторые ключевые фигуры. Эмми сидит у самой поверхности, по направлению движения тускло-жёлтого шара. Она молча смотрит в темноту космического пространства. Рядом с ней, сидит несколько человек. Им всем было интересно. До Марса осталось полпути. Корабль специально двигался медленно. В режиме экскурсовода, растянув полёт до сорока минут, чтобы первый раз, а возможно и последний, насладиться видом медленно отдаляющейся голубой планеты. Большинство из здесь присутствующих, не разу не покидали её поверхность. Не ощущали невесомости. Эти минуты пролетели, как мгновения. Кто-то думал о прошлом, вспоминая только лучшие моменты жизни, кто-то думал о будущем, как выжить в условиях чужой природы, как приспособиться к новому обществу и чем там вообще заниматься. В другой, позади летящей сфере, была более менее разряженная обстановка. Сэм сопровождает их. Он разговаривал с Бимипи Шарвей, смотря перед собой в небольшой экран, слегка вогнутого прямоугольника, вдоль внутренней поверхности корабля. Алива смеялась, в разговоре весёлой компании Дерика и двух своих подруг. - Ты должен кое-что знать, Сэм, - парит в воздухе внутри громадного окна королевской башни, представительница клана. - Мне стало известно это прямо сейчас. И, я не хочу это оттягивать. - отвернула она свою почти открытую оранжевую голову, представляющую, что-то среднее, между кошкой и богомолом. Тело тоже было свободным. Светло-серого цвета, совершенно без одежды, от части похожее на кеглю. - Ну, и чего ждёшь? Это очень серьёзное? - Да. - медленно поворачивается она обратно. - У нас очень плохие новости. Сам решай, можно об этом куму-то говорить или нет. В общем. Надвигается большая буря. - прижимает она свои тонкие руки к телу. - На сколько большая? - всё ещё недоумевает парень. - Это не имеет значения. - потрясла она головой. - Мы до сих пор удерживали Страк. Но, всё же общитались... - Что такое Страк? - с оглядкой на остальных, осторожно спросил Сэм. - Большая ветровая воронка, окружающая полюс Лэйро. - она спустилась на подоконник, представляющий широкую, каменную платформу, с припаркованными летателями. - Ты хотя бы помнишь это? Помнишь, что раньше, из раза в раз мы переживали газовое сжатие? Ты должен был знать это. - Я помню. Но, это же было очень давно Вы, что не можете элементарно поменять направление ветров? - Элементарно? Ну попробуй поменяй, - продолжает она стоять на месте. - Слушай, дело очень серьёзное. И проблема не только лишь в ветрах. - объясняя размахивает рукой Бимипи. - Объясняю подробней. Я выслала тебе подробную карту синоптиков. Открой её. - Сэм быстро вывел у себя на экране яркое изображение. - Видишь, эти разноцветные изогнутые толстые линии? Это горячие, высокоскоростные потоки. Мы называем их 'Дьявольские хвосты'. Именно они, всё это время являлись причиной катаклизмов. Трансформируясь в прямые стрелы, они рассекают атмосферу огромными волнами, которые сносят всё на своём пути. И, мы всегда просто смещали их. Таким образом, чтобы они не сливались с другими горячими жилами. Однако, мы совсем не следили за умеренными ветрами. Буквально сегодня, мы зафиксировали участки, где давление низкотемпературных газов, сравнялось с высокотемпературными. Вот, к примеру, на экваторе. Возле полюса Маогё, и огромная область, которая обводится белой стрелкой. - Охренеть. Почти пол планеты. - растерянно перевёл взор к экрану с её видеотрансляцией. - Мы тоже изначально так думали. Но наши учёные определили, что масштаб катастрофы гораздо глобальней. Двести пятьдесят процентов от всей атмосферы, сейчас слились в единый холодный поток. - Что? В два с половиной раза больше, чем сама атмосфера? Как?? Поверхностные почвы, в глубину до сорока метров, в точности повторяют их траекторию. Они уже хватают за собой 'экваторные узлы' - плотные очаги жидкой материи. Или, проще говоря - раскалённую лаву. И тащат их к полюсам. Клан Шарвей сейчас в смятении. Мы не можем отдельно зафиксировать такое количество энергии, до того, как разрушится Страк. Пока мы будем останавливать движение узлов, буря накроет Пангон с головой. - Как долго она будет длиться? - осторожно уселся на кресло Сэм. - Дней тридцать, приблизительно. - с сожалением потёрла глаза Бимипи. - Месяц? Серьёзно? Почему так долго... Чёрт побери. Давай сразу на чистоту. Что будет с мигрантами? - со всем смирившись глубоко вздохнул он. - Мы сможем эвакуировать всех своих жителей. И, у нас есть ещё шесть тысяч мест. Это с учётом, отправки некоторых наших зажиточных представителей, на планету Алжайо, минуя заседание совета Фуянфо. - Но их больше миллиона! Как же так? - Миллион двести, если мне не изменяет память, - почти шёпотом, уже с соболезнованием говорит королева. - А что, если их вывести на орбиту? - снова встал с места Сэм. - Всех одновременно? На нашей орбите не безопасно. Крема от загара будет не достаточно. У нас нет столько свободных летателей. - Ну, дайте хотя бы сколько есть! - взволнованно затопал ногами парень. - Что ты там кричишь! - между тем обернулся к нему Дерик, вглядываясь в настенную консоль. Ничего не поняв, покачав головой, он продолжил свой рассказ: - Так вот. Получается, ещё до того, как я переехал на Терраро, мне уже выдали гражданство. - Какой ты крутой, - смеясь толкнула его за плечо одна из девушек Elite girls. - И это стало причиной, съехать? - интересуется вторая. - Вполне. Я заранее знал, что на Земле буде не безопасно. Это знали и остальные, вот только... Слушай, я не чёртов герой. Ради чего, я должен был остаться там? Пусть ваши вундеркинды из Констант спасают мир. К тому же, гражданство у меня уже есть. Это другая планета, а не другая страна, чтобы ездить туда-сюда по туристической визе. Вам всем придётся оформить гражданство, встроив этот чёртов код в свой ДНК, или вы элементарно, не сможете ничего купить. В конце концов, вы уже должны смериться, со слежкой большого брата. Не смешите меня, ну, что вам скрывать от правительства? Да нечего вам скрывать. Да и мне, нечего скрывать, но людей, почему-то это заботит. Они навязывают себе, что их секреты бесценны, чтобы иметь чувство собственного достоинства. Кому нужны ваши пастельные интриги и мелкие махинации? - Алива, нахмурившись засмотрелась на Сэма. Её заинтересовала, столь эмоциональная озабоченность, обычно спокойного парня. Она не выдержала и подошла к нему. - Мы не можем вернуть их на Землю. Я сам тоже вернусь туда, - продолжает Сэм. Увидев рядом стоящую девушку, сразу попрощался и отключил связь. Надув щёки, парень задержал дыхание. Потом медленно выдохнул, свистя губами, и не открывая рот. - Что случилось? - напугано смотрит она ему в глаза. - На Терраро надвигается ураган, - тут же отвечает он. - Эй, что ты так напряглась? - взяв за плечи немного потряс её Сэм. - Расслабься. Тебе не нужно так нервничать. Мы спрячемся в убежище. Через тридцать дней всё будет нормально. - Все спрячутся в убежище? - Нет, к сожалению. Лишь единицы. Извини, но, мне очень жаль. Я ненавижу быть беспомощным. Особенно в твоих глазах, - он снова сел в кресло и бросил взор на приближающуюся серую планету. - Это не твоя вина. Ты не должен извиняться. Чтобы не случилось, не нужно терять оптимизма. - Как не терять оптимизм, когда над нашей цивилизацией, впервые, по-настоящему нависла угроза исчезновения? Думаешь, мы вернёмся назад, и переселим ещё миллион? - она села рядом с ним, взявшись за его руку. - А почему бы и нет? Пока, что есть такая возможность... К тому же, у меня остались там незаконченных дел, - девушка тоже посмотрела в окно, - Странно, Марс оказывается серый, как Луна? - Да, - задумавшись, с ухмылкой кивает головой Сэм. - Хм. Я всегда думала, что он красный или оранжевый. - Я не про это... Может и правда, сделать вторую попытку миграции? Бимипи сказала, такое больше не повториться. Более того. Теперь они расширят эвакуационную базу в несколько раз. Мы немного поспешили. Даже, если попытаться депортировать их обратно, мы не успеем. Защитная воронка разрушится уже через двое суток. Это кошмар. Словно сон. Стараешься, стараешься спасать это грёбаное человечество. А оно только быстрее летит в пропасть. Но, там они хотя бы умрут свободными. - Залетев на орбиту, они устремились к порталу, в виде огромной круглой рамки, и темнотой внутри, как зеркало, направленное в космос. Поблизости нечего не было. Только пустынные, каменистые пейзажи. Первый летатель садится на поверхность. - Ну, конечно. - смотрит на них Сэм. Давайте погуляем по Марсу. У нас нет на это времени. - А ты скажи им. Они, наверное, не знают. - Алива подошла вплотную к сфере, прислонившись ладонями к закруглённой стене. Тем временем, их летатель продолжал двигаться к порталу. И, позади, третье судно, тоже двигалось за ними. Влетев вовнутрь, всё резко изменилось. Перед глазами, моментально появилась другая картина. - И это всё? - Удивлённо повернулась она к Сэму. - Хх. А ты хотела шоу? - усмехнулся он. - Нет, ну, я думала, может, как-то будет ощущаться на организме. - Ага. Сейчас резко всё затрясётся, мы закрутимся и полетим в узкий разноцветный коридор. Ох уж эти сериалы. Не доверяй им никогда. И Марс красный только из далека. Из-за окисления больших объёмов железа, попавших в атмосферу, или что-то вроде того. Солнце, тоже, как ты уже могла заметить, не жёлтое. Прямо сейчас, их окружало совершенно другое пространство. Здесь всюду были газы, голубой и розовой палитрой, отражающие яркий свет близ лежащих звёзд. Это выглядело очень впечатляюще, особенно на фоне всюду усыпанных звёзд, центра невиданной галактики. А вот и Терраро. - Слева от них кружила громадная и яркая, почти, как звезда, планета. Корабль останавливается у полицейского участка, на специально отведённой орбите. Там, они подтвердили свои личности, не покидая звездолёт. Через пару минут, получив разрешение, они направились на посадку к полюсу Лэйро. Подлетая к самой поверхности, они увидели огромное поселение, которого раньше не было. Пангон не похож на себя прежнего. Город людей и город лэйро, бок о бок, стоят рядом, и, уже сплелись во едино. Сверх технологичная архитектура, очень выделяется на фоне простых пирамидок и куполов, напоминающих большие палатки из твёрдого материала. Они стояли на окраине, в неохраняемой, маленьком озеленении, не прикрываясь от дикой пустыни. Ладно уж, хотя бы так. Шарвей не построили между ними стену и на том спасибо, думает про себя Сэм. Хотя, в таких природных условиях, на улицу ни днём ни ночью нельзя спокойно выйти. Бедолаги, наверное, только и сидят в своих домиках, как в клетках. Местные насекомые очень опасны, они сожрут любого в считанные мгновения. Растения, и даже море, несут за собой смерть. И, чем дальше отдаляться к экватору, тем жарче становится. В ста километрах от города, уже невозможно находиться без спецодежды. Поэтому, вряд ли здесь кто-то в восторге, из числа вынужденных переселенцев. Вот они пролетают мимо одной из улиц. С виду, это простая, деревенская дорога. Здесь были странные, местные автомобили. С плоскими и квадратными кузовами. Невысокие оградки стояли вокруг каждой постройки. Там были люди. Увидев два пролетающих летателя, они обрадовались. Кажется, они узнали своих собратьев. В одном из дворов, веселились дети. Бегая друг за другом, не слушаясь молодых родителей. В другом, один мужчина улыбаясь махал рукой, крепко сжав кулак. С глупым выражением лица, Алива смотрела на них, хлопая глазами. Сэм только что рассказал эту страшную новость остальным членам команды. Джад в гневе позвонил Бимипи. Они назначили немедленную встречу с лидерами клана. Цзума тоже был в курсе. Он летел сзади, с другими членами команды. Прибыв в Пангон, они направились не в королевскую башню, а в главный офис Джузип корпорации. Представляющий из себя одно из самых шикарных сооружений, из ступенчатых, будто наложенных друг на друга пластин, сужающихся, по мере возвышения, с выпирающими щетинами и кривыми словно усиками, шпилями, по четыре штуки, торчащих симметрично друг другу с двух сторон каждой окружности или овала. Не суть. Забавно, что это здание стоит на поверхности и не движется. Но, даже при этом выделяется среди целых комплексов самых изящных конструкций. Приземлившись, или, если хотите, 'притерарившись', наши герои не спешно выходят из своих, двух, рядом припаркованных сферообразных звездолётов. Не считая этого здания, по близости нет никаких признаков развитой цивилизации. Здесь, внизу, на самой почве живут в основном бездомные или мигранты. Все отели, и рабочие кварталы, парили в воздухе. Считается, что ходить по почве совершенно не престижно из-за обилия опасных животных. Но, это, скорее, тренед, или народный обычай. Тогда, как 'Шарвей Центр' является исключением из правил. Надев светозащитные очки, Сэм огляделся по сторонам. Остальные, молча подошли к нему со всех сторон. Длинной шеренгой, они двинулись к зданию. Дверной проём, покрыт ровным светящимся, полупрозрачным веществом. Эта преграда исчезла, как