Зюлёв Леонтий: другие произведения.

Наш дом

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурс LitRPG-фэнтези, приз 5000$
Конкурсы романов на Author.Today
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Типо - мумеары.

   Глава 1. Дом
  
   Я не застал строительство этого дома. Когда мы переехали из деревни в село, дом уже построили и уже довольно давно. Отцу предложили работу в школе. В тот год в школах ввели одиннадцатилетнее среднее образование с производственным обучением. Выпускник получал рабочую специальность.
   Отца выдернули из колхоза, как подходящего по образованию. И сразу поставили руководителем школьной ученической производственной бригады. С сентября же дали часы труда и специальной подготовки у девушек. Спецподготовка предполагала изучение тракторов и сельхозмашин, агрономии и агрохимии. Для девушек ничего девичьего не придумали, и они изучали эти вещи наравне с пацанами. Закончивший сельхозтехникум по специальности: механик сельского хозяйства, по мнению председателя колхоза, отец подходил как нельзя лучше для вновь открывшегося дела. То, что у него нет педагогического образования и учительского опыта почему - то в расчёт никто не принял.
   Нам дали квартиру, и ранней весной мы переехали на центральную усадьбу. Дом поначалу очень не понравился мне, пацану. Четырёхквартирный муравейник с общим двором, общим туалетом и огородом, зажатым между такими же маленькими вспаханными клочками соседей. Мне, привыкшему к деревенскому простору и широте окрестностей, поначалу казалось, что я попал в какой-то иной мир, где, куда не ступи, приходилось считаться с тем, что ты тут не один.
   Стоял дом на единственной в селе прямой, как стрела, улице Советской. Улица просматривалась от начала до конца из любой точки и производила замечательное впечатление, утопая в весенней зелени и белых облаках цветущей черёмухи. Одно сразу не понравилось - на ней не было проезжей дороги, но, взамен, от дома начинался деревянный тротуар в направлении школы. Нам, пацанам, он компенсировал непролазную грязь дороги, когда нам купили велосипеды. Стало шиком проехаться по нему, не слезая с велосипеда, хотя тротуары имели множество ступенек. Но разве это может остановить мальчишку?
   Понравился двор. Он казался ребёнку огромным. В одном углу располагался филиал военного музея в виде двух машин: полуторки Газ-ММ и легковой "Эмки"- Газ-М1. Машины принадлежали дяде Паше, одному из жильцов дома, механику колхоза, они редко бывали на ходу, но зато в них разрешалось играть, чего большего нужно пацану от жизни, когда можно сесть за руль и представить себя лихим фронтовым водителем, вроде Ивана Бровкина.
   Сам дом казался огромным, да и был таким, потому что улица почти сплошь была одноэтажной, а тут два этажа. Таких домов построили несколько, и почему-то три подряд на одной стороне. Огромный снаружи, дом имел маленькие квартирки метров по тридцать пять - сорок жилой площади, с печным отоплением. Вода из колодца, на другой стороне улицы. Мне очень понравилось, что наша квартира на втором этаже и есть вход на чердак. На чердаке находилось окно, вид из которого на огороды напоминал вид из кабины самолёта, и я частенько играл в пилота, когда родители уходили на работу, а меня ещё не отдали в школу.
   Обитатели встретили нас, новых жителей, очень приветливо. Во всех квартирах жили пацаны постарше меня, и они мгновенно взяли надо мной шефство. Поначалу девчонок не было ни в одной из четырёх семей. Парни все подобрались серьёзные. Забегая вперёд, скажу, что все они нашли в жизни свой путь и устроились успешно.
   Наверно, потому, что все семьи в доме оказались учительскими. Пацаны постоянно затевали, как бы сказали нынче, разные проекты. Все поголовно играли на гитарах, несколько человек участвовали в бывшем тогда в школе духовом оркестре. Многие фотографировали. Были подкованы технически, что-то постоянно мастерили и изобретали. Почти все - прекрасные спортсмены. Немудрено, что и мою жизнь всё время сопровождал спорт: зимой лыжи, летом волейбол. В доме появился первый в деревне мопед "Рига", и я изучал все премудрости его устройства и вождения "на веществе".