только они приблизились к ней. Войдя вовнутрь, ребята ошарашено плелись друг за другом. - Как здесь всё серьёзно, - поражаясь осматривается по сторонам один из военных-сопроводителей. Всюду мигали разные изображения. На полу, на стенах, на потолке, на столах. Цифры, графики, диаграммы. Всё непонятно! На только что прибывших совершенно никто не обращал внимания. Несколько лэйро быстро перемещались от экрана к экрану, летая по воздуху, или традиционно бегая по полу. Это место, круглые сутки заряжено рабочей обстановкой, прямо как в офисах Констант. - Вам следует поучиться гостеприимству, - останавливается Дерик, возле одного из инопланетян, держащего перед собой большой гаджет. Это был Дезмант, собственной персоны. Он тут же отвлёкся, подняв свои глаза. Его оранжевая голова тоже прикрыта, как у Бимипи, тогда, как тело - голое. - Почему вы обязательно закрываете верхнюю часть головы? - решил поинтересоваться Сэм. - Потому, что вы носите трусы. - Издал он забавное стрекотание, похожее на смех. - Представь себе, в этом месте наши половые органы. И да, мы не делаем обратно поступательных движений, вовремя семя отложения. Просто прикасаемся лбами. Хочешь попробовать? - Спасибо, откажусь. - Ещё вопросы? - обвёл взглядом окружающих, полу зверь, полу насекомое. - У меня есть один. - поднял руку Николай. - Когда начнётся конференция? Мне ещё надо успеть сдать тест идентификации и вернуться на Землю до завтра. - Хороший вопрос. Как все соберутся, так и начнём. Что вы в самом деле, торопите нас? Мы ваше начальство, а не вы наше. И где все остальные? Вас должно быть намного больше. - Они приболели немного, - растерянно отвечает Купилаба. - Что, всей командой? - Мы оставили их по хозяйству. Они правда не могут прибыть сейчас, - он построил свою излюбленную фальшивую улыбку. - Беру на себя ответственность, как директор. Мы пинком под зад отправим их к вам на следующей неделе. - Ну, это мы ещё уточним сегодня в большой и уютной компании. А пока, вы, вчетвером - показал он на Джареда, Сэма, Купилабу и Цзуму. - Пройдёмте в кабинет. На самом деле, все уже готовы, и ждали только вас. Остальные могут остаться здесь. Только ничего не трогайте. Умоляю. - Зайдя в совещательный зал, их действительно ожидали самые ключевые фигуры от Шарвей. Усевшись за круглый, на первый взгляд неприметный белый стол, в виде сегментного кольца, или многогранника, они устроились поудобней, на висящих в воздухе сиденьях. Потом, стол, будто нарезанный блин, поделился на дольки, которые медленно придвинулись к каждому присутствующему, как отдельные части, которые оказались сенсорными экранами, с высветившимися на них цветными изображениями. Первой темой обсуждения стали местные проблемы, в частности, причины и последствия надвигающегося катаклизма. Над столешницей, с её внутренней стороны высветилась сплошная, кольцевая голограмма. Высказав свои мнения, все сошлись на том, что людей необходимо спасти. Однако, никто не смог придумать, как это сделать в столь кротчайшие сроки. - А что, если просто переселить сюда миллионов пять и взорвать к чертям всю Землю? Будь, что будет, - нервно качает правой ногой Николас. - Что думаешь, Сэм? - смотрит на него Бимипи. - Нет, вы серьёзно? - ошарашено развёл руками парень. - Я даже не рассматриваю такой вариант. - Но, мы ведь действительно сможем принять такую цифру, - смотрит она на остальных. - Не смешите меня, - сложил он ногу на ногу. - Пять миллионов взамен на пять миллиардов? - А что вы собираетесь противопоставить своим арабским друзьям? - Наклонилась ближе королева, облокотившись о стол. - Неужели, - улыбаясь закачал головой Сэм. Неужели вас заинтересовало это? - Да. Извини, что долго игнорировали. - В любом случае, такие решения не принимаются спонтанно. Мы должны рассмотреть и обдумать все возможные варианты. У нас ещё есть время. Может, пока займётесь своим ураганом? - в недоумении нахмурившись смотрит Сэм, ей в лицо. - Мы уже сообщили эту новость в союз Пхэйт. Но самое невероятное то, что они одобрили и отправили запрос в союз Иммэ. Это 'Пяти могущественных'. Скажу сразу, не часто они обращают на нас внимание. Когда дело касается бизнеса, науки, политики. Они скептически относятся к нам. - Так же, как и вы к нам, - вмешался Джаред. - Но, не в этот раз. - продолжает Бимипи. - Впервые, за всю историю, наш голос дошёл до самой вершины. Проигнорируют ли они? Не имею представления. - Думаю, не только ваши дела плохи. - Обращается к людям Хэйдон. - Боюсь, мы все можем оказаться в большой опасности. Но, начнём из далека. Чтобы всем присутствующим было понятно... Бери своё слово, приятель. - смотрит он на рядом сидящего лэйро. Тот поднял указательные пальцы своих рук и помахал ими, таким образом обращая на себя внимание остальных. - Хочу ещё раз представиться для наших прямоходящих партнёров. - Эй, ну вообще-то обидно, - встревает Цзума. - Мы были прямоходящими, когда мозг был вот такой, - показал кругляшек, как нолик, одной рукой. - Я понял тебя, человек умелый. А вот ты меня не очень. Потому как я говорил в прямом смысле. Ведь мы, не ходим прямо. - Отлично, продолжайте, - отмахнулся от назойливого Цзумы Джаред. Когда-то все мы ломали голову над теорией алгоритмов. Но, теперь, пришёл час. Теперь, мы знаем всё. Но, это ничего не меняет. Мы остаёмся такими же беспомощными страдальцами, и в этом есть свои причины. Не знаю даже, от куда начать. Ах, да. Начнём с того, что я Мимамб. Генеральный директор первого отдела Джузип агломерации, и просто член нашей большой семьи Шарвей.

Планета Гомерополо. Резервная копия 23 сферы. 13 марта, 2034 по Земному времени В одном далёком далёком уголке вселенной. Почти, на самой её окраине. Там, где галактики расходятся друг от друга на такие расстояния, что невооружённым взглядом, между ними больше не видно света. Единственное размытое пятно, еле заметного белого проблеска, в одиночестве обездвижено висит в темноте. Это не планета, это не звезда, не комета, и даже не чёрная дыра. Это мутная консистенция, будто впиталась в пространство, как маленькая капля жира, в чистую одежду. Её форма совсем не понятная, очень сложная. А может, её и вовсе не было. Это походит на искривление пространства, беспорядочно светящихся блеклых пятен. Здесь не было никого и ничего. Лишь тишина и полное умиротворение. Ни единого признака жизни, и даже намёка на цивилизацию. Лишь только голос. Чей-то голос раздавался внутри самого пятна. Он не слышен и непонятен никому, кроме самого себя. Это явный сигнал. Кто-то ждёт его целую вечность, а кто-то проживает в каждом мгновении. - В третьей сфере зафиксирована активность Даада. - говорит оно само себе. А может быть кому-то. - Это маленькая голубая планета, с функцией рассеивания. (Сознание, способное к развитию). Тревога. Тревога всем постам. - совершенно без эмоционально, это нечто продолжает обращать на себя внимание. - Срочно скоординировать все потоки. Перекрыть движение в этой точке, методом расхождения. Перекрыть движение в этой сфере, методом сужения. Перекрыть движение во всём остальном, в обоих направления.

*** - Наш чудный мир преподнёс нам последнюю загадку, над которой мы бились десятилетиями. - продолжает Мимамб. - И сегодня, я, смею выстроить свои предположения, касательно данной проблемы. Мы живём в мире расхождения. - Тем временем, радостная девушка, в синем обтягивающем костюме, беззаботно скачет по поверхности Марса. Это Мэри. Её голова обтянута толстым, прозрачным материалом, похожего, на мягкую плёнку. Рядом сидит Глэйсон, в такой же защитной экипировке. Он подкидывал вверх маленькие камушки, с улыбкой наблюдая за своими друзьями. Посмотрев на яркое солнце, он зажмурился, о чём-то задумавшись. - Так я думал до недавних пор. Большинство из вас до сих пор продолжают думать так. - Этот лэйро встал изо стола, для большего убеждения. Я не буду уточнять, как именно мне пришла в голову такая идея. Однако, я могу аргументировать свою точку зрения, не противореча ни единому факту, нашего всеми любимого инструмента. Действительно, всё, за чтобы мы не взялись, в полном объёме, направлено, от меньшего к большему. Гравитация, универсальное кодирование и другие, вытекающие друг из друга вещи. Любое взаимодействие материальных частиц, между собой, в математическом представлении, должно иметь логическую систему. Наша ошибка в том, что мы всегда забываем главное правило, задающее ограничение нашей реальности, а заодно и той реальности, в которой мы не находимся: Не может не существовать то, что мы можем себе представить. Ибо наше представление - существует. Всё, что существует в одной форме или системе координат, может существовать в любой другой, при правильном распределении чисел. Вы все знаете, что ряды могут сходиться на любом под системном уровне. Однако на системном, этого быть не может. Так говорит всё наше окружение. Но, расчёты так не говорят. - Глэйсон последним заходит в летатель. Наконец, их судно влетает в портал. Мимамб запустил графическое приложение на голограмме стола, показывающее медленное нарастание самых длинных полосок, и самых маленьких, за счёт уменьшения средних размеров линий. Всё это происходит на сетчатой, трёхмерной, тетраэдральной системе координат. - Эта простейшая анимация, показывает, как усредняются размеры, на фиксированном участке. Если, мы не позволим смещаться не одному из алгоритмов, максимальная величина, не будет увеличиваться. Она будет уменьшаться. Более того, все длины, пытаются принять один размер. До тех пор, пока не станут полностью обездвижены. Фазу этого состояния принято называть 'Параллельный мир'. Хотя ничего параллельного я здесь не вижу. Может быть, Мугис что-то видел. В общем, эта фаза обездвиженного состояния составляет третью часть от всего многообразия, и она так же является частью нас. Как же нам вести расчёты, состояние среды которых, принципиально отлично от нашей? Легко. В поисках ответов, мы всегда пытаемся угодить самому себе на сто процентов. Но, решение не обязано в полной мере соответствовать нашим критериям. Достаточно ухватить небольшой участок, и задать ему 'мини условия' - условия в условиях, которые противоречат всеобщей системе движения. Проще говоря, мы можем создать полный хаос, на определённом пространственном участке, и контролировать его из вне. Таким образом, общее взаимодействие работает по нашим правилам. Что касается произвольного или обратного, относительно нас, перемещения, сходящихся рядов, то можно рассмотреть на глобальном примере расширения вселенной. В момент концентрации материи в общей массе, мы имеем максимальное влияние мира расхождения, то есть нашего. Никого из вас не смущает, что именно полоски, а не точки, взяты за основу относительных, способных к взаимодействию величин? Но, ведь эти самые точки, на само деле, не являются точками, так же, как и полоски - полосками. Да, для нас, все вещи относительны. Именно поэтому, мы чувствуем думаем и меняемся. Хотя со временем, точки получают размер. А максимальные величины становятся менее доступными. Тогда, как мир расхождения становится всё менее измеряем, собственной же средой. А конкретней, её относительными операциями. То есть, нас с вами. По мере расширения вселенной, мир расхождения меняется местами со сходящимся, миром противоположным. Однажды, материя разлетится друг от друга на такие расстояния, что превратятся в безразмерные точки, относительно пространства между ними, которое как раз приобретёт относительность в полной мере. - Стоп, стоп. Ничего не понимаю. - постучал по столу другой лэйро. Это был Тапоскинос. Самый юный участник клана. - Хотите сказать, многообразие станет ничем, а пустота станет многообразием? Смелое предположение. Но, как мы сможем влиять на такую комбинацию, в конечной форме? Когда пустота займёт место материи, мы всё равно останемся материей. Мы не сможем в полной мере охватить многообразие. Мы никогда полностью не будем взаимодействовать с обратным движением и его отсутствием. - А вот и будем, - сразу отвечает Мимамб. - Мы примем нашу размерность за безразмерную величину. Бесконечно малую, относительно расстояний, между другими материальными участками. Для этого, просто поделим непрерывную функцию пополам и с симулируем точку, которая будет иметь относительность, размерность. Объединяя так называемый 'макромир', с большим. Если, сказать на нашем языке, просто настроить метод расчёта под полное многообразие. Те половинки, будут считаться отсутствием чего-либо, контактируя с безразмерными точками, а заодно, с расстояниями, подразумевающих реальное отсутствие материи. - Так, подождите, - включился Сэм. - Если вы материю, хотите принять за её отсутствие, как именно вы собираетесь определять размер? - Смотрим следующую презентацию. - вновь нажимает на сенсорный стол Мимамб. Там иллюстрировалась длинная дорожка, с множеством точек на ней. Дорожка быстро смещалась, и точек становилось всё больше. Затем, посередине, между точками, появляются перегородки и линии обводятся в серые шарики, которые со временем стягивались в точки, уравниваясь размером с другими точками. - Обратите внимание, что это демонстрация в движении. Дойдя до определённого порога, когда количество нематериальных точек, начинает превосходить количество материальных, на одинаковом интервале, теоретически, мы переходим на другой метод расчётов. Однако, между всеми парными, материальными точками, есть нематериальные. И от них нужно избавиться. Как раз тем способом, что я сказал. Ибо два половинчатых участка, проходящих через бесконечно малую точку, не являются материальными, однако имеют свойство измеримости. Таким образом, любая точка, может быть прямой, а прямая точкой, в зависимости от метода расчёта. Вообще, это довольно забавно, когда осознаёшь, что относительности, в общем случае не существует. То есть, в этом мире всё предопределено и не предопределено одновременно. Или предопределено, на пятьдесят процентов. - Где-то я уже это слышал. - тем временем, думает про себя Сэм. - Но это относительно нас. Относительно нашего, единственного метода расчёта, или не полного многообразия. Стопроцентное наблюдение возможно, при контроле двух третьих от всех величин. А отсутствие движения, можно не учитывать. Это и есть абсолютное ничего, в фиксированном представлении. Тот самый случай, когда две бесконечности, пытаются определить свои начала. Такое состояние просто есть, потому, что не может не быть. Теперь, мы знаем, как принять полную форму, вопрос в том, сможем ли мы это сделать? - Хэйдон медленно похлопал в ладоши. - Браво, - начал он. - У тебя есть алгоритм, ведущий к полной форме, за один сдвиг? - Сложный вопрос. Нужно написать программу, для расширения в четырёх направлениях, или типов, двух системных изменений, по методам относительности, двух внутрисистемных - отрицательных, и двенадцати направлениях возможных начал, потенциального тетраэдра. И того, два умножить на два, умножить на двенадцать. Кто здесь лучший арифметик? - Сорок восемь, - ответила Бимипи. - Моё почтение, - поклонился в её сторону Мимамб. - Но, самое грустное то, что данное решение, может всех нас кардинально изменить. А ещё, всё это может быть напрасно. Ведь, до тех пор, пока мы сами не являемся системой, мы являемся частью чего-то большего. Того, что может изменить всю нашу реальность, так же, как мы собираемся поглотить её за один сдвиг. Это как минное поле. Но и наша сегодняшняя жизнь - минное поле. Надвигающаяся буря, тому подтверждение. - Давайте лучше поговорим о буре, - вытирает вспотевший лоб, Джаред. - Там нас уже заждались. Если, это реально имеет смысл, напишите и запустите эту программу. - С точки зрения математики, ничто не имеет смысла, - говорит повернувшись к нему Сэм. - Программа уже написана, - идёт вдоль стола, по кругу, лэйро. Из его ладони высветился овальный экран, с размывающимися краями. - Осталось лишь её запустить. Нажать всего одну кнопку. Угадайте, сколько времени я потратил, на её написание? Один день. Стандартная комбинаторика векторных сумм числовых рядов, трёхмерной матрицы, внедрённая во все четыре типа и двенадцать положений размерностей. Всё гениальное просто. - наконец остановился он. Бжжух!! - отлетела его рука. Рядом сидящие, чуть не упали со своих мест. Тапоскинос соскочил с кресла, и выстрелил ещё раз в лежащую руку с импортированным в неё гаджетом, полностью испепелив её. Бимипи исчезла, возможно телепортировавшись от сюда, куда подальше. Дезмант, направил свою руку в бунтаря, и из его ладони резко вырвался какой-то чёрный туман. Тапаскинос отлетел в сторону, до самой стены, но даже не упал. Лишь проскользил на ногах. Онскинул с себя этот массивный пластинчатый балахон, сковывающий всё тело, а его голова быстро деформировалась в человеческую. Какого было удивление Сэма, когда он узнал это лицо. Перед ними стоял никто иной, как Рахмуд, младший Аль Сауд. В своём бардовом плаще и длинными чёрными волосами, небрежно спустившихся ниже плеч. Ни говоря не слова, он поднял руку, тыкая указательным пальцем в сторону в конвульсиях валяющегося на полу Мимамба. И тот, с громким свистом, растаял за считанные мгновения, будто спустившийся воздушный шар. Искривляясь и проваливаясь в самого себя. Дезмант вновь запустил разряд энергии, в этот раз, прозрачной волной. Цзума и Джад, всё ещё, как парализованные наблюдали за происходящим. Другие лэйро, видимо, придя немного в себя, тоже начали шмалять в него своими всевозможными магическими орудиями. Наконец, самозванец начал меркнуть, словно провалился в воздушные текстуры. Он, даже не пытался уйти от сюда, или оказать сопротивление. У него сильно поблекло лицо. Исчезло половина тела. Руки начали быстро мигать, а ноги расплываться. - Все успокойтесь! - пытается остановить яростных коллег Хэйдон. - Он не чувствует ваших ударов. Очень большой хищник заявился к нам. Разве не видно? орудия физического контакта бессильно против него. Сработал защитный сканер. Это он так медленно расформировывает его. Повезло, что его вообще зацепило. Осталось немного, и эта тварь полностью растворится. Но, это уже не имеет значения. Он уничтожил программу, и единственного, кто знал, как её написать. - Вот тебе и новый проспект! - вне себя от ярости Дезмант. - Как Бимипи могла допустить этого ублюдка? И куда она сразу пропала? Её пора исключить. - Я видел этого человека ранее. - всматривается Сэм, в уже едва заметный человеческий силуэт. - Это свой пацан у пастухов. Боюсь, он был всего лишь прислужником, и неплохо выполнил возложенную на него миссию. - Сэм встал в центре помещения. - А что касается программы, мы можем воссоздать её. Наш герой досконально всё разжевал, прежде чем, предатель сделал своё дело. Он слишком долго ждал. И в этом его ошибка. Дайте мне немного времени, и я сам напишу такое приложение. - Ой, да ладно. Сами не дураки. - отвечает незнакомый лэйро. - А может, он вовсе и не умер? - всё ещё напуганный, идёт в сторону выхода Джаред. - Может быть. Но, надеюсь, вы понимаете, что все разборки по произошедшему, сейчас нужно отложить, до тех пор, пока не решится проблема с экваториальными очагами. - Это само собой, дружище. - проходит мимо него один из просвещённых. - Чтобы не случилось, в первую очередь мы позаботимся о Пангоне... и Маогё. Боюсь, их жизни, тоже в наших руках. - Это точно. Никто не переживёт бурю, кроме странферов и лагмауранда. - Они все спешно начали покидать комнату. - Что ещё за лагмауранд? - поинтересовался Сэм у того лэйро, что сказал это. - Странферов-то я знаю, а это что? Тоже какие-то подземные или глубоководные создания? - Нет. Все глубоководные создания в полной безопасности. Упоминать их нет смысла. - усмехнулся инопланетный собеседник, по пути на выход, - Лагмауранд на поверхности. Скажу прямо. Наблюдать его, это невероятнейшее зрелище, которое только способна преподнести наша природа. Халоматорные пчёлы. Слышал о таких? - Нет, - идёт за ним Сэм. - Тогда это долгая история. Короче, эти самые пчёлы распыляют специальное вещество и оживляют почву. Более того, все животные собираются, как конструктор в единого, громадного, стокилометрового монстра. Их нервная система сплетается воедино. Груды камней и песков, как слизни, сами обволакивают их, создавая бронежилет. - Ну и дела. Как вообще такое возможно? Всё больше поражаюсь вашей планетой. - Почему так долго? - расселись на овальном выступе, похожего на диван, недовольные друзья людей. - Позаботьтесь друг о друге, - остановился возле них Сэм. - Джаред, отведи их к Бимипи. Пока Цзума сдаёт тест. Потом вместе вернёмся на Землю. Надеюсь, вернёмся сразу, как закончится ураган. Подготовим самую большую, и последнюю волну переселения, а между делом... ну, понимаешь. - устрашающе подёргал пальцами Сэм перед его лицом. - А я останусь здесь до следующего месяца, - говорит Купилаба. - Позабочусь о том, чтобы вас не дёргали. И вообще, даже не думали о вас. - Вот такой подход мне нравится. - подтыкает Сэм о чём-то задумавшегося друга. - не подведи нас, всемогущий генеральный директор. - Я буду ждать, - встаёт со своего места озабоченная Алива. - А я буду помнить, - как-то несвойственно дьявольски улыбнулся Сэм. Сегодня произошла большая сенсация, на время отвлёкшая на себя внимание обоих воюющих сторон. В каком-то роде, этот день уже вошёл в историю человечества, как последний. На сайте ИШат, дополнилась особенная глава. Самая безумная и роковая. Поставленные там условия, невозможно выполнить не одному смертному. Правило 2.14.4, официально опубликованное, руководством ИПО, как действительное для всех континентов без исключений, поставили на уши Центр Сопротивления. Цитата: 'Отныне чистым женщинам этого мира запрещено рождаться без хиджаба'. Первая же строчка, разрывает все шаблоны, и втаптывает в грязь здравый смысл. 'Те, кто не успели попасть на святые земли, теперь странствующие восхожденцы. Наши регионы будут разбавлены чистыми, справедливыми, беспорочными душами, способными существовать целую вечность, от поколения к поколению, не неся разрушений'. - Они оставили нас доживать, как грязных свиней! - чуть не в слезах кричит, женщина по телеканалу центрального телевидения. - Неужели, мы заслуживаем этого? Почему мы, простые люди, должны отвечать за политиков и бизнесменов, которые так обидели вас, всемогущих сотрудников Констант и восточных пророков? Мы тоже ненавидим их! Они душили и нас. Сковывали, издевались. Я умоляю всех. Как мать двоих детей. Как женщина. Как человек, желающий всего лишь одного - жить. И они бессовестно отнимают у нас это желание. Если и вы хотите жить, не слушайте этих чёрствых политиков. Не доверяйте им. Они водят нас занос. Не воюйте друг с другом. Прежде чем сплотиться против внешнего врага, выйдите все на улицы и докажите самим себе, что вы способны на равенство. У нас не будет никакой демократии, если народ тупое стадо. Если вы желаете зарабатывать для своих семей, ценой страдания для других, таких же семей. Наши политики - это голос народа. И если они такие уроды, может быть, причина в нас?

Сэм и Николай приземляются на Самоа. Они ещё не в курсе обновлённого свода. Здесь как будто бы всё заброшено, но, ничто не разрушено. Ни охраны, ни персонала. Ни единого человека. Вся охрана, и персонал полностью переехали в океанскую лабораторию Мандэсо. Жители особняка и обслуживающий персонал, перебрались в главный офис, или на Терраро. - Ты серьёзно собираешься перевозить пять миллионов? - спрашивает его Цзума, идя рядом по вечернему двору. - Я это так ляпнул, наугад. - Сколько получится. Хотелось бы намного больше. Но, где мы возьмём столько транспорта? - наконец, они вошли в дом-лабораторию. - А что, в Калифорнии, заводы больше не работают? - остановился в гостином зале Николай. - Точно! Это может всё изменить. В первый раз их перевозили лэйро. Во второй - мы. В этот раз, мы можем объединиться с правительственным транспортом. Правда, он у них допотопный. Но, долететь до Марса, думаю можно. - Отлично. Звони Милману. Нет желания здесь долго торчать, - Созвонившись с Чедом, тот назначил им встречу на Кеймада Гранди. Заведомо предупредив о изобилии ядовитых змей. Не теряя времени, ребята направились туда. Десять минут полёта, и летатель D-класса, приземляется на возвышенность, где раньше стоял маяк. Губернатор, в окружении нескольких солдат, уже ждал его на месте. - Слушай, Чед, - не здороваясь открыл двери звездолёта Сэм. Образовалось круглое отверстие, будто шар разорвался в этом месте. - Может отъедем в более безопасное место? - Те стоят в защитных костюмах, современной экипировки. - Слушай, ты мог бы сразу это сказать, - идёт к нему на встречу, прямо по скользким, отвратительным чёрным змеям, наложенных друг на друга, как вермишель в соевом соусе. Он залез к ним в судно. - Сколько людей отправить с вами? - спрашивает один из солдат. - Не надо. Этих никто не тронет. Они нейтральны. - Военные молча наблюдали за взмывающей вверх большой сферой. - Я хочу спросить одну вещь, - смотрит Сэм на приятеля. - Там, в подводном офисе. Вы все вели себя странно. И, со мной что-то произошло. Временами, я теряю память. У меня кружится голова и, делаю неконтролируемые вещи. Я тоже заметил это, - недовольно отвернулся к окну Цзума. - Ты же не думаешь, что мы чем-то заразились? Или, в нас кто-то вселился? - Не знаю. Всякое может быть. Но, пока, мы всё делаем правильно. - Охрененный люксовый аппарат. - сам себе бубнит Чед, с места на место переходя по пассажирской площадке. - Значит, летим в Сан-Хосе, - поставил всех перед фактом Сэм. - Его уже нет, - спокойно ответил, усевшись возле столика Чед. - Вот как? Не успел Купилаба оставить офис без присмотра, как там всё разнесли? У вас вообще осталось хоть какая-то наша техника? - Он здесь не причём. Вашингтон не боится его. Так совпало, что никого не спросив, в один момент, федералы просто оседлали этот город. Насчёт транспорта. В Мак-Уэй Фолс, Пфеиффер