   Вспоминая, как терпеливо возились старшие со мной, пацаном, смахиваю непроизвольную слезу. Все фотографии моих детских лет сделаны старшими ребятами нашего дома. Смотрю на них и погружаюсь в те года, как на машине времени. Пора познакомить с населением нашего муравейника тебя, мой дорогой читатель.
  
   Глава 2. Обитатели. Семья Панасенко
  
   В доме жили четыре семьи. Сейчас я удивляюсь, как на такой площади все помещались. Во всех семьях имелись взрослые дети, и места на каждого приходилось крайне мало. Но в тесноте, как говорят, не в обиде.
   Не знаю даже, с какой семьи начать? Все жили вровень - скромно так, почти по Высоцкому, который набирал в те годы популярность. Наверно, нужно начать с самых старших соседей. Это супруги Панасенко, жившие, как и мы, на втором этаже. Владимир Власович - глава семьи, в прошлом - военный фельдшер. Интеллигентнейший человек, с тонким чувством юмора, деликатнейший в разговоре. С войны пришёл инвалидом, но я никогда не слышал ни рассказов о том, как он получил инвалидность, ни жалоб на неё. Единственным доказательством его положения служила мотоколяска - С3А, которую выделили ему от Собеса.
   Он работал в больнице, как обычный человек, а с мотоколяской изредка копался во дворе, объясняя попутно нам, пацанве, что и как в ней устроено, и как работает.
   Его жена, Надежда Константиновна, работала в школе учителем начальных классов, но, к тому времени, когда я пошёл в школу, уже вышла на пенсию. По отзывам коллег она была прекрасной учительницей, но мне не повезло поучиться именно у неё, хотя много ребятишек с нашей улицы прошли через её руки. Тогда классы формировали так, чтоб большинство учеников жили недалеко от классного руководителя.
   Всегда вежливые и доброжелательные, супруги производили замечательное впечатление. За те несколько лет, что они жили в нашем доме до переезда в город, я ни разу не слышал, чтоб они повысили на кого-то голос или поругались между собой, что случалось в других семьях нередко. У супругов росли два сына - погодка: старший - Юра и младший - Валера. Парни росли под стать родителям: серьёзные интеллигентные, добрейшие и умнейшие ребята. Они постоянно затевали что-нибудь интересное. Оба играли в духовом оркестре, были чудовищно начитаны и спортивны. Они задавали тон в своих классах, когда учились, и после окончания школы выбрали творческий путь. Характеризует их такой запомнившийся мне, ребёнку, факт. Однажды, завалившись к ним в гости, а дом их всегда оставался открытым для друзей и знакомых, я с удивлением увидел, что они и соседский их одноклассник Виталик, делают какие-то упражнения со стульями:
   - Ребя, вы что - новую гимнастику разучиваете?
   - Лёвка, сядь пока в сторонке, мы скоро закончим и всё тебе втолкуем.
   - Поехали дальше: раз - два - три, и раз - два - три! - сказал Юра.
   - Скоро выпускной, и мы разучиваем вальс, - продолжил он, когда они закончили.
   - Так можно же попросить кого-нибудь, чтоб вас научили, - только и нашёлся сказать я.
   - Нет, мы хотим, чтоб был полный сюрприз. Ты же никому не скажешь?
   - Могила! - заверил я новоиспечённых танцоров.
   И, в самом деле, получилось так, что нас, ещё не учеников, пригласили на их выпускной, как преемников, и парни на прощальный вальс пригласили своих учительниц. Они станцевали отменно, и весь огромный спортзал, заполненный выпускниками родителями и учителями, устроил им овацию. Их молодые учительницы расплакались.