Биг Сюр парк сейчас четыре рабочие фабрики. И единственный склад. - Там точно безопасно? - Да. Там вырыты траншеи в горах. Всё замаскировано по высшему классу. - Ты ещё не знаешь, что такое маскировка по высшему классу, - с насмешкой ответил Цзума. - Вам бы проконсультироваться с Мандэсо. - Да ладно, всё равно он редкий хитрец, - подсел к губернатору Сэм. - Знаешь, о чём мы хотим попросить тебя? - Тот посмотрел на него с безразличным выражением лица: - Да мне уже плевать. Берите всё, что хотите. - Что такое? - недоумевает Цзума. - Я сам не знаю! - в гневе схватился он за голову. - Сумасшедший закон 14.4 и эта грёбаная война. Я устал от такой жизни. Катись всё к чертям. - Постой, какой ещё закон? - напугано нахмурился Сэм. - Ах, вы не в курсе, - злобно улыбаясь, тот достаёт свой гаджет. - Сейчас покажу в их собственном видении, самом ярком представлении. - На его экране запустилось видео. Это похоже на презентационный ролик, одного из социальных серверов ИПО: - Давайте же начнём чтить традиции, спосланные нам всевышним, - говорит закадровый мужской голос. - Мы покажем вам на собственном примере, что это совсем не трудно. Это приятно и радостно. Не одна сура, не один аят не был написан случайно. Сейчас вы можете лицезреть роды истинной мусульманки. Лучшие акушеры, следят, чтобы всё было нормально. Так... Начались схватки. Мы уже знаем, что родится девочка, как показывало внутреннее сканирование, ещё в день её зачатия. И, как быстро пролетело время. Уже через мгновения, этот малыш появится на свет. Да! Вот и головка. Вы только посмотрите. Разве не чудо. - Окровавленный младенец вылез из утробы матери в чёрном платке. - Какая красавица! Все мужчины обзавидуются её мужу. - Что за дичь? - не выдержал Сэм. - Теперь, можно снять этот восхитительный головной убор, и никогда больше не одевать. Ведь, этой девочке повезло. Она родилась в раю. И здесь нет никаких запретов. Советуем всем дочерям, научиться правильно одевать хиджаб, пока они в животах своих матерей. Только таким образом, они искренне выражают свою богобоязненность. В противном случае, они будут искоренены. Все, без исключений. - Далее на видео идут разные природные пейзажи, под спокойную мелодию без слов. - Да ну нахрен, - окончательно обомлел Сэм. - Быть этого не может. - Может. - убрал свой гаджет, Чед. - Этот закон уже действует. С самого утра. И в данную минуту, умирает каждая новорождённая девочка в Арабской Губернии. А уже пять вечера. - Ну, главное, что это распространилось не на весь мир, я так понял. - Вот и приплыли. Час от часу не легче, - расстроился даже Цзума. - Что будет дальше? Бабушек обяжут откладывать куриные яйца? - Может, вы переселите ещё людей, сколько сможете? - удручающе смотрит на них Милман. - Переселим, конечно. - разочарованно вздохнул Сэм. - За этим мы и вернулись. Нам нужны все ваши летатели, способные добраться до портала. - Хвала небесам, - с облегчением сжал ладони, скрестив пальцы, мужчина. - У меня есть на складе два полных отдела A-класса. Десять тысяч в каждом. Если не хватит, свободные Бэшки, ещё тысяч пять. Третий класс полностью в распоряжении армии. - Рано радуешься, - продолжает Николас. - Мы тоже с плохими вестями. Все прошлые переселенцы обречены на гибель. - Как?? - соскочил тот с места. - Природный катаклизм. Который, как назло у них впервые, - стиснув зубы, еле говорит Сэм. - В смысле, в таких масштабах. Такое было и раньше, но они могли это контролировать. У них нет мест в эвакуационной базе. Полгорода будет уничтожено. Сохранятся лишь самые ключевые объекты. По последнему скрипту, им придётся выложить всю энергию, чтобы сдерживать напор раскалённых газов, в течении месяца. Своих, они, конечно, всех спасут, а вот для нас ничто не предусмотрено. Что, вообще-то, вполне логично. Имейте ввиду, лучше об этом не говорить новым переселенцам. Всему своё время. Лучше пусть узнают на месте, когда приедут. Мы должны взять не менее пяти миллионов, за один увоз. Придётся вам освободить военные корабли. - Между тем, они садятся возле водопада, в бухте с песчаным пляжем. - Тогда правительство уничтожит нас. - Вы уже уничтожены, глупышка. Ты, вообще осознаёшь это? Вас уже несколько раз закидали программными вирусами, а вы даже не заметили этого. Сначала это сделали ИПО, а теперь и мы. Ваши физические данные и модель поведения под полным контролем. Мы можем делать с вами всё, что угодно, просто не дошли руки. Да, и не преследуем мы цели массового контроля, так же, как финансовая выгода, отныне нас совсем не заботит. А если Вашингтону так сильно хочется воевать, что ж, это будет на их совести. Нам вы не мешаете. - Тот лишь вздохнул и молча отвернул голову в окно. - Хорошее же ты местечко выбрал, - заметил остановку Милман. - Только нам немного дальше. Тут есть ручное управление? Давай я доеду. - Сэм дал ему пульт дистанционного управления. Улетев, в гущу леса, в он сел, где-то на низменности, небрежной посадкой, раздавив под собой несколько деревьев. Выйдя из судна, они молча осмотрелись по сторонам. Чед двинулся вперёд по этому дикому месту. Похоже, он знал куда идти. Вечернее солнце, ещё не шло на закат, но светило уже не так ярко. Здесь такой насыщенный природный запах. Очень приятно и свежо. Вдалеке слышно, как волны бились о скалы. Внезапно, деревья у них на пути начали раздвигаться сами по себе. Заметив это, они замерли на месте. Трава начала желтеть и медленно осыпалась мелкими песчинками, превращаясь в песок. С одного из деревьев спрыгивает серая, пушистая белка. Или, это был суслик. Мех животного плотно прижался к телу, будто впитался в него. Хвост резко вытянулся и подогнулся зигзагом. Передние лапы вспухли, а головка куда-то втянулась. Это был уже скорпион, трансформировавшийся прямо в бегу, из грызуна, в совсем непохожего членистоногого. - Щщщщ. - осыпаются иглы хвойных деревьев. - Аль-Бальхииир, Аль-Бальхииир - шепчет листва. - Это ловушка? - выпучив глаза, боится ступить и шагу, Милман. - Это Мохаммед, - озадачено опустил голову Сэм. - Что ему нужно? - К почве опускается чья-то нога. Она не просто смещается, как при ходьбе. Нет. Она вытягивается, дорисовывая и обводя свои контуры, словно вываливается из колена. Черный берец наступил на сухую траву. Поднимаясь вверх, ступня одновременно затягивалась обратно в ногу. За ним вообще не оставалось следов. Бежевая камуфляжная форма, всё так же сидит на нём, как при первой встрече. С виду, обычный человек остановился прямо перед Сэмом. Его щетина была на столько чёрной, что не отражала ни единого луча света. Грозный, холодный взгляд, спокойно смотрел в лицо парню. - Кажется, мы не договорили, - безукоризненно обращается этот смуглый, брутальный, мужчина, игнорируя остальных присутствующих. - А в этом ещё есть смысл? Не прошло и года, - кажется, всё начал вспоминать Сэм. - Определённо. Смысл есть во всём. С тонкой гранью, его полного отсутствия, - медленно повернулся он к Цзуме. Тот нисколько не стесняясь, закатил глаза, глубоко вздохнув, покачал головой, выражая свою полную безразличность. - Я лишь пришёл, поблагодарить тебя, Сэм. Ты очень находчивый, проворный мальчуган. - За что же, интересно? - недоумевает он. - За то, что рассказал про нас. Мы ждали этого момента, с тех пор, как появились здесь. Диббук и Азазель нашли вас. Вы поддались их соблазну. Но, ещё ничего не закончено. Видишь ли, мы не можем владеть всем без исключения. Лишь в единственный, для нас, никогда несуществующий промежуток времени. Нужно, постоянно меняться, чтобы остаться в этой суровой реальности. Наше сегодняшнее многообразие, будет лишь безразмерной точкой, завтрашнего. Выход есть только один. Стать частью всего несуществующего. Это сложно, потому что не предсказуемо. И теперь, когда союз Иммэ готов с нами синхронизироваться, мы последними замкнёт общий алгоритм ими же самими. Вы сильно ошиблись в нас. Ключ входа не в людях. Он всюду. Его невозможно найти. Невозможно заметить, пока мы сами не захотим этого. - И создали они Империю Пяти Оазисов, в ответ на Союз Пяти Могущественных. - бубнит себе под нос Цзума. - О чём это вы? Ничего не понимаю, - нервно топчется, по окончательно рассыпавшейся траве, перепуганный губернатор. - Да так. Мысли вслух. - ухмыльнулся в ответ Николай. - Какой ещё нахрен Диббук нашёл нас? - внимательно осматривается Сэм. - Бесполезно рассказывать. Ты уже никогда об этом не узнаешь. Он не позволит. - Один из ваших, вроде как, Рахмуд, был на совещании Шарвей. Что бы это значило? Ты послал его как шпиона? Не значит, ли это, что мы наступаем вам на пятки? - Нет, - твёрдо отвечает Мохаммед. - В него вселился джинн. Демоны очень ненавидят джиннов, хотя преследуют общие цели - уничтожить человечество. Когда они вырвались на свободу, все джинны спрятались кто куда. Рахмуд отдал вам образцы вирусов из страха, чтобы Диббук сжалился над ним. Он знал дьявольский план, и не хотел становиться у него на пути. Мы, пророки и проводники, сами по себе. Мне не нужно то, что есть у лэйро. Они молодцы. Заставили обратить на себя внимание. Но, кажется, я уже говорил, что знаю всё. Мне незачем с кем-то соревноваться. Незачем спорить или ругаться. Я ни есть совершенство. Как и вы, на данном этапе, я всего лишь часть чего-то большего, но только потому, что вы не можете воспринять меня целиком. - Что ж, если ты такой бесстрашный и всесильный, зачем ты маячишь среди нас? - Сэм огляделся по сторонам некогда зелёного парка, превратившегося в пустыню. Даже горы начали рассыпаться, медленно расползаясь по сторонам. - Реальность Газавата и Ледяной Оазис - есть ключ входа, из бесконечности в наше окружение, в них самих, или то, чем они являются. Один поглощает всю изменчивость, второй её отдаёт по неизвестным масштабам. Вместе, они работают, как предохранитель, находясь в отдельной связке, накидывая несуществующие измерения, в ответ на внешнее вмешательство. - А, с этим мы не прогадали. - довольно смотрит он на Николая. - Вы не можете за ними следить. Выходит, вас не существует, относительно Даада? - спрашивает Сэм. - Нас не существует, относительно Гвос, - он медленно поднимает свою руку, и кладёт её на плечо парню. - То есть, относительно тебя, друг мой. - пожимает он его своей рукой. - Но, это здесь не причём. Если мы не можем следить за бесконечностью, это не значит, что мы не являемся её частью. Мы можем предугадать её, глупышка. А ты, всё так же остался неверной свинкой. Но я прощаю тебя. А вот ты, сильно подвёл меня, шейх Диа. - Никакой я тебе больше не шейх, - дерзко отвечает Николас. - Я даже не знаю тебя. - Оу, как грубо, - встал Мохаммед между ними. - Ведь, это не я тогда затемнил твой рассудок. Но, я могу нечто большее. Как-то важный файл пропал. - начал он водить пальцем по воздуху. - Может, кто его украл. - перед ним, тонкой верёвочкой, начала закручиваться разноцветная ветряная воронка. - Редактировал, игрался. Доминировал, но сдался. - Он махнул рукой и развеял воздух, превратив его в оттенки северного сияния. - Не люблю тех, кто быстро поддаётся на провокации. - Хороший фокус, - улыбнулся Чед. - Где Цзума? - встревожено завертелся по сторонам Сэм. - Закончился. Как, собственно, и наш разговор, - неспешно отвернулся и пошёл прочь Аль-Бальхир. Песок стал обратно подниматься и зеленеть. На лице Милмана скривилась печальная гримаса. Сэм просто замер, смотря в след уходящего араба. Деревья сдвигались обратно, скрывая его под собой. Чед пытается что-то ему объяснить, но он ничего не слышит. Тогда он схватил его и силой потащил в звездолёт. Грустная картина. Спотыкаясь, парень ковылял по ухабистой почве. Он с трудом залез в сферу и ничего не делая развалился в пассажирском кресле. Немного погодя, сюда заявляется целая бригада лётчиков. Они транспортируют все летатели вблизи Сан-Диего. По приказу Милмана, все судна проверили на исправность и забронировали для перелёта граждан. - Мы что, повезём только жителей Калифорнии? - спрашивает его старый друг, какой-то крупный бизнесмен. Они сидели в ресторане бункера, на территории парковых заводов. - Ну, вообще-то, эти люди в самой большой опасности. Их уничтожает правительство. Хотя, конечно, можно взять и других. - задумался губернатор, деловито отведя взгляд в сторону. - Вот ты жлоб, - улыбнулся лысый мужик. - Может, в этом есть смысл. Незачем перевозить этих бабуинов. Особенно из Европы и Африки. - Я так понял, это некоммерческий проект? - Что ты имеешь ввиду? - вытирает рот салфеткой Чед. - А то и имею. - загорелись его глаза. - Неужели, ты ничего с этого не поимеешь? Слушай. У меня есть предложение. Наверное, не очень, целесообразно, с моральной точки зрения. - Не томи, приятель, - собирается уходить мужчина. - Ладно, слушай, - не знает он, как подступиться. - Я так понял, вы не в силах перевезти всех, при любом раскладе. Может, сорвём бабла, на обречённых. Зачем пропадать деньгам? Мы можем назвать больше мест, чем есть на самом деле, и устроить за них аукцион. - Сукин сын, - Чед плеснул в него остатками компота из своего стакана. - На Терраро, твои деньги будут гроши. А, даже, если и нет, ты потеряешь их, ибо не знаешь во что инвестировать. Я изменился. В силу кое-каких обстоятельств. Этот мир крутится не только вокруг одних денег. Он намного обширней и глубже. - Тот соскочил со стула, вытирая промокшую футболку. - Я поражаюсь, на сколько же ты слеп. Даже в вымирании человечества искать прибыль и выгоду. Ты тупой или претворяешься? Ах да, это твой образ жизни. И я вот, что тебе скажу. То, наше новое общество, которое мы попытаемся построить на новой планете, в первую очередь, нужно избавить от таких, как ты. Паразитов, ставящих денежный капитал превыше всего. - Все мы узники денежной системы, Чед, - пятится спиной к выходу, его собеседник. - Мы её творения, и нас не перевоспитать. Алчность - у тебя в крови, не забывай это. Придёт время, и ты пожалеешь, что упустил такой куш. К чёрту эти правила. Познание мира. Что, станешь программистом? Может, начнёшь заботиться о больных сиротах? - А может и начну. Вот и проверим, в крови у меня это, или нет. Характер всегда можно исправить. Это всё домыслы. Гены можно обмануть. Направить их в благое дело, путём изменения ценностей. Ты можешь сделать это. Ограбить тонущий корабль. Я не буду осуждать тебя. Сам был таким. Я знаю, тебя не будет мучать совесть. Но, я знаю, что ты по-другому не можешь. - Ну, удачи. Спасибо за испорченную футболку. - Всегда рад помочь. Наслаждайся своим тесным мирком, скупердяй. - Наконец, они разошлись в коридоре. В подводном офисе громко играет сумасшедшая музыка. Фарахза пританцовывает возле длинного изогнутого стола, с разноцветными, крупными сенсорными кнопками и механическими рычажками. Бимбо валялся в трубчатом парящем кресле, спиной кверху. Из его рта капали слюни. На лице начали проступать вены. Рики лежал рядом на воздухе, в метре над полом. Он что-то шептал. Несвязанную, неразборчивую речь. Сэм внимательно следил за экранами, с противоположной стороны. - Вы готовы дети? - спросил Угус остальных, сконцентрировавшись на своей, отдельной странной приборной панели, похожей на игровой автомат из девяностых. - Да, генерал! - Крикнули ему сотрудники. - Я не слышу? - грозно посмотрел он на Мандэсо. - Так точно, генерал, - недовольно начал он вращать трёхмерные молекулы перед собой. - Уооо! - Угус стукнул кулаком по квадратной оранжевой клавише. - Кто проживает на дне океана? Патоген семнадцеть! - радостно напевает он сам себе. - Кто всем мразям за щеку наваляет? Команда самоанцев! Кто побеждает всегда и везде!? - Заткнись уже! - соскочил Бимбо с кресла. - Нам не до твоих тупых мультяшных песен. Мы потеряли Цзуму. Лучшего друга, а ты... - Видно, он и правда был дорог для тебя, - раскаянно пожал плечами Угус. - Представь себе. Он был самым близким человеком, и лучше тебе не злить меня. Время 7:40, мы договаривались начать в восемь, умник. У меня уже стояло всё на автомате. Теперь всё сбилось. Ты будешь подавать команды вручную, торопыга. - О, я люблю злить, - высоко поднял он брови, бешено посмотрев наискосок. - Я согласен работать вручную. Это приносит мне удовольствие. А ты расслабься. Всё будет хорошо. На следующий день, ровно через сутки, все на нервах, бегали по разным отделам лабораторий. Неужели, всё прошло гладко? Вся планета покрыта образцом DE42. В каждый город и населённый пункт установлены сотни невидимых дронов, распространяющие вирус воздушным путём. Уже казало, операция прошла как нельзя лучше, но, не успели программисты возрадоваться, как охотники в Аль-Макки через 25 часов дали сбой. Они потеряли из виду центральный штаб ИПО, и святые земли, стали для них пустым белым пятном. Это могло значить только то, что пастухи поменяли структуру чтения своей среды. Соответственно, обезопасили себя от вторжения. Но, они не могут следить за состоянием остальных Оазисов. И пока преимущество на стороне Констант. - Я придумал, как расшифровать этих говнюков! - Фарахза подошёл к Угусу. Сотрём их базы данных. Нам известна их архитектура. Известны условия, к которым они привязаны. Если мы будем менять их, то, они будут их восстанавливать. Но, если, мы обнулим их целиком, они потеряют связь. - Я бы не был так уверен, что нам известно, к чему привязаны их условия, - возразил Сэм. - Я недавно говорил с их лидером. И там далеко не всё так просто. - Доверься судьбе. Может, он блефовал. Что ещё ему остаётся делать? Сейчас, и мы и они, все мы ползём в большом лабиринте, по бесконечной замочной скважине, - ответил ему Бимбо. - Хочешь? - Поднёс он ему какие-то таблетки. - Антидепрессанты, - сам ответил он, не дожидаясь вопроса. - К чему это вы клоните? - возмутился Сэм. - Форматировать DE42? - Нет. Перенесём его. Форматируем Лампу, и все её составляющие. - Ну это же тупо. Зачем они будут прятать свой код в людях? Почему его не спрятать в где-нибудь в недрах Земли, в морских коньков или пещерные камни? - Они прячут его везде, понимаешь? Везде и всюду. В каждой частичке вселенной. Хочешь сказать, очевидно для нас? Я думаю, они скомбинировали всё иначе, но, у меня есть предположение, что мы являемся для них внесистемной величиной. Ты так и не понял, Сэм. - обнял он его за шею. - Люди и пространство между ними - это границы разных миров. Это иллюзия. Помнишь, мы говорили, что объёмов может не существовать в нашем понимании? Мы выяснили, что это так и есть. То, что мы видим, и даже то, что осознаём, может быть совсем другим в реальности. С более полной системы отсчёта, твой левый глаз, может быть звездой из галактики туманность андромеды, а правый - теннисный мяч, с магазинного прилавка. Мы всё ещё не контролируем масштабы. И до тех пор, люди - это всего лишь слова. Мы не имеем представления, что они и кто они на самом деле, но мы знаем, что их инфицировали. И вовсе не с целью дисциплинарного контроля. Ты это знаешь. Относительное движение, методом расхождения, в каждом из них, настолько разнообразно, что напоминает миниатюрную вселенную. - Хватит сопли жевать, я устал слушать вас. - Фарахза начал быстро пролистывать содержимое в экранах. Из его рта вырвалось огненное пламя! При другом случае, Сэм подшутил бы над таким, но тут ему стало жутковато. Но потом, он заметил за собой чёрное дыхание. Это, как в прошлый раз. Всё повторяется. Голова опять закружилась, но не так сильно. В Токио 10:15 по местному времени. Прямо в центре города, внезапно началась бойня. Многочисленные батальоны Моджаев вступили в сражение с карателями. Сверхлюди в продвинутых нанокостюмах с разрушительной поддержкой с воздуха, против таких же экипированных злодеев с ручными питомцами - гигантскими чудовищами. Высокие технологии против немыслимого волшебства. Эти войны развязались далеко за пределами Японии. Сразу в нескольких городах, одновременно по всему миру, неся ужас и разруху. Зачем они затеяли это? И точно ли они бились друг против друга? Нет, нет. Только не это. В один момент, что-то произошло. Грохот бесконечных взрывов и перестрелок стих. Это город Шанхай. Солдаты Констант замерли на месте. Так же неподвижно стояли каратели. Будто их поставили на паузу. Через пару мгновений, их тела начали обвиваться блестящими широкими полукольцами. Броня Мождаев полностью трансформировалась. Их шлемы, даже не походили на головы. Это смещённые будто стальные пластины, беспрестанно вращающиеся диски, по разным осям. В месте глаз, образовались зоны маленьких, выпученные светящихся сегментов. А сами глаза, будто вылетели из головы и парили прямо перед ними на расстоянии в пару дюймов от головы. Это маленькие прямоугольные трубки. Такие же, только большие трубки, торчащие во все стороны, как страшные зубы, висели перед их ртом. Электропушки в их руках так же трансформировались. Они и так были единым целым, но сейчас в них стало больше деталей. Каратели. Эти монстры полностью потеряли человеческий облик. Их тела, превратились в змеиную пирамидку, завивающуюся кверху, вокруг какого-то стержня. Головы походили на огромных насекомых, с обведёнными светящимися контурами. Теперь, эти монстры, совместно принялись крушить всё, что попадается на их пути, совсем не замечая друг друга. В городе начали сваливаться небоскрёбы. Создалось сильное землетрясение. Они долбили дороги, людей, транспорт. Каждым ударом уничтожая целые кварталы. В Токио, моджаи в модифицированных самурайских костюмах, и бесформенными, ледяными наростами, вместо лиц. Они яростно размахивали огненными катанами по воздуху, и все ближайшие люди разрезались на части, словно попадали под их лезвия. В Нью-Йорке Манхеттен превратился в развалины. Пыль и дым закрывали всю видимость. Но, как только они развеялись, на месте небоскрёбов, стояли совсем незнакомые, странные здания, с широкими основаниями. Там не было рекламных плакатов, и застеклённых стен. Серые, и мрачные. С колоннами, в виде папоротниковых листьев, и бараньих черепов полыхающих жёлтым пламенем, вместо крыши. Это пыточные крематории. Их бесчисленное множество. Они всюду, всюду! Здесь нет ничего кроме них! - Я умоляю вас, послушайте себя, - рыдает мужчина в телекамеру. - Мы не можем этого терпеть! Мы не будем и не обязаны это терпеть! - По всем улицам города медленно летят люди, в несколько больших потоков. Они плывут по воздуху, словно по течению реки, поднимаясь вверх, залетая прямо в гигантские, ободранные звериные головы. Они влетали через глазные, носовые и ротовые полости. Это выглядело, словно большие пылесосы, втягивали в себя длинные, как змеи дорожки из дёргающихся, вопящих людей. Их было тысячи, миллионы! Залетая в здания, они, как на конвейере, быстро распределялись, по отдельным платформам. Капсулы застёгивались, покрывая всё тело, и смещались в сторону, затем, куда-то вниз, как лифты, на огромных цепях, они складывались плотно друг к другу заполняя всё здание. Попадая в капсулы, человеческие вопли сразу прекращались. Там нет звукоизоляции, их не охватывает паралич и их не убивают. Они всё чувствуют и осознают. Просто знайте, что там им уже не до криков. - Наши военные... - продолжает стонать в телеэфире, отчаянный молодой человек. - Они направили их против нас. Всё наше оружие они направили против нас. Но, они не убивают нас! Почему? Почему вы нас не убьёте!! - Следующий кадр из города Осака. Люди молча сидели в несколько рядов вдоль дороги. Их было несколько сотен. Опустив головы в низ, они наставили на свои животы разные колющие предметы: мечи, ножи, стальные прутья и другие виды холодного оружия. У кого, что было, по команде своего предводителя, с громкими воплями, они массово вспороли себя. - Я не животное. И я могу сам определить свою судьбу в любой момент времени, - захлёбываясь хнычет он. - Вы можете прятаться по углам, как помойные крысы! - рычащим голосом через видеосвязь обращается неизвестный моджай. - Мы найдём вас всех до одного и заставим мучиться. Мы продавцы боли, а вы наши заказчики. - Если вы человек разумный, и если вы слышите меня. Уже шепчет он ссохшимися губами. - Если смерть стала лучше жизни, так давайте же хлопнем дверью. Они топят нас в сперме и в моче. Они превращают женщин в мужчин, а мужчин в женщин. Они издеваются над нами, делают эксперименты. Но, никто не в силах определить наше будущее так, как мы сами. Они довели нас белой горячки, заставив воевать друг с другом. А теперь, задайте себе вопрос, а должны ли вы делать всё это? Должны ли вы проходить через их испытания, если мы знаем, какой нас ждёт кошмар? Я не лабораторный жук и я не позволю этим психам играть со мной! У меня есть сознание и я не собираюсь терять его, прячась в канализациях, в горах и лесах без всех благ цивилизации. Я не хочу, чтобы мои дети, жили как пещерные люди! Вы скажете, это эмоции. Дай эмоциям выйти! Но нет. Это больше не мой мир. И поэтому я здохну прямо здесь! - он приставил пистолет к своей голове и, скорчив лицо, выстрелил, брызнув кровью в объектив камеры. В тёмной комнате обычного дома, на широком обеденном столе, стояло четыре человека. Это целая семья. Вместе, они смотрели тот эфир. Дети, громко заревели. С виду, им лет двенадцать. У них у всех на шеях завязаны верёвки. Отец выключил телевизор. Бросил пульт под ноги и начал отсчёт. Они подошли к самому краю. - Я не смогу, я не смогу! - навзрыд повторяют дети. - Но, родители спрыгнули и, немного помявшись, они повторили за ними. На расцвете, городское кладбище затряслось. Могилы разрываются сами по себе. Медленно нарастают широкие, невысокие бугры, будто, что-то выталкивается из под земли. Это гробы. Все трупы вылетели на улицу и начали восстанавливаться. Мясо моментально нарастало на старых костях. Кожа приобретала жизненный цвет. Они летели длинным потоком в крематории вместе с остальными. - Не мёртвый не живой не спрячется от наших страданий, - демонстративно вытянул вперёд руки ужасный моджай, с висящими в воздухе квадратными в полоску глазами пастью. - Здесь мы решаем, когда умирать. Добро пожаловать в ад!