   Юра поступил в театральное училище и по его окончании стал сначала режиссёром Пермского ТЮЗа, а потом и его главным режиссёром. Валерка с Виталькой грезили морем, и, поступив в разные мореходки, стали капитанами боевых кораблей. Вскоре супруги Панасенко вышли на пенсию и переехали жить в Пермь, и я потерял связь с ними, но, хвала Интернету: Юра появился в одной из соцсетей, и мы с ним поддерживали контакт. А один раз, по-моему, лет на пятьдесят их выпуска, мы увиделись с ним на вечере встречи выпускников и очень хорошо поговорили, конечно и вальс со стульями вспомнили, и многое другое. Жаль, все трое уже ушли, а их родители ушли намного раньше. Война оставила свой след. Глава 3. Семья Кулагиных - Борь, а Борь, почему двигатель называется двухтактным? - Понимаешь, Левка, в цилиндре происходят разные процессы, так вот... - Борь, а почему двигатель называют дизелем? - Ну вот, смотри, на мопеде есть свеча, она поджигает бензин в цилиндре, а у дизеля... - Борь, а Борь, почему??? Так я "доставал" старшего сына наших соседей ежедневно. В любую свободную минуту я оказывался у "нижних", так их называли, и приставал к которому-нибудь из их сыновей. Возился со мной в основном старший - Борис. Борис оставил в моём детстве самые светлые и неизгладимые впечатления, но я, как всегда, тороплюсь рассказать о самом запоминающемся, нужно по порядку. Кулагины жили под нами на первом этаже. Обычно, когда квартира наверху освобождалась, жильцы первого этажа просили в сельсовете, распределяющем жильё, разрешения занять её. Дом стоял не то, чтобы на болоте, но в квартирах на первом этаже бывало сыровато, и в подполье подходила весной вода. Однако, на второй этаж нужно носить дрова и воду, и, видимо, просчитав все плюсы и минусы переселения, глава семьи Кулагиных, Евгения Георгиевна, не дала на подобное действо добро. Евгения Георгиевна, как и Надежда Константиновна работала в школе учителем начальных классов и являла полнейшую противоположность последней. Невзрачная на вид, небольшого росточка, одетая дома весьма затрапезно, она держала своих мужчин в ежовых рукавицах и все решения принимала единолично. Авторитетом в семье и доме она пользовалась непререкаемым. Если она поставила себе какую-то цель - она под неё нагибала всё семейство, пока не наступал желанный день воплощения задуманного. Основной её целью было перебраться в город и, в конце концов, они скопили нужную сумму на кооперативную квартиру и переехали. Евгения Георгиевна в моей памяти осталась замечательной хозяйкой. У неё всё получалось, за что она не бралась, будь то торт "Наполеон", цветник перед домом, шитьё нарядов или огород. Она сегодня считалась бы трудоголиком, но тогда такого слова я не знал. Довольно скоро они переехали из нашего дома в другой, поновее и на две квартиры. Переезд запомнился тем, что вместе со скарбом в машину загрузили ящики с землёй для рассады, что изумило всех во дворе. Но теперь-то я понимаю, что Евгения Георгиевна и тут проявила свою житейскую мудрость, мало ли какая земля окажется на новом месте, а тут уже всё известно и проверено. Основательность и рукастость во всём, что она делала, запомнились мне на всю жизнь. Она тоже вышла на пенсию до того, как я поступил в школу, и как об учительнице воспоминаний о ней моя память не сохранила. Полную противоположность Евгении Георгиевне являл её муж, Николай Софронович. Статный красавец, всегда прекрасно одетый, с пышными, рано поседевшими волосами и военной выправкой бывшего офицера. На внешности, пожалуй, и заканчивались его прекрасные качества, разве что ещё он замечательно играл на гитаре и пел старинные романсы. В остальном, к жизни не приспособленный вовсе, он по сути являлся в семье четвёртым ребёнком, всем рулила жена. Николай Софронович работал в школе учителем истории. Немного позже моего поступления в школу, его назначили директором, но проработал он меньше года, командовать огромной школой у него не получилось. Я удивляюсь, как он командовал солдатами, будучи офицером. Человек добрейшей души и характера, он никогда ни с кем не спорил и не повышал голоса, всегда соглашаясь в сложных решениях с мнением жены. В противоположность ей он ничего толком не умел делать руками, а то, что делал, получалось аляповато. Но, видно так устроено в жизни, что одному в радость, другому - горе. Как об учителе тоже не могу сказать ничего, я проскользнул по истории мимо него. У четы Кулагиных росли три сына. Старший, Борис, унаследовал всё лучшее из характеров родителей. Добрейший в отца, он имел железный характер матери и, если что задумал, остановить его уже не мог никто. На мопед он сам заработал и сам купил его, в планы матери не входило тратить деньги, как она считала - впустую. Внешность ему досталась мамина. Невысокий, однако спортивно сложенный, он в любых ситуациях оставался авторитетом и не только во дворе. По моим детским впечатлениям он знал всё, ни одна моя почемучка не осталась без его ответа. Наверно, в нём пропал великий учитель, потому что он обожал возиться с младшими, и они платили ему тем же. Запомнился такой эпизод после приобретения мопеда. Ребята во дворе сгрудились около него и стали расспрашивать, что в мопеде и как работает? - Да всё это вам сейчас Лёвка расскажет! - пацаны захохотали, мне не было и шести лет. - Давай, покажи-ка им как и что тут работает, - обратился Борис ко мне. Я не спеша рассказал то, чему научил меня Борис. Ребята открыли рты и после этого так снисходительно ко мне не относились. Но главное, я запомнил, с какой гордостью за меня, посмотрел на них Боря. Наверно, повезло солдатам, у которых он стал командиром. А может и Николай Софронович тоже на войне был таким. Мы долго дружили с ним. Он уже поступил в военное училище в Риге и приезжал в отпуск, но всегда во дворе рассказывал как там и что и интересовался, как я учусь и живу. После училища судьба закинула его в ЗГВ, в Германию, и связь с ним потерялась. Не знаю я, жив ли он сейчас и где, если жив. Второй сын, Саша. Тоже мамина копия, но с полностью отцовским характером, учился он не напрягаясь и звёзд с неба не хватал. Достался ему и отцовский талант к гитаре и пению, однако никуда он его не приложил, просто гитара сопровождала всю его не очень длинную жизнь. Когда Кулагины переехали в город, он освоил какую-то рабочую специальность и трудился на одном из заводов. Возвращаясь как-то с работы, он умер прямо в автобусе, и его нашли родные в морге лишь через несколько дней. Так трагически закончилась его жизнь. Моя детская память сохранила его весёлым пухленьким добряком, с неизменной гитарой и песней Высоцкого о друге из "Вертикали", которая так и осталась его визиткой. Младший сын, Вовка, рос маминым баловнем, как большинство младших во многих семьях. Постарше меня лет на пять, он представлял собой тот сорт дворовой шпаны, которой трудно удержаться в дозволенных рамках. Покуривал втихаря и баловался портвеем "три топора", как он его называл. Имея отцовскую внешность и умея играть на гитаре, кружил головы девчонкам и рано женился. Учёба давалась ему легко, и он не особенно в ней напрягался. Поступать, что тогда было престижно, в какой-нибудь вуз не стал и, как Саша, освоив незамысловатую специальность, работал в городе, куда они переехали, на заводе. Его я тоже потерял из виду, но, начав писать это повествование, думаю, что найду кого-то из них. Интернет мне в помощь и родственник в полиции того городка, куда они переехали. Пока я узнал только, что Николай Софронович умер в две тысячи втором году. Светлая память ему и Саше. Глава 4. Семья Петуховых. Петуховы жили на первом этаже под квартирой Панасенко. Сначала они жили вдвоём. Лилия Алексеевна, работала в коррекционной школе, учителем. Павел, Павлович, в колхозе заведующим гаражом и ли просто завгаром. Лилия Алексеевна, запомнилась нам пацанам, прекрасной хозяйкой. Когда у них появилась первая девчонка в нашем доме, Танюшка, и немного подросла, она приглашала нас на все её дни рождения и там мы объедались разными вкусняшками, приготовленными ею. Особенно