15 марта, Пангон был совершенно пуст. Люди заподозрили, что-то неладное, однако, до них так и не дошла информация о приближающейся буре. Свободные места в защитных изоляторах, были заняты детьми и самыми перспективными из мигрантов. Это произошло за пару часов до катастрофы. Избранных, якобы, пригласили на благотворительную акцию. Их семьи, безмерно счастливы, что именно их родных выбрали, для посещения эксклюзивного местного празднования. Остальные же, продолжали жить своей жизнью до того самого момента. Местные охотники, совсем недавно получили лицензию на несколько видов белковых, корневых червей. Эти создания, больше походили на толстых разветвлённых змей, тёмно-красного цвета. Они маскируются от хищников под ядовитые корни деревьев, маленьких диких джунглей. С виду, эти твари, могут напугать кого угодно, но на деле, они чуть ли не самые безобидные создания планеты. Питаются они водой, воздухом и световыми лучами, черпая энергию, как солнечные батареи. Полный мужчина в круглой шляпе, кинул это мерзкое страшилище прямо под ноги своим друзьям. От неожиданности, они разбежались по сторонам. Длинные, кольчатые, слизкие верёвки вытягивались одна за другой, прямо из тел друг друга! Выглядывая из кустов, испуганными глазами, охотники впервые лицезрели 'корешка' живьём. Как будто мягкая, мясистая флейта, ползёт к ним на встречу. Дырки в её теле раскрываются, и от туда выдавливаются такие же, жирные черви, словно гнойники или нарывы. - Не бойтесь, - успокаивает их толстячёк в шляпе, понимая, что переборщил с юными учениками. - Он не к вам. Он просто спасается. Ищет место, куда бы ему зарыться снова. - Нифига себе не бойтесь! - уже кругом оббежал этот червяной узел темнокожий паренёк. - Кто так шутит? Ладно у меня коленки затряслись. Габи может инфаркт схватить. У неё бальное сердце. - Поправив кепку, вытер он пот со своего лица. - Ладно, вам. Разревелись на ровном месте. Сейчас покажу, что с ней делать. - Он вынул тесак, и осторожно подступил сзади червя-мутанта. - Запомните одно. Терраро - это планета хищников. Как только вы поймали добычу, спешите её забрать. Иначе, у вас её отнимут те, кто вам не по силам. - Он начал шинковать быстрыми ударами, этот дёрганный мокрый пучок, помогая удерживать его ногами и свободной рукой. - Что встали? Живо собирайте в сумки и по кораблям. Когда пошёл запах мяса, нельзя ждать не секунды. - Он резко встрепенулся, услышав отдаленный скрежет. Это даже, больше похоже на звуки пилорамы. Звонкий, монотонный звук, доносившийся со стороны пустыни. - О мой бог! - смотрит он сквозь листву деревьев. Остальные в спешке наполнили рюкзаки и побежали к летателю. - Нет причин для паники. Это какие-то учения, - засмотрелся вдаль один из мужчин. - Это лётчики испытатели? - спрашивает у них женщина. - Нет, глупцы. Это халоматорные пчёлы, - в панике, ответил ей тот в шляпе. - Огромный рой чёрных, вытянутых объектов, ровно двигался прямо в их сторону. Они двигались, как строй габаритных самолётов, выстроившись в определённые траектории. Словно тучей, они быстро затмевали всё небо. Обволакивали его, словно толстым одеялом, не давая прорываться ни единому лучу света. Они вылетают из своих подземных ульев, вовсе не за мёдом. Они делают это только по одной причине. Их вызывают лагмауранд - существо, соединяющее в себе сразу несколько отдельных живых особей. Такая форма жизни появилась в результате долгой эволюции животного мира, слаженно противоборствующего огненным ураганам. Громадные, десятиметровые пчёлы, совершенно безопасные. Они не вредят окружающему миру. Наоборот. Это спасители. Организаторы, которые дают команду для сбора конструкции неуязвимого чудовища, способного пережить бурю. Внезапно, пролетая уже почти над головам маленьких, как букашек людей, они начали дёргаться и резко менять направления полёта. Как сумасшедшие, эти мухи-переростки, то зависают в воздухе, то кружат петлями. Но, друг в друга они не врезаются. Словно чем-то напуганы, бешено мечась по сторонам, они начали издавать тот саамы монотонный гул, только гораздо громче. - Началось нечто ужасное, - залез в летатель главный охотник. - Возможно, мы обречены. - Быстрей вовнутрь! - позевает на остальных напарник. - Все заняли свои места и невысоко взлетели, чтобы не приближаться к рою. Их начал окутывать жёлтый туман. Это вещество испускали пчёлы. Его называют 'пробуждающий дым'. Как только он дотронется до местных организмов, они как зомби переключаться на другую, совершенно не свойственную им модель поведения. Огромные, серые булыжники внизу, начали ползти по земле. Они стали какими-то блестящими и водянистыми, как слизни. Быстро летя в сторону дома, люди наблюдали, как под ним, буквально оживало всё подряд. - В нас не врежутся эти твари? - в испуге спрашивают ребята друг друга. - Вполне возможно, - скинул с себя шляпу, толстяк, внимательно наблюдая в окно. - Пока они распыляют свою пыльцу, их реакция и инстинкты отключаются. Они чувствуют только друг друга. Остальное для них не существует. - Они уже обогнали нас. Боюсь, они движутся прямо в город! - занервничал один из них. - А что тебе город? - схватился за лоб их руководитель. - Лучше посмотри вниз. - Пресвятые угодники, объясните мне, что здесь происходит? - вытаращил он глаза, сморщив физиономию. И не зря. Увиденное, заставило экипаж в ужасе напрячься, и забыться обо всём. Те ползущие камни, как слизняки, скопились уже в целую армию. Вместе, они соединялись в громадных членистоногих. Многоножки, размером с пассажирский поезд, неслись извиваясь по жаркой пустыне. Они врезались лоб в лоб и поглощали друг друга увеличиваясь ещё больше. Почва тоже стала неестественно блестящей. Будто вся пустыня покрылась лаком. В земле начали образовываться узкие, длинные впадины - разветвлённые коридоры. Словно вены, они покрыли всю обозримую поверхность. Далее, всё это начало шевелиться. Почва, словно кожа, сживается, образовывая складки, размером с горы. Затем, огромными песочными пластами, она начала вырываться в воздух. Из этих бесформенных масс, тянулись хвосты этих самых провалившихся тоннелей. Как щупальца кракена или очень большие змеи. Они высоко поднимали эти песочные комья, и несли их словно длинные ноги, в том же направлении, куда летят пчёлы. Это напоминает медуз, в вертикальном положении. Только это вовсе не медузы. Это даже не живые существа. Тем временем, из леса начали вырываться деревья. Они скатывались в большие колёса, и так же двигались в общем потоке. Гигантские грибы, начали расти с катастрофичной скоростью. За считанные секунды, они увеличивались в десятки раз, и стояли прямо на пути, уже размером с небоскрёбы. В один из таких грибов, врезался летатель спасающихся людей. Но, им повезло, что поверхность оказалась достаточно упругой и удар сильно смягчился. Выровняв боланс, корабль продолжил спасаться от окутавших его аномалий. Грибные губки, как пылесосы всасывали в себя всё подряд. Пока вдруг, сами пчёлы не залетели в них. Они целенаправленно залазили в поры, напоминающих белые поганки, с толстыми ножками растений. Вдруг, из шляпок грибов, вырвались длинные живые нити. Они, как фиолетовые ветки деревьев тянулись вверх, обволакивая воздух. Сплетаясь между собой, грибы начали строить нервную систему будущего монстра. Каменные жуки, покрывали их со всех сторон, создавая защитную оболочку. Земляные комки лепили наружную часть - саму форму и очертания объекта. Многоножки, как маленькие цепи, в несколько слоёв обвивают разрастающуюся, пузырящуюся гору. Они создают панцирь или что-то в этом роде. Целая река живности хлынула в эту гору со всех сторон. Живые существа, под действием пчелиных газов, выстраивали сумасшедшую структуру, цепляясь и прижимаясь друг к другу в разных позициях так, что их невообразимому преобразованию позавидовал бы сам Майкл Бэй, снявший трансформеров. Каждая букашка, каждый зверь, представлял собой маленький сборочный элемент, как винтик или шайба. Они вытягивались, ложились и синхронно извивались целыми группами. Втиснувшись вовнутрь ожившей горы, они создали для неё экзоскелет. Далее, огромные, хищные рептилии массово хватались за торчащие грибные споры. Они подключались к общей нервной системе, как флешки по USB кабелю. Споры мгновенно прорастали внутри них, а затем и во всех остальных. С большой высоты, можно было наблюдать, как в этой протяжной горе, образовались два огромных, овальных пузыря, похожих на глаза, предавших вид живого создания. Спереди напоминая лягушку, а сверху, какую-то глазастую подушку. Это даже немного смешно. В один момент, они лопнули, с мощным взрывом, оставив над собой, воздушные скопления. Они приняли оттенок светло-голубого цвета, с чёрными крапинками в центре. И правда, это сильно походило на глаза, состоящие из какого-то тумана, со зрачками, из летающих там птиц, или может быть, тех самых пчёл. Глаза занимали третью часть всего тела, в форме ромба, покрытого по краям щетиной из лесов, отложивших свои семена в тело чудовища. Само тело, было пятнистым. Чёрно-жёлтое с зелёными швами, как мох окантовкой. У него были лапы, торчащие сзади и спереди. Они напоминали множество твёрдых, сегментами сгибающихся хвостов и полностью лежали на поверхности равнины. Две огромные впадины, напоминающие дырки носа и красные устрашающие хоботки, с расширяющимися как клапана концами, из далека похожие на окровавленные зубы верхней челюсти. Но, это не более, чем чувствительные приспособления. Лагмауранд эволюционирует с каждой новой сборкой. В этот раз, его размер стал ещё больше на двадцать процентов, от прошлого. Сто пятьдесят километров в длину, и сорок пять в высоту. На теле появились гигантские антенны, это усики, определяющие направление ветра, которых в прошлые годы ещё не было. Его отлично видно из Пангона, и он движется по направлению к нему. Однако, не стоит бояться этого космических размеров чудища. Он не разрушитель. Он лишь хочет защититься и своими яркими щупальцами вытянутой вперёд полости, похожей на рот, он измеряет температуру. Ища наиболее холодные участки, он не несёт никакой опасности, кроме того, что может просто раздавить целый город. Благо, лэйро установили достаточно мощную, многоуровневую, сложную систему, отталкивающей программной воздушной оболочки. Однако, если бы монстр был свиреп, она не спасла бы от разрушений. Двигаясь со скоростью двести километров в час, исходя из своих размеров, Лагмауранд ползёт, как улитка. Он прижмётся к барьерной стене города и уютно разместится, спокойно пережидая бурю. Но, далеко не все животные могут стать частью этого существа. Большая часть обречена на гибель. В том числе, представители уникального ДНК, успевшие размножиться за время спокойствия. Но, о некоторых экземплярах, позаботятся горожане, поэтому все потери, компенсируются в следующем жизненном цикле. Огромные странферы, продолжают интенсивно дуть на вихри, но их стало меньше, и теперь воронка захлопывается чаще. Однако, это не значит, что если странферов не станет, воронка больше не раскроется. Просто она сильно уменьшится, а период её существования не изменится, или даже возрастёт. Ветра на Терраро, за миллионы лет уже приобрели конкретные направления, и благодаря гигантам-ветродуям, основной поток теперь всегда будет обтекать полюса. Ну, ближайшие пару миллионов лет, точно. Странферы всего лишь расширяют эту воронку, раза в два, соответственно расширяя ареал обитания всего живого. Вот, эти гиганты, спрятали свои ноздри под землю. Они почувствовали критическую точу сжатия, и с таким перепадам давления им не справиться. Зарывшись поглубже, как их далёкие предки, они просто впали в анабиоз, чтобы избежать кислородного голодания, в ожидании очередного природного обновления. Далеко в пустыне, гонит огромная машина. Сидящие в ней люди, решили отдохнуть в этот день. Покататься в приграничные, климатические зоны. Дарен арендовал этот транспорт, ещё на прошлой неделе. Он откладывал деньги. Специально для этой поездки. Со своей сестрой и друзьями. Они никогда небыли здесь. Эти места так завораживают собой. Чем ближе приближаешься к 'стене' - главной воронке, тем больше здесь маленьких смерчей. Они поднимали окружающую пыли, и обретали красновато-розовые оттенки. Чтобы адоптироваться к новой среде, нужно, в первую очередь изучить её. Люди всегда были любопытными, отъявленными путешественниками. Они привыкли открывать новые территории на Земле. Ведь, там природа позволяла делать это. Вот и здесь, по привычке, они больше не могут сидеть в этой тесноте. Тем более, когда они знают, что там, дальше, открывается такая восхитительная, и невероятная природа, которую трудно даже вообразить. Её хочется понять. Увидеть, почувствовать. Как так получилось, что здесь, на полюсе, возникли идеальные жизненные условия. На раскалённой, почти как звезда планете. Дарен был за рулём. Они смеялись и шутили по дороге. Вдруг, эта защитная стена разрушится, как раз в тот момент, когда они подъедут к ней. Девушке было не смешно. Её вгоняли в ужас, даже маленькие торнадо, сотнями бороздящие гладкие просторы, на горизонте. Они возникают, из-за столкновения внутренних и внешних ветров, которые всегда направлены в противоположную сторону. Несмотря на то, что эти смерчи не выходят далеко от Страка, по мере приближения, они действительно выглядят ужасающе. Их диаметр, не менее десяти, а некоторых и сотни метров. Подобравшись так близко, как это возможно, смелые ребята выскочили из вездехода. - Как же здесь жарко, - поднимает голову, изумлённый молодой человек. - Может, стоило одеться? Если дунет хоть малейший ветерок, нас подрумянит, как цыплят на фритюрнице. - Восемьдесят два градуса выше нуля, - отвечает ему другой. - Чувак, можешь не уточнять в какую сторону от нуля. Мы не тупые. - Жесть, - схватилась за свои голые руки девушка. Она почувствовала, как по коже побежали мурашки. - Я не смогу это долго терпеть. - Да брось! Здесь, как в сауне. Никакого излучения. Атмосфера плотная, как бетон. Лишь бы эти смерчи не приблизились к нам. Я бы лёг прямо на землю и выпил бы пару банок пива. Разве ни этого вы хотели? - Сам он разделся до трусов и начал фотографировать всё подряд. - Встаньте кучней, куда все разбежались? Подумать только, когда-то на Земле была такая же температура. В момент формирования океанов. - Эй, вы чувствуете? - спросил его приятель. - Земля вибрирует. - Может, перепады давления здесь другие? - Это странно. Учитывая состав почвы. Тут всё наоборот. Внутри твёрдо, снаружи мягко. Здесь, в принципе не может быть землетрясений. Только плавное продавливание, или же вздутие поверхности. - Дарен. - нахмурилась его сестра, глядя в толщу направленных ветров. - Так и должно быть? - тыкает она пальцем на яркую белую вспышку, нарастающую где-то в дали. - Наверное, - пригляделся он. - Вот это зрелище. Посмотри вон туда. - указывает по сторонам. - Эти области стали ярко фиолетовыми. Смотри, смотри! Они уже другого цвета. - Что происходит? - подошёл его друг. - Это белое пятно, проросло до самой поверхности. Как длинная трещина. Похожая на застывшую молнию. С той стороны, на них подул ветерок. Он был таким раскалённым, что чуть не обжёг лица. - Срочно все в машину. - поджав плечи водитель запрыгал в сторону транспорта. - Ну, что одеваем защитные костюмы и остаёмся, или возвращаемся домой? - А эта штука не может летать? - спросил его парень. - Нет. - ответила женщина, плотно закрыв двери. - Тогда страшновато задерживаться. Мне, лично хватило впечатлений. Погнали, пока нас не поджарил какой-нибудь, радиоактивный порыв. - Снаружи раздался гул, будто музыкального инструмента. Через мгновения, эти звуки превратились в нарастающий свист. Машина покатилась назад, сама по себе. - Твою мать, нас что, сдувает? - растерялся Дарен. - Гони от сюда! - Жми педаль, чёрт побери! - потакают ему друзья. Он резко развернулся и рванул в сторону города. Яркая трещина сзади начала расширяться. Хотя нет. Она просто приближалась. Приближалась вместе со всеми потоками воздуха. Вместе со стеной. - Я не понял, это Старк сжимается?? - кричит рулевому под ухо, рядом сидящий парень. Все пассажиры с ужасом смотрели назад. Вся окрестность покрылась множеством ярких красок. Серый тучи, хлопьями дыма, неслись мимо них в вперемешку со всеми цветами радуги. Всё двигалось. Как бурная река, быстро смещались вертикальным течением вдоль горизонта. Это была сама стена. Прежде, её было невозможно увидеть, из-за столкновения ветров. Теперь же, она словно в разрезе, стремительно движется к полюсу, обретая всё более яркие очертания. Их автомобиль оторвало от земли. Он кубарем полетел вперёд. Воронки торнадо разлетелись, как пыль. Воздушная оболочка начала вспухать в области огромного белого пятна, с огромной скоростью приближаясь, без того сужающегося защитного круга. Небо, словно лёд, растрескалось яркими, красными трещинами. Оно тоже стало опускаться вниз. Плотные слои атмосферы, проваливались сразу в нескольких местах, будто резина, наполняющаяся водой. Люди в недоумении, наконец, отвлеклись от своих повседневных дел. Из города уже наблюдается явная аномалия, подступающая только, с одной, юго-западной стороны. Ветра всё ещё не было. Однако, через несколько минут, началась настоящая паника. Люди пытались выяснить в чём дело. Почему, центр города пуст? Если данное явление нормально, то куда подевались местные жители? Огромный белый пузырь, как гнойная опухоль, взорвалась с неистовым грохотом. Это выглядело так, словно прорвало трубу. Напор раскалённых газов, по ту сторону стены, хлынул, сжигая всё на своём пути, в том числе и атмосферу. Лэйро перекрыли единственный подземный кислородный карман, на своей территории, чтобы в первую очередь, не разгорелся новый очаг, и потом будет легче заново заполнить атмосферу. Почва пузырилась, как кипящая вода. Насекомые и животные, в спасении, тьмой накрыли город. Они были перепуганы. Хищники пробегали мимо добычи. А ядовитые мутанты, битком забились в жилые дома, силой вытиснив людей. Как те не пытались им противостоять. Всевозможные твари, просто окутали все и каждого. Кого здесь только не было. Огромные гусеницы, с чёрным волосяным покровом, и длинными усиками-клыками, которые вонзались в землю, подтягивая за собой своё тело. Какие-то колючие шарики, будто из плетёной проволоки, вытягивали свои присоски и катились в нужном направлении. Этих созданий, многие не видели даже на картинках, и вот они. Вся живность Терраро в одном месте. Только, кому теперь, это интересно. Некоторые, особо приспособленные виды, всё же успели зарыться глубоко в норы, спася себя и своё потомство. Но большинству не хватило времени среагировать должным образом. Основная масса, просто двигалась в холодные участки, при возможности, заполняя каждую щель. К тому моменту, люди уже поняли, что обречены на верную погибель. Они поняли, почему лэйро не сообщили им. Вероятно, они были не в силах предотвратить разрушение ветряного баланса. И, они не были злы на них. Просто, в этот момент, было уж очень обидно. За то, что это случилось именно сейчас. Именно с ними судьба распорядилась столь жестоко. Белый, ослепляющий ветер, накрыл Пангон с головой. В считанные мгновения, температура поднялась до тысячи пятьсот градусов по кельвину. И далее, медленно продолжала расти, заполоняя каждый уголок этим убийственным туманом.

Планета Тшейди. Реальный прототип. 9 сфера. - Сигнал принят. Начинаем обработку. - Длинные пальцы рук, от части похожие на человеческие, совсем не имели ладоней. Они тянулись прямо из запястья, и просто дёргались по воздуху. Вряд ли эти движения бессмысленны. Может, таким образом вводится код. Очень сложный. Непонятный нашему брату. Это место, в затерянной вселенной, готово начать борьбу. Мощные компьютеры, синхронизированы в общую, большую нейросистему. Перед ними стоит самое сложное испытание, ради которого, они существуют. Главный штаб дал приказ готовности - подключиться к глобальной среде. Прежде, чем лесть в чужой дом - запусти антивирусник. Таков девиз Тшейди. Их задача проста - снизить парок чувствительности первого контакта. То есть не позволить новым захватчикам, обнаружить всех остальных, меняя внутренние уровни, при каждом системном изменении. Жители столь сложной, среды, как материальных, так и антиматеральных галактик, смогли адоптироваться к условиям вечного противостояния. Они знают своё будущее, с абсолютной точностью. Знают своё прошлое. Но, как и все остальные, не знают настоящего. Того, что не имеет относительности. Того, что под контролем воображаемого оппонента. Форма здешнего интеллекта, всё ещё носит общественный характер. Однако, это уже скорее гибрид. Между целостностью и непредсказуемостью мышления. Тем более их рандомная сущность не претендует на максимальную точность.

Планета Джуа. Реальный прототип. 11 сфера. Пошла жара. Большое ядро, внутри неприметного шара, раскрыло все свои карты. Это можно назвать, как ключи шифрования. Имея дело с противником, который играет не по правилам, приходится мухлевать и самим. Такой приём, позволяет расфокусировать своё нахождение. Оставаться формально в бесконечности. Не позволяя рассчитать себя в полной мере. Этот разум естественный. Состоит в куче союзов, но также знает своё истинное предназначение. Они готовы подождать с собственным расширением, перед всеобщей угрозой расформирования. Тем более, с каждым разом они всё ближе и ближе. Несмотря на сохраняющуюся интригу неопределённости, уже достаточно сложно смириться с поражением. Они слишком многим пожертвовали, ради того, чтобы оказаться на столь высокой ступени. По-человечески говоря, они прогнулись во всех позах, перед всеми вышестоящими сутенёрами и хозяевами. Переходя из рук в руки, и унижаясь до самого постыдного, осознанно передовая всё, что имели, в том числе и самих себя. Но уже очень скоро, они сами могут занять один из двух величайших подиумов.

Планета Пектиум. Реальный прототип. 12 сфера. Последний союзник из рода естественных. И, не ждите рассказов про зелёных человечков, и каком-то там обществе. Тут всё гораздо серьёзнее. Естественность, подразумевает под собой предопределённость, не более того. Образно говоря, это тайное помещение, в тылу потенциального захватчика. Ещё одно звено, необходимое для значимого, эффективного контрудара. Именно в этом местечке, сконцентрирована вся мощь фиксированной относительности действующей реальности. Да. Это планета не числится в списке лидеров, однако, только через эту точку, проходит всё, что доступно обороняющейся стороне. Эта планета, как множество фильтров, отсеивающих всё то, что не входит в рамки конечного. Их цель так же проста. Но, это только на первый взгляд. Они обязаны контролировать полноценную векторную матрицу, во всех её масштабах (не комбинациях). Это, что-то вроде базы данных. Они не структурируют потоки оптимизации, однако, расфасовывают их в отдельные ячейки. 'Упаковывая' массивность информации, приводя её к конечному виду. Такая форма совершенно не защищена. Её невозможно защитить, в силу того, что именно она является фундаментом, базой или, средой протекающих событий. Поэтому, единственной её защитой, будет максимально отдалённое шифрование. По принципу порабощения внедряющегося вируса, путём обратного перестроения в него. А, в связке с Джуа, они делают это в неограниченном повторе. Проще говоря, такая программа полностью перекидывает существующую размерность в другую, максимально приближённую к ней, создавая ауру неопределённости на любом подсистемном уровне.

Планета Антуроту. Резервная копия 19 сферы. Основатель союза Иммэ. Вторая планета от начала начал, некогда заселённая расой грул. От сюда начинается их вмешательство. От полусоюзника, до полупротивника. А, ведь, всё сходится. На самом деле, она несёт на себе очень большую ношу, и, соответственно, имеет высокий статус. Данная форма интеллекта, самая выгодная из всех возможных. Она присуща лишь избранным. Самым хитрым созданиям и творцам. Согласитесь, замыкать все алгоритмы обеих форм многообразия, и в конечном и в бесконечном проявлении, да ещё и не смещаться во внутреннем рейтинге (подсистемных комбинациях) непредсказуемости - идеальное, поистине королевское место. Они не учувствуют в погоне за свою полноту. Пусть там Гомерополо, с Уольпагаями отвечают за все цепочки взаимоисключающих последовательностей, противоборствующих расхождений. Антуроту, трансформировалась из высшего разума, в сверх мощный компьютер, который умудрился схватить два горошка на ложку. Вклинится в существующую матрицу, под видом конечного результата. То есть, точки контакта фиксированных взаимодействий, непосредственно, ведущих к конечному сдвигу. А также, в несуществующую матрицу, ведущей к начальному сдвигу этого же многообразия. Чтобы получилось такое, нужно иметь больше информации, чем в базе данных. И они использовали параллельный мир, как дополнительные расхождения в неменяющейся среде! Перестраивая Даада (начало/конец движения) в симулятор, выводя её на ложный самоконтроль. Однако, владение параллельным миром, не даёт преимущества над всесторонним поглощением, или просто - Гвос, в зависимости, от этапа получения новых координат. Как бы они не старались, присвоить себе все виды комбинаторики, по всем типам изменений, они всегда получат обратный ответ, объёмнее на одну минимальную величину, или попросту говоря, единицу. Поэтому они решили, раз невозможно быть постоянным лидером, владельцем полного многообразия, они отступят на шаг назад. Будут начинать все последовательности, но не будут их замыкать. Или наоборот, так как это не имеет значения. В этой войне, Антуроту - единственный наблюдатель, с вечным охватом в 75% контроля.