запомнились пирожные-картошка. Всё это заливалось огромным количеством лимонада и мой братец даже несколько раз из-за стола бегал в туалет. Души Лилия Алексеевна тоже была прекрасной, я не помню случая, чтоб она нас поругала или ссорилась с соседями. Павел, Павлович или попросту, дядя Паша, имел колоритную внешность жгучего брюнета иногда отпускал бороду и бакенбарды и мы его внешнего вида побаивались. Но человек он был добрейший и я не помню случая, чтоб он как-то пресекал разгулы нашей дури. У дяди Паши имелся талант к музыке и иногда приняв на грудь он доставал баян и музицировал на свободную тему. Никаких нот он не знал и просто играл понравившиеся мелодии на слух. Особенной популярностью во дворе пользовалось Албанское танго. Играл он очень неплохо. В доме у них постоянно толклись его племянники. Они имели примерно один возраст с другими мальчишками дома и самое смешное, что звали их так же как и Кулагиных. Старшего, Саша, а младшего Вовка. У них была ещё младшая сестрёнка, Татьяна, в честь которой видно дядя Паша и тётя Лиля, назвали и свою девочку. Парни играли на гитарах как и все остальные мальчиши во дворе. Тут уместно вспомнить один случай. Первым на гитаре научился играть младший, Вовка. На просьбы старшего научить и его Вовка неизменно отвечал: - Ну что-ты Сашка, посмотри какие у тебя пальцы, ими только в носу ковырять, какая тебе гитара? - Саша покладисто молчал, но видно настолько его заело желание овладеть игрой на гитаре, что он научился практически сам, разве что основные азы ему преподал его тёзка Кулагин. Однажды в очередной раз между братьями разгорелся спор о гитаре и Саша взяв гитару, сбацал так, что Вовка просто открыл рот и ничего не смог сказать. И потом Саша довёл своё умение до виртуозного и бряканье Вовки померкло на его фоне. У дяди Паши была ещё одна страсть, он любил копаться в технике, ну и завгаром, наверно, его поставили в колхозе не зря. Сначала вся эта техника стояла в соседнем дворе и её хозяином был часовщик от которого я в памяти оставил одну фамилию - Лубенец. Но потом они куда-то переехали и вся техника Лубенца, перекочевала в наш двор. Полуторка и Эмка изредка бывали на ходу и я помню, как папа брал у дяди Паши машину и возил всех кто хотел по веники или по ягоды. Машины были дряхлыми и дребезжали и трещали при работе как телеги, но однажды папа так раздухарился, что на полуторке обогнал бензовоз. Мы сидели в кузове и орали от восторга. Я уже заметил, что в доме жили одни мальчишки во всех семьях. Но в один прекрасный день, тётю Лилю, выписали из больницы с чудом в пелёнках, которое постоянно верещало. Так появилась, Танюшка. Надо ли говорить, что центр внимания у мужского населения дома, сместился на неё. Частенько нам приходилось водиться с ней, тогда не сидели в декретных отпусках долго, а бабушек в нашем доме почему-то не было. Танюшка скоро подросла и участвовала в наших шкодах наравне с нами и с другой Татьяной - соседкой из дома через дорогу. Так медленно, как нам казалось в тогда, в мелкой суете, тянулось наше детство. Скоро я пошёл в школу, а во дворе стали стремительно происходить разные события.
 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  С.Елена "Невеста особого назначения" (Любовная фантастика) | | У.Соболева "1000 не одна боль" (Современный любовный роман) | | Е.Истомина "Приворот на босса" (Современная проза) | | М.Светлова "Следователь Угро для дракона. Отбор" (Юмористическое фэнтези) | | К.Амарант "Куколка" (Любовное фэнтези) | | К.Ши "Жена на день" (Современный любовный роман) | | О.Райская "Звездная Академия. Шаманка" (Любовное фэнтези) | | М.Светлова "Следователь Угро для дракона" (Попаданцы в другие миры) | | П.Белова "Лишняя невеста" (Попаданцы в другие миры) | | О.Герр "Захватчик" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
П.Керлис "Антилия.Охота за неприятностями" С.Лыжина "Время дракона" А.Вильгоцкий "Пастырь мертвецов" И.Шевченко "Демоны ее прошлого" Н.Капитонов "Шлак"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"