С тех пор прошёл месяц. Оставшиеся Земляне даже не закончили основной медицинский контроль, по местным стандартам в ожидании спасения, очередного вылета. Здесь, как-то всё стало странно. Слишком тихо. Империя Пяти Оазисов больше не заявляет о себе. По крайней мере, о ней, уже несколько недель ничего не слышно. Та чудовищная тьма, разом опустившаяся на мир затмила все прошлые проблемы. Одержимые, напрочь обезумевшие сотрудники Констант, методично всех уничтожают, воскрешают и уничтожают снова. Каждый хочет стать новым переселенцем. Теперь весь смысл жизни в том, чтобы побыстрее покинуть родную планету. В ЦС сейчас вынужденное перемирие. Тысячи звездолётов, в сопровождении военных лётчиков покидают орбиту. Никто не стал противостоять этому событию. Да, и, противостоять-то особо некому. Необычное зрелище, можно наблюдать в эти мгновения. Множество, разом вылетевших кораблей, усеяли собой всё космическое пространство. Как тусклые блёстки, медленно текущие в даль. Словно рой пчёл. Диких пчёл, улетающих новой семьёй. Одни всё ещё продолжали вылетать с поверхности. Другие, уже преодолели расстояние чуть дальше луны. Пххх!! - напугало пассажиров разносящееся шипение. Земля резко покрывается жёлтым пламенем... Огромный взрыв! Белая, вспышка и всё разлетелось мелкими ошмётками в разные стороны, как густой пепел, каким-то чудом не сбив летатели. Так выглядело из далека, визуально. Конечно, те, что вблизи, должно быть, пострадали. Однако, как оказалось позже, они тоже вылетели из этой мглы. Их откинуло ударной волной, но не разбило. Огонь угас. Какая же картина предстала перед нами! Это уже не Земля. Это непонятно что. Планета, с совершенно другими синими морями и зелёными континентами. Весь большой шар цел и невредим. Этим, внезапным взрывом, мир не уничтожился, а изменился, причём кардинально. Будто слетела лишь корочка - верхний слой, словно, скинув с себя старую, грязную шубу. Может, это уже вовсе и не планета. Может, кто-то превратился в неё, или ещё чего хуже, думали ошарашенные наблюдатели за этим фантастическим преображением. Что же произошло с оставшимися там людьми? Неужели, они исчезли... Проверять этого никто не стал. Так выглядел судный день. Прибыв к Марсу, все судна благополучно вошли в портал, который, хоть и уже не обслуживался компанией Констант, но до сих пор действовал в единственном направлении, благодаря временному автоматическому отладчику, со стороны лэйро. Ураган стих. В городе Пангоне до сих пор рассчитывают потери и убытки. Но, все понимают, это вполне восполняемый ресурс, в отличие от потерянных жизней. Со стороны людей удалось спасти всего несколько тысяч. В знак солидарности, лэйро, желая искупить свою вину, построили для людей полноценный город, по последним технологиям, расширив старые границы мегаполиса. Милман, вместе с правительством ЦС остался на Земле. Больше о них не было информации. Так же, как и о всех сотрудниках Констант. Лишь Купилаба, Глэйсон и Даймок, с ещё некоторыми рядовыми членами команды остались на Терраро. Они уволились из Джузип. Что, наверное, правильно сделали. Так, как Бимипи ушла в отставку. Королевские палаты, стали общественным достоянием. Люди болезненно отреагировали на гибель своих сородичей. Однако, смирились. А что им ещё оставалось делать? Устроить бунт? Пора перестать искать виноватых. Слишком много событий произошло в последнее время. Нужно передохнуть. Отвлечься, расслабиться. Пока эти мелкие особи взяли паузу, их реальность подверглась очередному перестроению. Это не так опасно. В этом нет ничего плохого или хорошего. Не ищите подвох. Ведь, на самом деле, это происходит каждое мгновение. Меняется лишь верхушка айсберга. То, что граничит с бесконечностью, но имеет относительность. Управляющий, или же, великий архитектор. Называйте, как угодно. Всё остальное остаётся неизменным. Хотите узнать, как всё было в этот раз? Так же, как обычно. Все союзы, сплотившись во едино, и нанесли первый удар. То, что принадлежит этому миру. По его воле, или против её, всё сущее с двух сторон устремилось к одной точке, точнее к двум, если внимательней нащупать свою противоположность. Планета, некогда называющаяся Землёй, всё же сохранила неизменными две области. Точки замыкания. Два входа из бесконечности. Их невозможно прикрыть. Стереть, забыть или игнорировать. Две каменные статуи, приклонившиеся на одно колено, всё так же охраняли деревенскую улочку. Над их копьями развивались чёрные флаги 'другой реальности'. 010011. Теперь начинает кое-что проясняться. Стражи быстро встали в полный рост. Открыв врата, и выпустив то, что сдерживали на протяжении уже нескольких лет. Воздух, что был внутри, впервые соприкоснулся с наружным. Это было нечто невероятное. То, к чему Гомерополо небыли готовы. Бесконечное многообразие в конечной относительности. И, подготовиться к этому невозможно. На каждый полный алгоритм, 'Реальность Газавата' выкидывает его минимальную величину по расширению. Только по расширению. А ледяной Оазис, в этот миг, делал то же самое, но по сужению в фиксированном и бесконечно быстро меняющемся масштабе одновременно. Их можно перехватить, в случае общего положения. Если бы они были в одном месте. Однако, будучи изолированными, их разнонаправленные поглощения, заставляют сущую реальность делать дополнительный шаг. Тот самый, ключевой ход, которого не хватало, для следующего сдвига. Для удержания контроля. Для совершения какой-либо операции из доступных отношений. Тот ход, что повернёт всё вспять. Распределит всё по-новому. Так, как, никто не сможет предугадать исхода последующего изменения. А значит, поставит под сомнение своё дальнейшее бытие. 0 - сужение, первый тип движения, при фиксации, всегда меньше второго. 1 - расширение, второй тип движения. 0011 - то же самое в другом масштабе. В игру вступают Адиминт и Валаро. Непокорные планеты, нанесли по союзникам ответный удар. Как известно, эти объекты не целостны. Одной ногой в нашей реальности, другой, в безызвестности. Они изначально были частью нового хозяина, на этот раз, именующего себя, как Даада. Пока вирус не знал, как подступиться к обнажённым контактам на Земле, внутри алгоритма, началось мгновенное перераспределение. Заметив это, лишь на предпоследнем этапе, Гвос отправил всю свою мощь, на их расформирование, отпустив внедрение с фронта. Это был отвлекающий манёвр от незваных гостей. Скинув нагрузку возврата от исходника, они перестали сдавливать их известными отношениями. Вместо этого, они начали менять масштабы с неимоверной скоростью. Со скоростью одного сдвига базы данных. Пропустив уже два хода, настоящая действительность возвращается с последним козырем. Она принимает любое изменение, подстраивая его под себя. Да не таким популярным способом, что известен даже приматам с Терраро, банально достраивая целостность объектов. Они частично вошли в бесконечность. Копируя свои формы, каждым последующим сдвигом, и не внося не единого изменения в сущую реальность. Таким образом, они заморозили себя, но зато избавились от относительности. Своего единственного слабого места. Они готовы быть в этой фазе 'вселенского анабиоза' целую вечность. Ведь, контроль всё ещё остаётся у них. Однако, не долго музыка играла, и внедряющийся нашёл противоядие, всего за один общесистемный сдвиг. Имея часть себя в безотносительном мире, он влил туда свою размерность, да такую, что не препятствует возврату, то есть, ту, что заморожена. Такую, что все свои старые данные, по положению, не совпадали с новыми. Таким образом, Даада вторглась именно в эту реальность и не в какую другую. Заметив это, вирус, отныне занимает место своего противника, продолжая возвращать, и вновь терять свои позиции, по тому же сценарию, за один минимальный сдвиг. Рука с бокалом снова медленно поднялась вверх. Где-то в дали слышались еле слышные крики. Возгласы и вопли. Они такие короткие и невнятные, что нельзя даже определить, кто их издаёт, люди или животные. А может даже это скрипят двери на ветру. Раздался один громкий глоток. Рука опустилась. Ёмкость полностью опустела. юважеД Он отпустил бумагу с письмом, и она полетела вверх. Она превратилась в бардовую жидкость, и широкой струёй поплыла по воздуху. Заливаясь в бокал, жидкость слегка наполнила его. На том же уровне, на котором было до этого. На самом донышке. Пальцы свободной руки, быстро стучали, играя на тронной рукоятке. Затем, вторая рука раздавила хрупкий бокал. Он рассыпался на мелкие осколки. Красное, как кровь вино, растеклось по руке. Зазвучал громкий стук каблуков по полу. Сюда приближалась женщина в длинном плаще и капюшоне. Её невозможно было разглядеть в темноте. Руки того, кто сидит на троне, начали таять, как масло на огне. Они стали частью декора. Новыми, яркими узорами, разбавляя мрачную черноту этого кресла. Женщина подошла к трону и села на него сама. На её левой руке были большие золотые часы. На правой - красивая цветная татуировка. Она тихо начала напевать молитвенную песню. Песню в поддержку короля и его союзников. В поддержку своего мужа, не возвращающегося уже целый месяц, из Олдеменда. Он обещал ей, что вернётся, если останется в живых. Она верит, он покинул их не просто так. На то были веские причины, понять которые невозможно. Он очень умный. Сумасшедший, но не опасный. Обаятельный и неповторимый. Тёмные ворота медленно раскрываются. Свет проник в помещение. Появляется едва разборчивый человеческий силуэт. Алива соскочила с кресла и быстрым шагом движется по тронному залу Бимипи. Сэм шёл на встречу. Его лицо было спокойным и непринуждённым. Девушка обняла его, зажмурив глаза. И, когда она открыла их, в комнате сменились тона. Это всё то же помещение, налившееся тёмно-синими красками. Его лицо немного изменилось. Жирная, гладкая кожа. Взъерошенные чёрные волосы. Твёрдый, но лёгкий, с виду пластиковый бронежилет сложной конструкции, как доспехи, покрывал всё его тело. Это был Хасте. Некогда наследный принц Вайелона вернулся домой. Туда, где его прокляли. Вычеркнув имя и любое упоминание о нём из памяти каждого, кто знал и помнил его. - Я пришёл, ни для того, чтобы остаться, - раздался его пронзительный шёпот, что даже эхо отразилось от пустых каменных стен. - Я пришёл забрать тебя. - Я не хочу, - испуганно оторвалась она от его груди. Перед глазами резко моргнула картина изменённой земли. Улетающие звездолёты людей, покидающих планету. Сильный ветер. Пустые горы Канченджанги. По её спине побежали мурашки. - Любишь ли ты меня? - начал он гладить и закручивать её волосы. - Да. - без колебаний ответила она. - Времена сплелись воедино. Я не понимаю, что происходит? Ты заставляешь проживать меня разные жизни. Зачем это всё? Остановись. Пожалуйста, - заплакала она. - Ради нашего ребёнка. - Тогда почему ты не пошла со мной в прошлый раз? Боялась... а говорят, у любви нет страха. - Он быстро повернул голову боком, подняв её к потолку. - Эе-эе-эе-эе - громко издав звуки козла. Может, это был смех. - Её слегка выпирающий живот начал медленно сдуваться, как спускающаяся воздушная подушка. Она в ужасе схватилась за своё тело. И вот, он снова наполнился, как в начальном состоянии. - Что ты делаешь!?- пятится назад женщина в длинном платье. - Не бойся меня. Это же я, - подскочил он к ней, взяв за руку. - Милана останется здесь, а Алива пойдёт со мной. В бесконечность. - Я не знаю кто ты... Умоляю, оставь меня. - Как скажешь, - слегка наклонив голову, его волосы легли по-другому, и причёска поменялась. Огорчённое лицо Сэма совершенно неподвижно. - Где Цзума? - опечалено спрашивает девушка. Это длинное платье становилось то темнее, то светлее. Незаметно, её одежда меняется, но она всё время остаётся собой. - Всё, что тебя окружает, - улыбается в ответ мужчина, похожий на Сэма. - Что ты несёшь? Он умер? - Просто исчез. - Я не хочу, чтобы он был всем. Чтобы ты был всем. Я хочу, чтобы ты был тем, кого я вижу. Тем, кем ты появился на свет. Тем, кого я знала всю жизнь. - Я не появлялся. Я всегда был, - подтянул он её к себе рукой за поясницу, слегка наклонив и прогнув в спине. - Может, я тоже часть тебя? Твоего воображения? - не сопротивляется, но ментально отстраняется от него ухоженная дама. - Конечно. То, что ты видишь. - подняв её и отпустившись, начал ходить он, ладонью указывая на стены, с тусклым, еле проходящим через окна светом. - Теперь, лишь маленькая часть меня. - А ты не можешь вернуться, и быть только в своём собственном теле? - встревожено вглядывается в него девушка. - Это очень сложно объяснить. Тебе не нужно знать этого. - Сразу после, они вышли на улицу. Здесь уже опустились сумерки. Несмотря на это, отчётливо виднелись стены огромных, пустынных сооружений. Здесь словно не было ни души. От части, данное место напоминало заброшенный Пангон, от части Филзас. (центральный квартал Вайелона) - Что ж. Я даю тебе выбор. Ты можешь прожить скучную смертную жизнь, в роли самки человека. А можешь... - Я выбираю первое. - сразу отвечает она. Со временем город становился всё темнее и темнее, сливаясь с местным ландшафтом и разного рода растительностью. - Я знаю, тебе больно. Однажды, я сделаю, как ты просишь, - он начал исчезать вместе с постройками. - Я выделю тебе файл того, ни к чему не стремящегося, кроме продолжения рода, неотёсанного парня. Прошлого себя. Но сейчас, я останусь там. Где-то среди множества алгоритмов несостыкующихся матриц, в попытке совмещения присутствия и отсутствия чего-либо. Много ли эти слова значат для тебя? - он уже совсем пропал. Однако, его голос был так же близко. - Я знаю, Грул существует. Существует всё, что мы можем себе представить. Поверь мне. - Прекрасно. Ты бросаешь меня? Возвращаешься к своему хозяину Свурту? - У меня никогда не было хозяина. Мы самые свободные сущности в этом мире. И потом, вы же убили его. По приказу отца. А знаешь, в чём заключалась политика Свурта? - Нет. И не хочу знать. Этот мерзавец пользовался своим положением. Якобы, истинный наставник великого первопроходца. Остальные верили ему. Рифт понимал это. И никогда бы не поднял на него руку. Почему армия бессмертных подчинялась только ему? Ведь, не он создал их. - Действительно. Два короля одного королевства. Грустная история. Но, однажды, старейший из них погиб наиглупейшей смертью в бою с дикарями. Как же хочется в это верить. Армия бессмертных исчезла в небытие. Я уничтожил её, в знак полной независимости, и демонстрации могущества Олдеменда. - Где твои соратники? Остались в Гималаях? - Нет. Их больше нет. Остались цифры. Одни лишь только цифры. Не нужные, для одних, и всё ощутимое для других. В твоём положении, относительно меня, совершенно не к чему стремиться. Так же, как пауку бессмысленно плести паутину. Это как... Встать с кровати, чтобы чуть позже, лечь в неё обратно. Ведь, по большому счёту, всё сводится к этому. Вся эта дневная суета. Чем она лучше её отсутствия? Я не пытаюсь отбить у тебя смысл жизни. Хочешь быть человеком - оставайся им. Однако, запомни мои слова, ты проходишь через это снова и снова. Каждое мгновение. Не осознавая того. Не имея даже малейшего представления. А мне больно смотреть на эти повторы. Как ты выполняешь прямолинейные простейшие функции столь сложного единого механизма. И, кто же из нас с тобой компьютер? Мы оба. Разница лишь в поколении, функционале. И я, в отличие от тебя, осознанно иду на повтор одних и тех же, уже бесконечно пережитых моментов. Моим способностям есть предел, но сегодня, на миг, я могу сделать тебя счастливой. Девушка забежала обратно в зал, и всё снова налилось яркими красками. Здесь было торжество. Большое застолье в честь новых переселенцев. Сэм сидел как раз на том высоком кресле, напротив входа, радостно о чём-то беседовал с неизвестным лэйро. Увидев Аливу, он махнул ей рукой, дав знать, о своём присутствии. В ответ, она улыбнулась и села рядом со своими знакомыми, прибывшими сюда по приглашению нового правительства. Пока люди о чём-то горячо беседовали, она рисовала на тонком, как бумага, белом экране, лежащем на столе. Она нарисовала Сэма, среди окружающей его толпы. Тот сидел, повернув в сторону голову, как обычно копаясь в своём гаджет-браслете. Картинка с ним сразу ожила. Он тоже рисовал. Он рисовал её. Как она подошла к нему, и взяла его за руку. Когда, он дорисовал, она в такой же позе уже стояла рядом и смеясь крепко сжимала его ладонь.